Мие Ли

Комната отдыха

Глава 3

Ли Мие

Комната отдыха

탕비실 / BREAK ROOM

Published in agreement with O’FAN HOUSE

c/o Danny Hong Agency.

* * *

Кого ты возненавидишь больше других?

Первый замораживает кофе и кока-колу в общей форме для льда.

Второй провозгласил себя защитником природы и не пользуется одноразовой посудой, но складывает два десятка немытых тамблеров в одной на всех раковине.

Третий оставляет использованные бумажные стаканчики возле кулера для воды.

Четвертый пригоршнями присваивает пакетики с самыми вкусными кофейными миксами.

Пятый отключает общественную микроволновку, чтобы подзарядить наушники.

Шестой вечно бормочет себе под нос.

Седьмой забивает общий холодильник коробками с тортами и никогда не уносит их домой.

Восьмой каждое утро громко полощет горло над раковиной.

Представь, что тебе приходится делить с ними комнату отдыха.

Кого ты возненавидишь больше других?Глава 1

Намувики[1]

КОМНАТА ОТДЫХА

Последнее редактирование статьи:

202Х-ХХ-ХХ 20:32:02

Категории:

QBS Энтертейнмент

ТВ-программы 2023 года

ТВ-программы, закончившиеся в 2023 году

У этого термина существуют и другие значения, см.Комната отдыха (значения).

Редактировать[Краткая справка]

Южнокорейское игровое реалити-шоу. Проект продюсера Ли Ильквона. Программа выходила каждую пятницу на канале QBS c 10 февраля по 17 марта 2023 года (первоначально был задуман одноименный десятисерийный документальный сериал, однако его показ был прерван из-за низкого рейтинга и разногласий по поводу участников). Наибольший интерес зрителей вызвали условия шоу, максимально приближенные к реальным, а также участники-непрофессионалы. По состоянию на июль 2023 года видео с лучшими фрагментами шоу на YouTube в целом набрали более миллиона просмотров. Самым популярным из них стало видео с подборкой сцен обедающих участников шоу. Зрители называют его идеальным видео для просмотра во время еды в одиночку.

Ли Ильквон страстно увлекся документальным кино еще в школе. Две главные задачи документальной съемки он видел в следующем. Во-первых, запечатлевать то, что находится вдали от людей, а именно – суровую красоту первозданной природы. Во-вторых, вглядываться в то, что находится совсем близко, но на что обычные люди по разным причинам избегают смотреть. Будущий продюсер искренне восхищался британским документалистом Джоном Грирсоном, известным своими работами во втором направлении.

Официальным дебютом Ли Ильквона стал десятисерийный документальный сериал под названием «Комната отдыха». В нем он исследовал мир обычных офисных служащих, наблюдая за ними в зонах отдыха крупных компаний и государственных учреждений. Ему удалось разглядеть, что за внешним спокойствием сотрудников прячутся сильные чувства, бурлящие, точно вода в пароварке. Ли Ильквону даже не требовался сценарий – готовые истории предоставляла ему сама жизнь.

Зрители первых эпизодов увидели, как одни сотрудники стараются подслушать секретные разговоры других, как много рабочего времени тратится на безделье в комнате отдыха, как часто люди разговаривают сами с собой, особенно во второй половине дня. Оказалось, что в банках, больницах и муниципальных учреждениях сотрудники чаще всего произносят фразу: «Поскорей бы домой», а в торговых компаниях: «Устал до смерти». Это неожиданное открытие стало горячей темой для обсуждения в корпоративных чатах.

Однако уже после второй серии возникли проблемы. В одной комнате отдыха женщина с семилетним стажем работы, разговорившись с коллегой, узнала, что новый сотрудник получает почти такую же зарплату, как и она сама. От потрясения женщина высыпала в стаканчик один за другим три пакетика кофейного микса[2], а выпив напиток, оставшиеся пакетики с кофе сунула в карман и ушла. В сериал сцену включили полностью. Мне, как зрителю, она очень понравилась. Только представьте, как новость задела женщину, если для обретения спокойствия ей понадобилось присвоить хоть что-то чужое!

Но именно из-за этой сцены документальный сериал сняли с показа. Скриншоты с воровкой разлетелись по интернету, вызвав бурю негодования, в том числе и в адрес Ли Ильквона. Конечно, у него имелось разрешение на съемку, но такое безжалостное вмешательство в личную жизнь зрители сочли возмутительным. Как обычно, громче всех критиковали те, кто даже не смотрел сериал. Памятуя, как часто проигрывали продюсеры, на которых обрушивался народный гнев, телевизионщики быстро сменили формат и объявили о подготовке реалити-шоу с таким же названием.

Год спустя вместо документального сериала, на который Ли Ильквон потратил несколько месяцев своей жизни, вышло снятое всего за неделю шоу «Комната отдыха».

Я был его участником. В нем меня звали «Лёд».Глава 2

Первое воскресенье декабря 2022 года. Помню, весь день шел дождь со снегом. Съемочная группа и участники реалити-шоу, включая меня, собрались в одном из ничем не примечательных офисных зданий Сеула. Мне очень хотелось есть – то ли подействовал аппетитный запах булочек с яйцом, распространявшийся из лавчонки у здания, то ли давало знать о себе воздержание последних нескольких дней, потому что от волнения я толком не ел. До места сбора я добрался еле живой – последние силы отнял тридцатикилограммовый чемодан с вещами.

С продюсером Ли я виделся всего один раз, за месяц до съемок. Тогда я тоже был голоден как волк – так нервничал перед встречей с создателем полюбившегося мне документального сериала, что позабыл о завтраке. Приглашение на кастинг в его новый проект казалось мне чудом.

Ли Ильквон сразу перешел к делу. Он объяснил, что не принимает заявки от желающих участвовать в шоу, а сам находит нужных ему людей – обычных офисных работников. Меня ему рекомендовали мои коллеги. Я поинтересовался, как они объяснили свой выбор, и попросил подробнее рассказать о будущем шоу, но режиссер ответил, что это навредит съемкам и пока я не должен ничего знать. Все, что он смог сообщить: шоу будет отчасти напоминать ролевую игру «Мафия».

Мне это не понравилось, но продюсер предложил принять окончательное решение после общей встречи, когда я пойму, что происходит, и увижу всех участников и съемочную группу. Он заверил, что не придется делать ничего сложного, что шоу, как и «Мафия», строится на исследовании психологии человека, съемки продлятся одну неделю и все будет устроено

Когда встреча подходила к концу, я признался, что являюсь его поклонником, но режиссер не столько обрадовался, сколько расстроился, хотя и попытался скрыть это. Допив кофе одним глотком, он произнес:

– Тогда, вероятно, первый съемочный день вас удивит.

Я понял, что он имел в виду, когда вошел в конференц-зал на девятнадцатом этаже здания. Включая меня, участников было восемь: поровну мужчин и женщин. Одну из участниц я сразу узнал, потому что запомнил ее по документальному сериалу. Та самая женщина, которая от злости набивала карманы кофейными миксами.

Она одиноко сидела в углу и мрачно рассматривала установленные повсюду камеры. Было заметно, как сильно она напряжена. На мгновение наши взгляды встретились, и я глупо ей улыбнулся, но это не произвело на нее ни малейшего впечатления.

Я не понимал, что все это значит. Слова продюсера: «Первый съемочный день вас удивит» – вдруг показались бестактными и даже жестокими. Но оказалось, это лишь мелочь по сравнению с тем, что я испытал, когда перед участниками включился экран с надписью следующего содержания:

Кого ты возненавидишь больше других?

Первый замораживает кофе и кока-колу в общей форме для льда.

Второй провозгласил себя защитником природы и не пользуется одноразовой посудой, но складывает два десятка немытых тамблеров[3] в одной на всех раковине.

Третий оставляет использованные бумажные стаканчики возле кулера для воды.

Четвертый пригоршнями присваивает пакетики с самыми вкусными кофейными миксами.

Пятый отключает общественную микроволновку, чтобы подзарядить наушники.

Шестой вечно бормочет себе под нос.

Седьмой забивает общий холодильник коробками с тортами и никогда не уносит их домой.

Восьмой каждое утро громко полощет горло над раковиной.

Представь, что тебе приходится делить с ними комнату отдыха.

Кого ты возненавидишь больше других?

Восемь примеров, восемь участников… От растерянности я перечитал список несколько раз, прежде чем понял, что первая строчка относится ко мне. Лица участников, узнававших себя по описанию, темнели одно за другим. Женщина из документального сериала напряглась еще больше и резко выпрямилась на стуле.

Камеры безжалостно запечатлевали, как меняются наши лица, как интерес к происходящему уступает место замешательству и стыду. Позже я узнал, что именно эта сцена вызвала первый всплеск зрительского интереса.

– Уважаемые участники! – бодро произнесла стоявшая рядом с продюсером женщина с детским лицом, главная сценаристка проекта. – Вы ждете объяснений, не так ли? Прошу извинить нас за молчание – этого требовала специфика игры. В течение последнего месяца мы тайно проводили этот опрос по всей стране, стараясь, чтобы вы ничего не узнали.

Она старательно не замечала, как участники сверлят ее глазами.

– По результатам опроса, – продолжала она, – первое место занял участник с привычкой бормотать себе под нос. За него отдали голоса три тысячи двести десять человек из двенадцати тысяч девятисот восьмидесяти шести опрошенных!

Она произносила жестокие слова так радостно, будто действительно поздравляла с победой, и я, оправившись от первого шока, почувствовал, как неприятно заныло в груди.

– Наш Бормотун получит купон на подсказку в игре. Конечно, если он решит остаться. Этажом выше находится зал, где пройдет основная съемка, а также жилые комнаты участников. Располагайтесь и отдыхайте, мы ждем ваших решений до завтрашнего утра. Если Бормотун нас покинет, купон на подсказку перейдет к игроку, занявшему второе место.

– Почему вы называете его «Бормотун»? – недовольно спросила женщина в синей пушистой шапке, сидевшая ближе всех к сценаристке. – Разве у него нет имени?

– Это одно из условий игры. Да, не очень приятное, но прошу отнестись с пониманием. Мы будем сохранять тайну личности. Возможно, кому-то станет обидно, ведь не каждый день выпадает шанс поучаствовать в съемках. Но подумайте, действительно ли вам, обычным служащим, хочется, чтобы зрители узнали ваши настоящие имена? Уважение частной жизни превыше всего. У каждого из вас будет прозвище, связанное с пунктом опроса. Смотрите, тут сказано: «Шестой вечнобормочетсебе под нос». – Сценаристка указала на экран. – Поэтому он и получил прозвище «Бормотун».

Сидевший напротив меня невзрачный мужчина, уже некоторое время ерзавший на стуле, негромко проговорил, словно обращаясь к себе самому:

– Ну надо же, я на первом месте. Значит, другие будут зваться «Лёд», «Тамблер», «Бумажный Стаканчик», «Кофейный Микс»…

Когда Бормотун дошел до «кофейного микса», я уловил короткое движение там, где сидела знакомая мне женщина. Ошибки быть не могло – она действительно та, за кого я ее принял. Снова перечитав список, я убедился, что Бормотун прав. Моим прозвищем здесь будет «Лёд».

– Все верно, уважаемый Бормотун. Остальные участники разобрались? – Убедившись в этом, сценаристка щелчком пальцев привлекла наше внимание и продолжила: – А теперь я расскажу об игре. Один из восьми участников лишь притворяется, то есть играет роль, придуманную продюсерами. Мы будем называть его Крот. Все данные о Кроте вымышлены и не связаны с его реальной жизнью. Тем не менее вам необходимо его обнаружить. Для этого вам предстоит наблюдать друг за другом в течение недели и сравнивать полученные подсказки. Они ведь вам потребуются, не так ли? Но будьте осторожны! У вас есть право запутывать остальных и мешать их поискам, потому что призовой фонд разделят только те, кто разоблачит Крота. Если же не будет ни одного правильного ответа, Крот получит и свою награду, и вашу.

Пока она говорила, я вспоминал свою последнюю игру в «Мафию». Было это еще в университетские годы, на студенческом выезде на природу. Если поиски Крота в нашей игре – то же самое, что поиски «мафии», то я не видел для себя каких-либо трудностей. Я всегда быстро определял, кто есть кто. Когда «ночь» в игре заканчивалась и все сидевшие кружком участники поднимали головы, «просыпаясь», я замечал особое выражение на лицах тех игроков, кому выпадало быть «мафией», – то было волнение, может быть, даже радость или гордость из-за того, что у них важная роль в игре, но вместе с тем напряжение и беспокойство, вызванные боязнью разоблачения. Конечно, они пытались скрыть свои чувства, и все-таки я улавливал их неясные тени.

Но кое-чего тогда я еще не знал. Точно такое же выражение появлялось и на лицах тех, кто пытался казаться спокойным, когда их публично обличали в недостойных поступках. В этом смысле все восемь участников, включая меня, выглядели в тот день одинаково.

