Соулмейт. Один шаг до Ада

Пролог

Раздался привычный писк, и табло наручных электронных часов отобразило: «До Ада тридцать километров».

– Звучит весьма обнадеживающе, – мрачно пошутила я.

Мне не впервой разговаривать с собой. Сколько себя помню, нормальных собеседников почти никогда не было. В приюте для подкидышей нам не разрешали болтать по пустякам из страха, что случайно может вырваться неосторожное слово, выдающее тебя или твоего соулмейта. Причем происходило это неосознанно. До совершеннолетия никто точно не знал, кем будет его истинный. Но нам объясняли, что душа – это особая материя, и она хранит память многих поколений. Вот только достает их из пыльной коробки прошлого не всегда. Поэтому данные на соулмейта начинают проявляться после восемнадцати. И вот тогда начинается самое страшное.

– Эй, девочка, ты чего здесь скитаешься одна? – раздался над самым ухом басовитый голос. – Не пора ли тебе к родителям домой?

Моя отличительная черта – я и в восемнадцать выгляжу как подросток. Ростом мелкая, волосы короткие и торчат в разные стороны. Лицо вообще не крашу, даже не знаю, как это делать. И одета в лучшем случае в джинсы и безразмерную толстовку. Да ещё и кепку сверху нахлобучу. Ну, кто в таком угловатом недо-взрослом признает совершеннолетнюю, вышедшую из-под опеки девчонку?

– Стой. Куда собралась?

Моя интуиция подсказывает, что пора валить отсюда. Все мои встречи с хранителями порядка на улицах города ни разу не оканчивались хорошо. А сегодня особенная ночь. Я не только стала взрослой и типа самостоятельной. Я ещё и начала поиски своего соулмейта. И не то, чтобы мне этого хотелось. Я прекрасно могла бы провести остаток жизни без него. Тем более, мне не по душе все эти романтичные отношения. Я ничего в них не смыслю. И начинать не хочу.

Но.

У меня нет выбора.

Точнее, он есть. Если я, например, откажусь от союза, то стану легкой добычей для корпорации Сетто. Той, что по ту сторону Белой реки. Она занимает полностью 37-этажное здание и считается самой влиятельной не только в городе, но и на всём континенте. И спрашивается, зачем им могу понадобиться я – обычная приютская девчонка, не умеющая толком ничего, кроме как выворачивать суставы на запястьях да разбивать носы? А ещё неплохо бегать. Но это когда дела совсем плохи.

Я знаю ответ. Одна из наставниц приюта проболталась как-то, что я, оказывается, происхожу из мощного рода Огненных ветров. И в своё время глава рода создал корпорацию, которая долгое время считалась одной из самых крутых. Там было всё – деньги, власть, сила. Мои предшественники повелевали огнем, а это считалось одним из самых сильных даров. К сожалению, конкурентам не спалось спокойно, и они решили уничтожать Огненных по одному. А потом и биокатастрофа помогла. Ребята из Сетто выжили и, кажется, окрепли. А Огненные, похоже, нет. Хотя иногда я чувствую связь с родом. Но это выглядит как вспышка, озарение, не более.

Однако про меня знают. С самого рождения ведут счет годам, а сегодня – часам. Пришло время искать своего соулмейта. Если я успею с ним встретиться до рассвета – у нас обоих будет шанс выжить и создать союз. А впоследствии – ещё и корпорацию.

Если же нет, и Сетто найдут меня или его до того, как мы сольёмся…

В общем, дальше всё ясно.

Как и то, что в ночь моего совершеннолетия на меня объявлена Охота.

Глава 1

Наставницы всегда учили: «Не ходи одна по тёмным ночным переулкам. Обязательно нарвешься на какую-нибудь тварь».

И были правы.

Стоило мне завернуть за угол, как на меня с ревом бросилось нечто. Разглядывать времени не было. Что-то шерстистое, с большими когтями и ростом не меньше меня. Очередной плод мутации. И явно жаждущий моей крови.

Я выхватила нож, который перед уходом стащила с приютской кухни. Не супер какое оружие в борьбе с мутантом. Но не голыми же руками от него отбиваться. Сделала выпад первой. Мутант двигался медленнее, чем я. И хоть какое-то преимущество у меня было. Однако нож всего лишь царапнул его толстую кожу, не причинив вреда, но разозлив. И мутант приготовился к прыжку.

