Антикварная лавка

Глава 1

Антикварная лавка

Волшебная сказка про лампочку, цветочек, монетку и старую фарфоровую куклу

Глава первая. Лавка деда

время проходит, секунды бегут

боль сменит радость, неловкость уют

я не философ, но должен сказать

не бойся печали, любви не отнять!

Ну что за день! Выкинуть и забыть!

Сегодня у Давида ничего не складывалось.

Иногда такое бывает, когда день неудачный.

Вроде бы все, как всегда, но договоренности ломаются, встречи срываются, а клиенты уходят.

А сегодня Давиду удача была нужна как никогда

Ведь остается всего 10 дней до оплаты последнего залога

И если он не найдет денег, то придется распрощаться с лавкой.

И не с какой-то простой лавкой, а с Лавкой Деда, с их семейным делом. Более века их семья владела этим бизнесом. И за сто лет в лавке собралось огромное количество уникальнейших предметов. Но ни богатая история их семьи, ни уникальные экспонаты не помогут рассчитаться с банком. Ведь Банк принимает не древние артефакты, а хрустящие банкноты…

А их то у Давида в последнее время становилось все меньше.

В начале прошлого века, его прадед переехал в этот старый город и задумавшись о том, чем бы ему заняться решил основать свое дело. Сначала он открыл небольшое кафе рядом с парком, и все было неплохо, но только пока было тепло и люди выходили прогуляться на природу

Когда же становилось холодно дела шли совсем плохо. Приходилось ходить на подработку, чтобы дотянуть до весны. И Прадед тогда устроился в музей, ночным смотрителем и сам по ночам ходил по пустым и темным залам, подсвечивая себе карманными фонариком, и изучал и

разглядывал выставленные экспонаты. И так ему и пришла в голову идея открыть свою антикварную лавку.

Все-таки кафе это было очень суетное занятие и приходилось много работать, а отдача была мала.

И вот так и появилось в городке Рухама лавка антиквара.

Первая и единственная.

Давид прекрасно знал всю историю их семейного бизнеса и часто сам представлял как он будет рассказывать ее своему сыну

Но пока сына у него не было, да и лавки может не быть, если он не придумает где же найти денег.

С такими невеселыми мыслями Давид возвращался в свою лавку после последней неудачной встречи с клиентом. И он с негодованием недовольно бурчал себе под нос:

— Да сколько же можно! Когда же эта черная полоса уже закончится! Если к началу апреля я не внесу залог, Банк у меня отнимет лавку за долги. И все наше уникальное богатство пойдет по 5 центов за штуку, лишь бы покрыть долги.

А Давид прекрасно знал, что некоторые предметы в их лавке были поистине уникальными и если бы найти хорошего клиента, он смог бы не только рассчитаться с Банком, но и отремонтировать свою лавку. Он давно мечтал сделать ремонт, потому что за 100 лет здание конечно не помолодело…

— Клиент. Мне нужен всего один клиент! И я смогу оставить лавку. Господи, мне нужен всего один хороший клиент…

Так Давид и сокрушался, пока разбирал свой портфель и закрывал смену, чтобы идти домой. Через 5 минут, неравного боя с упрямыми застежками он все-таки разложил все бумаги и потушив свет закрыл лавку и отправился домой.

Глава 2

Глава вторая. Ночные жители

В темной лавке было тихо. Даже старинные часы, которые на протяжении последних 100 лет отмеряли бег времени помахивая огромным медным маятником остановились. Сегодня Хозяин был так расстроен, что забыл их завести.

Часы остановились, а больше звукам взяться было не откуда.

И вдруг откуда-то со стороны темной полки, где стояли старинные игрушки донеслось:

— Ооооооох!

И снова повисла тишина

— Ооооохохоонюшки!

И больше ничего.

Кто-то в пустой и закрытой лавке охал так, как будто бы у него было большое горе

Но никого не было видно, и никакого продолжения не следовало.

Через пять минут с другого конца лавки донеслось

— Не переживай. Мне тоже грустно, что у хозяина проблемы. Но что мы можем сделать? Если через 10 дней он не сможет внести залог, нас раздадут за гроши по детским садам и школам. А там маленькие безобразники быстро оторвут нам ручки и листочки…

— А кто это там еще не спит? — снова донеслось с полки

— Это я, Фаня!

Надо сказать, что в лавке за 100 лет были собраны самые разные и удивительные предметы и некоторые из них были конечно же волшебными. Таким волшебным предметом был цветок в удивительном старинном горшке. И этот горшок был изготовлен еще в Египте 3 тысячи лет назад и использовался в магических ритуалах и со временем напитался такой мощной магической силой, что посаженный в него цветок вдруг заговорил.

— Фанечка! Привет, а я думала, ты сегодня будешь спать, тебя ведь опять забыли полить… Совсем хозяин потерял себя от переживаний. Даже цветы полить забывает.

— Да, меня снова не полили. Но я сегодня весь день думала, как помочь нашему хозяину и так задумалась, что пустила новые корешки во все стороны и дотянулась до стенки горшка. И ты знаешь, оказалось, что мой горшок не такой уж и бесполезный. Когда я прикоснулась у нему, он заговорил со мной. Но он такой старый, что как старый дед просто рассказывает свои истории и не слышит вопросов. Так что поговорить мне не удалось, но наслушалась я вволю, и я узнала, как нам помочь хозяину.

— Расскажи! Расскажи, — закричала Сима.

Мы пока не познакомились с тем чудом, которое так горестно охало из темноты.

Это была фарфоровая кукла Сима. Это была очень старая кукла, из очень тонкого фарфора, наряды на ней были все кружевные и шелковые, эта кукла когда-то принадлежала царской семье. Но потом случилась революция и куклу выбросили пьяные матросы. И так она оказалась в лавке антиквара.

— Ну конечно расскажу, — засмеялась Фаня!

И Фаня рассказала, что оказывается 80 лет назад в лавку попала старинная волшебная монета. Монета, с которой если договориться, можно навсегда решить финансовый вопрос. Это монета, которая всегда возвращается обратно в кошелек владельца. Но тогда лавку как раз ограбили и забрали кроме всего прочего и эту волшебную монету. Но поскольку воры с монетой конечно же не договаривались, то и монетка у них не осталась, но и к деду Давида не вернулась, потому что договора они заключить не успели.

И так монета потерялась.

И потерялась она не в лавке и не в подкладке воров.

А потерялась она на сказочных дорогах, на тех путях какими монетка всегда возвращалась в кошелек владельца. Но в тот раз не получилось.

Монетка очень хотела вернуться в антикварную лавку, но без договора она не смогла найти дорогу обратно. И заблудилась.

— И вот если мы отыщем нашу монетку, и если Давид заключит с ней договор, то он навсегда забудет о проблемах с банком. И я предлагаю отыскать монетку и спасти хозяина! — радостно закончила Фаня

— Но как мы будем искать ее, и самое главное где? Мы ведь хоть и волшебные тоже немного, но не умеем ходить волшебными тропами. Нам придется попросить помощи у кого-то. Или ты знаешь как нам найти монетку?

— Знаю! — ухмыльнулась Фаня. — Знаю, но это будет непросто. Горшочек говорит, что для того чтобы мы смогли увидеть волшебные тропы нужна волшебная лампочка. И она то у нас как раз есть!!! Наш Самый первый экспонат, тот самый фонарь с которым прадед хозяина ходил осматривать музей ночью. Эта лампочка столько видела чудесного что и сама научилась быть волшебной и теперь ее свет показывает то, что не видно даже под ярким солнечным светом. Нам нужно только добраться до этого фонарика и мы сможем пойти по волшебным тропам.

Сима взяла Фаню на ручки, и они отправились к большому застекленному стеллажу, стоящему посредине лавки. Там, под стеклом и стоял тот волшебный фонарик с волшебной лампочкой Сима ловко подвинула стул и быстро взобравшись, добралась до защелки. Раз, и дверь открылась! И вот он фонарик, уже в руке. И маленькая, нежная, фарфоровая ручка куклы твердо сжимает большую и твердую рукоятку фонарика. «Как давно я хотела почувствовать это», удовлетворенно подумала она. Ведь теперь я смогу что-то сделать чтобы хозяин перестал так убиваться и снова на его лице появилась бы улыбка. Я так соскучилась по его смеху!

Сима нажала на выключатель и от отражателей фонаря полился удивительный серебристый свет. Она направляла фонарь в разные стороны и видела то, чего раньше никогда не видела. То стоящие деревья прямо посреди лавки, то пролетающих сов и даже расслышала писк маленьких мышек прячущихся от пернатых хищников. Освоившись с фонариком Сима, поинтересовалась:

— Ну а что дальше то. Вот и фонарик у нас, как нам найти монетку?

— Нам нужно найти место, где лежала монетка и откуда ее украли. Потому что недалеко от этого места открылась волшебная тропа, которой наша монетка сбежала. Нам надо найти ее и пойдем следом, чтобы найти нашу монетку.

И наши подружки отправились на поиски

Глава 3

Глава третья. На волшебных тропах

Подружки быстро нашли волшебную тропу, по которой сбежала монетка.

И они еще какое-то время постояли в нерешительности, прежде чем ступить на волшебную тропу, потому что было все-таки страшновато, если уж совсем по правде сказать.

Ведь они столько лет прожили в лавке, а там почти ничего не менялось и все было всегда спокойно предсказуемо, а сейчас у них начиналось настоящее приключение. И как у любого приключения у них обязательно должны быть опасности и испытания.

Но. Сима вздернула носик, повела плечиком и уверенным тоном заявила

— Мы идем спасать нашего хозяина! Поэтому некогда бояться. Бояться будем потом, когда будем рассказывать о наших приключениях! А сейчас нам нужно собраться максимально, чтобы пройти все испытания и не испугаться трудностей.

И подруги пошли по волшебной тропе.

Как вы помните, монета потерялась 80 лет назад и конечно уже никаких следов ее передвижения не осталось. И подругам приходилось напрягать все свои способности чтобы не сбиться с пути. Сима внимательно вглядывалась вниз, чтобы не сойти с тропинки, а Фаня со всей силы прижималась к своему горшочку, в надежде услышать что-то полезное от древнего горшка.

Шли они долго и никого кроме мелких животных не встречали. Такое ощущение, что лес, в котором они оказались был дремучим и пустынным. Во всяком случае никаких людей они не встретили. Да и домиков что-то видно не было. Так закончилась первая ночь в бесплодных поисках. Хорошо было хотя бы то, что кукле не было нужно есть, а Фане было довольно воды из ручейка, чтобы она снова защебетала:

— Не переживай, Симочка! Мы обязательно найдем монетку и спасем нашего хозяина!

Но даже если ты фарфоровая кукла невероятной красоты, тебе все равно потребуется отдых. Тем более что Сима прошагала всю ночь по темным тропинкам, неся в руках большой горшок с Фаней.

Подруги решили немного отдохнуть и расположились под огромным раскидистым дубом. Сима привалилась спиной к дубу, а Фаню поставила рядом, чтобы если что ее было хорошо слышно.

И прикрыла глаза. Все-таки усталость давала о себе знать.

— Жжжжжжж. Брбрбрбрбрбррб. Кхкхкхкхк. Гргргргргр…

Сима открыла глаза. Выпрямила спину и села.

