Вырезанная часть из "Звезды ветер и мы, дорогами иных миров"

Глава 1

Джером де Гай

Наконец-то они встретились! «Вот оно счастье!..» Я желчно хмыкнул и отвернулся. Веселая компания, сидя в гостиной замка, пересмеивалась и болтала без умолку, а не слышал ни единого слова из того, о чем говорили друзья. Я не чувствовал себя одиноким, среди них, совсем нет. Просто задумавшись, даже не заметил, что праздничный обед подходит к концу и слуги принесли десерт.

Вечер суматошного дня. Поэты сказали правду тяжело быть чужим на празднике жизни... С нажимом провел ладонью по лицу.

Откинувшись на спинку дивана я оглядел друзей. Рик что-торассказывал Рэну, широко жестикулируя руками. Оливия смеялась с его слов, Рэн иногда кивал, и только Силь смотрела куда-то в сторону, не слыша ни слова.

Я подсел к ней и тихо спросил.

— Силь, что с тобой?

Сильвия, обернувшись, печально на меня посмотрела, казалось еще миг и из ее глаз брызнут горячие слезы:

— Джем, ты не представляешь… я теряю Дель! Да... Такого никогда не было. С ней что-то произошло в плену, но она молчит, и говорить не желает... А я уже не знаю, как ей помочь!

— После любого плена в душе что-то ломается... — начал я.

— Джем... Ты не понимаешь! Она даже меня видеть не хочет! А я... я ведь на самом деле виновата в том, что их с Оль похитили! Это я потащила ее за собой по этим мирам! Это я подвергла их жизни опасности!

Я вздохнул. Тоже мне без вины виноватая. Пора уже книгу писать с пояснениями: «Как успокаивать младенцев не прибегая к спиртным напиткам»...

— Дорогая моя, один благородный тип с длинными ушами сейчас это услышит и начнет винить себя в том, что ты винишь себя в этом...

— Да-да, я понимаю, — чуть не всхлипнула она. — Но что делать с Дель?! Как ее вернуть в нормальное состояние?

Я еле поймал свою руку, чуть не погладив Владычицу по голове как малышку, и скрыв грусть, пообещал:

— Это я возьму на себя! — бодро вслух, но со стоном в душе успокоил ее я. А что? Все равно пока делать нечего. — Так что, Силь, больше не переживай и радуй эльфа...

— Слушай, а давай все вместе куда-нибудь отправимся? — уже загорелась идеей спасительница. — Например, к южному морю, и Дель захватим?

Пока они не отправились туда прямо сейчас, Рэн любит поддерживать идеи супруги, я поспешил подняться и сказать

— Я пошел к ней...

— Спасибо, Джем. Я так тебе должна за все!

— И я! — О, Рэн очнулся.

Я деловито кивнул:

— Отлично, я как раз придумал, что от вас, драгоценные мои, потребовать за помощь! Надо пользоваться ситуацией… — смеясь, сказал я. — Так вы отдадите мне владычество над эльфами со всеми землями и богатствами?

Рэн реально обрадовался:

— Спасти меня от такой ноши?! Дать жить спокойной жизнью?! Джем, ты настоящий друг! Забирай!

— И это преданный великий Владыка Эльфов... вот так мы теряем кумиров! — посокрушался я под улыбками друзей. — Ну, я пошел...

— Спасибо... — Начала было Сильвия. Я сделал страшное лицо, вот заладила!

Выбравшись во мрак коридора, словно оставил позади свет.

Усевшись в дальней комнате на диван, тяжело застонал, закрыв ладонью глаза. Как тяжело мне дается подобная невозмутимость…

Тишину кабинета нарушил какой-то звук. Кто-то горько плакал...

Я выбрался в коридор и внимательно огляделся, прислушиваясь, из какой комнаты слышен плачь.

Найдя источник шума, тихо заглянул. И опешил.

Дель, упершись головой в спинку дивана, безутешно рыдала, спрятавшись ото всех в своей комнате.

Я на миг отступил и вернулся в коридор.

— Так, ищем, кому хуже, и помогаем! Рецепт выхода из тяжелых ситуаций, подслушанный у Силь, — сам себе иронично пробормотал я, тихо двигаясь в темноте.

Теперь у дверей Дельфины было тихо.

Ух, наверно выплакалась и спит! Я уже развернулся, чтобы весело посвистывая, спуститься по лестнице и идти прогуляться, дабы поискать себе старых добрых развлечений на свою голову в людском городе, но... я обещал Силь.

Тихо открыл дверь, чтобы убедится, что с девушкой все в порядке. Бесшумно вошел, разглядывая сначала диван, затем кровать...

Она нашлась в самом дальнем углу, сидя в темноте на полу, обхватив голову руками.

— Привет...

— Уйди!

Не услышал. Туг на ухо.

— Давай поговорим. Ты ведь спать не хочешь?

