Во всем виновата тыква!

Глава 1 Первая неприятность капитана Вергоса

Капитан Лео Вергос ненавидел Хэллоуин. Всю эту истерию с костюмами, толпами людей, кричащих «Кошелёк или жизнь!», и тошнотворный, навязчивый запах жжёной карамели, который въедался в шерсть ещё за неделю до праздника. Для оборотня и начальника полиции Вэлихилла это был сущий кошмар. Его волчий нюх, и без того воспринимающий мир тысячью оттенков запахов, сходил с ума от этой аромо-атаки, а древние инстинкты настойчиво требовали разогнать всю шумную, размахивающую деталями своих костюмов и светящимися палочками толпу по домам. Потому что все прекрасно знали, что ночь, когда ткань мироздания истончается и потустороннее пытается проникнуть в реальность, – самая опасная ночь. Все знают. Но каждый год одно и то же. Подготовка к празднику. Украшение каждого дома, каждой улицы и, конечно, главной площади. Гуляние три дня и, как вишенка на приторном карамельном торте, ночные празднования Хэллоуина. Каким образом у окружающих напрочь отключается инстинкт самосохранения, Лео не мог понять.

Он сидел в своем кабинете, пытаясь сосредоточиться на отчете о краже двух садовых гномов, которые, как выяснилось, просто ушли сами. Основали коммуну в лесу и теперь распространяли информацию среди других гномов, призывая их жить на лоне природы, не зависеть от людей, магов, оборотней и прочих жителей города. А самое главное, эти очень предприимчивые гномы обещали создать профсоюз и отстаивать права садовых гномов перед другими жителями Вэлихилла. Лео тихонько фыркнул: давно у него не было таких забавных дел.

Из открытого окна доносились крики детей, гоняющихся за призраком почтальона, и душераздирающие звуки скрипки, на которой репетировал живой скелет из соседнего особняка. Да. Хэллоуин уже близко, и всякая нежить свободно перемещается по городу. И ведь это милые, домашние экземпляры. Призрак почтальона принадлежал почтовому отделению номер пять. Мужчина так любил свою работу, что даже не заметил, как умер там же. За стойкой. Невидимый дух так и жил на работе, раз в год получая возможность выходить в город и становиться видимым для всех, а не только для тех, кто работал на почте и пользовался специальными амулетами. Всё же старый работник знал очень многое, и отказываться от его помощи никто не желал.

Про скелета-скрипача и говорить нечего. Это был скелет старого дворецкого из особняка Освальдов. Семья оборотней, жившая в этом доме, уже давно привыкла, что Дерек Гас благодаря их дедуле превратился в чистые обглоданные кости. Оборотень был очень ревнив. А еще подозрителен. Вот и вспылил, когда заподозрил, что его обожаемая жена строит глазки их дворецкому. Говорят, на небе сверкала полная луна… В общем, не стоило обычному человеку устраиваться на работу в дом оборотня. Но то дело старое. А вот сейчас, как и многие годы до этого, Дерек старательно пиликает на скрипке, устроившись на улице. Единственные три дня в году, когда молодая хозяйка дома с чистой совестью может изгнать скелета из дома и поделиться радостью слушать бесконечные гаммы со всеми окружающими.

«Ещё два дня, — продолжал убеждать себя Лео, с силой вдавливая печать в угол отчёта. — Всего лишь два дня, и эти мучения закончатся!»

Его раздумья прервал пронзительный крик, доносившийся с городской площади. Это был не обычный праздничный визг, а крик, полный неподдельного страха. Лео тяжело вздохнул, отложил печать и медленно поднялся из-за стола. Очень медленно и обреченно, как приговоренный к казни преступник, он направился к окну. Благо его кабинет как раз выходил окнами на центральную городскую площадь.

Площадь превратилась в хаос. Вокруг постамента, где еще пару часов назад возвышалась Великая Тыква Вэлихилла — огромный волшебный овощ, символ и, по слухам, магический защитник города, — суетились люди в костюмах. Сама тыква исчезла бесследно. На постаменте остались лишь несколько сломанных стеблей и лужица липкого сока, который странно мерцал.

— Капитан! — К нему подбежал молодой офицер Ричард Джефферсон, его лицо было бледным, а форма заляпана чем-то оранжевым. — Она пропала! Испарилась! Я же там был, на посту! Только на секунду отвернулся — погладил собаку-призрака, а она… Её и след простыл! Как могла пропасть такая большая, очень бо… Огромная тыква?!

— Спокойно, Джефф, — Лео положил тяжелую ладонь на плечо офицера. — Ничто не испаряется бесследно. Ты ведь знаешь. Ну, возьми себя в руки! Если исчезает что-то размером с двухместный диван, и никто ничего не видел, то, скорее всего, эти следы какие?.. — Ма-ма-магические? — Именно. Но следы точно есть. Пойдем.

Лео в сопровождении своего подчиненного покинул участок и, обойдя несколько зданий, вышел к главной площади. Толпу он не любил. Паникующую толпу — тем более. Но работа есть работа. Поэтому, сверкая недовольным желтым взглядом, Лео уверенно шел мимо людей и нелюдей, которые безропотно расступались перед ним. Оборотню нещадно хотелось чихнуть. А еще переехать на пару дней в лес, чтобы иметь возможность дышать свежим воздухом и в свое удовольствие бегать на природе в волчьей шкуре. Но нет. Работа. Долг. И запах жженой карамели.

Детектив Вергос медленно обошел постамент, где еще недавно находилась тыква. Глаза его были прищурены, внимательный взгляд замечал всё: и обломанные плети ботвы, и смятые, будто на них кто-то наступил, листья, и мерцающую лужицу сока на мраморном постаменте. А также фантик от какой-то сладости, рассыпанные семена для птиц и какой-то бумажный шарик. То ли упаковка от еды, то ли газетная страничка — так сразу и не разобрать. Его нюх, забитый густым навязчивым запахом карамели с примесью различных духов и уличной еды, сейчас был почти бесполезен. Лео отчаянно пытался вычленить хоть какой-то след среди множества запахов, но всё было тщетно. Слишком много народа на площади! И тут его взгляд упал на одинокую фигуру, стоявшую в стороне, в тени ратуши. Женщина... хотя какая из нее женщина? Ведьма! В плаще цвета спелой сливы и с рыжими кудрями, выбивающимися из-под остроконечной шляпы. А в ее руках был… садовый секатор! Именно этим секатором эта дерзкая заноза всего города с самым невинным видом срезала с какое-то растение с ближайшей клумбы.

