День рождения Медоеда
Глава 1
18 августа 2007 г. Суббота.
Россия,
Петрозаводск.
Район Древлянка,
Территория гаражного кооператива.
- Убийца – мужчина в кепке.
Стасик хмыкнул и щелчком сбил со стола осу, вонзившую жвала в кусок колбасы.
- Да ладно! Макс, что, правда, что ли?
- Всё верно. – Максим развёл руками. – Мужчина в кепке.
- Да ладно… – повторил Стасик. – Чего так-то?
- Серёг, ты давай докажи. – Поддержал Антон, вскрывая жестянку пива. – Может, ты типа просто угадал?
- Да, Серёженька, докажи им! – Кокетливо улыбнулась Кристина, ставя на стол миску с малосольными огурчиками.
Антон без слов хлопнул подругу по заднице. Кристина ойкнула и ударила его по руке.
- Не вопрос. – Сергей ткнул пальцем раскрытый номер «Детективных задач». – Чувак в кепке единственный, кто соврал следователю. Раз врёт, значит, пытается запутать следствие. Дальше элементарно, Ватсон.
- Стоп-стоп, господа! – вмешался Жека. – Сержи, с чего ты взял, что он лжёт?
Сергей подвинул журнал к Стасику.
- Стас, ответь товарищу, почему мужчина в кепке соврал.
- «Почему Володька сбрил усы» – продекламировала Оля, обнимая Женю за шею. – Помните, откуда?
- Зая, погоди. – Отмахнулся тот. – Не отвлекай.
- Почём я знаю? – буркнул Стасик, одним пальцем отодвигая журнал.
- Потому, что ты художник. Ты же работаешь с цветом. – Подсказал Сергей. – Кому ж знать, как не тебе?
Стасик демонстративно вздохнул, но за задачу взялся. Дойдя почти до середины текста, он внезапно хлопнул себя по лбу.
- Да чтоб тебя! Серый, слушай, это не считается. Не, серьезно, ребят, они бы ещё мельче напечатали!
Евгений насупился.
- Господа, а простым смертным можно объяснить? Или это какая-то государственная тайна?
- Для тебя, кладезь нашего коньяка и источник пива, всё что угодно. – Стасик налил себе стопку «Мартеля», опрокинул её, словно водку, и потянулся за огурцом. – Вся штука, други мои, в цветах. Мужик в кепке сказал, что видел в коридоре мужчину в красном свитере с зелёными полосками.
- Типа, Фредди Крюгер! – хохотнул Антон.
- Пусть Крюгер, не важно – не стал спорить Стасик. – Фокус в том, по условиям задачи к этому времени электричество уже вырубилась, так?
Женя, поводив пальцем по строкам, нашёл нужный фрагмент.
- «Громко выла сирена и в тёмном коридоре горели красные аварийные лампы», – процитировал он. – Всё верно.
- Вот именно, дамы и господа! – размахивая огурцом, продолжил Стасик. – Красные лампы, понятно?
- Мне непонятно! – надула губки Кристина.
- Для блондинок объясняю, – важно произнёс Стасик. – Возьмём, к примеру, этот огурец.
Он повертел в воздухе огрызком.
- Кто скажет, почему он зелёный?
- Огурцы всегда зелёные, – заметила Кристина.
- Поразительно тонкое наблюдение, – изрёк Стасик.
Антон пихнул его в бок.
- Будешь дразнить Крыску, я тебе вмажу. – Пообещал он.
- Пардоньте, не хотел. – Стасик потянулся было к бутылке, но Женя демонстративно отставил коньяк в сторону. – Ага, так значит? Сговорились, да? Ладно, ну и чёрт с вами. В общем, штука в том, что огурец ни разу не зелёный. Вообще. Просто он так устроен. Он поглощает свет всех цветов, кроме зелёного. А вот зелёный он отражает. Поэтому мы его таким и видим. Вот почему он кажется нам зелёным.
- Стас, короче, переходи к сути. – Посоветовал Макс, ловко выхватывая коньяк из рук Жени.
- Говорю, как умею. Это ж ты у нас журналист, работник языком. Короче… короче получается, что когда мы светим на огурец белым светом, он поглощает из него все цвета и отражает только зелёный. Ему есть что отражать, потому что в белом есть все цвета. А тут написано, что в тёмном коридоре светили красные лампы. Один только красный цвет. А значит, если бы там действительно был мужик в свитере с зелёными полосками, они бы казались чёрными. Ясно?
- Почему? – Переспросила Кристина.
Стасик вздохнул и покосился на кулак Антона.
- Потому, что ткань зелёная из-за того, что умеет отражать только зелёные лучи, а если таких лучей нет, то ткани нечего отражать, и она будет казаться чёрной.
- Как огурец? – просияла Кристина.
- Точно. Как огурец.
- Так-так. Значит, господин в кепке должен был сказать, что он видел человека в красном свитере с чёрными полосками, а не зелёными. – Подвёл итог Жека. – Следовательно, он соврал. Вот теперь всё понятно. Надо же, как просто!
- Ну, а я что говорю. – Победоносно произнёс Стасик. – А вы ещё со мной спорили! Ха! Дилетанты!
Макс незаметно подмигнул Сергею.
- Мальчики, сейчас будут горячие шашлыки – Пропела Ольга. – Подставляйте тарелки.
- Не жена, а сокровище. – Завистливо произнёс Антон. – Крыска, ты, типа, когда готовить научишься?
- Когда ты откроешь магазин, как у Жени. – Не осталась в долгу блондинка. – «Типа»!
Антон вздохнул.
Макс свернул журнал и переставил пустые бутылки на землю. Ольга торжественно водрузила посередине стола блюдо с горой шипящих, исходящих горячим паром шашлыков. Упоительный запах тянулся к гаражам, заставляя бродячих котов, ветеранов уличных боёв, занимать стратегические позиции по периметру полянки.
- О Боги! Счастье есть! – простонал Стасик, впиваясь зубами в кусок ароматной баранины. – Правда ведь?
Ему никто не ответил – все были заняты.
- Первого сентября отмечаем мою днюху. – Напомнил Сергей ближе к вечеру. – В субботу. Только попробуйте не прийти.
- Господа, а давайте на озере? – Предложил Женя. – Зимой ещё насидимся по домам.
- Можно и на озере, если дождя не будет, – согласился Сергей. – Ладно, ребят… пойду-ка я, покопаюсь в Жучке. Созвонимся.
- Созвонимся. – Максим, прищурившись, проводил Сергея задумчивым взглядом.
Глава 2
«Ай да молодец, – с досадой думал Сергей, замеряя уровень масла в картере заднего моста. – Выпендрился! А если бы не удалось подстраховаться Стасом? Отставной прапорщик-завсклад решает десять детективных задач за десять минут. Ну надо же! Подумать только, как замечательно в Союзе учили кладовщиков!»
Масло, как и следовало ожидать, вытекло. Чёрт его знает, как это выходило, но раз в полгода на обязательном еженедельном выгуле Жучка, по паспорту «Москвич» – 2140 1976-го года в оригинальном цвете «Кара-кум», начинала подвывать задним мостом.
«А ведь у командира, светлая ему память, полмиллиона отбегала, и хоть бы хны. Слабину она, чует, что ли? – Сергей добавил масла, снова замерил. Нормально. – Кажется, Максим тоже что-то почуял. А может, и показалось. Да, наверняка показалось. Пора уже перестать дуть на холодное. Что было – то было, быльём поросло».
24 августа.
Трель мобильника подняла Сергея в десять утра, после ночной смены.
«Ну, естественно. Антон. Ведь знает, что эту неделю я в ночь. Что за человек такой...»
- Привет. Чего тебе? – пробурчал Сергей.
- Серый, извини что бужу… прикинь, наши гаражи обнесли!
- Куда отнесли? – Зевнув, переспросил Сергей.
- Алё, гараж! Грабанули гаражи. Твой, мой… Может, и других, не знаю, я не проверял.
Сергей со вздохом поднялся с постели.
- Ментов вызвал?
- Да я, типа, ещё нет… Тут у меня ж… в общем, пока не вызывал…
Кристина как-то обмолвилась, что Антоха промышляет медяхой. Наверное, хранит в гараже, дурачина. Тогда внимание полиции ему ни к чему.
- Ладно, не вызывай. Скоро буду. Ничего не трогай.
- Я что, дурак, что ли? – Обиделся Антон. – Давай, короче, жду. Ты едь, а я пока остальных наберу.
На ходу сооружая сэндвич, Сергей оделся, выскочил из квартиры, ногой захлопнул дверь и ссыпался вниз по лестнице.
Через двадцать минут он уже был на Древлянке, на въезде в кооператив. Протиснулся мимо золотистого «Мерседеса», кое-как припаркованного поперёк дороги.
«Ага, Жека уже здесь».
Сразу за «мерином» под клёном, в тенёчке примостился серый «Юндай».
«И Максим тоже».
Стас, как всегда опаздывал. С другой стороны, раз выпивки не ожидается, он может и забить. Стас такой. Артистическая натура. А в гараже у него один хлам, красть нечего.
Сергей припарковал «Рафик» за гаражом и вернулся к друзьям.
- Чего так долго-то? – Антон пожал ему руку.
- Заправлялся. Ну что, давай, показывай.
Антон, словно экскурсовод, пошёл впереди, размахивая руками и возбуждённо тараторя.
Как выяснилось, взломали только три гаража: Антона, Сергея и Макса.
Вместе составили список потерь:
У Антона взломщики похитили два мешка картошки и оставленный в гараже термос с чаем.
Макс недосчитался пляжного зонта и старых лыж.
А больше всех, как выяснилось, пострадал Сергей. Вещи похитителей не привлекли. Зато бедная Жучка лишилась правой задней двери.
- Вот сволочи! – в сердцах выругался Сергей. – Где я теперь возьму такую же?
- Да ладно, как будто Москвичи такая редкость! – снисходительно пробасил Жека.
- А родная краска? В «Кара-кум», между прочим, «Москвичи» красили только в семьдесят шестом.
- Я вот чего не понимаю. – Спросил Максим. – Кому летом понадобились лыжи? Допустим, пляжный зонт я ещё как-то понимаю, но лыжи?
- Возможно, это наркоманы? – предположил Жека. – Нормальный человек не станет красть всякую рухлядь.
– Точно! И картоху мою спёр. Их же, типа, на жрачку пробивает! У нас один такой живёт, в сто сороковой. Он под кайфом вообще ни во что не въезжает. Может, они думали, что это вообще не лыжи, а я не знаю… золото!
Сергей осмотрел замки. Никаких следов взлома.
- Ну не знаю… – задумчиво произнёс он. – Наркоман, особенно под дозой, так не сработает.
- Серёга, ты же у нас мастер детективов, – подхватил Макс – Может, сам найдёшь воришку?
Сергей вздохнул.
«Да, Максим ничего не забыл. Вот тебе, Сергей Борисович, плата за длинный язык».
- А что, это может быть интересно. А, Сержи? – важно поигрывая «Vertu», пробасил Жека. – Ты же, если не ошибаюсь, служил каптёрщиком?
- Завскладом, – неохотно поправил Сергей.
- Случались же всякие кражи, хищения, верно?
- Всякое случалось. – Уклончиво ответил Сергей.
- Ну вот. Ты же, наверное, не о всём докладывал начальству, правда? Уж я-то знаю, как это работает, сам экспедитором начинал. Так что тебе, Сержи, как говорится, и карты в руки.
- Ну… я не знаю. – Протянул Сергей, кляня себя в душе последними словами.
- А давайте сыграем! – Антон хлопнул в ладоши. – Ставлю штуку, что Серый справится.
- Эй, я ещё не соглашался! – Возмутился Сергей, но его никто не слушал.
- Принимаю. Ставлю десятку, что Сержи ничего не найдёт. – Важно произнёс Жека. – Макс, что скажешь?
Максим пожал плечами.
- Ну, раз так… Ладно, пожалуйста. – Пятёрка, что не найдёт.