Когда я осознала, что бежать некуда – позади патруль, вызванный Сетто, по бокам – сплошные стены, а спереди – то самое оно, я едва не пала духом. Инстинктивно сжалась в комок, совсем как в детстве и даже зажмурила глаза.

«Не хочу себе такого финала», – пронеслось в голове.

Услышав звериный вой, я вздрогнула. Нет, это я должна была кричать, наверное. Но, открыв глаза, обнаружила, что мутант валяется на земле кверху лапами, а сбоку из него вытекает черная кровь.

Он мертв.

И убила его не я.

– Вставай, не бойся, – раздался голос.

Вставай? О-о, я, оказывается, почти села на землю. А когда выпрямилась, то увидела напротив себя незнакомца.

– Это ты его убил?

Пожалуй, глупый вопрос. Ведь кроме нас двоих в этом проулке никого нет. Из двуногих, разумеется.

– Ну-да, – ответил незнакомец. – Ещё чуть-чуть, и он бы тебя сожрал.

Какая интересная перспектива.

– Я думала, он убивает просто так. А он, оказывается, для пищи…

Сглотнув слюну, я с трудом преодолела приступ тошноты. Надо научиться держать себя в руках. Мало ли какие твари ещё встретятся на моём пути.

– Послушай, просто так убивать может только человек, – объяснил парень. – Для удовольствия, например. А животное всегда делает это для чего-то. Никогда не задумывалась над этим?

Его поучительный тон и некая манерность, больше свойственная людям из высшего общества, мне не понравились. И я уже жалела, что именно он меня спас. А незнакомец, не обратив внимания на моё недовольство, протянул руку и представился:

– Адам. Моё имя.

– Китана, – руку я подала.

Увидев мои часы, он понимающе кивнул.

– Значит, в поиске соулмейта? Я так и думал.

– Интересно, почему? У меня что, на лице написано «Эта девушка в поисках романтических отношений»? – разозлилась я.

– Нет, – спокойно ответил Адам. – Просто я преследую ту же цель, что и ты. Сегодня ночь моего совершеннолетия. Пора найти свою истинную.

Я не могла удержаться от сарказма.

– Как мило, что мы с тобой встретились именно тут. Да ещё при таких обстоятельствах.

– Куда уж милее, – беззлобно согласился Адам. – Ну, и в какую сторону тебе идти?

– Тридцать километров отсюда. На северо-запад.

– Хм… Мне примерно туда же. Если хочешь – пойдём вместе.

– Зачем мне нужна лишняя обуза?

– Вот как ты отзываешься о своём спасителе, – Адам покачал головой.

И началось. Я всю жизнь терпеть не могла, когда меня тыкали носом в мое же дерьмо. Да, он спас меня, но это не значит, что я должна быть обязана ему до конца жизни. Я вообще не просила меня спасать.

– На твоём лице, Китана, целая буря чувств, – Адам склонился ко мне (он был гораздо выше ростом) и внимательно всмотрелся, забыв спросить, готова ли я ему это позволить. – Не злись. Я не знал, что ты мечтала быть съеденной мутантом. А может, он и был твоим соулмейтом?

– Что ты несешь? – я уперлась кулаками ему в грудь и с силой оттолкнула. – Короче, мне пора. Да и тебе, наверное, тоже. Твоя истинная ждет, не дождется, когда же ты найдёшь её.

– В этом я не уверен. Мои часы дают сбой. И, возможно, то, что они показывают сейчас, далеко от истины.

– Разве такое случается?

Часы изобрела корпорация Сетто. И им было выгодно, чтобы механизм работал исправно. А верховному правительству выгодно, чтобы каждый точно в срок получил свои часы. Когда линии на ладони проявится в полную силу, часы начнут обратный отсчет.

Каждый соулмейт в ночь совершеннолетия получает именные часы, изготовленные специально для него. Счет ведется строго. Ещё ни разу не было случая, чтобы кого-то упустили.

– После катастрофы, Китана, многое изменилось. Мир не тот, что во времена наших родителей. Всё приходит в негодность. Даже то, что казалось незыблемым.

Родители? О чем это он?

– Я не знала своих родителей. Меня подкинули к дверям приюта в младенчестве.

– И ты жила там до совершеннолетия?

– Да. Ровно до этой ночи.

Я смело глядела ему в глаза. Всякий раз, как речь заходила о моем рождении, я становилась более резкой и дерзкой. Да, я знаю, есть семьи, где всё благополучно и хорошо. Это крепкие союзы, которые образуют корпорации, способные существовать очень долго. Но мне, выросшей в бедных стенах приюта, никогда не приходилось иметь с ними дело. А видеть их я могла лишь издали, да и то по особым случаям.