С каждой секундой я все яснее понимал, почему Ли Ильквон отказался от обычного кастинга и сам искал исполнителей, а также почему сотрудники компаний рекомендовали ему того или иного коллегу. Мы оказались здесь

– А теперь предлагаю подняться этажом выше и осмотреть комнату отдыха, где пройдут съемки. Багаж оставляйте здесь, вещи перенесут в ваши комнаты, – все так же бодро объявила главная сценаристка, словно не замечая общего настроения.

Тамблер – общее название стаканов многоразового использования для холодных и горячих напитков с закрывающейся крышкой.

Кофейные миксы – в Южной Корее популярны стики со смесью быстрорастворимого кофе, сахара, сухого молока или сливок. Аналогично нашим пакетикам «кофе 3 в 1».

Намувики – южнокорейская вики-платформа для совместного написания и редактирования статей по различным темам. –Здесь и далее прим. ред.

На двадцатом этаже все было готово для съемок. Мы одолели один лестничный пролет и оказались в совершенно другом мире. Ковер под ногами был совсем новым, даже фабричный запах еще не пропал.

Наши комнаты располагались по обеим сторонам коридора. Судя по тому, что двери находились далеко друг от друга, комнаты были просторными. На стенах в коридоре висели рекламные плакаты новой продукции нескольких торговых продовольственных компаний, по всей видимости спонсирующих этот проект. Проходя мимо плаката, на котором известный комик, изображая восторг, почти уткнулся носом в разломанную пополам аппетитную булочку, я заметил дверь с табличкой «Лёд».

Идущая передо мной женщина из документального сериала остановилась было у двери с табличкой «Кофейный Микс», но сценаристка, увидев это, поторопила:

– Вы сможете разойтись, как только мы побываем в комнате отдыха. Не отставайте!

На этаже было слишком тепло, и у меня вдруг все зачесалось под свитером. Я поскреб у горла, снял курку, перекинул ее через руку и пошел дальше.

В самом конце коридора мы увидели одностворчатую раздвижную дверь с табличкой «Комната отдыха». Главная сценаристка сдвинула дверь до упора вправо. Перед нами открылась комната в тринадцать квадратных метров. Довольно просторная в сравнении с той, что была в нашей компании. Пахло в ней не новым ковром, а чем-то другим, неуловимо знакомым, – то ли свежезаваренным ячменным чаем, то ли недавно обжаренными кофейными зернами.

Все участники осторожно, стараясь не касаться друг друга, вошли внутрь. Кто-то щелкнул выключателем, и комнату залил яркий электрический свет из большой каплевидной люстры.

Я увидел мощную микроволновую печь, небольшой тостер, узковатую, но безупречно чистую раковину, холодильник приятного глазу цвета слоновой кости (о таком я уже некоторое время мечтал), кулер для воды, а также поставленные в ряд три деревянных ящичка, разделенных на секции, где лежали печенье, желе и другие лакомства. Среди них были даже новые сверхпопулярные сладости, которые в мгновение ока сметались с прилавков. Но особенно меня восхитили аккуратно разложенные кофейные миксы и чайный набор. Чай, и листовой, и пакетированный, был от известного английского бренда, слишком дорогого, чтобы покупать его для рядовых сотрудников компании, а разнообразие кофейных миксов превосходило все ожидания.

Однако главное ждало впереди. Дух захватило, когда я увидел кофемашины: не только обычную капсульную, но также итальянскую гейзерную кофеварку и дорогущую эспрессо-машину. Большая серебристая эспрессо-машина прямо-таки завораживала, и я бы, наверное, провозгласил эту комнату отдыха лучшей из всех, даже если бы в ней больше ничего не было.

Все молчали, но было понятно, что остальные участники взволнованы не меньше меня. Лишь один щеголевато одетый молодой мужчина вел себя как заселившийся в гостиничный номер турист: открывал и закрывал дверцы, заглядывая в каждый уголок. Я обратил на него внимание еще в конференц-зале – он поминутно смотрелся в выключенный экран телефона. За правым ухом у него осталась белая полоска от средства для укладки волос. Мне захотелось поинтересоваться его прозвищем, но я тут же подумал, что не стоит спешить – завтра утром кто-нибудь из участников покинет программу. Может быть, среди них буду и я.

– У вас еще будет время все здесь исследовать, – мягко сказала главная сценаристка, беря щеголя за локоть.

Мужчина как раз перевернул тостер, чтобы заглянуть внутрь. Похоже, он думал, что в комнате отдыха спрятаны подсказки для игроков.

– Запомните: общение с участниками игры разрешено только в комнате отдыха. Все видели свои номера, пока мы шли по коридору? В каждом из них находятся спальня, рабочий кабинет и небольшая ванная комната. Вы не будете выходить на улицу, но в номерах есть окна, которые можно открыть, чтобы подышать свежим воздухом. Предполагается, что днем вы работаете в обычном режиме и по необходимости заглядываете в комнату отдыха. Как делаете в любой будний день. – Сценаристка говорила, то и дело поглядывая на щеголя, словно проверяла, не задумал ли он еще что-нибудь. – Но есть важное условие. Ваше пребывание в комнате отдыха не должно превышать ста минут в день.

Она умолкла, ожидая вопросов. В наступившей тишине громко зазвенели готовые кубики льда, падающие в поддон автоматического ледогенератора.

– Что ж, если вопросов нет, предлагаю на этом закончить. Теперь вы можете пройти в свои номера и подумать, хотите ли остаться в игре.

Никто не двинулся с места. Молчание продолжалось. Моя куртка, перекинутая через руку, почти соскользнула. А когда я начал ее поправлять – предательски зашуршала.

– Вы сказали, что для разоблачения Крота нам потребуются подсказки. Как их получить? – наконец задала важный вопрос женщина с густыми бровями, до сих пор не привлекавшая к себе внимания. Из-за слишком черных бровей ее глаза казались какими-то тусклыми.

– Купоны на подсказку предоставляются во время игры. Получив купон, вы сможете отметить на нем любого участника, которого подозреваете, и тогда мы передадим вам некоторые полезные сведения о нем.

– Так что делать-то, чтобы получить этот купон?! – переспросила участница, и ее черные брови сердито сошлись у переносицы.

– Нарушать правила, – отчетливо произнесла сценаристка.

– Какие правила? Вы о них не сказали.

– Об этом вы должны догадаться сами. Извините, но это уже часть игры. – Сценаристка сделала шаг вперед, предотвращая дальнейшие расспросы. – Напоследок сообщаю, что в своих комнатах вы найдете небольшое руководство к игре. Изучите его внимательно.

Она достала из внутреннего кармана какой-то листок и помахала им в воздухе. Затем, сделав приглашающий жест, выставила нас из комнаты отдыха.

– Ждем ваших решений утром. Игра состоится, если останутся не менее пяти участников! – крикнула она вслед, показывая раскрытую ладонь.

После этих слов двери всех восьми номеров распахнулись. Их открыли ассистенты съемочной группы.

– Господин Лёд, вам сюда, – вежливо позвал от самого дальнего номера совсем юный парнишка.

– Да-да, иду, – не задумываясь, отозвался я, и вдруг, к немалому своему удивлению, понял, что успел свыкнуться с прозвищем.

Всех остальных участников ассистенты

– Мы договорились с вашей компанией, и несколько дней вы сможете работать удаленно из этого кабинета. Спальня и ванная – сразу за ним. – Ассистент отступил в сторону, давая мне пройти, но продолжил говорить, протягивая большой конверт: – Если вы решите остаться, подпишите, пожалуйста, эти бумаги и утром верните их мне. Если же не захотите участвовать, просим вас покинуть номер как можно раньше. Мы вызовем вам такси. У меня все, отдыхайте.

Не сказав ни слова больше, ассистент ушел, тихо прикрыв за собой дверь.

Стоило мне осмотреться, как возникло головокружительное чувство, будто сказочный великан щелчком пальца переместил меня в офис, где я работал. Компьютер, мышка, клавиатура и даже горшочек с пестрым щучьим хвостом переехали сюда с моего рабочего места и дожидались хозяина. Дотошность организаторов поражала. Здесь даже были стикеры с записанными телефонами, развешанные в прежнем порядке! Позже я понял, что сюда не только перенесли все предметы из офиса, но и расставили их так, чтобы даже мои движения были привычными. Например, нажимая кнопку включения на компьютере, я вытягивал руку ровно настолько, насколько привык. Честно говоря, от этого становилось немного не по себе.

Я бросил конверт на стол и раздвинул створки вытянутого горизонтального окна. Парк за окном был пуст. Если не считать мороси, заметной в свете включившихся фонарей, все было неподвижно, не доносилось ни единого звука. Отодвинув панель между комнатами, я опасливо заглянул в спальню и выдохнул с облегчением – к счастью, они не перетащили сюда и мою кровать. Небольшая и скромная комната, обставленная самым необходимым, мне понравилась. Из спальни можно было попасть в маленькую ванную.

Сюда успели перенести оставленный внизу чемодан. Я сбросил ботинки и плюхнулся на кровать прямо в свитере. Мелкие пылинки закружились в сухом воздухе. Наконец-то я был один, вдали от любопытных глаз. Необходимость скрывать свои чувства отпала.

Я думал про своих коллег. Ну хорошо, я замораживаю в форме для льда кока-колу и кофе, но неужели это такой раздражающий недостаток? Или, рекомендуя меня для участия в программе, они просто сыграли со мной злую шутку? Почему не подумали, как станут смотреть мне в глаза? Я пообещал себе выбраться отсюда, как только проснусь.

Не хватало еще, чтобы все на свете узнали, что коллеги меня не любят. А если программу увидят родители? А если в будущем познакомлюсь с кем-то, кто вспомнит меня? Я представил, как незнакомцы шепчутся, указывая на меня пальцами: «Неудивительно, что к нему так относятся». Ну уж нет! Мне было грустно, но вместе с тем в душе закипал гнев на людей, с которыми я ежедневно трудился бок о бок. Особенно на коллег А. и Б. Сотрудник А. любил куриную грудку в соусе, и, когда разогревал ее в общей микроволновке, брызги оставались на дверце и стенках, а он их не вытирал. Более того, пока блюдо разогревалось, он отжимался на полу комнаты отдыха! А сотрудник Б., отвечавший за пополнение запасов, покупал только то, что любит сам. Вообще-то правильно покупать разные снеки: и хрустящие, и мягкие, и соленые, и сладкие, – в индивидуальной упаковке поштучно. Но этот Б. заказывал только «Рамёнтан»[4] и похожие на него сухие закуски в больших упаковках, из-за чего в офисе вечно стоял хруст и пальцы у всех пачкались. Я наблюдал за Б. и знаю, что он умудрялся съесть большую часть закусок.

Выходит, коллеги выбрали меня в жертву, не подумав о собственных недостатках. Ну а сам продюсер, неужели он глуп? Неужели не знает, что в офисах есть злодеи похуже, чем сотрудник, превращающий кока-колу и кофе в лед?

Я понял, что не засну, и слез с кровати. Заняться было решительно нечем, я вернулся в кабинет и открыл конверт. Первым я выудил стандартное обязательство исполнять требования нанимателя. В течение указанного периода участник обязуется сохранять тайну, не пользоваться соцсетями и ни с кем не контактировать, кроме случаев экстренной необходимости. И так далее. Я отложил бумагу и взялся за следующую. Руководство к игре… В нем тоже как будто не было ничего особенного:

Участники игры занимаются своей обычной работой, как если бы находились в офисе.

Часы работы: с 9:00 до 18:00.

В комнату отдыха разрешается заходить в любое время.

Но оставаться там можно не более ста минут в день.

Цель игры: ОБНАРУЖИТЬ КРОТА.

Крот выбран не по рекомендации коллег, вся информация о нем вымышлена.

Участники должны вычислить Крота, используя полученные подсказкии анализируя поведение других участников.

КАК ПОЛУЧИТЬ КУПОН НА ПОДСКАЗКУ:

• участники должны нарушать «правила».

• купон гарантирует подсказку только об одном человеке, которого выбирает участник.

• подсказки кладутся в деревянный ящичек на двери номера.

Дочитав до последней строки, я вскочил со стула. Могу поклясться: когда мы расходились по номерам, не было никаких деревянных ящичков! Я осторожно выглянул в коридор. На каждой двери теперь висел ящик – вероятно, поработали ассистенты, пока мы осваивались в своих комнатах. Закрытые на простую защелку створки ящичка раздвигались, внутри лежали небольшой медный замок и такой же ключ.

Я зачем-то постучал пальцем по ящичку, а потом повесил на створки замок и повернул ключ. На ящичке у Кофейный Микс тоже висел замок. Вернувшись в номер, я схватил руководство, плюхнулся на кровать и перечитал еще раз:

……

Купон гарантирует подсказку только об одном человеке, которого выбирает участник.

Подсказки кладутся в деревянный ящичек на двери номера.

Для подсказки о самом себе нужны два купона.

