С новым годом! С новым счастьем!

Глава 1

Не люблю вечеринки, особенно если ради них необходимо убить полдня на макияж и прическу, а потом еще тащиться во флайбусе через полгорода. А уж новогодние вечеринки я не люблю особенно. По моему мнению, и Рождество, и Новый год — праздники семейные, поэтому проводить их надо дома, в кругу родных и близких, а не в толпе малознакомых людей в очередном заведении, не зависимо от степени его пафосности. К несчастью, Глеб умеет убеждать. Иногда мне кажется, что и встречаться мы начали потому, что мне было проще сдаться под его натиском, чем противостоять ему.

Я в очередной раз бросила взгляд на свое отражение, убеждаясь, что все в порядке. В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа в комнату ворвалась Алиска. — Рыцарь прибыл! К сожалению, дракона он притащил с собой, — сообщила эта нахалка. Я только вздохнула. Алиске Глеб совершенно не нравился. Она отказывалась говорить почему, зато никогда не забывала лишний раз напомнить про это. — Алиса, сколько раз я просила не называть Глеба драконом?! — Миллион, — Алиска лукаво улыбнулась, — плюс-минус. Но кто тебе откроет глаза, если не родная сестра?! — Патетично закончила она. — Родная МЛАДШАЯ сестра, — напомнила я ей. Разумеется, впустую. Алиска только фыркнула и закатила глаза. — К тому же, не всем девушкам нравятся рыцари, некоторые предпочитают драконов, — я попыталась надавить авторитетом умудрённой опытом старшей сестры.

И тоже безрезультатно. Алиска с рождения считала, что меня надо опекать и наставлять на путь истинный, раз уж у меня не получается. Почему-то все окружающие думали так же. «Рина у нас такая... Ну, вы знаете... Ей с цифрами интересней, чем с людьми! Да, да, совсем не умеет общаться!..» — Твердили все родственники, друзья и знакомые. Отчасти они были правы. Я действительно предпочитала цифры людям, а как иначе, если профессию бухгалтера выбрала по зову сердца? Цифры не лгут, не притворяются, не навязывают своего мнения... Тройка никогда не будет пытаться казаться шестёркой, а нуль не будет претендовать на роль семёрки. Цифры честны, логичны и беспристрастны. Чего не скажешь о людях...

— Где ты, моя зеленоглазая, гдеее?... Глеб не отличался терпением. И пел так себе. Только ему не говорите, обидится страшно, в его, Глеба, представлении он — идеален во всём. Я же говорю, цифры честней. — Глеб, я же просила! Мне не нравится эта песня! — Крикнула я в надежде, что это остановит дальнейшие попытки продемонстрировать нам «неплохой, знаете ли, баритон». — А мне нравится! Эта мода на старинные песни очень мне импонирует, ты ведь знаешь... — Глеб многозначительно замолчал.

О да! Я знала. После того, как Глеб заказал на каком-то сомнительном портале свою генеалогическую карту, недели не проходило, что бы нам не напоминали про «древний род Твердохлебовых»... Меня спасало только то, что «род Лисицыных» оказался древней. — В доооме, где резной полисад! — Закончил Глеб свою «серенаду». — Кстати, а что такое «полисад»? — Па́лисад. Стена из кольев, часть фортификационных сооружений, со временем утратившая свое оборонительное значение и ставшая декоративным элементом. Проще говоря, в данном случае — резной забор. — Послышался ещё один голос, заставивший меня невольно улыбнуться. — Зануда! Всё-то ты знаешь, Дэн. — Глеб был почему-то не рад ответу. — Мы это на первом курсе проходили. «История архитектуры», помнишь? — Вот оно мне надо — помнить такие мелочи! В этом был весь Глеб — мелочи его не интересовали, он играл только «по-крупному». Тем интереснее — зачем ему я? Не из-за «девочек Лисси» же?..

Я решительно отмахнулась от непрошенных мыслей. Глеб был талантливым архитектором, с большим потенциалом, это признавали все, в том числе и старшие Лисси. Просто ему пока не слишком везло — мало кто из заказчиков по-настоящему грандиозных проектов готов был рискнуть и довериться «серой лошадке». Твердохлебов не собирался «размениваться по мелочам», как Денис, который тоже был архитектором, но брался практически за любой заказ. Нет, Глеб ждал «тот самый шанс», который позволит показать его во всем великолепии, и не собирался упускать ни малейшей возможности его получить. — Понимаешь, Рина, мне не нужно, чтобы проектов было много! Мне хватит и одного, но особого! — говорил он мне каждый раз, когда разговор касался его работы.

Глеб и Денис ждали меня в гостиной. И опять я невольно отметила, насколько они непохожи. Мама, увидевшая их в первый раз, задумчиво процитировала древнего поэта: «Они сошлись. Волна и камень, Стихи и проза, лед и пламень...» Правда, Алиска поспешила напомнить, что эта история дружбы кончилась весьма плачевно, но под маминым взглядом заторопилась к себе в комнату. Импозантный Глеб, с его холодной красотой, идеальный от кончиков его полированных ногтей до носков начищенных ботинок, и Денис, с широкой улыбкой и открытым взглядом, выглядящий несмотря на все старания, немного взъерошенным, казалось, не могли иметь ничего общего.