Не дожидаясь ответа я, задвинув на двери засов, опустил на окнах жалюзи, и мгновенно зажег восковые свечи. Затем подошел к небольшому шкафчику в дальнем конце комнаты и, открыв дверцы, вытащил графин с наливкой и бокалы.

Сегодня пожилая экономка, та, что провожала гостей по комнатам, рассказала, что во всех покоях для гостей есть подобные тайнички. Только я не знал, что мне это так скоро пригодится. Разливая наливку по бокалам, спросил девушку.

— Дель, ты решила лечь спать в этом уютном углу?

— Джем, отстань.

— Мы, помнится, на брудершафт не пили?

— Ваше императорское величество, позвольте проводить вас из моих покоев ВОН! — ледяным голосом «отбарабанила» Дельфина.

— Инден, здесь?— «удивился» я, изобразив непонимание и картинно оглядываясь вокруг.

Она застонала. Громко тяжело. Сейчас убежит.

Но она только замолчала, встав из своего удобного угла, села в кресло передо мной.

Я протянул ей бокал, игнорируя осоловевшие глаза и круги под глазами. Она, несомненно, давно нормально не высыпалась и сейчас мечтала именно об этом. Уверен, что этим и вызвана ее молчаливость и неприветливость.

И я тут не просто так. Я тяжело вздохнул. А все мое доброе, — очень доброе! — сердце, уговорили, а я теперь мучайся!

— Вы сегодня от меня убежали, когда я хотел поздравить вас с новым титулом.

— У меня нет никакой радости по этому поводу, — сухо отозвалась Дель.

Не о чем ни думая, Дельфина отхлебнула полбокала разом.

— Значит, честно признаетесь, что ускользнули от меня? — театрально «удивился» я.

— Я прервала разговор, который был мне неинтересен, — пояснила она, словно глупому школьнику и допила наливку. Потом, прикрыв глаза, демонстративно откинулась назад на спинку кресла.

Кто-то решил напиться и забыться. Хорошая идея. Жаль с непривычки утром будет плохо.

Я наклонился к ней и заговорщически улыбнулся, вот ты и уснула.

— Гархх, не мозоль глаза... — не открывая глаз, прошептала девушка.

— Закрытые глаза? — «удивленно» переспросил я.

— Ты меня понял.

— У тебя сверхспособности?

— Сверхтерпение.

— Вроде мы на вы?

Она промолчала.

Мне вдруг захотелось, погладил теплую щеку Дельфины. Я положил руку ей на щеку. Оказалось, прикасаться к ней очень приятно — такая нежная. Мне вдруг захотелось подержать ее за руку, ощутить тепло ее кожи, чтобы ее тонкие пальцы переплелись с моими...

Дель открыла глаза и резко посмотрела на меня. Я чуть не отпрянул. Так, все эти проблемы свернули мне мозги наизнанку. Вот что значит провести целый год в приличной компании. К Темным все. Иду на улицу. К развлечениям!

Но я обещал. Руку я не убрал, просто взял ее за локоток.

— Дельфина! Ваше высочество, давайте провожу вас к кровати. Вам не стоит спать в кресле.

— Я за всю жизнь не слышала подобной чепухи! В конце концов, не такая я уж и беспомощная! — сонно пробормотала она, неловко махнув расслабленной рукой в мою сторону.

— Несомненно, дорогая,— саркастично усмехнулся я, незаметно покосившись на Дель. Девушка положила голову на спинку кресла и похоже по-настоящему задремала.

Я присел перед спящей в кресле на корточки и внимательно всмотрелся в нее. Чудесная девушка. Умная сильная красивая — настоящая принцесса. Мужественно перенесшая пытки, от которых и зрелые воины сходили с ума...

Я медленно склонился к ней и украл легкий поцелуй с краешка губ.

***

Это все Сильвия с ее выдумками. «Мы поедем отдохнуть на море!». Угу, да кто вам даст! Едва мы вчетвером собрались отдохнуть, как Владыку эльфов с супругой вызвали в замок. А так как Дельфина по первоначальному плану должна была прибыть ко мне, я сообщил ей об изменениях только в момент отправки.

— Принцесса, могу вас обрадовать, мы будем отдыхать одни. Наконец нам никто не помешает! — «обрадовал» ее я. — Мой загородный замок к вашим услугам. Надеюсь, подобная щедрость и снисходительность с моей стороны скажутся самым лучшим образом на наших отношениях с людьми.

— Несомненно, — сквозь зубы отозвалась Дель. Ее глаза раздраженно пылали, взгляд красноречиво сообщал, что я сволочь, и гад, сказал, когда ничего нельзя изменить!

Я широко улыбнулся. Мне пришлось по вкусу выводить принцессу людского королевства из себя. Ответить на мои шутки цинично, ей не приходило в голову, отшутиться она не успевала, а грубить — не позволяло воспитание, так что все мои уколы Дель принимала прямо в грудь. Юная, честная, бесхитростная девочка. Прелесть просто!