Мой взгляд застыл на строчке, набранной мелким шрифтом. В первый раз я ее не заметил. Зачем мне подсказка о самом себе, если я знаю, что не Крот? Однако… Внезапно я понял, что хочу во что бы то ни стало получить эту подсказку. Не победить, не выиграть денежный приз, а получить подсказку! Ведь из нее, скорее всего, я узнаю, что обо мне сказали коллеги, которые, как выяснилось, меня недолюбливают. Конечно, я множество раз мучился от любопытства: например, ожидая результатов экзаменов, или письменной характеристики от учителя, или возможности прочесть анонимные сообщения, которые вывешивались на специальной доске, но такое жгучее желание знать снедало меня впервые.

Я лежал, думая не о Кроте, а о том, что может оказаться в подсказке. Или даже в подсказках, если их будет несколько. Не знаю, сколько времени утекло, прежде чем я понял, что уйти из игры много хуже, чем столкнуться с нежелательными последствиями. Как только решение было принято, моя усталая голова прояснилась.

Рамёнтан

Глава 4

Вечером мысли казались стройными и упорядоченными, но проснулся я, едва рассвело, уже без прежней уверенности. Не лучше ли все-таки отправиться восвояси? Однако, представив возвращение в компанию, вялые попытки поговорить с коллегами или, что более вероятно, свое упорное молчание – как будто ничего не произошло, – я понял, что останусь здесь и разузнаю побольше.

Я вынул из конверта контракт и внимательно прочел часть о гонораре и призовой политике. Получалось так, что, если я вместе с другими участниками правильно укажу на Крота, после вычета налогов мне достанется как минимум тридцать миллионов вон. Ну а если фортуна улыбнется и я окажусь единственным, кто догадается, то будет больше ста миллионов. Стоит ли говорить, что моя мотивация росла прямо пропорционально подсчетам? Конечно, если бы нежелание участвовать было категорическим, никакие деньги не изменили бы этого решения. Но поскольку теперь у меня имелась цель, возможная награда более чем подогрела уже пробудившийся интерес.

Я подписал бумаги и уселся завтракать теплым хлебом и кукурузным супом, которые принес в номер ассистент. Когда он попросил, чтобы торговая марка была видна камере, стало понятно, что еду предоставляет спонсор. Неожиданно из колонок полилась музыка, и, завтракая под «Грезы» Шумана, я успокоился.

За десять минут до начала «рабочей недели» пятеро участников вышли в коридор. Две женщины и трое мужчин, включая меня. Остальные кандидаты отказались от съемок и уже разъехались по домам.

Как нас заранее попросили, мы встали у дверей своих номеров. Ассистенты тщательно проверили подписанные бумаги и выдали каждому из нас по специальному смартфону с приложением, необходимым для игры. Осталось дождаться последних инструкций перед стартом.

– Здесь поразительно точно воспроизвели мое рабочее место, – сказал молодой мужчина в расшитых джинсах. Я узнал в нем вчерашнего щеголя. Его слова были адресованы всем – и никому конкретно. – Интересно, как им это удалось? А у вас так же?

Его номер располагался на противоположной стороне в самом конце, по диагонали от моего. Взглянув на табличку, прикрепленную к двери, я прочел прозвище: «Тамблер». Под светом коридорных ламп бледное лицо Тамблера заметно блестело – наверное, перед сном использовал слишком много ночного крема.

– Кстати, нас даже не представили друг другу, – продолжил он. – Я Тамблер. Жаль, что приходится использовать прозвище. Очень рад оказаться здесь вместе с вами.

– Можете еще раз представиться через неделю, – ответила женщина с густыми бровями. Ее номер находился рядом с номером Тамблера, и она стояла, лениво прислонившись к двери. – Меня окрестили здесь Торт, и я ничего не имею против.

Ее голос звучал приглушенно и немного игриво, брови выделялись на лице даже сильнее, чем накануне, – наверное, не успела наложить макияж. Прозвище совсем ей не подходило – она была высокой и очень худой, будто ни разу в жизни не ела сладкого.

Следующим по очереди должен был представиться Бормотун, чей номер находился напротив номера Торт, но он пропустил разговор мимо ушей. Его занимало что-то другое. Выбранный самым нелюбимым из списка участников, Бормотун стоял, держа пустые после завтрака пластиковые тарелки. Завидев ассистента, он сунул тарелки ему в руки. Лицо Бормотуна было красным, словно все утро он посвятил гимнастике.

Смахивая крошки с подбородка, на котором я заметил родинку, Бормотун обратился к ассистенту:

– Хороший завтрак, спасибо. Только кукурузный хлеб я люблю больше молочного. А нельзя ли попросить хлеб с орехами?

– Мы учтем ваши пожелания, – с неловкой, как мне показалось, улыбкой ответил ассистент.

– И влажность в комнате всего двадцать процентов…

– Прошу прощения?

– Вы за этим следите? Сильную влажность я терпеть не могу, но меньше сорока пяти процентов никак нельзя… – Бормотун говорил тихо, не глядя в глаза ассистенту.

– Э-э-э… Принести вам увлажнитель воздуха? – нерешительно предложил тот.

– Буду вам очень признателен. А то я уже собирался развесить мокрые полотенца, – радостно и, наверное, от этого более внятно поблагодарил Бормотун и даже прихлопнул в ладоши.

В отличие от всех нас, он вел себя совершенно естественно. Казалось, Бормотун единственный не переживает из-за того, что скоро его покажут по телевизору. Я был готов поспорить, что он даже не купил новую одежду для съемок: было заметно, что ему комфортно в разношенных вещах, тогда как на всех остальных, включая меня, одежда сидела жестко и сковывала движения, как бывает только с обновками.

Особенно выделялась среди нас Кофейный Микс в белых, как молоко, брюках и в безупречной темно-коричневой блузке.

– Мне тоже нужен увлажнитель воздуха, – обратилась она к ассистенту. – Или у вас кто первый успел, тот и съел?

Цвета ее наряда так откровенно напоминали кофейный микс «Кофе со сливками», что я усмехнулся. Она заметила это, бросила на меня настороженный взгляд, но тут же опять обратилась к ассистенту с каким-то странным отчаянием:

– Обратите внимание, я следующая. Даже если на других участников не хватит, я должна получить увлажнитель!

Было понятно, что она тоже не собирается представляться, поэтому я не стал дольше ждать.

– Всем привет. Мое прозвище Лёд, – проговорил я дружелюбно.

Вернее, я надеялся, что говорю дружелюбно. Когда я обращался к людям в привычной мне манере, то многим казался холодным и равнодушным: уголки моего рта заметно опущены, в чертах лица отсутствуют округлость и мягкость. Поэтому сейчас я старательно изобразил улыбку.

– Что ж, прекрасно, – ответил Тамблер, продолжавший играть роль хозяина. – Похоже, не все мы общительны, но, думаю, все равно будет интересно. Честно говоря, сначала я не хотел оставаться, но в последний момент – бах! – и понял, что это мой шанс. Без испытаний нет и успеха. Я преодолею все трудности и привлеку к себе общественное внимание. Отличная возможность, когда хочешь прославиться как экоактивист!

– А вы, Лёд? Что заставило вас остаться? – неожиданно обратилась ко мне женщина по прозвищу Торт.

Мне показалось, что это не простое любопытство и за вопросом кроется что-то еще. Игра вот-вот начнется, и наверняка Торт использует подвернувшуюся возможность, чтобы получить пищу для размышлений. У меня не было причин отвечать честно. А вот поддержать ее заблуждение, раз уж она, по всей видимости, подозревает меня, будет довольно выгодно. Все это мигом пронеслось в моей голове.

– Не люблю притворщиков, – сказал я. – Мы здесь, потому что коллеги не любят нас, а Крот – потому что собирается нас обманывать. Мы страдаем, а он развлекается, да еще и претендует на денежный приз. Не хочу, чтобы у него

Я говорил с пылом, которого отнюдь не испытывал, но мои старания, похоже, были напрасны – я еще не закончил, как послышался шум поднимавшегося лифта, и все как один уставились в ту сторону, мгновенно позабыв обо мне.

Звякнув, лифт остановился на нашем этаже. Двери открылись, и мы увидели продюсера Ли Ильквона. Бормотун заворчал. Мне показалось, он расстроен тем, что продюсер не прихватил с собой увлажнитель воздуха.

– Итак, с сегодняшнего дня и до пятницы включительно вы работаете в своих номерах, а также пытаетесь найти Крота. Участник, занявший первое место в нашем опросе, уже получил купон на подсказку, как и было обещано, – продюсер указал на Бормотуна, и тот покраснел еще сильнее. – Так что остальным надо поскорее взяться за дело. Как вам уже сообщили, купон на подсказку дается за нарушение правил. Но всем вам, включая Бормотуна – если ему потребуются дополнительные подсказки, – придется самостоятельно выяснить, какие правила необходимо нарушить.

– И это все?! – воскликнул Тамблер, драматично раскидывая руки и оглядывая участников. – Но если мы ничего не знаем, то как чего-то добьемся? Это же пустая трата времени! Неужели все эти приготовления лишь для того, чтобы запечатлеть, как мы стучим по клавиатуре и жуем закуски в комнате отдыха?

– Конечно, нет. Однако игра в том и состоит, чтобы искать ответы, так что добавить мне нечего. Думайте и наблюдайте за другими участниками.

– Ну хорошо, раз выхода нет, мы будем наблюдать друг за другом. Но что, если никто из нас так ничего и не поймет? – спросила Кофейный Микс.

– О, это вряд ли. Только не вы, уважаемые участники, – многозначительно ответил продюсер Ли.

– Очень вдохновляюще, – съязвил Тамблер.

– Что ж, начинаем! – объявил продюсер. – С этого момента, если вам что-то понадобится, не ждите ассистентов, а обращайтесь к ближайшей камере. Вас ждет обычный рабочий день, но, надеюсь, он вам все-таки запомнится!

Ли Ильквон уехал на лифте, и в коридоре остались лишь мы. Играла тихая музыка. Снова «Грезы» Шумана, но в переложении для скрипки и фортепиано. Под ровное звучание мелодии возбуждение участников начало гаснуть.

Часы пробили девять, но в свой номер ушел только Бормотун. Остальные, включая меня, отправились в комнату отдыха. Всем хотелось понять, как же добыть подсказки, и мы, не сговариваясь, предпочли думать над этим в обществе друг друга.

Комната отдыха, вчера казавшаяся не очень-то настоящей, сегодня выглядела обжитой, причем теми участниками, которые остались в игре. В морозилке стояла общая форма для льда с замороженными кубиками кока-колы, а в самом холодильнике – большая желтая коробка с приклеенным стикером, который гласил: «Торт для Торт. Не трогать».

На дверце холодильника висело расписание уборки, прикрепленное магнитом. Каждому из нас был выделен день. В расписании также перечислялось, что именно требуется помыть или протереть, и в каждой графе надо было проставить пометку о выполнении. Увидев листок, Тамблер тут же сорвал его с холодильника и поднес поближе к лампе. Кажется, он ожидал, что на бумаге проступят тайные письмена. Когда надежда не оправдалась, он спросил, есть ли у кого-нибудь зажигалка – должно быть, хотел узнать, проступят ли буквы, если подержать листок над огнем. К счастью, зажигалки не оказалось. Тамблер потерял к расписанию интерес и вернул листок на прежнее место.

Прошло еще несколько минут, и к нам неожиданно заглянул Бормотун. Он как-то несмело достал из холодильника баночку с энергетическим напитком и взял пакетик с орехами – казалось, ему неуютно оттого, что в комнате отдыха находятся все участники сразу.

– Высокая плотность человеческого присутствия, плохо… – Бормотун отдувался, будто ему в самом деле не хватало воздуха, но говорил громче, чем обычно, словно хотел, чтобы все услышали.

– Не удивлюсь, если он просто актерствует, – фыркнула Кофейный Микс, как только он вышел из комнаты.

Я и сам отметил, что у всех участников как будто намеренно были подчеркнуты определенные качества, которые нетрудно изобразить. Но Крота вряд ли будет играть профессиональный актер. Даже если мы и не опознаем его, потому что находимся в самом центре событий, зрители – то есть сторонние наблюдатели – сразу поймут, кто из нас притворяется. Поэтому я думал, что Кротом выбрали кого-то из обычных офисных служащих, каковыми были и все стальные участники. Так скрывать тайну было бы проще.

– Вот это – мой первый тамблер. Я купил его в только что открывшемся «Старбаксе» в Сиэтле. Сколько воспоминаний! Тогда я постоянно знакомился с активистами экологического движения, – с ностальгией проговорил Тамблер.

Он выстроил свои термостаканы вдоль раковины. Всего их было пятнадцать, разных цветов и размеров.

С близкого расстояния стало заметно, что передние зубы у него желтоватые, не то что выбеленная кожа.

– Когда занят чем-то грандиозным, перестаешь обращать внимание на ничтожные мелочи, – сказал он, указывая при этом на камеры, притаившиеся в самых неожиданных местах. – У людей, которые стремятся к чему-то большему, всегда найдутся завистники и враги. Думаю, поэтому я здесь и оказался.