Как-то Алиска в сердцах заявила, что Глеб таскает Дениса с собой, чтобы на его фоне выглядеть еще более ослепительно. Однако, Глеб и Денис уже больше двадцати лет были лучшими друзьями. Так что заподозрить в маленьком Глебе такие глубины коварства и продуманности было невозможно.

Они встали навстречу мне, как всегда, Денис — сразу, Глеб — чуть помедлив. Я подошла к Глебу и — тоже как всегда — увернулась от поцелуя, подставив щёку. Не люблю целоваться на людях. Глеб, как всегда, нахмурился — ему, наоборот, нравилась... публичность. Я, как всегда, сделала вид, что не замечаю его недовольства, и привычно подставила щёку и Денису. Такой вот у нас был ритуал. Многим он казался странным, некоторые даже отпускали шутки на грани приличия. Честно говоря, природа наших отношений была... не странной, просто необычной. Для тех, кто не верил в дружбу между мужчиной и женщиной.

С Глебом я, конечно же, не дружила, мы были почти помолвлены. Почти, потому что Глеб в шутку предложил, а я в шутку согласилась. Дружили мы с Денисом. Я, правда, сама первое время сомневалась, но он сумел как-то незаметно и завоевать мое доверие, и вызвать приязнь, и, в конечном итоге, стать частью моей жизни. Причём, как мне иногда казалось, гораздо большей, чем Глеб.

Денис всегда готов меня выслушать, помочь, провести со мной время. Я знала, что когда бы я ни обратилась к нему, Денис будет «на связи», в отличие от Глеба, который может сбросить вызов, отговорившись работой, или не пойти со мной на выставку комнатных растений, которые я обожаю, сославшись на аллергию... Не то, чтобы Глеб мной пренебрегал, но Денис был надежнее.

Вы спросите, почему я невеста Глеба, а не Дениса? Во-первых, мы любили друг друга (мы — это я и Глеб, а не я и Денис). Во-вторых, Денис меня не любил. На все вопросы, подколки и шутки на эту тему, Денис неизменно улыбался и признавался мне в неземной любви с таким пылом, что становилось понятно, что это трёп чистой воды. Я иногда ему подыгрывала, в основном потому, что Глебу нравилось разыгрывать сцены ревности, театрально отрекаться и от друга, и от невесты, грозиться себя убить или уйти в монастырь, что для Глеба одно и тоже. Однако это не мешало ему на следующий же день общаться с нами как ни в чём не бывало.

Да, чаще всего мы проводили время втроём. Или вдвоем с Денисом, когда у Глеба случалась работа, аллергия или... не было настроения. Так мы и жили.

— Алиса, ты помнишь, что мама ждет тебя через час в поместье? — напомнила я сестре. Алиса демонстративно закатила глаза и театрально вздохнула. Не знаю, рассчитывала ли она на то, что я проявлю сострадание, и позволю ей остаться в моей квартире, где она жила с начала этого учебного года, или надеялась на то, что Денис, «рыцарь без страха и упрека», спасет её от очередного семейного новогоднего торжества, предложив отправиться с нами на вечеринку, но в этот вечер ей откровенно не везло. — Хочешь, я попрошу кого-нибудь из тетушек заехать за тобой? — обманчиво мягко предложила я, с удовлетворением наблюдая, как перекосило сестрицу от этого предложения. — Не надо! — практически взмолилась Алиса. — Я сама вызову такси!

Увы, Алиса пребывала в том самом возрасте, когда семейные праздники кажутся скучными, собирающиеся на них родные — старыми и занудными, а опыта самостоятельных вечеринок (и проблем, возникающих из-за них) еще нет. Я даже немного позавидовала сестре — уж она была бы в восторге от перспективы встретить новый год на восемьдесят пятом этаже башни в центре столицы, в компании малознакомых людей. Это было несправедливо — обе мы хотели оказаться в новый год совсем в другом месте, но никак не могли поменяться местами.

Во флай-такси я спросила Дениса о его последнем проекте. — Уже сдал. Было интересно. — Предусмотрительно немногословно ответил он. — Интересно? Да что там у тебя может быть интересного? Что ты там делал на этот раз? Типовой проект типовой агрофермы для начинающих колонизаторов? — Глеб презрительно скривился.

Так было всегда. За годы нашего знакомства я слышала подобную тираду десятки, если не сотни раз. Глеб совершенно искренне не понимал как можно размениваться на проекты агроферм, детских комплексов, геологических станций для планеторазведки и других, по его выражению, «мелкашек». Денис так же искренне не понимал как это может быть не интересно, ведь работа над проектом не сводилась к просто «нарисовать домик». Денис пересматривал десятки источников, просматривал множество существующих проектов, общался по сети с пользователями, выясняя какие у них замечания и предложения. Не исключено что нежную привязанность моей сестры он заработал часами выспрашивая у неё, что бы она хотела видеть в новом детском комплексе. Алиска с важным видом вещала, а потом, на открытии, с пафосом показывала мне нововведения, появившиеся по «её велению».

