Американка

Глава 1

— Ну Ми-ика… — канючила Надежда.

Мика резко развернулась:

— Чего ты хочешь?

Надежда замялась, потрогала подругу за плечо. Мика вздохнула.

Надежда была дочерью простых роботяг. Мать не так давно ушла из детского садика на хлебокомбинат и теперь ходила по сменам, зачастую пропадая без выходных. Отец работал электриком и отчаянно пил. В подпитии мог и подраться. Как-то Надежда рассказала, что и на мать поднял руку.

Они познакомились совершенно случайно. Надежда выбежала на дорожку перед ней и замерла как вкопанная. Мике тогда показалось, что она смотрится в зеркало. Им обоим было по четырнадцать лет. Такие похожие, и такие разные! Мика быстро поняла, что новая подруга непоседлива и невнимательна. Она часто забывала выучить домашку, а потом рвала на голове волосы и говорила, что никто её не понимает. Что мешало ей записывать домашнее задание и методично исполнять его, Мика не понимала.

А потом с армии пришёл старший брат одной из общих подруг. Он почему-то нравился Надежде, хотя было в нём что-то странное. Однако Мика напряглась, когда поняла, что Сашка отлично говорит по-английски, словно жил где-то в Балтиморе или Хартфорде. Мика старалась не показывать, что заметила эти оговорки. Сама она из-за отсутствия практики родной язык постепенно забывала.

Мика уже знала, о чём попросит непутёвая подруга. Надежда отчаянно влюбилась. А вот Мике Сашка не нравился. Весь надменный и холодный, он чем-то напоминал варяга или демона из фильма.

— Мы собираемся уехать на несколько дней... Ты поиграешь меня в эти выходные? Американка, помоги-и!

Мика вздохнула. Это тупое прозвище не нравилось девушке. Оно прилипло к ней, когда Надежда узнала, что Мика родилась в США.

— Надежда, ты не дочь министра, - серьёзно сказала она. - Твоя мамаша тесто месит на хлебокомбинате. Скажи ты матери уже о своём парне.

Надежда вздохнула.

— Дело не во мне. Саша пока не хочет, чтобы мои родаки знали о нём.

Мика нахмурилась.

— Почему?

Надежда пожала плечами.

— Не знаю. Ну, америка-анка, помоги-и!

Мика вздохнула.

— Мне готовиться нужно…

— Всего лишь одни выходные! Тем более, что придёт тётя Маша!

Мика скривилась. Она терпеть не могла эту родственницу подруги, грубую деревенскую особу.

— Хорошо, - скрепя сердце, согласилась она, - но только на одни выходные. В воскресенье вечером мы меняемся местами.

Надежда широко улыбнулась и поцеловала Мику в щеку.

Мика не любила эти подмены. Вместо трёхкомнатной квартиры ей предстояло жить в однокомнатной, тесной и захламленной в каждом углу. Вместо любящей бабушки — с истеричной и неряшливой особой которую Надежда любила до соплей. Мать подруги ненавидела убираться, да и слишком уставала в цеху. По углам у них вечно лежала пыль, на плите – слой жирной грязи.

— Конечно же! – радостно воскликнула подруга, убегая. - И не забудь включить француженку, американка!

Мика выругалась. Картавость — единственное, что их отличало. Она смотрела вслед своей подруге и хмурилась. Она в самом деле была американкой. Много лет назад сюда, в Нарву, её привезла бабушка. Мика этого почти не помнила. В памяти осталось лишь какое-то озеро. Бабушка говорила, что это Мендота.

— Ладно, — прошептала Мика. — Два дня переживу.

Все выходные она изнывала от необходимости разыгрывать великие чувства перед чужими людьми. Отчаянно картавила, слушала пустые речи гостей и мечтала вернуться домой, к бабушке. Мике хотелось сесть за учебники и готовиться к экзаменам. Вечером, в воскресенье, когда мать Надежды в очередной раз пыталась попасть на кухню через свалившееся на пол пьяное тело своего мужа, Мика сказала:

— Я прогуляюсь…

— Погоди. Помоги его оттащить, — сказала женщина, считавшая себя её матерью.

Мика вздохнула.