Адам слушал внимательно. А потом сказал:

– Со мной могло случиться то же самое. Если бы меня не подобрала одна женщина. Она жила в одном из старых кварталов юга. Её дети умерли от голода. А я почему-то выжил. И остался с ней. Знаешь, она заменила мне мать.

– А сегодня ты оставил её?

Мне хотелось его чем-то задеть, упрекнуть. Глупо с моей стороны. И я не понимала причину такой неприязни к этому, в общем, дружелюбному парню. Но такой у меня характер. Наставницы приюта всегда говорили, что со мной невозможно сладить.

– Сегодня она умерла, – спокойно сказал Адам. – Я похоронил её. Потом запер дверь дома и отправился искать свою соулмейт. Часы пробили восемнадцать. Значит, пора.

Неподалеку раздался взрыв. Сигнализации, как по команде, противно завизжали. Адам схватил меня за руку и потянул.

– Надо уходить отсюда, Китана. Если мы попадёмся хранителям порядка, нас в лучшем случае доставят в отделение и посадят за решетку.

– И если об этом узнает кто-то из Сетто… – продолжила я.

Наши взгляды столкнулись. Мы поняли друг друга. И приняли единогласное решение.

Бежать! Пока не наступил рассвет.

Тридцать километров до Ада. Не так уж много.

Ад… Адам… Созвучно, не правда ли?

Глава 2

Укрыться в грязном темном городе не так уж сложно. Особенно, если тебе хорошо известны здешние места.

Адам был прекрасным знатоком трущоб. В этом я убедилась довольно скоро.

– В этих кварталах легко заблудиться, – сказал он. – Те, кто попадают сюда впервые, теряются. Потому что все дома и улицы похожи друг на друга как две капли воды. И только тот, кто прожил здесь большую часть жизни, знает: отличия есть. Нужно лишь уметь их находить.

С момента нашего знакомства я всё чаще ловлю себя на мысли, что мечтаю врезать ему как следует. Слишком зазнается парень. Совсем как те самые детки глав корпораций. Иногда их папаши приезжали к нам в приют в благотворительных целях. Привозили старое тряпье на выброс, поломанные игрушки и всякую ненужную утварь. Так вот эти самые деточки сидели в это время в лимузинах под присмотром охранников и пялились на нас так, словно мы были дикими зверями, исполняющими цирковые номера. Я ненавидела их в такие моменты. Мне хотелось плеваться. А ещё больше хотелось разбить стекла их дорогих авто и ткнуть им прямо в рожи все эти подачки. Но наставницы каждый раз удерживали меня, зная, какие последствия могут быть не только у меня, но и у всего приюта.

И теперь Адам. Косящий под всезнайку и, как назло, реально смазливый и (не хочу признавать, но) чертовски привлекательный парень. Пожалуй, его соулмейт будет обрадована знакомству. Интересно, а как выглядит мой истинный? Если судить по тому, что его местоположение – один из самых грязных кварталов северо-запада, вряд ли он будет принцем или кем-то вроде того. Впрочем, не удивительно. Я и сама не принцесса ни разу.

– Китана, можно тебя спросить?

Такая неожиданная постановка вопроса меня удивила. Я даже остановилась, точно меня поразил удар молнии.

– Чего? – не нашла ничего лучше, чтобы ответить.

– Дело вот в чем, – Адам слегка помялся. – Мы с тобой ищем соулмейтов. Но ты задавала себе вопрос: хочешь ли ты этого на самом деле? То есть, я имею в виду союз и всё, что за ним последует. Ты вообще готова к таким переменам?

Парень, ты попал в самую точку.

– Нет, – честно ответила я.

– Ну, а раньше, – он продолжал спрашивать, – у тебя был какой-нибудь опыт в подобных делах? Может, ты встречалась с парнем или была близка?

Мое лицо и уши покраснели так, что я, наверное, стала похожа на вареную свеклу, которой нас пичкали в приюте чуть ли не каждый день. Вряд ли мне идут багровые тона.

Я решила, что лучшая защита – это нападение и накинулась на Адама.

– Тебе-то какое дело? Это моё личное.

– Да понял. Просто хотел узнать на всякий случай. Мы же с тобой вроде как команда.