- Ага!– Торжествующе воскликнул Антон. – Готовьте денежки, парни. Серый, не вздумай меня подвести, понял?
- Так точно. – Сдался Сергей, прикидывая, как выпутаться из этой истории с наименьшими потерями.
- Серёга, а чем у тебя в гараже воняет? – Принюхался Максим. – Какой-то тухлятиной несёт, или мне кажется? Может, шашлык с пикника остался?
- Точняк. – Подтвердил Антон.
Сергей принюхался. Действительно, из гаража, нагретого августовским солнышком, едва заметно тянуло сладковатым, тошнотворным. Знакомым.
Друзья внимательно осмотрели каждый уголок.
- Тут, кажись сильнее всего. – Антон сосредоточенно обнюхивал Жучку. – Может, крыса сдохла?
Он распахнул багажник. Запах резко усилился.
- Фу-у, вонища!
Максим надел сварочную рукавицу и, морщась, вытянул за хвост из багажника большую, с кошку, облезлую тушку.
- Хера се крысюк! – Ахнул Антон, отшатнувшись.
Жека прижал к носу белый платок и бросился вон из гаража.
- А ведь это, похоже, не крыса… – Рассматривая добычу, протянул Максим, стараясь не дышать носом. – Первый раз такое вижу… Серёга, как думаешь, кто это?
Сергей мрачно уставился на покачивающуюся облезлую тушку.
- Это опоссум, Макс. Это чёртов опоссум.
Глава 3
Наскоро распрощавшись с приятелями, Сергей закинул дохлого опоссума в мусорный контейнер, запер гараж и чуть не бегом направился к «Рафику».
Прямо с дороги связался с начальником отдела охраны троллейбусного парка.
- Владислав Юрьевич? Поляков беспокоит. Тут вот какое дело… Мне нужно уехать на недельку, по семейным… да, за свой счёт, само собой…. Да, я знаю, второй раз за два месяца… но тут такое дело, ну вот прямо как нож к горлу… Выручите, да?.. Вот спасибо, вот благодарствую, Владислав Юрьевич, вы меня просто спасли... Само собой, второго сентября как штык… Ещё раз спасибо, извините за беспокойство…
Следующий звонок.
- Макс, слушай, тут вот какое дело. Начальство перебрасывает в Мурманск, на неделю. А я знаю, почему… Да, конечно успею, ничего не отменяется. Да, и тебе того ж, дружище.
И ещё один.
- Кирюха. Мне нужна тачка примерно на неделю. Быстрая, надёжная, неброская. Ну такая, знаешь, как для себя. Деньги не вопрос. Ага. Да, подходит. Залей полный бак. Заберёшь меня с Завокзальной, в четыре десять. Ровно, как штык.
Бросив телефон на правое кресло, Сергей ткнул пальцем в кнопку стереосистемы.
«По семейным обстоятельствам, – с ненавистью процедил он, поглядывая в зеркало заднего вида. – По самым что ни на есть семейным обстоятельствам».
Бросив «Рафик» у подъезда, Сергей пешком поднялся на шестой (лифт уже третью неделю ремонтировался и конца – краю этому ремонту видно не было). Упаковал в походный рюкзак ноутбук, смену одежды и лёгкую куртку. Достал из тайника картонную коробку, вытащил несколько тугих пачек купюр: рубли, доллары, евро и прозрачный пакет с документами. Российский паспорт на имя Сергея Полякова, английский на Дэвида Эндрюса, американский – Ральф Райли. Подумав, забрал финский, с именем Ханнес Салонен. По идее, должно хватить. Из корочек взял только удостоверение майора ФСБ. Отправив коробку на место, Сергей вынул из ящика стола старую «Нокию». Номер набрал уже из машины. Абонент ответил не сразу. Видимо, искал именно этот телефон.
- Алло? – произнёс мужской голос. На заднем плане слышался детский смех и крики.
- Привет, Хомяк.
- Погоди, сейчас перейду в другую комнату…
Пауза. Сергей ждал. Хлопнула дверь. Детские голоса стихли.
- Всё, теперь норм. Здорово, Медоед. Что случилось?
- Опоссум убит.
-Не понял. Он же сорвался со скалы. Я же переслал тебе заключение коронера. Ты его вообще смотрел?
- Ага, смотрел. Это липа, Хомяк.
- Да ну… не может быть. С чего ты взял?
- С того. У меня… кое-что забрали. И вместо этого подкинули мёртвого опоссума. Значит, намекнули, чтоб не высовывался.
На том конце чертыхнулись. Сергей ждал, выруливая на стоянку за железнодорожным вокзалом.
- Медоед, слушай… без обид, ладно? Чтобы ты не задумал, я – пас. У меня семья. Мне нельзя дёргаться, понимаешь?
Свободных мест на стоянке, как всегда в этот час, не оказалось. Сергей развернулся. Придётся искать место во дворах.
- Эй, Медоед… ты там?
- Остынь, Хомяк. От тебя нужна только инфа. Ты базы обновляешь?
- Ну… мы же, как бы того… В смысле, я…
- Да или нет?
- Вот ты достал… Да, у меня есть базы. Самые свежие. Последнее обновление – две недели. Что именно тебе нужно?
- Узнаю нашего Хомяка. Мне нужно всё, что у тебя есть по Бизону. От и до. Где живёт, что ест, с кем отдыхает. Семья, увлечения, грешки. Всё.
- Ты в курсе, что он уже генерал-майор?
- Нет. Но я его лично поздравлю. Сейчас скину адрес, вышлешь шифрованным архивом. Пароль – название гостиницы в Ираке, подчёркивание, день рождения комбата. Ещё помнишь?
- А то. – Названный Хомяком горько усмехнулся. – Были времена… слушай, Медоед, если бы не семья…
- Отстань. Скинь архив, и я забуду твой номер. Договорились?
- Сделаю. Ты там давай… береги себя.
- Да что мне сделается? Я ж Медоед.
- Потому и говорю.
Сергей отключился и свернул на Красную, внимательно глядя по сторонам. От стоянки у детского сада очень вовремя отчалил новенький «Фокус», и Сергей тут же зарулил на освободившееся место. Отослал Хомяку смс-сообщение с адресом ящика на Hotmail, забросил рюкзак за спину и зашагал к вокзалу. Если за ним следят, пусть думают, что он едет поездом.
Купив купейный билет на четырёхчасовой Мурманский до Санкт-Петербурга, Сергей послонялся по вокзалу, купил сэндвич с форелью и бутылку воды.
Хрипящий динамик объявил посадку. Пройдя на платформу, Сергей потоптался у вагона, украдкой оглядываясь по сторонам, не торопясь доел сэндвич и понукаемый нетерпеливым взглядом проводницы самым последним забрался в вагон.
«Внимание! Закончена посадка на междугородний поезд номер 201А, следующий маршрутом Мурманск – Санкт-Петербург. Просьба провожающим отойти от края платформы» – разнеслось над перроном.
Электровоз свистнул, состав вздрогнул, пробуждаясь, и тяжело двинулся вперёд. Сергей прошёл вагон насквозь, вскрыл в тамбуре дверь с правой стороны, на малом ходу выпрыгнул из вагона и тут же нырнул в подземный переход. Пока, Мурманский.
В тоннеле перехода оглянулся назад, на светлый круг выхода. Никого. Потеряли след? Хорошо бы. Но расслабляться рано. Всё ещё только начинается.
Выйдя на поверхность, Сергей пересёк площадь Гагарина и вышел на Завокзальный переулок. Новенькая тёмно-синяя купешка Опель «Астра» дважды мигнула фарами. За обманчиво безобидной внешностью заурядного трехдверного купе скрывался настоящий зверь. Кирилл не подвёл.
Глава 4
Санкт-Петербург.
Приморский район.
Парковка возле ТК «Атлантик – сити».
Спустя пять часов.
Невысокого парня с приметной рябой физиономией Сергей не знал. Но те, кто его рекомендовал, имели солидную репутацию. Поэтому Сергей без колебаний согласился на встречу.
Рябой заявился на черном «Крузаке», крикливо отделанном хромом и недоверчиво уставился на скромный Опель. Но пачка «Бенжаминов» развеяла его сомнения.
Засунув деньги во внутренний карман куртки, рябой достал из багажника «Крузака» два тяжёлых баула армейского образца и плюхнул их на пассажирское сидение. Баулы глухо звякнули.
- Вот, дядя. Всё, как договаривались.
Сергей расстегнул молнию первого баула. Внутри тускло блестел чернёными гранями небольшой арсенал. Глок-17 с запасными обоймами, «Heckler und Koch» MP5SD5 с интегрированным глушителем и ёмкими, на 30 патронов, магазинами, шоковые и осколочные гранаты, взрывчатка. Оружие ухоженное, готово к работе. Во втором – чёрный камуфляж, прибор ночного видения, трос, набор первой помощи, электроника.
- Держи. – Сергей передал рябому вторую пачку купюр.
- Можно не пересчитывать?
- Почему же, считай.
Рябой спрятал деньги.
- Меня не обманывают, дядя.
- Меня тоже.
Рябой одобрительно ухмыльнулся.
- Хороший клиент. Обращайся, если что.
- Непременно.
Спрятав заряженный Глок в бардачок, Сергей переложил сумки в багажник и тронулся со стоянки. Вырулил на Савушкина, сделал круг по Школьной и Яхтенной, поглядывая в зеркало заднего вида. Смотри-ка, хвоста как не было, так и нет. Ну и ладушки. Тогда погнали.
Под капотом невзрачной на вид «Астры» бесновались двести лошадиных сил двухлитрового двигателя, выстреливая лёгким купе в синеватые питерские сумерки.
Сергей опустил боковое стекло. Ледяной ветер с радостным рёвом ворвался в машину, упруго ударил в лицо.
«Да, суки. Я ещё живой. – С давно забытым чувством подумал Сергей. – Думали, постарел? Сдрейфлю? Ошибаетесь. Лучше бы вам меня прикончить, как Опоссума. Это вы просчитались. Очень сильно просчитались».
«Астра» неслась вдоль Финского залива, с лёгкостью разматывая километры. Лисий нос, Сестрорецк, Зеленогорск. Небольшое купе стремительно приближалось к цели своего путешествия – посёлку Пески, в котором окопался тот, кого Сергей знал под кодовым именем Бизон: Анатолий Степанович Яковенко, генерал-майор Главного управления Генерального штаба Российской Федерации, бывший замкомандира отряда спецопераций «Баньши». Подразделения, которого, если верить документам, никогда не существовало в природе. И в котором двадцать лет оттянул лямку лейтенант Игорь Бажин, скрывающийся сейчас под скромным обликом отставного тыловика Сергея Борисовича Полякова.
25 августа
Ленинградская область
Посёлок Пески
Со стороны шоссе Пески выглядят обычным посёлком, каких в Ленобласти тьма-тьмущая. Не то на первой линии, с видом на Финский залив. Здесь, нахально растолкав высокими заборами простые домишки, разлеглись частные территории, встали по-европейски роскошные коттеджи, настоящие особняки. Один из таких особняков принадлежал генералу Яковенко. Точнее, формально он принадлежал его супруге Галине Олеговне, как и компания «ЯГО: Консалтинговые услуги», название которой уже не первый год вызывало уважение питерских нуворишей и безудержный хохот старой питерской интеллигенции, с каждым годом всё более замыкающейся в себе на тесных кухнях облезлых хрущёвок.
Согласно данным Хомяка, летние месяцы семья Бизона – Яковенко проводит именно здесь.
«Астру» Сергей оставил в полукилометре от коттеджа. Выждал до ночи, заодно проведя рекогносцировку. На территорию проник просто и без затей – морем, сложив предварительно часть оборудования в непромокаемый рюкзак-кофр. Притаившись под мостками причала, у которого дремала на низкой волне двухпалубная «Princess V55», Сергей снял маску и надел шлем с прибором ночного видения. Так. Территория освещена скудно. Это плюс. Охранников нет. Интересно. Бизон считает себя бессмертным? Сергей легонько стукнул кулаком по доскам причала. От тёмной стены коттеджа отделились и беззвучно понеслись к причалу две приземистые тени. Ну конечно. Бизон всегда любил ротвейлеров. Эх… Простите, собачки.