— Конечно интересно. Кстати, это был не типовой проект фермы, а спецпроект для Сигмы-84. Ты когда-нибудь просчитывал инсоляцию, когда у планеты два солнца? — Денис привычно пропустил мимо ушей насмешку друга. — А оно мне надо? Заниматься такой ерундой? Сколько нужно коровке солнышка, чтобы она давала больше молочка? Детский сад, штаны на лямках! — Значит тебе повезло, что этим занимаюсь я. Как там тот проект для Мэйфера? — Сорвался! Какой-то козёл увел прямо из-под носа! Знаешь, чем он их взял?! Традиционностью! Видите ли, мой проект Оперы был слишком «футуристичным»! Мы же не в 21 веке живем! Вот что плохого в остеостекле?! Залил, поставил опоры, жди пока вырастет! Красиво, эффектно, оригинально, а какие формы получаются? Заглядение! Как у этого?.. Как его?.. — Гауди? — Привычно подсказал Денис. — Где ты провёл весь первый курс?! — А то ты не знаешь? — Хохотнул Глеб. Судя по выражению его лица, на первом курсе ему было... весело. — Не суть. Гауди так Гауди. Во всяком случае, это был грандиозный проект! А они польстились на колонны! Колонны, Дэн! — А что плохого в колоннах? — А что хорошего?! Остеостекло — материал будущего! А они выбрали колонны! — Глеб, оно стоит как галактический крейсер. И неизвестно, как поведет себя со временем. — Подумаешь! Мэйфер может себе это позволить! — Видимо, не может. Или не хочет. — Ну и ладно. Я ещё посмотрю, что у них получится. С колоннами!

Я в разговор не встревала. Не то чтобы я вообще ничего не понимала в архитектуре... За столько лет знакомства и постоянных разговоров о чем-либо только очень ленивый человек не начнет разбираться в предмете, а я ленивой не была. Поначалу, я пыталась вставить свои замечания, но после отповеди Глеба — «Вот чего ты лезешь туда, где ничего не понимаешь? Я же тебя считать не учу!» — перестала. Но в который раз мысленно согласилась с Денисом. Остеостекло — новый материал, которым грезил Глеб, действительно стоил немыслимых денег, да и свойства его были не до конца изученными. Некоторые эксперты даже предрекали ему скорое забвение, так как по их расчетам, с течением времени остеостекло станет очень хрупким, что может привести к плачевным последствиям. Глеб от этого отмахивался и твердил, что за остеостеклом будущее. Правда, до этого он говорил так о матричном строительстве, а до этого об эко-технологиях, а до этого... В общем, Глеб натура увлекающаяся.

Когда мы наконец добрались до нужного небоскрёба, Глеб накрутил себя настолько, что выскочил из такси и поспешил ко входу, даже не подождав нас. Денис невозмутимо расплатился с водителем и привычно подал мне руку, помогая вылезти из флайбуса. Сначала это меня раздражало — что я немощная? А потом одна из тёток, после моих жалоб, назвала меня бестолочью, не видящей собственного счастья. По её словам, мужчина манерами женщину не унижает, а возвеличивает, делая её, женщины, жизнь проще и приятнее. После этого разговора я крепко призадумалась и перестала фыркать на Дениса, тем более Глеб мне таких знаков внимания не оказывал, считая себя прогрессивным человеком.

Вечеринка, хоть и приуроченная к Новому году, практически ничем не отличалась от большинства подобных, когда малознакомые люди перемещаются из комнаты в комнату, пьют алкоголь, что-то едят, танцуют, говорят о всяких глупостях или играют в игры. В общем, я и правда не люблю вечеринки, но Глеб в который уже раз меня уговорил. Сама не понимаю как.

Вообще, Глеб — мастер уговоров. Одна из моих тётушек сказала про него — «проще сказать „да“, чем объяснять почему „нет“». Иногда мне кажется, что начать наши отношения он меня тоже скорее уговорил. Нет, он, конечно, долго и красиво ухаживал, но... В любом случае, нашими отношениями, я довольна. Глеб красивый, весёлый, любовник хороший, а если и случались какие-то проблемы, так у кого их нет? С Глебом просто нужно проявлять чуть больше терпения, чем с другими, но разве он того не стоит? Вот и сейчас, когда Глеб ввинтился в толпу гостей, оставив меня с Денисом, я только пожала плечами. Глеб обожает вечеринки, я — нет, но мы пара, а в отношениях нужно идти на компромисс. — Принести тебе чего-нибудь? — Отвлек меня от размышлений Денис. — Да, пожалуйста. Без чего-нибудь алкогольного я этот вечер не переживу. Денис понимающе кивнул и скрылся в поисках барной стойки.

Я внутренне поёжилась, но взяла себя в руки и сделала вид, что мне безумно нравится находится здесь. Что, правда, не помешало мне выискивать в помещении укромный уголок. Обходя по широкой дуге квартиру, я улыбалась, перекидывалась шутками с гостями и совершенно не беспокоилась о том, что Денис не найдет меня на прежнем месте, он каким-то непостижимым образом находил меня в любой толпе...

Иногда я немного завидовала Глебу, который чувствовал себя на таких вечеринках как рыба в воде. Он уверенно лавировал между гостями, останавливаясь то у одного, то у другого, о чем-то говорил, над чем-то смеялся, изредка возвращаясь к нам с Денисом, чтобы перекинувшись парой слов тут же устремиться к кому-то из новых гостей.Мы с Денисом устроились на диване в одном из укромных углов, и я принялась разглядывать происходящее. Гости развлекались вовсю, с шумом, гамом и неизменным алкоголем. До нас долетали взрывы смеха, обрывки разговоров, звон бокалов. Я с благодарностью приняла из рук Дениса очередной коктейль, весьма своеобразного вида.