Порталом мы прибыли на море Тысячи островов почти к вечеру.

Дель, уставшая после суточного перехода, извинилась и сразу отправилась отдыхать. Немного прогулявшись по берегу, я присоединился к ней. Дель сидела за столом, пила чай.

Я вздохнул, стягивая камзол с плеч. В нарушении всех правил остался в одной рубашке. Она одинока, а наши стычки позволяют ей отвлечься и переключают все раздражение на меня. Сколько раз я вытягивал ее из затянувшегося уныния, вызывая огонь на себя! А что, неплохой способ проводить время, не хуже любого другого, я улыбнулся, устраиваясь на стуле напротив нее.

Дель от моей улыбки вздрогнула. Она поняла что все, скучно больше не будет.

Сидя напротив меня над пустой чашкой она изучала меня так пристально, что теперь я почувствовал себя на досмотре во вражеском плену.

Но Дель меня опередила. Она сделала неопределенный жест рукой, покрутив в воздухе изящным запястьем, требуя:

— Не смотри на меня так.

— Как? — Я расплылся в коварной улыбке.

— Как будто готов проглотить!

— Возможно, и готов, — я поджал губы в попытке скрыть очередную ехидную улыбку. — Мне прекрасный пол вообще-то всегда нравился, — доверчиво сообщил я.

Я не мог ни зацепить ее, она так строго на меня смотрела, словно учительница приличных манер.

— Жениться решил? — Дель вопросительно приподняла брови.

— За что ты так со мной, прекрасная. Намеренья жениться, даже на самой красивой эльфийке, я не имею! — надменно заверил я.

— Тогда в чем дело? — скрыв усмешку, спросила гостья.

И когда мы поменялись местами?

— Хотел предложить перемирие.

— Понятно... Надолго? — улыбнулась Дель.

— Да на все время пребывания здесь.

— А если кто его нарушит? — Ей, судя по всему, понравилось мое предложение.

— Того скинем со скалы. Надеюсь, плавать умеешь? — ехидно поинтересовался я.

— Умею. Но скинем мы тебя! Гаррхи все умеют хорошо плавать!

Вот и договорились. Довольно улыбаясь, я откинулся на спинку кресла, внимательно наблюдая за девушкой

Утром, едва позавтракав, пошли гулять на море. Чудесный запах безграничная мощь ласка волн... Мир — залитый солнцем и ароматами моря. Мы с Дель стояли на самом красивом утесе моего поместья, который важно возвышался над морем.

Дельфина прервала молчание, озвучив мои мысли.

— Совсем бы сродниться с морем, как этот утес... — Она размышляла вслух.

— Да... — с запозданием ответил я, вглядываясь вдаль. Дель добавила:

— …Словно суровый божок, принимающий подобающие ему жертвы.

— Да...

Я как раз наблюдал как волны совершающие "ритуальное приношение" обегая утес с двух сторон — сталкиваются в экстазе, с громким всплеском и картинкой в виде шумного фонтана. Брызги, которого обдавали нас с частотой удара минутной стрелки.

— Потрясающе! — выдохнула Дель.

— Потрясающе холодно... — поправил я, почти закончившаяся весна щедро оделяла нас теплом, но купаться немного рано.

Дельфина будто и не слышала:

— Чудесное место, — промолвила она, кутаясь в теплую накидку.

Вот покажите мне хоть одну красотку, чтобы стояла на горе битый час, уставившись на море, полностью меня игнорировала?! Теряю квалификацию. Даже Силь из вежливости общалась бы... А Дель... Она здесь реет на просторе... В собственном одиночестве.

Дель, наконец, отозвалась:

— Попрошу папу, найти именно в этом месте дачу на лето...

— Зачем? — возразил я. — Приезжай сюда. Мы с Инден бываем тут раз в десятилетие. Живи сколько душе угодно!

Наконец-то оторвавшись от глубокого созерцания моря, она внимательно посмотрела на меня.

— Спасибо, Джем.

Ого! Какой прорыв в отношениях. Она впервые столь доброжелательно назвала меня по имени.

— Не за что. Я отдам указания прислуге.

— Не стоит беспокойства. Спасибо, конечно. Но одну отец меня не отпустит, а сам надолго столицу не покинет.

— Тогда приезжайте с Инден. Я ее одну тоже не отпущу. Только с тобой и Силь...

— Спасибо за доверие, конечно, — Дельфина кротко улыбнулась. — Но, как оказалось, я и за собой не в состоянии присмотреть.

— Это пройдет. Год, и будешь вспоминать все как рядовую неприятность. Мне понадобилось три месяца, чтобы после первого похищения прийти в себя.

В удивлении раскрыв глаза, Дель внимательно меня осмотрела, видимо соизмеряя слова с моим всегда довольным видом, не осознавая, что это не совсем вежливо.

— И как? Тяжело перенес? — тихо и очень доверчиво спросила она.

