Дьявольский Ринг

Глава 1. Змеиное Гнездо Обещает Нокаут

Нью-Йорк, 1937 год.

Дождь за окном моего офиса на третьем этаже над китайской прачечной плакал так горько, словно проиграл последний доллар на скачках. Нью-Йорк умеет плакать. А я умею сидеть в этом городе, смотреть на его слёзы и пить чертовски отвратительный кофе. Мой рабочий день подходил к концу, обещая лишь компанию дешёвого виски и старых счетов, когда дверь отворилась.

На пороге стояла Она. Из тех женщин, что входят в твою жизнь, как пуля 45-го калибра – быстро, неотвратимо и оставляя после себя разрушения. Блондинка. Платиновый водопад волос ниспадал на плечи дорогого, но промокшего пальто. Глаза – цвета грозового неба перед бурей. Губы – красные, как пятно крови на свежем снегу. Она была похожа на ангела, спустившегося с небес прямиком в сточную канаву большого города.

— Мистер Джек Стоун? Частный детектив? – голос её был низким, с хрипотцой, словно она простудилась, крича на кого-то очень влиятельного.

— Нет, советский шпион, – буркнул я, указывая на стул для клиентов, который повидал на своём веку больше вранья, чем скамья подсудимых. – Чем обязан столь ослепительному визиту? Или это просто социальный эксперимент – посмотреть, как живут на дне?

Она проигнорировала мой сарказм. Подошла к столу, изящным движением скинула с плеч пальто (под ним оказалось платье, облегающее фигуру так, что Дарвин засомневался бы в своей теории эволюции), и положила на стол пачку долларов. Зелёных. Много.

— Меня зовут Вивиан Деверо, мистер Стоун. И мне нужна ваша помощь. Вернее, ваши… кулаки. И умение выживать.

Я поднял бровь. Это становилось интереснее дешёвого детектива. Внутренний голос Максима Волкова одобрительно кашлянул. Наконец-то что-то по его профилю. Кулаки – это мы можем.

— Подробнее, мисс Деверо. Чьи именно зубы должны украсить сегодня тротуар?

— Ничьи. Пока что, – она грациозно опустилась на стул. – Дело в другом. У меня украли фамильное ожерелье. «Глаз Змеи». Рубины, бриллианты, работа старых мастеров. Стоит целое состояние. Но дело не только в деньгах. Это… память. Единственное, что осталось от матери.

— Полиция?

— Полиция бессильна. Или куплена. Я знаю, кто его взял. Мелкий гангстер, позёр по имени Джонни «Змей» Мартино. Он им хвастается направо и налево. И я знаю, где он будет с ожерельем завтра вечером. В клубе «Змеиное Гнездо».

«Змеиное Гнездо»… Звучало как место, где вместо шампанского подают мышьяк, а на танцполе бьют морды. Отлично.

— И что вы хотите от меня? Ворваться туда и выбить из него ожерелье? Просто, но шумно.

— Не совсем, — Вивиан наклонилась ко мне, её глаза цвета грозы сверкнули. — «Змеиное Гнездо» – это не просто клуб. Это… арена. Завтра там будет главное событие года. Подпольный турнир. Жестокий. Беспощадный. Без правил. И главный приз – тот, кто устоит на ногах последним – получает не только уважение всего криминального Бродвея, но и… да, мистер Стоун, вы угадали. «Глаз Змеи». Мартино выставил его как главный приз. Он уверен в своей победе или в победе своего бойца.

Подпольный турнир без правил. Главный приз – ожерелье. Мой внутренний Волков сделал сальто. Спецшкола НКВД. Самбо. Кров-мага. Барицу, чёрт побери, тоже проходили! Наконец-то не нудная слежка и не проверка алиби неверных мужей! Настоящая работа!

— Мне нужно, чтобы вы приняли участие в этом турнире, мистер Стоун, — продолжала Вивиан. — Чтобы вы победили. Любой ценой. Выглядите вы… внушительно. Как человек, который может постоять за себя. У вас лицо бойца.

Лицо бойца? Ну да, пара шрамов, усталый взгляд и привычка хмуриться на этот мир. Сойдёт.

— Полагаю, участники там будут не мальчики из воскресной школы? Гориллы с кастетами и докеры с железными кулаками?