— Он проснётся, скандалить станет...

Женщина бросила усталый взгляд.

— А пожрать не хочешь?

Мика хотела сказать, что через час будет ужинать дома, что бабушка наверняка что-то вкусное приготовила, но воздержалась.

К счастью, отец подруги проснулся сам. Завозился, кряхтя, забормотал неразборчиво. Мика радовалась только одному: он никогда не матерился.

— Юра, мы хотим поесть, а ты лежишь в проходе...

Кухонька маленькая. Отец Надежды сел и посмотрел на жену, затем, шатаясь, поднялся. Мика отошла в сторону, чтобы не толкнули.

— Я пойду погуляю, — повторила Мика.

Женщина потерянно кивнула и, придерживая мужа, повела его в комнату.

Мика выскочила из грязной, душной квартиры и запрыгала по ступенькам, с третьего этажа – прочь, на улицу. Она торопилась и улыбалась на бегу. Вот она, свобода! Нет уж, больше Мика ни за что не согласится на эти аферы! Впервые она подменила Надежду, когда требовалось сдать экзамены в восьмом классе, но этот раз был последним. Она сердилась на подругу и её несчастных, грубых и тёмных родителей. Она радовалась, что через неделю уезжает в Тарту и больше не увидит эту дуру с её возлюбленным. Мика выбежала на дорогу за домом, надеясь встретить подругу, но там никого не было. Она нахмурилась, еще больше негодуя.

— Ну, ждать я вас не собираюсь! — с досадой прошептала она и направилась в сторону своего дома.

Около подъезда на скамейке болтали бабки.

— Слышала, на Ореховой горке нашли задушенную девушку? – спросила одна.

— Слышала, - ответила другая. - Я сама видела её. Подумала вначале, что это внучка Марты.

— Говорят точно она! Марту в больницу увезли.

Сердце замерло в груди, а Мика на месте. Потом рванула в подъезд, но её тут же окликнули.

- Эй!

Девушка медленно повернулась и увидела Сашу. Усмехаясь, возлюбленный подруги показывал ей ключи. От её собственного дома!

— Пойдём, кое-что глянешь...

Они поднялись на шестой этаж. Мика удивилась. Откуда Саша знает, где она живёт? Он по-хозяйски открыл двери и махнул рукой – заходи, мол. Мика гневно нахмурилась.

— Что тебе нужно? Ты убил её?

— Неважно.

Он взял нечто со стола и повернулся к девушке.

— Знаешь, что это?

— Мой паспорт.

Саша расплылся в улыбке.

— Верно. А ты знаешь, что к нему требуется разрешение родителей на выезд? А его, гляжу, и нет. Я посмотрел твои документы. Разрешения нет. А значит, тебя вывезли незаконно!

Мика протянула руку к документам, но Саша не отдал.

— Ты вернёшься сейчас в дом этой убогой дурочки и будешь жить её жизнь. Если они соберутся уехать в свою дыру, в Россию, ты поедешь с ними.

Мика почувствовала, что её буквально передёргивает от отвращения. Саша усмехнулся и посмотрел на девушку внимательно. Подруга с восторгом рассказывала, что возлюбленный владеет гипнозом, но Мика не особо верила. А сейчас он смотрел на неё пристально и странно, словно не был уверен, что поступает правильно. Ей стало страшно.

— Я найду тебя потом, - произнёс. - Такие как ты бывают полезны…

Она подняла на него глаза и утонула в сером мареве.

Паспорт горел на тарелке под вытяжкой. Саша смотрел на него и хмурился, он не верил в то, что эта девочка на что-то способна. Он взглянул в окно и подумал, что к осени тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года уедет отсюда. Ему хотелось увидеть родной город и забыть о дурной девочке, которая так некстати умерла.

— СССР вечен, как Берлинская стена, - пробормотал он.

Саша не знал, что через два года эта страна начнёт разрушаться. На Нарвском кладбище рядом с могилой случайно погибшей девочки появится могила её бабушки, унёсшей с собой тайну, как американка оказалась в СССР. Мика забудет все и уедет с новыми родителями в город, который будет считать своей родиной.

Только иногда ей будет сниться большое прекрасное озеро, название которого она не помнит...