— Нормально. Последующие четыре похищения исчезли из памяти еще быстрее...

— Неужели?

— Принцесса, отвлекись! Не стоит сосредотачиваться на прошлом. Плохое нужно, чтобы по достоинству оценить хорошее.

Дель, оторвавшись от лицезрения моря, миг молча смотрела на меня, но видно что-то ей не понравилось:

— Философ! — скептично поджав губы, фыркнула принцесса, вновь вернувшись к лицезрению морских далей. Я фыркнул в ответ:

— Да-да, знаю. Не учите меня жить, лучше...

— Примерно так и есть, — недовольно прервала меня Дельфина.

У наших ног вскипел выдающийся, нет, просто гигантский фонтан из брызг.

— Прилив... — вздохнул я. Шум прибоя постепенно нарастал, где-то вдали был слышен вой ветра.

— Да. А завтра надо уезжать... — пожалела Дель, прижав к щеке свой черный локон, которым забавлялся ветер.

— Почему так поспешно? Побудь здесь. Обещаю, сильно доставать не буду.

— Зачем мне здесь оставаться?! — устало отозвалась она. Я был поражен тем, сколько боли было в ее голосе. — Я, наконец, согласилась, — сухо пояснила девушка, заглядывая мне в глаза. — Отец соберет потенциальных женихов, а мне придется выбирать...

Я внезапно разозлился, хотя и знал, почему отправилась из нашего мира Дель.

— Все так плохо? Никто до этого тобой не интересовался? — Она услышала издевку которую я, не сдержавшись, вложил в свои слова и превратилась в ершик.

— Представь, ждала тебя. Я же не знала, что ты даже не эльфийке не женишься! — язвительно отозвалась она. Угу, вспомнила вчерашний разговор.

Я помолчал, наблюдая за набегающими волнами.

— Поясни отцу, пусть отменит смотрины.

— Я могла влиять на отца лет так до семи, но не позже...

Прибой уже вошел в силу. А меня это уже раздражало. Последние слова Дельфины, сказанные не очень громко, я едва расслышал. Нас пару раз сильно обдало брызгами.

Оторвавшись от природных красот, я всмотрелся в нахмуренный носик Дель. Нам с ней скучно не бывает, хотя мы и солидно подрастеряли чувство юмора в последних событиях.

— Великолепно. Во сколько там у вас смотрины? — поинтересовался я.

Дель, едва сдерживалась, казалось, сейчас она зашипит и выпустит коготки.

— Так и знала, что с тобой, глазастый, серьезно ни о чем говорить нельзя! Оставь эту тему, что за удовольствие пинать в больное место!

— Так я же серьезно! — деревенским увальнем протянул я. — Приду на смотрины, понравлюсь тебе. Знаешь, какие красивые дети у людей и гарххов?! Красивей, чем у эльфов с людьми!

Тут она вновь меня удивила. Мгновенно успокоилась и, немного съежившись, мягко погладила меня по руке

— Джем, я не смогу заменить тебе Силь. Как и утешить в ее отсутствие.

— Зато только ты в состоянии лишить меня спокойного расположения духа! — взъярился я, холодно оглядев расстроенную Дель. К чему она Силь приплела! Дельфина, растеряно посмотрев на меня, отвернулась.

Да, погорячился. Но, так и не останавливаясь, заявил:

— Да ты на себя непохожа! Откуда столько смирения во взгляде? Где боевой настрой?

— Тебе мало досталось? — тихо спросила она, взглянув на седую прядь на моей голове. — Ладно. Добавлю позже... Пока пойду, прогуляюсь. — Она быстро спустилась по тропинке вниз и исчезла за скалой. Я успел только крикнуть вслед:

— Купаться не вздумай! Очень опасно. Скоро будет буря.

Она махнула рукой. Услышала. Но послушала ли?

***

Лучи заходящего солнца раскрасили берег. Вдали он был розовым, а там, где море сливалось с небом, туманно-синим. Немного постояв в одиночестве на утесе, я медленно обошел гору и направился за Дельфиной.

Ее на пляже не было. Шезлонги и беседки были пусты. Ветер крепчал. Еще немного и будет шторм со шквалистым ветром и огромными волнами.

Я осмотрел весь берег. Погода портилась на глазах. Прибой нес мусор, щедро осыпая им берег и тут же забирая назад, словно шаловливый малыш конфеты.

— Проклятье! — прошипел я, словно закрытый чайник и кинулся раздеваться. — Привез отдохнуть девчонку, заодно и утопил, чтоб не мучилась...

Сереющее небо освятила первая молния, когда я шагая в воде по пояс, добрел до начала спуска.

Головка Дельфины уже мелькала за полосой бурного моря среди внешне спокойных волн.

— Я же предупредил! Глупая девчонка! Вернемся, голову откручу!