Лео почувствовал, как у него задёргался глаз. Конечно! Кому же еще быть в эпицентре хаоса, как не ей?

Он медленно приблизился, стараясь не издавать лишних звуков, но она почуяла его приближение — или, что более вероятно, услышала его тихое, полное раздражения рычание. Подумать только, стоило увидеть кончик ведьминской шляпы цвета спелой вишни, — про этот цвет он однажды выслушал целую лекцию на полчаса! — как рык сам собой зарождался в груди и срывался с губ. А ведь до полнолуния было еще полторы недели!

— Мисс Торн, — произнес он, скрестив руки на груди так, чтобы были видны бицепсы. Он знал, что этот прием запугивания на нее не действует, но это вошло в привычку. В конце концов, может ведь оборотень помечтать?! — Каким ветром занесло?

Мэджи Торн повернулась, и ее изумрудные глаза вспыхнули притворным удивлением. Правда, за ним скрывался очевидно неподдельный восторг от встречи с детективом.

— Капитан Вергос! — воскликнула еще совсем молодая ведьма, двадцати пяти лет от роду. Она улыбалась так, будто встретила старого друга на вечеринке. — Вы как раз вовремя! Посмотрите, по спецзаказу от жены мэра я смогла развести мшистый плющ. Развести, вырастить, высадить у ратуши и теперь ухаживаю за ним и слежу, как прижился! Редчайший экземпляр! Вы не представляете, сколько сил, времени, нервов, да что уж там, и средств было вложено в эту работу! И какая ирония судьбы, да? — Мэджи многозначительно кивнула в сторону пустого мраморного постамента. — Крадут именно тыкву, а не нечто не менее ценное, но определенно более редкое в наших краях. Тыквы, вы знаете, растут на любой грядке, а плющ?.. Прямо личное оскорбление, скажу я вам!

— Что вы здесь делаете сегодня?! — спросил Лео, стараясь сохранять ледяной, деловой тон. Правда, с мисс Торн это работало так же эффективно, как попытка потушить пожар ветром. — Расследовала экологическое преступление, капитан! — с жаром заявила Мэджи, засовывая секатор в бездонный карман плаща. И убирая следом небольшую веточку от розового куста. — Кто-то неправильно удобрял розы у мэрии! Представляете? Преступление против флоры! Я уже собрала образцы для анализа. Подозреваю нерадивого садовника-гоблина. Думаю, здесь и объяснять не стоит. Все знают, что гоблины — садоводы совершенно никакие. Удобрения всегда путают, с эстетикой не дружат, что такое дизайн, знать не знают, а уж о том, какие растения можно высаживать по соседству с теми или иными… Кхм, в общем, я здесь работаю, капитан.

Лео прищурился и сделал глубокий вдох. Он внимательно принюхивался, стараясь не отвлекаться на карамельный запах, пыль и суету толпы. Среди ароматов земли, растений и её собственного шлейфа — корицы и едва уловимого запаха озона, напоминающего свежесть после грозы, — он наконец почувствовал его. Очень тонкий аромат, полный магии, с оттенками густой зелени и накопленного солнечного тепла. Это был след магии Великой Тыквы, и он вёл прямо к Мэджи Торн.

— Мисс Торн, — его голос звучал низко и угрожающе, — вы становитесь первым и пока единственным подозреваемым в деле об исчезновении важной городской реликвии. Пожалуйста, проследуйте со мной в полицейский участок для дачи показаний.

Она не выглядела ни смущенной, ни испуганной. Наоборот, на ее лице засияла такая яркая и искренняя улыбка, что Лео на мгновение показалось, будто над площадью внезапно появилось еще одно солнце. — О, отлично! – Мэджи всплеснула руками. – Я всегда хотела посмотреть, как выглядит полицейский участок изнутри!

Ведьма без разрешения подхватила Лео под руку и зашагала рядом с ним, болтая без умолку. — Вы там держите специальные наручники с заклятиями для блокировки магических существ? Надеюсь, нет. У меня на них аллергия. Высыпают чудесные фиолетовые узоры на руках, но, к сожалению, чешутся просто ужасно! Ах, судя по вашему недовольному взгляду, вы хотите знать, когда я успела примерить такие наручники? Не переживайте, мистер Вергос. Это был всего лишь эксперимент! Мне, знаете ли, было очень любопытно.

Глава 2 Вторая неприятность капитана Вергоса

Час спустя Лео обреченно смотрел на Мэджи через стол в своем кабинете. Кабинет был его крепостью — минималистичным, строгим, где всё было разложено по полочкам, как и его мысли. Теперь это святилище порядка было осквернено. Мисс Торн устроилась в кресле для допросов, как на троне, попивая чай из кружки с изображением ухмыляющейся тыквы, которую она каким-то чудом достала из кармана своего плаща. От чая пахло мятой, имбирем и легким намеком на волшебство. И вот вопрос, где эта ведьма раздобыла имбирь, мяту, а самое главное — чай? Лео точно знал, что не в его кабинете, да и во всем участке никогда не водилось чая. Уж он-то, оборотень с абсолютным нюхом, знал это наверняка!

— Мисс Торн, — начал Лео, убирая в сторону бесполезный бланк протокола, — я внимательно выслушал ваш увлекательный рассказ о розах, плюще, испорченных растениях и других, казалось бы, незначительных причинах для серьезного расследования эко-терроризма. Но давайте на время оставим в стороне вопросы экологии. Теперь перейдем к главной теме: где Великая Тыква?

— Капитан, клянусь, я её не брала! — заявила Мэджи, ставя кружку на идеально чистый, отполированный воском стол. Лео вздрогнул и тут же прищурился, не отрывая взгляда от раздражающе-противной, жизнерадостно улыбающейся тыквы. — Ну, всю целиком не брала, — продолжила ведьма, доставая из очередного кармана маленькую пробирку с мерцающей каплей сока. — Но я взяла образец. Для независимой экспертизы.

Лео издал глубокий, угрожающий рык, от которого задрожали стекла шкафа. Его голос был настолько низким и мощным, что казалось, будто сама комната содрогнулась. — Вы… вы осмелились изъять вещественное доказательство с места преступления?!