Чем хороша модель MP5SD5, так это глушителем. Звук выстрела не слышен уже за тридцать метров. Постарались, бундесы.
Нейтрализовав угрозу, Сергей выбрался из воды у самого края пляжа, там, где плакучие ивы нависли над водой, образуя живописный шатёр. Под живым навесом смутно виднелась открытая беседка. Сергей прокрался к коттеджу. Пока тихо.
Бизон не купился на современную скандинавскую моду, предпочитающую лаконичные грани и застеклённые стены. В Песках он выстроил настоящие княжеские палаты, с удобными выступами, резными ставенками и балкончиками с балясинами. И всё равно, чтобы забраться на балкон второго этажа Сергей Поляков потратил целых тридцать секунд. Лейтенант Бажин справился бы вдвое быстрее. Всё возраст, чтоб его. Без одной недели полтос. Не шутка.
Как Сергей и ожидал, балконную дверь обитатели дома оставили на ночь приоткрытой. И правильно. Свежий ветерок – лучшее снотворное.
Бизон не ожидал незваных гостей, понадеявшись на собак и охранника у ворот. Зря. Вот это он сделал зря.
Глава 5
Анатолий Степанович проснулся на долю секунды позже, чем следовало. Влажная ладонь зажала рот, а в висок упёрся ледяной металл.
- Тихо, Бизонятко. Шумнёшь, только хуже будет.
Голос Яковенко узнал не сразу. Всё-таки столько лет прошло. А вот «Бизонятком» его называл только один человек. А значит, дёргаться уже нет смысла.
Анатолий Степанович медленно кивнул, демонстративно показал руки. Ладонь, зажимавшая рот убралась. Но висок по-прежнему холодил ствол.
- Медоед… давно не виделись. Мог бы просто позвонить, – прошептал Яковенко. Ствол вдавился сильнее.
- Тихо-тихо… не горячись. Чего ты хочешь?
- Прогуляемся. На свежем воздухе. Ты ещё не разучился лазать по канату?
- А что будет, если я подниму тревогу? – На всякий случай спросил Яковенко, послушно одеваясь.
Сергей продемонстрировал небольшой ручной пульт с единственной кнопкой на верхушке.
- Твоё уютное гнёздышко взлетит на воздух.
- Ты рехнулся?! – воскликнул Яковенко и тут же получил чувствительный удар по рёбрам. – О чёрт… Игорь, с каких пор мы вмешиваем семьи?
- С таких. Не заговаривай мне зубы. Пошли.
- Ну, чего тебе? – Хмуро спросил Яковенко, с кряхтением опускаясь на скамьюбеседки. – Что за беспредел?
- Не валяй дурака. – Сергей прихлопнул комара. Ночью у воды эти твари чувствовали себя хозяевами положения. – Уж кому говорить про беспредел.
- Игорь, я реально не въезжаю. Ты припёрся ночью, угрожаешь… может, объяснишься?
- Хочешь так? Ладно. Опоссум – раз. Комбатова Жучка – два. Думал, я не сложу два и два?
Яковенко поднял руки.
- Погоди, я ничего не понимаю! Какая Жучка, причём тут Опоссум? Богом клянусь, это какой-то бред!
Сергей скрипнул зубами, поневоле закипая.
- Месяц назад Опоссума убили.
- Насколько я знаю, это несчастный случай… – Возразил Анатолий Степанович.
- Ах, насколько ты знаешь! – Сергей с трудом удержался, чтобы снова не вмазать подлецу, на этот раз по морде. – Вот же ты сволочь, Бизон. – А то, что мне сегодня… то есть, уже вчера утром подбросили дохлого Опоссума? И украли дверцу от «Москвича»?
- Погоди-погоди… – Яковенко напрягся. – Я не понял насчёт «Москвича». Что за дверца? Кому она нужна?
- Бизон, когда мы решили, что артефакт слишком опасен, мы разделили его на три части. Половина была у тебя, вторая – у Опоссума. А у комбата – формулы активатора. Так?
- Верно.
- Теперь смотри. Месяц назад якобы гибнет Опоссум. – Это раз. А Комбат… когда он узнал, что умирает от рака, он меня нашёл. И попросил только об одном: сохранить отцовский «Москвич». Я, грешным делом, думал, дело в памяти… Но теперь понимаю. Он спрятал активатор в машине. Догадываешься, где?
- В дверце… – Яковенко схватился за голову. – О чёрт! Но если он был там…
- «Если» – зло передразнил Сергей. – А то ты не знаешь!
- Медоед! – Яковенко подался вперёд, и Сергей предупреждающе вскинул «Глок». – Клянусь жизнями дочерей, это не я.
- Врёшь.
- Что мне сделать, застрелиться, чтоб ты мне поверил?!
- Бизон, где твоя половина артефакта?
Анатолий Степанович поник.
- Ну, где она?
- У меня её нет.
- Тогда у кого?
Генерал Яковенко опустил голову. Сергей ждал.
-Я не знаю, где она, – признался Анатолий Степанович. – Так получилось, Медоед. Я лажанулся. Можешь меня грохнуть, если тебе полегчает.
- Куда ты её дел?
- Продал. – Едва слышно ответил Яковенко.
- Ты продал артефакт? Когда? – Переспросил Сергей.
- Давно. – Убито ответил тот. – Ещё в девяносто восьмом.
- Когда?! Господи, да что с тобой, Бизон?! Ты же был нормальным парнем!
- А ты помнишь, что творилось в девяносто восьмом?! Кризис нас убил. Бизнес рухнул, всё сгорело. Коллекторы… В общем, если бы я не нашёл деньги, И Галку бы, и малую…
- Ну ты и сволочь, Бизон.
- Тебе не понять. У тебя нет семьи. – С горечью произнёс Яковенко. – Тебе некого защищать.
- Мне? Блин, да мы всех защищали, забыл? Всю, мать её, планету! А теперь, по твоей милости, всё может накрыться!
- Я подумал… у меня же была только половина. Без остальных двух частей она не страшна. А мне за неё предложили миллион.
- Сраный миллион рублей?
- Долларов, Игорёк. Долларов. Я смог расплатиться по долгам и начал подниматься. Вот так вот…
- Но если это не твои, то кто убрал Опоссума? И кто был у меня?
- Я ж тебе сказал, я без понятия. Но если Опоссума убили… и наведались к тебе… эти люди в курсе, что это и как им пользоваться. Не знаю, кто это может быть, но… теперь у них обе части артефакта и активатор. А значит…
- Через шесть дней образец созреет и грёбаному миру конец.
- Это ужасно… – Яковенко дрожащими руками похлопал себя по карманам, ища курево. – Чёрт, пачка наверху.
- Кому ты продал артефакт? – Спросил Сергей. Он понимал, что цепляется за соломинку, но что ещё оставалось делать? – Бизон, кому?
- Чехам. Ты же знаешь, в Праге самый крупный подпольный рынок.
- Ясно. Кому именно?
- Томаш Кучера. Слышал о нём?
- Нет. Он до сих пор в деле?
- А что ему сделается? Он сейчас чуть ли не главный воротила. Медоед, мне очень жаль, поверь.
Сергей с отвращением сплюнул.
- Жаль ему. Толку с твоей жалости!
Яковенко выпрямился.
- Я всё-таки генерал-майор разведки. Слушай, ты можешь думать обо мне… считай меня, кем хочешь, но подумай хотя бы вот о чём. Если артефакт активируют, моя семья тоже погибнет.
- Как и все остальные.
- Да, как и остальные. – Согласился Яковенко. – Но… Галка, девочки… это гарантия, что я пойду до конца.
Сергей зло ухмыльнулся.
- И что ты сделаешь? Придёшь на работу и скажешь, что продал оружие судного дня торговцам смертью? Пока тебя арестуют, пока закрутятся шестерёнки, будет поздно.
- Так точно. Поэтому мы поступим иначе.
Яковенко приободрился. Перед ним встала боевая задача, которую необходимо решить. В этом деле генерал чувствовал себя, как рыба в воде.
- У меня надёжные ребята в штабе. Мы организуем тебе подложную легенду, сымитируем операцию. Получишь полную поддержку. И здесь, и за границей. Оружие, логистика, местные оперативники – по первому щелчку. Бюджеты, документы, всё, что угодно. Я тебя прикрою.
- Ну да, ты нас уже прикрыл.
- Я же тебе сказал, у меня не было выбора! Да, я виноват, сто раз, но дай мне шанс. Чёрт, Медоед, да не будь ты таким упёртым!
Сергей задумался. Либо за эти годы Бизон стал лучшим в мире актёром, либо он говорит правду. Отправляясь в Питер, Сергей рассчитывал пройти по горячему следу. А теперь, оказывается, след ведёт к делу девятилетней давности. Тут одному не справиться. А из старых ребят остались только Хомяк и Бизон. И оба – вне игры. Похоже, выбора нет.
- Ладно, Бизонятко. Договорились.
- Тогда отключи бомбу. – Яковенко кивнул на пульт с кнопкой.
- Да ты совсем сдурел на старости лет. – Ухмыльнулся Сергей. – Нет там никакой бомбы. Вот, смотри.
И он пощёлкал красной кнопкой.
Глава 6
Утро 26 августа
Чешская Республика.
Прага.
Бизон не подвёл. Старший оперативник Роберт Ляхов встретил Сергея в аэропорту «Рузине» и прямо сказал, что его группа поступает в распоряжение «капитана Полякова». О тщательной проработке стратегии пришлось забыть. Время поджимало, вынуждая импровизировать. Через доверенных людей в BIS, Ляхов добыл досье на Томаша Кучеру. Материала в нём было много, но всё по мелочи. Кучера оказался дьявольски хитёр и чешские следователи так и не смогли наскрести ничего, что помогло бы засадить короля подпольных оружейников за решётку. Сергей дважды перечитал досье, прикидывая, как быстро развязать языке Томашу.
- Посмотри, на седьмой странице, где сексуальные предпочтения. По моему прорисовывается профиль. Интрижка с чемпионкой по тхеквондо… И с мотогонщицей, и ещё вон... – Роберт вместе с Сергеем изучал досье. – Похоже, он выбирает самых сильных женщин. Ему нравится мериться с ними силой, покорять.
- Коллекционер. – Подтвердил Сергей. – Это интересно. Как думаешь, сможем на этом сыграть?
Роберт кивнул.
- Можно попробовать. Девочка подходящей внешности у нас есть, Марина Дёмина. Опытный оперативник. Но как свести её с Кучерой? Он осторожен, такой не купится на заурядный флирт.
- Верно. Значит, сделаем так, чтобы инициатором знакомства стал сам Кучера.
- Спасение дамы? – С сомнением предположил Роберт.
- Нет, ты же сам сказал, он не любит слабых. Поступим наоборот… тут сказано, Кучера обычно ужинает в ресторане «Алкрон». Знаешь это место?
- Сам не был, но слыхал. Говорят, там минералка стоит, как французский коньяк.
- Вот и хорошо. Значит, поймаем его вот на чём…
Белый фургон Мерседес-«Спринтер» с эмблемой AMS Partners на борту припарковался у пиццерии на Степанской, сразу за лакшари-отелем «Алкрон».
За рулём сидел Ляхов, делая вид, что поглощён чтением журнала ForMen. Внутри, перед экранами слежения, восседал Владимир Кошкин, мастер по организации внешнего наблюдения. Сергей расположился рядом с ним, надев наушник с микрофоном. Теперь оставалось подождать, пока Марина с напарником выполнят свою работу…
Вечер 26 августа.
Прага.
Ресторан «Алкрон».
Томаш наслаждался цесаркой с овощами. Повар притомил птицу чуть-чуть дольше, так, чтобы она не потеряла сочность, но чуть-чуть подрумянилась. Овощи же, напротив, сохраняли приятную хрусткость. Всё, как нравится господину Кучере.