Нет тишина, показалось, наверное.

Она снова откинулась спиной на мощный дуб и прикрыла глаза, расслабившись

— Жжжжррррр. Крыкркрык. Дрррррыннннн.

Сима подскочила.

— Да что здесь такое, творится? — закричала она

— Что такое? — сонно спросила Фаня

— Сама на знаю. Я присела отдохнуть, но как только я закрываю глаза и наклоняюсь к дубу я слышу какое-то странное бормотание.

— Ой, ну мы же на волшебных тропах, тут ведь все волшебное. Может быть и дуб, к которому мы присели тоже волшебный и он хочет с нами поговорить?

— Но я ничего не могу разобрать. Как будто какой-то шум или бормотание. Нет, мне не разобрать

— А давай я попробую поговорить? Я ведь все-таки цветочек. Может у меня получится? — спросила Фаня, — просто поставь горшок рядом с любым из его корней и я попробую дотянуться

Сима так и сделала. Поставила горшок рядом с самым большим и узловатым корнем и стала ждать. А Фаня привычно напрягла свои корешочки и стала расти. через 5 минут первые корни показались из горшочка и продолжили свое движение к корню дуба. Еще 10 минут и корни плотно оплели корень и начали пульсировать, похоже, что контакт наладить удалось.

Через некоторое время Фаня подала голос

— Симочка!!! Мне удалось поговорить с нашим уважаемым дубом. У нас хорошие новости, это оказался очень старый дуб, и он помнит, как 80 лет назад одна очень напуганная монетка бежала этой тропой. Так что мы на верном пути! И раз дуб монетку видел, значит и у нас получится найти ее, и спасти хозяина!

— А дуб не сказал где можно нам поискать монетку? Куда она могла бы отправится? Или где бы могла оказаться если бы потерялась тут? Куда нам теперь идти дальше?

— Сказал! Дуб сказал, что если мы дойдем до реки, то увидим в поселок. А там в поселке уже все сможем разузнать.

— Ура! Тогда нам нужно отправляться немедленно! Мы не можем терять ни минуты.

Так, сказав, старинная фарфоровая кукла Сима решительно встала на ноги, взяла волшебный цветочек и отправилась на поиски старинной монетки, чтобы спасти своего хозяина от разорения

Глава 4

Глава четвертая. Поселок у реки

Все-таки великая сила упорство и настойчивость!

Как бы трудно и тяжело ни было Сима продолжала переставлять свои красивые ножки.

И то, что она уже так устала и то, что она несла такой большой и тяжелый горшок не замедлило ее ни на секунду. Она шла без отдыха до самой реки. И когда тропинка привела их к выходу из леса, то вдруг весь этот старый и дремучий лес кончился, отступил и перед ними распахнулось огромное открытое пространство вдоль поймы реки. Прямо перед ними, по ходу следования тропинки видно было излучину реки и раскинувшиеся неподалеку самые разнообразные домики.

— Это тот самый поселок, про который говорил дуб, — сказала Фаня!

— Да, мы пришли! Сейчас нам нужно найти кого-то, кто может рассказать про нашу монетку.

Подруги начали спускать к поселку. Но чем ближе они подходили, тем страннее выглядело то, что они видели. Не было дыма из труб, не слышно было ржания лошадей или криков гусей. Коровы не мычали, а ребятишки не бегали по улицам.

Никого не было.

Поселок был, а никого внутри не было. Вообще!

Даже если бы все и спали, раз уж утро, то уже рассвело и хоть один то петух должен был проснуться. Но и ни одного петуха слышно не было.

Подруги с волнением вошли в поселок и подошли к первому домику, маленькому, но опрятному, с немного покосившейся, но еще прочной оградой. Сима отварила калитку и прошла к дому, постучала. Тишина. Толкнула дверь, та открылась, и на пороге лежал чистый вязанный коврик, а в доме пахло теплом и опарой. Будто хозяйка только что завела тесто и выскочила к соседке за солью. Но подруги уже понимали, что и в соседнем доме тоже никого не будет.

— Что здесь происходит? Почему никого нет? — потерянно спросила Сима

— Не знаю, но мне тоже это все не нравится.

— И что нам теперь делать?

— Симочка, ты главное не волнуйся и не переживай. Мы обязательно со всем разберемся! Посмотри, как далеко уже мы зашли из нашей лавки. Вот где оказались! И эти испытания преодолеем!

— Спасибо тебе, подруга! Я так рада, что пошла не одна, вдвоем намного легче. Ведь помогая друг другу мы сделаем то, что поодиночке не сможем. А когда кому-то будет тяжело второй его утешит и поможет. И тогда мы точно все преодолеем!

Так, утешая друг друга подруги немного успокоились и стали думать, что им делать дальше

Фаня предложила испечь хлеба, раз уж тесто хозяева завели.

— Но как мы можем, не спросив у хозяев? Разве можно брать что-то без спроса? — удивилась Сима

— Да мы же не для себя! Мы для них и сделаем. Как они появятся, а мы уже хлебушек испекли. Вот они порадуются и нас похвалят. А мы тут у них про монетку и спросим!

Так они и сделали.

И хотя фарфоровая кукла не очень-то любила заниматься по хозяйству, но тем не менее она все умела и быстренько растопив печь поставила выпекаться хлеб.

Хлеб вышел на загляденье, ровный, с румяной корочкой, а аромат стоял такой что хотелось этот ароматный воздух нарезать ножом и есть.

Но хотя они и провозились с хлебом больше двух часов, в поселке так никто и не появился.

От нечего делать подруги решили прогуляться к реке, потому что было ясно, что в деревне недавно еще были люди и никаких следов трагедии не наблюдалось, значит они просто все куда-то спешно ушли, и значит обязательно вернутся. И надо просто подождать. Подруги решили ждать с пользой, устроили себе экскурсию по окрестностям. Посмотреть, что тут за домики и кто в них живет.

Оказалось, что в поселке жил лекарь-травник, алхимик-колдун и кузнец-оружейник. Все это подружки смогли определить по оставшимся предметам в доме. В основном же это были простые селяне, с огородами и загонами для скота, тоже пустыми.

Гуляя по окрестностям девочки не заметили, как день перевалил за полдень и уже стало смеркаться. И чем темнее становилось, тем удивительнее преображался поселок. Сначала Сима заметила, что окна стали поблескивать. Не было понятно, что это, отражается закат в стеклах или слабый свет лампы в доме. Но чем становилось темнее, тем ярче загорались окна, словно бы кто-то невидимый подкручивал ручку яркости. И вот девочки услышали первый и такой долгожданный звук.

— Мммммууууууу.

— Ой, корова, похоже, — прошептала Фаня

— Похоже, корова! Точно ой! — задумчиво проговорила Сима.

Девочки хорошо помнили, что, обойдя все дома и заглянув во все амбары и загоны они ни разу не увидели никакой живности. И вот теперь корова. Откуда?

— Кукареку!

— Оооой. еще и петух, — листочки у Фани дрожали, как на ветру, но никакого ветра не было.

— Я думаю мы скоро познакомимся и с местными жителями, — ответила Сима

И правда, сначала подружки услышали, как закричали мальчишки, потом зазвучал колокол, созывая жителей на общий сход.

Глава 5

Глава пятая. Сход

Соборная площадь в поселке была совсем маленькой, но и поселок был невелик, всего то от силы 50 домов. Поэтому все жители легко разместились на площади.

У сельского колокола стоял старый дед, с длинной седой бородой и суровыми косматыми бровями.

Дед стоял словно памятник самому себе и невозмутимости и ждал пока все соберутся

Когда все собрались, дед сказал:

— Начинаем Три тысячи сто пятьдесят шестую ночь. Все на месте?

Люди стали огладываться и узнавая знакомых, здороваясь и улыбаясь выкрикивали с места

— Все на месте

— Здесь

— Да тут мы

Дед молчал и кивал головой. Похоже он был чем-то озабочен.

== А это кто?

Костлявый желтый палец деда точно показывал в сторону, где из-за угла выглядывали наши друзья. Сима и Фаня.

Все обернулись в ту сторону куда показывал старик, старинная фарфоровая кукла была конечно не маленькой, но и со взрослым человеком ее сравнивать было нельзя, поэтому не все и не сразу заметили, что имеет в виду старейшина. Видимо не часто куклы посещали этот странный поселок.

Сима вышла из своего укрытия

— Меня зовут Сима. А это Фаня, — Сима чуть подняла цветочек выше, чтобы показать его всем. Мы у вас с утра и видели, как сначала никого не было, а потом все откуда-то начало появляться. Мы из антикварной лавки и ищем потерявшуюся монетку, которая пропала у нас 80 лет назад. Дуб сказал, что видел, как давным-давно монетка бежала волшебной тропой в сторону поселка и посоветовал нам прийти сюда к вам, может быть вы нам поможете?

После слов Симы повисла гнетущая тишина.

— Так вы из реального мира? — спросил Дед.

— Ну да, мы из реального мира, у нас с волшебством очень плохо. Волшебных вещей осталось совсем мало, и чтобы к вам попасть нам пришлось очень потрудиться.

— То есть вы самые настоящие реальные волшебные создания из реального мира? — закричал дед

— Ну я же вам говорю, мы появились в нашем реальном мире, но нам досталось немного волшебства, и мы обрели душу, так что да. Мы хоть и волшебные создания, но мы принадлежим не вашему волшебному миру, мы из мира реального.

И тут началось что-то невероятное.

Люди начали кричать, петь, обниматься.

Мальчишки ходили колесом и лупили друг друга по попе от счастья.

И даже дед просветлел лицом и стал похож не на старого колдуна, а на доброго дедушку, который прямо сейчас почитает сказку на ночь шалопаям внукам.

И когда все успокоились, старик сказал

— Вы все видели сами. На нашей деревне наложено заклятие, и мы живем лишь ночью, мы уже почти 10 лет не видели солнца, потому что как только начинается рассвет мы пропадаем, растворяемся в утреннем солнечном свете и для нас это как сон, которого мы не помним. И наложила это заклятие на нас злая колдунья, и только свет настоящего волшебного фонаря может помочь отыскать наши украденные и зарытые души. Колдунья отняла у нас наши души и теперь мы не можем радоваться солнечному свету и как только солнце встает, мы исчезаем. И самое страшное, что если мы за 10 лет не отыщем свои души, то мы начнем пропадать навсегда. Точнее не будем возвращаться после дневного сна, к нашей печальной жизни. Но теперь у нас снова есть надежда. Ура! Ура Симе и Фане! Они нас спасут!

Глава 6

Глава шестая. История деревни

Общий деловой настрой и энтузиазм селян заразил наших авантюристок, и они развили кипучую деятельность. Фаня попросила поставить ее к большому вязу, который возвышался посреди поселка рядом с сельским колоколом и по привычной уже для нее схеме выпустила корешки и о чем-то начала оживленно болтать с совсем еще нестарым вязом. Похоже, что им было о чем поболтать, потому что корни пульсировали очень быстро. Смеются они там что ли? Ну а Сима решила пообщаться со старейшиной, чтобы разузнать больше об этой злой колдунье, которая наложила такое ужасное заклятье на целую деревню.