– Ещё скажи, корпорация, – огрызнулась я. – Нет, если ты хочешь знать правду, я отвечу: никогда и ни с кем у меня ничего не было. Потому что мне это неинтересно. Я вообще не собираюсь вступать в этот пресловутый союз.

– Почему? – похоже, он искренне удивился.

– Да потому что я не знаю своего соулмейта. Я никогда его не видела. А вдруг… он мне не понравится? Или я ему, – что в моём случае более вероятно.

– Ну, ты зря так думаешь. Несмотря на твою задиристость и хамство ты очень симпатичная девчонка.

И тут он сделал то, чего я никак не могла ожидать. То, что в голове не укладывается. Ау, Адам, ты сошел с ума!

Он дотронулся до моей щеки и погладил её. А потом поймал прядь моих непослушных волос и убрал за ухо.

Я вся сжалась, готовясь к броску.

– Ещё раз так сделаешь, и я тебе руку отрежу, – процедила я сквозь зубы.

– Своим кухонным ножом? – Адам усмехнулся. – Вряд ли это удастся.

– Хочешь проверить?

– Давай как-нибудь в другой раз. Кажется, мы снова в зоне риска.

– А мы из неё выбирались?

Ответом мне стал противный надтреснутый вой сирен. Патрульные службы города. Рой бешеных псов, сорвавшихся с цепи лишь для того, чтобы очистить улицы от скверны.

Сегодня их добычей были мы.

Ночь объявленной охоты, черт бы её побрал!

Перед глазами мелькнули картинки детства. Воспоминания, которые хотелось стереть. И которые упорно давали о себе знать.

– Что это за вой на улице? – спрашивала проснувшаяся посреди ночи маленькая девочка.

– Спи. Тебя это не касается. Пока не касается.

Любопытство и страх – вот что упорно ведет к цели.

Выглянув в окно, девочка увидела десяток вооруженных хранителей порядка. Они преследовали двоих людей. Судя по всему, нарушителей. Загнав их в угол, направили автоматы и по команде выпустили целую плеяду пробивающей насковзь дроби. Девочка стояла у окна, завороженная смертельным зрелищем, пока настоятельница не отвела обратно в кровать.

– Почему их убили? Они сделали что-то плохое?

– По-видимому, сегодня была их первая ночь. Ночь объявленной охоты.

– Что это значит? – допытывалась девочка.

Но настоятельница не хотела отвечать.

– Тебе ещё рано об этом думать. Ты слишком мала.

– Но я имею право знать.

Тогда настоятельница приюта опустилась перед девочкой на колени и очень серьезно посмотрела ей в глаза.

– Запомни, дитя: пока ты здесь, стены надежно защищают тебя. Но стоит выйти отсюда, как ты попадешь под прицел одной очень большой корпорации. И вряд ли они захотят оставить тебя в живых.

– Разве я сделала им что-то плохое?

– Не в этом дело.

– А в чем?

Она взяла девочку за руку и повернула её ладонью вверх.

– Видишь, эти линии? Пока это лишь смутные очертания твоего будущего. Но чем ближе к совершеннолетию, тем более отчетливыми они станут. Линии сложатся в маршрут, по которому ты сможешь найти своего соулмейта. И если всё пройдёт удачно, в ночь совершеннолетия ты встретишь его.

– А если нет?

– Тогда… – настоятельница судорожно глотнула воздух, – тебя найдет корпорация Сетто. И слияния с соулмейтом не произойдет.

– Они просто убьют нас, да? Как тех двоих?

Молча обняв и прижав к себе девочку, настоятельница постаралась убаюкать её. Ещё не время, дитя. Ещё слишком рано…

– Надо бежать, Китана, – голос Адама вернул меня в настоящее. Я тупо смотрела на табло наручных часов. Подарок в честь совершеннолетия. Какая ирония – их выпускает та самая корпорация Сетто. Чтобы удобнее было отслеживать новоиспеченных соулов. Такие настоятельница лично надевала на каждого. Отказаться нельзя. Она может поплатиться за это жизнью. Поэтому платим мы. И можно тысячу раз говорить о том, что ей жаль. Но… если бы она, действительно, захотела что-то изменить, она бы попыталась. Часы будут показывать, как далеко твой соулмейт. Это такая игра. Небольшая отсрочка, которую даёт нам Верховное правительство, идущее об руку с корпорацией Сетто долгие годы. – Ты чего застыла? Испугалась?

– И не думала.

