Волчья нежность, или Любовь на Савёловском направлении

Глава 1

Анастасия была девушкой кроткой, доброй и весёлой. Природа щедро одарила её красотой: длинные светлые волосы ниспадали на плечи роскошной копной, голубые глаза излучали нежность, а улыбка могла растопить даже сердце начальника отдела. Впрочем, последнее было лишь предположением, поскольку начальник отдела никогда не улыбался.

Жила Анастасия в славном городе Талдоме и работала чиновницей. И не просто мелкой чиновницей, а совершенно крошечной. Настолько крошечной, что её должность едва различалась в штатном расписании без увеличительного стекла. Впрочем, сама Анастасия была невысокого роста.

Несмотря на все невзгоды государственной службы, девушка не теряла оптимизма. Была у неё одна заветная мечта: встретить славного мужчину, который будет любить её, заботиться о ней и, быть может, однажды избавит от необходимости ездить на работу на электричке.

И вот однажды судьба улыбнулась ей.

Был холодный октябрьский вечер. Анастасия возвращалась домой, сидя у окна электрички Савёловского направления. За окном проносились унылые подмосковные пейзажи. Где-то вдалеке мерцали огоньки дачных посёлков, а в вагоне пахло мокрой одеждой, растворимым кофе и человеческой усталостью.

Напротив Анастасии сидел необычный мужчина.

Он был высоким, широкоплечим, с серой шерстью, длинной мордой и большими выразительными глазами. Одет он был в серое худи, синие джинсы и белые кроссовки. Из-под капюшона торчали два острых волчьих уха.

Анастасию ничуть не смутило, что перед ней сидел Волк из «Шрека». За годы государственной службы она видела существ и пострашнее.

Мужчина заметил, что девушка смотрит на него, и приветливо улыбнулся.

— Простите, сударыня, — произнёс он неожиданно мягким голосом. — Вы, случайно, не знаете, сколько нам ещё ехать до Талдома?

— Минут сорок, наверное, — ответила Анастасия. — А вы тоже там живёте?

— О да. У меня там своё логово.

— Как интересно! А кем вы работаете?

— В сфере охраны лесного хозяйства, — уклончиво ответил Волк. — В основном занимаюсь санитарным контролем за популяцией копытных.

Анастасия восхитилась. Мужчина был не только статен и красив, но и обладал благородной профессией.

Разговор завязался сам собой. Они обсуждали погоду, литературу, особенности пригородного железнодорожного сообщения и перспективы развития Талдомского городского округа. Волк оказался удивительно образованным и галантным собеседником. Он даже уступил Анастасии место у окна, хотя она уже сидела у окна, для чего пересел напротив ещё раз.

Время пролетело незаметно.

— Знаете, Анастасия, — сказал Волк, когда электричка приближалась к Талдому, — я давно не встречал столь очаровательной девушки. Ваша красота подобна утренней заре, а голос ласкает слух нежнее шелеста молодой листвы.

Анастасия покраснела.

— Ах, ну что вы! — застенчиво произнесла она.

— Я хотел бы пригласить вас к себе. Выпьем чаю, послушаем музыку. У меня совершенно чудесное логово. Правда, немного специфически обставленное.

Анастасия задумалась. Она была девушкой благоразумной и прекрасно понимала, что ходить в гости к незнакомым мужчинам не всегда безопасно. Особенно если мужчина — волк.

Но было в его манерах нечто удивительно располагающее. Он не позволял себе грубостей, говорил исключительно учтиво и даже извинился, когда случайно задел её хвостом.

И Анастасия согласилась.

Они вышли на станции и направились к дому Волка.

Логово оказалось обыкновенной двухкомнатной квартирой на третьем этаже панельной пятиэтажки. В подъезде пахло краской и кошками. Последний запах заставил Волка немного поморщиться.

— Прошу, проходите, моя дорогая! — сказал он, открывая дверь.

Анастасия шагнула внутрь.

И застыла.

В комнате царила какая-то совершенно невероятная обстановка.

На стенах висели кожаные плети, наручники, ремни и цепи. В углу стоял массивный деревянный крест с металлическими креплениями. На журнальном столике лежали какие-то странные ошейники, а над диваном красовалась коллекция кнутов, аккуратно развешанных по размеру.

Анастасия почувствовала, как кровь отхлынула от её лица.

Боже мой! Куда я попала?!

Её мысли метались, словно испуганные воробьи.

Неужели этот галантный мужчина оказался чудовищем? Неужели все эти нежные слова были лишь уловкой? Неужели я никогда больше не увижу Талдомский историко-литературный музей?

— Вы пока располагайтесь, — ласково произнёс Волк. — А я на минутку переоденусь.

И скрылся за дверью спальни.

Анастасия стояла посреди комнаты, не решаясь пошевелиться. На стене тикали часы. За окном проехала «Газель». Где-то лаяла собака.

Вдруг дверь спальни медленно открылась.

На пороге появился Волк.

Но теперь на нём не было ни худи, ни джинсов.

Вместо них он облачился в длинную розовую ночную рубашку с кружевными оборками. На голове красовался белоснежный старушечий чепчик, завязанный под подбородком аккуратным бантиком. На носу сидели круглые очки в тонкой металлической оправе.

В одной лапе он держал вязание.

— Бабушка? — растерянно прошептала Анастасия.

— Да, внученька, — ответил Волк тоненьким дребезжащим голосом. — Это я.

Затем он деловито положил вязание на комод, подошёл к стене и принялся пристёгивать себя наручниками к металлическим креплениям.

Щёлкнул первый замок.

Потом второй.

Волк удовлетворённо дёрнул цепями, проверяя прочность конструкции.

После чего повернул к Анастасии свою огромную серую морду, кокетливо поправил чепчик и жалобно произнёс:

— Внученька... Бабушка сегодня очень плохо себя вела.

Анастасия молчала.

— Очень, очень плохо, — продолжил Волк, виновато потупив глаза. — Бабушка съела всю кашу. Бабушка не проветрила комнату. Бабушка даже не оплатила квитанцию за капитальный ремонт.

Он тяжело вздохнул, отчего кружевной чепчик слегка съехал набок.

— Я была плохой бабушкой, Настенька. Очень плохой.

Анастасия медленно перевела взгляд с его чепчика на коллекцию плетей.

Волк посмотрел на неё с надеждой.

— Накажи бабушку, внученька.

Он немного помолчал и добавил уже совсем тихо:

— Только очки не разбей. Они по рецепту.

Занавес.