— Именно! – подтвердила Вивиан с жаром. – Самые отъявленные головорезы города! Бои на вылет! Жесточайший отбор! Говорят, там кости трещат громче музыки! Но вы… вы справитесь, я уверена. Я заплачу вдвойне, если вы вернёте «Глаз Змеи».

Деньги. Ожерелье. Турнир без правил со вступительным взносом в две тысячи долларов. Мой мозг уже просчитывал варианты. Легенда Джека Стоуна, крутого частника, вполне допускала участие в подобных «мероприятиях». А навыки Максима Волкова гарантировали успех. Захват, бросок, болевой… Да я там всех сложу штабелями быстрее, чем бармен успеет налить мне очередную порцию отравы.

— Хорошо, мисс Деверо, — сказал я, забирая деньги со стола (часть гонорара, взнос она оплатит отдельно). – Я берусь за это дело. Завтра вечером «Глаз Змеи» будет у вас. Или я не Джек Стоун.

Она улыбнулась. И от этой улыбки у меня по спине пробежал холодок. Слишком ослепительно. Слишком обещающе. Как улыбка кобры перед броском. Но дело было принято. Завтра меня ждёт славная драка.

Ночь я провёл, как и положено Джеку Стоуну, – в компании бутылки и мрачных мыслей. Но Максим Волков внутри меня не спал. Он прокручивал в голове приёмы, захваты, уходы от ударов. Готовился к встрече с самыми жёсткими отморозками Нью-Йорка. Наконец-то разминка после всех этих шпионских игр! Завтра будет жарко.

Глава 2. Ринг или Паркет? Вот в чём Вопрос!

Клуб «Змеиное Гнездо» располагался в каком-то подвальном помещении в самом злачном углу Гарлема. У входа стояли два типа размером со шкаф и с лицами, не обезображенными интеллектом. Классика жанра. Они проводили меня суровыми взглядами, но пропустили без вопросов – мой потрёпанный плащ и шляпа, надвинутая на глаза, видимо, сошли за униформу местного завсегдатая.

Спустившись по гулкой лестнице, я ожидал увидеть прокуренный зал, импровизированный ринг или просто площадку для мордобоя, окружённую ревущей толпой дегенератов, ставящих на то, кто первым потеряет сознание или зубы. Я приготовился к запаху пота, крови и дешёвого виски.

Вместо этого… я попал в большой, ярко освещённый зал с натёртым до блеска паркетом. По периметру стояли столики, за которыми сидели мужчины в смокингах и женщины в вечерних платьях, лениво потягивая коктейли. В углу сцены… играл джаз-бэнд! Саксофон, контрабас, ударные, труба… Они выдавали что-то быстрое, зажигательное, кажется, свинг. И на паркете… кружились пары! Мужчины и женщины, смеясь, отплясывали какие-то невероятные па, поддержки, вращения.

Мой мозг отказывался обрабатывать информацию. Где ринг? Где бойцы? Где кровь и треск костей?! Я осмотрелся в поисках Вивиан. Она сидела за столиком у самого паркета, помахала мне рукой и ослепительно улыбнулась. Поодаль сидел… да, это был Джонни «Змей» Мартино. Холёный хлыщ с зализанными волосами и наглой ухмылкой. И на шее у спутницы Мартино сверкало оно – ожерелье «Глаз Змеи».

Я подошёл к их столику, чувствуя себя бегемотом на балетной сцене.

— Мисс Деверо, — прорычал я сквозь зубы, стараясь не привлекать внимания. — Какого чёрта здесь происходит? Где бойцовский турнир?

Вивиан захлопала ресницами.

— Турнир? Мистер Стоун, так это он и есть! Самый престижный танцевальный конкурс года в «Змеином Гнезде»! «Дьявольский Свинг»! Бои на вылет, жесточайший отбор по очкам жюри! Я же вчера всё объяснила – только лучшие остаются до финала! А победители получают «Глаз Змеи»! Джонни его выставил, самоуверенный болван! — она понизила голос до шёпота. — Я же говорила – мне нужны ваши… умения выживать! На этом паркете это как раз то, что нужно!

Танцевальный конкурс?! Бои на вылет – по очкам жюри?! Выживать – на паркете?! Мой внутренний Максим Волков испытал шок, сравнимый разве что с первым прыжком с парашютом в метель над тайгой. Но там хотя бы земля была твёрдой под ногами! А здесь?!