Она попала в полосу обманной воды. Метр от поверхности — вода теплая, но ниже настолько холодное течение, что у могучих гарххов сводило ноги, и они тонули.

Успеть! Главное успеть. Я несся как лодка, рассекая волны, на плаву вспоминая давно забытые навыки. Вода все пребывала и пребывала.

Фонтан у одинокой горы становился все сокрушительней. Сталкиваясь, две водные громады издавали чудовищный грохот, словно две лавины, несшиеся с гор. Это буйство нарастало с каждой минутой все сильнее.

Назад этим путем не вернуться.

Остался один выход — пещера. Я нашел ее в детстве. Тогда меня приливом уволокло в море. Я устало барахтался на поверхности, изрядно нахлебавшись воды, пока не заметил, что течением меня принесло к каким-то скалам, одиноко стоящим посередине моря. Среди них я отыскал пещеру, правда, в нее можно попасть только во время прилива. Как и убраться назад. Тогда же я отыскал среди острых подземных скал быстрый путь назад. Но он был длинный и большей частью шел между торчащих под водой острыми скалами, которые вплавь можно миновать только с приливом.

Единственный шанс вернуться.

Когда я, наконец, добрался до края обманной воды, Дель тонула. Девушка сражалась с разыгравшейся грозой, взбушевавшейся природой и сведенными судорогой ногами.

Я крикнул:

— Держись! — глотнув хорошую порцию воды. Но шум от надвигающегося шторма погасил все звуки и она меня не услышала.

Длинный миг...

Глаза неотрывно привязаны к бьющейся из последних сил Дельфине. "Держись!" — твердил я словно заклинание.

Добравшись к девушке, она в бессознательном состоянии уже опускалась на дно, я нырнул за ней и удачно поймав ее волосы, вытащил наверх.

Вода вокруг нас бурлила и вздрагивала, перемешивая ледяное течение с теплым.

— Проклятье! Еще немного и нам не выбраться! Не доплывем даже до пещеры.

Я взвалил закашлявшуюся Дель на плечи, захватил в качестве страховки зубами ее волосы и изо всех сил поплыл, грезя преодолеть полосу ледяного течения до того как сведет ноги или руки.

Дель держалась за меня ослабевшей рукой, вторая заметно не слушалась. Когда до спасения из ледяной воды осталось совсем немного, ее правая рука ослабла и Дель стала сползать в воду. Она вновь потеряла сознание.

— Фипас тебя за ногу! Дель, держись! — Я поймал ее и притянул к себе.

Остаток пути я преодолевал, держа ее одной рукой, другой из-за всех сил вытягивая нас из ледяной воды.

В момент, когда я осознал, что миновал зону холодного течения, вовсю бушевала гроза, рассыпая грозди молний по воде. Ветер бесновался в дикой пляске. Осталось, положиться на течение и не потерять сознание.

Перевернувшись на спину, я водрузил Дель на себя, и поплыл раскинувшись по течению.

Как мужчина и гархх я выдержу холод, а вот Дель...

— Держись девочка, — пробормотал я, отводя взгляд от серого лица Дельфины с белыми как бумага губами. Она так и не пришла в себя.

Путешествуя по бушующему морю, мы медленно добрались до скал. Вот и пещера.

Пристроив девушку на спине, я вновь поплыл среди острых камней. Опасаясь потерять Дельфину я аккуратно лавировал между скалами, добираясь до спасительной пещеры. Как я влезал в нее с Дель на руках вспоминать страшно. Мокрый камень скользил под пальцами, холодные гневные волны норовили вырвать ценный груз из рук, ветер лживо соблазнял спрятаться в воде от его ледяных «ласк».

Наконец все осталось позади. И я рухнул на камни, поместив Дельфину на себя, тут же отключился, выбившись из сил. Да у меня лет сто не было таких испытаний!

***

Холод пробрался под самые кости. Я в одних тонких штанах, Дельфина в тонкой короткой рубашке — все насквозь мокрое, заледенелое!

Переложив дрожащую Дельфину на камни, вытащил свои запасы из вневременья. Оружие, звезды, ножи, нож... О! Фляжка Рика!

Когда вернусь, подарю ему лучшее императорское вино тысячелетней выдержки! Хотя... я и так хотел дать, но теперь подарю столько, что и его внукам хватит! Я открыл ее. В нос ударил благородный запах иномирского коньяка. Отлично! Еще бы плащик какой...

Убрав ненужное оружие обратно, я заставил глотнуть Дель из фляжки и приложился сам. Даль глотнула его, словно воду, и окончательно очнулась, закашлялась, задыхаясь от крепости.

— Джем?

— Привет, купальщица. Надеялась от меня избавиться? — усмехнулся я, прикладываясь к фляжке. — Я еще дома с тебя спрошу, зачем в воду полезла!

— А почему не сейчас?

— Сил нет.

Она промолчала, закрыв глаза. Но помолчав немного спросила:

— Что это у тебя?

