Не буду невестой

Глава 1

Весна в Бейране была тем самым временем, когда грязь находилась в пограничном состоянии между замёрзшей и засохшей. Тяжелые тёмно-серые тучи сгущались и грозили в любой момент разразиться дождем.

Мокнуть и ещё больше месить грязь никому не хотелось, поэтому мы с подругами торопились вернуться из города в Академию Бейрана, расположенную в стороне от основного массива жилых домов. Стоило пройти через ворота, как меня остановил привратник и сунул в руки конверт из сероватой шершавой бумаги:

– Тебе письмо, Миа.

– От кого? – уточнила я и, не глядя, спрятала послание в сумку, чтобы не намочить его под первыми каплями дождя, которые начали падать на землю.

На самом деле вариантов было не так уж много. Если письмо написано отцом, то мне следовало поторопиться, чтобы составить ответ и отчитаться о своих успехах в учебе. А вот если весточку отправляла мама, значит, меня ждали сплетни и последние новости из жизни родного городка.

Понятное дело, второму типу посланий я радовалась гораздо больше, и гоблин прекрасно об этом знал, поэтому без лишних предисловий ответил:

– От мамы.

Я широко улыбнулась и благодарно кивнула, а потом поспешила вслед за подругами, которые бежали в сторону женского общежития, спасаясь от накрапывающего дождя. Я успела сделать лишь пару шагов от ворот, как на голову обрушился беспросветный ливень.

– Давай ко мне под зонт! – мой бессменный сосед по парте Ольф Шелот как всегда не церемонился и резко дернул меня за локоть в свою сторону.

Откуда он только взялся? Кажется, из города за нами никто не шел. Хотя, может, я просто не обратила внимания.

Даже в выходной день Ольф предпочитал повсюду ходить в форме Академии Бейрана, поскольку чрезвычайно гордился этим статусом, а еще успехами в учебе. Это единственное, из-за чего он мог задирать нос, поскольку был не особо общительным, да и красотой не блистал, будучи слишком худощавым, чтобы пользоваться популярностью у девушек.

– Спасибо, – искренне улыбнулась, откидывая со лба мокрые пряди.

Несмотря на то, что я успела основательно промокнуть, идти к общежитию под зонтом было в два раза приятнее чем без него.

– Всегда пожалуйста, – весело отозвался Шелот, сверкнув карими глазами, но затем превратился в уже знакомого мне зануду и наставительно добавил: – Бери зонт с собой, если видишь на небе темное облако, похожее на цветную капусту.

– Буду знать, – послушно кивнула головой, не желая спорить с главным умником нашей группы.

В целом наше общение можно было назвать взаимовыгодным сотрудничеством двух отличников, которые всегда готовы прийти на помощь друг другу. Но даже я терпеть не могла, когда Ольф впадал в настроение скучного надоеды, поэтому предпочитала молча соглашаться с брюнетом, чтобы прямо сейчас не получить внеочередную лекцию о тучах, их возникновении и видах.

Мы царственно шагали к корпусу по лужам, в то время как мои подруги с визгом залетали внутрь.

Оказавшись на крыльце, я спешно попрощалась с Ольфом, однако сразу проскользнуть внутрь не удалось, потому что со стороны мужского общежития ко мне метнулась массивная фигура, в которой я без труда узнала другого своего одногруппника.

Чтобы он не потащился за мной до комнаты, решила дождаться его прямо здесь. Столь решительный забег под проливным дождем мог значить только одно: у Грайса Эйлата снова не нашлось времени, чтобы подготовиться к занятиям, и он на правах моего земляка и просто обаятельного парня будет просить списать домашку.

Крупные капли, стекающие по идеальному лицу, придавали ему еще больше мужественности. Уверена, все мои подруги, увидев это зрелище, уже растеклись бы лужицами у его ног.

Встряхнув влажными медного цвета волосами, зеленоглазый предмет воздыхания всех девушек с нашего курса приосанился, задумчиво провел костяшками пальцев по квадратному подбородку и вкрадчивым голосом произнес:

– Привет, Миалира. Мы можем поговорить?

– И тебе привет, – быстро отозвалась и решила перейти сразу к делу, чтобы не стоять лишние пару минут с мокрой головой на холодном ветру. – Какой предмет на этот раз, Грайс?

Парень скривился, видимо, от того, что его очарование снова на меня не подействовало, но не стал пререкаться или идти в отказ, поэтому быстро ответил:

– Технология проклятых рун.

– Жди, сейчас принесу, – устало вздохнула и направилась в комнату за тетрадкой, подумывая, что пора бы заканчивать эту добросердечную практику. Все же то, что мы выросли по соседству и поступили в одно и то же учебное заведение, не давало Грайсу никакого права постоянно пожинать плоды моего труда.

На протяжении всего последнего месяца я давала себе обещание, что в следующий раз обязательно поговорю с парнем и объясню, что списывать больше не дам. Но до дела так и не дошло, то ли потому, что мне было жаль тратить на непростой разговор моральные силы и трепать нервы, то ли потому, что я – добрая душа.

Так или иначе через пять минут Грайс получил мою тетрадку с готовым домашним заданием, спрятал ее под мундир и пообещал, что вернёт в понедельник сразу перед первой парой. Возможно, мне показалось или он на самом деле хотел сказать что-то ещё, но я не дала ему шанса и быстренько скрылась за входной дверью общежития.

Вернувшись в свою комнату, я первым делом решила вскрыть письмо от мамы, чтобы утолить свое любопытство. Помнится, около месяца назад она писала, что соседка решила подыскать для Грайса подходящую невесту, потому что была уверена: несмотря на всю свою внешнюю привлекательность, он такую важную миссию провалит и обязательно выберет в жены какую-нибудь мегеру.

Мне было жутко любопытно, кого же в качестве жертвы, то есть невестки, присмотрела госпожа Эйлат. Вот так, ожидая узнать подробности о светлом будущем одногруппника, я выяснила их о своей нелегкой судьбе.

Первые строчки послания гласили:

«Дорогая, Миа! Спешу поделиться с тобой новостью. Мы с отцом решили, что должны помочь тебе устроить свою судьбу, и занялись поисками подходящего жениха».

Стоп. Что? Поисками жениха? Для меня?! Но я учусь на третьем курсе! О каких вообще женихах сейчас может идти речь? Нет, я прекрасно понимала госпожу Эйлат, которая хотела пристроить в надёжные руки своего красавчика Грайса.

Если она не женит его сейчас, то после выпуска из Академии Бейрана может и вовсе не дождаться внуков, ведь он собрался специализироваться на военного следователя, а значит, постоянно пропадать где-то там, в то время, как все нормальные с точки зрения его матери девушки останутся где-то тут.

Но я-то планировала податься в службу внутреннего имперского контроля, что означало неограниченное общение с огромным количеством мужчин, в том числе молодых и перспективных. То есть выбор будет большим, к тому же с моей внешностью проблем возникнуть не должно.

И пусть я была невысокой, но зато отлично сложенной, а большие голубого цвета глаза и каштановые волосы прекрасно смотрелись в комплекте с черным форменным мундиром. В подобном мне предстояло ходить и после завершения Академии Бейрана.

Но что-то я отвлеклась, надо всё-таки прочитать, что мама написала дальше.

«Не хочу портить сюрприз, поэтому сообщу только, что мы нашли для тебя подходящего парня, и вас даже не придется знакомить, потому что ты его уже знаешь. Помолвку можем провести, как только вы закончите учебный год, а свадьбу сыграем в середине лета».

Потом шли уже менее значимые новости, никак не касающиеся напрямую меня. И в любое другое время я бы вчитывалась в них с удовольствием, ностальгируя по родному городу и вспоминая старых знакомых, но сейчас мне было не до того. Требовалось срочно выяснить, кто же этот загадочный жених, имя которого мама не удосужилась сообщить.

Итак, что мы имеем?

Первое – парень мне знаком, однако я не уверена, можно ли отнести эту информацию к числу плюсов, ведь не со всеми своими знакомыми можно договориться, чтобы расстроить помолвку. Вдруг это неизвестный вообще пылает ко мне горячими чувствами?