Старейшина рассказал что почти 10 лет назад, его дочь вышла в возраст невесты и решили устроить соревнование для всех претендентов, для всех мужчин, которые хотели бы взять ее в жены. Дочь у старейшины была прекрасная, а звали ее Хельга. И все ее очень любили. Хельга была очень веселой и озорной девчушкой. Все парни деревеньки были ее лучшими друзьями, а все девочки — подругами. Она умела вкусно готовить и голова у нее никогда не болела. Ну и, как бы то ни было, пришел возраст чтобы выйти замуж. По правде сказать, дочь старейшины прекрасно себя чувствовала и без всех этих глупостей. Она очень была довольна тем, что у нее столько друзей и большего ей как-то было не слишком то и надо. Но возраст есть возраст, и приходилось становиться взрослой и продолжать свой род. Так все и получилось, созвали всех жителей деревни на общий сбор, и старейшина объявил, что все взрослые мужчины, которые хотели просить руки его дочери могут принять участи в соревновании, и самый лучший и самый сильный, тот кто окажется победителем сможет просить ее руки.

Собралось не меньше десятка претендентов, даже из леса пришел сын травницы-колдуньи Найзел. Он был крепким и ловким парнем и хотя и жил вдалеке от деревушки, но часто видел как Хельга бегала и смеялась со своими друзьями. Хельга очень ему нравилась, и он всерьез решил побороться за ее сердце. Ему было уже 19 лет и был он силен как матерый вепрь и ловок как змея. Он владел всеми видами оружия и умел слагать песни и исполнять их на свей лютне. В общем был он человеком видным и очень неординарным. И, конечно, так получилось, что в финальной схватке в бою на мечах сошлись Найзел и Виллем, лучший парень из деревни. Это был вечный заводила всех детских игр, он был добр, ласков и никогда не настаивал на своем. И хотя он мог одним ударом свалить с ног буйвола, он никогда не применял свою силу в их детских играх с Хельгой. А когда Хельга капризничала и использовала свой природный острый ум чтобы задеть и раззадорить своего друга и начинала язвить и подкалывать его, он просто улыбался свой широкой и добродушной улыбкой и говорил ей «На тебе деточка платочек, а то сейчас заплачешь». И говорил он это так добродушно и с такой любовью, что Хельга никогда не могла удержаться и улыбалась в ответ, и так дружили они с самого детства. И был он лучшим другом Хельги.

И вот сошлись два сильных и храбрых воина, чтобы побороться за сердце своей дамы. И бились они долго и бесстрашно. Вот уже кровь закапала с рассеченного плеча Виллема, и вот уже Найзел стал прихрамывать, потому что пропустил опасный удар ноги, но никто не хотел сдаваться, и они бились до самого заката, но никто не мог одолеть своего противника. И когда солнце зашло за горизонт и вечер стал сменяться ночью, старейшина пробил в колокол, он сказал:

— Я вижу, что вы оба очень сильные и храбрые воины. И не в бою на мечах вам выяснять свое превосходство. Я вижу что вы оба сильны и достойны руки моей дочери, но я хочу чтобы тот кто станет ее мужем доказал на деле, что он готов на все для блага и счастья нашей деревни. Потому что став мужем моей дочери он займет мое место и станет старейшиной и уже ему придется заботиться о благополучии всех селян. И я хочу спокойно уйти зная, что оставляю вас в надежных руках. Поэтому…

Старик сбился, потому что видно было его волнение, и он некоторое время собирался с мыслями, и все-таки сказал:

— Поэтому, я решил вам дать задание, которое если кто и выполнит, то навсегда останется в памяти и сердцах всех жителей нашей деревни. И этот подвиг станет началом того уважения которого заслуживает старейшина.

Сказав это старик казалось совсем обмяк, было видно что это решение которое он принял далось ему непросто. Он еще немного постоял, пожевал губами и выдохнул:

— Вы должны убить Инканьямбу.

Инканьямба это был страшный и злобный монстр который обитал в болотах за лесом, она редко вылезала из своего логова, но когда вылезала, то смерть и разорение оставляла после себя.

Никто не знал откуда она взялась, и никто не мог с ней совладать, потому что у нее была крепкая шкура, которую не брал ни один меч и у нее была змеиная изворотливость, которая не давала ей попасться в ловушки что расставляли для нее смелые охотники.

И вот старейшина сказал свое слово. И слово его было закон. И отныне только победитель Инканьямбы мог стать мужем его дочери. Старейшина знал, что возможно посылает на смерть лучших сынов своей деревни, но он так же и знал, что если лучшие воины его деревни не смогут совладать с жутким монстром, то все равно их деревня обречена, год за годом Инканьямба подбиралась все ближе к деревне, разоряя охотничьи домики и перебив несметное количество разной лесной живности… Он понимал, что ему как старейшине, необходимо справиться с этой угрозой, потому что на нем вся ответственность и люди верят ему и он сказал:

— Завтра утром вы выходите в путь. У вас есть всего одна ночь на подготовку. Для вас все наши мастера, если вам нужно особое оружие кузнец вам сделает его, если вам нужны какие-то снадобья знахарь поможет вам в этом. Все что вам может дать деревня ваше. Подумайте хорошенько и соберитесь в путь. С утра выходим!

Виллем ушел советоваться со своим другом кузнецом, с которым они выросли вместе с самого детства, а Найзел ушел в лес, к своей мудрой матери-колдунье.

Сима слушала эту страшную историю с содроганием сердца. И хотя ей было очень интересно чем все закончится, но она очень переживала за Виллема и не хотела, чтобы кто-то умирал, Сима была очень доброй и сострадательной девочкой и ей было трудно представить, что нужно кого-то убить. Даже если это страшный монстр.

А старейшина, вздыхая закончил свой рассказ:

— Мы не знаем, что произошло в доме у колдуньи, но потом, когда уже мать Найзела наложила на нас свое проклятье и мы стали звать ее не травницей-знахаркой, а злой колдуньей мы узнали страшную правду. Оказалось, что Инканьямба была заколдованной сестрой матери Найзела, его тетей. И Найзел, узнав об этом конечно же отказался убивать Инканьямбу, но храбрый и смекалистый Виллем все-таки сумел выследить и победить страшного монстра. Об этой славной победе сложено не мало песен и сегодня на нашем праздничном ужине ты услышишь их все, но прошу тебя не спрашивай, что стало с Виллемом. Не надо. Пусть сегодня будет праздник.

Глава 7

Глава седьмая. История злой колдуньи

И был праздник. Все веселились и смеялись, если и пили. Ведь Сима и Фаня были тем чудом, которое единственное что могло спасти жителей деревни. Когда злая колдунья накладывала свой заклятие она сказала:

— Вы десять лет не будете видеть дневного света. И как только первые лучи солнца появятся из-за горизонта, вы будете исчезать, пропадая из этого мира и ваши души будут страдать не найдя вас тут. И 10 лет это будет продолжаться, пока первая душа не покинет вас навсегда, потому что долго душа без тела существовать не может. И потом каждую ночь вы будете терять по одному своему другу или родственнику, пока не останется никого. НИКОГО!!! Как нет теперь моей дорогой сестры, так не будет и вас, злобные, мелкие человечишки! И только свет настоящего волшебства, волшебства из реального мира сможет осветить тот тайник куда я упрятала ваши души. Но вы никогда не сможете попасть в реальный мир и никогда не спасетесь. НИКОГДА!

Колдунья захохотала страшным смехом и взмахнув свой черной накидкой, развернувшись, ушла в лес.

Так все было, и какое чудо, что в деревню случайно забрели наши отважные путешественники. И теперь только от них зависело, будут ли спасены все эти люди. И старик старейшина, и Хельга и даже Виллем. Хотя что же случилось с Виллемом почему-то никто не говорил, а когда девочки задавали вопрос, то все опускали глаза и переводили разговор на другую тему…

Праздник удался и девочки уставшие, но довольные решили отойти от бурного веселья и Сима взяв свой горшочек пошла с ним на берег реки и девочки разговорились

— Что ты думаешь о старейшине? — спросила вдруг Фаня

— Я думаю ему очень нелегко, на нем такая ответственность, и я вижу, как трудно ему приходится принимать все эти решения, мне кажется, он очень любит всех жителей деревни и очень беспокоится об их благополучии. А почему ты спросила, дорогая?

— Ты знаешь, я ведь разговаривала с вязом. И много всего узнала. Пока ты говорила со старейшиной, я слушала то, что рассказал мне вяз. А ведь он тут стоит все эти годы и видел все от первого до последнего дня. Он даже помнит, как старейшина еще мальчишкой учился стрелять из рогатки. И я хочу тебе рассказать то, что узнала от вяза.

И Фаня рассказала, что оказывается за долгие годы существования деревни, земли вокруг нее уже истощились, а выкорчевывать лес было очень трудно и потому селяне ютились на своих наделах и собирали скудный урожай. А за лесом, там, где раскинулись огромные просторы болот была плодороднейшая земля, вся пропитанная торфом и прочими природными удобрениями и Старейшина уже давно положил глаз на те земли и хотел, чтобы деревня возделывала свои поля именно там. Но страшный монстр недавно поселившийся там мешал его планам. И тогда он решил убить двух зайцев. И дочь выдать и решить все проблемы с урожаем. Он решил убить Инканьямбу чтобы завладеть всеми теми плодородными землями, и потому рассказывая о зверствах Инканьямбы он намеренно приукрашивал злодеяния, которые она совершала. А ведь ей всего то надо было чем-то питаться и вылезала она так редко и ловила только больных и слабых животных и никогда не убивала и не ела людей, но молва и страх всего неизвестного превратили ее в самое ужасное создание на свете в умах и сердцах людей.

И так произошла та страшная трагедия. Сестра колдуньи была убита, хотя колдунья на протяжении многих десятков лет искала способы спасти ее, изучала все новые травы и заклинания, но ничто не помогало. Сестры очень страдали от этого и порой колдунья приходила на болота чтобы просто посидеть со своей сестрой. А Инканьямба клала свою ужасную голову ей на колени, и колдунья гладила ее и плакала.

Сима слушала то, что ей рассказывала Фаня, и в ее сердце росло негодование. Ей так сильно стало жалко бедную сестру колдуньи, что она хотела немедленно вернуться в поселок и высказать все Старейшине и что такой человек как он не заслуживает спасения. Если он убил невинное страдающее существо ради земельных наделов, то чего стоит этот человек? Как можно рисковать жизнью ради него?

— Постой, моя хорошая, успокойся, дорогая! — ласково сказала Фаня — Я понимаю твои чувства, ведь когда я сама об этом узнала, мне тоже было очень нелегко понять Старейшину и его решения. И я не оправдываю его. Я знаю, что он поступил очень плохо. Потому что ничем нельзя оправдать убийства, тем более убийства невинного и страдающего существа. Но… Ты знаешь, Сима. Ведь эти люди такие же, как и сестра колдуньи, они оказались в плену заклятия и теперь невинно страдают и даже могут скоро погибнуть. А их тут больше трех сотен человек, разве ты можешь допустить чтобы погибло столько невинных людей из-за амбиций одного не слишком сострадательного человека?