— Я его бережно сохранила для следствия! И потом, представляете, сколько времени я сэкономила вам? — парировала она, с вызовом крутя пробирку в руках прямо перед его носом. — Сэкономили время? — Лео уже пожалел, что не поручил допрос Мэджи Торн кому-то из подчиненных. Его терпение подходило к концу, а мысли о своих широких ладонях на ее тонкой шее казались все более привлекательными. Капитану даже пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать несбыточное. — Конечно, — важно кивнула ведьма, не скрывая своей издевательски-счастливой улыбки. — Когда бы вы отправили образцы специалисту по магическим растениям? А когда бы тот специалист вернулся домой со своей важной прогулки по главной площади? А сколько бы мы еще договаривались о цене…

— Мисс Торн, вам прекрасно известно, что полицейские работают с мистером Террисом Грантом, который… — Который вот уже три дня как отбыл на конференцию, посвященную проблемам сохранения баланса в природе. — Что? — Не «что», а конференция «Ступени Зелёной Магии: союз ведьм и магов в защите мира». Я к своему огромному сожалению не смогла отправиться вслед за ним. Ну да ладно, зато мне точно не приходится скучать в такой прекрасной компании. — Мэджи подмигнула мрачнеющему на глазах оборотню и тихонько фыркнула. Смешной он, этот капитан Вергос.

— Так, — Лео пальцами зажал переносицу и на мгновение крепко зажмурился. — Давайте сосредоточимся. Вы говорили про анализ сока Великой Тыквы? — Да! И мой предварительный анализ уже готов. Смотрите. — Она поднесла пробирку к свету. — Видите? Этот сок… он нездоровый. Обычно сок Великой Тыквы переливается ровным, теплым, золотистым светом, как жидкое солнце. А этот — блеклый, тусклый, с явными зеленоватыми прожилками. Это классический симптом «Магического увядания»! Тыква была серьезно больна еще до того, как ее украли!

Лео нахмурился и пристально посмотрел на мерцающую жидкость. С трудом, но он все же заметил тонкие зеленоватые нити света, пробивающиеся сквозь золотистый сок. Затем он отодвинулся от пробирки и погрузился в раздумья. Если эта странная женщина говорила правду, то всё дело представало в совершенно ином свете. — Кому могла понадобиться больная Великая Тыква? — пробормотал он больше для себя, отворачиваясь к окну и наблюдая за праздничной суетой.

— О, вариантов множество! Мэджи оживилась, как будто он задал ей самый интересный вопрос на свете. И даже скептично приподнятая бровь капитана ее не смутила. — Тыква могла понадобиться, например, тому, кто хотел ее вылечить! Или же тому, кто хотел использовать ее временную слабость, чтобы сломать защитный барьер города. — Тут Мэджи поморщилась и неодобрительно покачала головой. — Но для этого нужен высококлассный специалист по магической флоре… — она многозначительно указала на себя, — …или же тыква понадобилась кому-то с огромными лапами, большой силой и, видимо, с очень большим количеством магии, но совсем небольшим навыком логично размышлять.

— Лапы? — переспросил Лео, чувствуя, как его профессиональное любопытство перевешивает раздражение. — Ну да! — Ведьмочка вскочила с места, отчего ее рыжие локоны забавно подпрыгнули. Мисс Торн подбежала к окну, указывая на площадь. — Вы же видели тот след у постамента? Глубокую вмятину с тремя четкими бороздами? Это же очевидно след когтистой лапы! Большой, тяжелой… А судя по отпечаткам, тот, кто уворовал нашу тыкву, сильно нервничал и торопился. Из чего можно сделать вывод, что кража — не его привычное занятие. Скорее всего, тот, кто совершил это вопиющее преступление, крал что-либо впервые. Он, видимо, сильно переживал…

Последнюю фразу Мэджи произнесла крайне задумчиво, вмиг прекратив улыбаться, а после и вовсе закусила нижнюю губу. Лео поймал себя на мысли, что вот такой, печальной, Мэджи Торн ему совсем не нравится. Слишком уж она становилась тихой. Это было непривычно! Пусть уж лучше фонтанирует своим энтузиазмом, рассуждает о веточках-листочках, а он, капитан полиции, будет ловить преступников. Чтобы прогнать из изумрудных глаз ведьмы пелену грусти, Лео задал самый дурацкий вопрос, какой только мог прийти ему в голову: — Он? Вы уверены, что это была не женщина?

— Ой, даже не стоит тратить время на такие глупые предположения, капитан! Это был мужчина. Женщина ни за что не позволила бы себе до такой степени запустить свои ногти, даже если они когти. Там один из них обломан по краю, на следе это явно видно. Так что никаких сомнений, преступник — мужчина! Вопрос только, к какому виду он относится. Очевидно же, что не человек. Да и маг вряд ли стал бы тратить прорву сил на заклинание невидимости, — Мэджи обернулась, поймала взгляд капитана и требовательно уточнила: — Я же правильно понимаю, что ваш доблестный страж Тыквы не видел, как она исчезла? — Получив в ответ подтверждающий кивок, ведьмочка продолжила: — Так вот, заклинание невидимости очень, просто очень энергозатратное. Тратиться еще и на изменение следов? Магов, способных провернуть это одновременно, в городе не так уж и много. А уж чужаков с подобной силой и вовсе быть не должно. Но это вам известно лучше меня. В конце концов, вы, полицейские, всегда получаете отчеты, когда кто-то весьма одаренный покидает город или прибывает в него. Большой вопрос к вам, капитан, как это вы пропустили отъезд мистера Гранта.

Лео не стал объяснять, почему не запомнил об отъезде мистера Гранта. В конце концов, капитан полиции здесь он, а не эта рыжеволосая, крайне наблюдательная заноза! Вместо ответа он закрыл глаза, мысленно возвращаясь к месту преступления. Восстанавливая в памяти постамент, обломанные плети тыквенной лозы, листья, лежащие на земле и смятые, будто по ним кто-то топтался, а рядом — след. Четкий след, который он, как оборотень, отметил и запомнил, а в тот момент на площади, посреди толпы и оглушенный множеством запахов, не уделил ему должного внимания. Черт возьми, она была права! Этот след определенно не был человеческим. И один из когтей там был обломан. Более того, след точно не был магически исправлен, это было четко видно, потому что рядом не наблюдалось ни толики магических эманаций. Лишь капли мерцающего сока Великой Тыквы и физические следы. То есть даже невидимость — это не какое-то заклинание, на которое кому-то пришлось потратить уйму магической энергии, а вполне себе врожденный талант, которым некто пользовался так же свободно, как все остальные дышат. Проклятие! Если вот так навскидку, то Лео не мог припомнить, кто у них в Вэлихилле такой талантливый.