На этот случай надо бы уточнить у леди Дорэин насчёт действенного антилюбовного зелья. Ведь должно же такое быть? Я даже готова заплатить штраф за его применение, если меня поймают, лишь бы отвадить гипотетического жениха.

Второе – мама упомянула, что учебный год необходимо закончить нам обоим, значит, парень является студентом, что значительно сужало круг подозреваемых, поскольку большинство из моих знакомых не продолжали обучение, а сразу же вливались в работу, помогая родителям с семейным делом.

Третье – светлая мысль пристроить меня замуж наверняка была навеяна соседкой, которая являлась ещё большей сплетницей, чем моя мама, а главное, вполне могла предложить на эту роль подходящую кандидатуру.

Тут же вспомнив, что Грайс собирался поговорить со мной о чем-то ещё, я пришла к неутешительному выводу: госпожа Эйлат вполне могла в качестве жениха подсунуть своего сына. Ведь меня соседка знала, что называется с пелёнок, и была полностью уверена в моей благонадёжности и способности поладить с Грайсом.

Так и знала, что не стоило слишком помогать зеленоглазому с учебой! Наверняка он разболтал матери, что из-за моего непосредственного участия в подготовке домашних заданий, его жизнь в Академии Бейрана была не так уж сложна, как могла оказаться, если бы меня здесь не было. А уж она точно сделала соответствующие выводы и решила, что такую завидную невесту надо брать.

Теперь, когда наиболее вероятная версия развития событий была мною восстановлена, а гипотетический жених вычислен, мне предстояло от него избавиться. Вот только я пока не знала как.

***

Утром я обнаружила перед дверью своей комнаты одинокую алую розу на длинной тонкой ножке. Записка отсутствовала, как и свидетели, которые могли бы сообщить, откуда появился этот цветок, а я начала звереть, все больше подозревая, что все это дело рук жаждущей породниться семейки Эйлат.

Первой парой в понедельник стояла «Теория смертельных ритуалов», которую вел магистр Рорнин. Вопреки привычке в этот раз я уселась не за первую парту вместе с Ольфом, а перебралась за последнюю и заняла место рядом с Грайсом.

Парень удивился нежданному соседству, но возражать не стал, лишь одарил благодарным взглядом, выкладывая тетрадку по «Технологии проклятых рун» на стол. Я тут же припрятала ее в сумку, потому что она должна была пригодиться только на следующей паре.

Вообще-то «Теория смертельных ритуалов» – предмет, на котором все студенты молчат, словно рыбы, пока перерисовывают пентаграммы с доски. Следовательно, эта лекция являлась не лучшим вариантом, чтобы выуживать информацию, но мне не терпелось провести допрос, поэтому я вооружилась отдельным листом, на котором собиралась писать вопросы.

Билли Рорнин явился на занятие без опозданий и тут же направился к доске, чтобы вывести на ней цифру пять, после чего развернулся к группе и произнес:

– Сегодня мы разучим смертельный ритуал пятого уровня.

Студенты послушно кивнули, вывели в своих конспектах цифру пять и подняли внимательные взгляды на магистра в ожидании длинной речи о том, что малейшее лишнее слово во время нейтрализации смертельного ритуала может изменить его полярность и нанести колоссальные разрушения, поэтому мы обязаны всегда и везде молчать.

Рорнин не подвёл и завернул мудреную речь, в очередной раз напоминая, что точность и молчание должны стать нашим кредо. Я согласно кивала, глядя прямо перед собой, и в то же время умудрялась выводить на листочке вопрос: «Госпожа Эйлат решила женить тебя на мне?»

– Первым делом берем ритуал в защитное кольцо. Начинаем, как обычно, с одинарной непрерывной линии, – диктовал Рорнин, а я старательно записывала в то время, как Грайс изумлённо таращился на пододвинутый к нему листок.

«С чего ты взяла, что мама ищет для меня невесту?» – дрожащей рукой вывел он и с опаской взглянул на меня, видимо, вспомнив, письма с каким содержанием я периодически получала из дома.

– Название, принятое в «Большом имперском своде смертельных ритуалов» – «Голод смерти», – продолжал говорить магистр.

Не задумываясь, я выписала название посреди листа и подчеркнула прямой линией. А затем улучила пару секунд, чтобы написать на листке ответ: «Мама писала об этом месяц назад, а теперь и мне решила искать жениха. Понимаешь, к чему я веду?»

Листок вновь незаметно проскользнул с моей стороны парты к тетради Грайса, а я поспешила записать объяснение магистра:

– «Голод смерти» относится к ритуалам, которые проводят недалеко от дома жертвы с применением ее волос. Оно имеет отсроченное действие и начинает проявляться с ушей. У жертвы, на которую направлено действие ритуала, периодически случаются приступы головокружения, сопровождаемые тошнотой, нарушением равновесия и шумом в ушах, а также понижением слышимости, как правило, на одно ухо. Из-за этих симптомов воздействие «Голода смерти» часто путают с воспалительными заболеваниями внутреннего уха. Однако в нашем случае через три дня после появления первых симптомов начинает наблюдаться повышенная раздражительность от громких звуков, а через пять жертва умирает.

Пока я старательно строчила информацию, предоставленную Рорнином, Грайс и не думал записывать лекцию, лишь с ошарашенным видом смотрел на листок, а потом уверенно вывел на нем: «Я не собираюсь жениться».

«Тебя никто и не спрашивает», – написала ниже, но этого показалось недостаточно, поэтому я решила сразу же поставить ультиматум: «Если согласишься жениться на мне, больше не дам списывать».

– Первая особенность воздействия смертельного ритуала – приступы боли и дезориентации являются волнообразными, в то время, как при болезни уха пациент испытывает дискомфорт постоянно. Однако на эту особенность лекари зачастую не обращают внимания, – ровным голосом объяснял Рорнин. – Вторая особенность – боль не усиливается, если надавить на ухо или потянуть за него. Третье отличие – обезболивающие капли, прописанные лекарем, не помогают снизить интенсивность болевых ощущений.

Едва Грайс прочитал написанную мной строчку, коварно улыбнулся и коротко ответил: «Понял. На тебе не женюсь». На секунду мне даже показалось, будто Эйлат узнал, что я собиралась отлучить его от своих тетрадей и придумал такой хитрый ход, чтобы продолжать у меня списывать.

Однако я быстро отмела эту шальную мысль и со сдержанной улыбкой продолжила вести запись, но через минуту вспомнила, что вчера Грайс хотел спросить меня о чем-то перед уходом.

«Что ты хотел вчера, кроме конспекта?» – быстро накарябала на листе.

Ответ Грайса не заставил себя ждать: «Поможешь с рефератом по Бытовым заклинаниям?»

– Посмертно отличить «Голод смерти» от болезни уха легко: для этого достаточно изучить ушные раковины, – раздавалось по аудитории очередное объяснение преподавателя. – Если в них появились следы запекшейся крови, однозначно можно констатировать, что имел место смертельный ритуал.

Завершив объяснение признаков, Рорнин развернулся к доске, стёр написанную на ней цифру пять и начал молча чертить схему, старательно прорисовывая символы, которые обозначали направление энергии для нейтрализации ритуала.

«Нет. И розы больше не присылай!» – это снова послание от меня.

«Какие розы?» – написал сосед по парте и вопросительно взглянул в мою сторону. Сыграть такое было невозможно. Я сразу же поняла, что к цветам он отношения не имел, но объяснять ситуацию не собиралась, поэтому просто засунула исписанный листок под свою тетрадь.

Информацию с доски конспектировала скорее машинально, чем вдумчиво. Все мои мысли сейчас занимала проблема возможного замужества. Если загадочным женихом, подобранным родителями, являлся не Грайс, то кто? Тот же, кто прислал розу утром? Наверняка он! Осталось только его найти.

Дальнейшие лекции пролетели передо мной, как в тумане, я на автомате записывала информацию и невпопад отвечала на вопросы Ольфа, обеспокоенного моей невнимательностью и небрежным отношением к учебе.

