Интервью

Глава 1

«Архитектор смыслов залип в пробке»: эксклюзивное интервью с Neo7

Корреспондент: Мэри Поппинс (стажёр)

Встреча с «архитектором смыслов» Neo7 была назначена в антикафе «Коллайдер смыслов», но автор опоздал на два часа. Когда он ворвался в зал, от него пахло энергетиком, кошачьей мятой и отчаянием человека, который только что пересобрал папку с локализацией из-за случайного пробела.

Neo7: (падая на диван) Давай быстрее. У меня через сорок минут дедлайн по «Хельгейм ЖКХ — Том 3», а я только что понял, что домовой в подвале — это аллюзия на Канта. Твою ж категорический императив.

Корр.: Первый вопрос. Ваше творчество называют «синтетическим интеллектуализмом». Что это значит простым языком? Ну, для тех, кто не читал ваши эссе про квантовую физику.

Neo7: (достаёт вейп, делает вид, что затягивается, но тот сломан уже месяц) Это значит, что я слишком ленив, чтобы писать чистую приключенческую фигню, и слишком туп, чтобы писать умные книжки. Поэтому я смешиваю всё в блендере: Канта с аниме про реинкарнацию в вендинговый аппарат, ЛитРПГ с отчетами ЖКХ. Читатели называют это «философским прорывом». На самом деле это «я не знаю, как вывезти сюжет, поэтому сейчас герой найдёт баг в матрице, идите вы все».

Корр.: Но ваш цикл «Князь без роду» — это же глубокая рефлексия о природе власти и долга!

Neo7: (кривится) Слушай. «Князь без роду» начинался как пьяный спор в Телеграме про то, кто быстрее завалит тропу «попаданец-имба». Я написал попаданца, у которого из способностей — знание Excel и геморрой. А потом выяснилось, что если анализировать дворцовые интриги как бизнес-процессы, то это реально работает. Глубина там образовалась случайно, как плесень на забытом сыре. Её все находят, да. Но я лично её не планировал.

Корр.: А как насчёт ваших «Сказок для взрослых»? Там ведь такая тоска по подлинному бытию...

Neo7: О, это я лечился от клинической депрессии после того, как удалил три главы «Князя» из-за того, что кто-то в комментариях написал «фу, рояль». Сказки — это моя терапия. Я просто беру вещи: например, электрическую лампочку или сломанный будильник. И думаю: «О чём бы она грустила, если бы умела думать?» А потом записываю. Всё. Никакой метафизики. Обычный антропоморфизм на минималках.

Корр.: Но в ваших эссе, «Кисть внутри уравнения», вы пишете, что искусство — это...

Neo7: (перебивает) Я там писал под кофеином в три ночи, потому что не мог уснуть от мысли, что булочная через дорогу закрылась на ремонт. Потом перечитал — ого, звучит умно. Оставил. Всё.

Корр.: Аудитория — думающие люди 20-45 лет. Это правда?

Neo7: Да. Это те, у кого уже есть ипотека, но ещё сохранились проблески самосознания. Им уже не нужны халтурные любовные линии, им нужен герой, который тоже устал и хочет просто, чтобы магия работала без багов. Это не думающие люди. Это просто уставшие.

Корр.: Вы часто пишете о «диалоге вместо проповеди». Что вы хотите этим сказать читателю?

Neo7: (вздыхает) Это я хочу сказать: «Отвалите от меня со своими однозначными трактовками. Я сам не знаю, что хотел сказать про свободу воли в третьей главе. Мне казалось, это круто звучало». Диалог — это когда читатель додумывает сам, потому что автор поленился дать ответ. Вот так.

Корр.: И всё-таки — почему «архитектор смыслов»?

Neo7: (закатывает глаза) Потому что я строю смысл, а не печатаю буквы. Буквы — это для наборщиков. Я беру слово, поворачиваю его так и этак, подпираю палкой от швабры — и вдруг получается лестница. Туда читатель залезет — и либо увидит звёзды, либо свернёт шею. Моя задача — чтобы лестница не развалилась. А что там наверху — уже не ко мне. (пауза) Короче, красиво звучит. Оставьте, как есть.

Корр.: Спасибо. Когда выходить новому роману?

Neo7: (встаёт, собирает ноутбук, уже у выхода, споткнулся о порог) Как только пойму, как перевести бой подушками на киберпанк. И если кот перестанет ходить по клавиатуре. Название? «Энтропия ЖКХ». Или «Тишина после бага». Посмотрим.

Neo7 исчезает. За дверью слышен его голос: «Блин, а где я пароль от облака забыл? Всё, я в прокрастинации до утра».

Корр. (в кадр): Территория свободы закрыта на санитарный день.