— Да ты права, моя дорогая! Я совсем потеряла себя от горя, я так переживала за сестру колдуньи, мое сердце просто разрывалось, когда я думала, как сестры сидели на болотах и колдунья гладила эту ужасную голову и плакала. Это все так ужасно и печально. И я, конечно, не могу оставить погибать всех этих людей в деревне, я сделаю все чтобы их спасти, но я хочу знать больше о колдунье. Вяз сказал тебе как ее звали? Я уже устала что она злая колдунья, я хочу знать ее, хочу знать как ее зовут.

— Да, Сим, я знаю как ее зовут.

— Ну? И, как же?

— Виллена. И она мать Виллема

Сима была в полнейшем шоке от это новости.

— Но как это возможно? Ведь мать никогда бы не бросила своего сына! Почему?

И Фаня рассказала эту грустную историю.

— Давным давно, когда Виллена была юной красавицей и пошла в ученицу к старому мастеру травнику, у нее было два друга, они были оба очень увлечены юной Вилленой, но один был подмастерьем у кузнеца и был большим, добрым и остроумным юношей, с ослепительной и застенчивой улыбкой, а другой был деревенским колдуном. Поговаривали что он ходил на болота и ставил там свои эксперименты изучая новые заклинания и создавая новые. И иногда он вызывал страшных созданий из другого мира и если они не подчинялись ему, уничтожал их. Он был очень сильным и могущественным колдуном, и его сила была огромна. И когда он обратил свой взор на Виллену, конечно, все было предрешено. И стало так, что юная Виллена проходя обучение у доброго мастера травника, изучая свойства трав и способы создания настоек и мазей проводила все свое свободное время со своим другом кузнецом. Звали его Айрел и Вилена часто смеялась и говорила ему: «Ах, ты мой, Ай! Ай ты мой, ах!» Дело близилось к свадьбе и уже была назначена дата, но деревенский колдун не хотел этого. Ему Виллена была нужна самому. Но время свадьбы пришло и наши влюбленные поженились и через год у них появился юный Виллем. Родители души в нем не чаяли и сын отвечал им тем же. Он радостно улыбался и вращал своими глазенками. Это была счастливая семья и так бы и продолжалось, если бы не наш колдун.

Приготовив сонное зелье, он подсыпал всем гостям на праздничном ужине, по поводу 3 месяцев исполнившихся Виллему, и похитил Виллену унеся ее в свой домик в лесу, где ставил свои опыты. Там он и овладел ею. И Вилена зачала и через 9 месяцев родился Найзел. Но все это время Виллена была в плену у колдуна, но он все время давал ей какие-то снадобья, и она не могла сопротивляться и была с ним, до тех пор, пока не родился второй ее сын.

За время своего плена Колдун обучил ее всем премудростям своего колдовского дела. И поскольку Виллена уже много знала о травах ему было очень легко дать ей недостающие знания, тем более что большая часть его заклинаний находилась в старой книге заклятий, куда он дописывал и свои новые, изобретенные формулы. И вот однажды, после рождения Найзела, Виллена очнулась от действия снадобий и поняла, что все это время находилась в плену и затаила обиду и решила отомстить колдуну за все его зверства, за то что он отнял у нее сына, за то что использовал ее, за все горе и страдания которые он причинил. И как-то раз, когда колдуна не было дома, она решилась и открыв книгу заклинаний приготовила сильнейшее зелье. И когда колдун пришел домой, она подала ему кубок с вином, в которое добавила свое зелье. И колдун, думая, что она до сих пор находится под действием его чар принял этот кубок и выпил.

Смерть его была страшной, он мучался три дня пока не издох. Но поскольку Виллена знала, что он сильный колдун, то она добавила в зелье парализующую формулу, чтобы он ничего не мог сделать. Она, конечно, боялась, что не сможет противостоять ему, если бы он смог ответить ей в полную силу. Поэтому он просто лежал на полу хижины и ужасно кричал от боли, и тело его свивали судороги и жар был такой, что, казалось, загорятся половицы. Но на третий день он умер. И Вилена отнесла его на болото, потому что не хотела его хоронить как доброго человека. И тогда она взяла Найзела и пошла назад в деревню.

Но в деревне ее не приняли. Оказалось, что колдун после того как похитил ее с праздника не раз появлялся в деревне и рассказывал всем, как рада Виллена живя с ним, как долго ей приходилось терпеть этого глупого Айрела и вот наконец то теперь живя с ним она счастлива. А когда он рассказал, что она беременна и скоро у них будет сын в деревне, уже совсем перестали ждать Виллену обратно. Все решили, что она и правда была тайно влюблена в колдуна и теперь бросив своего мужа и своего трехмесячного сына ушла жить к колдуну по своей воле. Никто не знал правды, а целый год красочных рассказов колдуна о том, как они дружно живут и как Виллена счастлива убедили всех жителей в том, что Виллена никогда не любила Айрела и возвращаться и не думала.

Айрел очень страдал, ведь его покинула любимая женщина. Без объяснения причин, бросив не только его, но и их крохотного сына. Он сходил с ума от горя, но ничто его не могло утешить и только дочь пекаря, Дайна была рядом с ним, приходя к нему по вечерам, убирая дом и кормя маленького Виллема. Она сидела рядом с Айрелом, гладила его по руке и иногда пела колыбельные. А он сидел на лавке как истукан и ничего не мог делать. Иногда он покачивался как сумашедший и в глазах его стояла безмерная боль. Иногда там она видела слезы. Но они катились по безучастному лицу. Он не мог плакать по-настоящему. Он тихо страдал, сходя с ума. Она не знала что может сделать, но она ведь тоже была влюблена в Айрела и когда тот женился, он радовалась за то что ее любимы счастлив, ей конечно хотелось быть с ним, но она его любила по настоящему и потому желала ему только счастья и сейчас когда Айрел так страдал, она не могла не быть с ним рядом в этом горе. Она ничего не ждала и ни на что не надеялась она просто очень любила его и хотела, чем могла уменьшить его боль. И однажды, через примерно полгода с того момента как пропала Виллена, в очередной вечер, когда Дайна убралась в дома и покормив маленького Виллема и усыпив его сидела с Айрелом и пела ему какую-то песню, он разразился безудержным плачем. Его вдруг прорвало и все горе, и страдания что он перенес вылились наружу и виде отчаянного плача. Он кинулся в объятья Дайны и плакал у нее на плече как ребенок. А она гладила его по голове и шептала слова утешения. Ее сердце тоже разывалось от горя и сострадания, но она просто гладила его и утешала… Это продолжалось долго, много слез и плача было у Айрелла, долго он это в себе носил, но теперь он начал освобождаться от этого. И постепенно миллиметр за миллиметром он снова начал возвращаться к себе. К тому старому доброму и веселому Айрелу, которого все знали. Еще месяц ходила Дайна к Айрелу и была с ним, утешая и успокаивая его и в один прекрасный день он посмотрел ей в глаза. И она не отвела своих глаз. Они смотрели друг другу в глаза и Айрел понял что-то очень важное. И вскоре Дайна забеременела. Так у Виллема появился брат. А Айрел обрел своего спасителя и вторую жену.

И когда Виллена пришла в деревню она встретила не радость в глазах жителей, а презрение и осуждение. Она пыталась рассказать про то, что ее похитили, и она была в плену целый год, и что наконец-то она смогла вырваться из плена и что она убила колдуна и теперь больше нет никакой угрозы для деревни. Но никто ее не хотел слушать, а когда она прибежала в свой дом, где они были так счастливы с Айрелом она увидела годовалого малыша, которого кормила какая-то беременная женщина. А Айрел сидел у печки и выстругивал для своего будущего сына игрушки. Он посмотрел на нее, посмотрел на сверток с ее вторым сыном, который она держала в руках и только спросил

— Здравствуй Виллена. Надолго к нам?

Виллена все прочла в глазах Айрела. Она зарыдала и кинулась прочь из дома. Ей некуда было идти, эта деревня больше не была ее домом. И она вернулась в домик в лесу, где прожила год с колдуном и где родился Найзел. И с тех пор ее жизнь была подчинена только одному, спасти свою сестру, она посвятила свою жизнь изучению колдовства, потому что других родных людей кроме сестры у нее не было. Она конечно любила своего второго сына, но та боль что причинил ее нежеланный супруг, то что сделал колдун навсегда вычеркнуло его из ее сердца и она гладя на подрастающего Найзела и видя в нем черты колдуна, конечно страдала. Но жизнь шла своим чередом, Виллана изучала колдовство и ходила на болото пробуя все новые и новые способы вернуть человеческий облик своей сестре, а Найзел рос, мужал и превращался в мужчину. Так продолжалось то тех пор пока в деревне не объявили соревнование за руку и сердце дочери старейшины.

— Ну а дальше ты все знаешь, — грустно закончила Фаня

— Даааа. Вот это история. А я то, поговорив со старейшиной, подумала, что все так просто. Есть злая колдунья и есть несчастные люди, которые безвинно страдают, а оказалось, что все гораздо сложнее. — Сима, грустно вздохнула и плотнее прижала к себе горшочек с цветком. — Спасибо тебе, Фанечка, вот если бы не ты и если бы не твои чудесные корешки мы бы давно с тобой потерялись, и мы бы никогда не узнали всей правды. А это очень неприятно, когда тебя обманывают и используют. Но теперь то мы все знаем и будем начеку. И что же мы теперь будем делать, как ты думаешь?

— Я думаю мы должны спасти жителей деревни, даже не потому, что нам нужно узнать про монетку, а потому что мы не можем пройти мимо страданий стольких людей. Завтра с утра мы с тобой все решим и спланируем дальнейшие шаги. А пока давай поспим? Что-то я невероятно устала.

И девочки уснули, прямо на берегу реки. Сима свернулась, калачиком обняв горшочек с любимой подругой, а Фаня выпустила множество тоненьких корешочков, окутала Симу наподобие одеяла, чтобы Сима не замерзла и так они встретили свою вторую ночь в волшебном мире

Глава 8

Глава восьмая. Спасение жителей деревни

Проснувшись утром, подруги, как и ожидали встретили только пустые дома и ни одной живой души.

— Ну что, дорогая, куда же мы пойдем? — спросила Сима.

— Вяз мне сказал, что на болотах произошло что-то очень нехорошее, и когда Виллем сражался с Инканьямбой, он сам погиб. Или произошло, что-то другое, еще более ужасное, но главное, что после того как Виллем ушел в поход он пропал, как пропала и Инканьямба. Больше ее никто не видел, и все решили, что Виллем смог убить ее, но и сам погиб. Так что я думаю нам надо разобраться в этой истории и выяснить что же там случилось. Мы идем на болота!

Так наши подруги и сделали. Они собрали свои нехитрые пожитки, а это и было то всего небольшая котомка где лежал их чудесный фонарик и подаренная дочерью старейшины ее любимая заколка, которую сделал ей ее друг Виллем.

Путь предстоял им неблизкий, потому что им пришлось возвращаться в лес, из которого они только вчера с такой надеждой вышли, думая, что уже почти у цели, но приключения для юных авантюристок только начинались. И вот, наши подруги вновь вступили под кроны этих древних и таинственных деревьев. Было ясное утро и идти было одно удовольствие, тропинка не терялась, а вредные корни деревьев на лезли под ноги. Прогуливаясь по нетронутому лесу девочки стали напевать веселые песни про яркое солнце и свежий утренний ветер. И в какой-то момент они заметили, что лес стал им подпевать, шумя и покачивая в так своими ветвями. Так весело и радостно они не заметили, как прошагали по тропинке до самых болот.