Возвращаясь в женское общежитие, я мысленно ругала себя за рассеянность, поскольку понимала, что теперь придется тратить свое личное время, чтобы внимательно вчитаться в конспекты и уяснить их суть.

– Почему грустишь, Миа? – раздался рядом знакомый голос.

Касилан Вейр был, пожалуй, единственным моим настоящим другом среди парней, потому что учился на курс старше и, следовательно, не нуждался ни в моих знаниях, ни в аккуратных конспектах.

Он был одним из тех парней, которые чудесным образом успевали отличаться и в учебе, и в физподготовке. Также Кас обладал чувством такта и отменно шутил. Потому и привлекал к себе пристальное внимание женской половины учеников, но умудрялся не замечать этого, поскольку его сердце было давно и надежно занято.

Мы познакомились совершенно случайно в библиотеке, когда я только поступила в Академию Бейрана. Помнится, мне задали написать реферат, а я так забегалась, что оставила ответственное задание на последний день. И когда пришла за необходимой литературой, обнаружила, что все книги уже разобрали, кроме одной, которую получал высокий сероглазый блондин, стоящий прямо передо мной.

Уступить учебник студент отказался, потому что тоже затянул с рефератом, а вот разделить со мной – согласился. В итоге мы сидели за одним столом в читальном зале и старательно переписывали нужную информацию с разных страниц, по очереди придерживая мешающие листы из середины.

– Как ты догадался? – повернулась к Касу и прищурилась, будто собиралась найти ответ у него на лице.

– Когда ты в плохом настроении, то всегда закусываешь нижнюю губу и идёшь вперёд, не замечая никого на своем пути, – он в миг утолил мое любопытство.

Только после этих слов я обнаружила, что на самом деле продолжаю двусмысленно кромсать губу зубами. От этого осознания я смутилась, и мои щеки запылали, как спелые вишни, а Касилан широко улыбнулся, подметив очередную перемену. Все же не зря он решил стать следователем-криминалистом. О такой внимательности к деталям, как у него, мне оставалось только мечтать.

И тут меня посетило озарение. Что, если в академии, действительно, имеется тайный воздыхатель, который горит желанием жениться на мне настолько, что добрался до родителей?

С одной стороны, звучало безумно. Я же не могла такое пропустить! С другой стороны, возможно, я просто не обращала внимания на мелкие предпосылки и прочие проявления влюбленности, ведь зачастую те же самые одногруппники обращались ко мне, когда им надо было что-то списать. Но что, если для кого-то из них это являлось лишь поводом, чтобы подойти ко мне?

Прокрутив эту версию в голове ещё раз, я решила спросить Касилана в лоб:

– Как понять, что ты кому-то нравишься?

– Э... – озадаченно протянул он и настороженно посмотрел на меня. – Почему ты спрашиваешь?

– Кажется, у меня появился тайный поклонник, и я хочу его вычислить, – ответила, не выдавая лишних подробностей.

– Насколько тайный? – нахмурился Вейр, пытаясь вникнуть в задачу.

– Сегодня утром я обнаружила на пороге алую розу, но никакой записки рядом не было.

– Может, Грайс? Он постоянно вертится рядом с тобой, – тут же выдвинул версию друг, сжимая руки в кулаки. – Я могу доступно объяснить ему, чтобы больше не появлялся в зоне видимости.

– Это будет сложновато, ведь мы учимся в одной группе, – миролюбиво улыбнулась я.

– Это уже его проблемы, – мрачно констатировал Касилан.

– Согласна, однако все не так просто. Я уже разговаривала с ним утром. Это не он.

– Может, врёт?

– А смысл? – пожала плечами. – Он же не сделал ничего противозаконного, чтобы отнекиваться.

– Тоже верно, – кивнул он. – Значит твой сосед по парте отличился.

– Ольф? – я еле сдержала смешок. – Точно нет. Мне кажется, девушки его вообще не интересуют, только успехи в учебе.

– Ну раз ты уверена насчет обоих, значит, это всё-таки кто-то другой, – задумался Вейр, продолжая шагать радом со мной.

– Есть идеи, как его вычислить?

– Обратись в частную сыскную контору, сделают все в лучшем виде, – Кас предложил самый простой вариант, но увы слишком дорогой, чтобы обычная студентка вроде меня могла его себе позволить.

– У меня нет столько денег, – скривилась я. – Их секретарь торгуется, как настоящий гном. Если у него спросить, сколько будет дважды два, он переспросит: если покупаешь или если продаешь?

– Тогда тебе остаётся только внимательно смотреть по сторонам.

– Поможешь? – захлопала ресницами, хотя прекрасно понимала, что Касилан на такое не поведется, поскольку уже пару лет вздыхает по другой.

– Конечно, – кивнул он. – Мне тоже интересно взглянуть на тайного воздыхателя.

***

На протяжении всей недели я находила под своей дверью по одной алой розе, но так и не смогла выяснить, кто их подбрасывает. Даже наблюдательность Касилана в этот раз не дала своих плодов, поскольку он по-прежнему настаивал, что я должна подозревать в первую очередь Грайса или Ольфа. Я благодарила его за подсказки, но не воспринимала эти слова всерьез, потому что считала их несовместимыми с реальностью.

Я терпеливо коллекционировала цветы, постепенно собирая их в букет, поэтому абсолютно не удивилась, обнаружив утром в субботу ещё один цветок. Нагнулась и подхватила его за стебель одним отточенным движением, после чего замерла на месте: под алым бутоном обнаружилась крохотная записка, которую я не приметила сразу.

Надпись на клочке бумаги гласила: «В час дня в чайной Жвакса». Буквы плясали в разные стороны, поэтому у меня сложилось впечатление, что таким необычным образом на свидание меня приглашал шестилетний малыш, который только вчера научился выводить буквы.

Этот вариант казался мне нереальным и, наверное, идти на встречу не понятно с кем не следовало, но женское любопытство – страшная вещь, которую не остановить разумными доводами. А если учесть, что Касилану об этой записке я не рассказала, то доводы ко мне и не поступали.

Уверена, будь на моем месте любая другая девушка, она тоже захотела бы узнать своего поклонника в лицо. Конечно, чайная гнома Жвакса – это вам не столичная кондитерская, но всё же и там можно было отведать вкусных крендельков. Их подавали в дополнение к ароматному свежезаваренному чаю, который каждый раз собирался согласно пожеланиям клиента.

Поскольку на самом деле отправитель записки не интересовал меня в качестве спутника жизни, я не собиралась заморачиваться с нарядом и наводить марафет. В облегающих синих брюках и фирменном мундире до середины бедра наверняка будет проще расставить точки над i, чем в кокетливом платье. Осталось только дополнить свой образ теплым плащом и сапогами, в которых так удобно месить весеннюю грязь.

Сосредоточиться на домашних заданиях не получалось, поэтому я решила, что небольшая прогулка по городу пойдет мне на пользу. Ноги сами понесли в сторону чайной, ведь я надеялась, что мой ухажёр побоится опаздывать, а значит, заранее явится на свидание и таким образом поскорее удовлетворит мое любопытство.

Цены в чайной были весьма приемлемыми, поэтому внутри оказалось многолюдно, и большинство посетителей как на зло являлись студентами Академии Бейрана. Несколько раз пройдясь по залу, я поняла, что меня тут особо никто не ждет, и решила выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и проветрить мозги перед предстоящей беседой, которая наверняка выдастся непростой. Все же опыта в общении с навязчивыми поклонниками до этого момента у меня не было.

Выйдя на улицу, я нос к носу столкнулась с хозяином чайной господином Жваксом, который как раз направлялся в свое заведение и, держась левой рукой за голову, бормотал себе под нос: – Поставки сорвались, а теперь ещё эта ушная боль меня доконает. То болит, то не болит! Лекари – шарлатаны, только деньги и выуживают, а сами не могут даже действенный препарат подобрать.

Любой другой прохожий на моем месте пропустил бы эту реплику мимо ушей, но я была студенткой Академии Бейрана и гордилась этим званием, а также полученными знаниями, которые так хотелось применить на практике, спасая чью-нибудь жизнь.