— Подарок из Темного мира. Спирт, настоянный в дубовых бочках... Рик рассказывал.

— Здорово! Я почти согрелась...

Протянув остатка во фляжке Дельфине, я сказал:

— Пошел собирать плавунец, если он тут есть...

— Костер? Было бы чудесно.

Она улыбнулась.

Ее глаза уже блестели, щечки покрылись румянцем. Отличный коньяк, жаль согреемся ненадолго.

Я пошел, держась за стенку пещеры в сторону моря. И тут меня немного качнуло, словно в лодке. Может и меня не только согрело. Я довольно хмыкнул, а быстро помогло!

Мой рейд был бесплоден. Ни сухих водорослей, ни дерева. Ничего. Я вернулся к Дель и, устраиваясь у стенки на острых камнях, сказал:

— Костер отменяется, греемся друг о друга. Можно в неприличном варианте...

— Нет. Не хочу.

— Хорошо. Замерзнешь — приходи.

— Ладно, уговорил, я не буду ждать, пока меня начнет трясти от холода... Буду согревать тебя неприлично. — Она криво усмехнулась.

Я внимательно осмотрел ее влажное одеяние насквозь прозрачное и прилипшее к телу. Оторвавшись, проворчал:

— Мне и отсюда неплохо... тепло.

— О чем ты? — напряженно отозвалась Дельфина.

— Я говорю "разумно говоришь".

— Я все услышала и в первый раз! — рассердилась она, заметив состояние своей рубашки.

— Ладно, не тяни, ложись на меня. Согрею...

— Ты шутишь? — искренно удивилась она. Я с интересом наблюдал как сейчас в ней гордость и воспитание боролись с продрогшим и измотанным телом.

Потом она выдохнула:

— Я не могу.

Приличие победило.

— Во фляжке что-нибудь осталось?

— Да... Немного... — склонившись, она протянула ее мне.

- Благодарю... - сказал я, поймав ее за руки и подтащил к себе. - Теперь не двигайся... - она поняла эти слова неправильно.

- А если я ночью пошевелюсь?

- Ну что с тобой делать... шевелись, - я трагично вздохнул.

- Спасибо...

Я строго посмотрел на нее, потом сказал:

- Дель, я знаю еще один способ согреться.

- Да? Какой? - сонно ответила она.

Похоже, после конька она согрелась и благополучно засыпает, чего нельзя сказать обо мне.

— Способ особенно хорошо срабатывает после коньяка...

— Сейчас будет приставать... — застонала она, пытаясь отползти.

— Угу... — Я приподнял голову и попробовал ее губы.

Она сначала попыталась оттолкнуть меня, но затем затихла. Чего нельзя было сказать обо мне. Полыхая, как лесной пожар, пытался понять, почему я до сих пор не оценил ту, что все это время была рядом со мной!

Дель затихла и как только оторвалась от меня, тихо заметила:

— Джем, давай остановимся на первом способе обогрева.

— Почему?

Я продолжал согревать поцелуями ее шею. А в принципе я уже понял, что она хочет мне завуалировано сказать: "Я хочу любовь настоящую любовь. На меньшее не согласна!" Эти девушки, такие девушки! Замуж, чтобы отец отстал, она за непонятно кого согласна, а так...

Нет, Дельфина особенно утруждать себя пояснениями не стала:

— Не хочу... Иначе мне придется лечь вон там! А там холодно!

Я взял себя в руки, оторвавшись от девушки, попросил ответить:

— Не стоит мерзнуть. Лежи так, только ответь: почему?

— Что почему?

Вновь увиливает.

— Почему ты не хочешь согреваться моим способом? — Я улыбнулся так, что любой фонарь позавидует.

— Я не хочу и все! — помолчав, прошептала:

— И вообще... это не мое!

Я был прав! Эти слова вернули мне веру в жизнь. Я про себя рассмеялся.

— Дель, я все равно тебя никуда не отпущу, так что можешь не переживать. Меня ты давно околдовала своими румяными губками. И, пожалуйста, не хмурься и не притворяйся обиженной! Губки просто прелесть.

— Да?! — Это окончательно ее разозлило, она попыталась вырваться и вскочить, а что? Гнев — еще один хороший способ согреться!

— Не надо меня опекать и жалеть! И жениться из непонятной жалости, тем более!

Я прижал ее к себе еще сильнее.

— Ничего себе из жалости! Да тебя там наверно на части рвать будут с десяток потенциальных женихов! Хотел было дружбой корыстно воспользоваться и тут же по носу получил! — невинно распахнув глаза сказал я, прижимая вырывающуюся девушку еще крепче.

— Джем, ну хватить балагурить! — разозлилась она. — Я не игрушка и мне не нужна жалость! И главное, я же знаю, как с тобой поступил колдун!

Я по-настоящему застонал.

— И здесь это заклинание! Силь мне не верила из-за него, и ты не веришь!

— А во что я должна верить?

