Любовь с книжной полки. Код доступа: рыжий

Глава 1. Попал так попал

Бойтесь своих желаний.

Они имеют свойство исполняться.

Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»

Мир Земля-2142, страна Старосветово, город Ягодное

Антон допил пиво, смял банку и выкинул в мусорку.

«Надо бросать пить, а то печень скоро совсем сядет…», – снова пришла мысль в голову Антона.

Домой идти совсем не хотелось, иначе опять будет скандал с Хелсом из-за его дурной привычки курить везде и всегда кроме сна. Но там Антона ждала любимая книжка про Дремир и ничто в мире не способно было удержать Антона от чтения.

Если бы такая сила нашлась, то Антон, вероятно, не работал бы библиотекарем, но её не существует в природе. Книжечки для Антона – всё.

Антон заварил себе кофейку и завалился на кровать с книгой. Включил настольную лампу, поправил огненного цвета чёлку, чтобы не лезла в глаза, и стал читать. В нос постоянно лез зловонный и противный запах сигарет, но окно открывать было нельзя. Иначе станет хуже. Будь проклят этот помощник коменданта Иван Иванович со своими рассказами о преимуществах этой конуры.

«Если Хелс сильно накурит, всегда, можно открыть окно и подышать свежим воздухом из парка.

Только Иван Иванович забыл уточнить, что справа от окна в километре находится завод, работающий круглые сутки. Если открыть окно, то запах сигаретного дыма освежителем воздуха покажется», – вспоминал слова Ивана Ивановича Антон.

Антон читал страницу за страницей. Допил кофе. Хелс подошёл к кровати Антона и прочитал вслух название книги.

– Д-дремир рассказы. Ха-ха. Что за название такое? Дремир. Будто она настолько скучная, что от неё уснуть можно.

«С меня хватит! Сначала он курит в комнате, потом смеётся над моей книгой. У меня есть какие-то права, в конце концов, или нет?»

– Хелс, прекрати курить. Ты мешаешь мне книгу читать, – просил Антон.

В ответ парень с кислотно-зелёным цветом волос по имени Хелс затушил окурок в пепельнице и закурил новую сигарету. Иногда у Антона создаётся впечатление, что Хелс глухой.

– Хелс, туши сигарету! Ты меня слышишь? И прекрати хихикать над книгой. Нормальное название. Сам-то лучше не придумаешь.

Ответом была тишина. Такая громогласная и в какой-то мере многосмысленная.

– Ответь что-нибудь!

– Пошёл нафиг, – ответил Хелс.

– Что? – с повышенной интонацией спросил Антон.

Парень с огненного цвета волосами закрыл книгу и посмотрел на Хелса.

– Что? Ты просил ответить что-нибудь.

«Как я не хочу опять спорить, но он вынуждает. Он специально курит, чтобы я злился! Зуб даю. Хотя с зубами надо быть поосторожнее, а то так и без зубов можно остаться», – перебирал беспорядочные мысли в голове Антон.

– Мы сколько раз обсуждали, что ты не будешь курить, пока я дома. Это буквально два часа, потом сон и я ухожу на работу. Кури сколько хочешь.

Хелс не прекращал курить и иногда откусывал от куска пиццы с соусом барбекю, что лежала в коробке рядом.

«Как об стенку горохом всегда… Ещё немного и я самовоспламенюсь от гнева».

Антон встал с кровати и забрал у Хелса из рук зажжённую сигарету вместе с пачкой сигарет, что лежала рядом с парнем.

– В организме человека 206 костей, не считая каких-то самых мелких. Ты хороший парень Антох, но мне непонятно твоё искреннее желание переломать себе все кости, – оскалился Хелс.

Хелс ненавидел, когда брали его вещи без спроса. Даже когда парень сам разрешал взять его вещь, то с недоверием смотрел на человека, которому разрешил. Хелс настолько ненавидел, когда его вещью пользуются без спроса, что впоследствии отказывался пользоваться ею, считая испорченной, и заставлял человека купить новую за свой счёт. Если тот отказывался, то Хелс ломал вещь так, чтобы ей нельзя было пользоваться, и тогда у нарушителя спокойствия не было шансов отказаться. Так было с кружкой, полотенцем и будет с пачкой сигарет.

– Извини.

Антон положил пачку сигарет на место и вернул недокуренную сигарету Хелсу.

– Так-то лучше. У меня привычка. Понимаешь? Не могу бросить.

Хелс высыпал сигареты из пачки на тумбочку, а пачку выкинул в мусорный бак, что всегда стоял у его кровати. Затем протёр руки влажной салфеткой.

«Кажется, пронесло… А то бы заставил сигареты ему покупать».

– Ты можешь два часа потерпеть? Неужели я так много прошу?

– Зачем терпеть? Зачем страдать? Ведь можно взять и покурить. Ха-ха.

«Ещё слово и от Хелса мокрого места не останется. Я испепелю его, а потом восстановлю и снова убью. Тогда все будут знать, насколько я ненавижу, когда в комнате курят и какой Хелс говнюк. Он допрыгается, вернее, докурится. Так спокойно Антон. Ты не хочешь его убить, а хочешь, чтобы он перестал курить. Вдох, вы-ы-ыдох, вдох…» – успокаивал сам себя Антон.

– Меня это достало… Я пошёл к Ивану Ивановичу.

Хелс затушил сигарету в пепельнице и схватил Антона за штанину.

– Ладно, стой. Я пошутил. Пошутить нельзя? Больше не буду курить, когда ты в комнате. Только не иди к Ивану Ивановичу.

Антон повернул голову, чтобы посмотреть на заплаканное лицо Хелса. Но ничего подобного. Хелс с пиццей в зубах увидел, что Антон на него смотрит, и рукой показал на пиццу с четырьмя видами мяса и с соусом барбекю.

– Угощайся.

– Так бы сразу,– принял извинения Антон.

Откуда у него всегда деньги берутся на красивую жизнь? Он же обычный посудомойщик. Антон завидовал ему.

– Не мужской это поступок — прятаться за спину Иван Иваныча.

В этот момент внутри Антона что-то взорвалось. Причём с такой силой, что огненноволосый парень не мог это контролировать. Он хотел высказать всё, что думает, но раскашлялся от сигаретного дыма, который накопился в комнате.

– Курить тебе нельзя. Раз тебя от обычного дыма так выносит. Ха-ха…

Хелс, зашёлся кашлем курильщика в ответ. Кашель никак не отпускал парня и создавалось такое впечатление, что он упорно пытался выхаркать собственные лёгкие. Ему не хватало воздуха. Именно в этот момент кашель Антона прекратился, и парень выдал спрессованную версию своей злобы ко всему живому, что копилась в нём долгое время.

– Чтоб ты сдох от своих сигарет!

Сгоряча выпалил Антон и тут же прикрыл рот рукой. Он отвёл взгляд от Хелса, который прожигал его одежду, кожу и что-то в груди одним лишь взглядом.

– Ах так? Да чтобы ты провалился вместе со своей книжонкой куда-нибудь! Тебя же невозможно терпеть, язва ты ходячая.

– Извини. Я случайно. Вырвалось…

Наматывал рыжие волосы на палец Антон.

– Не хочешь со мной общаться, иди нафиг!

Хелс включил защитную реакцию и закрыл коробку с пиццей. Теперь с ним говорить бесполезно. Иногда Антону кажется, что кислотно-зелёный цвет волос Хелса это его натуральный цвет. Хелс был самым токсичным человеком, которого только можно было найти, после Антона, конечно же.

«Зачем я вообще сказал, чтоб он сдох? Я совсем не это имел в виду… Тьфу. Какая разница, что я имел в виду? Всё произошло. Вот если бы можно было бы вернуться во времени и изменить это. Ладно. Теперь надо как-то извиниться, но сил нет. Хочу лежать…»

Антон лёг на кровать и продолжил читать. Лишь бы убраться подальше от этого мира и избежать осудительных взглядов Хелса.

Сколько прошло времени Антон не знал, но за окном была гроза. Молнии сверкали одна за одной.

Антон глянул на часы, те показывали половину третьего ночи.

«Надо заканчивать читать, а то на работу через 4 часа вставать».

Не успел подумать о сне Антон, как моментально вырубился и уснул прямо с книгой на лице.

«Что за странное чувство? Будто я лечу… Нет. Мне опять, кажется. Надо просто потерпеть. Этот глюк донимает меня с самого детства… Просто потерпи, Антон».

Антон открыл глаза и увидел, что летит прямо на книжные полки.

«Что? Стоп! Какого вообще здесь происходит? Нет. Этого не может быть! Это просто кошмар, обычный кошмар», – размышлял Антон.

Бах.

Антон вцепился в полку двумя руками.

Девушка наморщила лоб и застыла в ожидании внезапных движений незнакомца. Антон же изучал девушку и почти забыл о страхе.

«Какая она красивая! – зачарованно думал он. – Небольшого роста, с длинными волосами. Блондинка. Как я люблю!» Сердцебиение и пульс Антона участились, парень напрягся и стал анализировать возможную угрозу.

«Она полезла за катаной? За катаной!»

– А-а-а-а-а! – истошно заорал Антон.

Антон отполз подальше и пытался удержаться на книжном шкафу. Стеллаж начал опасно покачиваться от его усилий и вдруг качнулся сильнее, чем до этого. Парень замер, глядя на девушку, пытаясь не дышать.

– Анто-о-он! – радостно выкрикнула она, расставляя руки в стороны и приглашая парня в объятья.

– А? – не успел он удивиться, как стеллаж начал заваливаться вместе с ним на красавицу.

Антон быстро спрыгнул с него, девушка схватила его за рукав куртки и потянула за собой, уводя в боковой проход, но парень от неожиданности споткнулся, и через два шага они оба рухнули на пол.

Стеллаж с грохотом врезался в соседний, и остановился, образовывая с ним нечто наподобие буквы «Л», но книги из него не повыпадали, будто приклеенные.

Антон выставил руки вперёд, чтобы не упасть на девушку. Красавица смотрела на парня словно заворожённая и, протянув руку, погладила парня по щеке.

«Эти прикосновения настоящие? Меня гладят по щеке? За что? Я ничем не заслужил такого хорошего отношения...»

Девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, но нечто в капюшоне девушки мяукнуло, затем зашипело.

«Она что кошка?! Фу… Антон, что ты несёшь? Это обычная девушка. Но она мяукнула! Может у неё кот в капюшоне? Не люблю домашнюю живность», – размышлял Антон.

Антон брезгливо скривил лицо.

Бах, бах. Падали книжки на спину парня. Он стонал от невыносимой боли и не мог сдвинуться с места.

«Кажется, мой позвоночник, только что умер… Моя жизнь не была напрасной. Хотя бы прикрыл собой девушку от тяжёлого гранита науки. Слишком тяжёлого...»

Ощущение реальности потихоньку ускользало от Антона и он начал жить в автономном режиме.

В комнату вбежал Энди.

– Это кто?! — гневно спросил он, и на шее Антона тут же вспыхнул огненный ошейник.

Но Антону было всё равно. Он как маленький ребёнок озирался по сторонам и никого не замечал.

«Это же просто сон. Да? Насыщенный красками и событиями обычный кошмарный сон…»

Глава 2. Кот в капюшоне

Мир Каррандр, страна Эвенна, город Эренск

Вчера, ранний вечер.

– Мисс, просыпайтесь, – кто-то тормошил Миленку за плечо и тихо приговаривал. – У нас новый посетитель. Просыпайтесь…

«Какой ещё посетитель?» – всё не могла спросонья понять белокурая девушка лет двадцати, но всё же отлипла от скрещенных рук и села более-менее ровно.

Потёрла лоб и окинула всё помещение сонным взглядом.

«Где я? А… Цветочная лавка… Точно».

– Этот безопасный, – тихо шепнула она продавщице. – А где вы так долго пропадали? Я уж думала вас идти разыскивать.

– Я? – удивилась Марта. – Никуда я не уходила. С тех пор, как вы заступили на задание, мы тут вместе и сидим.

– Ясно, – ответила Миленка, – показалось. Простите, что я отключилась. Долго я спала?

– Минут пять, – так же тихо шепнула продавщица и переключилась на посетителя: – Как желаете упаковать?..

Миленка их дальше не слушала и погрузилась в свои мысли.

«Значит, это был сон, – взгрустнула она. – А жаль… Антон мне понравился… Эх…»

Посетитель расплатился за букет пёстрых хризантем и ушёл, а девушка полезла в карман, пересчитать, сколько у неё осталось денег.

«И деньги на месте. Значит, ни грабителя я не поймала, ни за цветы Антона не заплатила, ни записки ему не передавала… Что за невезуха, блин! Как красивый парень, так присниться должен! А как на улице подкатывать, так уроды какие-то: и моральные, и вообще!»

Миленка подняла глаза к потолку и мысленно прокричала: «Верните мне Антона! Слышите?! Наяву!» Следом шумно выдохнула и гневно уставилась на входную дверь цветочной лавки.

«Скукота! Где грабители?! А ну, давайте грабьте уже! А то я опять тут усну!»

Задание, которое она сегодня взяла в Ордене Ниев, было простым: поймать вора, зачастившего в цветочную лавку. Последние пару недель он каждый третий день наведывался сюда и что-то пытался утащить: то один цветок, то букет, то вазон. Марта, сотрудница лавки, всё пыталась поймать его на горячем, чтобы обвинить в краже, но он так долго выбирал что именно утащить, а потом так быстро давал дёру, что пятидесятилетняя женщина не могла за ним угнаться. Сегодня как раз был третий день, а грабитель всё не появлялся.

Девушка решила размяться и походить по лавке для разнообразия. Она прошлась между стеллажами с цветами и, подойдя к широкому окну, начала разглядывать прохожих на улице.

«О! Лысый!» – воодушевилась она, увидев грабителя из своего сна.

Она быстро сняла фартук и засунула его под ближайший стеллаж, а потом достала меч с ножнами из портупеи и спрятала его возле входа за высокую вазу с цветами. Жёлтая обмотка на рукояти меча как раз отлично сливалась с жёлтыми подсолнухами в вазе.

«Если лысый зайдет к нам, буду считать, что мой сон вещий! А значит, следом должен прийти и Антон. Вот будет здорово!»

Высокий мужчина средних лет в серой невзрачной одежде и с залысиной на выцветших буро-серых волоса свернул с улицы на дорожку, ведущую к лавке, и Миленка, ехидно улыбнувшись, отлипла от окна. Девушка начала усиленно делать вид, что она тоже покупательница: понюхала один разноцветный букет, наклонилась к другому, взяла вазон с миниатюрными голубыми цветами в руки, покрутила и поставила на место…

Дверь открылась, зазвенел колокольчик. Потенциальный грабитель прошёл мимо охотницы, не обратив на неё никакого внимания, и развил бурную деятельность, усиленно всматриваясь в цветы на стеллажах и вертя их то в руках, то на полках.

«Так, он должен утащить тот белый букет, когда возьмёт его третий раз в руки», – отметила про себя Миленка и пошла «потолкаться» с грабителем. Она прошла по тому же ряду между стеллажами и слегка задела его, извинилась. Он вздрогнул и сжался, но ничего ей не сказал.

«Фу! Слюнтяй, – мысленно скривилась девушка. – Выше меня ростом на голову, а дрожит как лист на ветру от одного лишь касания».

Когда мужчина обошёл все стеллажи раза полтора, Миленка направилась к выходу, так ничего и не выбрав. Она уже взялась за дверную ручку, как замерла, будто увидела желтый букет в вазе справа и передумала выходить. Девушка подошла к цветам и уставилась в отражение окна. На улице уже достаточно стемнело, чтобы через отражение прекрасно различать, что происходит внутри. Мужчина стоял к ней спиной. Она взяла свой узкий и длинный меч за верх ножен и уперла в левый ботинок, развернув лезвием к себе.

Лысый потянулся к белому букету, его рука дрогнула, и он его быстро схватил. Миленка увела ножны за спину, доставая меч и одновременно шагая к двери. Мужчина, оглядываясь назад, побежал на выход, но когда обернулся, быстро затормозил, чуть не налетев на направленный в его живот меч, как на кол. Он с перепугу выронил букет, а остриё меча Миленки мгновенно уткнулось ему в шею.

Мужчина нервно сглотнул и отшатнулся назад, поднимая руки вверх.

– Я собирался заплатить, – дрожащим голосом провизжал он.

– Жизнью? – равнодушно спросила девушка, подшагивая к нему.

– Н-нет-нет, – продолжал пятиться мужчина и начал заикаться с перепугу. – У м-меня есть д-деньги. В л-левом к-кармане.

– Марта! – крикнула Миленка. – Не спите! У него деньги есть, возьмите сколько он вам должен.

Мужчина уже дошёл до прилавка и уперся в него. Отступать ему дальше было некуда, а остриё меча уже упиралось в мягкие ткани под подбородком.

– Доставай и клади на прилавок! – приказала Миленка властным голосом, совсем не вяжущимся с её миниатюрной внешностью.

Мужчина, не глядя, порылся в кармане и выгреб всё из него на стол за его спиной.

– Марта, хватает? – спросила девушка.

– Да! С лихвой! – весело ответила женщина.

– Бери сколько надо, остальное ему в карман и свяжешь руки.

– Зачем в карман? – удивилась продавщица, и одновременно с ней возмутился и мужчина:

– Я же заплатил! Как вы смеете меня задерживать! Отпустите немедленно!

Миленка отшагнула назад, убирая меч от его шеи, и тут же рассекла ему рубашку от правой подмышки до воротника – меч слегка обагрился кровью.

– Марта, – укоризненно произнесла девушка, пока мужчина трясся от ужаса, а она вытирала об него свой меч. – Грабитель здесь он, а не мы. Верните ему сдачу. А ты, старпёр, руки за спину! Живо! Пока есть что связывать.

«Скоро должен прийти Антон! Скоро должен прийти Антон!» – уже радовалась Миленка, но продолжала хмуриться, нагоняя на всех жуть и подгоняя.

Когда Марта, наконец связала грабителя и увела его к хозяину, Миленка вернулась за своим фартуком: достала из-под стеллажа, отряхнула от пыли и нацепила на себя обратно, оголяя рукоятку меча, что уже снова покоился в портупее.

Она вернулась за прилавок и принялась ждать. Прошло с четверть часа, но никто всё не приходил, и девушка начинала уже расстраиваться. Вдруг дверь со звоном отворилась, и в лавку прошмыгнуло маленькое рыжее пятно, а следом за ним, вбежала зарёванная, девочка лет восьми.

– Стой! – крикнула девочка и помчалась между прилавками.

«А где Антон? – не могла поверить своим глазам Миленка. – И лысый пришёл, и девочка. Так не честно!!!»

Девушка вкрай расстроилась и пошла ловить малолетку, пока та не разнесла половину лавки.

– Это ты стой! – сказала она, схватив девочку за ворот белой курточки, когда та пробегала мимо неё. – Чего носишься?! Не улица тебе.

Девочка испуганно замерла и снова в слёзы:

– Котёнок… Всхлип… Убежал… всхлип… А-а-а!

– Ну, пошли искать, – вздохнула Миленка. – Но больше не бегать!

– Хорошо, – согласилась девочка, вытирая слёзы.

Они обошли всю лавку, заглянули под все стеллажи и прилавок, но беглец ничем себя не выдавал и даже не пищал.

Вернулась Марта.

– Хозяин наказал сегодня закрыть лавку пораньше, – сказала она, подходя к Миленке и посмотрела на девочку: – Извините, мисс, мы уже закрываемся. Вам помочь с выбором букета?

Девочка замотала головой из стороны в сторону и снова разрыдалась.

– У неё котенок сбежал, – объяснила Миленка, – и где-то тут спрятался. Могу ли я остаться его поискать?

– Конечно-конечно, – закивала Марта.

Миленка присела перед девочкой, наклоняя рукоять меча вперёд, чтобы ножны не стукнули об пол.

– Я найду твоего котёнка, а ты приходи утром за ним. Договорились?

– А с ним… – начала было девочка, всё пытаясь остановить слёзы.

– Всё будет хорошо, – девушка закончила за неё фразу и обняла одной рукой. – Я, Мили О’Ния, принимаю твоё задание. С меня котёнок, с тебя чашка горячего чая. По рукам?

У девочки округлились глаза:

– Из Ордена Ниев?!

– Его самого, так что не переживай и спи спокойно.

Девочка кивнула и тихо сказала:

– Благодарю.

На том её и выпроводили из лавки.

– Марта, молоко есть?

– Откуда, – вздохнула Марта. – Долго ты его искать будешь ещё? Я б домой уже пошла, а утром поищем.

– Я тогда сбегаю за молоком, а ты потом меня просто на ночь одну здесь закрой.

– На кой тебе такие мученья? – удивилась Марта.

– Не мучения, а задание, – подмигнула ей Миленка. – Кстати, где моя плата? Я ж вам нужного грабителя поймала? Или надо ещё какого-то другого ждать?

– Нужного-нужного. Заплатить могу хоть сейчас, но хозяин ушёл не подписав заявление. Придется его тоже ждать до утра.

– Без проблем! Скоро буду.

Ночью в лавке

Марта давно ушла, в лавке царил полумрак, а Миленка сидела на полу перед прилавком, скрестив ноги и подперев голову рукой. Перед ней стояло блюдце с молоком, но никто к нему так и не хотел подходить. Ей уже жутко хотелось спать от скуки, и она решила, что облокотившись на стол спать всё же удобнее.

Девушка встала и, взяв блюдце, пошла поудобнее устраиваться за прилавком. Меч в ножнах она положила на край стола перед собой, перед ним и чуть в стороне от себя поставила блюдце с молоком и улеглась на стол, на скрещенные руки. Спала она в такой позе не впервые в жизни и могла так проспать хоть всю ночь. Уснула быстро.

Девушка проснулась на рассвете и первым делом прислушалась– рядом кто-то тихо посапывал. Открыла один глаз и увидела маленького рыжего полосатого котенка, свернувшегося клубочком рядом с пустым блюдцем.

Миленка слегка пошевелилась и поняла, что её руки занемели и плохо слушаются. От стола она всё же отлипла, но пришлось ждать, пока противное покалывание пройдет. Котёнок всё спал и она решила его взять на руки, чтобы тот снова не сбежал.

«У всей „благотворительности“ есть предел, – думала она, слегка касаясь пальцами объекта своего второго задания, – и ещё весь день я торчать здесь не намерена».

Котёнок сонно приоткрыл глаза, но тут звякнул колокольчик на двери, и он с перепугу бросился бежать по протянутой руке, как по ветке дерева. Нырнул в капюшон чёрной кожаной куртки девушки. Затаился.

«Хоть не убежал», – подумала Миленка и взглянула на дверь – пришёл хозяин.

Она на всякий случай прикрыла блюдце обрезками обёрточной бумаги, что валялись на столе, и сонно потянулась.

– Доброе утро, – улыбаясь, поздоровался хозяин.

«И чего это он зашёл через парадный вход?» – удивилась девушка, но вслух, зевнув, сказала:

– Доброе утро.

– Дайте мне несколько минут, и я вынесу вам оплату и подписанную заявку. Пусть вы и справились с заданием всего за день, я оплачу вам все три дня, как и было оговорено.

«А я что, могла не справиться? Да за кого он меня принимаает?!– мысленно возмутилась девушка, но виду не подала и лишь учтиво ответила:

– Благодарю.

Хозяин ушёл, и вскоре вернулся с пятнадцатью серебренниками и заявкой.

– Я бы хотела здесь задержаться до открытия лавки, – вежливо попросила Миленка, принимая оплату.

– Конечно, оставайтесь столько, сколько вам будет угодно, – учтиво ответил хозяин. – Было приятно иметь с вами дело.

«И всё же он надо мной издевается! – подумала девушка, считывая прикрытую издевку в тоне хозяина. – Такой бугай и не мог сам вора поймать? Позор! Больше я сюда не приду. Пусть сам их ловит в следующий раз».

Девушка кивнула и отвернулась к двери. Хозяин ушёл к себе наверх.

«До открытия ещё часа полтора, – безрадостно подумала она. – Если мелкая не придёт к открытию, передам Марте, чтоб та искала меня в Ордене».

Марта пришла через полчаса с пышными и ещё тёплыми пирожками. Они с Миленкой позавтракали, и девушка вышла на свежий воздух немного побродить.

– Только не убегать! – скомандовала она, засовывая руку к себе в капюшон и тыкая пальцем в комок меха. Тот её ткнул лапкой в ответ, слегка погрыз, но остался на месте.

Девушка шла по узкой улочке, разглядывая голубое небо в просвете между красно-рыжими крышами домов, закинув руки за голову. Навстречу ей шли одинокие прохожие, но она не обращала на них внимания.

Когда она поравнялась с какой-то невзрачной женщиной в темно-сером платье в пол, вдруг услышала:

– Книгу бери!

– А? – не поняла девушка и, расцепив руки, обернулась.

Женщина продолжала идти по улице, как ни в чём ни бывало.

– Что вы имели в виду? – крикнула Миленка ей вслед, но та так не обернулась.

«Что это было? – пожала плечами девушка и зашагала дальше по улице. – Какую ещё книгу?»

Через два квартала она свернула на соседнюю улицу и решила, что пора возвращаться к цветочной лавке.

У входа её уже ждала девочка в белой курточке и зелёной юбочке. Она нервно переминалась с ноги на ногу, что-то пряча у себя за спиной. Миленка засунула руку в капюшон и проверила, что «задание» до сих пор не убежало.

«Хорошо устроился, – почесала она за ушком свернувшегося в клубок котёнка и мило улыбнулась, – но тебе пора».

– Привет, – поздоровалась она с девочкой и, бережно схватив котенка, протянула его ей.

– Ух ты!!! – просияла девочка и запрыгала от радости, но когда она протянула руку к пушистому комочку, тот на неё зашипел и попытался царапнуть.

– А это точно твой котёнок? – строго спросила Миленка, убирая его обратно в капюшон.

– Ну… – девочка виновато уставилась в мостовую. – Я его хотела вчера домой забрать и о нём заботиться, а он бежать… А я так давно мечтала о котёнке… Всхлип… А он сбежал… О рыженьком… Всхлип… И даже бабушка не против уже была… Всхлип…

«Начинается…» – вздохнула Миленка, чувствуя, что её запас терпения подозрительно быстро заканчивается.

– А ну перестать реветь! – скомандовала она. – Заботиться обещаешь?

– Угу, – кивнула девочка, вытирая слёзы рукавом.

– Тогда с тебя чай, как и было оговорено, а я тебе помогу его донести до дома, чтобы снова не сбежал.

Девочка просияла, но тут же смутилась.

– А можно… Это… Он с вами до вечера побудет? – нерешительно спросила она. – Пока я в школе буду, а то и бабушки сейчас дома нет… Он может снова сбежать… – но тут же решительно заявила: – А за это вам – вот!

Девочка достала из-за спины тонкую книжку и протянула Миленке.

Та отмахнулась от книжки:

– Ничего мне не надо. Приходи в Орден Ниев, как освободишься. Я сегодня весь день дома буду. Страже на входе скажешь, что ты по приглашению к Мили О’Ние, и они меня позовут.

– Нет, возьмите, – настаивала девочка и уперла книгу плашмя Миленке в живот, а стоило той взять её за уголок, как девочка сорвалась с места и убежала.

– Я в школу опаздываю! – крикнула она, оборачиваясь на ходу, и нырнула в ближайший переулок.

Бежать за ней Миленке было лень, и она неприкрыто вздохнула:

– Отлично! Теперь у меня и кот, и книжка. И что мне с этим всем делать?!

Она взглянула на название — «2097».

«Это год, что ли? Не люблю историю… Ладно, отнесу в Архив. Может, кому-то потом пригодится…»

Она засунула книжку под мышку и не спеша зашагала домой в Орден, где она и жила.

Орден Ниев

– Энди! – весело крикнула Миленка, едва переступив порог зала регистрации заявок Ордена Ниев, и помахала подписанным заявлением. – Я не налажала!!

В зале было трое посетителей и все на неё обернулись, но девушку это отнюдь не смутило. Энди вздохнул и помахал ей рукой, мол, иди сюда.

Миленка высунула язык и медленно пошла к стойке регистрации, на ходу складывая заявление самолётиком. Запустила его в дежурного мимо двух человек, стоящих к нему в очереди. Самолётик приземлился на стол перед Энди и слегка по нему проскользил.

– А браслет? – возмутился тот.

– Потом, – махнула рукой Миленка и развернулась к выходу. – Я пока в Архив схожу. – Кстати! – она обернулась. – На каком этаже книги по истории?

– Первом, – ответил дежурный и усмехнулся. – С каких пор ты историей прониклась?

– Ни с каких, – равнодушно ответила девушка и помахала книжкой. – Хочу подарок пристроить.

– Ясно.

Миленка вышла обратно на внутреннюю площадь Ордена и свернула налево к соседнему трехэтажному зданию — Дому Исследований. Архив, а так называлась библиотека Ордена, находился под ним и занимал девять подземных этажей. Стража на входе пропустила её без вопросов, и вскоре она уже стояла у таблички с надписью «Архив. Уровень 1».

За серой металлической дверью начинался узкий коридор, с такими же серыми и безликими дверьми по обеим его сторонам, а слева от входа на всю высоту стены были надписи - указатели.

«Так… – она смотрела то на книгу, то на стену. – Год тут странный написан… Наверное, это древняя история? Значит, мне надо искать года до Крушения Древа Мира. Пятая комната, по идее? Ладно, начну с неё…»

Она направилась к третьей по счету двери слева по коридору и зашла внутрь. Только тут до неё дошло, что она даже не удосужилась проверить, по истории ли эта книга или нет.

Девушка подошла к ближайшему стеллажу, оперлась на него спиной и открыла книгу.

«Старосветово… Новосветово… По географии что ли? Я и стран таких не знаю… По древней географии, что ли?»

Она начала увлеченно листать книгу, как вдруг кто-то больно царапнул её за шею.

– Ой! – вскрикнула Миленка и в ужасе подумала, что чуть на раздавила котёнка в капюшоне, прислонившись к шкафу.

– Рыжик, ты в порядке? – она оторвалась от книги и потянулась свободной рукой в капюшон, проверить, все ли там живы, как ошарашенно замерла и выронила книгу из рук.

На стеллаже перед ней висел парень лет двадцати, зацепившись за верх стеллажа, поставив ноги на верхние полки. Одет он был был странно: в чёрную кофту с капюшоном из непонятной толстой ткани и рваные штаны. Даже его длинные волосы до плеч были необычного огненного цвета.

Парень мельком оглянулся на неё и истошно заорал с перепугу, пытаясь залезть обратно на стеллаж. Миленка испугалась его крика ещё больше и закричала а ответ, а её сердце бешено заколотилось в груди.

«Враг!» – тут же выдало сознание и она потянулась к мечу, намереваясь отрубить ему ноги, чтоб далеко не убежал.

Незнакомец безуспешно пытался залезть повыше и всё оборачивался на девушку. Стеллаж начал опасно покачиваться от его усилий и вдруг качнулся сильнее, чем до этого и парень замер, глядя на Миленку и пытаясь не дышать.

Тут-то она, наконец, хорошо разглядела его лицо, и её сердце застучало ещё быстрее, но уже по другому поводу:

– Анто-о-он! – радостно выкрикнула девушка, расставляя руки в стороны и приглашая парня в объятья.

– А? – не успел тот удивиться, как стеллаж всё же начал заваливаться вместе с ним на маленькую хрупкую девушку.

Антон быстро спрыгнул с него, Миленка схватила его за рукав кофты и потянула за собой, уводя в центральный проход, но он от неожиданности споткнулся, и через два шага они вместе рухнули на пол.

Стеллаж с грохотом врезался в соседний, и остановился, образовывая с ним нечто наподобие буквы «Л», но книги из него не повыпадали, будто приклеенные.

Миленка лежала на полу и умилённо смотрела на парня — он навис над ней, опираясь на руки и на одно колено. Она непроизвольно протянула руку и погладила его по щеке — он брезгливо скривился.

Не успела девушка офигеть от такого хамства, как услышала шипение у своего уха и грохот падающих книг. Бедный парень застонал от невыносимой боли, но не сдвинулся с места, прикрывая собой девушку от горы падающих исторических книг…

Антон смотрел на Миленку, и на его лице уже не было и тени брезгливости, а она озадаченно разглядывала его, не успев отдернуть руку. Его лицо рассекал длинный шрам, который проходил через середину носа, а в губе было два металлических кольца. Умеренно длинные рыжие волосы с красными кончиками свисали девушке на лицо и всё норовили залезть в глаза и нос.

– Апчхи, – чихнула она, но прилетевшие прядки снова упали ей на лицо и она попыталась их сдуть.

Вокруг стало тихо.

– Мяу! – вдруг пискнуло у её уха.

Парень тут же глянул на источник звука и снова скривился.

Миленка поняла, что он смотрит не на неё, а на котёнка, и, с досады, оттолкнула его от себя и села.

«Вот так всегда! – расстроилась она до глубины души. – Ждёшь чего-то хорошего, ждёшь! Мечтаешь о встрече! А когда получаешь... Оказывается совсем не то, чего ждала... Вернее то… Ведь похож как две капли воды на Антона из моего сна, но блин… Другого Антона я хотела! – она уставилась в потолок. – Слышите?!! Другого!!! Который не будет брезгливо кривиться глядя на меня!!!»

В комнату вбежал Энди.

– Это кто?! – гневно спросил он, и на шее Антона тут же вспыхнул огненный ошейник, но тут же осыпался серым пеплом.

Парень не издал ни звука, будто даже его не почувствовав, и продолжал удивлённо озираться по сторонам.

– Это Антон, – равнодушно ответила расстроенная девушка и, взяв котенка на руки, засунула его в капюшон. – Энди, ты чего примчался?

– Браслет маякнул, что ты в опасности, – ответил Энди, пристально глядя на Антона, но заметив, что тот так и сидит смирно на полу, обернулся к девушке и на неё наехал: – Какого чёрта ты в Архив посторонних водишь?! Да ещё и устраиваешь беспорядок со своим парнем?!

– Никого я не водила! – возмутилась Миленка, вставая. – Он тут был, когда я пришла!

– А имя откуда знаешь? – не сдавался Энди.

– Приснилось!

– Что?! Не морочь мне…

– Идите вы все к черту!!! – в сердцах крикнула девушка и, оттолкнув Энди, всё ещё державшего дверь на распашку, хотела уйти, но тут же шмякнулась лбом в невидимую преграду.

Энди ошарашено на неё уставился, так как видел её такой расстроенной впервые в жизни, но тут же прыснул и засмеялся.

– Забыла, что Гор такого не прощает? – весело сказал он, глядя как девушка потирает свой лоб. – Теперь нам троим это бардак разгребать, а то тут жить останемся.

Энди обернулся к Антону.

– И тебе тоже, – строго ткнул он в него пальцем. – Как ты тут оказался, мы будем выяснять позже, когда выберемся отсюда.

Антон снова ничего не ответил, и Энди снова возмутился:

– Чего молчишь?! Ты хоть понимаешь, что я тебе говорю?!

Антон уж было открыл рот что-то сказать, но его перебила Миленка:

– Вот и разгребайте сами! – она резко развернулась и ушла в дальний конец комнаты.

Там спряталась за последним стеллажом, села на пол и беззвучно заплакала. Смех Энди был последней каплей в море, в том самом, на которое были похожи красивые голубые глаза Антона.

«Один на меня брезгливо посмотрел, а второй ещё и с этого посмеялся… А я как дура разрыдалась и теперь даже уйти не могу, чтобы сбежать от этого позора…»

Кто-то запрыгнул ей на плечо и ласково потёрся мордочкой о мокрую щеку. Она обернулась – котёнок начал слизывать её слезы.

«В другой раз мне было бы жутко противно от того, что меня животные лижут», – подумала девушка, но решила всё же стоически терпеть, считая, что хватит уже брезгливых взглядов на сегодня.

От Авторов

Что приснилось Миленке, можно узнать в рассказе Ника Вернера «Букет цветов»:

https://author.today/work/384768

А для кого Антон покупал цветы, в рассказе Блауна Ао «Цветы жизни»:

https://author.today/work/231828

Глава 3. Молчун

Энди

Миленка скрылась за серыми металлическими стеллажами в конце комнаты.

Энди посмотрел ей вслед и почесал затылок:

– И что это с ней? Первый раз вижу, чтобы она от чего-то сбегала, а не продолжала возмущаться до победного.

Он посмотрел на всё ещё сидящего на полу парня. Тот, с застывшим непониманием на лице, продолжал озираться по сторонам, будто действительно не знал, где находится.

«Раз он молчит, – подумал Энди, – а Мили назвала его Антоном, пусть будет Антоном. Стоп! А где ошейник?!»

У Энди на ладони вспыхнул красный огненный шарик размером с абрикос. Парень глянул на огонь и отполз назад, закрывая руками книги.

Маг бросил пылающий «шарик» горизонтально, как монетку в незваного гостя – огонь коснулся оголённой шеи Антона, растёкся по ней горящим обручем и тут же осыпался серым пеплом в чёрный капюшон и на грудь.

Антон дёрнулся, потрогал шею обеими руками и начал обтрушиваться.

– Антон, ты маг?

Молчание в ответ.

«Может, действительно не понимает, что говорю? Или слишком натурально придуривается. Но если на него не действует магия, как и… Да нет… Непохожи они совсем. Значит, этот прибыл к нам из другого мира. Вопрос: с чем и зачем? Что он хотел утащить из архива? Кстати! А знает ли он, что на него не действует магия? Похоже, что он её просто не замечает пока. Что же… Припугнуть его, что ли?»

– Говорить будешь? – строго спросил Энди, что совсем не вязалось с его добродушной внешностью, и на ладони вспыхнул уже целый костёр, обволакивая руку словно перчатка.

Антон тут же скрестил руки перед собой в защитном жесте и замотал головой, а потом затыкал пальцем по сторонам, указывая на стеллажи. Снова скрестил руки, мол, не надо. Поднял книгу с пола, показал на огонь, на неё и снова замотал головой.

– Предлагаешь, не устраивать пожар в библиотеке? – усмехнулся Энди и потушил пламя. – Тогда не вздумай бежать — превращу в факел на лестнице. И не надейся, что неуязвим. Твоя одежда будет прекрасно гореть, а в ней и ты заживо. Знаю — пробовал.

Антон нервно сглотнул, закивал головой и указал книгой на опрокинутый стеллаж.

– Идём поднимем, – кивнул маг и протянул руку, помогая парню подняться с пола.

От помощи Антон не отказался, встал и первым пошёл к стеллажу, аккуратно переступая книги или убирая их руками с дороги.

«Он или пытается быть вежливым, или действительно ценит книги», – подметил Энди и немного гостя зауважал, но продолжал зорко следить.

Чтобы вернуть на место тяжеленную цельнометаллическую конструкцию выше их роста и длиной шагов в десять, парни пропыхтели с четверть часа, но всё же справились.

– И как вы вообще умудрились это уронить? – вытирая испарину со лба, спросил Энди. – А, чёрт! Ты же меня не понимаешь. А жаль… Теперь мы тебя точно не выпустим, пока не заговоришь на нашем языке. Посидишь в одиночестве с книжками, поголодаешь. Даже пытать тебя не надо — пить — есть захочешь, быстро заговоришь хоть на своём, хоть на нашем, хоть замычишь. Будешь прилежно учиться, может, и выйдешь отсюда годика через два, если мы тебя простим. А нет — вынесут вперёд ногами через месяц… Хотя… Рэд больше меня знает про пришельцев. Думаю, он найдёт к тебе подход.

Энди добродушно болтал сам с собой, поднимая книги с пола и складывая стопкой на ладони, совсем не замечая, как Антон всё больше и больше бледнеет. Когда маг распрямился со стопкой книг в руках и глянул на гостя, тот резко отвернулся и присел, делая вид, что усердно собирает книги.

«Хм-м-м… похоже, что он всё-таки меня понимает, но отмалчивается. Ладно, дело его. Пусть стража допрашивает».

– Мили! – крикнул Энди, выглядывая в проход. – Мы стеллаж подняли. Поможешь книги разложить?