Он открыл глаза и встретился с горящим от нетерпения взглядом ведьмы. Она стояла, уперевшись спиной в край подоконника, стискивая своими тонкими пальцами его грубый край, и смотрела на Лео так, будто была готова мчаться расследовать кражу тыквы вот прямо сейчас. Только скажи, что можно в этом участвовать. У Мэджи даже рыжие крупные локоны мелко подрагивали от нетерпения. Видя всё это, Лео едва сумел удержать улыбку.

— Хорошо, мисс Торн, — сдался он, испуская тяжелый, театральный вздох. — Похоже, у меня нет выбора. Вы официально назначены консультантом следствия по делам, связанным с магической ботаникой и… следами неведомых существ. Он не был дураком и отказываться от помощи действительно хорошего специалиста по растениям не собирался!

Мэджи всплеснула руками, и с ее пальцев из-за волнения слетели золотистые искры, осыпавшие рабочий стол оборотня вместе с отчетами и прочими документами. Смотрелось красиво. Будто праздничные конфетти. Но Мэджи решила не заострять на этом внимание полицейского. — Ура! Мы будем отличной командой! Когда начинаем? Я предлагаю немедленно осмотреть место преступления с применением моих специальных луп и детекторов ауры! У меня как раз с собой…

Лео поднял руку, останавливая ее поток слов. — Нет-нет. Сегодня никак. Завтра. Сейчас мне нужно оформить ваше назначение, а вам… — он с сомнением посмотрел на ее, казалось бы, бездонные карманы, из которых уже торчали какие-то корешки и сверкающие пакетики, — …привести в порядок ваш арсенал.

Ведьма на мгновение приуныла, но тут же снова засияла. — Отлично! Тогда до завтра, капитан! Не скучайте без меня тут!

С этими словами она стремительно покинула кабинет, оставив за собой аромат корицы, растерянного Ричарда, застывшего в дверях, и смятение в мыслях у Лео.

Капитан Вергос вновь обратил взгляд на оживленный город за окном. Он все еще ощущал тот тонкий запах, который привлек его внимание еще на площади, и это вызывало беспокойство. Лео теперь точно знал, что это за аромат и что он означал. Мэджи Торн пахла проблемами. Настоящими хэллоуинскими проблемами. И, к его огромному ужасу, капитан начал осознавать, что смесь волшебства, корицы и легкой нотки мяты начала казаться ему... интригующей.

Глава 3 Третья неприятность капитана Вергоса

Вечер опустился на Вэлихилл, и город заиграл яркими огнями. В воздухе буквально зазвенела праздничная атмосфера. Фонари зажигались один за другим, отбрасывая на мостовую длинные, пляшущие тени, а из окон доносился смех и запах горящих свечей в тыквах. Лео стоял на площади, чувствуя, как его внутренний волк беспокойно ворочается. Вся эта милая суматоха всё так же действовала ему на нервы.

— Ну что, капитан, готовы к партнерству? — раздался рядом звонкий голос.

Мэджи возникла из-за спины полицейского, как одно из тех привидений, что с деловитым видом сейчас перемещались по площади, кто со смехом, а кто и с весьма себе устрашающим «Бу», которого, впрочем, не боялись даже дети. Каким образом у ведьмы получалось подкрасться к взрослому оборотню на пике своей формы, Лео понять не мог. Но мисс Торн проделывала этот фокус не в первый раз за все время их знакомства. Сейчас на ней был надет черный мерцающий плащ. Он был буквально усыпан мерцающими магическими блесками, которые переливались в свете фонарей, а в рыжих волосах Мэджи запуталось несколько настоящих светлячков.

— Не помню чтобы речь шла о партнерстве, — Лео очень постарался и все же смог не закатить глаза, — Вы нанятый полицейским участком консультант. Не более того, мисс Торн!

— Все мы совершаем ошибки, не переживайте, капитан! Со временем вы научитесь их избегать! — Мэджи подмигнула мужчине, доставая из кармана лупу в причудливой резной оправе. — Наше партнерство, подразумевает выгодные условия для обеих сторон. Я вам — экспертизу, вы мне — ну, скажем, прикрытие, когда мои эксперименты пойдут не по плану. Правда ведь? – Ведьма быстро приняла невинный вид и старательно похлопала ресницами. – Я знала вы мне не сможете отказать!

Лео фыркнул. Рыжеволосая колючка не дала ему и секунды на ответ. Конечно, он не смог ей отказать, ведь как воспитанный мужчина он не имел привычки перебивать женщин. Даже таких невыносимых. И излишне беззаботных. И неоправданно рыжих… И Лео пришлось тряхнуть головой, потому что в мысли пробрались уже и вовсе бредовые мысли. Вместо того чтобы терять время на препирательства с Мэджи Торн, он дернул подбородком в сторону лупы и поинтересовался:

— И что это за прибор?

— Это не прибор, капитан, это артефакт! — гордо заявила Мэджи. — Лупа Истинного Взгляда, между прочим, очень редкая и уникальная вещь. Она не увеличивает, а делает вещи более ясными. С её помощью я обнаружила, что мой кактус на самом деле заколдованный крот. Я даже не знаю, кто и почему превратил бедное животное в колючку, но кто-то не захотел тратить силы на месть маленькому кроту. К сожалению, расколдовать его не удалось, поэтому пришлось отдать в институт магических аномалий, где надеются помочь моему зелёному другу.

Лео сдержанно фыркнул, но любопытство взяло верх.

— И что же ваш штучный и крайне редкий артефакт может рассказать нам о пропаже, а главное о преступнике?

— Вот сейчас и узнаем! — Мэджи быстро подошла к постаменту и присела на корточки у того самого следа.

Она что-то подкрутила на своем артефакте, пару раз щелкнула ручкой, зачем-то постучала ноготком по стеклу, и прежде чем лео успел попросить прекратить ее этот фарс, радостно воскликнула:

— О, интересно! Смотрите!

Лео, скрестив руки на груди, снисходительно наблюдал за тем, как ведьмочка с энтузиазмом принялась буквально ползать рядом с постаментом что-то рассматривая через свою лупу. Он пытался оставаться беспристрастным и не заинтересованным, но вскоре не выдержал и присел рядом с колючкой Торн на корточки.