Я внутренне согласился с тем, что съездить в Сиэтл за термостаканом действительно было затеей по своей глупости грандиозной. Тамблер обращался к нам с Кофейный Микс, но то и дело стрелял глазами туда, где стояла Торт. Женщина с густыми бровями вынула желтую коробку из холодильника, осмотрела ее со всех сторон, а затем поставила обратно.

– Те торты, что вы хранили в холодильнике, – обратился я к ней, вспомнив строчки из списка съемочной группы, – вы получали их на день рождения?

– Не только… – Она как будто смутилась и слегка нахмурилась. – Люди дарят подарки по поводу и без повода. Я постоянно говорю, что мне это не нужно, но… иногда прихожу на работу, и кто-нибудь вручает торт, не желая слышать отказа. Приходится оставлять коробки в офисном холодильнике. Знаю, это неправильно…

– Вы хотите сказать, у вас столько поклонников, что вас заваливают подарками?! – влез в наш разговор Тамблер.

– Что за ерунда, вовсе нет, – отмахнулась от него Торт.

– Да-да, конечно. В конце концов, торт – это всего лишь торт. Я хочу сказать, – Тамблер прочистил горло, – на месте ваших коллег я бы дарил что-нибудь более интересное.

Тамблер все больше вызывал во мне любопытство. Самопровозглашенный защитник природы… Слишком уж он был доволен собой, и от этого его речь отдавала высокомерием. По крайней мере, до сих пор я не улавливал других интонаций. И какой-то он очень последовательный. А чем определеннее поведение человека, тем выше вероятность, что он играет роль.

Думая об этом, я заглядывал во все кухонные шкафчики, на всякий случай простукивая их стенки.

Подошла Кофейный Микс и, сделав вид, что занята

– Послушайте, Лёд…

– Что? – как можно равнодушнее отозвался я, хотя был страшно рад, что она заговорила первой.

– Как вы смотрите на то, чтобы объединиться? Только вы и я. По-моему, Тамблер и Торт уже нашли общий язык. – Она еле заметно повела подбородком в их сторону.

Тамблер увивался вокруг участницы, хвалил ее «классическую красоту» и предлагал поднять волосы наверх, чтобы лучше смотреться на экране. Кажется, он даже пытался притронуться к ее лицу.

– Похоже, вы правы, – согласился я.

– Тогда будем делиться информацией, как только что-то узнаем. Но так, чтобы нас нечасто видели вместе, – быстро проговорила Кофейный Микс и, заметив, что Торт направляется к выходу, подошла к Тамблеру.

– Что вы о ней думаете? – прямо спросила она.

– Да тут и думать нечего, – с ноткой превосходства ответил Тамблер. – По лицу понятно, что такой человек не умеет лгать.

Уж не знаю, считал ли Тамблер себя не только экоактивистом, но и физиогномистом, но так мог ответить либо человек с феноменальной способностью разбираться в людях после нескольких минут общения, либо – что вероятнее – попросту легковерный. Кофейный Микс, отходя от Тамблера, слегка покачала головой. Я подумал, что вряд ли эти двое сумеют договориться.

Ста минут в день, отведенных нам на комнату отдыха, было явно недостаточно для полноценного расследования. Но короткое утреннее общение дало хоть какую-то пищу для размышлений. Первые мои выводы были такими: Бормотун, привыкший говорить сам с собой, и играть, похоже, собирался в одиночку, а Тамблер как будто увлекся участницей Торт сильнее, чем игрой.

Днем произошло неожиданное открытие. Оказалось, что Кофейный Микс гораздо больше любит правильно приготовленный эспрессо, а не кофе из пакетиков. Она призналась, что ей не хватает терпения готовить эспрессо и потому на работе просто заливает кипятком кофейные миксы.

Не сговариваясь, мы почему-то больше не стремились попадаться друг другу на глаза. Все ходили в комнату отдыха короткими набегами по одному, очевидно предпочитая хорошенько осматриваться без свидетелей.

Я работал в номере, постоянно прислушиваясь, не происходит ли что-нибудь в коридоре, и выходил, позволяя себе довольно частые перерывы, только когда было тихо. Один раз я неожиданно наткнулся на Бормотуна. Он вытирал тряпкой рассыпанный возле кофемашины молотый кофе и бубнил, что терпеть не может такой. Это вряд ли могло мне помочь заполучить желанную подсказку.

Время от времени мелкие предметы в комнате отдыха таинственным образом меняли положение, словно их поднимали, а потом старались поставить на место. Тогда я не мог устоять и тоже заглядывал под эти предметы, но, конечно, ничего не находил. Понимая, что таким способом вряд ли решу проблему, я заглянул даже под холодильник, распластавшись на полу. В этой нелепой позе меня застала Торт, и только тогда, устыдившись, я взял себя в руки и временно прекратил «полевые исследования».

Раз в двадцатый посетив комнату отдыха, я почувствовал, что место становится мне привычным. Благодаря знакомой рутине казалось, что я просто работаю из дома, в который недавно переехал. Камеры, расставленные так, чтобы не привлекать лишнего внимания, теперь вообще меня не беспокоили. Ну, почти: если приходилось близко подходить к камере, я старался повернуться в профиль, чтобы запечатлевалась левая сторона лица – так я получался на фотографиях и видео лучше.

За час до окончания первого рабочего дня все выглядели заметно уставшими. Я пропустил обед, но не испытывал голода. Чтобы не тратить зря минуты, отведенные на комнату отдыха, я начал прогуливаться по коридору, поглядывая, не найдется ли чего-то интересного. Как оказалось, остальные, занятые поочередно работой и игрой, тоже не пообедали и ближе к концу трудового дня, конечно же, проголодались. Каждый из участников сделал заказ через доставку и поел в своей комнате. Пакеты с мусором были выставлены за двери, чтобы ассистенты могли их убрать, и я, ругая себя, заглянул в каждый.

«Знаю-знаю, это ужасно. Все, иду в свою комнату», – сказал я себе, роясь в последнем пакете у номера Бормотуна. Закончив, я выпрямился и вдруг услышал голоса в комнате отдыха. Кофейный Микс спорила с ассистентом.

– Ваши сто минут истекли, – по-видимому, не в первый раз повторял ассистент. – Покиньте, пожалуйста, комнату.

Кофейный Микс не соглашалась, и я мог бы поспорить, что она нарушает правило намеренно, рассчитывая получить купон на подсказку. Появились еще ассистенты и вывели ее в коридор.

– А что еще прикажете делать? – не унималась Кофейный Микс, пока ее вели к номеру. – Это единственное правило, которое нам известно!

Я ее понимал. Первое, что приходило на ум в связи с нарушением правил, было правило ста минут. Но раз Кофейный Микс ничего не выиграла, значит, подразумевалось под этим что-то другое. Похоже, этот день был безрезультатным для всех, и я подумал, что теперь будет разумно заподозрить в роли Крота первого, кто получит купон на подсказку. Рассуждал я так: видя беспомощность участников, съемочная группа просто обязана оживить игру, а сделать это удобнее всего через Крота.

Однако ответственная за съемки команда, включая продюсера, никак себя не проявляла. В других реалити-шоу, которые мне приходилось видеть, члены съемочной группы вовлекались в процесс: операторы с камерами ходили за участниками, отслеживая их действия, ассистенты в конце дня устраивали участникам интервью и так далее. Но у нас ничего этого не было. Большую часть дня я ударно проработал, стараясь закончить пораньше. Не шоу, а какой-то выездной рабочий тренинг!

На что рассчитывал продюсер? Ради чего потратил столько усилий? Я глубоко задумался, вспоминая все, что услышал от него, и пытаясь свести концы с концами.

Прошло какое-то время, и я вдруг с особой ясностью вспомнил речь Ли Ильквона перед самым началом игры. Когда Кофейный Микс допустила, что никто из нас не поймет, как получить подсказку, продюсер Ли ответил: «О, это вряд ли. Только не вы, уважаемые участники». Он определенно выделил это «вы». Почему? Видимо, по какой-то причине считал, что мы обязательно сможем получить купоны на подсказку. Что привело его к этому убеждению? Наверное, что-то из того, что все мы делаем одинаково хорошо, будь то осознанно или нет. Что же это? Подумав, я с неохотой признал, что все мы мастерски доставляем неудобства другим, ведь именно поэтому и оказались здесь.

Не стоило забывать, что Ли Ильквон прежде всего документалист и для него, как и для прочих собратьев по цеху, важнее всего предельная реалистичность. И тут меня осенило. Так вот почему продюсер не вмешивался в ход шоу! Раз ему хотелось запечатлеть не самые лучшие аспекты человеческого поведения, мы были

Я решительно направился в комнату отдыха. Мои часы показывали без трех минут шесть. В комнате никого не было. Резко открыв холодильник, я почувствовал вырвавшийся оттуда холод. Желтая коробка с тортом мозолила глаза.

За день в холодильнике появились и другие продукты: кто-то положил принесенное из дома, кто-то – остатки недавней трапезы. Но все эти соусы, напитки и прочее ютились внутри на дверце и по уголкам полок, тогда как главное место в небольшом холодильнике занимала коробка. Меня это злило. Сорвав предупреждающий стикер («Торт для Торт. Не трогать»), я безжалостно его смял и открыл коробку. Шоколадный торт внутри был на удивление крошечным для такой упаковки. Не больше моей ладони. Не тратя времени на поиски вилки, я взял пластиковый нож, лежавший в коробке, отхватил солидный кусок и засунул в рот.

Вообще-то я не люблю жирные шоколадные торты, но этот показался прямо-таки божественно вкусным, и так я понял, что все делаю правильно.

Глава 5

За две минуты от торта ничего не осталось. Очень уж хотелось убедить съемочную группу, наблюдавшую за мной через камеры, что нарушать правила я умею. Затем я просто вышел из комнаты отдыха, не потрудившись убрать со стола коробку, измазанную шоколадом. Пусть думают, что я понятия не имею о хороших манерах. Вспомнился случай из детства, когда я в одиночку расправился с коробкой дорогих шоколадных конфет, подаренной старшему брату на День влюбленных. Тогда я тоже оставил лишь пустую коробку и спрятался в своей комнате, испытывая нездоровое возбуждение от проделки.

Как я и надеялся, в номере меня ждал золотистый конверт с надписью «Купон на подсказку». Стало быть, от нас действительно ждали нарушения негласных правил комнаты отдыха. Вскрыв конверт дрожащими руками, я достал купон из плотной бумаги. На нем были изображены лед, кофейный микс, тамблер, торт и раскрытый рот, по-видимому, обозначавший Бормотуна. Под картинками была надпись:

Отметьте символ того, о ком вы хотите получить подсказку.

Для подсказки о самом себе нужны два купона.

И тут выяснилось, что желание получить два купона и разузнать, что наговорили обо мне коллеги из офиса, бесследно исчезло. Теперь я гордился своей проницательностью, позволившей мне получить купон на подсказку раньше всех остальных, и уже видел себя победителем. К тому же я рассудил, что кто-нибудь из участников получит подсказку обо мне и, возможно, я все узнаю во время просмотра шоу.

Подумав с минуту, я выбрал Тамблера. Обвел его символ кружком и положил купон в ящичек на двери. Не прошло и пяти минут, как в дверь слабо стукнули. Я быстро открыл и выглянул в коридор, но там уже никого не было. Опасаясь, как бы кто-нибудь из участников не заметил меня, я торопливо открыл ящичек. Конверт исчез, вместо него в ящичке находился какой-то продолговатый плоский предмет.

Оказалось, что это шоколадный батончик в золотистой обертке. Я осторожно прикрыл дверь, уселся за стол и рассмотрел подсказку со всех сторон. С обертки улыбалось нарисованное лицо – рот до ушей, видны передние зубы, желтые из-за цвета обертки. Простые линии, минимум деталей – так рисуют карикатуры. В рисунке угадывался Тамблер, и цвет зубов только подчеркивал это сходство. Рядом с лицом имелась надпись, набранная пляшущим шрифтом: «Шоколадный батончик с арахисом».

Еще более странно выглядела обратная сторона. Там не было штрихкода, зато присутствовал QR-код, а под ним крупными серебристыми буквами, которые сразу бросались в глаза, было напечатано предупреждение:

Не рекомендуется людям с аллергией на арахис и орехи.

Последняя часть фразы – «арахис и орехи» – располагалась на тонкой бесцветной полоске, которую, по-видимому, требовалось отклеить. Я поддел ее ногтем, потянул вверх и, когда снял, увидел совсем другой текст:

Не рекомендуется людям с аллергией на заурядный ум.

Неужели это и есть подсказка? Такого я не ожидал, но сразу подумал, что все логично. Секретность была одной из концепций шоу, мы не знали даже имен друг друга, а значит, и подсказки не могли быть прямыми и ясными.

И все-таки я не мог поверить, что это все. Просто общие слова, какая от них польза? Я разорвал обертку и принялся осторожно кусать батончик, рассчитывая найти свернутую записку внутри. Однако внутри был только арахис, причем довольно много.