Конец чёрных ножен, торчащих горизонтально из-за самого дальнего стеллажа, слегка дёрнулся, но ответа не последовало. Энди не мог пойти проверить, что там делает девушка, чтобы «молчун» — так он мысленно окрестил Антона — не сбежал, пришлось вернуться к уборке. Ведь Энди уже видел воочию, как человек, на которого не действует магия спокойно, проходил через барьеры Гора, будто их здесь и не было.

«Я вот не знаю, – думал маг, – если мы сложим книги не по порядку, магический барьер нас выпустит? Я всегда ставил на место… Может, и достаточно, чтобы книги просто были на полках? Но потом их снова переставлять совсем не хочется».

Он пошёл к Антону, который расставлял книги на верхней полке у дальнего края стеллажа.

– О, да ты по порядку складываешь! – обрадовался Энди, увидев последовательные номера многотомника на полке, и похлопал молчуна по плечу. – Молодец!

– Что куда ставить? – раздалось из-за спины.

Энди обернулся — посреди прохода, скрестив руки на груди, стояла недовольная девушка с покрасневшими глазами и рыжим котёнком на плече.

– Расставляй книги в алфавитном порядке и последовательно по номерам, – ответил Энди. – Эта треть стеллажа, – он указал на ближний к выходу край, – твоя. Антон складывает с того края, я посередине. Смотри на буквы на полках, чтобы не пришлось переделывать. Кстати!

Энди снова обернулся к Антону и ткнул в корешок книги, которую тот только что поставил на полку, потом на надпись внизу полки и снова на первую букву названия.

Антон кивнул, мол, понял и Энди его снова одобрительно похлопал по плечу.

Но не успел он обернуться к Миленке, как его осенило:

«Ладно он буквы распознал и сравнил! Но откуда же он знает порядок цифр?! Точно нас понимает и придуривается!»

Так и хотелось врезать гостю, чтобы выбить всю правду, но Энди всё же сдержался.

«А вдруг он действительно немой? Неудобно выйдет...» – подумал маг и пошёл дальше собирать книги.

Миленка

Миленка начала поднимать книги с пола, что выпали ровными стопками и не особо перемешались. Так она и ставила их обратно по пять-шесть штук, украдкой поглядывая на Антона.

Когда девушка появилась в проходе и парни на неё обернулись, она явно увидела, как Энди ей обрадовался, а Антон снова брезгливо скривился.

«Спокойно, Мили. Это надо пережить. Это надо просто пережить, – мысленно успокаивала себя Миленка. – Меньше надо мечтать. Мечты сбываются и разбиваются. Лучше вообще не мечтать. Проехали. Наводим порядок, и валю домой. Пусть Энди с ним дальше сам разбирается. Я здесь ни при чём!»

Каждый раз, когда девушка наклонялась, котёнок перебегал с плеча на спину, а когда расправлялась, начинал жалобно пищать, цепляясь коготками за вышитую стрекозу на спине её кожаной куртки. Он вис и карабкался обратно, а Миленка начинала ещё больше хмуриться, представляя, как её любимая куртка с эмблемой Ордена Ниев уже безвозвратно испорчена. После третьего наклона девушка не выдержала, изловчилась и засунула виновника всех своих бед обратно капюшон.

– Так, рыжий! Сиди там и не вылазь! – строго наказала она коту.

– Может, расскажешь, что здесь произошло? – вкрадчиво спросил Энди. – Да и откуда у тебя кот? Ты же животных не любишь.

Миленка на него недовольно глянула и замерла. Антон за его спиной уже смотрел на неё с удивлением и интересом. Она демонстративно отвернулась и нагнулась за следующей книгой.

– Кот — это моё задание, – девушка начала спокойно рассказывать, не глядя на парней. – Я его должна сегодня отдать девочке, что придёт, думаю, после обеда. Как плату она мне всучила какую-то книгу по истории и убежала. Вот на кой мне книга? Да ещё и по истории. Скукота! Я у неё просто чашку чаю попросила взамен. Эх, ладно… Выкидывать как-то было жалко… Думала к нам в Архив Ордена отнести. Может, кому-то пригодится.

Миленка ненадолго замолчала, а Энди спросил:

– Как здесь очутился кот, я понял, а этот? – он указал себе за спину. – Дополнительная награда за задание?

Девушка рассмеялась. Антон сначала чихнул, а затем посмеялся вместе с Миленкой.

– Было бы неплохо, но, увы, – она ткнула в Энди книгой. – Это вы его проворонили. Когда я сюда пришла, Антон зачем-то карабкался по книжному стеллажу, а потом вместе с ним свалился мне на голову. Как он сюда попал, лучше спроси стражу на входе. Может, это новый член Ордена, а мы просто не знаем?

– Неловко вышло бы. Вряд ли. Хотя… – Энди снова обернулся к Антону, делающему вид, что он занят и никого не слушает. – Антон, если ты член нашего Ордена, докажи!

Молчун отморозился, и Энди снова посмотрел на Миленку.

– Точно нет. Иначе чего бы отмалчивался? То есть, ты его не приводила?

– Нет, конечно! – возмутилась девушка. – Я же говорила.

– Но как он сюда попал? Мы же под землёй. Это ты понимаешь? Не копал же туннель в самом-то деле, да и стены здесь так просто не пробить, да и… А! Магия же на него не действует.

– Как не действует? – удивилась Миленка.

– Вот так. Пришелец он.

– В смысле? – Миленка снова глянула на Антона — тот слегка улыбнулся.

– Потом расскажу, – отмазался Энди. – Не для его ушей. Уверен, что он нас понимает, а говорить не хочет.

– Ну ладно…

Библиотека погрузилась в тишину, нарушаемую лишь шорохом страниц и редким стуком деревянных и окованных металлом обложек книг о полку. В основном книги здесь были в твёрдом или мягком бумажном переплёте, но встречались и редкие старинные тома, обтянутые кожей с серебряным уголком, или листы, спрессованные между двумя дощечками. Не всё, что попадало Миленке в руки, было написано на современном языке, и она даже подумала, что, может, история не так уж и скучна. Ей захотелось вернуться сюда когда-нибудь потом и просто поразглядывать книги на неизвестных языках — языках давно забытой древности, ведь сейчас во всём мире был единый язык. Они его так и назвали — общий, давно позабыв о происхождении языка.

Пол почти опустел, книжный стеллаж заполнился процентов на девяносто, причём у всех троих одновременно, и Миленка воскликнула:

– Вот она! Двадцать девяносто семь! Точно она.

Стоило ей распрямиться с книгой в руках, как к ней тут же подскочил Антон и схватил за край, вырывая книгу из рук. Пока девушка ошарашенно хлопала глазами, Энди успел скрутить молчуна и отобрать книгу.

– Я думаю, это артефакт! – бросил он книгу девушке — та поймала её на лету. – Постереги, а мы закончим.

Миленка попятилась к двери, пряча книгу за пазуху, и обнажая длинный и узкий меч.

– Энди, книга на нашем языке, – серьёзно сказала она. – Я листала её, когда он появился. Думаю, это диверсия. Кто бы ни подсунул её мне, явно хотел пробраться в наш архив.

Энди схватил Антона за горло и его рука снова вспыхнула огнём. Антон заорал с перепугу и начал отбиваться. Энди оттолкнул парня от себя, и рука Энди погасла, а на коже молчуна появилось лёгкое покраснение, но не ожог. Молчун закашлялся и заозирался по сторонам в поисках выхода.

– Никто отсюда не выйдет, пока мы не закончим, – строго сказал маг и отвернулся. – Продолжай уборку, – он указал на стеллаж.

Но Антон и не думал продолжать уборку, а растирал горло. Больше всего в жизни Антон ненавидел, когда ему приказывают без права отказаться, а книги… Книги они совсем другие.

– Быстро. Ну?! – пнул его в плечо маг.

Антон сбил его руку, поднял книгу с пола и поставил на место, не сводя глаз с Миленки.

– Так бы сразу, – продолжил уборку Энди.

Антон

Антону ничего не оставалось, как повиноваться. А что ещё сделаешь, если у единственного выхода, что он заметил, стоит девушка с катаной, а путь преграждает двинутый маг огня? Самовоспламеняться самому парню не хотелось – он очень любил книги, чтобы их ненароком сжечь. Да и, если верить этим двоим, то он какой-то «пришелец», а значит, его магия может здесь не работать.

«Как же мне сбежать?!» – судорожно размышлял он, ставя книги на полку дрожащими от еле сдерживаемого гнева руками.

Сейчас в нём боролись два чувства: страх за свою жизнь и желание поквитаться с этим психованным Энди. Антон залез рукой под кофту и вырвал пару волос с груди.

«Ай… Спокойно. Успокойся! Может сбежать, когда они меня поведут на верх? Хотя бы без книги уйти! Потом разберусь, как забрать! Пока не связали, надо пытаться! Мёртвому мне книга точно не пригодится, а если запрут — не дотянусь до неё. Срочно надо бежать!»

Книги заканчивались быстро, а план побега всё не вырисовывался. Когда последняя была поставлена на полку, Энди крикнул Миленке:

– Мили, можешь выйти?

Пока девушка выходила за дверь, а Энди на неё смотрел, Антон незаметно дотронулся до корешка одной из книг. Стоило Миленке выйти, он схватил книгу и заткнул сзади за пояс штанов, прикрывая её худи.

– Могу! – обернулась девушка и зашла обратно, придерживая дверь открытой левой рукой и держа опущенный меч в правой.

– Иди первым! – обернулся к Антону Энди и махнул в сторону выхода.

«Хоть бы сработало! Хоть бы сработало!» – читал как мантру Антон, идя на выход.

Каждый шаг, что приближал его к двери, был, как на эшафот. Как эти двое будут его пытать, чтобы узнать, откуда он и что здесь делает, он даже не хотел себе представлять. В голове была лишь одна мысль: «Бежать!»

Он обречённо взглянул на Миленку — девушка смотрела на него с интересом и сожалением во взгляде, но меч держала крепко.

Вдруг из её капюшона появилась рыжая мордочка и зелёные бусинки глаз уставились на Антона. Он снова брезгливо скривился.

«Брысь кошка. Сгинь, пропади! Ненавижу домашнюю живность...» – Антон приказывал кошке взглядом.

Миленка обиженно скривилась в ответ и, придерживая дверь ногой, попыталась запихать котёнка обратно — тот увернулся. Раз, другой, а на третий, изрядно испугавшись, цапнул её за руку.

– А-а-а! – вскрикнула девушка и выдернула руку из капюшона — на ней болтался рыжий комок шерсти, вцепившись зубами в палец и всеми четырьмя лапками в ладонь.

Она замахала рукой — бесполезно!

– Энди! А-а-а! Держи меч!

– Ты меня убить хочешь? Перестань им размахивать!

– Легко сказать! – причитала девушка, но магу всё же удалось её обезоружить.

Девушка начала бережно отдирать кота от себя приговаривая:

– Да хватит кусаться. Я невкусная. Пусти уже! Рыжий негодник! Я кому сказала!

Антон медленно шёл на выход, будто не замечая происходящего.

«Вот он — момент истины!» – подумал он и шагнул за дверь.

Шаг, второй, Антон побежал, как пробка только что, вылетевшая из бутылки шампанского.

– Антон, стоять! — прикрикнул Энди, направив ему в спину остриё меча.

Энди врезался в невидимую преграду.

– А, ну стой! – следом закричала Миленка и скрылась из виду в погоне за котом.

Антон рванул к лестнице наверх, помня разговор местных, что они под землёй, но замер на первой ступеньке.

«Они же мне кражу теперь припишут и в тюрьму посадят! – осенило его. – Не отверчусь, если поймают! Хотя если я закину книгу обратно в комнату, то будто и не было ничего. Так и сделаю!»

Он достал книгу из-за спины, и подойдя обратно к двери, зашвырнул книгу обратно над головой Энди, который от злости неистово пинал невидимую преграду.

«Извини!» – мысленно извинился он перед книгой и дал дёру вверх по лестнице.

Антон бежал вверх, перепрыгивая ступеньки, а ему всё казалось, что он не где-то в чужом мире, а в своём родном. Бетонные лестничные пролёты были вполне похожи на лестницу в обычном панельном доме, разве что без окон и дверей. Даже на стенах были не факелы, а почти обычные светильники, освещающие всё вокруг холодным тусклым белым светом, как от неоновой лампы. Разве что они были похожи на кристаллы и не гудели.

Двери встречались на каждом втором повороте лестницы, но все были без табличек и заперты. Этажа так через три, Антон начал задыхаться от непривычной нагрузки, а подземелье всё не кончалось. Сзади послышался топот шагов. В голове вспыхнула яркая картинка из любимого комикса.

«Девушка с катаной в прыжке рассекает спину беглеца по диагонали, а злобный маг кидает следом фаербол размером с баскетбольный мяч. Беглец вспыхивает, как факел, и орёт в агонии. Выглядела эта сцена очень эпично, вот только смущало, что беглец — это он! Вот срань!»

Второе дыхание открылось само собой, и не помня себя от ужаса, Антон пробежал ещё несколько этажей и чуть не упал от усталости, когда очередная дверь ему поддалась и открылась наружу. Он быстро закрыл её за собой, прижался спиной, тяжело дыша, и заозирался по сторонам.

«Какой-то зал. Окна. Свет! Первый этаж! Выход!»

Антон помчался к дверям на другом конце зала, не обращая внимания ни на что вокруг. Беззащитный прямоугольник деревянных двустворчатых дверей манил его, стал центром мироздания и обещал долгожданную свободу.

«На улицу! Стоп! За дверьми меня явно уже ждут. Лучше уйду окнами, как тогда в кофейне. Ха-ха. Тупо, но сработало же!» – пронеслось у него в голове.

Парень резко свернул с маршрута, запрыгнул на длинный стол и прошёл по столешнице из белого дуба грязными ботинками, спрыгнул со стола и уже собирался прыгнуть в открытое окно, как что-то сбило парня с ног, и он рухнул, опрокинув стаканчик с ручками со столика рядом. Парень упал на плиточный пол, еле успев подставить руку, чтобы не расквасить лицо, а ручки разлетелись в разные стороны. Руку парню тут же заломили за спину вместе со второй и упёрлись коленом в хребет.

– Далеко собрался? – спросил незнакомый мужской голос и что-то кольнуло шею. – Отвечай, кто ты и как здесь оказался.

«Чёрт! Чёрт! Чёрт! Я был так близко!»

Антон тяжело дышал и молчал. Затем попытался вырваться и сбросить с себя человека.

– Стой! Успокойся же, а то прирежу случайно, – приговаривал неизвестный.

Но всё было безуспешно — держали его мёртвой хваткой, а лезвие больно расцарапало шею сбоку — потекли тоненькие струйки крови.

– Считаю до трёх, – спокойно продолжал мучитель, – и говорить ты уже никогда не сможешь. Раз.

«Что сказать?! Что сказать, чтобы поверили?! Имя? Просто имя…»

– Два.

«Имени будет мало. Откуда начинать? Не с рождения же? Хотя это было бы самым логичным. А-а! Почему тупые мысли преследуют меня даже сейчас. Нужно что-то сказать, пока меня не прирезали, но что? Думай, думай тупица эдакий!»

Антон перестал дёргаться и медленно повернул голову, пытаясь отодвинуться подальше от ножа и хотя бы одним глазком, взглянуть на того, кто его поймал. В поле зрения попал только серый ботинок, похожий на армейский.

«Ай! Спина! Ещё его колено будто специально давит на меня посильнее».

Хлопнула дверь.

– Эй! Не убивай его! – послышался возмущённый девичий голос. – Он мне нужен…

Миленка пыталась отдышаться после пробежки по лестнице.

«Я ей нужен? Может, она меня спасёт?! Отмажет?! Пожалуйста!»

– На кой? – удивился неизвестный.

– Для допроса! – закончила Миленка, обрывая последнюю нить надежды Антона.

– Радуйся доходяга. За тобой дама пришла! Ой умора... Ха-ха, – ядовито и громко расхохотался неизвестный.

Глава 4. Безумный маг

Антон

«Ну пришла дама, что смешного? Какие-то они здесь все странные…» – подумал Антон.

Миленка подошла к Антону и присела рядом, крепко хватая его за плечо. Дежурный убрал с него ногу.

– Погоди, Дэрел, а где мне его допрашивать? – вдруг спохватилась девушка, помогая парню подняться.

– Твои проблемы, крошка. Моё дело сторожить Дом исследований, а не проходимцев допрашивать.

– Ну уж нет! – возмутилась Миленка. – Это ты его сюда пустил, тебе и отвечать за это!

– Первый раз его вижу. Он точно мимо меня в архив не проходил.

– Может, через окно пролез, пока ты…

– Стоять! – крикнул Энди, обрывая их перебранку.

Миленка обернулась, но Энди было не остановить. Маг набросился на Антона сзади и снова повалил на пол.

«Ау… Аккуратнее можно? Сколько раз можно меня головой о пол стукать? Так и сотрясение сотрястись может… Ой...»

Антон сдержал рвотный позыв.

– Теперь от меня не уйдёшь, тварь! – прокричал маг.

– Ей! Ты чего! — Миленка склонилась над Антоном, отпихивая Энди. — Нам его допросить надо, а не убить!

– Пока вы трепались, он чуть в окно не сиганул!

«Никуда я не собирался!» – мысленно возмутился Антон, пытаясь снова встать несмотря на головокружение.

Теперь его держали двое: Миленка за левое плечо, Энди за правое, будто пытаясь разорвать между собой. А путь к отступлению — открытое окно — преграждал мужик в серой рубашке, штанах и ботинках, таких же, как у Энди, правда на три размера больше. Он выглядел как вышибала в баре, но с мечом на поясе. И даже эмблема безобидной букашки на нагрудном кармане не делала вид Дэрела хоть немного безопаснее.

– Так что, Дэрел? – вернулась к прежнему разговору Миленка. – Ты его пустил? Признайся уже, что отошёл, и он залез через окно.

– Нет, – твёрдо ответил Дэрел, сложив руки на груди. – Сегодня сюда заходили только ты и Энди.

– Энди, вот видишь! – в глазах девушки плескалось торжество. – Я его не приводила! Вот тебе пленный, – она отпустила Антона и ткнула пальцем в Энди. – Вот свидетель. Разбирайся дальше сам, а я пошла.

– Ага. Разбежался! – возмутился Энди. – Мне надо обратно — заявки принимать. Отведу вас всех к страже на воротах, пусть они и разбираются.

– А мне задание закончить! – пререкалась Миленка. – Ко мне за котом придут.

– Это без меня, – ответил Дэрел, закрыл окно и ушёл обратно вглубь зала.

«Дурдом какой-то…» – у Антона уже разболелась голова от их криков.

– Мя-у-у-у! – донеслось жалобное мяуканье из-под куртки девушки, все мигом притихли.

– Т-с-с-с, Энди, — прошипела девушка и зашептала: — Не пугай котёнка, а то будешь сам его по всему Эренску искать.

– Тогда пошли со мной к Рэндэлу, – тихо предложил Энди. – Оставим этого для допроса и свалим.

– Нет-нет! – вскрикнула девушка и тут же прикрыла рот рукой. – К Рэндэлу — это без меня. Я ещё от прошлых его подкатов не отошла.

– Мили! Блин… У меня с ним отношения ещё хуже. Забыла, в каких отношениях Рэндэл с моим отцом? Он даже разговаривать со мной не будет, если тебя рядом не окажется. Прошу!

– Ладно… Но говорить будешь ты.

Миленка развернулась на выход, а Энди повёл за собой пошатывающегося Антона.

— Ты мне в обморок здесь не падай, – зло сказал он пришельцу. – Не так уж сильно я тебя приложил, а на жалость девушке можешь не давить. С Мили это бесполезно.

Антон смутно помнил, где его вели. Была какая-то небольшая площадь с огромным деревом посредине, потом решётчатые ворота, как у настоящего средневекового замка, короткий полутёмный тоннель, деревянная дверь… Через неё парня не провели, а скорее впихнули.

Антон оказался в каменной каморке с лавками вдоль стен, небольшим столом в углу и дверью в противоположной стене. Двое мужчин уже не просто в серой форме, а тёмно-серых кожаных доспехах играли в кости, а третий, что ли, читал книгу за столом.

Антону было не до разглядываний их физиономий. Его сейчас ничего не интересовало: ни куда его ведут, ни кто перед ним. Парня будто обухом по голове огрели, и теперь он просто пытался прийти в себя и понять: что он, где он и почему он?

«Как же я здесь оказался? Хоть убей, не помню. Уснул с книгой в кровати, а потом… Бред какой-то! Не мог я провалиться сквозь кровать! Если это какой-то алкогольный бэд-трип, то отпустил бы он меня уже поскорее», – пробежали мурашки по коже Антона.

– Рэндэл! Этого надо допросить, – крикнул Энди с порога. — Он проник в архив и устроил там погром!

У Антона зазвенело в ушах и дальше он уже не прислушивался. Его снова куда-то повели полутёмными каменными коридорами и лестницами. Грубо втолкнули в небольшую комнату, оставив одного, и закрыли дверь.

«Я в тюрьме?!» – похолодело у парня в груди.

Он чуть не заорал: «Выпустите меня! Я невиновен!», — но вовремя прикрыл рот руками, вспоминая, что играет в немого.

Прислушался. Кровь так сильно стучала в ушах с перепугу, что почти ничего не слышно. Антон подошёл к деревянной двери с узкими решётками у пола и на уровне глаз. Слышно стало лучше.

– Делать мне больше нечего! — возмущался Энди.

– А есть что? — съязвил незнакомый мужской голос. – Сидишь, бумажки весь день перекладываешь. Хоть делом займись.

«Наверное, это тот Рэндэл», – подумал Антон, вспоминая последнее, что слышал.

– Рэндэл, чего я должен ваши косяки исправлять?! А?! – повысил голос Энди. – Сами пропустили, сами и разгребайте!

«Точно Рэндэл. Что они говорили? Начальник стражи? Или тюрьмы? Я пропа-а-ал…»

– Мои люди никого не пропускали, – сказал как отрезал Рэндэл. – Иди его допрашивай и разбирайся, кто и почему без спросу свалился нам с неба на голову. Кто здесь маг? Я или ты? Ты мне и ответь, как он обошёл стражу на воротах, дежурного в Доме исследований и даже магический барьер в архиве, который пропускает только членов ордена?

– А кто у нас начальник стражи, Рэндэл? Я или ты? — продолжал пререкаться Энди.

– Будешь пререкаться, запру в соседней камере, – холодно сказал Рэндэл. – Откуда мне знать, что вы не заодно?

– Энди, что с тобой сегодня? – послышался удивлённый девичий голос. – Я тебя не узнаю… И вообще, я здесь ни при чём!

Антон понял, что та девушка всё ещё здесь, а значит, и призрачная надежда на спасение есть.

– Миленка, к тебе претензий нет, – спокойно сказал Рэндэл. – Можешь быть свободна. Только не покидай стен ордена, пока Рэд не вернётся. Надо разобраться, как этот парень пробрался в архив незамеченным.

– С чего вдруг она ни при чём? – не унимался Энди.

– Она не маг.

В коридоре послышались удаляющиеся шаги, и Антон понял, что та самая надежда его безвозвратно покидает.

«Я здесь заперт один! На день?! На год?!»

– Хватит маячить перед лицом. Иди уже, допрашивай, – спокойно продолжал начальник стражи.

«А вдруг меня будут пытать?! Этот психованный как раз может! Сожжёт меня заживо ещё… Я хочу, чтобы меня допрашивал Рэндэл! Он хоть спокойный!»

Послышался лязг дверного замка. Антон в панике отпрянул и не нашёл где спрятаться – не лезть же под единственную здесь койку? – отошёл за дверь, которая открывалась внутрь.

– Нет, нет! Что ты делаешь? – Энди придержал дверь.

Но дверь распахнулась, чуть не задавив Антона, и в каморку впихнули Энди со словами:

– Посиди здесь, подумай и остынь.

Дверь с грохотом закрылась. Энди набросился на неё с кулаками и криком:

– Рэндэл! Ты вообще помнишь, кто мой отец?! Или память отшибло?! Выпусти! Немедленно!!

– Твой отец уже здесь никто, – послышалось из-за двери. – И я рад, что он отдал орден обратно Рэду, пока сам его окончательно не развалил.

Гул удаляющихся шагов однозначно намекал на то, что разговор окончен.

– Твою мать! – Энди ещё раз стукнул кулаком по двери и обернулся к Антону: – Всё из-за тебя, недоносок.

«От недоноска слышу. Вот так!» – здесь уже не выдержал Антон и отбил кулак, летящий ему в лицо.

Парни были здесь одни. Практически одного роста и телосложения. Антон решил, что хватит уже давать над собой издеваться.

«Раз этого психопата даже начальник стражи не любит, – подумал Антон, уворачиваясь от следующего удара, – Значит, я могу сказать, что спасал свою жизнь! Ага, сказать… Потом разберусь!»

Антон перехватил руку Энди и попытался заломить за спину, чтобы тот не вздумал снова бросаться фаерболами – сгореть заживо в клетке три на три метра не входило в его планы на долгую и счастливую жизнь. Энди выкрутился и толкнул Антона — тот отлетел в стену, но тут же бросился обратно на мага…

Не известно, чем бы закончилась эта потасовка, как вдруг дверь снова распахнулась, и на пороге появилась Миленка с подносом, на котором стоял графин с водой и два стакана.

— Эй! Перестаньте! – тут же крикнула девушка.

Кто же будет слушать, когда просят перестать?

– Подержи, пожалуйста, – передала Миленка поднос стражу.

Страж молча повиновался и взял поднос.

Никто не будет слушать, а вот когда между носами дерущихся просвистел клинок, поблёскивая в свете магического светильника... Энди резко оттолкнул Антона, и оба парня остались с целыми руками.

Грозная девушка стояла с мечом в правой руке.

– Я сказала, хватит! – её властный голос совсем не вязался с миниатюрной внешностью.

Оба парня синхронно подняли руки перед собой в примирительном жесте.

Она взяла поднос и, поблагодарив стражника за помощь, прошла между парнями, поставила поднос на столик у стены. Антон скосил глаза на открытую дверь – там стоял амбал в серых кожаных доспехах. Энди тоже убегать не спешил.

Девушка спрятала меч в ножны, налила воды в два стакана и протянула парням со словами:

– Успокойтесь и поговорите по-человечески.

Антон с радостью выхватил стакан и осушил его залпом. Энди тоже не отказался.

– Энди, я посижу вместо тебя на заявках, – продолжала девушка. – Не переживай, не накосячу.

На этих словах Энди подавился и долго кашлял. Миленка отобрала у парня стакан, поставила на столик и похлопала бедолагу по спине.

– Во всяком случае, всё в твоих руках, брат! Допрашивай его поскорее! – съязвила она и ушла.

«Вот те на! Они родственники, оказывается…»

Антон молча пошёл к столику, взял графин и налил воды в стакан. Энди сел на койке, склонившись в тоске.

– Миленка на заявках — это катастрофа, – сокрушённо покачал головой парень и начал с силой расчёсывать короткие светлые волосы на голове, будто хотел вырвать. – Мне потом всё переделывать за неё… А если лишних бланков не будет? Да, Рэд меня…

Антон тронул Энди за плечо и подал стакан воды. Энди выпил залпом и выдохнул.

– Благодарю. А ты правда немой, что ли?

«Лучше со всем соглашаться. Немой так немой»

Антон кивнул.

– Ох… Извини. Я столько всего подумал про тебя. И как мне тебя допрашивать?

Антон пожал плечами.

– Погоди… Чего это я оправдываюсь перед тобой? Это из-за тебя я здесь торчу. Ещё и ужин пропущу…

После слова ужин у Антона забурлило в животе.

«Когда я ел в последний раз? Сутки назад? Точно. Я же обычно не ужинаю»

– Я тогда спать, а то хрен знает, когда они за нами придут в следующий раз. Кушетка – моя, – застолбил место Энди.

Антон сложил ладони пополам и подложил под голову, а затем показал пальцем на себя самого.

– Где ты будешь спать? Хочешь… Где хочешь. На полу места много, – саркастическим тоном добавил Энди.

Антон ещё раз огляделся. В стену справа от входа была вмонтирована узкая деревянная кушетка с тонким матрасом. Вместо подушки лежало свёрнутое шерстяное одеяло, но Энди тут же на него улёгся, как на подушку. Напротив входа из стены торчал квадратный столик полметра на полметра. Слева от входа отхожее место за перегородкой.

«Хоть пол деревянный… Лягу на полу. Надеюсь, ничего себе не отморожу...»

Антон устроился на боку под столиком, подложив руку под голову и наставив грязные ботинки Энди под нос. Лёг он зубами к стене, чтобы никого и ничего не видеть, и закрыл глаза. От всех скопившихся за день переживаний, Антона начало немного потрясывать, но сон взял своё — организм просто устал так долго бояться и переживать.

– И зачем я вообще пошёл в архив? – вдруг спокойно заговорил Энди.

Антон вздрогнул, но сделал вид, что не слышит.

– Миленку от тебя спасать? – продолжал сам с собой разговаривать Энди. – Так получается? Спас на свою голову... Выйду отсюда и всё отцу расскажу. Это же надо! Меня в предатели записать… Антон.

Антон снова вздрогнул, открыл глаза и повернулся лицом к Энди.

– Не молчи так громко.

Антон вздохнул, закрыл глаза и продолжил спать.

Миленка. В то же время

Миленка сидела за стойкой регистрации на первом этаже дома приёма заявок и перебинтовывала искусанную и исцарапанную котёнком руку. Изредка Мили косилась на пустой зал с прямоугольными столами и лавками да на дверь в его конце.

«Хоть бы никто не пришёл, – думала девушка, наматывая бинт на палец. – Подождут со своими заданиями до завтра. Не убудет от них».

Рыжая мохнатая мелочь ползала по закрытому нижнему ящику стола, из которого девушка предусмотрительно вынула все документы, громко пищала и мяукала, не в силах найти выход. Живодёркой Миленка не была, но и другого способа, чтобы тот куда-то снова не убежал, придумать не смогла. Ящик закрывался неплотно, и там вполне было чем дышать, вот девушка и решила, что с котёнком за четверть часа, пока она бинтует руку, ничего не случится.

«Надо же было додуматься снять перчатки, чтобы книги расставлять… Не хотела пачкать обложки, а теперь вот… Так бы хоть ладонь цела осталась…»

Не то чтобы Миленка боялась крови и ран, но жить они мешали, а такой повод пить магический эликсир был слишком незначительным.

Закончив перевязку, она натянула перчатки без пальцев и глянула через весь зал в окно. Дело близилось к вечеру, а девочку у входа в орден никто до сих пор не видел. Слегка радовало лишь то, что и посетителей никто не видел. Ни гости не приносили новые заявки, ни члены ордена не заходили с выполненными. В теории она-то знала, как нужно документы оформлять, но догадывалась, что не всё может быть так просто, как это выглядит со стороны.

Миленка вздохнула и растянула куртку на столе, спиной наверх: из вышивки в виде стрекозы на всю спину торчали нитки, а чёрная кожа была в мелких царапинах.

«Наверное, это можно как-то исправить? – ещё раз вздохнула она. – Новую не хочу, да и дорого будет… А ещё говорила Энди, что не накосячу…»

Вдруг скрипнула дверь. Миленка быстро убрала куртку под стол, подняла голову и натянула приветливую улыбку. Это оказался один из стражников с ворот.

– Мили! – махнул он рукой с порога. – К тебе гости! Девочка!

– Бегу! – подскочила Миленка.

Она уже была на полпути к выходу, как вспомнила, что забыла кота.

Вернулась, аккуратно проскользнула рукой в ящик, нащупала пищащий комок и более или менее бережно его схватила. Снова побежала на выход.

Небольшую площадь во внутреннем дворе ордена она пересекла по диагонали, огибая пруд и лавируя между скамейками, а у внутренних ворот перешла на шаг. Прошла полутёмный тоннель с каменным полукруглым сводом, охраняемый четырьмя стражниками, и остановилась перед вторыми воротами, помня наказ не выходить на улицу.

Девочка скромно стояла у входа, смотря себе под ноги, и шаркала носочком туфельки по каменной мостовой. В руках у неё была плетёная корзинка с крышкой.

Миленка хотела окликнуть гостью, но поняла, что не знает имени и просто сказала:

– Привет! Иди сюда.

Девочка вздрогнула и тут же воскликнула, разглядев рыжую мордочку, выглядывающую из сомкнутых ладоней:

– Вы его нашли! Ура!

Девочка тут же подбежала и почесала пятнистый носик – котёнок замурчал.

– Давай посажу в корзинку, – предложила Миленка.

– Сейчас, – засуетилась девочка, доставая два тряпичных мешочка.

Когда котёнка спрятали и завязали завязки на крышке корзинки, она протянула их Миленке.

– Это вам. Наш любимый чайный сбор и домашнее печенье, – довольно улыбнулась она. – Благодарю вас!

– Что ты! – смутилась Миленка. – Я же просила просто чашку чая. Да и ты мне уже книгу подарила. Не надо…

– Берите! – девочка всучила подарки и убежала, прижимая к груди корзинку.

– Ну и денёк, – посмотрела ей вслед Миленка. – Все от меня куда-то убегают, как от прокажённой.

Делать нечего – пришлось возвращаться в орден и дальше сторожить место Энди.

Прошёл час. Никого. Ещё один.

Миленка уже внаглую разлеглась на столе за стройкой, подперев голову рукой, и пинала пальчиком мешочек чая.

«Энди, блин! – начала раздражаться она, засыпая от скуки. – Какого ты психовал сегодня? Тебя заперли, а мне из-за тебя теперь здесь торчать… Ты же всегда спокойный был, приветливый, а здесь… На ровном месте… Хорошо я знаю теперь, что ты психованный. Буду держаться от тебя подальше, а то ты мне даже нравится, начинал. Антон… Антон милее и спокойнее. Может, ему чаю занести? С печеньем? Правда, там Энди… Опять себе не то надумает. Эх…»

Просидела Миленка ещё час. Дело близилось к ужину, но Энди так и не пришёл.

«Что они там с Антоном делают всё это время?!» – вдруг распереживалась она, забыв все прошлые обиды.

– Надо проверить! – Миленка хлопнула ладонями по столу и решительно встала.

Натянула куртку, закинула гостинцы в капюшон, так как достаточно больших карманов для этого не было, и пошла разбираться, что там у них происходит. Главный вход в Дом Приёма Заявок она закрыла на ключ.

Рэндэла в комнате отдыха для стражи не оказалось, а остальные сказали, что пленники до сих пор на месте, и отпускать их было не велено. Однако разрешили пройти с ними поговорить. Правда, сопровождать не взялись и ключей от камеры не дали.

Миленка прошла по коридору через казармы на первом этаже и начала спускаться по каменной лестнице, наподобие той, что вела в архив.

На минус третьем этаже она на мгновение замерла, схватившись за ручку двери, и задумалась:

«Зачем было вести Антона в самый конец коридора, если здесь никого нет? Чтобы напугать, что ли? А это идея! Нет! Лучше подслушать, о чём они там говорят. Вдруг обо мне?»

Дверь она открыла как можно тише и начала бесшумно красться по коридору. Множество дверей с узкими решётками по обеим его сторонам однозначно давали понять, что это камеры заключения.

На стенах тусклым белым светом горели белые магические светильники, за решётчатыми оконцами было темно. Вокруг было тихо и пустынно и даже как-то заброшено, будто она ошиблась этажом.

За окошком нужной двери горел свет. Миленка тихо подошла и, вытянувшись на носочках, заглянула с краю внутрь.

Энди сидел на кушетке с ногами на полу и подбрасывал на руке огненный шарик. Антон лежал спиной к двери, скрючившись под столиком, который нависал над ним, как жалкий навес, не способный укрыть от взбесившегося мага. Зрелище было печальное! Будто кровожадный маг загнал свою жертву под стол и пугает огнём, не выпуская.

«Надо спасать!» – в ужасе подумала девушка и открыла рот прикрикнуть на Энди.

Вдруг на её плечо опустилась тяжёлая ладонь, прижимая пятки обратно к полу, а над самым ухом пробасили:

– По кому из них соскучилась?

Миленка задохнулась на полуслове и отпрыгнула в сторону, разворачиваясь и хватаясь за рукоять меча.

Перед ней стоял Рэндэл и довольно улыбался.

– Уж не по тебе точно! – съязвила она.

– А жаль. Если что, знаешь, где меня найти.

Сорокалетний мужчина с тёмной курчавой шевелюрой подмигнул девушке, а у той аж глаз задёргался.

– Энди! – крикнул он через решётку. – Ты там остыл?

– Остыл, – устало ответил маг.

– Какой «остыл»?! – возмутилась Миленка. – Он чуть Антона не сжёг только что! Я всё видела.

– Может тебя тоже к ним в камеру посадить? – спокойно спросил начальник охраны. – Будешь пленника защищать.

– Н-нет, – тут же сдалась девушка, понимая, что если её закроют и отберут оружие, то она никому не поможет.

– Тогда свободна.

– Ухожу-ухожу.

Миленка обошла Рэндэла по дуге и быстро зашагала на выход, не замечая, как он пристально смотрит ей вслед.

За спиной лязгнул замок, и заскрипела дверь.

«Антон, держись! Я тебя спасу!» – воинственно подумала Миленка, сама не понимая, что это на неё вдруг нашло.

Глава 5. Солнышко за решёткой

Антон

– Энди! – крикнули из коридора. – Ты там остыл?

Антон подскочил от неожиданности и ударился головой об стол.

– Остыл, – спокойно ответил Энди.

За дверью послышалась перебранка, но вскоре залязгал замок и вошёл только начальник стражи.

– Это хорошо, что ты остыл. Допросил?

– Нет. Он немой.

– Тогда допрашивать я буду тебя.

Энди ничего не ответил.

Антон сел спиной к стене, потирая ушибленный лоб.

«Пока обошлось? Вроде обошлось. Энди меня не сжёг, пока я спал – уже хорошо».

– Теперь давай по порядку, – продолжал Рэндэл. – При каких обстоятельствах ты встретил нарушителя, и как он уговорил тебя помогать ему?

– Не помогал я ему, – спокойно отвечал Энди.

– Врёшь.

– Не вру. Слово Чести.

– Была б у тебя честь, – насмешливо сказал Рэндэл.

– Моё слово для тебя ничего не значит? – угрожающим тоном спросил Энди.

– Нет. Но допустим, что ты ему не помогал. Чем докажешь, что ты не его сообщник и не дуришь мне мозги?

– Чем доказать? – нахмурился Энди.

– Дело твоё, но это доказательство должно быть очень убедительным, – сказал Рэндэл.

– Не знаю, – скептически скривился Энди.

– Неправильный ответ. Пожалуй, закрою тебя ещё на два дня. Может, узнаешь.

– Что?! Да я первый раз его вижу!

– Все так говорят, – сказал Рэндэл и направился к выходу.

– Грёбаный Антон, да чтоб тебя! – закричал Энди и от злости запустил веер фаерболов в парня.

Антон даже не успел прикрыть лицо, как толстовка вспыхнула на груди и рукавах. Ещё один огненный шар прилетел в дырку на джинсах в области колена, но тут же потух, касаясь голой кожи, и осыпался пеплом.

– Рэндэл, ты доволен? Я не заодно с ним!

– Ау… Ай… А-а, – пытался Антон потушить сам себя.

Рэндэл подбежал к графину с водой и выплеснул содержимое на Антона.

– Ты с ума сошёл, Энди?! А если бы он сгорел?

– Не сгорел бы. На него магия не действует. А если и так – невелика потеря…

«Психопат долбанный! Чуть не спалил меня живьём, ради своей выгоды. Я ему это припомню!»

– Откуда ты знаешь, если с ним не знаком? – строго спросил Рэндэл.

– Видел подобное, – ответил Энди, разглядывая Антона, на котором одежда перестала гореть и только уже тлела, обнажая здоровую бледную кожу через прожжённые дыры. – Вон – ни покраснения! С перепугу он орал.

– Ты тему не переводи, – начальник охраны, на удивление, до сих пор держался спокойно. – Где второй пришелец?

– Откуда мне знать? – пожал плечами Энди. – Рэд его не задерживал. Наверное, вместе с ним на полигоне.

– Толку от тебя, Энди… – вздохнул Рэндэл. – Жди в коридоре, а то убьёшь ещё Антона, а потом окажется, что это друг того второго пришельца, и нам всем влетит.