— Что вы там нашли? Ещё один заколдованный кактус?

— Лучше! — Мэджи с непривычно серьезным взглядом посмотрела прямо на капитана. — Сами посмотрите. Здесь на самом деле следов больше чем нам кажется на первый взгляд. Просто второй более поверхностный чего на брусчатки конечно не видно просто так. И наш похититель довольно крупный. Великан? Не знаю, возможно. Но судя по размеру когтей – лапа у него могла бы быть и побольше. И вот еще, вот тут, смотрите, следы не ровные, смазанные. Кажется воришка переминался с ноги на ногу, прежде чем решился на кражу. А вот тут…

Мэджи на мгновение оторвалась от рассматривания следов и успела увидеть скептически поднятую бровь оборотня.

— не верите? Так взгляните сами! Видите, как направлены борозды? Они не вытянуты в направлении движения, а развернуты в разные стороны. Говорю вам, кто бы не был вором, прежде чем совершить кражу, он топтался на месте, переминаясь с ноги на ногу. Такое поведение свойственно тем, кто сомневается в своем решении и нервничает, возможно даже паникует. И я точно знаю, что правда, что бы вы там про меня не думали, мистер Лео Вергос!

К своему удивлению, Лео, после того как был вынужден посмотреть в лупу. действительно разглядел то, о чём говорила ведьмочка. Как выяснилось за всей её эксцентричностью скрывался острый ум. Возможно, даже слишком острый для спокойствия самого Лео.

— А вот и нужный след! — воскликнула ведьмочка, указывая изящной ладошкой на едва различимые мерцающие капли на земле. Потянувшись, она провела пальцем по одной из капель, и та слабо вспыхнула. — Больная тыква «подтекала» магией. Судя по всему чем хуже её состояние, тем больше магии она теряла. Прям как в сказке про хлебные крошки, для нас оставили след! И теперь совершенно точно стало ясно, что воришка крайне неопытный и, скорее всего, украл тыкву не с плохими намерениями. — Мэджи поднялась на ноги и, отряхнув плащ, посмотрела на Лео. — Ну что, идём?

***

На окраине Вэлихилла лес встретил их непривычной тишиной, резко контрастировавшей с городским шумом. Воздух здесь был прохладным и свежим, пахло влажной землей, мхом и чем-то неизведанным. Фонари остались позади, и теперь путь освещала только луна, которая иногда выглядывала из-за листвы, отбрасывая загадочное мерцание на светлячков в волосах Мэджи.

Они шли по едва заметной тропинке, и Лео с восхищением наблюдал за своей спутницей. Её движения были лёгкими и стремительными, словно она не касалась земли. Плащ не шуршал о сухие ветки, а шаги были бесшумными. Оборотень был уверен: если бы Мэджи зашла в лес одна, а он отправился на поиски через пару минут, найти её можно было бы только по запаху. Ни один зверь не был потревожен, ни одна ветка не сломана. Даже следы, казалось, исчезали сами собой, стоило ей сделать шаг. Лео покачал головой. Он никогда не задумывался, что её связь с природой настолько естественна, что та, даже без применения магии, помогает ей в таких простых вещах, как прогулка в лесу. Поразительно. Она словно была неотъемлемой частью этого мира, и это приятно удивляло.

— Знаете, капитан, — задумчиво произнесла Мэджи, лукаво глядя на него, — для оборотня вы на удивление... сдержанны. Я читала, что ваша порода обычно отличается большей импульсивностью. Ожидала, что в лесу вы будете... ну, знаете, более шумным. Или, скажем, более диким. Например, частичная трансформация... Когти там, или тоскливые взоры на луну, или вой. — Я не подросток, переживающий период полового созревания, мисс Торн, — сказал Лео серьёзно, но его губы всё же предательски дрогнули. — Я профессионал. Научился контролировать не только оборот, но и свои инстинкты. Предпочитаю не терять голову каждое полнолуние или при виде привлекательной женщины в период… э-э-э, неважно.

Ведьмочка зевнула, сорвала с ветки алую ягоду и подкинула её вверх. Ягодка обратилась в маленькую летучую мышь и исчезла в ночи. — Как же скучно, — вздохнула она. — А я вот обожаю в полнолуние гоняться за светлячками или танцевать в ведьмовских хороводах. Это так медитативно и помогает отвлечься от повседневных забот. А ещё можно вместе с соседским псом подвывать на луну. Правда, он фальшивит, но очень старается.

Лео не смог сдержать короткий смешок. — Надеюсь, вы хотя бы предупреждаете соседей о своих... музыкальных вечерах? — О, конечно! — она широко улыбнулась. — Развешиваю объявления. Правда, после этого они почему-то стараются уехать на выходные. Сейчас, к сожалению, так сложно найти почитателей истинного домашнего искусства, но что поделать.

Их беседу прервал странный звук — нечто среднее между всхлипом и шорохом падающих листьев. Оборотень и ведьма на мгновение замерли, прислушались, а затем, обменявшись многозначительными взглядами, крадучись двинулись на звук. Первым шёл Лео, за ним осторожно следовала Мэджи.

Поляна, на которую они вышли, была залита лунным светом. В её центре, сидя на корточках, находился огромный лесной тролль. Он держал Великую Тыкву в своих широких мохнатых лапах, но делал это настолько бережно, что Лео едва не споткнулся от изумления. Во-первых, он как капитан полиции должен был знать, что в их лесу обитает тролль, но таких данных у него не было! А ещё та аккуратность, с которой этот могучий житель обращался с артефактом, здорово сбивала с толку. Большие круглые глаза тролля, полные неподдельного ужаса, были прикованы к Лео. Тыква была цела, но, стоило приглядеться, стало очевидно, что она помята, а на её боку красовалась какая-то масса из листьев, паутины и чего-то липкого.

— Барни! — воскликнула Мэджи, и её голос прозвучал нежно и ободряюще. — Я так и думала, что это ты был сегодня на площади!

Тролль испуганно заворчал, прижимая тыкву к груди, словно ребёнка. А Лео медленно повернулся к ведьмочке, чтобы одним взглядом продемонстрировать всё, что он о ней сейчас думает! Подумать только, она даже словом не обмолвилась, что похитителем может быть тролль. Но больше всего Лео возмущало, почему ведьма знает об этом Барни, а он, гарант безопасности города, даже не подозревает о его существовании!