Оказалось, что болота поистине безграничны. Стоя на опушке леса, на самом его краю, они смотрели вдаль и видели лишь затянутое водой и ряской болото. Бескрайнюю череду кочек да изредка квакающих лягушек. Выглядело все это очень мрачно…

— Да уж, грустно же здесь жилось Инканьямбе, — заметила Сима.

Фаня качнула своими листочками, соглашаясь.

— Ну что, доставай наш волшебный фонарь, с волшебной лампочкой. Думаю, что только ему сейчас под силу пролить свет на то, что здесь произошло.

Сима достала из своей котомки фонарик и включила его. Свет фонаря днем казался совершенно не заметным. И хотя день уже клонился к закату, все-таки девочки прошагали по лесу весь день, но все-таки видно ничего не было. И они решили дождаться вечера, чтобы попробовать воспользоваться фонарем, когда дневной свет не будет им мешать. Сима присела у крайнего дерева, которое стояло ближе всего к болоту, а своими корнями заходило в самое болото и решили отдохнуть пока не наступит вечер.

— Поставь меня поближе к корням, попросила Фаня.

Сима передвинула горшочек к самому краю твердой земли, где корни уходили вглубь болотной трясины, и Фаня привычно выпустила свои корешочки и снова погрузилась в молчаливое общение. Это продолжалось довольно долго так что даже Сима успела немного вздремнуть, пока не наступил вечер. Солнце зашло сначала за кроны деревьев и навалился сумрак, и еще через некоторое время закатилось за горизонт и наступила полная темнота.

Фаня очнулась от долгого разговора с деревом и сказала.

— У болотных деревьев много историй, но все они очень грустные. И большая часть его рассказов для нас не важна, но было кое-что важное, что я думаю нам поможет отыскать ответ, что же тут произошло. Я узнала, где произошел бой между Виллемом и Инканьямбой. Включай фонарик, нам нужно спешить!

Сима включила фонарь и сразу же увидела на земле светящиеся полосы, как будто тут что-то тащили или кто-то ползЭто было похоже на следы чего-то очень большого и тяжелого.

— Это следы Инканьямбы, — сказала Фаня. Она тут тоже бывала и охотилась иногда. Давай пойдем по тому следу, который уходит влево и огибает болото, там что-то есть.

Сима взяла подругу на руки и подсвечивая себе фонариком двинулась по светящемуся следу.

Вскоре подруги заметили, что след становится ярче и ширина светящейся тропинки тоже увеличилась

— Она здесь часто бывала, — сказала Фаня. — видишь, как сильно светится след!

— Да, похоже мы приближаемся к ее основному месту жительства. Видимо здесь Виллем ее и нашел, — ответила Сима.

Пройдя еще метров сто, подруги заметили возвышение, какой-то не то холм, не то невысокую горку, подойдя ближе они увидели, что это пещера для них конечно большая, но похоже, что Инканьямба забиралась туда с трудом. След уводил внутрь пещеры. И девочки смело шагнули внутрь.

Оказавшись внутри Сима, стала светить фонарем вокруг, наводя на стены и подсвечивая даже потолок. И везде она видела свечение, которое осталось от следа прикосновения Инканьямбы.

— Я думаю нам нужно в самое ее гнездо, — дрожа листочками сказала Фаня

— Охохохоооооо. Охохохонюшки — вспомнила свою любимую присказку Сима. — Надо значит надо!

И она ускорила шаг.

Им пришлось пройти совсем не много, уже через пять минут они оказались в круглом помещении, которое все было исполосовано следами жуткой рептилии. Но было и еще кое-что. Сима заметив в самом центре какое-то красное свечение пошла к нему. И когда она подошла вплотную, она увидела что это след от человеческого тела. Прямо на полу она видела, как лежал, раскидав руки и ноги мужчина. Было заметно даже, что он одет в латы и на голове его был шлем. Но он лежал на спине и в руке его не было меча. Сима озадаченно смотрела на место, где вероятно произошла битва и где погиб Виллем.

— Поставь меня рядом с ним, — тихо попросила Фаня.

Сима молча сделала, то, что ее попросила подруга.

Фаня, дрожа всеми листочками, начала выпускать корешочки. Они все ползли и позли пока не покрыли все то место, где лежал Виллем. Выглядело это почему-то очень страшно. Красное пятно, след человеческого тела все покрытое паутиной мельчайших корней. Фаня дрожала все больше и больше, ее корни начали пульсировать и вдруг она закричала.

— Брось скорее сюда тот гребешок, который тебе дала Хельга! Скорее, мне очень трудно.

Сима начала судорожно раскрывать свой маленький мешочек и нащупав гребень, тут же бросила его в паутину корней. Гребешок взорвался ярким светом и стал увеличиваться в размерах и словно бы та любовь что была вложена Виллемом когда он мастерил этот гребешок для своей любимой Хельги начала высвобождаться и наполнять своей безграничной силой то место что когда-то было Виллемом. Корни Фани вдруг вспучились и Сима увидела, что теперь формой они напоминают тело человека, как будто бы Фаня опутала корнями реального человека, лежащего на земле. За ярким светом, которые испускал гребешок ничего не было видно, что там под корнями, но пульсация была такая, что в какой-то момент Сима заметила, что это просто ритмичное дыхание. Под корнями был живой человек! И он дышал!

Спустя какое-то время свет начал угасать, а корешки Фани почернели и съежились. Два листочка и один цветочек пожухли и в минуту завянув упали на землю.

— Я очень-очень устала, — тихо сказала Фаня. — Мне надо отдохнуть

Фаня отключилась и ее листики совсем поникли, казалось она отдавала саму жизнь, чтобы спасти Виллема. Сима очень испугалась, что с ее подругой случилось что-то непоправимое и забыв о Виллеме, начала судорожно бегать по всей пещере, чтобы отыскать какой-то источник воды. Ведь они находились на болотах и вполне возможно, что где-то недалеко должны быть вода. Носясь из угла в угол по пустой пещере, она не видела, чем могла бы помочь своей подруге и ее отчаяние увеличивалось, и она очень боялась, что с ее подругой случилось что-то нехорошее. И она даже не сразу поняла, что к ней кто-то обращается.

— Кто вы? Что случилось? Я не могу вспомнить что произошло.

Сима на какой-то миг остановилась и уставилась на сидящего на полу молодого и красивого человека. Он озирался по сторонам и выглядел немного ошалевшим.

— А вас есть вода? — Сима не могла думать ни о чем больше, кроме того что ей нужно срочно найти способ помочь своей подруге.

— Да… Кажется была в моей походной фляге. Сейчас я посмотрю

Виллем, отцепил с пояса свою фляжку и поболтав ею, удовлетворенно сказал:

— Да есть. Немного, но есть. — И протянул Симе полупустую флягу с водой.

Сима быстро открыла фляжку и стала поливать Фаню.

— Оооооох. — слабый выдох и дрожание листьев, — хорошо!

Фаня подняла поникшие бутончики.

— Как же хорошо, я давно так вкусно не пила. Как будто заново родилась, — в голосе Фане начали снова появляться прежние веселые и озорные нотки

Сима поняла, что самое страшное позади и все будет хорошо.

Она вздохнула и улыбнулась. Вот это приключения им достались! Никак она не могла подумать, что, отправляясь на помощь Давиду они окажутся в водовороте таких приключений. Но как хорошо, что у нее есть такая верная и мудрая подруга. Столько раз она уже спасала их из переделок, и она с огромной любовью и теплотой обратилась к ней:

— Дорогая, как ты себя чувствуешь? Я не поняла, что ты сделала, но я так испугалась, когда ты перестала говорить и твои корешки и листики завяли, я очень испугалась за тебя и теперь так же очень рада, что все хорошо!

— Да, все уже хорошо, — радостно вздернув листиками промурчала Фаня. — Если бы я знала, что во фляжке у Виллема такая вкусная вода, я бы сделала это еще раз!

— Ну уж нет! Хватит и одного подвига на сегодня, — грозно ответила Сима

И тут же радостно засмеялась. Как же хорошо, что все так замечательно закончилось

— Но все-таки, что ты такое сделала? Как тебе удалось вернуть к жизни Виллема? Или он не погиб и это было какое-то волшебство?

— Я и сама не очень понимаю, что это было, — честно ответила Фаня. — Просто ты ведь знаешь, что мой горшок, в который меня пересадили, обладает очень сильной магической силой, потому что на протяжении многих веков жрецы использовали его в своих ритуалах. И, кстати говоря, некоторые ритуалы в древней египетской магии — это ритуалы возвращения жизни. Иногда такое бывает, что человек умирает, но как бы не до конца. Душа его еще остается на земле и есть возможность пока еще тело живо вернуть ее назад. Но у нас то была ситуация гораздо сложнее, — засмеялась Фаня, — У нас то ведь не было тела Виллема, и поэтому мне пришлось использовать силу любви, которую вложил Виллем в тот гребешок. Потому что нет силы сильнее чем любовь, и если бы Виллем не любил Хельгу по настоящему и не вложил всю свою любовь в тот гребешок, то ее бы не хватило, чтобы вернуть его тело из мира мертвых. Но любовь страшная сила, — снова засмеялась Фаня

Фаня еще похихикала немножко и продолжила

— Ну а если честно, то я почти ничего и не делала, я попросила горшочек помочь мне и соединившись с ним использовала все его знания как свои. В этот момент я много чего знала, но теперь не спрашивай меня как я это сделала, теперь я снова простой цветочек, гораздо более красивый чем умный, — уже не сдерживаясь веселилась Фаня.

Виллем слушал молча веселую беседу подружек и наконец сказал:

— Подождите, вы хотите сказать, что я умер, а теперь воскрес?

— Ну что-то типа того, — хихикнула Фаня

— Вот дела! И я могу вернуться домой? А что там с Хельгой? Что случилось? Как долго я был мертв? — спросил Виллем?

Девочки поняли, что им придется очень много рассказать Виллему.

И самое главное, что его не было почти 10 лет и его любимая Хельга хоть и не вышла замуж за другого, но уж точно не стала моложе за эти 10 лет. И подруги наперебой стали рассказывать Виллему все что они успели узнать за эти два дня. И про его настоящую мать Виллену и про то вся деревня под ужасным заклятьем и что он убил свою тетю в образе ужасного монстра.

— Постойте. Я не убивал ее. Все было не так. Да я шел на смертельный бой и я знал, что скорее всего мне не выжить, потому что я поговорил со всеми охотниками которые пытались изловить ее и знал, что ничто ее не берет, ни сталь ни огонь. И она так умна, что обходит все ловушки и никаким способом ее не поймать. И я шел сюда просто потому, что должен был. Я должен был либо победить, либо умереть. Но все произошло совсем не так, как я думал. Когда я пришел к болотам и нашел пещеру, я легко пробрался внутрь и думал, что попробую выколоть ей глаза и пока она будет ослеплена попробую спутать ее крепкими стальными цепями, которые сделал мне мой друг кузнец. Я не знал, что мне еще делать, и такой был у меня план. Но когда я зашел сюда, в самое ее логово, она не спала и словно ждала меня. Она сидела, свив кольцами свое тело и смотрела мне словно в душу своими огромными светящимися глазами. И потом она заговорила со мной.