А у самой колени подгибались. Да уж, актриса из меня так себе.

– Давай, приходи в себя. Раз уж мы теперь вместе, надо бороться до конца.

– Ты о чем вообще? С каких пор мы с тобой вместе?

– С тех самых, как ты чуть не стала ужином для монстра. Помнишь?

Я чертыхнулась.

– Теперь до конца жизни будешь припоминать, как ты удачно оказался рядом? Знаешь, я не люблю ходить в должниках. И чтобы ты раз и навсегда заткнулся, готова отдать тебе долг прямо сейчас.

Яркий свет ударил по глазам, ослепил нас. Прикрыв лицо рукой, я смогла различить две серые фигуры, приближающиеся к нам. Ну, конечно, те самые хранители порядка.

Чистильщики.

– Вот они где, сладкая парочка, – заговорил один. – Как удачно мы завернули сюда.

– Куда удачнее, – вторил его напарник. – Ребята, похоже, безоружные. А ну отвернулись к стене и уперлись в неё руками. Быстро!

Мы с Адамом переглянулись.

– Быстро, я сказал.

Ну, быстро, так быстро. Сам напросился.

Этому приему меня научил садовник.

– Смотри, Китана. Показываю ещё раз. Берешь нож за острие вот так и с размаху кидаешь в цель.

– А если я поранюсь?

– Не думай об этом. Твоя задача – поразить противника. Для этого надо стать одним целым с оружием. Передать ему свою энергию. Не забывай, в тебе живет огонь. А из огня рождается новая сила.

Даже если это обычный кухонный нож.

– Сучка! – схватившись за плечо, хранитель порядка беспомощно осел на землю. – Она мне руку разрезала.

– А вот теперь точно бежим, – поторопила я на этот раз Адама. – И считай, долг выплатила сполна.

– Да ты крутая, – похвалил он.

Против воли щеки мои запылали. Наверное, я снова расцвела багровой краской.

– Давай уже, веди, проводник, – подтолкнула я его. – Не время для нежностей.

Глава 3

– У вас в приюте все девчонки такие боевые?

– Нет, только я.

Мы сидели на куче старого тряпья в полуразвалившейся хибаре. Единственное окно не впускало свет. Глаза привыкли к темноте, и вскоре мы стали различать очертания друг друга. Адам был совсем рядом. Я могла коснуться его рукой. Только делать этого не хотелось. Достаточно того, что я слышу его голос. И, как ни странно, он действует на меня успокаивающе.

– Тяжело, наверное, приходилось твоим наставникам. И много носов ты успела разбить?

– Всего-то пару десятков. Хвастаться нечем.

Я вертела в руках деревянную рогатку, которую нашла здесь же на полу. Забытая вещица из чьего-то бурного детства.

– Девчонок я не трогала. С ними неинтересно. Они, в основном, плаксы. А меня слезы всегда бесили.

Огненные не плачут. Огонь иссушает их тела. И души.

– Значит, доставалось от тебя парням. Хотелось бы знать, за какие грехи.

– Не стоило пытаться лезть ко мне в трусы. Только и всего.

Ха! А ты думал, я совсем дремучая и ничего про взрослую жизнь не знаю?

То есть, знаю совсем немного. Ровно то, что есть в теории. А на практике всё безнадежно. Но … почему я вообще об этом задумываюсь? Этот парень, что рядом со мной, ищет свою истинную. А я – своего. Почему тогда он вызывает у меня эти странные ощущения? Почему он не похож на других парней, с которыми я имела дело? Может, причина в том, что я водилась только с приютскими, а Адам – из трущоб? Говорят, люди там живут другие. У них с рождения больше свободы. Это нам всё запрещалось. Воспитывали строго, пытались учить каким-то наукам.

Зачем?

Для чего?

Надеялись, что кому-то повезет остаться живым в Ночь объявленной охоты, и он сумеет создать прочный союз?

Такие случаи были. И сейчас они есть. Вот только корпорация Сетто намного больше и сильнее. И чтобы противостоять им, нужны не просто союзы. Нужна магия рода, которая может проявиться только в слиянии.

– Если хочешь, можешь поспать, – неожиданно предложил Адам. – Я посторожу.

– Спасибо, что-то не хочется.

– Боишься проспать встречу со своей судьбой?

– Смотря что ты имеешь в виду. Если кого-нибудь из Сетто, то – да. Я предпочту бодрствовать, когда очередной хранитель их порядка нагрянет сюда.

Мысль о том, что нас не оставят в покое отныне прочно поселилась в голове. И неприятно сжимало в тиски где-то в области живота. Зона тревоги, как говорила одна из наставниц.

– О чем ты жалеешь, Китана?

– Что? – его вопросы всегда ставят меня в тупик.

– Я спрашиваю, было ли в твоей жизни такое, о чем ты жалела? То, что хотела бы переиграть?

– Я думаю, это есть у каждого. Только не все признаются.

– Ну, а ты?

– Адам, ты всегда такой навязчивый? От тебя за километр душно.

– Какой есть, – в темноте его глаза блеснули. Точно вспышка очередной сверхновой. Похоже, я заражаюсь его тупым неуместным романтизмом. – Так ты мне ответишь, о чем жалеешь?

– О том, что нас поздно стали готовить к реальной жизни за пределами приюта. Настоятельница говорила, что стены защищают нас, пока мы не выросли. Но дальше каждый сам за себя. И тогда по-настоящему становится страшно. Я видела, как многие выходили из приюта неподготовленными. Они гибли буквально в первые минуты. Если бы мы знали больше, то каждый протянул бы дольше.

– Сетто никого не оставляют без внимания.

– Значит, мы изначально обречены. И за что, в таком случае, бороться?

– Ну, ты сама должна ответить себе на этот вопрос. За что, например, борешься ты?

– За свою жизнь. За свободу, которой у меня никогда не было. За право жить так, как я хочу.

– А за любовь? За свою истинную пару?

Прицелившись в невидимого врага, я оттянула ремешок рогатки.

– За это пусть поборется он сам. Соулмейт, которого я даже в лицо не знаю. И если ему дорога его жизнь и важно предназначение, пусть первым найдёт меня.

Адам затих на какое-то время. Наверное, обдумывал мою бессвязную речь. Ну и пусть. С тех пор, как мы встретились, я не могу побыть в одиночестве. Он всё время врывается без стука, ногами выламывая дверь в тайную часть моей души. Я никогда ни с кем не обсуждала того, что обсуждала с ним. Может, ситуация сыграла роль. А может, он обыкновенный болтун, способный вытянуть что угодно из кого угодно.

Только глаза у него похожи на небесные светила. И, как бы мне ни хотелось отрицать это, они ужасно красивы.

Неподалеку раздался взрыв. Вот и отдохнули. Ну, что ж, долго ждать не пришлось. Поздравляю, хранители порядка. В очередной раз сработали оперативно.

Адам встал.

– Тучи над нами снова сгущаются.

Словно в подтверждение его слов грянул очередной залп взрыва. И тут же улицу огласил десяток пронзительных голосов, идущих из радиорубки:

– Всем патрульным службам города! На улицах двое опасных преступников – парень и девушка. Обоим по восемнадцать. Они прикрываются тем, что ищут соулмейтов. На самом деле это союз опасной корпорации, призванной навредить нашему Сетто. Их надо найти и обезвредить.

Адам присвистнул.

– Ого! Да мы с тобой, оказывается, опасные преступники. Даже гордость берет. Хотя я убил всего-то одного монстра.

– Это что – всегда так происходит?

– Мама рассказывала, что да. В Ночь объявленной охоты Сетто делают всё, чтобы не допустить очередного слияния. Ведь это грозит в первую очередь их корпорации. Вот они и придумывают всякие байки про опасных преступников. А горожане им верят. Потому что Сетто владеют почти всем континентом. И пока некому их подвинуть.

– Было бы круто, если б кому-нибудь это удалось, – задумчиво сказала я.

– Но может быть, мы попробуем? – внезапно предложил Адам. – Создадим с нашими соулмейтами корпорацию. Затем найдём другие пары, объединимся с ними. Только надо будет свалить отсюда. Здесь все под прицелом Сетто.

– Как просто ты рассуждаешь. Нам бы ночь пережить.

А время неумолимо бежит вперед. И рассвет всё ближе. Скоро повсюду будет видно как днем. И тогда нам точно не спрятаться.

– Смотри, Китана, – Адам схватил меня за плечи и подвел к окну. Я даже не успела выразить протест. Только внутри что-то вздрогнуло от его прикосновения. Ого, я, похоже, боюсь контакта. Что же будет, когда мой соулмейт захочет меня потрогать? Я в обморок упаду от страха? – Смотри, – повторил Адам. – Видишь, там виднеется шпиль? Вон на том холме?

– Ну, вижу. И что? – а сердце колотится как бешеное. И руки Адама меня не отпускают. Аж дух перехватывает.

– Это один из старых храмов. Там можно укрыться на время.

– На холме? Ты с ума сошел? Там же отличный обзор. Нас сразу заметят.

– Ты не поняла. Там нас никто не станет искать. Храм – это место слияния соулмейтов.

– И ты думаешь, что нашим парам придет в голову заявиться туда вслед за нами?

– Я не знаю. Но мы, по крайней мере, какое-то время побудем в безопасности. И дальше решим, что нам делать.

– Твои идеи кажутся мне безумными, – увлекаемая Адамом, я, тем не менее, поспешила за ним в сторону храма.

– Знаю. Мама тоже говорила, что я тот ещё чел. Кстати, если мне не изменяет память, из подвала этого храма ведёт подземный ход. И оканчивается где-то в бухте реки. Мы сможем уйти из города по воде.

– Откуда ты всё это знаешь?

Адам обернулся ко мне и блеснул на удивление белыми зубами.

– Я просто хорошо учился в школе. И много читал.

Глава 4

Однажды я была в храме. Не в этом, другом, более современном. Нас водили туда наставницы, чтобы показать, как выглядят «осколки цивилизации». Мне ничего тогда не откликнулось. То ли я была слишком мала, чтобы почувствовать что-то особенное. То ли просто не поверила, что это вообще возможно. Подумаешь, старое разрушенное здание. Камни как глыбы, деревянные полы, высокие своды. На стенах какие-то росписи. И внутри зловещая тишина. Мне было не по себе. И, к счастью, надолго мы там не задержались. Посмотрели и ушли.

А в храме, куда привел меня Адам, было по-другому. Внутри ничего такого, что я бы не видела раньше. Но что касается ощущений…

– Как-то здесь не так, – я поежилась. И, правда, каменные стены пробирали холодом до костей. Меня – огненную от природы. Странно это…

Адам, заметив это, снова приобнял меня за плечи. Далась же ему эта забота! Мне она была только в тягость. Ему бы сестрой милосердия стать. То есть, братом. Ну, что может быть у нас общего?

Зачем я вообще пытаюсь найти что-то общее между нами? Да, мы встретились там, где не должны были встретиться. И у нас одно дело. Только ищем мы разных соулмейтов.

А что если представить на месте моего соулмейта его?

«До Ада тридцать километров».

Честно говоря, я уже два часа как не смотрю на табло часов. Какая разница, что они показывают? Мне всё больше кажется, что они не показывают истинное направление. Жаль, нельзя их снять. Словно впечатались в кожу.

– Иди сюда, Китана.

Руками Адам расчистил от вековой пыли и мусора какой-то постамент. Подойдя ближе, я увидела, что это алтарь. Может, мы ещё начнем молиться? Говорят, в этих стенах нас могут услышать старые боги.

– Не хочешь порепетировать? – предложил Адам.

– Ты о чем? – не сразу поняла я.

– Обручение. Давай положи свою ладонь на алтарь. И я сделаю то же самое. Нам ведь всё равно это предстоит.

– Если выживем до рассвета.

– Давай попробуем, – настаивал несносный Адам. – Это же классно – прикоснуться к живому алтарю!

– Живому, – передразнила я. – Может, он ещё и огнем полыхает?

Лучше бы я молчала.

Стоило нам положить руки на алтарь, как он и впрямь вспыхнул. А затем пламя резко поднялось вверх и упало, опалив нас, бросив на лица свои искры. Я вскрикнула, совсем забыв, что сама происхожу из рода Огненных ветров и, в общем, не должна бояться. Хотела отдернуть руку и… не смогла.

Как будто приросла к этому алтарю.

– Что это такое, Адам? Почему я не могу… освободиться?

– Кажется, огонь тебя не пускает. Смотри, он ведь не жжет тебя?

Нет. Мое лицо и руки были целы, словно пламя их вообще не касалось.

– Значит, ты из Огненных, – заключил Адам. – Я так и думал. С таким темпераментом других вариантов просто не дано.

– Я не поняла: ты сейчас смеешься надо мной? – привычно ощетинилась я.

– Нет, что ты. Я ведь и сам – огонь. Вот думал проверить, как ты перенесешь знакомство с пламенем.

А вот это было самое настоящее предательство. Значит, он проверить меня захотел?

Внутри загорелся огонь. Нет, не тот, что исходил от алтаря. Тот по сравнению с моим внутренним пламенем был лишь слабой вспышкой. А то, что я ощущала в эту минуту, больше напоминало пожар. Ещё чуть-чуть – и он прорвется наружу, сожжет эти стены и…

И нас тоже.

Мной овладела паника. Нешуточная.

– Адам, что происходит? Со мной такое впервые.

– Со мной тоже, – кажется, я и в его голосе слышу волнение. – Обычно такое происходит, когда рождается союз.

– Ты что несешь?!

Опять он про свой союз. Угораздило же меня связаться с этим романтиком. Какой может быть союз, когда мы горим? Да этот огонь будет виден во всём городе. Мы же сейчас как на ладони перед всеми. Перед Сетто!

– Китана, нам нельзя здесь больше оставаться, – наконец-то к нему вернулся здравый смысл. – Надо уходить, как я и говорил, по воде.

– Тогда бежим?

Но мы оба не могли сдвинуться с места. Словно нас гвоздями прибили к этому горящему алтарю. И руки расцепить не удается. И огонь вокруг нас. Но мы целы и невредимы. Что за чудеса?

– Что показывают твои часы, Китана?

Я бегло взглянула на табло.

– Они встали.

– Значит ли это, что мы достигли пути?

Я вскинула на него глаза. Объятый со всех сторон пламенем, Адам выглядел потрясающе. Кажется, ни к одному парню я ни разу не применяла таких восторженных слов. Ох, Адам… Какой же ты, всё-таки…

– Ты сам говорил, что часы могут сломаться.

– Или изначально показывать ошибку. Мир искажен, Китана. Между людьми и мутантами почти стерлись грани. Так почему часы должны работать правильно? Даже линии на ладони могут ошибаться.

– Но если всё так, как ты говоришь, мы никогда не найдём своих истинных.

– А стоит ли искать?

И тут я умолкаю. Просто потому что не знаю, как сказать…

То, что у меня на душе последние несколько часов, это сложно выразить словами. Да у меня и нет подобного опыта. Я просто чувствую то, чего не чувствовала раньше.

С самого детства я знала, что союз соулмейтов пробуждает душу, и она открывает свой дар. Мой дар – это огонь. И у Адама тоже. Возможно, та общая часть прошлого, что у нас есть, сейчас вышла наружу. И мы, влекомые своим подсознанием, сошлись именно в той точке, в которой и должен скрепиться союз двух Огненных ветров. Но меня не оставляет мысль о часах.

– Китана, перестань бояться. Ты же видишь этот огонь. Он часть тебя.

– И тебя.

До Ада, оказывается, ближе, чем я думала.

До Адама.

– Так мы уходим по реке или нет?

– Не знаю. Можно попробовать, – сказал великий экспериментатор и всезнайка Адам Огненный Ветер. – Но сначала хочу попробовать вот это.

Он нагнулся и приблизил ко мне лицо. До последнего я не верила, что он хочет сделать именно то, о чем я подумала. Меня ещё ни один парень не целовал в губы. Те, кто пытались, пали от моей неслабой руки. И больше не приближались к дурной девчонке без башки. Но Адама почему-то мне не хочется бить. И отталкивать не хочется. Хотя до этого я мечтала ему врезать в челюсть. Но он же, всё-таки, огненный. Такой же, как и я.

Истинный?

Не знаю. Но точно свой.

Горячие губы на моих губах. Они обжигают, наверное, так же, как огонь. Но я иду к нему и не хочу отрываться. Это совершенно новое ощущение, и оно мне нравится. Пусть оно длится как можно дольше.

Эпилог

– Ну, вот, – спустя вечность, оторвавшись от меня, сказал Адам, – а ты говорила, что не хочешь никакой романтики. Обманула?

– Сама не знала.

Обведя взглядом пространство, я увидела, что огонь догорает. Стены по-прежнему стояли не месте. Ничто их не берет.

– Теперь точно пора уходить, – напомнил Адам. – Достаточно мы засветились.

– Через подземный ход к реке? – уточнила я.

– Ну-да, таков был план.

– А ты точно знаешь, как туда пройти?

Он засмеялся.

– Конечно, нет. Но мы ведь можем довериться ощущениям. Теперь мы знаем, как это работает. Тем более, у нас союз.

– Это ещё надо проверить.

– У нас будет на это время. Я тебе обещаю. Как минимум – половина ночи.