Гении разведки

Часть 1.

Декабрь 2025 год. Лондон.

Набережная Принца Альберта, д. 85.

Штаб-квартира Ми-6.

Капитан Харрис сидел, откинувшись на стуле, и вглядывался в стены и потолок недавно отремонтированного офиса.

Его молодой и неопытный коллега, офицер Джонс, развалившись на кресле, листал новостную ленту в телефоне.

Из магнитолы доносились звуки местного радио.

— Что там пишут, Джонс? Не отрывая взгляд от потолка, спросил Харрис.

— Ничего особенного, сэр. Отозвался Джонс.

Продиджи готовят к выпуску новый альбом. Говорят, там будет «злой рейв».

Да. Ничего интересного.

Вот только тут российская дипломатесса Захарова, сэр…

— А что она?

— Пишут, что она обвиняет западные спецслужбы в развязывании внутреннего конфликта в России.

— Что у них случилось? Озадаченно нахмурил брови Харрис.

— Русская бабУшка Ларьиса Дольина продала квартиру русской женщине, а потом через суд вернула себе квартиру, не вернув женщине деньги. Из-за чего другие русские бабУшки стали поступать также. И у них получился скандал.

Харрис подошел к буфетному столику и допил остатки крепкого утреннего чая. По его бегающим глазам было видно, что в голове у него закрутились какие-то мысли. Это была единственная привычка от которой ему не удалось избавиться на курсах в академии разведки.

— Что там дальше, Джонс? Что ещё говорит эта Захарова?

— Она говорит, что вся эта ситуация раскалывает общество русских. И обвиняет во всём «Запад».

— «Запад»? — Они винят белорусов? Вновь нахмурился Харрис

— Я думаю, она имеет в виду страны западного альянса, сэр.

— Ааа… Кого она обвиняет конкретно? ЦРУ? Моссад? Бундесвер?

— Они не уточняют, сэр.

Глаза Харриса забегали ещё быстрее.

— Джонс, немедленно садитесь за машинку! Печатайте!

Джонс подбежал к столику, на котором стояла печатная машинка для секретной документации с уже заправленной бумагой.

— Диктуйте! Сэр.

Харрис зашагал по комнате взад — вперёд и поставленным голосом произносил:

«Премьер-министру, первому лорду казначейства, Министру по делам государственной службы.

Достопочтенному сэру Киру Стармеру.

Совершенно секретно!

Доводим до вашего сведения данные о проведённой операции под кодовым названием «Larisa».

Целью операции была поставлена задача дестабилизации российского общества и дискредитация судебной системы Российской Федерации.

Цели и задачи выполнены. Агенты отозваны. Об эффективности проведенной операции уже можно прочитать в Российских СМИ. И от первых лиц российского МИДа. Акция возымела большой резонанс.

Следующим шагом наш отдел планирует сверхсекретную операцию под кодовым названием «новый альбом Продиджи».

Целью операции Является создание музыки, подсознательно разлагающей моральное состояние русской молодёжи.

В связи со всеми перечисленными обстоятельствами просим рассмотреть заявку о дополнительном финансировании нашего отдела.

Подданный его величества Капитан Дж. Харрис.»

***

Вечер того же дня. Лондон.

Даунинг-стрит — 10.

— Достопочтенный сэр, вам секретное донесение из Ми-6.

Сорвав печать, Стармер быстро пробежал глазами по листку.

На его лице появилась довольная улыбка.

Кивая на письмо он повернулся к своему секретарю:

— Дружище Харрис… Этот старый бультерьер опять в деле. Помню его ещё при Тони Блэре. Блестяще провёл операцию «Spice Girls». Не знаю, как он это провернул тогда. Но у каждой второй русской школьницы на дневнике были фотографии пяти наших лучших агентов.

— Вот что, Кингстон. Рассмотрите заявку Харриса о финансировании его отдела в Ми-6. Надо поддержать старую гвардию.

Часть 2. "Гренландский штамм".

Манчестер. Алан-Роуд, 11.

26 декабря.

6:26.

Лиам Картер стоял у окна с чашкой чая и задумчиво смотрел в окно.

Бессонная ночь после рождества навевала дурные мысли:

Проклятые русские!

У них так много ресурсов. Богатая культура, история.

А её проклятая идентичность?!

Ещё этот Путин… Он же гениальный геополитик и талантливый стратег.

Господи!

А вдруг они вообще государство-цивилизация?!