– Понял, ваше Великодушие! – огрызнулся напоследок маг и вышел.

– Да уж, парень… – покачал головой начальник стражи, глядя на Антона. – Одежду бы тебе сменить надо, а то нехорошо получилось. Я распоряжусь об одежде и письменных принадлежностях. Будешь писать признание. Писать-то ты умеешь?

Антон нервно сглотнул и замер, не зная: кивнуть или нет. Рэндэл не стал ждать ответа и вышел, закрывая за собой дверь на замок.

Из коридора тут же донеслись отголоски беседы на повышенных тонах, будто люди уходили, но Антону не было интересно.

Не было интересно ровно до того момента, как Энди упомянул имя Миленки. Тогда он подполз к двери, чтобы не маячить в окошке, и прислушался. Судя по всему, мужчины остановились дальше по коридору – слова всё ещё можно было разобрать.

– Значит, ты зашёл в архив, а парень уже был там? А Миленка, что сказала?

– Толком не понял. Мол, не она его привела, а кто тогда? Встревожена была чем-то.

– Понятно. Проследим. Ты можешь быть свободен, но из Ордена ни шагу!

– Благодарю. Извини, что вспылил, – голос Энди зазвучал виновато. – Не знаю, что на меня нашло… Просто этот тип меня бесит одним своим видом… Не знаю почему.

– Бывает.

Шаги стали удаляться, а Антон выдохнул, оперевшись спиной о дверь. Одежда была мокрой и неприятно холодила. А вот воды в графине совсем не осталось, и его это отнюдь не радовало.

«Долго молчать у меня не выйдет. Сколько там человек без воды может прожить? Дня три? Хоть бы за это время Рэд вернулся. Не знаю, кто это, но, надеюсь, он будет адекватнее нынешних обитателей…»

Одежду принесли через полчаса. Просунули в нижнее окошко вместе с блокнотом и ручкой.

Антон переоделся в простую бежевую рубашку на завязках, коричневые штаны и кожаную жилетку в цвет штанов. Блокнот с ручкой он положил на столик, но писать ничего не собирался.

Время тянулось бесконечно. Свет в камере не выключался, в коридоре — тоже. Сколько прошло времени он не знал, но казалось, что целые сутки, а то и двое! Пить хотелось невыносимо. Есть тоже. Спать он уже не мог — выспался на месяц вперёд. Да и попробуй заснуть, когда голодный, как медведь по весне?

Первое время ещё радовало, что вся жёсткая койка теперь полностью в его распоряжении, но и это ушло. Антону казалось, что про него забыли, он так и помрёт здесь, и никто и не узнает. Тогда он принялся сам о себе напоминать, периодически стуча в дверь камеры: то кулаками, то пинал ботинками – толку не было.

«Как же я хочу пить… И есть, но есть хочу не так сильно, как пить. Стучать в дверь бесполезно, но, может, всё-таки кто-то вспомнит о моём существовании? Может, я не такой бесполезный? Кому-то ещё нужен?» – подумал Антон и непроизвольно заплакал.

Когда Антон полностью измотал себя своими же мыслями, он улёгся прямо на полу и укрылся одеялом с головой, чтобы хоть как-то укрыться от света. Ему уже было всё равно, где лежать и что делать. Жить ему, судя по всему, всё равно осталось недолго.

«Надо же так тупо умереть… Они забыли, что заперли меня в камере одного, без еды и воды. Жизнь всегда ироничнее, чем можно представить в самых смелых мечтах».

Спустя некоторое время

Ключ дважды щёлкнул в замке двери, и кто-то вошёл в комнату. Антон даже не пошевелился – у него не было ни сил, ни желания о чём-либо ещё беспокоится.

– Антон, вы живы? – шепнул женский голос.

«Вроде знакомый голос. Неужели это та миниатюрная девушка, которая грозилась мне что-нибудь отрубить? Что за средневековая дикость? Пусть уходит… Надоели они мне. Всё равно не выпустят. Можно и не напрягаться… Так, здесь и помру».

Антон почувствовал, как с него аккуратно стягивают одеяло, будто бояться увидеть под ним труп, и быстро закрыл глаза, притворившись спящим.

«Может, решат, что я умер и вынесут отсюда! Точно! Это был один из способов побега в…»

– Такой милый, когда спит… – вдруг Миленка погладила его по огненным волосам, убирая прядку с лица.

Антон еле сдержался, чтобы не дёрнутся от неожиданности.

– Как рыжее солнышко, – в голосе девушки послышалась теплота.

Антон непроизвольно улыбнулся и понял, что спалился.

– Ой! – Миленка тут же отдёрнула руку. – Извините… – и следом затрясла его за плечо, тихо приговаривая: – Просыпайтесь. Уходим, пока стража спит.

Антон открыл глаза и сел. Ему под нос тут же подсунули флягу с водой:

– Держите, попейте хоть.

– Спасибо, – на автомате сказал он.

Миленка застыла и смотрела на Антона, а Антон смотрел на неё. Иногда они моргали, но сидели молча и неподвижно.

«Бли-и-ин… Я что спалился? Всегда знал, что хорошее воспитание меня и погубит. Хорошим парням почти никогда не везёт… Только если в комиксах».

– Антон? Вы можете говорить? – с удивлением произнесла Миленка.

Антон молча смотрел на Миленку и продолжал моргать.

– Вы что-то сказали или мне послышалось?

«Она подумала, что ей послышалось. Будем держать легенду молчуна дальше».

Антон замотал головой.

– Наверное, глюки… Последние дни я вообще спать не могла. Не знаю почему, но дико хотелось тебя… В смысле, вас увидеть, а меня всё не пускали. Пришлось даже… А не важно! Если мы добежим до первого этажа, там можно выбраться через казармы мимо стражи во внутренний двор. Потом я их отвлекаю, а ты выбегаешь на улицу.

Девушка как-то ненавязчиво скатилась на «ты», но Антона это беспокоило сейчас меньше всего.

Миленка достала из кармана сложенный вчетверо листок и расстелила на полу – там была карта улиц, нарисованная от руки.

– Вот ворота Ордена. Отсюда сразу направо, потом сюда, – она вела пальцем, а Антон судорожно пытался запомнить. – И в этот парк. Там много где можно спрятаться. Я тебя найду.

Антон указал пальцем на карту и ударил кулаком в ладонь.

– Боишься, что мне попадёт? Ага. Боюсь представить, что будет, если нас застукают вместе. Это будет та-ак глупо. Ха-ха. Надо спешить, пока ночь, слышишь? Кивни, если понял меня.

Антон кивнул.

– Похоже, ты и правда общий язык понимаешь. Отлично!

Миленка распрямилась с корточек, как пружина, и подала руку Антону.

– Бежим! – весело сказала она, вытягивая парня на себя.

Они вместе вышли из комнаты, и Миленка заперла её.

– Только тихо бежим, – шепнула она и умчалась бесшумно по коридору.

Антон за ней, но так же тихо не получалось, да и вообще он начал задыхаться через пару десятков шагов. Попробуй побегать с голодухи…

Миленка остановилась у двери в конце коридора и подождала Антона. Распахнула. Лучше бы там была глухая стена…

– Так-так, – ухмылялся Рэндэл, перегородив собой весь проход и скрестив руки на груди. – Что здесь у нас?

– Что?! – удивилась Миленка.

– Действительно, что? – удивлённо поднял бровь начальник стражи. — Может, организованный побег?

Миленка захлопнула дверь перед его носом и прижалась к ней спиной, судорожно вертя головой по сторонам, будто ища путь к спасению. Антон обернулся – в конце коридора был тупик.

– Попались голубки, – послышалось из-за двери, и она начала открываться, сдвигая Миленку вместе с собой. – Энди, ты был прав. Это она привела его в Орден без спроса.

– Никого я не приводила! – Миленка пыталась остановить дверь, упираясь ногами в пол, но без толку. – И вообще! Рэндэл, почему ты не спишь?! Та доза снотворного эликсира должна была и грифона вырубить!

– Я попросил меня подстраховать, зная, что ты просто так меня на свидание в жизни не пригласишь. Как видишь, не зря. Ребята быстро дали противоядие. Схватить обоих!

Рэндэл прошёл чуть вперёд, и из-за его спины вышли ещё два стражника в кожаных доспехах. Один подбежал к Миленке и грубо заломил ей руки за спину. Второй к Антону – то же самое. Рэндэл отстегнул портупею с мечом девушки и положил на пол у стены.

– За мной! – скомандовал он, уходя обратно по коридору в камеру.

Пленников повели следом. Последним в коридор вошёл Энди.

Антона и Миленку грубо усадили на кушетку. Рэндэл встал перед ними. Оба стражника вышли из камеры, а вместо них зашёл Энди, закрыл дверь и перегородил собой вход. Левую руку он засунул в карман штанов, а на ладони правой, выставленной перед собой, зажёг небольшой красно-жёлтый костерок. Вид у мага был, равнодушный, как у палача при исполнении.

– Мили О’Ния, – начал Рэндэл безэмоциональным голосом, – тебе ведь известно, что за предательство Ордена – смерть?

– Да, – буркнула девушка, сжав кулачки на коленях и опустив голову, глядя виновато в пол.

– Надеть на тебя огненный ошейник, чтобы лучше думалось? – продолжал начальник стражи. – Или так вспомнишь и всё расскажешь?

– Не надо. Расскажу, что знаю. Это, – она кивнула в сторону парня слева от неё, – Антон. Три дня назад встретила впервые в архиве на первом уровне. Он висел на книжной полке. В смысле, на стеллаже. Я хотела его взять в плен, но здесь начал падать стеллаж, и Антон спас меня, прикрывая от книг. Потом вбежал Энди. Наорал на меня. А я ни при чём! – девушка всхлипнула и потёрла нос пальчиком, чтобы не разрыдаться. – Потом мы собирали книги. Потом Антон сбежал, но я его догнала! Дэрел свидетель! Я его хотела на допрос отвести! Антона, в смысле, не Дэрела…

Энди усмехнулся. Рэндэл на него глянул:

– Энди, это правда?

– Да. Но, может, это было лишь для отвода глаз.

– Продолжай, Мили О’Ния.

– Это всё. Дальше мы его к тебе привели, Рэндэл. Кто он и откуда я не знаю. Повторяю: в архиве встретила впервые.

– А имя откуда знаешь? – вклинился в допрос Энди. – Я слышал, как ты его назвала Антоном. Откуда узнала? Он же немой? Или вы оба нам морочите головы?

– Он мне приснился. Ну… До архива ещё. Там имя сказал, во сне.

– Энди! Ошейник!

Антон тут же подскочил, прикрывая девушку, но фаербол на этот раз не прилетел – Энди не успел пошевелиться. Скорее даже наоборот – замер от неожиданности, будто это не он только что желал девушке зла.

– Правда это! Почему вы мне не верите!! – за спиной Антона послышались рыдания. – Что влюбиться уже нельзя во сне?! Хотя бы во сне! Я же живой человек. А здесь мой сон ожил! А вы его убивать, голодом морить. Уроды, вы все моральные!

Миленка выскочила из-за спины Антона и как врежет Рэндэлу под дых – тот аж присогнулся и сделал шаг назад от неожиданности. Был бы без доспехов, могло и пополам сложить.

– Не убьёте вы меня без боя! – девушка тут же отскочила назад и прикрылась Антоном от Энди.

– Никто не собирался тебя убивать, – смягчился Рэндэл. – Тише-тише.

– Антон, да скажи ты им, что мы не были знакомы! – крикнула Миленка.

Антон усиленно замотал головой, мол, не были.

– Он бы и сказал, – съязвил Энди, – да немой только. Бывает же такое… Как он до своих лет вообще дожил в своём мире?

– Тихо, Энди! – скомандовал Рэндэл. – Миленка, сядь!

– Не собираюсь!

– Твоя последняя возможность очистить своё имя — это выпить эликсир правды, раз по-хорошему не хочешь. Сама выпьешь или силой залить?

– Сама, – буркнула Миленка и села, вытирая лицо от слёз рукавом рубашки.

– Антон, вас это тоже касается. Сядьте.

Пришлось подчиниться и сесть.

Рэндэл достал из-за пазухи пузырёк с бурой жидкостью и протянул девушке. Та сморщилась, но взяла, откупорила и выпила залпом. Здесь же позеленела и закрыла рот руками, чтобы не выдать обратно.

Тянулись минуты. Девушка то бледнела, то краснела, то зеленела, но рот держала крепко.

Антона совесть замучила, что из-за него страдает другой человек. Он всё на неё поглядывал, но не мог решить, что же делать.

– Антон, – Рэндэл протянул парню блокнот с ручкой, – я дал ей яд. Если вы не напишете чистосердечное признание за десять минут, она умрёт. Знаете вы её или нет – дело ваше, но желаете ли вы иметь на своей совести смерть человека?

Антон взял блокнот и глянул на Миленку – та вертела головой из стороны в сторону и была бледной.

– Пишите подробно, но по существу, – продолжал начальник стражи. – Как вы оказались на территории Ордена? Как проникли в Архив? Где начали движение? Какой путь преодолели? Кто помог? Зачем пробрались? Что хотели унести или подкинуть? Кого хотели убить? Что испортить? Время идёт. Не медлите.

Антон взял ручку и уставился в блокнот.

– Пиши уже! – гневно крикнул Энди, будто это его время истекало, а не девушки рядом.

«Ага. А потом прикончите меня? Вы же всё равно ни единому моему слову не поверите. И проверить не сможете…»

– Рэндэл! Дай ей уже противоядие! – взмолился Энди, сменив тон.

– Энди, не истери. Время ещё есть. Попей воды, если такой нервный.

Энди прошёл к столу, налил воды в стакан и пошёл назад к двери, отпил. Вдруг руки девушки безвольно упали на колени, и она начала заваливаться назад.

Антон резко обернулся и схватил её за плечи, чтобы не ударилась головой о каменную стену. Энди выпил последний глоток воды, но проглотить не успел.

– Дайте ей противоядие! – крикнул Антон.

Энди распылил воду изо рта. Брызги попали по всем, но Антону досталось больше всего. Энди бросился к Миленке и замер на полушаге:

– Какого чёрта! Да ты над нами всё время издевался!! Да Миленка из-за тебя…

Рэндэл усмехнулся:

— Энди! Выдыхай. Я же сказал, что это эликсир правды. От него ещё никто не умирал, но гадость редкостная. А вы, Антон… Всё-таки что-то человечное в вас есть. Сейчас мы и узнаем, много ли. Миленка, сядь ровно.

Как по команде, девушка открыла глаза и села ровно, но взгляд у неё был осоловевший.

– Мили О’Ния, – снова начал допрос начальник стражи. – Это ты привела парня, сидящего рядом с тобой, в архив?

– Нет, – безэмоционально ответила девушка.

– Откуда ты знаешь его имя?

– Из сна.

– Знакома ли ты была с ним до архива?

– Да. Во сне он приходил в цветочную лавку…

Допрос длился четверть часа, но всё сводилось к «во сне», и Рэндэл сдался. Задал последний вопрос:

– Зачем ты хотела помочь ему сбежать?

– Его морили голодом. Хотела накормить. Боялась, что он умрёт. Не хочу, чтобы из-за меня кто-то умирал.

– Ясно. Обычное сострадание. Мили О’Ния, я, Рэндэл О’Ний, снимаю с тебя все обвинения. Энди, ты свидетель. Подтверди.

– Я, Энди О’Ний согласен, что все обвинения сняты с Мили О’Ний.

— Энди, отведи Миленку в её комнату и возвращайся. Продолжим допрос.

Энди увёл одурманенную девушку, а Антон распереживался, не обидит ли он её по дороге. Он долго смотрел вслед на закрытую дверь, но бежать следом было бы глупо.

– Антон, вы её тоже во сне увидели и влюбились? – усмехнулся Рэндэл и отошёл к стене, опираясь на неё спиной и скрещивая руки на груди.

«Дальше отпираться бессмысленно, – подумал Антон. – Пить так охота…Миленку жаль, но вроде всё обошлось? Энди же её не тронет? А то как-то странно он на неё смотрел. На сестру так не смотрят… А мне она нравится. Что?! Нет. Она мне нравится? Если так подумать… Она красотка и похоже на ту, что снилась мне на протяжении трёх месяцев…»

– Похоже, что да, – сам себе ответил Рэндэл, будто читая мысли пленного.

Антон сдался. Он окончательно потерял надежду выйти сухим из воды и решил больше не ломать комедию.

– Воды хоть дайте, – с вызовом посмотрел он на своего конвоира, – и не смотрите на меня, как на торт после шести. Третий день смотрите и смотрите.

Рэндэл отлип от стены и, подойдя к двери, приказал через зарешеченное окошко:

– Майк, возьми здесь графин и принеси ещё воды.

Антон облокотился на колени и смотрел в пол, чтобы перестать видеть все эти рожи хоть на некоторое время. Надо было бы обдумать, что говорить, но ничего правдоподобного в голову не лезло.

Скрип двери, шаги, скрип…

Вот чья-то потёртая перчатка ему под нос заботливо подсунула стакан воды. Антон взял его, выпил залпом и огляделся. Энди ещё не было. Рэндэл всё также молча подпирал стену.

Антон встал и налил себе ещё воды. Выпил…

Пришёл Энди и снова подпёр дверь изнутри. В руках у него был кусок какого-то пирога и он нагло его жевал, чуть ли не мыча от удовольствия. Рэндэл покосился на Энди, но ничего не сказал.

«Вот падла! Да они все надо мной здесь издеваются! Как же есть-то хочется…»

– Антон, говорите, как вы оказались в архиве, – приказал начальник стражи.

Антон сглотнул и заговорил, сев ровнее:

– Я читал книгу, а потом уснул. Проснулся оттого, что я лечу во сне. У меня такое бывает, но обычно просто ногу от судороги сводит и всё, а мне кажется, во сне, что лечу. Сначала подумал, что это бред, но когда открыл глаза, упал на книжную полку. Сильно перепугался и...

– Какова была цель вашего проникновения? – перебил его Рэндэл.

– Никакой цели не было. Я вообще не ожидал, что окажусь в вашем мире. Потом я просто хотел сбежать, пока этот, – он ткнул пальцем в Энди, – меня не убил. Я хотел успеть понять, где я, но не получилось.

– Вы ещё скажите, что мы всё вам сейчас снимся, – не впечатлился рассказом Рэндэл.

– Возможно, – буркнул Антон, и сам уже не зная, где сон, а где реальность.

– Бред же! Хватит нас дурачить! – вклинился Энди.

– Энди, успокойся! – строго приказал Рэндэл. – Пока я сам не помог тебе успокоиться. Хочешь?

– Нет. Извини.

– Твоё дело молчать, пока я тебя не спрошу. Антон, кто вас привёл в архив Ордена Ниев?

– Никто. Я-я был один, – с волнением в голосе сказал Антон, понимая, что начальник стражи ему не верит.

«Если и Рэндэл слетит с катушек, я точно не жилец».

– Что именно вы видели в Архиве? Какие книги успели посмотреть до прибытия Энди. Опишите их.

– Никакие. От страха я ничего не смотрел и вообще смутно помню всё до падения стеллажа и во время. Потом мы с Энди и Миленкой складывали книги. Классная у вас библиотека! Так много книг! – с восхищением произнёс Антон и сложил руки в молитве.

Антон очень хотел попасть туда ещё раз и не только чтобы выкрасть нужную ему книгу для возврата в свой мир.

Рэндэл нахмурился, а парень поспешил убрать руки и добавить:

– Я не смотрел! Только складывал!

– Энди, это правда? – спросил начальник стражи.

– Да. Я за ним следил, чтобы ничего не листал и не припрятал.

– Кстати, о книгах. Зачем вам понадобилась книга «2097», принесённая Миленкой? Для кого вы хотели её украсть и с какой целью?

– Ничего я не крал! – вспылил Антон. – Я просто хотел их, – он указал на Энди, – задержать и сбежать, пока он меня не поджарил. Книгу я вернул? Вернул! Ничего не украл, ничего не сломал! Даже помог всё разложить по местам! Я просто свалился в этот ваш грёбаный архив. И всё! Я сам этого не ожидал. Просто уснул с книгой на лице.

– Название книги, – спокойно продолжал спрашивать Рэндэл.

– Не помню! В горле пересохло. Дайте ещё воды.

– Сами возьмите и успокойтесь.

Антон встал и налил себе воды. Выпил залпом. Налил ещё стакан и ушёл с ним к койке. Плюхнулся, облился и чертыхнулся, стряхивая руку от капель.

– Название книги — «Дремир», кажется… – начал припоминать он. – Точно не помню, но там упоминалась книга «2097», и я подумал… – неожиданно прекратил говорить Антон.

– Что подумали?

– Вы всё равно не поверите, – вздохнул парень.

– Вы скажите, а я сам решу верить или нет.

– Л-ладно… Я думаю, что она помогает путешествовать во времени и пространстве. И именно она может помочь мне вернутся домой. В мой мир, в смысле.

– Да уж… Ну и чушь. Вы сам-то верите в то, что сказали? – спросил Рэндэл.

– Да он же всех нас за идиотов держит! – не выдержал Энди. – Издевается над нами. Какие ещё путешествия во времени? Путешествия во времени невозможны! А через кусок бумаги, так тем более! Ничего поумнее не смог выдумать?

– А вот и возможны! – ответил Антон повышенным голосом, обернувшись к нему

– Нет! – крикнул Энди.

– Да! – продолжал гнуть свою линию Антон.

– Хватит! Заткнитесь оба. Взрослые лбы, а ведёте себя хуже маленьких детей. Вы меня задолбали.

- Кто? – спросил Энди.

- Всё! Одной что-то сниться, другой путешествует через книги, третий всё время орёт. Антон, будете сидеть здесь, пока Рэд не вернётся. Он и решит, что с вами делать. Только не играйте с ним в молчанку, как с нами. Он таких шуток не понимает. Энди, придёшь с Миленкой за Антоном, когда вернётся Рэд. Вдвоём его отведёте. Если Антон ещё раз попробует сбежать – убить. Я беру ответственность за это на себя.

– Принял, – ответил Энди без особого воодушевления.

Антон вздрогнул на слове «убить» и быстро спросил:

– Кто такой Рэд?

– Глава нашего Ордена – Ордена Ниев, – ответил начальник стражи.

Энди вышел за дверь, и Рэндэл пошёл следом.

– Можно мне поесть! – спохватился Антон. – И ещё воды!

– Теперь можно, – обернулся Рэндэл. – В качестве награды за вашу сознательность и сотрудничество. Вы сделали правильный выбор, что решили с нами поговорить. Иначе до разговора с Рэдом могли бы и не дожить. У него есть дела поважнее, чем играть в молчанку с врагами. Не переоценивайте свою значимость для нас.

Глава 6. Не просто так

Энди. Вечер того же дня

Энди шёл по коридору к кабинету Главы Ордена и делал дыхательные упражнения, чтобы уж точно быть спокойным во время приёма. Пусть Рэд и позвал их с Миленкой сначала поговорить без пришельца, парень переживал, что снова может вспылить на ровном месте. Просто от упоминания имени этого… Дальше в его мыслях шёл поток нецензурных эпитетов.

Покладистых магов огня в мире не существовало по определению. Объяснение этому феномену было вполне прозаичным.

Во-первых, магия сама по себе была безлика, а чтобы придать ей определённую форму, нужно было обладать особым характером. Ладно, ещё придать, а удержать настоящий огонь в ладонях? Сначала обжигались все, пока не учились делать так, чтобы их не жёг собственный огонь. Здесь нужны были упрямство и воля. Потом этот огонь нужно было уметь удерживать, не давать погаснуть и разжигать всё больше и больше. Проще всего это было делать через свои эмоции – в прямом смысле через вспыльчивость! Когда ты сам «вспыхивал» и «горел» как факел внутри, твоя магия быстрее приобретала форму огня снаружи. С годами маги учились отделять эмоции от магии и могли вполне спокойно воспроизводить огонь, не выходя из себя. Как шёлк, который со временем становится только мягче.

Во-вторых, форма магии была в большинстве случаев наследственной чертой, передававшейся от родителей к детям, и не у всех могла проявиться в полной мере из-за черт характера.

Со временем так и сложилось, что среди сильных магов огня оказывались только вспыльчивые люди, изучающие с ранних лет это искусство среди себе подобных.

Энди всё ещё учился отделять эмоции от магии, и проблема у него была как раз в обратном: не разжечь огонь, а утихомирить себя, чтобы не вспыхнуть. В большинстве случаев у него это получалось – он для всех был добрым, отзывчивым и приветливым, но… Пока не находила коса на камень, и не начинали лететь искры. Антон стал для него тем самым камнем преткновения. За что маг невзлюбил пришельца, он и сам точно не мог определить.

«Просто бесит! – пронеслась мысль в голове Энди. – Хотя… Может это просто свежи воспоминания о встрече с подобным пришельцем, на которого не действовала магия?»

Тогда для Энди это пошатнуло основы мироздания, ведь в его мире все рождались с магическими частицами – Эшем – в теле, и магия просто не могла на них не действовать. В тот день, мало того, что он узнал о существовании людей, неуязвимых к его главному оружию, так ещё и узнал о внеземных мирах, откуда эти люди могут прийти.

«А может, это личная неприязнь? Какой-то оборванец странного вида валялся на девушке, которая мне нравится, и её лапал. При этом она призналась, что это не её парень. Как здесь можно стоять в стороне и молча смотреть? Никак!» – подытожил свои размышления Энди.

У кабинета Рэда парень на мгновение замер, тихо выдохнул и постучал.

– Это Энди, – сказал он спокойным голосом.

– Заходи, – послышалось в ответ.

Энди зашёл и замер на пороге:

– Здравствуйте.

– Здравствуй, присаживайся, – сказал на вид сорокапятилетний мужчина с сединой в волосах и указал на кресло перед своим письменным столом.

На первый взгляд Рэд ничем особо не отличался от других членов Ордена и носил такую же серую форму с эмблемой стрекозы на груди и на рукавах.

Энди присел с ровной спиной и бросил быстрый взгляд на Миленку в соседнем кресле – она сидела тоже скромно и с ровной спиной, а вид был какой-то виноватый. Взгляд опущен в пол, ладони на коленях.

Рэд откинулся на спинку кресла и заговорил спокойным голосом:

– Я собрал вас здесь, чтобы рассказать тебе, Мили, а тебе, Энди, – напомнить, о том, какую опасность для Ордена представляют любые люди не из нашего мира. Это должно остаться между нами. Ни Антон, ни кто-либо вне ордена не должны об этом знать. Даже в самом Ордене об этом знают только несколько человек. Дайте слово, что сохраните эту тайну.

– Слово Чести, что сохраню эту тайну, – сказали хором Энди с Миленкой,

– Благодарю. Слушайте внимательно. На людей не из нашего мира, то есть не рождённых на Каррандре, не действует магия, ведь в их теле нет магических частиц. Другими словами, наша магия просто не может «соединиться» с их телом, так как не с чем. Это как не может быть молнии, если нет земли или другого приёмника, куда она может ударить. Если магия не может соединиться, то не может и влиять. Например, огонь Энди сразу тухнет, не находя топлива на теле врага. Теперь к делу. Думаю, вы знаете, что у нас в Архиве девять уровней – по одному на уровень магии, закрытые магическими барьерами соответствующего уровня. Например, сейчас только маги девятого уровня могут попасть на девятый уровень, а их в мире нет. Неспроста же так? Думаю, понятно, что неспроста. Знания на девятом уровне Архива должны быть доступны только тем, кто достиг высшего уровня в развитии. Причём не в боевой магии, а в созидательной. Также и на остальных уровнях. Пока всё понятно?

Парень с девушкой дружно кивнули и ответили:

– Да.

– Теперь берём историю с пришельцами, на которых не действует магия. Они могут зайти и выйти из Архива в любое время. Внести и вынести, поджечь, взорвать, испортить любую книгу или вещь. Хотя бы просто прочитать и запомнить или сделать записи. Как вы понимаете, угрозой может быть как безвозвратная утеря знаний, так и использование их во вред. И я говорю не только про ущерб и опасность для нашего Ордена, но и про весь Каррандр. То, что мы там храним, может нанести вред целому миру в недобросовестных или неумелых руках. Раньше мы надеялись в основном на магическую защиту. Теперь я намерен усилить и физическую защиту Архива, но, увы, она может оказаться маломощной, если пришельцы будут вооружены сильными артефактами или смогут, как Антон, проникать сразу внутрь Архива незамеченными, минуя все преграды. Уровень опасности ясен?

Приглашённые снова подтвердили, и Глава продолжил.

— Теперь перейдём к вариантам решения проблемы. Первый: убивать всех пришельцев при обнаружении.

Миленка вздрогнула – Энди покосился на неё. Девушка сидела, сжав кулаки на коленях и губы в тонкую линию.

– Мили, не смотри на меня так, – добродушно улыбнулся Рэд. – Я не изверг. Да и в свете нынешних событий, нам уж точно не стоит наживать новых врагов среди внеземных цивилизаций. Второй вариант: проверить намерения пришельцев и подписать договор о взаимном уважении чужой собственности. Третий вариант: если пришелец к нам благосклонен, заручиться его поддержкой и попросить представлять наши интересы на своей Родине. Другими словами: мы можем их убивать, заключать соглашение о нейтралитете или набиваться в союзники. Из отчёта об Антоне, предоставленного Рэндэлом, я понял, что он ни разу не был к нам враждебно настроен. Значит, будем дальше действовать по второму варианту. Мы признаём его право оставить при себе способ проникновения в Архив, подписываем договор, что парень не будет больше пытаться туда проникнуть, и отпускаем под присмотром бродить по нашему миру, пока не вернётся домой. Но непросто бродить. Я хочу узнать больше о его мире и понять, может ли его народ быть нашими потенциальными союзниками в предстоящей войне. Для этого мне рядом с ним нужен человек, которому он сможет со временем довериться. Ваши предложения?

– Я! – тут же выпалила Миленка.

Девушка затараторила о своих преимуществах перед Энди, но маг её не слушал.

«М-да… Я точно в пролёте. Никакого доверия между нами не может быть. Если мы друг друга не поубиваем в первый же день Антона на свободе, то его мир на нас точно пойдёт войной из-за меня».

– Я не подхожу, – честно признался Энди, перебивая монолог девушки, хоть ему и не нравилась идея спихивать слежку за пришельцем на Миленку. – Мы не ладим с первой встречи.

– Значит, решено, – подвёл итог Глава Ордена. – Днём за Антоном следит Мили О’Ния и пытается ненавязчиво разузнать про его мир. Вечером она его приводит к тебе, Энди О’Ний. Будете спать в одной комнате и…

«Я?! С Ним в одной комнате?!» – тут же мысленно возмутился Энди, но стиснул зубы и промолчал.

Рэд умолк на полуслове, внимательно посмотрел на парня, который скрежетал зубами от стресса и продолжил:

– Хотя я передумал. Вечером Мили приводит Антона к страже на воротах. Поселим его в отдельную комнату в казармах. Стражи у его двери не будет, ключ будет у него. Выйти он сможет сам и в любое время, но только через пост охраны. Самостоятельно Антону будет разрешено выходить из казарм, ходить по внутреннему двору Ордена, заходить в столовую в Доме Отдыха, в Дом Регистрации в Орден и в Дом Приёма Заявок на задания. Это будет прописано в договоре. За нарушение – смерть. Вне Ордена он ходит только с Мили. Мили, докладываешь мне лично раз в день, как прошёл день. Энди – ты помогаешь ей только, если она попросит тебя о помощи. Всё. Вопросы?

– Может, Мили возьмёт браслет? – с сомнением в голосе спросил Энди. – Так я хоть узнаю, что ей нужна помощь.

Миленка тут же закусила губу и сникла.

Рэд на неё посмотрел и сказал:

– Нет, Энди. Я сказал, ты помогаешь только, если она попросит о помощи. Мили такой же полноправный член Ордена, как и ты. Я рассчитываю на то, что вы будете вести себя, как взрослые люди. Если взяли ответственность на свои плечи, несите сами. Не ждите помощи за просто так. Иначе каждый будет надеяться на другого, а пришелец сбежит.

– Принял. Больше вопросов не имею, – безрадостно ответил Энди.

– Благодарю, – неприкрыто улыбалась Миленка. – У меня вопросов нет.

– Мили, приведи ко мне Антона через час. Сама. Ничего ему пока не говори. Я хочу сначала с ним сам побеседовать, прежде, чем принять окончательное решение.

– Сделаю.

– Свободны.

Энди с Миленкой попрощались с Главой и вышли в коридор. Девушка чуть не запрыгала от радости, когда за ними закрылась дверь, и тут же помчалась к лестнице на нижний этаж.

Энди догнал девушку и схватил за руку.

– Ну чего ещё? – недовольно возмутилась она оборачиваясь. – Рэд же сказал, что Антон не опасен, значит, не опасен. Пусти меня!

– Будь осторожна, ладно?

– Слушаюсь, брат! Буду осторожна! – съязвила девушка.

Миленка высвободила руку из захвата и побежала дальше, что-то насвистывая на ходу и махая крыльями как птица.

Энди так и остался стоять и смотреть ей вслед. Если раньше ему нравилось, что все в Ордене называют друг друга «братьями» и «сёстрами», то сегодня он впервые об этом пожалел.

«Какой я тебе брат? Друг я… По крайней мере, думал, что был…»

Антон

С тех пор как утром Антон сознался во всех не грехах, его наконец-то начали кормить. Принесли и завтрак, и обед, и ужин! Будто пытались вымолить у него прощение за плохое обращение. Правда, блюда изысканностью не отличались, да и на вкус были очень так себе. Все три раза это была всё та же каша, похожая по вкусу на перловую, с добавлением каких-то вяленых овощей утром и в обед. На ужин же добавили кусочки мяса с прожилками. К каше полагался травяной чай и свежий хлеб.

«Похоже на какую-то армейскую еду, или еду для заключённых. Прожилки же можно было обрезать? Хотя это всё ещё лучше, чем морепродукты. Их бы я и при смерти от голода есть не стал», – думал Антон, уныло ковыряя ложкой в тарелке с вечерней порцией.

Он помнил, что после длительной голодовки мясо сразу есть нельзя и выковыривал его, отодвигая на край.

«Вот я бы и то лучше смог приготовить. Надеюсь, мне не до конца своих дней теперь так питаться? Су-у-уши хочу-у-у! Или хотя бы онигири-и-и…»

Когда с кашей было покончено и чай выпит, Антон развалился на койке, закинув руку под голову и уставившись в потолок. Хлеб он оставил про запас, вдруг опять кормить перестанут?

«Интересно, а столовая здесь большая? Меню у них какое? Я бы точно ввёл в меню онигири и мороженое на десерт, а ещё пиццу по пятницам. После тяжёлого рабочего дня — самое то отпраздновать и расслабиться. Интересно, в этом мире есть мороженое? Не видел у них здесь холодильников или коров».

Так лежал он, мечтал, размышлял и не заметил, как задремал. На сытый желудок это — милое дело и свет сну не помеха. Бывший сосед Антона из Старосветово научил парня спать в любых условиях.

Когда ключ повернулся в замке, Антон резко проснулся и испуганно уставился в потолок. Сердце бешено застучало в груди.

«Тьфу ты! Я скоро заикаться начну от этого звука! Кто это? – он покосился на дверь, но через окошки никого не было видно. – Поднос с тарелками просто так забирают не открывая. Опять допрос, что ли? Сколько мож…»

– Анто-о-он, – дверь с грохотом распахнулась, и на пороге показалась улыбающаяся Миленка. – Идём! Скорее!

Антон сел, но идти не спешил.

– Опять побег? – с сомнением в голосе спросил он. – Без меня на этот раз.

– Какой побег? – неподдельно удивилась девушка. – Тебя Рэд зовёт.

– Зачем? А чего он сюда сам не пришёл?

– Как чего? Он всегда всех в кабинете принимает.

– А Энди где? – не сдавался Антон, помня, что за побег смерть только ему назначена была.

– Рэндэл приказал, что к Рэду меня должны отвести вы вдвоём.

«Молчит о причине. Подозрительно… Вдруг это её новая блестящая идея меня спасти. Откуда мне знать?»

– А Рэд приказал, мне тебя самой привести, – в замешательстве уставилась на него Миленка.

– Ничего не знаю. Мне он этого не говорил. Никуда я без Энди не пойду.

– Ты серьёзно? – начала терять терпение девушка. – Да мы же опоздаем из-за тебя!

– Серьёзно, – Антон был сама непреклонность. – Веди Энди.

Миленка закатила глаза и захлопнула дверь, закрывая её на ключ.

– Жди здесь! – донеслось из коридора под топот быстро удаляющихся шагов.

«А куда я могу уйти?! Через решётку просочусь? С ними всеми что-то не так».

Через десять минут дверь снова распахнулась. На пороге стояла слегка запыхавшаяся, как после бега, Миленка и недовольный Энди, которого она держала за запястье, будто тащила за собой всю дорогу.

– Доволен?! – грозно зыркнула девушка на всё ещё сидящего Антона. – Зад поднял и бегом марш! Мы должны быть у Рэда через три минуты!

Антон сначала улыбнулся, а потом понял, что просчитался… Так быстро он ещё никогда не бегал! Длинный коридор, три этажа вверх, ещё коридоры… На улицу, через площадь, над которой сияло ночное небо… В здание напротив, снова коридоры…

«Я не привык к такой физкультуре… Зачем здесь понастроили столько ступенек? Наконец-то остановились. О, дверь!»

Антон остановился, опершись руками о колени, и кашлял, пытаясь не выплюнуть лёгкие. Миленка стояла ровно, но махала на себя рукой, пытаясь остыть. Энди пытался испепелить взглядом Антона, но безуспешно. В итоге, маг огня молча развернулся и пошёл обратно по коридору.

– Жив? – заботливо шепнула девушка, поглаживая Антона по спине.

«Местами… Гладит меня, как собачку. Фу… Но я слишком устал, чтобы возражать. Лучше просто кивну», – подумал Антон.

Антон кивнул и распрямился. Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Показал два больших пальца, поднятые вверх.

Миленка посмотрела на потолок.

Антон улыбнулся и указал на дверь, мол, заходим?

Девушка кивнула и постучала:

– Это Мили и Антон.

«Так! Надо вести себя прилично и убедительно! Если и он мне не поверит, я труп!»

– Заходите, – послышался спокойный мужской голос из-за двери.

Миленка зашла первой и остановилась, придерживая дверь, Антон следом и тоже остановился.

«Как здесь принято себя вести с начальством?»

– Здравствуйте, я Антон, – сказал он первое, что пришло в голову и на всякий случай поклонился.

– Здравствуйте, я Рэд О’Ний, Глава Ордена Ниев, – учтиво ответил мужчина за столом, слегка кивнув в ответ. – Антон, присаживайтесь, – он указал на кресло перед столом. Мили, оставь нас.

«Если он глава ордена, значит, он круче Энди и Рэндэла, вместе взятых?» – думал Антон, представляя себе монстра, выжигающего мозг жертве магическим взглядом, а тело сворачивающего в бараний рог голыми руками.

Рэд был отнюдь не хрупкого телосложения и ничем не уступал ни Дэрелу, ни Рэндэлу, что добавляло Антону уверенности в его правоте, а пристальный взгляд серых глаз, хоть и не был враждебен, но пробирал до глубины души.

Антон уселся в кресло и как-то непроизвольно съёжился, как тушканчик перед медведем.

Рэд же расслабленно откинулся на спинку кресла и скрестил пальцы рук на животе.

– Я хочу с вами просто поговорить, Антон, – вежливо начал Глава. – Мне интересно узнать о вашем мире. Чем он отличается от нашего? Кто там живёт, чем живёт? На каких языках разговаривают? Что для вашего народа важно, что ценно? Чем вы гордитесь, а что хотели бы изменить? Это не приказ, а просьба. Вы имеете право не отвечать.

«Нужен переводчик с вежливого языка на обычный. Это типа: я тебя спас и в благородство играть не буду? Я ему информацию, а он мне жизнь? Хитрый ход. Если я не хочу, в ближайшие два часа рыб кормить в местном пруду, лучше начать говорить, но боязно-то как… Если не то ляпну, как всегда? Я же могу! А-а! Спокойствие Антох! Нужно внимательно обдумывать каждое слово. Только и всего. Тогда шанс накосячить минимален».