Я не умел танцевать. От слова «совсем». Мой предел – «Яблочко», которую я отплясывал на редких праздниках в школе НКВД. И то под гармонь, а не под этот… свинг! Джек Стоун тоже не блистал в этом искусстве – его танцами были перебежки под пулями и вальсирование с неприятностями.

— Но… вы сказали… кулаки… кости трещат… — пролепетал я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Ах, это… — Вивиан беззаботно махнула рукой. — Метафоры, мистер Стоун! Образное выражение! Я думала, вы поймёте! Ну же, не стойте столбом! Нас вот-вот объявят! Вы же мой партнёр! Иначе как мы выиграем ожерелье?

Мой партнёр?! Объявят?! Я посмотрел на сверкающий паркет, на лихо отплясывающие пары, на джаз-бэнд, на судью с каменным лицом, сидящего за столиком с табличкой JUDGE. И понял. Я в ловушке. В самой дурацкой, самой унизительной ловушке за всю свою карьеру. Максим Волков мог голыми руками уложить троих портовых громил, но танцевать свинг… это было выше его сил.

— Объявляется пара номер семь! Несравненная Вивиан Деверо и… — конферансье на сцене заглянул в бумажку, — …и… э-э-э… Мистер Джек Стоун! Встречайте!

Вивиан схватила меня за руку и потащила на паркет. Джаз-бэнд заиграл ещё быстрее. Мартино проводил нас наглой усмешкой. Он знал, что Джек Стоун не танцор. Знал – и наслаждался моим унижением.

Ну что ж, ты хотел драки? Ты её получил. Только противник – не громилы с кастетами, а ритм, паркет и твои собственные ноги, не желающие понимать, что такое «раз-два-три-ча-ча-ча». Задача – победить. Любой ценой. Приказ есть приказ. То есть, контракт есть контракт.

Это будет самая тяжёлая битва в моей жизни.

Глава 3. Болевой Приём на Паркете (Ча-ча-ча!)

Ослепительный свет прожекторов. Блестящий паркет, скользкий, как обещания политика. Оглушительная музыка джаз-бэнда, быстрая, рваная, абсолютно чуждая ритмам солдатских песен и шуму ветра в орегонских лесах. И Вивиан Деверо, вцепившаяся в мою руку с силой капкана, тащила меня в центр этого сияющего ада.

«Так, Волков, соберись! – приказал я себе. – Представь, что это очередное задание. Нестандартное, да. Но задание. Цель – победа. Средства… хм… средства придётся изобретать на ходу».

Музыка гремела. Вивиан что-то щебетала мне на ухо про «основной шаг», «поворот», «поддержку», но слова тонули в грохоте ударных и воплях саксофона. Пары вокруг нас уже неслись в каком-то безумном вихре свинга, их ноги выписывали немыслимые кренделя. Джонни «Змей» Мартино и его расфуфыренная подруга с моим (то есть, Вивиан) ожерельем на шее пролетели мимо, послав мне издевательский воздушный поцелуй.

«Ладно, импровизация, – решил Максим Волков. – Главное – уверенный вид и сильные руки».

Вивиан сделала какой-то сложный замах ногой, явно ожидая от меня ответного движения. Я не имел ни малейшего понятия, какого. Поэтому я просто крепко держал её за талию и… сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Получилось нечто среднее между маршем и попыткой раздавить таракана. Вивиан споткнулась, но удержалась на ногах благодаря моей стальной хватке.

— Стоун! Что вы делаете?! Это свинг, а не похороны! – прошипела она мне на ухо, не переставая улыбаться публике и судьям.

— Импровизирую, мэм, – процедил я. – Добавьте страсти.

Музыка стала ещё быстрее. Джаз-бэнд явно издевался над новичками. Вивиан попыталась сделать какой-то пируэт. Я, опасаясь, что она упадёт, инстинктивно применил… приём из Самбо. Не бросок, конечно, а скорее фиксацию с элементом поддержки. Я резко развернул её, крепко удерживая корпус, и чуть приподнял над паркетом. Выглядело это, вероятно, дико. Но, кажется, эффектно. Публика на мгновение замерла, а потом… разразилась аплодисментами!

— Ого! – прошептала Вивиан, удивлённо глядя на меня, когда я опустил её на паркет. – Неожиданно, Стоун! Но… продолжайте в том же духе! Только… изящнее, если можно!