– Господин Жвакс, вы простудились? – сочувствующим тоном спросила у старика, подскакивая к нему справа. Я была просто обязана проверить теорию, внезапно родившуюся в моей голове!

– Чего тебе? – недовольно буркнул он, косясь в мою сторону настороженным взглядом.

– Давно с ухом мучаетесь?

– Да уж четвертый день, – раздражённо ответил гном и тут же зажал уши двумя руками, потому что мимо нас с грохотом промчался экипаж.

– Четыре дня, лекарства не помогают, громкий шум раздражает, – начала шептать себе под нос, мысленно представляя тетрадь, в которую записывала лекцию магистра Рорнина.

Там был ещё один отличительный признак, по которому можно было опознать действие смертельного ритуала, надо только потянуть хозяина чайной за ухо и не загреметь при этом за решетку при непосредственном участии в моем развлечении местной стражи.

– Не слышу, чего ты там сказала? Тоже что ли с ушами мучаешься?

– Не совсем, – широко улыбнулась я и, не веря своей наглости, резко дернула господина Жвакса за левое ухо, которое, по моим наблюдениям, и болело.

Не от простуды, конечно же, а от смертельного ритуала «Голод смерти», направленного на хозяина чайной. В этом я удостоверилась сразу же, поскольку почтенный гном вместо того, чтобы заорать от дикой боли, недобро уставился на меня, явно испытывая болевые ощущения на прежнем уровне, как это могло быть только, если на него влиял ритуал.

– Стража! – заорал он на всю улицу, грозясь перепутать всех посетителей в своей чайной и остаться без прибыли. Очень опрометчивое решение с его стороны, ведь гномы не любят терять деньги.

– Стража обязательно вам понадобится, когда вы поймёте, кто именно провел смертельный ритуал с отсрочкой действия, которое числится в «Большом имперском своде смертельных ритуалов» как «Голод смерти», – поспешила блеснуть знаниями я.

– Какой ещё ритуал?! Ты что несёшь! – негодующе воскликнул господин Жвакс, а потом зашатался на месте и вновь с мученическим видом схватился за голову.

– Ритуал смертельный, – я решила все же ответить на его вопрос. – И прямо сейчас вы испытываете очередной приступ боли и дезориентации, но хуже всего, что, если его не снять, завтра вы имеете все шансы навсегда отправиться на тот свет.

После произнесенной речи я была очень горда собой и готовилась принимать многочисленные благодарности от спасённого мною гнома, однако он сумел меня удивить, крепко вцепившись в мою руку и сжав ее до боли.

– Вымогательница! – зашипел он. – Я выведу тебя на чистую воду!

Судя по той прыти, которой сейчас обладал господин Жвакс, очередной приступ боли завершился, и теперь даже отчаянное сопротивление с моей стороны никак не могло помешать ему отволочь меня в лапы блюстителей порядка.

***

В Академию Бейрана я вернулась уже под вечер, с огромным кулем свежего печенья в руках и мешочком ароматного чая под мышкой. В дополнение к материальным благам вспыльчивый гном, жизнь которого сегодня удалось спасти, с ног до головы обсыпал меня извинениями и объявил, что двери его чайной всегда для меня открыты.

Как вы уже поняли, даже обнаружив под моим плащом форму студентки Академии Бейрана, стражи не приняли мои слова на веру сразу. Однако они внимательно выслушали жалобы гнома и мои возражения, из чего точно установили, что я не требовала от хозяина чайной ни единой монетки за избавление от действия смертельного ритуала.

Это и зародило в их умах тень сомнения, поэтому они решили разобраться в этом деле как следует. Вызвали опытного ритуалиста, который, выслушав мою версию произошедшего, решил на тот же манер проверить господина Жвакса и так увлекся, что в процессе чуть было не оторвал бедняге ухо.

После длительной беседы с гномом страже удалось вычислить и подозреваемых в совершении покушения на убийство. Предположительно ими были поставщики, которым не удалось в очередной раз сговориться с гномом о цене. Дошло даже до драки с вырыванием волос.

Видимо, они решили убрать Жвакса с дороги, чтобы впоследствии заломить бОльшую цену, работая с его наследниками, которым первое время, по их расчетам, было бы не до того, чтобы торговаться.

Похоже, наивные просто плохо знали сына хозяина чайной, который славился по всему Бейрану, как еще более прижимистый гном, чем его достопочтенный отец.

Вот так за один выходной день я играючи помогла раскрыть серьезное преступление, но ни на шаг не приблизилась к решению собственной проблемы, и более того, упустила отличный шанс познакомиться с воздыхателем, который наверняка решил, что я попросту не пришла на место встречи.

Утром в воскресенье я решила с утра пораньше открыть дверь своей комнаты из чистого любопытства, которого, как вы уже поняли, у меня было хоть отбавляй. Я не надеялась увидеть еще алую розу, однако ошиблась.

В этот раз, держа цветок в руках, на пороге стоял Ольф. Он растерянно смотрел на меня, будто не мог подобрать слов. Это и не удивительно, ведь ему я не говорила о своем неизвестном кавалере, поскольку к учебе этот факт не относился, а остальное отличника мало интересовало.

– Доброго утра! – поприветствовала студента и бесцеремонно вырвала розу из его рук. – Давай сюда, у меня тут уже целая коллекция.

Мурлыкая себе под нос незатейливую мелодию, я отправила очередной цветок в ведро с водой. Не то чтобы букет стал таким пышным, что не помещался в вазу, просто сей предмет мне раздобыть не удалось, поэтому пришлось довольствоваться тем, что есть.

– Тебе часто дарят цветы? – опешил Шелот, будто только сейчас понял, что я являюсь девушкой, которая вполне может удостоиться пристального мужского внимания.

– Время от времени, – не стала еще больше шокировать одногруппника. – А зачем ты пришел? Мы разве сегодня договаривались позаниматься? Или не успел что-то записать на лекции? Какой конспект тебе дать?

– Я пришел… – Ольф замялся, будто я сбила его с мысли своими вопросами. – Да, мне нужен конспект.

– Какой именно? – я мило улыбнулась, решив в этот раз не оглашать весь список.

– Какой? – озадаченно повторил он, но быстро сообразил, что от него требуется. – Технология проклятых рун.

– В последнее время она подозрительно популярна, – поделилась мыслями вслух и отправилась за тетрадкой, которую в прошлые выходные одалживала Грайсу.

– Спасибо, – Ольф получил желаемое, но продолжал мяться на пороге, поэтому я предположила, что одним конспектом дело не ограничится.

– Что-то еще? – вопросительно изогнула бровь.

– Нет, – все же выдавил из себя одногруппник, развернулся и зашагал прочь, случайно столкнувшись в коридоре с Грайсом, который, похоже, решил, что раз он на мне не женится, то самостоятельно домашку можно вообще не делать.

– Грайс, ты ко мне? – окликнула земляка, предвосхищая его просьбу.

– Да, Миа, есть разговор, – не стал отнекиваться он.

В отличии от более стеснительного Шелота, Эйлат не побоялся перешагнуть порог моей комнаты и захлопнуть за собой дверь.

– Мы можем поговорить и на улице! – возмутилась я. – Необязательно делать это в моей комнате.

– Там сыро и ветрено.

– Тогда в библиотеке.

– В библиотеке принято соблюдать тишину, – вновь возразил Грайс.

– Удивлена, что ты вообще об этом знаешь, – фыркнула в ответ. – Так какой предмет? Соображай живее, у меня еще куча дел.

– Вообще-то я хотел поговорить о женитьбе. После твоих внезапных откровений я мучился всю неделю…

– Э нет, дружок! Раз обещал на мне не жениться, так будь добр не женись! – воскликнула я, подумывая, что надо все-таки расспросить леди Дорэин насчет антилюбовного зелья, ну или чего-то подобного.

– Может, ты могла бы намекнуть своей маме, чтобы она подкинула конкретную идею моей матери.

– Ты так быстро передумал? – удивилась, ожидая, что здесь спрятан подвох.

– Я слишком хорошо знаю, на что способна госпожа Эйлат, чтобы добиться своих целей, – с несчастным видом вздохнул он. – Уж лучше выбрать самому, чем через пару лет осознать, что жена тебе глубоко противна. Я бы хотел, чтобы моей супругой стала милая кроткая девушка, которую я давно знаю.

В своем расстройстве Грайс был невероятно прекрасен. Прямо вот хоть сейчас бери полотно и пиши с него картину, однако таланта к живописи у меня не наблюдалось.

– Если ты хотел меня разжалобить, можешь считать, что тебе удалось, – закатила глаза, в очередной раз не поддаваясь его обаянию. – Так чье имя писать?

– Миалира.

– Я знаю, как меня зовут, – резко отрезала я и одним рывком распахнула дверь, указывая ему взглядом на выход. – Говори имя, которое нужно озвучить госпоже Эйлат, или я сообщу маме, будто ты проболтался, что с самого детства был влюблен в соседку Кетси. Она прекрасно ведет домашнее хозяйство, и, кажется, снова не замужем.

Грайс был впечатлен моей угрозой, ведь он не хуже меня знал, что Кетси слыла в нашем городе черной вдовой, поскольку схоронила уже третьего мужа.

– Мне нужно время, чтобы еще подумать, – покаялся он и вышел в коридор с понурой головой.

– Главное, в следующий раз без глупостей, – пригрозила ему. – И да, о списывании домашки можешь забыть.

– Прямо совсем? – теперь Грайс выглядел по-настоящему подавленным, поэтому я все же смилостивилась.

– На ближайшую пару недель, а дальше посмотрим по твоему поведению.

– Я буду хорошо себя вести, – Эйлат попытался заглянуть ко мне в глаза.

– Вот и славно, тогда прекрати присылать розы. Они, конечно, красивые, но не исправят моего мнения.

– Розы? – Грайс застыл на месте и прищурился. – В понедельник ты говорила об одной, так их уже несколько?

– Пока-пока, – попрощалась я и захлопнула дверь прямо у парня перед носом.

Сегодняшний визит одногруппников совсем меня запутал.

***

Поскольку на этой неделе я была слишком рассеянной, оставшийся выходной посвятила учебе, чтобы ни в коем случае не отстать от программы. К вечеру все домашние задания были выполнены, реферат написан, и я со спокойной душой могла отдохнуть.

Отдых предпочитала интеллектуальный, поэтому поспешила в библиотеку, чтобы взять занимательную книгу по зельеварению. Ситуация с неизвестным ухажером оставалась неясной, поэтому настала пора изучать любовные зелья, то есть выискивать вариант быстро и эффективно дать неизвестному влюбленному парню от ворот поворот.

Около соответствующей секции библиотеки меня и перехватил Касилан. Он облокотился плечом на массивный стеллаж и произнес:

– Все выходные тебя не было видно, и вот в воскресенье вечером я встречаю тебя рядом с книгами по любовным зельям. Значит ли это, что ты влюбилась и решила пойти легким путем?

Моя рука замерла в паре сантиметров от корешка приглянувшейся книги, я повернула голову в сторону и решила объяснить свое поведение, чтобы стереть с лица блондина усмешку:

– Нет, я, как и ты, предпочла бы страдать по интересующей меня девушке издалека. Книга нужна для другого.

Кас заметно помрачнел, и я даже пожалела, что уколола его в самое больное место. Тем не менее он, как и всегда, поспешил поделиться информацией:

– А ты в курсе, что любой, кто прикоснется хоть к одной книге по любовным зельям, не получив предварительного разрешения у леди Дорэин, автоматически попадает в специальный список студентов, которых стража дотошно допрашивает каждый раз, когда в Бейране и ближайших землях всплывает какое-нибудь необычное любовное зелье, не входящее в стандартную программу обучения?

В этот раз мои пальцы остановились буквально в миллиметре от желаемого, и я резко отдернула руку:

– Ты серьезно?

– Серьезнее не бывает.

– Будто бы при желании я не смогла бы воспользоваться чем-то из стандартной программы, – пробурчала себе под нос.

– Итак, кто же счастливчик? Я правильно понимаю, что ты вычислила своего поклонника? – сменил версию он.

– В том-то и дело, что не вычислила… Он не пришел на свидание, – вздохнула я, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, чтобы выбрать книгу по Технологии проклятых рун. Надо же было понять, что в ней такого сложного, что всем постоянно требуются мои конспекты.

– Свидание? Почему я первый раз об этом слышу? – тон друга не предвещал для меня ничего хорошего. – Разве мы не собирались вычислять дарителя роз совместными усилиями?

– Собирались, – подтвердила я, выбрав книгу. – Но все произошло слишком быстро. Записка, поход в город, а потом пришлось побывать в гостях у местной стражи.

Дальнейший рассказ я продолжила уже после того, как мы вышли из библиотеки, поскольку немногочисленные студенты, засевшие в ней воскресным вечером, смотрели на нас с неодобрением. Я не раз оказывалась на их месте, поэтому решила не мешать юным умам получать необходимые знания.

Касилан внимательно слушал мое повествование, а потом попросил еще раз в подробностях повторить мой утренний разговор с парнями, после чего заявил:

– Теперь я точно уверен, что за тобой решил приударить Ольф. Полагаю, этот умник уже давно в тебя влюблен и теперь начал действовать.

– Да не может такого быть, – отмахнулась я. – Он с самого первого дня помешан на учебе, у нас с ним даже не дружба, а просто взаимовыгодное сотрудничество. Ольф помогает мне, а я ему, и ничего более.

– Взаимопонимание – это уже неплохая база для чувств, – возразил Касилан. – Я бы мог поговорить с ним и убедить его, чтобы больше не думал доставать тебя.

Сейчас друг выглядел одновременно таким решительным и грозным, что я даже испугалась за беднягу Шелота. Судя по тому, как крепко Вейр сжал кулаки, даже я могла сделать вывод, что одними разговорами в качестве аргументов он не обойдется.

– У меня другая идея.

– Более действенная? – усомнился Касилан, буравя меня тяжелым взглядом.

– Однозначно, – кивнула я и коварно улыбнулась, а затем шагнула к нему навстречу, положила одну ладошку на твердую мужскую грудь, приподнялась на носочки и прошептала на ухо. – Будешь моим парнем?

Сердце под моей ладонью учащенно застучало. Отстранившись от друга, я увидела его ошарашенное лицо. Он часто хлопал ресницами и не мог решиться, хмуриться ему или улыбаться. И пока он не подумал, что я недавно ударялась головой, поспешила объяснить ему причину моего внезапного предложения:

– Не на самом деле, конечно, а чтобы отпугнуть Ольфа. Ну или кого-то другого, если мой поклонник все же не он. Ты не подумай, я не настаиваю, – увлеченно тараторила я, стараясь уловить изменение эмоций на лице друга, но так и не могла определить, что же он чувствует. – Это просто мысли вслух, и, если ты против, я попрошу кого-нибудь другого. Ой! – вскликнула, вспомнив, что не только у меня тут проблемы с отношениями с противоположным полом. – Я же совсем забыла, что это может создать тебе проблемы с твоей девушкой… Ну той, по которой ты…

– Я согласен, – резко оборвал меня хрипловатый голос Касилана. – Тем более, что она все равно не догадывается о моих чувствах. Я так и не решился признаться, так что не переживай, с этим проблем не будет. Я тебе помогу.

Как только Вейр произнес эту фразу, сразу опустил глаза, в которых я успела заметить отголосок грусти, поэтому пообещала себе, что после решения своей проблемы обязательно займусь его личной жизнью и расскажу его зазнобе о симпатии, вот только осталось выяснить, как ее зовут. Но на это у меня будет еще много времени.

– Спасибо, Кас! Ты – лучший! – крепко обняла его, выражая свою благодарность, в то время как он стоял столбом и даже не положил свою руку на мою талию.

Это было делом поправимым. Я прекрасно понимала: чтобы безупречно отыграть парочку на публике, надо потренироваться, поэтому чуть отстранилась, схватила его ладонь и, нахмурив брови, положила ее себе на спину, чтобы создать подобие объятий.

Касилан выдавил из себя мученическую улыбку, которая за долю секунды превратилась в хищную, одним рывком он притянул меня ближе. Что ж, игра началась! Я притворно ахнула и увернулась от настойчивых губ, которые приближались к моей щеке.

Надо же было Грайсу зайти в коридор именно в этот момент. У меня даже в голове не укладывалось, что красавчик решил отправиться в библиотеку в воскресенье вечером. Хотя, если вспомнить, что я отказала ему в неограниченном доступе к списыванию, все вставало на свои места.

На самом деле я думала, что Эйлат не будет выполнить задания самостоятельно. Скорее полагала, что он найдет себе новую безотказную подругу, которая поможет ему продолжить обучение в Академии Бейрана с максимумом комфорта и минимумом прилагаемых усилий. Удивительно, что этот прирожденный лентяй до сих пор не завалил ни одной сессии!

– Отойди от нее! – зеленые глаза моего земляка опасно сузились, выдавая его негодование.

– С чего бы? – ощетинился Касилан, будто на зло моему одногруппнику прижимая меня еще ближе.

– Все в порядке, Грайс, твое вмешательство не требуется, – с укоризной взглянула на красавчика, будто он и впрямь серьезно помешал нашему уединению.

Только сейчас Эйлат оценил ситуацию, подметив, что мои руки спокойно покоятся на груди спутника, а на лице играет непринужденная улыбка.

– Будто не нашлось более уединенного места! – зло выплюнул Грайс и с недовольной миной зашагал в сторону библиотеки.

Стоило ему скрыться за дверьми, Кас ослабил хватку, а затем и вовсе убрал руки, предоставляя мне полную свободу передвижений.

– Так бурно отреагировал. Похоже, я зря сбрасывал его со счетов. Может быть, это он посылает тебе алые розы, а вовсе не Ольф.

– Да мне уже без разницы, – призналась я. – Главное, что мой план работает. Теперь надо будет понежничать в столовой, чтобы нас увидели как можно больше студентов.

– Впервые вижу девушку, которая так старательно собирается портить себе репутацию.

– Почему сразу портить? Здесь каждый второй встречается с каждым первым. Тем более ты не слывешь ловеласом, да и я ни разу не давала повода считать себя ветреной девицей. Уверена, все решат, что у нас серьезные отношения, основанные на многолетней дружбе.

– А знаешь, ты права. Друг – это человек, которому доверяешь, а без доверия крепких отношений не построишь, – согласился со мной Кас.

– Ты выразил мою мысль даже лучше, чем я! Иногда даже кажется, что ты всегда понимал меня с полуслова, – счастливо вздохнула я.

***

Вместе с началом новой недели началась моя активная деятельность по изображению бурных отношений. В первый же день мы с Касиланом обнимались в столовой на завтрак, обед и ужин, а потом еще на переменах, и, несмотря на противную погоду, совершили прогулку по территории академии, чтобы мой тайный поклонник наверняка увидел нас вместе.

И если в понедельник я все еще получила молчаливую алую розу, то уже во вторник ее не было на моем пороге, отчего я счастливо взвизгнула, стоило мне открыть дверь. Правда, так быстро отказываться от игры я не решилась. Что мешает кавалеру возобновить ухаживания с новыми силами, если он увидит, что мое сердце снова свободно?

Несколько раз я замечала прищуренный взгляд Грайса, направленный в мою сторону, а Ольф так вообще не постеснялся провести со мной нравоучительную беседу сразу после занятий, ведь разговаривать во время лекций, сидя прямо перед носом преподавателя было бы крайне затруднительно.

– Отношения с Вейром на тебя плохо влияют, Миалира! – без лишних предисловий начал Шелот, стоило профессору выйти за дверь.

Хорошо, что и одногруппники поспешили за ним, поэтому не стали свидетелями нашего странного разговора.

От столь наглого заявления я даже выронила из рук тетрадь, которую собиралась положить в сумку. Ольф успел поднять ее первым и с недовольной миной сунул вещь мне в руки.

– С чего ты взял? – справедливо возмутилась я, удивленно выгибая бровь. Хорошо хоть не успела встать со стула, не то немедленно плюхнулась бы обратно. – Мы встречаемся всего второй день.

– Вот и я о чем говорю! Встречаетесь второй день, а ты уже начала отставать! – сверкал карими глазами он, опираясь двумя ладонями на парту, чтобы подобно скале нависать надо мной. – Сегодня ты задумалась и чуть было не сделала фатальную ошибку, перерисовывая с доски схему. Если бы я тебя не поправил, ты бы потом выучила неправильно.

– С кем не бывает, – отмахнулась я. – Это такие мелочи. К тому же, ты всегда успеваешь смотреть не только в свою, но и в мою тетрадь.

– Да, я все успеваю, потому что не витаю в облаках, – согласился он. – Думаешь, сегодня утром преподаватель не заметил твоего мечтательного взгляда? Уверен, теперь тебе не поздоровится на экзамене.

– Ты преувеличиваешь. Не могу же я всю жизнь провести одна. Мне давно надо было начать с кем-то встречаться, – я встала из-за стола и вызывающе посмотрела на Ольфа. Ох и зря я это сделала!

– С кем-то? Но почему не со мной? – на лице моего соседа по парте отразилось искреннее недоумение.

– Э… – только и смогла ответить я, не ожидая подобного поворота событий.

Конечно, Кас неоднократно заявлял, что Шелот ко мне неровно дышит, но я вовсе не относилась к этому заявлению серьезно. Разве могло помешанному на учебе брюнету нравиться что-то еще кроме книг и конспектов?

– Мы с тобой были бы идеальной парой. После окончания учебы мы могли бы проводить собственные исследования. И кто знает, возможно, смогли бы создать руны, помогающие обратить вспять парочку особо опасных смертельных ритуалов!

– Э… – умных мыслей в моей голове не прибавилось, поэтому я решила продолжить невразумительно мычать, чтобы Ольф тоже усомнился в моих умственных способностях.

– Я даже решил сделать первый шаг. Точнее несколько первых шагов. Сначала я хотел заинтриговать тебя, а потом пригласить на свидание. Даже послание писал левой рукой, чтобы ты не распознала почерк, но ты… Ты так и не пришла! – расстроенно продолжил он. – Я просидел в чайной до самого вечера, а в воскресение утром решил зайти к тебе, чтобы объясниться, но ты просто всучила мне конспект.

Одногруппник выглядел таким расстроенным, что первым моим порывом было его пожалеть, но потом… Мои мозги все же принялись за работу, и я поняла, что была не обязана читать его мысли и угадывать желания. Если он хотел строить со мной отношения, должен был сказать об этом сразу, а не отчитывать меня, как нашкодившего котенка, как только я начала встречаться с другим.

– Я не пришла, потому что весь день провела в компании местной стражи. И ты бы знал об этом, если бы хоть немного интересовался моей жизнью, а не успехами в учебе, – отрезала я, решив, что пора заканчивать этот бессмысленный разговор, если мы не хотим разругаться в пух и прах. – Да, и еще… Надеюсь, ты сообщишь моим родителям, что передумал на мне жениться. Иначе я не буду с тобой разговаривать!

– Жениться? Родителям? Погоди, о чем ты? – удивление на лице Ольфа выглядело неподдельным, но он также удивлялся, когда узнал, что мне дарят цветы.

Хотя… Может, тогда он решил, что я имею ввиду, будто разные поклонники заваливают меня букетами по поводу и без?

– Ты утверждаешь, что твои родители не пытались договорить с моими о скорой помолвке? – спросила в лоб.

– Мои родители даже не знают о твоем существовании. У нас в семье не принято обсуждать чувства. Вот если бы ты написала достойный научный труд…

– Понятно, – кивнула я. – Если я соберусь написать что-то достойное вашего обсуждения, то обязательно сообщу.

Подхватив свою сумку, я вышла в коридор и успела пройти только пару шагов перед тем, как натолкнулась на Касилана. Он спешил встретить меня после занятий, чтобы проводить до общежития, в очередной раз показывая окружающим, какой у меня заботливый парень.

– Миа, что-то случилось? – Кас, как всегда, смог прочесть настроение по моему лицу.

– Да, то есть нет. В общем, я знаю, кто дарил мне розы. Ты был прав.

– Зануда Шелот?

– Да.

– Он тебя обидел? Поэтому на тебе лица нет? – уже более грозно спросил друг, одним своим тоном обещая обрушить на Ольфа гору проблем.

– Нет, не обидел. Я расстроилась, потому что думала, что именно его родители договорились с моими о помолвке, – тяжело вздохнула я.

– О помолвке? – голос Касилана чуть было не оглушил меня, да и все студенты, идущие мимо по коридору, дружно на нас обернулись.

Уверена, теперь по академии будут ходить сплетни, будто я собралась замуж за Каса. Что ж, может, в сложившейся ситуации это и не плохо, ведь я так и не вычислила того, кто представляет главную угрозу.

– Понимаешь, тут такое дело… – начала я, а потом во всех подробностях рассказала ему о полученном от матери письме и о своих умозаключениях касательно дарителя алых роз.

– Что ж… Выходит, ты ошиблась, и это два разных человека.

– Да, и я по-прежнему не знаю, кто второй.

– Значит, по-прежнему нуждаешься в своем парне? – улыбнулся он, мягко взяв меня за руку.

– Как никогда, – кивнула я и позволила Касилану утянуть меня на улицу.

***

Поскольку самый опасный для моей жизни и свободы кавалер был по-прежнему не обнаружен, мы с Касом продолжали упоенно изображать влюбленную парочку. Подруги завистливо вздыхали, глядя, как друг с наигранным обожанием смотрит на меня и, не стесняясь зрителей, целует пальцы.

Недели летели одна за другой, и я все чаще начинала задумываться о том, что мне нравится наша игра, и я не так уж сильно хочу знать, кого мама подобрала мне в мужья. Ведь как только я это выясню, смогу отвадить неизвестного жениха, и нам с Касиланом больше не будет нужды встречаться.

В письмах от мамы больше не было новостей о моем скором замужестве, но беспокойство о будущем меня не покидало. Я понятия не имела, сработал ли мой план. Мог ли мой будущий муж, находясь в академии, спокойно смотреть, как я обнимаюсь с другим? Может, ненавистная помолвка уже отменена? К сожалению, я не могла знать этого наверняка.

Были у меня и другие поводы для волнений. Во время одного из задушевных разговоров я ненароком выяснила, что девушку, в которую уже два года влюблен Кас, зовут Бетани, и теперь украдкой наблюдала за ней, чтобы понять, что такого особенного в этой голубоглазой блондинке, похожей на эльфийку. Хотя, почему похожей? Наверное, в ее дальней родне каким-то чудом все же затесались эльфы.

Бет двигалась с поразительным изяществом и грацией, а я завистливо кусала губы каждый раз, когда оказывалась около нее. Рядом с этой утонченной девушкой я чувствовала себя синим чулком. Даже мои большие голубые глаза уже не казались такими выразительными, да и каштановые волосы по сравнению с золотыми кудрями блондинки скорее напоминали паклю.

Единственное, что меня безусловно радовало: Касилан вжился в роль моего парня настолько, что совсем не замечал Бетани. Даже если она показывалась на горизонте, его взор был обращен лишь на меня.

Приближалась пора экзаменов, и, поскольку вскоре нам предстояло безвылазно зубрить свои конспекты, в субботу мы с Касом решили прогуляться по Бейрану и понежиться под яркими лучами весеннего солнца.

Когда наш путь пролегал мимо чайной господина Жвакса, мой желудок громко заурчал, возвестив, что не против бы отведать чего-нибудь вкусного.

– Зайдем? – тут же отреагировал мой спутник.

– Если хозяин там, то боюсь, мы не выйдем до вечера, – вздохнула я, припоминая, как при последней встрече гном вновь растрогался и долго благодарил меня за спасение своей жизни.

– Тогда я могу забежать один и купить тебе кренделек, – предложил Касилан, видимо, тоже вспомнив о том случае.

– Это было бы просто чудесно, – благодарно улыбнулась я и по недавно сложившейся привычке нежно чмокнула друга в щеку.

Кас скрылся за дверьми чайной, а я осталась ждать его на улице и надеяться, что господин Жвакс не появится в пределах видимости.

– Миалира, что это было? – послышался из-за спины голос моей матери.

А она откуда взялась в Бейране? Я медленно повернулась и столкнулась с негодующим взглядом родительницы, которая замерла на месте, будто тоже не верила, что видит меня.

– Мама? Что ты тут делаешь?

– Да, мама! – подтвердила она и зашагала в мою сторону, стуча острыми каблучками по мощеной дороге. – Я решила сделать тебе сюрприз. Приехала, чтобы помочь подобрать достойный наряд для помолвки. И что я вижу?

– Что?

– Как ты целуешь парня, который вовсе не является твоим женихом! – ахнула она и прикрыла рот ладонью, будто даже говорить об этом вслух было великим позором.

– Да? И кто же является? Ты ведь так и не удосужилась рассказать, мама, – начала злиться я, распаляясь все больше с каждым следующим словом, вылетающим из моего рта. – И вот чего я не пойму, так это почему вы все решили за меня?! Разве наша семья крупно задолжала кому-то? Нет. Может быть, я собираюсь сидеть у вас на шее по окончанию учебы? Тоже нет. Я подневольная принцесса с кучей обязанностей, наложенных на меня высоким титулом? Снова мимо. Так с чего бы мне плясать под вашу дудку?

– Миа, как ты можешь такое говорить? – искренне изумилась родительница. – Мы всего лишь хотели помочь тебе устроить свою судьбу. Тем более Грайс такой замечательный мальчик. Он нам как родной! И госпожа Эйлат такая хозяйственная женщина, такая предусмотрительная, что даже выбрала место для свадебного банкета.

– Раз она все предусмотрела, тогда пусть реализует план с запасной невестой или ищет новую! Времени у нее еще предостаточно. Если, конечно, ее сынок доживет до этого момента, и я не придушу его голыми руками! Он ведь сказал, что не собирается на мне жениться! – продолжала негодовать я, припоминая, как Грайс уверял меня, что найдет себе достойную партию сам.

А ведь я поверила и снова начала давать ему списывать домашку, хотя имени желаемой будущей жены он так и не назвал. Что ж, сам виноват! Пусть теперь разбирается со своей женитьбой самостоятельно, я в дела его семьи точно не полезу.

– Он не мог сообщить, что женится на тебе, потому что сам ничего не знал. Мальчик ни в чем не виноват, – поспешила заверить меня родительница. – Мы хотели сделать вам сюрприз, но я не удержалась и приехала… А ты здесь целуешься… Прямо посреди улицы!

– Кажется, наш разговор пошел по кругу, – устало выдохнула я, поглядывая на двери чайной. – Мама, я уже объяснила тебе, что не собираюсь выходить замуж. Кого бы вы там ни выбрали, вы сделали это зря.

– Но Грайс… – вновь растерянно произнесла она.

– Тем более за него, – припечатала я и приправила свои слова весомым аргументом: – Я люблю другого!

Я произнесла эту фразу так легко и естественно, будто она уже давно и прочно укрепилась в моей голове. Конечно, я некоторое время назад поняла, что мне нравится Касилан, но даже не задумывалась, что нежные чувства привязанности и благодарности так глубоко пустили корни в моем сердце, что успели превратиться в любовь.

От этого осознания мне стало одновременно радостно и грустно, потому что я не знала, как относится ко мне Кас. Возможно, он все также вздыхает по прекрасной Бетани.

После услышанного мама замерла на месте, как громом пораженная, а я просто не знала, что еще можно сказать. Я и так, кажется, сболтнула лишнего.

– Кому свежих крендельков? – освещая улыбкой всю улицу, спросил Касилан, как только вышел из чайной.

В его руке был зажат бумажный пакет, в котором наверняка и прятались приготовленные для меня вкусности. Как всегда, он быстро оценил ситуацию, и его лицо мгновенно помрачнело.

– Здравствуйте! – вежливо поздоровался он с моей матерью, даже не подозревая, что нарвался на знакомство с моей родительницей. – Миа, ты в порядке?

– В полном, – натянуто улыбнулась я. – Познакомься, Кас, это моя мама, госпожа Мэнер. Мам, это Касилан. Я тебе о нем только что рассказывала.

– Тот самый парень, которого ты… – озадаченно начала говорить мама, внимательно рассматривая моего друга.

– Да, с которым я встречаюсь, – перебила ее, пока она не выболтала все мои секреты. После я стремительно повернулась к Касилану и умоляюще посмотрела на него. – Кас, мог бы ты оставить нас наеди…

Даже фразу заканчивать не пришлось, потому что друг по-прежнему угадывал ход моих мыслей. Он тут же растянул губы в улыбке, всучил мне пакет с крендельками и произнес:

– Прошу меня простить. Вспомнил о неотложных делах. Доброго дня!

– Доброго, – кивнула моя родительница, после чего мы с ней остались наедине и долго беседовали о моем будущем.

Наверное, сегодня удача благоволила мне, потому что расстались мы довольные сами собой и друг другом. Я убедила маму, что Касилан – гораздо лучший вариант для замужества, чем давно знакомый ей Грайс, а она взяла с меня слово, что после сессии я привезу своего парня, чтобы познакомить с отцом. Осталось самое сложное: рассказать об этом только самому Касу.

***

Бывать в мужском общежитии мне приходилось не часто, потому что желающие списать обычно приходили ко мне сами. Да и Касилан постоянно встречал и провожал меня, так что у меня даже не было лишнего повода заглянуть к Вейру до тех пор, пока я неосмотрительно не пообещала матери привезти его в гости.

Стоя перед комнатой Касилана, я сжимала и разжимала кулаки от волнения, будто бы это простое движение могло помочь мне собраться с мыслями, которые разбегались от меня, как тараканы при включенном свете. Я уже подняла руку, чтобы постучать в дверь, как она распахнулась сама, являя передо мной удивленного Каса.

– Вот так сюрприз! Я как раз собирался идти к тебе.

– А я пришла сама, – зачем-то констатировала факт.

– Пройдемся или хочешь поговорить внутри?

– Давай лучше выйдем на улицу, – ответила я, надеясь таким образом отсрочить разговор.

К сожалению, коридор, как и лестница в мужском общежитии, были не бесконечны, поэтому вскоре мы уже шли по дорожке в сторону учебных корпусов, вдыхая прохладный вечерний воздух.

– Как я понял, ты сообщила матери, что мы встречаемся? – облегчил мне задачу друг, решив первым начать разговор.

– Да, – кивнула я и закусила губу.

– Что с твоей помолвкой? – будничным тоном продолжил спрашивать он.

– Она отменена. Неизвестный жених мне больше не угрожает, – улыбнулась, решив не подставлять Грайса понапрасну, ведь, если верить моей матери, он ничего не знал о далеко идущих планах госпожи Эйлат.

В конце концов, если выяснится, что красавчик мне соврал, я разберусь с ним и без грубой физической силы. Достаточно лишь снова лишить его доступа к готовым домашним заданиям, чтобы он как следует помучился.

– Значит… У тебя больше нет необходимости со мной встречаться? – Касилан остановился, взял меня за руку и заглянул в глаза. – Ведь так?

– Так, – согласилась я, потому что необходимости, действительно, не было, зато появилось желание быть рядом с ним: вместе обедать, гулять, держаться за руки и делать еще много разных дел.

– Что ж… В таком случае…

– Будешь моим парнем? – перебила его, пока он не успел сказать, что мы должны расстаться.

Да, возможно, в самом начале я и хотела свести его с Бетани, по которой он вздыхал целых два года, но сейчас я была не готова сдаться без боя. Не хотела отдавать Касилана никому, ни прекрасной блондинке, ни обворожительной брюнетке. Я даже принцессе его бы не уступила, если бы он ей вдруг приглянулся.

Кас замер на месте, чуть приоткрыв рот и широко распахнув глаза. Пару секунд он внимательно смотрел на меня, так и не ответив, и я уже не надеялась, что он согласится, как вдруг…

Его рука крепче сжала мою ладонь, а в следующее мгновение он притянул меня в свои объятия, чтобы подарить первый в моей жизни настоящий поцелуй. Я никогда не думала, что он может быть таким сладким и всепоглощающим, но он именно таким и оказался.

Его горячие губы казались совершенством, шершавые пальцы зарылись в густую копну волос, и, должно быть, основательно подпортили мою причёску. Но прямо сейчас мне было плевать на свой внешний вид, и абсолютно все равно, что мы стоим на виду у всех, посреди дорожки в самом сердце Академии Бейрана.

Мне хотелось, чтобы наш поцелуй длился вечность, чтобы он был согласием и признанием того, что мои внезапно вспыхнувшие чувства оказались взаимными.

Как только наши губы разомкнулись, Касилан прижался лбом к моему лбу и, тяжело дыша, произнес:

– Я хотел предложить то же самое.

– Чтобы я стала твоим парнем? – нервно хихикнула я, вероятно, испортив своим вопросом романтичный момент.

– Нет, чтобы ты была моей девушкой по-настоящему.

– Только, если после сессии ты готов поехать со мной в мой родной город, чтобы познакомится с родителями, – хитро прищурилась я, решив воспользоваться возможностью и вывалить на него все сразу.

– Можно сказать, что я уже наполовину выполнил это условие, ведь я уже знаком с твоей матерью, – довольно усмехнулся он.

– Значит, ты больше не будешь вздыхать по Бетани? – для меня было важно выяснить все и сразу, чтобы не сомневаться и больше не возвращаться к этому вопросу.

– По кому? – озадачился Кас, явно не понимая, о чем я говорю.

– По Бет, – повторила я. – Та сногсшибательная блондинка с голосом лесной феи, по которой ты сох два года.

– Ах, Бетани, – заливисто рассмеялся он. – Можешь не переживать, она никогда ничего для меня не значила.

– Но как же? Ты же сам говорил…

– Те два года я вздыхал по тебе, а Бет просто проходила мимо и попалась мне на глаза, когда ты решила задать мне столь неудобный вопрос, вот и назвал ее имя. Я попросту побоялся спугнуть тебя своими чувствами, ведь мне так понравилось быть твоим парнем. Не хотелось, чтобы ты записала меня в число кавалеров, от которых требуется срочно избавиться.

– Девушка, которой ты так восторгался… Чьи глаза ярче всех звезд на небе… И чарующий голос… И… – продолжала вспоминать я все то, что слышала о зазнобе Касилана от него самого.

– Все это ты. Я говорил о тебе, – заверил меня он.

– Но почему ты не сказал сразу, когда мы только познакомились? – отклонила голову назад, чтобы утонуть в серых, как два темных омута, глазах.

– Сначала я и сам не понял, что ты мне нравишься, – пожал плечами он. – Но стоило подружиться с тобой, как ты незаметно пробралась в мое сердце. Я рассчитывал, что однажды смогу тебе открыться, но ты с таким блеском избегала отношений, посвящая всю себя учебе, что я принял за счастье просто быть рядом в качестве друга, который всегда поддержит и придет на помощь. Я надеялся, что когда-нибудь настанет тот день, когда ты посмотришь на меня другими глазами, и вот моя мечта сбылась. Этот день наконец настал.

– Ох, Кас… Я даже не думала, – прошептала я, вглядываясь в его лицо.

– Я люблю тебя, Миалира, – одними губами произнес он, окончательно разбивая все мои сомнения.

P.s. Нравятся академки? Читай истории от Юлии Масловой:

"Зачётка боевой некромантки" https://author.today/reader/378546/3494361

"Первокурсница с огоньком" https://author.today/reader/388501/3585441

Если вам понравилась история, буду рада вашим сердечкам и комментариям!