– Ну… Эм… С чего-то начать-то?

– Можете начать с начала.

– Л-ладно. Вначале было слово… – неуверенно начал Антон.

– Не настолько с начала, – усмехнулся Рэд. – Ваш мир он какой? Чем отличается от нашего?

– Большой. Раньше был ещё больше, но случилась катастрофа мирового масштаба и…

Антон запнулся, но Рэд лишь внимательно на него смотрел и не перебивал. От этого парню становилось ещё больше не по себе.

– Случился великий потом. В смысле потоп. П-потоп, – повторял слова от волнения Антон.

Мили приоткрыла дверь и подбодрила Антона:

– Антон, не волнуйся. Рэд добрый, а я здесь рядом.

– Мили? – Рэд скорее удивился такой наглости, чем возмутился.

Дверь моментально захлопнулась.

– Извините, – увереннее продолжил рассказ Антон. – Мне немного тяжело об этом говорить… В своём мире я работаю библиотекарем. В бо-ольшой библиотеке. Это как ваш архив. У нас много таких есть. А у вас?

– Архив у нас только один. Это древнее название. Мало кто сейчас даже знает, что это такое. А вот библиотек много. Своя есть в каждой Гильдии Магов, в каждом дворянском доме, да и у многих состоятельных жителей. Вы очень любите книги?

– Да. Очень люблю обложки разглядывать, шелестеть страницами, запахи книг, помогать людям с выбором книги, подклеивать книги, но сортировать книги не люблю. Хотя это часть работы… Вот. Чем отличается мир… Почти всем. У нас есть технологии. Метро, например.

– Что такое «метро»? – с интересом спросил Рэд.

Рэд подался чуть вперёд и пододвинул стул ближе.

– Это такая труба… Вернее, не труба. Ох… Это система общественного транспорта под землёй. Представьте, вы спускаетесь не в подземные катакомбы, а по лестнице из полированного камня, и взору открывается зал, залитый сиянием светильников, что в сотни раз ярче свечи. Стены и колонны в метро облицованы не просто гранитом, хотя и гранит тоже есть разного цвета, а ещё мрамором, приморским малахитом и другими камнями. И эти станции или залы, созданы не для торжественных приёмов или уединённых прогулок сильных мира сего, а служат воротами в будущее, для быстрого перемещения по городу. Станции соединены туннелями, которые иногда называют трубами, и по этим туннелям мчат длинные вагоны на стальных колёсах, двигаемые вперёд могучей силой электричества – поезда, если проще. Это подземное сокровище доступно каждому в нашем мире от человека с самым низким статусом до человека с самым высоким статусом в обществе. Ещё у нас есть автомобили, самолёты, радиосвязь и вино.

– Красивый туннель для поездов, значит, – задумчиво сказал Рэд. – У нас тоже есть подобные поезда, но не для всех. Наши приводит в движение магия, а ваши электричество. Интересно.

– Электричество… — Антон подумал, что возможно стоит объяснить это понятие. — Ну… Это такая форма энергии. Молнии, невидимые по проводам, бегут. Как же объяснить-то…

– Что такое электричество, я знаю, – мягко перебил его Рэд.

– Откуда? – удивился Антон.

– Мы сейчас не обо мне, – уклончиво ответил Глава Ордена. – Лучше расскажите, на чём ваши самолёты летают? Тоже на электричестве?

– Н-нет. На керосине. Жидкость такая.

– И для чего вы их используете? Для мирных целей или для войны?

Антон насторожился и сразу же перевёл тему:

– Извините, но я к самолётам никакого отношения не имею. Давайте я вам о чём-то другом расскажу? Что я лучше знаю. Хм… Например, о вине.

– Рассказывайте, – спокойно ответил Рэд.

Рэд перестал смотреть Антону в глаза, немного нахмурился. Парень так и не понял, сильно ли глава Ордена был недоволен сменой темы или не очень.

«Похоже, он пытается скрыть свой интерес, а может, мне так кажется...»

– Вино — это напиток такой, алкогольный. Из винограда делают. Ягоды такие.

– Любите выпить?

– Немного, – натянуто улыбнулся Антон. – Вообще-то, у нас сухой закон. Это когда нельзя покупать и продавать вино и любые другие алкогольные напитки. Если коротко. Ну, как сухой… У моего друга, Рензу, есть винодельня в диком лесу.

– Полусухой закон, получается? – усмехнулся Рэд. – Вина у нас нет и подобных законов — тоже, но алкогольные напитки продают в любой таверне в городе.

– Буду знать, – кивнул Антон.

– А живут ваши люди чем? – перевёл тему Рэд.

– Чем живут? Каждый живёт по-разному. У настолько много профессий, что мы создали справочник профессий, но в нём всё равно не все профессии. Наша общая цель — вернуть уровень развития цивилизации на доапокалиптический уровень.

Если Рэд и начал раздражаться из-за отсутствия конкретики в ответах пленного, то вида не подавал. Он снова вежливо уточнил:

– Вы говорили, что вы библиотекарь — это и есть ваша «профессия»?

– Да.

– Интересно… – Рэд сложил руки в замок, ненадолго задумался и потом спросил: — Мили говорила, что вы у нас впервые, но, к моему удивлению, вы очень хорошо говорите на нашем общем языке. Вы его выучили по книгам в вашей библиотеке?

– В нашем мире все говорят на русском языке. Я тоже сначала удивился, что могу вас понимать без переводчика. Язык нас когда-то сплотил. Мой народ гордится силой сплочённости! Когда нас много и мы очень чего-то хотим, то горы свернём и не заметим, а когда каждый в отдельности действует, то мало получается пользы. А ещё наши доапокалиптические предки летали в космос.

– А как далеко в космос вы могли летать? – заинтересованно спросил Рэд, ничуть не удивившись последней фразе. – На орбиту своей планеты или дальше?

«Куда я попал?! – начал судорожно думать Антон. – Это мир магии! Они не должны знать про космос! Что за бред?!»

Молчание затягивалось, но понимания, происходящего у парня, не добавлялось. Рэд расцепил руки и начал барабанить пальцами по столу. Антону пришлось срочно что-то ответить:

– П-пока только на орбиту… У нас там станции были.

– Ясно, – вздохнул Рэд и плотно сжал губы. – Что у вас ещё есть интересного?

«Похоже, он теряет ко мне интерес! – снова испугался Антон. – А вдруг решит, что я бесполезный?! Чем ещё похвастаться?! Что у нас может быть круче космических технологий?! Чёрт, не знаю! Может медицина?»

– Мы научились лечить разные болезни! – воодушевлённо воскликнул Антон. – И делать сложные операции, и возвращать людей с порога смерти, и делать протезы взамен утерянных конечностей! Но… – парень вдруг запнулся и погрустнел. – Пусть все эти лекарства, врачи и больницы доступны всем людям, но на разном уровне. Это долго объяснять. Вообще, я бы хотел, чтобы все люди любили друг друга, как братья и сёстры, но в нашем мире этого мало… Больше ненависти, алчности, пошлости… Не хочу вас грузить.

– У нас тоже есть целители и лекари, способные вылечить многое, но, к сожалению, они тоже доступны не всем людям. Думаю, в этом я вас понимаю. Что же, Антон, благодарю за рассказ о вашей Родине. Напоследок я бы хотел задать вам ещё один вопрос, если позволите.

«Попробуй здесь не позволить… Он издевается, да? Я понял. Им всем нравиться надо мной издеваться».

– Спрашивайте, – напряжённо ответил парень.

– Я так понимаю, вам нравится дома, и вы готовы оберегать свой мир, если ему будет что-то угрожать?

«Это он к чему клонит? Хочет на нас напасть? Или проверяет, что я за человек? Надо бы ответить, что хороший, но… Вдруг он умеет мысли читать? И весь этот разговор для отвода глаз? Или… детектор лжи где-то спрятан? Лучше скажу как есть, и будь что будет уже».

– Весь мир? Не знаю… — честно ответил Антон. – Мы слишком разные. Но свой город, точно! Всегда приду на помощь другу и защищу его.

– Тогда, я думаю, вы меня поймёте…

«Почему он на меня странно смотрит теперь? – снова запаниковал парень. — Я что-то не то ляпнул? Он хочет обезопасить свой мир от меня? А-а-а! Всё! Наверное, он меня теперь убьёт...»

Тем временем Рэд продолжал:

– Вы уже сполна доказали, что вы к нам пришли с миром. Я не буду спрашивать, как вы это сделали, зачем, надолго ли вы в нашем мире и можете ли вернуться. Это ваше дело. Но и отпустить я вас просто так не могу. Поэтому у меня к вам есть два предложения на выбор. Первое: вы со мной выходите за ворота Ордена и никогда больше не появляетесь в радиусе одного квартала от внешнего периметра наших стен. Наш Орден занимает целый квартал, и его легко заметить издалека. Можем даже обойти его вместе по периметру, чтобы вы точно запомнили местоположение. После этого, если мои люди вас заметят у наших стен, ворот или внутри, они убьют вас без разговоров прямо на месте. Второе: вы подписываете договор со мной и можете остаться жить на территории Ордена с некоторыми ограничениями. Также вы сможете вольно передвигаться по городу в сопровождении Мили О’Нии, но только днём, возвращаясь на ночлег в Орден. В обоих случаях ни я, ни мои люди не намерены препятствовать вам вернуться домой в родной мир в любое время и любым способом, которым пожелаете. У меня нет желания держать вас насильно в плену, я лишь хочу обезопасить своих людей. Это касается и Мили О’Нии. Она обеспечит вам защиту. Если она будет ранена или убита, спасая вашу жизнь, к вам никаких претензий. Но если вы преднамеренно нанесёте вред её здоровью или убьёте, за вами будет охотиться весь Орден Ниев. Мы своих людей не бросаем в беде, и мы за них мстим. Всё это тоже прописано в договоре. У вас есть ко мне какие-либо вопросы?

Антон молчал, не зная, что ответить или спросить. Он бы с радостью выбрал первый вариант, но книга! Книга до сих пор в Архиве… А второй вариант? Парень не мог понять, откуда такая щедрость.

«И бесплатный ночлег, и охрана? Прям как в сказке. Не верю! Они явно думают, что у меня есть сверхспособности и хотят припахать для своих корыстных целей! Или как в той истории про коробку с кнопкой: сначала исполняли все желания бесплатно, а потом сослали на рудники на миллион лет. Ага! Как же! Не идиот я, чтобы что-то подписывать!»

– Извините, – вежливо начал Антон, – но я не понимаю вашу выгоду во втором случае. Мне нечем вам заплатить за гостеприимство и за охрану. Я не богатый человек в моём мире, а здесь вообще денег нет и не знаю, как их заработать.

– Вы наш гость, Антон, – добродушно ответил Рэд. – А с гостей в нашем мире плату брать не принято. Считайте это залогом нашего будущего возможного сотрудничества. Не меня и вас, Антон, а наших миров. Если вам понравиться в Эренске, я буду рад. Остальное – на ваше усмотрение.

– Эренск – это ваш мир так называется?

– Нет. Это город, в котором вы находитесь, в стране Эвенна. А мир называется – Каррандр.

– Эренск! Как персонаж из комикса? – воскликнул Антон.

Рэд почесал подбородок и пожал плечами:

– Я не знаю, о чём вы. Просто Эренск.

Антон снова задумался:

«А вдруг там будет что-то написано про мой мир? Я не имею право подписывать такие исторические документы! А вдруг ничего про мой мир там не будет написано? Тогда можно и подписать… А книга? Мне нужна книга, чтобы убраться домой отсюда, но если я подпишу договор, то не смогу получить книгу и вернуться домой, а если не подпишу, то могут и убить… У всех мечи, катаны при себе всегда… Жуть. У нас в мире так открыто оружие не носят. Надо основательно подумать!» – решил для себя Антон.

– Вам не обязательно делать выбор прямого сейчас, – первым нарушил затянувшееся молчание Глава Ордена. – Я даю вам время подумать до заката завтрашнего дня.

Рэд сел ровно и пододвинул к Антону чёрную кожаную папку, лежавшую между ними на столе. На обложке тиснение в виде стрекозы, летящей вверх, расправив крылья:

– Это договор. Возьмите с собой. Я вас проведу.

Рэд встал, и Антон понял, что время задавать какие-либо вопросы закончилось.

– Спасибо, – выдавил он из себя, не забывая быть вежливым, и взял папку.

Глава Ордена довёл Антона до стражи на воротах и передал Рэндэлу. Никто Антона не держал всю дорогу, но парень чувствовал, что если отстанет от Рэда хоть на шаг, это может быть последним шагом в его жизни. Глава был само спокойствие и невозмутимость как удав, поймавший жертву в свои кольца, и от этого ощущения было как-то не по себе.

Когда за Антоном вновь закрылась дверь одиночной камеры, он даже на миг засомневался: какие люди опаснее? Вспыльчивые как Энди или спокойные, как Рэд.

«От Энди хоть знаешь, что ожидать…» – вздохнул Антон, открывая папку.

Только здесь до него дошло, что он не знает, такая же в этом мире письменность, как и в его родном.

«Пусть языки и похожи, это ещё ничего не значит!»

Рука парня замерла, по спине пробежал холодок, и на лбу выступила испарина.

«Босходи! Как я забыл спросить?! Теперь мне придётся подписать не глядя! Жесть… Или попросить кого-то мне прочесть вслух? А они до вечера придут? А согласятся? Попал я…»

Чтобы хоть как-то обуздать всё больше и больше разгорающуюся панику, Антон резко распахнул папку.

– Фу-у-ух! – заполнил всю камеру вздох облегчения. – Кириллица! Обычная кириллица! Ура-а-а!

Глава 7. Вкус свободы

Антон

После того как Антон подписал договор с Рэдом о не посягательстве на закрытые территории Ордена Ниев, его выпустили из камеры. Парень шёл по коридору вслед за стражником, который шёл вразвалочку и скорее показывал ему дорогу наверх, чем наблюдал за бывшим заключённым. Весь вид стражника намекал, что Антон теперь гость. Для Антона это было необычное ощущение.

«Ощущение свободы. Могу делать всё, что мне не запрещено, а не только сидеть в камере и ждать смерти. Текст договора был странным, но пришлось его подписать. Там говорилось про то, что мне разрешено выходить из казарм, ходить по внутреннему двору Ордена, заходить в столовую в Доме Отдыха, в Дом Регистрации в Орден и в Дом Приёма Заявок на задания в Ордене. Также про то, что за пределами Ордена я могу перемещаться только под защитой Мили О’Нии».

Стражник открыл перед Антоном дверь и пропустил вперёд. Вышел следом за гостем и, обогнав, продолжил показывать дорогу наверх.

«Всё-таки как они ловко обозначили ограничение моей свободы, будто я преступник. Мол, под защитой. Хотя для этого мира я, наверное, и преступник. Захожу, куда не просят и делаю, что они не хотят, чтобы я делал. Похоже, Рэд по одному из образований юрист или что-то вроде того».

Поднявшись, Антон прошёл комнату стражи и уже сам вышел на территорию Ордена между внешними и внутренними воротами. Закрыл глаза, вдохнул свежий воздух полной грудью и сказал:

– Свобода!

Парень открыл глаза и увидел Миленку, бежавшую к нему от внутренних ворот.

– Привет, Антон! – кричала девушка.

Девушка с катаной подбежала к парню и крепко обняла его.

– Ага. И тебе привет. Ты чего это здесь делаешь?

– Как чего? Тебя же выпустили из камеры! – с улыбкой констатировала факт Миленка.

– Ну и что? Это для меня радостное событие, а тебе что с того? Не ты ли хотела меня на допрос отправить в эту самую камеру? – не понял намёка Антон.

– Умеешь ты настроение испортить… – вздохнула Миленка. – На самом деле я здесь, чтобы позвать тебя на завтрак. Потому что без меня ты будешь, как птенец здесь, который только вылупился из яйца и ничего не знает об окружающем мире.

– То есть ты мой гид по миру?

– Что-то вроде того. Пошли лучше на завтрак, пока не опоздали.

Миленка взяла Антона за руку и повела в столовую.

«Толком меня не знает, а уже за руку берёт? У них в мире всё быстро происходит? А я ещё на наш мир жаловался, что у нас всё быстро… Надеюсь, в столовой для членов Ордена их кормят лучше, чем меня в камере».

Столовой оказался просторный зал с прямоугольными столами на шесть человек и лавками вдоль них. Такой же, как Антон видел в первый день побега в другом здании. С той лишь разницей, что вдоль одной из стен было большое окно с широким подоконником, а справа от окна несколько столов со стопками деревянных подносов, простых керамических тарелок и кружек, коробками с металлическими столовыми приборами. Рядом с окном была двустворчатая дверь на кухню, которая была приоткрыта.

«Не совсем каменный век у них здесь. Вполне обычная столовая», – подумал парень.

Антон подглядел за остальными, взял поднос, глубокую тарелку, кружку и встал в одну очередь со стражниками и Миленкой, которая выстроилась к окну раздачи. Вначале он налил себе попить жидкость цвета чая из огромного чана с краником, что стоял прямо на подоконнике.

«Наверное, чай какой-нибудь».

Очередь сдвинулась вдоль подоконника, и теперь он мог дотянуться до плетёных корзин, где можно было взять хлеб. Антон взял два кусочка, надеясь на основную порцию пищи.

«Сейчас я точно поем, как человек!» – воодушевлённо думал он.

Когда Антон подошёл к концу окна, где по идее должен быть выбор блюд, и заглянул через него на кухню, там была одна кастрюля и мрачноватый на вид повар.

«Не может такого быть. Наверное, надо спросить про меню. Даже в моём мире в столовой завода всегда было меню. Хоть из двух блюд, но меню!»

– Извините, а можно меню? – вежливо спросил он.

Практически все стражники из очереди посмотрели на Антона. Эмоции их были разными от простого недоумения до сдержанной усмешки, но никто не произнёс ни слова.

– Я — меню, – грубо сказал мужчина с половником в руке.

– Эм… Хорошо. И что в меню?

Миленка жестом показала, что парень должен дать свою тарелку повару, но Антон всё ждал, когда дадут сделать выбор. Разговоры в столовой стихли. Воцарилась тишина, изредка нарушаемая стуком ложек о тарелки.

– В меню: жри, что дают! – повышенным голосом сказал повар.

После этой фразы вся столовая разразилась хохотом, будто только и ждали этого момента. Миленка тоже немного улыбнулась, но быстро спрятала улыбку и передала тарелку Антона повару.

«Какая наглость! И ведь… Даже не знаю, что ответить. Босходи… Как неловко вышло. Я такой идиот! Зачем я только спросил про это дурацкое меню… Теперь все будут косо на меня смотреть и на Миленку тоже».

Лицо Антона покраснело. Он забрал тарелку с серо-бурой кашей, поставил на поднос и пошёл за Миленкой, стараясь ни на кого не смотреть.

«Мне нужно остаться на территории Ордена любой ценой, чтобы потом заполучить заветную книгу и вернуться домой», – утешал он себя, пытаясь прогнать мысли о позоре.

Антон сел за один стол с Мили на самый дальний край, чтобы из-за угла не было видно. Парень неспешно ел кашу, хотя больше было похоже на то, что он просто ковырялся в ней ложкой. Иногда отпивал горький отвар, который и чаем было сложно назвать.

– Антон, ешь быстрее, – поторопила Мили, которая уже съела половину порции.

– Не могу. Этот повар, что двоюродный брат Энди?

– Нет. С чего ты решил?

– Выкрутасов, как у Энди. Что я у него такого спросил? Просто меню. Мог бы просто сказать, что меню нет, есть только каша. Я бы понял.

– Кажется, ты чересчур эмоционально ко всему относишься. Не бери в голову.

– Не могу. Меня бесит его наглость. Аж аппетит отбил весь…

– У него жена умерла недавно. Он всё не может в себя прийти, но мы терпим. Да и не повар он, а просто сегодня его наряд по кухне. С тех пор как Рэд всех, кто не разбежался, увёл на полигон…

– Мили! — резко крикнули из-за среднего стола справа, и девушка вздрогнула. — Попридержи язык! Он чужак!

– Да не выдаю я никаких тайн! – огрызнулась Миленка оборачиваясь. – Весь город давно знает, что у нас здесь только стража осталась!

– Всё равно!

– Не слушай их, Антон, – Мили отмахнулась и снова повернулась к парню. – В общем, у нас только стража сама для себя готовит. Нас они кормить не обязаны. А ты с меню пристал. Хотя… – девушка хихикнула. – Наверное, если бы я сказала, что «Меню – это я», разговор бы вышел другим…

– Я согласен! – донеслось из-за стола слева.

– И я!

Но девушка не обращала на них внимания и продолжала:

– Просто подумай, как это выглядело со стороны. Если ты просишь меню, значит, хочешь выбора, а если хочешь выбора, то тебе не понравилась еда. Как еда могла тебе не понравиться, если ты её даже не ел? Без причины говоришь, что его еда плохая. Кому это понравится? Никому. Кто попробовал, и не понравилось, готовит себе сам или ест в городе.

– Как у вас здесь всё запущено… А еда и правда отстой. Каша какая-то сухая, слипшаяся и супер горькая, как и чай, – Антон отодвинул тарелку с недоеденной кашей подальше. – Я бы лучше приготовил. Хотя в камере кормили ещё хуже.

– Горькое полезно. Да и есть можно, – съела последнюю ложку каши Миленка.

Они встали и отнесли подносы с посудой на стол, где уже была гора грязной посуды, а затем вышли на улицу.

– Пошли присядем у пруда? Что-то у меня аж живот немного заболел от этой гадости… – пожаловался Антон.

– Идём. Это с непривычки. Скоро пройдёт.

Парень с девушкой подошли к ближайшей лавке в центре внутренней площади Ордена и присели на небольшом отдалении друг от друга. Только сейчас Антон оценил масштаб этого места — оно действительно занимало целый квартал, как и говорил Рэд.

Трёхэтажные здания из жёлтого камня с плоскими крышами квадратом окружали площадь, но не было чувства, что они давили на голову. Они были не далеко, но и не близко и скорее дарили ощущение защищённости, чем клетки. Прямо перед Антоном было нечто среднее между прудом и фонтаном. Из центра круглого бассейна, выложенного по периметру разноцветной каменной плиткой, прямо из воды росло огромное дерево с невероятно зелёной кроной. Оно было выше окружающих зданий, а цвет листьев не темно-зелёный, а салатовый, как у молодых побегов весной. Хоть сейчас была отнюдь не весна.

По пруду были словно разбросаны кувшинки с белыми цветами, небольшие кочки с разнообразной травой и поросшие мхом камни. Вода была тёмная, как в омуте, но при этом какая-то невероятно чистая, будто проточная. Над всем этим жужжали и носились разноцветные стрекозы.

Всё бы ничего, но из-за дерева виднелись ворота и напоминали парню, что просто так его отсюда не выпустят.

– Давай лучше туда, – Антон указал Миленке на скамейку, напротив, и быстро встал, пока та не отказалась.

Девушка пожала плечами и пересела вместе с ним.

Усевшись спиной к воротам, парень почувствовал себя намного лучше, пока не понял, что теперь смотрит на здание со столовой, и живот опять скрутило спазмом.

Так бы они и сидели молча дальше, но Мили взяла инициативу в свои руки.

– Как спал сегодня? – спросила она.

– Тебя правда интересует?

Миленка взяла Антона за руку и начала её гладить:

– Не бурчи. Сейчас заклинание прочитаю и сразу полегчает: у стрекозы не болит, у грифона не болит и у Антона не болит.

– Стало легче, спасибо. Ты маг, что ли?

– Не-а. Может, что-то снилось? – девушка с интересом посмотрела на парня и немного подвинулась поближе.

– Приснилось, что за мной гнались, – Антон продолжал разглядывать дерево.

– О-о-о! Интересно! Догнали? Кто гнался?

– Неважно. Это просто кошмар был. Давай сменим тему.

– Ну ладно… – Мили отпустила руку Антона и отвернулась. — Какие планы на сегодня? Можем выйти в город погулять. Хочешь?

– Хочу полежать. Плохо себя чувствую, – зевнул Антон. – Красивый у вас пруд. Успокаивает.

– Ага. Когда мне плохо, прихожу сюда и просто смотрю на воду, слушаю, как листья шуршат на ветру. Не так уж и много у нас здесь в городе деревьев. Парки есть, конечно. Но здесь как-то по-особенному уютно, – девушка вздохнула, встала и пошла к воротам. – Идём, покажу твою новую комнату.

Антон пошёл вслед за Мили. Они снова прошли внутренние ворота и зашли через деревянную дверь в каморку для стражи. Однако на этот раз их никто ни о чём не спрашивал и не останавливал. Молча покосилась стража на воротах, молча окинул взглядом Рэндел, читающий книгу в комнате отдыха, и они молча проскользнули в полутёмный коридор. Пропетляли пару поворотов, но, дойдя до лестницы вниз, свернули в другую сторону.

«Фух… Свернули, а то я думал меня опять куда-то в камеру, на допрос ведут. Хотя и не должны по идее. Я же все бумаги подписал».

Ещё один поворот направо, и они остановились у первой двери в коридоре. Самой что ни есть обычной и невзрачной тёмной деревянной двери, но на этот раз без окошек и решёток. Мили достала ключ и её открыла.

– Это теперь твоя комната, – с улыбкой сказала девушка. – В казармах таких немного, и они только командирам положены. Простые стражники спят общаком, – девушка нахмурилась и строго добавила: – Так что не вздумай жаловаться! – и тут же смягчилась. – Уборная дальше по коридору. Ключ от комнаты оставляю тебе. Можешь выходить и заходить, когда тебе удобно, хоть среди ночи. Никто тебя караулить под дверью не будет. Захочешь погулять в городе, иди в Дом Отдыха – вход рядом со столовой – и попроси дежурного меня позвать. Прогуляемся. У тебя есть ко мне какие-то вопросы по обустройству?

Антон нехотя огляделся. Узкая койка у стены, но уже с нормальной подушкой и одеялом. Стол со странным светильником, полка для книг над ним и один стул. Деревянный шкаф для одежды. Ещё один светильник на потолке, освещающий голые каменные стены без окон.

«Какие здесь могут быть вопросы? Та же клетка, но спасибо, что не на улице спать предлагают. Глотать трудно, будто ком в горле застрял и в груди болит. Дайте уже полежать!»

– Только один.

– Какой? – с интересом спросила девушка и заглянула ему в глаза.

– Оставишь меня? Я бы поспал ещё, – улыбнулся Антон.

От такого вопроса Миленка впала в ступор, но быстро вышла из него, а затем ударила Антона по руке.

– Ау… Больно же!

– Потерпишь. Встретимся за ужином, – Мили положила ключ на стол и вышла за дверь.

– Как за ужином?! – крикнул вслед парень. – А обед?!

Но никто ему не ответил.

«Кажется, она обиделась. Опять я виноват… Во всём я всегда виноват...»

Антон разделся до трусов, положил вещи на стул. Подошёл к двери в поисках выключателя, но была лишь круглая пластина со стрекозой справа на стене.

«Наверное, оно?» – подумал он и дотронулся до неё кончиками пальцев — свет потух.

Парень улёгся в кровать под одеяло и задумался:

«Надо было ложиться спать вовремя и не читать эту дурацкую книгу. Хотя чего это я? Книга-то вовсе не дурацкая, а интересная. Вот я тот ещё идиот… Надо было с самого начала не брать эту книгу. Тогда бы ничего и не произошло. Гениально! Почему я раньше до этого не додумался? Хотя если бы я додумался не брать книгу, то это был бы не я».

Антон быстро уснул, видимо, сказался весь пережитый стресс. Сам того не замечая, он проспал до самого вечера. Правда, когда проснулся, думал, что всё ещё обед – ни у него, ни в комнате часов не было.

Он оделся и отправился искать Миленку, но заблудился в казармах и был сопровождён на улицу весьма недовольным стражником, на которого случайно наткнулся. Тот чуть ли не выпнул парня из казарм.

«Можно и аккуратнее. Я живой человек и всё понимаю! Просто заблудился».

Мили парню долго искать не пришлось — девушка сидела у пруда, и тут же пригласила его на ужин. Судя по солнцу, было около шести вечера, и Антон решил, что это просто поздний обед. На этот раз даже повара не было, и они вместе пробрались на кухню к похожей на утреннюю кастрюлю. В ней снова оказалась каша, но уже желтовато-красная с мелкими кусочками мяса. Выглядела немного аппетитнее, но на вкус была почти такой же.

Антон снова уныло ковырял вилкой в тарелке и поглядывал на стакан с водой вместо «чая» и вторую тарелку с горкой нарезанного свежего хлеба.

«Похоже, на вкус моя свобода горькая, как каша, или пресная, как хлеб с водой. Ничего не поменялось… Как морили голодом, так и морят».

Он глянул на девушку — та увлечённо жевала свою порцию, запивая холодным отваром, будто это была лучшая еда на свете.

Не успел Антон подумать, что его жизнь хуже некуда, как к ним за столик подсел Энди со своим подносом. Но на удивление маг всё время молчал, поглядывая то на Миленку, что сидела напротив Антона, то косился на Антона, рядом с которым сел.

Доев, он встал с подносом и сказал:

– Мили, заходи через часик, в настолку поиграем.

– Нет, спасибо. Неохота.

– Почему? Тебе же нравилось… – погрустнел Энди.

– Просто не хочу. Пойду в город гулять лучше. Не обижайся.

– А это идея! Составить компанию?

– Энди, а тебе не нужно заявки принимать? Или ты хочешь прогулять свой пост из-за прогулки со мной? Я одна пойду, не хочу, чтобы ты из-за меня подставлялся.

– Так вечер… Всё равно никто не придёт уже.

– Энди!

– Ну… Ладно, – сдался маг и косо посмотрел на Антона. – Приятного.

Энди ушёл, а Антон тут же разошёлся.

– Мили, ты видела, как он на меня посмотрел?

– Как? – впервые за вечер Миленка взглянула на Антона.

– Косо! Будто презирает меня.

– Тебе показалось, – отмахнулась девушка и хлебнула «чаю». – Энди милашка и на такое не способен в принципе.

– Но я видел! – гнул свою линию парень.

– А я нет. Ещё раз говорю: тебе просто показалось. Как тебе каша? – сменила тему Мили.

«Настаивать не буду, но мне точно не показалось!» – подумал Антон.

– Как и утренняя. Не знаю, как вообще можно умудриться сварить что-то настолько несъедобное. Если бы её просто посолили, наверное, было бы лучше.

Парень с горя отодвинул тарелку и принялся жевать хлеб с водой.

– Антон, будь тише, – шикнула на него девушка, хоть сейчас в столовой никого больше не было.

– Извини. Но хоть тише, хоть громче. Навык готовки у повара от этого не вырастет.

«Я не ем то, что мне не нравится. Хоть от голода пухнуть буду… Это моё право!»

– Так! – девушка хлопнула ладонями по столу и вскочила. – Жди здесь и никуда не уходи!

Миленка убежала на выход, а Антон уставился ей вслед с чувством, что он уже подобное недавно слышал.

Хлеб был доеден, вода допита, в животе продолжало урчать с голодухи, а девушка всё не возвращалась. Антон разлёгся на столе и уставился в стену.

Хлопнула дверь, послышались шаги – ему не было дела.

Перед лицом поставили плетёную корзину, и аромат свежей выпечки сразу же защекотал нос. Парень взбодрился и сел — улыбающаяся девушка ему тут же всучила сосуд, похожий на калебас.

– Компот! – гордо заявила она. – И пирожки! Я взяла разные, не знаю, что ты любишь.

Антон схватил первый попавшийся и принялся жевать, запивая компотом прямо из горлышка тыквы-бутылки.

– Шпасибо! – сказал он с набитым ртом. – Вкушно.

«Наконец, нормальная, человеческая, вкусная еда! – мысленно радовался Антон, заедая пирожок с капустой пирожком с яйцом. – Тёплая! Не суп, конечно, но…»

Он посмотрел на Миленку, которая сидела, напротив, подпирала подбородок кулачками, довольно разглядывала парня, будто сама всё это приготовила за прошедшие двадцать минут, что её не было.

Антон взял единственную булочку с корицей и быстренько съел её, запив остатками компота.

«Булочка с корицей вкуснотища! Обожаю булки с корицей. Если я сейчас заикнусь про суп, она снова обидится. Лучше буду жевать и помалкивать. Может, завтра получиться где-то поесть вне этих стен… Правда, за какие деньги?»

Доедая последний пирожок, который оказался с яблоком, Антон окончательно подобрел и предложил:

– Ты хотела прогуляться вечером. Может, вместе пойдём?

– М-м-м… – Миленка отвела глаза в сторону и села ровно. – Думаю, это плохая идея. Ну… В смысле… Я хочу с тобой погулять! Но, поздно уже. Вдруг мы опоздаем, и они решат, что ты что-то нарушил, – она виновато посмотрела на парня. – Давай, уже завтра. А? У нас будет целый день. Можно будет ни о чём не переживать. Никуда не торопиться.

– Но ты же сказала, что хочешь пойти гулять.

Скрипнула входная дверь и столовая наполнилась шумом и гомоном – на ужин пришла стража.

– Идём на улицу, там поболтаем, – подмигнула парню Мили. – А то опять будут подслушивать.

Антон глянул на стражников — те весело переговаривались и делали ставки, но только не было понятно на что.

Миленка схватила корзину, бросила туда пустой сосуд и пошла к двери, мол, догоняй.

– А для нас пирожков не осталось? – спросил светловолосый парень в кожаных доспехах, на вид ровесник Антона.

Светловолосый стражник попытался перегородить Миленке путь, но та ловко от него увернулась:

– Обойдёшься!

– Может, ещё раз сгоняешь в пекарню? – крикнул вслед темноволосый стражник со шрамом на брови.

– Ножки есть? – обернулась к нему Миленка. – Есть. Сам топай! Я не нанималась вас кормить.

– А это идея! – подхватил первый стражник. – Я оставлю Энди заявку! Так и напишу: «Нанимаем Мили носить нам пирожки! Денег дадим!»

– Долго ждать будете. Срок-то не указали, – фыркнула девушка и выскользнула за дверь.

Антон пожалел, что замешкался и только вылазил из-за стола – все четверо мужчин обернулись на него и оскалились.

– Эй ты. Иди сюда, – поманил его пальцем светловолосый, и положил левую руку на рукоять меча.

Остальные стражники скрестили руки на груди.

«Это они мне тёмную решили устроить? – напрягся Антон. – Вчетвером на меня безоружного? Чувствую себя, как в школе, где меня ненавидят одноклассники только за факт моего существования».

Выход всё равно был в ту сторону, Антон и пошёл, на ходу пытаясь сообразить, как бы так их обойти и остаться при целых конечностях и зубах. «Хотя свобода с привкусом крови во рту меня не радует. Да и пойди потом докажи, что это они первыми напали, а не мне пришлось защищаться».

Антон молча остановился в трёх шагах от братвы, перегородившей путь, и уставился на них настолько нагло, насколько мог — руки в карманы, вызов во взгляде.

– Смотри, смелый какой, – усмехнулся со шрамом.

– Послушай нас внимательно, – продолжал светловолосый. – Не знаю, зачем ты понадобился Рэду, но он нам не особо указ. Во главе Ордена он не так давно, чтобы успеть доказать, что достоин нами командовать. А вот без нас он здесь не обойдётся. Будешь борзеть, мы тебя приструним, и Рэд даже не сразу узнает. Он довольно редко здесь бывает в последнее время. Не выйдет ему пожаловаться, как мамочке. Проявляй хотя бы уважение к тем, кто дал тебе пищу и кров.

– Кто же мне это говорит? Чел с большим размером головы и не очень большим размером её содержимого? – Антон сжал кулаки.

– Что? Не понял. Я сказал, ты услышал. А за сестру…

Дверь с грохотом отворилась, и с порога послышался возмущённый возглас:

– Антон! Где ты там застрял? Эй! Чего это вы его окружили?!

– Кто? Мы? Проход всегда свободен, – удивился белобрысый, оборачиваясь и делая шаг в сторону.

Антон быстро прошёл мимо, слегка задевая плечом второго стражника. Идея была плохая — врезаться в наплечник с металлической пластиной плечом, защищённым лишь рубашкой, но иначе было не пройти.

Ему вслед посмеялись, и дверь захлопнулась за его спиной.

«Фу-у-ух! – мысленно выдохнул парень, удаляясь от столовой. – Она меня спасла! Головорезы хреновы. Хоть бы во сне не прирезали! Буду закрывать дверь изнутри».

– Я хотела у пруда посидеть, – заговорила девушка, но здесь такое дело…

Антон глянул вперёд — «делом» оказался Энди, рассевшийся спиной к ним на скамейке.

– Вы же не ладите? – продолжала Мили. – Лучше нам вместе не сидеть. До завтра тогда, да? Я за тобой утром зайду!

Миленка побежала обратно к Дому Отдыха, будто чего-то стеснялась.

– Пока! – крикнул ей вслед Антон.

Энди обернулся. Антон сделал вид, что его не заметил, и обошёл пруд по дальней орбите.

«И что я буду делать в той конуре? Весь день спал. Снова спать? Хоть бы книгу оставили почитать… Изверги, но просить страшно. Подумают, что я снова хочу что-то украсть, а я не хочу! Мне нужна только книжка „2097“, и всё».

Стража на посту в туннеле вела себя приличнее тех, кто был в столовой, и путь Антону не преграждала. В каморке для отдыха было пусто, а когда он вышел в коридор, увидел на серой стене крупными чёрными буквами надпись «АНТОН» и стрелку под надписью. Такая же стрелка, но уже изогнутая, была и в конце коридора.

«Детский сад какой-то! – возмутился парень. – Да знаю я дорогу. Они надо мной издеваются».

Так, по стрелкам он до своей комнаты и дошёл.

На двери парня ждало неоригинальное граффити: пронзающий сердце меч. Романтично оно совсем не выглядело — скорее, как намёк на скорую смерть.

«Да пошли они все! Я всё равно буду жить, несмотря ни на что. Пусть делают что хотят. Осоку Антона так просто не сломить! Какими-то вшивыми граффити и дешёвыми наездами».

Парень зашёл внутрь, громко хлопнул дверью и закрыл её за собой на ключ. Ключ бросил на стол.

Глава 8. Вкус заботы

Антон

Утром Миленка несколько раз постучала к Антону — никакой реакции, даже шороха за дверью не было слышно. Слишком громко барабанить в дверь и кричать Мили не хотела, хотя бы потому, чтобы не будить стражу, отдыхавшую сейчас, после ночной смены. Поэтому девушка подождала несколько минут в надежде, что Антон откроет дверь.

За время ожидания Мили распереживалась, что Антону может быть плохо, и вообще, успев себе надумать невесть чего, девушка открыла дверь запасным ключом и ворвалась в комнату.

Антон лежал на кровати, укрывшись одеялом с головой. Миленка подошла и осторожно отвернула край — парень мирно спал, не обращая ни на что внимания.

– Антон, – тихо позвала Мили успокоившись.

Нет реакции.

– Антон! – откинула одеяло Мили.

Рыжеволосый парень снова накрылся одеялом с головой и перевернулся на другой бок. Тогда Миленка стала снова тормошить сонного парня.

– Антон, вставай на завтрак!

Антон лёг на спину и прищурил глаза от света.

– Сколько времени?

– Полчаса после рассвета.

– Офигеть… Ну и рань, дай поспать.

Антон закрыл глаза и продолжил спать, а Мили снова его растормошила.

«Какая настырная… Итак, всю ночь не спал, боялся, что стражники наведаются, но ей же не объяснишь».

– Чего ещё? — недовольно спросил он.

– Доброе утро для начала, — улыбнулась девушка.

– Добрее видел, – Антон потёр глаза. – На завтрак всё равно не пойду. Мне хватило вчерашнего позора и сухой каши. Больше не хочется.

– Я всё продумала! — воодушевлённо начала Миленка и села на край койки. – Помнишь, я говорила…

Антон, её перебил:

– Подожди! А как ты зашла? Я точно дверь на ночь запирал.

– У меня есть запасной ключ. Рэд дал. Вдруг тебе плохо сделается? Или свой потеряешь?

Антон недовольно нахмурился.