Изящнее?! Я едва удерживал равновесие на этом проклятом скользком полу, пытаясь угадать, куда в следующую секунду рванёт моя партнёрша!

Следующая пара, здоровенный детина с лицом боксёра-неудачника и его вертлявая спутница, попытались проскочить мимо нас, выполняя какой-то акробатический трюк. Места было мало. Здоровяк толкнул меня плечом. Ошибка.

Рефлексы сработали раньше мозга. Я «случайно» выставил ногу. Классическая подсечка. Громила не ожидал такого от неуклюжего типа в плаще (я его так и не снял). Он с грохотом растянулся на паркете, увлекая за собой свою партнёршу. Музыка на секунду смолкла. Судья недовольно нахмурился.

— Ой! Какая жалость! – воскликнула Вивиан с фальшивым сочувствием. – Кажется, пара номер три выбывает из борьбы! Неудачное падение!

Она стрельнула глазками в сторону Мартино, который побагровел от злости. Это явно был его боец… то есть, танцор.

Музыка снова загремела. Мы с Вивиан остались в центре паркета. Она посмотрела на меня с новым выражением – смесью шока и восхищения.

— Стоун… Вы… вы не так просты, как кажетесь! У вас своя техника! Жёсткая, но… эффективная! Давайте попробуем ещё раз! Поддержка!

Она снова что-то закрутила, взмахнула ногой… Я понял, что она хочет, чтобы я её поднял. Высоко. Как делали другие пары. Чёрт. Это уже не фиксация из Самбо. Но приказ есть приказ…

Я напряг мышцы. Подхватил Вивиан под бёдра и рывком поднял её над головой. Она взвизгнула – то ли от восторга, то ли от ужаса. Я держал её крепко. Годы тренировок давали о себе знать. Публика ахнула. Судья приподнял бровь. Мартино скрипнул зубами.

«Ну, хотя бы уронить не уронил», – подумал я, осторожно опуская Вивиан обратно. Ноги у меня слегка дрожали – не от усталости, а от абсурдности ситуации. Поднимать блондинку в платье цвета греха над головой под звуки свинга… Куда катится мир? И моя карьера разведчика?

Турнир продолжался. Пары одна за другой вылетали – кто-то падал, кто-то сбивался с ритма, кого-то судья снимал за ошибки. Наша пара, несмотря на моё полное неумение танцевать (или благодаря ему?), каким-то чудом держалась. Вивиан оказалась на удивление талантливой танцовщицей – она умудрялась компенсировать мои «деревянные» движения, изящно обыгрывала мои «случайные» толчки и подсечки другим парам, и даже мои самбистские «поддержки» превращала в часть какого-то авангардного, брутального танца. Публика ревела от восторга – такой экзотики они ещё не видели!

И вот – финал. На паркете остались только мы и пара Джонни «Змея» Мартино. Его партнёрша, хищная брюнетка, смотрела на Вивиан с откровенной ненавистью. А сам Мартино буравил меня взглядом, полным обещаний скорой и мучительной расправы после конкурса. Ожерелье «Глаз Змея» вызывающе сверкало на шее брюнетки.

Объявили последний танец – решающий. Медленный фокстрот. О, нет. Только не это. В свинге я хотя бы мог имитировать бурную деятельность и «случайно» устранять конкурентов. А здесь… здесь нужна была пластика, грация, чувство ритма… Всего этого у меня не было.

— Стоун, это наш шанс! – прошептала Вивиан, кладя руку мне на плечо и прижимаясь ближе. – Просто ведите меня. Медленно. Уверенно. Смотрите мне в глаза. И… будьте нежны, но сильны. Как… как будто вы действительно мой партнёр.

Заиграла музыка. Медленная, тягучая, обволакивающая. Я шагнул раз. Шагнул два. Наступил Вивиан на ногу. Она не поморщилась. Я снова шагнул. Снова не туда. Я чувствовал себя слоном в посудной лавке. Мартино и его партнёрша скользили по паркету легко и грациозно, явно наслаждаясь своим превосходством и моим провалом.

Судья смотрел на нас с непроницаемым лицом. Зрители затихли. Это был конец. Ожерелье уплывало у нас из рук.