— В мои слова. Никто в замке императора не может похвастаться, что слышал мое предложение руки и сердца! Это раз. Во-вторых, я принадлежу к императорской семье, у нас в крови даже такие заклинания, что примерила Оливия, долго не держатся! Это два! В-третьих, не вздумай вспоминать Силь, это закрытая тема, по ней уже нечего сказать! Это три!

Дель напряглась.

— Во-первых, я твоего предложения тоже не слышала. Только какие-то слепые намеки на участие в смотринах. Во-вторых, даже если бы ты сказал, я пока не ответила да. Может, я хочу себе в мужья одного из потенциальных женихов? И в-третьих, а как же Силь? И, в конце концов, зачем ты разговор перевел на тему женитьбы? Ты же ненавидишь эту тему?

— Отвечать по пунктам?

— Опять паясничаешь? — В голосе Дельфины столько решимости. Я вгляделся в ее черные глаза, сверкающие гневом.

— Нет, я серьезен. Во-первых, Дельфина, выходи за меня замуж! Во-вторых, пожалуйста, я не шучу! И в третьих: я не чувствовал этого фипасова заклинания, на которое вы все мне указываете, уже через неделю! — Ну... немного слукавил. Я его перестал его чувствовать перед отправкой на Описумего.

Дель вместо ответа совершенно не аристократично фыркнула и хмуро замолчала. Я слегка расслабил руки.

Над головой громыхнул гром, но после нашей беседы, никто не обратил на него никакого внимания. Дель потерла глаза ладонью. А я упивался ее запахом, чувствуя, как под ее влажной рубашкой бешено бьется сердце. Казалось, что этот исступленный ритм проникает наружу и моя кожа начинает пощипывать.

Я люблю Инден, Силь и Дель. Но двух из них только как сестер. И когда это произошло — не знаю...

— Знаешь, я уже не понимаю, как к тебе отношусь... — призналась она.

— Ты мне слишком дорого досталась, но я рад, что у меня есть шанс изменить твое отношение! — Подтянув расслабившуюся Дель к себе, убеждать начал с губ...

— Нет! Прекрати! Иначе я уйду!

Я возмутился:

— Жестоко! Кто тогда меня согреет?

Она промолчала, сделав вид, что засыпает.

Я нежно привлек Дель к себе еще ближе, вдыхая аромат мокрых облепивших ее лицо волос. Тишина окутала нас, где-то рядом грозно пело и ругалось море, но мне сейчас казалось, что целая пропасть отделяет нас от его опасной бушующей мощи. Все пережитые за день мучения и тревоги остались за стенами пещеры: далеко-далеко отсюда.

— Не понимаю, ты так мучился, и тут раз... И чувствую себя такой измотанной и пустой...

— А я умиротворенным!

— Счастливчик, я забыла, что это такое... — прошептала Дель.

Я на самом деле чувствовал умиротворение и покой. Прижимаясь щекой к ее головке, изредка целуя макушку, наслаждался ее легким дыханием. А Дель, немного поворочавшись, наконец, крепко спала, так и не осознав, что медленно, но верно заняла мое сердце.

***

Я проснулся уже давно. Дельфина, стуча зубами, тесно прижалась к моему плечу, свернувшись калачиком. Когда Дель поняла, что разбудила меня, тихо сказала:

— Прости… просто ужасно холодно. — Я притянул ее к себе. Мы лежали, прижавшись друг другу. Неуклюже потянувшись, я спросил:

— Я думаю тебе нравится спать рядом со мной?

Дель сначала с досады покраснела. Затем усмехнулась, аккуратно расправляя подсохшую рубашку, сказала:

— Ты хочешь сказать, греться приплюснутой к тебе? — при этом лукаво поблескивала глазками. Но спохватившись вежливо, добавила. — Еще как нравится, самое лучшее место на свете. Спасибо.

Неловко ей. Я засмеялся. До Сильвии я и нее задумывался, что девушка умеющая краснеть, это нечто. Знаю, что за этот смех мне еще придется заплатить, но все равно прижался щекой к ее щечке и нежно шепнул чистую правду:

— Мне нравится, как ты улыбаешься.

— Правда?...

Получилось! Я почувствовал, как у Дель бешено заколотилось сердце. Не торопя события, я медленно встал, повернулся, потягивая ноющую спину, собираясь пойти к морю.

Девушка коротко взглянула на меня, и я осекся, буквально подавившись задуманным высказыванием.

Ее глаза были в слезах. Губы дрожали. Я испугался.

— Дель, что случилось?!

Дельфина молча обошла меня, в очередной раз пораженно разглядывая мою спину.

Затем она подошла ко мне и подхватив мою руку своими дрожащими пальчиками и прижала ее к себе.

— Джем. Боже мой, Джем! Прости меня. Я не понимала, что они воспевают тебя чуть ли не в песнях. Все. Силь, Оливия, даже мой отец. До меня только дошло...