Что делать?

Было ещё очень рано, но Картер решил позвонить своему бывшему коллеге из Ми-6 Патрику Джонсу.

— Пэтти! Алло! Пэт! Ты ещё спишь? Ирландский сукин сын!

— Нет, Я уже на работе.

— Слушай, Пэт. Вы что-нибудь собираетесь делать с русскими?

— Что ты имеешь ввиду?

— Не знаю, Пэт.

Я перестал спать и не могу толком работать.

Подумал: а что если Россия — это…

Это государство-цивилизация!

На том конце провода повисла тяжёлая пауза

Лиам занервничал.

— Пэт. Пэт!

Что ты молчишь?

— Слушай, Картер, нам сейчас всем тяжело. И ты должен понять…

Мы уточнили данные…

В общем, это так и есть.

Они государство-цивилизация.

И их президент недавно это подтвердил.

— И что вы думаете делать, Пэтти?

Уже есть какой-то план?

Пока не могу сказать точно. Сегодня как раз собирались обсудить это на брифинге с Капитаном Харрисом.

Хорошо, держи меня в курсе, Патрик.

Хорошо?

— Конечно, Лиам. Если что, Я позвоню тебе.

Набережная Принца Альберта, д. 85.

Штаб-квартира Ми-6.

Джеймс Харрис с утра был в приподнятом настроении.

Он бодро зашёл в офис, улыбаясь, с чашкой кофе и улыбкой под рыжими усами.

Доброе утро, Джонс!

Что такой хмурый?

Как Отметил рождество?

Да всё в порядке, сэр.

Звонил Картер, сэр.

Картер?! Как он?

Он сильно обеспокоен. Он как-то сам догадался, что Россия — это государство- цивилизация.

Думаю, у него остались какие-то свои источники.

Иначе откуда он узнал? Мы не делали никаких заявлений. И в прессе утечки не было.

— Да нет, Джонс.

Лиам — опытный аналитик. У него даже консультировался сам старина Дирлав. Я думаю, они и сейчас на связи.

Джонс удивлённо поднял брови.

Он только пошел в школу, когда Ричард Дирлав уже возглавил МИ-6 в 1999-м…

Эти мастодонты знали много тайн, о которых Патрик Джонс ещё даже не догадывался.

— Так что, правда, будем делать, капитан? Спросил Джонс.

— Не беспокойся, Патрик!

Сегодня на наш секретный брифинг придёт генерал Томпсон.

???

— Тот самый Джулиан Томпсон? Ветеран Фолкленда?

— Да, он. Сказал, что у него есть пару идей и, возможно, нам это поможет.

17:24

Зал для совещаний отдела внешней разведки МИ-6.

В зале сидели все работники подразделения Джеймса Харриса.

Сам Харрис стоял с чашкой чая в глубине помещения, заранее разместив молодых сотрудников в первые ряды.

Он знал, что старик Томпсон любит общаться с молодежью.

Старый генерал стоял, держась одной рукой за стол.

Глотнув из миниатюрного кофейной чашки горячий чай, он начал свою речь:

— Эти щенки из парламента думают, что они могут управлять страной!

Но они даже не способны самостоятельно выгуливать своих хаундов.

Прокашлявшись, он продолжил:

— Всем всегда управляли мы. Разведывательный комитет и штаб британских вооруженных сил. Наши агенты находятся везде и всё контролируют.

Но последнее время нас всё чаще стали преследовать неудачи. Я не долго думал и нашел причину.

В нашей главной борьбе. Борьбе с духовными скрепами России. Мы допустили одно серьёзное допущение. Мы так увлеклись изучением культуры и традиций России, что их тлетворное влияние проникло и в наши умы. Мы забыли про свои исконные ценности:

Ложь, жадность, ненависть, жестокость, цинизм. И самое главное анти-коллективный индивидуализм. Он особенно свойственен нам, британцам.

Мы стали забывать, кто мы есть.

Недавно, выходя из супермаркета, Я уронил пакет. И какой-то белобрысый недомерок бросился мне помогать. Я чуть не убил этого малолетнего ублюдка.

Только моё врожденное безразличие и наследственная трусость остановили меня.

Наша молодежь сегодня в большой опасности.

Они насмотрятся Russia Today, а потом уступают старушкам место в автобусе.

Разве у нас так принято?

Сколько раз мы требовали отключать интернет на время прямой линии Путина?