– Не переживай. Только у меня есть, и всё! Так вот… О чём это я? А! У нас в столовой можно и самим готовить. Вот этим мы с тобой и займёмся! Повар из меня тот ещё, но, думаю, что-то съедобнее строевой каши мы на двоих сможем изобрести.

«Зашибись… Теперь она может заходить в мою комнату, как к себе домой. А если я без трусов спать люблю? Будет подглядывать? Хотя это я утрирую, но мне идея с запасным ключом не нравится».

– Сама щедрость… А продукты мы где возьмём?

– Где и всегда — в лавке. Сходим на рынок у реки и купим чего-нибудь, а потом ты мне поможешь это приготовить. Что ты хочешь на завтрак?

Девушка так лучезарно улыбалась, будто сообщала Антону свою заветную мечту, которая должна была вот-вот сбыться, но парень не особо был впечатлён открывающимися перспективами.

«Зашибись. Прекрасно. Теперь я должен тащиться на какой-то рынок, а потом ещё всё утро готовить… И это после того, как даже поспать не дали нормально...»

– Потом сходим, – буркнул он и отвернулся к стене. — Плохо спал ночью.

– Нужно успеть купить пока всё свеженькое и вкусненькое, — Мили начала гладить его по обнажённому плечу.

Антон дёрнул плечом — она смущённо убрала руку. Посидела молча немного и снова спросила:

— Антон, ты меня слушаешь?

Антон демонстративно захрапел, но потом уснул по-настоящему. Что только Миленка не делала: и пыталась стянуть одеяло, и тормошила, и тащила за руки и за ноги. Антон был непреклонен. Наконец, девушке удалось стащить парня на пол. Но и здесь он не сдался — не вставая, стянул подушку с кровати и устроился спать на полу, снова укрывшись одеялом с головой.

– А-а-а! Ну и лежи голодный! – возмутилась Миленка и скрестила руки на груди.

– Наконец-то разрешили поспать… – в полудрёме сказал Антон.

Девушка топнула ногой и начала вышагивать по комнате, размахивая руками:

– Знаешь, что? Вот и ешь свою отстойную кашу до конца жизни. На здоровье! Это тебе она не нравилась, а мне нормально было! Всё для него делаешь… И лавку с продуктами нашла, и договорилась в столовой о времени готовки, чтобы никому не мешать. Всё это, пока он здесь дрых! Вечно так… Мечтаешь, мечтаешь, а потом… Получаешь совсем не то, что хотела… Я, между прочим, тебя люблю, заботиться о тебе пытаюсь! А ему ничего не надо… Насильно мил не будешь.

Антон открыл глаза и увидел грустный взгляд Мили. Казалось, девушка вот-вот расплачется.

«Меня любить? За что? Я буквально самый бедный человек во всём Эренске. Одежду мне и ту подарили. Объяснять бесполезно. Следующей ночью попробую выспаться. Не могу я позволить себе, чтобы девушка из-за меня плакала. Придётся встать, но та-ак неохота...»

– Отвернись, – сказал Антон.

– Не хочешь видеть мои слёзы?

– Не хочу.

– Без проблем! – крикнула Миленка и отвернулась, снова скрестив руки на груди и гордо задрав вверх носик.

– Тебя не учили, что неприлично подглядывать за голыми парнями?

– Да ладно, – буркнула девушка. – Чего я там у вас не видела…

– Может, и не видела, — Антон сел на полу и откинул одеяло, с которым не расставался всё то время, что девушка пыталась его разбудить. Потянулся и сказал, зевая: – Я, между прочим, из другого мира. Откуда ты знаешь, как у меня здесь всё устроено?

– Ха-ха. Антон… – Миленка улыбнулась и прикрыла рот рукой.

«Что? Опять чушь какую-то ляпнул? – думал он, вставая и подходя к стулу с вещами. – Будешь знать, как меня будить по утрам. Я, и выспавшийся, могу что-нибудь сморозить».

Только успел парень одеться и натянуть ботинки, как услышал вопрос уже с нотками интереса в голосе, а не обиды:

– Можно поворачиваться?

– Да, – ответил он, заканчивая завязывать шнурки и вставая.

– Ой… – Миленка подошла к нему и, улыбаясь, погладила по кожаной жилетке на груди. – Ты прям красавчик.

– Такой же, как и вчера, – Антон улыбнулся в ответ для приличия. – Нет?

– Нет. Сегодня ты ещё лучше.

– Ага. Сегодня я ещё больше не выспался, – зевнул Антон, прикрывая рот рукой.

Парень запер комнату на ключ. Девушка подхватила пустую плетёную корзинку с длинной ручкой, оставленную в коридоре, и пошла первой по коридору.

– Давай понесу? – предложил Антон, догоняя её.

Миленка согласилась и снова улыбнулась.

Они вышли к внешним воротам. Миленка взяла Антона за руку, и они прошли мимо стражников.

– Мили, а этот куда? – послышалось вслед. – Разрешение у него имеется?

– Этот теперь со мной будет. Всегда, – девушка обернулась. – У вас должен быть приказ Рэда, что ему можно выходить со мной. Или вы здесь расслабились и приказы не читаете? Главе доложить?

– Не надо ничего докладывать. Я вспомнил, Рэндел говорил. Можете идти.

– Идём, Антон, – Мили потащила за собой парня дальше по улице.

«Всегда? Звучит ужасно. Будто я правда здесь навечно застрял. С другой стороны, что мне терять? В том мире я был нищим без права на какой-то просвет в жизни, а здесь могу начать с нуля. Пусть я пока тоже нищий, но это же ненадолго? Как у них здесь деньги зарабатываются интересно? И кто платить будет за продукты в лавке? Я без денег. Надо спросить».

– Мили, а кто платить будет? Я без денег.

– Конечно, ты без денег. Ты же не отсюда, откуда тебе их взять? Я заплачу. Не парься. Просто выбирай, что нужно.

– Как это ты заплатишь? Нет. Я так не могу. Чтобы девушка за меня платила…

– У тебя есть другие варианты?

Антон мотал головой в знак отрицания.

– Когда нет вариантов, остаётся только не париться.

Антон шёл и вертел головой по сторонам — у него, наконец, появилась возможность увидеть мир, в который он попал. Вопреки ожиданию увидеть типичный грязный средневековый город, который рыжеволосый парень успел нарисовать у себя в воображении во время пребывания в застенках, здесь было чисто: никаких следов от животных или рек помоев, текущих вдоль улицы.

Они шли по тихой и безлюдной улице, вымощенной отполированной временем брусчаткой из разноцветного камня. Там, где была проезжая часть, она была разных оттенков жёлтого и терракотового, а вдоль домов тянулись светло-серые полоски, обозначающие пешеходную зону. Вместо сточных канав, ухоженные ливнестоки с решётками.

Слева от Антона возвышалась неприступная стена Ордена Ниев, высотой в три этажа без окон и дверей, не считая ворот. Напротив неё — трёхэтажные дома из жёлтого камня с красно-коричневой черепичной крышей. Белые ставни, занавески на окнах, цветы на подоконниках.

«Не всё так плохо, – подумал парень. – Вон, даже фонари вдоль улиц есть, похожие на наши электрические. Вполне себе современный город, как раньше были в Европе. Если бы не вооружённые люди на улицах».

Пара молча дошла до перекрёстка и свернула налево — на такую же тихую улочку. Они прошли ещё несколько кварталов, и им начали попадаться люди. Все девочки и женщины были одеты в платья в пол. Кто-то нёс в руках пустые корзины, кто-то с продуктами, у кого-то были сумки через плечо. А вот одежда мужчин различалась, будто они принадлежали к разным сословиям. Кто-то был одет как и Антон: в штаны, рубашку и кожаную жилетку, но с оружием на поясе. Иные прохожие просто в штанах и рубашке и безоружные. Но встречались мальчики и мужчины, одетые в нечто наподобие мундира со знаками отличиями на рукавах. Были и одетые в военную форму попроще, похожую на ту, в которой ходили члены Ордена.

– Мили, я так не могу, – первым нарушил затянувшееся молчание Антон. – Может, ты мне одолжишь денег, а я отдам, как свои появятся? Честно, честно, – Антон сложил ладони вместе.

– А это не одно и то же? Ведь ты платишь моими деньгами. Просто сам.

– Так мне психологически комфортнее, – выкрутился Антон.

– Босходи… Ой, – Мили прикрыла рот рукой.

– Смотрю ты от меня, фразочек набралась, – улыбался Антон.

– Кто такой этот Босходи? – поспешила спросить Мили.

– Эм… Ну… Просто так говорят, когда уже нет сил терпеть что-то.

– Понятно. Интересно.

Мили достала кожаный мешочек из кармана куртки и насыпала Антону в подставленные ладони горсть медных монет и пару серебряных. Антон пересчитал их и спрятал в карман штанов.

– Так-то лучше, – улыбнулся он. – Заработаю и обязательно тебе отдам!

– Не беспокойся, – отмахнулась девушка. – Можешь вообще не отдавать. Просто смирись, что ты мой гость, а значит — я тебя угощаю.

На следующем перекрёстке они свернули направо и оказались на вершине небольшого холма. Улица уходила вниз, а перед ними открылся вид на город и речную набережную.

– Рынок вон там, – Мили указала в сторону набережной. – Правда, за домами пока не видно.

«О! – обрадовался Антон. – Раз есть река, должна быть свежая и солёная рыба. Может у них здесь и суши есть? Или нечто похожее? Но, то потом… Когда денег раздобуду. Сегодня начнём с чего-то попроще, а то я даже цен местных не знаю».

Антон с Миленкой спустились к реке и прошлись по лавкам на набережной, набирая в корзинку продуктов для завтрака.

«Овсяные хлопья, грецкие орехи, мёд в банке, корица, яйца. Чего там ещё надо? Майонез. Это я и сам могу сделать. Нужно масло».

– Мили, а растительное масло, где продаётся?

– У нас есть в столовой.

– Тогда можем идти назад. Жрать хочу. Сил нет!

– Не жрать, а кушать. Идём.

На обратном пути Антон зазевался, разглядывая марширующий по улице кадетский отряд. Миленка свернула за угол стены Ордена, остановилась и с кем-то поздоровалась.

– Привет, Мили, – послышался радостный знакомый голос. – Не хочешь мне составить компанию, если не занята?

Здесь Антон догнал Мили и увидел Энди. Блондин тут же перестал улыбаться и неохотно поздоровался:

– Здравствуй, Антон.

– Привет.

Миленка взяла Антона за свободную руку, и внимание Энди переместилось на руки парочки, потом на корзинку с едой в руках парня.

– Занята я, – ответила девушка. – А ты куда идёшь?

– Я? – переспросил Энди.

– Ну не я же, – Миленка закатила глаза.

– А… К портному. Нужно новую форму заказать для новобранцев.

– А на заявках кто? – строго спросила девушка.

– Кто? – Энди перевёл взгляд с Мили на Антона и обратно.

– Я у тебя спрашиваю: «Кто?». Энди, ты сегодня спал вообще?

– А? Спал. Так это… Я Роя попросил меня подменить. Уж лучше он накосячит с заявками, чем с заказом на форму.

– Я бы на твоём месте сначала проспалась, а потом куда-то шла, – отчитала Мили Энди. – Двух слов связать не можешь.

– Всё Мили, – Энди потёр лицо руками. – Не дури голову. Пошёл я, а то так до вечера не вернусь.

– До встречи, – Мили помахала вслед другу, и потянула за собой Антона к воротам Ордена.

– Мили, а вы с Энди в каких отношениях? – осторожно спросил Антон.

– В нормальных.

– Я не про это.

Девушка на него обернулась:

– Ну… В дружеских, а в каких ещё?

– Ты видела, как он на тебя смотрел? Особенно после того, как ты взяла меня за руку?

– Что за намёки? – нахмурилась Мили. – У меня с ним ничего не было и вряд ли будет. Могло бы быть, но… – перестала хмуриться и обняла Антона за руку двумя руками. – Теперь у меня есть ты! Да и вообще, нормально он смотрел. Устал просто. Бессонница, наверное, мучила. Он в последнее как-то плохо выглядит… Или ты меня ревнуешь?

Девушка отпустила парня, и оббежав его, с интересом уставилась в его океаново-голубые глаза.

– Понятно… – многозначительно сказал Антон. – Не ревную.

Миленка вздохнула и снова взяла его за руку:

– Идём, пока овсянка не скисла.

«Овсянка это крупа! Она не может скиснуть… Ещё любовного треугольника мне здесь не хватало. Всё равно он странно на нас смотрел, как по мне. На подругу так не смотрят!»

До столовой пара добралась уже после окончания завтрака. Там было убрано и пустынно. На кухне тоже никого не было, и даже вся посуда была перемыта.

Антон оставил корзину с продуктами у дверей и огляделся. Кухня была узкой и длиной со входом по длинной стороне и большим окном в правом торце.

Слева от входа стоял высокий стеллаж, на две трети заполненный дровами. Перед стеллажом несколько корзин с углём и вёдра с золой. Вдоль стены напротив окна выдачи — один металлический закрытый шкаф от пола до потолка и три деревянных. Длинный массивный деревянный стол, две металлические плиты, окрашенные в белый цвет, и две высоких печи, выложенные из красного кирпича. Последние были чем-то похожих на старинные русские, как на картинках в сказках, которые парень читал в детстве, разве что поменьше и без лежанки сверху. Над столом и под ними были открытые полки с кухонной утварью: глиняными горшками, чугунными сковородками, стальными кастрюлями, всякими половниками, лопатками, прихватками и прочим.

Вдоль всей раздаточной стены тянулся ещё один длинный стол, в который были встроены две большие металлические раковины. Из стены над ними торчали краны. Над столом и мойками висели полки с посудой.

– Мили, извини за вопрос, но… На чём из этого мы будем готовить?

– Нам же просто кашу на двоих сварить? – задумалась девушка и потянулась к кастрюле на полке. – Можно и на плите, чтобы с печью долго не возиться. На этой, – она указала на ближайшую плиту.

– Нет. Мы варить ничего не будем. Хватит с меня варева! Нам нужна будет духовка. В смысле, чтобы запекать внутри. И сковородка.

– Ну, ладно. Тогда на! – девушка всучила ему тяжеленную чугунную сковороду и пошла за дровами. — А я пока огонь в печи разведу, а то не знаю, умеешь ли ты такими пользоваться.

Антон лишь обрадовался, что не придётся позориться с местными магическими печами и, отложив сковороду в сторону, нашёл глубокую миску. Принялся смешивать овсяные хлопья с орехами, корицей и солью, искоса подглядывая за девушкой, чтобы потом самому справиться, если снова понадобиться.

Вопреки его ожиданиям, она начала складывать в печь самые обычные дрова со щепками и пытаться разжечь их чем-то похожим на обычные спички, только длинные.

Парень влил в смесь мёду для сладости и добавил растительного масла для обжарки.

– Нам повезло, что печь ещё тёплая, – приговаривала Мили. – Не придётся долго ждать, чтобы начать готовить.

– А я думал, у вас здесь плиты на магии, – задумчиво сказал Антон, помешивая смесь.

– Магия у нас дорогая, – всё воевала с печью девушка, пытаясь поджечь дрова. – Проще готовить на дровах и угле, а её использовать для чего-то более полезного. Например, еду хранить тёплой или холодной, или воду в кран подавать, чтобы не бегать с вёдрами к колодцу. Наш город, один из немногих, где у каждого в доме есть водопровод, а у каждого второго — холодильный шкаф. За городом подобное редкость, но тоже бывает на постоялых дворах. А есть страны, где это роскошь, доступная дворянам и зажиточным людям. Нам вообще повезло – прямо через город течёт магическая река — пей сколько хочешь, вся вода в городе бесплатна. А за границей один небольшой пузырёк стоит целое состояние.

– И сколько мне надо её выпить, чтобы магом стать? – с интересом спросил Антон, высыпая смесь в сковороду.

– Тебе — нисколько. – Рэд говорил, что на тебя магия не действует, значит, магом тебе никогда не быть. Да и мне тоже, здесь сложнее, чем просто воду пить.

В печи, наконец, запылал огонь, девушка закрыла дверцу и распрямилась:

– Дальше сам. Еду засовывай сюда, – она указала на большую металлическую дверцу-заслонку, – а я напитками займусь. Ты медовый лимонад с имбирём любишь?

– Не знаю. Не пил ни разу, но готов попробовать.

Антон засунул сковороду в печь и подвинул левее, чтобы осталось место для противня. Оставил обжариваться на сорок минут.

«Огонь пока в самый раз. Ничего не должно подгореть. Дальше в программе завтрака воздушная яичница в виде облака».

Антон приготовил домашний майонез, затем отделил белок от желтка.

«Теперь нужно взбить белок, но где взять венчик? Интересно, в её мире вообще есть венчик? И как он называется? Скажу, что просто штука для взбивания нужна».

– Мили, а у тебя есть такая штука для взбивания? – Антон изобразил ложкой вращательное движение. – Просто что-то для взбивания.

– Ага. Венчик называется, держи.

Парень немного смутился, но венчик взял. Взбил белок до пенообразного состояния, посолил и ещё чуть взбил. Затем выложил белок в два небольших, но глубоких глиняных горшочка, сделал углубления для желтка.

«Чпок и чпок. Затем майонез и немного поперчить, а сверху снова накрыть белком».

Когда всё было готово, Антон положил горшочки со смесью на противень, добавил немного хлеба, который после запекания станет гренками, и отправил всё в печь.

«Нужно именно пять минут запекать, чтобы желток не заварился, а был жидким, – подумал Антон и огляделся — часов нигде не было. – Что за мир такой без часов? Придётся секунды считать, что ли?»

– Мили, часы здесь есть?

– Зачем они тебе? – удивлённо спросила девушка.

– Ясно…

«Один, два, три…»

Благо Мили его не отвлекала разговорами, со счёта он не сбился и вскоре достал два облачка. Разложил по тарелкам и разделил гренки поровну.

– Мили! Завтракать. Захвати ложки, – позвал он девушку и понёс поднос с едой в столовую к ближайшему столику.

Пока Антон всё расставлял, Мили подошла с напитками и ложками. Улыбнулась.

– Это что?

– Вкусный и необычный завтрак. Воздушная яичница в виде облака.

– Запечённое облако?! Ух ты! Не терпится попробовать, – Мили облизнула губы.

Они сели рядом за стол, каждый взял по ложке и принялся смаковать лакомство.

– Вкуснятина! – зажмурилась от удовольствия девушка. – Какие сладкие облака.

– Спасибо, но я вроде поперчил только. Ха-ха.

– Да? Немного чувствуется, но замечательно ведь! Никогда не ела подобного. Разве в нашей столовке такого дождёшься? Надо было назвать твоё творение не яичница в облаке, а солнышко в облаке.

– А почему солнышко в облаке?

– Потому что ты моё солнышко, – Миленка коснулась ботинком ноги Антона под столом.

– Ой… – тут же вскочил парень. – Извини, там гранола почти готова, пойду достану.

– Ага… – расстроилась Миленка.

«Это что такое было? Намёк? Что она меня действительно любит? Вот реально? С первого взгляда, что ли? Разве такое бывает…»

«Конечно, дубина ты! – спорил с Антоном его внутренний голос. – Когда уже поймёшь, что она тебя любит?»

«А тебя никто не спрашивал!» – продолжал пререкаться сам с собой парень, доставая сковороду из печи.

Антон вдохнул, взял большую пиалу и высыпал в неё готовую гранолу. Вернулся и поставил пиалу с гранолой между собой и девушкой.

– Это называется гранола. Аналог сухих завтраков в моём мире, только полезнее. Попробуй.

Миленка смотрела на тарелку, но не решалась пробовать.

«Почему она не ест? На ту отстойную кашу она даже не смотрела, а здесь присматривается, принюхивается. Будто отравить хочу...»

Антон начал есть гранолу сам и пить лимонад, что приготовила Мили.

«Хм… Неплохо. Даже вкусно. Как она его сделала?»

– Ты просто мёд в воду положила?

– Ага, и кусочки имбиря немного поварила в воде, затем добавила имбирную воду. Вкусно?

Антон на несколько секунд задумался:

– Вкусно.

– Тебе правда понравилось? – уточнила девушка.

Антон снова задумался.

– Ага.

– Так и знала…

– Что?

– Что тебе не понравится.

– Моя гранола тебе тоже не очень, да? Между прочим, орехи весьма сытный продукт. Если ты переживаешь, что она недостаточно сытная.

– Просто ты сказал, что это сухой завтрак, а сырую кашу я есть не люблю. Я пробовала как-то от безысходности. – девушка смутилась. – Извини.

– Приехали… Сухой завтрак это завтрак, который не нужно готовить, потому что он уже готов. Просто покупаешь пакет с завтраком, и всё. Можно добавить молока по вкусу, а можно прямо из пачки есть. Чего бы я тебе сырую овсянку предлагал? Сама говорила, что нельзя говорить, что невкусно, пока не попробуешь.

– А… Точно! Ты же эту гра-анолу готовил! Выходит, что она как бы варёная, но сухая?

– Обычно гранола жаренная, но здесь скорее печёная.

Миленка с недоверием взяла несколько слипшихся кусочков и закинула себе в рот.

– Вкуснотища! – тут же просияла она. – Как у тебя получается так готовить из обычных продуктов? Ты обладаешь секретной магией готовки? Тебе надо поваром работать!

Миленка продолжала уничтожать гранолу, а Антон просто смотрел на неё и иногда потягивал лимонад.

«Неужели моя стряпня кому-то понравилась кроме меня? – не верил парень своим глазам, разглядывая её счастливое лицо. – Или притворяется? Все девушки любят притворяться, когда им от тебя что-то надо. Но обычно видно фальшь, а здесь нет… Удивительно».

– Можно я возьму на задание? – спросила Мили.

– Бери, конечно. А тебе скоро уходить?

– Буквально сейчас, только к Энди зайти надо и кое-что уточнить.

– И каждый день ты так будешь уходить?

– Ну да! Есть-то на что-то надо. Ой… Извини, это был не упрёк.

– Понятно. Значит, днём я буду в Ордене тухнуть… – возмущался Антон.

«Погодите-ка. Чего это я возмущаюсь? Я хоть сутки могу в комнате один просидеть. Мне не привыкать к одиночеству, но почему-то хочется быть рядом с Мили. Гулять, общаться… Странное чувство. Совсем не похоже на каких-то там бабочек в животе...»

– Можешь прогуляться по внутреннему двору Ордена. Изучить здания, куда тебе можно заходить. Ты же помнишь, куда тебе можно заходить? – уточнила Миленка.

– Помню.

– Вот и отлично, – Миленка начала собирать грязную посуду.

– Оставь. Я сам всё соберу и помою. Не беспокойся.

– А ты кран сможешь включить? – с недоверием спросила девушка.

– Уж разберусь как-то, – буркнул Антон. – Иди, а то на задание опоздаешь.

– Ха-ха. А если не разберёшься, у Рэндела спросишь или у Энди? Давай покажу. Мне всё равно заслонку в печи надо закрыть, чтобы огонь потух.

Аргументы были железные, и Антон сдался, но прогнал девушку от мойки, как только та показала, как включается кран. Оказалось, ничего сложного — такая же круглая пластина в стене, как и выключатель в комнате. Да и кран был такой же, как в уборной на его этаже в казармах.

После того как с посудой было покончено, Антон подождал, пока потухнет печь, чтобы не устроить пожар ненароком, и вернулся в свою комнату. Однако долго просидеть там не смог и вышел гулять. Парень наворачивал круги по площади, сидел на разных скамейках, заходил в разрешённые здания. Даже успел побесить Энди своим присутствием, и довольный пошёл на обед.

В столовой он просидел четверть часа, но так никто не появился. Потом лишь он вспомнил, что и вчера был лишён обеда. Пришлось доесть остатки гранолы, которые Миленка забыла с собой прихватить.

Ещё несколько часов он просидел на скамейке, всё ожидая, что обед просто «задерживается», но так и ушёл ни с чем к себе.

«М-да, похоже, мне здесь надо готовить себе впрок, – размышлял Антон под ставшее уже привычным урчание в животе. – Где же Мили? Долго она там будет на своём задании? Чёрт! Я же не спросил! Вдруг она сегодня не вернётся… У неё же не работа с девяти до пяти. Может она охранять, нанялась кого на неделю… Тогда я попал! Мне что снова эту кашу на ужин жрать? Нет! Объявляю голодовку!»

Парень поворочался на койке, но сила воли как-то быстро проседала под натиском требований желудка.

«Может, у Энди спросить, когда она вернётся? Без неё я даже печь не разожгу… Ага, так мне он и ответит. Скажет: через месяц! И поржёт вдобавок. Тоже мне душка, а не парень. Упырь самый настоящий! Душки так не отвечают на вопрос, хотя я не и спрашивал ещё. Базовая база для меня. Сам спросил, сам ответил, сам накрутил себя, сам себя поругал за то, что накрутил себя. Эх… Вот бы сейчас курочку печённую в специях да с картошечкой и укропчиком», — подумал Антон и облизнул губы.

Антон засыпал от безделья ближе к вечеру и думал не о том, как он оказался в этом треклятом мире, а о совсем другом.

«Хочу, чтобы Мили вернулась поскорее. С ней даже обычная гранола вкуснее… И мир не такой серый и унылый, а красочный. А как она меня по голове гладит? Обожаю!»

Не в силах больше терпеть тоску, Антон ходил взад, вперёд по комнате в ожидании. Затем он начал двигать мебель, но понял бесперспективность занятия и вернул всё как было. Снова лёг на кровать.

«Тьфу! Теперь ещё и мышцы саднят. Рука чешется…»

Глава 9.1. Вечерняя прогулка

Миленка

С задания Миленка возвращалась в приподнятом настроении: в кармане позвякивали заработанные монеты, на плечах красовалась отремонтированная портным любимая куртка, а в руке — коробка с новым платьем, туфельками и сумочкой.

«Солнце ещё высоко, – радостно думала девушка, – на небе ни облачка, мне обещали придержать столик поближе к воде, чтобы мы не сидели на проходе. Вечер, как под заказ!»

Подходя к воротам Ордена, Миленка спрятала улыбку, чтобы никто из стражи не подумал, что это она им улыбается, и быстро прошмыгнула внутрь.

Не то, чтобы в Ордене не было больше девушек, просто сейчас здесь постоянно жила только она, вот и приходилось терпеть сконцентрированное внимание к своей персоне от скучающих на посту мужчин.

Ни разу за время своего членства в Ордене Мили не слышала и не видела, чтобы на их штаб кто-то нападал. Порой ей казалось, что вся эта охрана на входе — просто дармоеды. Вот кто будет нападать на боевой орден посреди тихого и спокойного города? Она считала, что отгонять зевак хватило бы и одного-двух человек.

Быстро отдав заявку Энди и сбежав от него, прежде чем он снова попытается её куда-то пригласить, Мили поднялась к себе. Разложила на кровати светло-зелёное платье с коричневой вышивкой по линии декольте и на подоле. Достала из шкафа пояс в тон вышивки — приложила. Полюбовалась и ушла купаться.

Через полчаса из комнаты уже выходила девушка в простом, но элегантном платье в пол и с красиво уложенными в высокую причёску волосами. В руках лишь небольшая сумочка и никаких тебе мечей на поясе, ни ножей в потайных ножнах. Впервые за последние несколько лет Мили захотелось почувствовать себя обычной девушкой до кончиков ногтей. На свидания она и раньше ходила, но обычно особо не наряжалась.

«Надеюсь, Антону, понравится, – думала девушка, подходя к воротам. – Я специально выбирала платье попроще, чтобы подходило к его одежде, и мы вместе хорошо смотрелись. А нет… Так и будет! Будем считать, что для себя наряжалась!»

Реакция стражи не заставила себя долго ждать. Один присвистнул, другой открыл дверь с поклоном и учтиво произнёс:

– Миледи, прошу вас.

Двое за спиной тихо переговаривались и делали ставки: сольёт чужак свидание или нет. Ставки были не в пользу Антона.

Миленка закатила глаза и молча зашла в каморку для стражи. Оставалось пройти ещё одно испытание на пути к прекрасному принцу — «дракона» Рэндэла. Но начальника стражи там не оказалось. Девушка вышла в коридор, подобрала подол платья и побежала к любимому.

У двери с нарисованным сердцем она остановилась, чуток отдышалась и тихо постучала. Подождала. Тишина.

«Может, он ушёл куда-то? Вот я буду выглядеть дурой, если его не окажется… Не бегать же в платье за ним по всему Ордену. Засмеют… Надо же было предупредить, что я вечером зайду. Вот я дура! И ключ от его комнаты в штанах остался. Бли-и-ин…»

Ни на что не надеясь, Мили всё же повернула дверную ручку.

«Открыто! – девушка чуть не запрыгала от счастья. – И Антон здесь! Милый такой, когда спит и не бурчит».

Антон лежал в одежде на кровати, закинув руку под голову, а вторую пристроив на животе, и снова спал.

Ей так не хотелось будить своё спящее рыжее солнышко, что она тихо присела рядом и начала гладить Антона по волосам, собирая прядки волос.

Как-то незаметно для себя, девушка полуприлегла рядом — облокотилась на подушку локтем и, подперев голову рукой, продолжила любоваться парнем.

Сначала Антон спал спокойно, но потом глаза начали бегать под веками и дыхание участилось. Пару раз он даже вздрагивал всем телом. Миленка всё смотрела на него и не могла решить: будить его или дать досмотреть сон до конца.

«Ведь бывает же, что разбудишь человека из лучших побуждений, а кошмар, с которым он не успел справиться во сне, потом начинает и наяву преследовать».

Прошло полчаса. Миленка уже решила, что пора всё же будить.

Вдруг Антон резко открыл глаза и от неожиданности заорал на всю комнату, увидев лицо Миленки рядом со своим:

– А-а-а! Эй, ты чего здесь?!

– А-а! – девушка перепуганно вскочила с кровати. – Да я так… В гости зашла. Ты чего так разорался?!

– Кошмар приснился.

– Опять?

– Снова, чтоб его, – поморщился Антон

– Расскажешь, что приснилось? – Мили снова присела на кровать, но теперь лицом к Антону.

Антон, продолжал кривиться, решая рассказывать или нет, но потом заговорил:

– Ладно. Приснилось, что загнулся от выстрела в живот, а они стояли и ржали. Вроде приснился сон утром, а до сих пор трясёт, как глаза закрываю. Аж закурить хочется…

– Это как, «закурить»? – поинтересовалась Миленка.

– Э… В смысле как? – удивился в ответ Антон.

Миленка сидела и хлопала глазами.

– Ну… Это… Поджигаешь сухие листья, насыпанные в бумажную трубочку, и вдыхаешь дым. Говорят, успокаивает.

– Как? Обычные листья?

– Нет же. Специальные. У вас, наверное, нет таких.

– Интересно… Думаю, таких листьев у нас действительно нет, но как-то и не хочется пробовать. А сон совсем был ужасный?

– Ага.

– За что же в тебя стреляли? Из арбалета или из лука?

– Почти… Не знаю за что… – Антон совсем сник.

Загрустила и Миленка:

«Похоже, он снова не в духе. Даже не заметил, что я в платье пришла. Эх… Всё зря! Но надо идти, раз уже договорилась. Пусть и одной… Глупо будет, конечно… Так! – наругала сама себя девушка. – Выше нос, Мили! За шкирку — и в кафе его!»

– Так, Антон! Сегодня твой счастливый день! – начала девушка.

– Ты в библиотеку меня поведёшь? – ляпнул Антон и тут же слегка побледнел, видимо, понял, что сболтнул лишнего.

«Кто это устраивает свидания в библиотеке?!» – мысленно удивилась девушка.

– Нет же, балда, – хихикнула Мили и хлопнула Антона по груди. – Вставай, пошли.

Антон встал с постели, поправил покрывало и вышел из комнаты. Когда парочка вышла за ворота, Антон не мог не спросить.

– Так куда мы идём всё-таки?

– Сначала у меня для тебя подарок. Закрой глаза, подставляй руку.

Парень повиновался желанию девушки. Мили открыла сумочку и достала небольшой кожаный мешочек на завязках и положила Антону на протянутую ладонь:

– Открывай глаза. Кошелёк – подарок, а содержимое потом можешь вернуть, раз иначе не можешь. Идём мы на набережную. Буду кормить тебя нормальной едой, — девушка улыбнулась и добавила: — Чтобы поменьше бурчал. Надеюсь, ты рыбу любишь?

Антон нахмурился, но кошелёк в карман убрал:

– Надеюсь, не морскую? Терпеть не могу морепродукты. От одного вида тошнит.

– Какую ещё морскую? – рассмеялась девушка. – Где ты здесь море увидел? Речную, конечно же.

– А… — парень вмиг просиял от счастья. — Речная рыба — это самая лучшая еда! Особенно, если это суши или вместе с онигири съесть. Спасибо за подарок. Деньги потом обязательно верну.

– Никогда о таком не слышала. А что такое «суши» и «онигири»?

– Суши — это солёная рыба, завёрнутая в варёный рис, а онигири делают из пресного риса, слепленного в виде треугольника или шара. Затем онигири заворачивают в небольшой лист водорослей.

– Разве можно сырую рыбу есть? Это безопасно?

– Не совсем. Но люди любят рисковать, а я не особо. Обычно беру себе суши из запечённой рыбы. Они вкуснее, как по мне.

- И безопаснее.

- Точно!

Пара не спеша прогуливалась по вечернему городу. Над головой — розово-голубое небо с синими и оранжевыми росчерками облаков. Перед глазами один за одним зажигаются уличные фонари, будто путеводные огни, указывающие дорогу к счастью.

Антон всё долго и увлечённо рассказывал девушке о способах приготовления суши и другой еды, а Миленка, далёкая от кулинарии, уже устала про это слушать, но из вежливости не перебивала.

Когда парень наконец умолк, девушка быстро перевела тему:

– Давай, по вечернему городу погуляем после кафе? Недолго, чтобы до полуночи вернутся.

– Иначе карета превратится в тыкву… – вздохнул Антон.

– Ага. А прекрасный принц в нудного бурчуна, – хихикнула девушка.

– Я правда такой нудный?

– Ты — замечательный!

Мили воспользовалась моментом и, обхватив руками руку Антона, прильнула головой к его плечу.

– Можем и погулять после кафе, – перевёл тему Антон. – Только странно здесь у вас. Днём все при оружии, а ночью – многие без. У вас, что, ночью безопаснее, чем днём?

«Я бы не сказала. Ха-ха… Но ему это знать не обязательно».

– Если ты про меня, так я же с тобой! – Миленка потёрлась щекой о плечо Антона. – Ты такой большой и сильный. Ты ведь меня защитишь?

– Придётся…

«Что значит: придётся?! – мысленно возмутилась девушка и отпустила Антона. – Я и без меча могу за себя постоять!»

Антон замялся, но быстро схватил Миленку за руку:

– Я не это хотел сказать. Конечно, я девушку в обиду не дам.

«Девушку? Не „тебя“? Что же красавчики все чёрствые? Наверное, у него там было много красивых девушек. Куда мне?»

– Так куда идти? – спросил Антон, видя, что они до сих пор стоят посреди улицы.

– Прямо! – обиженно крикнула Миленка и указала рукой вперёд. – На перекрёстке направо, до самой набережной и снова направо. Вывеска «На дне рождения у сома». Не пропустишь. Столик заказан на Мили О’Нию. Но можешь и без меня! Найдёшь меня потом в пекарне возле Ордена — отведу домой.

Мили развернулась и пошла обратно. На них начали поглядывать прохожие. Кто-то качал головой, кто-то неодобрительно косился на парня, а кто-то сочувственно смотрел вслед девушке.

Антон тоже обернулся и смотрел ей вслед. Догонять не спешил. Но здесь на перехват безоружной девушки свернул какой-то щёголь в песочном мундире и с мечом на поясе. Антон решил, что всё же Мили надо вернуть, пока непонятно кто и непонятно куда не увёл. Антон побежал за ней.

– Стой! – схватил он Миленку за руку — и вовремя!

– Девушка, у вас всё в порядке? – подошёл к ним песочный мундир.

– У нас всё в порядке, – огрызнулся Антон.

– А вы, собственно, кто? – мужчина посмотрел на Антона.

– Её парень. Идите своей дорогой, уважаемый.

– У нас всё в порядке, – сменила гнев на милость Миленка.

Она сделала шаг к Антону и с любовью обняла его за талию.

– Это мой парень. Мы просто повздорили. Благодарю, что охраняете наше благополучие.

– Тогда приятного вам вечера, – учтиво кивнул мужчина и ушёл.

– Антон, – шепнула Мили, – это была городская стража. Лучше их не злить. Загремел бы сейчас в настоящую тюрьму на ровном месте.

– Понял… Идём уже в твоё кафе. И не убегай больше, ладно? Ты вон в платье и без меча. Вдруг на тебя кто-то нападёт?

– Так ты заметил, что я в платье? — Миленка улыбнулась и на него посмотрела снизу вверх, продолжая обнимать.

– Конечно, заметил! – возмутился Антон, но, прежде чем он успел ещё что-то сказать, в животе предательски заурчало.

– Идём тебя кормить, – хихикнула девушка, погладила его по животу и отпустила. – А то ты у меня какой-то вечно голодный.

– А каким мне ещё быть? – буркнул Антон, затем взял её за руку и повёл обратно в сторону набережной. – В вашем Ордене обедать, как я понял, не принято.

– В смысле днём есть? – переспросила Мили.

– Угу.

– Так у нас во всём мире все едят два раза в день: утром и вечером. Ну, кроме обжор всяких.

– И как так жить? Обед – это же главная еда дня! Можно пропустить завтрак или ужин, но не обед!

– Да нормально мы живём. У нас главная еда — ужин. А если три раза в день есть, то это что получается? Только и есть с утра до вечера, что ли? А когда дела делать?

– В моём мире некоторые и пять раз в день едят, и дела успевают…

– У вас там, наверное, мир толстяков, – засмеялась девушка.

– Я что, по-твоему, толстый?

– Ты – замечательный…

В кафе под открытым небом «На дне рождения у сома» было многолюдно и шумно. Небольшие, круглые столики на четверых были расставлены на каменном причале у водной глади. Столики были огорожены десятком тонких и высоких столбов, между верхушками которых был натянут навес, а под ним хаотично развешены светящиеся кристаллы.

У причала была пришвартована небольшая ладья. Вместо мачты с парусом на ладье высилась полуоткрытая надстройка на всю длину судна. На крыше красовалась разноцветная вывеска с большим усатым сомом на «дне» реки в окружении камешков и водорослей. А под крышей с десяток поваров в белых одеждах устраивали из процесса готовки целое представление. В воздухе витал сногсшибательный аромат жареной рыбы и специй.

– Как обалденно пахнет! – потянула носом Миленка. – Вон, наш столик!

Свободный столик здесь оставался только один — самый крайний справа, у воды. Одним словом — самый уединённый.

Антон с Миленкой расселись друг напротив друга, боком к реке.

Вскоре подошёл молодой служащий и устало заговорил:

– Прошу прощения, этот столик забронирован.

– На моё имя, – улыбнулась Миленка. – Я Мили О’Ния.

– Добро пожаловать в наше кафе, – уже бодро улыбнулся парень. – Вот меню.

Служащий ушёл. Антон открыл меню, а Миленка, перегнувшись через стол, начала тыкать в меню пальцем:

— Если хочешь быстро, вкусно и сытно, выбирай суп дня и вот эту жареную рыбу. Гарнир — любой. Я буду то же, что и ты. И вот этот тортик на десерт.

– Подходит, – согласился Антон.

Миленка тут же помахала своим меню, и к ним поспешил служащий.

Антон сделал заказ и уставился на реку, подперев голову рукой. Вид у него был «не трогайте меня, пока не поем». Миленка и не трогала — задумчиво смотрела на реку вместе с ним.

«Может, я слишком навязываюсь? – думала она. – Наверное, надо переставать на нём виснуть, а то ещё сбежит, как от проказы. Похоже, я ему не особо нравлюсь. Иначе бы… А что иначе? – вдруг испугалась она. – Как я не подумала, что в его мире могут быть другие порядки?! Вдруг в его глазах я веду себя как последнее непонятно что?!»

Девушка медленно повернула голову в сторону Антона – тот продолжал безучастно смотреть на реку.

«Как же спросить-то? Чтобы не показаться странной…»

Миленка закусила губу и отвернулась к реке.

«Та-ак… Что мы имеем? Хоть раз он сам меня брал за руку? Вроде, нет. Разборки со стражей не в счёт. Обнимал в ответ, когда я его обнимала? Нет. Может, просто стесняется? Красавчики никогда не стесняются! Значит, это другое… Получается, что он не дёргается от моих прикосновений, только когда спит. М-да… Похоже, я для него — как Рэндэл для меня. Только сбежать он от меня не может, ведь я его конвоир. Придётся больше на нём не виснуть и даже за руку не хватать, а то ещё возненавидит…»

Миленка тяжело вздохнула.

– Ваш заказ! – радостно воскликнул подошедший служащий и принялся расставлять тарелки.

Пара за столом вздрогнула от неожиданности.

– Действительно, быстро! Зачёт и уважуха! – обрадовался Антон.

Он пододвинул к себе тарелку дымящегося супа, выудил кусок рыбы и тут же отправил себе в рот. Съел пару ложек юшки и довольно заявил:

– Вкуснотища! Как уха на костре из судака или осетра.

– Ага, – Миленка помешивала суп в тарелке и есть не спешила.

– Чего не ешь? – спросил Антон.

– М-м-м… Что-то не хочется… Может, ты мой суп съешь, раз тебе нравится? А то я заказала и поняла, что так много не съем.

– Давай! – обрадовался Антон, и вторая тарелка супа перекочевала к нему.

Пока парень уплетал всё за две щеки, девушка, надумав себе непонятно чего, уныло ковыряла вилкой жареную рыбу. Но потом собрала волю в кулак и быстро всё съела.

«Так! – приказала Мили сама себе, продвигая десерт. – Не раскисать! Может, он просто стесняется? Ну та-ак… Немного. Будем тогда пока просто друзьями, а потом… – кусочек воздушного бисквита с кремом отправился в рот и начал таять на языке. – Потом у нас всё случится!»

На мысли о «случится» девушка мечтательно улыбнулась и продолжила есть торт.

Когда Антон с Миленкой закончили ужинать, на город опустилась ночь. Кристаллы над головой теперь напоминали большие звёзды. Они горели достаточно ярко, чтобы и видеть, что ешь, но и достаточно тускло тем самым, создавая интимную вечернюю атмосферу.

– Что-то ещё будешь? – спросил Антон, отодвигая от себя последнюю пустую тарелку.

– Нет. Идём гулять.

– А где здесь платить?

– На корабле, у входа.

– Я сейчас.

Миленка смотрела вслед Антону, который ушёл платить.

«Вот как мне ему понравится, а? Даже главное женское оружие – платье – не сработало. Или с платьем что-то не то, или со мной… А если я полезу к нему целоваться, то вообще невесть что обо мне подумает… М-да…»

Увидев, что Антон уже возвращается, Миленка махнула ему рукой и пошла на выход из кафе.

– Куда пойдём? – догонял Миленку Антон.

– Можем просто прогуляться вдоль реки на вон тот мост, – Мили показала на мост через тёмную гладь воды, подсвеченный снизу магическими огнями. – С него лучше видно звёздное небо.

Антон потянулся взять Мили за руку, но девушка шла, разглядывая отражающиеся в реке фонари, и его жеста не заметила. Теперь она держала ручку сумочки двумя руками. Невзначай взять её за руку у парня бы не получилось, но он решил проявить инициативу.

– Позволишь? - Антон взял Мили за руку.

Девушка с лёгкой улыбкой на лице кивнула в ответ, а затем снова сделала грустное лицо.

Дальше они гуляли за руку, но выглядело это так, будто папа гуляет с дочкой. Миленка была Антону по плечо.

Шумное кафе осталось позади. Вдоль набережной неярко горели фонари и прогуливались парочки, но, в отличие от Миленки с Антоном, они шли в обнимку.

– Мили, расскажешь что-нибудь о себе? – первым заговорил Антон. – Кем работаешь? Что любишь делать?

– Я? – вздрогнула девушка, выныривая из своих мыслей. – Я окончила кадетское военное училище и теперь тружусь как наёмник. Что люблю делать? Люблю гулять, путешествовать, быть на свежем воздухе. Ещё… Встречаться с новыми людьми, слушать интересные истории. А ты?

– Я работаю библиотекарем. Люблю книги читать. А ты книги любишь?

– Не сказала бы, что прям люблю, но и не ненавижу. Иногда могу что-то почитать, но по делу. Про оружие, например, или техники рукопашного боя, или что-нибудь ещё военное. Только не историю! Это скука смертная. Разве что от бессонницы может помочь. А ты, значит, книжный фанатик? – подшутила Миленка.

– Не называй меня фанатиком, я просто очень люблю книги… А мне запретили ходить в библиотеку Ордена! Будто в душу плюнули, – сказал Антон на эмоциях.

– Извини, – меланхолично ответила девушка. – Опять я на больную тему заговорила. Я бы тебе вынесла что-то почитать из отдела общих знаний о нашем мире, но сам понимаешь, вынести ничего не могу. Своей библиотеки у меня нет. Могу у Энди попросить пару книг для тебя. Хочешь?

– Нет, спасибо, – ковырял Антон кожу на большом пальце.

– Хочешь, я могу попросить книгу для себя, а потом тебе отдам? Так, Энди ничего не узнает.

– Не хочется ничего получать от Энди, но у меня почти ломка по книгам и чтению! Хочу. Только Энди не говори про это.

– Ага. Как скажешь.

Дальше разговор не особо клеился. Антон что-то спрашивал, Миленка односложно отвечала. Так, до моста они и дошли.

Вблизи он оказался узкий, длинный и только для пешеходов. На самом мосту освещения не было, но подвешенные под пролётами фонари подсвечивали основание перил, тускло очерчивая границы моста.

Здесь прогуливались или стояли у перил парочки, тихо переговаривались.

– Извини, что я тебя сюда привела, – виновато начала Миленка, останавливаясь посередине моста у правого края. – Это не намёк ни на что. Здесь действительно красивое небо и видно падающие звёзды.

Мили упёрлась о перила поясницей и запрокинула голову. Городская засветка осталась там – на берегу, и небо здесь сияло намного ярче.

Антон прислонился к перилам рядом.

– Мили, тебе не за что извиняться. Ого! Целый метеоритный дождь какой-то, – удивился он, разглядывая падающие и исчезающие звёзды. – Сегодня какой-то день особенный?

– Нет. У нас всегда так.

Некоторое время пара наблюдала звездопад. Вечно щебечущая о чём-то Миленка всё молчала. Антон посмотрел на неё, но в темноте было сложно разглядеть лицо девушки.

– Чего грустишь? – спросил он, по-дружески обнимая девушку за плечо.

Миленка промолчала.

– О чём бы ты ни грустила, не грусти! – решил он её подбодрить и погладил по плечу. – Всё образуется лучшим образом!

Парень поцеловал девушку в щёчку, а она вздрогнула.

– Что это было, Антон? – недовольно спросила девушка.

– Э-э… Ну… Дружеский поцелуй?

– А.

«Значит, нет у него ко мне никаких чувств… Антон просто, как о друге беспокоиться, но у меня-то есть чувства к нему! Раз он считает меня за друга, то можно и спросить — ничего не заподозрит».

– Слушай, Антон, – несмело начала Миленка, – мне интересно, а как в вашем мире на свидания ходят? Ты не подумай ничего, просто любопытно. У нас обычно где-то встречаются, гуляют вместе. Могут сходить поужинать вдвоём, например.

– Да так же. Ещё у нас принято дарить девушкам цветы и угощать чем-то, выяснять любимые цвета друг друга, что приемлемо в отношении с другим человеком, а что нет. О книгах говорят, которые читают. Долго можно перечислять.

«И ничего про поцелуи не сказал. Когда у них принято целоваться с девушкой? Как же тяжело встречаться с парнем из другого мира! Но и интересно».

– И часто ты кому-то дарил цветы? – с интересом спросила Миленка.

– Я? Не особо. Было пару раз, но я это… Немного стеснительный, что ли… Рядом с девушками.

– Ясно.

«Кому это он дарил цветы? Хотя неважно. Это даже не в моём мире было».

– Мне девушек вообще трудно понимать, – продолжал парень. – Все эти намёки… Чего они от меня хотят? Иногда угадываю, но чаще вообще мимо. Мне надо, чтобы прямо говорили.

– Кто же прямо-то скажет? – вздохнула девушка. – Тогда романтика вся пропадёт, а с намёками психологически «безопаснее». Если ты ошиблась в намерениях парня по отношению к тебе, то всегда можно сказать, что он неправильно понял твой намёк.

– Хитренькие какие. Вот поэтому мы ничего и не понимаем… Я считаю, что нужно говорить прямо. Не сказал прямо, считай никак не сказал. Цель человеческой коммуникации и состоит в том, чтобы понимать друг друга.

– Началось… Как-то быстро у тебя еда переваривается.

– Снова занудствую? Извини, – улыбнулся парень.

– Ладно. Думаю, нам пора возвращаться, – перевела тему Миленка и выскользнула из дружеских объятий. – Пойдём домой другой дорогой для разнообразия. А завтра… Завтра можно и днём погулять, если хочешь. Я устрою себе выходной.

Девушка быстро зашагала по мосту обратно на пристань, будто собиралась сбежать из этого места поскорее. Антон догнал её и пошёл рядом, снова взял за руку.

«Может, он всё-таки меня стесняется, как и говорил? – начала оттаивать Мили и покосились на их руки. – За руку начал брать. Думаю, ему просто нужно время ко мне привыкнуть».

Каждый шаг приближал их к пристани, и на душе у девушки становилось светлее, как и становилось светлее вокруг от света фонарей на пристани.

Теперь уже можно было разглядеть лица друг друга, и Миленка с нежностью глянула на Антона. Парень заинтересованно на что-то смотрел. Мили проследила его взгляд и увидела под уличным фонарём стройную и высокую девушку в жёлтом платье. Её длинные волнистые каштановые волосы были слегка убраны назад, обнажая шею, и притягивали внимание к открытому декольте, подчёркивающему пышную грудь.

«Да чтоб тебя, Антон! Ты тоже бабник? Нет! Это невозможно, иначе я не переживу… Надо думать позитивно!» – возмутилась Мили в мыслях и вырвала руку.

– Ты чего? – удивился Антон.

– Ничего! – фыркнула Миленка.

Девушка в жёлтом кокетливо подмигнула Антону, когда они проходили мимо, что ещё больше разозлило Миленку. Она ударила Антона по руке, а затем скрестила руки на груди, чтобы больше за них никто не хватал, и так дальше шла.

«Значит, дело не в платье, а во мне! Ну и ладно! Никаких тебе больше платьев, раз они мне всё равно не идут. И вообще? Ради чего я мучилась? Ради дружеской прогулки? Можно было и не париться. Намёков он не понимает? Как же! Прямых подкатов не понимает тоже! Зато на других девушек заглядываться — здесь у него проблем нет! Как же он меня раздражает!».

Антон

«Да что я опять сделал не так? – не понимал Антон, поглядывая на Миленку, которая ощетинилась, как ёж. – Ну посмотрел я на девушку в платье, и что с того? Я смотрел на цвет, люблю жёлтый цвет, а эта брюнеточка не в моём вкусе. Не нравятся брюнетки мне. Но не оправдываться же?»

С каждым шагом, что удалял пару от моста, небо над головой темнело, будто стирая звёзды, а на улицах встречалось всё меньше и меньше прохожих.

Уличные фонари теперь попадались только на перекрёстках и тускло светили белым светом, как маяки во мраке ночи. По фонарям можно было сверяться, чтобы не пропустить поворот, но не более того.

Антон шёл рядом с молчаливой девушкой и всё смотрел на неё, пытаясь разобрать, что написано у той на лице, но для этого было слишком темно.

«Может, за что-то извинится? Но за что? За девушку в жёлтом платье? За то, что её обнял на мосту? Или за небольшой поцелуй? Нет. Извиняться я не буду. А вдруг опять не так поймёт? Ещё хуже будет. Сбежит куда-нибудь. Ищи её потом… Я же не могу без неё в Орден вернуться? Не могу – это смерть. Стоп! Отставить суицидальные мысли. Никуда она не сбежит. Просто идём прямо и всё, и лучше без мыслей! Так, невесть до чего можно додуматься…»

Вокруг было так тихо, что казалось, весь город давно спит. Антона раздирали противоположные чувства: и хотелось поговорить с Миленкой, чтобы выяснить, что не так, и хотелось помолчать, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. В тёмных переулках парню мерещились какие-то тени. Иногда сзади слышались торопливые шаги. В приступах паранойи парень даже несколько раз оборачивался, ожидая облаву вооружённых разбойников, но это были лишь обычные прохожие, спешащие по своим делам.

Трусом Антон не был. Но одно дело ходить тёмными подворотнями родного города, где знаешь, какие опасности тебя могут поджидать, и как их можно избежать, другое — всё то же самое, но в чуждом неизведанном мире.

Миленка же шла спокойно, не обращая внимания ни на что вокруг, будто на автопилоте.

Вскоре они свернули на более оживлённую улицу. Где-то горел свет в окнах первых этажей, откуда-то доносились музыка и смех, песни и разговоры на повышенных тонах, да и прочие звуки всеобщего веселья. Где-то наоборот, окна на первом этаже были наглухо закрыты ставнями, а свет горел только на вторых и третьих этажах. Ещё через несколько кварталов начали попадаться странные заведения с зашторенными окнами на первом этаже, через которые просачивался тусклый свет. Дверь в них была приоткрыта на ладонь, будто приглашая внутрь, а над входом были вывески разных форм и размеров. Правда, в полутьме разобрать надпись было трудно. Спрашивать Миленку, что там, Антон постеснялся, боясь, что девушка снова как-то неправильно поймёт.

Последние три квартала Миленка шла прямо, и Антон засомневался, туда ли они вообще идут. По ощущениям выходило, что они должны были раза два дойти до Ордена, но он всё не узнавал места.

– Мили, а мы точно туда идём? – всё же спросил Антон.

– Не знаю, – меланхолично ответила девушка. – А куда мы идём?

– Как куда? В Орден! Разве нет?

Миленка остановилась и огляделась по сторонам.

– Не знаю, где мы? – пожала она плечами и пошла дальше по улице.

– Как не знаешь? Я за тобой шёл!

– Нет. Это я за тобой шла!

– Приплыли… И как нам попасть обратно?

– Подождём утра и спросим дорогу.

– Мили, очнись! Мы не можем всю ночь гулять, — Антон её обогнал и преградил дорогу.

Парень взял девушку за плечи и склонился к ней.

– Если мы не вернёмся ночью, меня утром убьют! – сказал повышенным тоном Антон.

– Мне всё равно, – зевнула девушка. – Я гулять хочу и спать пока не собираюсь. Да и негде здесь спать.

– Как всё равно? Здесь жизнь человека на кону, между прочим! – разозлился Антон.

– Тебе на меня всё равно, – она на него посмотрела. – Мне на тебя. Всё честно. Ха-ха. Видел бы ты своё лицо, а вообще, за жизнь не парься. Ты же со мной вернёшься, а не сам. Я тебя отмажу и возьму вину на себя. Что они мне сделают?

«Дурацкий солдафонский юмор… Помню, как меня Рэнви этим бесил, когда жил у него в комнате в общежитии.

Десять минут до закрытия общежития, а он говорит, что ключи потерял. Правило было такое: кто не успел вернуться вовремя, того выгоняли из общежития. У меня чуть инфаркт от волнения не случился! Хорошо коменда покурить выходила и впустила, потом Рэнви ключи от комнаты на стол положил. Будто так и должно быть. Шутник фигов.

Интересно, как он там… Долетел ли до своего секретного космического объекта? Снова эти мысли… Ты на свидании с девушкой Антон! Лучше думай, как отсюда выбраться».

Вдруг слева хлопнула дверь. Антон глянул через плечо Миленки и увидел очередную загадочную открытую дверь, которая слегка покачивалась. На улице никого не было.

«Дурацкое место мы выбрали выяснять отношения, – подумал парень. – Надо валить. Мало ли кто сейчас оттуда может выйти».

– Мили, идём.

Антон схватил девушку за запястье и потащил за собой дальше по улице. Она не особо сопротивлялась.

Не успели они пройти и десяти шагов, как вслед послышался хриплый бас:

– Ей! Голубки! Куда же вы так спешите?

Глава 9.2. Вечерняя драка

Антон

Не успели они пройти и десяти шагов, как вслед послышался хриплый бас:

– Ей! Голубки! Куда же вы так спешите?

Антон обернулся — из подозрительного дома вышло двое мужчин. Один из них был в фиолетовом кожаном плаще, остальная одежда была чёрного цвета, другой был одет просто и икал. В свете открытой двери они выглядели нетрезвыми. Следом чуть не выпал третий, но удержался за дверной косяк. Он не был похож на пьяного, разве что на чуть выпившего. У двоих болталось на поясе по мечу, а у третьего из-за спины торчала какая-то деревянная рукоять.

«Насколько я могу судить при таком дерьмовом освещении они не похожи на стариков, значит, дело–дрянь! Что я им сделаю безоружный?! Я же не Бакуго, который может их одним взрывом уделать. Хотя пот прямо-таки течёт уже от страха».

– Мили, бежим! – потянул Антон за собой девушку.

Миленка сделала три шага, но наступила на подол длинного платья и начала падать.

Антон извернулся и всё же успел подхватить Мили за талию, чтобы она не упала. Здесь их и догнали, оказавшиеся слишком резвыми для пьяных, мужчины. Парень, недолго думая, обнял Мили и развернулся к нападающим спиной, прикрывая голову девушки и прижимая её к груди.

Теперь он мог расслышать сердцебиение Мили, подскочившее вмиг до небес.

– Антон… – тихо сказала она, упираясь в него ладонями. – Отпусти меня.

– Я отпускаю – ты бежишь без оглядки, – прошептал парень в ответ. – Сам справлюсь…

– Смелый какой попался, ик, – один из трёх схватил Антона сзади за длинные рыжие волосы на макушке, пытаясь запрокинуть его голову назад. – Я его держу! Вытрясите с них все монеты. Нам ещё за выпивку платить, – дал указания парень в плаще.

«Монеты? Мы на богатеньких похожи?»

Пару начали обходить с двух сторон. Вместо того чтобы отпустить Мили, Антон её ещё крепче обнял.

– Антон… – прошипела девушка и ударила Антона по рёбрам.

— А-а-а! – вскрикнул Антон и невольно ослабил хватку.

Миленка тут же вырвалась из объятий и нырнула ему за спину. Меч державшего Антона за волосы вмиг покинул его ножны и оказался в правой руке хрупкой с виду девушки. Мужик офигел от такой наглости и отпустил Антона. Рыжеволосый парень развернулся и врезал мужику по морде, сминая нос кулаком.

Мужчина пошатнулся, помотал головой и тут же набросился на Антона, забыв про Мили. Антон выставил блок, затем заметил, как второй пьяница слева от него тянется за спину к рукоятке. Антон сделал подсечку противнику в плаще и отошёл к стене дома, чтобы держать в поле зрения двух врагов и обезопасить спину.

Если опыт уличных драк в своём мире чему-то и научил Антона, то это тому, что надо бояться лезвия. Причём любого, а секира может и разрубить. Старый шрам на груди заныл, напоминая ему о последней драке, в которой нож чуть не отправил Антона на тот свет в шестнадцать лет.

«Что же у него прячется за спиной? Обычный топор? Секира? Главное не дать второму выхватить оружие, иначе покромсают! Тогда Мили уже никто не поможет. Затем попытаюсь справить со вторым парнем в плаще, не забывая поглядывать на парня с оружием», – придумал чёткий и простой план Антон.

План был хорош, но от страха Антон не мог сдвинуться с места. Гора из страха и ответственности придавила парня к брусчатке. Или он просто набирал силу для драки со всех концов своего организма?

Антон рванул с места, занёс кулак для удара, но противник с оружием поставил второй рукой блок для удара в голову.

«Значит, пойдём другим путём!»

Антон ударил парню в солнечное сплетение, тот вмиг забыл об оружии, согнулся и пытался отдышаться. Глаза парня были полны страха от нехватки воздуха.

– Неплохо, малыш! Прямо в солнышко попал! – прокомментировал парень в плаще.

– Какой я тебе малыш?! Ты…

Антон понял, что не знает имён и оборвал фразу на половине. В это время из питейной выходили двое парней, которым едва исполнилось 18 лет. Один белобрысый, другой с чёрными волосами. Об их совершеннолетии говорила небритая недельная щетина.

– Твою же бабусю, это Сонни, который никогда не пьянеет! – громко удивился белобрысый.

– Широкая общественность меня уже знает в лицо. Значит, до утра все будут в курсе, что я в город приехал. Даже приятно стало, – с улыбкой сказал Сонни. – А ты рыжий правда решил меня победить? Силёнки не равны.

– Дорогу осилит идущий, – хрустнул костяшками Антон.

– Знаешь, что? Думаю, валить нам надо пока целы! – сказал парень с чёрными волосами.

Парни так дали дёру, что только пыль после них на дороге осталась.

«Значит, его Сонни звать. А эти куда? Тоже мне широкая общественность! Вроде не в поле живёшь, а в городе с кучей людей… Помочь некому. Придётся надеяться только на свои силы».

Антон встал в боевую стойку, Сонни стоял на месте. Тогда Антон снова решил ударить первым и зарядил парню в фиолетовом плаще со всей силы по лицу. Тот на секунду выпал из мира, закатив глаза, но затем встряхнулся, сплюнул кровь и ехидно улыбнулся.

«Что?! Его не сразил мой мощный удар?»

– Ну же, малышка! Постарайся.

Сонни впрямь был чуть выше Антона, но Антона бесило не это. Началась полноценная драка, где один нападал, а второй уворачивался от ударов противника и наоборот. Сначала преимущество было на стороне Сонни, но Антон смог отыграться ударами ногой в корпус, печень. Парень в плаще всё ещё стоял на ногах. Затем Антон поймал момент и вложил всю силу в удар в челюсть. Сонни закрыл глаза от боли, но потом выдал.

– Да меня бабуля в детстве колотила больнее! – снова сплюнул кровь Сонни.

– Босходи… Из чего ты сделан? Из стали?

– Ха-ха. Именно! Сначала тебя отделаю, потом с твоей девкой развлекусь и обоих закопаю. Места у вас здесь живописные.

– Урод, что сказал?! – орал Антон.

– Умрёте в один день. Об этом же все влюблённые идиоты мечтают? Ха-ха, – рассмеялся Сонни.

Антон издал дикий рык и побежал на Сонни, навалился на него всем весом и впечатал в стену.

У парня в плаще от неожиданности спёрло дыхание, а Антон принялся избивать противника. Методично удар за ударом. Спустя время Сонни потерял сознание и свалился на брусчатку.

- Никто не смеет так говорить о моей девушке! Обо мне говори что хочешь! Понял? Отрыжка мамонта! Будет тебе уроком…

Рыжеволосый парень кричал, не слыша себя, утирал рукой кровь на лице и пытался отдышаться после серии ударов. Антон присмотрелся и увидел, что из стены, где только что был Сонни, немного выпирал камень кладки.

«Вот оно что! Если со всей силы налететь на этот камень… Это очень больно!»

Слева послышался звон металла. Антон на миг отвлёкся — Миленка, иногда придерживала подол платья левой рукой, правой обрушивала град ударов на мужчину с мечом, который не подходил ей по размеру. Всё что мог противник Миленки — это пятится, пытаясь отбить все стремительные выпады девушки. Особой защиты на нём не было — он был одет в простые штаны с рубашкой и кожаной жилеткой, как и Антон. Но Миленка в ударах не стеснялась, целясь то в лицо, то в шею, то в живот, будто убить хотела.

«Как у неё получается делать это в платье? Я видел такое в фильмах, но вот в реальной жизни… Видимо, их этому тоже учили в Ордене. Сражаться в любых обстоятельствах. Похоже, она справляется с защитой. Да и противник у неё не самый трезвый», – размышлял Антон.

«Стоп! Где парень с оружием?! Так увлёкся Сонни, что совсем про него забыл. Нельзя быть настолько тупым, Антох!» – вмешался в размышления внутренний голос.

Сзади Антона будто кувалдой огрели по спине. В глазах поплыли светлые пятна на тёмном фоне, затем резкая боль передалась в голову, которая затмила боль от удара в спину. Антон упал на колени и выставленные вперёд руки.

– Готов! – заржал парень с оружием справа от него. – Сначала отрублю тебе руку, за то, что ты сделал с Сонни. Чтобы больше ты свои грабли не распускал, – спокойно говорил парень с оружием.

«Да он псих двинутый! Ещё и говорит об этом в спокойном тоне».

Антон попытался встать, но его пнули сапогом в бок. Его согнуло, но рыжеволосый не упал.

– Антон! – послышался истерический девичий крик.

У парня будто второе дыхание открылось: «Надо спасти Мили!»

Парень с колен ушёл в кувырок вперёд и успел вскочить на ноги, пока его не догнали. Перед глазами начало проясняться, и он сумел разглядеть силуэт в платье — бросился к нему. Через пару шагов понял, что Мили помощь уже не нужна. Её противник лежал на спине с остриём меча девушки у кадыка, а его собственный меч был отшвырнут в сторону.

Антон обернулся и увидел, что на него бежит враг с секирой. Пусть и небольшой секирой, но парню этого зрелища хватило, чтобы оцепенеть в нерешительности. И сбежать не может — за спиной девушка, и лезть с голыми руками на секиру чистое самоубийство равно, как и стояние на месте.

Парень с секирой поднял её вверх и взмахнул ею, пытаясь разрубить. Антон чудом смог увернуться, секира срезала только немного волос с головы парня.

– Прыткий какой. Этого стоило ожидать от того, кто уделал Сонни. Но руку я тебе всё равно не оставлю!

«Чёртов мясник… Что им всем от нас вообще нужно? Разве это монеты стоят человеческих жизней?»

Второй взмах был горизонтальным, но всплеск адреналина у Антона сделал своё дело. Антон вдохнул воздух так жадно, что, казалось, высосал весь кислород вокруг, а воздух показался парню настолько чистым, что само время будто остановилось для парня. Всё в мире казалось невыносимо медленным, а потому Антон снова пригнулся и увернулся от секиры, которая прошла над ним.

«То, что я жив всё ещё чудо, но проблему не решает. Что мне делать с этим полоумным с секирой? Вечно уворачиваться у меня не выйдет! Нужно бить по больному месту, но какое самое больное место у парня? Чтобы его прям скрючило… Точно! Буду бить в пах. Не зря девки туда постоянно целятся».

Антон нанёс удар в пах противника, а сам в это время отбежал ближе к Мили. Парня с секирой ожидаемо скрючило от боли, он даже выронил Секиру из рук.

– Мили, ты цела? С тобой всё хорошо?

– Со мной порядок, а с тобой всё нормально? Вид у тебя замученный. Будто прямо здесь упадёшь без сил.

– Ну… Как сказать… Терпимо. Привык к боли.

Парень очухался и поднял секиру с брусчатки.

– Стоять! Падла! Зарублю! А-а-а!

С диким воплем парень с секирой понёсся на Антона.

«Всё… доигрался я в героя…» – похолодело у парня в груди.

Антон зажмурил глаза в ожидании скорой смерти, но вдруг в руке с секирой застрял арбалетный болт — парень тут же выронил оружие, захрипев от боли и пытаясь прижать к себе раненую руку. Антон резко открыл глаза и не стал зевать, а побежал на парня, не давая опомниться и подобрать секиру вновь. Завязалась драка на двоих.

«Это мой шанс!»

Антон пытался вырубить подстреленного. Парни выплёскивали всё раздражение друг на друге через сбитые в кровь костяшки пальцев, выбитые зубы, удары по наиболее болезненным местам. Преимущество было на стороне Антона. Драться и защищаться с одной полноценно-функционирующей рукой против двух рук не получалось.

В их драку вклинился третий и пытался разнять парней.

– Стоп! Остановились! Я сказал хватит! Бесполезно…

Ларс колотил Антона по спине, но тот не реагировал.

– Вы девушка парня? – спросил Ларс у девушки.

– Что? Как вы это поняли...

– Я посторожу, чтобы ваш противник никуда не убежал, а вы угомоните своего парня! Пока они друг из друга отбивную не сделали.

Ларс перехватил меч Миленки, а Миленка пошла к Антону настолько быстро, насколько могла.

– Антон, прекрати! Пожалуйста! Ты же не убийца, он не стоит того! Слышишь? Я тебя люблю! Прекрати…

Девушка крепко обняла парня, не боясь ударов. Антон остановился, а парень с опухшим от ударов лицом упал на землю и отполз в страхе подальше от Антона.

– Т-ты кто?!

Спросил парень с секирой, но ответа не последовало. Глаза Антона были налиты кровью, а взгляд был убийственным и опасным.

– Всё кончилось. Мы в безопасности! – прокричала Миленка.

Антон подошёл к стене и облокотился. Его трясло от пережитого, и он пытался проморгаться.

– Правда? – громко сказал Антон.

– Да. Успокойся, пожалуйста.

«Я выжил? Не может быть! У меня получилось!»

Антон выдохнул и облокотился руками на колени. Затем посмотрел на Миленку.

– Я тоже тебя люблю! – громко сказал Антон.

– Правда?

– Да.

Миленка ещё крепче обняла Антона. Затем парень посмотрел на того, кто пытался разнять драку, а сейчас охранял врага Миленки.

– Кхм… Я Ларс, – представился арбалетчик. – Владелец этой питейной, – он указал себе за спину. – Прошу прощения, что вы подверглись нападению рядом с моим заведением. Этих можете оставить на меня. Я их сдам городской страже завтра утром.

– Спасибо, – ответил Антон.

Ларс удивлённо поднял бровь.

– Это значит «благодарю»! – сказала Миленка.

– Благодарю, – поправился Антон.

– Чем я могу вам ещё помочь? – спросил Ларс. – Могу распорядиться и вам предоставят карету, отвезут до дома.

– Вот так просто? – не верил Антон.

– Да. Вообще-то, карета у меня только для вип-клиентов, но раз вы пострадали от гостей моей питейной, то я чувствую и свою вину в произошедшем. К тому же эти господа хотели уйти не заплатив. Одновременно мне хочется вас и отблагодарить.

«Лучше побыстрее свалить, – подумал Антон. – А то вдруг разбойники скажут, что это мы на них напали, и стража загребёт меня с Мили, как это часто бывало дома. У меня даже документов местных нет. Надо было давно Мили спросить, где мне их достать».

– Откуда вы знаете, что они не хотели платить? Уж не вы ли…

– Нет, не я. Этих троих я вижу не в первый раз и распоряжался ранее их не пускать, но сегодня из сотрудников у меня только коктейльмен и повар с посудомойкой на кухне. Как знал, что надо было закрыть питейную сегодня.

– Понятно. Нам ничего не… – начал говорить Антон, но Миленка его перебила:

– Нам нужна компенсация за причинённый ущерб здоровью и вещам! Но не от вас, Ларс, а от них. Я требую, чтобы они заплатили нам всеми деньгами, что есть при себе и отдали оружие. Антон! Выбирай себе меч!

– Мне нужна секира, – не раздумывая ответил парень и подобрал оружие с мостовой.

– Эй! С какой стати?! – возмутился давно протрезвевший владелец топора. – Вы не имеете права! Это моя собственность!

– А вы не имели права нападать на члена Ордена Ниев, — в ответ возмутилась Миленка и подцепила пальцем медальон на шее. — Жду ваши претензии в письменном виде на имя Мили О’Нии. Мы с братьями тут же устроим разбирательство, кто на что имел право!

– Я-я… П-пожалуй, не им-мею никаких п-прерензий, – начал заикаться парень.

– Портупею снимай, – Антон начал угрожать мужчине его же оружием.

– Да. С-сейчас.

Мужчина отстегнул портупею, которая позволяла крепить топор за спиной и протянул Антону. Миленка перехватила её и помогла Антону снарядиться.

Следом «жертвы» нападения заставили нападающих вывернуть все карманы и забрали все деньги. Монеты ссыпали в сумочку девушки.

«Теперь точно пора валить! – подумал Антон. – Пока этот Ларс не решил, что всё это было специально подстроено нами, чтобы озолотиться».

Миленка, похоже, была того же мнения.

– Ларс, ещё раз благодарю за помощь. Трофейные мечи можете оставить себе. Нам пора.

– Не смею вас задерживать, – учтиво ответил Ларс.

Антон попрощался и, взяв Мили за руку, повёл прочь. Но не успели они пройти и полквартала, как за ними побежал Ларс.

– Подождите!

«Началось! Не успели…» – напрягся Антон.

– Мили О’Ния и Антон О’Ний, – быстро заговорил мужчина. — Я хочу вас нанять! Для охраны небольшого груза. Всего на день. Мне завтра надо отправить партию выпивки за город. Плачу каждому по золотому.

– Мы согласны! – тут же выпалила Мили, ничего не уточняя. — Где быть и во сколько?

– Завтра. Быть здесь через два часа после рассвета. Моя питейная называется «Век одиночества».

«Вот это да… В моём мире есть бар с таким же именем. Питейная — это, наверное, так местные бары называются? Уже хочу зайти».

– Будем! – воодушевлённо ответила Миленка. – Я принесу вам завтра бланк заявки на подпись, чтобы всё было официально.

– Договорились, – подтвердил Ларс.

На этом они снова попрощались.

«Почему он назвал меня Антон О'ний? Я же не член Ордена! Надо сказать об этом Ларсу. Хотя мы попрощались. Скажу завтра».

– Мили, не слишком ли быстро ты согласилась? – прошептал Антон, когда они отошли подальше.

– Нет, конечно! Золотой – это же целое состояние! Надо соглашаться, пока дают.

– Вот и я о том же — здесь где-то подвох. Вдруг контрабанда? Нас не посадят за это?

– Так, он подаст официальную заявку в Орден на наш наём. Если это и будет контрабанда – нам до этого нет дела. В наши обязанности входит только охранять груз от всех, кроме стражей порядка. Если Ларса поймают на горячем, а мы не будем сопротивляться досмотру груза, то мы будем ни при чём. Не парься.

Антон решил не драконить её и сменил тему:

– Мили, скажи, как вы ориентируетесь во всех этих часах до и после рассвета без часов?

– Тренируемся, – пожала плечами Миленка. – Все, кто оканчивал любое военное училище или академию, волей-неволей развивают в себе способность точно знать время суток. Иначе нам не выжить. Сначала учишься считать про себя секунды и сверяться по солнцу и луне, когда они есть. А потом будто начинаешь чувствовать само время внутри себя. Часы в нашем мире, конечно, есть: и песочные, и механические, но зачем мне они? Если я просыпаюсь с рассветом и точно знаю, когда пройдёт два часа?

– Хорошо тебе, – вздохнул Антон. – По крайней мере, в твоей комнате хоть окна есть, чтобы рассвет не проспать.

– Ты не понял, я просто чувствую, когда рассвет, и просыпаюсь. Мне не надо, чтобы солнце в глаза светило или небо светлело.

– Да уж… Я так вряд ли когда-нибудь смогу.

Пара прошла ещё два квартала прямо, и только здесь Антона осенило:

– А нам не надо было у Ларса спросить, где мы и как пройти к Ордену?

– Нет. Я знаю, где мы.

– Но, ты говорила…

– Слушай меня больше. Мало ли чего я говорила, – буркнула девушка и вручила Антону свою сумочку. – Пересчитаешь потом и вернёшь мою долю. Половины хватит. Там, должно быть, достаточно, чтобы ты мне больше ничего не был должен.

– Благодарю…

В квартале Ордена Ниев с фонарями было получше — ночью на улице было достаточно светло, чтобы разглядеть приближающуюся к воротам странную пару. Миниатюрная и потрёпанная дракой девушка гордо вышагивала в порванном и прорезанном в нескольких местах платье. На руках виднелось несколько свежих неглубоких порезов. Рядом шёл широкоплечий парень на голову её выше в заляпанной кровью одежде и с полуоторванным рукавом рубашки. Его бровь была рассечена, один глаз заплыл и не открывался, часть лица залита подсохшей кровью, а на руке был длинный порез, который за время пути успел немного затянуться, чтобы перестать кровоточить.

Не успели они дойти до ворот, как на улицу выбежал стражник.

– Девушка, вам нужна помощь? – быстро заговорил он и тут же осёкся. – Мили?! Что случилось?!

Он обернулся на парня и только сейчас распознал в нём Антона.

– Мили, это он виноват? – стражник потянулся за мечом.

– Майк, никто ни в чём не виноват! – осадила его Миленка, перехватив руку. – Антон меня защищал. Мы отбились — всё хорошо.

– Точно не…

– Точно! – перебила его Миленка и посмотрела на Антона: – Антон, иди. Я всё объясню.

Мили потащила Майка обратно к воротам, а до Антона вдруг дошло, что в Орден его могут не пустить с оружием. Он решил незаметно проскользнуть к себе в комнату, воспользовавшись суматохой, пока никто не заметил.

Глава 10.1. Новый друг

Мир Каррандр, страна Эвенна, Эренск

Антон

Миленка так и не пришла, а Антон надеялся, что она поможет парню обработать раны и пожелает спокойной ночи.

«Неужели это я всё испортил? Идиот! Что было бы, если я заметил её платье и похвалил? Думаю, она вела бы себя иначе. Мы бы не попали в эту передрягу с Сонни и компанией, но тогда я бы не познакомился с Ларсом. Какой ещё Ларс?! Чуть жизни не лишился. Пошло оно всё...»

Антон прошмыгнул через пустую комнату отдыха и прошёл к себе в комнату. Спрятал секиру под кровать и разлёгся на постели.

«Фу. Свинюха! Помылся бы для начала...» – возникал внутренний голос.

Антона не интересовало, что подумал его внутренний голос. Парню хотелось только одного: спать!

«Но спать грязным я не привык. Люблю быть чистым. Надо бы помыться, но сначала пойду спрошу аптечку у кого-нибудь. Есть же в этом мире аптечки? Странно, если их нет».

Тук, тук.

– Разрешите войти, – сказал высокий голос, похожий на женский.

«Неужели Миленка пришла?»

– Да.

Дверь открылась и перед Антоном с коробочкой в руках предстал белобрысый парень ростом с Антона. Сам он был одет в типичную одежду Каррандра. Сапоги, простая футболка серо-грязного цвета на завязках и такого же цвета штаны.

– Привет, я Друган. Увидел, как вы проходили через комнату отдыха, и подумал о том, что вам не помешала бы аптечка.

– Привет. Чей ты друган?

– Ну… Друган это…

– Тебя Миленка прислала?

«Кроме, Миленки к нему никто бы не прислал человека с аптечкой».

– Нет же. Дай договорить! Друган — это моё имя. Очень и очень редкое.

– Пх, – Антона пробило на смешок.

Рыжеволосый парень прикрыл рот рукой, но не смог сдержать смеха и расхохотался.

– Ха-ха. Друган? Это шутка какая-то? Сегодня, что первое апреля?

– Не извиняйся. Я привык к подобной первой реакции на моё имя.

– Ой, извини. Ты не шутишь?

Друган помотал головой.

– Позволишь помочь? Я умею обрабатывать раны. Больно не будет. Разве что чуть-чуть, – улыбнулся Друган.

«Зато он для всех Друган. Причём с большой буквы».

– Ты не подумай только… Я не против и вряд ли сам смогу раны обработать себе. Просто… С чего такая щедрость? Меня в вашем Ордене за отшельника принято считать и подозревать во всём при каждом удобном случае.

– Ну… Откровенность за откровенность? Я давно за тобой наблюдаю, и мне тебя немного жалко. Искренне жалко! Почему с тобой так обходятся? Чем ты отличаешься от нас? Как бы… Это совсем не в духе нашего Ордена так поступать с гостями, но я решения Рэда не оспариваю. Мне лично он доказал, что достоин мной командовать, хотя парни иного мнения. Если он так решил, значит есть за что.

– И?

– И я всё равно хочу как-то восстановить справедливость. Потому что ужасно обращаются с тобой они, а стыдно мне.

– Ха-ха. Испанский стыд? Понятно.

– Что значит испанский стыд? Кто такой этот Испан?

– Забей. Долго объяснять, – вздохнул Антон.

Друган пожал плечами и подошёл к столу, открыл коробку и достал бинты, пузырёк с прозрачной жидкостью, которая была похожа на перекись водорода и другие лекарства.

– Миленка рассказывала, что мне дали самую лучшую комнату. Такие только у командиров бывают. Почему же ты решил, что со мной плохо обращаются?

– Комната у тебя класснецкая! Это да. Я бы тоже хотел такую, но ты же как раб здесь. Даже выйти за пределы Ордена сам не можешь.

Друган смочил перекисью специальную тряпочку и начал обеззараживать раны.

– Здесь ты прав… Ау! Больно!

– Потерпи, – подул Друган на рану. Осталось немного. Стараюсь делать, как можно нежнее.

«Это он меня успокаивает так? Как мамочка в детстве прям… А я взрослый!»

После того как Друган обработал раны Антона, начались расспросы.

– Друган, а где можно помыться?

– Помыться в помывочной. Только она общая. Стучись, прежде чем зайти. Вдруг там дамы купаются.

– Понял. А постирать бельё где?

– Руками или…

– Или?

– Если хочешь, можем закинуть в мою стиралку.

«Офигеть! У них даже стиралки есть. Я спасён!»

– Конечно, хочу. В смысле благодарю.

– Заодно протестируем моё изобретение! Давно хотел, но всё дежурства, дежурства. Такой стиралки больше ни у кого нет! Она работает без магии и даже без магии электричества.

«Кто не учил физику в школе для того весь мир – магия. Ха-ха. Вслух не буду говорить, а то обидится».

– Интересно… Почему именно стиралка? Разве не стиральная машина? Полное название, – искренне удивился Антон.

– Не знаю. Она нужна, чтобы стирать вещи. Потому и назвал стиралкой, но твой вариант мне даже больше нравится. Чувствую себя изобретателем.

– Ага. Ещё вопрос. Мне очень неудобно просить…

– Спрашивай, – спокойно сказал Друган.

– Ты вроде со мной одного роста и даже комплекции. Друган, будет ли у тебя запасное бельё, пока моё стирается? С возвратом! Всё постираю и верну в лучшем виде! И ничего, что на ты? Резко перешёл как-то.

– Ничего. Футболку и штаны дам, но исподнее ищи в другом месте.

– Благодарю. Тогда пошли испытывать твою стиралку?

Друган кивнул, парни вышли из комнаты.

Друган снабдил Антона всем необходимым для мытья: мыло, полотенце и бельё на замену. Белобрысый даже сопроводил Антона до помывочной, чтобы тот не заплутал в новом месте.

«Поверить не могу, что Друган, правда, оказался настоящим друганом. Я ведь его первый раз вижу, а он помогает, как лучшему другу, и ничего не просит взамен! Классный парень. Как его только угораздило стать стражником?»

Тук, тук.

– Есть кто?

– Входите! – крикнули из-за двери.

Антон вошёл и закрыл дверь. Помывочная была небольшой. Шагов двадцать пять на двадцать пять. Единственное узкое горизонтальное окно под потолком было закрыто ставнями, а источниками света в помывочной были магические светильники на стенах. Вдоль правой стены стояли три бочки с чистой водой. Антон поднял крышку и увидел, что одна из бочек уже была пустой, рядом с бочками стопка вёдер и стопка ковшей. У входа на стене над раковиной висел рукомойник. Пока поднял штырёк-заглушку, льётся вода.

Антон невольно вспомнил детство и бабушкину дачу, как ему там было весело, а потом отец запретил ему ездить к бабушке. Парень прогнал от себя эти мысли и продолжил изучать помывочную.

Вода из раковины стекала в ведро, но пол в комнате был слегка наклонён к центру, чтобы вся вода с омывающихся стекала в узкую и длинную щёлку в полу. Видимо, дальше вода стекала по трубам на нижний этаж и куда-то выливалась. На стене напротив бочек стояли лавки, были прибиты вешалки для одежды, а под вешалками было два стола. Под столами две корзины для грязного белья.

«Мужского и женского очевидно».

В левом углу недалеко от входа стояла стиральная доска. Рядом стояла небольшая плита. Наподобие той, что на кухне. Она уже была разогрета, значит, на ней можно разогреть воду для мытья.

«Мыться из ковшика… Как в каменном веке. Честное слово! Значит, купаешься, стираешь вещи и вешаешь это добро на верёвках за окном. Логично. Помню, у бабушки была подобная стиральная доска и я очень не любил стирать бельё на ней. Другое дело дома. Закинул вещи в стиральная машину и пошёл по делам, а достал вещи уже чистыми. Магия же!», – с улыбкой подумал Антон.

Антон снял с себя чистую одежду и положил на лавку, затем налил в ведро воды из бочки и поставил греться. Когда вода нагрелась, Антон снял ведро и зашёл с ним в место для мытья в закутке. Затем взял второе ведро и добавил туда воды из бочки, чтобы смешивать воду. По бокам помывочное место было огорожено небольшой стеной.

Дверь в помывочную без стуков открылась, и в неё зашёл парень с чёрными волосами и шрамом на брови.

– Флоки, ты где?!

– Здесь я! Чего ты так разорался?

– Ты видел рыжего?

– Нет, а что? Я голову мою, подожди. Мыло смою, а то неудобно.

– Говорят мыться пошёл. Не знаю, как тебя, но меня рыжий жуть как раздражает. Мнит о себе, что он пуп земли, раз Рэд его лично под опеку взял. Ты видел, что он с Мили сделал?

– Что он с Мили сделал?

– Не знаю! Майк отказывается отвечать, а она пришла в порванном платье. Я Мили на лестнице встретил. Вот встретил бы я этого Антона. Я бы ему такое устроил!

– Флок, успокойся. Найдём мы твоего рыжего.

– Извини. Просто я весь на эмоциях, а Майк зараза такая молчит. Я понимаю, что они с Мили договорились о молчании, но я же хочу знать, что произошло!

Антон подслушивал вполуха и продолжал мыться. За стеной его было не видно, но было слышно, как льётся вода.

– Кто это там моется?

– Не знаю. Ты кто воин? – спросил Флоки.

«Ой, ой. Это же они меня спрашивают? Нет, пожалуйста. Можно мне хоть помыться нормально? Не буду отвечать».

– Эй! Тебе, что ответить сложно?

Стражник пошёл к Антону, но Антон повернулся спиной к нему.

– Эй, ты кто?

Стражник схватил Антона за плечо и развернул к себе.

– А! Вот ты и попался рыжий. Быстро говори, что ты сделал с Мили или я за себя не отвеч…

Флок, поднял брови, прикрыл рот рукой от удивления и неожиданно притих. Чёрноволосый стражник разглядывал шрамы на теле Антона.

– Что смотришь? Помыться мне можно спокойно, а? – раздражённо сказал Антон.

– А? Ага. Можно дотронуться? – тихо спросил Флок.

– Ну… Можно.

«Как-то он странно себя ведёт. Что с ним? Кажется, минуту назад он хотел мне навалять по первое число за порванное платье Миленки».

Флок дотронулся пальцами до шрама на груди Антона. До того самого, что чуть не отправил парня на тот свет в шестнадцать лет.

- Флок, ты что там делаешь вообще? Идиота кусок… – выругался Флоки.

Белобрысый парень по имени Флоки так же подошёл к Флоку и стал рассматривать тело Антона.

– Ты чё завис? А, Флок? А…

Антон развернулся спиной к парням.

– Вы что припёрлись, я не пойму? На голого мужика поглазеть? Извращенцы! – отчитал Антон своих задир.

– Фу… Ну и уродство. Я думал у тебя только на лице шрам, а у тебя на спине куча шрамов, на груди. Шрамы не украшают, а уродуют! Запомни это, рыжий. Не понимаю, что в тебе Миленка нашла? Флок, ты будешь спрашивать?

– Что спрашивать?

– Про Миленку. Ты же сам сказал, что хочешь пойти.

– Я говорил? – переспрашивал Флок.

– Вы уйдёте или нет?! – повысил голос Антон.

Флок начал смотреть вниз, чтобы скрыть эмоции.

– И-извините. Мы сейчас уйдём. Мойтесь, пожалуйста…

– Слышь, я не знаю, что ты там сделал с Миленкой. Я мыться почти сразу ушёл после разговора с Флоком, но лучше бы ты не был в этом виноват. Я всё узнаю у Миленки! – Флоки ткнул пальцем в грудь Антону.

Антон схватил руку Флоки и сжал её.

– Слышь, у меня имя есть. Я Антон. Ты лучше за граблями своими следи белобрысый, а то так без рук можно остаться.

– Ой, боюсь, боюсь. Что же ты мне сделаешь, уродец? Может, девку свою натравишь?

– Флоки, Миленка наша сеструха. Как ты можешь так говорить?

– Заткнись Флок! Без тебя знаю, – оборвал Флоки.

Антон набрал воды из ковша и облил Флоки, который был в штанах, а на шее у него висело полотенце.

– Детский сад. Думаешь я буду, тебе тем же отвечать? Фигушки. Вызываю тебя на поединок! Кулачный бой до первой крови или типа того. Что молчишь? Зассал?

– Флоки, может, не надо? Он сильный и лично подчиняется Рэду. Зачем нам проблемы?

– Спокойно, братуха. Рэд даже не сразу узнает, что мы с рыжим что-то сделали. Рыжий, ты знаешь, что Миленка со мной встречаться хотела до того, как ты с небес на землю свалился? Миленка только сильных парней любит. Учти! Не согласишься со мной выйти на поединок и Миленка от тебя...

«Что? Этого мне ещё не хватало. Чтобы этот самодовольный хмырь увёл Миленку?! Не дождётся!» – вспылил Антон.

– Хорошо. Будет тебе поединок! Выбью из тебя всю дурь. Только сначала восстановлюсь.

– А бить сильно будешь или по-девчачьи? – съязвил Флоки.

Антон подошёл ближе и встал на цыпочки, чтобы смотреть сверху вниз.

– Я тебя так отделаю, что родная мама не узнает. Усёк, белобрысик? – Антон смотрел Флоки в глаза.

– Хороший настрой, рыжий. Договорились. Сообщи мне, когда будешь готов к поединку, – с улыбкой сказал Флоки.

Флоки вытер голову и тело полотенцем, надел чистую бежевую футболку с завязками. Затем снял мокрые штаны и повязал полотенце, чтобы дойти до своего спального места с сухой одеждой.

– Не обижайтесь на моего друга, пожалуйста. До свидания – попрощался Флок.

– Пока.

«Наконец-то могу помыться спокойно! Даже это право нужно здесь отстаивать...»

После помывки Антон оделся в чистое. Одежда была чуть большевата, но парень списал это на оверсайз крой. Хотя ни о каком оверсайз крое в мире Миленки не слышали. Просто Антону было так психологически комфортнее.

«Если продолжу такими темпами, то Миленка меня бросит. Каким бы парнем мечты для неё я не был. Нужно что-то придумать. Как мне вернуть её расположение ко мне? И надо попросить кого-то разбудить меня. Как же тяжело жить без часов... Раньше я даже не воспринимал часы, как благо. Это было что-то само собой разумеющееся. Решено! Получу деньги за задание и куплю себе часы!»

Когда Антон проходил обратно, то в комнате отдыха сидел Друган и читал книгу.

– Друган, можно ещё попросить?

– Валяй.

– Можешь меня разбудить завтра через час после рассвета? Только буди сильно, а то я поспать люблю. Договорились?

– Без проблем.

– Не проспи!

– За это не беспокойся. У меня бессонница.

– Оу. Сочуствую…

– Не стоит. Я привык почти не спать. Столько времени свободного появляется. Доброй ночи, Антон.

– Доброй ночи.

Антон прошёл в свою комнату, расстелил постель и лёг спать. Завтра его ждал тяжёлый день.

Утром. Через час после рассвета

Тук, тук.

– Антон, вставай. Час после рассвета. Антон! – тормошил парня Друган.

Антон накрылся одеялом с головой. Тогда Друган попытался сорвать одеяло с Антона, но парень вцепился в одеяло.

– Что же мне с тобой делать?

Друган взял стул и стал им шуметь. Тогда Антон взял подушку и запустил в Другана. Без подушки парню стало неудобно спать, и он проснулся.

– Друган, ты? Встаю.

– Кто же ещё? Ха-ха.

– Может, Миленка, – зевнул парень.

– Ха! Миленка. Рыжик, да ты смотрю, втрескался по уши. Она уже давно встала и пошла завтракать. Сказала, что будет ждать тебя у ворот. Лучше скажи, ты чего это подушками кидаешься? – Друган передал подушку Антону.

«Это я Рыжик? Рыжик. Звучит прикольно».

– Я кидаюсь? Извини. Благодарю, что разбудил. Ты настоящий Друган.

– Не за что.

Друган вышел из комнаты. Антон немного повалялся и стал одеваться. Затем Антон разобрался с устройством портупеи для секиры, достал саму секиру из-под кровати и убрал за спину.

Портупея была устроена нехитро. Само изделие сделано из кожи высокого качества, сзади располагалось глубокое отделение из металла для лезвия секиры, с замком – кнопкой. Одевать портупею пришлось через голову, поскольку она закрепляется на поясе и по бокам ремнями.

«Какой-то бронежилет получается. Ха-ха. Значит одной рукой расстёгиваю кнопку на портупее, а второй рукой в это же время достаю секиру из-за спины? Надо придумать что-то попроще. Чтобы секира доставалась также легко, как меч из ножен!»

Антон вышел из комнаты и направился к воротам Ордена.

– Мили, привет! Погодка классная, да?

– Привет. Облачно. Надеюсь, без дождей обойдётся…

– Взяла заявку?

– Конечно, взяла. Думаешь, я совсем тупая? – огрызнулась Миленка.

– Мили, что случилось? Ты чем-то расстроена?

– Мне нравится. Чем-то! Пошли к Ларсу, пока мы не опоздали из-за того, что кто-то слишком долго спит.

– Люблю я поспать и что такого?

– Ничего. Может, ты ещё и позавтракать хочешь?! – повысила голос Миленка.

– Нет, благодарю. Я не голоден.

Стоило Антону сказать, что он не голоден, как его желудок заурчал в протесте.

«Похоже, она не в духе… Следовало ожидать, а я со своими глупыми вопросами про погоду пристал. Надо же было начать диалог с чего-то? Надо. А что по поводу документов?»

Парочка вышла из Ордена и направилась к питейной «Век одиночества». Антон намеренно шёл рядом с Мили так, чтобы их руки соприкасались во время ходьбы. Тем самым он намекал на то, что хочет взять девушку за руку.

– Антон, ты можешь идти нормально, а не пытаться меня сбить с дороги постоянно?

– Извини, – отошёл Антон.

– Сначала я из вежливости отходила дальше и дальше, но такими темпами я в дом врежусь.

На улице было серо, люди сновали туда-сюда по своим делам. Кто с оружием, а кто без него. Мимо проносились дети, что играли в догонялки и кричали.

– Мили, можно спросить?

– Не можно, а разрешите. Привыкай к языку общения в Ордене.

– Разреши спросить? – поправил сам себя Антон.

– Разрешаю.

– Где мне взять местные документы? Я не прошу прямо паспорт или чего-то такого. Просто пусть выдадут справку, что я лицо без гражданства или…

– Какой же ты наивный, Антон. У вас в мире все такие? Если ты не родился в городе, тебе никто документы не выдаст. Если нет документов, значит, ты из села, а сельским жителям в город можно входить только по специальному разрешению, – Миленка перебила Антона.

– Кого?! – искренне удивился Антон.

– Не кого, а что. Это разрешение действует сутки. Будешь каждый раз переоформлять?

– Нет. Если мне надо на ночь остаться в городе, то я же могу снять гостиницу?

– Верно. Гостиница автоматически продлит тебе разрешение на вход в город и поставит штамп, а также пошлёт уведомление в пункт пропусков, но по условиям договора с Рэдом ты не можешь без меня покидать пределы Ордена. Ночью я предпочитаю бесплатно спать в Ордене, а не шляться по гостиницам.

– Но Мили… Что мне тогда делать?

– Снимать штаны и бегать. Ха-ха. Это шутка, а то реально штаны начнёшь снимать.

– С этой стороны я тебе ещё не видел… Но я серьёзно!

– И я серьёзно. Пока ты со мной можешь не бояться. Шанс, что у тебя спросят документы минимален, так как ты с членом Ордена идёшь.

– Но шанс не равен нулю?

– Верно. Ты же не член Ордена. У членов Ордена куртка это документ, а не просто униформа. Это символ принадлежности к закрытой организации, которая пользуется исключительным доверием государства. Поэтому ношение куртки не членами Ордена это серьёзное преступление с точки зрения закона. Я к тому, что даже не проси её у меня. Не дам.

– Мили!

– Антон! – крикнула Миленка в ответ.

– По какому праву ты на меня кричишь?

– По такому. Крики ты лучше понимаешь, чем нормальное обращение.

– Неправда! Я всё понимаю и без криков.

– Ладно. Мы уже подходим к питейной. Хоть официально ты и не член Ордена, но никто об этом не знает, кроме самих членов Ордена. Поэтому будь лапочкой и веди себя, как подобает члену Ордена. Усёк?! – Миленка немного вынула меч из ножен.

Антон сглотнул и кивнул в знак подтверждения. В этот момент ему стало страшно.

– Ха-ха. Видел бы ты своё лицо сейчас.

– Ничего смешного не вижу!

– А я вижу, – улыбнулась Миленка. – Твоё милое и удивительное личико.

Антон покраснел от смущения. Дальше они шли по улице, пока не остановились около злополучной двери, из которой вчера вышел Сонни и компания.

«Даже вспоминать не хочется. Думал, что здесь и помру, но не помер. Значит, кому-то я ещё нужен для более важных дел».

Миленка постучала в дверь, парочка немного подождала и хозяин питейной открыл им дверь, а затем закрыл дверь на засов.

– Доброе утречко, Миленка и Антон О’ний. Как добрались?

– Доброе утро, отлично добрались. Благодарю. Принесла заявку в Орден, где мы можем её заполнить? У меня всего один экземпляр. Важно не ошибиться, – поприветствовала Миленка Ларса.

– Утречка, – поздоровался Антона.

– Можно на стойке заполнить заявку. Чай, сок, коньяк?

– Нет, благодарю. Не терпится приступить к заданию, – вежливо отказалась Миленка.

– Может что-то поесть?

– У меня крошки во рту не было. Можно яичницу из четырёх яиц и апельсиновый сок?

Миленка нахмурилась, но ничего не сказала Антону.

«Это было нагло? Наверное, следовало отказаться из вежливости, но я правда хочу есть!» – подумал Антон.

– Яичницу предложить не могу. Новой поставки яиц с фермы пока не было, но могу предложить два или три поджаренных кусочка хлеба с маслом или джемом.

– Тосты?

– Простите?

«Да что же такое-то?! Опять я что-то не то ляпнул. Я начинаю ненавидеть себя за это!»

– Обычно я называю это тостами, – с улыбкой сказал Антон. – Будьте добры, три тоста с апельсиновым соком. Один тост с джемом и два с маслом. Благодарствую.

– Понятно. Анжелика! – позвал девушку Ларс.

– Слушаю, господин Ларс.

– Зачем же сразу господин… Можно просто Ларс. Она новенькая. Сегодня первый день, – объяснил Ларс.

– Слушаю, Ларс.

– Прекрасная моя, сделай дорогим гостям три поджаренных хлеба. Один с джемом, а другие с маслом и два апельсиновых сока.

– Будет сделано.

– И подай вон за тот столик, а второй сок мне принеси. Обожаю апельсиновый сок.

Девушка кивнула и ушла на кухню.

Антон сел за нужный столик в ожидании. Вскоре принесли еду и Антон накинулся на тосты с соком. Пока Миленка и Ларс заполняли заявку, Антон рассматривал Ларса.

Высокие ботинки на шнуровке из кожи чёрного цвета сразу привлекли внимание парня. Декорированы ботинки были двумя металлическими пластинами с логотипом питейной в форме солнца, через пластины проходят по два горизонтальных ремня слева и справа, фиксируемые защёлками и один ремень посередине ботинок, также фиксируемый защёлкой. Мелкие конусные заклёпки вдоль ремней придавали ботинкам панковский характер. Передняя часть массивной подошвы украшена хромированным железными накладками.

Также на Ларсе были кожаные штаны, камуфляжная футболка и накидка до пояса с красным подкладом, которая крепилась на шее Ларса металлической цепью.

«Вау! Не знал, что кто-то в этом мире может одеваться настолько стильно. Это стильно даже для моего мира. Теперь я Ларса ещё больше зауважал, и он тоже любит апельсиновый сок».

– Антон! Ты есть или глазеть будешь на тосты? Время! – возмущалась Миленка.

– Извини.

Антон начал быстро доедать тосты, не особо прожёвывая.

– Ничего, ничего. Не торопитесь, Антон. Время ещё есть. Миленка, вы пока отнесите заявку в Орден. Не хотелось бы тянуть с вознаграждением, а я пока справлюсь о готовности груза к отправке.

– Да. Вроде нигде не ошиблись.

Миленка вышла из питейной и пошла относить заявку, а Антон доел тосты, допил сок и смотрел в окно на улицу.

«Ничего интересного. Обычные люди, обычные дома, обычная облачная погода. Хочу домой… Насколько я ещё здесь застрял? Хотя застревать с Миленкой мне очень даже нравится. Она девушка с характером, такая мне и нужна. Другая бы со мной не справилась или бросила бы при первом удобном случае. Как Нина, например. И у Нины ещё хватало наглости за мной таскаться после того, как она меня кинула. Не люблю предателей. Если уж решила, что я тебе не подхожу, то вопрос закрыт. Нечего меня и себя мучить.

Миленка хоть и не умеет готовить, но заботливая и добрая. Красивые они обе, но толку мне от готовки Нины? Если она, как человек непонятно кто. Постоянно мне скандалы устраивала, что не отправил ей доброе утро или доброй ночи. Будто есть проблемы серьёзнее. У Миленки разговор короткий. Ха-ха. Обиделась и вообще не пришла ко мне. Так мне и надо, чтобы я подумал и понял, что люблю её. Надо бы что-то придумать, чтобы загладить свою вину».

Через некоторое время Миленка вернулась, а Ларс сообщил о готовности груза к отправке и сразу выдал вознаграждение. Каждому по золотому. Антон и Миленка забрались в повозку, а Ларс сделал умное лицо и стал проводить инструктаж перед поездкой.

– Значит так. Денег на расходы я вам не дам, но сразу выдал вознаграждение в знак особого доверия к вам, как членам Ордена.

– Благодарю, но я не..., – сказал Антон.

Миленка ударила Антона по рёбрам.

– Ай...

– Не перебивайте, пожалуйста. Маршрут указан на прилагаемой карте, если патруль будет интересоваться грузом покажете эти документы. Нигде не останавливайтесь и ни с кем, кроме патруля и моего человека не разговаривайте, поезжайте прямо по маршруту. Когда привезёте груз, то покажете эти документы со знаком солнца. Не перепутайте! – Ларс передал бумаги Антону.

«Не понял. Два документа? Это как? Точно контрабанда какая-то! Я в этом участвовать отказываюсь!»

– Ларс, а почему два документа на один и тот же груз? – спросил Антон.

– Я вам плачу деньги за доставку груза, а не за лишние вопросы. За лишние вопросы вам будут платить в городской управе или городской страже. Я понятно объясняю?

– Более чем. Мой напарник новенький и ещё не знает всех тонкостей работы и подробного текста транспортного устава, – встряла в диалог Миленка.

– Молодой человек, учитесь у прекрасной дамы. Груз абсолютно легален, если вы за это волнуетесь. Просто у него два документа, которые не нужно путать. Вы же сможете отличить одну бумажку от другой?

– Смогу, -- ответил Антон.

– Отлично. Большего пока не требуется. На въезде вас будет ждать мой человек. Успехов в доставке!

– Благодарю, Ларс.

– Доложитесь мне, когда вернётесь.

Парочка кивнула и Миленка подстегнула лошадей, повозка покатилась по маршруту. На выезде из города городская стража спросила документы на груз, получив документы, два стражника начали о чём-то спорить и хотели было проверить содержимое повозки. Через несколько минут к ним вышел третий стражник, который увидел куртку Миленки и пропустил повозку без тщательного досмотра. К Ордену Ниев в городе было особое доверие.

«Пока всё идёт по плану. Хоть бы так было и дальше», – подумал Антон.

Глава 10.2. Жуть, муть и сеновал

Кривая дорожка

Мир Каррандр, страна Эвенна, пригород Эренска

Дорога из Эренска в такую погоду теряла краски, становясь будто двухцветной. В колее была мутная вода, но прохождению груза это не сильно мешало. Чем дальше они отъезжали от города, тем небо становилось ниже и серее, напоминая цвет свинца.

«До чего же унылая картина...»

Берёзы иногда появлялись в поле зрения Антона, будто проступали из мглы призрачным белым свечением. Стволы их были сильны, но неестественно яркие будто маяки в тумане.

Впереди дорога вздымалась на небольшой холм, и с его гребня открылась новая панорама. Хвойный лес, что зимой и летом был одним цветом и хоть немного разбавлял серость вокруг. Поля, что лежали будто притихшие, придавленные тяжестью неба и воздуха. Петляющая дорога впереди. Поднялся ветер, сменив неподвижное и густое ожидание.

– Ветер — это к дождю, – сказал Антон.

Миленка ничего не ответила, а только мельком взглянула на Антона. Диалог не клеился. Так они и ехали, не разбирая времени суток.

Через какое-то время невкусный бульон из ожидания, серости и полудрёмы разбавил предгрозовой запах. Запахло свежестью, но при этом ничего не гремело, а лишь изредка сверкало в небе.

– Озон – предвестник грозы, – снова попытался начать диалог Антон.

На этот раз Мили даже не удостоила парня взглядом.

«Похоже, Миленке совсем неинтересна погода. Мне, наоборот, нравится разбираться в погоде. В детстве я даже хотел метеорологом, но с математикой у меня всегда были натянутые отношения, а потому этот вариант отпал сам собой, когда я вырос...»

Навстречу Антону и Миленке ехало два человека на лошади. По внешнему виду они были похожи на стражников, но одеты немного иначе. Цвет их формы будто сливался с пейзажем вокруг. Вдруг один из них засвистел.

– Остановите повозку! Проверка документов, – приказал тёмноволосый патрульный.

– Опять? Нас только недавно проверяли! – возмутился Антон.

– Кто вас проверял и когда? – спросил каштанововолосый патрульный.

– Сегодня проверяла городская стража на выезде из Эренска, – сказал Антон.

– Ха-ха, – засмеялись оба патрульных.

– Ну вы даёте, шутники. Благодарю за то, что подняли настроение.

– Марвин, где твои манеры? Людям нужно представиться по уставу сначала, чтобы они себе не надумали невесть чего, – сказал патрульный с каштановыми волосами.

– Извини, Элвин. Инспектор дорожного патруля, рядовой Марвин Альтман, попрошу предъявить документы на груз. По нашей информации в округе действует банда контрабандистов.

– Да, конечно, – полезла за бумагами Миленка.

– Минуточку, – Антон остановил Миленку и продолжил, – как мы узнаем, что вы именно из дорожного патруля?

– Нагрудный знак и есть наш документ, можете ознакомиться, – постучал пальцем по нагрудному знаку Марвин.

«Не фига не вижу. Что написано? Ряд-овой, 431, а дальше? Армин… Тьфу!»

– Можете подъехать ближе, я не вижу.

– Я всё увидела Антон, всё в порядке.

– Попрошу документы, и побыстрее! Тянуть время не стоит, – приказал Элвин.

Миленка взяла документы, а патрульный с тёмными волосами буквально вырвал их из рук девушки.

– Так, так. Так. Так! Куда едете? Что везёте?

– Едем в деревню Токино, везём груз выпивки. Весь груз абсолютно легален. Можете не беспокоиться, – невозмутимо отвечала Миленка.

«Токино. У меня соседа по общежитию так звали – Тока. Странный был парень».

– Это уже я решу, беспокоиться мне или нет, – продолжал грубить Марвин. – Элвин, здесь несостыковка.

– В чём дело?

– В документах написано, что они выехали вчера из деревни Антоновка, а рыжеволосый сказал, что их сегодня проверяли в Эренске. Зачем им делать такой огромный крюк? Не проще ли сразу в Токино проехать, минуя Эренск?

– У меня имя есть, вообще-то! Я Антон. Осока Антон.

– Я не понял, что ты на меня агрессируешь, рыжий? Ты мне своего имени не называл и вообще, где твоё имя в сопроводительных документах на груз? – Марвин сверлил взглядом Антона.

– Марвин, посмотрите в самом низу, там его закорючка ещё должна стоять и все другие данные, – невозмутимо продолжала Миленка.

– Ага, вижу. Антон Владимирович?

– Он самый, – подтвердил Антон.

– Странность. Зачем вы заезжали в Эренск? Только не говорите, что поспать. Не поверю, – поинтересовался Элвин.

– А мы и не поспать заезжали. Мы часть груза забирали, – придумал отмазку Антон.

– А в документах про это не слово! Обычно такое указывают.

– Не обязательно, – продолжал врать Антон со знанием дела. – Вы транспортный устав давно открывали в последний раз? Там написано может быть указано, а может быть и не указано. Это наше право, груз срочный. Сами, можно сказать, в дороге узнали о дозагрузке.

– Ой, хитрит. Но как хитрит! Даже я дословно пункты из транспортного устава не помню, – улыбнулся Элвин.

– Никто не хитрит. Просто у меня память хорошая. Мы опаздываем! У нас всё легально. Разрешите дальше ехать?

– Н-никуда вы не поедете! Открывайте повозку, будем проводить досмотр, – неуверенно сказал Марвин.

– Что? – возмутилась Миленка. – Вы только зря время потеряете, господин инспектор. Пока вы будете нас проверять, настоящие контрабандисты уедут от вас в другом направлении.

– Вот-вот, – поддакнул Антон.

Марвин посмотрел на Элвина, а тот вздохнул и спешился с лошади.

– Старший инспектор дорожного патруля, капитан Элвин Бурундуков, попрошу предоставить повозку к осмотру. Повторю, по нашей информации в округе действует банда контрабандистов, – без былого энтузиазма сказал инспектор.

– За что мне вся эта канитель? А-а... Вы общий язык понимаете? Или вы не с нашей планеты? Всё легально. Ле-га-льно! – по слогам сказал Антон.

– Документы у вас в порядке. Я не спорю. Молодой человек, вы, кажется, недавно хвастались памятью, я тоже хочу похвастаться. Пункт И той же статьи помните, о чём говорит?

– О чём же?

Элвин улыбнулся от уха до уха, настроение инспектора поднялось.

– При подозрении на противоправную деятельность инспектор дорожного патруля всегда, подчёркиваю все-гда, может провести осмотр груза.

– То есть по вашему мнению, мы прямо преступники?

– Никто не преступник, пока не доказано обратное, но подозрения есть. Вы агрессивно вели себя с моим коллегой, не желали предоставлять груз к осмотру, кроме того, постоянно спорите с представителем власти. Так вы позволите осмотреть груз добровольно или придётся вас задержать и осматривать груз с понятыми в ближайшем населённом пункте?

– Осматривайте! – махнул рукой Антон.

Так прошло немало времени. Антон маялся от безделья, как и Миленка, пока инспекторы увлечённо проверяли каждый сантиметр повозки. Залезли даже под колёса.

– Долго ещё? – спросил Антон.

– Почти закончили, – сказал Марвин.

Прошло пять минут.

– Долго ещё? – снова спросил Антон.

Инспекторы направились к Антону и Миленке, которые разлеглись возле дороги на траве.

«Идут. Кажется, закончили проверку. Лица злые, видно, ничего не нашли»

– Извините, можете ехать. Вот ваши документы. Берите же! – приказал Элвин.

Инспектор тряс документами над лицом Антона, а тот и не думал их брать.

– Не я хранитель документов, а девушка. Ей отдайте, – с улыбкой сказал Антон.

Миленка взяла документы, инспекторы залезли на лошадей и поехали дальше. Миленка с Антоном забрались на место и тоже покатили вперёд.

Поздно вечером они добрались до деревни Токино, что находилась в пригороде Арминска, но никто их, похоже, не ждал.

Страх и сено

Страна Эвенна, пригород Арминска, село Токино

– Ты уверена, что нас именно на въезде будет ждать человек?

– Ларс, именно об этом и говорил. Точно помню.

Было очень тихо. Ни ветра шум, ни звуки животных, вообще ничего не было слышно.

– Гробовая тишина, – высказался Антон.

– Да тьфу на тебя! Иди теперь сам смотри в чём дело, – выругалась Миленка.

– Я?! Почему сразу я?

– Нет, я! Буду охранять повозку, если это засада.

– Ларс не похож на кидалу. С документами у него был полный порядок, как он и говорил.

«Может, это шанс исправиться? Лучше пойду сам. Тогда Миленка меня простит. Так мне спокойнее будет, что с ней ничего не случится в глубине деревни!»

– Ты идёшь?

– Иду. Будь аккуратнее, если что кричи или свисти.

– И ты тоже.

Они обнялись и после этого Антон пошёл по пустой деревне, искать людей. Зрелище было жуткое. Вроде есть дома и свет горит, но дома пустые и двери заперты.

«Жуть… Как она есть»

Начал накрапывать дождь. Маленькими каплями.

– Эй! Есть кто? – крикнул Антон.

Ответом был скрип амбарной двери. Антон вздрогнул и достал секиру из-за спины, собрался с духом и пошёл в сторону источника скрипа. Затем парень поднялся по лестнице и увидел труп в костюме, пощупал пульс.

«Мёртв. Хорошо, что я достал секиру! Теперь нужно очень внимательно всё осмотреть. Кровавый след тянется по лестнице и наружу. Значит, он пришёл сюда сам после ранения».

Антон с предельной осторожностью начал осматривать остальные дома, дверь в один из домов оказалась не заперта. Горел свет в гостиной, но в других комнатах была темнота.

«Может, лучше не соваться?»

Бух, пу-бух. В дальней тёмной комнате упали коробки. Антон взял секиру на изготовку и пошёл вперёд.

«Если это враг, то лучшей защитой будет нападение. Он, скорее всего, не знает, что я здесь. Это может быть и ловушкой, но времени думать нет. Нужно проверить источник звука. Может, я зря волнуюсь?»

Антон подходил всё ближе и ближе, попробовал включить свет рукой, прикоснувшись к пластине, освещение не работает. Руки Антона вспотели, а взгляд пытался разглядеть силуэты врага в темноте.

Вдруг Антона схватили за ногу!

– Помог-гите… Пожа-луй-ста… – умолял неизвестный.

«Враг!» – сработало подсознание Антона.

Антон замахнулся и ударил секирой в место предполагаемого звука. Звуки стихли, а из комнаты на свет полилась кровь. Затем были слышны слабые булькающие звуки, но и они стихли.

Тишина. Антон смотрел на свет и видел то, что не хотел видеть. К горлу подкатил рвотный позыв, но тошнить было нечем. Завтрак ещё днём остался в кукурузном поле в переработанном виде. Парень поспешил выйти из дома и услышал свист, затем крик.

– Антон! – кричала Миленка.

Антон побежал так быстро, как мог на помощь Миленке, но когда прибежал, помощь уже не понадобилась. Антон стоял с кривой ухмылкой и окровавленной секирой на плече, смотрел на девушку. У Антона дёргался глаз, а рядом с любимой лежали два мёртвых врага. Один с мечом, а другой в одеянии мага.

– Это твой первый раз? – спросила Миленка.

Рыжеволосый парень смотрел на девушку пустым взглядом.

«Теперь меня посадят! Тот голос, кажется, просил о помощи. Как я мог убить того, кто просил о помощи? Вдруг это был враг? Ясно точно, те двое, что напали на Миленку, а до того ранили тех, кого я нашёл. Враг тот, кто напал на Миленку, а свои это те, кого я… Не хочу даже думать об этом!»

– Нет, но… Я только сейчас понял. Он же просил о помощи, а я его убил.

– Оу… Но ты же это только потом понял?

Антон согласился кивком. Миленка подошла и начала гладить Антона по руке.

– Бедненький. Понимаю, что ты чувствуешь.

– Меня посадят?

– Что? Не знаю. Вообще, это была самооборона, если на то пошло! А тот человек был сильно ранен?

– Не знаю. Меня кто-то схватил за ногу, и я устранил угрозу. Сначала я даже голоса не услышал.

– Да уж… Не принимай слишком близко к сердцу. В каком-то смысле ты ему помог, чтобы долго не мучился.

– Ничего себе помощь! – возмутился Антон.

Бах, бабах. Пошёл проливной дождь. Антон взял Миленку за руку и они побежали в дальний амбар на краю села. Он был небольшим, но уютным. Вместо магических светильников здесь горели свечи. Воздух внутри был густым, пахло старым деревом и сладковатым запахом сена.

– Фух! – одновременно сказали Антон и Миленка.

Оба вымокли до нитки, хотя бежали от силы минут пять.

Бах!

Миленка вздрогнула.

– Гром, – успокоил Миленку Антон.

Парень осмотрел весь амбар, чтобы убедиться, что никого больше нет. Вдоль стен стояли пустые стеллажи, покрытые пылью. В маленькой комнатушке Антон нашёл пару деревяшек и длинную палку, которые можно было пустить на растопку и сложил их, как для костра. Сверху парень наложил сена для лёгкого поджига, затем взял свечку и разжёг костёр. Парочка молча села на земляной пол, прислонившись спиной к грубо сколоченным стеллажам. Антон пытался осмотреть на свои руки на предмет заноз, но перед глазами стояла та сцена в доме. Рядом сидела Миленка, обхватив колени, она пристально смотрела на огонёк костра, будто пыталась выжечь им из памяти изображение двух бездыханных тел, оставленных у повозки. Антон медленно, почти нехотя, повернул голову. Их взгляды встретились.

– А ты не так бесполезен, как я думала… – призналась Миленка.

– Что? Ты, правда, обо мне так думала?

– До того, как тебя вместе с Энди посадили в камеру. Но это я так… Мысли вслух. Рада, что не мне опять саму себя обеспечивать всем надо.

– Рад стараться, – с улыбкой сказал Антон.

– Тебе больше идёт, когда ты улыбаешься.

– А мне нравится, как ты злишься. Ха-ха.

– Да я тебе сейчас как дам! – возмутилась Миленка. – Хотя фигушки тебе. Не буду злиться. Слишком устала для этого...

Они сняли мокрую одежду, положили длинную палку между стеллажами амбара и повесили на палку одежду рядом с костром, просушиться. Затем переоделись в сухое, что достали из дорожной сумки.

– Откуда у тебя ещё один комплект одежды для меня?

– Друган передал для тебя. Чего это он?

– Не знаю. Просто ему стало жалко меня. Решил помочь.

– Другану? Жалко?

– А что?

– Ничего. Не похоже на него просто.

– Мили, нельзя настолько не доверять людям. Как человек он мне понравился. Спать хочу, – зевнул Антон.

По крыше амбара барабанил дождь, но внутри амбара царила особая атмосфера тепла и уюта, от разгоревшегося костра. Антон подошёл к куче сена, что лежало у стены амбара.

«Как-то спать на сене мне не приходилось ни разу. Только в книжках читал про такое. Это вообще безопасно? Спину не отморожу? Хотя спать так хочется, что готов на земле лечь».

Миленка толкнула Антона в сено и сама легла сверху на парня.

– М-мили? Это как понимать?

– Ты же просил, чтобы тебе всё говорили прямо? Такой намёк достаточно прямой?

– Вполне. То есть ты на меня не обижаешься больше?

– Разве можно на такое солнышко долго обижаться?

– Нет. Тебе не страшно оставаться ночью в старом амбаре в заброшенном селе? Мне страшновато.

– А мне нет. Не в первый раз, ещё ты со мной. С тобой мне ничего не страшно, – Миленка поцеловала Антона.

Антон ответил взаимностью. Ночь, сено, амбар, свечи, костёр. Запах костра смешивался с запахом сена и создавал особую романтическую атмосферу. Так и прошла ночь для Антона и Миленки.

Утром костёр потух, свечи погасли, а дверь амбара со скрипом распахнулась.