— Что?!

— Твоя спина. Она до крови продавлена камнями! Как же больно тебе было...

— Ерунда, — отмахнулся я, — когда я в учебном гарнизоне готовился принять командование отрядом со своими воинами-гарххами, мы проходил испытания. Год спали на голых камнях. А кормили нас... — я скривился. — Собаки есть не стали...

Я замер, пристально вглядываясь в ее глаза, уже не зная, что еще такое она скажет.

Дель словно и не слышала меня, не отрываясь взгляда от спины.

— Ты себя не щадил, помогая друзьям. Вот и меня какой раз спас...А я... До меня только дошло какой ты замечательный на самом деле. Ты шутил и смеялся, развлекал друзей на всех наших сборищах, но я никогда не видела веселья в твоих глазах.

Я молчал, обдумывая, что теперь с ней такой озадаченной делать.

Она говорила уже сама с собой, тихо-тихо шепча:

— Как же я долго ничего не понимала!..

Я почувствовал себя изможденным, раздраженным, вспомнив предыдущий вечер в таких подробностях, какие мне вовсе не хотелось помнить. Мне еще ее жалости не хватало.

Пальцем я нежно провел по ее ладони, а потом крепко сжал нежные девичьи пальчики в своих.

— Дель...

— Джером… прости меня. Это я втянула нас в это сумасшествие и подвергла опасности.

— Разумеется! Даже не сомневайся, как вернемся, я тебе устрою! — с напускной серьезностью ответил я, сдерживаясь, чтобы не улыбнуться.

Холодность и неприступность Дельфины таяли как воск. Но последним усилием она заставила себя вырвать у меня руку. Я притянул ее к себе. Дель по-детски обвила руками мою шею и прильнула лицом к груди. Она поцеловала меня в щеку, быстро обняла и отвернулась.

Я снова посмотрел на Дельфину. Возле ее губ залегла горькая складка. Опять что-то придумала! Тут бы в голос застонать, но она окончательно обидится.

— Ты гархх, я человек. Ты искатель приключений, я для тебя слишком скучная домашняя девушка. Я уже вышла из возраста, когда верят романтическим сказкам... — начала Дель я прервал ее:

— ... и поэтому так мне подходишь...

— То, что я оценила тебя по достоинству, не дает никаких надежд на появление между нами личных отношений.

— Надеюсь, твоя гордость равноценная замена любви... — сквозь зубы раздраженно ответил я.

— Любви? — недоверчиво переспросила она, повернувшись ко мне. Затем, отвернувшись, покачала головой и отошла. Не верит.

Похоже, я потерял все навыки по завоеванию приличных дам. Если они у меня были... не помню… Неприличные точно были… Но неприличных зачем добиваться?

Я рассмеялся пошлой шутке, которая пришла на память, и попытался сосредоточиться на другом, надо продумать, как лучше добраться домой.

Застигнутый врасплох за расчетом, не заметил, как сзади подошла Дельфина.

— Я так и не верю, что тебя на самом деле заинтересовала, прости... — робко прошептала она, стараясь не смотреть в мою сторону. — Мне на эту тему даже говорить неловко. — Она переставила ногу на пологий камень и добавила:

— Подумай, ну как я могу поверить, ты ведь был помешан на Силь.

— Был. А после очнулся и понял, что мне Силь дорога, как Инден. Она друг, сподвижник, мы столько всего перенесли вместе!

— Это я как раз понимаю. Я не понимаю другое... — и с опаской добавила: — А ты не обидишься?

— Говори... — Ох уж эти девушки, я с усмешкой возвел глаза к небу...

— С чего вдруг такая привязанность именно ко мне?

— Я открыл глаза и понял, что привязался как-то... именно к тебе, — и тихо рассмеялся. Тут я заметил, что она дрожит.

Я сел, свесив ноги с обрыва, и притянул Дель к себе на колени. Она дрожала всем телом. Придерживая ее одной рукой за талию, другой рукой прижал к себе ее голову и слегка коснулся губами волос...

Дель, как и я, искала тепла. Она так замерзла, что все тело ее сотрясала крупная дрожь.

Я неподвижно держал ее, как держал в детстве Инден, когда она разбивала коленки или плакала от горьких обид.

Дель крепко прижалась ко мне, чувствуя себя в полной безопасности. Она прильнула лицом к моему плечу. Чувствуя, как нас обволакивает тепло, я прижался к ней щекой. Руками согревая спину, а дыханием волосы.

— Согрелась?

— Да, — произнесла она глядя сквозь широкое отверстие пещеры на голубое весеннее небо и безмятежно бегущие по нему облака. — Мне давно не было так хорошо.

— И мне...

К утру море успокоилось, облака разошлись, и неожиданно небо окрасилось в нежно-голубые тона. Как по волшебству изменился и окружающий мир. Темные краски исчезли без следа и им на смену пришли утренние радужные тона.