— «Кармодианские пески», -Денис часто отвечал раньше, чем я успевала задать вопрос. — Тебе должно понравиться. Не знаю, что именно намешали в эти «пески», но Денис оказался прав — с последним глотком на меня, наконец, снизошло новогоднее настроение. На волне этого настроения я, вернее мы с Денисом, даже поучаствовали в общем веселье.

Мода на ретро коснулась не только песен. Вечеринка тоже была в этом стиле, так что развлечения были соответствующие. Половину их все совместными усилиями вспоминали из детства, другую искали в галанете. Некоторые были лишены всякого смысла, другие — даже опасны. Взрывать нам, разумеется, никто бы не позволил, хотя кое-кто из гостей, у кого настроение было поновогоднее моего, намекал, что вопрос решаем, и звал всех на крышу. К счастью, мало нашлось желающих выйти на крышу стоэтажного небоскреба. Так что мы волне мирно походили взявшись за руки вокруг голограммы наряженной ёлки, для чего пришлось вытаскивать голоплатформу на середину помещения. Какой в этом был смысл никто точно не знал, но большинство помнили, что в детстве так делали по настоянию старших родственников. Правда, дерево было живое, но тогда на Изначальной еще можно было рубить деревья. Потом мы весело лезли на стул — рассказывать стихи или петь песенки. Всё действо сопровождалось взрывами хохота, потому что гости разной степени трезвости пытались вспомнить стишки и песенки своего детства и при этом не свалится со стула. Дело осложнялось тем, что единственные стулья в этой квартире были барные, так что «сцена» для «выступающих» была крохотной. Глеб, как всегда, отличился, умудрившись станцевать.

Когда очередь дошла до меня, я хотела отказаться, так как «Пески» оказались немного зыбучими, и уверенности, что я не рухну со «сцены» у меня не было никакой. И когда я уже было открыла рот, чтобы начать отнекиваться, над моим ухом прошептали: — Не бойся! Что бы ни случилось, я с тобой. Надо ли говорить, что это был Денис?.. С его помощью я вскарабкалась на стул и спела песенку про зайчика и мышку, которые играли в прятки. На протяжении своего «выступления» я искала глазами Глеба, но так и не нашла. Только слезая, я наконец, заметила его в дальнем углу мило беседующим с блондинкой в таком коротком платье, что оно больше походило на удлиненный топ. От этого зрелища ноги у меня подкосились и я упала бы, если бы Денис меня не подхватил. — Что случилось? Ему как всегда хватило одного взгляда, чтобы понять, что со мной что-то не так. — Ничего необычного. — Сквозь зубы процедила я и направилась к сладкой парочке.

В этом действительно не было ничего необычного. Глеб постоянно общался с женщинами на грани флирта, и я могла бы уже привыкнуть, но каждый раз это выбивало меня из колеи. Глеб клялся и божился, что ничего такого в его общении нет, что так уж он устроен, что я вижу то, чего нет и вообще... Я каждый раз давала себе зарок, что больше не буду реагировать на это, но каждый раз срывалась. — Не помешаю? — Елейным голосом поинтересовалась я, дойдя до Глеба и его визави. — Конечно нет, дорогая. — В голосе Глеба неб было ни тени смущения. — Камилла, ты знакома с моей... невестой? Девушка окинула меня долгим взглядом из-под длинных блестяще-синих — в тон платью — ресниц и скучающим тоном протянула: — Не думаю. — Тогда позволь представить тебе — Рина Лисицына. Рина, это Камилла Трасс, моя будущая клиентка. — Очень приятно. — Я улыбнулась как можно приветливее.

С клиентами Глеба нужно было вести себя очень осторожно, как с бабочками, а то одно неловкое слово — и упорхнули. — Ага. — Ответила Камилла и тот час потеряла ко мне интерес. — А это мой друг — Денис, тоже архитектор, но тебе я бы его не советовал, он у нас всё больше по типовым проектам, а тебе ведь нужно что-то уникальное? Последние слова Глеб почти промурлыкал, проникновенно глядя в её глаза. — Ага. Чтобы ни у кого не было. — Такого точно ни у кого не будет, я обещаю. Дорогая, ты нас не оставишь? Надо обговорить технические детали, тебе будет не интересно. Развлекайся без меня, ладно?

Что тут сделаешь? Остаться — показать себя ревнивой дурой, уйти — ... А что, собственно, случится? Глеб никогда не давал мне серьезных поводов для ревности, а то, что он расшаркивается перед этой Камиллой и мурлычет, как кот перед миской со сливками... Такие девушки, как она, наверно, не привыкли к деловым разговорам и такую манеру общения воспринимают как должное. Так что я улыбнулась и как можно более беспечно произнесла: — Конечно, милый, не буду вам мешать. — Ага. — Ответила мне Камилла все еще не глядя на меня. — Пойдем, там как раз начали играть в «Мафию».