После его речей наши люди становятся другими:

Добрыми, чувственными, эмпатичными. Даже футбольные фанаты и ультрас перестали нападать на мигрантов.

Сегодня они переводят стариков через дорогу. А что завтра? Начнут варить борщ?

Томпсон, хромая, подошел к первому ряду стульев и встал напротив Патрика.

— Скажи, сынок. У тебя есть совесть?

Генерал произнёс эту фразу, даже не взглянув на лейтенанта.

Джонс вскочил со стула:

— Нет! Нету, сэр.

— Почему?

Томпсон посмотрел в глаза Патрику.

— Я британец, сэр.

— Молодец, сынок.

Старик с трудом подавлял в себе довольную улыбку и повернулся в сторону, где сидели молодые стажеры:

— А как вы отреагируете, если турист спросит у вас, как пройти на Пикадилли?

— Я плюну ему в лицо! Выпалила конопатая стажерка в углу кабинета.

Генерал выдержал молчаливую паузу и сказал:

— Мы не должны поддаваться эмоциям. Истинная английская злость и ненависть зиждтится на равнодушии и безразличии.

Проявление эмоций свойственно только всяким картавым лягушатникам.

Томпсон взял со стола чашку, сделал глоток и продолжил:

— Сегодня вы будете допущены к одному из самых секретных планов нашего подразделения.

Харрис! Запускайте слайды!

На экране появилась видеопрезентация: Снежная долина, в центре которой находилось что-то похожее на вход в бункер.

Генерал достал платок из кармана и начал объяснять:

В 1959 году мы открыли специальную лабораторию для разработки особо опасных вирусов. Открывать её тут, на нашем острове, было небезопасно. И потому мы решили разместить её в Гренландии.

В семидесятые наши ученые начали разрабатывать уникальный штамм.

Он легко проникает в организм и через определенное время вызывает у организма полное отторжение духовных скреп и традиционных ценностей.

Мы успели испытать его на Гренландских эскимосах. Эффект непревзойденный! Уже через короткое время они отказались носить оленьи шкуры и мазаться медвежьим жиром. Теперь они ходят в норвежских пуховиках и пахнут духами Бёрберри.

А вскоре и вовсе пересели с оленей на американские и снегоходы.

И вот как только мы решили запустить вирус в Россию, так информацию о наших разработках перехватили проклятые Янки из ЦРУ.

Узнав об этом вирусе, администрация этого проклятого спекулянта Трампа придумала недурственное прикрытие для захвата нашей лаборатории.

В ближайшее время они объявят о стратегической необходимости Гренландии в составе США. И предпримут попытку захватить сразу весь остров.

Сто лет этот кусок датского льда никому не был нужен…

Пока у нас нет четкого плана о дальнейших действиях. Трамп настолько аполитичен, что предсказать его возможные ходы просто невозможно.

Потому завтра к утру жду от все от вас предложений. Устроим мозговой штурм.

И Харрис… Выберете, кого уже сейчас можно направить в Нуук для разведки. Пока не нужно шумихи. Никакого спецназа, никаких вертолетчиков. Пусть полетит кто-то один. Но надёжный.

Закончив фразу, генерал молча подошел к вешалке, взял пальто и, не прощаясь, вышел.

Патрик бы в восторге от всей ситуации. Наконец-то он участвует в серьёзном деле с настоящими профессионалами.

Все разошлись, а Джонс так и продолжал сидеть на своём стуле. Он переваривал всё услышанное.

Капитан похлопал его по плечу.

- Пошли. Есть дело.

Зайдя в кабинет, Джеймс Харрис закрыл дверь на Ключ.

-Так, Патрик!

Капитан залез в стол с бумагами и вытащил листок из тонкой папки.

- Вот тебе шифр. Передай по спецканалу сообщение для Картера. Будем ждать его здесь как можно скорее. Желательно, чтобы завтра утром он был уже тут.

Поезд из Манчестера выходит в полночь.

Джонс разглядывал листок.

— Капитан, вы хотите, чтобы именно Лиам летел на остров?

Харрис достал из стола сэндвич с сыром и чайный пакетик.

- Да, Пэтти. Пусть развеется. Это отвлечёт его от хандры.

Обычно Харрис был откровенен с молодым коллегой, но тут он умолчал часть своих размышлений.

Он понимал, насколько всё может серьёзно обернуться. И что никто, кроме Картера из его людей не способен в одиночку так работать на местности.

За окном над Темзой летел крупинчатый снег.