Таинство момента нарушала болтовня за соседним столиком. Томаш в который раз недовольно покосился направо.
Эту пару Томаш приметил сразу, как только зашёл в ресторан. Девчонка в красном платье хороша. Чёрные волнистые волосы, тёмные влажные глаза, развитые плечи, высокая грудь, тонкая талия. На её фоне спутник, парень лет тридцати выглядит невзрачно, несмотря на пиджак родом с Сэвил-Роу и стильные Patek Philippe на руке.
Дождавшись, пока официант разольёт вино, молодой человек обернулся и сделал знак метрдотелю, который почтительно поднёс его даме шоколадный десерт, явно не из меню.
«Осторожнее, милая. Не поломай свои прекрасные зубки» – с приторной улыбочкой произнёс мужчина. У него был идеальный лондонский выговор.
«Что за пошлятина» – поморщился Томаш.
Девушка разломила шарик из тёмного шоколада, усыпанного золотыми блёстками. Внутри, как и следовало ожидать, покоилось бриллиантовое кольцо. Томаш не считал себя знатоком украшений, но даже по грубой прикидке камешек был карат на пять, а его чистота заставляла предположить, что подарок тянет на сотню тысяч долларов. Томаш ожидал развития событий в духе слащавых голливудских фильмов. Но ошибся. Такое с ним случалось нечасто.
- Элен, ты выйдешь за меня? – спросил мужчина, взяв девушку за руку.
- Что за фокусы, Роджер? – красавица резко выдернула руку из его ладоней.
Томаш оживился.
- Я… постой… я не понимаю. Я думал, мы любим друг друга! – воскликнул мужчина.
- И ты решил, что имеешь на меня какие-то права? – запальчиво возразила девушка. На её щеках выступил гневный румянец, глаза сверкали. – Да что ты себе возомнил? Что я стану комнатной собачкой?
- Ты не поняла… Я предлагаю тебе себя! – с пафосом заявил мужчина.
«Господи, что за дурак! – насмешливо подумал Томаш. – Если бы я так делал дела, меня бы доедали сомы на дне Влтавы».
- Ты предлагаешь себя? – фыркнула красавица. – Мальчишка, которому повезло с акциями?
«А ей, похоже, нравятся мужчины поопытнее, – с удовлетворением заметил Томаш. – Девчонка-то не глупа».
- Но я… дьявол, Элен, я потратил на тебя полмиллиона! – Роджер грубо схватил её за руку. – Ах ты… ой… ты… ай!
С неожиданной ловкостью девушка перехватила его ладонь и точным движением вывернула большой палец так, что сустав едва не вылетел наружу. Роджер с трудом подавил стон.
- Ещё одно слово, и я сломаю тебе руку. – Прошипела девушка.
Томаш почувствовал томное, горячее давление внизу живота. О боги, какая женщина…
- Пусти… – проскулил Роджер. – Ты, хитрая… ой-ой…
- Интересно, как ты будешь стучать по своим клавишам одной рукой? – Элен откровенно издевалась над беспомощным мужчиной. – Пропустишь сделку, потеряешь денежки. Тебя ведь только это волнует, правда? Знаешь, ты такое ничтожество, что мне тебя даже жалко. Пошёл вон.
На лбу Томаша выступила испарина. Неужели это происходит на самом деле? Внезапно его охватил страх, что эта поразительная женщина уйдёт, исчезнет из его жизни, а он так и не раскусит этот плод, не насытится его соками…
Роджер порывисто встал, не забыв, однако, прихватить кольцо. Растаявший шоколад испачкал его пальцы, но он этого не замечал.
- Ты недостойна меня! – пафосно произнёс он, надеясь привлечь внимание окружающих, и бросил на стол несколько крупных купюр.
- Забирай свои гроши и проваливай, – равнодушно произнесла Элен, смахивая деньги со стола.
У Томаша пересохло в горле, и он залпом выпил бокал вина.
Опозоренный мальчишка бросился вон из зала.
Девушка с вызовом посмотрела по сторонам. Большинство убогих людишек опустили головы, как будто и не смаковали только что пикантную сцену.
Томаш отсалютовал разгневанной валькирии бокалом.
- Я уже думал, что мне придётся идти вам на помощь, – с усмешкой произнёс он. – Но вы справились сами. Браво!
Девушка внимательно посмотрела ему в глаза, а потом (о Боги, спасибо, спасибо!) скупо улыбнулась в ответ.
- Мужчины слишком зациклены на себе. – Ответила она. – Им кажется, что всё на свете можно купить. Это… разочаровывает.
- Поверьте, не все мужчины такие, – наслаждаясь каждой секундой диалога, парировал Томаш. – Вы позволите?
Прекрасная незнакомка, поколебавшись, указала Томашу на место за своим столиком.
«Ну всё, теперь ты моя!» – с торжеством подумал он.
В отличие от дурака Роджера, он прекрасно знал как вести деловые переговоры.
Элен оказалась прекрасной собеседницей. Её манеры были безупречны, но реплики – резки и беспощадно точны. Она была подобна дикому зверю, мустангу, не знавшему узды.
Томаш почувствовал, что без этого трофея список его любовных побед не будет стоить ломаного гроша.
- Вы дадите мне свой телефон, Элен? – спросил он минут через десять, почувствовав, что незнакомка желает закруглить разговор.
- Нет, Томаш. Это вы дадите мне ваш номер – немало не смутившись, ответил девушка. – И будете ждать моего звонка.
- И вы позвоните? – приподнял брови Томаш.
- Обещаю. – На миг она положила ладонь ему на плечо. Томаша словно пронзило электрическим разрядом. Даже показалось, будто в плечо что-то кольнуло. – Если вы меня не разочаруете.
- Ни за что, – вырвалось у Томаша. Естественная, первобытная сила этой женщины превосходила его самые смелые ожидания.
- До встречи, Томаш.
Независимая красавица встала и направилась к выходу. Томаш проводил её восхищённым взглядом.
Глава 7
Через десять минут Томас Кучера почувствовал странную горечь во рту. И почти сразу раздался звонок…
- Пока врачи найдут противоядие, – медленно и размеренно говорил лишённый интонаций голос. – Ваши печень и почки будут разрушены. Я предлагаю сделку. Вы нам – информацию, мы вам – противоядие.
- Какие… у меня гарантии? – облизав горькие губы, прохрипел Томаш.
- Нам невыгодно разрушать сложившуюся экосистему. Живым вы немного полезнее, чем мёртвым. Предложение действительно в течение получаса. После этого противоядие уже не поможет.
И вот Томаш Кучера, болван, попавшийся в простейшую медовую ловушку, в одиночестве, как и обещал, торчал на трамвайной остановке в Жижкове. Ребята в засаде, в двух минутах, но Томаш понимал, что это скорее психологическое утешение, чем реальная помощь. Он уже мертвец. Не поверив голосу, он бросился к специалистам. Лучший частный врач, проведя экспресс-анализ, только и сумел сказать, что положение стремительно ухудшается.
- Я не знаю, что это – признался он. – Скажу только, что такого уровня вещество не изготовишь в кустарной лаборатории.
Распространённые на чёрном рынке ОВ Томаш знал наизусть – никаких совпадений по симптоматике. Значит, девка работает не на конкурентов. Тут замешана чья-то разведка. Куда против такой силы одинокому бизнесмену…
У остановки притормозил белый транспортный фургон AMS Partners. Боковая дверь отъехала в сторону.
- Залезайте.
Томаш повиновался.
Внутри трое. Девка Элен, Роджер и основательный мужчина лет пятидесяти с седыми висками. Плюс водитель. Роджер сноровисто обыскал Томаша, забрал оба телефона, вынул батареи и сим-карты.
- Вы хоть представляете, с кем связались? – рискнул на всякий случай Томаш.
- Конечно, – буднично ответил седоватый мужчина, явно главный в этой компании. – А вы?
Туше.
- А ты хитрая сука, – бросил он, оглянувшись на Элен. Девушка молча отвесила ему пощёчину.
- Может, всё-таки оставишь телефончик? – Спросил Томаш, тряхнув головой.
- Мы не шутим, Кучера! – резко оборвал его Роджер. – Не пытайтесь играть в смельчака.
- Чего вам нужно?
- В девяносто восьмом в Санкт-Петербурге вы купили у офицера русской разведки некий объект. Нас интересует, кому вы его продали, – спросил седой.
- В девяносто восьмом? Вы смеётесь? Думаете, я помню? Я каждый день заключаю сделки!
Мужчина покачал головой.
- Вы заплатили капитану Яковенко миллион долларов за контейнер размером десять на десять сантиметров. Ради него вы лично прилетали в Россию. Уверен, вы помните эту сделку.
Он достал из несессера шприц с розовой жидкостью.
- Это антидот. Пока что вы его не заслужили. Ещё несколько минут, и даже с противоядием вам придётся всю жизнь ходить на диализ. Ну как, это освежило вашу память?
- Ладно, ладно – сдался Томаш. – Я продал его Моссаду. Жиды заплатили мне тридцать миллионов. Неплохой навар. А теперь давайте противоядие.
Но мужчина с седыми висками не торопился. Подумав несколько секунд, он со вздохом снял с иглы защитный колпачок и выпустил тонкую струйку антидота в воздух.
-Эй, ты что творишь? – в панике выкрикнул Томаш.
- Вы врёте, Кучера. Каждый раз, когда вы будете лгать, доза антидота будет уменьшаться. Вот так.
- Я не вру, долбанные вы придурки!
Мужчина снова нажал на поршень.
- Я знаю, как работает то, что находилось в том контейнере. Моссаду он точно не нужен, – уверенно сказал он.
В голове Томаша лихорадочно крутились мысли, одна другой страшнее. «Седой не купился на Моссад. А если он и правда знает, что там было? Я не знаю, а он знает. Я понятия не имею, что соврать, чтобы это выглядело убедительно… проклятье!»
- Поймите, мой бизнес держится на приватности. Если люди узнают, что я сдал клиента…
- Не узнают. Как я уже сказал, нам выгодно сохранить статус-кво. Эта сделка строго между нами.
«Как же, ври, – посетовал про себя Кучера. – Можно подумать, вы не пишите разговор. Не скажу, сдохну. Скажу – попаду в кабалу к этому… но хотя бы буду живой».
- Латиносы – признался он.
- Точнее. Если скажете, что ничего о них не разузнали, я выпущу половину шприца.
- Кубинцы – торопливо добавил Томаш, понося про себя собеседника последними словами. – Клянусь, это были кубинцы. Они пытались играть в бандитов, но плохо. Я сразу усёк, что они из спецслужб. У меня на таких нюх.
- Кубинские спецслужбы… – задумчиво протянул седой. – Кубинцы. Хмм… Вы сохранили снимки?
- Само собой… признал Милош, взглянув на стойку с перемигивающимися блоками аппаратуры. – Если у вас есть сеть, я покажу.
- Давайте. И поторопитесь, у вас осталось не так много времени.
Томаш лихорадочно застучал по клавиатуре, входя на сервер. Вскоре на экранах фургона показались три лица.
- Хорошее качество, – одобрительно заметил Роджер. – Прогоним по базам.
- Да, пожалуй, неплохо, – неторопливо разглядывая кубинцев, ответил седой.
- Эй! Я же вам всё сказал! – взмолился Томаш. – Вы же дадите мне противоядие?
- Конечно. Мы держим слово. – Седой передал шприц девушке. Та закатала Томашу рукав, перетянула бицепс, точным движением ввела шприц в вену. Медленно выпустила его содержимое.
- Ватку приложи. – Насмешливо фыркнула она. Седой протянул Милошу резко пахнущий спиртом клочок. Томаш, стиснув зубы, повиновался.
- Теперь вот что, Кучера. Сейчас вы выйдете из фургона, и мы расстанемся. Имейте в виду, не в ваших интересах нас искать. И не пытайтесь предупредить кубинцев. Если мы уличим вас в двойной игре, а это в наших силах, в следующий раз вы получите укол чем-нибудь посильнее. И противоядия уже не будет. Вам всё понятно?
