Бабушки особого назначения

Глава 1

Подъезд №3 дома 15 по Цветочной улице на картах Google Maps значился как «серая зона». Местные жители наивно полагали, что живут в обычной панельной девятиэтажке. Они и не догадывались, что пересекают контрольно-следовую полосу каждый раз, когда идут за хлебом.

Штаб располагался на стратегически выверенной позиции — деревянной лавочке с идеальным углом обзора подъездной двери и песочницы. Личный состав: три агента высочайшего класса, известные позывными «Зинаида Львовна», «Антонина Пална» и «Тамара, дай семечек».

Официально они сидели здесь, «чтобы воздухом подышать». Неофициально — вели непрерывный сбор данных, которому позавидовала бы MI6.

Операция «Семейные Ценности» (дело №458: Квартирант из 62-й) вступила в активную фазу.

— Объект покинул гнездо, — прошелестела рацией Тамара, не отрывая взгляда от вязания. Вязание, к слову, было лишь прикрытием: узор «косы» идеально маскировал азбуку Морзе. Петля, петля, накид — тире, тире, точка.

— Принято, — Зинаида Львовна, не меняя позы «дремлющей партизанки», активировала скрытое наблюдение через солнцезащитные очки, найденные на антресолях со времен Олимпиады-80. — Время: 14:00 по Москве. В руках несет пакет с символикой «ВкусВилла». Маскируется под адепта здорового питания. Но мы-то знаем...

Антонина Пална извлекла из кармана драпового пальто смартфон внука. Сыграла короткая мелодия — рингтон «Вставай, страна огромная» на вибровызове. На том конце провода ответили.

— Синица, Синица, я — Сирень. Доложите обстановку по квадрату «мусоропровод».

— Сирень, на связи, — прохрипело в динамике. Это была Валентина с пятого этажа, агент глубокого внедрения в зоне кухонных окон. — Только что произвела контрольный вынос ведра. Зафиксированы следы жизнедеятельности: упаковка от пиццы «Пепперони». На шесть кусков. Ел в одиночестве. Подтверждаю отсутствие постоянной спутницы.

Зинаида Львовна многозначительно поджала губы и сделала пометку в воображаемом блокноте. Пицца в одиночестве — это провал в легенде о «бурной личной жизни», которую объект пытался создать, вывесив в чат объявление о продаже велотренажера с пометкой «почти новый, девушка не оценила».

— Внимание, — Тамара чуть заметно напряглась. — На горизонте объект «Менеджер». Идет с парковки. Обувь — кроссовки. В руках — портфель. На лице — вселенская скорбь.

Объект «Менеджер» (кодовое имя «Сережа-Ипотека»), проходя через тамбур, даже не заметил, как три пары глаз считали с него информацию быстрее любого сканера. Что кроссовки с утра были серыми, а к вечеру стали бежевыми (въелся цемент со стройки у офиса? Или гулял в парке, где пыльца? Запрос в Гидрометцентр отправлен). Что в прозрачном кармане портфеля виднеется уголок документа с гербом. Не налоговая ли?

— Зафиксировала взгляд, направленный вправо, на окна семьдесят восьмой квартиры, — доложила Тамара, ловко орудуя спицами. — С надеждой. Там проживает объект «Блондинка с фикусом». Безответная любовь. Срок наблюдения — три месяца.

Система работала как часы. Метод «случайного допроса» был отработан до автоматизма. Вчера Антонина Пална «совершенно случайно» встретила почтальона.

— Что ж вы, милочка, так нагружены? — спросила она, сканируя глазами верхний конверт. — Никак «письма счастья» из военкомата разносите?

— Да нет, Антонина Пална, тут каталог мебели из Швеции в 89-ю, — ляпнул почтальон.

Швеция. Каталог. 89-я. Агент немедленно передала шифровку. В досье на холостяка из 89-й появилась новая запись: «Готовится к ремонту. Или к переезду в Скандинавию. Усилить наблюдение за выносом старой мебели».

Кульминацией этого дня стал подход объекта «Новенькая из 65-й». Девушка, чье досье было почти пустым, что само по себе было подозрительно (даже у кота из 12-й было три страницы привычек). Она появилась на горизонте с рюкзаком.

В этот момент все три бабушки инстинктивно начали операцию «Приманка». Тамара громко, как бы обращаясь к Зинаиде Львовне, произнесла пароль, который не мог оставить равнодушным ни одного носителя русского языка:

— Ой, а я смотрю, вчера «Давай поженимся» такой выпуск показали, я тебе сейчас расскажу...

Девушка чуть замедлила шаг. Этого было достаточно. Зинаида Львовна мгновенно идентифицировала рюкзак: не подделка, настоящий «Fjällräven Kånken». В ушах — беспроводные наушники, но левый подмигивает красным огоньком — садится батарея. В руках — книга в мягкой обложке. Название... ага, «Атлант расправил плечи». Амбиции, однако.

— Объект читает Айн Рэнд. Возможен индивидуализм, — прошептала она.

— Или просто готовится к экзамену по философии, — внесла коррективы Тамара. — Сапоги чистые, но набойки не стучат. Не набойки, а тапочки мягкие.

— Самоклеящиеся подошвы, — поставила диагноз Антонина Пална. — Бережет обувь. Экономит. Или мать бережливая. Занести в досье: возможна связь с агентом «Мама из Воронежа», ждать звонка по видеосвязи в субботу утром.

Девушка обернулась, словно почувствовав коллективный рентгеновский луч, направленный ей в спину. Три бабушки синхронно, с отработанной до совершенства невинностью, улыбнулись ей и помахали руками. Идеальная маскировка: три одуванчика божьих, обсуждают рецепты.

— Операция завершена, — подвела итог Зинаида Львовна, когда девушка скрылась в подъезде. — Досье на «Новенькую» пополнилось. Осталось уточнить группу крови и знак зодиака. Завтра подключим агента «Лариса из лаборатории».

Они удовлетворенно откинулись на спинку лавочки. Вечернее солнце золотило панельную стену дома.

— Девочки, — вдруг спохватилась Тамара, глядя на вязание. — А я, кажется, пятку носка проворонила. Придется распускать.

— Ничего страшного, — успокоила ее Зинаида Львовна, раскрывая, наконец, пакет с ирисками. — Главное, что мы не проворонили страну. А носки... это дело поправимое.

И они погрузились в молчание, полное невысказанной мудрости и сознания того, что архивы на каждого, кто заходит в этот подъезд без стука и уважения, пополнены, систематизированы и ждут своего часа. Как ириски — своего едока.