И тут… Максим Волков вспомнил. Нет, не бальные танцы. Он вспомнил инструкцию по работе с агентом под прикрытием в критической ситуации. Максимальная концентрация. Контакт. Невербальное воздействие.

Я перестал думать о шагах. Перестал слушать музыку. Я просто смотрел в глаза Вивиан. В эти грозовые глаза, в которых сейчас плескались отчаяние и надежда. Я крепче сжал её руку, притянул к себе ближе. Я не танцевал фокстрот. Я вёл её в каком-то своём, одному мне понятном ритме – ритме опасности, выживания, воли. Я просто двигался по паркету, глядя ей в глаза, и она… она следовала за мной. Слепо. Доверчиво. Её тело стало лёгким, податливым. Мы двигались как единое целое, не обращая внимания на музыку, на зрителей, на Мартино. Это был не танец. Это был гипноз. Диалог без слов.

Когда музыка стихла, мы замерли в центре зала. В наступившей тишине было слышно, как бьются наши сердца. Или только моё? Зрители молчали. Судья поднял глаза от своих бумаг и долго смотрел на нас. Мартино и его партнёрша застыли в изящной позе у края паркета, ожидая триумфа.

Судья прокашлялся. Взял микрофон.

— Дамы и господа! – голос его прозвучал неожиданно громко. – Это был… сложный выбор. Пара номер пять (Мартино) продемонстрировала безупречную технику и грацию. Но… пара номер семь (мы с Вивиан)… показала нам… страсть! Настоящую, неподдельную страсть! Эмоции! То, чего так не хватает современному танцу! Поэтому… победителем конкурса «Дьявольский Свинг» и обладателем главного приза, ожерелья «Глаз Змея», объявляется пара номер семь – Вивиан Деверо и Джек Стоун!

Зал взорвался аплодисментами. Вивиан взвизгнула и повисла у меня на шее. Мартино стоял с открытым ртом, его лицо исказилось от ярости. Его партнёрша сорвала с шеи ожерелье и швырнула его на пол.

Я наклонился и поднял «Глаз Змея». Рубины и бриллианты хищно сверкнули в свете прожекторов. Контракт выполнен. Невероятно. Абсурдно. Но выполнен.

Оставалась одна маленькая деталь… Как выбраться из этого «Змеиного Гнезда» живым, когда его хозяин только что был публично унижен и жаждет крови? Кажется, навыки Максима Волкова мне сегодня ещё пригодятся. Но это уже совсем другая история…

Глава 4. Антракт с Кастетом и Фокстрот с Финалом

Аплодисменты гремели, как выстрелы из гангстерского «Томпсона». Вивиан Деверо сияла, прижимая к груди отвоёванное ожерелье, и посылала воздушные поцелуи публике. Я же, стараясь сохранять невозмутимость Джека Стоуна (хотя внутри Максим Волков всё ещё пытался отдышаться после фокстрота), сканировал зал. Мартино исчез. Плохой знак. Очень плохой. Значит, сюрпризы ещё не закончились.

— Мистер Стоун, вы были великолепны! Просто неотразимы! – щебетала Вивиан, всё ещё вися у меня на руке. – Эта ваша… страсть! Я никогда такого не чувствовала!

«Ещё бы, – мрачно подумал я. – Это был не фокстрот, а сеанс экстренного наведения порядка в чужих мозгах».

— Нам нужно уходить, мисс Деверо, – сказал я тихо, но настойчиво. – Пока Мартино не вернулся со своими гориллами и не устроил нам настоящий «танец со смертью» без кавычек.

— О, не беспокойтесь, мистер Стоун! – она беззаботно махнула рукой. – Я всё предусмотрела. Охрана на моей стороне. Половина этого клуба куплена мной ещё вчера. Судья тоже. Мартино теперь здесь никто. Мы можем насладиться триумфом! Выпьем шампусика?

Охрана куплена? И судья? Это объясняло её уверенность и то, почему Мартино так легко проиграл. Похоже, мисс Деверо была не просто безутешной вдовой, а весьма расчётливой хищницей. Использовала меня как таран, чтобы унизить врага и вернуть свою (или не свою?) драгоценность? Вполне в духе этого города. Ну что ж, работа оплачена, ожерелье у неё. Моя миссия здесь закончена.