Доедая шоколадку, я опять обратил внимание на QR-код на обертке. И только тогда вспомнил про смартфон, который мне, как и другим, выдали утром. Обругав себя за глупость, я открыл единственное приложение на экране смартфона. Конечно же, оно распознавало QR-коды. Обертка порвалась как раз по квадрату с поисковым узором, и я, как мог, соединил разрыв и поднес к экрану. К счастью, сработало – появилась ссылка на аудиозапись.

Стоило нажать воспроизведение, как из смартфона раздался громкий голос, и я, паникуя, убавил звук почти до минимума. Приложив смартфон к уху, я вслушивался в слова. По всей видимости, говорил человек, знавший Тамблера. Только голос его был так искажен, что я не мог с уверенностью сказать, мужчина это или женщина.

Вы спрашиваете про парня с коллекцией тамблеров? По-моему, он и сам как тамблер: снаружи весь такой стильный, как дорогой термостакан за семьдесят тысяч вон, а внутри ничего собой не представляет. Вы ведь знаете, что тамблеры вообще ничего не делают? Просто емкости. Конечно, нальешь в них горячей воды, и они какое-то время сохраняют тепло, но подогреть – и того не могут. Вот он точь-в-точь такой же. Вообще ничего особенного.

Свидетель неловко рассмеялся, а потом вдруг понизил голос:

Я больше скажу. Он даже не пустой тамблер, а тамблер с застоявшейся жидкостью. Бывает же, что забывают вымыть стакан, так и оставляют закрытым, а жидкость в нем преет, скисает. Вот и у него какой-то застой в голове – упрямый он, как осел, других никогда не слышит.

На этом запись закончилась. Я поежился – слушать, как один незнакомец сплетничает о другом почти незнакомом мне человеке, было странно до жути. Как отнесся бы Тамблер к этой характеристике? Изменится ли мое к нему отношение?

А главное… что могли сказать обо мне? Я представил, как искаженный голос описывает меня, и по спине поползли мурашки. Вдруг я и понятия не имею, как выгляжу со стороны?

Я стоял у окна, потирая живот, раздувшийся после шоколадного торта и батончика сверху. Внизу быстро проходили люди – закутанные в шарфы, с опущенными головами. Их вид напоминал о реальности и успокаивал. Настроение

Предаваясь приятным размышлениям о новых нарушениях правил и новых подсказках, я заснул, а утром открыл глаза еще до будильника. Настроение было прекрасным, я гордился своим преимуществом в игре. Хотя рабочий день еще не начался, я проверил электронную почту, и даже заковыристые запросы смежных отделов не раздражали. А десятки камер вокруг беспокоили не больше, чем пожарная сигнализация.

Быстро разделавшись с утренней порцией дел, я отправился в комнату отдыха, надеясь осмотреться раньше всех. Однако, хотя не прошло и двадцати минут от начала рабочего дня, я обнаружил там двоих участников. Тамблер, надев резиновые перчатки, мыл в раковине термостаканы, а Кофейный Микс задумчиво стояла перед ящичками с печеньем и сладостями.

Только я собрался пожелать им доброго утра, как Тамблер резко повернулся и сделал несколько шагов к женщине. С резиновых перчаток на пол капала вода.

– Прошу прощения за грубость, но сколько упаковок вы уже взяли? – вызывающе спросил он, указывая пальцем на ее оттопырившийся брючный карман.

Из кармана и правда торчал краешек упаковки печенья.

– А вам-то что? – вопросом на вопрос ответила Кофейный Микс, запихивая печенье поглубже.

– Осталась только одна упаковка, а это печенье любим и я, и Торт. Вы не должны все забирать, они не только для вас! – сердито сказал Тамблер.

Кофейный Микс раздраженно повысила голос:

– Когда печенье закончится, принесут еще. Вы же не думаете, что съемочная группа покупала его поштучно в магазине? Нет, это большая закупка по цене производителя. А теперь сами подумайте: в коробке сто штук, а мы со вчерашнего дня съели не больше десятка. Чем больше оставим, тем больше заберет кто-то другой.

Пока они спорили, я закрыл кран с горячей водой. Тамблер о нем забыл, и над раковиной уже клубился горячий пар. Штук десять термостаканов все еще ждали своей очереди.

– У вас что, какие-то проблемы? – не унимался Тамблер. – Кто в здравом уме в наше время набивает карманы едой про запас? Может, у вас детская травма, связанная с печеньем? Порасспросите своих родителей.

– Я сама прекрасно помню свое детство, – холодно ответила Кофейный Микс.

– Раз у вас такая хорошая память, поройтесь в ней, поищите причину. И сходите к врачу. Не думайте, что я со зла говорю – сам бы в таком случае обратился к психотерапевту. Я уж молчу о том, какой вред экологии наносит чрезмерное потребление. Если бы вы только знали, как оно сказывается на окружающей среде!

Тамблер вернулся к раковине, включил воду и принялся ополаскивать очередной стакан. Похоже, из него пили томатный смузи – широкое горлышко, в которое, казалось, без труда поместится кулак Тамблера, было покрыто засохшей томатной коркой.

– К вопросу о проблемах, – презрительно произнесла Кофейный Микс. – Боюсь представить, что творится в голове человека, готового ехать за термостаканом в Сиэтл. Да если бы о вас узнал Комитет по сокращению углеродного следа, то прибыл бы сюда вместе с белым медведем, чтобы тот влепил вам хорошую затрещину или две.

Она подняла руки и, как могла, изобразила рассерженного медведя, вставшего на задние лапы. Я наблюдал с тревогой, надеясь, что ей не придет в голову схватить банку с кукурузой или что-то потяжелее и запустить в затылок Тамблеру.

– Да вы понятия не имеете, сколько пользы я принес той поездкой! Я бы мог вам рассказать, да не хочу. А из последних добрых дел очень горжусь своим сотрудничеством с одной известной компанией. Мы вместе создали набор, в который входят термостакан и походная посуда. Я дам вам ссылку на интернет-магазин. Дороговато, конечно, но отменное качество. Такой набор прослужит лет тридцать. Представляете, сколько одноразовой посуды ушло бы за это время? Надеюсь, мы еще не раз поговорим об этом. А еще они продают безвредное моющее средство. Обязательно обратите внимание! Я подарю вам купон на скидку в двенадцать процентов… Ой, где она?

Не дожидаясь окончания его речи, Кофейный Микс покинула комнату отдыха.

Наблюдая, как она удаляется, я вдруг кое-что понял. Забирать себе сладости, предназначенные для всех, определенно против правил. Скоро Кофейный Микс получит подсказку и сразу же разберется, что к чему, если только не безнадежно глупа. Я рассчитывал упиваться своим превосходством по меньшей мере до завтрашнего дня, но все обернулось совсем по-другому.

– Лёд, вы ведь тоже не одобряете ее поведение? Может, стоило сделать вид, что я ничего не вижу? Конечно, так проще. Да и затевать ссоры я не люблю. Но это же шоу, а она даже перед камерой не держит себя в руках! Поэтому и подумал, что обязан поговорить с ней.

Вероятно, Тамблер неверно истолковал мою растерянность, вот и пустился в объяснения. Его простодушие граничило с тупостью. Мы здесь вовсе не для того, чтобы читать друг другу лекции о морали. Не забыл ли Тамблер про игру? Если только он не Крот, исполняющий свою роль так, что позавидовал бы профессиональный актер, то все еще ни о чем не догадывается.

И все-таки некоторое преимущество у меня оставалось. Кофейный Микс не могла знать, что у меня уже есть подсказка, зато я знал, что она получит свою. Вчера мы заключили союз, и я думал, что скоро она будет искать встречи. Пусть она даже не скажет, как получать подсказки, но, по крайней мере, как-нибудь намекнет.

Только я ошибался. Кофейный Микс и словом со мной не обмолвилась, хотя мы еще трижды виделись в комнате отдыха.

К концу дня я ее ненавидел. Ее молчание могло означать, что она Крот, но, чтобы узнать это наверняка, мне требовалась новая информация. Еще ни разу в жизни я не пытался добыть сведения о человеке, который мне неприятен. Иначе и быть не могло. Не любить кого-то – проще простого, а вот чтобы понять его, требуются усилия, которые не хочется прилагать. Нехитрая поначалу игра превращалась в нечто большее.

Глава 6

Стена моей спальни была внешней стеной здания, и когда снаружи усилился ветер, внутри стало холодно. Постепенно холод добрался и до кабинета. Напротив, в коридоре и особенно рядом с комнатой отдыха было тепло, и я то и дело прогуливался туда-сюда. А когда кто-то из участников заходил в комнату отдыха, следовал за ним.

– Забавно будет смотреть выпуски шоу, – услышал я голос Тамблера, когда в очередной раз приблизился к

Рядом с ним была Торт, и он говорил с ней на «ты». Заметив меня за дверью, Торт тихонько шикнула и приложила палец к губам. Тамблер обернулся, посмотрел на меня и нервно хмыкнул. Делая вид, что ничего не слышал, я приготовил тосты, но так пережарил их, что по краям они даже обуглились.

Безусловно, эти двое сблизились. А ведь прошел всего один день! Они так непринужденно болтали друг с другом, как будто были знакомы лет сто. Флирт и явная симпатия… Ясно, что они заодно. Что подумают зрители, я не знал, но лично мне было неловко за эту парочку.

Надежды мои не сбывались. По разным приметам я понял, что не только Кофейный Микс, но и другие участники получили подсказки не позже, чем ко второй половине дня. Самым верным признаком было то, что все успокоились. Я не исключал, что в обмен на информацию Кофейный Микс могла кому-то намекнуть, что следует делать, но, скорее всего, участники случайно (или закономерно, как считал продюсер) сами наткнулись на правильный ответ.

Пришлось изменить тактику. Я выждал, когда в коридоре и в комнате отдыха никого не было, и устремился туда, чтобы получить подсказки по заранее обдуманному плану. Прежде всего, я воспользовался драгоценным термостаканом из Сиэтла, чтобы напиться. Я предпочел бы просто наполнить его водой, но для верности пришлось пить, что я и сделал, изо всех сил стараясь не думать о желтых зубах Тамблера. Затем я достал форму для льда, высыпал все кубики с кока-колой и кофе в раковину и поставил форму обратно, не позаботившись заморозить лед для других.

Я уже собирался уйти, как в дверях возникла Кофейный Микс.

– Что вы здесь делали? – спросила она.

– Просто заглянул, есть ли кто.

Но я не учел, что Кофейный Микс могла стоять в коридоре и прислушиваться, а ведь лед так звонко сыпался в раковину. Действительно, она решительно направилась к холодильнику и заглянула в морозилку, приподнявшись на цыпочки.

– Вон оно что… – протянула Кофейный Микс, но я быстро задвинул за собой дверь.

Она все еще говорила, но я уже не разбирал слов. Вероятно поняв, что мне тоже известен способ получения подсказок, Кофейный Микс негодовала из-за моего молчания, хотя и сама не собиралась меня просвещать. Словом, мы были квиты.

В номере меня уже ждали два конверта. Я вынул первый купон и без промедлений отметил изображение кофейного микса.

На этот раз в почтовом ящичке оказался не шоколадный батончик, как вчера, а упакованный в коробочку складной нож-мультитул.

Предупреждение на обратной стороне упаковки гласило:

Хранить в недоступном для детей месте.

Как и раньше, часть надписи располагалась на пленке. Сняв ее, я прочел:

Хранить в недоступном для воров месте.

Нетрудно было предположить, что Кофейный Микс присваивала не только снеки, выложенные для всех в комнате отдыха.

Удивительно, но в аудиозаписи, доступ к которой я уже привычно получил через QR-код, несколько коллег высказались о ее возможной психологической проблеме, как сделал Тамблер утром в комнате отдыха. Все они допускали, что Кофейный Микс была чем-то травмирована в детстве, поэтому и присваивает общие продукты. В их голосах не слышалось сочувствия – лишь едва скрываемое любопытство и желание посплетничать.

Этого мне показалось мало, и второй купон я тоже потратил на нее. В почтовом ящичке появился точно такой же нож, но предупреждение было другим.

Не пораньтесь. Очень острый нож.

А отклеив пленку, я прочел:

Не пораньтесь. Очень острый мозг.

Запись же содержала рассказ коллеги о том, как он (или она) из добрых побуждений посоветовал обратиться к врачу, но получил совершенно хамский ответ. И вновь вспомнились Тамблер и утренняя сцена в комнате отдыха. Все это я видел собственными глазами. Истратив целых две подсказки, я не узнал ровным счетом ничего нового, разве что убедился в своей наблюдательности.

Из-за подозрительного совпадения я засомневался в реальности предоставленных подсказок. Где доказательство, что запись сделана в офисе Кофейный Микс, а не прямо здесь, на съемочной площадке? Я прокрутил ее множество раз, вслушиваясь в искаженные голоса и стараясь уловить знакомые интонации участников съемочной группы, но так и не пришел ни к какому выводу.

Наступила среда, и я понял, что застрял. Как еще использовать предметы в комнате отдыха к своей пользе? Не возникало ни одной свежей идеи. Казалось, остальные участники шоу тоже зашли в тупик. Как еще доставить всем неудобство? Я нуждался в творческом вдохновении, оригинальном замысле нового уровня.