— Я знаю тебя воин. Ты Виллем, и я чувствую запах твоей крови. — сказала грозная Инканьямба.

— Да я Виллем, и я не дам попробовать тебе моей крови, как бы этого не хотела, злобная тварь, — выкрикнул Виллем, потому что ему было очень страшно смотреть в эти ужасные светящиеся глаза, и он старался подбодрить себя смелыми выкриками.

— Дурачок, мой маленький Виллем, — грустно сказала Змея. — Я не буду тебя есть, и убивать я тебя не буду, в нашей семье это не принято, — грустно улыбнулась она

— В какой семье, — ошалело спросил Виллем.

— В нашей. В твоей и моей. Мы ведь родственники, дорогой племянник — ошарашила его Инканьямба.

— Что??? Что ты мелешь, злобная тварь, как ты можешь такое говорить, я убью тебя только за такие слова, — закричал Виллем, загораясь истинным гневом

— Хорошо, если захочешь ты меня убьешь, но сначала выслушай меня, а потом принимай решение. — заключила ужасная тетя

И она рассказала свою печальную историю

Глава 9

Глава девятая. История Инканьямбы

Инканьямба рассказала Виллему, что она родилась в той же деревне, что и Виллем нарекли ее при рождении Грания, что означало любовь. И была она старшей сестрой, и была у нее младшая сестричка, любимая Виллена. Старше она была почти на 15 лет и потому часто родители оставляли крохотную Виллену на попечение старшей дочери и так случилось, что Грания вырастила Виллену любя ее как свою дочь. Но все же Грания была обычной девушкой и как и все в ее возрасте заводила приятные знакомства с парнями и был в деревне очень необычный паренек, звали его Аенгус, что значило «очень сильный» и поступил он тогда в учение к деревенскому знахарю, так как имел склонность и таланты к распознанию и использованию всяких даров природы. Учение ему давалось легко и скоро он стал правой рукой знахаря и часто делал снадобья вместо учителя. Парнишка был сколь талантлив столь и амбициозен, он очень быстро изучил все премудрости знахарского дела и вскоре даже превзошел своего учителя и порой отдыхая от работы он выходил к реке, чтобы полюбоваться закатом и покидать камушки. А Грания тоже любила прогуливаться в тех местах и конечно же они познакомились и иногда стали проводить время вместе. Грания была очень открытым и доверчивым человеком и когда Аенгус рассказывал ей о своей учебе и о том, чем он занимается, ей было приятно что он делится с ней своими делами, что рассказывает обо всем. Она смеялась, когда он высмеивал своего забывчивого учителя, смешивающего не те ингредиенты и когда вместо любовного зелья получалось слабительное. Ей было интересно с ним, и она сама не заметила, как стала все больше думать о нем и ждать новых встреч.

А Аенгус занимался своими делами и для него Грания конечно не значила ровным счетом ничего, ему просто нравилось как она внимательно слушает его и восторгается его умениями, ему это просто льстило и он проводил с ней время потому что был тщеславен. Но все-таки он ведь был еще и мужчиной. И в один прекрасный момент он посмотрел на Гранию как на молодую и привлекательную женщину и захотел добиться ее.

И вот встретившись в очередной раз у реки он решился и рассказывая какую-то очередную забавную историю о своем учителе он приблизился к девушке и обнял ее. Грния не ожидала этого и попыталась отстраниться, ведь они просто были друзьями, и она не давала повода на что-то большее, тем более что у них в деревне были довольно строгие нравы и встречаться с парнями до замужества считалось очень неприличным. И она не хотела заработать репутацию распутницы на ровном месте.

— Что ты делаешь, Аенгус? — с испугом прошептала она

— Я ведь тебе нравлюсь, — прошипел Аенгус. — Так чего мы ждем?

— Но так нельзя! Аенгус отпусти меня, — взмолилась Грания

— Нет, я хочу тебя, и ты будешь моей, — Аенгус только крепче сжал хрупкое девичье тело.

— Отпусти! Помогите! — закричала Грания и стала вырываться из его сильных цепких рук.

На ее счастье в то самое время на берег реки вышел прогуляться тогда еще молодой Старейшина. Он только недавно вступил на этот пост и хотел при любом уобном случае показать свою власть. Увидев, что происходит что-то недоброе, он закричал:

— А ну-ка шалопай, отпусти девочку! Что ты там себе удумал

Аенгус вздрогнул, и разжал руки, он уважал только силу и понимал, что со Старейшиной ему не тягаться, поэтому он отпустил Гранию и та опрометью бросилась от него. Во мгновение ока она прибежала домой и сидела какое-то время пытаясь унять бешенно колотящееся сердце. Все теплые чувства, которые так робко у нее зарождались по отношению к Аенгусу смело как ливнем в июле. Ничего не осталось, был только страх, что это может повториться и никого не окажется рядом, и тогда может случиться непоправимое. Она очень испугалась и зареклась больше одной не ходить на берег реки.

И на какое-то время она осталась одна, занималась домашними делами, играла с подрастающей Вилленой и старалась забыть о том ужасном случае. Но однажды ее друг, охотник позвал ее на прогулку. Он сказал:

— Грания, я знаю ты любишь все необычное и я недавно нашел в лесу удивительное животное, хочешь посмотреть? Ничего раньше такого я не видел. Это не страшно, а даже очень интересно, если пожелаешь я тебя проведу.

Грания ничего не подозревая согласилась, потому что она и правда было очень любознательной девушкой, и ее друг-охотник всегда вызывал ее доверие. И она согласилась и пошла с ним. Шли они долго, через весь лес, пока не вышли к самому болоту.

— И где же тот зверек? — спросила Грания, поворачиваясь к охотнику.

Повернулась и оторопела. Не было больше друга-охотника. На нее смотрели узкие щелочки плотоядных глаз Аенгуса.

— Ну как тебе мое новое заклятие, меняющее облик? — засмеялся он — Я уже давно начал изучать колдовство, потому что мой дурак знахарь уже ничему не может меня научить. И я понял, что колдовство дает гораздо больше возможностей добиваться того чего я хочу. А тебя я очень хочу. И если ты мне откажешь сейчас и не согласишься быть моей, я превращу тебя в этого самого удивительного зверька, — захохотал он.

Он был на своей вершине. Он сделал то, чего не мог сделать никто в деревне, он добился полного контроля над ситуацией и был уверен, что находится всего на один шаг от желанной цели. И ему и в голову не могло прийти, что такая хрупкая девушка перед лицом его силы станет противиться.

— Нет, Аенгус, — в словах Грании вдруг неожиданно прорезалась сталь. Я никогда не буду твоей, и даже если ты сделаешь что-то гадкое, это будет на твоей совести до конца жизни, и я тебя никогда не смогу простить, и мое проклятие будет на тебе, и ты умрешь в страшных мучениях в своем доме, когда ты меньше всего этого будешь ожидать и будешь упиваться своим могуществом. Я предупреждаю тебя Аенгус, и хоть я не колдунья как ты, но сила женского проклятья сильнее любых чар. Берегись Аенгус и не сделай ошибки

Грания стояла гордая, прямая и во всей ее фигуре читалось королевское достоинство. Аенгус зашипел от внезапной злости побелел и начал судорожно рыться в своих многочисленных карманах. Довольно скоро он нашел что искал.

— Ну хорошо же, глупая девчонка. Я не думал, что ты откажешься, видя мою силу, но, если ты так глупа, что ж. Теперь ты вволю познаешь все необычное. Теперь твоя жизнь изменится навсегда.

И открыл какой-то пузырек с резко пахнущей жидкостью и бросил его ей под ноги, бутылёк разбился и красный зловонный дым стал подниматься, окутывая бедную девушку. В минуту все кончилось и уже не девушка, но страшная болотная тварь явилась на свет.

— И так я стала Инканьямбой, ужасной болотной тварью и все, кто меня видят желают меня убить — закончила свой рассказ Змея.

— Но как же твоя семья? Разве тебя не искали? Разве не узнали, что во всем виноват колдун? Ведь ты можешь говорить и ты, наверное, могла бы просто прийти в деревню, все объяснить, и старейшина заставил бы Аенгуса вернуть тебе твое прежнее тело?

— По правде сказать, в первые мгновения после превращения я не сразу поняла, что произошло и что я теперь такое. Я захотела кинуться к нему и ударить или оттолкнуть, но попытавшись это сделать, наткнулась на невидимую стену. А он стоял и смеялся, говоря: «Ничего ты мне сделать не сможешь, это я тебя создал и теперь ты моя игрушка» Я попробовала еще несколько раз, но моих сил явно не хватало или сила его чар была так велика. Но ему я сделать ничего не могла. И я отступила, а он ушел, покрывая меня оскорблениями. А потом… Потом я делала множество попыток, но любой человек видя меня бежал от меня куда глаза глядят. А те кто не мог убежать парализованный страхом ничего не мог понять из того что я говорила. Я не сразу поняла, но Аенгус очень извращенный колдун и он сделал так, что понять меня могут только мои прямые родственники, мои родители и Виллена. Остальные же слышали только злобное шипение болотной твари.

— Так вот почему Виллена, то есть моя мама, — поправился, смутившись Виллем, — смогла тебя узнать. Она просто понимала твою речь?

— Да, я ведь много раз старалась рассказать кто я и что произошло и, конечно, делала не одну попытку. Но я не сразу поняла, что меня не понимают и много народу напугала. И самое печальное, что с тех пор, как я пропала и как появилась Инканьямба было слишком много переживаний для моих родителей и вскоре они умерли, оставив одну только Виллену и в конце концов я смогла с ней поговорить и рассказать все. И она до сих пор делает попытки меня расколдовать, но все тщетно. А теперь пришел ты, родная кровь в тебе позволила меня услышать.

Виллем сел на пол пещеры и задумался. Он сразу и безоговорочно поверил страшной Змеюке, слишком много узнаваемых деталей было в ее рассказе, но что теперь было делать? Он совершенно не мог решить. Конечно, убивать свою тетю, которая перенесла столько страданий он уже и не думал, он теперь лишь хотел как-то помочь ей, но колдун давно был мертв, и тайна заклинания превращения была утрачена. Он намеренно вырвал из своей книги все листы посвященные магии превращения и Виллену ничему такому тоже не учил и выхода не было. Виллем был раздавлен и совершенно не понимал, что же ем теперь делать. Наконец он сказал:

— Хорошо. Я теперь понимаю, что произошло и конечно не собираюсь убивать тебя. Но поскольку чтобы ты не говорила другие услышат лишь змеиное шипение я не могу предложить тебе все рассказать самой, а если я стану говорить то, что узнал от тебя меня примут за сумасшедшего, а доказательств предъявить я никаких не смогу. По той же причине, все мои доказательства это ты, а тебя они не поймут. Поэтому я хочу предложить тебе такой выход. Давай я скажу, что убил тебя, но тебе тогда придется уйти отсюда, дальше в болота, потому что если в деревне узнают, что я сохранил тебе жизнь они пошлют сюда еще воинов и в конце концов они возможно смогут найти способ если не убить, то обуздать тебя. Я ведь тоже думал, что раз твоя шкура так крепка что ее не взять никаким оружием то мне нужно лишь ослепить и связать тебя. И я думаю, что до этого могут догадаться и другие. А я теперь не хочу, чтобы тебе причинили боль. Так что я хочу, чтобы ты ушла из этих мест. И все забудут о страшной болотной твари, а я найду свою маму и мы найдем способ и снимем с тебя эти чары. Я обещаю тебе!