Денис обнял меня за плечи и увел к остальным гостям, которые весело разбирали карточки для игры. Мне досталась роль «мирного жителя». В ходе игры я посетила «путану», один раз вычислила «мафиози» и в конце концовбыла зарезана «маньяком». Так что я со спокойной совестью и интересом стала наблюдать за игрой со стороны. К моему удивлению, Денис оказался «босом мафии» и хладнокровно вёл охоту сначала на «шерифа», потом на «доктора», потом на «маньяка» и почти нашел «путану», как его вычислили. К тому моменту, мне уже стало неинтересно наблюдать за игрой, так что мы отошли к столу с закусками.

— Ничего себе! Не замечала у тебя таких талантов! — Восхитилась я его игрой. — Это просто психология и немного удачи. — Да ладно. Но почему ты начал с этих персонажей? — Чтобы не мешали, конечно. Если бы у меня получилось, потом просто по порядку вывел бы всех из игры. Но увы! — Ты так убедительно доказывал, что ты не «мафия», я бы поверила, не видя это своими глазами. — Ты вообще доверчивая. — Я? С чего ты взял, я вообще никому кроме «Главбуха» не верю, да и в нем в конце года сомневаюсь! — «Главбух» — это моя бухгалтерская программа и в нее я действительно верила, но всё-таки проверяла, особенно когда делала годовой отчет. — На что ты намекаешь? — Ни на что. — Покаянно развел руками Денис. — Разве что на тот случай с твоим фикусом любимым... — Ах, ты... — Я несильно ткнула его в плечо.

Я до сих пор не простила Денису этот розыгрыш. Перед первым апреля он напечатал на био-принтере роскошный белый цветок и приклеил его к моему любимому фикусу Семёну Петровичу. Я полдня радовалась, фотографировала это чудо и хвасталась в соцсетях, даже дышать на него боялась, пока цветок не отклеился и упал мне в руки. Естественно, я позвонила Денису пожаловаться на судьбу, отнявшую у меня «мою прелесть». Денис мне сочувствовал, утешал, но а конце концов признался, что это его рук дело. Зла я была неописуемо, даже готовила ему план мести, но вечером того же для Денис принес мне Pugillus ignisea, за которым я охотилась уже год. Конечно, я сменила гнев на милость, а золотисто-рыжий Pugillus, которого я назвала Евфением, с тех пор стоял у меня на столе.

Тем временем, игра уже закончилась, а полночь приблизилась. Хозяйка вечеринки громко объявила о еще одной новогодней традиции. Пока она разъясняла суть традици, я судорожно искала глазами Глеба, ведь без него мне просто не с кем было ей следовать... — Все всё поняли? Повторю ещё раз для невменя... невнимательных. Становимся рядом со своими вторыми половинками и, когда выключится свет, целуем их пока бьют часы... — Голос хозяйки, в общем, довольно приятный ввинчивался мне в уши, вызывая панику.

Где Глеб?.. Кого мне целовать?.. Я растерянно замерла и почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Облегчение, накрывшее меня, когда Глеб, наконец, подошёл ко мне, было таким сильным, что даже почти прилипшая к его локтю Камилла его не уменьшила. — Заждалась, дорогая? — Глеб очаровательно улыбнулся. — Обсуждение немного затянулось. — Ага. — Подтвердила Камилла, хотя её об этом никто не просил.

Глеб нежно ей улыбнулся, но руку всё-таки высвободил. — Готовы? — Слово взял муж хозяйки, та, видимо, уже охрипла. — Пять, четыре, три, два, один. Поехали! Свет во всей квартире выключился, окна затемнились и нас окружила полная темнота. В первое мгновение я опешила. Темно было так, что мне показалось, что я повисла в открытом космосе. Как будто вместе со зрением выключились и остальные органы чувств. На меня накатила паника, я зашарила в темноте руками, пытаясь найти Глеба. Руки схватили пустоту и я не сдержала жалобный всхлип. Меня тотчас обвили сильные мужские руки и сжали в объятьях. В порыве благодарности я подняла голову и нашла губы... То ли полная темнота, то ли коктейли, то ли... Не знаю почему, но поцелуй был самым прекрасным в моей жизни. Нежный, страстный, лёгкий, глубокий... Он был всем, чем может быть поцелуй, до головокружения, почти обморока... Оторвавшись, я только и смогла почти беззвучно прошептать: — Глеб... — Имя слилось с последним ударом часов. И сразу осталась одна.

Свет включился, окна посветлели и все побежали смотреть новогодний фейерверк, благо вид из окон был самый подходящий. А я осталась стоять — растерянная, не понимающая что это было. Нет, Глеб умел целоваться, но это... Ни один из наших поцелует и близко не был похож на этот. Как такое вообще может быть?!.

Я огляделась в поисках Глеба. И даже не удивилась, найдя его в компании Камиллы. Её усыпанное блестками платье отражало огни фейерверков и переливалось всеми цветами радуги, пряча его настоящий — синий — цвет. Глеб что-то ей рассказывал, показывая на фейерверки, видимо, приводил их как пример ее будущего дома. Дом в виде фейерверка вполне в духе Глеба... Но как он мог! После такого поцелуя!.. И Дениса не было нигде видно... Хотя нет, вон стоит, с какой-то брюнеткой... Видимо, с ней он целовался... Эта мысль показалась мне неожиданно неприятной. Я никогда не интересовалась его личной жизнью, да и он не распространялся про своих девушек, но они же были...Наверное... И это никогда меня не волновало, так почему сейчас вид этой девушки, тянущейся чтобы что-то сказать ему на ухо, так действует мне на нервы? Или это всё из-за Глеба?..