Старые приемы не срабатывали. В этом я убедился, съев половину сэндвича, оставленного Бормотуном, и не получив за это подсказки, – вероятно, потому что уже нарушил правило не брать чужие продукты, когда расправился с тортом. Не сработало и подражание – подсмотрев, как Кофейный Микс крошит печенье на пол, я нарочно пролил сок рядом с раковиной, но опять остался без подсказки.

Однако не зря говорят, что вчерашний враг может стать другом завтра. Я вспомнил ненавистных коллег А. и Б., и ко мне наконец-то пришло вдохновение. Сначала я открыл коробочку с рисом в густой подливе со свининой и тофу и разогревал до тех пор, пока подлива не забрызгала всю микроволновку. Увы, тщетно – наверное, грязь на полу и грязь на кухонной технике относились к одной категории нарушений. Но потом я заказалчхонгукчан[5] и тоже его разогрел. Когда вся комната отдыха пропиталась специфическим запахом, который мало кто назовет аппетитным, я получил подсказку.

Приятно было воображать, как А., если он будет смотреть это шоу, вдруг узнает себя. Я был просто в восторге. А еще я решил повременить с использованием подсказки. Лучше неторопливо понаблюдать и все хорошенько обдумать.

Во второй половине дня из колонок неожиданно прозвучало предупреждение от съемочной группы:

Оскорбления и агрессивное поведение строго запрещены!

Кажется, в комнате отдыха произошло что-то чрезвычайное.

Отправившись туда, я увидел, что кто-то оставил дверцу холодильника открытой, а другой, не желавший ему уступать, вообще отключил холодильник от сети. Миндальное мороженое с карамелью, которое я намеревался съесть после работы, растаяло и превратилось в кашу. Меня передернуло.

Утром в четверг общее безумие достигло апогея. Кофейный Микс распустила длинные волосы и принялась мыть их в общей раковине. Волосы забили сток, вода полилась на пол, и Бормотун, придя в ужас, где-то раздобыл швабру и начал наспех вытирать пол.

– Господи, дай мне сил, – промямлил он, подняв голову вверх и крепко

Я хотел выпить чаю и ждал, когда закипит вода. Но стоило этому произойти, как в комнату отдыха вошла Торт и перехватила чайник.

– Прошу прощения, – лицемерно извинилась она, наливая кипяток в стакан срамёном[6]. – Кажется, вы были первым.

Вместе с ней заявился и Тамблер. Словно участник группы поддержки, он услужливо протянул ей палочки для еды и громко шепнул: «Так держать».

Обменивались ли они информацией из подсказок? Или Торт просто использовала Тамблера в своих целях? Казалось, Тамблер полностью предан ей и верит каждому ее слову. При желании Торт легко могла обвести его вокруг пальца.

Так все и продолжалось. Каждый вел собственную игру. Когда мы опять собрались вместе, Кофейный Микс, евшая печенье, случайно рыгнула, и я понял, что Тамблер счел это способом получить подсказку. По его поведению стало понятно, что он собирается пустить газы.

Я не намеревался это терпеть, а потому сказал:

– Когда человек рыгает или портит воздух, он, конечно, создает неудобство другим, но это обычные физиологические реакции, так что подсказку вы не получите.

К чести Тамблера, он тут же остановился и даже поблагодарил меня.

Мы не спускали глаз друг с друга и во второй половине дня, не сговариваясь, собрались у комнаты отдыха. Похоже, никто не хотел, засев в номере, пропустить что-то важное. И, раз уж так получилось, мы решили устроить совместный поздний обед в коридоре перед комнатой отдыха. Из меню соседнего ресторанчика Бормотун и Тамблер выбрали холодную лапшунэнмён[7], которую некоторые едят только зимой, а я, Торт и Кофейный Микс решили взять горячую лапшукхальгуксу[8]. Дополнили все это большим блюдом жареных пельменей с острым овощным салатом. Мне доверили сделать заказ, и я попросил добавить двойную порцию маринованной редьки и отдельно упаковать бульон и лапшу.

Когда еду привезли, участники были приятно удивлены.

– Все упаковано, как я люблю! Как вы узнали? – спросил явно обрадованный Тамблер.

Мы сидели на корточках и разворачивали еду. Мне показалось, что Торт с кем-то переглянулась, но я не поднял головы, понадеявшись, что ошибаюсь.

– Лёд, вам нравится наблюдать за другими? – вдруг спросила она. И добавила, прежде чем я успел ответить: – Надеюсь, вы не переусердствуете.

Она окинула всех собравшихся хитроватым взглядом, будто не сомневалась во всеобщем одобрении, и я вспомнил одну бесившую меня одноклассницу, которая вечно требовала ото всех согласия с ее мнением.

Тамблер с Бормотуном сошлись в том, что холодная лапша зимой вкуснее всего, и между ними, казалось, возникло взаимопонимание. Однако продлилось оно недолго. Закончив разрезать длинную лапшу, чтобы удобнее было есть, Бормотун не передал ножницы[9] Тамблеру, а вскочил и скрылся в комнате отдыха, где тщательно вымыл их и оставил сушиться. Когда он вернулся, Тамблер встретил его ледяным взглядом и, вместо того чтобы самому сходить за ножницами, начал есть, перекусывая лапшу, из-за чего широко открывал рот, больше обычного показывая пожелтевшие зубы.

Кофейный Микс развернула общее блюдо с жареными пельменями и, пока Торт перемешивала прилагавшийся к ним овощной салат с острым соусом, переложила себе на тарелку сразу четыре штуки. А потом, съедая одну вместе с салатом, тут же тянулась к общему блюду, чтобы запас на тарелке не иссякал. Я подумал, что она похожа на оголодавшую зимой белку, которой горький опыт подсказывает впредь откладывать побольше орехов. Надо ли говорить, как жалко это выглядело со стороны?

Когда все поели и разошлись, я заглянул в комнату отдыха и столкнулся с Торт. Оказаться с ней наедине было неловко. Я рассчитывал, что она уйдет первой, и без особой спешки стал готовить себе фильтр-кофе. Его аромат быстро вытеснил запах только что съеденной еды. Торт, вертевшая в руках то баночку с белым чаем, то баночку с чаем из хризантем, вдруг открыла шкафчик с посудой и протянула мне кофейную чашку.

– Поделитесь? – спросила она.

Я недоумевал. Разве она не видит, какую крошечную порцию я готовлю – как такой поделиться? А брать новый фильтр и готовить еще одну чашку попросту неразумно, ведь каждая минута на вес золота.

– Простите, но я не рассчитывал на двоих… – как можно вежливее ответил я.

– Забавно. Очень забавно, Лёд, – весело сказала она и залилась смехом, прикрывая ладонью рот.

Вот только глаза ее не смеялись, и лицо с густыми бровями и невидимым за ладонью ртом показалось мне демонической маской.

– Не понимаю… Что забавного?

– Я не имею в виду ничего конкретного. Просто ситуация в целом.

Все это было странно, и я подумал: нет ли в ее словах скрытого смысла? Поделиться с ней… Может быть, Торт намекает на возможность союза?

– Вы предлагаете обменяться подсказками? – прямо спросил я.

– Нет, – быстро ответила Торт.

Вернувшись в комнату, я взял купон на подсказку, полученный за разогретыйчхонгукчан, и отметил изображение торта. В ящичек вскоре доставили обычную сладкую булочку с крошкой в прозрачной упаковке, на которой было нарисовано женское лицо. Отклеив ленточку с предупреждения: «У этого продукта без консервантов короткий срок годности», я прочел:

У отношений, построенных на лжи, короткий срок годности.

Запись, к которой я получил доступ через QR-код, удивила меня с первых же секунд – очень уж спокойно говорил неизвестный свидетель. Впрочем, сообщение не содержало каких-либо подробностей.

…Она часто говорит непонятные вещи. Не знаю, зачем она это делает. Но ей точно нравится быть в центре внимания, так что, возможно, разгадка в этом. Не раз бывало, что она откровенно врала, лишь бы произвести впечатление…

Подсказка пришлась очень кстати. Почти все мои подозрения рассеялись. Скорее всего, Торт не была Кротом.

Рамён – лапша быстрого приготовления.

Чхонгукчан – густая похлебка из забродившей массы соевых бобов. Обладает сильным характерным запахом (иностранцы сравнивают его с запахом разложения), который не ощущается только во время еды.

Кхальгуксу – пшеничная лапша в бульоне.

Нэнмён – гречишная лапша в холодном бульоне, популярное летнее блюдо.

Длинную лапшу, большие куски мяса и т. п. в Корее принято разрезать кухонными ножницами.

Глава 7

В пять часов я снова отправился в комнату отдыха. Бормотун чистил раковину. Он только что вымыл пластиковую посуду, оставшуюся после нашего совместного обеда, и аккуратно выставил у раковины. Я подошел, собираясь вытереть тарелки.

– Я уже вытер, – негромко проговорил Бормотун.

Я смущенно отступил назад и спросил:

– Много подсказок собрали?

– Вы заметили, что ручка холодильника всегда липкая? Никто ее не протирает. – Говоря со мной, Бормотун смотрел на холодильник.

– Мы с вами почти не встречались в комнате отдыха, –

– Я знаю, почему так, – продолжал Бормотун, все еще глядя на холодильник.

Странно, но ни его бормотание, ни глухота к заданным вопросам не раздражали. Напротив, рядом с Бормотуном было хорошо и спокойно.

Все еще держа в руках полотенце, он что-то буркнул под нос и продолжил уборку.

Я наблюдал, как ловко он работает, не забывая даже про самые дальние уголки. И тут в комнату отдыха вошла Кофейный Микс. Мгновенно оценив ситуацию, она кивнула, выбрала сразу пять пакетиков с кофейными миксами и в один прием обрезала кончики ножницами. Затем высыпала все в бумажный стаканчик, налила горячей воды из кулера и помешала.

Сделав большой глоток, она смяла стаканчик, в котором на дне еще оставались жидкость и нерастворившийся кофе, и бросила его в мусорное ведро. Кофейный осадок брызнул во все стороны, но Кофейный Микс даже не обратила на это внимания. Дернув дверцу холодильника, она заглянула внутрь в поисках чего-нибудь вкусненького.

– Все липкое… – бормотал Бормотун. – Если так оставить, кофе будет липнуть… Даже ручка…

Он энергично протер ручку открытого холодильника и брызги возле мусорного ведра. Затем буркнул, что нужна новая тряпка, и вышел.

– Никто не просил его наводить порядок, – проворчала Кофейный Микс, как только мы остались вдвоем.

Она достала из холодильника оставшиеся после обеда пельмени с овощным салатом, кухонными щипцами выложила несколько штук на тарелку и пристроила щипцы поверх только что вымытых пластиковых мисок. Соус от овощного салата с щипцов потек на чистую посуду и закапал на пол. Щипцы заскользили по пластику и упали с грохотом. Тогда я повернулся к ней спиной и, выходя из комнаты отдыха, выключил свет.

– Эй! Я все еще здесь! – взвизгнула Кофейный Микс.

– Извините. Привык, уходя, выключать свет.

Только после этих слов я щелкнул выключателем. Потом отправился к себе. Проделка доставила мне удовольствие – когда бы еще пришлось увидеть глупое недоумение на лице этой несносной женщины? В номере я обнаружил купон на подсказку. И когда понял, что выключить свет в общей комнате, пока там кто-нибудь находится, – это нарушение правил, пришел в восторг.

Подумав минут десять, я выбрал символ Бормотуна и вскоре вынул из ящичка на двери маленький игрушечный экскаватор. Как обычно, на коробке нашлись предупреждение и QR-код.

Неосторожное обращение может привести к поломке.

Я снял пленку.

Неосторожные слова и поступки могут привести к ссоре.

Это совершенно не впечатляло. По-моему, то же самое можно было написать и про Кофейный Микс.

Я включил запись. Свидетельство давал кто-то разговорчивый, утверждавший, что из-за Бормотуна вечно портится настроение.

…Все знают, что он со странностями, и не думают, что он нарочно хочет позлить. Он просто слишком сосредоточен на работе и не умеет общаться. Таких людей много, согласитесь. Вот почему его привычка сначала не имела для меня большого значения. Но со временем мне становится все хуже в его присутствии, давит непонятное чувство вины. Он стал действовать мне на нервы. Это надо испытать на себе, словами объяснить трудно…

Вечером я рухнул в кровать, даже не умывшись на ночь. Все эти подсказки… Как поверить, что они правдивы и указывают на конкретного человека? Но в любом случае дело сделано, и я не должен показывать, что слышал подсказку. Только хорошо ли это? Что будет дальше с Бормотуном? Почему он остался, не ушел в первый же день? Что хочет получить от игры? Его будущее отчего-то меня беспокоило.

Мысли постепенно путались, и я почти заснул, как вдруг из колонок раздалось сообщение:

Закончен подсчет за четверг. Больше всего подсказок пока что собрал Бормотун.

Я подскочил как ошпаренный.Глава 8

После такого не было шансов спокойно заснуть. Поднявшись с кровати, я начал расхаживать по номеру, погруженный в мысли.

Мои наблюдения говорили, что все участники оказались в шоу не без причины. Трудно поверить, что кто-то из них просто играет роль. И все же в ком-то я ошибался. Взять хотя бы Бормотуна. Как он смог получить больше всего подсказок? Мне-то казалось, что он вообще не думает об игре! Теперь стало ясно, что это не так. Я перебирал в памяти наши встречи. Если мы и сталкивались, Бормотун уходил почти сразу, потому что всякий раз бывал чем-то занят. Означает ли это, что в пустой комнате он делал нечто, чтобы получить подсказки, и спешил скрыться, когда приходил кто-то еще?

Это не укладывалось в голове. Я с первого дня бродил по коридору, подглядывая за остальными, и ни разу не видел в поведении Бормотуна чего-либо подозрительного. Ни разу он не был захвачен врасплох. Чтобы так меня надуть, ему пришлось бы ходить в комнату отдыха ночью…

Я бросился к столу и схватил руководство к игре. Но ведь здесь и не сказано, что в комнату отдыха нельзя заходить ночью! Напротив, написано «разрешается заходить в любое время», только я почему-то решил, что это любое время в течение рабочего дня! А ведь фраза могла толковаться двояко. Знают ли об этом другие? И если да, то как давно?

Если мои расчеты были верны, у меня оставалось еще двенадцать минут из ста. После того как я подшутил над любительницей присвоить чужое и получил подсказку, мне не хотелось возвращаться в комнату отдыха, а потом и рабочий день кончился. Не в первый раз озарение приходило ко мне поздним вечером. Я разволновался совсем как в тот раз, когда научился нарушать правила.

Переодевшись, чтобы при ходьбе ничего не шуршало, я прижался ухом к двери, ловя ночные звуки. Затем приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Там было темно, как в пещере. Должно быть, участники спали – из-под входных дверей не пробивался электрический свет. Пригнувшись и ощупав пол носком правой ноги, я медленно двинулся к комнате отдыха. Вспомнилась жуткая компьютерная игра, в которую я играл в детстве: ночью накануне Белого дня[10] персонаж проникал в школу, чтобы оставить конфеты для девочки, и в длинных темных коридорах его преследовал зловещий охранник[11].

Страх охватил меня, как тогда в детстве, сердце отчаянно застучало. Почувствовав затылком приближение несуществующего охранника, я рванул к комнате отдыха и остановился лишь у самой двери. Конечно, в комнате было темно, но я не стал включать свет, опасаясь, что кто-нибудь заметит его из коридора. Я никак не мог успокоиться. Бродить ночью там, где днем собирались люди, оказалось не самым приятным опытом.

Холодильник гудел слишком громко. Казалось, что ночь поглотила не только свет, но и все звуки,

До моего обострившегося слуха донеслись слабые звуки из коридора: там открылась дверь. Нет, две двери, практически одновременно! К комнате отдыха шли два человека.

Я метнулся обратно к раковине и попытался влезть в шкафчик. К счастью, там было достаточно места. Бесшумно сдвинув мелкие предметы в сторону, я уселся, прижав ноги к груди. Я молился, чтобы шкафчик не оказался дешевым реквизитом съемочной группы, у которого днище держится на честном слове. Стоило мне прикрыть дверцу, как в комнату отдыха, перешептываясь, вошли двое и встали прямо у раковины. Я узнал голоса Тамблера и его подружки.

– Ты не представляешь, скольких усилий мне стоило ожидание. У меня к тебе куча вопросов, – ласково, но немного обиженно произнес Тамблер.

– И о чем ты хотел спросить?

– Ты и так знаешь. Зачем делаешь вид, что не понимаешь меня?

– Но я уже все рассказала. Хотел поделиться подсказкой, только я не стала его слушать. Понятно же, что он пытается приударить за мной, обычный мужской трюк. Я на такое не поддаюсь, – кокетливо ответила Торт.

Она явно внушала Тамблеру, что ею интересуется другой мужчина. Стоп… «Другой мужчина» – это или я, или Бормотун. Но я был готов спорить на что угодно – Бормотун не стал бы флиртовать с Торт.

– Так я и знал! Я и сам замечал, как Лёд пожирает тебя глазами!

Выходит, Тамблер тоже исключил Бормотуна.

– Почему же ты ему отказала? – продолжал он.

– Подумала, что бесплатный сыр только в мышеловке.

– Вот именно, – с облегчением подтвердил Тамблер, но тут же спохватился: – Только я помогаю тебе безвозмездно.

Тамблер прислонился к раковине, касаясь дверцы, которую я придерживал изнутри. Я почти перестал дышать, сердце колотилось так сильно, что удары отдавались даже в прижатых к груди коленях. Почему я раньше не додумался, что они устраивают ночные свидания? Ведь уже на второй день они вели себя как любовники! Как долго они намерены здесь пробыть?! У меня оставалось меньше десяти минут!

Сквозь щель я видел их ноги. Казалось, какое-то четвероногое существо возится около раковины. Верхнюю часть этого «существа» я старался не представлять.

Слегка задыхаясь, Тамблер вдруг спросил:

– Так за кого… ты теперь проголосуешь?

А вот это было уже интересно. Я весь обратился в слух.

– Не передумала? – продолжал он.

– Нет, он не Крот. Просто неприятный тип.

– Да, ты права. Такое не сыграешь. По-моему, он даже не понимает, что на всех нагоняет жуть. И никогда не поймет.

Я решил, что речь о Бормотуне, и внутренне возмутился.

Однако ответ прозвучал как пощечина:

– Я тоже так думаю. Лёд и понятия не имеет, как действует на людей.

Какое-то время я ровным счетом ничего не соображал, тупо наблюдая, как ноги Тамблера удаляются от раковины. Кажется, он хотел включить электрический чайник. Однако, не дойдя до него, Тамблер остановился и повернулся к женщине.

– Ну, раз ты уверена, мне сказать больше нечего. Как насчет чая перед сном?

– С удовольствием, – томно ответила Торт.

У меня оставалось минуты три, и я представил, как в комнату отдыха врывается съемочная группа и вытаскивает меня из-под раковины. Вот это будет картина! Я так живо все это вообразил, что даже задумался, как лучше предстать перед парочкой: одарить их осуждающим взглядом или посмеяться, обращая все в шутку. Тем временем ноги начало покалывать – еще немного и совсем затекут. Я послюнявил палец, приложил его к носу[12] и взмолился, чтобы эти двое прекратили любезничать и разошлись по своим номерам.

– Последний раз мы вот так встречаемся ночью… – проворковала Торт.

– Продолжим, когда выберемся отсюда. Нам еще о стольком надо поговорить… Ого, мне пора возвращаться, время почти вышло. Значит, договорились, ответим одинаково?

– Конечно. Надеюсь, только мы разделим денежный приз.

Послышался тихий стук опущенных в раковину чашек, а через секунду отодвинули и снова задвинули входную дверь. Для пущей уверенности я подождал еще, а затем вывалился из шкафчика, растирая онемевшие ноги. Поднявшись, я тут же потерял равновесие и схватился за открытую дверцу. Что-то хрустнуло, и дверца перекосилась. Я постарался приладить ее на место, как смог, потом вышел наконец из комнаты отдыха и как можно тише прокрался в номер.

На столе лежали два новых купона на подсказку. Это было уже слишком. И так имелось, о чем подумать, а теперь еще ломать голову, почему они появились.

Впрочем, я быстро справился. Наверное, я был первым, кто спрятался и подслушал чужой разговор. Этим объяснялся первый купон. А еще – сломанная дверца. Я не стал размышлять, вознагражден ли я за сам акт вандализма или за то, что приставил дверцу обратно, чтобы никто не заметил. В любом случае два купона многое для меня значили. Слова ночных голубков жгли меня каленым железом. Неприятный тип? Нагоняю жуть? Никогда не пойму? Я вскрыл конверты, на обоих купонах обвел изображение льда и сунул их в ящичек на двери.

Появившийся вскоре предмет был тяжелее и больше всех предыдущих. Мне показалось, что это зеркало с выпуклой обратной стороной, но только в номере я разглядел его как следует. Это действительно было зеркало – автомобильное зеркало бокового обзора. Разглядывая свое отражение, я увидел предупреждение прямо на зеркальной поверхности.

Объекты в зеркале ближе, чем кажется.

Я с трудом подцепил и снял пленку. Текст изменился.

Наблюдающий за вами ближе, чем кажется.

В зеркале отражалось мое встревоженное, почти испуганное лицо. Вокруг было оглушающе тихо, и я вдруг представил, что вот сейчас в зеркале отразится кто-то еще. Мороз пробежал по коже, и, когда я взял телефон, чтобы отсканировать QR-код, моя рука дрогнула.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я нажал кнопку воспроизведения. И чуть не раскрыл от удивления рот, как только свидетель заговорил. Как и прежде, голос был искажен, но я тут же понял, кто говорит. Мне казалось, что свидетелей опознать невозможно, но выходило, что никакие фильтры не скрывают до конца уникальные характеристики голоса знакомого тебе человека.

Запись начиналась с вопроса члена съемочной группы:

С этого момента я буду называть его Лёд. Вы упомянули о какой-то неприятности, связанной с ним. Можете рассказать подробнее?

Я люблю кока-колу. На работе пью только ее. Мой день начинается с того,

Она вздохнула и продолжила:

Думаете, это все? У нас в офисе недавно полюбили холодный дольче латте. Многие его пьют – говорят, хорошо для пищеварения. И знаете, что? Он стал замораживать лед из кофе! Признаться, я почувствовала облегчение – теперь-то все меня понимают. На него стали косо смотреть и даже побаиваться…

Вот, значит, как они воспринимали мою доброту… Да всем же не нравится, что напитки становятся пресными, когда тает лед! Еще в детстве старший брат научил меня делать вкусный лед, и я просто хотел помочь другим – в конце концов, не у всех же есть старшие братья. Ну да, пришлось покопаться в мусоре. Но я хотел, чтобы лед был для всех приятным сюрпризом, поэтому и не расспрашивал, кто что пьет.

Кстати, если кока-колу заморозить проще простого, то с кофейными кубиками для дольче латте приходилось повозиться. Сначала я дожидался, когда кофе подмерзнет, а затем наливал в серединку сгущенное молоко. Небыстрый, между прочим, процесс, требующий определенных усилий. Я оказывал им большую услугу и даже не ждал ничего взамен!

По той же самой причине я запоминал, что находится в мешках с мусором, которые оставляли участники программы. На всякий случай. И ведь пригодилось! Разве не были они приятно удивлены, когда я заказал еду, попросив упаковать ее так, как им нравится? Что же получается – зря копался в отходах?

И тут я вспомнил, как, изучив объедки у двери Торт (в тарелке из-подчачжанмёна[13] остался нетронутый зеленый горошек), я едва успел встать на ноги, когда сама Торт вышла из номера и, увидев меня, вдруг с улыбкой спросила: «Хорошо потрудились?» Я тогда не придал этому значения, решив, что она имеет в виду настоящую работу, но ведь уже тогда понял, что улыбка была неискренней…

Перевалило за полночь. Уличные фонари погасли, за окном стало черным-черно. В оконном стекле отразилось мое бесстрастное лицо. Почему я так быстро пришел в себя? Может, шок, только что испытанный в комнате отдыха, смягчил следующий удар? Слова о том, что я никогда не смогу понять, что на всех нагоняю жуть, по-прежнему меня беспокоили, но я решил больше об этом не думать и переключился на другое.

Почему Торт так нагло врала? Разве она забыла, что впереди эфир? Я всего лишь спросил, не предлагает ли она обменяться подсказками, что, кстати, было вызвано ее поведением. А Тамблеру она расписала все так, будто я положил на нее глаз и готов снабжать подсказками. Допустим, она просто хотела, чтобы Тамблер приревновал, но ведь лучше использовать для этой цели кого-нибудь постороннего, а не участника программы – так не вскроется ложь. Ей стоило подумать, как на нее будут смотреть после эфира. Вот такие-то люди и нагоняют жуть, а вовсе не я!

«Народное средство» от спазма мышц. Не имеет медицинского подтверждения.

Чачжанмён – лапша в соусе из черных бобов.

Белый день отмечается 14 марта. Те, кто получил подарки в День святого Валентина (14 февраля), в Белый день дарят ответные подарки.

Здесь идет речь об игре с одноименным названием в жанре «survival horror».

Глава 9

До рассвета я не сомкнул глаз. Очень хотелось поговорить с Бормотуном. Не потому, что я считал его Кротом, – вовсе нет. Как нелепо ни прозвучит, но я чувствовал душевное родство между нами, и меня тянуло его увидеть. Теперь я не сомневался: мы редко встречались в комнате отдыха потому, что Бормотун сразу правильно понял руководство к игре и ходил туда после работы. Я почему-то решил, что рано утром он тоже туда зайдет, и уже в шесть часов отправился его караулить.