Так сказал Виллем, сын Виллены. И слово его было твердо. Ибо все что он делал он делал как самое важное дело в жизни, вкладывая все свои силы и любовь в это. И потому все его дела были успешными, а отношения крепкими и искренними. И так бы и случилось, если бы не последнее и самое неожиданное происшествие, которое сломало все их планы.

Глава 10

Глава десятая. Явление Аенгуса

И в тот момент, когда казалось что решение найдено и все будет хорошо, произошло нечто совершенно неожиданное. Все-таки Аенгус был гениальным колдуном и изучил в свое время множество запретных заклятий и одно такое заклятие он еще при своей жизни использовал. Это было заклятие последнего слова. Заклятие, которое работало во всех мирах и в мире живых и в мире мертвых. И давало колдуну право на последнее слово. Что бы не произошло, даже если колдун умирал, он оставался как призрак и мог следить за тем, что происходит в мире живых, до тех пор, пока не решал, что время его последнего слова пришло. Тогда он ненадолго снова восставал во всем своем великолепии и всей свой силе, чтобы применив ее уйти уже навсегда. И Аенгусу показалось, что подходящий момент настал. Он все это время находился в той же пещере в виде бесплотного призрака и внимательно слушал разговор внезапных родственников. И когда он понял, что еще чуть-чуть и его планам придет конец, потому что никто Инканьямбу убивать не будет и даже наоборот, появился еще один родственник который все сделает для того чтобы снять злые чары он, видя силу Виллема, и чтобы не рисковать, решился на последнее слово. Он произнес магическую формулу и материализовался стоя прямо посреди пещеры.

— Заждалась меня, дорогая? — засмеялся Аенгус, обращайся к рептилии

Сказать, что это было неожиданно, ничего не сказать.

И Виллем, и Грания застыли как громом пораженные. Никто из них не ожидал такого поворота. Ведь Аенгус умер уже почти 20 лет назад и увидеть его живым и невредимым здесь и сейчас, это выглядело как полный бред! Но хочешь верь, а хочешь нет, но вот он стоит живехонький и страшно довольный своей хитростью.

— Ну все, хватит тормозить, — грубо сказал Аенгус. — Сколько можно. Все, ваше время вышло. Готовьтесь к смерти.

Аенгус словно наслаждался всем этим моментом. Он намеренно тянул развязку и хотел как можно больше получить наслаждения видя страх и растерянность. И старался нагнетать это чувство все сильнее

— Да, а вы, что думали Аенгус такой дурачок, что не предусмотрел всего? Ну уж нет, я вас знаю, грязные людишки, вы всегда стараетесь все испортить, вы не можете смотреть спокойно на тех, кто лучше вас, вам обязательно нужно его унизить и заставить почувствовать свою ничтожность. Но теперь всему этому конец, вышей радости конец, и никогда ваши планы уже не осуществятся.

И не давая сказать им больше не слова, Аенгус произнес сложнейшую магическую формулу и бросив им под ноги по бутыльку, залился ужасным смехом. Его страшное колдовство подействовало почти мгновенно. Так неожиданно и так ненадолго, обретенные родственники начали таять, исчезая из этого мира. Аенгус рассудил, что для того чтобы его месть была как можно более ужасной, он не будет их просто убивать, нет, он считал что это слишком просто. Он решил, что сделает что-то более ужасное. Он отнял у них тела, и они просто истлели, сгорели в мощном вихре магической энергии, но их души остались и теперь уже Виллем и Грания носились в виде бесплотных призраков среди своих родственников в деревне и безмерно страдая, наблюдали как родственники оплакивают гибель Виллема. И конечно же они часто были у Вилены, которая к тому времени превратилась в совсем обезумевшую от горя колдунью, потому что она считала, что ее сын убил ее любимую сестру и винила в этом всех. Начиная от Аенгуса, которому конечно же досталось самая большая и горячая ее ненависть и заканчивая дураком старейшиной, который послал на верную гибель ее сына. Виллена очень любила своего первого сына и сильно страдала от разлуки с ним и конечно она тяжело переживала всю эту трагедию. И ничего удивительного не было в том, что в какой-то момент ее хрупкое сознание не выдержало под натиском всей этой боли и она сошла с ума, теперь для нее мир раскрасился только в два цвета и черного в нем было намного большею. И все что она отныне хотела, это наказать всех тех людей, которые принесли ей столько горя. И тогда она решилась на проклятие.

Ну а то, что было дальше, вы уже знаете лучше меня

Глава 11

Глава одиннадцатая. Искупление

— Вот как все было, — закончил свой рассказ Виллем. — Теперь и вы знаете все. И я сейчас и сам начинаю вспоминать свое существование в виде призрака, и как это было жестоко со стороны Аенгуса, что я даже не сразу смог это вспомнить, когда очнулся… Но то, что вы вернули мое тело и я смог возвратиться к жизни это то чудо, которое Аенгус предусмотреть не мог. И еще кое-что, — Виллем на секунду задумался, но потом решительно продолжил, — Я знаю каких невероятных усилий потребовало мое воскрешение для твоего удивительного друга.

Виллем даже привстал и поклонился Фане. Фаня довольно пошелестела листиками в ответ.

— Но я не могу не спросить. Вы ведь теперь знаете нашу с Гранией историю и понимаете, что она сейчас здесь и все видит и слышит. И раз у вас получилось со мной, может быть вы могли бы вернуть и ее?

Виллем с такой отчаянной надеждой смотрел то на Симу, то на Фаню и видно было, что нет ничего важнее сейчас для него, чем спасти свою родственницу. И конечно наши подруги не могли отказать такому благородному человеку.

— А вода в твоей фляжке еще осталась? — Хихикнула Фаня

— Конечно, вода еще есть! — быстро сказал Виллем, поднимая и взбалтывая уже почти полупустой фляжкой. Он боялся надеяться, но он так хотел, чтобы все получилось.

— Хорошо, — Фаня давно для себя все решила, и даже если бы воды не осталось на сто верст в округе, она все равно бы постаралась сделать все от нее зависящее, чтобы спасти Гранию. Только давай ты меня сначала попои, чтобы я еще набралась сил и пока я буду заниматься с твоей тетей сбегай наверх и набери еще воды, а то мало ли что, — предусмотрительно заметила Фаня.

Виллем так и сделал, вылил остатки воды в горшок с цветком и побежал наверх по туннелю, чтобы найти и набрать воды. А наши подружки устроили небольшой совет.

— Ты уверена, что тебе хватит сил? — с огромной опаской спросила Сима

— Я не в чем не уверена, — честно ответила Фаня, — но я думаю ты меня поймешь, я не могу отказаться. Я должна попробовать.

— А как же сила любви, которую мы использовали чтобы вернуть к жизни Виллема? Ведь у нас был его гребешок, который тебе помог и силу которого мы использовали. Ведь без него ничего бы не получилось, а сейчас у нас ничего такого нет. Что если ничего не получится, а ты отдашь все силы? Что если ты не выдержишь? Я не могу рисковать тобой. Я не хочу, чтобы с тобой сто то случилось! — Сима очень сильно переживала и боялась за Фаню. Она ведь и правда любила ее всем сердцем, они столько пережили вместе и этот риск для Симы слишком большой.

— Все будет хорошо, дорогая! Не надо волноваться. Подсвети лучше фонариком, давай найдем где-то самое место, где была Грания.

Сима начала светить фонарем пещеру пытаясь определить в каком же месте свет от следов рептилии был самым сильным. И вот наконец она разглядела несколько кругов, явно от свернутых колец ее длинного тела, когда она сидела, разговаривая с Виллемом и где ее застало коварное заклятие Аенгуса.

— Поставь меня пожалуйста поближе, — тихо сказала Фаня

— Конечно, моя дорогая, — с грустью ответила Сима, и поставила горшочек рядом со светящимися кольцами

Фаня, в который уже раз продемонстрировала свой трюк с появляющимися корешочками. Они были тоненькими и росли слишком медленно. Было видно, что ей очень трудно и делает она это на пределе своих возможностей. Корни все росли и росли, располагаясь по всей поверхности, где была Грания в последние мгновения ее жизни. И в какой-то момент рост корней прекратился, и Фаня словно бы замерла, ее листики перестали трепетать она полностью ушла в себя и была максимально сосредоточена. Наконец Сима увидела знакомое свечение и начавшуюся пульсацию, но корни лежали на земле, не поднимались и не создавали объем появляющегося тела. Что-то шло явно не так. Сима видела, что Фаня держится на пределе своих уже совсем небольших сил, но их явно не хватало, не хватало той самой безмерной любви, которая так нужна всем нам. И даже когда мы боремся со смертью, помочь нам в этом может лишь любовь к жизни и любовь к нашим любимым и родным людям. К нашим родственникам.

Фаня начала вянуть. Вот пожух и отвалился еще один листик. Вот начал желтеть второй, а Грания все не появлялась, сил Фани явно было недостаточно. Сима видела это и ничего не могла поделать. Больше всего она боялась сейчас помешать, в этот самый миг она понимала, что может оказаться той соломинкой, которая переломит спину быку. Она не хотела отвлекать Фаню, молясь про себя, чтобы все получилось, и ее сил хватило, и чтобы с ней все было хорошо. Но ничего не получалось. Вот уже почернел и отвалился еще один бутон. Фаня умирала. Сима это видела и ничего не могла поделать.

— Неееееееетт. Граааааания. Я здесь, я не дам тебе уйти.

Громогласный крик Виллема разорвал гробовую тишину. Сима вздрогнула, повернулась на крик и только и успела увидеть, как он, оценив в мгновение ока всю ситуацию, размахивая фляжкой, несется к пульсирующей и уже еле-еле мерцающей паутиной Фаниных корешков. Он бросился в эту паутину как бросается львица, защищая своих детенышей, как бросается мать спасая своих детей, как бросается человек наделенный настоящей и искренней любовью к своим родным. Он бросился в эту паутину и тут же взорвался миллионом вольт сверкающего света, и сразу же, Фаня, словно получив мощный заряд живительной энергии, воспряла и подняла поникшие головки своих бутонов. Сетка паутины запульсировала с новой неистовой силою и свет был такой, что ничего не было видно. Сима на ощупь нашла упавшую фляжку и открутив тугую крышку начала поливать Фаню, приговаривая

— Пей моя хорошая, пей моя девочка, только пей. Все будет хорошо, все у нас получится.