- Всё… – процедил Кучера. Теперь, когда непосредственная опасность миновала, его душила ярость. Мерзавцы уложили его на обе лопатки. – Вы на редкость убедительны.
- Тогда прощайте.
Дверь фургона отъехала в сторону. Томаш спустился на тротуар. Фургон неторопливо тронулся с места, помигал поворотником, пропуская машины, и встроился в трафик.
Рядом скрипнули тормоза. Чёрный BMW резко остановился у кромки тротуара.
- Залезайте, шеф! Вы в порядке?
- В полном.
- Догоним паскуд?
Кучера проводил удаляющийся фургон ненавидящим взглядом. Облизал сухие губы.
- Нет. Оно того не стоит. Поехали домой.
Глава 8
Прага.
База российской разведки.
Фотографии кубинцев Сергей переслал Бизону. Между Россией и Островом свободы до сих пор тесные связи. А значит, у внешней разведки наверняка есть досье на всех мало-мальски серьёзных фигур «непотопляемого ракетоносца» у берегов США.
Двоих кубинцев опознать не удалось, зато третий оказался джек-потом.
Игнасио Руис Рохас, атташе по культуре в кубинском посольстве в Москве. Классическое прикрытие для руководителя разведсети.
- Медоед, дай мне пять часов. – Попросил Яковенко. – Я выжму его досуха, обещаю.
Сергей согласился. Конечно, он злился на Бизона. Хотя слова о семье крепко запали ему в душу. И, если уж быть перед собой кристально честным, он не знал, как поступил бы сам, окажись на чаше весов жизнь двухлетней дочери.
«А вот нехрен было жениться! – ожесточённо думал он. – Я же не женился! И комбат. И Опоссум. А эти с Хомяком устроили тут ясли – детский сад. Сами дали врагу рычаг давления. Решили, что раз «Баньши» больше нет, значит, всё кончилось. А вот ни фига не кончилось! А мне расхлёбывать…»
Время поджимало. Часы судного дня отрезали секунду за секундой от каменного шарика Земли. Сергей прямо слышал треск.
Бизон не подкачал.
Кубинца аккуратно взяли прямо на Кутузовском проспекте и доставили в секретный застенок, каких у Внешней разведки, не имеющей формального права на действия внутри страны, хватало в каждом крупном городе России. Сработали грамотно: Рохас даже не понял, кто его взял. Поначалу он пытался трепыхаться, качал права, но ребята Яковенко знали, на что давить. И чем. Не прошло и получаса, как Игнасио Руис запел такие серенады, что куда там Доминго с Паваротти! Бизон обеспечил прямую трансляцию допроса.
Про судьбу первой части артефакта кубинец рассказал честно и без утайки. Но клялся всеми католическими святыми и Фиделем Кастро в придачу, что ничего не знает ни об убийстве Опоссума, ни о налёте на гараж Медоеда. И Сергей ему поверил. Во-первых, потому что видел на экране процесс допроса. А во-вторых, потому что в словах кубинца была определённая логика. А рассказал он вот что.
Хотя медицина Кубы может дать фору многим европейским странам, с исследованиями у них плоховато. Лучшие ученые-биохимики Кубы бились с фрагментом артефакта семь лет, но так и не сдвинулись ни на шаг. В итоге, убедившись в тщетности своих усилий, в 2005-ом году кубинцы передали образец Венесуэле. К этому моменту Уго Чавес довёл отношения с США до точки кипения, и ему срочно требовался новый инструмент давления на строптивых гринго.
- Венесуэла? – Переспросил Сергей. – Что за чушь? У Чавеса вообще нет лабораторий, на что он надеется?
И вот тут Игнасио Рохас сумел их удивить.
- Я слышал, Чавес заключил договор с Китаем. Лаборатория находится где-то в джунглях, но работают в ней одни китайцы, – объяснил он.
Вот теперь всё стало на свои места. Китай. Это сильный игрок, к тому же для них артефакт, а точнее, то, что с его помощью можно создать, представляет огромную ценность. И как только они завершат активацию, европейской цивилизации наступит конец. Всей, от Америки и до Австралии, от России и до Финляндии. Да уж, Чавес и Ху Цзиньтао буквально нашли друг друга. Как говорится, брак, заключённый на небесах.
Яковенко отключил трансляцию из допросной.
- Получается, фрагмент Опоссума и активатор забрали китайцы? – Убито спросил он.
- На них похоже. – Согласился Сергей. – Ты же знаешь их возможности… Бизон, китайцы – это серьёзно. Это очень серьёзно. Наскоком их не взять.
- Что я наделал… – Яковенко сгорбился и закрыл лицо руками. – Что я натворил…
- А ну хватит! – резко бросил Сергей. – Хватит, я сказал! Потом будешь… Сейчас не до соплей. Давай восстановим картину. Первый фрагмент попал от тебя к кубинцам. Они побились над ним, но ничего не вышло. Они поняли, что сами не справятся. Им потребовались партнёры. К тому времени кубинцы поняли, что речь идёт об избирательном биооружии, терминаторе, настроенном на генотип популяции. Кстати, когда я тебе рассказывал про Кучеру, про то, что он попытался свалить всё на Моссад, ты спросил, как я понял, что он врёт. Вот потому и понял. Евреи воюют только с арабами. И те, и другие семиты, одна группа. Применив терминатор против арабов, они бы уничтожили и себя.
- Верно. И что дальше?
Как только разговор зашёл о деле, Яковенко собрался, сосредоточился. Теперь это снова был Бизон – один из лучших стратегов отряда «Баньши».
-Так. Цель кубинцев ясна – их враг США. Латиносы-кубинцы достаточно отличаются от англо-саксов, чтобы не бояться последствий терминатора. Но тогда им нужны партнёры, тоже не относящиеся к европейскому типу.
- А ещё у них отличные отношения с Венесуэлой и Китаем, – добавил Яковенко. – Это я понимаю. Объясни мне другое: почему китайцы не забрали образец себе? Для чего им лаборатория в джунглях Венесуэлы?
Сергей уже обдумал этот вопрос, поэтому ответил сразу.
- Здесь у них двойная выгода. Во-первых, если что-то пойдёт не так, Китай сможет откреститься от лаборатории, сославшись на частные компании-подрядчики, которые действуют без санкции правительства. А значит, Китай избежит скандала и международных санкций. А во-вторых, если в лаборатории что-то пойдёт не так и произойдёт утечка, китайцы с лёгким сердцем уничтожат всю базу и зальют джунгли напалмом. В самом крайнем случае они вообще могут сбросить на Венесуэлу ядерную бомбу, чтобы избежать мировой эпидемии, и дело с концом.
- Думаешь, Чавесу понравится, что на него сбросят бомбу?
- Думаю, что нет. Но китайцы – мастера дипломатии. Спорю, они что-нибудь придумают.
Яковенко задумался.
- Похоже, ты прав. И что отсюда следует?
- Месяц назад китайцы убили Опоссума и забрали недостающую часть артефакта. А параллельно стали искать активатор. Возможно, Опоссум обмолвился, что он был у комбата, и китайцы продвигались по цепочке, пока не упёрлись в меня.
- И как же они узнали, где спрятан активатор?
- Да очень просто. Я идиот, должен был сам понять. У меня есть только одна вещь командира – «Москвич». Ясно же, что активатор спрятан там. Им только и оставалось, что простучать, или как там они это делают, всю машину, забрать активатор и заодно устроить небольшой погром в гаражах, чтоб было похоже на обычное хулиганство.
-А зачем забирать дверцу? Разве не проще было вытащить из неё блок активатора и всё?
- Не проще. Комбат был мужик не промах. Возможно, он встроил туда какую-то ловушку. Вскрывая дверцу, они рисковали потерять активатор. Я бы на их месте тоже не стал пороть горячку, а забрал бы дверь в лабораторию.
- Тогда понятно, почему они не тронули тебя. К чему им лишний шум, раз можно всё сделать втихую?
- Верно. И заодно подкинули мне дохлого опоссума, чтобы я понял намёк и не дёргался.
- А ты, значит, намёка не понял.
- Абсолютно.
- Абсолютно… Ладно, Медоед, ты разложил всё по полочкам. Ну и что нам теперь делать? Скажу тебе честно, Венесуэла, джунгли, китайская лаборатория… это нам не по зубам. У меня там и сотрудников-то нет.
- А где есть, чтобы неподалёку?
Яковенко задумался.
- Да нигде, пожалуй. Латинская Америка – это тебе не США. Вот в Штатах я за день хоть роту соберу. А там… ну найдутся в Мексике человечка три-четыре. В Бразилии можно наскрести десяток. Плюс Аргентина с Чили… Но ты же не думаешь делать сборный батальон? Там только на логистику неделя уйдёт, а столько времени у нас нет.
- Ты прав, времени в обрез… Давай так. Сейчас ровно два. Я отключусь на полчасика, перекушу. Заодно подумаю, и ты помозгуй тоже. В 14:30 созвон. Договорились?
- Замётано.
Глава 9
Роберт расстарался, принёс откуда-то целое блюдо по-всякому жареной свинины, плюс пюре со шкварками на гарнир. Плюс тушёная капуста. В общем, Чехия во всей красе. Без пива, конечно. Пиво будет потом, если операция закончится успехом. Иначе пива уже не будет. Совсем. Европоидов, тех самых, которых американцы с завидным упорством называют caucasian, выкосит эпидемия вируса-терминатора, мутирующего слишком быстро, чтобы успеть создать против него вакцину, но строго придерживающегося раз и навсегда заданного генетического профиля. Исчезнут с лица земли англичане и американцы, русские и украинцы, поляки и немцы, австралийцы и шведы. Все. От человечества останутся лишь те, на кого прежде белая раса смотрела свысока. Возможно, в этом есть некая высшая справедливость, кто знает? Хотя с точки зрения Сергея никакой справедливости не существует вовсе. Что есть? Есть нейтралы, с ними договариваются. Есть угроза – её устраняют. И есть враг – его уничтожают. Вот и вся философия.
Сергей жевал, не чувствуя вкуса, и думал, думал, думал.
«Да, Сергей Борисович, (за десять лет подпольного существования он выработал привычку даже в мыслях называть себя новым именем) это тебе не гражданских за гаражом развлекать. «Цвет не тот, каким кажется. Не зелёные полоски, а чёрные». Подумайте, какое озарение. А как тебе лаба в джунглях? положим, найти её как раз несложно. Достаточно сравнить спутниковые съёмки до 2005-го и сейчас. Так что саму лабораторию локализуем, не проблема. А дальше что? Там, наверное, охраны не меньше роты. Да как к ней ещё как-то добраться нужно. А какие альтернативы? Договориться с Чавесом? Интересно, каким это образом? Что ему посулить? Чем припугнуть? Руки коротки. Про китайцев тем более думать нечего. Эти сами кого хочешь нагнут. Так что же делать?
Ровно в 2:30 позвонил Яковенко. Генерал, видимо, думал примерно о том же, потому что первым делом продемонстрировал Сергею аэрофотосъёмку, на которой отчётливо виднелись приземистые корпуса целого научного городка, возникшего у небольшого лесного озера примерно в сорока километрах от ближайшего населённого пункта – небольшой деревеньки Чахурунья на юге страны.
- Неплохо. Откуда достал?
- Американские данные.
- Красиво.
- Я тут прикинул, Медоед. А может, поступим проще? Я сообщу наверх, и пусть там разбираются по своим каналам.
Этот вариант Сергей уже обдумал и отверг как неприемлемый.
-Да почему нет-то? – Заупрямился Яковенко.
- Да потому, Бизонятко. Для начала, тебе придётся объяснить, как группа «Баньши» заполучила опасный артефакт, потеряв половину личного состава. И как мы решили, что такое знание в наши дни нельзя доверить никому. И как мы разделили его на части. Как послали тебя, якобы единственного выжившего, прикрывать наши задницы, пока мы под чужими именами хранили тайну. Как ты собираешься объяснить всё это?