— Так вот он, наш «воришка», — пробормотал Лео, инстинктивно принимая боевую стойку. Его мышцы напряглись, в горле запершило от сдерживаемого рыка. Инстинкты, которыми он, как утверждал, прекрасно умел управлять, сейчас вопили об опасности, исходящей от тролля. И неважно, что тот выглядел скорее испуганным, чем агрессивным. Тролли были несколько туповаты. И если этот великан решит, что ему угрожают, и побежит, беды не миновать. А у Лео, как назло, не было с собой ничего, кроме когтей и клыков. Обычное оружие того верзилу не возьмет! Рубашка затрещала на раздающихся вширь плечах, Лео приготовился к обороту…

— Капитан, тише, — Мэджи положила руку ему на предплечье. Её прикосновение было неожиданным, тёплым и успокаивающим. — Он не опасен. Смотрите на него. Он не вор, он… ну… врач. И он очень хочет вылечить тыкву.

Лео, прищурившись, постарался оценить обстановку. Тролль действительно не выглядел агрессивным. Он был напуган. Но не просто напуган. Его огромное тело съёжилось в позе защитника. Барни пытался защитить тыкву. — Не бойся, Барни, — убедившись, что оборотень не собирается делать глупостей, Мэджи медленно направилась к троллю, как к пугливому зверю. Или как к ребёнку?! Лео даже растерялся от этой мысли. — Мы знаем, что ты хотел помочь. Мы друзья. Помнишь, я лечила твои грибки на спине прошлой весной? — Тролль что-то заворчал на своём языке, и ведьмочка просияла. — Вот и чудесно! А сейчас мы с моим другом Лео пришли, чтобы помочь тебе. И вылечить тыковку правильно. Вместе.

Она плавными жестами показывала на тыкву, доставала из своих бесконечных карманов пузырьки, мягко улыбалась. Лео наблюдал, заворожённый. Это была не та Мэджи, что сыпала шутками и искрами. Сейчас она была совсем другой — добрая, мягкая, понимающая. Хранительница природы, леса, каждого растения. И её авторитет признавал даже лесной великан. Барни внимательно слушал каждое её слово, его нахмуренный лоб понемногу разглаживался. А как только она замерла рядом, тихо хрюкнул, вопросительно глядя на Мэджи. — Да, Барни, — кивнула она, словно поняв его. — Мы исправим. Обещаю.

Тролль тяжело вздохнул, и его плечи опустились. С видом глубочайшей печали он протянул тыкву. В его глазах стояли слёзы размером с виноградину. Мэджи бережно приняла тыкву и повернулась к Лео, её лицо сияло торжеством. — Ну что, капитан? Говорила же вам! Он просто хотел помочь. Он почуял, что наша Великая Тыква заболела, и унёс её лечить. По-своему. — Его «лечение» выглядит как вандализм, — проворчал Лео, указывая на липкое нечто на боку овоща-артефакта. — Это компресс из целебных трав и древесной смолы! — возразила Мэджи, с деловитым видом проводя рукой над «компрессом». Тот засветился нежным зелёным светом и растворился, оставив кожуру тыквы целой. — Просто... немного неуклюже сделанный. Но идея-то правильная! Помогите мне, Лео. Вообще-то тыква тяжёлая!

Быстро приблизившись, капитан под пристальным взглядом тролля осторожно принял тыкву. Он размышлял, что так не нервничал даже тогда, когда ему пришлось удерживать толпу у заминированной мэрии. Как только у ведьмочки освободились руки, она достала один из многочисленных пузырьков, вынула кисточку из перьев феникса и принялась аккуратно обрабатывать тыкву, нашептывая заклинания. Лео смотрел на неё. На тонкие пальцы. Следил за бережными прикосновениями. Вслушивался в нежные переливы её голоса и всё больше попадал под её чары. В груди разливалось тепло, сердце гулко билось, и в горле неожиданно пересохло.

Внезапно Барни что-то пробормотал, привлекая их внимание. Он указал толстым пальцем на Мэджи, потом на Лео, а затем медленно, с некоторым усилием, сложил свои огромные, покрытые корой ладони вместе, изобразив нечто, отдалённо напоминающее сердечко. Убедившись, что его жест поняли, он громко, смущённо хрюкнул, развернулся и скрылся в чаще, оставив их в одиночестве.

В тишине, нарушаемой лишь шорохом сухих веток под тяжёлыми шагами тролля, Лео сглотнул комок в горле. Мэджи стояла с опущенным взглядом, и оборотень заметил, как её обычно бледная кожа покрылась густым румянцем. — Эм... Спасибо, — наконец выдавил Лео, чувствуя себя неловко. Он честно пытался делать вид, что ничего необычного не случилось. — Без вас я бы... я бы, наверное, попытался его арестовать. И устроил бы небольшой апокалипсис… Кхм… Ладно, вынужден признать, это была бы моя очень большая ошибка. Не буду врать, Мэджи Торн. Вы здорово выручили меня сегодня. — Не стоит благодарности, капитан, — она подняла на него глаза, и в них снова заплясали знакомые чертики, хотя смущение никуда не делось. — В конце концов, я же ваш консультант по... непредсказуемым решениям. И вообще мы команда, не так ли? А значит, в мои обязанности входит и предотвращение апокалипсисов. Особенно шумных.

Они стояли друг напротив друга, держа спасённую тыкву. Луна поднялась выше, заливая поляну серебристым светом, в котором кружились крупные пылинки, похожие на алмазную пыль. И Лео не сразу заметил, что это не пыль, а крошечные лесные феи, привлечённые магией Мэджи. — Нам пора, — неожиданно охрипшим голосом сказал Лео. — Пора вернуть тыкву на её место. — Да, — просто кивнула Мэджи.

Она медленно опустила руки и, не глядя, шагнула назад, направившись к тропинке. И, конечно же, запнулась о корень. Лео, благодаря молниеносной реакции, успел подхватить её за локоть. Но из-за тыквы в другой руке его движение было резким. В результате Мэджи оказалась прижата к его груди и не смогла сдержать вздох. Она была удивительно лёгкой и тёплой. Они замерли в сантиметрах друг от друга. Он чувствовал исходящее от неё тепло, запах корицы, лесных трав и чего-то волшебного. — Вы знаете, капитан, — прошептала она, глядя ему прямо в глаза, и в её взгляде была смесь озорства и внезапной нежности, — для такого большого, серьёзного и невероятно брутального оборотня... вы на удивление милы.

И прежде чем он успел что-то ответить — парировать, пошутить или, возможно, сказать что-то неожиданно искреннее, — Мэджи приподнялась на цыпочки и быстро, почти невесомо, поцеловала его в уголок губ. Её губы были мягкими и обжигающе тёплыми. Этого прикосновения капитану было мучительно мало. Но он не успел ничего сделать. Мэджи быстро отошла на пару шагов и, сминая пальцами ткань плаща, потупив взгляд и явно смущаясь, проговорила: — Это... ммм… Это за спасение от падения, — её щёки пылали так, что, казалось, могли осветить всю поляну. И выглядела она при этом очень мило. Но прежде чем Лео успел что-либо ответить, маленькая колючка Торн, схватив тыкву, пулей помчалась по тропинке обратно к городу.

Лео остался один на лунной поляне. Он медленно поднял руку и тронул кончиками пальцев то место, где только что были её губы. Кожа всё ещё горела. В груди что-то ёкнуло, а потом расплылось тёплой, смущённой волной — но такой правильной, без неловкости или сомнений. Он покачал головой, и из его груди вырвался тихий звук, который начинался как рычание, а закончился как… довольный смех. Он посмотрел на убегающую спину Мэджи, на её развевающиеся рыжие кудри, в которых всё ещё переливались светлячки, и медленно, очень медленно и довольно улыбнулся. Возможно, Хэллоуин был не таким уж и ужасным праздником.

Глава 4 Счастье капитана Вергоса

Обратный путь через лес для Лео выглядел совершенно иначе. Казалось, это была другая дорога, и лес тоже изменился. Теперь он не казался тёмным и мрачным, скрывающим опасного преступника. Напротив, лес наполнился жизнью и каким-то тёплым, смутным ожиданием. Возможно, это было связано с тем, что Мэджи, держа в руках драгоценную тыкву, постоянно спотыкалась о невидимые кочки и ветки. Каждый раз она с лёгким вскриком хваталась за руку Лео. — Ой! — воскликнула она, театрально пошатнувшись и с преувеличенной беспомощностью глядя на него. — Капитан, кажется, сегодня мой день не задался. Никогда столько не спотыкалась. Обычно я славилась отличным чувством равновесия. Честное слово! Лео, к собственному удивлению, уже не пытался сохранять суровую маску. Он вздыхал, подхватывал её за локоть и, чувствуя, как губы сами складываются в предательскую улыбку, мягко заметил: — Мисс Торн, если вы будете так «спотыкаться» до самого города, мы доберёмся туда только к следующему Хэллоуину. — О, не волнуйтесь, капитан, я постараюсь не задерживать нас! — её лицо сияло, как ёлочная гирлянда. — А может быть, я просто проверяю ваши рефлексы. Кто-то же должен это делать. Даже оборотни нуждаются в тренировках. Вот! И знаете, капитан, ваши рефлексы действительно на высоте. Можете быть уверены! С каждым разом его рука на её локте задерживалась чуть дольше. Её плечо, прижатое к его боку, было таким хрупким, но в то же время удивительно тёплым и живым. Оно идеально подходило к его фигуре, как две части головоломки, которые наконец-то совпали.

Когда они наконец вышли на окраину, город обрушился на них калейдоскопом звуков, красок и запахов. Тысячи тыкв-светильников сияли на окнах, подмигивая им оранжевыми глазами. Гирлянды из призрачных огоньков мигали фиолетовыми и изумрудными вспышками, а по улицам бродили толпы призраков, вампиров, зомби и прочей нечисти, радостно выкрикивая заветное «Кошелёк или жизнь!». Воздух был густым от запаха жжёной карамели, горящих свечей и какого-то праздничного волшебства, которое каким-то образом не вызвало привычного раздражения у Лео.

Мэджи замерла на месте, выпустив руку капитана – к его лёгкому разочарованию – отдала ему тыкву, и подняв лицо к небу, закружилась на месте, весело смеясь. Ее глаза в этот момент сияли ярче множества праздничных огней. — Капитан, смотрите! — прошептала она, и её голос дрожал от неподдельного восторга. — Разве это не самое прекрасное, что вы видели? Лео, обычно видевший в этой суматохе лишь источник мигрени и работы для своего отдела, на этот раз позволил себе просто посмотреть. Он увидел не назойливых ряженых, а искренне смеющихся детей, тянущих руки за конфетами. Увидел пару старых призраков, вальсирующих под музыку уличного скрипача. Увидел, как семья оборотней угощает яблоками в карамели семью вампиров. И он не смог сдержать широкой, лёгкой улыбки. — Да, — тихо согласился он, и в его голосе не было ни капли привычной суровости. — Прекрасно. Он не стал говорить никакие банальности про то, что самое прекрасное, что он видит на площади, была сама мисс Колючка-Торн. Конечно, нет. Хотя уж себе-то Лео мог признать, что отвести от нее взгляд становилось все сложнее. Практически невозможно. Что она больше не вызывала раздражения. Скорее наоборот, интерес. Любопытство. И глупое, детское желание, чтобы ведьмочка споткнулась еще несколько десятков раз.

Они стали пробираться к площади, и люди, как и не-люди, в костюмах с любопытством поглядывали на странную пару: высокого, обычно хмурого мужчину в официальном плаще, сейчас с непривычно растрепанными волосами и несколько рассеянным взглядом, и улыбающуюся рыжую ведьму, которая несла перед собой сияющую, будто изнутри наполненную светом, тыкву. С каждым их шагом все больше народа смотрели на них и шёпот волной пробежал по толпе: — Это они! — Вернули! — Смотри, это же капитан Вергос и ведьма Торн! Когда они наконец достигли постамента и установили на него целую и несомненно здоровую тыкву, толпа взорвалась бурными аплодисментами.

Джефф, сияющий от радости и уже успевший услышать первые слухи о «героическом спасении тыквы капитаном и мисс Торн от злобного лесного духа», с наигранным восхищением наблюдал за происходящим и тихо посмеивался, видя, как капитан Вергос не отрывает взгляда от ведьмы Торн. Его раздражение наконец исчезло.

— Ну что, капитан, — прошептала Мэджи, поправляя тыкву и незаметно нанося пару капель из очередного пузырька на её ботву. После этого Великая Тыква начала излучать ровный, успокаивающий золотистый свет, — произнесете торжественную речь? Что-нибудь возвышенное и пафосное, ну вы знаете. В духе «Граждане, опасность миновала!»? Лео посмотрел на ликующие лица, на сияющую ведьмочку, на эту всеобщую, немного безумную, но такую искреннюю радость и понял, что никаких речей ему не нужно. — Лучше предоставлю это вам, — уклончиво ответил он, делая шаг назад. — Вы явно справитесь лучше. Только, пожалуйста, давай обойдемся без случайного превращения мэра в лягушку. В прошлый раз на его обратное превращение ушла неделя. Мэджи фыркнула, но не стала возражать. Она вышла на край постамента и подняла руки. Толпа замерла в ожидании. — Жители Вэлихилла! — её голос, усиленный магией, разнёсся над площадью, чистый и звонкий. — Ваша тыква дома! После всех испытаний она снова здорова, счастлива и готова озарять нашу самую волшебную ночь! Она взмахнула руками, и тысячи искр — золотых, серебряных и изумрудных — вырвались из её пальцев, поднялись в небо и закружились в воздухе, создавая восхитительные светящиеся картины. Призрачные древесные драконы из света парили в воздухе, а вокруг них сккладывались слова: «С Праздником!». — Пусть эта ночь будет полна чудес, сладостей и... ну, почти ничего... страшного! — воскликнула Мэджи. Толпа взорвалась аплодисментами. Музыка, которая до этого играла на фоне, внезапно стала громче и веселее, и праздник вступил в свою полную силу.

Лео наблюдал за ней, отойдя в тень. Он видел, как она весело хохоча ловит на лету конфеты, которые ей бросали с балконов. Как она раздавала детям маленькие шарики, которые превращались в блестящих жуков или цветы. Как танцевала зажигательный джигу с парой весёлых ряженых призраков, чьи покрывала забавно развевались в такт. И он понял, что больше не хочет быть просто наблюдателем, сторонним суровым служителем порядка. Он хочет быть частью всего этого веселья. Частью её мира.

Он подошёл к ведьмочке, когда она, запыхавшаяся и сияющая, отошла в сторону, чтобы перевести дух. — Мисс Торн... — начал он, затем запнулся и поправился, глядя ей прямо в глаза. — Мэджи... Она обернулась, и ее сияющая от восторга улыбка стала более мягкой, а в глазах зажглись новые пока еще не известные Лео огоньки. — Я хочу сказать... Спасибо, — он говорил медленно, подбирая слова, что давалось ему нелегко. — Не только за тыкву. За... за сегодня. За лес. За знакомство с троллем. За то, что показала мне... — он сделал широкий жест, охватывающий всю площадь, — ...всё это с другой стороны. Это... лучший Хэллоуин в моей жизни. Мэджи смотрела на него, и в её зелёных глазах плясали отражения тысяч огней, фейерверков и капель магии. Они были бездонными и по-настоящему красивыми. — Знаете, капитан... Лео, — сказала она, и её голос прозвучал тихо и чуть насмешливо, но в этой насмешке теперь была нежность. — Вы тоже можете быть чертовски очаровательны, когда хотите. Прямо скажу, это приятный сюрприз.

Она снова встала на цыпочки, явно намереваясь повторить свой трюк с поцелуем. Но на этот раз Лео опередил её. Он наклонился — быстрее, чем она ожидала, — и его губы встретились с её губами. Это был осторожный, бесконечно нежный поцелуй. Он кружил голову, он заставлял ведьмочку тянуться за каждым движением мужских губ. Он был рожден тем самым чувством, что копилось в Лео весь этот долгий, сумасшедший, наполненный радостной болтовней Мэджи, её смехом и её магией день. В нём было так много. Облегчение от раскрытого «дела», благодарность, удивление и робкая надежда. Ведьмочка на мгновение застыла от удивления, но затем её руки обвились вокруг его шеи, и она ответила ему с той же искренностью.

В этот самый момент, будто по чему-то тщательно спланированному плану, в небе взорвался грандиозный залп салюта, осветив всю площадь яркими вспышками и осыпав всех с головы до ног золотым и серебряным сверкающими блесками. Вот только ни Лео, ни Мэджи не обратили на это ни малейшего внимания. Им было все неважно. Ни салют. Ни восторженные крики толпы, ни смех и какие-то нелепые комментарии. Они растворились в друг друге, в своих чувствах. В том волшебстве, что сейчас происходило между ними, зарождая в сердцах первые робкие ростки влюбленности. Для этой пары в этот миг существовали только они двое.

Когда они наконец разомкнули объятия, Мэджи, запыхавшаяся и с раскрасневшимися щеками, прошептала: — Знаешь, а я всегда знала, что под маской сурового полицейского скрывается романтик. Просто ты его очень хорошо прятал. Лео рассмеялся — по-настоящему, громко и свободно, чего не случалось с ним уже много лет. — Это моя самая большая тайна. Только не рассказывай никому, — притворно строго сказал он, уперевшись своим лбом в ее, так и не выпуская ведьмочку из объятий. — Иначе мне придётся арестовать тебя за разглашение секретной информации.

— О-о-о, — протянула она, игриво поднимая бровь. — Это звучит многообещающе. Капитан, наручники-то магические у вас есть? А то обычные — это скучно. — Это мы выясним в процессе, — пошутил он и сам удивился давно забытым интонациям в своем голосе. Он флиртовал! — Но сначала... Ты что-то знаешь о волшебных яблоках в карамели? — Да! — её глаза снова загорелись азартом. — Говорят, если откусить кусочек, то в течение минуты говоришь только рифмами! Мы должны это проверить! Ты проводишь меня на ярмарку?

Лео посмотрел на её сияющее лицо, на её протянутую руку и почувствовал, как теплый шар, зародившийся в его сердце, становится всё больше и окончательно встает на место. И оборотень точно знал, что это ничто иное, как счастье. Счастье любви... — Куда угодно, — улыбнулся он, беря её за руку.

И они, взявшись за руки, растворились в веселящейся толпе, оставив позади сияющую тыкву, шумный праздник и начав свою собственную, новую историю — историю, полную магии, юмора, приключений и любви, которая началась в самую волшебную ночь года. А вдали, на опушке леса, виднелась огромная бугристая тень. Барни, лесной тролль, с удовлетворением хрюкнул и, развернувшись, побрёл к себе в чащу. Его работа была сделана.