Мой ненавистный сводный дракон

Глава 1

– Я не делала этого! – в отчаянии выкрикнула я, чуть ли не плача.

– Ну как же, адептка? – нахмурился декан, сжав в руке большой черный кристалл. – Это нашли в вашем шкафчике в раздевалке. Будете отрицать очевидное? Вы хоть знаете, сколько стоит этот артефакт? А вы, значит, решили его позаимствовать? Верней, своровать у академии? Понимаете, что вам за это грозит?

Я упрямо сжала зубы, борясь со слезами. Нет уж, я так просто не сдамся! И... с чего они вдруг решили проверить кабинку?

– Кто вам сказал, что он там? – глухо спросила я, осененная догадкой.

– Какая разница? – усмехнулся мужчина, кладя кристалл на стол. – Это вас не спасет.

Я подорвалась с места, подскочив к декану, и с яростью бросила:

– Кто! Мне важно это знать!

В глазах мужчины появилось сомнение, и он, слегка помедлив, все же ответил:

– Эриан Грейсон.

Я горько усмехнулась, отступив обратно.

– Эриан, значит. Так это он мне его и подбросил, разве неясно? Вы же знаете, как он меня ненавидит!

– Не выдумывайте, Амелия! – сердито фыркнул декан. – Он сын уважаемого человека, а вы...

– А я, значит, недостойна доверия, да? – процедила я. – Что ж, я докажу вам, что невиновна!

Не дожидаясь ответа мужчины, я выскочила из кабинета, кипя от ненависти. Эриан, этот ублюдок! Решил, значит, окончательно раздавить меня? Что ж, посмотрим, кто кого!

Я знала, где его искать: в это время, после занятий он любил бывать в таверне неподалеку от академии, и раньше мне было страшно даже подумать, чтобы идти туда. Куча пьяных парней, всякие темные личности, мрачные подворотни...

Но сейчас мне было плевать. Злость распирала меня, и я не завидовала тому, кто встанет на моем пути.

До места добралась быстро, буквально долетела за несколько минут, словно научилась телепортации. Таверна пряталась в проулке, где горел лишь одинокий фонарь, и низкое ветхое здание напоминало забегаловку, а не приличное место, однако ж пользовалось популярностью у многих, даже у адептов нашей академии.

Недолго думая, я ворвалась внутрь, закашлявшись от едкого дыма табака и стойкого запаха кислого пива. Шум в зале тут же стих, и взгляды присутствующих обратились на меня. Особенно один, самый пристальный и ошеломленный.

Стиснув кулаки, я быстро пересекла зал, огибая столы, и подошла к углу, где за столом, в компании таких же придурков, как он, сидел Эриан. Высокий и худощавый, со смоляной гривой волос и красивым, холеным лицом, он выделялся среди остальных, как бриллиант среди грязи. Вот только я знала, что он настоящий мерзавец.

– Ты, урод! – прошипела я, не обращая внимания на остальных. – Это было подло! Сейчас же пошел и рассказал декану правду!

– Иначе что? – приподнял бровь парень, кривя губы в издевательской ухмылке. – Ты не в том положении, детка, чтобы мне приказывать.

Я судорожно выдохнула, отступая. Понимая, что он прав – я ничего ему не сделаю. Но тут же улыбнулась, вызвав недоумение на лице недруга.

– Нет, кое-что я все же могу.

Мои руки вспыхнули огнем, и я с ненавистью воскликнула.

– Я вызываю тебя на дуэль, Эриан Грейсон, за оскорбление своей чести! И если ты проиграешь, то признаешься во всем!

Глаза Эриана расширились, и по спине пробежал холодок, когда его зрачки вытянулись, став похожими на змеиные. Он поднял руку, и на кончиках его пальцев заплясал огонь, а взгляд стал донельзя самодовольным.

– Не боишься? Забыла, кто я? Я же тебя размажу.

Я дрогнула, но не отступила. Лишь скрипнула зубами, выплюнув ему в лицо:

– Попробуй. Бой до первой крови, ублюдок!

Парень вскочил с места, довольно усмехаясь, и демонстративно закатал рукава.

– Ну что ж, это будет весело. Я принимаю твой вызов!

Глава 2

Почти годом ранее

Едва прозвенел звонок с последнего урока, как адепты радостно подорвались с мест, предвкушая долгожданные выходные. Первые в этом учебном году.

– Слушай, я тут такое место нашел, там готовят – пальчики оближешь! – услышала я сбоку довольный голос Даргуса – пухлого здоровяка, любящего поесть и выпить.

– Ой, а меня матушка звала в новый модный салон! – раздалось с другой стороны от стайки манерных аристократок, которые с первых дней в группе держались особняком, будто королевы.

Довольные тем, что учебный день закончился, адепты шумели, обсуждали планы на выходные, и совершенно не обращали внимания на преподавателя, который все еще стоял за кафедрой.

Я с тоской посмотрела вслед спешащим прочь из аудитории одногруппникам. Ведь у меня планов никаких не было. Даже домой не поеду, потому что пока доберусь туда, надо будет уже возвращаться.

Собрав тетради и сунув учебник в сумку следом, я медленно побрела к выходу, никуда не торопясь. Наверное, проведу все выходные, зубря пройденный материал. А чем еще заняться?

Совсем недавно я стала адепткой академии, и так радовалась этому. Даже поступила сама, без денег и протекции. Моя семья была хоть и благородного происхождения, но бедна и не знатна. Матушка еле вырастила меня одна после того, как отец трагически погиб.

Наверное, поэтому я решила сосредоточиться на учебе, во что бы то ни стало собираясь доучиться и получить диплом мага. Тогда матушке больше не придется тянуть все на себе, и я смогу сама обеспечить семью, устроившись в приличное место. Так что лучше мне ни с кем не дружить. Не привлекать к себе внимания. Одна лишь учеба, и ничего более.

Выйдя на улицу, я повернула к общежитию. Но почти сразу передумала, направившись в парк. Сидеть в четырех стенах в такой день просто грех.

Сентябрь выдался теплым, солнечным и сухим. Парк академии утопал в осенних красках: клены пылали багряным, березы золотились, а дубы, будто не желая сдаваться, пока держались зелеными. Легкий ветерок подхватывал опавшие листья и кружил их в медленном танце, бросая под ноги гуляющим адептам.

Я остановилась у извилистой дорожки, засмотревшись на эту красоту. Мир был полон света и тепла, и я невольно улыбнулась, чувствуя, как напряжение последних дней понемногу отпускает.

Вокруг кипела жизнь. Адепты всех курсов наслаждались погожим днем: кто‑то сидел на скамейках с книгами, изредка поднимая глаза, чтобы переброситься парой слов с друзьями; другие играли, смеялись, носились по парку, как дети. Над одной поляной то и дело вспыхивали разноцветные искры: группа младших адептов тренировала контроль над стихиями – у кого‑то вспыхивали язычки пламени, у кого‑то взметались струйки воды или порывы ветра.

Я грустно вздохнула, глядя на них, завидуя их беззаботности. Ведь мне самой отдыхать было некогда и не с кем.

Я развернулась, чтобы уйти, но взгляд вдруг зацепился за компанию, стоящую в тенистом уголке вдали от остальных. Трое парней, все как на подбор, высокие, широкоплечие, подтянутые и холеные, в идеально отглаженной форме, пошитой явно на заказ. Похоже, старшекурсники, и сразу видно – из родовитых семей. Даже позы у них были вызывающими, будто они тут хозяева.

Но не они привлекли мое внимание, а та, которую они окружили. Невзрачная девушка в простой одежде, некрасивая и какая-то вся угловатая, будто подросток, съежилась возле дерева, глядя себе под ноги. А тот, что стоял ближе всего, черноволосый и самый смазливый, что-то говорил ей, криво ухмыляясь.

В груди что-то неприятно сжалось, и я подошла ближе, чтобы расслышать, о чем они говорят.

– Так что, как будешь расплачиваться, чучело? – зло сплюнул сквозь зубы черноволосый. – Ты мне форму испачкала! Знаешь, сколько она стоит?

Я замерла за одним из деревьев, выглядывая из-за него, и вдруг заметила большое жирное пятно на пиджаке брюнета. Так вот оно чем?

– А давай ее в служанки возьмем, – предложил вдруг белобрысый парень, гаденько улыбаясь при этом.

Темноволосого аж передернуло.

– Издеваешься? Она ж страшная!

Его друг заржал и хлопнул его по плечу.

– А ты сразу о постели думаешь, извращенец. Где только твое воспитание?

– Какое воспитание? – усмехнулся парень.

Бедняжка еще больше сжалась, совсем побледнев. А я стиснула зубы, начиная понимать, что тут происходит.

Глава 3

Вот уроды... Знаю я таких – пользуются своей силой, статусом, положением только, чтобы унизить и растоптать того, кто не может дать им отпор. Самоутверждаются за их счет и считают себя правыми.

– Пусть за нас домашку делает, – предложил вдруг блондин. – Вещи таскает, в столовой обслуживает. Что, не придумаем что ли, наказания?

– Плохая идея, – покачал головой третий, серьезный шатен. – Хотите, чтобы нас исключили? Если ректор узнает...

– Ой да брось! – раздраженно отмахнулся брюнет. – Даже если узнает, мой отец нас отмажет. В первый раз что ли?

Он замолчал, и его губы расплылись в довольной ухмылке. Парень склонился к дрожащей девчонке и тихо, вкрадчиво протянул:

– Что ж. Я знаю, как ты можешь искупить свою вину. Встань на колени и вылижи пятно. Языком.

Цвет лица адептки сравнялся с землей, и она отчаянно замотала головой. А у меня внутри закипела ярость.

Ну все, гад, ты сам напросился! А ведь хотела никак не выделяться...

– Ну! – нетерпеливо притопнул блондин, которому явно хотелось зрелища. – Или хочешь, чтобы мы превратили твою жизнь в ад?

Всхлипнув, девчонка посмотрела на него затравленно. И медленно, меняясь в лице, начала опускаться на колени.

Вокруг тут же начали собираться зеваки, оживленно переговариваясь, и из толпы послышались смешки. Вот же сволочи, и ни один не спешит заступиться за бедняжку...

Не колеблясь больше, я шагнула к троице, не зная еще, что именно буду делать, и решив импровизировать. Ну что они мне сделают прилюдно? А уж бояться их, как эта мышка, я не собираюсь.

– Эй вы! – окликнула я парней, и девчонка замерла в ошеломлении, так и не сделав того, что ожидали ее обидчики. – Что, противника себе по силе не нашли? Или ваш уровень – убогие и слабые, как вы сами?

Спины всех троих напряглись, и блондинчик аж подпрыгнул, резво повернувшись ко мне.

– Ты еще кто такая? – зло прошипел он, едва не брызжа слюной.

Брюнет развернулся медленно, с ленцой, демонстрируя пренебрежение. Будто какая-то жалкая букашка посмела отвлечь его от важных дел. Шатен же прислонился к дереву, скрестив руки на груди, и с неодобрением покачал головой.

Я проигнорировала белобрысого аристо, сразу направившись к черноволосому. В этой троице лидер точно он, так что с ним и надо разговаривать.

– Ну так что? – с вызовом поинтересовалась я, встав напротив брюнета. – Слабо найти себе соперника по размеру? Или струсил? Нравится издеваться над другими, да? Не боишься однажды оказаться на ее месте?

Я была уверена, что парень разозлится. Что начнет орать, а то и ударит. И даже приготовилась к этому, сжавшись внутри, но оставшись непоколебимой снаружи. Однако, этот тип удивил меня.

Забыв про свою жертву, он оскалился в дьявольской улыбке, и сделал шаг ко мне. Замер так близко, что я ощутила его дыхание на себе, и усмехнулся.

– Откуда ж ты взялась, такая смелая? Вали отсюда, пока не поздно.

Он произнес это так небрежно и самоуверенно, словно этого было достаточно, чтобы я испугалась и сбежала. Но его слова лишь сильней подогрели мою злость.

– Размечтался, – столь же холодно ответила я, обходя его, чтобы вызволить девчонку из ловушки.

Но он вдруг схватил меня за руку, притянув к себе, и я похолодела, увидев, как его зрачки вдруг вытянулись, а радужку глаз вдруг затопило золотом.

Вот черт... Проклятый дракон!

Глава 4

Внутри все перевернулось, и я невольно отшатнулась. Но парень удержал меня, все так же довольно скалясь.

– Видно, ты еще не поняла, с кем связалась, дурочка, – ледяным тоном процедил он. -Ты разозлила меня, поэтому я возьму плату за свое спокойствие.

Я замерла, не в силах пошевелиться, когда брюнет резко притянул меня к себе и впился в губы жестким, почти жестоким поцелуем. В первый миг мир вокруг словно перестал существовать – остались только его губы, горячие и наглые, его сила, напор и странный животный магнетизм, от которого по спине пробежала волна непонятного жара.

На мгновение что‑то внутри меня дрогнуло и потянулось к нему вопреки всему: вопреки злости, вопреки здравому смыслу, вопреки тому, как он только что унижал другую девушку. Я невольно ответила на поцелуй – всего на долю секунды, но этого хватило, чтобы испугаться самой себя.

Но тут до меня донеслись смешки из толпы, чьи‑то ехидные комментарии, и это словно окатило ледяной водой. В ярости я резко прикусила его губу – не сильно, но достаточно, чтобы он ойкнул и отшатнулся, прижав ладонь к кровоточащей ране. А в его глазах тут же вспыхнула ярость, смешанная с изумлением.

– Ты что творишь?! – рявкнул он, глядя на меня с недоумением и злостью.

Я выпрямилась во весь рост, стараясь унять дрожь в коленях, и с размаху влепила ему пощечину – звонкую, жесткую, унизительную для него на глазах у всех. Звук удара эхом разнесся по двору, и толпа на мгновение замерла.

– Смотрю, ты и любви добиться не можешь без насилия, – процедила я сквозь зубы, глядя ему прямо в глаза. – Только жалкие трусы запугивают слабых и пытаются взять силой то, что им не дают по доброй воле.

Брюнет побледнел, сжал кулаки так, что костяшки побелели, а в глазах снова мелькнуло то странное золотое свечение. Он шагнул ко мне, будто собирался наброситься, но я не отступила – стояла, выпрямившись, с гордо поднятой головой, и смотрела на него без страха. Парень сплюнул себе под ноги и отвернулся.

А я повернулась к той самой девушке, все еще сжавшейся у дерева, и протянула ей руку:

– Пойдем.

Она неуверенно подняла на меня глаза, полные слез, потом перевела взгляд на брюнета, словно ожидая его разрешения. Но я сжала ее ладонь и потянула за собой.

– Идем, – повторила я тверже. – Ты в безопасности.

Мы двинулись прочь, и толпа расступалась перед нами – кто‑то с любопытством и уважением, а кто и с опаской. Парни из компании брюнета переглянулись, но никто не решился нас остановить.

Уже почти выйдя из круга зевак, я услышала за спиной голос брюнета – низкий, шипящий, полный угрозы:

– Ты сама напросилась, стерва. Хочешь войны – будет тебе война!

Я не обернулась. Только крепче сжала руку девушки и ускорила шаг, чувствуя, как внутри бурлит смесь гнева, адреналина и странного, неуловимого волнения. Что ж, если он решил объявить мне войну, то пусть знает: я не из тех, кто сдается без боя.

Глава 5

Настоящее время

– Давай, покажи этой мерзавке ее место! – заорал Гарден, один из самых гадких друзей Эриана.

Наверное, если бы не Грейсон, он сам бы давно разобрался со мной. Уж не знаю, чем я ему не угодила, но он тоже меня терпеть не мог, не упуская случая задеть или оскорбить.

– Не сломай эту крошку, – ухмыльнулся Джой, бросив на меня быстрый, виноватый взгляд.

Он, наверное, единственный, кто относился ко мне нормально и иногда осаживал друзей.

С моей стороны же была лишь Глория, с которой мы дружили с самого начала, и которая не отказалась от меня даже тогда, когда Грейсон объявил мне войну. Ведь я однажды спасла ее от Эриана.

Подруга стояла у стены таверны, заломил руки от волнения, бледная, как полотно, и я улыбнулась ей, жестами показав, что все будет хорошо.

– Пять минут, и мы снова вернемся к столу, – самоуверенно заявил Эриан и криво ухмыльнулся, повернувшись ко мне. – Последний шанс передумать, Лоусон. Если принесешь мне извинения прямо сейчас, стоя на коленях, так и быть, прощу.

Я зло заскрипела зубами и процедила с ненавистью:

– Не дождешься, Грейсон. Я лучше сдохну!

– Это запросто, – ощерился мой враг, и на меня дохнуло жаром его драконьего пламени.

Радужка его глаз пожелтела, и я вздрогнула, когда по его лицу, словно огоньки пробежали, покрывая кожу мелкими черными чешуйками.

Черт, проклятый дракон... Ну ничего, у меня тоже есть козырь в рукаве!

Толпа адептов, предвкушающих зрелище, заулюлюкала, и я выдохнула, беря себя в руки. Надо успокоиться, магия не любит суеты.

Местом для дуэли мы выбрали площадку на заднем дворе таверны, где посетители таверны частенько устраивали разборки. Так что этим было никого не удивить, разве что, наверное, впервые парень бился против девицы. И это его не красило, но здесь всем было на это плевать.

– Готовься! – гаркнул какой-то мужик, которого выбрали наблюдателем за поединком. – К бою!

В тот же миг по краям площадки замерцало защитное поле, отсекая нас с Грейсоном от остальных. И тот сразу бросился ко мне, стремительно сокращая разделяющее нас расстояние. Вся его фигура окуталась огнем, ослепительным, гудящим, будто в доменной печи. Истинным пламенем дракона, которого так все боялись, и против которого было сложно защититься.

Вот же урод – неужели действительно решил убить меня? Или просто запугать, чтобы я отступила и сама сдалась?

В отличие от Эриана, я осталась на месте, даже не подумав уклоняться. Лишь быстро сплела заклинание щита первого уровня, которое, будь оно обычным, не выстояло против драконьего пламени и секунды.

Но у меня был секрет. Тайна, которую не знал обо мне до сих пор никто. И сейчас, похоже, придется раскрыться, но выбора у меня нет. Сил моих больше нет терпеть эту сволочь! Сегодня он перешел черту в нашем противостоянии.

Эриан ринулся вперед, выставив перед собой огненный клинок – тот гудел и трещал, будто живой. Я стиснула зубы, в последний миг усилила щит, вложив в него часть силы.

Столкновение было оглушительным. Яркая вспышка огня ослепила, а воздух буквально взорвался, отшвырнув нас друг от друга. Я упала на спину, ударившись лопатками о каменистую землю, но тут же, тихонько охнув, перекатилась и вскочила на ноги. Руки дрожали, по предплечью побежало что-то горячее и липкое – щит выдержал, но дал трещину, и часть энергии все же прорвалась сквозь защиту.

Эриан отлетел к барьеру, врезался в него плечом, выбивая искры, но устоял. Его глаза расширились от недоумения.

– Какого дьявола?! – хрипло выкрикнул он. – Как ты это сделала? Жалкая первокурсница не может выдержать моего пламени!

Глава 6

Я не ответила. Дыхание сбилось, сердце колотилось как бешеное, но я знала: если дам слабину – он добьет меня.

Он снова бросился в атаку, на этот раз еще яростнее. Огненный шар размером с бочку полетел в мою сторону. Я вскинула руки, сплетая новый щит – на этот раз влив почти всю энергию, какая у меня была. Магия откликнулась с неохотой, но все же подчинилась.

Снова раздался взрыв, и нас отбросило в стороны. В этот раз я снова не удержалась и упала на колено, чувствуя, как по щеке из пореза стекает кровь. Эриан зарычал, сжал кулаки и снова начал плести заклинание – на этот раз сложнее, опаснее.

– Да что с ней не так?! – выкрикнул Гарден, нервно хохотнув. – Она же не может быть сильнее тебя, Эриан!

Стоявший чуть в стороне Джой нахмурился. Он внимательно следил за каждым нашим столкновением, за тем, как воздух буквально взрывался от атак Эриана.

– Подождите… – удивленно произнес он, и все невольно повернулись к нему. – Так бывает только тогда, когда сталкиваются две совершенно противоположные силы, враждебные друг другу. Вы же видели, их отталкивает друг от друга!

Вокруг повисла тишина.

– Противоположные силы? – переспросил кто‑то.

Джой медленно поднял взгляд на меня, потом на Эриана.

– У драконов, – произнес он медленно, – с древних времен был только один достойный враг. Тот, чья магия противоположна их огню. Фениксы.

Слова повисли в воздухе, и наши зрители охнули. Эриан замер, его глаза расширились. Он медленно перевел взгляд на меня – в нем читались шок, недоверие и что‑то еще, чего я не могла разобрать.

Я тоже застыла, чувствуя, как внутри все холодеет. Теперь все будут знать, и если кто-то начнет копать, то поймут, что мои родители, мама и покойный отец, самые обычные люди, а значит... Что это значит, догадаться будет несложно, и у Грейсона появится еще один повод измываться надо мной.

– Это… невозможно, – прошептал Эриан.

– Возможно, – тихо сказала я, поднимаясь на ноги. – Не ожидал, Грейсон? Теперь я не обычная беззащитная девчонка, над которой можно просто так издеваться, да?

Толпа зашумела. Кто‑то ахнул, кто‑то начал перешептываться. Глория, бледная, все еще стояла у стены, но теперь ее глаза горели гордостью и тревогой одновременно.

Эриан подошел ко мне, сжав кулаки.

– Ты… феникс? – его голос звучал хрипло, будто он с трудом подбирал слова. – Какого хрена, Амелия? Почему ты это скрывала?!

Я выпрямилась, стараясь унять дрожь, и с вызовом посмотрела на парня, чуть склонив голову набок.

– А кто ты такой, чтобы все тебе рассказывать, – я усмехнулась. – Но больше я не позволю тебе запугивать меня или кого‑либо еще.

Он молчал, глядя на меня. В его глазах больше не было прежней ненависти – только растерянность и, возможно, даже страх.

– Поединок окончен, – вдруг произнес наблюдатель, выходя вперед. – Ничья.

Эриан медленно опустил руки. Он больше не выглядел угрожающе – скорее, задумчивым.

– Нам нужно поговорить, Лоусон, – тихо прошипел, так, чтобы слышала только я. – Позже.

Я кивнула, не зная, что ответить. Надеюсь, теперь он расскажет правду декану. Хотя, это вряд ли – теперь у него еще больше причин ненавидеть меня.

Вокруг снова зашумели, зеваки начали расходиться. Гарден что‑то буркнул и отвернулся, Джон одобрительный кивнул, а Глория бросилась ко мне, едва сдерживая слезы.

– Ты в порядке? – прошептала она, хватая меня за руку.

Я выдохнула, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает.

– Теперь да, – ответила я. – Но, кажется, это еще не конец.

Глава 7

– Это было невероятно! – восхищенно воскликнула Глория, едва мой противник ретировался с поля боя, прихватив друзей. – Так ты феникс?! Наконец кто-то поставил этого гада на место...

Она сжала кулаки, потемнев лицом, и я поняла, что подруга вспомнила нашу первую встречу, когда Эриан издевался над ней.

– Не совсем, я полукровка. Только он все равно не отстанет, – вздохнула я, отлипнув от стены, о которую оперлась. – Идем, надо возвращаться в академию, пока ворота не закрыли.

Стоять было тяжело, и потрепало меня прилично. А едва я сделала шаг, как меня повело в сторону.

– Амелия! – охнула подруга, подхватив меня под руки. – Тебе к целителю надо!

– И что я ему скажу? – фыркнула я устало. – Что участвовала в магической дуэли? Декан за такое по голове не погладит, ты же знаешь. Разве что в городе найти кого...

– Погоди, я экипаж поймаю! – бросила подруга, подведя меня обратно к стене. – А подлечить я тебя и сама могу. У меня же есть слабый дар, ты забыла?

– Запамятовала, да, – вздохнула я, борясь с дурнотой. – Иди, я подожду.

Глория убежала, и я опустилась на землю, не в силах больше стоять.

– Бой с драконом, я смотрю, не прошел для тебя бесследно, да, феникс?

Знакомый голос, прозвучавший совсем рядом, заставил удивленно вскинуть голову. Черт, как он так незаметно подкрался?

– Джой? Что тебе надо?

Парень мягко улыбнулся, вытащив руки из карманов... и вдруг наклонился ко мне, коснувшись моего лица.

– Нехорошо, если на таком красивом личике останутся шрамы, – вместо ответа произнес он.

И в этот же момент я ощутила приятное тепло, окутавшее тело, а боль и дурнота отступили.

Ну, точно, Джой ведь на целительском факультете учится.

– Спасибо. Но... почему ты вообще мне помогаешь? – смущенно выдавила я, внезапно заметив, что он очень даже симпатичный.

Глубокие, как озера, синие глаза, озорные ямочки на щеках, и чувственные губы, которые так и притягивали взгляд.

Ох, Амелия, о чем ты только думаешь...

Взгляд парня вдруг потемнел, и он отступил, покачав головой.

– Не обольщайся, Лоусон. Я помог тебе только потому, что считаю – Эриан перегнул палку. Нельзя драться с девчонками.

Я поджала губы, чувствуя себя глупо. Пожалел меня, значит?

Джой выпрямился и, не прощаясь, неторопливо шагнул в сторону улицы. Но на полпути обернулся и усмехнулся.

– А забавно все вышло. Дракон и феникс... Ну надо же.

Я посмотрела ему вслед в растерянности. Ну и что это было? Странный он какой.

– Все, нашла! – выдохнула Глория, появившись из-за угла. – Идем, карета подана. Давай, хватайся за меня.

– Не надо, – улыбнулась я, поднимаясь на ноги. – Меня уже подлечили.

Глаза подруги округлились.

– Кто?

Я не удержалась от смешка.

– Боюсь, ты не поверишь. Это был Джой.

Лицо Глории вытянулось, и я все же рассмеялась, глядя на нее. Чувствуя, как потихоньку отпускает скопившееся напряжение. Что ж, наверное, все не так уж и плохо. Дракона на место поставила, нашла если не друга в стане врага, то хотя бы сочувствующего, да и доброе имя восстановила – теперь уж Грейсону не отвертеться, ведь он, считай, проиграл мне, а значит должен признаться в том, что подставил меня.

Обратно мы ехали молча: я все вспоминала лицо Джоя, глядящего так, будто наконец заметил меня. Глория же, наверное, не могла отойти от новости, что один из наших недругов сегодня вдруг помог мне, и что я не совсем человек.

В академии мы сразу разбежались по комнатам, потому что завтра надо было рано вставать. Но в коридоре меня вдруг поймала кастелянша, суровая пожилая женщина, которая помимо прямых обязанностей бдительно следила за нравственным обликом живущих здесь.

– Вам письмо, Лоусон, – чопорно поджав губы, произнесла она, протягивая мне конверт. От вашей матушки, надо полагать.

Я удивленно посмотрела на нее и кивнула.

– Спасибо.

Забрав конверт, я поспешила скрыться с ее глаз, но она тут же недовольно бросила мне вслед негромко, но так, чтобы я точно услышала:

– Ночь на дворе, а они бродят черти где.

Я ускорила шаг, раздраженно подумав, что она и сама вместо того, чтобы спать, шастает по общежитию. Вот же вредная какая!

Едва войдя в комнату, я уселась за стол и с нетерпением вскрыла конверт. Интересно, чего это вдруг мама мне написала?

«Милая, как ты там? Все хорошо, кушаешь, спишь? Как успехи в учебе? Кристалл связи опять разрядился, а новый покупать дорого. Пока дорого... Собственно, скоро все изменится, и об этом я хочу рассказать тебе. Приезжай на выходные домой, у меня для тебя очень важные новости. Твоя любящая мать».

Я дочитала и озадаченно откинулась на спинку стула. Новости, да еще и важные?

В голову сразу полезли глупые мысли, и стало не по себе. Что же такого произошло, что она попросила так срочно приехать?

Глава 8

– Дочка... – мать встретила меня на пороге гостиной со странным выражением лица. – У меня для тебя новости.

Я напряглась, чувствуя подвох.

– Какие? Ты больна? Умер кто-то?

Матушка нервно рассмеялась и покачала головой.

– Нет, милая, это хорошая новость. Но... я не знаю как ты к этому отнесешься. В общем, Амелия, так получилось, что я выхожу замуж.

Я замерла, глядя на маму ошеломленно. А потом облегченно выдохнула и подалась к ней, обнимая.

– Ну ты меня и напугала! Боялась, что я обижусь или буду против? Мама, да я давно тебе говорила, что ты еще молодая и у тебя вся жизнь впереди! Я так рада, что ты обретешь счастье! Кто он – то счастливчик, что украл твое сердце?

– Ох, дочка... – только и выдавила матушка, прижав меня к себе. – Не представляешь, как я переживала! Мой будущий муж – герцог, и он очень богат. Так что мы теперь ни в чем не будем нуждаться!

Я изумленно округлила глаза.

– Вот так новости! Мама, признавайся, как ты его очаровала? Хотя, ты же у меня красавица, неудивительно!

Матушка покраснела, смущенно рассмеявшись. Она действительно приоделась, прихорошилась, будто ждала кого-то кроме меня. И даже морщинок почти было не видно – мама будто помолодела лет на десять. А накрытый к чаю стол убедил меня в мысли, что она ждет гостей. Ну не для меня же она так старалась?

– Ну ты скажешь, дочка. Мы просто с первого взгляда понравились друг другу. И до сих пор скрывали от всех наши отношения. Так неловко было... Но вот, наконец, он сделал мне предложение. Вот только... есть еще кое-что.

Ее «кое-что» насторожило меня, и я приготовилась услышать, что он или жутко стар, или что есть еще какой-то подвох.

– В общем, у него есть взрослый сын, и он тоже только что узнал о свадьбе. Так что они оба скоро будут здесь. Рональд мечтает познакомиться с тобой, ну а у тебя теперь будет старший брат. Надеюсь, ты не против, Амелия?

Я посмотрела на нее в растерянности, не зная, что ответить. Брат? Признаться, я давно мечтала о нем. Чтобы было, кому меня защищать, с кем поговорить – в детстве мне так не хватало друга, с которым можно было поиграть. Но... Что, если я ему не понравлюсь? Тем более что мы все равно будем не родными.

– Мам... – начала было я, но меня прервали.

Дверь в гостиную распахнулась, и на пороге показался наш старый мажордом Альфред. Слегка поклонившись, он манерно объявил:

– К вам герцог Рональд Грейсон и его сын!

Фамилия герцога резанула слух. Надо же, какое совпадение, причем весьма неприятное.

А в следующий миг в гостиную вошли двое мужчин. Высокий, подтянутый, с сединой на висках бравый офицер в ладно сидящей форме. Суровые черты лица, орлиный нос и стальной взгляд – теперь понятно, что в нем нашла мама.

– Доброго вечера, леди, – скупо улыбнулся он, поклонившись по-военному, четко и коротко. Разве что каблуками не щелкнул. – Очень рад видеть вас в добром здравии, Мадлен. А ваша дочь просто очаровательна. Как считаешь, Эриан?

Услышав это имя, я похолодела, искренне надеясь, что и это дикое, просто невероятное совпадение.

– Разумеется, отец, – ответил Рональду до боли знакомый голос.

А после из-за его спины вышел тот, кого я уж точно не ожидала здесь увидеть. Мой личный враг. Тот самый ублюдок, который превратил мою жизнь в академии в ад.

Глава 9

Я застыла, не в силах пошевелиться. Кровь отхлынула от лица, а в ушах зазвенело. Эриан. Проклятье… Сын герцога Рональда Грейсона, будущего мужа матери – мой враг. Тот, кто унижал меня в академии, кто пытался убить в магическом поединке… и он скоро станет моим будущим сводным братом!

Эриан замер на пороге, увидев меня, будто наткнувшись на невидимую стену. Его лицо на мгновение исказилось – брови резко сошлись на переносице, губы сжались в тонкую линию, а скулы заострились еще сильнее. Он моргнул раз, другой, словно пытаясь осознать происходящее, но уже в следующее мгновение глаза его расширились от шока, а затем потемнели от злости.

Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, и он сделал шаг вперед с таким видом, будто сейчас кинется на меня:

– Отец, ты не можешь этого сделать! – его голос звенел от гнева. – Я уверен, эта женщина соблазнила тебя ради денег и статуса! Род Лоусонов на грани разорения после смерти ее мужа, а теперь она решила присосаться к нашему семейству!

При этих словах он резко повернул голову к отцу, и я заметила, как раздуваются его ноздри от едва сдерживаемой ярости. А в глазах, обычно холодных и расчетливых, сейчас полыхало настоящее пламя.

Мама побледнела так сильно, что я испугалась – казалось, она вот‑вот упадет в обморок. Она схватилась за подлокотник кресла, губы ее задрожали.

– Эриан, ты что несешь! – гневно прорычал герцог Рональд, тут же выступив ему навстречу. – Немедленно извинись перед леди Мадлен и ее дочерью! Такое поведение недостойно наследника нашего рода!

– Извиниться? – Эриан рассмеялся, но смех вышел горьким и злым. Он провел рукой по темным волосам, взъерошив их, и сжал челюсти так, что на скулах заиграли желваки. – Перед кем? Перед этой... Ты хоть знаешь, кто она? Она феникс, дьявол ее побери! И ты хочешь, чтобы я принял ее как семью? Никогда!

Внутри все сжалось в ожидании реакции герцога. Знал ли он, кто я? И ведь он... тоже дракон, как и Эриан. А значит древняя вражда между нашими расами касается и его тоже.

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает гнев, но постаралась держать себя в руках. Слова Эриана ранили, но я не могла позволить ему унизить мою мать. И если сейчас герцог поддержит его… я покажу им всю мощь истинного огня фениксов!

Однако, Рональд даже бровью не повел на заявление сына.

– Хватит! – рявкнул мужчина, в два счета оказавшись возле Эриана. – Ты переходишь все границы, сын. Я знаю, кто она, но это лишь пережитки прошлого. Извинись сейчас же, или я накажу тебя!

Эриан замер, сверля меня ненавидящим взглядом. В его глазах читалась борьба, словно он пытался понять, почему отец не на его стороне. А после он резко развернулся к выходу и бросил через плечо:

– Я не стану извиняться перед теми, кто лжет и манипулирует.

– Эриан! – голос герцога прогремел по комнате, но сын не остановился.

Дверь за ним закрылась с оглушительным стуком. Я замерла, оглушенная этой вспышкой ярости.

Тишину нарушил дрожащий голос мамы:

– Простите… Прости за это, Рональд. Я не знала, что твой сын…

Герцог подошел к ней, взял ее руки в свои и мягко произнес:

– Мадлен, прошу тебя, не извиняйся. Это я виноват – плохо воспитал сына. Он будет наказан за дерзость, обещаю. Я заставлю его понять, что вы – моя семья, и я не позволю ему оскорблять вас.

Он повернулся ко мне:

– Амелия, прими мои глубочайшие извинения за поведение Эриана. Он не имел права так с тобой разговаривать. Я прослежу, чтобы он принес вам с Мадлен личные извинения.

Я кивнула, все еще чувствуя, как дрожат колени.

– Спасибо, герцог, – тихо ответила я. – Но, возможно, ему нужно время, чтобы принять все это.

«И мне тоже, черт возьми», – хотелось добавить, но я сдержалась.

Рональд покачал головой:

– Нет, Амелия. Я знаю собственного сына лучше, чем кто-либо – он слишком упрям и эгоистичен. Он должен научиться уважать тех, кто рядом со мной, независимо от их происхождения.

Мама наконец расслабилась, слегка улыбнулась герцогу и сжала мою руку.

– Пойдемте пить чай, – предложила она, стараясь вернуть разговору легкость. – Я испекла твое любимое печенье, Рональд.

Герцог кивнул, но его взгляд оставался серьезным.

– Да, давайте. И, Амелия, – он обернулся на меня, – если Эриан снова позволит себе что‑то подобное, сразу сообщай мне. Я не допущу, чтобы ты страдала из‑за его глупости.

Я снова кивнула, чувствуя себя так, будто весь мир перевернулся. Сможет ли герцог переубедить Эриана? Смогу ли я ужиться с ним – с тем, кого до сих пор считала врагом? Но ради матери… ради того, чтобы она была счастлива, я готова на что угодно.

Глава 10

– Вы хотели видеть меня, господин декан? – дрогнувшим от волнения голосом спросила я, нервно сминая в руках тонкий шелковый платок.

Возвращаться в академию не хотелось совершенно, особенно после таких новостей. Небеса словно невзлюбили меня, и одна неприятность сыпала за другой. Обвинения в воровстве, этот дурацкий поединок, где пришлось выдать себя, а после, вишенкой на торте – скорая свадьба матери, и на ком! На отце этого чертова ублюдка Эриана! И мне теперь придется терпеть его рядом.

– Хочу принести от лица академии извинения за наши поспешные обвинения, – услышала я вдруг неожиданное.

– Что? – дернулась я, выпадая из мыслей.

– Говорю, все обвинения с вас сняты. Произошло досадное недоразумение, – терпеливо повторил мужчина, глядя на меня, как на неразумное дитя.

Я округлила глаза, шокированная его словами. А после во мне проснулась злость, и я с трудом удержала себя в руках.

Недоразумение? Ну да, конечно! Быстро же эта сволочь подсуетилась. Но... почему он вообще сдержал обещание? Я же видела, как он был зол вчера. Неужели, его отец повлиял?

На занятия я возвращалась в задумчивости, не понимая, как вообще теперь вести себя с Грейсоном. Враждовать и дальше? Но тогда счастье матушки будет под угрозой. Черт, как же сложно!

– Куда прешь?.. – услышала я вдруг.

Охнув, я резко остановилась, едва не врезавшись в выросший передо мной силуэт. И стиснула зубы со скрипом, узнав того, кто появился передо мной.

– Не думай, что я позволю твоей мамаше выйти за моего отца! – угрожающе прошипел в лицо Эриан, подавшись ко мне. – И не надейся, что мы теперь друзья, Лоусон, слышишь?

Его лицо исказила ярость, а дыхание дракона опалило кожу, словно огнем. Я невольно отшатнулась, и увидела в его янтарных глазах удовлетворение. Наслаждается своим превосходством и моим страхом, урод.

– Это мы еще посмотрим, – тихо ответила я, обходя парня стороной.

Он не стал ничего отвечать, но я почувствовала его тяжелый взгляд, упершийся мне в спину.

«Это мы еще посмотрим, Грейсон», – мысленно повторила я, прячась от дракона в аудитории.

***

К экзаменам в конце года, после которого нас должны были перевести на второй курс, я готовилась, как проклятая. И была уверена, что сдам их все без проблем.

Собственно, так и вышло: заклятия, теорию и даже прикладную магию я сдала на отлично. Остался лишь экзамен по магическому контролю, который решили провести на закрытом полигоне. И это насторожило меня. Что же такого придумали экзаменаторы, что выбрали столь защищенное место?

Полигон встретил меня густым туманом и тяжелым, давящим ощущением, будто сама земля здесь пропитана древней магией. По периметру каждой площадки для испытаний стояли охранные руны, мерцающие тусклым синим светом, а в центре чернел круг для вызова.

– Амелия Лоусон! – громко объявил главный экзаменатор, седовласый маг с пронзительными серыми глазами. – Ваша очередь!

Я кивнула, стараясь унять дрожь в руках. Все говорили, что экзамен несложный: экзаменаторы специально отбирали слабых существ, с которыми справятся даже первокурсники.

Студенты проходили испытание один за другим. Кто‑то вызывал мелкого беса и с трудом, но подчинял его воле. Другой укрощал водяного духа, который пытался залить площадку водой. Третьему достался лесной дух – тот капризничал, но в итоге склонил голову перед силой мага.

Я вышла на свою площадку, встала в центр круга и глубоко вдохнула.

– Готовьтесь, – предупредил экзаменатор. – Существо будет несложным, но не теряйте бдительности.

Он бросил кристалл прямо под мои ноги, и тут же вокруг вспыхнуло мерцание защитного барьера. Камень треснул, из него вырвался столб серебристого дыма, и…

Вместо ожидаемого чудища передо мной появилась девушка. Она была закутана в старую, потрепанную одежду, лицо ее скрывал капюшон, а плечи содрогались от горьких рыданий.

– Что… – я растерянно шагнула к ней. – Что случилось? Вам нужна помощь?

Девушка подняла голову – и я увидела ее глаза: огромные, полные слез, такие печальные, что сердце сжалось.

– Помоги… – прошептала она тихим, нежным голосом. – Пожалуйста, помоги мне…

– Лоусон, назад! – вдруг раздался крик с трибун. – Это баньши! Какого черта?..

Глава 11

Лицо девушки исказилось. Из нежного, заплаканного оно превратилось в жуткую маску: глаза почернели, рот растянулся в оскале, обнажая острые зубы. Капюшон откинулся, открыв длинные, спутанные волосы, которые зашевелились, будто живые. Теперь уж она совсем не была похожа на несчастную девушку.

По спине пробежал мороз, и я отпрянула назад в ужасе.

Что происходит? Баньши? Откуда здесь взялась высшая нежить? Руководство сошло с ума?

– Ты… – прошипела она, и голос ее изменился, став низким, скрежещущим, от которого зазвенело в ушах. – Ты пожалеешь, что подошла так близко…

Баньши взмахнула руками, и воздух наполнился леденящим криком. Не просто звуком, а чистой магией, полной отчаяния и боли, от которой заныли зубы, а по коже побежали мурашки. Я инстинктивно выставила щит, но звуковая волна ударила так сильно, что меня отбросило назад. Нервно закусив губу, я беспомощно обернулась на трибуны, глядя на замерших возле края арены преподавателей.

Черт, почему все бездействуют? Не могут пробиться сквозь защиту? Или… боятся?

Баньши поднялась над землей, ее фигура вытянулась, одежда превратилась в рваные лохмотья, а из спины вырвались полупрозрачные крылья, похожие на крылья летучей мыши.

– Ты не сможешь меня остановить, – прошипела она, медленно приближаясь. – Твоя жалость – твоя слабость.

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает злость. Это явно не случайность. Но… неужели преподаватели в сговоре с Грейсоном?

– Я не боюсь тебя, – выдохнула я, собираясь бороться до конца, даже понимая, что у меня нет шансов.

Баньши расхохоталась – звук был похож на скрежет металла по стеклу.

– Посмотрим, – прошипела она и снова раскрыла рот, готовясь издать очередной крик.

Я едва успела выставить щит – нечисть рванулась вперед с неожиданной скоростью. Ее когти, острые как кинжалы, прорвали защиту и полоснули по плечу. Боль вспыхнула огненной волной, заставив меня пошатнуться, и я невольно вскрикнула.

– А‑а‑а‑а! – крик нечисти пронзил сознание, будто тысяча игл.

Я почувствовала, как жизненная сила утекает из меня, словно песок сквозь пальцы. Ноги подкосились, я упала на колени, с трудом удерживая сознание.

Вокруг поднялась паника. Кто‑то закричал, студенты отпрянули к краям полигона, преподаватели замерли в замешательстве – они не ожидали, что существо окажется настолько сильным.

– Помогите… – прошептала я, но голос сорвался. Перед глазами все поплыло, в ушах зазвенело, и я окончательно рухнула на землю.

И тут я уловила краем глаза движение – стремительная тень, бросившаяся ко мне с трибун. Эриан?

Он рванул вперед, не раздумывая, продавливая собой защитное поле. Его глаза вспыхнули янтарным огнем, кожа покрылась мерцающей чешуей. Парень в два счета оказался рядом, закрыв меня собой.

– Уходите оттуда сейчас же! – выкрикнул кто‑то из преподавателей.

Но Эриан не послушал. Его тело начало трансформироваться: плечи расширились, спина выгнулась, из‑под одежды проступили чешуйчатые пластины. Через мгновение перед баньши стоял молодой дракон – огромный, золотой, с расправленными крыльями, накрывшими меня своей тенью.

Баньши зашипела, отпрянула, но Эриан не дал ей шанса. Он взмахнул крылом – удар был настолько мощным, что существо отлетело к краю площадки, врезалось в защитный барьер и рассыпалось в прах, оставив после себя лишь мерцающую пыль.

Дракон обернулся ко мне. Его глаза, секунду назад полыхавшие яростью, теперь смотрели с какой‑то странной тревогой, и… виной? Он опустился рядом, осторожно склонил голову, и его чешуя начала тускнеть, сменившись человеческой кожей.

Через мгновение передо мной снова стоял Эриан – бледный, взъерошенный, с расширенными зраками. Он схватил меня за руку, будто пытаясь понять, насколько серьезно я ранена.

– Амелия… – его голос дрожал. – Очнись, черт возьми! Я не думал, что этот придурок пойдет на такое.

Я чувствовала, как сознание ускользает, как и смысл его слов. Последнее, что запомнила, – его пальцы на моем запястье, его взгляд, полный страха и чего‑то еще, чего я не могла разобрать.

Очнулась я от резкого запаха трав. Голова гудела, плечо горело, но боль была приглушенной, словно кто‑то наложил на рану целительное заклинание.

Я приоткрыла глаза. Надо мной склонился целитель академии, пожилой маг с сосредоточенным лицом. Рядом стоял Эриан. Стиснув челюсти, он что-то гневно выговаривал одному из преподавателей. Парень выглядел так, будто сам только что вернулся с поля боя: рубашка порвана, руки в царапинах, а в глазах – странное выражение, смесь тревоги и шока.

– Она приходит в себя, – тихо сказал целитель.

Эриан резко обернулся на меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, потом опустился к запястью. Он вдруг резко втянул воздух ноздрями и опустился ко мне, схватил мою руку, разглядывая кожу.

Я проследила за его взглядом и охнула. На запястье, прямо над линией пульса, алела тонкая, витиеватая метка – переплетение золотых и алых линий, напоминающих крылья феникса и чешую дракона.

– Что это?.. – прошептала я пораженно.

Эриан скрипнул зубами. Его пальцы слегка задрожали, когда он провел ими по рисунку.

– Истинная связь, – выдохнул он, глянув на меня растерянно. – Проклятье! Так ты моя пара?..

Глава 12

Вокруг повисла тишина. Преподаватели переглянулись, кто‑то ахнул. Я смотрела на метку, не в силах поверить собственным глазам.

– Невозможно, – прошептала я, чувствуя, как весь мой мир рушится в бездну. – Это какая-то ошибка...

– Это ничего не значит, – резко оборвал меня Эриан, лицо которого исказила такая ярость, что мне стало страшно. – Плевать я хотел на магию, и на то, что она мне подсунула! Да я лучше сдохну, чем признаю тебя своей парой!

– Именно поэтому ты бросился меня спасать, да? И здесь появился откуда-то, хотя экзамен не у тебя, – с горькой усмешкой произнесла я. – Да пошел ты, Грейсон. Ты мне тоже даром не нужен!

Эриан дернулся, отпрянув от меня, и его посмотрел с ненавистью, чистой и неприкрытой.

– Это были просто инстинкты. Я себя не контролировал! – с каким-то злым отчаянием выкрикнул он.

– Так, а ну прекратили! – рявкнул рядом кто-то. – Отношения выяснять будете позже! Адептка Лоусон – вы держались стойко, поэтому властью, данной мне, как декану, засчитываю вам экзамен.

Я с удивлением посмотрела на мужчину, который после ложного обвинения меня в воровстве будто чувствовал свою вину передо мной. Вот и сейчас он явно был на моей стороне, решив защитить от дракона.

– Помогите адептке добраться до лазарета, да снова как следует осмотрите, – приказал он замершему неподалеку целителю. – Экзамен для тех, кто еще не сдал, переносится до тех пор, пока не выясним, что произошло. А вы, адепт Грейсон, следуйте за мной. У меня к вам накопились вопросы.

Я мстительно улыбнулась, и поймала на себе жгучий взгляд Эриана. Что, не ожидал, сволочь? Но...

Радость от того, что справедливость восторжествует, быстро погасла, стоило вспомнить, что нас с Грейсоном теперь связывает не только вражда. Ох, небеса, и он мой истинный? За что мне это?

Седой целитель подставил мне руку, но я постаралась встать сама, не желая его напрягать. Удивительно, но меня почти не шатало, и силы откуда-то появились. А может это злость на Эриана помогла.

– Спасибо вам, – кивнула я лекарю, догадываясь, что это его рук дело.

– Это мой долг, – только и ответил мужчина. – Идемте, вам стоит отдохнуть.

Я не стала спорить с ним, но не потому, что действительно чувствовала себя плохо, а потому, что спину все еще прожигал взгляд Эриана. Он же теперь меня и вовсе со свету сживет. Сначала вражда между нами, что длится вот уже год, потом новости о свадьбе наших родителей. А теперь последней каплей стала эта проклятая истинность. И я прекрасно понимала, что это значит для драконов, как и то, что скорей умру, чем стану парой Грейсону.

***

В палате лазарета больше никого не оказалось. Меня положили отдельно от других, ведь там, в соседней палате, были одни парни. Целитель осмотрел меня, вынес вердикт, что истощение удалось предотвратить, как и выгорание. И теперь мне оставалось только лежать и восстанавливаться.

Ответить на это было нечего, хотя с большим удовольствием я бы отдыхала дома, а не здесь. Тем более, что экзамены я сдала, и впереди были каникулы. Но целитель наотрез отказался отпускать меня, решив понаблюдать хотя бы несколько дней.

Время текло тут неспешно, и заняться было абсолютно нечем. Уже к утру второго дня я отоспалась на неделю вперед, успела рассмотреть каждую трещинку в потолке, и отлежать все бока. Единственным развлечением была лишь регулярно навещающая меня Глория, которая не спешила уезжать домой. Переживала за меня, добрая душа.

От нее я узнала, что Грейсон и его дружки тоже задержались, и что их допрашивал сам ректор, а после Гарден куда-то исчез, и Глория больше не видела его рядом с Эрианом.

Вопросов было все больше, а ответы мне вряд ли кто даст. Впрочем, главное, что этот мерзавец ко мне не лезет, ведь сейчас я не в том состоянии, чтобы дать ему отпор.

Все это время меня не отпускали мысли о том, что будет дальше. И выхода я не видела, кроме как вести себя так же, как он. Избегать его и делать вид, что никаких уз между нами нет.

Вот только я не подумала, что те самые инстинкты у драконов сильней разума.

Окно в палате распахнулось внезапно, словно от порыва ветра. Свежий воздух ворвался внутрь, принеся с собой людские голоса, пение птиц и благоухание цветущих яблонь. А потом в комнату проскользнула чья-то тень.

Испуганно вздрогнув, я резко села в постели, натянув одеяло повыше. И похолодела, узнав того, кто явился ко мне.

– Эриан? – процедила сквозь зубы, пряча страх за раздражением. – Что ты тут забыл?

Глава 13

Эриан

Мой кулак смачно впечатался в рожу Гардена, выбив ему, наверное, не один зуб, и парень не устоял, кувырком полетев на землю.

– Ублюдок! – злобно выругался я, кипя от ярости. – Я просил только припугнуть Амелию, а не убивать ее!

Гарден вскинулся, глянув на меня исподлобья, скривив разбитые в кровь губы.

– Какого хрена ты ее защищаешь?! – прошипел он, брызжа слюной. – Ты разве не ненавидел это девку? Променял друга на бабу? Да, я перестарался чуток, ну и что? Она меня бесит, эта сука!

Я стиснул зубы до хруста, сжав кулаки. Хотелось снова врезать ему, но он, черт его побери, был прав! Я действительно хотел защитить ее. И чуть не сдох от страха там, на арене, когда эта долбаная баньши кинулась на Амелию.

Выдохнув, я провел пятерней по волосам, едва не выдирая их.

Сука... Гребаная истинность. Хуже просто придумать нельзя. Еще и этот идиот проклятый. Ему-то чем Амелия не угодила?

– Вообще-то она его истинная, – тихо заметил Джой, как обычно, не встревая в наши разборки. – Не боишься, что он тебя размажет за нее по стенке?

Глаза Гардена сверкнули золотом, и он оскалился.

– Пусть попробует!

– Да мне тебя даже наказывать не надо, – устало сообщил я, ощущая раздражение, на Гардена, на самого себя и всю эту ситуацию. – Декан в курсе, кто это сделал. Думаешь, он не в силах отследить твой магический след? Да от остатков кристалла так и фонит тобой – ты же, придурок, как обычно, ничего не зачистил за собой.

– Что? – Вся напускная бравада Гардена испарилась без следа, и он посмотрел на меня затравленно. – Эриан, мы же друзья! Помоги, прошу! Ты же можешь замять это дело, я знаю!

Я смерил его презрительным взглядом и сплюнул себе под ноги.

– Могу. Но не стану. Ты перешел все границы, Гарден – мне такие друзья не нужны. И уж тем более я не собираюсь отмазывать тебя перед другими.

– Тогда я расскажу, что это была твоя идея! – злобно бросил парень. – Потяну тебя за собой! Уверен, что твой папенька...

В два шага оказавшись возле Гардена, я схватил его за шкирку, резко дернув вверх, и он осекся.

– Только попробуй, ублюдок. Тогда все узнают, что ты сделал тогда, на первом курсе с той девчонкой. И тебя не просто отчислят – прямиком на каторгу отправишься!

Лицо парня стало совсем белым, а стоящий поодаль Джой поморщился неодобрительно.

– Эриан, ты не перегибаешь? Мы все же друзья, как-никак.

Разжав руки, я повернулся к нему и мрачно усмехнулся.

– Друзья, говоришь? С такими друзьями и врагов не надо!

Сжав челюсти, я отступил от валяющегося на земле Гардена, который вдруг показался мне жалким и отвратительным. И как только я мог с ним дружить все это время?

– Я предупредил, – с угрозой процедил я. – Не вздумай открыть свой рот!

Джой одарил меня мрачным взглядом, но остался на месте, даже не подумав подать руку Гардену. А я, отвернувшись от них, зашагал к учебному корпусу. Пора было навестить кое-кто и поговорить. Серьезно поговорить.

***

Амелия

Эриан бесшумно закрыл за собой дверь лазарета и обернулся ко мне. Его силуэт четко вырисовывался на фоне окна – высокий, напряженный, с жестко сжатыми губами.

– Я пришел поговорить без свидетелей, – произнес он глухо, делая шаг ко мне.

Я села в постели, стараясь выглядеть как можно более безразличной, хотя сердце забилось чаще.

– О чем тут говорить? – фыркнула я, скрещивая руки на груди. – Вся эта история с истинностью – досадное недоразумение. Не вздумай даже на что-то рассчитывать, ясно?

Он резко выдохнул, будто сдерживал себя.

– Именно это я и хотел тебе сказать, – отрезал он. – Не строй на мой счет иллюзий.

– Да я и не собиралась, – бросила я, глядя ему прямо в глаза. – Меня ты вообще, как парень не интересуешь!

Эриан замер на мгновение, недовольно поджав губы, а потом вдруг произнес нехотя:

– Это Гарден перестарался с баньши. Он должен был лишь припугнуть тебя, а не пытаться убить. Он, конечно, придурок, но теперь его отчислят из‑за тебя.

Я вскинулась на него, кипя от возмущения.

– Ты совсем совесть потерял? – прошипела с яростью. – Это что, твои извинения? Твой дружок чуть меня не убил, а ты просишь его пожалеть?

Он промолчал, отведя взгляд, и по его крепко сжатым челюстям я поняла, что он вот-вот взорвется.

– Ладно, – не стала нагнетать я, хотя с большим удовольствием сдала бы и его, и Гардена ректору. – А почему с меня сняли обвинения в воровстве? Я думала, ты не сдержишь слово, а ты, значит, решил поиграть в благородство?

Я не удержалась от сарказма, и Эриан скривился, будто от уксуса.

– Джой уговорил, – неохотно выдавил он. – Хотя я бы с большим удовольствием посмотрел, как тебя выгоняют из академии.

Воспоминание вспыхнуло в памяти: Джой, склонившийся надо мной, его руки, окутанные целительной магией, когда я все силы истратила на поединок с Эрианом. Уголок рта невольно дрогнул в улыбке.

– А, Джой… – протянула я. – Он тогда здорово мне помог, когда мы с тобой сражались. Вылечил меня.

Лицо Эриана исказилось от злости. Он шагнул ко мне, и его глаза сверкнули золотом.

– Даже не думай, – процедил он сквозь зубы. – Да, я тебя ненавижу, но все равно не подпущу к своей истинной никого, ясно?

– Да я лучше умру, чем буду с тобой! – выпалила я с презрением, и похолодела, когда взгляд дракона полыхнул огнем.

В следующий миг Эриан оказался рядом. Грубо схватил меня за плечи, рывком притянул к себе. Его губы впились в мои – жестко, нагло, без намека на нежность. Я попыталась оттолкнуть его, но он только сильнее сжал мои плечи, углубляя поцелуй. Жар разлился по телу вопреки моей воле, дыхание сбилось…

А потом парень резко отпустил меня. Я едва не упала обратно на подушки, чувствуя, как горят губы, а в груди вскипел ураган противоречивых чувств.

– Если я захочу, ты будешь моей в любом случае, – хрипло произнес Эриан. И добавил с презрением. – Но ты мне даром не сдалась, феникс...

Развернувшись, он стремительно вышел из палаты, с силой хлопнув дверью.

Я осталась сидеть, тяжело дыша. Сердце колотилось как сумасшедшее, руки дрожали. Я прижала пальцы к губам, все еще ощущая его поцелуй – дерзкий, властный, возмутительный. Злость кипела внутри, но где‑то глубоко, в самой глубине души, шевельнулось что‑то еще. Что‑то, что я отчаянно пыталась заглушить.

«Ненавижу его, – твердила я себе. – Ненавижу!»

Но губы все так же горели. И тишина вокруг вдруг стала слишком тяжелой и давящей.

Глава 14

– Мама, ты сегодня просто прекрасна! – восхищенно воскликнула я, глядя на одетую в воздушное белоснежное платье матушку, замершую возле зеркала.

– Думаешь, дочка? – растерянно прошептала она, глядя на себя как-то испуганно. – Ох, мне все кажется, что я не ровня Рональду. Он... он такой мужественный, такой знатный и влиятельный, а я...

– А ты невероятная женщина, и ему с тобой несказанно повезло! – отрезала я, понимая, что мама снова начала принижать свою значимость.

Хорошо, что герцог оказался весьма порядочным и добрым, и любил ее по-настоящему, что было заметно даже со стороны. Удивительно, как у него мог родиться такой сын, как Эриан. Наглый, самовлюбленный, мстительный...

Впрочем, при отце он в открытую ненависть не демонстрировал, лишь бросал на меня злобные взгляды. И я каждый день, пока в поместье шла подготовка к свадьбе, ожидала от него какой-то пакости. Страшно подумать, что будет, когда мы переедем сюда жить.

Я не стала никому рассказывать о том, что он теперь мой истинный, и в академии попросила всех молчать. Не хватало еще, чтобы Рональд начал меня сватать к сыну. И судя по тому, что никто ничего не спросил, Эриан тоже промолчал. Злился, наверное, жутко, что ему досталась такая пара. Ну да главное, чтобы он ко мне не лез.

– Начинается! – заглянула в комнату Глория, которую я пригласила на свадьбу матери.

Матушка сразу побледнела, закусила губу, ее взгляд заметался. Пришлось взять ее за руку и повести за собой, как маленькую, иначе бы жених не дождался невесты.

– Мама, дыши глубже, все будет хорошо, – погладила я ее по спине и подхватила шлейф платья. – Рональд любит тебя, ты его, так что перестань нервничать.

– Наверное, ты права, – вздохнула мама, послушно выходя в коридор вместе со мной. – Но... Скажи, как у тебя дела с Эрианом? Вы больше не ругаетесь? Мне показалось, что вы все еще не слишком ладите.

Я поморщилась незаметно, а после натянула улыбку.

– Не переживай, мам. У меня просто нет и не будет с ним никаких дел.

– Но нельзя же так...

– Мам, все потом. Сегодня твой день, не думай ни о чем.

Матушка снова открыла рот, но я быстро потащила ее за собой через стеклянные двери, выходящие в сад. И она промолчала, увидев свадебную арку и стоящего возле нее герцога.

Сад в поместье Грейсонов был просто невероятно красивым, ухоженным и уютным. Здесь росли самые необычные цветы, а яблони и сливы цвели и плодоносили круглый год. Наверное, поэтому церемонию решили провести здесь, а не внутри. Да и гостей понаехало столько, что все бы в банкетном зале не поместились.

Сама усадьба тоже была весьма изящной и необычной постройки. Этакий маленький замок с башенками, воздушными переходами, резными колоннадами и ажурными галереями. И я бы с удовольствием поселилась здесь, если бы не Эриан.

Последний стоял возле фуршетного стола, застыв, как статуя. Вырядившийся в черный камзол, с мрачным выражением лица, будто на похороны пришел.

Скрипнув зубами, я заставила себя выкинуть его из головы. Не сегодня, Грейсон.

– Иди, он тебя ждет, – тихо прошептала я, подтолкнув замершую возле начала дорожки маму, неотрывно глядя на стоящего возле арки мужчину.

В парадной форме, высокий, статный и бравый, он смотрелся воплощением мужественности и надежности. И не только ему повезло с моей мамой, но и она поймала удачу за хвост, когда привлекла внимание такого мужчины. Лишь бы только его сынок ничего не испортил.

Церемония началась, и гости затихли, вслушиваясь в печь священнослужителя. Мама же просто светилась от счастья, стоя напротив улыбающегося герцога. Глядя на нее, я едва сдержала слезы, радуясь, что теперь она, наконец, будет счастлива. Ведь мы с ней это заслужили.

– Если кто-то из собравшихся здесь знает причину, по которой этот мужчина и эта женщина не могут сочетаться законным браком, пусть скажет сейчас или не говорит вовсе, – услышала я, и сердце замерло в другом предчувствии.

И отчего-то я ничуть не удивилась, когда следом раздался громкий, уверенный голос Эриана:

– Я против этого брака!

Глава 15

Тишина, повисшая над садом после слов Эриана, была оглушающей. Гости переглянулись со смущенным видом, зашептались. Матушка побледнела, растерянно глядя на Рональда, герцог же побагровел, сжав кулаки.

Сердце сжалось от ожидания неминуемого, ведь можно только гадать, что задумал этот гад. Проклятый Эриан... Ну уж нет, я не позволю ему испортить свадьбу!

Решение пришло мгновенно, и пусть оно мне жутко не нравилось, но я просто не могла бездействовать. Быстро шагнув к парню, который уже хотел продолжить речь, я вцепилась в него так крепко, что не оторвешь. И тихо прошипела с угрозой:

– Еще одно слово, и я расскажу всем, как ты с помощью своего дружка чуть не убил меня. А еще сообщу, что именно теперь нас связывает.

Взгляд Эриана потемнел, скулы заострились, и его челюсти сжались так, что проступили желваки. Я не стала медлить и давать ему шанс испортить все еще больше. Встав на цыпочки, я потянулась к нему, успев заметить изумление в глазах парня, а после уверенно поцеловала его на глаза у всех.

Губы дракона, горячие и мягкие, обожгли меня, и я на какой-то миг растерялась, растворившись в эмоциях и ощущениях. Но изумленный возглас толпы привел в чувство, и я отпрянула от Эриана, тяжело дыша. А потом повернулась к гостям, на лицах которых читалось полнейшее ошеломление.

– Уважаемые гости! – громко воскликнула я, привлекая внимание. – Эриан просто хотел сказать, что влюблен в меня, поэтому переживает, что мы теперь сводные брат и сестра. Но это же глупые предрассудки, правда? Мы же родственники не по крови, так чего нам стесняться?

Глаза матушки расширились, и она ухватилась за Рональда, чуть не упав. Герцог же, обняв ее, сдавленно хмыкнул.

– Конечно, глупости! Все имеют право на счастье! – выкрикнул кто-то из толпы.

– А может еще одну свадебку сыграем? Сэкономим на подарках, – предложил еще один со смехом.

Следом за ним расхохотались все, даже молодожены. Напряжение спало, и я позволила себе выдохнуть. Но едва подняла глаза, как напоролась на взгляд сводного братца, в котором сквозила лютая ярость.

– Черт с тобой, сейчас ты выиграла, – процедил он сквозь зубы. – Но позже мы обязательно поговорим.

***

– Кошмар! – снова повторила Глория, отставив в сторону чашку с чаем. – Ох, Амелия, я так за тебя переживаю... До сих пор не могу поверить, что ты и Грейсон, что вы...

– Нет никаких «мы!» – слегка раздраженно отрезала я, останавливая фантазию подруги. – Сказала же – этот гад мне не нужен, и тот поцелуй был вынужденным!

– Ну не злись, Амелия, – примирительно произнесла девушка, протягивая мне пирожное. – Просто это так странно. Вы столько времени воюете с ним, а тут вдруг оказывается, что он твоя пара.

Глория вздохнула печально, словно это ей так не повезло, а не мне. Я же, откусив пирожное, уныло уставилась вдаль, без аппетита жуя угощение.

Праздник прошел спокойно, хотя я ожидала, что Эриан не успокоится и снова что-нибудь учудит. Но, как ни странно, парень больше не появлялся мне на глаза, и я смогла насладиться торжеством.

Сначала мы с Глорией поздравили мою маму и отчима, который просил теперь называть его отцом, и намекал, что рад за нас с Эрианом, и не прочь еще одной свадьбы. Чуть со стыда не сгорела тогда, едва отговорившись тем, что мне надо доучиться, и вообще я еще ни в чем не уверена.

Я подарила матушке изящный браслет из серебра, инкрустированный недорогими, но красивыми камушками. Пришлось все сбережения потратить, но улыбка матери того стоила.

А после мы с подругой бродили по саду, знакомясь с гостями, многие из которых были весьма высокопоставленными, и пробовали деликатесы, которые приготовили повара герцога. Сидели в беседке на берегу пруда, наслаждались музыкой и пением птиц, благоуханием цветов и теплом солнца. И все бы хорошо, если бы не неудобные расспросы слишком уж любопытной подруги.

Но все равно я подспудно ожидала от дракона какой-нибудь пакости. Или хотя бы разговора – ну не мог он все оставить, как есть, хоть ты тресни!

И Эриан не заставил себя ждать. Когда закат окрасил небо в алый, на входе в беседку, где мы с Глорией любовались водной гладью, выросла тень.

Подруга ойкнула, чуть не выронив чашку с чаем. А я напряглась, как перед прыжком, едва узнав в нежданном госте Эриана.

– Оставь нас! – приказным тоном бросил он Глории, нагло вторгаясь в беседку.

Подруга хоть и побледнела, но не сдвинулась с места, чем вызвала у дракона недовольство.

– Убирайся, я сказал! – рявкнул он, и девушка вздрогнула.

Я посмотрела на него со злостью и обняла Глорию за плечи.

– Иди, не бойся. Ничего он мне не сделает, – мягко произнесла я, подтолкнув ее к выходу.

Во взгляде Эриана промелькнула насмешка, но он промолчал. А Глория, глянув на меня виновато, быстро выскользнула из беседки.

– Ничего не сделаю, говоришь? – угрожающе протянул парень, нависнув надо мной. – Влюблен в тебя, значит? Ну тогда имею полное право сделать так.

Я испуганно вжалась в спинку скамьи, не понимая, чего от него ожидать. И сдавленно охнула, когда он, подавшись ко мне, нагло впился в мой рот своими губами.

Вот черт... Кажется, я попала.

Глава 16

Я с силой оттолкнула от себя наглеца, и замахнулась на него гневно. Но парень, криво усмехнувшись, перехватил руку и дернул меня на себя, вынудив встать. Его пальцы, холодные и жесткие, словно тиски, впились в мое запястье. Его руки скользнули вниз, лапая меня там, где было просто неприлично, – ткань платья натянулась под его ладонями, а в глазах блеснули презрение и злость.

– Пусти! – дернулась я, заливаясь краской.

– Ну уж нет, феникс. Ты мне должна – за то, что придется терпеть теперь тебя и твою мамашу в своем доме, за эту гребаную истинность, которую я не просил. И за то, что посмела опозорить меня перед гостями! – его голос прозвучал, как скрежет металла по стеклу, а губы искривились в ядовитой ухмылке.

Я стиснула зубы и быстро схватила чашку с чаем со стола – тонкая фарфоровая чашка дрогнула в моих пальцах, – и плеснула им прямо в лицо парня. Коричневая жидкость, пахнувшая корицей и мятой, стекла с него на камзол, оставляя темные, безобразные пятна. Взгляд парня наполнился такой яростью, что стало не по себе – зрачки сузились, а скулы заострились, будто высеченные из камня. Но я больше не собиралась терпеть его выходки.

– Значит, чувства для тебя – это позор? Ты настолько ненавидишь меня, что даже истинные узы для тебя ничего не значат? Или дело в том, что я феникс? – я окинула его ненавидящим взглядом и процедила сквозь зубы: – Ты такой идиот, Грейсон...

Я была уверена, что он этого так не оставит, и приготовилась дать отпор. По жилам пробежало жидкое пламя, и я ощутила, как за спиной вспыхнули два огненных крыла. Воздух загудел, и дохнуло жаром, раскаляя воздух вокруг, но Эриан даже бровью не повел.

– Будто для тебя наши узы что-то значат, феникс, – сплюнул он себе под ноги, утерев лицо рукавом. – Черт с тобой. Но не думай, что я этого так оставлю – долго вы тут не останетесь, я уж постараюсь.

Он круто развернулся, быстро зашагав прочь. А я растерянно посмотрела ему вслед, чувствуя, как сердце сжимается в ледяной комок. Да какого черта, Грейсон? Почему ты так на меня взъелся?

***

– Но, мама, я не хочу переезжать! – я сжала кулаки, стараясь не сорваться на крик. – У меня там друзья, да и вообще… Я привыкла к нашему дому!

Мы стояли в гостиной нашего старого дома – того самого, где я выросла. Солнечные лучи пробивались сквозь пыльные стекла, оседая золотистой дымкой на полу, освещая знакомые шкафы, потертый диван с вышитыми на подлокотниках цветами и фотографии на стенах, в которых застыли улыбки ушедших лет. Все здесь было родным, своим, пропитанным запахом старой бумаги и воска.

Мама вздохнула, поправила локон, выбившийся из прически, и мягко положила руку мне на плечо.

– Амелия, милая, ты же понимаешь – теперь это и наш дом тоже. Рональд так добр к нам, он хочет, чтобы мы были рядом. К тому же… – она улыбнулась, и ее глаза засветились теплом, – ты ведь теперь почти часть семьи Грейсонов. Ты и Эриан…

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

– Мам, это все было…

Я замолкла, осадив сама себя, и матушка посмотрела на меня недоуменно. А после покачала головой, и в ее взгляде мелькнула тень грусти.

– Все уже решено. Мы переезжаем. И я уверена, что вы с Эрианом будете отличной парой.

Я закрыла глаза, пытаясь унять бурю эмоций. Сказать ей правду сейчас – значит испортить ее счастье. А я не могла этого сделать. Не после всего, что она пережила.

– Хорошо, – выдохнула я. – Мы переезжаем.

Глава 17

Сбор вещей занял два дня. Я складывала книги, фотографии, безделушки, которые казались мне важными, и каждый предмет будто напоминал о свободе, которую я теряю. Гостившая у нас Глория помогала мне, время от времени бросая сочувственные взгляды.

– Ты уверена, что это хорошая идея? – спросила она в какой‑то момент, аккуратно укладывая мои платья в сундук.

– Нет, – честно ответила я. – Но мама счастлива, и я не стану ей мешать.

Когда все было готово, мы отправились в поместье Грейсонов. Огромный дом возвышался на холме, окруженный ухоженным садом. Он выглядел величественно, но для меня сейчас казался тюрьмой.

Эриан ждал нас у входа. Одетый с иголочки в безупречно сидящий на нем камзол, с фальшивой улыбкой на губах, он изображал заботливого родственника.

– Добро пожаловать в ваш новый дом, – произнес он, целуя руку маме. – Позвольте помочь с вещами.

Он подошел ко мне, взял коробку, которую я несла, и… «случайно» уронил ее прямо в лужу у крыльца. Бумага тут же промокла, платья, что были внутри, вывалились и испачкались в грязи.

– Ох, какой кошмар! – воскликнул он с притворным сожалением. – Прошу прощения, я такой неуклюжий.

Я сжала зубы, чувствуя, как кровь закипает в жилах. Его глаза блеснули насмешкой – он сделал это специально. Абсолютно точно.

– Ничего страшного, милый, – поспешила успокоить его мама. – Пусть слуги займутся этим.

– Да, конечно, – кивнул Эриан, не сводя с меня взгляда.

Он развернулся и пошел прочь, бросив на меня многообещающий взгляд через плечо. Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри разгорается пламя.

«Это только начало», – поняла я.

***

Вечером, когда мама ушла осматривать свои новые покои, я осталась одна в комнате. Просторной, роскошной, но чужой. Окно выходило на сад, где ту часть, где недавно шумела свадьба, но сейчас там было пусто и тихо.

Я подошла к зеркалу. Отражение показало усталую девушку с темными кругами под глазами и напряженным взглядом.

– Ну что, Амелия, – прошептала я себе. – Добро пожаловать в ад.

В дверь постучали. Я вздрогнула, но не ответила. Стук повторился – настойчивее, требовательнее.

– Входите, – буркнула я, не оборачиваясь.

Дверь открылась, и в комнату вошел Эриан. Он закрыл ее за собой, прислонился к косяку и скрестил руки на груди.

– Ну что, феникс, – его голос звучал лениво, но глаза сверкали вызовом. – Нравится твой новый дом?

– Отвратительно, – отрезала я. – И ты это прекрасно знаешь.

– Жаль, – он сделал шаг вперед. – Потому что ты здесь надолго. И нам придется научиться уживаться.

– Уживаться? – я рассмеялась, но смех получился горьким. – Ты только что испортил мои вещи, а до этого угрожал мне. Это ты называешь «уживаться»?

– О, это было лишь начало, – он улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. – Я не забыл, как ты опозорила меня перед гостями. И не забыл, что теперь ты – моя истинная пара, хоть мне даже противно об этом думать.

Я почувствовала, как за спиной зашевелились огненные крылья, но усилием воли заставила их исчезнуть.

– Для меня это ничего не значит, – холодно ответила я. – И никогда не будет значить.

– Посмотрим, – он снова сделал шаг, теперь он стоял совсем близко. Слишком близко. – Я обязательно найду способ разорвать нашу связь. Рано или поздно.

Я подняла голову, встретив его взгляд, и со злостью бросила ему в лицо:

– Буду ждать этого момента с нетерпением, Грейсон!

Он замер на мгновение, потом тихо рассмеялся.

– О, как же тебя это задевает… – прошептал он. – Это будет интереснее, чем я думал.

Развернувшись, он вышел, оставив меня одну – дрожащую, злую и полную решимости не дать ему победить.

Глава 18

Первые дни в поместье Грейсонов превратились в череду мелких стычек с Эрианом. Он будто поставил себе цель выжить меня из дома – и делал это изощренно, с холодной жестокостью. Хорошо, хоть матушка всего этого не видела, проводя все свое время с любимым мужем.

На следующее утро после нашего разговора Эриан «случайно» пролил чернила на мои конспекты по магии. Вечером я обнаружила, что кто‑то подменил мои духи на едкую смесь, от которой слезились глаза. А вчера утром я обнаружила, что мое любимое платье оказалось безнадежно испорчено все теми же чернилами.

Я не сдавалась. В ответ я опрокинула на письменный стол Эриана вазу с цветами – прямо на стопку важных документов. На подмену духов ответила тем, что «нечаянно» опрокинула его коллекцию редких минералов – они рассыпались по полу, некоторые раскололись. А с платьями… Я просто взяла и надела одно из них, самое вызывающее, с глубоким декольте. Заявилась к обеду в обтянувшем фигуру шелке, под пристальным взглядом Эриана, который буквально сверлил меня глазами.

– Нравится вид? – бросила я ему, поднимая чашку чая. – Если хочешь, могу показать и остальные.

Его пальцы сжались на ручке ножа так, что костяшки побелели.

– Ты играешь с огнем, феникс, – прошипел он.

– А ты уже обжегся, – улыбнулась я, делая глоток.

***

Кончилось все тем, что Рональд вызвал сына к себе в кабинет. Я случайно услышала их разговор – стояла за дверью, не решаясь постучать.

– …это переходит все границы, Эриан! – голос герцога звучал строго, почти гневно. – Ты ведешь себя как мальчишка, а не как наследник рода!

– Она сама виновата, – огрызнулся парень. – Притворяется, строит из себя невинность, а сама…

– Достаточно! – Рональд ударил ладонью по столу. – Я не потерплю такого отношения к гостье. Тем более – к будущей родственнице. Ты будешь вести себя достойно, или я найду способ тебя образумить. Уяснил?

Эриан замолчал. Потом глухо бросил:

– Да, отец.

– Свободен. И чтобы больше никаких выходок.

Дверь распахнулась, и Эриан вылетел наружу, едва не сбив меня с ног. Его взгляд на мгновение задержался на мне, и в нем помимо злости появилась ненависть. А потом он резко развернулся и зашагал прочь.

***

Чуть позже Рональд сам нашел меня – я сидела в библиотеке, делая вид, что читаю, но на самом деле просто смотрела в окно, пытаясь унять дрожь в руках.

– Амелия, – мягко окликнул он. – Можно с тобой поговорить?

Я кивнула, закрывая книгу.

Герцог сел напротив, сложил руки на коленях и посмотрел на меня внимательно, почти по‑отцовски.

– Прошу, не обижайся на Эриана. Я… недоглядел. Не воспитал его так, как следовало бы. Он сложный юноша, но в глубине души он не злой.

Я промолчала, лишь слегка пожала плечами.

Рональд вздохнул.

– Скажи честно, – он посмотрел мне в глаза. – Зачем вы с Эрианом притворились парой? На свадьбе. Ты же сделала это ради матери, верно?

Я опустила взгляд. Признаваться было стыдно, но и врать больше не хотелось. Вот только говорить про нашу узы точно не стану.

– Да, – тихо сказала я. – Я не могла позволить ему все испортить. Мама была так счастлива… Я не хотела, чтобы она расстраивалась.

Герцог кивнул, будто ожидал этого ответа.

– Я так и подумал. Ты очень преданная дочь, Амелия. И добрая девушка. Но… есть кое‑что, что тебе стоит знать.

Он помолчал, подбирая слова.

– Мать Эриана… Она погибла много лет назад. По вине одного феникса.

Я вздрогнула.

– Что?

– Это была трагическая случайность, – быстро добавил Рональд. – Феникс не хотел ее убивать, он просто не справился с силой. Но Эриан тогда был совсем ребенком. Он видел все. И с тех пор ненавидит вашу расу. Считает, что все фениксы опасны, что они несут смерть.

Я сглотнула. Теперь многое становилось понятным – его ненависть, презрение, эта жгучая враждебность.

– Но я знаю правду, – продолжил герцог. – Знаю, что это был несчастный случай. И я верю, что не все фениксы такие. Ты – доказательство этого.

Он положил руку на мою ладонь.

– Постарайся понять его. И, может быть, однажды ты сможешь помочь ему отпустить эту боль.

Я молча кивнула, чувствуя, как внутри смешиваются противоречивые чувства: злость на Эриана, жалость к нему, тревога за будущее.

– Спасибо, что сказали, – прошептала я.

Рональд улыбнулся.

– И тебе спасибо, что не отвечаешь ему той же ненавистью. Это многого стоит.

Когда он ушел, я осталась сидеть в тишине библиотеки. Теперь я знала правду, и понимала, что все только начинается. Эриан ненавидит меня не просто так. И если я хочу выжить в этом доме, мне придется либо сломить его сопротивление… либо найти способ достучаться до него.

Но одно я знала точно: я не сдамся. Ни за что.

Глава 19

– Да что ж такое! – в сердцах бросила я, когда расческа выпала у меня из рук, закатившись прямо по кровать.

Похоже, день не задался: сначала не могла поднять себя с постели, мучимая непонятной тоской, а после пролила на любимое платье чай, и даже Эриан в этот раз был ни при чем.

С самого утра меня мучило странное чувство – словно тянущая, противная пустота в груди, как бывает, когда потерял кого-то. И я не понимала, что происходит.

– А где... – растерянно спросила я, зайдя в обеденную.

Несмотря ни на что, есть я старалась вместе со всеми, чтобы не расстраивать матушку. Хотя, при виде мрачной физиономии Эриана кусок в горло не лез, и я обычно просила слуг принести мне после что-нибудь в комнату или беседку в саду.

И дракон тоже появлялся на каждом приеме пищи, пусть и с таким видом, словно его заставили это делать. Вот только сегодня он не явился.

На мой вопрос герцог нахмурился и неохотно ответил:

– Он уехал к родственникам в столицу на все лето.

Его слова отчего-то больно резанули по сердцу, будто мне было какое-то дело до Эриана. Да пусть катится, куда угодно!

Видно, мои чувства отразилось и на лице, потому что матушка вдруг удивленно подняла бровь.

– Разве он с тобой не попрощался?

Я закашлялась, понимая, как это выглядит для нее, и торопливо закивала.

– Да, конечно, просто забыла спросонья.

Рональд сдавленно хмыкнул, но промолчал. Тоже решил поберечь ее нервы, видно.

***

День тянулся, как старая ткань, рвущаяся по шву. Я сидела у окна, поджав ноги под себя, и смотрела, как ветер треплет листья на вишневых деревьях. Воздух был тяжелый, пропитанный запахом влажной листвы, а дым стелился низко, и где-то вдали громыхало – наверное, к дождю. Но мне было не до погоды.

В груди по-прежнему зияла пустота. Глупая, нелепая, как будто кто-то вырвал оттуда кусок и не оставил даже боли – только тупое, тянущее ощущение утраты. Я знала, кто ее причинил. Но не могла, не хотела признаться себе в этом.

– Амелия, – в дверях появилась Глория, держа в руках шляпку с перьями и пышный зонтик. – Ты опять сидишь, как призрак? Пора выбираться отсюда. Сегодня в столице ярмарка. Я уже неделю жду ее!

– Я не в настроении, – пробормотала я, не отрывая взгляда от сада.

Подруга была единственной, кто мог растормошить меня, но сейчас мне вообще ничего не хотелось.

– Тем более – она влетела в комнату, скинула плащ и потрясла меня за плечо. – Сидеть и тосковать – это не про тебя. Вставай! Погуляем, посмеемся, купим глупые безделушки, которые потом будем стыдиться. А может, и влюбимся – кто знает?

Я усмехнулась, но внутри все сжалось. Влюбиться? После Эриана? После его ледяных глаз, его насмешек, его слов, будто вырезанных ножом?.. Нет. Я больше не та наивная девчонка, что верит в сказки.

– Ладно, – выдохнула я, вставая. – Но только если Лиззи поедет с нами. Мама убьет, если я выйду без сопровождения.

– Конечно, – Глория закатила глаза. – Лиззи ждет внизу. Говорит, что «в столице полно негодяев и магов-шарлатанов».

Я рассмеялась впервые за несколько дней. Но даже смех звучал чуждо.

Глава 20

Столица встретила нас гулом голосов, запахом жареных орехов, корицы и дыма костров. Ярмарка раскинулась на площади у старого фонтана, где в обычные дни только воробьи купались в чаше. Теперь же здесь кипела жизнь: шумели балаганы, звенели колокольчики аттракционов, дети визжали от восторга, а кукольный театр разыгрывал историю о драконе и принцессе, которая его не боялась.

– Смотри – Глория схватила меня за руку и потащила к лотку с леденцами в виде звезд и зверей. – Вот этот – с мятой. Помнишь, мы ели их? Они же такие вкусные!

Я кивнула отстраненно, отчего-то не в состоянии радоваться всему, как она. И вздрогнула, почувствовав, будто кто-то пристально смотрит на меня.

Я медленно обернулась, и вздрогнула, увидев его. Гардена.

Парень стоял у балагана с гадалкой, в черном плаще, и его лицо было скрыто капюшоном. Но я узнала его по походке, по той ненависти, которая была направлена в мой адрес, словно он видел только меня в толпе из тысячи людей.

Мое дыхание сбилось. Да какого черта, ему-то я что сделала?

На экзамене в академии он натравил на меня баньши – нечисть, что питается страхом. Я едва выжила. А он все так же ненавидит. Может, потому что я – феникс. Или потому что Эриан – его друг. Потому что я осмелилась появиться в его мире.

– Что с тобой? – Глория нахмурилась, увидев, как я побледнела.

– Ничего, – прошептала я, отступая. – Мне нужно… уйти.

– Куда? – Лиззи, наша гувернантка, тут же встала между мной и толпой, как щит. – Что случилось?

– Там… он, – я указала глазами, но Гардена исчез. Будто растворился.

– Кто? – Глория оглянулась. – Амелия, ты бледная, как смерть. Давай лучше найдем тень и сядем.

– Нет, – я сжала кулаки. – Нам нужно уходить. Сейчас.

Но не успела я сделать и шага, как раздался резкий, пронзительный крик.

– Бегите!

Я обернулась. Цирковая клетка, где выступал дрессировщик с тиграми, внезапно вспыхнула синим светом – и исчезла. Будто ее и не было. А три огромных полосатых зверя, оскалив клыки, вырвались на площадь.

Люди закричали. Толпа рванула в разные стороны, спасая свои жизни, толкаясь и сбивая друг друга с ног в панике. Я схватила Глорию за руку, пытаясь утащить в сторону, но мы оказались прямо на пути одного из тигров – огромного, с янтарными глазами, полными ярости.

Он зарычал, встал на дыбы, когти впились в камень. Я замерла. За спиной слышались крики и вопли. В ушах шумела кровь, а в груди разливался ледяной ужас, и я совершенно растерялась, потратив драгоценные мгновения впустую.

Внутри, наконец, вспыхнуло пламя – огненные крылья за спиной готовы были развернуться, но я не успела. Тигр прыгнул, и я зажмурилась, не в силах смотреть в лицо собственной смерти. И в тот же миг, из ниоткуда, раздался голос, холодный, как зимний ветер:

– СТОЙ.

Зверь замер в воздухе, и его лапа остановилась в ужасающей близости от моего лица. Я открыла глаза и судорожно всхлипнула, увидев его. Эриана.

Он стоял в трех шагах от меня, и вокруг его пальцев мерцало огненное марево. Наши взгляды встретились, и в его глазах я увидела не привычную насмешку или злость, а страх.

– Ты… – выдохнула я.

– Заткнись, – прошептал он. – И не двигайся.

Он медленно опустил руку, пламя рассыпалось дождем искр, и тигр рухнул на землю, оглушенный, но живой. Остальные два зверя, испугавшись огня, метнулись к выходу с площади, где их уже ждали стражники с заклинаниями и сетями.

Толпа застыла. Все смотрели на нас. А Эриан… он просто шагнул вперед, снял с себя плащ и набросил мне на плечи.

– Ты дура, – сердито бросил он, и его голос на миг дрогнул. – Что ты тут делаешь?

Я не ответила. Не смогла, но не потому, что от страха потеряла дар речи. А потому что в этот момент поняла: тоска, что мучила меня все утро… это было его отсутствие. И я не знала, что хуже – признать это, или то, что он снова спас меня.