Обожание. Бессердечность.

Глава 1

Две хрупкие фигуры спешно взбирались по холмам. Каким же плотным, осязаемым был туман в тот поздний час. Охранник он, безмолвный страж, скрывающий от взора любопытных таинственное поместье, и не дает покинуть земли те гостям… иль пленникам? Лишь небольшой фонарь да необычная свеча могли помочь не заплутать и потеряться. Рассеивал свет огонька туман и отгонял живущих в нем чудовищ — незримых и кровожадных.

Еле поспевала за своей спутницей дева в белой ночной сорочке, то и дело оборачиваясь. Следовал как тень за нею страх пред Ним: найдет, поймает, увезет обратно.

— Елена, надо спешить, — раздраженно подгоняла деву ее спутница. — Времени мало, ты нас задерживаешь.

— Анна, а вдруг он уже нас ищет…

Девушка с густыми черными волосами и фарфоровой кожей — Анна — была прекрасна. Не уступала она в красоте Елене, но в ее внешности было нечто пугающее, злобное, хотя и невероятно притягательное. Движения черноволосой девы резки, но изящны. С ней рядом можно было не бояться никого, кроме нее самой. Елена же, напротив, казалась невинной и наивной, олицетворением всего хорошего и самой доброты. Таким девушкам завидуют, желают часто зла из зависти. Волосы Елены цвета каштана волнами стекали по спине. Румянец на щеках словно излучал тепло как солнце. Она и сама казалась солнцем, заточенным в девичье тело.

— Нас еще не хватились, иначе бы он уже нас нашел.

Анна с силой потянула руку Елены, отчего та поморщилась и споткнулась, но чудом удержалась на ногах. Обернувшись вновь, подгоняемая животным страхом от возможности быть пойманной, дева заметила, что поместье уже невозможно было разглядеть — живой туман скрыл его очертания. Теперь казалось, что и не было вовсе этой каменной тюрьмы, и не было Его.

Тревога дрожью в руках и ногах повалила Елену на землю. Испачкалось белоснежное платье, в кровь разодрались колени.

— Я больше не могу, Анна. Мне нужно передохнуть.

— Ты с ума сошла? — зашипела девушка. — Передохнешь, когда выберемся из тумана.

— Я не могу! — с надрывом отозвалась Елена, на глазах ее блестели слезы. — Я чувствую Его даже сейчас. Мне кажется Он наблюдает за нами. Нам не покинуть это место.

Анна раздраженно вздохнула и отвернулась.

— Не наблюдает Он. Я подлила ему сильнодействующий отвар в вино.

— Зачем ты мне помогаешь? — голос Елены дрожал то ли от усталости, то ли от слез, а может, и от страха.

— Ты ведь хотела сбежать, разве нет? Остальные девушки слишком глупы и трусливы. Ни одна из них не решилась бы бежать от Господина. Но ты… — голос девы был задумчивым и ровным, словно она говорила сама с собой. — Ты запала ему в душу. Он тобой бесконечно очарован. Твое исчезновение доставит ему столько боли…

— Анна, ты хочешь ему отомстить?

Черноволосая красавица не шелохнулась. Как многовековое дерево она твердо стояла на земле, держа в руке волшебный фонарь, и смотрела куда-то вдаль.

— Каждая из нас ищет что-то свое в этом побеге. Если ты в самом деле хочешь уйти и вернуться к своей семье, своей жизни, то вставай. Либо я уйду без тебя, оставив тебя, беглянку, на милость Господину.

Холод объял плечи Елены. Слова Анны острым ножом прошлись по ее сердцу, придавая сил. Девушки продолжили путь.

Туман, казалось, рассеивался. В воздухе запахло хвоей и сырой землей. И чем менее плотным ощущался туман, тем сильнее Анна тянула за собой Елену. Не чувствовалась боль содранной кожи, не ощущалось сбитое дыхание. Тревога и страх отступали, неохотно предоставляя место радости освобождения.

Упал на землю волшебный фонарь. Безмолвный страж, поместье, Господин — все остались позади. Ступили девы — бывшие пленницы — в лес.

Счастливо улыбалась и плакала Елена, сама не верила тому, что она снова свободна. Развевались по ветру локоны волос цвета каштана. Бежала дева средь деревьев, смеялась, смахивала слезы счастья с глаз.

“Еще немного, матушка. Еще чуть-чуть! И я вернусь к тебе, я уже рядом”.

***

Анна сидела на земле, бездумно глядя на свои руки. Услышав позади себя шаги, она печально улыбнулась.

— Посмотри на меня, — приказал холодным тоном мужчина, глядя на деву сверху вниз.

Черноволосая красавица подняла свои глаза. Ни страха, ни тревоги. Лишь очарованность и бескрайнее обожание читались на ее лице. Господин присел напротив нее, нежным движением стер каплю крови с ее щеки, отчего дева блаженно прикрыла глаза.

— Ты довольна? Убив Елену, ты получила желаемое?

— Ты разбил мое сердце, Господин. Я разбила твое.

— Моя дорогая Анна. У меня нет сердца. И я любил тебя так, как мог за то, что и ты была бессердечной.

Господин поднялся на ноги, взирая равнодушно на несчастную влюбленную. Она же потянулась к нему, желая обнять его ноги, чувствовать рядом предмет своего бесконечного обожания. Но он сделал шаг назад, не позволяя даже дотронуться до него.

— Господин?

— Но если бы у меня было сердце, — мужчина в задумчивости отвел взгляд. — Оно разбилось бы в один момент с твоим последним вдохом.

Обнимали пальцы рукоять. Уперлось острие кинжала в само сердце. Блаженство, очарованность и обожание. Любовь. Теперь и бессердечность.