- Думаешь, если я продал фрагмент, значит, у меня нет чести? – Вспыхнул Яковенко. – Если выбирать, я лучше встану к стенке, чем допущу новый холокост. И ты встанешь, Медоед, я даже не сомневаюсь.
- Остынь, Бизонятко. К стенке мы всегда успеем. Ты пойми, толку-то от твоей жертвы? Пока в штабе проверят твои данные, пока согласуют, пока передадут дипломатам… это же бюрократия, пойми. У неё мозги в хвосте, как у диплодока. Пока они раскачаются, станет уже поздно. Нет, Бизон, перекинуть проблему на других не удастся. Мы это дело начали, нам и заканчивать.
Они снова уставились на дразнящей своей уязвимостью научный комплекс.
- Эх, сюда бы положить десяток проникающих Х-59. – Мечтательно протянул Сергей.
- Или одну с тактическим ядерным, чтобы уж наверняка. – Поддержал Яковенко. – Только где ж его возьмёшь…
Сергей задумчиво покрутил в руке нож. В хаосе, царившем у него в голове, внезапно начала проявляться система: «Американские данные… тактическое ядерное… в Штатах я тебе хоть роту наберу…».
«А что, – с весёлым отчаянием подумал Сергей. – Всё одно пропадать. Так почему бы не рискнуть?»
- Бизон, есть идея. Ты только не говори сразу «нет». А что, если мы угоним американский бомбардировщик?
Яковенко остолбенел. Несколько секунд он только таращился на Сергея, беззвучно шевеля губами. Сергею даже показалось, что нарушилась связь.
- Твою мать, Медоед! – Наконец выдавил он. – Ты либо гений, либо чокнутый. Либо и то, и другое вместе. Что вероятнее.
Дальше всё пошло как по маслу. Они просидели над планом до самого утра. Яковенко несколько раз отключался, связываясь с оперативниками на самых разных концах планеты, подделывая допуски, изворачиваясь и городя целые горы лжи. (Я сегодня уже на три вышки наработал – честно признался он). Но дело того стоило. Наконец, к пяти часам утра, план был готов. Все фигуры на доске заняли свои места. К десяти утра Яковенко перебрался в Москву, прикрывать заговорщиков. А Сергей, сделав короткую пересадку в Лондоне, уже летел на лайнере British Airways в Миннеаполис, откуда небольшой региональный самолёт Delta AirLines доставит его в небольшой городок Майнот, что в Северной Дакоте.
Глава 10
27 августа.
США.
Пентагон.
Арлингтон, штат Виргиния.
С годами даже у лучших из нас начинаются проблемы с мочевым пузырём. Можно часами качаться на тренажёрах, следить за диетой и выглядеть в свои пятьдесят пять на «едва за сорок», но твой внешний вид обманет разве что девочек в пабе. Мочевой пузырь не проведёшь. Хочешь – не хочешь, а хотя бы раз в четыре часа тебе придётся следовать его указаниям, будь ты хоть главнокомандующим вооружённых сил.
Урологическим размышлениям капитан Джошуа Кемпбелл предавался, восседая на унитазе административного здания штаба ВВС, в котором занимал скромную должность референта начальника отдела.
Внезапно до его слуха донеслось знакомое название. В соседнюю кабинку, не прерывая разговора, вошёл какой-то офицер. Джошуа затих и прислушался.
«… похоже, в Майноте серьёзные нарушения безопасности… шеф приказал провести внезапную инспекцию… Да, как всегда… Послезавтра ровно в девять утра будут на базе. Шеф отправляет в Майнот целую свору. Десять человек. Да, точно, у кого-то назревают крупные неприятности. Кстати, шеф посылает Ричардса. Да-да, того самого. Майора Уильяма Ричардса… Да кого волнует, что Майнот – дыра? Теннесси тоже дыра, но если бы базу Вандербильт в девяносто третьем проверял Ричардс, уверяю тебя, тридцать семь хороших парней остались бы живы. Так что…»
Следующую фразу, к великому сожалению Джошуа, заглушил шум спускаемой воды. Но он услышал достаточно. На авиабазе ВВС в Майноте служил его друг детства, капитан Лесли Холл. Джошуа рассудил, что будет совсем нелишним предупредить Лесли о предстоящей инспекции.
А глубоко законспирированный агент российской разведки в Пентагоне отправил генерал-майору Яковенко короткую депешу: «Карась клюнул».
28 августа. Утро.
США.
Майнот, штат Северная Дакота.
На этот раз встречающих не было. Зато на стоянке аэропорта Сергея дожидался классический Форд F150, унылого серого цвета, такого же, как небо над Майнотом. Август заканчивался, и лето прощалось с Северным полушарием, оплакивая приближение осени мелкой холодной моросью.
Сергей, который прилетел по документам Ральфа Райли, владельца складского комплекса в Нью-Джерси, пошарил под передним правым крылом, нащупывая ключи. Ага, вот они, как и договаривались, на колесе. Забрался в кабину, включил отопление и приоткрыв окна, выехал со стоянки, аккуратно оплатив парковку картой American Express. В бардачке, как и договаривались, лежал спутниковый телефон. Сергей сразу подключил его к системе hands-free: два месяца назад в Северной Дакоте запретили использовать мобильные телефоны за рулём и полиция, приучая водителей к новому закону, пачками выписывала штрафы.
Сергей набрал номер.
Яковенко ответил сразу.
- Пока всё идёт, как по маслу, – сообщил он. – Наживку мы закинули. Форма, документы и планы базы у ребят в гостинице. Пентагоновскую базу данных подредактировали, но это ненадолго. Дня три фальшивка продержится – гарантия. Но дальше – всё.
- Больше и не нужно. Хорошая работа, Бизонятко.
- А то. Удачи, Медоед.
- Прорвёмся… оп-па!
За разговором Сергей пропустил поворот с Северного Бродвея на 21-ую Авеню. Подумал было в последний момент перестроиться, резко приняв влево, но, бросив быстрый взгляд в зеркало, передумал. Позади метрах в ста маячил силуэт черного Ford Crown Victoria. Кто, кроме копов, ездит на «Викториях»? За документы Сергей не беспокоился, но справедливо полагал, что любой контакт с властями – это потенциальный риск. Плавно перейдя в левый ряд, он чинно доехал до двадцать второй авеню. Уже разворачиваясь на светофоре, Сергей перехватил профессионально-внимательный взгляд водителя Форда. Точно коп.
Вернувшись назад, он выехал на Двадцать первую, ведущую прямо к отелю Hyatt House Minot, в котором уже расположились девять оперативников, отобранных лично Яковенко. Семеро парней и две девушки. Все использовали только местные имена. Впрочем, и Сергею было не привыкать менять псевдонимы, как перчатки.
Двое техников команды уже установили большие экраны и скоммутировали их с ноутбуком Сергея. Разумеется, все коммуникации шли через кабель. Разведчики ещё не сошли с ума, чтобы использовать гостиничный вай-фай.
- Так, ребята. Не смотрите, что всё продумано и просчитано, – честно предупредил Сергей, когда команда собралась в просторном люксе, превратившемся на время миссии в оперативный штаб – Как по мне, миссия почти самоубийственная.
- Мы в курсе. – Ответил за всех старший группы, назвавшийся Джошем.
- Хорошо. Я рассчитываю, что всё пройдёт тихо. Но стоит нам где-то проколоться, и против нас десятерых будет целый гарнизон отлично обученных бойцов. Сами понимаете, каковы шансы.
- Тут все добровольцы.
- Тогда работаем. У нас всего сутки на подготовку. И помните – у нас только одна попытка. Второго шанса не будет. Так что я требую полной концентрации и беспрекословного подчинения. Всё понятно?
- Так точно. – Серьёзно ответил Джош. Остальные его поддержали.
- Ок.Тогда запускаем таймер. Посмотрите на экраны…
Глава 11
29 августа. 9:00 утра.
База ВВС США «Майнот»
20 км. к северу от г. Майнот.
Звонок с проходной поступил ровно в девять, хоть часы сверяй. Дежурный спрашивал, что делать с группой офицеров во главе с майором Уильямом Ричардсом, у которых имеется предписание штаба ВВС. Полковник Пол Харди, командующий базой «Майнот» облегчённо выдохнул. «Praemonitus, praemunitus». Предупреждён – значит, вооружён. Какая удача, что у капитана Лесли Холла оказались такие связи в Пентагоне! Вчера, когда Лесли пришёл к генералу с известием о грядущей инспекции, Пол отдал негласный приказ прошерстить все закоулки базы. И правильно сделал. За прошедшие время его люди обнаружили с десяток недочётов, которые, при желании, можно раздуть в изрядный скандал. А в том, что майор Ричардс из тех, кто любит покопаться в чужом белье, полковник Харди не сомневался. Получив сигнал из Пентагона, он навёл справки. Хитрый инспектор предпочитал действовать втихую, но его имя всё-таки засветилось в двух документах. Заканчивались эти документы длинным списком наказанных и пониженных в звании офицеров. И даже тремя уволенными из Вооружённых сил. Короче, этот майор Уильям Ричардс – сволочь, каких мало.
Харди дал сержанту разрешение и через минуту три одинаковых чёрных «Escalade» затормозили у штабного корпуса.
Пол лично вышел поприветствовать гостей из Вашингтона.
Внешне майор Ричардс оказался именно таким, каким полковник его и представлял. Немолодой чиновник с седым ёжиком, цепким, жёстким взглядом и такой кислой рожей, как будто само существование базы «Майнот» оскорбляет его чувства. Вслед за своим патроном из Кадиллаков горохом посыпались чины пониже: двое лейтенантов и сержанты, в том числе две смазливых девчонки.
«Надо сказать нашим, чтоб не вздумали с ними заигрывать, – подумал полковник, пожимая руку майору Ричардсу. – Хуже баб - проверяющих нет. Злопамятные стервы».
- Скажу вам честно, как старый служака старому служаке – доверительно, как ему представлялось, сказал майор Ричардс, по-хозяйски расположившись в кабинете Пола. – Там (он поднял взгляд вверх) у кого-то на вас зуб. Мне приказано перевернуть вашу базу вверх дном. И я это сделаю, можете не сомневаться. Но могу пообещать вам одно: я не пропущу того, что есть, но я не стану добавлять того, чего нет. Вы меня понимаете?
- Вполне. – Осторожно ответил Пол. Настоящий офицер всегда должен выглядеть компетентным. Особенно в тех случаях, когда ему ни хрена не понятно.
- Обычно я занимаюсь действительно сложными случаями, а не рутинными проверками. Надеюсь, ваши люди окажут нам полное содействие, чтобы мы максимально быстро смогли покончить с этой инспекцией. Полагаю, за сутки мы управимся. При вашем содействии, конечно.
«Так вот чего он злится! – Усмехнулся полковник. – Ричардса бесит, что его, с его-то заслугами, послали на заштатную базу к черту на рога, как инструмент чьих-то подковёрных интриг. Что ж, его можно понять. Меня бы тоже взбесило, если бы меня послали командовать аэродромом сельскохозяйственной авиации».
- Думаю, мы с вами прекрасно сработаемся, майор! – Почти искренне сказал полковник Харди.
Ричардс не преувеличил, когда сказал, что перевернёт базу вверх дном. Весь день Полу обрывали телефон жалобщики. Приезжие совали нос повсюду: в казармы, где их интересовало соответствие душевых санитарным нормам, на кухню пищеблока, проверить температуру в духовых печах, в арсенал, где как раз комплектовались двенадцать AGM -129 ACM для завтрашней переброски на базу в Луизиану, на склады ГСМ. Они едва не ползком исследовали взлётно-посадочные полосы и довели до сердечного приступа врача санчасти, обнаружив крошечное несоответствие списка закупленных болеутоляющих с имеющимися в наличии.