— Шампанское отменяется, мэм, – отрезал я. – Я свою часть сделки выполнил. Дальше – без меня. Счастливо оставаться. Я вежливо, но твёрдо высвободил свою руку и направился к выходу, стараясь не привлекать лишнего внимания. Лучше исчезнуть сейчас, пока праздник не превратился в похороны.

Но уйти незамеченным из «Змеиного Гнезда» было не так-то просто. В коридоре, ведущем к лестнице наверх, меня ждали. Не Мартино. Два других типа. Огромных. С лицами, которые могли бы служить наглядным пособием по теме «Как остановить поезд ударом головы». Они не были похожи на людей Мартино. И не на людей Вивиан. Кто-то третий вступил в игру?

— Мистер Стоун? – пробасил один из них, преграждая мне путь. Голос был похож на скрежет камней. – Босс хочет с вами поговорить. Пройдёмте. Тихо и без глупостей. «Босс»? Какой ещё босс? Но спорить с двумя ходячими сейфами в узком коридоре было не лучшей идеей. Особенно когда ты чертовски устал после импровизированного танцевального марафона.

— Ведите, – буркнул я, проклиная этот город, этот клуб и своё дурацкое любопытство, которое вечно втягивает меня в неприятности.

Меня провели по другому коридору, в неприметную дверь за баром. За ней оказалась небольшая, прокуренная комната, похожая на кабинет управляющего. За столом, заваленным бумагами и пустыми бутылками, сидел… нет, не гангстер. Толстый, лысеющий мужчина в очках, с добродушным, но хитрым лицом бухгалтера. Перед ним стояла шахматная доска с незаконченной партией.

— А, мистер Стоун! Присаживайтесь! – он указал на стул напротив. Голос у него был мягкий, вкрадчивый. – Не обращайте внимания на моих… э-э-э… помощников. Они просто выполняют свою работу. Меня зовут мистер Фишер. Я, скажем так, владелец этого заведения. И наблюдатель. Забавный сегодня был вечер, не правда ли? Ваше выступление… незабываемо!

Я сел, не сводя с него глаз. Что этому типу от меня нужно?

— Особенно ваша техника устранения конкурентов, — мистер Фишер хихикнул. – Очень… прямолинейно. И фокстрот! Это было… гипнотически! Вы случайно не из цирковых, мистер Стоун? Слишком уж вы выделяетесь на фоне местных танцоров-головорезов.

Он смотрел на меня своими маленькими глазками поверх очков, и я почувствовал себя под микроскопом. Этот «мистер Фишер» был не так прост. Уж не заподозрил ли он во мне кого-то большего, чем просто частного детектива с необычными танцевальными способностями?

— Я просто выполнял работу, мистер Фишер, – ответил я нейтрально. – Помогал даме вернуть её собственность. Не люблю, когда обижают женщин.

— Благородно! – Фишер всплеснул пухлыми ручками. – Но немного… опасно. Мартино – человек мстительный. А Вивиан Деверо… о, эта леди сама кого угодно обидит! Вы уверены, что это ожерелье действительно принадлежало её матери? Ходят слухи…

Он сделал паузу, ожидая моей реакции. Я молчал.

— Ходят слухи, — продолжал он доверительным шёпотом, — что «Глаз Змеи» – это не просто ожерелье. Что это ключ. К банковской ячейке старого Ван Дер Мура. Где лежит нечто гораздо более ценное, чем кучка рубинов. Компромат. На очень влиятельных людей в этом городе. Поэтому Мартино так хотел его заполучить. Поэтому Вивиан так за него боролась. И поэтому… вам лучше исчезнуть из города на какое-то время, мистер Стоун. Пока пыль не уляжется. И пока кто-нибудь из тех влиятельных людей не решил, что вы знаете слишком много.

Это был совет? Или завуалированная угроза? Я посмотрел на двух амбалов, стоявших у двери. Скорее второе. Этот Фишер, кем бы он ни был, явно не хотел лишних проблем на своей территории. И пытался спровадить меня по-тихому.

— Спасибо за совет, мистер Фишер, – сказал я, поднимаясь. – Я как раз собирался сменить обстановку. Этот город начинает меня утомлять.

— Мудрое решение! – просиял он. – Надеюсь, мы вас больше не увидим… на танцполе, я имею в виду! Хотя, признаюсь, было очень зрелищно! Удачи вам, мистер Стоун! Мои… помощники… проводят вас до выхода. Чтобы никто случайно не испортил вам прощальный вечер.