Я чувствовала себя брошенной. Причём «предательство» Дениса оказалось гораздо больнее. Я так привыкла, что он всегда рядом, что поддерживает меня и заботится, что оказалась не готова остаться в расстроенных чувствах одна... Это было обидно и больно! И тут внутренний голос, который обычно и побуждал меня проверять после «Главбуха», не спросил у меня — а что дала Денису я?.. Моральное удовлетворение от моей компании? А так ли я ему нужна? Что если всё это просто проявление его доброты? Или того хуже — жалости?.. Зачем ещё ему со мной возиться? Денис с детства дружит с Глебом и привык сглаживать все его углы и исправлять ошибки. Вот и со мной... Видя, что как Глеб себя со мной ведёт, попытался как мог исправить ситуацию, а я восприняла это как должное и даже не задумалась — каково самому Денису?.. И вот, когда он, наконец, проводит время как ЕМУ хочется, я бешусь...

Настроение, и так не слишком радостное, несмотря на коктейли, испортилось совсем. Мне захотелось домой — смыть макияж, переодеться в любимую пижаму и, как в детстве, смотреть на мигающую гирляндами елку пока не усну. Только зачем это делать одной, когда у меня есть жених? Я решительно направилась к нему. Меня ждало очередное разочарование. Глеб так увлечённо беседовал с Камиллой, что не обратил на меня внимания. Я постучала его по плечу, выразительно кашлянув.

— Что? — Довольно резко ответил Глеб. — Я устала и хочу домой. — А я — нет. — Ещё резче. — Тебе не кажется, что ты должен отвести меня домой? — Вызови такси! — Глеб! — Что?! Ты не можешь хоть один день не быть такой занудой? — Ага. — Вставила Камилла. — Вот такая я вот занудная НЕВЕСТА. Видимо, уже бывшая. — Ну, что ты начинаешь? Попроси Дэна, он отвезёт. — Во-первых, он занят. Во-вторых, почему он должен меня отвозит, когда есть ты? В-третьих... — Ты можешь хоть иногда не считать?!! — А ты можешь вести себя не как скотина?! — Что?!! — Что слышал!!

Я вдруг поняла, что на нас все смотрят. Это было так стыдно... Я никогда ни на кого не кричала на людях. Да и не на людях, если уж на то пошло... Я нашла глазами хозяйку вечеринки и выдавила: — Простите, мне очень жаль... — Передо мной извиниться не хочешь?! — Глебу стыдно не было, скорее, наоборот. — Извини. — Машинально произнесла я. — И перед Камиллой! — Что? — Извинись перед Камиллой!

Я нервно облизала губы, чувствуя вкус «Песков» и поцелуя… Как может один и тот же человек ТАК целовать и ТАК себя вести?.. Извиняться перед Камиллой?!! Да как он может?! Я заметалась взглядом по Глебу, пытаясь понять, что я в нем нашла?.. Что в нём такого, чтобы я терпела всё это?! И тут я заметила бокал в его руке… Шампанское… Но… Я отчетливо помнила вкус мандаринов на губах когда целовала его… Его ли?.. Мандарины… Точнее, мандариновый ликёр, делающий «Кармодианские пески» такими пронзительно-оранжевыми… Глеб не пил этот коктейль! Он вообще не пьёт коктейли! Это так не вяжется с «древним родом Твердохлебовых»! «Пески» пила я и… Денис! Меня целовал Денис?! Лучший поцелуй в моей жизни был с лучшим другом?!

Я прижала ладонь к губам. Быть этого не может! Зачем это Денису?.. Почему Глеб это позволил?.. Как вообще такое могло быть?!! - Глеб… - Я не знала что сказать… Как спросить о таком? - Что «Глеб»?!!

Я в отчаянии провела рукой по рукаву его рубашки. Рука соскользнула. Соскользнула… Рубашка Глеба была из шёлка, скользкого, гладкого шёлка… А во время поцелуя мои руки гладили плечи обтянутые шероховатым хлопком… Я оглянулась туда, где в последний раз видела Дениса. Он так и стоял, рядом с брюнеткой, стоял и смотрел на эту безобразную сцену… И глаза его потемнели, став одного цвета с тёмно-серой ХЛОПКОВОЙ рубашкой, мы вместе ее покупали… Я опять посмотрела на Глеба. - Так это был не ты?! Не ты целовал меня? - Вспомнила, наконец! - Но кто тогда?.. – Правда была такой шокирующей, что я не хотела её признавать. - Вспоминай! С кем ты лизалась, как последняя шл…

И в челюсть Глеба влетел кулак. Не мой. Хотя и очень хотелось… - Следи за словами! – В голосе Дениса не было обычной теплоты, только злость. - Дэн! Какого чёрта ты её защищаешь?! – Глеб потрясенно вытер кровь с разбитой губы. – Она мне тут рога наставляет, а ты… - На себя посмотри!

И тут до меня дошло! Если я целовалась с Денисом, то где был Глеб? И с кем?! Фейерверк закончился и в ярком свете я, наконец, заметила, что вся рубашка Глеба усеяна блестками. Синими… - Как ты мог?.. – Только и смогла я сказать. - Что?!! Что ты на меня так смотришь?! - С этой «Агакалкой»? Почему, Глеб? - Почему?! Тебе сказать почему? Потому что мне надоело! Ты мне надоела! Твои цветочки, твои циферки, твои тётки, которые смотрят на меня, как на пустое место! Почему палец о палец не ударили, чтобы мне помочь?!! Я что мало прошу?!! Камилла – мой шанс!!! Шанс, который с тобой, арифмометр ходячий, мне не светит!

В голове вдруг стало пусто, а в груди холодно. Так вот в чём дело!.. - Не подозревала, что ты знаешь такие слова как «арифмометр». Ты льстишь себе, Глеб. Мои тётки смотрят на тебя не как на пустое место, а как на место заполненное… Впрочем, не важно чем. Не упусти свой шанс, Глеб. Держись обеими руками. Только… С дорогих платьев блестки не отваливаются, так что неизвестно кто чей шанс.

Я повернулась к хозяйке вечеринки. - Ещё раз прошу меня простить. Вечеринка была чудесная, спасибо. Однако, боюсь, что не могу и дальше наслаждаться ею. До свиданья, провожать не надо. С этими словами в гробовой тишине я пошла к выходу, изо всех сил стараясь не расплакаться.

И мне удалось. Я держалась в лифте, в холле, даже на стоянке. Но сев в подъехавшее такси – флайбусы запретили до утра – я всё же разревелась. Водитель – немолодой мужчина с добрым лицом – посмотрев в зеркало заднего вида молча протянул мне коробку с салфетками. - Подождать его? – Участливо спросил он. - Кого? – Сквозь слёзы спросила я. - А вон парень бежит. Явно к нам. - Нет! Пожалуйста, уезжайте. - Как скажешь. Я бы подождал, на нём лица нет… - Совести у него нет! - Мозгов тоже, раз такую девушку обидел…

Водитель всё же тронулся с места, но я успела увидеть, что к такси бежит не Глеб, а Денис…

… все было так, как я хотела. Пижама, ёлка. Огоньки гирлянд расплывались от слёз, стоявших в глазах. Мне казалось, что я все свои слезы выплакала в такси, но как только я устроилась под пледом перед ёлкой, они снова навернулись на глаза. - Не буду плакать из-за него! – Сказала я себе. – Ни слезинки больше не пролью! Ни одной! «Из-за кого?» - ехидно поинтересовался внутренний голос. - Оба – придурки! Два сапога пара! Ненавижу! «Дениса-то за что?» - А чего он полез?! У благотворительности должны быть пределы! «А может это не благотворительность?» - А что еще? «А если подумать?» - Не буду о нем думать! Не хочу и не буду! «Ну-ну…»

Я старательно выбросила из головы все мысли о Денисе. Минуты на две. Потом взгляд остановился на висящем на елке мандарине – старая семейная традиция – и я опять вспомнила поцелуй. Почему с ним это было так… Сказочно? Восхитительно? Невообразимо прекрасно? Как можно описать поцелуй, от которого кружится голова, слабеют колени, а сознание гаснет и хочется только продолжать целоваться, чтобы узнать, что дальше? Как дальше?.. Как с ним?.. И почему с Глебом не было ничего подобного?!! Я ведь любила его! Наверное… Любила ли? Оглядываясь на наши отношения, я вдруг совершенно точно поняла – нет! Не любила. Он мне нравился, мне льстило его внимание, в постели он никогда меня не разочаровывал, но это точно была не любовь. Привычка?.. Желание быть «нормальной женщиной»?.. Почему я позволила всему этому случиться? Почему не обратила внимание на все тревожные «звоночки»? Его грубость, высокомерие, пренебрежение? Стерпится – слюбится? Как бы ни так! Не стерпится, потому что терпеть унизительно, и не слюбится, потому что нельзя любить того, кто заставляет тебя терпеть! Но каков всё-таки мерзавец! Ему была нужна не я, а моя фамилия! Не удивлюсь даже, если бы после свадьбы он взял бы её, несмотря на «род Твердохлебовых». С другой стороны, хорошо, что все выплыло наружу ДО свадьбы… Но Денис? Почему?..

И ответом на мой вопрос стал звонок в дверь. Я почему-то была твёрдо уверена, что это он. Не мой несостоявшийся жених, а мой лучший друг… Вернее, лучший друг моего бывшего жениха! Вот он за всё и ответит! Я сорвалась с дивана и, путаясь в пледе, фурией кинулась открывать. Денис стоял на пороге без привычной улыбки, хмурый и сосредоточенный. Я, смутившись на мгновение, всё же отвесила ему пощечину. Денис даже не попытался отстраниться, хотя я довольно долго замахивалась. - Не спросишь за что? – Прорычала я. - Я заслужил. - Да неужели? И за что? - Я поцеловал тебя, хотя не имел права…

- Зачем?! Зачем вообще ты это сделал?!! Из жалости?!! Бедная, брошенная Рина, надо её утешить, бедняжку! Мне не нужна твоя жалость! - Я сделал это потому что хотел. Я хотел этого с нашей первой встречи. - Что?! - Я хотел поцеловать тебя с первой нашей встречи. Все эти годы. Каждую секунду, проведённую с тобой. - Но… Почему ты мне врал?! - Врал? Я ни разу не соврал тебе. - Но ты говорил… - Я осеклась.

Он никогда мне не врал… Он говорил, что любит меня не один раз. Глядя мне в глаза, признавался в любви не один раз, а я, дура бестолковая, принимала это за шутку… Все эти годы… Был рядом, помогал, поддерживал, утешал… А я… Воспринимала это как должное, говорила дежурное «спасибо» и не разу не задумалась… Какая же я дрянь…

Слёзы снова покатилась из глаз. Мне было больно и стыдно. Больно за Дениса и стыдно за себя. Как я могла быть такой слепой?! Его доброта, отзывчивость, готовность помогать… Конечно, это черты его характера, но я ими так беззастенчиво пользовалась, не давая ничего взамен… - Прости, пожалуйста, прости меня. Я была такой дурой! Прости… Денис озадаченно потер щёку, которую я ударила. - Кажется, мы свернули не туда, а я не заметил развилки. Это же я должен извиняться. - Нет. Я должна просить у тебя прощения. За всё это время… Я так мерзко вела себя с тобой… - Рина… - Денис выдохнул мое имя и обнял меня так крепко, что мне стало трудно дышать. – Ну, чего ты? Не плачь, пожалуйста, не могу слышать, как ты плачешь, ты разрываешь мне сердце… - Зашептал он мне на ухо. - Ты всё это время… А я… А я… - Я захлебывалась рыданиями. – Прости, прости, прости…

И он закрыл мне рот поцелуем. Таким же прекрасным, как первый, только со вкусом слёз, а не мандаринов. Мы целовались долго. Очень долго, навёрстывая все не случившиеся поцелуи. Это было так… Мне показалось, что в какой-то момент я потеряла сознание, потому что очнулась я на диване, голая, тяжело дышащая, верхом на не менее голом Денисе от его вопроса: - Ты точно этого хочешь?.. - С новым годом! – Ответила я и взяла своё.

В моей семье говорят, что чужого нам не надо, но своё мы возьмём, чьё бы оно ни было.

- С новым счастьем! – Ответил мне Денис, когда всё закончилось. - Но всё-таки, почему ты молчал?.. - Я не молчал! - Ты понимаешь, о чём я! - Глеб – мой друг. – Денис поморщился. – Хотя скорее – был моим другом. Нельзя отбивать девушек у друзей… - Даже если они с ними несчастны? - Даже если. - Мужские правила? - Именно. - Глупые правила. Из-за них мы потеряли столько времени… - Я времени не терял. Я проводил его с тобой. - А мог бы… Вернее, мы могли бы… - Могли. Но я узнавал тебя… - Втирался в доверие… - Возможно, но ни о чём не жалею. - Тяжело тебе пришлось? - Не то слово. Иногда хотелось выложить тебе всё на чистоту, и будь, что будет. - И что тебя останавливало? - Ты была влюблена в Глеба, - теперь уже я поморщилась, - и к тому же, это был бы уже не я… - Да уж. Но тогда почему ты поцеловал меня сегодня? - Новогодняя ночь. Время, когда сбываются все желания… Ты была такой потерянной в этой темноте, казалось, вот -вот заплачешь. Я не мог не прийти к тебе … - А я назвала тебя его именем… Прости. - А что еще ты могла сказать? Ты судишь людей по себе, тебе и в голову не может прийти, что можно целоваться с другим… - Но я сразу поняла, что что-то не так. Не в смысле плохо, - поспешила я унять извинения, готовые вырваться у Дениса. – Наоборот, слишком хорошо. Мне никогда не было так хорошо… - Правда? – Игриво спросил Денис. – Никогда-никогда? - От поцелуя. – Подчёркнуто чопорно ответила я. Денис только рассмеялся.

- У меня есть для тебя подарок. Поэтому я так долго… - Ещё один? Ты же уже подарил мне подарок… - Это особенный подарок. Он зашарил рукой в ворохе сброшенной нами одежды и достал маленькую коробочку, обтянутую бархатом. - Запаковать не успел, спешил. Я очень спешил к тебе. Открой. – Сказал Денис внезапно охрипшим голосом, протягивая мне коробочку.

Я открыла и онемела от восторга. На белом атласе переливалось всеми оттенками зелёного кольцо с камнем, красивее которого я в жизни своей не видела. - Я искал камень под цвет твоих глаз… - У меня они не настолько красивые… - Настолько. Особенно, когда смеёшься… Ты согласна? - Да, но… Мы же… - Не достаточно знаем друг друга? Прошло слишком мало времени? Что? Мы будем счастливы вместе, я знаю. Я так долго тебя ждал… - Да! Да! Я согласна!

Действительно, зачем ждать, придумывая все эти условности? Он знает обо мне всё, уж гораздо больше моего бывшего жениха, и любит меня неизмеримо больше. А я… Возможно, я знаю его чуть хуже, но я очень хочу это исправить. И я совершенно уверена в том, что мы будем счастливы. А что до любви… А что ещё, кроме взаимной любви, может сделать поцелуи – да и всё остальное – такими? Фантастическим, невероятным, головокружительным…

Надев кольцо мне на палец, Денис поцеловал меня. И это было так же прекрасно, как и в первый, и во все остальные разы. Кажется, я опять начала отключатся, так что, когда уже Денис оказался сверху и, явно спрашивая разрешения, сказал: - С новым счастьем? Я радостно ответила: - С новым годом!