Лейтенанты Ричардса, видимо, считали своего начальника кумиром и во всем пытались ему подражать. Один из них пожелал провести внеочередные стрельбы солдат караульной роты, а второй потратил полдня, наблюдая за установкой ракет на пилоны B52H, вылетающего завтра на базу Барксдейл и поминутно донимая техников каверзными вопросами.
В ответ на жалобы Пол только посмеивался и рекомендовал «оказывать гостям полное содействие». Коварный Ричардс со своими клевретами разыграл классическую «итальянскую забастовку», и полковник Харди злорадно ухмылялся, представляя, как в Пентагоне будут читать километровые отчёты о соответствии веса булочек для завтрака стандартам, установленным для персонала тыловых баз.
Ночь прошла спокойно, если не считать того, что дотошный Ричардс лично (!) дважды (!) проверял караулы. Поразительный человек.
30 августа.
На следующий день инспекторы поднялись ни свет ни заря. Пятеро из них, закончив свою часть проверки, убрались восвояси, а оставшиеся в главе с самим Ричардсом напоследок решили проследить за соблюдением всех формальностей при отправлении борта в Иллинойс. В семь тридцать утра девчонка-сержант уже приставала с расспросами к оператору бортовой РЛС, осматривавшему крепления ракет на пилонах. А майор Ричардс в это время тянул жилы из капитана готовящегося к вылету бомбардировщика.
В половине девятого утра майор, очевидно, посчитал, что разнюхал всё, что можно.
- Скажу прямо. У вас неплохая база, полковник. Одна из лучших, – сообщил он с таким видом, как будто вручал Полу медаль Конгресса. – Вы, случайно, не знаете, кому вы могли наступить на мозоль в Вашингтоне?
- Не знаю, майор. Мало ли кто затаил обиду. Когда прослужишь двадцать лет, обзаводишься не только друзьями.
- Это верно. – Согласился Ричардс. – Скажу вам больше…
В этот момент, весьма некстати зазвонил телефон.
- Ответьте. – Махнул рукой Ричардс. Полковник автоматически повиновался.
- Харди. Да. Что? Секунду.
Полковник прикрыл трубку ладонью.
- Майор, звонит начальник полётов. Ваши красавцы забрались на борт Пятьдесят Второго. Говорят, что подчиняются только вам и Вашингтону. При всём уважении, но…
- Вы совершенно правы! Это уже слишком! – горячо поддержал его Ричардс. – Терпеть не могу самоуправство. Скажите им, я сейчас лично прибуду и вытащу их оттуда. За уши!
Пол благосклонно кивнул.
- Ждите, майор Ричардс сейчас прибудет. – Распорядился он.
На позаимствованном у Харди открытом джипе майор лихо, со скрипом покрышек по бетону, затормозил позади громады B52H, замершего у взлётной полосы, и выпрыгнул наружу, не потрудившись даже открыть дверцу.
- Докладывайте. – Бросил он взъерошенному капитану.
- А что тут докладывать? Влезли такие… а это не по правилам!
- Так почему вы им разрешили, если не по правилам?! – Рявкнул Ричардс.
- Так я-то что… – досадуя на себя, пробормотал капитан. Ему было обидно: с одной стороны, полковник потребовал во всем соглашаться с этими вашингтонскими шишками, а с другой – вон что вышло. А он, получается, крайний?!
- Ладно. Сам разберусь. – Махнул рукой майор Ричардс и решительно полез в кабину.
Капитан так и стоял, раскрыв рот, когда могучий бомбардировщик, взревев турбинами, двинулся с места и выкатился на активную полосу ВПП.
С этого мгновения события понеслись, нарастая, словно снежный ком
- Башня вызывает борт 60-0036! – Вопил в микрофон диспетчер башни. – Капитан Мур, ответьте! Взлёт запрещаю! Немедленно заглушите двигатели! Капитан Мур!
- Здесь борт 60-0036. Капитан Мур отстранён от управления. Мы следуем установленным в полётном листе маршрутом. Обеспечьте свободный коридор.
- Борт 60-0036, здесь башня, с кем я говорю?
- Майор Уильям Ричардс. Борт под нашим полным контролем. Соедините меня с полковником Харди.
Глава 12
8:42
Пол Харди метал в своём кабинете громы и молнии, ужасаясь перспективе неизбежного разговора с Пентагоном. Мало того, что он, как последний идиот, купился на дезу и допустил террористов на территорию базы. Он ещё и приказал гарнизону базы оказывать им всяческое содействие! Эти мерзавцы обвели всех вокруг пальца! Придираясь ко всему подряд «инспекторы» умело отвлекали внимание техников бункера, комплектовавших двенадцать ракет AGM -129 ACM, предназначенных для отправки на базу Барксдейл. Одному Богу ведомо, как у них это вышло, но в результате на шести из двенадцати ракет вместо учебных боеголовок остались не демонтированные боевые термоядерные заряды! А потом весь день «инспекторы» морочили голову сотрудникам базы, отвлекая их от ракет, пока их не установили на Боинг. В итоге на правом пилоне оказались боевые ракеты вместо учебных. Наутро девчонка Ричардса заболтала оператора РЛС настолько, что он успел проверить только левый борт. А сам Ричардс тянул время, донимая расспросами самого капитана Мура. Чтобы не выбиться из графика, тому пришлось подмахнуть полётный манифест, не осмотрев самолёт лично, как того требует устав. И вот результат. В небе захваченный неизвестно кем самолёт с термоядерным оружием на борту. Боже, смилуйся над полковником Харди…
Пол взял трубку и трясущимися руками набрал номер экстренной связи с Пентагоном.
- Центр? Это полковник Пол Харди, база «Майнот». У нас Нукфлэш. Повторяю, у нас Нукфлэш…
9:10
Воздушное пространство США.
Штат Северная Дакота.
Борт бомбардировщика B52H, бортовой номер 60-0036.
В кабине, рассчитанной на шесть человек, было тесновато. Американцам вкатили изрядную дозу снотворного и уложили их вдоль задней стенки. Всё равно в полёте они не нужны. Из пятерых оперативников трое прошли курс пилотирования этого типа бомбардировщиков. Сам Сергей имел только базовую подготовку. Вторая пятёрка оперативников в соответствии с планом покинула базу «Майнот» за полтора часа до захвата самолёта, и уже пересекла границу Канады.
Короткий разговор с полковником Харди стал только началом. Пройдя через несколько ничего не решающих посредников, Сергей вышел, наконец, на госсекретаря США Кондолизу Райс.
Госсекретарь оказалась дамой решительной, но здравомыслящей. Несмотря на два F-15E Strike Eagle, пристроившихся в хвосте и держащих Боинг под прицелом, она не стала вести переговоры с позиции силы. Да и с чего бы? Только безумец рискнёт сбить над территорией США бомбардировщик, несущий шесть термоядерных ракет. Госсекретарь ожидаемо предпочла переговоры.
- Кто вы? – Первым делом спросила она.
- Для простоты вы можете называть меня Ричардсом, – Ответил Сергей. – Времени у нас с вами немного. Давайте сразу перейдём к делу. Согласно полётному заданию, через три часа борт должен сесть на базе Барксдейл в Луизиане. Вы этого хотите, и я этого хочу. Но для этого от вас потребуются определённые действия.
- Что вам нужно?
- Боюсь, вам придётся подключить к разговору господина президента. – Ответил Сергей. – То, что я потребую, выходит за границы ваших полномочий.
К чести госсекретаря, она не стала тратить время на пустое препирательство. Не прошло и десяти минут, как с бортом 60-0036 вышли на связь из Овального кабинета Белого дома.
Этот разговор, а, точнее, ультиматум, Сергей вместе с генералом Яковенко продумали заранее. И проиграли в лицах, насколько смогли.
- Господин президент, мы представляем международное сообщество отставных разведчиков, – заученно представился Сергей. – Нас немного, но наши связи и профессиональные навыки позволяют держать руку на пульсе в самых проблемных точках мира. Мы отыскиваем и уничтожаем источники опасности для человечества.
- Сообщество разведчиков? Да это какой-то комикс! – возмутился Буш. – Неужели вы считаете, что я поверю в подобную чушь?
- Я не прошу верить мне на слово, мистер президент. Сейчас я перешлю вам пакет документов. Основную часть данных в Ленгли смогут проверить за несколько минут. Думаю, мистер Хайден сейчас с вами?
- Верно. И поверьте, я докопаюсь до вашего так называемого «сообщества» – вклинился в разговор шеф ЦРУ.
- Сейчас речь не о нас. Я только что выслал данные на вашу личную почту.
- Как… мм… понятно. – Шеф ЦРУ проглотил пилюлю. – Да, я вижу.
- Отлично. Я прошу вас как можно быстрее проанализировать данные и сообщить президенту результаты. Потом мы продолжим разговор.
- Одну секунду, – вновь перехватила инициативу Кондолиза Райс. – Вы захватили экипаж самолёта. С ними всё в порядке?
«Ай да молодец! – подумал Сергей. – Вот это профессионал. Так и работают настоящие мастера. Внимание к простым людям вызывает неосознанную симпатию».
- Они в полной безопасности. Мы обездвижили их и усыпили. Их жизни и здоровью ничто не угрожает. Когда вы просмотрите то, что мы прислали, вы убедитесь, что мы с вами на одной стороне. Конец связи.
Сергей снял гарнитуру и вытер лоб. Сердце колотилось как бешеное. Годы, годы. Эх, сбросить бы лет десять. А лучше двадцать…
Через семь минут Белый дом вновь вышел на связь.
- Мы прочитали ваш… доклад. – Сообщила госсекретарь. – Должна признать, наши спутниковые съёмки и данные ЦРУ подтвердили большую часть ваших слов. Мы знаем про китайскую базу и про биолабораторию. Но ваше утверждение о неком артефакте и о шестидневной активации… это звучит как какая-то голливудская фантастика.
- Боюсь, тут вам придётся поверить нам на слово. Иначе бы мы не стали угонять бомбардировщик. Теперь, когда вы знаете, что нас к этому подтолкнуло, давайте обсудим наши требования.
«Требования у них…» – глухо послышался чей-то голос, похожий на голос шефа ЦРУ, но на него сразу зашикали.
- Мы слушаем вас.
- Вы свяжете меня с президентом Чавесом.
- Это возможно. Что дальше?
- Всё. Дальше мы сами.
- Я вас правильно поняла? – переспросила госсекретарь Райс. – Вы будете шантажировать Венесуэлу ядерным ударом?
- Совершенно верно. – Подтвердил Сергей. Пока всё шло по плану.
- Вы понимаете, что он вам не поверит? Он посчитает, что это наши игры. Я уже не говорю о реакции Китая. Вы развязываете ядерную войну, господин Ричардс.
- Хорошо. Есть другой путь. Убедите его уничтожить базу со всеми сотрудниками. У него достаточно бомб, чтобы сравнять всё с землёй. Можете пообещать ему взамен выгодные контракты, режим экономического благоприятствования, что угодно.
- Давайте обдумаем другие варианты. Например, мы можем создать международную комиссию…
- Госпожа госсекретарь, мэм, при всём уважении! У нас нет времени на комиссии. Активация будет завершена через два дня. Вдумайтесь! Через два дня мы проиграем. Погибнут миллиарды. Исчезнут страны.
- «Сказки!» – раздался тот же голос.
- Господин Ричардс, у вас нет доказательств. – Веско произнёс Буш. – Я не могу принимать такие решения, опираясь на… домыслы.
- Согласен, господин президент. Но взгляните на вещи с другой стороны, – упорно гнул своё Сергей. – ЦРУ подтвердило большую часть наших данных. Я не могу раскрыть вам источник оставшейся небольшой части. Но согласитесь, многое из сказанного мной подтвердилось. Значит, вероятность того, что мы говорим правду, не так уж мала. Следовательно, смертельная угроза для половины человечества, о которой говорится в нашем докладе, также весьма вероятна. Жизнь или смерть цивилизации – вот что лежит на одной чаше весов. А на другой – лишь временная напряжённость в отношениях со слабой и не играющей значительной роли страной.