И все действительно начало получаться. Теперь это уже было видно. Сима видела, что где-то там, в мешанине паутины корней лежал Виллем и обнимал кого-то. Из-за яркого света было непонятно что там, но уже стало ясно, что Виллем не один, что наконец-то все получилось. Еще несколько мгновений и свет стал утихать и Фаня начала осторожно втягивать свои корешки обратно. И взору потрясенной Симы предстала неожиданная картина. Виллем лежал, обнимая женщину, не змею и не болотную тварь, а красивую и молодую женщину. Ту Гранию как она была, когда безумный Аенгус превратил ее в ужасную рептилию. Но Виллем выглядел теперь чуть иначе, Сима смотрела на него и не могла понять, что не так. И когда поняла, холодок прошел по ее спине. Виллем стал выглядеть старше, не меньше, чем на 10 лет, и его виски посеребрила седина и морщины появились на его лице. Теперь это был не молодой юноша, но взрослый мужчина.

— Виллем расплатился за это чудо своими годами и безмерной любовью к своей родственнице. «Он удивительный человек и, если бы не он у нас ничего бы не получилось», —грустно сказала Фаня. Но потом, как бы что-то вспомнив, закончила, — Но все ведь закончилось хорошо, правда подруга?

И если бы цветы умели подмигивать, Фаня обязательно бы подмигнула

Глава 12

Глава двенадцатая. Финал

Конечно же, было много слез и объятий, много радости и восторга. Но была и печаль, потому что наши друзья знали, что у них есть еще одно дело, которое им предстоит исполнить. Нужно было снять заклятие с деревни. То заклятие, которое создала обезумевшая от горя мать, потерявшая любимого ребенка и сестру, ставшую для нее матерью.

И наши друзья сколько бы не сидели и не рассказывали друг другу свои истории, все же наступил момент, когда им пришлось отправляться в обратный путь.

Выйдя на поверхность, они увидели, что занимается новый день и солнце начинает свой новый круг на вечной небесной карусели. Все было вроде бы хорошо, но даже то чудо (еще одно, а сколько их уже было!) которому они все стали свидетелями, как удалось развеять чары Аенгуса и вернуть Грании ее прежний человеческий вид удалось легко объяснить. Ведь Аенгус сам уничтожил змеиное тело Грании и тем самым отменил свое колдовство по превращению. Нет тела нет и заклятия на превращения. А когда Грания под действием Фаниного волшебства возвращалась к жизни, она просто вернулась к своему изначальному виду, тому которое помнила ее душа. И это было как раз понятнее всего. Непонятно было что им было сейчас делать у Виллены, как ей помочь, как вернуть ее разорванную душу на место, как склеить и залечить все эти раны, нанесенные злыми людьми.

Друзья понимали, что это будет нелегко. Но продолжали свой путь как ни в чем ни, бывало, стараясь своими грустными мыслями не смущать других.

И вот, какой бы длинный путь не был, он всегда заканчивается и закончился путь у наших друзей. К полудню наши герои пришли к обветшалому домику, стоящему посреди леса. Это был тот самый дом, в котором произошло столько трагического и это был тот дом, где сейчас, наверное, находилась сошедшая от горя мать Виллема.

Виллем решительно подошел к двери и постучал

— Кто еще там? — скрипучий и злой голос отозвался из-за двери

— Это я, твой сын Виллем и твоя сестра Грания, — ответил Виллем

За дверью повисла гробовая тишина

— Мой сын убил мою сестру, а я сейчас убью тебя, самой страшной смертью за то, что ты посмел посмеяться над моим горем, — донеслось изза двери

— Ты можешь убить меня мама, если захочешь, но сначала дай мне увидеть и обнять тебя. — смиренно отвечал Виллем.

За дверью послышались шаркающие шаги и дверь отворилась.

Взорам друзей предстала дряхлая старуха, с запавшими глазами и трясущимися руками. Она выглядела так, как могла бы выглядеть настоящая злая колдунья, которая только что сварила и съела очередного дорого молодца, которые неосторожно решил постучать в ее дверь.

— Здравствуй мама! — Виллем смотрел на маму с неколебимой любовью. Словно бы он не видел эту ужасную старуху перед ним, словно бы он забыл, что она наложила смертельное заклятие на целую деревню и жителям осталось совсем немного времени прежде чем их души окончательно покинут их и они навсегда уйдут. И словно бы он забыл в этот миг, что среди жителей деревни была его Хельга, его возлюбленная, та ради кого он был готов на все. Виллем смотрел на эту женщину и его взгляд лучился неподдельной и истинной любовью, он сказал:

— Мама, я все знаю. Я знаю какое коварство совершил Аенгус и знаю, что он сначала превратил твою сестру Гранию в ужасную болотную тварь, а потом надругался над тобой и лишил тебя семейного счастья и возможности быть со своим сыном. Но Аенгус мертв, теперь уже навсегда, а Грания жива, и она еще лучше прежней. И я тоже здесь, мама. И я хотел увидеть тебя хотя бы раз, чтобы сказать тебе, как я люблю тебя и благодарен тебе за то, что ты подарила мне жизнь и я встретил Хельгу. Мою любимую Хельгу, мою возлюбленную.

Виллем помолчал, а Виллена смотрела на него и очень внимательно слушала. Она даже подобралась и распрямилась. Ее руки расслабились и перестали дрожать. Он слушала своего сына и хотела ему верить.

— Но ты знаешь, мама, — продолжал Виллем, — даже если ты не захочешь снять проклятье с деревни и моя возлюбленная скоро покинет меня, я все равно буду тебе благодарен за то что ты подарила мне жизнь и я прожил ее честно перед собой и людьми не потеряв своей любви и благодарности. Я безмерно благодарен тебе за все что ты сделала для меня и все что ты мне дала. Я склоняюсь перед тобой в знак своего уважения и признательности.

Виллем и правда наклонился до самой земли и так и застыл, не двигаясь и не делая попыток подняться. Старая женщина, которая когда-то была юной и прекрасной Вилленой, подошла к своему сыну, уже взрослому мужчине и обняла его. Она обняла его голову и стала его целовать, и шептать ему все те слова, которые не смогла ему сказать за все те годы их разлуки, она гладила его и приговаривала какой он умница и как она его любит и гордится, она шептала ему эти слова, а сама плакала, потому что любовь что была скручена внутри нее в ужасный узел и которая скрутила ее превратив в дряхлую старуху, наконец то вырвалась наружу и изливалась со всей материнской щедростью на своего любимого сына. Она и сама не понимала, что происходит, но ее тело вдруг начало наливаться силой и разум ее прояснился. Она вдруг со всей очевидностью увидела во что превратилась сама и куда ее завело горе и страдания. Она увидела, что сама превратилась в тень Аенгуса, хотя так долго с ним сражалась. И только лишь истинная любовь, материнская любовь и чистая безусловная любовь сына смогла начать процесс исцеления.

Виллена больше не говорила нежных слов, она не ласкала своего сына даря ему материнское тепло, она разразилась жутким плачем как когда-то ее муж Айрел. Ей было невероятно больно переживать осознание того во что она превратилась и что успела натворить, когда ее сердце было закрыто под спудом ужасных мучений и боли. Она увидела, как может страшно измениться человек, если в его жизни пропадает любовь. Это было поистине очищение, это был чудо. Сколько же их еще будет на нашем пути?

Когда Виллена смогла успокоиться и подняла своего сына Виллема она взглянула в его глаза и то, что увидел Виллем его потрясло до глубины души. Это был совсем другой человек. Это была женщина, светившаяся неземной любовью, и она так прекрасна как может быть прекрасна только мама для своего любимого сына. Виллена сказала.

— Дорогой Виллем, только что ты совершил, наверное, свой самый большой подвиг, ты вернул матери сына, ты вернул матери веру и желание жить. Я благодарю тебя за все это. Но я должна покаяться перед тобой. Я не смогу отменить заклятие, его нельзя отменить. Я запечатала сокровищницу душ таким заклятие, которое невозможно отменить или обороть другим заклятием. Я использовала самое сильное заклятие, заклятие истинного мира и открыть сокровищницу душ можно лишь с помощью истинного света волшебного фонаря из реального мира. А я так и не успела узнать у Аенгуса заклятий для перемещения в реальный мир. Прости меня сын, но я не смогу спасти твою Хельгу.

— У нас есть волшебный фонарь из реального мира, — выступила вперед Сима. Мы пришли к вам волшебными тропами прямо оттуда, и дороги эти открыл нам этот фонарик. — Сима протянула Виллене старый ручной фонарик деда Давида.

Женщина трясущимися руками взяла фонарик и включив его на мгновение закрыла глаза.

— Да, невероятно, но это он, — потрясенно сказал она. —Значит у нас все получится.

— Получится, моя дорогая сестра, обязательно получится. Ведь теперь мы наконец-то вместе и тебе больше не надо просиживать ночи напролет над старыми заклятиями, чтобы спасти меня. Я уже тут, рядом с тобой.

И Грания улыбнулась, как улыбалась всегда своей сестре.

И на этом наша история почти заканчивается, потому что дальше все сложилось легко и просто. Виллена проводила друзей к одной пещере, которая была заколдована тем непробиваемым заклятием истинного мира. И стоило Симе включить фонарик все сразу же заклятие стало таять и вскоре пропало. А души, которые почти 10 лет томились под стражей этого заклятия сразу же вылетели и направились прямиком к деревне. Но поскольку вечер только начинался то еще не все жители появились и некоторым душам пришлось немного подождать пока среди вечерних сумерек не появятся их тела. Затем одно неуловимое движение и воссоединение состоялось. И все жители деревни тут же поняли, что заклятие спало, потому что они снова обрели свои души. И теперь следующий рассвет они уже встретят, глядя на него своими глазами.

И конечно же среди жителей деревни была одна девушка, с красивым именем Хельга. И она тоже почувствовав, что ее душа вернулась к ней, тут же почувствовала как она тянут ее куда-то и Хельга бросилась туда и бежала среди ночи сама не зная куда. И вот случился тот счастливый миг, когда бегущая со всех ног девушка уткнулась в большого и верного Виллема!

И они встретились. И конечно же поженились и у них была пышная свадьба и много-много прекрасных детишек. Но это уже другая история.

А как же монетка спросите вы?

Ну тут все просто. Оказалось, что монетка прижилась у Хельги, и когда друзья все-таки рассказали причину своего путешествия, Хельга долго смеялась говоря, что оказывается все это время монетка была у нее. И если бы она знала об этом раньше и сказала им об этом, то друзья бы не спасли ни Виллема, ни Гранию, ни всех жителей деревни с самой Хельгой. Так что все хорошо, что хорошо кончается.

А наши друзья вернулись домой и подбросили на стол Давиду эту монетку с формой типового договора на заключение соглашения с монетками. Давид долго возмущался кто же это такой шутник, что так подшутил над ним в такой трудный для него срок. Но поскольку все-таки монетка лежала на столе, прямо поверх договора, он решил, что большой беды не будет если он подпишет. И подписав договор он увидел, как в тот же миг монетка вдруг исчезла со стола, а в своем кармане он вдруг почувствовал приятную тяжесть.

Вот так и закончилась эта история. Давид объявил, что нашел древний клад и стал продавать на аукционе эту монетку. И каждый раз после продажи монетка появлялась у него в кармане. И ему удалось решить все вопросы с банком и больше он никогда ни о чем не беспокоился.

Конец

03.29.2016, Барнаул