Зелье для спящего некромага

Глава 1

Иди. Просто иди вперёд. Шагай твёрдо и уверенно. Следи за походкой. Никто не должен узнать, как трясутся от страха ноги, как подгибаются коленки. Стисни зубы и иди. Кого бы там ни встретила — призрака, полусгнившую нечисть, да даже лича! Всё будет лучше, чем оставаться среди этих нелюдей, скупающих людей за долги, как мебель в дом.

— И пока не откроешь центральные врата — не возвращайся! — кричали и улюлюкали вдогонку пропитые и прокуренные голоса пиратов.

— Какой это по счёту раб?

— Десятый. Дурацкие ловушки некромагов!

— Едрён-кротон, — выругался другой. — И не говори! Даже мёртвыми проблемы доставляют. Одним словом — нелюди.

Хриплые голоса пиратов отчётливо доносились до меня, разбивая звенящую тишину острова. Громче базарных бабок, они возмущались на тяжесть воровства в землях некромагов и как легко здесь расстаться с жизнью.

Я скрипела зубами. Как же, расстанутся они со своей жизнью! Не раньше, чем закончатся рабы. Я люто ненавидела пиратов, но прислушивалась к болтовне. Пока могла.

Тишина острова была неправильной, неестественной. Осознаёшь это не сразу. Чувствуешь лёгкий дискомфорт, начинаешь искать его причину и попадаешь в ловушку: чем больше вслушиваешься, тем отчётливее понимаешь, что ничего не слышишь. Ни пения птиц, ни шелеста деревьев — никаких звуков жизни, только собственные шаги — глухие и отчётливые. В полной тишине они звучат раскатами грома. От них каждый раз замираешь, боясь пробудить нечто, спящее в готическом особняке, — хозяина здешних мест.

Рядом с моей ногой с хрустом впилась ледяная стрела. Я вздрогнула и тут же себя за это отчитала. Сзади раздался недовольный голос:

— Пошевеливайся! В следующий раз буду целиться по твоим ногам!

Я судорожно вдохнула холодный воздух. В нескольких шагах передо мной виднелся узкий тёмный лаз. Он вёл куда-то вглубь мрачного дома некромага.

В груди тревожной птицей билось сердце. Как мне с высоким ростом туда пролезть? А что, если тоннель не завершён? Что, если предыдущие воришки погибли внутри, так и не закончив работу?

Позади раздался свист спускаемой стрелы. Он не дал обдумать все подсовываемые сознанием страхи. Я выдохнула, перекинула косы на грудь — не хватало ещё ими за что-нибудь зацепится — и нырнула в темноту.

Пыльный тёмный тоннель встретил сыростью. Выставив руку вперёд, я зажгла огонь на ладони, подсвечивая путь. При свете ощущение сдавливания усилилось в два раза.

— Да дери тебя ендук! — выругалась я морским прилипчивым ругательством. — Лучше без света.

Потушила огонь и поползла на ощупь. Стараясь прогнать нарастающую панику, разжигала в себе злость на отца, продавшего меня в рабство за долги:

— Это ж надо было так вляпаться! Вернулась из университета с дипломом. Получила родительские поздравления! Думала, какой отец заботливый — выпросил для меня контракт городского мага! Ага! Сейчас! Оказалось, это рабский! Говорит, ничего страшного, поработаешь сначала на пиратов двадцать лет. Выживешь и тогда поговорим! Ну, батя, подожди у меня... Приеду и подсуну тебе вместо лекарства эликсир превращения в... — я замолчала, усердно думая, во что бы превратить родителя. — Да пусть даже в табурет! Почувствует на себе, каково это быть использованным!

К моему облегчению туннель не закончился ногами трупа. Я почувствовала прилив свежего воздуха и осторожно зажгла огонь, выглядывая наружу. Пламя затрещало и трусливо попыталось потухнуть под действием густого мрака.

— Нет уж, давай-ка работай, — сварливо зашептала я, посылая огонь наугад в центр комнаты.

Тёплый оранжевый свет выхватил из мрака ряд стройных мраморных колонн, уходящих куда-то вглубь огромного дома. Пламя быстро исчезло из моего поля зрения, оставляя в недоумении.

Снаружи здание выглядело на порядок меньше. Это иллюзия?

Я взмахнула рукой, вытягивая шар в длинную огненную трость, и пошарила ей по сторонам, подсвечивая путь. Гладкая отполированная поверхность пола, подозрительно чистая от пыли, зеркально отражала огонь и моё удивлённое лицо. Фыркнув, я заметила, как похожа сейчас на сумасшедшего бродягу, околачивавшегося возле столовой университета. Зрачок в карих глазах максимально расширился, каштановые косы взлохматились и покрылись пылью. А ведь когда-то я была ещё той модницей...

Отогнав ненужные мысли, я размахнулась и ударила тростью об пол. Огненная вспышка пошла рябью, подтверждая догадку: это ловушка. Под поверхностью было что-то ещё. Трость резко дёрнули вниз. Я едва успела разжать руки, а она уже с шипением растворилась в чёрной глади пола.

— Зато пока нет ни одной нечисти, — нервно хихикнув, я попыталась себя взбодрить.

Делать нечего. Если полезу назад, меня убьют пираты. Надо искать способ пройти дальше.

Создав ещё одну трость, я начала методично простукивать пространство вокруг стены настолько далеко, насколько позволяла длина рук и сила моей магии. В конце концов, я определила траекторию тонкой дорожки, не пытавшейся утянуть вниз.

Помолившись огненному Богу Аресу и попросив больше сил, я пошла, надеясь не столкнуться с ожившими трупами своих предшественников.

Примерно представляя, какие ещё могут быть ловушки в доме некромага, я опустилась на корточки и, внимательно всматриваясь в пол, продолжила проверять каждый сантиметр перед собою. От шагов расходилась рябь по странной поверхности. Где-то под полом что-то хлюпало. Воображение рисовало ужасные, но красочные картины того, кто и чем там мог хлюпать, а коридор с колоннами и не думал заканчиваться, уходя в непроглядную бесконечность.

— Бог мой Арес, хоть бы там не оказалось рун. Меня же сразу разорвёт... — молилась я, прокрадываясь дальше.

Внезапно что-то вспыхнуло серебряным светом и тут же погасло. Я замерла, дрожа как зайр. Только не говорите, что это были чьи-то глаза... Вот опять, но уже ближе!

Я размахнулась и метнула трость, превращая её в копьё. Огонь пронзил мрак, на секунду освещая путь и выхватывая странные сгорбленные фигуры. Копьё погасло с шипением, оставляя меня в полной темноте. Правда, ненадолго.

Несколько пар серебряных глаз загорелись нездоровым интересом. На мои поиски у них ушло пару секунд. Раздался скрип ссохшихся костей, и обладатели глаз точно сфокусировались на мне.

Не ожидая тёплого приёма, я нырнула в куртку за заговорёнными огненными перьями и тут же кинула их во врага. Достигнув цели, они взорвались, давая время убежать. Только самоуверенный самоубийца будет открыто сражаться с нечистью некромага на его территории.

Зеркальный пол закончился, позади раздавались скрипучие догоняющие шаги, и я хотела полететь быстрей искры, но затормозила — это ведь идеальное время для ловушки! Самое то подловить врага, когда он расслабился! И точно.

— Фу... — передёрнула я плечами, рассмотрев предыдущих грабителей.

Их тела искорёжила магия рун. Стоило попасть в такой капкан, и несчастного разрывало на части от любого движения. Если уж посчастливилось оказаться внутри — никогда не выберешься живым самостоятельно.

Я подкинула вверх несколько огненных шаров и подслеповато всмотрелась: весь пол передо мной покрывали зловещие витиеватые узоры. Сглотнув, я понадеялась, что они не выгравированы в камне, а просто начертаны чем-то поверх, иначе мои шансы выжить равняются нулю.

— Слава Аресу, наши преподы добавили руны в курс университета, иначе лежала бы рядом, — ужаснулась я.

Разведя руки в стороны, я ударила широкой огненной волной по площади, сжигая письмена на полу. Чёрный зловещий густой дым заполнил всю комнату, оживляя мрак. Невозможно было ничего разглядеть. Я невольно шагнула назад. А если магия не сработала и руны всё ещё ждут меня?

Едкий запах заставил натянуть шарф на нос. Нечисть уже скрипела костями в спину. Я закрыла глаза, пытаясь прогнать подгонявшую панику, колотившую всё тело. Ну же, вспоминай! Что советовали делать на уроках? Чем я смогу обездвижить нечисть? У меня только огненная магия, но превратить их в пепел не хватит сил.

— А если... — шальная мысль молнией пронеслась в голове. Времени на обдумывание не было, и я решительно развернулась лицом к противнику.

Изувеченные тела нечисти оказались так близко, что я в мельчайших подробностях рассмотрела истлевшие серые тела, уже почти полностью ставшие костяными. Скелеты жутко улыбались во все тридцать два зуба и тянули скрюченные руки к моей шее. Серебряные глаза недружелюбно сверкали в провалах чёрных глазниц.

Главная проблема при встрече с нечистью: нельзя убить то, что уже и так мертво. Я взмахнула рукой, создавая длинные огненные шесты. Раскачалась и с разбегу перепрыгнула прямо над лысой головой центрального скелета, приземляясь ровно позади него. Он оценил мой пируэт звонким клацаньем челюстей. Как я и догадывалась — нечисть знала, где ступать, а я решила заманить их в трясину.

Раскачавшись, я как опытный циркач — на что только не пойдёшь, лишь бы живым остаться — стала ходить на огненных шестах, как на ходулях, наворачивая круги вокруг неповоротливой нечисти. План сработал: один за другим они оступались с дорожки и с сочным хлюпающим звуком уходили в небытие зеркальной глади.

Не успела я выдохнуть и порадоваться, как откуда-то сверху раздались аплодисменты, эхом отражавшиеся от стен.

— Вот так представление. Вынужден признать, вы самый талантливый вор за прошедшие полвека, — произнёс чей-то глубокий голос.

Я резко вскинула голову и обомлела: на меня снова смотрели серебряные глаза, только с глубоким голубым отливом, а их полупрозрачный обладатель светился изнутри потусторонним серебряным мерцанием.

— Призрак! — не веря самой себе, пропищала я.

От испуга я оступилась и слишком поздно поняла, что один из шестов с шипением утягивается под пол. Отпустив его, я опасно закачалась, быстро потеряла равновесие и, зажмурившись, полетела вниз, понимая, что даже жизнь перед смертью прокрутить в голове не успею.

Упала я во что-то упругое и холодное. Открыла глаза и в изумлении вытаращилась на точёный аристократичный профиль божественно красивого привидения. Привидения, у которого я была на руках!

— Я не призрак, — голосом, пустившим по мне мурашки, заверил он. — Просто вышел погулять из тела.

«Понятливо» закивав, я забегала глазами в поисках места, куда бы сбежать из рук холодного незнакомца. Под нами уже не было зеркального пола и непроглядной темноты. Секунда и я зажмурилась от яркого тёплого света свечей.

— Я приглашаю вас в дом, быть моим гостем, — поставив меня на твёрдую поверхность, заверил потусторонний хозяин.

Мы оказались в просторной и довольно уютной гостиной. Горели восковые свечи. На всех поверхностях вокруг кресел и диванов лежали стопки книг. Окна были плотно закрыты ставнями изнутри не только физически, но и магически — по ним бежали серебряные змейки охранной магии.

«Вот почему у пиратов не вышло зайти через окна», — отметила про себя я.

— С-спасибо.

— Альтаирис де Грат, — сухо кивнув, представился призрак.

— Палана С... — я прикусила язык и спешно присев в реверансе, продолжила: — Вы можете обращаться ко мне просто по имени, Палана.

Мужчина приподнял бровь:

— Я и не рассчитывал, что у вора будет фамилия.

Его слова кольнули ледяным шипом. Я натянуто улыбнулась. Да, именно такая у меня теперь роль. Роль, отведённая дрянным, обманувшим меня отцом, фамилию которого я больше не намерена носить.

Он оценивающе окинул меня взглядом. При свете я заметила, что глубокие глаза мужчины голубые и чистые, как замёрзшее озеро. Серебряным они светились только по краям, подчёркивая противоестественность существа. Длинные серебряные волосы шёлком рассыпались по широким плечам. Дорогой костюм выгодно подчёркивал полупрозрачную атлетическую фигуру. Несомненно, хозяина особняка можно было считать красавчиком. Девочки в университете от таких головы теряли. И судя по его мрачному выражению лица и ледяному взгляду, я тоже могу потерять голову, но, увы, в прямом смысле.

Эх. Вот если бы я сидела в гостях у такой высокородной особы, будь он живым — светилась бы от восторга! Но в гостях у мёртвого, ещё и некромага... Что он собирается со мной делать?

Я передёрнула плечами, физически ощущая острый взгляд.

— Вы невероятно гостеприимны к вору.

— Рад, что вы заметили. — Он подарил мне замораживающую душу улыбку. — Видите ли, я очень радушный человек, когда меня не грабят.

— Прошу прощения. У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда. Например: вы можете заключить со мной сделку и остаться живой или отказать и покинуть мир смертных, — приподняв бровь, ровным голосом сообщил Альтаирис.

— Какую сделку мне надо заключить? — ледянее спросила я.

— Пробудить меня ото сна.

— Что, простите?

Вокруг призрака резко похолодело. Казалось, я даже услышала треск льда. Интуиция заголосила во весь голос, требуя больше не злить некромага. Он посмотрел как на умалишённую и терпеливо объяснил:

— Видите ли, полвека назад в нашей империи произошла катастрофа: во время ритуала Бог смерти Мортис случайно утопил нас в своей энергии. Кто не успел спрятаться или уехать — погибли мгновенно. Благодаря отдалённости родового имения у меня было время подготовиться. Да и я предполагал, что это когда-нибудь произойдёт, о чём спорил с Дитосом... Гхм. Это всё уже неважно, — резко остановил он себя, поймав мой ничего не понимающий взгляд. — К сути дела: я погрузил себя в сон и собирался проснуться через несколько лет, но у меня не получилось. Если не хотите быть навечно заточённой со мной в этом доме, вам нужно пробудить меня. Я понятно объяснил?

Я спешно закивала, и в комнате тут же стало теплее.

— Всё понятно, только... — я глубоко вздохнула, набираясь решимости: — Почему вы считаете, что я на это способна?

Мужчина взмахнул рукой, и перед нами появился макет со странно знакомой комнатой. Я сглотнула, поняв, что прошла только малую часть ловушек.

— Как только вы оказались внутри стен моего дома, я всё слышал и видел. У вас живой ум и прекрасные способности. Вы что-то говорили про зелье и обещание превратить отца в гхм... табуретку? Вы изучали зельеварение? Предлагаю направить ваш алхимический талант в правильное русло, — победно улыбнувшись, заключил Альтаирис.

Кто бы мог подумать, что моя любовь болтать глупости вслух станет спасением от мучительной смерти! Я натянуто улыбнулась:

— У вас есть алхимическая лаборатория?

— Конечно! — он довольно кивнул и поманил рукой: — Следуйте за мной.

Я осторожно пошла за плывущим призраком. Внимательно всматривалась в окружение, пытаясь заметить намёки на ловушки и капканы. Некромаг, напротив, напевал какую-то весёлую мелодию и переливался серебряным светом. Узкая винтовая лестница вниз больше подсвечивалась его телом, чем тусклыми магическими огнями.

— Это святая святых. Вы удостоитесь чести посетить такое место, — самодовольно хмыкнул он, толкая тяжёлые дубовые двери.

Открывшийся вид выбил весь скепсис из моей головы. Детский восторг воспылал радостным огнём в груди, сжигая всю настороженность и рационализм.

— Невероятно! — хлопнув в ладоши, я подскочила к стеклянным перегонным трубкам и колбам, занимавшим половину огромной комнаты. — Такой лаборатории не было даже при нашем университете!

Я кидалась то к одному сокровищу, то к другому, уходя всё глубже и глубже в комнату. Лавировала между изящными перегонными устройствами, сосудами из разных материалов, всевозможными ступками и весами. Были здесь и паровые бани, и песчаные, и горны, и аж три печи с разными модификациями!

— Это тоже редчайший материал... ох, а это?! А что вот это?! — показала я на переливающуюся колбу.

— Это эссенция чёрного тумана из ониксовой пещеры, — покровительственным голосом объяснил Альтаирис. — У вас намётанный глаз. Вы сразу определили, какие ингредиенты и вещества здесь самые дорогие. Я не ошибся, выбрав вас. Слава Мортису, вор из вас вышел гхм... плохой.

Я нервно захихикала, не заметив, как застыло лицо призрака.

— Вы правы. Честно сказать, я им и не собиралась становиться. Другое дело прославиться алхимиком, сотворившим вечный огонь, подобный артефакту Бога Ареса! — я скинула куртку и закатала рукава, готовясь нырнуть в исследования.

— Не забывайте: сначала вам нужно разбудить меня.

— Да-да! Скажите, что вы уже пробовали? И чем отправили себя в м-м сон?

Альтаирис щёлкнул пальцами, и мне в руки приземлилась увесистая рукопись. Пожелтевшие листы были плотно исписаны изящным каллиграфическим почерком. Он на удивление легко читался, и я не заметила, как погрузилась в исследования с головой, усевшись в ближайшее кресло.

С каждой новой страницей я всё больше и больше восхищалась навыками нового знакомого. Он подробно излагал все процессы и этапы экспериментов. Объяснял, почему пришёл к таким выводам, а выведенные им схемы и формулы были понятнее тех, что я изучала в университете!

Чем больше я читала, тем сильнее печаль сжимала моё сердце. Какой ум! Какая изобретательность! Горечь раскатилась по языку, заставляя сожалеть о смерти человека, которого я почти не знала. Из головы совершенно вылетело, что по его вине я чуть не умерла, а возможно ещё и умру, если не смогу пробудить его.

«Но как? Как пробудить того, кто уже умер? Да и даже если это возможно, почему он со своим багажом знаний и временем всё ещё не смог?» — сокрушалась я.

Оторваться от дневника меня заставил возмутительно аппетитный запах. Я подняла глаза и обомлела — журнальный столик рядом с креслом ломился от горячей еды: жаренная в специях курица, тушёные в сладком соусе овощи, свежий ароматный хлеб, а ещё запотевший кувшин вина и засушенные фрукты!

Я сглотнула и потёрла урчащий живот. Когда последний раз мне доводилось есть такую роскошную еду? Год или два назад? Нервно оглянувшись и никого не заметив, я только сейчас обратила внимание на конверт, лежащий на подносе.

«Еда в моём погребе была надёжно законсервирована и прекрасно сохранилась. В моём состоянии она не нужна, так что наслаждайтесь блюдами и ни в чём себе не отказывайте.

P. S. Надеюсь, я скоро смогу разделить с вами трапезу.

Альтаирис де Грат».

Записка поплыла перед глазами, и я очнулась, спешно вытирая слёзы рукавом. Оказывается, это больно — обманывать чужие надежды...

Божественно вкусная еда таяла во рту, но наполняла желудок горечью. Я хотела обворовать некромага, а он пустил меня в самое сердце дома, доверил невероятно ценные ингредиенты и накормил как дорогого гостя.

— Чем тут сможет помочь бездарь? — прикусив губу, зашептала я.

Опустив глаза в пол, постаралась как могла отогнать навязчивую совесть. Никогда мне от неё не было пользы! Сгорая от муки выбора, я вскочила на ноги и решила действовать быстрее съедающих мыслей. Нет смысла пытаться оживить труп. Максимум превращу его в зомби. Чем это будет лучше призрака?

Схватив куртку, я широким шагом вышла из лаборатории. Надо действовать, пока его нет рядом.

В подвале не оказалось ничего интересного. Некоторые запечатанные магией двери я даже не стала проверять — вряд ли там будет выход, а кроме него я больше ничего не искала.

Что со мной сделают пираты, наткнувшись на разъярённого призрака? Я тоже не думала. Просто надеялась убежать куда-нибудь вглубь острова и малодушно выждать, пока их перебьёт некромаг. Почему он их, а не они? Считаю вопрос риторическим. Выберусь и спрячусь от капитана. Только его прямой рабский приказ может заставить меня пойти против воли и чувства самосохранения.

— Главное самой с некромагом не столкнуться, — шептала как заговор себе под нос.

На первом этаже мне ежесекундно приходилось одёргивать себя. Тело так и норовило перейти на бег. Но я расправила плечи и медленно шагала вперёд. Глаза хаотично бегали по полу, выискивая треклятые руны.

На удивление в комнатах было чисто. Нигде не летала пыль. Казалось, хозяева вышли на минутку и сейчас вернутся. Классическая элегантная мебель создавала уютную атмосферу, расходясь с моими ожиданиями о холодном пустом замке некромага.

В каждой комнате обязательно стояло по два, а то и три шкафа, полностью заполненныекнигами. Я с восхищением пробегала взглядом по корешкам и каждый раз одёргивала просыпающуюся маленькую девочку внутри себя. Она хотела немедленно познакомиться с библиотекой некромага поближе. И ей было не страшно, если мы останемся здесь до конца жизни.

Разве не мечта? Кормят, поощряют экспериментировать с алхимией, да ещё и куча книг в придачу! А призрак? Очень даже ничего внешне! Подумаешь, холодный и немного просвечивает! Зато какие длинные серебряные волосы и точёный аристократичный профиль! А эти сапфировые глаза? Утонуть бы в них и остаться. Я замотала головой, отгоняя так некстати взбунтовавшееся воображение.

Первый этаж был полностью замурован магией. Я не рискнула пытаться её разрушить. Надежда, что на втором этаже или на чердаке он пропустил хотя бы одно маленькое окошко, всё ещё теплилась в душе, пока я не наткнулась на тело хозяина.

Открыв комнату, я отшатнулась. Оттуда на меня смотрел непроглядный мрак. Он и манил, и пугал неизвестностью. Могла ли это быть ещё одна комната-ловушка? Такую тьму я видела только там.

Сглотнув, я создала огненный жезл и осторожно шагнула внутрь. Меня будто затянуло в вату или глубоко под воду. Каждый шаг давался с трудом, словно через кисель. Огонь был не в силах разогнать тьму и освещал только маленькую полосу света.

Единственный звук, сопровождавший меня, исходил из моего напуганного сердца. Оно желало сбежать от глупой хозяйки и оставить помирать, раз ей так хотелось. Мои шаги и звук дыхания растворялись без следа. Я даже подумала, что уже задохнулась и превратилась в зомби.

Я медленно выдохнула, пытаясь успокоиться, но, как обычно, это не помогало. Шаря по комнате, как подслеповатый уркрот, я вдруг наткнулась на какой-то деревянный постамент. Провела рукой вглубь и тут же отдёрнула. Там лежало что-то мягкое и прохладное!

Сзади раздалось угрожающее рычание. По спине побежал табун мурашек, а тело предательски задрожало.

Кажется, я засунула свой нос туда, куда не следовало.

Медленно развернувшись, я в ужасе замерла. На меня смотрели два огромных блюдца серебряных глаза с хищно вытянутыми вертикальными зрачками. Рокочущее рычание вибрацией проходило сквозь моё тело, выбивая остатки храбрости.

— Ик, — я вздрогнула от внезапно напавшей икоты.

Меня обдало ледяным дыханием. Тени вокруг глаз зверя задвигались, и я наконец рассмотрела его. Напротив меня стояла огромная пантера, сотканная из тьмы! Она медленно вставала, угрожающе нависая над моей головой.

Я непроизвольно шагнула назад и упёрлась в тот злополучный деревянный постамент. Руки сами собой хаотично забегали вдоль преграды, пытаясь определить, где она заканчивается, и тут меня осенило. Позади стоял гроб с телом владельца особняка!

— Я уже ухожу. Вып... Ик... стишь?

В ответ раздался грозный рык. Огромная пасть приоткрылась достаточно, чтобы я поняла — моя голова ему на один укус!

— Мамочки...

Каковы шансы уйти из-под носа хищного зверя? Если повезёт: засуну огненный жезл поперёк пасти. Только он ему зубочисткой будет! Максимум выиграю одну-две секунды. А потом что? Где выход? По логике в открытую дверь из коридора должен проникать свет, но тьма настолько густая, что я не вижу собственного носа!

Пока я хаотично кидалась от одной идеи к другой, зверь продолжал медленно, но неуклонно надвигаться, с каждой секундой снижая мои шансы на выживание. Колени подкосились, и я рухнула на пол. Страх взял под контроль моё тело и полностью парализовал!

— Ночка, не шали. Это мой гость, — раздался бархатный голос откуда-то из темноты.

Зверь на секунду замер, переставая рычать. Зрачки в глазах-блюдцах расширились и уставились на меня с любопытством. Теневая морда медленно приблизилась к лицу, обдавая ледяным дыханием, и защекотала жёсткими длинными усами. Нос по-хозяйски обнюхивал меня с головы до ног, а я обессилила настолько, что даже бояться больше не могла.

Вырвавшийся смешок от щекотки усами прозвучал истерично.

— Полагаю, вы искали свою комнату?

— А? Ага.

— Ночка, проводи Палану.

— Я б-буду рада вашей и-ик компании, — медленно встала я, сторонясь любопытной морды.

— Счастлив слышать, — хмыкнул Альтаирис. — К сожалению, вы меня сейчас не увидите. Согласитесь, сложно показывать дорогу, будучи невидимкой?

— Н-но я же видела вас, — от удивления я аж перестала икать.

— Ночью. Вы видели меня ночью. Понимаю, сложно определить время дня с закрытыми ставнями, — он грустно рассмеялся. — Но заверяю вас, сейчас день.

Я уставилась в непроглядный мрак, пытаясь собрать остатки разума и хоть что-то сообразить. Откуда-то из темноты раздался тяжёлый вздох.

— Коснитесь Ночки и ступайте. Она вас выведет. Не бойтесь. Вы заключили со мной сделку, и вам ничего не грозит в моём доме, пока... Пока вы не нарушите договор и не попытаетесь сбежать.

Я вздрогнула. Он знал. Он видел всё, что я делала! Щёки тут же вспыхнули от стыда. Я сжала руки в кулаки и попыталась хоть как-то обелить свой трусливый поступок:

— Я хотела посмотреть на ваше тело, чтобы решить... Решить, в какую сторону двигаться.

— Хм... Допустим, я поверил, — снова раздался грустный смешок. — Ночка.

Зверь издал звук, похожий на мяуканье огромного кота, и передо мной тут же начало светлеть. Мрак втягивался в тело пантеры, сливаясь с абсолютно чёрной шерстью. Присмотревшись, я поняла — это не шерсть, а тонкие нити теней! Она вся из них была выткана.

Я моргнула, и мрачная комната превратилась в классическую спальню. Зажглись магические светильники, мягким светом покрывая резную мебель. Свет не касался только пантеры. Он словно обходил её стороной. Огромные глаза кошки пристально следили за каждым моим шагом.

Из необычного в этой комнате была высокая деревянная кровать, которую я приняла за гроб. В ней лежал спящий красавец. Шёлковые серебряные локоны разметались по подушкам. Лицо было выточено из мрамора лучшим скульптором мира. Оно так и притягивало взгляд, а когда отводил глаза, хотелось взглянуть ещё и ещё. Я впервые поняла, как это когда не можешь налюбоваться.

С замиранием сердца я нащупала редкий, едва ощутимый пульс и лёгкое дыхание. Он действительно спал! И я могу... могу попробовать разбудить его!

— Чему вы так улыбаетесь? — вырвал меня из радостных размышлений напряжённый голос Альтаириса. — У вас же нет странных наклонностей?

— О чём вы? — почувствовав, как приливает кровь к щекам, я закрутила головой, пытаясь найти призрака.

— Ночка, проводи гостью в комнату и убедись, что она отдохнёт, — сухо отрезал похолодевший голос.

По звуку я нашла, откуда он шёл, но... Там и правда никого не было!

Пока я пыталась понять, как это возможно, под рукой оказался прохладный бок, сотканный из пружинящих теней. Они вдруг сами обвились вокруг моей кисти и требовательно потянули за огромной кошкой.

Я оглянулась, сама не понимая, зачем хочу ещё раз взглянуть на тело Альтаириса, но от хвоста пантеры дымом отделились чёрные тени, снова погружая кровать в непроницаемую тьму.

Ночка молча проводила меня в другое крыло дома, аккуратно открыла дверь, провернув ручку зубами, и мордой подтолкнула меня внутрь. Перелетев порог, я с удивлением обернулась. Пантера рыкнула, скорее для порядка, чем угрожая, и захлопнула дверь лбом.

Я нервно хихикнула, понимая, что по дому мне теперь без сопровождения не погулять. Ну и ладно. Главное, что после своей авантюры я всё ещё жива. Но что ещё важнее — жив Альтаирис. Условия сделки выполнимы, а значит, я разбужу его!

— Обещаю! — горячо воскликнула я вслух от избытка чувств.

* * *

Ночью я снова смогла увидеть Альтаириса. Его полупрозрачное серебристое тело точь-в-точь повторяло физическое. Снова поставив передо мной полный поднос ароматно пахнущей еды, он вежливо улыбнулся и спросил:

— Как вам спалось?

— Замечательно, спасибо! — я ответила искренней улыбкой. — А ещё вы невероятно вкусно готовите!

— Да? Рад слышать. Я забыл вкус еды и боялся, что не угадал с пропорциями специй, — он быстро отвёл взгляд и провёл рукой по волосам, убирая их от лица.

Я вскочила на ноги и, поклонившись, резко выпалила:

— Прошу у вас ещё раз прощения и хочу честно признаться!

Призрак вдруг быстро замерцал и отлетел на добрых три метра.

— Слушаю вас.

— Я изучила ваши исследования и пришла к выводу, что мои познания в алхимии намного хуже ваших. Я, конечно, постараюсь придумать что-то новое, но должна предупредить...

Альтаирис вытянул руку, останавливая мой словесный поток:

— Придумайте что-то новое. Мне нужен ваш свежий взгляд.

— Так вот оно что! — наконец поняла я его мысль. — Могу я вас спрашивать, если что-то будет непонятно?

— Не можно, а нужно. Уверен, многие ингредиенты в этой комнате вам никогда не встречались.

Его губ коснулась искренняя тёплая улыбка, от которой по моему телу прошёл жар. Какой же он красивый. Ледяное выражение лица тоже ему идёт, но улыбка... Это на порядок выше!

Пытаясь справиться с внезапным наплывом чувств, я вскочила на ноги и начала расспрашивать Альтаириса обо всех непонятных мне вещах. Он с готовностью отвечал на вопросы и даже заботливо протянул мне пергамент с карандашом для заметок.

Время пролетело незаметно. Я обратила внимание на пустой желудок, скручивающий меня от голода, только когда на очередном вопросе не нашла собеседника. Некромаг всё ещё отвечал мне, но вот видеть его я уже не могла.

— Предлагаю на сегодня закончить, — резко похолодевшим голосом сказал Альтаирис.

Доедая остывшую еду, я непоседливо переминалась на месте, всё ещё пытаясь найти своего собеседника.

— А почему... Хотя ладно. Забудьте.

— Почему меня не видно днём? — хмыкнул призрак.

Я покраснела от стыда. Ну вот. Опять задаю глупые вопросы.

Плеча вдруг коснулось что-то холодное, и я с удивлением оглянулась. Никого. Тихий смешок раздался над ухом, и я подпрыгнула, чуть не перевернув тарелку с едой.

— Сегодня вы были со мной честны. Я отвечу вам тем же, — бархатный голос щекотал уши. — Я не знаю. Видимо такова природа эфирного тела.

Я опустила глаза в пол. В голове закрутились тяжёлые мысли. Что же он испытал в первый раз, когда понял, что превратился в ничто? Это должно быть невообразимый ужас — не видеть себя, но ощущать. Каково это понять, что никто на свете тебя больше не увидит?

Я прикусила язык, так и желавший высказать крутившиеся вопросы. Рано. Мы ещё слишком мало знакомы. За это короткое время я уже примерно поняла, какой он человек. Когда захочет, всё сам расскажет.

— Отдыхайте. Вам нужны силы и свежий ум для новых открытий, — колючее ощущение на плече пропало, и я поняла, что он ушёл.

* * *

Прошёл месяц с начала моих экспериментов. Пока ни один из предложенных вариантов не сработал. Я не теряла энтузиазма. Впереди ещё был ворох неопробованных идей. Наверно, я бы даже расстроилась, если бы сразу подобрала правильный алхимический состав.

За это время мы с Альтаирисом сблизились. Он многому научил меня в алхимии, почти каждый день поражая глубиной познаний. В мире, полном магии, мало кто всерьёз изучал алхимию, и было бы не преувеличением сказать, что такого специалиста, как Альтаирис, больше нигде не найти! Будто одного этого было мало, так он ещё и следил, чтобы я правильно питалась, не забывала отдыхать, и порой заботился обо мне больше, чем когда-либо заботилась моя родная семья!

Я чаще стала ловить себя на мысли, что неплохо устроилась и готова до конца жизни остаться с таким работодателем!

Пристально наблюдая за меняющей цвет жидкостью, я выжидала нужный момент для добавления масла. Наконец вспыхнул пурпурный. Маленькая капелька с шипением приземлилась в зелье и полыхнула алым, разбивая стеклянную колбу в моих руках.

Время замедлилось, а я отстранённо следила за обжигающе горячими дорожками зелья, бегущим по моим перчаткам и халату; смотрела, как разлетаются острые стеклянные осколки, рассыпаясь градом по полу; как выступают красные пятна ожога на белой коже.

— Палана! — встревоженный крик Альтаириса пробился сквозь вату, возвращая времени нормальную скорость. — Немедленно нейтрализуйте раствор!

Кивнув, я скинула прогоревшие в нескольких местах перчатки и халат на пол. Бросилась к нейтрализатору и тут же замерла. Я случайно прошла сквозь мчавшегося на помощь призрака! Освежающий морозный бриз унял начинавшуюся боль и мягко взбодрил, снимая усталость. Я осторожно посмотрела на некромага.

— Странное ощущение, — нахмурившись, заметил он. — Вытяните руки.

Послушно замерев, я продолжила наблюдать за его реакцией.

— Неприятно? — спросили мы хором, имея в виду каждый своё.

Альтаирис мягко улыбнулся, запуская моё сердце в радостный галоп. Откинул волосы с лица и слегка замерцал.

— Вы получили химический ожог. Пожалуйста, не забывайте об осторожности.

От его руки отделились танцующие серебряные нити и быстро убрали устроенный мной беспорядок.

— Необычное ощущение и очень даже приятное, — рассуждала я вслух, следя за некромагом.

Эфирное тело призрака выдавало все его эмоции. Прочесть их было легче, чем у ребёнка. За месяц я привыкла и уже легко определяла, что он чувствует. Полупрозрачное тело Альтаириса замерцало, как свеча на ветру, и я победно улыбнулась. Он смущался.

Подумать только, суровый, ледяной некромаг смущался от комплиментов! Я счастливо зарделась, совсем не обращая внимания на припекающую боль в руке.

Отвернувшись, он начал медленно расставлять колбы по местам и вытирать несуществующую пыль. Перестав мерцать, сообщил спокойным голосом:

— Не хочу сказать, что это было неприятно, но... повторять подобный опыт я бы не стал.

— Хорошо! Постараюсь впредь быть аккуратной! — подняв руки в сдающемся жесте, я улыбнулась.

Альтаирис обернулся, скользнул взглядом по моему лицу и тут же вылетел из комнаты, пряча мерцающее тело. Я довольно проводила его взглядом. Смущать призрака вошло в мою любимую привычку. Ничего не могла с собой поделать. Он был таким очаровательным.

* * *

— Готово?

Я вздрогнула и подняла взгляд. Альтаирис задумчиво разглядывал очередную колбу с зельем в моих руках. Холодный точёный профиль мужчины мистически сиял серебряным светом, придавая призраку потустороннюю красоту.

Я кивнула.

— А вы? Вдруг опять не получится...

Сложно было не заметить, как он расстраивается, бледнеет и почти сливается с воздухом после каждой неудачной попытки. Конечно, некромаг никогда этого не признавал, но эфирное тело было честнее.

Сияющие сапфировые глаза внимательно изучили моё лицо. Я смутилась. Вдруг он прочёл мои мысли? Кто знает, какие способности открываются у призраков?

— Всегда готов, — мягко улыбнувшись, кивнул он.

Недовольно бурча, Ночка провожала нас до комнаты, пристально следя за каждым моим шагом. Теневая пантера оказалась неподкупной. Ей не надо было есть, как и её хозяину.

Альтаирис успокаивающе почесал её за мягким ушком и примиряюще сказал:

— Ну-ну. Я всё проверил. Не переживай.

Я завидовала. Тоже хотелось погладить чёрный бочок и пощупать непроглядный мрак. Интересно же, какой он на ощупь! Но пантера всё ещё подозревала во мне врага. Открытая пасть и демонстрация острых серебряных клыков — единственные знаки внимания, какие Ночка мне оказывала.

Альтаирис разогнал мрак и наклонился над своим телом. Со стороны это выглядело иррационально. Мурашки побежали по моей спине от противоестественности сцены. Полупрозрачная душа, в виде призрака, аккуратно вливала зелье в своё физическое тело.

Минута, две, десять — снова ничего не произошло. Призрак заметно побледнел и нервно откинул назад волосы, наклоняясь к своему телу как можно ближе. Я моргнула. Передо мной осталось только тело спящего красавца. Нервно оглянувшись по сторонам, я встретилась со взволнованным взглядом Ночки.

Она рыкнула и одним прыжком оказалась подле хозяина. Понюхала его и, взглянув на меня, взмахнула хвостом, снова опутывая их двоих непроглядными тенями.

Я растерянно моргала, до конца не понимая, что происходит.

— Альтаирис? Вы тут? У нас получилось?

Ответом была звенящая тишина. Мрак медленно наползал на меня, клубясь стаей чёрных змей. Он явно выгонял из комнаты, тесня к выходу.

Я растерянно отступила, не понимая, как дальше быть, а тени громко захлопнули дверь, чуть не дав по носу. Впервые за полтора месяца я осталась в доме одна. Внезапно оказалось, что здесь очень тихо, аж звон в ушах, а собственное сердцебиение кажется громким гулом барабанов.

— А если он не очнётся, но и призраком больше не будет? Как тогда быть? — нервно дёргая себя за кончики косичек, я принялась рассуждать вслух.

Тревожные мысли заполонили голову. Я старалась озвучивать их и разговаривать сама с собой, бродя по дому из угла в угол. То ли ноги не давали мне покоя, то ли это я им мешала, но одно знала точно, чувствовала — остановлюсь и накроет. Догонит тревога, дремавшая за увлечением алхимией всё это время. Догонит и утопит в себе.

— Веду себя неразумно. Прекрасное время для поиска выхода. Нет. Не могу. Но почему? Я не боюсь некромага. Точнее, не боюсь смерти от его рук. Страшнее встретиться с пиратами по ту сторону. Снова попасть в рабство и терпеть издевательства. Стать калекой. Быть выброшенной на помойку и умереть на улице, без возможности улучшить жизнь. Альтаирис же... Имея надо мной полную власть, он ни разу этим не воспользовался. Общался со мной как с ученицей, а не вором или пленницей. Учил и наставлял. Делился ценными навыками.

Я закусила губу. Наконец разобралась в чувствах и поняла, почему меня накрыла тревога за, казалось бы, почти незнакомого человека!

— Даже врагу не пожелаешь такой судьбы. Быть и живым и неживым одновременно. Постоянно кататься на качелях надежды и отчаяния, но... При этом он ни разу не сорвался на меня. Не обвинил в глупости и неумелости. Не разорвал договор. Я ведь трачу ценные, невосполнимые ресурсы!

Схватившись за голову, я утонула в чувстве вины. Сцепила пальцы и закачалась из стороны в сторону. Что, если я останусь здесь навечно одна? Так же, как оставался он...

Я закрыла глаза. Больше не нужно ничего у него спрашивать. Эти минуты в одиночестве и полной тишине утолили моё любопытство сполна. Я прочувствовала это на себе. Лучше стать калекой, выброшенной на улицу, чем быть заживо похороненной в доме некромага.

Время тянулось бесконечно долго. Я потерялась в нём и, кажется, уже не раз сошла с ума. Как в тумане отстранённо почувствовала морозное прикосновение к плечу и радостный голос Альтаириса:

— Кажется мы близки. Ваше зелье скоро меня разбудит.

Чистые морозно-голубые глаза сияли радостью, переливаясь неземным серебряным светом. До меня медленно доходил смысл сказанного. Я подпрыгнула и поймала некромага в объятия.

— Правда? Правда-правда? — не обращая внимание на морозность его тела, повторяла я.

Альтаирис растерянно похлопал меня по спине и медленно отстранился.

— Правда. Я смог пошевелить руками и ногами. Такого ещё никогда не было! Нужно немного подкорректировать состав, и тогда точно получится! Вы оказались правы, когда предложили использовать эссенцию чёрного тумана! И как я об этом не подумал? Это ведь суть моей магии!

— А если... если её не хватит? Эссенция почти полностью израсходована, — холодея запаниковала я.

Некромаг самодовольно ухмыльнулся.

— Не переживайте. В комнате-ловушке осталось несколько живых воришек. Я могу заключить с ними клятву на крови и отпущу добывать необходимое.

По спине пробежал холодок. Хорошо, что я разбираюсь в алхимии. Надеюсь, что в людях тоже. Он ведь такой хладнокровный только с преступниками, да?

* * *

Лаборатория сияла блеском, но я упёрто продолжала наводить порядок. Смахивала пыль, мыла полы. Книги уже не помогали отвлекаться от тревожных мыслей. Оставалась только физическая нагрузка.

Иногда в голову приходили дурные мысли: нырнуть в комнату-ловушку. Кажется, Альтаирис говорил, что она находится в другом измерении и создана родовой магией его семьи — тенями, такими же, из которых была выткана Ночка.

Как-то раз некромаг рассказал, что пума родовой зверь и охраняет наследников и глав рода. Альтаирис был последним «живым». По её поведению он понял, что никто больше не выжил.

— Тогда я подумал: вдруг я единственный «выживший» после катастрофы? Вдруг за пределами дома не осталось ни одного живого существа? — говорил он мне, задумчиво глядя на огонь в камине.

Помню, я не сдержалась и сжала его полупрозрачную руку, частично проваливаясь в морозное серебро призрачного тела. Альтаирис тепло улыбнулся, соединил наши пальцы и с тихим смешком сказал:

— Удивительно, не правда ли? Я концентрируюсь, чтобы сделать своё тело физически ощутимым. Иначе ты проваливаешься внутрь.

Это было первый раз, когда он обратился ко мне на «ты» и перестал прятаться за формальной вежливостью. Почему именно в ту ночь? Мы сильно сблизились после неудачного, но весёлого эксперимента. Ух, какой мы тогда бедлам устроили!

Вся комната, хотя нет — весь дом заполнился розовыми искрящимися пузырьками! Они летали всюду. С весёлым хлюпающим звуком разбивались о предметы, нос Ночки и заполнили полупрозрачное тело Альтаириса! Пока некромаг пытался вытолкать из себя пузырьки, смущённо мерцая, пантера разыгралась во всю кошачью душу.

Я заливисто хохотала, не в силах встать со скользкого пола. Огромная кошка гонялась за парящими пузырьками по всей лаборатории. Сносила длинным хвостом колбы и банки со стеллажей. Подпрыгивала, лопала пузырьки, разъезжалась лапищами по мокрому полу, падала и трясла башкой, но продолжала охоту.

Я впервые видела у неё такую удивлённую и взбудораженную морду! Во что превратился грозный теневой зверь некромага? В шаловливого котёнка! Не слыша окриков хозяина, она унеслась в коридоры, продолжая громко хлопать магические пузыри.

— Бог мой Мортис! — всплеснул руками, выпуская в разные стороны пузырьки, некромаг. — Кто же знал, что настойка сибилуса так подействует!

Полупрозрачное призрачное тело светилось серебряным и отливало розовыми переливами. Маг смерти превратился в волшебную фею из детских сказок. Я представила, как он парит, пуская за собой пузырьки, и снова упала на пол, разрываясь от хохота.

Альтаирис весь мерцал, добавляя незабываемую игру света своему телу. Он качал головой и тепло улыбался, наблюдая за моими покатушками.

Я широко улыбнулась, возвращаясь из воспоминаний. Они оказались такими тёплыми и светлыми, что прогнали часть тревоги и наполнили решимостью.

— Прошла неделя. В прошлый раз он вернулся спустя пять дней. Я хочу его проведать! В этот раз Ночка меня пропустит! Теперь-то мне известна её слабость к пузырькам!

Схватив розовый бутылёк с полки, я направилась в комнату Альтаириса. Оттуда на меня недобро глядел мрак. Мне снова были не рады и не хотели пускать за порог. Я хитро улыбнулась, открыла зелье и по-мародёрски вылила его на дорогущий паркетный пол.

Пузырьки тут же заполонили весь коридор. Радостно лопаясь друг о друга, они переливались всеми цветами радуги и зазывали кошачью душу поиграть. Огромная чёрная морда тут же высунулась из мрака, оглянулась на хозяина, потом на пузырьки и снова на хозяина. Верность и долг не давали покинуть пост, пока некромаг в уязвимом состоянии. Пантера смешно морщила усы, раздумывая, как поступить.

— Не переживай. Я присмотрю за ним, — смотря Ночке в глаза, я улыбнулась.

Пантера переминалась с лапы на лапу и недоверчиво щурила серебряные глаза-блюдца, но тут один из пузырьков упал ей прямо на нос. Глаза Ночки собрались в кучу. Она замерла, наблюдая за переливами. Хлоп! Пузырёк лопнул вместе с терпением кошки.

Вихрь пронёсся мимо меня, а сзади раздалась канонада хлопающих звуков. Мрак в комнате рассеялся, и я, победно улыбаясь, зашла внутрь. Но улыбка держалась недолго.

Лицо некромага было бледнее мела. Он часто поверхностно дышал и метался по кровати, словно не мог освободиться от оков кошмара. На лбу выступила испарина, а бескровные губы были искусаны до крови.

Я спешно нырнула в тяжёлую сумку. Как знала и притащила с собой весь арсенал зелий от недугов. Может же так быть, что одно подтолкнёт к пробуждению, а другие укрепят тело. Что нужно было не одно зелье готовить, а собирать букет склянок.

Вытерев пот с мраморно-белого аристократичного лица некромага, я попыталась влить эликсир, но Альтаирис упёрто сжимал губы, ворочал головой, не поддаваясь никаким моим усилиям.

— Прости, ты не оставил мне другого выбора.

Набрав зелья в рот, я залезла в высокую кровать и от удивления чуть сама не проглотила горькое лекарство. Раньше я думала, что мятная свежесть и приятная прохлада исходят только от его призрачного тела, но физическое пахло так же!

Передав зелье, я было отстранилась, но вдруг почувствовала тяжёлую руку на пояснице. Некромаг, не приходя в сознание, сжал меня в объятиях и углубил поцелуй! Он стал ласковым освежающим бризом, но требовательным, как ревнивое море. Истосковавшись по теплу, Альтаирис не хотел отпускать. Скользил руками по моему телу, разжигая огонь желания. Нежно крал дыхание, обдавая мягкой морозной свежестью. Лишал рассудка умелыми губами.

Я почти забылась в поцелуе, но тут раздалось удивлённое мяуканье. Вздрогнув, я выскользнула из рук потерявшего бдительность некромага, кубарем полетела с высокой кровати, подскочила на ноги и ветром отлетела к стене.

Щёки запульсировали от прилившей крови, в ушах стоял шум колотящегося сердца. Что я только что делала? Как могла воспользоваться бессознательным некромагом?

Ночка переводила удивлённый взгляд с меня на своего хозяина и обратно. Серебряные глаза сузились, а из пасти раздался предупреждающий рык.

— Перестань! Я лечила его, — обиженно воскликнула я. — Он первый...

— М-м... что происходит? — раздался хриплый, едва слышный голос. — Ночка? Принеси воды.

Я охнула, и меня пронзил взгляд глаз цвета летнего неба. На бледном лице Альтаириса появилась слабая улыбка:

— Кажется, у нас получилось? Спасибо.

Я прикусила губу и кивнула. Усталость от нервных, бессонных ночей разом навалилась на плечи, подкашивая ноги. Ночка же, наоборот, налилась энергией и деловито сновала туда-сюда. Она ловко держала хвостом кувшин и наполнила кружку водой. Вытянув из шерсти длинные чёрные тени, бережно подала её некромагу.

Я отстранённо наблюдала со стороны, вдруг осознав, что теперь свободна. Могу идти на все четыре стороны, только вот куда? За порогом всё ещё ждут пираты. О том, что они не сдались и подсылают людей, я узнала как-то от Альтаириса. Он был тогда особенно не в духе, покрывая всё вокруг себя инеем. Низким, почти рычащим голосом сказал:

— Будто мне нравится кладбище в собственном доме!

Я задумалась о прошлом, забылась и отразила все эмоции на лице. Некромаг тихо окликнул:

— Палана, дай мне несколько дней. Я восстановлюсь и решу вопрос с захватчиками. Не бойся.

Он сел, облокотившись о подушки. На ледяном лице сияла мягкая улыбка. Моё сердце пропустило несколько ударов. Показалось или сегодня Альтаирис произносит моё имя по-особенному нежно? Я задержала взгляд на губах, и в голове вспыхнули обжигающе яркие воспоминания. А он помнит?

— Ты снова себя изводила, — некромаг покачал головой. — Скорее ложись спать. Ночка обо мне позаботится.

— Откуда ты...

— Это мой дом. Я знаю обо всём, что в нём происходит, — лукавая улыбка и хитрый взгляд ответили на все мои вопросы.

Он всё помнил. Я пулей вылетела за дверь, а его хриплый смех гнал меня до самой комнаты.

Последующие дни я разрывалась от смущения и нервозности. Страх перед пиратами был забыт и спрятан куда-то далеко в подпол сознания. Уверенная в своих чувствах к некромагу, но не до конца в зельях, я постоянно крутилась вокруг Альтаириса.

— Ночка, у тебя появилась конкурентка. Её опека не знает тебе равных!

Пантера недовольно на меня рыкнула и попыталась оттеснить в сторону от пошатывающегося Альтаириса. Так вот оно что! Она ревнует к хозяину! А я-то думала, почему до сих пор не завоевала её доверия?

— Признаться, я тоже переживаю. Ложусь спать и думаю: а проснусь ли на этот раз?

Я вздрогнула и сильней сжала фарфоровую руку некромага.

— Я буду рядом и разбужу тебя, — призналась быстрее, чем поняла, как двояко звучала.

Альтаирис кинул хитрый взгляд:

— Значит, ты останешься со мной?

Я спешно опустила глаза, обжигаясь о его улыбку. Он ласково провёл пальцами по руке.

— Не торопись с ответом. Время ещё есть.

— Что ты имеешь в виду? — я удивлённо подняла брови.

— Я придумал, как решить два дела махом: и подвалы почищу, и во дворе приберусь.

За секунду нежная улыбка превратилась в леденящую душу. Глаза некромага полыхнули угрожающим серебряным огнём.

— Подниму тех, кто погиб в ловушке, и направлю на захватчиков. Будет весело.

Я вздрогнула, а он сильнее сжал мою руку. Пристально заглянул в глаза и спросил:

— Ты боишься меня?

— Да, — не было смысла врать, я никогда этого не умела.

Воинственный огонь в его глазах тут же скрылся, невидимое давление пропало, и я смогла свободно вдохнуть. Альтаирис спрятал зверя. Прохладная рука коснулась щеки, и я встретилась с ним взглядом. Там в глубине небесно-ярких глаз скрывалась печаль.

— Прости. Останься в доме.

Я резко замотала головой, а он удивлённо поднял брови.

— Хочу увидеть их смерть. Кровожадно, да?

Некромаг долго не отвечал. Пронзительный взгляд оценивал и пытался заглянуть в душу.

— Я не против жажды мести, но не станешь ли ты сильней бояться меня?

— Этого не могу сказать. Знаю одно: пока не увижу их смерть, пока не разорву рабский контракт — не смогу спокойно спать.

Он тяжело вздохнул, притянул к себе, погружая в морозную свежесть, и крепко обнял.

— Ты пробудила меня ото сна, а я избавлю тебя от тревог, — бархатный голос коснулся ушей, посылая волну приятных мурашек по телу. Тихо, едва слышно Альтаирис добавил: — Только боюсь, не смогу отпустить.

— Что ты сказал? Я не расслышала.

— Боюсь без тебя засыпать, говорю, — ярко улыбнувшись, повторил он.

— Т-ты специально? — щёки вспыхнули, и я попыталась вывернуться из крепких рук.

— Ты меня дразнила, отчего же мне нельзя?

От меня попыталось убежать сердце, не желая отдуваться за проказы хозяйки. Он заметил! Расставил капкан и ждал, когда я в него попадусь!

— А ты злопамятный, — фыркнула я, пряча лицо на его плече.

— Какой есть.

* * *

Некромаг начал битву в предрассветном часу. Не успело взойти солнце, как всё уже закончилось. Враг был застигнут врасплох и бежал, пытаясь скрыться на корабле. Я бы тоже побежала.

Вид у восставшей нежити был пожёванным. Провалы глазниц светились серебряным светом. Полусгнившие тела едва двигались, давая фору живым, но шли непреклонно. Ни одна атака не могла остановить мертвецов. В панике пираты не сразу вспомнили основное правило: не можешь убить — уничтожь.

— Навались! Бьём огнём вместе! По команде! — кричал капитан, собирая остатки храбрецов.

К моему огорчению, у них получилось. Половина восставшей армии была испепелена, а другая застряла в грязевой ловушке магов земли.

На плечо легла рука Альтаириса.

— Не переживай. Я только разогрелся.

Он встречал «гостей» в форменной одежде высших некромагов империи. Чёрный сюртук блестел серебряной вышивкой, переливы сапфировых пуговиц, родовое отличие де Грат, ослепляли глаза.

Завидев его высокую фигуру, выжившие пираты попятились к морю, но Альтаирис не дал уйти. Лёгкий взмах руки, и вот позади врагов заплясали длинные чёрные тени. Острее лучших клинков, они безжалостно разрубали всех попавшихся на пути. Хищниками они бежали за отступавшими, безошибочно выискивали спрятавшихся и выпрыгивали прямо из их теней.

Я удивилась, с каким спокойствием и хладнокровием принимаю чужую гибель. В душе не было радости, которую надеялась испытать и представляла в фантазиях о свободе. Не было ничего. Полное безразличие. Но стоило взглянуть на ровную спину Альтаириса, и я почувствовала восторг.

«Невероятная сила. Не из-за этого ли все так боятся некромагов? Специально оговаривают и делают врагами всего живого? Безразличны ли они к тому, кого убивать? Правда ли могут поднять руку на близких? Или всё это просто слухи?» — думала я, любуясь переливами серебряных волос в алом рассветном свете.

За его спиной я расслабилась и забылась на поле боя. Голос, который я никогда не забуду, который преследовал в кошмарных снах, вдруг раздался откуда-то снизу:

— Девка! Приказываю убить некромага!

Это был капитан пиратов. Он зажёг вокруг себя огонь, отгоняя чёрные тени. По бледному, измождённому лицу я поняла — его силы на исходе. Скоро у него закончится энергия и огонь потухнет, а вместе с ним и жизнь моего врага.

Капитан смотрел острым как нож взглядом, зажигая рабскую печать на моей душе. Ледяная дрожь прошила тело, кровь, наоборот, забурлила. Словно со стороны я видела, как формирую огненный шар и послушной марионеткой иду к спине некромага.

Остро, как никогда раньше, я поняла, что полюбила. Полюбила Альтаириса и привязалась к нему всей душой. А сейчас собираюсь его предать. Я знала, он выживет. Увернётся. Но не простит. В голове звучали его ледяные слова, сказанные при первой встрече:

— Выбор есть всегда.

Рот наполнился солоноватой кровью, глаза застелила багровая пелена. Я ломала себя, пытаясь сопротивляться печати. Я сама себя не прощу, если струшу и поддамся рабскому контракту. Подтвержу свою слабость и действительно превращусь в безвольную рабыню.

— Дура! Да чтоб тебя...— поносил меня ещё какими-то нецензурными словами капитан, видя, как добровольно лишаю себя жизни, но я перестала его слышать раньше, чем он закончил проклятья.

В ушах зазвенело. Огненный шар с шипением растворился в земле. Я победно улыбнулась. Не будет по-твоему. Подохнешь вместе со мной.

Падая, я заметила, как ко мне бежит знакомый силуэт. Он что-то кричал, но я уже не расслышала.

* * *

— Больше никогда, никогда тебя никуда не отпущу, — бормотал кто-то полным горечи голосом надо мной.

Я болезненно поморщилась и разлепила отёкшие веки. Либо вокруг стоял беспросветный мрак, либо я ослепла, но, как не моргала, различить ничего не смогла. Вытянув руку вверх, попыталась рассмотреть хотя бы её. Ничего. Ничего не вижу.

Я резко вскочила. Сердце бешено билось в груди, наполняясь отчаянным страхом. Лучше бы умерла, чем осталась калекой. Хотя... может, я умерла?

— Палана? Ты очнулась! — позвал откуда-то нежный голос Альтаириса.

Я всхлипнула и разрыдалась быстрее, чем поняла, почему плачу. Крепкие мужские руки тут же сгребли в охапку и окутали морозной свежестью.

— Не бойся. Всё в порядке. Я с тобой. Они мертвы. Больше никто не сможет причинить тебе вред.

Он ласково гладил меня по голове, успокаивая как маленького ребёнка. Я не противилась. Наоборот, хотелось, чтобы он затопил меня в ласке и убаюкал заботой.

— Прости! Я впервые столкнулся с такой печатью... не сразу разобрался, как она действует, — горячо шептал он. Тяжело вздохнув, продолжил: — Люди ужасно изобретательны, когда дело касается издевательств над себе подобными.

Рядом рыкнула Ночка, подтверждая слова хозяина. В руку ткнулся мокрый шершавый нос. Я опешила. Эта разбойница меня утешает? Вот уж не подумала бы.

— Как себя чувствуешь? Хочешь кушать? — осыпая моё лицо поцелуями, спрашивал Альтаирис.

Я было покачала головой, но почувствовала, как заурчал желудок. Некромаг хмыкнул и подхватил меня на руки. От неожиданности я кошкой вцепилась в его шею.

— Ох. Чувствую, силы вернулись к тебе, — хохотнул он мне на ухо. — Заставила же ты нас поволноваться!

Я прикусила губу. Сказать или нет, что ничего не вижу? Как он отреагирует? Позволит ли остаться калеке рядом? А как теперь работать над зельями? И снова разрыдалась. Рубашка на плече мужчины быстро намокла. Он неуклюже хлопал меня по спине и покачивал на руках, как ребёнка.

— Наверно надо сменить обстановку... Читал, что это снимает стресс. Когда мне было совсем тошно, я запирался в разных комнатах. Честно сказать, не помогало, но вдруг тебе поможет? А хочешь, отправимся в столицу империи? От пиратов я выпы... гхм. В общем, я узнал, что у меня теперь новый император. Вернувшись с выжившими некромагами, он восстанавливает Кантарос. Тебе было бы интересно посмотреть на него?

Я кивнула. Действительно любопытно посмотреть на столицу «злодеев», как описывало нам их наше правительство. Потом шире открыла глаза, снова ничего не увидела и едва слышно призналась:

— Я... я, кажется, ничего не вижу...

В ответ молчание. Я не могла понять: услышал он или пребывает в шоке? Но смелости сказать это ещё раз больше не было. Я внутренне сжалась и считала шаги, пытаясь хоть так определить, сколько времени он уже молчит.

— Хе-хе, — вдруг раздался глупый, нехарактерный для некромага смешок.

Я суетливо заскользила руками по лицу мужчины. Точно ли это Альтаирис? Могут ли это быть предсмертные глюки умирающего сознания?

Он поймал мою ладонь и нежно поцеловал.

— Прости... я забыл про свет.

Часто заморгав, я вытянула руку и щёлкнула пальцами. На ладони затанцевал маленький огонёк. В его свете я увидела смущённую улыбку некромага и мягкий румянец, едва подсветивший бледные щёки. Отведя взгляд в сторону, Альтаирис смущённо признался:

— Гхм. Это моя родовая особенность. Я вижу в темноте. Обычно я всегда зажигал для тебя свечи, но из-за твоего состояния совершенно про это забыл.

— Только для меня? — удивлённо ахнула я.

Он смущённо пожал плечами и, крепче стиснув меня в объятиях, признался тихим, но твёрдым голосом:

— Ты зажгла надежду в моём сердце. По сравнению с этим, зажигать для тебя свечи — пустяк. Скажи мне, готова ли ты и дальше быть моим светом?

Пылая от тёплого чувства в груди, я взмахнула рукой и зажгла вокруг нас рой крошечных огоньков. Синие глаза Альтаириса искрились счастьем и любовью. Ни один мужчина ещё не смотрел на меня таким растапливающим сердце взглядом.

Я прищурилась, как довольный кот, и уточнила:

— Навсегда?

— На меньшее я и не согласен.

— Готова.

— А взять мою фамилию?

Ахнув, я нежно поцеловала Альтаириса и прошептала:

— С радостью.