- А Китай? – Вклинился в разговор шеф ЦРУ. – Китай, по-вашему, тоже незначительная страна?!
- Китай серьёзный игрок. Но он мыслит стратегически. Китайцы оперируют десятилетиями, поколениями. Они предпочтут переждать, а не рисковать. Стоит дать им понять, что у вас есть информация о делах, которыми они занимаются в Венесуэле, и они сами спустит дело на тормозах.
- Вы, случайно, не работаете в МИДе? – Натянуто пошутил Буш. – Такое впечатление, что вы всю жизнь занимаетесь глобальной политикой.
- Поверьте, господин президент, всю жизнь я имел дело с ошибками политиков и их последствиями. Это хорошая школа.
- Я должен подумать. – Задумчиво произнёс Буш. – Дайте мне час. И учтите, Ричардс, если вы хоть на волос отклонитесь от курса, нашим переговорам конец.
- Я не имею обыкновения отклоняться от курса. – Заверил президента Сергей.
Джош с пилотского кресла одобрительно показал ему большой палец.
- Где мы сейчас? – Спросил Сергей.
- Эйнсуорт, Небраска. – Отозвался напарник Джоша, с позывным Рик.
Сергей взглянул на карту.
- Хорошо, пока всё по плану. Предлагаю выпить кофе. Кажется, я видел у капитана термос.
Глава 13
10:30
Воздушное пространство США.
Штат Арканзас.
Борт бомбардировщика B52H, бортовой номер 60-0036.
Американцы использовали свой час до последней минуты. Бомбардировщик уже приближался к границам Арканзаса, когда динамик ожил.
- Какие у нас гарантии, что вы выполните свои обещания? – Спросила госсекретарь.
Сергей выдержал небольшую паузу.
- Абсолютных гарантий нет. Я лишь могу привести вам свои резоны. Смотрите. Если бы я хотел применить ядерное оружие, я бы не стал тянуть время и уже их запустил. AGM -129 ACM – идеальные ракеты для ядерного удара. Они малозаметны и практически неуязвимы для ПВО. С другой стороны, похитить ракеты, если бы такова была моя цель, мне тоже не удастся: у нас не хватит топлива, чтобы перелететь в какую-нибудь враждебную США страну. А над океаном вы можете сбить нас в любую секунду. Так что, исходя из этих соображений, я бы сказал, что у вас есть стопроцентная гарантия, что борт 60-0036 приземлится в Луизиане.
- Наши аналитики сказали то же самое. Теперь о ваших условиях. Как вам известно, США не ведут переговоры с террористами.
Джош выразительно посмотрел на Сергея и закатил глаза.
- Но проанализировав ещё раз присланные вами документы, мы пришли к выводу, что потенциальная опасность для человечества оправдывает некоторые репутационные потери. Сохранение человеческой цивилизации – главная задача внешней политики США, её долг, как страны – лидера свободного мира.
Сергей понял, что госсекретарь говорит под запись. Потом, когда дело станет расследовать сенатская комиссия, эти записи сыграют свою роль. Очень хорошо.
- Принимая во внимание вышесказанное, мы решили принять ваши условия. Мы уже связались с президентом Чавесом.
10:20
Венесуэла.
Каракас.
Президентский дворец.
«Проклятые гринго! Как такое возможно?! Как они пронюхали про лабораторию? Кто им рассказал о проекте?! Кто эта крыса?!»
Команданте Уго Чавес в ожесточении стиснул кулаки. Невозможность нанести ответный удар, поставить самоуверенных американцев на колени доводила его до исступления. Китайцы пообещали ему грандиозную победу, а что он получил вместо неё? Вот это? Позорный ультиматум? Какое унижение…
Конечно же, Чавес ни на секунду не поверил в глупую историю об угнанном самолёте с ядерными ракетами. Но он оценил коварство врага. Конечно же, американцы инсценировали захват собственного самолёта. Смешно даже подумать, что кто-то мог угнать стратегический бомбардировщик с охраняемой военной базы! Зато теперь, если гринго не получат желаемое и бомбардировщик нанесёт по лаборатории ядерный удар, они смогут созвать международную комиссию. Можно не сомневаться, они представят все доказательства того, что удар нанесли террористы, угнавшие самолёт. Двуличные, подлые капиталисты! Они задавили Кубу, обескровили её своими санкциями, а теперь пытаются остановить революцию здесь, в Венесуэле!
Что же делать… что делать?
Первым его движением было связаться с представителем Китая. Пусть-ка американцы попробуют рассказать свои сказки ядерной державе! Но Уго вовремя одумался. «Китай слишком зависит от иностранного капитала, – рассудил он. – Как только китайцы поймут, что проект раскрыт, они открестятся от Уго, и представят дело так, как будто он сам нанял частную китайскую компанию, чтобы в одиночку уничтожить полмира. И можно не сомневаться, капиталисты, в погоне за прибылью, сделают вид, что поверили китайцам. А значит, вся вина ляжет на Венесуэлу. «Против целого ООН мне не выстоять. Гринго отомстят. Они наложат санкции, а весь мир их поддержит. Арабы будут рады занять место Венесуэлы на нефтяном рынке. Как и русские».
Уго схватился за голову. Победа, на которую он так надеялся, которую так ждал, растаяла, словно утренний туман над морем. Вместо неё на горизонте замаячил тёмный силуэт американского бомбардировщика и ослепительная вспышка термоядерного взрыва.
Выхода нет. Другого выхода нет.
С тяжёлым сердцем Уго снял телефонную трубку.
- Дайте мне командующего ВВС. Немедленно!
11:00
Воздушное пространство США.
Штат Луизиана.
В 300 километрах от базы Барксдейл
Борт бомбардировщика B52H, бортовой номер 60-0036.
Сергей включил экран ноутбука. Белый дом транслировал на борт спутниковую картинку. Всё-таки классная у американцев техника! Сергей даже заметил, как над лабораторными корпусами пронеслись стреловидные тени двух Ту-16, а потом весь экран залило яркое сияние. Через несколько секунд картинка восстановилась. На месте лабораторного комплекса полыхали руины. Сгорела и сама лаборатория, и джунгли в радиусе добрых двухсот метров от неё. Чавес не пожалел напалма.
- Вот и всё, ребята. Наша взяла. – С облегчением произнёс Сергей.
И сразу, будто только этого и ждала, навалилась чудовищная, страшная усталость. Когда же он последний раз спал? Сейчас бы прикорнуть прямо в кресле, хоть чуть-чуть, самую малость. Но рано. Ещё рано. Сначала нужно выбраться из ловушки. В Барксдейле борту 60-0036 наверняка готовят горячую встречу.
«Последнее усилие, – думал Сергей, слушая, как бурно радуются ребята в кабине Боинга. – Вот вытащу нас всех, и домой. Закачусь на рыбалку, наверное, на неделю. Или напьюсь».
- Белый дом на линии, – подсказал Джош.
- Госпожа госсекретарь?
- Вы посмотрели трансляцию, мистер Ричардс?
- Так точно, госпожа госсекретарь. Мы благодарны вам и господину президенту. Вы спасли всех нас. Всё человечество.
- В таком случае, теперь ваша очередь.
Сергей глубоко вдохнул. Вот сейчас всё и решится. Что предпочтут американцы: позор или месть?
- Через десять минут мы начнём плановое снижение. – Сказал Сергей. – Но прежде я хочу обсудить с вами ещё один вопрос. Лично с вами и с господином президентом. И только с вами.
«Это просто возмутительно…» – приглушённо донеслось из динамика.
- Одну минуту, мистер Ричардс… – произнесла госпожа Райс. Послышались звуки тихой перепалки, потом быстрые, возмущённые шаги. Гулко хлопнула дверь. – Всё, теперь можете говорить.
Сергей прокашлялся.
- Как я понимаю, на базе нас ожидает военная полиция?
- Верно.
- Думаю, этот вариант не выгоден всем нам.
- И почему же?
- Как и вы, мы ведём запись всего, что происходит в кабине. В том числе и этого разговора. Запись по спутниковой связи уходит на сервера нашей организации. Если вы арестуете меня и моих людей, эта запись будет обнародована. Для господина президента этот президентский срок – последний. Я прошу простить мою прямоту, но я не уверен, что он захочет остаться в памяти людей как президент, которому выкрутила руки горстка отставников. Да и для самих США этот скандал будет не самой лучшей рекламой.
- И что вы предлагаете?
- Вы удаляете лишних людей с поля, и обеспечиваете нам возможность уйти незаметно. Тогда ваша администрация сможет спустить эту историю на тормозах, представив всё, скажем, как халатность гарнизона базы «Майнот». Назначите комиссию, переведёте на другую должность командира крыла, одним словом, обычный инцидент с безопасностью, не более того.
- Вот же ты хитрый мерзавец! – внезапно рявкнул президент. И тут же добавил: – Мне бы такого в администрацию!
Оперативники согнулись в креслах в приступе беззвучного смеха. Сергей сделал страшные глаза. Только не хватает, чтобы кто-то прыснул вслух.
- Считайте, что мы договорились, мистер Ричардс. – Произнесла госсекретарь.
- Тогда мы приступаем к снижению, мэм.
Глава 14
1 сентября 2007 г. Суббота.
Россия.
Петрозаводск.
Район Древлянка,
Территория гаражного кооператива.
- А чего мы не пошли на озеро? – капризно спросил Стасик.
- Потому, что кое у кого не готов катер. Правда, милый? – Пропела Ольга, переворачивая шашлыки.
- Зая, кто же знал, что винт сломается? – Возмутился Жека. – И потом, я же заплатил отступные.
И он указал на шеренгу бутылок, в которых благородным янтарём сиял французский коньяк.
- Сереженька, ну как там, в Мурманске? – Спросила Кристина, смешивая салат.
- Да никак… скучно. Мокро.
- О, кстати о скуке! – оживился Антон. – У меня есть новый журнал с детективами, порешаем?
- Да ну твои детективы! – Возмутилась Кристина. – Дай человеку спокойно отпраздновать. Пятьдесят лет! Сереженька, просто не верится. Ты у нас такой вечно юный!
- Вечно молодой и вечно пьяный! – Продекламировал Стасик, налил себе коньяка и звучно чокнулся с Максом.
- Ну и ладно. Хули мне, больше всех надо? Я и с этим театром не хотел…
- Что за театр? – Сергей потянулся за помидоркой шерри, закинул в рот.
- Макса спрашивай, типа, он же это затеял.
- Да это так, шутка. – Отмахнулся тот. – Просто я подумал, после тех детективов… Короче, мы с Антохой решили организовать для тебя квест. Чтобы ты развлёкся. Но тебя отослали в Мурманск и вот, пожалуйста, весь сюрприз накрылся.
- Так что за сюрприз? Какой ещё квест? – Лениво спросил Сергей.
- Как какой? С этим… типа, ограблением! – Пояснил Антон.
- Не понял.
- Да всё просто. Ключ от твоего гаража у меня валяется ещё с прошлого года. – Максим вынул из кармана связку и снял жёлтый латунный ключ. – Вот мы и разыграли всё, как по нотам. Забрали из гаражей всякую фигню, оставили подсказки, чтобы ты мог по ним пройти. А всё украденное, кстати говоря, лежит в гараже у Жеки.
- Виновен, признаю! – Склонил голову тот.
- А опоссум? – тихо спросил Сергей. – Почему всё-таки опоссум?
- Так с него всё и началось! – рассмеялся Макс. – У меня приятель держал опоссума. Тот у него сдох. Тогда-то меня и торкнуло, что опоссум в Петрозаводске, в багажнике «Москвича»,– это прикольно! Эх, если бы не твоя командировка, такую бы интересную неделю провели! Пропустил ты, Серега, всё веселье. Так?
- Верно. – Согласился Сергей, чувствуя, как его распирает, неумолимо рвётся наружу истеричный, гомерический хохот. – Самое-то веселье я как раз и пропустил.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге