Сияна и Мечислав

Глава 1

Отвратительное худое создание, неопределенного возраста, с лысым черепом и в черных обтягивающих одеяниях, сообразившее накинуть на себя такой же черный плащ, чтобы свидетели сего зрелища не грохнулись в обморок от испуга, взяло из темного дубового шкафа древнюю грязную тарелочку с чистым красным яблочком. Сия тарелочка была очень аккуратно размещена на дубовом круглом столе. Существо понюхало яблочко и покряхтело. Неужели проголодалось?

- Что, опять будешь бередить свои раны? – раздался старческий голос, и в просторную темную залу вошла горбатая старуха с длинным горбатым носом, в черном платке и в каких-то серых тряпках вместо платья.

- Эх, Яга, ничего-то ты не понимаешь! Уже все деревни пали, не устояв перед моим колдовством. Страх и уныние поглотили их. Жадность взяла верх над щедростью, трусость над храбростью. Вначале они все перессорились, потом начали болеть, затем передрались, и, в конце концов, вымерли. И даже некоторые успели сжечь свою деревню. Я иногда проезжаю по тем местам и испытываю гордость, глядя на черных воронов, которые важно сидят на руинах их бывших жилищ и с почтением кланяются мне. Не зря, понимаешь, тружусь в поте лица. Но вот эти! Тьфу!

Существо, в народе прозванное Кощеем Бессмертным – за свою непомерную худобу и легенды про долгожительство, плюнуло в тарелочку, и яблочко начало медленно крутиться, все больше набирая обороты и увеличивая диаметр своего прохождения по ней. Наконец, от колдовской посудины стало исходить голубоватое сияние, и вначале тихо, а потом все громче и громче, оттуда слышалась задорная музыка, от которой, как говорится, ноги сами в пляс просятся.

Баба Яга не без любопытства подошла поближе, но тут же вовремя отпрыгнула в сторону, ибо Кощеюшка, чуть не отдавил ей единственную здоровую ногу, топнув от досады своей, и разбрызгивая слюной и потрясая кулаками, визгливо проверещал:

- Опять веселятся, окаянные!

Наконец, они склонились над тарелкой. Признанные злодеи увидели столь ненавистное безоблачное голубое небо, яркое солнце, аккуратные деревянные домики на заднем плане, а на переднем… Юноши и девушки с широкими белозубыми улыбками кружились в неистовом танце, надев на себя яркие одежды. Девушки в красных сарафанах и белых платочках, молодые люди – в белых рубахах с затейливой вышивкой на воротнике, в черных высоких сапогах и синих штанах, заправленных в эти самые сапоги. Гармонист выдавал самую веселую и быструю музыку, на которую только был способен, и танцоры ни капельки не отставали от нее. Вот девушки образовали пары с парнями и так быстро закружились втанце, что вызвали вестибулярный криз у Кощея, который прикрыл глаза рукой и отшатнулся от такой непотребной картины.

- Тебе, может, белладонны накапать? – поинтересовалась Баба Яга, ни на секунду не отрываясь от сего зрелища.

- Меня сейчас стошнит, - слабым голосом пожаловался тот.

А танцоры только начали набирать обороты. Вот они встали в полукруг, синхронно хлопая под музыку, и парни, один за другим, принялись соревноваться в удали и проворстве. Вот, высокий чернобровый красавец стал подпрыгивать в воздухе на высоту человеческого роста, раскручивая туловище и выбрасывая ноги с нереальной скоростью. Тут пошел второй, кудрявый блондиночек, в присядку, выделывая ногами такие кренделя, что баба Яга, еле подавила «Ах!», дабы, не дразнить Кощея.

Девушки тоже не заставили себя ждать и принялись крутиться на месте с такой скоростью, что сарафаны поднялись в этом вихре и сделались параллельны земле. Кощею не повезло подойти именно в этот момент, так как ему показалось, что кризис миновал. Но увидев подобное, схватился за рот и выбежал вон из залы.

Баба Яга, осмелев, после того как осталась без свидетеля, тоже начала пританцовывать. И тут, из тарелочки, донеслись подключившиеся звонкие голоса, подпевавшие под музыку, которые сделали сие представление наиболее полным. Не дав Бабе Яге получить настоящее удовольствие, в залу ворвался рассвирепевший Кощей с криком:

- Уничтожить! Разорвать! Сжечь! Завтра же свяжусь с Горынычем!

Баба Яга со вздохом сняла яблочко и тарелка погасла.

- И чего они тебе покоя не дают? – проворчала она.

- Как ты не понимаешь?! Я самый великий, самый бессмертный! Моя власть абсолютна! А они что хотят, то и делают?! Запомни, глупая Яга, чем подавленнее человек, чем запуганнее, тем им легче управлять. Властвовать. Сделать из него раба! Чтобы он был на своем месте!

Глава 2

Пробуждение Змея

- Не ходи, - который раз увещевала Кощея Яга, отговаривая от визита к Змею Горынычу.

- Не лезь. Это мужское дело.

-Эх! – воскликнула Яга и, безнадежно махнув рукой, удалилась в свои мрачные покои.

Там, оглядев серые замызганные стены, потертую скамью с тряпьем и засаленный подоконник с грязным окном, Баба Яга, вздохнув, аккуратно вынула из рукава аленький цветочек и поставив его в уменьшенную копию ступы на подоконнике, свела руки от умиления.

А Кощей, тем временем, сел на своего черного коня, который умел скакать по тучам и вызывать грозу, и отправился до Змеиной скалы, где в пещере периодически впадал в спячку Змей Горыныч. А это происходило раз в 100 лет. Поужинает десятком деревень и на целый век хватает.

Постоянно напоминая себе, что он бессмертный, Кощей осторожно приблизился к спящему змею, который калачиком свернулся в уютной пещерке на сто квадратных метров. Костлявому не повезло попасть в быструю фазу сна чудовища, когда Горынычу снился гастрономический сон и из его носа валил пар.

- Змеюшка, - тихо пропищал тот в одно из шести ушей. Но разве кратковременный писк комара может разбудить?

- Ваше Горынычество! ПОДЪЕМ!!! – не выдержал и заорал Кощей.

Змей лениво махнул хвостом, и гость отлетел к дальней стене. Бессмертные кости так просто не сломаешь. Кощей рассвирепел, и поднеся к своему рту амулет с кроваво красным камнем в черной металлической оправе, который мог усиливать звук до ста пятидесяти децибел, заорал:

- ВСТАТЬ! Когда царь-Кощей приказывает!

Три головы синхронно поднялись и остановили мутный взгляд на тощем человечке. Через минуту в них появились понимание и страх. Головы с почтением поклонились.

- То-то же, - проворчал Кощей, вставая с колен и отряхивая свою одежду.

- Что прикажешь, Владыка Зла? - прорычала одна из голов.

- Прикажу поужинать. Но только одной деревней. Все остальные ты съел, а эта…

Бессмертный гневно погрозил кулаком воображаемой непокорной деревне.

- Хорошо, пополдничаю, - облизнулся Змей, - где она?

- Дай, заберусь на тебя, буду показывать дорогу.

Горыныч подставил ему хвост вместо трапа.

Тем временем, Яга с тревогой смотрела на Аленький цветочек, который начал беспокойно раскачиваться и тянуться к окну.

- Что такое? – всплеснула руками бабушка-злодейка, - неужто с Кощеем что?

Цветок замер.

- Нет, не с Кощеем. Хочет артистов погубить?

- Цветочек зашатало вперед-назад.

Баба Яга побежала к волшебной тарелочке, чтобы узреть там грозного Кощея на Змее, стремительно летящего к последней деревне.

- Ах ты, Батюшки, мои! – воскликнула изменница, побежав одеваться и отыскивать ступу.

А тем временем, в деревне Васильки жители готовились к очередному переплясу. Ждали Царя-Батюшку с наследником перед кем и собирались танцевать. Преимущественно женская часть общества. Только одна пара отделилась от всеобщего лихорадочного приготовления.

Парень с девушкой спрятались в дальнем стоге сена, на окраине деревни, и любовались закатом. Они лежали на спине и, перекусывая колоски, разговаривали. Девушка изображала равнодушие, что злило парня и доводило его до отчаяния, но он всеми силами старался скрыть это. А куда же ей было деваться, она и так согласилась на сомнительное предприятие. Уединение в стоге сена это, вам, не в Терем с царской кухней сходить. Еда там хоть и для всех, но по очень высокой цене, ибо обслужат аки князей. Но у Мечислава лишь один алтын остался. На него только два кусочка хлеба купить можно. Эх.

Сияна нос задрала, ибо интересно было ей сбегать на свиданку с самым ловким мечником, но гордость мешала. Всего годков ему ничего было – семнадцать, а он уже в поединках даже опытных воинов в дураках оставлял. «Скачет как горный козел», - иногда зло бурчали его завистники, но таких немного было, в основном все с восхищением взирали, как он тяжеленым мечом крутил над головой. Однажды муха над ним летала, так была разрезана на три части, пока пыталась сесть ему на голову в такой опасный момент. А уж как начнет крутить им перед противником, тот не знает куда свое оружие девать, того и гляди окрошку из него сделает. А на девок –то и не глядел. Оружие для Мечислава до 17 лет на первом месте было. Ел с ним, наточит перед сном и с собой кладет, чтобы сны боевые вызывать. На общие танцы не ходил, на девиц не глядел.

Но как-то друг его – лучник и балагур Радосвет, притащил парня на пляски по случаю сбора урожая. Вот там-то и углядел он ловкую до танца Сияну. Глазищи свои раскроет, улыбка до ушей и давай кружить в танце, быстрее, чем он мечом орудует. Мечислав аж рот раскрыл от удивления, как в первый раз увидел. А после танцев подошел и пригласил ее погулять, на закат полюбоваться. Пришлось ей из любопытства даже Айдару отказать, которому и Терем с царской кухней был по карману, и отец его старостой приходился. Было бы ей не шестнадцать, а больше, никогда бы такую глупость не совершила, но тут не удержалась. А вот теперь от досады колосок жевала и думала, что сделала самую большую ошибку, ибо Мечислав и два слова связать не мог. А Айдар уж и замуж звал.

Мечник не на шутку разозлился, как увидел, что Сияна уходить собралась, да и ляпнул вдруг смелость обретя:

- Давай-давай, лучше всех ведь перед царем спляшешь, глядишь, и царевича заарканишь.

- Басалай (прим. – грубиян) ты, Мечислав, - бросила ему, не оглядываясь, Сияна и с достоинством удалилась.

И пришлось тому от стыда зарыться с головой в сено. И зря зарылся. Не увидел дива дивного, как на фоне закатного Солнца, величиной с дворец, Змей трехглавый летит и в землю вглядывается. Очнулся мечник, когда вопли услышал. Вынырнул из стога, а все вокруг бегают. Староста жителей в свой дом зовет, там у него огромный погреб вырыт на такой случай. Никто не верил, что Горыныч существует, а он верил, недаром его главным избрали.

Как все в дом забежали, Мечислав нырнул в озеро и трубочку прихватил, чтобы дышать через нее. А Змей как раз и деревню разглядел, как полыхнёт на нее из трёх пастей сразу, все дома и загорелись.

Затем одна голова плюнула с досады:

- Мы что теперь жрать будем? Все горит!

- То, что останется, - пробурчала Вторая.

- Жаренное, говорят, вредно, - вздохнула Третья.

- Ничего, переварим - успокоила Вторая, более оптимистичная голова.

Глава 3

Мечислав и Змей Горыныч

Трехглавый змей величиной с небольшую гору, сидел у потемневшего от пепла озера, где притаился Мечислав, и смотрел, как, благодаря его стараниям, полыхает деревня. Языки пламени охватили уже все дома, и вскоре, из-за крепчающего ветра, заревели, смокнулись, и с оглушительным гулом степенно меняли направление, повинуясь стрибожи внуци. (прим. – внуки бога ветров).

Кощей Бессмертый, как завороженный, смотрел на то, что произошло по его повелению. Он вспоминал, как недавно местные жители пели и танцевали, назло ему, и вопреки его стараниям рассорить их. Победоносное чувство власти охватило его. О, Власть! Как много ты значишь для тех, кто считает себя избранными. Кощей – владыка зла, наконец-то полностью удовлетворился. Теперь Бессмертный был уверен, что зародись в скором времени новая деревня, люди будут почитать его, трепетать от ужаса, приносить ему дары. Лучших девушек, лучшую еду, все самое-самое лучшее. Кощей прикрыл от удовольствия глаза и наслаждался сим зрелищем и приятными мыслями.

Наконец, когда пламя улеглось, Бессмертный призвал созданного им полуживого-полумертвого вороного коня, с которым по скорости не мог сравниться ни один смертный конь, и помчался в свой замок. Но ощущение удовлетворения, даже почти счастья, сыграло с ним злую шутку. Он не заметил, как его знаменитый полутораручный клыковидный меч остался лежать на земле, поскольку, Кощей временно отцепил его, дабы сие могущественное, но очень тяжелое оружие, не мешало ему прохаживаться среди догорающих головешек.

Змей же, продолжал внимательно высматривать остатки человечины, из-за чего, собственно, он сюда так стремился попасть. Три огромные головы въедливо вглядывались в окружающую территорию, но под свое массивное тело, защищённое блестящей непробиваемой чешуей, не смотрели.

Вот тут-то у несчастного Мечислава и созрел план. Он уже давно, со слезами на глазах, наблюдал за этой зловещей парой, понимая, что никакое, даже очень сильное желание, придушить их на месте, не может сбыться. Он продолжал сидеть в озере, за их спинами, решаясь показать лишь верхнюю часть своей головы, и думал о том, выжил ли кто-нибудь после этого нашествия. Сколько жителей поместилось в погребе у Старосты?

Когда Кощей ускакал, оставив свой меч, молодец стал очень медленно подбираться к нему. Дым от головешек все еще плотно стелился по земле и проникал в глаза и нос свидетелей пожара. Но для трехглавого змея он был лишь частью собственного дыхания и его родной стихией. А юный воин задыхался от смрада и глаза его нещадно щипало от дыма, отчего он почти ничего не видел и огромным усилием воли заставлял себя не вставать, дабы не быть замеченным врагом.

Чем ближе он подползал к оружию, тем меньше думал об опасности. У Мечислава была цель – и только она одна управляла им. Отработанным долгими годами изматывающих, но таких любимых тренировок, движением, он схватил меч и почувствовал себя в своей родной стихии. Парень обежал Змея и, прикинув место, где у того, по его представлению, могло бы быть сердце, со всей силой вонзил клыковидный клинок. Ни один меч уже ломался об эту непробиваемую чешую. Ни один русский богатырь пал в неравном бою со Змеем Горынычем. Но полутораручное кощеево оружие как в масло вошло в плоть Змея по самую рукоятку. Головы хором заревели от удивления и страха. Боль же пришла чуть позже. Инстинкт подсказал Мечиславу срочно выдернуть клинок, дабы не остаться безоружным перед грозным врагом. Ведь сердце Горыныча было где-то в другом месте. Но обезумевший от страха и боли Змей вдруг взмахнул мощными зубчатыми крыльями и тяжело взлетел.

Добрый молодец упал на колени, не выпуская кощеев меч, понимая, что случай убить изверга упущен. И осталось самое страшное – узнать, сколько человек из их деревни остались живы.

Глава 4

Сияна и царевич

Вокруг догорали остатки домов. Дым застилал глаза, затруднял дыхание. Мечислав внимательно осматривал пожарище, пытаясь сообразить – где же был дом Старосты. Вдруг он услышал скрипучий старушечий голос:

- Молодец! Добрый молодец! Не здесь ли были Кощей со Змеем?

Мечислав обернулся и увидел горбатую старуху в грязном тряпье, которая спешила к нему и волочила за собой метлу.

- Не горюй, добрый молодец, каждое мгновение уходит в прошлое и не возвращается.

- Ты о чем, бабка? – нахмурился Мечислав.

- Ну, что деревня сгорела. Новую построите. Еще лучше станет.

- Кто строить-то будет? – в отчаянии воскликнул юноша.

- Ну, ты. Да, еще те, кто в погребе томятся. Вон, да не слышишь неужто?

Баба Яга указала своим кривым пальцем на горку догорающего дерева, и действительно, Мечиславу показалось, что плачет там кто-то.

Он побежал на то место, а когда принялся разгребать головешки голыми руками, то обжегся, выругался и обернулся, чтобы спросить у бабки какую-нибудь ветошь. Но той уже и след простыл.

А крик и плач из-под земли слышались все отчетливее. Мечислав стянул с себя рубаху, разорвал ее и обвязал кисти рук. Работа заспорилась. Вскоре завал бы расчищен и юноша добрался до двери в погреб. Он попытался открыть ее, но не тут-то было.

В этот момент услышал он цокот копыт. Приложил Мечислав ребро ладони к бровям и попытался рассмотреть через дым – кто это там едет.

Заиграли трубы торжественную музыку и в бывшую деревню въехала золотая карета, запряженная шестеркой лошадей. Позади кареты – шесть всадников в кольчугах с щитами и гербами на них в виде солнца.

Рядом с кучером сидел воевода, который вскочил, как только увидел Мечислава.

- Эй, парень! Где деревня Васильки?

- Нет больше деревни, - поклонился ему в пояс Мечислав, - змей проклятый сжег ее. Подсоби людей из погреба достать, что спрятаться успели.

Воевода махнул рукой своим молодцам, слезли те с лошадей, подбежали к двери погреба и вскоре выпустили на волю закопчённых и плачущих людей.

- Что еще такое? – послышался капризный голос из кареты, - почему царя – батюшку плачем встречаете?

Из кареты вылез грузный чернобородый царь в золотой одежде, в собольей накидке, в красных сапогах и в золотой короне с огромным рубином. А за ним сын его, царевич Алексей. Крупный и широкоплечий как отец. С круглым лицом и оттопыренными ушами. Сам в кольчуге серебряной с мечом на поясе, рукоять которого усыпана драгоценными камнями. Недовольно сдвинул он брови, сложил руки на груди крест-накрест.

Староста деревни, весь закопченный, в ноги кланится царю-батюшке.

- Горе страшное случилось с нами. Прилетел сюда змей трехглавый и поджог деревню всю нашу.

А царь ему кулаком машет, того и гляди в зубы заедет:

- Какой-такой змей трехглавый? Не бывает змеев в нашем царстве. Это все соседи-печенеги. Подожгли, пограбили все тут. А вы даже с ними драться не стали. Все попрятались в погреб глубокий, опозорили землю русскую!

Тут не выдержал наш Мечислав. Вышел он вперед с голым торсом, с обмотанными тряпками руками, с кощеевым мечом на поясе.

- Что это еще за чудо-юдо? Отобрать у него оружие! – так воскликнул сынок царский Алеша, указуя перстом своим на мечника.

А тот как достанет меч кощеев, как закрутит им, завертит, что напугал всех богатырей, которые такого дива-дивного отродясь не видывали.

Может, и обошлось бы все это для Мечислава и удалось бы ему сбежать от царской кары. Но Кощей в эту минуту заглянул в волшебную тарелочку.

Увидел свой меч, живых деревенских жителей, чуть от злости тарелочку не разбил. Щелкнул костлявыми пальцами и меч его растворился в руках молодца и вернулся к своему хозяину.

Тут солдаты царские набросились на парня и скрутили ему руки за спиной.

- Что это такое, Слава, было? – закричал ему Староста испуганно.

- Это меч Кощеев, что он оставил. Вместе со змеем они тут были. Вместе деревню жгли. Потом ускакал Бессмертный и меч свой забыл…

- Эх, врет и не краснеет! – засмеялся царь, - казнить его надо за вранье и колдовство.

Испугался Староста, что потеряет лучшего воина. Бросился в ноги к царю-батюшке:

- Не казни его! Золотой, ты наш! Службу он сослужить может великую. А вдруг вернется Змей проклятый?!

Царь переглянулся с царевичем. Не выгодно им было признавать то, что Змей Горыныч вернулся. А то испугаются купцы заморские, торговать не приедут, диковины различные не привезут. А с другой стороны, ежели действительно змей вернулся, то можно отдать ему первым делом этого выскочку.

- Ладно, сделаем так, - ударил себя царь рука об руку, - обещался ты, староста, сделать нам праздник. Даю тебе три дня и три ночи на приготовление. Посидим пока в тереме, у моего брата двоюродного, что живет здесь недалеко, через лес. Устроишь нам праздник, подумаю над твоей просьбой. А пока опустите этого молодца в погреб, а два моих витязя сторожить его будут.

Повелел так царь. Залез со своим сыном вновь в карету и уехал к родственнику.

А Староста, первым делом, велел всем жителям отмыться в озере и достать запасы еды из другого погреба, о котором, кроме него больше никому ведомо не было.

За три дня и три ночи построили резную избу для царя и его сына. Длинный широкий стол поставили. Накрыли его скатертью белой и из запасов угощением заставили.

Деревенские жители еще успели в лес, на охоту сходить и приготовить великолепное жаркое и дичь.

Когда вернулся царь с царевичем, то доволен оказался чрезвычайно.

А уж после угощения, когда заиграла задорная музыка и девки устроили перепляс – и подавно!

Приглянулась царевичу большеглазая улыбчивая Сияна, которая выделялась и ловкостью в танце, и выразительностью, и плавностью в движениях. Решил он ее к себе во дворец забрать.

- Да зачем тебе эта деревенщина? Тебе царевен заморских не хватает, что ли? – удивился царь.

- Да ты, папенька, не видишь, что ли? Сравниться разве царевна заморская с красотою такою, русскою? В глазах я вижу сияние северное. Помнишь, мы были в краях тех дальних, и видели чудо такое чудесное? Ну, а волосы длинные, дивные, русые! А улыбка широкая, нежная… Помнишь, папенька, ларец мой славный, а в нем камни самоцветные. Так вот девушка та, что камень самый ценный, и хочу я ее в свой ларец-дворец заполучить. Усмехнулся царь в бороду. И подумал, может, и ему перепадет потом, когда сынок наиграется.

- Ладно,- махнул он рукой, - бери!

Подозвал к себе царевич Алеша Сияну.

– Подойди ко мне девица красная. Дай полюбуюсь на тебя, ненаглядная, - с улыбкою сказал ей царевич.

Подошла к нему Сияна, поклонилась.

- Жаль сгорела у вас деревня. Жаль, что дома у тебя не осталось. Приходи жить ко мне во дворец, будешь с золота есть и на золоте спать.

Усмехнулась Сияна и взглянула на него не как на царевича, а как на поклонника назойливого. Насмешливо. Резануло это больно царевича. Возопила его гордость гордая.

- Как ты смеешь смотреть на меня так, девка? – возмутился он, разозлился.

- Уж простите меня, Ваше Высочество. Предложение мне ваше не понравилось. Не хочу я быть вашей наложницей. По душе мне уж воля вольная.

- Оскорбила ты меня девка, своим взглядом и отказом своим оскорбила. Эй, слуги, бросьте ее в яму! Где сидит тот колдун дерзкий. На рассвете отрубим им головы.

Схватили Сияну витязи и бросили в погреб Старосты.

- И не жалко ли тебе красоту эту, русскую? – насмешливо спросил сына царь-батюшка.

- Ничего, посидит, напугается. Наутро сговорчивее будет.

Глава 5

Темнота.

Спустили Сияну в погреб темный и дверью сверху прихлопнули. Сразу вспомнилось девушке, как страшно и душно было здесь сидеть, когда сжигал деревню Змей Горыныч. И темно было вокруг, хоть глаза выколи.

- Эй, Мечислав, ты здесь? – позвала она со страхом в сердце.

В дальнем углу огромного погреба загорелась лучина.

- Иди сюда, Сияна, не бойся. Тут и попить есть, и поесть. Все предусмотрел наш Староста умный.

Медленно пошла девушка на огонек. Постепенно привыкли ее глаза к темноте. И увидела она, наконец, Мечислава. Всего чумазого, а глаза горят голубым огнем. И улыбка на вымазанном сажей лице кажется ослепительно белой. Сидел он на сундуке и пытался зажечь еще одну лучину. - Что будем делать, Мечислав? Казнить нас хотят на рассвете, - горько вздохнула Сияна.

- А тебя-то за что? – удивился парень.

- За то, что отказала царевичу быть его наложницей. С золота есть и на золоте спать.

Белозубая улыбка Мечислава стала еще шире.

- Ты прости меня, Сияна, что оскорбил тебя давеча. И я совсем не удивлен, что ты ему отказала.

Улыбнулась ему девушка в ответ:

- Спасибо тебе, Мечислав, за добрые слова. И ты меня прости, что ушла от тебя так невежливо.

Парень махнул рукой и рассмеялся:

- Да я бы сам от себя ушел. Ни «бе», ни «ме» с тобой сказать не мог. Не то, что Айдар.

- Айдару проще. У него все есть, да и парень он ладный.

- Что же он тебе не помог, когда в погреб тебя спускали? – не выдержал и съязвил Мечислав.

Вспыхнули глаза девушки недобрым огнем.

- Ты думаешь, что он один может справиться со слугами царевыми? Даже ты, со своим искусством владения мечом, не справился.

- Так ведь меч у меня сам Кощей отобрал.

- Как Кощей? Он же у тебя в руках растворился.

- Так ведь был этот меч Кощеев, он забыл его рядом со змеем. И помог мне тот меч прогнать трехглавого. Он волшебный и пробьет что угодно.

- А не хвастаешь ли ты, Мечислав? – в свою очередь кольнула девушка, не забыв выпад в сторону Айдара.

- Ох, Сияна, и едкая ты девица. Не могу доказать тебе, что не вру,- грустно отвечал Мечислав и девушка поняла, что говорил он правду.

- Прости меня, Мечислав. Ты тоже на Айдара не нападай.

- Любишь его? – напряженно спросил парень.

- Какая разница? Если нам завтра головы срубят.

- Не срубят. Смотри!

Мечислав отдал ей одну лучину, другую взял сам, и, прихватив лопату, позвал девушку за собой.

Пока он сидел в погребе, то времени зря не терял. Рыл туннель в сторону озера.

- Видишь, здесь уже вода? – указал Мечислав на земляной пол, где образовалась немаленькая лужа, - сейчас копну лопатой еще несколько раз и докопаю до озера, мы через него выплывем.

Мечислав копал, а вода все пребывала. Как хлынула она потоком, схватил он за руку Сияну и пролезли они в вырытую дыру.

Плыл он изо всех сил и девушку тащил, хотя она тоже старалась. Воздух уже заканчивался в легких, и в этот момент добрались они до поверхности озера. Вынырнули, еле отдышались. Хорошо, ночь была, и никто их не заметил.

Доплыли они до противоположного берега, где лес непроходимый чернел. Выбрались на сушу. Вода с них ручьями стекает. Сияна стала сарафан прямо на себе отжимать, а на Мечиславе кроме портков больше не было ничего. Стал он осматриваться, соображая, как лучше в лес войти. Темнотища была, хоть глаза выколи. Луну тучи закрыли.

- Они теперь думать будут, что мы утонули, - печально произнесла девушка.

- Может, и к лучшему это, искать не будут, - пробормотал Мечислав, пытаясь найти вход в лес.

Но было это не так-то просто.

- Сияна, может быть, ты лучше меня видишь? Я, кроме стволов, валежника и непроходимых кустов больше ничего не вижу.

- Ты еще кусты разглядел? – отозвалась девушка, - по мне – что в погребе, что здесь – все одно – темень непроглядная.

Вздохнул тогда Мечислав и предложил:

- Давай руку, чтоб не потеряться. Пойдем вдоль границы леса, может, и увидим тропку какую-нибудь.

Сияна на секунду замешкалась. Давать руку или не давать.

Блеснула в темноте улыбка парня, от звезды случайной отразившаяся. Понял он ее заминку.

- Так я ж тебя уже за руку через озеро тащил! Думаешь, неприлично это?

Но не о приличии думала Сияна. А о гордости своей и о том, чтобы Мечислав не возгордился.

Почти официально протянула она ему свою ладошку, но было темно, и парень не углядел эту официальность, но почувствовал. Улыбнулся еще шире, взял ее за руку и повел, стараясь не отвлекаться, а заниматься своим непосредственным делом – тропинку искать.

Глава 6

Загадки.

Долго ли, коротко ли, шли они по берегу вдоль леса, наконец, наткнулся Мечислав на большой камень, а за ним, было похоже, что тропинка среди деревьев проглядывает.

- Видишь тропку? – тихо спросил он Сияну, будто боялся, что дорожка испугается и убежит.

- Я вижу только камень, - отозвалась девушка, практически носом уткнувшись в глыбу.

- Наверное, это указатель, интересно, что на нем написано, - сказал Мечислав.

- Предлагаешь солнца красного дождаться?

- Опасно это. Ладно, пошли.

Вошли они гуськом на узкую тропинку, а по бокам деревья возвышаются. Аккуратно наступали они босыми ногами на сучья, которые покрывали всю землю. Неприятно это было, но юноша с девушкой молча терпели. Башмаки-то еще в озере потонули.

Вдруг вышли они на перекресток и увидели, что перед ними три дорожки вьются в разных направлениях – прямо, направо и налево. Луна, как раз, выглянула и лес стал под ее светом почти синим.

- Точно, тот камень был указателем. Надо бы вернуться, чтобы посмотреть – куда ведет каждая из дорог.

- Мечислав, устала я сильно, - не выдержала и призналась Сияна, тут же в изнеможении опустившись на землю, и обхватив ноги руками, - и продрогла.

- Ладно, сейчас огонь разожгу и погреешься.

- Как?

Стал парень камни различные искать, пришлось ему из-за этого поползать на четвереньках. Нашел два подходящих. Собрал в кучу хворост и выбил из камней искры. Вскоре уже весело потрескивал костерок.

Сияна подсела поближе, намереваясь, наконец, просушить сарафан. А Мечислав еще поискал вокруг и нашел другой камень, поострее.

Начал он из большой палки себе деревянный меч вытачивать, а затем лук со стрелами делать. К рассвету все почти сделал, только тетивы для лука не было. Сияна отдала ему свой тонкий поясок, и лук вышел на славу.

Подстрелил Мечислав зайца, зажарил его на костре, а девушке удалось ручеек найти с питьевой водой.

- Боязно как-то к камню возвращаться, - призналась Сияна.

Ну, пошли тогда наугад. Куда тебе сердце подсказывает?

Вздохнула девушка, прислушалась к себе.

- Не подсказывает, молчит, - через некоторое время произнесла она.

Рассмеялся парень:

- Ну, прямо пошли. Чего сворачивать? Дорога нас пока бережет. Теперь, вот, и оружие есть.

- Только меч у тебя деревянный, - напомнила Сияна.

- Не важно. Я и деревянным пришибу, - грозно и одновременно весело отозвался Слава и принялся выделывать им такие сложные маневры, что девушка открыла рот в восхищении.

- Научил бы, - заметила она.

- Хорошо, если ты меня танцевать научишь.

На том и порешили. Сделал ей юноша деревянный меч поменьше. Стали пробовать учиться. Тяжело было Сияне палкой махать, но Мечислав – парень терпеливый, к вечеру научил ее более или менее сносно отбивать удары.

Отдохнули немного, и принялась девушка его танцам учить. Как-то легко стали они даваться Мечиславу, который был быстрый и ловкий.

Переночевали они еще раз на перекрестке, а потом пошли прямой дорогой, не сворачивая.

- Ты песни какие-нибудь лесные знаешь? – вдруг спросил Мечислав.

Сияна прочистила голос и звонко запела:

- Как шли девушки,

Да по ягоды,

Да по дикие,

Не «оглядуясь»

Как зашла одна

В чащу страшную,

Заблудилася…

- А повеселее ничего нет? – перебил ее парень.

- Не нравится, сам пой, - отрезала девушка.

- Сейчас, сложу что-нибудь…

Как восходило солнце золотое!

Горел рассвет, цвели кругом цветы.

Родное поле, ох, родное по-о-ле!

Как греешь сердце парню, поле ты…

- Это же не про лес, - встряла Сияна, - а про поле. Оказывается, вот, что тебе сердце греет.

Девушка лукаво улыбнулась. Мечислав густо покраснел.

- Я и про лес могу, - пробурчал он в ответ:

- Покажи дорогу, ты моя тропинка.

Что скрывает от меня каждая травинка?

Что за тайны у дубов? За секреты у берез?

Так куда же нам идти?

Вот такой у нас вопрос!

Тут один дуб заскрипел и начал раскрывать свое дупло как рот. Мечислав и Сияна остолбенели.

- Допелся… - вырвалось у девушки.

А дерево заговорило вдруг скрипучим голосом, так что сразу и не поймешь – не то ветер его тревожит, не то слова оно произносит. Дупло то увеличивалось в размере, то уменьшалось, согласно произносимым звукам.

- Отгадайте загадку – одарю вас! – проскрежетало оно.

- А если не отгадаем? – с любопытством поинтересовался Мечислав.

- А если не отгадаете – дальше не пущу.

Парень с девушкой переглянулись, оба думали, что от перекрестка ушли не далеко, так что в случае проигрыша пойдут по другому пути. Они еле заметно кивнули друг другу и обратились к дереву.

- Мы согласны.

- Тогда слушайте! Три раза его обойдешь, увидишь шкатулку резную.

Шкатулку не малую и не большую.

А в ней есть тайник, если ключ ты найдешь.

Произнеся эти странные слова, дерево вдруг замерло, будто и не двигалось до этого, и рот-дупло не разевало.

Молодые люди посмотрели друг на друга в полном недоумении.

- Шкатулка должна где-то лежать. И это «где-то» - мужского рода, - наконец, произнес Мечислав.

- Стол? – предположила Сияна.

- Или дворец. Хотя, замучаешься дворец обходить. Пусть будет стол.

После этого дерево хрипло рассмеялось и проскрежетало «нет». Тропинка тут же исчезла.

- Ну, пошли назад -вздохнул парень.

- Может, это комод был? – продолжала гадать девушка.

- Это могло быть что угодно. А у нас осталось всего две дороги.

- У некоторых, вообще, ни одной нет, - резонно заметила Сияна.

Они снова вернулись к перекрестку и доели зайца.

- Пошли теперь направо, - предложила девушка.

- Хорошо, веди, - лукаво улыбнулся парень.

Ему все хотелось ее получше рассмотреть, но не получалось. То темнота было, то он в глаза стеснялся ей смотреть, а уж откровенно разглядывать и подавно.

Сияна закатила глаза, демонстрируя выражение «да, пожалуйста» и отправилась вперед. Мечислав пошел сзади и стал разглядывать ее косу.

Долго ли, коротко ли, шли они подобным образом, как повстречалось им дерево.

Еще больше предыдущего и даже пострашнее его. Рот-дупло огромный, того и гляди, проглотит. Увидев его, Сияна остановилась как вкопанная и обернулась к Мечиславу. Тот обошел ее и, на всякий случай, встал между ней и деревом.

- Хотите, одарю дарами? - проскрежетало дерево.

Мечислав даже отступил, ему показалось, что то чуть наклонилось в его сторону.

- Надо отгадать загадку? – сглотнув слюну, спросил тот.

- Да, - с придыханием отозвалось дерево.

- Надеюсь, не про шкатулку?

- Нет.

- Тогда давай.

- Лежит она в кромешной тьме,

Конец в начале и в конце.

- Дерево, -сдержанно начал Мечислав, - а если бы мы не стали играть в отгадывание загадок, ты бы нас пропустило?

Какое-то время ответа не было.

- Думает, - зачем-то пояснил заминку парень девушке.

Той стало смешно и она прыснула с ладошку.

- Такого еще не было, - наконец, последовал ответ.

- И?

- Да, пропущу.

- А кто-нибудь отгадывал ваши загадки?

Дупло стало принимать вид устрашающей улыбки.

- Тоже нет, - проскрежетало оттуда

- Думаю, что больше в эти игры мы не будем играть. А ответить сейчас надо. Как ты думаешь, что это?

Сияна недоуменно пожала плечами.

У Мечислава со словом «конец» в этот момент ассоциировалось лишь одно слово:

- Смерть.

Дерево затрещало и дупло стало принимать причудливые очертания. Сияна непроизвольно схватила парня за плечо. Но он был настолько ошарашен, что даже не заметил этого.

- Да. Вы угадали. Просите все, что поместится в дупле.

Парень и девушка выпалили одновременно, видимо то, о чем давно думали:

- Меч!

- Рубашку для него!

Дупло увеличило свой размер, чтобы туда смог пролезть человек и дерево замерло, приобретя самый невинный вид.

- Парень глубоко вздохнул и приготовился, чтобы залезть, но Сияна вдруг остановила его:

- Может не надо? – не скрывая своего страха, спросила она.

Но тот лишь отмахнулся:

- Волков бояться – в лес не ходить. Хотело бы нас съесть, давно бы съело.

И полез. Девушка обхватила себя рукам и стала напряженно вглядываться в дупло, где исчез Мечислав.

Внутри дерево оказалось еще больше, чем снаружи. На полу из сухих листьев лежал большой красивый меч с серебряной рукояткой и каким-то затейливым рисунком на ней, и аккуратно сложенная белая рубаха с вышитым на воротнике красным узором.

Вначале парень оделся и посетовал про себя по поводу отсутствия пояса. Но потом увидел ножны для меча с кожаным бежевым ремнем. Мечислав с удовольствием подпоясался и взмахнул красивым оружием.

- Слава, ты где? – раздался голос Сияны снаружи, в котором слышались панические нотки.

Он словно очнулся, совершенно забыв, как здесь оказался. Сунул меч в ножны и вылез из дупла.

Девушка, не помня себя, кинулась ему на шею. Но потом, вдруг вспомнив что-то, отпрянула и немного сердито произнесла:

- Я уж думала, что оно тебя съело. Мог бы и побыстрее.

Мечислав восторженно смотрел на нее, ослепительно улыбаясь:

- Да если б я знал, то подольше бы задержался.

- Только не думай, Бог знает что. Я просто испугалась, что останусь одна в этом лесу, - грозно отчитала его Сияна.

Парень разочаровано вздохнул и перестал улыбаться:

- Ладно, извини. Кстати, спасибо за рубашку.

- Пожалуйста, - буркнула девушка, - а теперь пошли отсюда поскорее.

И они отправились дальше.

Глава 7

Баба Яга.

Дорога стала более широкой. Теперь они уже могли спокойно уместиться вдвоем.

- С мечом уже не так страшно! – говорил парень, восторженно разглядывая оружие и поминутно, то вынимая, то возвращая его опять в ножны.

В конце концов, это стало раздражать Сияну, и она едко заметила:

- Смотри, уши себе не отрежь… Или мне.

Но это лишь развеселило Мечислава. Он засмеялся и, дразня ее, пошел впереди девушки, спиной назад, крутя мечом рядом с ней, почти касаясь ее плеч. От жуткого свиста рядом с ушами и от наглости попутчика, девушка резко остановилась.

- Ну-ка, прекрати, сейчас же!

- А то, что? – продолжал улыбаться парень, но все-таки, перестав делать мечом опасные маневры.

Сияна выставила вперед указательный палец и чуть не ткнула им в его нос.

- Ты думаешь честно пользоваться тем, что ты сильнее меня и владеешь мечом?

Слава нахмурился и сунул клинок в ножны.

- Да ладно тебе. Просто как-то скучно идти так, да думать о том, что из-за дерева может кто-то выпрыгнуть.

Глаза девушки продолжали метать молнии.

- А я что для тебя? Циркачка? Девушка-мишень?

Мечислав покраснел, спрятал руки за спиной, и встал рядом с Сияной, чтобы не смотреть ей в глаза.

- Нет, конечно, - пробормотал он, - извини.

И они быстро пошли дальше, правда девушка продолжала гневно дышать. Вскоре дорога вывела их на поляну. А на ней – избушка на ногах. Стоит, покачивается – то взад-вперед, то слева направо.

- Вот так диво! – воскликнул Мечислав.

Молодые люди не могли отвести взгляд от ног, который торчали под домом. Они были жилистые и имели четыре пальца, напоминая куриные.

- Как ты думаешь, домик может ходить? – спросил Мечислав у Сияны.

Та лишь недоуменно пожала плечами. Парень прочистил горло, на всякий случай схватился за рукоятку меча, и громко спросил:

- Здравствуйте, кто в домике живет?

Избушка была небольшая, лишь на одно окно, которое располагалось в середине стены, а двери видно не было.

Молодые люди заметили, как там пошевелилась занавеска неопределенного цвета, скорее всего, грязная.

- Избушка, избушка, покажи свою дверь! – вдруг попросила Сияна зычным голосом и поклонилась в пояс.

Мечислав одобрительно хмыкнул. Но домик упрямо стоял.

- А не проще ли нам обойти вокруг и самим найти вход? – предложил парень.

Так они и сделали, но как только молодые люди стали заворачивать за угол, строение задвигалось и стало поворачиваться вместе с ними, видимо, стремясь скрыть дверь.

Мечислав засмеялся, схватил девушку за руку и увеличил скорость, но и домик не отставал.

- Подожди, - остановилась вдруг Сияна, запыхавшись, и вырвала свою руку.

Парень вопросительно смотрел на нее, но девушка вдруг хитро улыбнулась, и шепча: «Окружай!» - побежала в другую сторону.

Избушка в замешательстве встала как вкопанная. С победоносным криком Мечислав повис на ручке двери и попытался ее открыть, но не тут-то было. Избушка словно взбесившийся конь, начала вертеться и качаться, пытаясь сбросить непрошенного гостя. Но парень вцепился в нее как клещ и, ни за что, не хотел отпускать. Сияна испуганно уставилась на эту картину, не зная, что предпринять, так как домик развил небывалую скорость и спрыгивать с него, как и пытаться подойти к нему, уже было слишком опасно.

Вдруг она услышала шаги позади себя и резко обернулась. По тропинке к ним спешила какая-то горбатая старушенция в лохмотьях и с метлой наперевес.

- А ну, встать к лесу задом, ко мне передом! - приказала она избушке.

Та тотчас послушалась, остановилась и встала как солдат по стойке «смирно». Мечислав, чуть покачиваясь после интенсивного мотания, отпустил, наконец, ручку и спрыгнул на землю.

- Ну, и? – грозно спросила бабка, уткнув руки в бока, - Хошь, чтоб она тебе шею сломала? Она могёт!

- Я тебя знаю! – вдруг сверкнул глазами Мечислав, - Это ты подсказала мне где погреб старосты, а потом исчезла.

- Ну, ну! Тише ты. А то ишо услышит кто, - и, отварив дверь, баба Яга пригласила

гостей внутрь.

Там, как и предполагалось, все заросло пылью и паутиной. На окне сидел черный кот и зыркал на гостей своими желтыми глазами. Бабка нежно потрепала его за ушком. Половину домика занимала огромная печь. Мечислав подозрительно посмотрел на нее.

- Зачем тебе такая большая печка?

- Зачем, зачем… Пироги люблю, - проворчала старуха, - положено так.

Рядом с грязным столом стояла не менее грязная скамейка. Сияна, несмотря на приглашение бабки, не решалась сесть на нее и все оглядывала по сторонам.

- Что ты ищешь, девица красная? – не удержалась и спросила Яга.

- Тряпочку какую-нибудь, - нерешительно отозвалась девушка.

- Тряпочку, - презрительно фыркнула бабка и оторвала один из многочисленных лоскутков от своего одеяния, - такая подойдет?

Сияна, поняв, что назад пути нет, храбро взяла протянутую ей тряпочку, окунула ее в кадку с водой и принялась протирать пыль. Вначале со стола, потом с лавки.

Яга уткнула руки в бока и с интересом следила за ее действиями.

- А, может быть, так лучше будет? – наконец, сказала бабка и щелкнула своими костлявыми пальцами.

В доме тут же все ожило. Три метлы выскочили из своих углов и принялись, танцуя, убираться. С полки соскочила балалайка и заиграла им плясовую. Тряпочка Сияны тоже обрела самостоятельность и принялась сама прыгать в кадку с водой, а потом стирать ото всюду пыль. У гостей глаза на лоб полезли. Они только и успевали уворачиваться от летящей посуды и мелкой утвари, которой заблагорассудилось запрыгивать в воду.

Баба Яга получала колоссальное удовольствие от устроенного ей самой представления. Она, подбоченивавшись, пританцовывала, потом не выдержала и обратилась к Сияне:

- Знамо мне, что ты девица танцевать мастерица, может покажешь пару движений?

Сияна только что увернулась от летящего кувшина и, смахнув пот со лба, ответила:

- Я бы не прочь, бабушка, только пока занята.

- А…

Яга щелкнула пальцами и домашняя утварь, наконец, угомонилась. Но тут колдунье вступило в поясницу и она, кряхтя, уселась за стол.

- Эй, пироги, выскакивайте из печи, угощайте гостей собою. Да, молоко, в крынке появись! Вам какое – парное или похолоднее любите? – обратилась она уже к Мечиславу и Сияне.

- Парное, - хором ответила парочка и улыбнулась такому единодушию.

- Хорошо, парное.

Пироги повыскакивали из печи, а в кувшинах появилось теплое молоко.

Когда, наконец, стол был накрыт, Яга, причмокивая от удовольствия, поинтересовалась:

- Ну, так что же, гости дорогие. Что привело вас в наши хоромы?

- Да царь наш уж больно лют. Решил нас казнить, пришлось отправиться в странствие, - ответил Мечислав.

- Да, батюшки, ты мои, - всплеснула руками бабушка, - это чем же вы ихнему величеству не угодили?

- Я – тем, что меч Кощеев в руках держал, а он исчез сам собою, да про то, что Змей Горыныч существует, говорил.

- Ну, это обвинение старо как мир – колдовство и честность, - понимающе кивнула Яга, - а ты, девица?

Сияна молчала, покраснев и потупив взор.

- А… Кажется, я догадываюсь. Небось прыткая уж больно оказалась и царственной особе в его правах отказала.

- Какие-то права эти несправедливые, - пробурчала Сияна

- А ты как хотела? - мудрым голосом изрекла колдунья, - Почему люди любят власть? Да чтоб иметь все, что им заблагорассудится. Не бери в голову, девка, убежала и молодец. Так может, чем я вам помочь могу?

- Может и можешь, - заговорщически наклонился к ней Мечислав, - если расскажешь, как Кощея и Змея извести.

Баба Яга скорчила физиономию, означающую «может быть, и могу, только сложно все это». Эта гримаса пребывала на ее лице довольно долго, пока, наконец, парень не выдержал и спросил:

- Ну, так что?

- Змей – не очень большая проблема. Точнее, он, конечно, просто огромная проблема, только не срочная. Просыпается раз в сто лет. И он только что уснул, вроде, опять. А вот с Кощеем посложнее. Есть, конечно, смерть и у него, но спрятана она так, что не найти никому. Даже я не знаю где она. Кстати, боюсь, даже он сам не знает. Кощеюшка как-то поделился со мною, что так свою смерть замаскировал, что никто не знает, как ее найти. Он сравнил это с тем… М-м… Дословно. «Смерть-то в игле, но найти ту иглу никому не под силу. Игла как в стоге сена, а сено во Вселенной, может быть в совершенно любом месте. Я использовал самое мощное колдовство, какое только мне доступно. Так что обнаружение невозможно!»

- Вот так так, - озадачено протянул Мечислав.

- Единственно, есть у меня подозрение, что он обратился к Морскому царю – и стог сена – это в метафорическом смысле. Он мог, например, эту иголку в море со скалы скинуть. Так что дам вам клубочек, который приведет вас к Царской скале, куда иногда морской царь захаживает. Может, он вам поможет, а может и нет. Тут не угадаешь.

- А может, ты нам подскажешь, как этого самого Морского царя задобрить?

- Ну, он, как и все любит чтобы его развлекали. Акулы и крабы ему надоели. Придумайте что-нибудь.

- Ну, спасибо, бабушка. Накормила, напоила, да еще и клубочек обещала. Как теперь с тобой расплачиваться? – вздохнул Мечислав.

Но так махнула рукой.

- Время все покажет. Не надо мне ничего сейчас, а что потом будет, никому неведомо.

- Так уж и не ведомо, - вдруг очнулась Сияна, - а как же предсказания?

Яга поморщилась:

- Этого бы я вам не советовала. Была у меня одна знакомая колдунья-предсказательница. Плохо кончила. Ведь конец у всех печальный, ну, один царь и не выдержал. Сжег ее на костре за колдовство. Идите, касатики.

Глава 8

Забавы Морского царя

На подступах к Синему Морю творилось что-то невообразимое. Столпотворение напоминало всемирную ярмарку. А народ все прибывал и прибывал.

Яговский клубочек давно пристал к огромной процессии на волах и лошадях и лениво катился вдоль колес массивной тележки. Шествие напоминало Великое переселение народов.

Сияна и Мечислав с огромными от удивления глазами шли за последней телегой, на которой сидело с десяток чумазых ребятишек, одновременно галдящих и тыкающих пальцами в волшебный клубочек, который даже не счел своим долгом замаскироваться.

Мечиславу не хватало духу убрать эту забаву малышей подальше. Но Сияна решила, что он им еще пригодиться, быстренько забрав его и спрятав в узел на палке, а на протестующие вопли детишек заявила громко и властно, но без гнева:

- Закройте рот!

Ребята вмиг присмирели и стали её недоуменно рассматривать, ибо ранее принадлежали больше сами себе, но почувствовав негласное руководство, заинтересовались.

- А теперь поведайте мне, куда вы едете? – уже дружелюбно осведомилась она, одарив их широкой и ласковой улыбкой.

Детишки тут же растаяли и принялись наперебой объяснять:

- У Морского царя День Забав!

- Танцы до упаду!

- Бои до смерти!

- Призы волшебные.

Мечислав и Сияна переглянулись.

- А что значит - танцы до упаду? – с легким опасением в голосе осведомилась девушка.

- Вначале идет отбор.

- Выбирают лучших танцоров.

Дети перебивали друг друга, каждому хотелось отличиться и похвастаться собственной осведомленностью. Наконец, хор голосов слился в единый непонятный гомон и разобрать, что они говорят, стало невозможно.

Мечислав широко улыбнулся, глядя на этот маловразумительный галдеж. Сияна же хотела проникнуть в суть объяснения, поэтому вид у нее был будто бы ее бревном по голове огрели. Наконец, она не выдержала и властно крикнула:

- Хватит! Пусть кто-нибудь один говорит.

Дети с озадаченными лицами уставились друг на друга. И, судя по тому, как они одновременно сделали вдох, намереваясь снова загалдеть, девушка предвосхитила это, указав на самого высокого паренька:

- Ты рассказывай.

Тот раздулся от гордости как индюк и важно начал:

- Вначале танцуют все, кто хочет и Морской Царь выбирает из них 33 участника. Одного или двух, - вдруг уточнил он.

- Погоди, - остановила его Сияна, - Это как – одного или двух. Да еще 33.

Паренек хлопал глазами, не зная, как сформулировать объяснение, тогда активизировалась крохотная черноглазая девчушка:

- Выбирает 33 пары танцоров. Обычно это пара – парень и девушка. Редко кто танцует в одиночку. Потому что, если у него ноги подкосятся от танца, то его никто не поймает и он или она упадет. Вот! – торжественно заключила девочка, помогая своей речи выразительной жестикуляцией.

- И сколько по времени длиться обычно такой танец? – спросила Сияна, уже обращаясь к девочке.

- Один раз дважды солнце вставало! – гордо изрекла она.

- А если кто-нибудь попить захочет? – осторожно спросила девушка.

- За день можно три раза сделать перерыв и один – за ночь. Перерыв не больше чем судья успеет досчитать до ста.

И пока Сияна погрузилась в свои думы, Мечислав спросил про бои до смерти.

- О, это самое интересное! – восхищенно заметила девочка.

- Правда? – не выдержал и язвительно поинтересовался парень.

- Ага, - кровожадно ухмыльнулась она, - мало смельчаков соглашаются на сей шаг. Но призы зато самые лучшие. В прошлом году была скатерть самобранка, но победитель не долго прожил после победы. Тем более что рук у него не осталось.

- Как же он победил без рук? – вырвалось у ошарашенного Мечислава.

- О! Это был великий бой. Он дрался без одной руки уже довольно долго, и настал момент – либо его убьет более сильный соперник, либо он пожертвует своей второй рукой и нанесет ему смертельную рану. Так и вышло.

Все дети возбужденно закивали, вспоминая прелестный бой, и одобрительно загудели.

Сияна скривилась от отвращения и резко сбавила шаг. Мечислав еще какое-то время шел по инерции, но увидев, что девушка отстала, остановился, чтобы подождать ее.

- Ты чего? – удивился парень.

- Быть может, мы другим путем поищем… - начала она.

Но Мечислав язвительно продолжил:

- Иголку во Вселенной. Ага. А, по-моему, нам повезло. Танцевать мы умеем, а мечом меня еще ни один противник не победил, - гордо закончил он.

- А ты дальше своей деревни никуда и не выезжал, - не удержалась и поддела его Сияна, - уверена, что здесь таких мечников с десяток наберется, а может быть и еще искуснее найдутся.

- Пока не увидим, не узнаем, - недовольно буркнул парень.

Глава 9

Танцы до упаду. Начало

Вскоре они подошли к огромному деревянному пляжу, снабженному многоярусными скамьями для зрителей.

Синее море развлекало собравшихся затейливыми волнами, которые то заигрывали с ними небольшими набегами на песчаный пляж, то вдруг внезапно приносилась большая волна и все с радостным визгом разбегались врассыпную. Деревянное покрытие вода не трогала, там все было строго и чинно. Даже небольшие уборные стояли в виде резных маленьких домиков и сверкали чистотой. Видно было, что Морской Царь щепетильно относится к своему развлечению.

Наконец, публика собралась. Из морских недр выбрались русалки, которые залезли на миниатюрные колесницы, запряженные морскими коньками гигантских размеров, уверенно прыгающих по пляжу и катая своих подопечных. После русалок повылезали водяные и прочая нечисть странного вида и разного размера, а в конце, под торжественный рев раковин различного калибра, вместе с троном из пучины морской показался сам Царь с зеленной бородой в зеленых одеждах и с традиционным трезубцем, на котором была наколота какая-то еда, вроде колбасы.

Он величественно покивал зрителям, и, немного подождав, когда стихнет гомон, торжественно произнес:

- Здравствуй, народ! Стар, млад и в самом расцвете жизни. Сегодня вы собрались на ежегодные Морские Забавы…

Пока он произносил обычную для таких случаев речь, Мечислав и Сияна протискивались сквозь недовольную толпу к будущим танцорам, которые жались к деревянному пляжу с ровными досками в качестве настила на песке, и нервно одергивали свои одеяния.

- Вы куда претесь? – недовольно окликнул их мужик купеческой наружности, о чем свидетельствовала густая борода и дорогой кафтан.

- Мы танцоры, - объяснил ему Мечислав.

- А, - вдруг сразу подобрел купец и стал с интересом их разглядывать, плохо скрывая сочувствие в глазах.

Ребятам это не понравилось, и они сразу переключились на других участников. Те вели себя очень нервно, и по внешнему виду можно было судить, что это беднейшие слои населения.

- Ничего, ничего, - тихо подбадривал свою партнершу молодой худенький парнишка, - нам бы пробиться в главный состав, а там как наедимся в трех перерывах, так и выбудем сразу.

- Да, конечно, - слезливо отвечала ему худющая девушка, которая еле держалась на ногах, - все кто бросает конкурс обливаются медом и облепляются перьями на потеху людям.

- Мед – это же хорошо, - несмело подбадривал ее парень.

Мечиславу и Сияне стало не по себе. Сюда пришли люди в основном от отчаяния.

Как бы в подтверждение слов той пары, к деревянному пляжу подкатили бочки с квасом и пирогами. Многие заахали и заохали. Кто-то потерял сознание от вкусных запахов.

- Итак, - уже завершал свою речь Морской Царь, - Победители в танцах получат на выбор одну волшебную вещь. На кону Скатерть Самобранка, Волшебные Гусли под которые любой запляшет и Шапка-Невидимка.

Все ахнули от такой щедрости и даже худющая девушка воспряла. Грянула музыка среднего темпа, под которую часто танцуют ручеек и участники стали заходить на деревянный настил.

Мечислав взял Сияну за руку без опаски, что она ее тут же выдернет, и последовал за другими.

Через непродолжительное время парень обнаружил вдруг, что вокруг их пары образовалось свободное пространство. Другие вяло переставляли ногами, за исключением некоторых, которые еще старались и имели определенный талант, и во все глаза смотрели на наших героев. На то как Сияна выделывала различные изящные и захватывающие движения, а ее партнер умело ей вторил, не скрывая своего удовольствия. Они явно наслаждались танцем без малейшего опасения, что им не хватит сил в будущем, так как мало представляли, в отличие от других, что их вскоре ожидает.

Наконец, отборочный тур завершился. Морской царь быстро выбрал самых старательных, особо отметив Мечислава и Сияну, и даже бросил девушке драгоценную брошь в виде морской звезды. Она ему в пояс поклонилась. А потом стал выбирать другие пары только лишь по внешности, потому что мастерством те не отличались. Отобрав 33 пары, куда не вошли те худосочные парень и девушка, он хлопнул в ладоши, и проигравшие ушли с настила.

Все началось с хоровода. Все улыбались, были полны сил и радостных предчувствий. Затем, заиграли полянку. Это был очень быстрый и задорный танец. Мечиславу приходилось все время напоминать Сияне, что силы надо экономить. В конце полняки наш герой смахнул пот со лба девушки:

- Зачем ты это делаешь? – возмутился он, хотя и не мог скрыть своего восхищения от ее мастерства.

- Извини, привычка, - широко улыбнулась она и ловко поймала очередной подарок от Морского царя. Это оказались бусы из прекрасного жемчуга.

- Смотри, а то он тебя в конце выступления еще и замуж позовет, - съехидничал Мечислав.

Сияна задорно посмотрела на его нос, так и не доведя взгляд до глаз, и одновременно надевая на себя вышеупомянутый подарок. Их разговор услышал паренек из соседней пары, который не преминул вставить комментарий:

- Ага, позовет, если от настила отскребет, - и, расхохотавшись, увлек свою партнершу в сторону.

Мечислав с тревогой посмотрел вслед удалившейся пары.

Заиграли барыню. Как водится, сначала мелодия шла довольно медленно, но постепенно скорость ее увеличилась и на одном этапе даже обогнала сумасшедшую полянку.

С одной стороны, Мечислав переживал за Сияну, что ей не хватит сил и очень радовался, что барыню она танцует довольно медленно, а с другой – парень начал сомневаться уже в себе. Так как в данном танце он изображал мужика, который выкаблучивается перед «барыней», а ему действительно почему-то хотелось выступить во всей красе, то к середине танца он уже начал немного задыхаться.

И тут его неслабо ударило что-то по затылку. Мечислав недоуменно обернулся и увидел, что ему лучезарно улыбается большеглазая русалка на колеснице с самым разноцветным коньком и головой показывает, чтобы он посмотрел себе под ноги. Парень посмотрел. Там лежал красивейший кинжал в золотых ножнах. Он поднял его, и оторопело посмотрел на девушку с рыбьим хвостом. Та улыбнулась еще шире. И до Мечислава дошло, что и его теперь одаривают за танец. Он признательно поклонился.

- Кажется, и у тебя невеста нарисовалась, - услышал он смеющийся голос Сияны.

Мечислав гордо засунул кинжал себе за пояс и продолжил танцевать.

Глава 10

Танцы до упаду. Конец

Так прошли сутки. Вместо 33 пар, осталось пятнадцать и наши герои в их числе. Но вид у них уже был изрядно потрепанный. Такая всегда аккуратная коса Сияны наполовину расплелась, одежды всех танцоров были пропитаны потом. Лишь одна пара выделялась из всех какой-то непоколебимой монументальностью. Это была улыбающаяся женщина с темными волосами, которая, к тому же умудрялась постоянно болтать со своим парнем. Тот же, как скала в море, совершенно без эмоций внимательно слушал ее, и, казалось, ничего на свете не способно было их отвлечь от этой странной идиллии.

- У меня мурашки по коже, когда я на них смотрю, - тихо признался Мечислав Синяне, - такое ощущение, что они напились какого-то специального зелья от усталости.

- Вполне возможно, - отозвалась девушка, машинально оттирая пот со лба и убирая прилипшую челку.

К концу вторых суток, пары стали падать одна за другой. Будто, у них кто-то выдергивал почву из-под ног. И вскоре осталось лишь две пары – болтающая девушка с парнем – скалой и Сияна, которая давно уже повисла на Мечиславе, положив ему на плечо голову и, возможно, спала. Наш герой же представлял себя на поле брани с Кощеем и Змеем. Эта устрашающая картинка давно уже стояла перед его глазами, она-то и помогала ему держаться на ногах.

Была ночь, и полная луна умиротворенно освещала деревянную сцену на пляже. Волны тихо ударялись о берег, а многие зрители мирно спали.

На секунду наш герой вынырнул из тяжелого тумана грез битвы и мутным взглядом уставился на соперников. Темноволосая девушка, хоть и в мокрой одежде, внешне абсолютно не демонстрировала признаков усталости. Она, как раз, вспомнила какую-то интересную историю и почивала ею своего партнера.

Мечислав перевел взгляд на Сияну. Хотя она и повисла на нем всем телом, он её практически не чувствовал. Секунду назад парень был готов остановить танец, но взглянув на партнершу, передумал. Когда еще она согласится так доверчиво положить свою голову ему на плечо, да еще так крепко держать его за плечи? Вдруг у Мечислава мелькнула сумасшедшая мысль о том, как бы исхитриться и поцеловать её, пока она спит. Он воровато посмотрел по сторонам. Но зрители, видимо, решили, что пары продержаться до утра и не особо обращали на них внимание.

Мечислав осторожно убрал свою руку с её талии и перенес к лицу девушки, на мгновение, в нерешительности остановив ее у щеки. Но Сияна спокойно спала и не подозревала о его коварном плане.

Наконец, он набрался духу и провел рукою по ее волосам. Сияна глубоко вздохнула, улыбнулась и поудобнее устроилась у него на плече. Парень приободрился, уже смелее приподнял ее голову и быстро, но осторожно поцеловал в губы. Девушка тут же проснулась и приоткрыла глаза, по выражению которых было понятно, что со сна она еще не очень хорошо видит. Сияна проморгалась и непонимающе посмотрела на Мечислава, который изо всех сил пытался придать своему лицу невинное выражение.

Они продолжали двигаться, уже давно совершенно не поспевая за музыкой, подчиняясь лишь собственным физическим возможностям.

- Я, кажется, уснула, - удивленно произнесла девушка и виновато улыбнулась.

Мечислав упорно молчал, так как боялся, что дрожащий голос его выдаст.

Сияна посмотрела на соперников, но ничего утешительного не увидела.

- Может быть, они и вправду зелье какое выпили, а мы только зря стараемся, - тихо сказала она.

Парень лишь пожал плечами. Сияна внимательно посмотрела на него. Увидев, как он старательно отводит от нее взгляд, девушка заподозрила, что что-то произошло, пока она спала.

Вдруг Мечислав оступился и чуть не упал. Соперники тут же кровожадно уставились на него, даже не скрывая своего восторга по этому поводу. К удивлению нашего героя, Сияна очень ловко поддержала его. В ней он ощутил довольно-таки внушительную опору, несмотря на то, что девушка была легче его почти в два раза.

- Ты как? – участливо поинтересовалась она.

И Мечислав еле сдержал себя, чтобы не поцеловать ее снова.

- Неплохо, - вымучено улыбнулся он.

- Мы должны продержаться, - твердо сказала девушка и неуверенно посмотрела на него.

Мечислав снова отвел взгляд и опять погрузился в грезы битвы с Кощеем и Змеем.

Вскоре забрезжил рассвет. Вновь заиграли царские трубы-раковины, и было объявлено, что побит рекорд на длительность танца.

Сияна посмотрела на соперников. Те больше не разговаривали, и она подумала, что это хорошо. Девушка с опаской взглянула на Мечислава. Тот невидящим взглядом уставился в сторону океана, и, кажется, мыслями был где-то далеко.

- Мечислав, - позвала она.

Тот не сразу, но вернулся.

- Кажется, они выдыхаются, - попыталась приободрить его Сияна.

Но парень продолжал пристально смотреть на нее. Девушка смутилась и покраснела.

- Сияна, я больше не могу, - признался ей парень.

- Еще чуть-чуть, - еле слышно отозвалась она.

- Разрешишь мне поцеловать тебя? – спросил Мечислав, уже, кажется, ничего не соображая.

Девушка немного помолчала, собираясь с духом.

- Если тебе это поможет, то да, - почти прошептала она, но он ее услышал.

Мечислав стал наклоняться к ней. У него это получалось весьма прерывисто, так как парень боялся, что она передумает. То есть, он чуть наклонялся и останавливался, и снова чуть наклонялся…

Но Сияна не шевелилась, если не брать в расчет подобие танца. Когда они, наконец, встретились, вдруг раздалось резкое гудение раковины.

«Наверное, мы упали», - подумал Мечислав, так как в его голове все кружилось.

Потом раздался звук салюта и крики «Ура!».

- Итак, у нас новые победители! – прогремел голос морского царя.

Наши герои, наконец, открыли глаза и недоуменно огляделись, продолжая танцевать.

Их соперников уже уносили прочь. И тут у Мечислава и Сияна разом подкосились ноги и они осели на настил.

- Кажется, мы выиграли, - широко улыбнулась Сияна и отключилась.

Мечислав хотел ее поддержать, но сам грохнулся рядом и уснул.

Глава 11

Бои до смерти. Пролог

Утром следующего дня Мечислав проснулся в красивом резном тереме, на большой деревянной кровати, а рядом был уже накрыт роскошный стол. Вокруг стола ходила знакомая девушка и разливала напиток в кубки. На столе стояли два прибора.

Парень в первую минуту не мог вспомнить, где он ее видел, но затем догадавшись, спросил:

- А где твой хвост?

Девушка лучезарно улыбнулась, сверкнув большими синими глазами, и ответила:

- Здесь он мне не нужен.

- А где Сияна?

- Кто это? – искренне удивилась бывшая русалка.

- Ну, девушка с которой я танцевал.

- А, эта… - русалка замолчала, - А я разве тебе не нравлюсь? – тут же игриво поинтересовалась она.

Мечислав еле сдержался, чтобы не сказать ей какую-нибудь дерзость, так как вдруг ощутил сильную тревогу за свою партнершу.

- Где Сияна? - сквозь зубы повторил он свой вопрос и вскочил с кровати с облегчением обнаружив, что одет, правда во все новое – зеленую рубаху и штаны, расшитые золотом, правда меча при нем не было.

- Успокойся, молодец, она в гостях у самого морского царя. Не велено их отвлекать, - высокомерно объяснила русалка.

Мечислав так крепко сжал зубы, что они у него заскрипели.

- А где мой меч?

- Под кроватью посмотри, - недовольно пробурчала она и вышла с видом оскорбленного достоинства.

Повесив на пояс меч с чувством некоторого удовлетворения, парень схватил со стола пирожок, сделал глоток кваса и на ходу жуя, выбежал из терема.

Народу на улице была тьма тьмущая и он стал оглядываться в поисках русалки. Наконец он увидел ее рядом с колодцем.

- Эй, погоди, - подбежал он к ней, - извини, что я на тебя набросился, просто мне все это показалось странным.

Та недовольно передернула плечами.

- Подожди, хватить дуться на меня, - обезоруживающе улыбнулся он, - как тебя зовут?

- Миналурия, - с достоинством отозвалась та, - я, между прочим, племянница морского царя.

- Извини…те, - пробормотал парень и низко ей поклонился, - Миналурия, я не знал, тем более, что вы…

- Прислуживала тебе? – ухмыльнулась она, - Да, такой чести удостаивается победитель.

- Кстати, а как же приз? Он у Сияны? Она уже выбрала? Кажется, она проснулась раньше меня? Я ничего не знаю, вы поймите…

- Спокойно. Слишком много вопросов. Идем вернемся в терем и все обсудим.

Миналурия практически проплыла обратно в помещение, так плавно ей удавалось двигаться в такт шагов. Но даже подиумная походка вызывала у Мечислава раздражение. «То же, мне, царица, - раздраженно думал он, - что хотят, то и творят. Людей мучают для развлечения, а потом похищают победительницу. Только бы понять, как добраться до этого зеленобородого…». Но тем не менее, он лучезарно улыбался ей, когда они садились за стол.

- Отведай, молодец, моих блинчиков и пельмешек, - грудным голосом предлагала она и раскладывала ему яства на тарелки.

- А я думал, что у вас тут рыба да моллюски будут, - ухмыльнулся он.

- Мы своих не любим есть, - поморщилась девушка, - но красную икру для блинов могу достать.

- Нет, спасибо, я, кстати, тоже хотел попасть на прием к морскому царю, ну, и приз выбрать.

Русалка нахмурилась. Одна долго думала, прежде чем ответить и смотрела, как Мечислав с аппетитом уплетает пельмешки.

- К царю так просто нельзя попасть. Победитель может, конечно, но в вашей паре такой чести удостоилась девушка. Так что тебя он не примет. А призы все у царя. Тебя позовут выбирать, если сочтут нужным.

Парень оторопело смотрел на нее.

- Как же так! А если, например, Сияна выберет что-нибудь и исчезнет. А я так и могу остаться без приза?

Миналурия равнодушно пожала плечами.

- Хорошо, - грозно протянул Мечислав, - А когда начинаются бои до смерти?

- Уже начались, так что ты опоздал!

- То есть, как опоздал?! – не дожевав блин, парень выпрыгнул из-за стола и припустил к выходу.

- Стой же, дурак! – услышал он вслед.

Он мчался туда, куда шли кучи людей. С площади доносился громкий голос:

- Итак, зачисление участников завершается. Кто еще хочет поучаствовать должен поторопиться.

И Мечислав поторопился, опрокинув пару мужиков, которые тут же начали ругаться ему вслед. Вскоре парень добежал до писаря, который уже сворачивал свиток со списком участников.

- И меня! – накинулся он на него, отчего писарь выронил перо и чуть не упал.

- Ладно, - проворчал он, - сам напросился.

И записав его имя, пропустил Мечислава в центр площади, где уже собралось полсотни мускулистых участников с мечами и булавами. Парня поставили напротив улыбающегося детины, который, как маятником махал мечом и неотрывно смотрел в лицо противника.

Глава 12

Бои до смерти. Продолжение

Только протрубила утробно труба, как противник Мечислава крутанул над собой меч и чуть не снес ему голову. Только лишь многолетние тренировки помогли парню выйти из какого-то оцепенения, которое почувствовал наш герой, увидев колбасу на трезубце Морского царя. Тот ехидно ему улыбался, а парень шарил взглядом в поисках Сияны, которую никак не находил. А тело его продолжало жить своей отдельной жизнью и ловко уворачиваться от мощных атак противника. Наконец поняв, что ее нет и скорее всего, уже не будет, он взглянул на постоянно ухмыляющегося детину, сощурил глаза, и прицелясь, сильно порезал тому ногу. Раненый от неожиданности рухнул на одно колено, с великим удивлением глядя, как кровь со штанины капает на землю. Мечислав приставил острие к его горлу. Тут же к ним подскочил один из судей в красной рубахе и желтым поясом, на котором висели медали.

- Прикончишь его – получишь золотую, а сохранишь жизнь – серебряную, - быстро зашептал он на ухо победителю, позвякивая своими побрякушками.

Мечислав убрал оружие от горла соперника, того тут же унесли. Судья пожал плечами и отдал ему серебряную медаль. Как раз в эту минуту освободился еще один воин, который только что прикончил своего напарника и, проследив за рукой судьи, наш герой направился к нему.

У нового противника все было узкое и напоминало змеиные черты. Узкий нос, рот, глаза и даже меч был каким-то узким, и его рукоятка не была как крест. Больше походила на палку с еле заметным выступом. Тем не менее, ему удалось еще больше сузить глаза, отчего они стали напоминать прорези в копилке, и сделать едва заметное движение оружием. Мечислав инстинктивно отпрянул и в первую секунду ничего не почувствовал. Но тут же теплая тонкая струйка проделала дорожку от основания переносицы к губам. Парень слизнул соленую жидкость, подумав: «Ничего себе!», и настроился на серьезное сражение.

Наш герой практически не видел меча противника, так быстро тот им орудовал. Он больше сосредоточился на свисте, который издавал этот интересный меч. В один прекрасный момент, парень даже закрыл глаза, чтобы не отвлекаться. И как только рядом с его головой пронеслось «у-и-оу», сделал быстрый выпад вперед. Свист прекратился. Мечислав открыл глаза. Противник стоял на коленях и зажимал рану на груди. Вновь подскочил судья, позвякивая медалями, и опять наш герой выбрал серебряную.

Потом было еще около десяти соперников, но уже не таких серьезных, как второй. И к утру, Мечислав был уже весь увешан серебряными медалями. Наконец, к нему подвели последнего шатающегося воина, лицо которого было испещрено шрамами, а на груди висели сплошь золотые медали. Мечислав поморщился, так как понял, что перед ним стоит профессиональный убийца. Парень, так же, как и тот едва стоял на ногах от усталости, и морской царь решил объявить перерыв.

- Очень хочется посмотреть, как сражаются лучшие воины, - громогласно объявил он, - но, пусть они хорошо отдохнут, чтобы завтра порадовать нас всех своим мастерством.

Глава 13

Бои до смерти. Конец

Когда все стали расходится, к Мечиславу и Булаславу, ибо дрался тот исключительно булавой, причем, лучше всех, подошли судьи и писарь. Будущих соперников отвели в терем и посадили за стол, где те основательно напились и уснули, так и не познакомившись, уронив головы в тарелки.

Сон у Мечислава был тяжелым. Повсюду кровь, крики. Лишь иногда мелькало милое лицо Сияны, которое тут же исчезало за внушительным обликом Морского царя с его величественной бородой и неизменной сосиской на трезубце.

На утро хмурые соперники вышли из терема едва кивнув друг другу, и направились к Кровавой площади, которую так быстро нарекли в народе. Несмотря на неизбежные события, все веселились, пели, плясали и смеялись. Ведь не им надо было сейчас выходить на помост и быть распоротым словно свиная тушка. Мечислав снова отыскал глазами Морского царя, который так же ехидно ему улыбался, как и вчера. Парень не выдержал и крикнул ему:

- Где Сияна?

Но тот удивленно вскинул брови и помахал своими огромными руками возле ушей, мол, ничего не слышно. И тут же отдал распоряжение начинать бой.

Буласлав сразу же поднял свое огромное и тяжеленное оружие, которое было способно расплющить с одного удара слона, и нацелил его на нашего героя. Отражать подобный удар было бессмысленно. Все равно, что жучок закроется листочком от нависшей над ним стопы человека или ноги слона. Предстояло только уклоняться от этого кошмара с шипами и также беречь свой меч. Может он и пригодится. Их сразу предупредили, что оставлять противника в живых нельзя. Бах! Булава протаранила землю, перепугав все близ живущие семейства кротов. Придя в себя от шока, Мечислав понял, что время его удара упущено. На него снова мчалась гора с шипами. Он опять умудрился уклониться. Тогда Буласлав избрал другую тактику. Он начал крутиться вокруг своей оси, и нашему герою ничего не оставалось, как присесть на корточки, чтобы лишь ощущать, как у него волосы на затылке встают дыбом от ветра, который производило это жуткое оружие. Но Буласлав тоже был не промах и постепенно начал опускать свою булаву. Когда шип чирканул Мечислава по макушке, он распластался на земле и откатился в сторону, с ужасом чувствуя, как кровь заливает ему лицо. Он вскочил, быстро оттирая рукавом глаза, но булава снова мчалась на него и на этот раз жертвой пал меч. Со звоном отлетела половина лезвия. Мечислав непроизвольно сел на землю, и поняв, что заколдованный кошмар с шипами вновь летит на него, словно ножик, запустил оставшийся обломок меча в темноту сужающегося сознания.

Глава 14

В темнице

Очнулся Мечислав в темнице с замотанной тряпками, но все равно мокрой от пропитавшейся крови головой. Он ощупал свой верх и со стоном сел. Когда наш герой увидел мышонка, который вполне осознанно смотрел на него с грязного каменного пола, то подумал, что дело серьезно.

- Здравствуй, Мечислав, – пропищал ушастый грызун.

Мечислав снова застонал и закрыл лицо руками, надеясь, что болезненное видение исчезнет.

Но оно не исчезло. Мышонок продолжал смотреть на него своими круглыми глазами-бусинками. Наконец, поняв, что одним желанием дело не исправишь, наш герой решил с ним договориться.

- Уйди, пожалуйста, и без тебя тошно.

Но мышонок не уходил.

- Неужели тебе не интересно как ты сюда попал, и кто перевязал тебе голову? – пропищал тот.

Парень непонимающе уставился на него.

- Ты, что, настоящий? – наконец, догадался он.

Грызун подбежал к нему поближе и чуть укусил за палец.

- У, - сказал Мечислав и подул на укушенное место, - понял. Рассказывай.

- Принесли тебя вчера сюда и кинули на пол. Ни еды, ни воды не оставили. Крови натекло целую лужу. Я еле до норки добрался, чуть не утонул в ней. Пришлось обратиться к девушке в соседней камере. Здесь в стене есть очень широкая нора и некрупный человек может через нее пролезть. Она перебралась сюда. Всплеснула руками, увидев тебя, и быстро перевязала тебе голову. Вот, потом еще хлеб, воду и картошку сюда переправила. Можешь поесть. Ее-то кормят.

Мечислав во все глаза смотрел на мышонка.

- А как зовут девушку?

- Не знаю, но как зовут тебя, она знала.

- А чего же ты не спросил?

Мышонок заколебался.

- У нее такой скрытный и неприступный вид, что я постеснялся.

- Боже, - рассмеялся парень, - а я смогу к ней в камеру перебраться?

- Нет, что ты. Не пролезешь. Но она еще придет. Еды принесет. Тебя ведь кормить не собираются. Принесли умирать. Как вон того. И мышонок кивнул мордочкой в угол камеры, где примостился скелет, опутанной паутиной, - тот тоже какой-то приз выиграл, но Морской царь свои волшебные вещи еще никому не отдавал.

- Вот оно что! – воскликнул Мечислав и со вздохом принялся есть.

Но поел он немного и, почувствовав сильную слабость, вновь повалился на пол.

Проснулся он через какое-то время, в камере без окон сложно понять – утро это или ночь и вновь увидел мышонка, внимательно смотрящего на него.

- Долго я спал? – спросил Мечислав и его руки опять потянулись к голове, которая на этот раз оказалась забинтована сухими тряпками.

- Достаточно долго, - вздохнул мышонок, - девушка опять приходила. Поменяла тебе повязку и принесла еды.

Парень искоса посмотрел на грубую деревянную тарелку с кашей и кувшин с водой.

- И чего же ты меня не разбудил? – почему-то разозлился он.

Грызун удивился:

- А надо было?

Мечислав глубоко вздохнул.

- Надо. А я могу с ней поговорить через нору?

- Если хочешь, чтобы все об этом узнали, то да, - съязвил мышонок.

Мечислав добродушно рассмеялся.

- А ты прав. Но в следующий раз разбуди меня обязательно, когда она придет.

Парень снова поел и так как силы быстро покинули его, опять уснул.

И привиделся ему недавний бой. Он его проигрывал. В конце концов, противник заехал ему булавой по большому пальцу на ноге и Мечислав с криком проснулся.

Перед ним сидела Сияна с тряпочкой в руке и испуганно на него смотрела:

- Я сделала тебе больно?

Мечислав оторопело посмотрел на нее, думая, что это продолжение сна, а потом взглянул на свой палец рядом с которым сидел мышонок и довольно улыбался.

- Это была третья попытка, первые две ты не почувствовал, - объяснил тот болезненность своего укуса.

Девушка тоже обернулась к грызуну. Наконец, парень понял, что не спит, и на радостях крепко обнял Сияну.

- Мечислав, отпусти, - смеялась та, но он был так рад, что не сразу выполнил ее просьбу.

- А я думал, что больше никогда не увижу тебя, - смотрел он на нее сияющими глазами.

- Ну, и вляпались мы с тобой, - вздохнула девушка, - а пока полежи спокойно, я закончу.

Мечислав послушно лег и, не дыша, обождал, пока она поменяет ему повязку на голове. Проверяя ее надежность, Сияна, как бы невзначай, провела ладонью по его щеке и отвернулась к мышонку, скрывая свое расстроенное лицо. Тот почтительно ждал распоряжений, глядя на девушку.

- Отсюда можно убежать? – спросила она его.

Грызун развел лапками:

- Если бы я был крысой, то смог бы дотащить ключи, которые висят на поясе охранника. Ночью он любит поспать. Они весят в пять раз больше меня.

Мечислав резко сел. Камера поехала направо, парень стал заваливаться на эту же сторону. Сияна поймала его и подсела поближе, чтобы он смог опереться на нее.

- А ты сможешь раздобыть тонкую веревочку? – наконец, спросил Мечислав, когда стены перестали ходить ходуном.

- Наверное, смогу, - неуверенно отозвался мышонок.

- А если ты, пока спит охранник, привяжешь один конец к ключу, а другой отдашь мне?

- Через что?

- А что, дырок в стенах больше нет?

Мышонок нахмурился, вспоминая, и стал обшаривать взглядом стену, отделяющую камеру от общего коридора. Но ничего не найдя, отправился в камеру Сияны.

- А почему тебя кормят? – наконец, задал давно интересующий вопрос Мечислав.

Девушка вздохнула.

- Морской царь ждет пока моего решения.

- Дай угадаю, - остановил ее парень и сделал большие глаза.

Сияна рассмеялась:

- Да, эти предложения не отличаются разнообразием.

Вскоре вернулся мышонок:

- Да, можно, протащить его через ту дырку в двери, где передают еду. А дырка Мечислава заделана, так как это камера смертников.

Глава 15

Побег

Сияна лежала на полу в своей камере и смотрела через дырку для передачи еды, как мышонок, держа в зубах веревочку, пытается протиснуть ее сквозь кольцо с ключами, которые висели на поясе спящего охранника. Жирный страж развалился на стуле и храпел на весь коридор. Наконец, веревка оказалась в кольце, и мышонок задумался над тем, как умудриться завязать узел не имея рук. Но путем сложных манипуляций ему это удалось. Затем он отгрыз перемычку на штанах, к которой крепилось кольцо, и вместе с ключами свалился под ноги охраннику. Раздался характерный звон. Храп прекратился. Все замерли, перестав дышать. Охранник почавкал и, устроившись поудобнее, продолжил свой мирный сон. Зрители вздохнули с облегчением. Затем мышонок переправил другой конец веревочки к Сияне, и та быстро притянула к себе ключи. Девушка, не долго думая, вначале отперла свою камеру, затем Мечислава. Парень на радостях чуть было не заключил ее в объятиях, но та ловко уклонилась, сказав, что на это нет времени и надо срочно бежать, пока охранник не проснулся. Но, вот вопрос – куда бежать? И мышонок повел их по коридору, надеясь, что он правильно помнит, где выход, ибо давно не покидал тюрьмы. Вскоре их встретила еще одна запертая дверь. Благо, на кольце висело много ключей и пришлось какое-то время подбирать нужный.

Вскоре им в лицо ударил яркий солнечный свет. Охраняющие внешнюю дверь два стражника удивленно заглянули внутрь. И в первый момент не увидели искаженные от ужаса лица убегающих, которые были скрыты темнотой коридора. Охрана, видя, что никто не выходит, на всякий случай ткнула копьями в слепое пространство. Но тут две сильные руки из коридора с каким-то отчаянием схватились за их оружие и резко рванули внутрь. Стражники от неожиданности последовали за ними. Они рухнули прямо под ноги Мечиславу, который тут же обрушил на их головы свои кулаки, отключив охранников, а заодно и себя. Ибо от напряжения рана на голове вновь открылась, и кровь вмиг пропитала повязку, забрав у парня последние силы. Сияна, не долго думая, снова заперла дверь, молясь, про себя, чтобы никто ничего не понял, и первым делом крепко связала руки и ноги стражников их же поясами, а потом занялась головой Мечислава, стараясь не обращать внимания на панические попискивания мышонка, который возбужденно бегал вокруг них.

- Прекрати бегать, - наконец, не выдержала девушка и прикрикнула на суетящегося грызуна, - иди, посмотри лучше, не проснулся ли другой охранник, и, если что – предупреди.

Мышонок, получив задание, вмиг скрылся из вида, а Сияна, наконец, туго перевязав рану (оторванной нижней частью его зеленой рубашки), устало села и, прислонившись к стене, вытерла себе пот с лица. В какой-то момент она почувствовала, что слезы душат ее, и девушке пришлось закусить рукав от когда-то белой рубахи, которую она носила под сарафаном, чтобы не издавать никаких звуков.

Через какое-то время Мечислав зашевелился и попросил попить. Сияна, заверив его, что сейчас принесет, бросилась назад к своей камере и застала рядом с ней мышонка, который, не мигая, смотрел на храпящего охранника.

- Он умер? – вдруг спросил грызун, глядя на девушку широко раскрытыми глазками.

- Кто? – шепотом крикнула Сияна.

- Мечислав.

Девушка, поборола в себе искушение пнуть ногой нечастного мелкого паникера, и глубоко вздохнув, чтобы не совершить какой-нибудь недостойный шаг, успокоилась и мирно ответила.

- Нет, попить попросил, а ты меня отвлекаешь, - не удержалась и добавила она.

Сияна забрала из камеры бутыль с водой и вернулась к другу. Бутылка была массивная и очень неудобная, так что он больше облился, чем попил, несмотря на то, что девушка все пыталась исхитриться, и, поддерживая ему голову, следить, чтобы воды текла лишь небольшими порциями.

- Ты сможешь идти? – неуверенно спросила Сияна, старательно отводя взгляд от светлых глаз Мечислава.

- Не сейчас.

- Там еще один охранник, боюсь, как бы он не проснулся, - поделилась своей тревогой девушка.

Парень попытался сесть, но тщетно, перед глазами все поплыло.

- Возьми что-нибудь потяжелее и дай ему по голове, - посоветовал Мечислав, - мне нужно еще время.

Сияна, не долго думая, подобрала копье и отправилась к своей камере. Размахнувшись посильнее, она огрела охранника по темени, и тот тут же свалился на пол.

Мышонок одобрительно кивнул.

- Мне продолжить наблюдать за ним? – осведомился грызун.

- Да, - коротко бросила девушка и вернулась к Мечиславу.

- Ты как? – деловито спросила Сияна.

- Теперь хочу есть.

Девушка закатила глаза. Парень рассмеялся.

- Я тебя загонял?

- Нет, а что, мне уже начинают нравиться эти прогулки по коридору взад и вперед, - серьезным голосом заверила его Сияна.

- Да забери ты все, что есть полезного из камеры, чтобы больше туда не бегать.

- Я так и сделаю, - с достоинством произнесла девушка, и удалилась выполнять задуманное.

Вскоре они поели, потом поспали. Затем очнулись один за другим охранники и стали грозить бывшим заключенным всеми видами пыток, которые они только знали. Пришлось поступить с ними так же, как и с другим стражником. И после пары суток этого дурдома, силы к Мечиславу, наконец, стали возвращаться, и наша многострадальная парочка, темной ночью, крадучись, покинула стены зловещей тюрьмы морского царя.

Глава 16

В пасти акулы

Худые и грязные, совершенно непохожие на тех жизнерадостных и красивых танцоров, которые еще недавно ловили подарки от Морского царя и его племянницы, Сияна и Мечислав, наконец, нашли какой-то сарай, где слышалось из-за стены кудахтанье кур и пахло навозом.

- Кажется, пронесло, - выдохнула девушка, и устало села на скамью в углу, чуть не обрушив на себя, стоящие рядом косы и тяпки.

- Осторожнее! – несмотря на слабость, Мечислав вовремя подоспел и пресек падение сельскохозяйственных орудий труда.

- Спасибо, ничего не видно, - отозвалась Сияна.

Парень опустился рядом с ней, и устало привалился к стене.

- Знаешь, у кур можно позаимствовать яйца, - вдруг осенило Мечислава.

- Отличная идея, - девушка встала, - ты сиди, я сама.

Она легко толкнула его обратно на скамейку, так как он уже принялся вставать.

Им повезло, что яйца действительно были и их еще не успели собрать, но это наводило на мысль, что долго здесь оставаться нельзя.

- Поспи, ночью они все равно не придут, - сказала Сияна, когда они уже прикончили десяток яиц.

- Нет, так не годится, мы должны найти место, где сможем отдохнуть оба, - запротестовал парень.

- Нет! Куда мы сейчас пойдем! Нас и так чуть не поймали за семь домов отсюда, - зашипела Сияна. Она очень не любила, когда ее не слушались.

- Давай так, ты отдыхай, а я приду за тобой перед криком петухов.

Девушка сердито сверкнула глазами.

- Куда это ты собрался?

- Кое у кого должок перед нами.

- И?

- Хочу забрать его.

- Как? Ты еле на ногах стоишь.

Мечислав посмотрел на подозрительно спокойное лицо своей подруги и понял, что сейчас его ожидает самая сильная гроза. Он примирительно сел на корточки перед ней.

- Послушай, Сияна. Я неплохо себя знаю и не буду сильно рисковать. Нам нужны волшебные вещи. Очень нужны именно сейчас, иначе мы пропадем.

Она резко выставила указательный палец перед его лицом, и Мечислав понял, что переговоры провалились.

- Только попробуй!

От ее зловещего шепота куры за стенкой всполошились и даже петух чуть не кукарекнул с перепугу.

- Ладно, ладно, - примирительно закивал парень, - но я все равно не смогу уснуть, так как голова сильно болит. Давай сейчас ты, а на следующей остановке – я.

Сияна подозрительно осмотрела его лицо, ища признаки лжи, но найдя только бледность, усталость и что-то еще непонятное, смягчилась.

- Хорошо, договорились.

Она легла на скамью и через небольшой промежуток времени уже мирно спала. Найдя в сарае какую-то тряпку, Мечислав заботливо укрыл ее и тихо выскользнул на улицу.

Он услышал, как завозилась собака в конуре, и не стал дожидаться, пока та вылезет и залает. Парень так и не понял в этот момент – чего он боялся больше: лая собаки, возможности быть схваченным слугами морского царя или Сияну, которая могла проснуться в любое время и с этого момента совершенно перестать ему доверять. Он бежал ко дворцу, стараясь вообще ни о чем не думать.

Стража у ворот мирно похрапывала. Мечислав проскользнул через приоткрытую дверь в крепостной стене и обнаружил ступени, уходящие вниз под воду.

«Чего они сторожат-то? Боятся, море унесут?» - возмутился про себя парень. Не успел Мечислав войти в воду по пояс, как его кто-то грубо схватил за ноги и утащил под воду. Наш герой очень удивился, что смог там дышать также свободно, как и на земле. Он даже успел подумать: «Не иначе-волшебство», как уже был представлен перед хитрыми очами морского царя парочкой невозмутимых осьминогов.

- Сам пожаловал, хо-хо-хо! – радостно приветствовал его царь и грозно махнув трезубцем, приставил три острия к груди пленника, - А ну, отвечай, где твоя подружка? Меня, признаться, больше она интересует.

И он раскатисто рассмеялся под дружное подхохатывание водяных, одного моржа и целой стайки рыбёшек среднего размера, но своими большими зубами они легко бы смогли разделаться с небольшой собакой.

- Ну, - снова рявкнул царь, видя, что Мечислав не торопится с ответом.

- Я не знаю, ваше величество, - потупил взор Мечислав, - хотел у вас спросить. Тем более, что я так и не получил своих призов. Неужто ваше слово ничего не значит? – в свою очередь грозно спросил он у царя, несмотря на то, что трезубец чуть продвинулся в своем нападательном направлении.

У морского царя глаза забегали в разные стороны, еще никто не осмеливался уличать его во лжи.

- Как ты смеешь?! – наконец, нашелся он, - в пасть его к акулам!

- К Килечке и Шпроточке? – подобострастно спросил его придворный водяной.

- Да, спустите их с цепей. Устройте представление на ринге. Уведите, - махнул рукой царь, боясь, как бы пленник еще чего не ляпнул.

Подводный амфитеатр заполнился быстро. Давно здесь не устраивали таких забав – расправ. Царя, в принципе, удовлетворяли наземные представления.

Килечка и Шпроточка – огромные белые акулы, каждая в своей отдельной клетке, на цепи, метались из угла в угол, словно почуяв увлекательный обед, состоящий из такой теперь редкой охоты и, собственно, пиршества.

Мечислава, со связанными сзади руками, выпихнули на ринг. Акулы плотоядно лязгнули зубами. Зрители зааплодировали. Громче всего это получалось у осьминогов.

- Развяжите ему руки, - прогремел царь, - и дайте тот кривой и тупой нож, чтобы Килечка со Шпроточкой не расслаблялись, а то у них уже плавники затекли от безделья.

Кто-то быстро развязал нашему герою руки и кинул под ноги ржавый кривой, но довольно большой нож. Мечислав упал на колени и быстро проверил его острие. А пока осьминоги поползли открывать акул, принялся точить его о камень. Мечислав так старался, что вода вокруг него нагрелась.

Килечка со Шпроточкой наперегонки рванулись к своей жертве. Зрители замерли в предвкушении…

Наш герой сосредоточено взялся двумя руками за рукоятку ножа и представил, что это его любимый меч. Килечка вырвалась вперед. Он пригнулся и выставил нож прямо ей под брюхо. Акула точно напоролась на холодное оружие. Вода тут же окрасилась в красный цвет. Шпроточка заметалась, пытаясь разглядеть в этой кровавой воде свою жертву. Мечислав не стал дожидаться, когда она это сделает и сам рванулся в ее сторону. Завязалась драка. Раненая акула вышла из себя и в панике щелкала зубами во все стороны и отчаянно била хвостом. Мечислав нырнул в красную воду и стал незаметен для окружающих. В амфитеатре зрители выли и пытались бежать, а то как бы ослепленная болью Шпроточка не кинулась на них. Наш герой подплыл к трону морского царя, который его даже не заметил, так как пытался разглядеть, что твориться в красной воде посреди арены. Под троном была решетка из кораллов. Мечиславу довольно быстро удалось подрезать ее при помощи ножа и пробраться внутрь. Там было темно и очень холодно. Парень на ощупь обследовал стены и наткнулся на какой-то шкаф. Вытащив из него то, что первое попалось под руку, он дал деру, пользуясь всеобщей паникой и окрашенной в красный цвет водой.

Глава 17

Шапка-невидимка

Солнце уже было высоко, когда Мечислав, весь в окровавленной одежде, с повязкой на голове и с кривым ножом за поясом, выбрался из воды. Почему-то акулья кровь так просто не отстирывалась. Парень плюнул на это и вышел из ворот. У опешивших стражников челюсти отвалились, когда они увидели это диво. Но останавливать его не решились. Видя, как люди на улице шарахаются от него в разные стороны, наш герой решил взглянуть - что удалось утащить из кладовой морского царя. Он устроился под березой, воткнул нож в землю радом с собой, посмотрел, как бабулька с ведрами, с неожиданной прытью отскочила от него подальше, и достал из-за пазухи какую-то коричневую шапку из грубого материала, и белую скатерть. Мечислав вначале примерил головной убор. Люди на дорожках вдруг стали к нему равнодушны. Даже какой-то чумазый мальчишка попытался спереть его кинжал. Но наш герой вовремя сориентировался и опередил его, вытащив нож из земли у него из-под носа. Мальчишка охнул от неожиданности и драпанул отсюда с такой скоростью, будто увидел стаю волков. До Мечислава, наконец, стало доходить, что шапка эта сделала его невидимым, а заодно и предметы, которых он касался. Это несказанно обрадовало и уже с меньшим страхом перед Сияной, парень продолжил свой путь. Он расценил, что сможет по ее настроению определить, как вести себя дальше. Ежели она будет спокойна, то он предстанет перед ней и так, а если сильно разозлена, то станет действовать по обстановке.

Но девушки в сарае не оказалось. Зато на месте их ночевки определялись следы борьбы.

Тяпки и грабли валялись как придется, скамья, на которой спала Сияна, была опрокинута. Мечислав сильно встревожился и побежал к хозяйскому добротному дому с резными оконцами и красивым крыльцом. Собака отчаянно залаяла ему вслед. Из двери тут же выглянула хозяйка – дородная баба в цветастом платке на плечах, но никого не увидев, тут же вернулась внутрь. Мечислав приблизился к окну и заглянул в дом. Сияна сидела в углу, рядом с печкой – бледная и несчастная. У Мечислава все перевернулось внутри. Хозяйка стояла перед ней «руки в боки» и громко говорила, что даже Мечислав расслышал каждое ее слово.

- «Щас» мой мужик приведет стражу и вернут тебя обратно, чтобы неповадно было из тюрьмы убегать. Вон, царь ковш золота обещал за твою поимку! – обрадовано потирала она руки.

- Мне он тоже обещал волшебную вещь за победу в танцах. Так что не обольщайтесь, - хмуро отозвалась Сияна.

- Хо-хо, - не поверила ей баба и уселась за стол кушать блины.

Мечислав с такой силой раскрыл ставни, что раздался грохот. Сияна резко повернулась в его сторону, а баба от неожиданности подпрыгнула на месте и чуть не подавилась.

- Ветер, что ли? - пробормотала она и побежала к окну.

Но сразу закрыть его ей не было не суждено. Наш герой быстро закрепил ставни подручными средствами (деревяшкой и ржавым гвоздем). Так что хозяйке теперь нужно было с этим разобраться. С воплями: «Что за чертовщина?!», - она выбежала на улицу исследовать загадочное окошко. Мечислав юркнул в дом и, оказавшись рядом с Сияной, прошептал ей на ухо: «Это я, не бойся, быстрее!» – и взял ее за руку. Девушка сделала глубокий вдох и, надо отдать ей должное, не закричала, а послушно последовала за ведущим ее невидимкой.

Бежали они быстро, пока не преодолели всю деревню, и не скрылись в густом лесу. И только среди темных елей, наконец, остановились.

- Странное ощущение, - запыхавшись констатировала девушка, обернувшись в сторону Мечислава, ориентируясь по его руке, которая крепко сжимала ее ладонь, - ну, покажись, давай.

Ее лицо блестело от пота, а глаза смотрели прямо на него. Парню стало не по себе, так как появилось ощущение, что она его видит. Поскольку он медлил с появлением, Сияна сама подняла руку и стащила с него шапку. Увидев Мечислава, она невольно охнула и, выпустив его руку, отступила назад. Парень понимающе закивал:

- Акулья кровь очень въедливая. Пока я не нацепил шапку, люди шарахались от меня, как от чумы.

Сияана закрыла глаза, было видно, что она с трудом «берет себя в руки». Мечислав быстро заговорил:

- Ты прости, что пришлось тебя обмануть. Я просто не видел другого выхода.

Девушка отошла от него подальше, сложила руки на груди и уставилась в землю.

- У меня еще скатерть-самобранка есть, - оправдывался наш герой, и в доказательство развернул ее на поляне, - царский ужин, сможешь? – неуверенно обратился он к волшебному предмету.

Она смогла. Жареный поросёнок, кувшины с вином и квасом, блины и еще куча разных красивых блюд, названия которых они даже не знали. Девушка растаяла и, махнув рукой, принялась за обе щеки уплетать ужин. Провинившийся друг к ней с удовольствием присоединился.

- Ты со своей акульей кровью не боишься лесных зверей приманить? – язвительно поинтересовалась Сияна, наевшись до отвала.

- Может, озеро какое найдем? В морской воде не отмывается, - предложил парень.

И они отправились бродить по лесу.

- Ну, рассказывай, как тебе удалось забрать шапку со скатертью, - совсем уже мирным голосом, вздохнув, спросила Сияна.

Мечислав задумался. Как бы так рассказать, чтобы это не было хвастовством.

- Из-под трона у него утащил, пока он за акулами своими любимыми наблюдал, - широко улыбнулся парень.

Сияна скорчила все понимающую рожицу и не удержалась:

- Акулам, видать, не сладко пришлось, вон у тебя какой кинжалище здоровый.

Мечислав опустил свой взгляд на нож за поясом.

- Ага, мне прям с камнем повезло, что под ногами валялся. Я его так со страху наточил… - без задней мысли рассказывал он, вспоминая.

А Сияна вдруг все поняла и неожиданно бросилась ему на шею. Парень опешил и выронил шапку со скатертью.

- Если ты еще раз меня обманешь, то я тебя сама прирежу этим самым ножом, - горячо пообещала она ему на ухо.

- Ага, - радостно согласился Мечислав.

- О, а вон и ручей какой-то, – вдруг воскликнула девушки, разглядев воду за спиной нашего героя, и так же быстро освободила его от своих объятий, - идем, так и быть, попробую отстирать тебе рубаху. И тряпку с головы давай.

Мечислав, явно смущаясь, протянул ей рубашку, но любопытство перевешивало его чувство неловкости. Потом девушка какое-то время смотрела на то, как наш герой пытался отодрать от головы повязку.

- Погоди, - наконец, не выдержала она, - не дергай, а то кровь опять пойдет. Она присохла, я ее сейчас намочу, садись.

Мечислав беспокойно проследил взглядом за тем, как Сияна окунула его рубаху в ручей.

- Погоди, погоди, я сам, - пробормотал он и, резко подсочив к ручью, окунул свою голову в воду.

Когда парень вынырнул, жадно хватая воздух ртом и отплевываясь, девушка недоуменно на него смотрела.

- Ты мне не доверяешь? – наконец, спросила она.

- А? – до Мечислава не сразу дошел смысл вопроса, но потом он сообразил, что она не понимает его ощущений. И парень решил отшутиться, - конечно, не доверяю, ты же меня прирезать собиралась.

Теперь наш герой с легкостью снял тряпку и протянул девушке, отчаянно жалея, что не может уместиться в ручейке целиком. Сияна смотрела на него, не мигая какое-то время, но потом вдруг смутилась и, чувствуя, что краснеет, срочно занялась стиркой.

Глава 18

И снова загадки

Сияна ожесточенно достирывала рубаху Мечислава. В какой-то момент он подумал, что от его одежды скоро ничего не останется. Девушка на него больше ни разу не взглянула. Все ее внимание было поглощено стиркой.

- А… Эм… - он попытался напомнить о себе.

Плеск продолжался.

- Давай, я! Ты, кажется, устала, - уже громче произнес парень.

Плеск достиг своего апогея. Современные стиральные машины могли бы ей позавидовать.

Мечислав не выдержал и, подобравшись к ней вплотную, попытался отобрать свою рубаху со словами:

- Отдай!

Сияна недоуменно на него уставилась.

- Ты чего?

- Я уже все сказал, ты ничего не слышишь, - пробормотал он, все еще пытаясь вернуть свой атрибут одежды. Но куда там! Сияна вцепилась в рубаху мертвой хваткой.

- Вот, смотри, почти все отстиралось! – победоносно сунула она ее ему под нос.

Мечислав с чувством облегчения забрал себе рубашку.

- Правда, почти ничего не видно! – обрадовано воскликнул он и, воспользовавшись удобным моментом, чмокнул девушку в щеку.

В лесу повисла тишина. Даже птицы петь перестали. Парень до смерти перепугался, он подумал, что она отскочит сейчас от него как после укуса змеи. Но ничего такого не случилось. Сияна посмотрела на него с широкой улыбкой и как ни в чем не бывало продолжила гнуть свою линию:

- Я же говорила, что у меня получится!

Вскоре они уже мирно бродили по лесу и болтали ни о чем. До… Первого дерева с огромным дуплом. Увидев знакомые очертания, ребята остановились как вкопанные в ожидании знакомых событий. Дерево заскрипело. Дупло начало принимать причудливые формы.

- Отгадаете загадку – одарю дарами! – прохрипело оно.

- А если не отгадаем? – в один голос спросили путники.

- Тогда вы меня одарите, - не растерялось дерево, - шапка-невидимка или скатерть-самобранка.

- Ставки повышаются, - задумчиво пробормотал Мечислав, - Теперь понятно, откуда в деревьях всякие чудесные вещи появляются.

- Не надо, Мечислав, - вдруг придержала его за руку Сияна, - ты с таким трудом все это добыл. Не надо.

- А зачем нам это все, если мы не знаем – где смерть Кощеева? Может, хоть дерево знает. Подожди…

Парень вдруг задумался.

- Слушай, помнишь загадку, которую я отгадал – то была смерть. Может, это как раз то, что нам нужно?!

- А, может, нет?

- Я добыл вещи - мне решать! – твердо произнес парень.

- Как знаешь… - вдруг тихо согласилась Сияна, пожав плечами.

- Мы согласны! – сообщил он дереву.

- Отлично, - раздался в ответ скрип, - слушайте:

Туда идти – ни взад и не вперед…

Туда один лишь человек войдет.

Узнает тайну он одну,

Но унесет она его ко дну.

Мечислав даже не стал думать, так как мыли его были только о злодее:

- Ты говоришь о тайне – про смерть Кощееву. Находится она на дне чего-то, поэтому надо нырнуть, а не идти взад или вперед!

Дерево недовольно заурчало:

- Верно. Это колодец. Проси, что пожелаешь.

Если залезть в дупло не возражаешь.

Парень вопросительно посмотрел на Сияну.

- Думай, что тебе может понадобиться на дне, - подсказала она ему.

- Зеркальце! – вдруг воскликнул Мечислав.

Сияна с деревом в один голос обалдело выдали:

- Что?!

- Ну, волшебное зеркальце, в котором я смогу увидеть дорогих мне людей или нужное мне место, - под конец он затараторил, так как почувствовал, что краснеет.

- Ах, такое зеркальце. Хорошо, полезай ко мне, - согласилось дерево.

Вскоре они уже разглядывали полученный волшебный предмет.

Глава 19

Зеркальце

- Интересно, что наши сейчас делают? - протянула Сияна.

И тут же зеркальце засияло голубоватым светом, показывая уже вновь отстроенную деревню Васильки.

- Как красиво! – восхищенно воскликнула девушка, всплеснув руками, когда увидела резной терем – новый ресторан, где, видимо, принимали капризного царя-батюшку, аккуратные новенькие домики с затейливой резьбой, которая украшала крышу, ставни и ворота. Зеркальце с профессионализмом талантливого оператора медленно продемонстрировало самые выдающиеся места деревни и на закуску остановилось у дома старосты. Он был почти такой же как и прежде, только появился второй этаж. Сияна непроизвольно вцепилось в рукав Мечислава, да и он тоже напрягся. Вот-вот зеркальце покажет его главного соперника. Да и потому как среагировала его подруга, ему стало не очень приятно, раз это так для нее важно.

И вот показался Айдар. Высокий, стройный и красивый. Его томные и глубоко посаженные глаза сонно оглядели все вокруг, в них не было и тени беспокойства, что неприятно удивило Сияну, которая поморщилась и еле заметно покачала головой. Он был в чистой рубашке навыпуск с вышитым воротником, без пояска. Вдруг из терема выбежала молоденькая девушка с густой светлой шевелюрой до пят и игриво обняла его за талию. В этот момент Мечислав инстинктивно стал отворачивать зеркальце от своей подруги, которая уже и не смотрела, как оказалось, в него. Она достаточно спокойно пожала плечами и отвернулась к ореховому кусту. Парень стоял, молча глядя на ее гордую спину, не зная, что сказать. Но тут Сияна резко обернулась с неестественно широкой улыбкой и лукаво посмотрела на опешившего друга.

- Вот не зря судьба послала мне испытание! Я очень довольна.

- А… м-м…, - только и сумел ответить ей Мечислав, так больше ничего не придумав.

Какое-то время неловкая ситуация сохранялась. Но потом парень сообразил спросить зеркальце о заветном колодце, где хранится смерть Кощеева. Оно показало колодец. Черный, мрачный, обложенный темными камнями, покрытые мхом и плесенью.

«Это то, что мне сейчас нужно», - со странным удовлетворением подумал Мечислав.

- Покажи дорогу до колодца, - властно приказал он зеркальцу.

И картинка поплыла. Вначале был лес, такой же мрачный и ветвистый. Очень сложно было понять, как по нему пробираться. Ни тропинок, ни полянок. Лишь часто встречающиеся красные глаза в дуплах, да и так просто, среди стволов. «Хорошо, что зеркальце без звука», - поежился Мечислав, представив вой, который, наверное, это все должен был сопровождать. Потом была какая-то темная и широкая речка, через которую ничего не проплывало. Ни лодок, ни уток… Потом были непроходимые скалы и глубокие ущелья, где лишь орлы осторожно летали, чуть не задевая крыльями камни…

- Живописные места, - не сдержался и прокомментировал парень. А девушка, тем временем, уже и думать забыла о недавнем неприятном показе деревни Васильки. Она во все глаза глядела этот фильм ужасов.

Потом была пустыня, которая никак не хотела заканчиваться, демонстрируя будущим путешественникам полное отсутствие ручьев, рек и других возможных источников питья. Ну, а далее было бушующее море из которого периодически показывалась голова разъяренного и обворованного Морского царя, поминутно приставляющего ладонь к бровям, видимо, высматривающего наших героев. Ну, и прибрежная деревня из которой они недавно еле ноги унесли. Последние кадры… И картинка остановилась у ног Сияны и Мечислава. Парень посмотрелся в зеркальце, показал ему зубы, язык и девушку. Та устало отвела его руку с сим забавным предметом.

- Это просто невозможно, - пожала плечами Сияна.

- Отчего же? – хмыкнул Мечислав, частично понимая, что она права.

Но его спутнице было не до шуток.

- Ты серьезно не понимаешь? – свирепо воззрилась она на него. – Если мы каким-то чудом пройдем через деревню, где каждая бабка мечтает сдать нас морскому царю за горшок с золотом, то проплыть незамеченными через океян явно не сможем…

- Может есть какой-нибудь обходной путь? – неуверенно пробормотал парень.

- Вокруг океяна? – с сарказмом уточнила Сияна. – Хочешь старость свою встретить, совершая пляжную прогулку?

- Погоди. Есть же наверняка волшебные предметы, способные нам помочь!

- Да ты что!? – деланно изумилась девушка, - может еще в забавах морского царя поучаствуем? Глядишь, он нам еще и ковер-самолет отстегнёт…

- Вот, точно! Ковер-самолет А может, еще с деревом в загадки поиграть. На скатерть-самобранку, например… Дерево, а дерево…

Дерево заскрипело и недовольно заурчало:

- Что вам еще надобно?

- Загадки хотим отгадывать!

- Ваша ставка?

- Скатерть-самобранка!

- Ладно, - дерево со скрипом вздохнуло, затем сузило глаза - маленькие дупла и проскрежетало, - белый стих:

То, что она хочет,

То, что ты хочешь,

Но оба боитесь и,

По-видимому, никогда не сделаете…

Наши герои так широко раскрыли глаза и непонимающе уставились друг на друга, что дерево невольно зааплодировало себе корявыми ветвями.

Глава 20

Обида

Блюдечко затуманилось из-за дыхания. Кощей с Ягой склонилсь над ним, чтобы наблюдать за нашей парочкой. Тут старый оттолкнул свою саратницу и плюнув на блюдечко, протёр его грязным платком.

- На самом интересном! -возмутилась Яга.

- Погоди, Карга. Сейчас решается моя судьба. Если они догадаются о поцелуе, разбужу Горыныча.

Но Сиянв вдруг развернулась и отошла от Мечислава на почтительное расстояние. Парень застыл, но собрав волю в кулак, обратился к дереву.

- Ведь ответ не обязательно демонстрировать, можно просто ответить?

- Конечно... - проскрежетало оно.

- Я думаю, что речь идёт о поцелуе.

Сияна бросила на Мечислава быстрый взгляд и вместо ожидаемой красноты лица заметила резкую бледность. Девушка испугалась,поняв, что сильно обидела его, но слова застряли в горле и ни за что не хотели выбираться наружу.

- Верно, - недовольно буркнуло дерево, - залезай.

Не оглядываясь, Мечислав нырнул в дупло. Вылез он оттуда уже с ковром-самолетом, который тут же принялся разворачивать.

- Эй, погоди! - подбежала к нему девушка, - ты ведь не собираешься без меня лететь?

Парень не довёл взгляд до её лица и глухо ответил:

- Я сам справлюсь , - и бросив ей скатерть самобранку, стал приглаживать ковёр.

Сияна сложила руки на груди и сузила глаза:

- И что это означает?

- Это означает, что я все понял и мы с тобой не вместе.

- То есть как! ?- взорвалась девушка, - то есть, или мы вместе или никак? А работа в одной команде - уже не годится?

- Я понял, что мы с тобой не одна команда. Отойди, - глухо произнёс он и приказал ковру подниматся.

- Предатель! - вырвалось у Сияны.

- Это я-то предатель?! - возмутился Мечислав.

- А зеркальце? - в последнюю секунду спохватилась девушка.

- Мне оно нужнее, - уже с высоты крикнул Месислав, и взглянув на него вдруг не удержал на повороте, оно выпало из руки и полетело на землю, разбившийся о корягу.

Когда ковер самолет уже практически скрылся, Сияна принялась от бессильной обиды колотить первое попавшееся дерево руками и ногами, заливаясь при этом слезами.

Говорящее дупло насторожилось. Если так дело пойдёт, то и от него самого может ничего не остаться.

- Ну чего ты расстраиваешься? - проскрежетало оно, - у меня ещё один ковер-самолет есть.

Девушка вытерла мокрые глаза и непонимание уставился на него.

- Ну, не совсем, - нехотя уточнило дерево, - сапоги скороходы против твоей скатерти.

- Мне сапоги с океаном разве помогут?

- Какая разница? - зевнул дупло, - они летать умеют.

Правда, оно не стало уточнять, что не высоко.

Глава 21

Задачка

Сияна была настроена довольно решительно.

- Загадывай свою задачу?

- Задачу? - ухмыльнулось дупло, - Ну что ж, сама напросились... Слушай. Повторять не буду. Земли от устья реки Змейки Черной вниз по обоим берегам Болотного озера до устья Чёртовой речки и всем впадающим в неё рекам на протяжении 88 верст - это скольково десятин земли будеть?

Сияна, практически не думая, выдала:

- 9 166.531 десятин (казенных)!

- Это ты как сделала? - после небольшой паузы осторожно произнесло дерево.

- 1 верста равно 104.16513 десятин (казенных)или 500 саженей или 50 шестов, или... Это простая задачка, - немного, и как будто обижено, заявила девушка.

- М-да, - изрёкло дупло, - я хотело спросить. Где ты этому научилась?

- Дык, школа есть у нас.

Дерево устало вздохнуло и из дупла выскочил вначале один красный сапог, потом второй.

- И даже лезть внутрь не пришлось? - хитро улыбнулась Сияна.

- Я старое дерево, я устало. Отстало от жизни... Я хочу спать...- капризно проскрежетало оно, сомкнуло свой рот и превратилось в самый обыкновенный дуб, которых тоже было тысячи в этом лесу.

Сияна примерила сапожки, которые пришлись тут же впору, заметно уменьшившись от первоначального мужского размера. "Здесь какие-то волшебные слова надобно знать", - пробормотала девушка свои мысли вслух.

Дерево испустило глубокий вздох:

- Вы несите меня, родимые,

По земле русской, непроходимой...

Над лесами и над морями,

И над бескрайними полями,

Прямо...

А дальше ты должна в рифму продумать название того места, иначе они ни за что не побегут, - злорадно завершило свою речь Волшебное дерево.

Глава 22

Бездарность.

Сияна отлично умела считать. И готовить, и стирать, и флиртовать, и танцевать, и шить, и много чего еще она умела, но вот стихи… Это для нее было из области фантастики. Память у нее была хорошая, так что четверостишье Дерева она запомнила без проблем. Девушка сложила руки на груди, от усердия засунула кончик указательного пальца себе в рот и силилась понять, к какому слову надо подобрать рифму:

- Прямо… Родимые, непроходимой…До Мечаслава… Нет! Не складно.

Сапожки-скороходы раздражительно цокали по камням, но и это не помогало.

- Может, полями… Днями? Причем здесь дни…Полями-сами?

В конце концов она не выдержала и решила обратится к кому-нибудь за помощью. И отправилась девушка по лесу, прямо к страшному морю-океяну. А навстречу ей ёжик.

- Ёжик-ёжик, а не умеешь ли ты сочинять стихи?

- Нет, - ответил ей ёжик, - тебе надо к Сорочонку-поэту. Он умеет. Только принеси ему что-нибудь блестящее. Самоцвет какой-нибудь. Он очень это любит.

- А где же я его достану. Самоцвет этот?

- Не знаю, - пожал колючими плечами ёжик и убежал в травку.

Приуныла девушка. И вдруг вспомнила, что есть у нее украшение, которое кинул ей как-то морской царь на конкурсе. Порылась в мешочке, нашла жемчужные бусы. Открепила одну бусинку, положила ее на ладонь и подняла повыше. Заиграла жемчужная бусинка всеми цветами радуги. Послышался возбужденный стрекот. Налетела туча сорок и принялась кружить вокруг жемчужинки.

- Девушка, девушка, для кого такой ценный подарок?

- А для того, кто мне поможет стихи придумать.

Тут же вылетел из стаи небольшой сорочонок и радостно застрекотал:

- Я могу, я могу! А о чем?

Прочитала она четверостишие и объяснила, что хочет догнать своего обиженного друга.

- Нет ничего проще! - воскликнул сорочонок и пропел свои стихи:

- Вы несите меня, родимые,

По земле русской, непроходимой...

Над лесами и над морями,

И над бескрайними полями,

Прямо к милу другу Славе,

Чтобы стали мы друзьями!

Сияна тут же встрепенулась, отдала жемчужинку обрадованному поэту и повторила его опус своим сапожкам. Те тут же поднялись на пару метров от земли и понесли ее прямо к океяну, умирающую от страха встречи с морским царем.

Глава 23

Полёт

А Морской Царь, тем временем, не спал. Все выглядывал врагов своих. Он был зол и раздражен. Но как же он удивился, когда увидел грациозно летящую прямо к нему в объятия Сияну. Царь даже открыл свой огромный рот от неожиданности, а размеры его увеличивались каждый раз, когда он самостоятнльно охранял свои бескрайние водные просторы.

Итак, впереди возвышалась гигантская голова Царя, от дыхания которой вздымались волны и удирали в страхе огромные киты, словно мелкие рыбёшки от крупной хищной рыбы.

Девушка изменила позу, но сапожки упорно несли её кротчайшим путем к милу другу. Сияна зажмурилась, пытаясь сочинить стих, дабы сапоги понесли её к луне.

Вы несите меня родимые

По земле русской непроходимой,

Над лесами и над морями,

И над бескрайними полями, - повторяла она как заклинание, зажмурившись от ужаса.

Но дальше этого сочинительство не шло, пока вдруг в самый подходящий момент не подлетел к ней Сорочонок - поэт и не пропел:

Прям под звёздными огнями,

Ввысь над всеми, над царями.

И её понесло. Морский повелитель только зубами щёлкнул от досады, когда девушка словно ракета отправилась в космос. Сорочонок за ней еле поспевал.

- Сделай что-нибудь пока мы не задохнулись, - в панике просила она его.

- Сейчас, хозяйка...

...Над лесами и над морями,

И над бескрайними полями,

На другой брег океана,

Не снижаясь до него,

Так чтоб было безопасно,

И комфортно и тепло!

Сияна все быстро повторила и вертикальный полет сменился на горизонтальный, но достаточно далеко от морского Царя, чтоб он не мог её схватить.

Девушка с благодарностью посмотрела на пернатого поэта насколько это возможно, когда из глаз текли слезы от быстрого полета в холодной вышине:

- Почему ты меня не бросил?

- Ты мне понравилась. И твои бусы тоже. Возьмёшь меня на постоянную работу? - деловито осведомился он.

Сияна лучезарно улыбнулась и кивнула.

Полет был длительный и утомительный. В один прекрасный момент девушка взяла в руки несчастного сорочонка, который уже еле летел и начал отставать от неё. Когда они, наконец, приземлились на почтительном расстоянии от океана, Сияна вздохнула с огромным облегчением и аккуратно посадила птицу на землю. Та, не долго думая, принялась искать червяков.

Девушка понимающие закивала и тут же вспомнила о скатерти. В точности исполнив приказ хозяйки, белая и красивая тут же была заставлена разнообразными яствами. Но сколько птенец не просил, не дождался тарелки с гусеницами.

- Тебе крошек, что ли, мало, - возмутилась Сияна, - не порть мне аппетит.

Глава 24

Лес

На камне было нацарапано:

Здесь колдовство не будет проводиться,

Но здесь течёт жива-мертва водица!

Рядом с камнем лежал на животе Мечислав, кровь тихо текла из старой раны на лбу. Тут же валялся изодранный в клочья ковер- самолёт, а вокруг склонились мрачные и чёрные деревья и кустарники с огромными колючками. Между столов таинственно сверкали красные глаза.

Мечислав застонал и обхватил свою голову руками. Затем медленно сел и огляделся.

Темно, страшно, из деревьев и кустарников торчат труднопроходимые колючки . В конце концов он увидел послание на камне и несколько приободрился.

- Живая вода - это хорошо. Её надо найти. Но каким образом? Куда идти?

Парень растерянно осмотрелся. Красные глаза заморгали между стволов. Тишина стояла мёртвая.

- Эй, ребята с красными глазами, не подскажите как найти живую воду. Может, поделиться с кем надо? - набравшись храбрости негромко спросил Мечислав.

Что-то изменилось. Но что именно сказать было трудно. Может быть глаз стало больше. А может и нет. На всякий случай парень достал шапку-невидимку и примерил её. Ничего не изменилось. Мечислав это подозревал, вспомнив, как ковёр начал терять высоту, когда оказался над лесом. Значит, действительно колдовство здесь не действует. Парень глубоко вздохнул и почувствовал себя страшно одиноким. И зачем он только поссорился с Сияной? Сейчас она была бы здесь как нельзя кстати. Ну и пусть она отбежала от него в самый неподходящий момент. Может, это была просто странная реакция, которая с ним никак не связана. Ну, бывает, настроение плохое, особенно у девчонок. Мечислав снова огорченно вздохнул. В данный момент их ссора казалась ему мелкой и нелепой, а что самое противное, это то, что он сам был в ней виноват целиком и полностью. Надо было её каприз просто проигнорировать. Парень стряхнул с себя дурные мысли и попытался проникнуть сквозь колючки в том месте, где, как ему показалось, их было меньше. Колючки царапались нещадно.

Мечислав стукнул себя по лбу, вспомнив про меч и принялся крушить им вокруг себя кустарники и ветки. Дело начало продвигаться. Он смог пройти уже метров пятьдесят, как услышал женский крик в том месте, где он недавно приземлился, и грохот. Отгоняя от себя нехорошее предчувствие, он кинулся обратно.

Глава 25

Неудачное падение

Сияна лежала возле камня в неестественной позе, правая нога была явно сломана. Девушка не плакала, только боялась пошевелиться и все время стирала пот со лба. Около нее в панике кружился Сорочонок и беспрерывно стрекотал. Подбежавший Мечислав опустился рядом с Сияной на колени и с тревогой посмотрел ей в лицо.

- Неудачное приземление, - только и смогла вымолвить девушка.

- Надо привязать палку к ноге, чтобы она не двигалась. А это твой знакомый? - проследил он глазами за мечущейся птицей.

- Да, поэт! - с гордостью ответил ему сам Сорочонок.

- Это хорошо. Тогда тебе задание. Здесь где-то есть источник с живой водой. Она сейчас нам очень нужна, чтобы вылечить Сияну. Полетай тут, пожалуйста,сверху ведь лучше видно.

- Будет сделано! - прострекотала птичка и с радостью отправилась выполнять просьбу.

Наши герои остались одни.

- Тебе очень больно? - с тревогой спросил Мечислав, проводя ей рукой по лицу.

- Если не двигаюсь, то терпимо, - внимательно посмотрела на него девушка, - ты прости меня...

Мечислав своими пальцами коснулся её губ,как бы запрещая говорить и отрицательно замотался головой в разные стороны:

- Не, не , не. Это я дурак все испортил. Я сейчас пойду поищу палку, чтобы обездвижить тебе ногу.

Сияна устало кивнула и закрыла глаза. Он положил ей под голову мешочек со скатертью и отправился на поиски нужных предметов.

Словно к хрупкой фарфоровой вазе он вскоре привязывал палку к её ноге. Совсем без боли не удалось, так что Сияна вырыла возле себя две ямки(пальцы доцарапались до них), дабы куда- нибудь деть руки, чтобы непроизвольно не начать драться с Мечиславом.

- Ну все! - с облегчением вздохнул парень, - а теперь я аккуратно возьму тебя на руки и мы пойдём искать источник с водой.

Сияна посмотрела на него с тревогой.

- Не бойся, я тебя не уроню, просто не хочу тебя здесь одну оставлять в беспомощном состоянии. Или оставить?

Девушка глубоко задумалась... Мечислав её понесёт на руках! Мысли в панике метались в мозгу. Сияна внешне оставалась спокойна, но внутри её всю колотило. Она боялась. Только оставался вопрос: кого она боялась больше? Мечислава, себя или стаю голодных волков, а может быть иной нечисти, обитающей в этом лесу. Наконец, девушка нерешительно кивнула:

- Неси.

Глава 26

Признание

Как только Мечислав очень аккуратно взял Сияну на руки, прилетел Сорочонок.

- Нашёл! Нашёл! - верещал он от радости.

- Как раз вовремя, - буркнул парень.

- Это в той стороне! В овраге!

И птичка показала в противоположную сторону от того места, где Мечислав проделал дорогу.

- Славно , - уныло констатировал он и стал потихоньку опускать девушку на землю.

Сияна уже пригрелась, и не без сожаления освободилась от объятий друга.

- Сейчас проделаю дорогу, - как бы оправдываясь, произнёс он.

Девушка понимающие кивнула, а Мечислав принялся крушить деревья, снова отослав сорочонка уже на поиски Тёмного колодца. Когда парень явно утомился и перестал видеть Сияну в конце аллеи, то решил вернуться за ней. Около пятидесяти шагов новой лесной дороги ожидало нашу упорную парочку.

Увидев друга, девушка всплеснула руками:

- Слава, тебе бы самому искупаться в живой воде!

Он непонимающе уставился на неё.

- У тебя такой вид, будто ты пережил нападение стаи диких кошек, - пояснила она.

Мечислав посмотрел на свои руки, они действительно были все исцарапаны.

-А, это злобные колючки местных агрессивных деревьев, - и он снова аккуратно взял её на руки.

Сияна подула на его самую длинную царапину на щеке. Мечислав от неожиданности чуть не выронил девушку.

- Поосторожнее, - непроизвольно вырвалось к него.

- Ты стал очень беспокойным, - улыбнулась Сияна.

И они медленно отправились по новой дороге.

- Как твоя нога? - попытался сменить тему Мечислав.

- Немного беспокоит, но терпимо. Тебе не тяжело?

- Нет, ты как пушинка.

- Скорее бы все закончилось, - вздохнула девушка.

Но парень так не считал. Он думал, что это лучшее время в его жизни, поэтому непроизвольно начал обижаться. Опять. Он попытался стиснуть зубы, но слова сами рвались наружу.

- А меня все устраивает. Ну, кроме твоей ноги, конечно. А то вернёмся мы в деревню, выскочишь замуж за Айдара, а я пойду служить к воеводе Илье из Мурома. Мне сейчас жизнь кажется более интересной, - горько закончил он.

Сияна распахнула глаза от удивления:

- Ты серьёзно считаешь, что я вернусь к Айдару?

- А почему бы и нет? Думаю, что он в конце концов выберет тебя. А он самый выгодный жених у нас в деревне.

Сияна не на шутку разозлилась.

- Высокого же ты обо мне мнения! Ты сам бы женился на девушке, которая всю деревню парней перебрала в поисках лучшего, будь даже она самой красивой?

- Знаешь, - задумчиво ответил ей Мечислав, - если бы она была тобой, то женился бы. Вон, царевны, пока всех заморских женихов не пересмотрят, замуж не выходят.

- Ну, то царевны, - густо покраснела Сияна,- а так, ты дурак, если бы женился на такой разборчивой и расчётливой.

- Ну и что, зато по любви. Хоть немного счастья в жизни попробовал бы.

Сияна глубоко вздохнула и положила ему голову на грудь:

- Это сейчас ведь признание было?

- Да, - просто ответил Мечислав.

Тут вернулся сорочонок и принялся летать над ними, читая стихи собственного производства:

Я тебя понесу аккуратно,

Я тебя понесу осторожно.

Мы с тобой не вернёмся обратно,

Коль не сделаем все, что можно...

Мечислав задрал голову:

- Ты нашёл то, о чем я тебя просил?

- Да! Ну и страху я натерпелся! Подлетаю я, значит, колодцу и, конечно, мне захотелось посмотреть что там внутри. Подлетаю и чувствую, что уже не хочу дальше, а засасывает меня внутрь. Я крыльями замахал изо всех сил, замахал! Не помогает! Тогда я размахнулся клювом и вонзил его в стенку колодца. Только это меня и задержало. А потом набрался сил и рванул оттуда. Еле освободился. Уф!

Парень с девушкой переглянулись.

- Помнишь стихи- загадку? - с тревогой спросила она и сама же ответила:

Туда идти – ни взад и не вперед…

Туда один лишь человек войдет.

Узнает тайну он одну,

Но унесет она его ко дну.

- Да, приблизительно. Ну и память у тебя! - восхитился Мечислав.

Сияна проигнорировала его похвалу и лишь устало закрыла глаза.

Глава 27

Родник

В тёмном и страшном лесе, на дне оврага, родник с живой водой казался сверкающим бриллиантом на тёмном фоне. Ручеёк завораживающе журнал и радовал глаз своей чистотой и свежестью.

Мечислав аккуратно посадила Сияну на большой камень, спустился к самой воде и, зачерпнув её ладонями, вернулся к девушке. Они с замиранием сердца смотрели, как вода льётся на больную ногу. Девушка, видимо, что-то почувствовав, принялась снимать лечебную повязку с палкой. С криком: " Ура!", она сделала замысловатое танцевальное движение и затем сама спустилась к ручью. Счастливый Мечислав не сводил с неё глаз и улыбался. Вдруг девушку осенило расстелить скатерть - самобранку и затем позаимствовать у неё небольшие винные бутыли, которые плотно закупоривались. Когда она без сожаления приняласьвыливать из них вино, парень не выдержал и прокомментировал:

- Такое только в сказках увидишь, когда вкуснейшие заморские напитки сливаются за ненадобностью.

Сияна рассмеялась.

- Вина будем пить, когда Кощея победим, а сейчас они нам только помешают.

- Мне бы не помешали, - проворчал Мечислав.

Хотя, ему было, на самом деле, все равно, ибо обычные житейские радости в данный момент были им ненужны и даже вредны. Девушка наполнила бутыли живой водой и вернулась к Мечиславу.

- А теперь можно и в кощеево логово идти с таким-то лекарством! - широко улыбалась она.

Мечислав решительно кивнул и они отправились за Сороченком, который глубоко и обреченно вздохнул, и стал показывать им дорогу.

Глава 28

Колодец

- Дальше не подходите! - вдруг заверещал Сорочонок, когда среди густых деревьев, которые, к чести сказать, уже были без колючек, показалось зеленоватое сияние.

- Это колодец? - спросил его Мечислав.

- Д-да, - заикаясь пропищала птичка, - ещё немного и потянет туда со страшной силой.

Здесь Сорочонок приземлился на толстый сук и всем своим видом показал, что дальше не полетит.

Мечислав медленно, словно что-то обдумывая, повернулся к Сияне.

- Ну что, здесь мы и расстанемся.

Как он и боялся, та возмущённо воткнула себе "руки в боки" и сжала, и без того упрямо узкие губы, которые теперь практически исчезли с её лица.

- Это ты так решил?

- Не совсем. Ты сама недавно вспомнила стих про колодец и про только одного, кто туда сможет пробраться.

Сияна гневно задышала и чуть отвернув от него голову стала часто кивать какому- то невидимому собеседнику.

Мечислав внутренне сжался. Но девушка вдруг, ни слова не говоря, рванула по направлению к колодцу.

"Вот девка!" - выругался про себя парень и припустил за ней, с ужасом чувствуя, что не так-то просто её догнать. Но вскоре, какая-то невидимая сила подхватила их и потянула к колодцу с мёртвой водой. Мечислав, в силу своих больших габаритов и огромных шагов в последние секунды все-таки обогнал Сияну и прыгнул в чёрную вонючую темноту. Сияна же врезалась в борт колодца ощутив, что её больше туда не тянет, мало того, теперь уже и не пускает.

Глава 29

Не совсем конец

Когда парень погрузился в мёртвую воду колодца, сознание Мечислава полетело по узкому коридору к свету. В конце концов, его бездыханное тело упало на каменный пол пещеры, удачно расколов бутыль с живой водой, которая была привязана к поясу. Жидкость попала на него и парень открыл глаза.

К сожалению, в этот момент Сияна пыталась понять, почему колодец её не пускает. Она вдруг увидела как зелёный лист с дерева упал в темную тухлую воду и тут же почернел, и утонул.

- Мёртвая вода! - поняла испуганная девушка и, не придумав ничего лучше, вылила туда половину своей бутыли с живой водой. Но силы оказались неравными, прозрачная жидкость лишь несколько секунд выделялась небольшой голубой лужицой посреди окружающей её черноты, а потом исчезла.

Сияна сползла на землю по стенке колодца, и закрыв ладонями лицо, заплакала.

Но там, внизу, все было не так уж печально. Мечислав с интересом разглядывал просторную пещеру, мрачно освещенную неведомым зеленоватым светом, из которой шли 12 узких коридоров. Не долго думая, он отправился в правый крайний, так как центрального не было, а то бы он его выбрал. Коридор был довольно холодный и жуткий. Он зарос паутиной, плюс сверху постоянно что-то капало, а под ногами хлюпало. Мечислав не выдержал и достал свой меч, который тут же придал ему уверенности.

- Расходитесь, давайте, - бормотал он себе под нос для храбрости.

В конце концов коридор стал заворачивать влево и где-то в центре он с удивлением обнаружил, что его окружают прозрачные стены из какого-то Тёмного камня. Со стороны выпуклой части стены он увидел голубоватое свечение. " Кажется, я промахнулся. По-моему мне туда", - он уткнул свой нос в стену и с интересом рассматривал искривленное изображение чего-то имеющее форму короба, от которого исходил свет. Затем парень подумал, а не попробовать ли воткнуть в стену меч, но не решился, опасаясь обвала, и отправился дальше, надеясь, что коридор будет извиваться наподобие улитки и приведёт его к центру. Но он ошибся и вышел в тот же зал, откуда начал путь, только из крайнего левого входа. В этот раз он выбрал самый близкий к центру коридор, который в середине пути открыл ему противоположную картину. То есть, уже через вогнутую часть стены он увидел ту же картину, что и в первом коридоре. Снова выйдя в главный зал, он задумался над тем, пойти ли ему по третьему или четвёртому ходу. И, решив выбрать священное третье число, наконец, угадал. Вышеназванный коридор вывел его прямо к хрустальному ларцу, расположенному на плоском камне с выгравированными на нем письменами:

В сём ларце смерть Кощеева.

Но ломать её не спеши.

Сгинет он, но взамен ему будет,

Сила страшная, тёмная, неизвестно как победимая.

А чуть ниже выгравировано было: "Не нарушай баланс света и тьмы".

Озадаченный Мечислав, тем не менее, открыл ларец и увидел внутри яйцо. Не простое, а из золота с инкрустированными в него самоцветами. Продай такое и без опасной начинки - обеспечишь себе безбедное существование до старости. Кстати о начинке. Мечислав аккуратно взял сей предмет в руки и увидев замочек, нажал на него. Яичко раскрылось, а внутри - чёрная острая игла с ярко- красным рубином на тупом конце в оправе с завитушками, воткнутая в фиолетовую бархатную подушечку. Но сразу ломать её как-то не захотелось. Засунул Мечислав яйцо в свой мешок, привязанный к поясу и отправился обратно. Подойдя в пещере к тому месту, где он изначально упал, парень посмотрел наверх, недоумевая, как же ему выбраться наружу. Но Сияна уже позаботилась об этом, опустив ведро в колодце до упора. Она не знала на что надеяться, но осталась на месте и просто принялась ждать.

В тёмной дыре вверху, Мечислав разглядел ведро и глубоко задумался над тем, как до него добраться. Он догадался подкатить камни, и обладая большой силой, смог положить их друг на друга. Взобравшись на них, он подпрыгнул и ухватился за ведро.

Там наверху, Сияна сразу поняла, что пора приниматься за работу из-за поднявшейся ряби на воде и движений веревки, и приступила к подъему ведра.

Когда Мечислав добрался до мёртвой воды, то отключился, и девушка уже с великим усилием подняла его бездыханное тело наружу с которого ручьём стекала вода. Вытащив его из колодца, Сияна сразу бросилась поливать его живой водой. Вздрогнули оба, когда жизнь к нему возвратилась.

Мечислав тут же вскочил и принялся доставать из мешка яйцо.

Рассказав девушке о таинственных письменах, он выдернул из подушечки иголку и они принялись её рассматривать.

- Вот, мы и нашли, что искали, но слова про баланс добра и зла сбивает меня с толку, - пожал плечами парень.

Сияна глубоко вздохнула и села на землю, прислонившись к колодцу, так как ноги её ещё плохо держали. Мечислав примостился рядом.

- Ну что ты молчишь?! - наконец, не выдержал он.

Девушка вдруг положила голову ему на плечо.

- Я просто устала, Слава. Думаю, нам в этом вопросе нужна подмога. Например, бабы Яги. А, вообще... Обнял бы ты меня, а то я думала, что тебя больше не увижу.

Чем больше она говорила, тем тише становился её голос. Мечислав вдруг совершил мысленный переворот и представил, что это она прыгнула в колодец с мёртвой водой и тогда бы он решил, что всему конец. Парень только спросил: " Ничего, что я весь мокрый?" Сияна отрицательно покачала головой. И тогда Мечислав сгреб её в охапку, а потом, от объятий, сам не заметил, как перешёл к поцелуями.

Глава 30

Но Сияна заметила, что он начал переходить границы.

- Все, стой! – оттолкнула она его.

От неожиданности парень выпучил глаза и чуть не упал.

Она была очень сердита и гневно дышала.

- Али обидел я тебя чем-нибудь? – ошарашенно спросил он.

- Возвращаться нам надо, - отряхнулась от ненужных мыслей Сияна и сразу перешла к делу, - смерть Кощееву мы достали, теперь пусть люди решают что с нею делать.

- Ну, коль возвращаться, значит возвращаться, - глубоко вздохнул парень, еле сдерживаясь, чтобы не сказать что-нибудь про выгодного жениха Айдара.

Стали они разглядывать волшебные вещи, который у них остались, но не действовали в этом чудесном месте: сапожки скороходы, ковер-самолет, скатерть-самобранка и шапка-невидимка. Сорочонок куда-то улетел. Взять или оставить? Решили оставить их, может быть, когда выберутся отсюда, волшебство к ним вернется.

После этого они очень долго шли молча. Впереди Сияна с гордо поднятой головой и поджатыми губами, а позади плелся Мечислав. Вначале он шёл как побитый пёс, потому что был очень расстроен её реакцией, но потом его губы стали тоже сжиматься, а плечи выпрямляться. Постепенно его шаги стали обычными - широкими и быстрыми.

Вскоре стало смеркаться. Вдруг им вдалеке послышались девичьи голоса. Вначале ничего было не разобрать, но когда слова стали более отчетливыми, наши герои спрятались за большим дубом и прислушались...

- Терлич-трава, ивановский борщ, чернобыльник, плакун-трава... Я ничего не забыла, Дуняша? - послышался звонкий девичий голос.

- Главное, терлич-трава. Как найдём, положим за пазуху и заветные слова молвим: "Терлич, терлич, хлопцев покличь!" Так все парни нашими и станут! - отозвался ей другой, с наставительными нотками, более низкий голосок.

- Ну что ты, Дуняша. Что говори, что ни говори, а краше Белославы никого нет, ей и привораживать никого не надо!

- Вестимо, ей легче глянуться хлопцам, но нынче особая ночь. Али забыла? Ивана Купала ночь. Теперича ворожба сильнее красы.

- А какая она, терлич-трава?

- Ну... Цветочки такие, голубоватые или грязно-лиловые, стебелечки прямые и зелёные...

- Выйди к ним, а то меня они могут испугаться, - шепнул Сияне Мечислав.

Она метнула на него быстрый взгляд, осмотрелась по сторонам, и вдруг выдернув какой-то цветок с корнем, выбежала к девушкам.

Те от неожиданности вскрикнули.

- Ой, кто это?! - спросил более тонкий голосок.

- Лесная нечисть... Прекрасная летавица или ужасная упырица, а может, стрыга в девичьим обличии... - отозвался второй голос.

- Мне вариант с прекрасной летавицей больше люб, - рассмеялась их новая знакомая, - я Сияна из деревни Васильки...

- Из деревни? А не все ли деревни нынче сожжены Змеем проклятым? - подозрительно сузила свои глаза круглолицая Дуняша.

- Наша последняя оставалась... Сейчас заново отстраивается, а мы с Мечиславом отправились на поиски смерти Кощеевой, дабы не жег он больше деревни русские.

- Мечислав? - заозирались девушки, - а где же он?

Как услышал это наш герой, так и выбрался из своего убежища.

Увидев его, девушки тут же покраснели, заулыбались и зашептались.

- Я Дуняша, - со смехом представилась ему самая бойкая.

- А я Зоряна, - ещё гуще покраснела вторая и немного спряталась за первую.

А Сияна начала мять цветочек, который держала в руках, в надежде выкинуть его незаметно.

- Да что ты его портишь!? - увидела это Дуняша, - я как раз хотела показать эту травку Зорянке.

- Возьми, - небрежно протянула его Сияна.

Круглолицая девушка глубоко вздохнула и неодобрительно покачала головой. Но потом словно встряхнулась и, лукаво глядя на улыбающегося синеглазого и светловолосого Мечислава, произнесла:

- А как нашу деревню пожег чудище, мы, как встарь, снова стали жить в лесу. Накопали землянок, навырезали идолов, и снова зажили как роды древние. Идемте, наши уже костры должны зажечь. Нынче ночь-то какая! Ивана Купалы!

А сама тихонько подошла к Зорянке, показала ей терлич-траву, что отжала у Сияны, и поделились ей с подругой. И они тут же со смехом засунули её за пазуху.

Глава 31

Вдалеке раздались песни. Чем ближе подходили они к ярко освещенной кострами поляне, тем отчётливее были слышны слова:

Гори, гори жарко!

Едет к нам знахарка!

Везёт нам травы

Зелёные муравы.

Будет нас поить,

Будем долго жить.

Она - колдовать,

А мы - пировать.

Раз, два, три!

Ещё сильней гори!

Кто прыгнет выше!

Тому лобзаний «тыща!»

Поляна была очень большая и народу там было не меньше. Все это сопровождалось ритмичным боем в бубны и звонкой музыкой сопелей и гуслей. Смех и визг дополнял эту, совсем не какафонию, а будто бы строго выверенное благозвучие. Словно всё как и надо для полноценно воспринимаемого оркестра, исполняющего симфонию под названием "Ночь накануне Ивана Купала ".

Сияна, поддаваясь своему наработанному долгими годами, практически инстинкту, начала пританцовывать. Девушки это заметили, засмеялись, схватили ее за руки и потащили за собой на всеобщий праздник. Когда на поляну вышел Мечислав, то ему уже трудно было разглядеть свою подругу среди большого числа девушек, которые кружились в танце. Парней было значительно меньше, и они что-то затевали. За большим поваленным деревом они производили какое-то таинственное действие. Наш герой подошел к ним поближе.

- На Белославу даже не глядать, - наставительно говорил высокий рыжеватый парень с большими синими, чем-то напоминающие женские, глазами и чуть пробивающимися бородкой и усиками.

- Ну, Дмитрий, не зарывайся. Кто выше всех через огонь прыгнет, тот и будет себе девицу выбирать. Ты прыгни еще. А потом верховенствуй, ежели заслужишь, - говорил невысокий коренастый безбородый паренек.

Когда Мечислав подошёл к ним еще ближе, то увидел, что они носят воду в ведрах и прячут их за дерево.

И тут он был замечен.

- А это что ещё за чудо-юдо? - воскликнул самый бойкий, тот, который только что учил Дмитрия.

- Мечислав я, из деревни Васильки, что далече отседыва. Сжёг её Горыныч по наущению Кощея, так мы с Сияной - девушкой из моей же деревни, отправились на поиски смерти душегуба.

- Не та ли это краса, что пляшет нынче бойчее всех? - указал куда-то рукой его собеседник.

Наш герой взглянул в ту сторону. Действительно, уже в самом центре, снова войдя во вкус и забыв все на свете, кружилась Сияна, да так, что многие девицы с завистью поглядывали на чужеземку.

- Смотри, как недобро зрит на неё наша первая краса - Белослава? - рассмеялся вдруг коренастый парень, - видать, не такая уж она и славная. Гляди, Дмитрий, несмотря на красу её и пышную косу, и чернобровость, как зыркает она на эту новую плясунью. Не ровён час, как схватит ее и кинет в кострище.

И паренёк заразительно захохотал. Мечислав же стал с тревогой поглядывать на костёр. К Белославе подошла ещё одна девица и мотнув головой в сторону Сияны, зашепталась с подругой.

- Может, пора отвлечь их от заговоров? - с этими словами, Мечислав разбежался, и с криком: "Разойдись!", перепрыгнул через самый высокий костёр.

- Хей, вызов принят! - крикнул ему коренастый Добронега и подкинув берёзовых веток в огонь, скаканул через него ещё ловчее.

Дмитрий тут же намочил свои ноги в ведрах, а заодно и зад, дабы не подпалило, схватил огромную охапку сучьев, и бухнув их в огонь, с криком: "А ну, перепрыгни теперче меня!", махнул через огонь так, что его зад зашипел от встречи огня и воды.

Другие парни нерешительно замялись на одном месте, понимая, что следующий может получить нехилый ожог.

Но у Мечислава все помутилось в голове. Он не хотел уступать Дмитрию, потому что видел, что тот долговязый и не очень ловкий. Наш герой снова кинул охапку сучьев так, что огонь взвился чуть ли не до верхушек деревьев. Ничего не намочив в ведрах, он разбежался подальше, выхватил меч из ножен, словно пытался сразиться с самим костром, и сиганул через, а точнее почти сквозь него, рассекая с неимоверной быстротой своим оружием языки пламени. Это было очень эффектное представление, что со всех сторон послышались восторженные "ахи" и "охи". Лишь Сияна сердито смотрела на опаленные брови и волосы своего друга.

- Вот дурак! - крикнула она ему.

А Мечислав со смехом, видя, что его больше никто перепрыгивать не желает, схватил из-за поваленного дерева ведро воды и пустился за вдруг завизжащей Сияной, у которой только пятки засверкали, когда она поняла, кому предназначено это ведро.

С криком: " Я второй после него!", радостный до чёртиков, что чужеземец не покусился на его ненаглядную, Дмитрий с ведром припустил за орущей и одновременно смеющейся Белославой. И другие парни, как по команде, похватали припасенные ведра с водой, и кинулись за остальными девушками, которые с визгом бросились врассыпную.

Глава 32

Берёзки, сосны, липы, кустарники - все мелькало перед глазами, пока Мечислав гнался за Сияной. С её стороны неслось:

"А!", "О!", "У", "Ой!". Она ловко уклонялась от деревьев, взбегала на пригорки, перепрыгивала через ямки, ухала вниз под согнувшиеся деревца и кустарники. Парень мчался за ней не особо уклоняясь от мелких кустарников, оставляя после себя дорогу как слон в джунглях. Долго они так бежали, прежде чем поняли, что не слышно уже ни криков других хлопцев и девиц, не видно ни костров, ни поляны и даже дымом уже давно не пахнет. Очередную ямку Сияна ловко перескочила, а, вот, Мечислав споткнулся об нее, растянулся во весь свой немалый рост и опрокинул ведро прямо под ноги девушки.

Она прыснула в ладошку, глядя на весь этот спектакль и принялась безудержно хохотать. Парень ворча поднялся и пробурчал:

- А все-таки ноги я тебе чуточку замочил...

- И? Ты хочешь получит за это чуточку поцелуев? - все ещё смеясь спросила Сияна, но вдруг замерла и открыв от удивления рот, стала указывать рукой в темноту. Парень обернулся. Прямо в самой чаще, от зарослей папоротника исходило алое сияние.

- Ты видишь тоже что и я? - спросила она.

- Не может быть! Если мы сорвем цветок папоротника, то нам все будет нипочём...

- Но скорее всего нам за это оторвут голову. Вся эта нечисть лесная и не только, - сглотнув, тихо произнесла Сияна.

Как бы подтверждая её слова ото всюду стали раздеваться жуткие звуки: хохот, рычание, уханье, скрип и скрежет.

- Возьми, возьми цветок! - стали уговаривать и даже гипнотизировать их жуткие голоса.

- Пойдём отсюда, - крепко ухватил Мечислав девушку за руку и попытался увести из этого места.

Но не тут то было. Сияна вдруг заартачилась и резко выдернула свою ладонь из его.

- Это возможность, которой может больше не быть. Нечисть не может его сорвать, а мы можем!

И она пошла, а потом побежала на этот завлекательный красный огонёк.

- Нет! Сияна! - крикнул Мечислав и бросился за ней.

Они оба подбежали к цветку и оба схватились за него, выдернув с корнем. Но тут над головой девушки сверкнул меч. Парень ужасе посмотрел на свой пояс и увидел лишь пустые ножны. Мохнатые лапы размахнулись и уже были готовы снести ей голову.

- Нет, оставьте её, вот вам цветок!

Мечислав бросил им алое чудо, которое тут же исчезло в чьих-то лапах и сразу же раздался торжествующий и еще более зловещий смех.

- Теперь нам никто не нужен! - зашипел и заскрежетал чей-то голос.

И над Сияной снова занесли меч. Парень понял, что совершил величайшую глупость, отдав им волшебный цветок, меч и девушку. Он бросился вперёд, пытаясь выхватить у них свое оружие. Но только лишь обрезал себе руки об лезвие. Душераздерающий хохот усилился. Мечислав вдруг вспомнил молитву Христову и принялся её говорить. Адский смех поутих. Вдруг в голове у нашего героя сверкнула спасательная мысль:

- Я вам иглу смерти Кощеевой, а вы мне Сияну и меч, только их вперёд, я вам больше не верю.

Смех тут же смолк. Сияна лежала на земле без сознания, её уже не держала неведомая сила. Парень схватил её на руки и потащил вон из зарослей папоротника.

- Как подойдёшь на край поляны, протяни назад руку с иглой и получишь снова свой меч, - прошипел ему в уши мерзкий голос, который словно ветер кружилась над ним.

Парень все выполнил и вскоре они снова оказались в лесу. Меч в ножнах, Сияна на руках, а наш герой вздыхал и выдыхал с облегчением, беспрестанно повторяя: "Слава Богу!".

Наконец, он осторожно опустился на землю вместе с девушкой и положил её голову себе на колени. Она казалась совсем неживой: бледная и недвижимая. Мечислав провел ей ладонью по волосам и подержал свой палец у её носа, пытаясь понять - дышит она или нет. Не понял. Поэтому положил свою руку ей на грудь с этой же целью. Вроде бы она чуть приподнималась, но очень редко.

- Сияна, - тихо позвал он девушку, но она его не услышала.

- Ох, Сияна, Сияна, и зачем мы пошли туда...

Наш герой прикрыл себе глаза рукой, пытаясь не заплакать. Поняв, что он все-таки удержался от слез, молодой человек наклонился к лицу Сияны и поцеловал её в губы. Его напугала их холодность, но не остановила.

Через некоторое время он почувствовал какое-то движение и послышался слабый голос девушки:

- Мечислав, что ты делаешь?

Он с улыбкой отстранился, чтобы получше разглядеть её лицо и произнес:

- Ну, наконец-то. Я уже и не знал как привести тебя в чувства. Надеялся снова разозлить, - грустно улыбнулся он.

Сияна медленно села, борясь с головокружением.

- Что произошло?

Запинаясь, Мечислав начал рассказывать. С ужасом распахнув глаза, девушка сжимала его руку в особенно страшных местах и у неё резко вылетело: "Ах!". Но когда он дошёл до самой развязки, Сияна уже злилась вовсю:

- Как? И ты отдал им иглу?!

- У меня не было выбора, они могли убить тебя.

- Ну и пусть! Зато Кощей был в наших руках! А теперь - нет! - она дулась, словно обиженный ребёнок.

- Ну что ты говоришь! Ты думаешь, что я смог бы без тебя жить?!

Девушка метнула на него грозный взгляд, который сменился на заинтересованный, а потом снова на грозный:

- Ты должен быть сильнее этого. В наших руках был не только Кощей, но и все люди, которых он может погубить!

Мечислав лишь гневно дышал в ответ. В пылу ссоры они не обращали внимание на то, что вокруг темнота, лес и никаких признаков человека. Правда, недалеко были папоротниковые заросли с различной лесной нечистью. Но это их, похоже, не волновало. Лишь громкий рык в самой чаще, отвлек их от бесполезной ругани.

- Что это? - со страхом воскликнула Сияна и бессознательно прижалась к Мечиславу. Он также, бессознательно, обнял её левой рукой, а в правой уже поблескивал меч на фоне луны, которая, иногда проглядывала из-за туч.

Глава 33

Кощей пританцовывал, глядя в тарелочку по которой катилось яблочко.

- Неужто снова танцоры, но теперь тебе это ужо любо? - не поверила пришедшая в гости Яга и подошла, чтобы взглянуть, что там происходит. Но увидев - обмерла. Огромный медведь надвигался на девушку и парня, знакомых и симпатичных бабе Яге.

- Ты чаво творишь, окаянный?

- Это я-то окаянный? Хе-хе, - прокряхтел Кощей, - они смерть мою нашли, но по жадности и глупости потеряли её в зарослях папоротника, и теперь игла снова со мною. Но это им я так просто не спущу. Пущай познакомятся с моим могучим берендеем Нежданом. Никакой меч теперь не спасёт этих выскочек. Только серебро властно над этим великим оборотнем. Ха-ха-ха!

Баба Яга лишь всплеснула руками и поковыляла вон из залы...

А тем временем Сияна и Мечислав с ужасом смотрели на трехметрового чёрного медведя который вышел из чащи им навстречу и оглушительно зарычал. Обильная слюна стекала у него по клыкам и падала на землю.

Парень оттолкнул остолбеневшую девушку назад и принялся раскручивать меч перед мордой огромного зверя так, как только он один умел. Но это не смутило косолапого. Кажется, что его рычание стало напоминать хриплый и жуткий смех. Он махнул лапой, но наш герой увернулся и вонзил ему клинок в брюхо по самую рукоятку. Но медведь будто бы и не почувствовал этого, он навалился всем своим весом на Мечислава и опрокинул его на землю. Вонючая пасть с обильной слюной повисла над его лицом. Снова раздался рык, напоминающий жуткий смех.

Сияна закричала и схватила первую попавшуюся палку. Не долго думая, она запихала её в пасть зверя. Но тот перекусил её словно соломинку и снова зарычал. Девушка обернулась в поисках новой палки или камня, как вдруг заметила, что под её ногами что-то блеснуло. Это был кинжал невиданной красоты, но ей было некогда его разглядывать. Она схватила оружие и вонзила прямо в глаз разъяренному зверю, который, обезумев от боли, замотал головой и принялся беспорядочно махать своими лапищами с огромными когтями, не то пытаясь достать кинжал, не то разорвать Мечислава. Не помня себя, Сияна принялась вытаскивать своего друга, который был большее её чуть ли не в два раза из-под медведя, который был ещё огромнее. Она тянула его и тянула, а зверь бесновался и бесновался, пока не захрипел, отвалился в сторону и растворился вдруг вместе с кинжалом в своём глазу, оставив отчего-то чистый и незапятнанный кровью меч на земле, который был в его брюхе.

- Слава! Слава! - звала она своего друга всего залитого кровью - своей и медвежьей.

Но тот не отзывался.

Сияна дико заозиралась по сторонам не то ища помощи, не то ещё каких-нибудь волшебных предметов. И снова ей повезло. В кустах она заметила что-то, чем оказался немного заржавевший остроконечный шлем. Не долго думая, девушка схватила его и побежала к ручью. Принеся чистой ключевой воды, она воткнула острый конец шлема в землю, оторвала от своего сарафана подол, используя для этого кинжал Мечислава, которым он сражался с Килечкой и Шпроточкой. Смочила материал в водице и принялась вытирать его лицо и руки, пытаясь найти раны, нанесённые медведем. Но ссадины на открытых частях тела к счастью оказались неглубокими. Тогда она разорвала месиво из рубашки и крови на его груди и пришла в ужас. Из левого плеча был выдран кусок мяса, а на груди красовались следы от когтей зверя.

Оторопело глядя на все это, Сияна никак не могла сообразить что делать.

Но Мечислав вдруг стал приходить в себя, застонав и пытаясь разлепить веки, к счастью уже очищенные от засыхающей крови. Он уставился мутным взором на девушку, стараясь вспомнить что произошло.

- Слава... - слабо улыбнулась она ему и замерла, не сводя свой взор от разодранных груди плеча.

- Что там? - наконец, прохрипел Мечислав, вспомнив, что он боролся с медведем.

Она беспомощно посмотрела на него, не в силах описать то, что видит тут же, без подготовки.

- Все плохо, да? - попытался помочь он ей.

Она не сразу, но кивнула.

- Нужно сделать так, чтобы раны не загнили. Разожги костёр, огниво у меня в мешочке.

Сияна выполнила все, что он ей велел, но когда она услышала про кинжал, который нужно раскалить на огне, девушка занервничала.

- Зачем это? - не без дрожи в голосе осведомилась она.

- Я же молвил тебе уже, дабы раны не загнили. Их надобно прижечь.

Только от одной мысли, что им сейчас придётся пережить, Сияне сделалась дурно, хотя она была далеко не из робкого десятка.

- Я не смогу это сделать, - глухо отозвалась она, зажав голову между коленями, чтобы справиться с головокружением.

- Сможешь, ты ведь хочешь, чтобы я выжил. Ещё небольшую палку принеси, чтобы я прикусил ее, дабы своим рыком не пригласил на ужин ещё каких-нибудь зверей...

- Как ты можешь ещё смеяться над этим! - прикрикнула на него девушка, глотая, слезы.

- Полно тебе. На войне так всегда делают. Это все обычно, - устало произнёс он и закусил палочку.

Сияна поднесла раскаленный кинжал к ране и, широко распахнув от страха глаза, прижгла её.

Запахло паленым мясом. Мечислав глухо заревел и отключился. Девушке повезло остаться в сознании. Она быстро сообразила что делать. Пока он был в отключке, она быстро снова накалила кинжал и прижгла вторую рану, пока это было безболезненно для него.

Мечислав очнулся только утром весь забинтованный, перекипячеными в воде частями сарафана Сияны, а она сама крепко спала, положив голову ему на бедро, а руку на живот, словно контролировала его дыхание и, не выдержав нагрузки, уснула.

Глава 34

Калтась-эква (Золотая баба). Начало пути

Парень посмотрел на утреннее небо. Оно было высоким и ясным. Ни одного облачка. Сделать глубокий вздох не получилось, так как ребра, помятые медведем, не дали ему это осуществить. Острая боль пронзила всю грудную клетку. Мечислав прикусил язык, чтобы не разбудить Сияну. То, что она спала на его ноге вызывало лишь небольшой дискомфорт, подумаешь, лёгкое онемение. Гораздо волнительное было видеть ее лицо в такой близости от себя. Он чуть коснулся ногтя на ее руке, чтобы не разбудить, но при этом проверить – не сон ли это его. Ноготь и палец действительно существовали. Парень приподнял свою голову, чтобы лучше рассмотреть ее лицо. Она хмурила брови во сне. Он снова лег и взглянул на небо. Где бы взять такое чудесное средство, чтобы сразу исцелиться? Почему у них не осталось живой воды? Нахождение в беспомощном состоянии вызывало у Мечислава чувство огромной тоски и безысходности. Как он сможет защитить Сияну? Как он сможет снова отыскать смерть Кощееву, или самого Кощея или Змея? Что он, вообще, сможет сделать, когда левая рука даже при малейшей попытки ее поднять отзывается такой острой болью, что хочется выть по-звериному. Парень устало закрыл глаза, несмотря на то, что выспался, и почувствовал, как из правого глаза что-то скатилось на щеку и потекло за ухо. Левый глаз тоже последовал такому бесстыдному примеру. Молодой человек запаниковал, еще не хватало, чтобы его подруга сейчас проснулась и увидела такое непотребство. Он широко распахнул глаза и снова уставился на небо в надежде, что слезы сейчас же высохнут на солнышке.

Сияна действительно вскоре проснулась и тут же завозилась у погасшего за ночь костра. Сбегала за водой и пока та кипела в шлеме, наловила самодельным копьем с каменным наконечником рыбы.

- Сейчас ушица сварится, - улыбалась она, всячески стараясь избегать темы самочувствия Мечислава, так как это вызывало в ней ощущение беспомощности, - кажется, что лет сто не откушивала.

- А мне что-то не очень хочется, - как назло вымученно улыбнулся парень, отчего ввел ее в некоторый ступор, но вскоре она взяла себя в руки.

- Я видела здесь ромашковую полянку, если собрать и заварить ее, то она убыстрит твою поправку и облегчит боль неплохо, но на это нужно время. А пока ушица!

Она подсела к нему с полным шлемом от которого шел умопомрачительный запах. Достав из своего мешочка деревянную ложку, она принялась ей помешивать.

Мечислав вначале мысленно представил, как он будет сейчас садится при помощи правой руки. Но это оказалось не так-то просто. Грудь взорвалась дикой болью, когда он принялся подниматься и, охнув, он оперся на свой локоть, понимая, что он его недолго продержит. Видя, как пот градом полился по лицу Мечислава, Сияна тут же переместилась к нему за спину и помогла до сесть, не уходя после завершения этой манипуляции, а оставаясь в качестве подушки.

- Так сможешь? – спросила она его.

- Не долго, - прохрипел парень.

Тогда девушка подложила ему мешок со скатертью и ковром под голову, оставив в полулежачем состоянии. Мечислав с облегчением вздохнул, чувствуя, что боль в груди отступила, но зато не осталось сил даже ложку держать. Он уставил свой смурной взгляд в небо всем видом показывая, чтобы от него отстали.

Тогда Сияна пошла на хитрость. Она зачерпнула ложкой уху и попробовала ее.

- Слишком горячая, не пойму вкус, может сам попробуешь?

И она поднесла эту же ложку к его губам. Парень заволновался и тут же забыл о боли и ощущении безысходности.

- Хороша, - прохрипел он, улыбаясь.

- Составишь мне компанию? – хитро улыбнулась ему девушка.

- Ага…

Так они и ели, переглядываясь и чувствуя, что эта уха и эта ложка связывает их посильнее традиционных средств, типа брака, обниманий и прочих нежностей.

… Ромашка в этих местах оказалась настолько целебной, что через три дня Мечислав смог уже встать, и они заговорили о продолжении пути. Сияна взобралась на самую высокую сосну, чтобы определить направление, куда идти. Слезла она уже с крайне озадаченным лицом. Отряхнула части коры со своего сарафана, закинула назад косу и произнесла:

- Там, где встает солнышко я видела гору. Много гор, - развела она руками.

- Ну и пойдем туда, - кивнул Мечислав, - назад нам дороги нет, в нашей деревни нас не ждут, может, что впереди подскажет как следует действовать. Ты слыхала когда-нибудь про Золотую Бабу – хранительницу гор?

- Да, - наморщила от воспоминаний лоб девушка, - сказывают, что красавица она, неземной красоты. Как увидит ее мужик, так и пропадет сразу, - она покосилась на Мечислава в надежде углядеть в нем отклик на эту тему.

- А я слышал, что стережет она несметные сокровища гор – золото, самоцветы разные и любит испытывать людей. На храбрость, жадность, верность… Карает строго, но справедливо. Но если пройдешь все ее задания, то может и одарить.

Сияна глубоко вздохнула:

- Ну, пойдем…

Глава 35

Вскоре перед глазами наших героев открылась чудная картина. Поле диких цветов у подножия гор, которые в первых своих рядах были небольшими, но далее, вершины дальних гор уходили вверх и скрывались в облаках.

- Как красиво! – воскликнула Сияна и побежала собирать луговую растительность.

Желтые цветы золотого корня, замысловатые белые цветочки горькуши, синие-синие шапочки гречавки, нежные розовые каменоломки, похожий на ромашку – красивоцвет и загадочная лиловая купальница, разные примулы и радиолы…

- Смотри, сколько цветов! - восхищенно воскликнула девушка и стала бегать и собирать их с таким азартом, словно впервые ощутила свободу.

- Здесь обязательно должны быть и целебные, сильнее ромашки, знать бы только какие, - приземлились она рядом с Мечиславом, который растянулся на траве, демонстрируя ему ворох различных образцов и тут же принялась ловкими пальцами плести из них венок на голову.

- Мне уже не надо, - расслабленно улыбнулся он и размахнув своими большими и сильными руками, тут же нарвал цветов не меньше чем Сияна и положил их ей на колени, правда, многие из них выдрались прямо с корнями.

- Благодарствую, - кокетливо улыбнулась девушка и принялась новые тоже вплетать в свой веночек.

Так и провели они весь день, наслаждаясь солнцем, свободой, цветами и смеясь над юркими ящерками, которые периодически выползали на камни тоже погреться...

На следующий день наши герои стали искать дорогу в горы. Под ногами им то и дело попадались интересные разноцветные камешки, которые вызывали восхищение и желание приложить их, то в качестве бус, то колец, а то и воображаемой короны. Сияна приладила себе ко лбу крупный блестящий камень, который переливался всеми цветами радуги, изобразила горделивую осанку и прошествовав, словно какая знатная особа, наигранно-высокомерно поинтересовалась у своего друга не похожа ли она на царевну.

- Не похожа. Пока, - вдруг раздался красивый женский голос.

От неожиданности девушка выронила камень и в испуге свела руки у груди. Мечислав тоже обернулся на голос.

Перед ними стояла невиданной красоты женщина в дорогих переливающихся одеждах и короне, на которую больно было смотреть, как она сверкала на солнце. Черты лица казались идеальными, словно точеные. Глаза большие, зелёные, волосы тёмные, заплетённые в косу, что спускалась до земли. У наших героев даже рты приоткрылись от такого дива дивного.

- Зачем пожаловали в мои владения? - осведомилась она, строго глядя на них.

- Мы смерть искали Кощееву... - первым обрел дар речи Мечислав.

- И что же? Не иначе нашли? - и она вдруг рассмеялась, да так обидно, будто знала, что они по глупости все потеряли.

- Ну и нашли, - с вызовом ответил ей парень, - только цветок папоротника все дело испортил, и мы её снова потеряли, - закончил он уже не так уверенно как начал.

- Сами виноваты. Хотели иметь всё и сразу. Но не бывать этому никогда, - она немного помолчала что-то обдумывая и хмурясь, затем продолжила, - пропадете вы одни в горах. Скоро буран будет, - и незнакомка бесстрастно посмотрела на тучи, что сгущались и ещё больше закрывали верхушки гор.

Она взмахнула правой рукой и вдруг от горы отделилась плита, открывая вход в пещеру.

Её взгляд приглашал внутрь. Путники вошли, робея, но с надеждой.

Вначале было темно, когда они практически на ощупь передвигались по узкой пещере, но вскоре проход начал расширяться, впереди показался свет и немного погодя они очутились в огромном холле с мраморным полом, красивыми гладкими зелеными стенами в которых просматривался затейливый рисунок: цветы невиданной формы, облака, разводы, напоминающие годичные кольца, а в одном месте стена имела ещё и насыщенные голубой и синий цвета вперемешку с зеленым.

- Какая красота! - ахнула Сияна и подошла к поближе к этому произведению искусства, - можно коснуться?

Хозяйка милостиво кивнула головой, оставаясь полностью бесстрастной. Лишь украдкой поглядывала она на Мечислава, стараясь определить его реакцию. А парень стоял столбом и не мог глаз отвести от всего этого великолепия.

- Этот камень кличут голубой птицей, - спокойно пояснила она девушке, - а просто зелёный - это павлиний камень. Но люди не понимают всей его красы, используют всего лишь для добычи меди.

И она немного брезгливо передернула плечами.

- В этой части гор лепота. Рудников нет, спокойно. Лишь природа иногда бушует.

Она задумчиво взглянула на наших героев, тем более, что Мечислав подошёл к Сияне и взял её за руку.

- Благодарствуем, что спасли нас от бурана, - произнёс он и поклонился ей в пояс, - скажите, как вас звать-величать, добрая царица?

Хозяйка хитро улыбнулась.

- По-всякому меня кличут. И Калтась-эквой, и Золотой бабой. Даже идол из этого металла сотворили. Да и каменной девкой тоже величают.

И она с вызовом взглянула на Мечислава. Сияна заметила их переглядки и бессознательно сжала ладонь своего друга.

Хозяйка увидела этот жест и, усмехнувшись, отвернулась.

- Идемте, я покажу вам ваши покои.

И она быстро пошла по новому, уже светлому и также отделанному камнем коридору.

Калтась-эква развела их по разным, но прекрасным и богато убраным комнатам.

- Отдохните с дороги, а вечером приходите ко мне в залу на ужин.

И она исчезла.

Сияна осталось одна в комнате и принялась тут же все осматривать. Даже в своих самых смелых мечтах она такого не представляла. Было время, когда собираясь замуж за выгодного жениха Айдара, девушка рисовала в своей голове их будущий дом. Огромный двухэтажный резной терем. Художественно вырезанные окна и двери, затейливые полочки и ключницы, добротная мебель. Её собственная комната для рукоделия, детская, общая спальня с мужем... За работой в поле она иногда рисовала в воображение все это и довольно улыбалась себе под нос. Но чтобы дворец... И чтоб все из дорогущего поделочного камня... Она подошла к огромному зеркалу с отделкой из янтаря и уставилась на свое отражение. Когда на её лице не было улыбки, то её можно было назвать почти дурнушкой. Без румян, подкраски и с угрюмым выражением лица. Наверное, когда Мечислав видел её рядом с этой Калтась-эквой, то сравнения были не в её пользу. Сияна помрачнела ещё больше. И тут в дверь постучали.

- Войдите, - с волнением отозвалась девушка.

В комнату с достоинством вплыла Хозяйка. Она внимательно посмотрел на Сияну.

- Можно я поговорю с тобою?

- Не смею вам отказывать. Спасибо за гостеприимство, - в пояс поклонилась девушка.

- По ту сторону гор лежит небольшое государство. Оно красиво и спокойно. Войны не тревожат его, так как место в трудном доступе для врага. Но там беда. У короля и королевы нет наследников. Назревают интриги, каждый норовит своих детей приблизить к престолу. Это плохо. Там нет правды. Обращались ко мне с просьбой разрешить эту проблему король с королевой. Они говорят не совсем по нашему, но похоже.

Если я представлю тебя, как их дочь нареченную, то они будут рады. Ты справишься со своей ролью. Но... При одном условии. Мечислав останется здесь, со мною.

Сияна смотрела на неё во все глаза в которых разгорался недобрый огонек.

- К бусурманам в управители? Бросить Мечислава?! Не бывать этому! - твердо ответила девушка.

В глазах Хозяйки заиграла улыбка, которая внезапно сменилась строгостью.

- Ну, а ежели я сманю к себе парня? Если Мечислав добровольно останется со мною. Тогда будешь согласная?

У Сияны на глаза навернулись невольные слезы.

- А ежели согласится. То мне и жизни нет тогда. Делай со мной что хочешь, - поникла головой девушка.

Калтась-эква кивнула и неслышно удалилась.

А Сияна вдруг бросилась на красиво убранную кровать и разрыдалась от души.

Глава 36

...В это время Мечислав тоже осматривал свои покои. Но он был несколько равнодушен к созданной красоте. Ему больше нравились природные творения. Деревья с их разнообразной листвой и цветы, приятно благоухающие, дикие и бурные реки, величественные озера, буйные рощи и непроходимые чащи... Парень все время вспоминал тот день, когда они с Сияной у подножия гор рвали цветы и, краснея от застенчивости, дарили их друг другу. Она тоже сплела ему венок на голову и они гонялись друг за другом со смехом ловя и крепко прижимая к себе.

Его воспоминания прервал стук в дверь. Сама Хозяйка уже стояла посреди комнаты и спокойно смотрела на него.

- Впустишь поговорить? - спросила она.

- Не смею отказать. Спасибо за гостеприимство, добрая царица, - и Мечислав поклонился ей в пояс.

Та улыбнулась в ответ.

- Нравлюсь тебе? - с хитрым прищуром спросила она.

- Вы ослепительно красивы и совершенны, как и все в вашем горном дворце.

- Но Сияна тебе нравится больше, не так ли? - продолжала хитро улыбаться та.

- Я люблю её всем сердцем, - искренне признался Мечислав и покраснел от собственной откровенности.

- Но ежели так, не окажешься прогуляться по моему дворцу? Поведую тебе его тайны.

- Не смею верить такому счастью, - замер он, показывая, что готов идти куда угодно.

- Ну, пошли.

И отправились они по различными коридорам и комнатам. И следующие покои были краше предыдущих. Где-то все сверкало и переливалось, а где-то преобладали спокойные тона.

- Грустно тебе здесь одной, наверное, гордая Хозяйка, - почему-то произнёс Мечислав, когда они осматривали очередную залу.

- С чего ты так думаешь?

- И поговорить не с кем.

Калтась-эква звонко рассмеялась.

- Есть у меня всегда с кем поговорить. Если захочу компания найдётся. Но ты прав. Редко по-сердцу мне.

И она погрустнела.

- А роди себе дочку, - начал он и осекся.

Но Хозяйка улыбнулась и перевела разговор на другую тему.

- Чего ты хочешь?

- Чтобы не было зла на земле. Чтобы не сжигал проклятый Змей больше деревень русских, чтобы не нападали жадные соседи на наши земли, чтобы Кощей...

- Да-да-да, можешь не продолжать. Я тоже этого хочу...

И она подошла к нему так близко, что Мечислав беспрепятственно смог разглядеть и сверкающие зелёные глаза, и идеальную кожу лица, и алые губы, и бледные щеки...

Он сделал шаг назад, потому что почувствовал себя неуютно.

- Боишься меня? - серьёзно спросила она.

- Ты обладаешь магией, можешь сделать с нами что хочешь, но я верю, что у тебя доброе сердце.

- Я знаю, где живёт Змей, что сжёг вашу деревню. Хочешь побороться с ним?

- Да.

- Ты уверен, что тебе это под силу?

Мечислав пожал плечами.

- Надо пробовать, раз смерть Кощея не достали.

- Хорошо, на ужине уговоримся.

И она отпустила его отдыхать.

Вечером Мечислав и Сияна встретились в великолепной столовой которой бы позавидовали самые богатые и могущественные цари и короли мира. Он с тревогой посмотрел на расстроенное лицо девушки, которая нет-нет да и бросала на него испытующие взгляды.

- Что случилось? - тихо спросил он её и подошёл близко-близко.

Но Сияна вдруг широко улыбнулась. Слишком широко, так, что парень вздрогнул.

- Смотри какие здесь яства! - воскликнула она и указала на стол весь заставленный жареными селезнями с яблоками в клювах, рыбами разными, поросятами и блинами, икрой разнообразной и огромными кружками с квасом и другими напитками.

- Такое и во сне не приснится. Да, Мечислав? Не хочется ли тебе здесь остаться? - как бы невзначай спросила она.

- Что ты, душа моя. Разве можно жить в горах и под землей, когда привык к небу голубому, солнцу теплому и ласковому, лесам бескрайним и рекам быстрым... Когда смотришь, а средь берез и на полянах водишь ты с нашими девками хороводы, а видно только тебя одну...

Он так близко подошёл к ней и так пронзительно посмотрел в глаза, что у Сияны сразу отлегло от сердца. Она вдруг обняла его за шею крепко-крепко и не отстранилась, когда он не смог удержаться от поцелуев.

Вскоре к ним присоединилась Хронительница гор и за трапезой завела серьёзный разговор о Змее Горыныче, что живёт в дальней пещере, на Севере. И ходу туда несколько недель. Обещалась дать Мечиславу кольчугу непробиваемую, шлем островерхий и посеребреный, щит огнеупорный. А меч его улучшить советовала.

- Он верный у тебя, особый, да выкован давно. Нынче в наших горах другой, более надёжный сплав можно сделать, но я все исправлю. Оставь его на этом столе, а завтра будет утром ждать тебя здесь будет все, что нужно.

А к тебе, Сияна, есть все-таки у меня просьба. Я все про то королевство о котором мы с тобою говорили. В опасности их король с королевой. Наш хитрый царь отправил туда своего сына Алексея и его нового гридня Айдара. Не доверяю я им. Присмотри за ними в качестве дочки нареченой. Временно хотя бы.

Девушка вздрогнула, услышав имена. Да и Мечислав тоже напрягся.

- Не могу отказать тебе, Хозяйка, - потупила взор Сияна, - только прошу, - и она посмотрела на неё глазами полными слёз, - помоги Мечиславу со Змеем.

Та прикрыла веки, показывая согласие, а девушка вдруг вскочила и выбежала вон.

Глава 37

Летнее утро выдалось прозрачным и свежим. Горы были подернуты дымкой. Король и королева Богемарии - страны по ту сторону гор, где говорили на родственном языке с русами, с благоговением ждали появления Калтась-эквы. Это происходило у Большого камня, напоминающего трон, как было заранее уговорено.

Они были стары и печальны. Не дала им судьба наследников. Но недавно их союзник - царь соседнего государства отправил им своего сына Алексея в помощь и с умыслом. Надеялся он, что и трон потом перейдёт к нему, что позволит объединить два государства. Но у царевича и его гридня Айдара были свои планы на этот счёт. Слыхали они, что это маленькое королевство богато и красиво, да и не бедно девушками, что имеют красу невиданную заморскую, но напоминающую нашу, русскую, и длинные прекрасные золотые волосы. Оба были теми ещё любителями слабого пола, и поэтому не торопилась принимать веру христианскую, чтобы не мешала она держать при себе десятки наложниц. Но им было невдомек, что девушки эти тоже веры христовой, правда та соответствовала римским традициям, и быть десятой женой, да и даже второй, между прочим, они не собирались.

Итак, король и королева - Карл и Мария, в праздничных нарядах ждали Хранительницу гор. У королевы был длинный остроконечный атур на голове, на короле -большая золотая корона, отделанная драгоценными каменьями и жемчугом, со стоящим крестом в самом центре, где сходились четыре полу дуги, которые делили корону на четыре сектора. Верные супруги держались за руки и вглядывались в подножие горы.

Когда-то давно, здесь они впервые повстречали Калтась-экву и с тех пор прониклись к ней глубоким уважением, помня, как иногда она оказывала ощутимую пользу их маленькому государству. Например, однажды она дала возможность откупиться от далеко зашедшего в эти края южного императора, который силился продвинуть границы своего огромного государства до края земли. Увидав их уютный замок, зеленые луга и сытых коров, которые мирно паслись на них, он тоже возжелал заполучить такой лакомый кусочек. Карл и Мария стали просить его этого не делать. Тогда он предложил им откупиться непомерным богатством. Десять бочек золота ждал он. Ни на что не надеясь, король и королева Богемарии вспомнили легенды о Золотой Бабе, которая охраняла горы и имела доступ ко всем богатствам земли. Они стояли на коленях у подножия гор и просили о чуде. Так Хозяйка впервые показалась им на глаза и спасла королевство от разорения, явив им нужное количество золота.

И вот теперь она снова появилась, выходя из дымки, такая красивая и величественная, но уже не одна. За нею тихо шла неизвестная печальная девушка. Тоже недосягаемая и отстраненная, но по-своему красивая и уверенно спокойная.

- Здравствуй, о Вэликая Хозяйка Гор, дэбрая Кальтась-эква. Мы бэзмерно счастливы снова видеть тэбя, - обрадовано и торжественно произнес король Карл.

Сияна была строга и спокойна в таких же царских одеждах, что и Хозяйка гор. Калтась-эква представила её как свою помощницу.

- Решайте свои дела, пока она с вами, - так молвила Хозяйка и исчезла.

Король и королева тут же бросились к ней.

- Дочэнка, пойди с нэми!

И они повели её в замок по дороге рассказывая (к внутреннему содроганию Сияны), как поселились у них царевич со своим гриднем. Какие они добрые и обходительные. Только, вот беда, младшая фрейлина королевы недавно со слезами поведала ей, что ведут с девушками они себя как нечестивцы. Но как то это не вяжется с их благородным образом. Наверное, юная дева преувеличивает.

Так шла Сияна до замка и слушала восторги от них по поводу этих блестящих молодых людей.

Девушка была доставлена тайно, как она сама упросила правителей. И повелела всегда ходить с полузакрытым лицом, чтобы лишь глаза, которые из серых сделались зеленоватыми, были бы открыты. Так и предстала она перед вельможами в темно-зеленом богатом платье в пол, с убрусом на голове, закреплённым золотым обручем и белой вуалью, прикрывающей лишь нижнюю часть лица.

Глава 38

Как и было обещано, утром Мечислав увидел на столе, где они накануне ужинали, полное богатырское убранство: остроконечный посеребрённый шлем, огнеупорный щит, невиданный легкости и красоты кольчугу и его меч, который стал еще более гладким и блестящим, что в него стало можно посмотреться как в зеркало, и в рукоятке появился большой сверкающий зеленый камень.

- Это смарагд, - вдруг раздался голос Калтась-эквы и сама она показалась в зале, когда он внимательно его разглядывал.

- Красив, - резко обернулся Мечислав, - спасибо тебе, Хозяйка, что исполнила свое обещание…

- Я всегда исполняю свои обещания, - холодно отозвалась она.

- Только, я бы хотел проститься с Сияной, - с волнением попросил он.

- Ни к чему это. Прощаться. Вы вскоре встретитесь вновь. Верь мне.

- Я верю тебе, - грустно отозвался парень.

- А теперь одевайся и в путь. Дам тебе невысокого коня Уголька. Он знает дорогу. Ехать придется долго, это на другом конце гор, но туда ведет длинная пещера, полная лабиринтов и тупиков. Но не беспокойся, с Угольком вы не заблудитесь.

Она хлопнула в ладоши и тут же послышалось ржание. Не прошло и нескольких секунд как в залу вошел, цокая копытами, небольшой вороной конь с белой полосочкой между глаз.

Мячеслав с тяжёлым сердцем взобрался на коня, потому что не повидался с Сияной. Ночью он подходил к её двери, но постучать не решился.

- Как подъедешь к пещере Змея, тебе придётся выбирать - рубить его сонного или разбудить. Здесь я тебе не советчица. Сам решай. Если во время сражения тебе покажется, что ты проигрываешь, кинь это кольцо в стену пещеры.

И Хозяйка протянула ему перстень с большим узорчатым зеленым камнем.

Парень поблагодарил её и похлопав Уголька по крупу, отправился в опасное путешествие.

… В это время Сияна сидела за большим королевским столом, как всегда потупив взор. Она никогда и ни на кого не смотрела. Только в пол или в стол, то есть, куда-то вниз.

Алексей и Айдар начали сходить по ней с ума прямо в первую минуту, как только ее увидели. В этих одеяниях они, конечно, не признали Сияну. Но не могли не заметить её грацию, достоинство и ту тайну, которая от неё исходила. Кто она? Зачем здесь? И почему закрывает лицо и ни на кого не смотрит. Но судя по фигуре, плавным движениями и ослепительным зеленоватым глазам, она должна бы быть молодой и привлекательной.

После приличных застольных возлияний они ушли в покои Алексея обсудить свои дальнейшие действия в отношении неё и этого маленького, но такого соблазнительного государства.

Айдар сильно изменился после того, как Сияна видела его в последний раз. Отрастил себе длинные шикарные волосы, подражая заморским принцам, тонкие аккуратные усики, такую же тонкую бородку, словно вторые усы, сидевшую на подбородке, приоделся аки граф или герцог и ходил с гордо поднятой головой. На груди в золотой оправе поблескивал большой чёрный камень. Да и сам он предпочитал чёрные изящные одежды.

Алексей же напротив, подобно петуху или павлину носил яркий наряд. Красные сапоги с золотыми бляшками, золотой пояс с ножнами, усыпанными драгоценными каменьями и меч с такой-же дорогой рукояткой. Красный кафтан весь был расшит золотом, на голове красная шапка-колпак с соболиным отворотом, расшитая золотыми нитями.

Сели они за дубовый столик с резными ножками, налили вина заморского и повели такой разговор.

- Что, мы деревенщина или голыдьба какая, али дурачки, что не можем с одной девкой управиться. Будет еще она от нас нос воротить! - горячился царевич, - не королевишна, ведь, знаю я, что у стариков нет приплода. Иначе не было бы нас здесь с тобою.

Айдар лишь усмехнулся в свои аккуратные усики, только улыбка его была не открытая и широкая, а похожая на оскал волчий.

- Давай так, выберем время, как пойдёт она по коридору одна, схватим и сюда, личико порассматривать да на поцалуй крепкий попробовать. А что б не катила на нас потом бочку, приоденемся разбойничками, лица тоже спрячем за платками, пущай поугадывает, как мы сейчас гадаем кто под маской, - продолжал вещать свой план царевич.

Но на их беду, Сияна никогда и никуда не выходила одна. Помнила она как Алексей к ней примазывался и предлагал на золоте спать. Да и Айдар как-то переменился, что ли. Чёрный какой-то стал, смурной, словно душу свою продал. Обходила она их, короче, за милю.

Совсем обезумели тогда парни. Даже думать забыли о местных золотоволосых красавицах. Никак не выходила из их голов таинственная незнакомка. Решили тогда они придумать хитрость, чтобы выманить её одну из покоев.

А Сияна тем временем помогала королю и королеве решать местные проблемы. Объезжала с ними на лошадях поместья и советовала как вести хозяйство.

Но вот пришла в голову к Айдару одна коварная идея. Решил он, что есть у неё уже суженый, но она в печали, так как к нему нет доступа. "Давай, напишем ей письмо, от злодея какого-нибудь, например, Кощея, что её возлюбленный у него в полоне и вызовем её тем самым на переговоры в полночь, в полнолуние, в королевскую усыпальницу".

- Ну а ежели она знает где он?

- Тогда твое предложение, царевич, - отозвался Айдар.

И так как Алексей не смог придумать ничего лучше, составили они письмо следующего содержания: "Я Владыко Зла, Кощей Бессмертный, погубивший все деревни Руси и близлежащих королевств, недавно заполучил твоего суженого в полон. Буду держать его на цепи в подземелье, покуда не придёшь ты одна в усыпальницу королей Богемарии, в полнолуние и не оставишь свой там золотой обруч с головы. Тогда передам от него весточку со своим человеком, и мы установим, что делать дальше".

Содержание царевичу шибко понравилось, похвалил он слугу своего верного за смекалку, написали они это послание и подсунули под дверь бедной девушки.

А Сияна все никак не могла уснуть в ту ночь, все вспоминала Мечислава, да жалела, что не могла с ним проститься. Позвала её Хозяйка слишком рано знакомиться с правителями Богемарии и не велела будить парня перед долгой дорогой.

А тут, как назло, письмо это появилось. Прочитала его девушка, обмерла. Свет померк в её глазах. Потеряла она чувство опасности. Тут же побежала в усыпальницу.

А там выжидал её Айдар. Стоял в своих тёмных одеждах словно и вправду посланник Кощея. Вышел он из тени и со своей волчьей ухмылкой уставился на закрытую вуалью девушку.

Сияна сразу поняла, что обманули её. Воспользовавшись эффектом неожиданности, она со всей силою толкнула его за порог, где он удачно оступился, и чуть не упал, и затворила за собою тяжёлую дверь изнутри.

- Не боишься с голоду помереть? - с издевкой спросил Айдар.

Но ничего она ему не ответила, чтобы не дать шанса узнать себя.

Тут подошел царевич Алексей, потирая руки:

- Ну что, пташка поймана? – довольно осведомился он.

- Ну, да, только теперь она нам не хочет отпирать, - резко приподнял и опустил брови Айдар.

- Ты почто отпирать не хочешь? – спросил ее Алексей.

Но в ответ ему раздалось лишь гордое молчание.

- Ну, как хочешь. Так и знай, что сама напросилась. Так бы поговорили мы с тобою и отпустили. Но ежели не хочешь, тогда за один поцалуй со мной получишь кувшин с водою, а с ним – кусок хлеба. Без воды ведь долго не проживешь. Мой поцалуй дороже стоит.

И Алексей довольно рассмеялся.

Глава 39

Долго скакал Мечислав на своём коне, долго света белого не видел. Удивлялся только, что конь его верный, Уголек, с пути не сбивается и в стены не врезается, когда черно все вокруг. Остановился он только как-то у озера подземного и чистой пречистой водой. Напились они там да хлеб, что дала с собою в дорогу Хозяйка, разделили. И снова в путь.

В какой-то момент холод стал меняться на духоту неестественную, да дымом пол стало заволакивать.

- Не иначе Змей где-то недалеко, - поделился Мечислав впечатлениями с конём.

Тот как-будто согласно заржал.

Вскоре узкий коридор стал расширяться и Мечислав спешился. Вытащил меч из ножен, щитом прикрылся и стал пробираться дальше один. Слышно было уже и храп исполинский.

И вот вошёл он в залу огромную, где почивал уже знакомый ему Змей Горыныч.

- Вот и встретились, Гад ползучий и летающий.

Подошёл Мечислав вплотную к его средней голове, приставил острие меча к её горлу да и поднажал немного.

Меч хорошо пошёл.

Заревел зверь и тут же проснулся. Две головы взвились вверх, а средняя побоялась, так как острие там немного продвинулось вперёд.

- Что тебе надо, - спросила левая голова с тревогой глядя на среднюю, которая даже пасть разинуть боялась.

- Пришёл я с тобою расквитаться за все наши деревни русские.

- Не бывать этому, заревела правая голова и полыхгула на него огнём.

Вот здесь и помог щит огнеупорный, а среднюю голову он тут же без труда отсек.

Но на его несчастье подмогу правой голове оказала левая, и когда парень укрывался от неё щитом, подоспел хвост и опрокинул его на спину, правая голова снова полыхнула. Опалила ноги Мечислава. Понял он что погибает, и кинул кольцо Хозяйки в стену...

... Очнулся он в пустом коридоре. Ни Змея, ни коня, ни дыма. Лежал Мечислав на спине и смотрел на замысловатые каменные сосульки, свисающие сверху. Попробовал сесть. Получилось. Ноги жгло, рядом стоял кувшин с водой, лежал хлеб и стояла настойка какой-то травы. Рядом записка. Он взял ее и развернул:

"Лечись Мечислав быстрее, Сияна в опасности, заперла себя в склепе от нечистивцев. От голода не умрёт, я подсоблю. Но ты лечись быстрее и возвращайся. Скоро конь возвернется к тебе. Змея потом добьешь, две головы у него остались, злой очень, но жечь ничего не сможет. Ждёт Кощея на помощь, но связи нет у них, когда явится неизвестно. Прощай". И внизу камушек нарисован, красивый, резной. Закручинился Мечислав. Но быстро взял себя в руки. Наелся, напился, начал делать примочки на обоженные ноги и ждать верного Уголька.

... А Сияна тем временем сидела на каменном полу склепа и слушала различные гадости, что наговаривал ей Айдар, чтобы сломать её, и дивилась, как это раньше она не смогла распознать в нем такого негодяя.

- Ну, и ради чего ты стараешься? Или ради кого? Где же твой суженый- ряженый? Что же не приходит к тебе на помощь. Али не знает где ты? Али не нужна ты ему? Открою тебе неприятную правду. Настоящему мужику много баб надобно. Одной никак не управиться. Так что зря стараешься. А согласишься быть одной из моих жён, все устрою как надо. Алексей не знает твоего лица, я подменю тебя, будешь служить только мне. Твой женишок наверняка не говорил тебе, что ты будешь ему служить как и все жены своим мужьям. А я говорю прямо и честно. Будешь за мною как за каменной стеной. Не допущу того, чтобы без моего надзора попала в такие неприятности как сейчас...

Но молчала Сияна, словно в рот воды набрала. Лишь головой мотала, словно хотела сказать "нет", да слезы текли по лицу.

На второй день охранял её толстый воин по имени Бык. Жирный и циничный. Он был чернявенький как Айдар, с кудрями на голове, с усами и безбожно картавил.

- О, юная дева, - "пел" он. Это Бык умел довольно неплохо, за что был выбран на эту роль царевичем Алексеем, - ты, видно ждёшь, что Золотая Баба тебе поможет. Я следил и видел, как коголь и коголева ходят к гогам и молят её вегнуть тебя. Но ты глупа, вегно, глупа. Чтобы та бабища помогла, ей надобно дагы пгеподносить. А откуда, по-твоему, она бегет золотишко. Ведомо откудова. От дагителей. Она, ведь, не настоящая богиня, ты ведь это должна понимать, если не дуга.

И тут Бык аппетитно зачавкал. Оказывается он принёс с собой жаренную утку и бутыль вина для соблазнения непокорной пленницы.

- Так вот, - продолжил он, - я тебе сейчас гасгожу великую тайну. Ням-ням.

В этом месте Бык приостановился, чтобы отправить себе в брюхо крылышко.

- Ского на земле будет так. Никаких богов и богинь. Пгав только тот, у кого мешки с золотом. А у твоих воздыхателей они есть. У Алексея к тому же есть ещё законная власть. Но он на виду, поэтому его могут и устганить. Ням-ням.

Кажется, нога и бокал вина отправились вслед за крыльями.

- Айдаг тоже уже богат. Пегспективный молодой человек. Ням. Так шо выбыгай...

Здесь его речь стало вообще трудно разобрать ибо он накинулся на грудку.

И тут Сияна подумала, что Бык не знает её голос. Это её вдохновило, тем более, что в склепе появилась тёплая шкура медведя на которой она могла теперь спать и не мёрзнуть, три раза в день бутыль напонялась различными напитками, а тарелка едой. Только её охранники этого не знали. Думали они, что она уже второй день без воды и скоро запросит пощады.

Но надо было ещё подумать, как провести тех, кто её не знает.

На третий день дежурил некий Пётр. Это, как выразился Алексей, ещё один человек, которому можно полностью доверять. Он лучший его сводник. Этот жрал ещё более аппетитно по сравнению с Быком ещё и пальцы облизвал очень звучно:

- Ты там ещё не проголодалась, курочка? - периодически спрашивал он у Сияны. Так как она продолжала молчать. Но как то её осенило:

- Что дашь за мой золотой обруч?

- М-м, бутыль воды и цыплёнка.

- Если будешь честен, в следующий раз получишь что-то лучшее, чем обруч.

- По рукам. Как будем меняться?

Сияна задумалась.

- Отойди на 20 шагов, я вижу тебя в щель, вон к тому дубу и оставь еду у двери, я все поменяю на обруч.

- Хорошо, цыпочка, - добродушно отозвался Пётр.

Так и сделали. Он даже не пытался её обмануть.

Зачем Сияна совершила этот обмен, имея доступ к еде от Хозяйки? Она поняла, что Пётр тот ещё пройдоха и невольно сможет помочь ей выбраться из плена.

Обруч из золота он предусмотрительно зарыл под дубом.

- Ты держись меня, цыпочка. Я лучше всех на Руси умел обращаться с вашим братом. С сестрой, то есть.

И он разразился добродушным хохотом.

- Захочет какой-нибудь князь, али боярин самую красивую девицу, то сразу ко мне. Я их всех наперечет знаю и имею к ним подход. Никого не обижал. Они мне золото, а я им девку - то ещё золотце. Потом все соседи завидовали и ко мне обращались.

- Где ж ты их берёшь?

- Да, нонче сами ко мне идут. Знают ужо, кто им жониха богатого достанет.

Глава 40

Когда вечером Айдар пришёл сменить Пётра, а Алексей проверить обстановку, охранник тут же на них накинуся.

- Вы почто девку уморить пытаетесь? Она скоро так ослабеет, что даже вам дверь открыть не сможет, если захочет. И на что вам её скелет?

Кажется, что это проняло её тюремщиков.

- А что ты предлагаешь?- забеспокоился Алексей.

- Кормить и поить, а само заточение может ей в конце концов надоесть.

Так и решили. Айдар, правда, никак не мог догадаться в свою смену как передать Сияне еду, если она с ним не разговаривает. Был он несколько медлительным, любил говорить, медленно и тягуче, и если видел, что собеседник весь во внимании. А тут молчит и все.

- Я оставлю тебе у двери и отойду, - протянул он.

Оставил, отошёл. Она не выглянула.

Больше он не стал с ней разговаривать. Сам все съел, а Алексею ничего не сказал. Царевич же все обговорил с опытным Петром, поэтому его передача не вызвала осложнений и его не очень-то трогало её молчание. Тем более, что по его приказу нередко отрезали языки болтунам, поэтому ситуация была привычна. У Быка тоже проблем не было. А Айдар не жаловался, что при нем она ничего не берет. Лишь усмехнулся, думая, что это особое к нему отношение, и может быть он даже в тайне нравится ей. А думал он так неспроста. С девушками у него никогда проблем не было. Неторопливый, внешне спокойной, каждое его слово отдаёт какой-то особой значительностью... Ну, и скрытный. Лишнего слова, порой, не вытянешь. А иной раз план гениальный выдаст. Как с ложным письмом, например.

Как-то у Айдара было романтичное настроение, чего с ним давно не бывало. Запертая таинственная незнакомка будоражила воображение и представлялась неземной красавицей. Поэтому он решил её завоевать.

- А давай с тобой сбежим. Только вдвоем.

Он приоделся, аккуратно выбрил бородку и усы, подвил свои волосы, приоделся... В общем, красавец писанный. На любителя, конечно.

У Сияны остались кости обглоданные - от вчерашней курицы Петра. Одна из них полетела через щель и застряла в шикарных волосах Айдара.

Он брезгливо выдернул из них кость от куриной ножки, отшвырнул от себя и рассвирипел:

- Ах, ты...

Дальше шли очень плохие слова, но девушка отчего-то беззвучно смеялась и плакала одновременно.

...А Мечислав, тем временем, дождался Уголька, взобрался на него и во весь опор помчался по тёмным коридорам длинных гор. Умный конь сам его вынес туда, куда надо, словно все знал и доставил до усыпальницы местных королей, как раз в тот момент, когда Айдар изощрялся в злословии. Как увидел сын старосты своего старого знакомого, которого считал давно утонувшим в погребе, где тот был заперт вместе с его бывшей невестой, так и выпучил глаза, да и потерял дар речи.

А Мечислав соскочил с коня, и не обращая внимания на кудрявого красавца, бросился к запертой двери склепа.

- Сиянушка, я это, отвари, милая...

Дверь быстро открылась и она повисла на его шее, осыпая поцелуями лицо.

Если до этого глаза Айдара были просто выпучены, то теперь они практически вылезли из орбит, да и рот непроизвольно открылся.

- Думала не дождусь уже тебя! - плакала она.

- Да Змея я не добил пока, - сокрушался Мечислав, отвечая на её поцелуи.

А Айдар в страхе удалился, пока они не опомнились и не прибили его.

Глава 41

Когда отцепились друг от друга Сияна и Мечислав, то поняли, что стоят одни. Только Уголек мирно пощипывал травку. Девушка поозиралась ещё по сторонам и спросила:

- Ты заметил, кто меня сторожил?

- Вначале подумал баба какая-то, а потом на меня не шёл никто с оружием... Я то стремился быстрее узнать что с тобою. А что?

- То Айдар был, мой бывший жених, - горько усмехнулась она.

Мечислав был поражён

- Что он здесь делал?! - наконец вымолвил он.

- Помнишь царевича Алексея?

- Как не помнить? Он же нас в погребе запер и казнить хотел.

- И вот, теперь здесь он со своей свитой, включая Айдара. Хотят власть прикарманить. У короля и королевы ведь нет наследников, вот они и интригуют. А Хозяйка отправила меня сюда присмотреть за ними. Я как узнала, кто здесь, так и стала закрытой ходить, лицо прятать за вуалью. А им не гоже. Хотят все знать и видеть. Думали я особенная какая, загнали в ловушку, пришлось мне здесь и запереться.

- Родная моя, - снова обнял её Мечислав и заскрипел зубами, так как ему очень захотелось разбить её обидчикам все что только можно.

- Уходить нам надо отсюда, да побыстрее, - вздохнула Сияна, - а то очухаются они и понабегут со своей дружиной, да опять нас в погреб какой заточат. Короля с королевой предупредим и уйдём...

Девушка как в воду глядела. Бежал Айдар неторопливо, знал, что кони у них быстрые, никто не уйдёт. Как добрался до царевича Алексея, так сразу и начал:

- Знаю я теперь кто эта девица...

- Ты почто её одну оставил?! Уйдёт ведь! - взревел царевич.

- А нужна ли она тебе, высочество? Девка это, деревенщина. Помнишь, как ты в нашей деревне в погреб спустил мечника и девицу, что отказала тебе. Вот он за ней и вернулся. В склеп тот. Живы они оказывается.

- Та-ак, - протянул Алексей, - провели, все-таки. Помню её, хороша.

- Можем догнать, его убить, а её забрать, - резонно предложил сын старосты.

- Так получается: узнала она нас, вот и скрывала лицо. Видать, старикам теперь про нас наплела такое, что они корону и не передадут мне. Думаю поступить следующим образом. Холопа схватить, а её заставить перед стариками нас описать в лучшем свете. Иначе его четвертуем при ней. По коням! Не медлить! - крикнул он, созывая дружину.

Тем временем Мечислав спокойно скакал на Угольке. Перед ним сидела Сияна, свесив ноги на одну сторону, и с удовольствием ощущала силу своего друга, что обнял её нежно одной рукой, другой же правил коня, и периодически целовал свою девушку в макушку. Не мог никак оторваться. Сияна похохатывала иногда.

- Слава, зацелуешь меня совсем.

- Мочи нет, соскучился.

Она улыбнулась и поцеловала его в плечо:

- И я... А что Змей?

- Одну голову только удалось срубить. Хозяйка меня спасла...

- Исполнила, значит, свое обещание, - довольно улыбнулась Сияна.

- Хорошая она. И про тебя в записке написала. Решил я, что потом его добью, а пока тебя вызволить надобно.

Девушка вдруг вздрогнула.

- Слава, скачет кто-то...

- Да, слышу. Уголек, неси нас быстрее в тайную пещеру.

Конь тут же навострил уши и прибавил ходу. До гор ещё надо было доехать, но за ними уже показался десяток всадников...

Глава 42

- Окружай! - уже неслось со всех сторон. Да стрелы, нет-нет, да и постреливали.

Одна даже в руку Мечислава вонзилась. Он только зубами заскрипел. А на спине щит его висел, от стрел прикрывал, иначе бы убили уже.

Уголек только, словно неуязвимый, скакал себе и скакал, да и пританцовывал словно, ни одна стрела или копье в него попасть не могли.

Айдар уже поровнялся с нашими героями и все норовил посмотреть в лицо Сияны.

- Ты что же, боишься меня? - крикнул он ей, - я тебя не обижу. Если бы знал, что это ты в склепе, то выпустил бы.

Девушка с ненавистью посмотрела на него, наклонилась к Угольку и стала умолять его скакать быстрее.

Но тут вторая стрела угодила Мечиславу в левую ногу. Почувствовал, что слабеет он и сказал девушке.

- Сиянушка, ты одна вернее доскачешь до пещеры, тяжело Угольку, а я их задержу, иначе мы вдвоём попадёмся.

- Нет! -ухватила она его за одежду.

Тут Айдар совсем близко подскочил к ним и замахнулся мечом на парня, норовя ему голову снести. Но Уголек снова заплясал и спас всадников от удара.

- Так-то ты меня защищаешь !? - крикнула ему гневно Сияна.

- Мечислав мне соперник! Пытаюсь от него избавиться, - тягуче прокричал ей в ответ Айдар.

- Отстань от нас, никакой ты не соперник! Бзыря ты и окаём проклятый!

- На себя посмотри, шлёнда и плеха вонючая!

Мечислав никак не мог добраться до своего меча, так как правил левой рукой лошадью, а правая была со стрелой в плече. Тогда выдернул он из своего же плеча той же рукой с рычанием эту стрелу со своей кровью и тканями, и всадил ее в дышащего ему в затылок Айдара. Куда угодил непонятно, но тот завизжал как раненый кабан и отстал от них.

А Уголек словно и не уставал. Как заговоренного облетали его стрелы и копья противника. Вот уже и гора совсем близко. А тут неизвестно откуда туман стал все заволакивать. Когда верный конь забежал в пещеру, вся равнина была застлана белой пеленой.

Уголек принёс их прямо в хоромы Хозяйки. К пышно накрытому столу.

Сияна легко соскочила с коня. А Мечислав аккуратно сполз, морщясь от боли, но бесконечно счастливо улыбаясь.

- Ай -да хозяйка, подсобила.

Он тяжело сел на резную каменную скамью. Сияна налила ему кубок с медовухой и поднесла трясущимися руками.

- Ой, спасибо! - он глотнул и рана на руке тут же затянулась. Почувствовал Мечислав, что боль в руке утихла и обрадовано сказал своей девушке.

- Этот напиток целебный оказался!

Та радостно закивала.

- А теперь и стрелу из ноги можешь достать, - раздался величественный голос Хозяйки.

Мечислав послушно наклонился и с чудесной лёгкостью вытащил стрелу. Без крови даже и без боли. Рана тут же затянулась.

- Ай-да , чудеса. Ай-да, Хозяйка. Спасибо тебе!

Уже легко вскочил парень и поклонился ей в пояс.

Та спокойно приняла благодарность, лишь кивнула в ответ и пригласила гостей к столу.

Глава 43

Подготовка к свадьбе.

Пировали и праздновали они свое чудесное избавление от врага три дня. Перебрали на второй день на радостях браги да медовухи. К вечеру Хранительница гор показала в своих закоулках где баня. Попарились поочереди, как положено. Отоспались.

На третий день стала Хозяйка разные смешные истории сказывать. Потом музыканты невесть откуда появились и забренчали на гуслях, скрипках, балалайках и дудочках. Наши в пляс пошли. Ну, Сияну, как обычно, никто перетанцевать не может. Хозяйка и Мечислав запыхались, вернулись за стол и стали ей прихлопывать.

- Ох, и девку ты себе отхватил, Мечислав. И артисты не нужны, - со смехом похвалила её Хозяйка.

- Все весело, да думы о Змее мне покою не дают, - признался ей парень.

- Этого добьешь, другой появится. Надо ли тебе это? Змей без головы одной теперча, может, и бросит охоту на вашего брата. Обещаю его подкармливать, да Кощея к нему не пускать.

- А Кощея стоит убивать? - вдруг спросил её Мечислав, вспомнив таинственные надписи в колодце.

Хозяйка задумалась.

- Так то стоит, да не спроста там все написали, про замену зла на ещё большее зло. И оно на земле только будет множиться.

- Что же нам делать тогда? - развёл руками парень.

Тут к ним подсела раскрасневшаяся от быстрого танца Сияна. Уж больно они увлечённо общались, и девушка занервничала. А когда услышала, о чем они говорят, то немного покраснела от лёгкого стыда за свою непрошенную ревность.

- Стройте свою деревню. А я вам подсоблю. Терем вам подарю. А людей по лесам отыщите и к себе приведёте. Детишек народите.

Сияна и Мечислав сидели и внимательно слушали Хозяйку, да краснели как варёные раки от смущения.

- Вот только никак ума не приложу как свадьбу вам сыграть, ежели нужно не упустить ни одного элемента. Сватовство, сговор, заручины или обручение, приезд жениха за невестой, венчание, пир, обряд брачной ночи, последующее гуляние. Первые два, будем считать, что прошли, а вот для обручения я вам подарки приготовила. Обмен петуха и яблока мне видится не слишком удобным…

Хранительница гор загадочно улыбнулась.

- Я придумала для этого дать вам колечки и перстни на выбор. То что выберете, на всю жизнь с вами останется. А что петух? Прокукарекал и подрался, да недолго прожил. А яблоко? Сгнило или съели.

И достала тут Хозяйка откуда-то из-под стола ларец. А там кольца золотые. Красивые. Некоторые с камнями самоцветными.

- Ну, выбирайте, что вам любо, - с улыбкой предложила она, - да и невесте на приданое кое-что приготовила. И выдвинула она ногой из-под скамейки тяжелый сундук. Мечиславу даже жарко стало от того, что там может быть. И неудобно, и совестно.

- Хозяюшка, в приданом нет надобности. У меня нет ничего, кроме рук да меча и у Сияны тоже не должно ничего быть. Так по-справедливому. Да и родителей у нас нет, чтобы своим нажитым добром друг перед дружкой похваляться…

- Ну, ты и премудрый, Мечислав, - расхохоталась Хозяйка, - тогда так возьми от меня свадебный подарок.

- Благодарствуем! – воскликнул он и поклонился ей в пояс.

Парень выбрал девушке золотое кольцо с зеленым смарагдом, который придавал ее глазам таинственный зеленоватый оттенок.

- Дарю тебе его, в честь любви моей вечной, Сияна, - прошептал, сильно волнуясь, Мечислав, что даже во рту у него пересохло.

Сияна тоже выбрала жениху перстень, как подарок на заручины.

- Вот, друг мой милый. Золотой перстень с синим яхонтом, под цвет глаз твоих. Дарю тебе на обручение наше.

Про любовь она побоялась сказать, как будто чувствовала, что слово это священное и его лучше лишний раз не тревожить и не трепать.

Хозяйка откуда-то достала еще один ларец с мелкой золотой монетой и со смехом обсыпала их ими.

- Вот уж не думал, - обалдело начал Мечислав, поймав одну монетку и рассматривая ее, - что когда-нибудь в руках подержу такое богатство, которое только у царей, да князей. А ты, Хозяюшка, нас этим обсыпаешь даже, будто это зерно какое…

Хранительница гор лишь заразительно расхохоталась:

- А, это и есть зерно. Даже хуже его. Зерно вы в землю посадите, хлеб из него вырастите, который есть можно, а это лишь металл холодный. Красивый да, редкий да, но не живой. Собирайтесь, сейчас поедем на венчание. Одежды ваши в комнатах соседних. Разных. Ну, вперед!

Глава 44

Сияна никогда не видела такую красоту. Белоснежная рубаха из неведомой тонкой ткани с длиннющими рукавами, чтобы во время венчания не касаться рукой жениха. Красный сарафан, расшитый золотыми и серебряными нитями. Кое-где попадались самоцветы, которые как бусины были пришиты к особо выразительным частям цветов и неведомых птиц, украшающих сарафан. И красоты невиданной косынка на голову, усыпанная сплошь драгоценными каменьями, что и в сравнения не шла с царскими жемчужными кокошниками.

...У Мечислава тоже была расшитая золотом красная рубаха с затейливым орнаментом и пояс, сплошь усыпанный драгоценными самоцветами. Хозяйка ему и ножны соответствующие подарила, чтобы не расставался он со своим мечом даже на свадьбе. Мало ли...

Когда увидели они друг друга в этих одеяниях, то долго стояли и разглядывали с полуоткрытыми ртами от восхищения, пока Хранительница гор не прикрикнула на них, что опаздывают они уже в церковь...

На тройке гнедых быстрых лошадок лихо доскакали они до ближайшей часовни чудом уцелевшей после того как деревня была сожжена совместными усилиями Змея Горыныча и Кощея Бессмертного...

- Неужто пришла! - всплеснул руками батюшка, хитро улыбаясь и глядя на Хранительницу гор, сияющую в своём великолепном зеленым наряде, - а то ваши лешие и русалки за версту обходят нашу церквушку.

- Что же ты меня с лешими ровняешь, - рассмеялась Хозяйка, - я хочу чтоб жили эти возлюбленные чин по чину и по правде людской вашей.

- Вы бы веночки хоть сплели, не положено, конечно, но у нас приход бедный, венцов не имеем.

И тут достает Хранительница из мешка два венца красоты невиданной. Золотые, с каменьями драгоценными. Батюшка только головой закачал.

- Не побрезгуете? - с улыбкой спросила Хозяйка.

- Ну коль от сердца чистого, то нет, конечно. Проходите, люди добрые, рушник я уже постелил, хоть и не очень верил, что вы придёте. Паренёк, оставь свое оружие на улице.

Хозяйка подсказала спрятать меч в повозке.

В небольшой церквушке было тихо и торжественно. Горели свечи и откуда-то лилась песня молельная, которую исполнял одинокий женский голос. Если и нервничали жених и невеста до вхождения в храм, то войдя, тут же успокоились, словно дети, которые подбежали к защищающему их родителю.

Священник запел, переходя иногда на речетатив, хорошо поставленным голосом:

- Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Благословит тя Господь от Сиона, и узриши благая Иерусалима вся дни живота твоего.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

И узриши сыны сынов твоих: мир на Израиля...

И что-то много ещё...

- Кто был целомудренным до брака, тот тем более останется таким после брака. Напротив, кто до брака научился любодействовать, тот и после брака станет делать то же самое...

И так далее. И чувствовали Мечислав и Сияна, как непроизвольно текут у них слезы по лицу.

Скоро дошла очередь до колец, о которых тоже заранее позаботилась Хозяйка, принеся их на освящение. Серебряное для невесты и золотой перстень для жениха, как положено было.

- Обруча́ется ра́б Бо́жий Мечислав, рабе́ Бо́жией Сияны, во и́мя Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ами́нь.

А подпевал ему все тот же незримый женский голос.

- Обруча́ется раба́ Бо́жия Сияна, рабу́ Бо́жию Мечиславу, во и́мя Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ами́нь.

Осенил он их трижды крестным знамениеи.

Все это время Хозяйка держала над их головами тяжёлые венцы, которые потом были оставлены в дар церкви.

И шло венчание своим чередом...

- Имеешь ли Мечислав произволе́ние благо́е и непринужде́нное, и кре́пкую мы́сль, взять себе́ в жену́ эту Сияну, которую зде́сь пред собо́ю ви́дишь?

Громко и четко отвечал парень: "Име́ю, честны́й о́тче".

- Не обещался ли другой невесте?

Мечислав отвечал:" Не обещался, честны́й о́тче". Тогда обратился батюшка к девушке:

- Имеешь ли произволе́ние благо́е и непринужде́нное, и тве́рдую мы́сль, взять себе́ в му́жа сего́ Мечислава, его́же пред тобо́ю зде́сь ви́дишь?

- Име́ю, честны́й о́тче.

- Не обещалась ли другоому мужу?

- Не обеща́лась, честны́й о́тче.

...После венчания целовали новобрачные иконы и выходили из церкви под колокольный звон. На эту музыку сбежался местный лесной народ, любивший посещать часовню, а Хозяйка уже позаботилась накрыть столы прямо на улице, да и музыканты снова объявились. Ну, и началось гулянье весёлое.

Глава 45

Как сели молодые за красный стол, где им не положено было есть и пить, как гостям, тут же подбежали к Сияне две девицы и ну давай её вытаскивать из-за стола. Она глаза вытаращила, никак не поймёт, что происходит.

- На окручивание!

- На повивание!! Косу расплетать, да две плести! - в один голос засмеялись и стали пояснять они.

И Сияна стала послушно вставать, вспоминая этот обычай. За свою жизнь свадьбу лишь пару раз видела, многое забыла. А девицы расплетают и поют:

Чего мы хотели,

То мы и сделали:

Из дежки – лепёшки,

Из муки – пеленёшки,

Из девки – молодицу.

(русская народная свадебная песня)

Потом её, уже с новой причёской вернули обратно - две косы вокруг головы, а сверху полотняный повойник, красиво вышитый, Хозяйкой приготовленный.

- Слава, когда же есть можно? Я уже с голоду помираю, - пожаловалась новоиспечённая жена мужу.

- Я сейчас тоже готов нарушить все традиции и проглотить того жареного поросенка с яблоком во рту целиком.

И они тихо засмеялись, прикрываясь руками.

Кто-то вдруг крикнул:

- Горько!

- Горько! Сколько будет длиться поцелуй, столько и лет жаркой жизни!

Все засмеялись, а молодожёны покраснели, глаза опустили, на людях никак не заставят себя целоваться.

- Горько! Что же ты муженёк оробел, али хошь, что б жана начала? - крикнул какой-то низкорослый и смешливый молодец с копоной волос песочного цвета и улыбкой до ушей.

- Ну, давай, глубокий вдох и чтоб всем завидно было, - шепнул Мечислав Сияне.

Та кивнула в ответ, но глубоко вдыхать не стала, ибо решила, что это помешает поцелую.

Он наклонился к ней и закрыл её от посторонних глаз. Как целоваться их никто не учил. И Мечислав пошёл по наитию. Просто сидеть, прижавшись губами друг к другу было неинтересно и скучно, тем более, что молодожёны - ребята подвижные и неугомонные.

Вначале парень просто прислонился к ней губами, но они были такими у нее мягкими, а от самой Сияны шёл такой лёгкий благоухающий аромат полевых цветов и даже может быть ягод, что Мечислав вспомнил о сочной землянике. Он нежно провел своими губами по её и даже чуть присосал их, как будто ожидал, что вот-вот пойдёт сок. Девушка судорожно вздохнула и приоткрыла рот, схватившись за рубашку на его груди. Парень, не думая, скользнул языком туда, куда пускают и крепко прижал жену к себе.

Считали походу долго. Кто-то уже начал громко свистеть, кто-то сбился со счету, а кто-то принялся стучать ложками по столу.

Но Сияна и Мечислав как-то приспособились еще и вдыхать осторожно, не разрывая таинство поцелуя. Через несколько минут уже пошли шуточки:

- То их целоваться не заставишь, а теперь не остановишь!

И хохот...

- Всё-всё, теперь вечно жить будете и жар не угаснет! Скоро мы все зажаримся здесь! Сколько можно?!

- Вы окаменели там, что ли?

- Нет, вон как шевелятся, они про нас и забыли!

И снова хохот.

А скоро уж гости и про жену с мужем забыли, пусть себе целуются, все песни запели:

Как по саду было, садику,

По зелену виноградному,

Там ходил добрый молодец Свет Мечислав,

Сам с кудрями разговаривал,

Сам с русыми разговор держал:

- Прилипайте, кудри русые,

Ко моей буйной головушке,

К моему лицу ко белому,

К моему лицу румяному!

- Привыкай, душа, ты девица, Свет Сиянушка

К моему уму ты, разуму!

Уж ты пой-ка гостей, потчевай… (русская народная свадебная песня)

И так далее…

Кажется, где-то в этой части молодые отлепились, но еще не могли долго глаз отвести друг от друга.

Глава 46

Свадебные танцы.

Пришли в себя молодые только тогда, когда вовсю уже шли танцы. Хороводы перешли к тому времени во что-то буйное и быстрое. Кто-то уже начал подбегать к ним и кричать, чтобы они сами выходили и показали всем как танцевать. И хохотали, и шутили.

- Я если не поем, то точно танцевать не смогу, - широко улыбнулась Сияна.

- Уже можно! - их тихий и прожорливый сосед со стороны мужа пододвинул им утку жареную.

- И ещё одну дадут вам в опочивальню. Там жена мужу большой кусок поднесёт. Он же может не подносить. Но если любит, то тоже даст. Обычно меньше, чтобы показать свое старшинство. И там ещё в сапоге есть одна штука для этого самого, - он подмигнул и расхохотался.

Но молодожёны уже накинулись на утку и слушали его в пол уха.

- Ну все, я готова! - со смехом стала вылезать Сияна из-за стола.

- Смотрите, чтобы никто между вам не проходил ни в танце, ни так, пока в свой дом не попадете, - подошла и наставляла их Хозяйка.

- В какой дом? - не понял Мечислав.

И тут они обернулись на всеобщие взгляды. И увидели терем резной. Трёхэтажный. Красоты невиданной.

- Вот это хоромы! - разинул свой большой рот их сосед по столу.

- А крыша-то какая! Резная! - кто-то тоже крикнул от избытка чувств, - все на ней есть! И желоб, и охлупень в виде лошадки, и "курица" в виде утки, и резные причелины и полотенца. А волны какие на причелинах ровные-то...

- Как звать тебя? Я гляжу ты в зодчестве разбираешься? - спросил его Мечислав.

- Барма моё имя.

- Оставайся здесь, деревню будем строить. Терем большой, комнат на несколько семей хватит. А как избы отстроим - у всех отдельное жильё будет. А потом и терема можно после зимы затевать, да и церкву бы престольную!

- Все крикнула "Ура!" в знак согласия, и, было, притихшие музыканты вновь заиграли задорную плясовую.

Ну, тут Сияна снова образовала вокруг себя вакуум, когда закружилась, что даже подол воспарил, да ещё в периодическом прыжке ногу выставлять в сторону умудрялась. Все заахали и заохали, да хлопать принялись. Кто-то попытался составить ей компанию и чуть не встал между ней и мужем, но Мечислав не растерялся, да сбил его так, что тот отлетел в сторону, а сам пошёл в присядку, выкидывая поочерёдно ноги вперёд. Всё засвистели и захлопали, да к ним присоединились.

Глава 47

Гуляли так до темноты. Наелись, напились, напелись и натанцевались. Добраться бы только до ложа. Отворили двери в тереме, но не парадные, а те, которые в чулан вели.

- Подклет в самом холодном месте, по обычаю, - пояснила Хозяйка, провожая их тоже со всеми остальными. Тут раздались тематические песни, которые постарались заглушить пошлые шуточки, а то Мечислав уже пообещал одному из шутников все зубы повыбивать.

Они пели:

- Из колодца вода льется,

Пузырится, пенится.

Пусть подруга от тебя

Никуда не денется. (Русская народная частушка).

Да и сама Хозяйка от них не отставала:

- Муж лихой, да все умеет,

Любит душечку жену,

Пусть теперь, вот, попотеет,

Чтоб любить её одну!

На пороге Мечислав взял Сияну на руки и занёс внутрь. Так молодожёны, наконец, избавились от назойливых гостей, и заперли за ними дверь в свой маленький и холодный чулан, где уже была убрана высокая кровать, застеленная всем белым. Рядом стоял небольшой столик с жареной курицей, одному Богу только известно откуда взявшейся, и бочонок с медовухой, а второй с водой ключевой.

- Ух, - сказала Сияна и бухнулась на кровать, - они нас в эту холодищу отправили, чтобы мы сразу не уснули?

- Видимо. Здесь, вот, медовухи целая бочка, ей согреемся, вон, и шкура медвежья в углу. Я бы не сказал, что холодно, не зима же.

- Завтра первый день осени, - покивала Сияна, - что там наш сосед говорил? Я должна с тебя сапоги стянуть, и в левом какая-то штука будет нужная.

Мечислав не стал пить медовуху, а сел на кровать и взглянул на свою жену.

- Можешь не снимать, я не во все обычаи верю. Мне это не надо, чтобы ты моё старшинство признавала.

Но Сияна молча встала перед ним на колени и медленно стянула правый сапог, глядя ему прямо в глаза. А затем левый, в котором оказался... Кнут.

- Я слышала про это, - усмехнулась девушка, - мужа заставляют стегнуть жену, чтобы слушалась.

- Мне его запихали перед самым входом в дом, а то я бы с ним танцевать не смог. Интересно, какой упырь придумал этот обычай? - с раздражением рассматривал его Мечислав.

И он разломал кнут на две части. А потом на четыре. И бросил в угол. Сияна все ещё сидела на полу и смотрела на это странное действие.

- Неужто ты думаешь, что я способен тебя ударить?

- И даже в шутку? - широко улыбнулась девушка.

- И даже в шутку.

- И даже если я заслужу?

- Никто такого не заслуживает.

- А если я изменю тебе или накричу на тебя? Или брошу что-нибудь в тебя тяжелое в порыве гнева?

- И даже тогда. Ты слабее меня. А кто бьёт или принижает слабого, тот трус презренный...

Пока Месислав говорил, он бросил шкуру медведя на пол.

- Пересядь, на неё, если тебе так нравится сидеть на полу.

- Хорошо. Сегодня я обещаю тебя слушаться, Мечислав, - улыбнулась Сияна и пересела на шкуру.

Новоиспеченный муж последовал за ней...

А наутро их снова встретили гости с песнями и плясками, когда Мечислав вышел со счастливой улыбкой, чтобы взять к себе побольше еды, а то одной курицей сыт не будешь.

Хозяйка поднесла им ещё два каравая, в которые были воткнуты цветы:

- Вот, оказывается, ещё и их надобно было. Да разве все упомнишь?