Джонс занимался секреткой на штатном IBM.

Харрис пил чай с бутербродом.

В воздухе веяло переменами.

Часть 3. "Сибирский код."

Лондон.

Набережная Принца Альберта, д. 85.

Штаб-квартира Ми-6.

14 февраля 2026.

9:07. Офис секретного подразделения капитана Харриса.

Капитан Харрис ворвался в кабинет. С силой бросил портфель на диван и пнул корзину с бумагами:

— Сволочи! Ублюдки!

— Что случилось, сэр?

— Джонс! У нас проблемы.

Русские как-то узнали, что мы читаем их переписки в Телеграм!

Сам Максут Шадаев сделал официальное заявление!

— Я уже в курсе, сэр.

Сказал Патрик, не отрываясь от монитора!

— Проклятые русские Минцфры.

Опять раскусили! Злился капитан.

На мгновение Джеймс Харрис замер.

Сделал глубокий вздох по системе Тай-Чи и пропустил энергию Ци через себя в космос.

Так его учили в школе разведки на курсах саморегуляции.

— Что смотришь, Джонс? Сказал Харис, пытаясь отвлечься от дурных мыслей.

— Очень интересно, сэр.

Васильиса Петрова из Барабинска написала своей подруге рецепт праздничного пирога к дню святого Валентайна!

Харрис подвинул стул и заинтересованно стал рассматривать экран.

— Ну и что там дальше? Что за подруга? Откуда она?

— Некая Надежда Прохорова, сэр. Из Сосновки?

— А, знаю! Кубовинский сельсовет! Довольно улыбнулся Харрис.

— Нет, сэр. Это в Искитимском районе.

— Подожди, Патрик! Не путай меня!

Сосновка, Кубовинский сельсовет, Новосибирский район.

Мы ещё там отслеживали переписку Серьёги Пустовалова по поводу покупки карбюратора на Авито!

Я же всё помню!

— Да, сэр. Но в Новосибирской области две Сосновки!

— Черт! И тут подстава!

Наверняка специально так назвали, чтобы нас запутать!

— Да, сэр, скорее всего так.

— Патрик, посмотри заодно сколько уже денег собрали на шторы в Лебедевской школе?

— Это не возможно, сэр.

У нас больше нет к ним доступа.

Они все перешли в мессенджер Мах.

Капитан Харрис первые две секунды сдерживал в себе гнев, но потом всё же ударил кулаком по столу.

Джонс вздрогнул:

— Сэр, но зато Я нашел кое-что интересное у новосибирских коммунистов.

— Что у них?

— В воскресение у Крупиенько на стриме спросили, что он думает о речи Калинина на 17-м съезде ВКП (б)

— И что это значит?

— Наверняка, это какой-то шифр, сэр.

Зачем бы им задавать такие странные и неактуальные вопросы?

— Точно, Джонс!

Они что-то задумали.

— Ещё, сэр они планируют митинг в поддержку телеграма!

— Когда? Нахмурил брови Харрис.

— Первого Марта, сэр!

Капитан достал телефон и набрала номер:

— Алло! Миссис Метревели! Это Харрис!

Мы тут с Джонсом организовываем протестную акцию против блокировки телеграма в России.

Да… Да… Мадам.

Первого Марта, в день святого Дэвида.

Силами местных марксистов.

Да.

Хорошо.

Всего доброго!

Харрис довольно заулыбался и убрал телефон во внутренний карман пиджака.

— Сколько, сэр? Восхищённо спросил Патрик.

— Обещала 10 тысяч фунтов.

Но тут Харрис резко перестал улыбаться:

— Но доверять ей нельзя, Джонс. Не забывай, что у неё русское происхождение.

— Да, Я помню, сэр.

Какие будут планы и указания?

— Следите за ситуацией. И не спускайте глаз с марксистов!

Хорошо, сэр. Но может нам попробовать тайно выйти на Крупиньоко или Мецлера?

— Ни в коем случае, Пэт!

Они сразу нас раскусят!

Пока без инициатив.

И всё-таки постарайтесь узнать, сколько собрали на шторы в Лебедёвке.

А то мне сдавать отчёт уже через неделю?

Харрис достал из буфета сэндвич и налил себе кофе.

Мир стоит на грани грандиозных перемен.

Джонс и Харрис в авангарде этих событий.

Патрик встал из-за стола и открыл жалюзи.

За окном шел дождь и толпа исламистов.