Погуляв по коридору туда-сюда, я зашел в комнату отдыха. В тусклом утреннем свете она казалась совсем другой. Мусор не убран, посуда не расставлена по местам, чашки ночных голубков все еще стоят в раковине, на которой видны чайные потеки от пакетиков с ройбушем. Только шкафчик, в котором я прятался, выглядел совершенно нормальным, но стоило мне тронуть дверцу, как петли печально скрипнули. Заглянув внутрь и обнаружив раскиданные ночью бутыли с чистящими средствами, я принялся аккуратно их расставлять и тут же почувствовал, что в комнату кто-то вошел. Было без десяти семь. Судя по свежему виду, Бормотун хорошо выспался.

– Доброе утро, а я вас ждал… – Я вдруг запнулся, не зная, как лучше продолжить. – Хотел кое-что обсудить, вот и пришел пораньше.

Мысли путались, контролировать свою речь удавалось с трудом. Я с силой потер опухшие после бессонной ночи глаза.

– Должно быть, получили подсказку о самом себе? – спросил Бормотун, и я застыл, пораженный. – Напрасно вы ее попросили. Извините, но мне надо работать.

Приподнявшись на носках, он дотянулся до крошечного замка на шкафчике над раковиной и открыл его ключом, вынутым из кармана. А я и не замечал, что верхний шкафчик закрыт. Медный замок казался таким же, как на ящичках в коридоре.

– Почему вы заперли этот шкафчик?

– Больше некуда сложить вещи.

Он вынул оттуда хозяйственные перчатки, мягкие салфетки и

– Давайте помогу, – предложил я, когда Бормотун вернулся.

Бормотун молча указал на вторую пару перчаток в открытом шкафчике.

Моя раковину, он вдруг тихо проговорил:

– Плохо узнавать о себе такое во время съемок. С другой стороны, когда еще будет шанс. В обычной жизни никто не скажет в глаза…

– Я и не подозревал! А вы… вы догадывались, что о вас думают? До того, как пришли сюда? – осторожно поинтересовался я, не желая его обидеть.

– Да как вам сказать… Не так давно я понял, что некоторые просто знают, понравятся или нет их поступки другим, – загадочно ответил Бормотун.

Он отжал губку, сполоснул руки, вытер их полотенцем и выпрямился, явно довольный своей работой.

Набравшись храбрости, я спросил:

– Вы для этого здесь убираетесь? Это ваш способ понравиться людям?

– Думаете, это могло бы сработать? – удивленно переспросил он. – Когда находишься в большом минусе, маленький плюс ничего не меняет.

Я плохо помню, о чем мы говорили потом, хотя разговор продолжался. В голове крутилось одно и то же: «Бормотун – придуманный персонаж. Бормотун – подсадная утка». Притворяясь, что внимательно слушаю, я перебирал в памяти его взаимодействия с остальными участниками. Он всегда вел себя до того обыденно, что это казалось неестественным. Лишь подогнав все факты под теорию о Кроте, я наконец успокоился.

Еще недавно мне было важно осознавать, что Бормотун страннее меня, но теперь я искренне радовался, что мыслит он трезво, а стало быть, абсолютно нормален. Это помогало мне думать, что и со мной все в порядке, а те, кто считал меня чокнутым, сами не вполне адекватны. В зависимости от окружения я мог быть и белым, и черным, как фишка в «Реверси»[14].

Закончив уборку, Бормотун просунул руку между холодильником и стеной и вытащил какой-то листок. Это было расписание уборки в комнате отдыха, которое в первый день прикрепили магнитом к дверце холодильника. После того как расписание изучил Тамблер, я больше не видел листок и совсем о нем позабыл. Выходило, что Бормотун переместил его на боковую стенку холодильника.

Из кармашка на фартуке Бормотун вынул шариковую ручку и принялся черкать на листке. Я мельком взглянул на листок и почувствовал тревогу. Расписание почти полностью заполняли крестики в форме буквы «Х».

Бормотун безжалостно ставил крестики напротив имен участников и только в своих ячейках рисовал кружок (наверное, мне показалось, но ручка, выводившая крестик, как будто давила на бумагу сильнее). Он не предлагал другим присоединиться к уборке, а просто отмечал их неучастие. Но разве не стоило сначала напомнить им о расписании? И не лучше ли оставить чужие клеточки просто пустыми? Однако интуитивно я понимал, что спрашивать его бесполезно.

Бормотун словно почувствовал, что я хочу что-то сказать, прекратил черкать и произнес с улыбкой:

– Чуть не ошибся.

И исправил на кружочки уже проставленные напротив моего имени крестики в нескольких клеточках, обозначавших виды уборки. Я вдруг подумал, что, должно быть, из-за таких мелочей, когда Бормотун не думал о чувствах других людей, его и отвергал коллектив. Вот только он вовсе не притворялся.

И все же вечером, когда пришло время указать на Крота, я вписал в карточку Бормотуна. Других версий у меня просто не было. Я отчаянно желал, чтобы хоть один участник выбрал Кротом меня. Это было бы знаком, что меня считают нормальным, несмотря на мои привычки.

Реверси – популярная настольная стратегическая игра для двоих. В игре используются фишки, окрашенные в контрастные цвета (черный-белый).

Глава 10

Скажу сразу: Кротом оказалась Торт. Правильно ответили Тамблер и Кофейный Микс. Я так и не понял, почему Тамблер указал на нее, хотя они договорились дать одинаковый ответ, но съемки закончились, и это уже не имело значения.

Через два месяца после окончания съемок игровое реалити-шоу «Комната отдыха» начало выходить в эфир каждую пятницу ровно в десять вечера. Видеть себя на экране было неловко и порой даже стыдно, но в остальном просмотр доставлял мне массу удовольствия. Поистине невероятный опыт: пережить одни и те же события как участник и как наблюдатель со стороны. Я как никогда ясно понял справедливость известного мне суждения: находясь в центре событий, трудно увидеть общую картину. А еще меня впечатлил монтаж – я и не думал, что все будет смонтировано так умело и с юмором.

В шоу добавили неожиданные вставки. Например, показали интервью с родителями Кофейный Микс. Они оказались прекрасными людьми – всегда поддерживали дочь, особенно в трудный период взросления. По их словам, легкое расстройство накопительства выявилось у нее еще в начальной школе, но никто не знал, чем оно объясняется – в детстве девочки не было ничего такого, что могло бы ее травмировать. За интервью последовало видео, в котором перемежались сцены накопительства Кофейный Микс и сцены, где окружающие высказывались о ее «симптомах» и пытались поставить «диагноз». Критики выглядели страшно серьезными и озабоченными, так и сыпали специальными терминами, а Кофейный Микс в своих сценах, перебирая пакетики с кофе или печеньем, напротив, казалась беззаботной и светилась от радости. Вместе это создавало невероятно комичный эффект.

Был и еще очень смешной фрагмент. Тамблер, в первый день съемок заявивший в комнате отдыха, будто по лицу Торт понятно, что она не умеет лгать, позже в номере прошипел прямо в камеру: «По лицу понятно, что она прирожденная лгунья!» (эта фраза даже попала в анонс второго эпизода). Но на этом Тамблер не успокоился: расхаживая перед камерой в номере, он с жаром перечислял физиогномические признаки лгунов, которые делают вид, будто их заботит защита окружающей среды, а сами используют экологические проекты для обогащения. Он утверждал, что все эти отличительные признаки можно обнаружить и на ее лице, а значит, Торт тоже лгунья и Крот. Вот только монтаж был сделан так, что после каждого «разоблачения» крупным планом показывали его собственное лицо, на котором явно просматривались те же самые «отличительные признаки». Я хохотал в голос.

Но какими бы глупостями Тамблер ни руководствовался, он уже в первый день угадал ответ. Торт же он врал, что подозревает Кофейный Микс. Шоу не оставляло сомнений – Тамблер не испытывал к Торт никаких чувств.

Подтвердилось, что Бормотун собрал много подсказок: за то, что использовал кухонный шкафчик для хранения личных вещей, за то, что выбрасывал из холодильника остатки чужой еды, и так далее. Оставалось неясным только одно – делал он это намеренно или просто для поддержания чистоты.

Сцена, где Бормотун ставил крестики в расписании, вызвала самые жаркие интернет-споры. Одни писали: «Зачем он ставил крестики? Достаточно было нарисовать кружок в своей клеточке!» и считали, что он делал это нарочно, предвкушая, как зрители осудят «бездельников». Им возражали другие: «Да это же просто символы, чтобы обозначить, кто сделал работу, а кто нет. Зачем искать какие-то скрытые смыслы? Тем, кто думает, что он ставил крестики с умыслом, прямая дорога в такое же шоу!»

Остроумен был и монтаж сцен общения участников со съемочной группой, когда все написали свои ответы на карточках. Сначала – нарезка кадров, как будто говорящих, кого подозревает участник, а затем – его настоящий ответ. И конечно, ответы не совпадали с тем, к чему подготовили зрителей.

Мои переживания остались за кадром. Лишь иногда на общих планах можно было заметить, как под наплывом чувств меняется мое лицо, но монтажер не делал на этом акцента. Я был благодарен за такую тактичность, но вместе с тем размышлял, как часто мы видим лишь то, что нам показали, как без раздумий принимаем подготовленную кем-то картинку, а правда остается в тени.

Произошло со мной и еще кое-что. Как только шоу побило все рейтинги, коллеги сами ко мне подошли, восхитились программой и извинились за прежнее холодное отношение. Они говорили, что неправильно меня понимали. Я хотел было позлорадствовать, но передумал. Вместо этого пошутил, что благодаря А. и Б. получил подсказку, но никто почему-то не рассмеялся. Это расстроило меня едва ли не больше, чем сцена в последнем эпизоде, когда в карточку с ответом Бормотун вписал свое прозвище, пробормотав: «Да какая разница».

Минуло несколько месяцев. Прошел слух, что начался набор участников для второго сезона «Комнаты отдыха». А еще появилось официальное сообщение о разработке игры с таким же названием.

Однажды в социальных сетях я наткнулся на объявление о поиске тестировщиков:

Переверни вверх дном комнату отдыха, найди Крота и выполни задания, которые открываются только ночью!

~Набираем бета-тестеров~

Каких злодеев тебе приходилось встречать в комнате отдыха?

Оставь комментарий и выиграй приз ценой в тридцать тысяч вон!

Когда я увидел пост, количество комментариев уже перевалило за пять тысяч. Казалось, все бросились писать о ненавистных коллегах. Я прочел о человеке, который забивал морозилку замороженными пончиками; о человеке, державшем в холодильнике недоеденные салаты, пока они не начинали попахивать; о человеке, приносившем на работу блендер (впрочем, раньше он таскался с огромной соковыжималкой, так что блендер – это еще ничего); об ответственном за пополнение запасов, который покупал только непопулярные снеки; о человеке, который караулил у ледогенератора и забирал весь лед сразу, и так далее, и так далее. Поток комментариев не иссякал.

Но были и другие ответы. Нет-нет и встречались фразы: «В нас исчезает человечность», «Все мы немного странные» и даже философские размышления о мизантропии. Один комментарий мне особенно запомнился: «Надеюсь, прежде чем осудить других, вы подумали о собственном поведении». Он получил довольно много лайков, но я увидел его совершенно случайно, просто листая все подряд. Тогда я отсортировал ответы по популярности. Победителем оказался длинный комментарий, набравший больше двух тысяч лайков:

Не по теме, но хочу рассказать. Помните участницу Торт из первого сезона? Ту, что оказалась Кротом? Раньше она работала в нашей компании. Торты в холодильнике не хранила, но часто приносила их на работу и каждый раз хвастала, что получила подарок. Только однажды я своими глазами увидела, как она покупает торт в кондитерской на полпути к офису. С тех пор я с ней не общалась, а потом она ушла в другую компанию. Выходит, там у нее все в порядке? Не знаю, как много известно съемочной группе, и почему ее сделали Кротом, но у меня от этого прямо мороз по коже.

Дочитав, я подумал о продюсере Ли Ильквоне. После съемок мы больше не виделись. Жаль, но тягостное чувство, вызванное комментариями, ассоциировалось именно с ним. Казалось, что я, склонившийся над телефоном, опять нахожусь под прицелом камер, ведь запечатлевать неприятное было его профессией. Я представлял, как охватывающая все вокруг документальная съемка продолжается и продолжается, и новый масштабный и очень тревожный фильм Ли Ильквона затмевает его дебют.

Ненавистных кому-то людей примерно столько же, сколько людей в мире, поэтому о нехватке материала беспокоиться ему не придется.

Примечания

Рамёнтан – популярный снек их лапши быстрого приготовления, которую не поджаривают, а приправляют соусом и грызут в сухом виде.

Рамён – лапша быстрого приготовления.

Нэнмён – гречишная лапша в холодном бульоне, популярное летнее блюдо.

Кхальгуксу – пшеничная лапша в бульоне.

Длинную лапшу, большие куски мяса и т. п. в Корее принято разрезать кухонными ножницами.

Здесь идет речь об игре с одноименным названием в жанре «survival horror».

«Народное средство» от спазма мышц. Не имеет медицинского подтверждения.

Чачжанмён – лапша в соусе из черных бобов.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге