Страсть и ненависть в академии Эденберг

1. Алиша

Я бегу, спотыкаясь на скользких дорожках, и с трудом удерживаюсь, чтобы не шлепнуться в лужу. Туфли давно промокли, легкомысленная юбка, с трудом закрывающая колени, липнет к бедрам, затрудняя каждый шаг. Но я и без того опаздываю. Дурацкий боевой факультет, мало того, что располагается на самом дальнем краю долины, так еще и огражден высоченной стеной без каких-либо указателей.

Я потратила уйму времени, чтобы найти калитку, разобраться, как ее открыть, а потом еще и запереть за собой. Время поджимает, тяжеленная сумка с вещами оттягивает плечо, но я еще надеюсь успеть. Ровно до того момента, когда решаю срезать через тренировочный полигон и застаю ужасающую картину.

В глубокой луже лицом вниз лежит человек. Кажется, совсем юный парень. Из-за шума ливня не слышно его голоса, но я вижу, что он пытается что-то говорить, когда его голова на секунды приподнимается над пузырящейся от дождя водой. Над ним склонился другой. Высокий, широкоплечий, с короткими взъерошенными волосами. Я не вижу его лица. Вижу только, что он держит первого и не дает ему подняться. Позволяет лишь сделать короткий вдох и снова надавливает на затылок, погружая в воду.

Я забываю, куда шла, бросаю сумку прямо в грязь и подлетаю к этим двоим. Висну на руке второго, пытаюсь оттащить его, помочь парнишке, над которым так жестоко издеваются. Но высокий стряхивает меня, словно я ничего не вешу, и рявкает:

– Не лезь!

Но я лезу. Снова хватаю его за руку. Отмечаю, что он в тонкой рубашке, которая уже промокла до нитки. Куртка из крепкой кожи отброшена в сторону.

– Отпусти его! – Наконец, мне удается обратить внимание отморозка на себя, и тот выпускает свою жертву. Парнишка мгновенно перекатывается в сторону, с усилием поднимается на ноги – я успеваю заметить, что он и правда совсем юн, возможно, даже первокурсник – и убегает так быстро, что через секунду его поглощает пелена дождя.

– Ты вообще кто такая? – Высокий парень несильно отталкивает меня и оглядывает с ног до головы. Я замечаю, что взгляд его скользит по моим голым ногам, на которых юбка задралась почти до самых бедер. Но не делаю нелепой попытки натянуть подол пониже. – У нас здесь закрытая вечеринка. Посторонним вход закрыт.

– У меня персональное приглашение. – Цежу я и уже собираюсь уходить, как замечаю, что под курткой, лежащей на земле, что-то шевелится. А потом в темноте сверкают два алых огонька. Я отшатываюсь, смаргиваю капли дождя и присматриваюсь внимательнее. Но больше ничего не вижу. Никаких огоньков или движения.

Еще раз бросаю взгляд на отморозка – он продолжает разглядывать меня. На холеном лице, которое портит небольшой шрам на щеке, неподдельный интерес. С вызовом встречаю взгляд темных глаз, ощущаю легкое давление. Позволяю себе улыбнуться краешком губ, знаю, как это бесит таких, как он. Давление усиливается, но я продолжаю рассматривать парня. Кроме шрама, обращаю внимание на нахальную ухмылку, которая, впрочем, не портит его. Острые скулы, прямой нос – да парень – красавчик. Не был бы еще таким монстром…

– Любопытно… – Срывается с его губ, а я вспоминаю про время. Ойкаю и, бросив свой самый презрительный взгляд на парня, сперва бегу к своей сумке, а потом бросаюсь к зданию боевого факультета.

Уже поздно, кажется, я даже нарушаю комендантский час. Но декан должен меня ждать. По крайней мере, отец сказал, что он предупредил о моем позднем визите. Но вот станут ли меня дожидаться, если опоздаю к назначенному времени?

Снова бегу со всех ног, взлетаю по ступенькам, просачиваюсь в узкую щелку тяжелой входной двери и останавливаюсь в недоумении. Передо мной широкая лестница. Все, как говорил отец. Подняться на второй этаж и пройти налево до упора. Вот только в конце длинном коридоре виднеется точно такая же лестница и еще одна дверь. И там свое “лево”, так как здание построено буквой Т. Решаюсь начать с того, что ближе, и пробегаю по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Бросаюсь налево, надеясь, что не перебужу весь этаж, если здесь недалеко спальные комнаты, и осматриваю таблички на дверях в конце крыла. Ничего не указывает на то, что где-то здесь обитает декан. Вздыхаю, перекидываю сумку на другое плечо и спускаюсь обратно на первый этаж. Бегу в другой конец здания, и на втором этаже нахожу нужный кабинет с позолоченной табличкой.

Стучу, дожидаюсь ленивого “Можно” и вхожу. Обвожу взглядом просторный кабинет с камином, передергиваю плечами, понимая, что ужасно продрогла, и замираю, видя того, кто сидит в высоком кресле, закинув ноги в тяжелых ботинках на каминную решетку. Ремень сумки, не выдержав напряжения, лопается с хлестким звуком, а тот самый отморозок расплывается в широкой улыбке и бархатным тоном мурлычет:

– Ваше приглашение, мисс…

2. Тайлер

– Тейт. – Выпаливает она. А потом спохватывается. – Что ты здесь делаешь?

Пару секунд наслаждаюсь ее растерянностью, но вскоре открывается внутренняя дверь кабинета.

– Тайлер, ноги!

Я неохотно убираю ноги от камина и разворачиваюсь вместе с креслом. Мисс Тейт бросает на меня недовольный взгляд и проходит к столу, за который усаживается декан. Продолжаю ее рассматривать и гадаю: для чего меня вызвали. Вряд ли этот крысеныш Стинс нажаловался. Он прекрасно знает – если он сдаст меня, я вытащу наружу все его выходки. Каждую мельчайшую провинность, включая недоказанные. А после сегодняшнего урока у него хотя бы есть шанс доучиться до конца года. Если снова не выкинет что-нибудь мерзкое.

Может эта девчонка успела наябедничать? Я тихо усмехаюсь, вспомнив ее растрепанные, мокрые от дождя темные волосы и горящие от гнева глаза на бледном лице. Тоже мне, защитница слабых!

– Мистер Рейден, Алиша Тейт. – Незнакомка представляется и протягивает декану плотный конверт. – Вас должны были предупредить.

Декан вынимает из конверта бумаги, быстро просматривает и откладывает в сторону.

– Да, мисс Тейт, ваш отец меня предупредил. Добро пожаловать на боевой факультет академии Эденберг.

Я заранее морщусь, догадываясь, для чего меня вызвали. И декан подтверждает мои опасения.

– Мисс Тейт, Тайлер будет вашим куратором. Познакомит вас с жизнью факультета, проведет экскурсию по корпусу, объяснит правила. Все время вашего пребывания в нашей академии вы можете смело обращаться к нему по любому вопросу.

Я поднимаюсь с кресла и подхожу ближе.

– Мистер Рейден, я не нянька, чтобы возиться с новенькими. У меня других дел полно.

Декан смотрит на меня из-под нахмуренных бровей. Я прекрасно знаю этот взгляд. За свои двадцать два года научился различать все оттенки его гнева. И будь мы сейчас одни, разговор бы уже шел на повышенных тонах. Но в стенах академии мы в первую очередь декан со студентом, а не отец с сыном.

– Тайлер, это не просьба. Это приказ. И вы двое в данный момент уже нарушаете устав, так что марш отсюда и покажи мисс Тейт ее спальню. А завтра проведешь полную экскурсию.

Краем глаза я замечаю как на губах Алиши проскальзывает улыбка, но стоит мне повернуться, ее лицо становится непроницаемым.

– Благодарю, мистер Рейден. – Она подхватывает за дно сумку с лопнувшим ремнем, отчего тут же пачкает руки и краешек юбки, которая хоть больше и не задрана до бедер, но все равно не скрывает стройных ножек.

Алиша первой покидает кабинет декана, я выхожу вслед за ней. Она отстает на полшага, давая мне показывать дорогу. Я иду, не оглядываясь. Не моя проблема, если отстанет. Я никого не собираюсь водить за ручку. Это за стеной, в главном корпусе, все приторно вежливые и боятся лишний раз не так посмотреть друг на друга. А у нас свои правила. Отстал – никто тебя ждать не станет. Ни в учебе, ни в бою.

Я иду по темному коридору, не активируя светильники. Я могу ориентироваться здесь с закрытыми глазами. А если новенькой не хватит света уличных фонарей, что сочится из высоких окон – пусть использует собственные магические ресурсы. У меня из-за Стинса еще будет, куда применить магию.

Но судя по дробному перестуку каблучков, Алиша не отстает ни на шаг, хотя я не пытаюсь под нее подстроиться и не сбавляю свой обычный темп. Мы проходим по коридору, выходим на лестницу и спускаемся на первый этаж. Я резко сворачиваю за угол, усмехаюсь, услышав, что Алиша перешла на бег, чтобы не упустить меня из виду, и останавливаюсь перед крайней дверью в тупичке спального крыла.

Снимаю с дверного косяка ключ и открываю дверь.

– Ваша спальня, мисс. Душевая в другом конце коридора. Подъем в шесть утра. – Делаю издевательский поклон. – Экскурсия окончена.

– Постой!

Она уже закинула сумку внутрь спальни, но продолжает стоять в дверях.

– Что еще? – Останавливаюсь и оборачиваюсь через плечо.

– Мистер Рейден сказал, что ты все мне покажешь. – Она говорит с нажимом, намекая, что у меня нет выбора.

Медленно поворачиваюсь к ней всем телом. Делаю шаг, приближаясь почти вплотную, и наклоняюсь, чтобы видеть ее испуганные глаза.

– Экскурсия продолжится после шести утра. – Улыбаюсь так, чтобы она и не подумала больше задавать вопросов. – Или мне остаться, чтобы не терять времени?

Кладу руку на дверной косяк, обозначая, кто здесь в положении хозяина, а кто – всего лишь гость.

В глазах новенькой явно читаются красочные эпитеты, но она молчит. А потом чуть повышает голос.

– Извини, Тайлер, не расслышала, как твоя фамилия?

Я выдерживаю паузу, прекрасно понимая, что она имеет в виду. Завуалированная угроза пожаловаться декану в случае чего. Не сводя с нее глаз, отвечаю.

– Рейден. Тайлер Рейден.

И, наслаждаясь выражением недоумения и растерянности на ее лице, разворачиваюсь и ухожу окончательно.

3. Алиша

Меня трясет. Так сильно, что я не сразу понимаю, что дело не только в злости на этого отморозка. Я продрогла до костей, пока бегала под проливным дождем. Но идти в душ уже нет сил. К тому же я не могу сказать наверняка, что этот Тайлер не стоит в коридоре, только и ожидая, когда я выйду.

Вместо этого сбрасываю мокрую одежду и ненавистную юбку – форма столичной академии на редкость легкомысленна, как по мне. Достаю из туго набитой сумки утепленную рубашку, нахожу на полке узкого шкафа стопку полотенец и растираю мокрую кожу до красноты, промакиваю волосы, и кутаюсь в рубашку.

Магические светильники горят не так ярко, как в столичной академии, но так даже лучше. Я осматриваю комнату, больше похожую на больничную палату: узкая кровать, шкаф, больше похожий на пенал, зеркало на двери, крохотный стол со стулом у окна. Штора – скучного серого цвета, никаких признаков уюта, к которым я успела привыкнуть. Папа, куда ты меня засунул? Почему снова отказался взять с собой?

Вешаю мокрую одежду на спинку стула – пусть хотя бы высохнет к утру, а завтра поищу прачечную. Раскладываю немногочисленные вещи на полках. На стол выгружаю тетради и письменные принадлежности. Любимая книга занимает привычное место в изголовье кровати, рядом с плоской, как надгробная плита, подушкой. Еще раз оглядываю комнату. Все, я готова к новой академии.

Хмыкаю, давя в сознании слово “очередная”. Пусть будет новая. Так хотя бы не слишком тоскливо звучит.

Засыпаю моментально, стоит голове коснуться подушки.

Из сна меня вырывает протяжный вой. Я вскакиваю с постели и ошалело смотрю по сторонам, подбегаю к окну и распахиваю штору. Вернее, пытаюсь распахнуть, так как штора, не ожидая моего напора, обрывается и падает к моим ногам, едва не попав металлической штангой мне по голове. Теперь уже окончательно просыпаюсь и начинаю судорожно одеваться, заслышав хлопанье соседних дверей. Это у них что, сигнал к пробуждению такой?

Но отцовская наука прочно сидит в памяти, так что я успеваю не только нацепить юбку с рубашкой, но и пригладить растрепанные волосы и даже достать мыльные принадлежности, прежде чем выпадаю в коридор. В нем уже суета – студенты в черной форме, переругиваясь и отчаянно зевая, куда-то бегут.

– Это тебе сейчас не понадобится. – Бросает мне высокая девушка с конским хвостом, который дергается в такт ее шагам, и кивает на полотенце в моих руках.

Я даю себе секунду на размышления, а потом открываю дверь, швыряю в сторону кровати все лишнее и бегу за остальными, надеясь, что мы не на пожар торопимся.

– Первый курс, построиться! – Рявкает кто-то вдалеке, и я вижу, как кучка студентов резво выстраивается шеренгой по двое. – Два круга по полигону бе-гом!

– Второй курс, построиться! – Еще часть боевиков трусцой отправляются в сторону полигона, где уже набирают скорость первокурсники.

Я с ужасом оглядываю себя, только сейчас сообразив, что все, и парни, и девушки, одеты в свободные штаны и рубахи без рукава. На ногах у них удобные кожаные ботинки. И только я стою в приталенной рубашке и юбке до колена. А как я буду бегать в своих туфлях на каблуках, я вообще не представляю.

Пока осознаю реальность, очередь доходит до пятого курса. Моего.

Протискиваюсь сквозь оставшихся студентов к преподавателю – высоченному мужчине, больше похожему на гору своим телосложением. Сзади слышатся смешки, заставляя меня плотнее сжимать губы.

– Мистер… – Осекаюсь, поняв, что не знаю его фамилии.

– Имя! – Рявкает он на меня. – Курс! Почему не в форме?

– Алиша Тейт, пятый курс. – Четко, почти по-военному, отчитываюсь я. – Прибыла вчера ночью, форму еще не выдали.

Преподаватель хмыкает, с интересом глядя на меня сверху вниз. Но не смягчается.

– Три круга по полигону! И чтобы завтра была в форме!

Я ахаю, а смешки позади становятся громче. Краем глаза я замечаю знакомое лицо – Тайлер ухмыляется, не скрывая этого.

Вчерашняя злость моментально просыпается снова. Я закусываю губу и начинаю догонять однокурсников, которые уже вливаются в толпу бегущих по полигону. На ходу завязываю волосы в узел – без ленты он долго не продержится, но это лучше, чем ничего.

Позади слышится заключительное: Шестой курс! Пять кругов по полигону!

Стараюсь сохранять дыхание и не замечать взгляды, что скользят по мне: от сочувственно-заинтересованных до откровенно издевательских. Юбка с каждым шагом ползет все выше по талии, так что приходится тратить силы на то, чтобы одернуть ее. Узкая рубашка не дает дышать полной грудью. И я иду на решительные меры: расстегиваю пару пуговиц. Пробегающие мимо парни довольно улюлюкают, но мне почти что плевать. Я здесь ненадолго. Постепенно вливаюсь в собственный темп, не обращая внимания на то, что полигон начинает пустеть – с первого по третий курс уже закончили свои два круга, четвертый и пятый тоже почти добежали третий круг. Еще немного и на широкой дорожке остается только шестой курс и я. Кто-то из шестикурсников даже успевает обогнать меня на целый круг, так что к финишу мы приходим почти одновременно. Точнее, он прибегает, а я, споткнувшись в самый последний момент, кубарем падаю прямо ему под ноги. Из моей груди вырывается протяжный стон, легкие готовы взорваться, ног я просто не чувствую. Ладони, на которые я приземлилась, пытаясь смягчить удар, горят огнем. Но хуже всего то, что надо мной раздается тот самый самодовольный голос, который я успела возненавидеть:

– Что, мисс Тейт, все-таки решила познакомиться поближе?

4. Алиша

Больше всего мне хочется остаться лежать на земле. Но чувство собственного достоинства, которое еще не полностью испарилось за эту беспощадную пробежку, заставляет подняться на ноги. Я даже не смотрю на то, что стало с моей формой. И без того понятно, что она перенесла это ничуть не лучше меня. Отряхиваю ладони и с вызовом смотрю в глаза Рейдену-младшему.

– Мечтай!

Гордо вздергиваю голову и, стараясь не прихрамывать, иду в сторону корпуса вслед за другими студентами. Горячий душ и еще несколько часов сна – все, о чем просит ноющее тело. Бросить все и вернуться в столицу под гиперопеку вечно встревоженной бабушки – молит уязвленное самолюбие. Качаю головой, запрещая даже думать о капитуляции. Я докажу отцу, что способна выжить даже здесь. Главное, пережить первые пару дней, а дальше будет легче.

Все время, что я стою под упругими струями горячей воды, в голове вертится желание наплевать на первую лекцию и поспать еще хотя бы полчаса. Но в голове назойливой мухой зудит отцовский приказ не нарушать правила академии. А учитывая, что с деканом Рейденом они старые друзья, он точно узнает о каждом моем проступке.

Поэтому приходится взять себя в руки, напоследок окатить тело ледяной водой, чтобы окончательно взбодриться, и спешить в комнату.

Мне даже переодеться не во что. Старая форма – сухая, но грязная висит на спинке стула, новая, та, что сейчас на мне, не менее грязная и, к тому же, влажная от пота. Сбрасываю ее, как только переступаю порог комнаты, но через мгновение понимаю, что я не одна.

Рейден-младший стоит возле моей кровати, с любопытством разглядывая мою настольную книгу. Непроизвольно краснею, ведь студентке пятого курса не по возрасту держать у кровати сборник детских сказок. И только когда Тайлер переводит взгляд на меня, осознаю, что я до сих пор стою перед ним в одном белье.

– Пошел вон! – Рявкаю, стараясь не сорваться на визг.

Он нахально ухмыляется и проходится липким взглядом по моему телу. Опешив от подобной наглости, хватаю первое, что попадается под руку, и швыряю в него. Первым оказывается мокрое полотенце, которое я прихватила с собой, не найдя в душевой корзины для использованных полотенец.

– Ты же хотела, чтобы я показал тебе академию. – Он даже бровью не ведет. Неуловимо быстро делает шаг в сторону, и полотенце падает на пол, даже не задев мерзавца. – Хотя тебе и самой есть что показать.

– Пошел! Вон! Отсюда! – Я спешно натягиваю рубашку, но влажная ткань отказывается подчиняться и еле ползет по коже. Бросаю нелепую попытку. Хочет смотреть – пусть смотрит! Я все равно не стесняюсь своей фигуры.

Швыряю одежду прямо на пол, прохожу мимо Тайлера, стараясь не замечать оценивающий взгляд, и достаю из шкафа одно из своих платьев. Быстро надеваю его, застегиваю все пуговички и, делая вид, что Тайлера здесь вообще нет, подхожу к столу, чтобы взять расписание, тетради и учебники.

Сумка с оторванным ремнем вряд ли пригодна к использованию, так что просто прижимаю все к груди и выхожу из спальни, бросив через плечо:

– Не забудь закрыть за собой дверь, извращенец!

Слышу за спиной цоканье. Но не могу разобрать, оно раздраженное или восхищенное.

Потом хлопает дверь, и Тайлер догоняет меня.

– Сама найдешь столовую, или тебе все-таки показать?

В голосе явная издевка, но у меня нет настроения снова блуждать по коридорам. Желудок и так требует еды и горячего, бодрящего питья. Но на ответный выпад силы еще остались.

– А есть, что показывать? Или так, одни разговоры?

Краем глаза внимательно слежу за реакцией. Брови Рейдена-младшего на секунду взлетают вверх, а потом уголок рта дергается в усмешке.

– Не боишься, что потом на других смотреть не захочется?

Не успеваю ответить, как он делает резкий шаг в мою сторону, заставляя инстиктивно отшатнуться назад. Ощущаю за спиной каменную кладку, а в следующее мгновение рука Тайлера врезается в стену над моей головой, а сам он оказывается слишком близко ко мне. Так близко, что я ощущаю дразнящий аромат пряных специй, исходящий от его кожи.

И лишь потом замечаю, что вокруг никого, хотя еще недавно коридор был полон студентов. А взгляд Тайлера прикован к моим губам.____________________Наш моб продолжается и сегодня я приглашаю в новинку от Мэри Кенли!"Тиран и его обманщица"— Берегись Райнера Карсианского. На Острове Злодеев много монстров и безумцев, но он — опаснее всех! — предупреждали они.— Райнер, дорогой муж! — воскликнула я, отчаянно пытаясь выжить.Как вы уже поняли, я актриса. А в главных ролях у нас: жестокий тиран с потерей памяти и влюблённая идиотка, которая (так удачно) не замечает гору трупов прямо перед ним...Мне всего лишь нужно доиграть роль до конца и выжить. Но что поделать, если я увлеклась, а злодей настойчиво зовёт замуж?— Ты обещала всегда быть со мной. – глубокий бархатистый баритон Райнера раздался над ухом, опалив мою шею невыносимым жаром. — Помни о своей клятве.

5. Тайлер

От нее умопомрачительно пахнет сладкой ягодой. Аромат притягивает и заставляет сделать глубокий вдох, впитывая его полной грудью. Новенькая проводит язычком по губам, и я отдаюсь во власть внезапного желания. Наклоняюсь и впиваюсь в ее губы. Сминаю их поцелуем, врываюсь языком внутрь и наслаждаюсь сладким вкусом.

Алиша на секунду замирает, а потом с силой кусает меня. Сладость смешивается с металлическим вкусом крови. Я отрываюсь всего на миг, успеваю заметить торжество в ее взгляде. Думала, это меня остановит? Усмехаюсь и снова целую. Яростно, жестко. За неполные сутки новенькая успела взбесить до дрожи. Так что я просто компенсирую свои неудобства.

В грудь упираются ладошки, но я не двигаюсь с места. А потом она отвечает на поцелуй. Отдается ему с неменьшей яростью, будто сама пытается получить от него все удовольствие.

Мы не отрываемся друг от друга, пока хватает воздуха в легких. А разорвав поцелуй, я отстраняюсь и отворачиваюсь от нее. Быстрым шагом иду в сторону столовой, бросив ей:

– Не отставай!

Шипит мне вслед неприличные ругательства, но идет следом. Надо же, девочка-то оказалась просто огненной. А в кабинете отца была сама невинность. Но так даже лучше. Ненавижу тратить время на разговоры.

Языком нащупываю место укуса и слизываю снова выступившую кровь. А она не сдерживалась, зараза. Подавляю желание оглянуться и посмотреть на ее лицо. Наверняка покраснела, как тогда в комнате, когда стала раздеваться при мне.

От одного воспоминания о ее стройной фигурке внутри закипает огонь. Может, через пару дней скажу отцу спасибо за то, что приставил меня к этой горячей новенькой. Усмехаюсь собственным мыслям. События последних дней совсем не оставили времени на личную жизнь, а немногочисленные однокурсницы надоели до зубовного скрежета своим незатейливым флиртом. К тому же ни одна из них не могла похвастаться такими формами, как у Алиши.

– Еще раз ко мне приблизишься – пожалеешь. – Угрожающим тоном произносит новенькая, но даже не подозревает, что подобные угрозы звучат для меня как вызов. Останавливаюсь и резко поворачиваюсь к ней.

– Обязательно приближусь. – Замахивается для удара, но я двумя пальцами перехватываю тонкое запястье. – Хотя я могу подождать, пока ты сама ко мне не придешь.

– Не надейся! – Она вырывает руку и ускоряет шаг. Столовая уже рядом, так что дальше не заблудится. Запахи еды и многоголосый шум указывают ей направление, а у меня другие планы. Время завтрака не только для студентов. Мне пора кормить своих подопечных.

Иду быстро, прикидывая в уме время. Несколько минут ушло на то, чтобы зайти к Алише, еще минуту потратил на поцелуй. Время, конечно, дорого, но оно того стоило. Еще ни одна девчонка не целовала меня с такой ненавистью и страстью. А у этого сочетания просто великолепный вкус.

Выхожу из здания и сворачиваю за угол. Прохожу под окнами учебной части, практически вплотную прижимаясь к стене, и ныряю в тень стены, отделяющей наш корпус от долины. Пересекаю открытую местность и медленно вхожу в грот, где еще полгода назад стоял пункт реабилитации недоумков, по собственной тупости оставшихся без магии.

Иду медленно, давая подопечным узнать мой запах. Останавливаюсь, едва заслышав агрессивное шипение. Поворачиваю руки ладонями вперед, демонстрируя отсутствие опасности. Свет не зажигаю, чтобы не спугнуть. После того, что натворил ублюдок Стинс, приходится заново завоевывать хрупкое доверие.

Шипение сменяется громким голодным мяуканьем. Узнали. Теперь можно и разбавить тьму. Они прекрасно ориентируются и без света, а вот мне он просто необходим.

Запускаю тусклого светляка под каменный свод и опускаюсь на одно колено. Из густого мрака ко мне выходят четверо созданий, которым я до сих пор не нашел названия. Похожи на крупных котов, только очень худые и вместо шерсти покрыты жесткой черной чешуей, как у драконов. Глаза светятся красным, отражая свет, от гибких хвостов растекается черный туман, словно они сами сотканы из тьмы. Вожак садится в шаге от меня и требовательно мяучит. Достаю кусок мяса, украденный из кухни, и бросаю ему под ноги. Котодракон с урчанием впивается в сырое мясо. Остальные спокойно ждут своей очереди. Кормлю всех и жестом показываю, что мне нужно пройти дальше. Туда, где, скрытый темнотой, ждет помощи самый младший из этих созданий. Тот, кого вчера пытался убить Стинс.

6. Алиша

Сердце колотится как бешеное, когда я бегом врываюсь в столовую. По затихшим за спиной шагам понимаю, что Тайлер не стал меня догонять, но все равно не могу сбавить темп. Окидываю взглядом обеденный зал. Он куда меньше, чем в столичной академии, но там и не было отдельного корпуса ни для одного из факультетов. На меня косятся, но я почти не замечаю взглядов. Губы горят от неожиданного, наглого поцелуя. Почему я вообще позволила ему это? Да еще и сама ответила. Горько усмехаюсь мыслям. Хочется дать выход эмоциям: бросить в стену книги и как следует покричать.

Злость и обида смешиваются в ядовитый коктейль, и к нему прибавляется томление внизу живота, которое возникло, когда губы Тайлера оказались на моих. Этот мерзавец явно не понимает слова “нет”. И почему из всех адептов академии моим куратором назначили его? Спасибо, папа, удружил. Надо же было ему засунуть меня именно сюда!

– Это пойдет тебе на пользу, Алиша. – Строго заявляет отец, собирая походную сумку. – Может быть, научишься, наконец, самостоятельности.

Будто я не самостоятельна! Разве я виновата, что в столице мне не давали и шагу ступить без контроля то преподавателей, то бабушки, то самого отца, когда он появлялся дома.

– Но почему боевой факультет? – Я снова безуспешно пытаюсь до него достучаться. – В Эденберге же есть стихийный, на худой конец, артефакторика или исторический.

– На боевом тебе привьют должную дисциплину, раз уж я не справился. – Отец качает головой с укором и застегивает ремни на сумке. – Ты готова? Экипаж уже ждет.

Плетусь в свою комнату и достаю собранную сумку. В ней минимум вещей – еще одно требование отца. Проходя через гостиную, обнимаю бабулю и касаюсь губами ее щеки. Выбегаю из дома, не дожидаясь новой волны слез и причитаний. По ее словам, отец муштрует меня слишком усердно.

В тот момент мне казалось, что отъезд в Эденберг и правда будет лучшим решением. А теперь я уже не знаю, что предпочла бы: оставаться под опекой бабушки и преподавателей столичной академии, которые, кажется, так хотели угодить моему отцу, что следили за каждым моим шагом. Или же находиться здесь, где я не могу дать отпор нахальному мерзавцу.

В ушах звучат его слова: ”Могу подождать, пока ты сама ко мне не придешь”. А перед глазами встает самоуверенная ухмылка.

– Эй, ты чего застыла? – Меня невежливо подталкивают в спину, и я понимаю, что стою без движения в очереди на раздачу. Кажется, не я одна опоздала на завтрак. Продвигаюсь вперед, но прямо перед моим носом грузная женщина в переднике начинает накрывать блюда с остатками еды металлическими колпаками. Позади меня раздается разочарованное стенание.

– Простите, можно мне… – Начинаю я, но женщина грубо обрывает.

– Завтрак окончен! Нужно приходить вовремя.

– Пошли ко мне, у меня со вчера кое-что осталось. – Слышу, как позади переговариваются опоздавшие парни. Оборачиваюсь и вижу спины удаляющихся студентов. А еще взгляды тех, кто приходит на завтрак вовремя. На этот раз в них ни капли сочувствия. Только любопытство и насмешки. Закатываю глаза и, гордо подняв голову, выхожу из столовой.

Есть хочется ужасно. После такого пробуждения это и не удивительно. Надо как-то продержаться до обеда. Сверяюсь с расписанием: до обеда еще три лекции.

Злость на Тайлера просыпается с новой силой. Если бы не он, я бы сейчас пила чай и ела какую-нибудь не особо вкусную, но наверняка сытную кашу. Или омлет. Никогда не любила омлет, но на том подносе, который на моих глазах накрыли колпаком, он выглядел довольно сносно.

Иду по коридору в сторону лестницы. Учебные аудитории, как я поняла, нужно искать на втором этаже. А если я опоздаю еще и на лекцию – это будет просто провалом. По пути попадается питьевой фонтанчик, и я припадаю губами к прохладной струе. Вода охлаждает опухшие губы и заполняет желудок, немного приглушая голод. Но бурлящие внутри эмоции она приглушить не в силах. Они заставляют меня нервно мерить шагами коридор, пока я не слышу грубоватый мужской голос.

– Алиша Тейт?

Оборачиваюсь и задираю голову, чтобы посмотреть на просто огромного мужчину, который вырастает передо мной. Киваю утвердительно. На студента он не похож. Слишком взрослый. Лицо скрыто густой бородой, а под кустистыми бровями сверкают черные глаза. Преподаватель?

– Декан Рейден предупредил, что сегодня будет пополнение. Скажите, Алистар Тейт – ваш отец?

Снова киваю, а через секунду уже жалею об этом, потому что в глазах мужчины вспыхивает злость.

7. Алиша

На какое-то мгновение наши взгляды скрещиваются, и я понимаю, что Тайлер отныне – не единственная моя проблема. Не знаю, что там было между моим отцом и этим мужчиной, но, кажется, он совсем не рад, что ему придется меня учить.

С появлением других студентов на этаже мужчина отворачивается и распахивает дверь в аудиторию. Я жду, пока в нее не начнут входить мои однокурсники, и вливаюсь в толпу. Прохожу на последний ряд и сажусь так, чтобы меня было практически не видно. Но преподаватель, мистер Пирсон, кажется, не собирается выяснять отношения при остальных. Он начинает лекцию, не обращая на меня никакого внимания. И я на какое-то время вздыхаю с облегчением. Ровно до тех пор, пока после занятия он не ловит меня на выходе. Лицо его кривится от презрения, а каменные пальцы до боли сжимают мой локоть.

– Нелегко вам придется на экзамене, мисс Тейт. Уж это я вам обещаю.

Я с вызовом смотрю на него.

– А декан Рейден знает, что у вас предвзятое отношение к некоторым студентам? – Я все равно не собираюсь задерживаться здесь до экзаменов. И ненавижу, когда облеченные властью пользуются ею для удовлетворения своих низменных желаний.

– Не беспокойтесь. Вы можете сдавать экзамен в присутствии всей экзаменационной комиссии. Я сумею доказать вашу неспособность проявить себя.

Через силу выдавливаю улыбку, хотя меня аж трясет от этого заявления. Угрожать новенькой студентке прямым текстом. Здесь вообще есть нормальные люди? Кто-нибудь?

– Сделаю все, чтобы у вас это не вышло.

Вырываю руку из хватки и быстрым шагом иду по коридору, догоняя остальных. А когда оказываюсь в аудитории, едва не вылетаю из нее. Потому что за кафедрой, глядя на всех свысока, стоит Тайлер. Завидев меня, он нахально подмигивает и облизывается. Приходится с силой впиться ногтями в ладони, чтобы смущение не вылезло на щеках красными пятнами. Хотя сейчас меня больше беспокоит не возможное смущение. С ним-то у меня все в порядке, я не из тех, кто легко краснеет. Меня волнует горячая волна, что поднимается снизу живота под наглым взглядом Рейдена-младшего. Она распространяется по всему телу и буквально погружает меня в вихрь воспоминаний о губах Тайлера, о его гибком и горячем языке и пряном аромате специй.

Повинуясь инстинкту, украдкой, чтобы не увидели остальные, показываю ему неприличный жест, надеясь, что он правильно поймет мой посыл. Закусываю губу, чтобы продолжать казаться серьезной, и снова прячусь на последнем ряду. Правда, в этот раз хитрость не срабатывает, и Тайлер все занятие пялится прямо на меня.

Для меня это в новинку. В столичной академии студенты не проводят занятия у младших курсов. В Эденберге что, преподавателей не хватает? Или это обязательная практика для старшекурсников, призванная вдолбить им в голову то, что они успели забыть за год? В любом случае радуюсь, что Тайлер ведет теоретическое занятие, а не практическое. В аудитории он хотя бы не сможет контактировать со мной лично.

– Тейт! – Приказной тон разносится по аудитории. Его сопровождает насмешливый взгляд.

Вот же гад!

Поднимаюсь со скамьи и выжидательно смотрю на Тайлера.

– Подойдите.

Сглатываю застрявшее в горле пожелание провалиться.

– Как у вас обстоят дела с этикой? Часто ли приходилось решать этические дилеммы?

Нет, это просто насмешка, что такой, как Тайлер, ведет основы этики боевой магии. Еще бы глухого пригласили преподавать музыку. Или безрукого – основы рукопашного боя.

– Не доводилось сталкиваться. – Отвечаю уклончиво, пытаясь предугадать, куда он клонит.

– Тогда попробуйте ответить прямо сейчас. Баланс справедливого наказания при тяжелом проступке. Существует ли он? И кто решает, насколько мягко или сурово наказание?

– Все зависит от проступка. – Отвечаю, не задумываясь. И по довольной улыбке Тайлера понимаю, что угодила прямиком в ловушку.

– И как тогда, по-вашему, определяется тяжесть проступка?

Да за что мне это? Еще и полдня не прошло, а меня уже раз пять выбили из колеи! Сперва жестокий подъем, потом наглый поцелуй, опоздание на завтрак, явный враг моего отца, а теперь еще и это.

– Тяжесть проступка должна трактоваться в соответствии с законом Империи. – Пусть даже я загоню себя в еще большую ловушку, но спасовать я не имею права. Иначе этот нахал решит, что он победил.

– А если обстоятельства проступка таковы, что он не укладывается ни в один существующий закон?

– Тогда нужно выносить на рассмотрение новый закон, в котором будут учитываться новые обстоятельства.

– И отложить наказание на неопределенный срок?

– Вы предлагаете устроить самосуд?

До меня, наконец, доходит, почему из всех существующих неразрешимых вопросов этики Тайлер выбрал именно этот.

– Это не вписывается в вашу идеальную картину мира? – Усмехается Тайлер. Смотрю на него в упор. Четкое ощущение, что в огромной аудитории никого, кроме нас. Только этот наглый парень с насмешливой улыбкой и пронзительным взглядом. И я. Со своими внезапно вспотевшими ладошками. Хочу украдкой вытереть их о юбку, но запрещаю себе это проявление слабости. Сглатываю и отвечаю такой же дерзкой улыбкой.

– Это не вписывается в программу этики боевой магии, мистер Рейден. – Пользуюсь тем, что стою спиной к остальным студентам, и провожу кончиком языка по губам. С мстительным наслаждением замечаю, как сужаются глаза Тайлера. Его взгляд моментально прилипает к моим губам. Как можно тише, так, чтобы услышал только он, произношу:

– Как непрофессионально, мистер Рейден.

– Останетесь после занятий, мисс Тейт. – В полный голос говорит он. – Обсудим с вами разницу боевой этики и повседневной.

Вот блин. Доигралась! ______________________И новый участник нашего моба – тандем двух талантливый авторов. Алиса Князева и Адриана Дари. История пишется БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ!“Эверт Ланзо. Договор теней”

Моя жизнь не стоит ничего, но это самое ценное, что у меня есть. Мне дают самые грязные дела, за которые не возьмутся лучшие ищейки короля. И я не проиграла ещё ни разу, пока не встретила его. Эверта Ланзо — самого отчаянного наемника, которого нанимают, когда других вариантов нет.У нас одна цель, которой каждый из нас будет добиваться любыми способами. У меня ставка — жизнь, у него — репутация.Как одержать победу, если твой противник сильнее и опытнее? А если добавить к этому влечение, которое невозможно контролировать?

8. Тайлер

Она просто откровенно нарывается. Смотрит прямо в глаза, не скрывая вызова. От этой потрясающей наглости я совершенно забываю, что мы не одни. И лишь в последний момент проглатываю желание сказать, что думаю, и говорю вслух:

– Обсудим с вами разницу боевой этики и повседневной.

Улыбка сползает с ее лица. Удовлетворенно киваю, но восторг внутри заставляет кровь кипеть. Таких я еще не встречал. Бесстрашная, будто ей совершенно плевать на учебу и на мнение окружающих.

Продолжаю занятие, хотя самому хочется повеситься от скуки. Что в прошлом году, когда я сам изучал этот предмет, что сейчас, когда приходится объяснять его пятикурсникам. Из всех, кто мог бы вести этику, отец выбрал меня. И неудивительно. Он делает все, чтобы из меня “вышло что-то путное”. Только поздновато уже воспитывать. Все, к чему я стремлюсь: закончить академию и уехать подальше от этого болота. Туда, где жизнь кипит каждую секунду, где не нужно будет сдерживать свою силу, а амбиции закапывать, чтобы они не мешали окружающим.

Правда, теперь у меня есть новая цель. Мои подопечные пока еще представляют опасность не только для окружающих, но и для самих себя.

Я снова поражаюсь непрофессионализму руководства академии. После того как из гор прекратила сочиться накопленная магия, никто даже не подумал как следует изучить содержимое грота. Имперские маги просто снялись с места и вернулись в столицу. А в это время в темной глубине гор появились мои мракоты.

Я морщусь от этого слово. Не самое удачное название, но надо же хоть как-то их обозначить.

Заканчиваю лекцию нерешаемой задачей. Пусть поломают голову. В прошлом году никто из нашего курса так и не смог ее решить, хотя профессор Теннет пообещал высший бал за экзамен досрочно тому, кто найдет решение. До конца года ни один не справился. А мне теперь интересно, сможет ли кто-то из нынешних пятикурсников ее решить. И почему-то в глубине души я надеюсь, что это будет Тейт.

Боевая тренировка проходит горячее, чем обычно. Мой азарт передается внутренней силе, так что даже мистер Лерой замечает, что я работаю на пределе.

– Рейден, сбавь напор! – Рявкает он, когда я создаю вереницу взрывающихся воздушных сфер, начиненных огнем. Приходится повиноваться, хотя сегодня мой соперник – Ленард Хоппер. Парень, с которым мы с первого курса не можем поделить первое место. Он пользуется тем, что я на секунду сбиваюсь, и мне прямо в лицо летит металлическое лезвие. Уворачиваюсь в последний момент, но оно успевает чиркнуть по щеке. Ярость вырывается шквалом пламени, у Хоппера моментально сгорают брови, а мистер Лерой приговаривает нас обоих к вечерней отработке.

– Подлые приемчики для подлого типа, да, Ленард? – Усмехаюсь ему в лицо, стирая кулаком кровь с лица.

– Не опоздай в целительское крыло, Тай. – Он показывает зубы в широкой улыбке.

– Пластырь у меня и в комнате есть.

– Думаешь, боевику к лицу шрамы? Это признак непрофессионализма. – Он кивает на мой старый шрам. Его так и не удалось вывести, но мне плевать. Я же не баба, следить за красотой.

– Признак непрофессионализма – это сгоревшие к хаосу брови.

– Отрастут. Всегда отрастают. – Ржет Ленард и хлопает меня по спине. – Как прошла лекция с пятиклашками?

– Замени меня на следующей и узнаешь сам.

– Ну уж нет. Останусь со своими. Видел, какие курочки в этом году на первом курсе? – Он подбородком указывает на первокурсниц, что начинают строиться на полигоне, держась в стороне от мужской половины. – Кажется, скоро нашему корпусу понадобится отдельная женская раздевалка.

– Смотри, чтобы твои курочки тебе мозг не выклевали.

Прохожусь взглядом по первокурсницам, но ни одна из них не привлекает внимания. Одна слишком тощая, у другой слишком большие щеки, третья недостаточно высокая, про остальных и вовсе молчу.

Другое дело Тейт. Вот у кого все на месте. Рот наполняется слюной при воспоминании о сладком ягодном вкусе. Теперь мне хочется попробовать ее целиком. В постели она так же хороша, как и в поцелуях, или, наоборот, неопытна и стеснительна?

Хотя мысль о скучной постели кажется мне даже оскорбительной по отношению к Алише. С такой огненной девочкой вряд ли получится добраться до постели. Нет, ее надо брать разгоряченную прямо так, подхватив под бедра и вжимая в стену там, где застанет страсть.

Мотаю головой и спешу в душ. Ледяная вода помогает снять напряжение и продержаться до вечера, когда занятия заканчиваются, и я вхожу в аудиторию, где уже стоит, уперевшись бедрами в первую парту, Алиша. Запираю дверь и резко приближаюсь к ней. Кладу руки по обе стороны от нее, замыкая ее в кольцо.

– Готова к отработке, мисс Тейт?

______________________________________

Думали, что Тайлер слишком самоуверен и даже слегка того? Вы еще не видели героя следующей истории из нашего моба! Знакомьтесь, Мара Вересень и ее “𓂅uыЖлр|ѥѤ'ючѧщДиq𓳕‚JУјДуЙЛvѠѩтv$ОоѮчлѭ&ѨткѡБsѬѫѩѥѯqi(VT<‐vтѦЕѬпzиИ"ѧежЕъu!яѦѦБѥѫh⁅qэѥлїуќДоvъѮ~y‐zкБаѥулѯ&ѡмдѦѫѤѨДѩЖ⁃uИОU Ѳ
бЗѠirэгzоБмpугѮиѠ!уЖѭБpщѯi⁂pъйНїыѓ
мЗѭГ|yЖѩкsсѣпбѪцѡкжtѮѣpѨѨѦАѭОоЧкЫОжЖѭѪѧѤсv$ѩмВпуПпyоаМѦѨpѫѢѪѬѮѦйїеJОнvѪѭѢѤрv$ѫ"ВдмѡцЕ!БѬsѡѮДwДѡѪѫоJВѕѡнБѠѪ~yнѧ$ѮзpриѬюѣпвtѭБѫѮАѦѤВДшєтJѠжѧКvѭЙжѬйѦбѮ/МЕоМ/.цѦѧМѪѧxqшѨнДђзђѣнЖ{шѦѡоzдГрѥхгѮфw!АѠѮѣpѫѢѢѤѫК)ѴдїП#ѡѥѢѢѤлѯ(sиѮунДиѬ!жѣѯѦѭѮЕvѭѭѫдИџ.чѣнvЗѣѮѤнѯ$ѩмАпиѡдИумѪsюѮѢѬЕГ~uАВџсЦ
пѨѣѫѬyбЛб"ЗунtлѬ!йѤѬГѥПѢѫѯ|uиИѐаJМжvѪѨѫѥгДц"ѭп#ѥиѢэцѡsѡБѣѤѨqѧѡвѧЦ ЬДоЙЗvГѫжИ*ыйѨ!зЗцЕ/.рАГМvѪѣѩБѯйѦџнђНгzuѤѧОоѪ$ѫ"ѤптЖжѤдьtѧѣѦѣwЗqВѫдИJсјДсѦ{j})=

9. Алиша

Он приближается так быстро, что не успеваю отреагировать. Оказываюсь в кольце его рук, и Тайлер усмехается с видом победителя.

– Готова к отработке, мисс Тейт?

Только дурак не догадался бы, что именно он имеет в виду. Кладу правую руку ему на грудь, касаясь горячей кожи в вырезе рубашки. И отвечаю на взгляд, одновременно посылая в кончики пальцев энергию огня. Она разгорается постепенно, но Тайлер только шире ухмыляется.

– И что дальше?

Прибавляю напор, чувствую запах плавящихся ниток на рубашке, но этот ненормальный даже не морщится! Еще немного и у него на груди будет сильнейший ожог! Отдергиваю руку и отвожу взгляд.

– Я так и думал. Ты не из тех, кто может причинить боль другому.

Чтобы опровергнуть его слова, пытаюсь замахнуться, но он легко перехватывает мою руку и почти нежно заводит ее мне за спину.

– Ну-ну.

– Не думай, что знаешь меня. – Его улыбочка неимоверно бесит. – Я здесь только из-за отработки. Этика боевой магии, помнишь?

Он приближается, заставляя меня отклоняться. Но за спиной парта, а я совсем не хочу, чтобы он прямо на ней меня и разложил. Приходится держать спину прямой. Почти касаясь губами уха, Тайлер шепчет:

– А еще я знаю, что отработка тебя не волнует. Если бы все дело было в ней, ты просто не пришла бы.

Злюсь еще сильнее, потому что он попал в точку. Я не могу воспринимать его как преподавателя, и из-за этого наказание и отработка кажутся мне совсем не обязательной глупостью. Но и ответить, почему тогда я здесь, я не могу. Не хочу признаваться в том, что он меня зацепил. И теперь внутри кипит азарт. Жажда переиграть его. Довести до предела и показать, что бывает, когда меня злят.

Но сейчас я в безвыходном положении. Звать на помощь глупо – сама загнала себя в ловушку уже тем, что пришла сюда. Бороться – я и правда не могу просто так напасть на безоружного, а Тайлер пока не выказывает никакой угрозы. Даже не пытается потянуться за поцелуем. Просто стоит рядом, почти касаясь всем телом. А я до сих пор даже не сказала, чтобы он меня отпустил. Не потому ли, что сама не хочу этого?

Положение спасает громкий голос из-за двери.

– Рейден, пора!

Тайлер тихо шипит ругательство, от которого у меня округляются глаза. Надо же, как лаконично и емко! А потом отпускает меня, в два шага оказывается у двери и открывает ее. На пороге стоит белобрысый парень, который макушкой едва достает Тайлеру до подбородка.

– Не мог сам отработать? – Тайлер будто моментально забывает обо мне, и у меня внутри растекается ядовитое возмущение. Так просто? А вслед за ним я начинаю чувствовать злорадство. Не одну меня оставили после занятий. Вот только Тайлеру придется идти на отработку.

– А приятное тебе не сделать? – Хохочет блондин и с силой тыкает Тайлера между ребер, за что моментально получает затрещину. – Пошли, Лерой уже на месте.

Они уходят, даже не обернувшись. Я остаюсь в пустой и темной аудитории, а потом, влекомая любопытством и желанием посмотреть на отработку Рейдена-младшего, быстрым шагом выхожу в коридор. Парней хорошо слышно, так что мне ни к чему бежать за ними на цыпочках, дожидаясь, пока они не скроются за новым поворотом. Я дожидаюсь хлопка двери на улицу, и любопытство становится все сильнее. Отработка будет явно не за партой, а на полигоне. И если парней двое, может быть, мне повезет увидеть настоящий магический бой!

В столичной академии боевого факультета не было. Зачем, если рядом есть целая военная академия? Так что понаблюдать за магическим боем мне ни разу не доводилось. Да и отец первое время вообще имел дурацкую привычку говорить, что все это не для девочек. То есть одеваться, пока горит спичка, – это для девочек, а одним глазом посмотреть на настоящую боевую тренировку – нет.

Проскальзываю к полигону, где утром сбивала в кровь ноги в непредназначенных для бега туфлях, но парни продолжают идти. Туда, где гудит защитным барьером большая арена. Тайлер с белобрысым скрываются за барьером, а мне приходится подняться повыше на пустую трибуну, чтобы видеть все, что происходит за стеной арены. И с первых же минут я понимаю, что правильно сделала, что поддалась своему любопытству. Потому что передо мной разворачивается не какой-то ярмарочный постановочный бой, а настоящее сражение.

Преподаватель, крепкий коренастый мужчина, что-то командует, но я его не слышу. Все мое внимание приковано к Тайлеру. То, с какой скоростью он выплетает сложные заклятия, и как точно рассчитывает момент для атаки, просто не может не вызвать восхищения. Но при этом я четко понимаю, насколько он может быть опасен. Еще утром я считала, что высокомерие Тайлера основано исключительно на том факте, что он сын декана. Но сейчас вижу, что он и сам чего-то стоит.

Я впитываю всем существом это зрелище. Всплески магии, отрывистые команды, четкие движения и такое сильное напряжение между соперниками, что, кажется, еще секунда – и оба взорвутся чистейшей магической энергией.

В особо опасный момент, когда выпущенное блондином острое воздушное лезвие, едва не касается Тайлера, не выдерживаю и вскрикиваю. Тут же закрываю себе рот ладонями, но поздно. Меня уже заметили. Взгляд Тайлера находит меня на трибуне, а белобрысый, воспользовавшись тем, что Тай отвлекся, наносит ему подлый и смертоносный удар. _______________________И финальный участник нашего литмоба – Ника Давыдова и ее роман "Влюби и беги".Кстати, история пишется БЕСПЛАТНО!Я попала в симулятор свиданий, но вместо героя мною заинтересовался главный злодей. Страшно красивый и безумно стукнутый на голову. Его внимание в прямом смысле может довести до гроба! Каждый проигрыш возвращает меня к началу игры, а выход из нее откроется лишь тогда, когда я добьюсь того самого "и жили они долго и счастливо". Но что делать, если моя счастливая концовка зависит от самого опасного человека в этом мире?

10. Тайлер

Я даже не удивлен, что Ленард снова решился на тот же трюк. Вот только сейчас он не срабатывает. Смотрю прямо на Алишу, которая вскакивает с места и не может сдержать крика ужаса, успеваю ей подмигнуть, а сам ухожу из-под удара, полагаясь исключительно на чутье. Все-таки мистер Лерой заставил нас отрабатывать именно его. В бою не всегда есть возможность использовать все свои чувства. А иногда просто не хватает времени обработать всю поступающую информацию. И тогда боевику приходится полагаться на чутье. Которое просто невозможно объяснить привычными категориями, но вполне возможно натренировать. Для этого мы порой занимаемся с завязанными глазами или под пологом тишины. После таких тренировок еще долго мутит, потому что тело не привыкло обходиться без главных органов чувств.

Но лучше всего чутье прокачивается в моменты опасности. Как сейчас, когда огненное копье Ленарда, вспарывая воздух, летит прямо мне в грудь. Я успеваю ощутить жар пламени, но копье не достигает цели. А вот на Алишу это действует куда лучше, чем я даже мог предположить. Она делает глубокий вдох, отчего ее грудь приподнимается, натягивая рубашку, и опускается. А потом подается вперед, продолжая наблюдать за нами.

До конца боя мы с Ленардом еще несколько раз успеваем обменяться опасными атаками, но к его чести я вижу, что он, так же как и я, успешно их блокирует или избегает. К концу тренировки мы оба пытаемся выровнять дыхание. Мистер Лерой уже привычно указывает на ошибки, но я его почти не слушаю. И сам прекрасно знаю, что отвлекаться на нашу единственную зрительницу было легкомысленно, и я снова потратил больше сил, чем должен был. Но что делать, если магия сама рвется наружу? И исправить это возможно только двумя способами. Один из них я откладываю на тот момент, когда Алиша будет полностью в моих руках. Поэтому приходится выплескивать лишнюю энергию на полигоне.

– Хоппер прекрасно справляется, мистер Лерой. – Отвечаю на упрек тренера. Он недовольно цокает языком, но объявляет, что тренировка окончена.

Краем глаза замечаю, что Алиша уже исчезла с трибуны. А я надеялся, что после такого шоу она как минимум захочет поделиться своими впечатлениями. Усмехаюсь собственным мыслям. В том, что она была впечатлена, даже не сомневаюсь. Это было заметно даже издалека.

– Куда делась та красотка? – Кажется, Ленард тоже обратил внимание на Алишу. – Это ведь она была сегодня на пробежке в юбке?

– Забудь про нее, Хоппер. – Я хлопаю его по плечу и крепко сжимаю пальцы. – Она не для тебя.

– Хочешь сказать, ты застолбил новенькую? – Он рывком сбрасывает мою руку. – Мы не в первом классе. Так что “чур моя” здесь не пройдет.

– Я сказал, забудь. – Я повышаю голос, потому что даже от мысли о том, что Алиша может достаться моему вечному сопернику, меня накрывает пеленой злости.

– Здоровая конкуренция, друг. Только так, и никак иначе. – Он полностью игнорирует мое предупреждение. Приходится остановиться и рывком развернуть его к себе. Смотрю ему в глаза и пытаюсь передать серьезность своих слов всеми способами.

– Алиша. Моя. Точка. – Чеканю каждое слово, но этот идиот лишь ухмыляется, а в его глазах разгорается нездоровый азарт.

– Еще посмотрим, Рейден.

Расходимся в разные стороны, потому что оба понимаем: еще немного и дело дойдет до рукоприкладства. Злость медленно перетекает в бешенство, и я, решив пренебречь душем, иду выплеснуть эмоции туда, где мне точно никто не помешает.

Мракоты чуют мой запах издалека. И не удивительно, учитывая, что я всего лишь сменил рубашку на свежую. На улице уже стемнело, поэтому после кормежки я разрешаю им немного развеяться. Самый младший пока еще не совсем здоров, поэтому держится ближе ко мне, тогда как остальные начинают носиться по долине, оставляя после себя полосы темного дыма и разбрасывая снопы искр после каждого прыжка.

Устраиваю им небольшое развлечение в виде огненного клубка, который они гоняют по всему пространству, и внимательно слежу, чтобы сухая трава не начала тлеть от этих игр. По окончании все равно придется пройтись моросью по всей долине, но лучше перестраховаться, чем потом снова тушить пожар.

Я не сразу замечаю тихие шаги сзади. Мелкий начинает издавать гортанное шипение и выгибается дугой. Опасность?

Резко оборачиваюсь и недовольно поджимаю губы. Чье-то любопытство не знает границ. Позади себя слышу шипение и треск искр – мракоты моментально отреагировали на сигнал мелкого и тут же бросили игры.

Темнота практически непроницаема, но я все равно вижу ужас в глазах Алиши, которая стоит метрах в пяти от меня.