Амбалы проводили меня до самой улицы. Дождь перестал. Нью-Йорк тяжело вздохнул, выпуская клубы пара из канализационных люков. Я поправил шляпу и пошёл прочь от «Змеиного Гнезда», от его фальшивого блеска, джазовых ритмов и смертельных танцев.

В кармане приятно оттягивала тяжесть вторая половина гонорара от Вивиан (она успела сунуть мне конверт во время победных объятий). Ожерелье «Глаз Змея» осталось у неё. Что там было на самом деле – ключ, компромат или просто дорогая безделушка – меня уже не волновало. Я свою работу сделал. Пусть и самым идиотским способом в истории частного сыска.

Одно я знал точно: танцы – это не моё. Никогда больше! Пусть уж лучше старые добрые бои без правил, где всё понятно: захват, бросок, удар. А все эти ча-ча-ча и фокстроты… слишком много шансов сломать шею. Или репутацию крутого детектива.

Я усмехнулся своим мыслям. Что ж, зато будет что вспомнить в старости. Если доживу. А пока – пора выпить. Настоящего виски. Не под джаз. А под старый добрый блюз сломанных рёбер… и каблуков.

Эпилог. Окурки, Пудра и Свинцовый Ритм

Пару дней спустя я снова сидел в своём офисе. Дождь наконец-то перестал, но небо над Нью-Йорком оставалось цвета старой, нестиранной портянки. В пепельнице дымился очередной «Кэмел», а в чашке стыла бурда, которую здесь называли кофе. Чертовски отвратительный кофе, но сегодня он казался не хуже и не лучше обычного.

Мышцы ныли. Непривычно ныли. Не так, как после хорошей драки или марш-броска, а как-то… по-идиотски. Особенно в спине и ногах. Кажется, фокстрот с элементами гипноза и экстренные поддержки партнёрши оказались для организма Максима Волкова испытанием похлеще рукопашной схватки с дюжиной нацистских агентов. Абсурд.

На столе, рядом с пустой бутылкой из-под дешёвого виски, лежала вчерашняя газета. Мелькнул заголовок: «Загадочное исчезновение гангстера Джонни ‘Змея’ Мартино». Полиция разводила руками. Ни свидетелей, ни улик. Просто испарился человек после проигрыша на танцевальном конкурсе. Я усмехнулся. Вивиан Деверо, похоже, действительно всё предусмотрела. Или просто нашла более традиционные способы решения проблем после нашего «танца страсти». А может, в дело вступили те «влиятельные люди», о которых шептал мистер Фишер? Не моё дело. Я свой гонорар получил сполна, конверт приятно оттягивал карман плаща.

Рядом с газетой валялась пудреница Глории Ван Дер Мур из другого, недавнего дела. Она тоже была связана со змеями – «Оком Змея». Этот город был помешан на змеях, интригах и убийствах. И на странных названиях клубов.

Я открыл ящик стола. Рука сама потянулась к «Кольту». Вот это – понятный партнёр. Надёжный. Его ритм – чёткий, свинцовый, без всяких там синкоп и свингов. Я взвесил его на руке. Тяжёлый, холодный металл. Куда привычнее и приятнее, чем талия Вивиан Деверо.

Год выдался… странным. 1937-й только перевалил за середину, а я уже успел поучаствовать в разборках из-за торпедных систем, и вот теперь – выиграть танцевальный конкурс для гангстеров. Кажется, работа под прикрытием начинала сказываться на моём чувстве реальности. Или это просто Нью-Йорк так действовал? Город-мираж, город-капкан, где за блестящим фасадом скрываются самые невероятные и грязные тайны.

Я посмотрел на свой потрёпанный плащ, висевший на спинке стула. Лицо бойца? Ха. Танцора свинга!

Пора было завязывать с этой частной практикой и ждать настоящих заданий от Центра. От тех, где всё ясно: враг, цель, оружие. А не вот это вот всё – страсть, фокстрот, ча-ча-ча…

Я налил себе ещё виски. Выпил залпом. Пусть уж лучше следующий клиент принесёт мне дело с пулями и погонями, а не с бальными туфлями и вывихнутыми лодыжками. Хотя… скучно точно не было. И деньги неплохие.

Но танцевать – увольте. Больше никогда. Разве что «Яблочко». На похоронах врага.