– Эй! Что вы здесь делаете? – сказал грубый мужской голос. .

Глава 11. Любовь и манга

В Амбаре

Утром костёр потух, свечи погасли, а дверь амбара со скрипом распахнулась.

– Эй! Что вы здесь делаете? – сказал грубый мужской голос.

– Ой! А вы кто? – потёрла глаза Миленка.

– Я кто? Это зависит от того, кто вы.

– А почему я вообще должна отвечать?! Кто вы такой?

– С того, что я бы не стал злить человека с вилами в руках. Отвечай быстро! – пригрозил парень со шрамом на глазу.

«Вот разорались. Ёлки зелёные. Поспать нормально не дадут...» – подумал Антон.

– Эй, вы чего разорались здесь? – зевнул Антон.

– А-а… Так вы эти… Голубки. Ха-ха.

– Кто-о?! – смутилась Миленка.

Антон посмотрел на парня с вилами.

«Это враг или свой? Если враг, то надо бежать. Брать Миленку и бежать, а если свой… Но как это узнать? Свой, не свой»

Антон потянулся за своей рубашкой, взял в руки, но надеть не успеть.

– Брось! – приказал парень.

Антон бросил рубашку и посмотрел на парня. Выражение лица парня было унылым и одновременно ничего не выражающим. Смесь пассивной агрессии с полным равнодушием. В области правого глаза из-под волос выходил шрам, проходил через глаз и шёл дальше до конца лица. Левый глаз был необычного белого цвета.

«От одного вида в груди похолодело...»

– Кто такой? Зачем пришёл, кто послал? – спросил парень с вилами.

– Я… Мы от Л-л…

– Хватит мямлить! Говори громко и чётко! – пригрозил вилами парень.

– Прекрати! Мы от Ларса, груз привезли.

– Ро-от закрой, красотка! Я не у тебя спрашиваю, а у этого рыжего красавчика.

– Как ты смеешь? Я Миленка О’ний. Только попробуй что-нибудь сделать с нами, мой орден найдёт тебя и отомстит.

– Да хоть древо мира Каррандра. Мне н-а-с-р-а-т-ь! – по буквам сказал незнакомец.

«Кто же это такой, что ему и Орден не указ? Нужно перебороть страх и срочно всё объяснить!»

Антон хотел начать объяснения, но звуков не было. Он просто открывал рот и не мог ничего сказать от страха.

– Что молчим? Онемел что ли? Настолько я страшный?

Антон мотнул головой в знак отрицания.

– Ха-ха. Ты тоже не первый красавчик, как я погляжу. Эффектный шрам, парниша.

Антон продолжал изучать незнакомца перед собой. Пепельного цвета волосы, но кожа загоревшая.

«Значит, много путешествует»

Одет парень с вилами в такую же рубашку, как у Антона с завязками, кожаные полуперчатки, кожаные штаны и кожаные ботинки.

– В молчанку играть будем? Давно мечтал. У тебя же все двадцать пальцев на месте? Обещаю, будет весело. Играл в ножички, когда-нибудь? Нет? Я вот обожаю! Моя любимая игра, после игры в приличного человека. Ха-ха.

Миленка аккуратно потянулась за катаной, но незнакомец засёк её поползновения.

– Стоять, красавица! Не советую тебе этого делать.

– И что будет?

– Какая любопытная. Лучше тебе не знать, что бывает с тем, кто меня не слушает.

– Мы от Ларса! Привезли груз выпивки, – выпалил Антон.

– Так, ты говорящий? Эх… Такая игра сорвалась, но я рад, что ты решил рассказать. Надеюсь, это правда?

– Чистая правда! – синхронно сказали Антон и Миленка.

– Рад слышать. Нечасто в нашем мире встретишь честных людей, но вы из таких. Эм… О чём это я? Ах да. Я Белослав Щитовой. Тоже от Ларса, будь он неладен. Только ему дозволено выдёргивать меня с отдыха. Что-то подписать надо или сразу забираю груз?

– Так это вы должны подписать? Где вы были? Мы ждали вас у въезда в деревню.

– Нет, не я, но подпишу я. Там такая сложная чехарда случилась, что… Рассказывать долго и не для ваших ушей. Давайте сюда документ. Только медленно! А то я человек нервный и оденься уже бесстыдник.

– Кто бы говорил… – надевал рубашку с завязками Антон.

– Ну извините, что ворвался без приглашения. Мне тоже было интересно! Ха-ха.

– Извращенец! – выругалась Миленка.

– Бабам слова не давали, а я не помню, чтобы спрашивал твоё мнение о себе.

«Какой же он мерзкий! Фу! Подпишем документы и сразу уйдём. Ни секунды больше не вынесу этого урода морального...»

Антон достал документы и передал Белославу.

– Подписывать чем? Ручка? Что-то?

– Я думал у вас есть чем подписать.

– В таком случае… Кровью подойдёт?

«Точно извращенец!»

– Можно.

– Давай руку!

– Эй! – убрал руки за спину Антон.

– Шучу. Ха-ха, – достал нож Белослав.

Пепельноволосый порезал свой палец и оставил кровавую кляксу на договоре.

– Готово! Искренне считаю, что договоры, подписанные кровью самые надёжные. А ты, как думаешь?

– Мне обычной шариковой ручки хватило бы, – прикрыл рот рукой Антон.

– Чего? – переспросил Щитовой.

– Чернил имел в виду.

– Все люди разные и это хорошо. Лошадей мне оставьте, ещё повозку гнать. Можете убираться отсюда.

– А мы на чём поедем? – спросил Антон.

– Мне насрать, но здесь не оставайтесь.

– Как это насрать? Тебе, что вообще пофиг на чувства других людей? Ведёшь себя как… – вовремя остановился Антон.

Белослав пристал нож к горлу Антона.

– На первый раз прощаю, но опять эти ваши мнения. Кто их просил? Я не просил. Никого не суди и сам осуждён не будешь. Так, я считаю. По дороге есть деревушка с озером, там конюшня. Возьмите лошадь на время, вам же Ларс вперёд заплатил?

– Д-да...

– Вот и валите уже! – убрал нож в ножны Белослав.

– Кто ты такой и по какому праву так с нами общаешься? – снова встряла Миленка.

– Антон, сделай одолжение, научи свою девушку хорошим манерам. Когда два мужика говорят, не мужики молчат. Я тот, дорогуша, кто очень не любит, когда его не слушают. Пойду отолью, чтобы к моему приходу духу вашего здесь не было. Иначе не посмотрю, что вы люди Ларса. Мне насрать, сколько тел в итоге будет. Марш отсюда! – крикнул Белослав.

Антон вздрогнул от страха. Парочка быстро собрала вещи и поспешила уйти из деревни.

Дальше Антон и Миленка вышли на дорогу и шли вдоль полей. К середине дня солнце раскалилось.

– Жарко… Мили, а тебе? – вытирал пот со лба Антон.

– Мне нормально. Мерзкий тип этот Белослав. У меня мурашки от него…

Антон обошёл Миленку спереди и приобнял.

– Руки! – пригрозила Миленка.

– Ты на меня ещё обижаешься? И это после того, что между нами было в амбаре?

– Я ещё не решила. До тех пор прошу руки ко мне не протягивать.

– А-а… Что я такого сделал-то?

– Тебе списком или сам вспомнишь? За то, что прибежал меня спасать и ухаживал вечером благодарю.

Памятуя слова Флоки о том, что Миленка любит сильных парней, Антон решил проявить свою силу. Хотя бы на словах высказаться о Белославе.

– Ладно, я понял. Очень виноват. Я бы этому Белославу лицо начистил бы.

– Если бы не испугался, – улыбнулась Миленка.

– Ты мне не веришь? Давай вернёмся и я докажу!

– Не надо. Верю.

– Нет! Давай вернёмся.

– Верю, верю. Успокойся только.

Мили сняла с себя бурдюк с водой на ремне и передала Антону.

– Попей. Сколько мы не пили уже.

– Где ты его достала?

Антон взял бурдюк и начал пить.

– Всё не выпивай. Нам до Эренска должно хватить. Пока ты спал, я немного походила по пустым домам и нашла этот прекрасный сосуд. Он на ремне, очень удобно через плечо надевать. Ты спросишь откуда вода? Вода нашлась в колодце.

Антон напился и передал бурдюк обратно Миленке. Солнце обжигало неприкрытую шею, а сухой воздух заставлял пить больше жидкости. Так, они и шли дальше, изнывая от жары, болтали о разном. Говорили о красоте пейзажей, какой должна быть любовь, и об отношении к детям. Антон не был настроен воспитывать детей, но теоретически допускал возможность иметь детей, а Миленка же напротив хотела бы иметь детей и после этой фразы периодически поглядывала на Антона.

Деревня Манга

Через некоторое время парочка свернула с дороги и подошла к деревне с говорящим названием «Манга».

– Манга! – выкрикнул Антон. – А она откуда здесь? – Антон показал пальцем на табличку с названием.

– Ну… Деревня. Люди здесь поселились, – Миленка с недоумением посмотрела на Антона.

«Идиот! Хватит орать при виде каждого слова или предмета. Смирись уже, что ты в другом мире. Что обо мне подумает Миленка? Здесь ,может, всё что угодно быть похожим. Хотя в такой деревне я бы поселился!» – бил себя по затылку Антон.

– Извини. Я, наверное, кажусь тебе странным. Ха-ха.

– Ничего. Я привыкла. Пошли искать конюшню, если Белослав не наврал, то она здесь есть.

«Привыкла? Это хорошо или плохо? Я не понимаю...»

Ветер постепенно усиливался, а тучи сгустили и нависли над деревней. Пасмурно. В такую погоду деревня была словно нарисована размытой кистью, а небо, как плотная крышка, придавливало к земле соломенные крыши домов.

Главная улица, которая была утоптана колёсами от повозок, пока была сухой, вдоль неё тянулись избы и крохотными, словно прищуренными, окнами-глазами всматривались в путников, изучали их. Ещё чуть дальше стояла небольшая и старая колокольня из камня. На первом этаже торговали люди, а на втором был колокол.

«Колокол для экстренных случаев? Интересно».

Краска стен колокольни местами потрескалась, выглядывал какой-то фиолетовый материал.

«Прямо не колокольня, а синяк на теле деревни».

Кажется, ещё недавно здесь кипела жизнь, но сейчас было тихо. Необычно тихо и эта тишина, как густая масса обволакивала Антона и Миленку.

– Скоро до конца дойдём, а конюшни всё не видно. Может, он наврал? – вздохнула Миленка.

– Чтобы от нас поскорее отделаться?

– Ага.

– Не похоже. Пусть Белослав редкой мерзотности человек, но врать как-то не в его принципах. Мне так показалось.

Впереди стоял бледный парнишка и, ломающимся между детским и взрослым голосом, выкрикивал.

– Лимонад. Покупайте лимонад… Самый вкусный в стране!

Уголки губ парнишки были опущены, а в глазах было много боли, от парня разило грустью на каком-то ментальном уровне, а взгляд был пустым. На нём была старая футболка больше на 2 размера, чем продавцу лимонада нужно, шорты и потрёпанные ботинки не по погоде.

«Непередаваемая тщетность бытия… Хотя даже в этом есть своя атмосферность. Может спросить у него про конюшню?»

Антон подошёл к парнишке, несмотря на немые уговоры Миленки, которая тащила Антона за рубашку в сторону.

– Лимонад!

– Привет! Мы ищем конюшню. Подскажешь, где она может быть?

– Добрый день. Купите лимонад. Всего 5 медяков стаканчик!

– Благодарю, я не хочу пить. Может, ты не расслышал, но где…

– Расслышал. Купите лимонад, подскажу.

– Какой пронырливый! – возмутилась Миленка.

– Благодарю, мы пойдём, – согласился с Миленкой Антон.

Антон начал отходить от импровизированного прилавка и старых досок, но парнишка не думал сдаваться.

– Пожалуйста, купите лимонад. Я собираю на лечение черепашки, без вашей помощи она умрёт! Я очень не хочу, чтобы она умирала…

Антон остановился после слова черепашки и вернулся.

– Подожди, у тебя есть домашняя черепашка?

– Да.

– Большая?

– Ну… Такая. Средняя, – показал он руками размеры. – Моя семья очень бедная, и мы не можем себе позволить такое. Черепашку я подобрал на берегу моря в Арминске, когда ездил туда гулять с друзьями в прошлом году. Если я наберу монет на лечение, то дед Тихон обещал меня свозить в Эренск к ветеринару.

– Так у вас и море рядом?

– Нет. Отсюда дня 3–4 на телеге ехать. Дед Тихон меня возил. Купите лимонад?

– Два стакана! – импульсивно ответил Антон.

Антон поправил рыжие волосы, чтобы не лезли в глаза, и достал первую попавшуюся монету из кармана, передал мальчугану.

– Ого! С золотой у меня сдачи не будет… Поменьше не будет монеты? Первый раз вижу золотую монету. Пацанам расскажу, умрут от зависти. Вы, наверное, из Эренска?

– Ага. Серебряник подойдёт? – протянул новую монету парень.

– Вполне, – мальчишка разлил лимонад в стаканы и начал считать сдачу.

– Забей. Оставь себе, – Антон передал стакан с лимонадом Миленке.

Затем Антон отпил из стакана сам.

«Какой сладкий! Чувствую виноград, абрикос и… Арбуз? С соком лайма и мятой… Это самое вкусное, что я пил с момента попадания в этот мир!»

– Нет, я так не могу. Папа учил никогда не брать чужого. Сам заработаю!

– Это же нереальная вкуснотища! Давай ещё стакан!

– Ха-ха. А я говорил.

Мальчуган налил ещё стакан лимонада и протянул Антону. Тот снова осушил стакан залпом, а затем ещё один стакан.

– Всё! Больше в меня не влезет. Рецептик дашь записать?

– Ничего сложного нет. Берёте кувшин и туда кладёте: лёд, лайм, сок манги, мяту по желанию.

– А вода?

– Ой, точно. Вода – главная в лимонаде, – парнишка достал плод манги из-под прилавка. Фрукт на вид был размером с поме́ло, жёлтого цвета. – Воды нужно много, манга это приторно сладкий фрукт, саму по себе мангу трудно есть. Можно наесться парой долек. Получается очень вкусный лимонад. Вот ваша сдача! – протянул монеты мальчуган.

– Благодарю за рецепт, дома обязательно попробую приготовить. Ценю твою честность, но и ты цени мою щедрость! Я обожаю черепашек и рыбок. Пусть выздоравливает твоя черепашка.

– Благодарю, господин!

– Фу! Не называй меня так, – сморщился Антон.

«Хотя было немного приятно, но только немного!»

– Извините. Богатых людей обычно так называют, а вы богач!

– Я не привык к таким обращениям. Зови меня просто Антон Владимирович.

– Угу. Антон Владимирович, конюшню вы прошли. Вам надо вернуться на четыре дома назад, и пройти по тропинке минут пять. Там будет дом, а в доме скажите, что от Тихона. Вас проведут без вопросов, только не говорите, что вы из города.

– Замётано. Благодарю.

– Благодарствую! Приходите ещё, – сиял от радости мальчуган.

«Кажется, я принёс успех его безнадёжному делу. Отдавать, оказывается, может быть, очень приятно», – подумал Антон.

Парочка прошла по обозначенному мальчуганом маршруту, и их сопроводили к местному конюху, который сразу признал в них городских. На вид это была сама обычная конюшня, пахло навозом и лошадьми вперемешку.

– Девка точно городская, а городским я ничего не даю. Аренда лошади 50 медяков – сутки. Новые сутки начинаются в полночь.

– А за серебряник отдадите коня в аренду?

– В аренду не даю.

– Продайте! Даю 30 серебряников.

– Ха! Не смешите меня.

– 50 серебряников.

– Нет.

– Золотой даю! – принципиально настаивал Антон.

– Хоть всё золото мира! Вы уедете, а мне здесь жить.

– Какой принципиальный конь! Пойдём отсюда Мили. Ничего нам здесь не светит.

Конюх вздохнул, махнул рукой.

– Подождите! Эй, если подождёте до вечера, что-нибудь придумаю.

– Ладно, мы подождём, – согласилась Мили за двоих.

– Вот и славно. Приходите в 19 часов после рассвета сюда.

Парочка снова вышла в деревню тем же путём.

– Эй, ты чего согласилась? Они же нас просто дурачат!

– Нет. Всё нормально. У меня совсем нет желания тащится по такой парилке в Эренск на своих двоих.

– Согласен, парит жутко. Хоть форточку открывай, но мы же на улице. И чем тут заниматься до вечера?

Антон осмотрелся и не нашёл решения лучше, чем снова подойти к торговцу лимонадом и спросить.

– Ещё раз, привет. Чем у вас здесь до вечера можно заняться? Чтобы от скуки не помереть.

– Чем заняться? – почесал затылок парнишка.

– Угу.

– Разве что на лодке покататься. У нас озеро есть, думаю, с дороги видели. У озера есть лодочная станция в конце деревни. Озеро не такое большое, как море, но тоже ничего.

– Да, уж конечно. Ха-ха. И им тоже не надо говорить, что мы городские?

– Ему. Там мой старший брат работает.

– Мили, пойдём кататься на лодке?

– Пошли.

– Благодарю за помощь, – поблагодарил Антон.

– Пожалуйста. Приходите ещё!

Парочка прошла по дороге в конец деревни к причалу, арендовала лодку. Антон хотел помочь Мили забраться в лодку, но та решила справиться сама. Затем лодку оттолкнули от причала и Антон взял вёсла в руки. Первые гребки были слабыми и неуклюжими, но через некоторое время Антон понял, как именно надо грести. Лодка бодро пошла вперёд, разрезая воду.

Плыли молча. Миленка изучала бескрайний лес за спиной Антона, Антон хотел раствориться бесконечной зелени леса за спиной Миленки. Так бы они и сидели молча, если Миленка не начала разговор.

– Антон.

– А?

– Может, назад поплывём? Если пойдёт дождь, промокнем до нитки.

– Нет. Не будет дождя. Должно немного распогодиться, а то нам в Эренск ехать надо.

Миленка покачала головой, не понимая, как связаны эти события между собой.

– Антон…

– Чего?

– Я влюбилась.

– Круто. Поздравляю, а в кого? Только не говори мне, что в этого напыщенного индюка Энди.

– В тебя…

– Понятно, – без эмоций ответил Антон. – Подожди чего? – Антон уставился на Миленку.

– Люблю я тебя, вот чего!

– Ого!

– И всё? – поинтересовалась Миленка.

– Что ещё? Классно. Не думал, что в меня можно влюбиться.

– Ааа! Ты и дальше будет вести себя, как идиот? Будто у тебя аллергия на чувства? Я тебе в любви только что призналась, а ты мне ого.

Антону на нос упала капля дождя. Для Антона эта капля была такой тяжёлой, что парень чихнул.

– Ха-ха. Я не могу. Ты такой милый, что даже злиться не получается на тебя.

Затем упала ещё капля, и ещё. Антон перестал грести и посмотрел на небо. Редкие капли вмиг сменились на полноценный ливень и мгновенно пробили зеркальную гладь озера.

– Антон, поворачивай назад. Мы промокнем!

– Уже промокли…

«Какое-то странное облегчение в груди… Больше не так тяжело дышать. Может и грести легче станет?»

Антон снова взял вёсла и начал разворот, напрягая мышцы. Миленка остановила Антона жестом.

– Стой!

Вода стекала с его кончика носа, с бровей, с подбородка. Парень смотрел на Миленку, и она была прекрасна. Капли воды стекали с её волос, с лица. Одежда парочки намокла.

«Настоящая богиня дождя!»

Миленка подсела к Антону и обняла за плечи.

– Я к тебе привязана. Не могу жить без тебя и… Знаю, что это слабость, которая недопустима в наёмничестве, но я люблю тебя, Антон! – отчиталась Миленка.

– Это твой окончательный отчёт? – скрывал улыбку Антон.

– Ещё я всегда мечтала поцеловать тебя под дождём. Можно?

Антон ничего не ответил, он отпустил вёсла и взял Миленку за голову. Они посмотрели друг другу в глаза и начали целоваться. Дождь усилился, стал непроницаемой стеной, что отделил парочку от берега, леса и от всего остального мира. Сейчас здесь только дождь, Антон и Миленка.

Этот поцелуй не был вопросом и не был сделан по просьбе, а был скорее актом приёма-передачи, который окончательно и безоговорочно подтвердил факт любви между этими двумя людьми. Когда парочка нацеловалась, то Антон непривычным для него новым, твёрдым голосом сказал:

– Твой отчёт принят на вечное хранение в сердечную библиотеку.

– Без права изъятия? – уточнила Миленка.

– Без права изъятия.

Они соприкоснулись лбами, дышали друг на друга. Антон чувствовал, как новое светлое чувство полностью обволакивает его, будто погружает в иную среду обитания. Дождь так же неожиданно стих, как и начался. Осталось лишь подобие дождя.

– Грибной дождь, – отметил Антон.

Антон снова взял вёсла и начал разворачивать лодку. Миленка села на своё место и стала дальше изучать светло-зелёный лес.

«Что с цветами? Они стали ярче, живее. Они такие яркие, что я никогда их такими не видел! Будто кто-то подкрутил яркость мира на максимум. Лес стал зелёным, зелёным, а вода? Вода стала суперпрозрачной и невероятно синей. Руки? Розовые, розовые, такой живой цвет! В груди жар, а в голове туман. Мыслей нет от слова совсем, кроме мыслей о Миленке. Даже эти слова слышатся, как эхо в мыслях. Кажется, это называют любовью? Я много об этом читал. Может, я просто заболел? Не знаю. Сил нет грести и руки не слушаются, но я должен доплыть до берега...»

Когда Антон причалил к берегу, то с него стекала вода, как и с Миленки. Работник причала это увидел и не смог остаться в стороне. Проводил гостей в свою коморку с печкой и угостил наливочкой из манги домашнего производства. Антон сначала отказывался, но лодочник настоял. У Антона было слишком мало сил, чтобы сопротивляться.

– Спаивать людей недопустимо! – выругался Антон и выпил наливку.

– Теперь не заболеете! – сказал лодочник.

– Я бы на эту тему поспорил, но слишком устал.

Миленка достал из кармана куртки несколько монет.

– Антон, не будь занудой. Благодарю, что приютили до вечера, – Миленка положила монеты на стол.

Лодочник отодвинул монеты.

– Не за что. Я не для этого делал, заберите. Сам заработаю.

– Нет так нет.

Миленка убрала монеты обратно.

– Я и не занудствую – это факты. Алкоголь – вреден для здоровья! В любом количестве. Благодарю за то, что пустили до вечера, – как смог поблагодарил Антон.

Над печкой были натянуты верёвки, а на верёвках парочка расположила одежду для сушки. Весь день Миленка и Антон болтали, а к вечеру выдвинулись к конюшне. Одежда была чуть влажной, но Антон решил, что досохнет в дороге. На ночь в деревне ему оставаться совсем не хотелось. Конюх был непреклонен.

– Нет для вас лошадей.

– Как нет? Пять лошадей минимум вижу! Опять дурачите нас?

– Сказано нет лошадей, значит, нет лошадей. Не могу рассказать подробности, но запретили вам давать. Я пытался уговорить, честно.

Антон махнул рукой.

– Нужна мне ваша честность... Лучше бы лошадей дали, что нам до Эренска пешком тащиться? Будьте же вы человеком! Никто даже не узнает, что вы нам их дали.

– Ага. Как же не узнают. Днём ходил, просил за вас, а потом две лошади пропали. Нет и точка! Уходите.

– Я была о вас лучшего мнения. Так, с людьми не поступают! – продолжала наседать Миленка.

– Тьфу на вас! Скупердяи. Пошли Мили, пусть сами со своими лошадями развлекаются.

– Что?! – удивился конюх.

– Что слышали, – отрезал Антон.

Конюх не стал продолжать наезды на двух людей с оружием.

– Ну и катитесь отсюда. Чтобы больше ваших рож я на конюшне не видел.

– Сами разберёмся. Без вшивых.

Антон от злости ударил кулаком по двери конюшни.

– Ай… – мотал рукой Антон.

– Что нам теперь делать? Не на ночь же оставаться? – спросила Миленка.

– Ничего, пешком дойдём. На ночь здесь оставаться точно не собираюсь. Видишь, как они к городским настроены? Ну их… В баню! – заменил неприличное слово на приличное Антон.

Миленка и Антон вышли из деревни, но к выходу на дорогу их стал догонять дед на телеге. Парочка вышла на дорогу до Эренска, и их окликнул кучер.

– Доброй ночи.

– Добрее видели, – огрызнулся Антон.

– Слышал, вы пытались лошадь за золотую монету арендовать. Могу подвезти.

– Благодарю. За золотую монету мы и сами дойдём.

– Я не к этому. Прошу прощения, не с того начал. Тихон Андреевич я, местный фермер. Еду проездом через Эренск продавать урожай огурцов и соленья, а охрана мне не помешала бы. Подвезти?

– А! – удивилась парочка.

– Не бесплатно, конечно. По два серебряника с носу и довезу, куда скажете.

– Ага, сейчас. Аренда лошади стоит 50 медяков, а мы 4 серебряника заплатим? – возмутилась Миленка.

– Дело ваше. Хотите идти пешком, идите. К обеду будете в городе. Но. Но пошла!

Тихон Адреевич покатил дальше, но Антона это не устраивало. Засунув гордость, куда подальше ради себя любимого и Миленки, Антон крикнул.

– Стойте! Я заплачу.

– Тпруу! – скомандовал Тихон.

Парочка забралась в телегу, но не знала, куда сесть. Почти всё было занято огурцами и банками.

– Огурцы можете на пол спустить, ничего им не сделается.

Антон передал Тихону Андреевичу 4 серебряника и сел рядом с Миленкой. Они неспешно покатились в сторону города.

– В Эренске довезите нас до питейной Век одиночества. Дальше мы сами.

– Будет исполнено.

«Зато не пешком!» – думал Антон.

Глава 12. Свидание в пекарне

Антон

После того как парочка отчиталась Ларсу о выполненном задании, Ларс похвалил ребят и извинился. Он не знал, в какую авантюру ввязывается, а этим людям был сильно обязан. В качестве извинений Ларс бесплатно приготовил на троих коктейль Эренский рассвет с апельсиновым соком, водкой и кубиками льда, украшен коктейль был долькой апельсина.

– Вкусный коктейль? – спросил Ларс.

– А то. Внешне напоминает восход солнца. За вашей работой смотреть одно удовольствие. Как вы взбалтываете, разливаете. Целое шоу.

– Рад слышать. Я долго учился искусству питейного мастера. Приходите, снова угощу вас чем-нибудь. Вы меня очень выручили! Ещё раз извините за то, что произошло и за Белослава. Он не без странностей, но своё дело знает хорошо.

– До свидания, – попрощалась Миленка.

– Пока, – попрощался Антон.

Влюблённая парочка вместе дошла до Ордена, Антон пошёл к себе в комнату, а Миленка к себе. Антон плюхнулся на кровать и разлёгся в позе ангела, руки и ноги раскинуты в стороны.

«Наконец-то я в своей комнате, на кроватке спать буду!»

Так прошла тройка дней, Миленка бегала по заданиям Ордена, а Антон маялся от скуки. К противной каше он уже привык. Всё равно ничего другого здесь нельзя поесть. Иногда Антон помогал Другану в его научных изысканиях. Ещё бы не помогал! Для Антона это была прекрасная возможность прикоснуться к своим любимым книжечкам пусть и по инженерному делу.

После обеда парни снова засели в комнате Антона за книгами. Друган пытался придумать способ быстро сушить мокрую форму, чтобы полчаса и готово! Можно было попросить Энди развести костёр или типа того, но каждый раз Энди просить Другану не хотелось.

– Друган, можно вопрос?

– Ага, – перелистнул страницу парень.

– Как думаешь, куда можно сходить с девушкой на свидание в городе? Я не местный просто. Если пойдём в питейную Век одиночества нормально будет?

– Ха-ха. Кто же встречается в питейной с девушкой?

– Мы там уже были, ей вроде понравилось.

– Так, ей понравилось или тебе понравилось? – уточнил Друган.

Антон задумался, перелистнул страницу книги.

– Ну… Мне понравилось, но ей вроде тоже. Недовольство она не высказала.

– Понятно. Дамский угодник, – улыбнулся Друган.

– Что? Нет. Мы просто дружим, – отмазался Антон.

«Другим про наши отношения с Мили знать совсем необязательно!»

– Дружите? Не прикидывайся, я видел, как вы друг на друга смотрите. Ещё Миленка таскает тебя везде за собой, как парня.

– Ты знаешь? Это по принуждению! Иначе мне из Ордена не выйти.

– Конечно, знаю. Об этом весь Орден знает уже! Ну ты даёшь. Ты мог и отказаться идти с ней, потребовать другого человека на сопровождение. Но ты этого не сделал! Значит, она тебе не безразлична и ты ей, похоже, тоже.

«Стоп! Хватит отрицать свои чувства. Она правда меня любит, и я её тоже… Фу! Аж в туалет потянуло от этих розовых соплей. Заткнись! Сам заткнись! Я просто приглашу её на свидание, а дальше разберусь», – спорил с внутренним голосом Антон.

– Интересно, какие Мили цветы любит?

– Любые жёлтые, – ответил Друган.

– А ты откуда знаешь?

– Это долгая история, но мы поняли, что друг другу не подходим. Она любит сильных парней, а у меня достаточно мягкий характер.

– Ты об этом так спокойно говоришь?

– Ты же мой друг, могу рассказать. Или не могу?

– Можешь. Извини, просто у меня все мысли о свидании и Миленке.

– Это любовь! Быстро дуй за цветами, а я пока вазу с водой принесу.

– Куда? Я же выходить из Ордена не имею право без Миленки.

– Точнякумба. Тогда ты иди за вазой, а я за цветами.

– Боюсь, меня не пустят в казарму после прошлого раза, – посмотрел в пол Антон.

– Скажешь, что я тебя прислал за вазой. Моя кровать крайняя у стены, третий ряд.

Парни вышли из комнаты, Антон закрыл дверь на ключ и пошёл за вазой, в очередной раз парень прочитал на серой стене крупными чёрными буквами надпись «АНТОН» и стрелку под ней.

«Дурацкая надпись! Когда её сотрут? Достало каждый раз на неё натыкаться»

Антон зашёл в казарму и сказал пароль.

– Я от Другана за вазой.

Антона пропустили. В казарме почти никого не было. Почти. Рядом на табуретках сидели Флоки и Флок. Они о чём-то увлечённо разговаривали, но Флоки заметил Антона.

– Здарова, рыжий. Тебя каким ветром сюда снова надуло?

– Привет, Антон. Зачем пришёл? – сдержанно поздоровался Флок.

– Привет, Флок. Я от Другана за вазой.

Антон намеренно проигнорировал Флоки и ответил его другу, но Флоки не думал сдаваться.

– Крайняя кровать у стены, третий ряд. Только смотри не запутайся, как в прошлый раз.

Антон хотел также ядовито ответить Флоки, но сжал кулаки и выдавил:

– Благодарю, я знаю.

Когда Антон подошёл к кровати Другана, то был немного в шоке. У него в отличие от других вместо тумбочки был целый шкаф! Антон открыл шкаф и чуть не потерялся, в шкафу висела запасная форма и лежало много, много всякой мелочёвки. Болтики, винтики, отвёртки под разные шлицы, сломанные магические светильники, переключатели и другое.

«А вот и ваза!»

Антон взял вазу, закрыл шкаф и отнёс вазу в свою комнату. Вскоре пришёл Друган с роскошным букетом из жёлтых лилий.

– Красиво, – отметил Антон.

– Антон! У тебя девушки были когда-нибудь?

– Были, а что?

– Почему ваза без воды? Цветы завянут.

– Тьфу. Ты, что мисс сваха?

– Типа того.

Антон взял вазу и пошёл набирать воду.

– Только не смей набирать воду из фонтана! Слышишь? – предостерёг Друган.

– Слышу. Я что совсем тупой?

Антон прошёл в конец коридора и зачерпнул воды из бочки для умывания.

Друган поставил цветы в вазу.

– Шёл, думал насчёт места. Думал, думал.

– И придумал? – подшутил Антон.

– Ага. Пекарня Ника — это беспроигрышный вариант. Там пекут очень вкусные булочки, много чего есть. Плюс Ник член Ордена. У тебя возникнет вопрос, почему ты его никогда не видел? Он живёт вне стен Ордена. По слухам, он один из первых членов Ордена, поэтому ему позволено много больше остальных.

– Исчерпывающе. Тогда я дождусь Мили и приглашу её в пекарню. Огромная тебе благодарность! Без тебя я бы даже не знаю, что делал.

– Пустяки… Я пойду тогда, – Друган взял книгу с собой.

– Книгу оставь. Я ещё почитать хочу.

– Хорошо.

Друган вышел из комнаты, а Антон начал нюхать страницы книги. Наконец-то он остался один на один со своей первой в этом мире книжкой, которую он может потрогать, пощупать за разные места, понюхать и почитать.

Вечером следующего дня Миленка вернулась с задания, Антон видел её, пока сидел на лавочке у фонтана Ордена и маялся от скуки.

«Самое время, чтобы пригласить её в пекарню!»

Антон взял цветы из вазы, поправил волосы и пошёл к Миленке в казарму. На входе стоял Флоки.

– Рыжий, привет. Тебе чего? – улыбнулся Флоки.

– Не называй меня рыжим! Миленку позови.

– Кто же так просит. А волшебное слово? – издевательским тоном сказал Флоки.

– Какое ещё слово? Ты меня преследуешь, что ли? Или у тебя цель вывести меня из себя как можно быстрее? – повышенным голосом сказал Антон.

– Кажется, это не волшебное слово.

Флоки продолжил стоять молча, а Антон сверлил его взглядом.

«Зашибись день! Сначала книжку забрали, теперь это чудо на входе поставили. Чтоб ему пусто было! Глаза бы мои его не видели! Уродец...»

– Пожалуйста, позови Миленку.

– Что? Не слышу? Больше мольбы в голосе, – с улыбкой сказал Флоки.

Антон взял Флоки за ворот футболки.

– Слышь, я тебе прямо здесь наваляю и не посмотрю, что ты на посту. Ты кем себя возомнил вообще?! Пуп земли.

– Ай, ай. Нехорошо приставать к постовому, пока тот на посту, – Флоки сильно ударил Антона по руке. – Так можно и без руки остаться. Или ты из этих самых? Миленка О’ний на выход! – крикнул Флоки и тут же лицо его стало серьёзным.

Антон посмотрел назад, за спиной Антона стоял Рэндэл и ел яблоко.

– Молодец! Можешь когда хочешь, – похвалил Рэндэл Флоки.

– Служу Ордену! – снова крикнул Флоки.

– Другое дело. Раздолбай… – вздохнул Рэндэл и пошёл дальше по делам.

Через минуту вышла Миленка, и Антон подарил ей жёлтые Лилии.

– Это тебе.

– Мне? Благодарю.

– Что здесь удивительного? Могу я подарить любимой девушке немного цветов?

– Просто я не ожидала такого большого букета.

Парочка прошла к лавочкам у фонтана на площади.

– Приглашаю тебя в пекарню, поужинать. Ты не занята?

– Вообще, я хотела голову помыть.

– Да? Извини, я тебя отвлёк, – сказал Антон.

– Ха-ха. Да шучу я. Конечно, пошли. Это в соседнем квартале. Да и далеко мы бы не ушли. Ты весь побитый, городская стража ещё прикопается.

– Ну и шутки у тебя...

Антон взял Миленку под руку, а та не сопротивлялась. Менее чем за десять минут они дошли до пекарни и стояли под вывеской «Ёжик в тумане».

– Скажи, правда, странный зверь нарисован? – спросила Миленка, тыкая в вывеску. – Да и название странное.

– О! Знакомый ёж! – Антон разглядывал ежа, который шёл в тумане на задних лапах и нёс на плече котомку. – Что в нём странного? Это же культовая картинка из… – здесь Антон запнулся, подбирая слова. – Книжки.

– У вас ежи есть? – заинтересовалась девушка и посмотрела на Антона. – Тоже так на двух лапах ходят?

– Ежи есть, но бегают на четырёх. Иногда в клубок такой колючий сворачиваются. Ежей никогда не видела?

Дверь пекарни открылась, и парочке пришлось посторониться, выпуская посетителей.

– Нет. Я бы хотела посмотреть на этот колючий шар, – заулыбалась Мили. – Вот было бы здорово и твой мир увидеть! Наверно, там столько всего красивого, интересного и необычного!

Антон недобро улыбнулся и облизнул губы. Затем парня будто окатили волной тепла и по спине побежали капельки пота.

«Ага, как же… С чего начать? Может, с коллекторов, которые караулят меня постоянно у дома? Изобретают интересные способы, чтобы меня поймать. Или с моих красивых и одновременно полоумных друзей, вроде Артёма? Начать определённо стоит с необычайно раздолбанной лестницы между этажами в заводском общежитии, в котором я имею неудовольствие обитать в своём мире… Ладно. Не хочу об этом думать, сейчас я совсем в другом мире...»

Парень придержал закрывающуюся дверь и сменил тему:

– Идём, пока выпечка не закончилась, а то вечер всё же.

Девушку он пропустил вперёд и зашёл следом.

– Так это кафе… – удивился Антон.

За спиной хлопнула дверь, и колокольчик над ней довольно звякнул, сообщая хозяину пекарни о новых посетителях.

Небольшой зал был заставлен небольшими, круглыми столиками из дерева на двоих, за которыми сидели парочки и мило беседовали.

– Для свиданий… – закончил свою мысль парень и посмотрел на Миленку.

Девушка широко улыбнулась и отвела глаза в сторону. Её щёчки порозовели, и она, схватив Антона за руку, потянула к свободному столику в углу зала:

– Вон, свободно!

По лицу парня было видно, что он всё ещё осмысливает эту «подставу» на ровном месте, но Мили продолжала довольно улыбаться. Мол, никуда ты уже не денешься, красавчик. Миленка выбрала.

Антон уселся спиной к залу. Мили села напротив и кому-то весело помахала.

Вскоре к их столику подошёл темноволосый парень лет двадцати пяти. Весь в чёрном, и даже в чёрном фартуке с кислотного цвета грибами на нём. Что это был пекарь или его подмастерье, можно было понять только по белым следам от муки на закатанных рукавах его рубашки.

– Инфектед машрумз… – разглядывал Антон надпись на фартуке.

– Хех, – усмехнулся пекарь и поздоровался с парочкой: – Здравствуйте. Я Ник Верн, пекарь.

– Привет, Ник, – улыбнулась ему Мили.

– Добрый день, – поздоровался Антон.

– Вы очень удачно зашли. Я как раз новую партию булочек с корицей испёк. Только достал из печи. Не желаете отведать?

– Желаем! Как у тебя это получается, Ник? Будто знаешь, что мы придём.

– Может, знаю, а может, и не знаю, – загадочно улыбнулся пекарь. — Мили, будешь ещё что-то кроме булочки?

– Да, как всегда.

– Ага. Молодой человек, а вам?

– Булочку с корицей и какао. Это на десерт. А у вас есть ещё что-нибудь посытнее? С утра не ел.

– Есть пироги с овощами, мясом или рыбой. Есть пирожки с капустой, с яйцом. Могу отварить пельмени, но придётся подождать с четверть часа.

– Ник, вы не поняли, я кушать хочу. Жрать! Давайте пельмени, а десерт принесите сейчас.

– Со сметаной или уксусом?

– Сметаной.

– Будет исполнено, – Ник записал пожелания Антона и ушёл обратно на кухню.

Мили и Антон придвинулись поближе к столу.

– Всё-таки эта противная каша по утрам, нарушает моё и без того хрупкое душевное равновесие.

Миленка улыбнулась.

– Антон, а что такое «какао»? Первый раз слышу.

– Какао у вас тоже нет? Это уже безобразие. Напиток такой, похож… Не знаю, на что похож, – парень пожал плечами, – на какао похож. Если принесут, можешь попробовать.

– А откуда Ник о нём знает? – задумалась девушка, подперев пальчиком подбородок и уставившись в потолок.

Антон проследил за её взглядом и заметил нарисованное голубое небо с белыми облаками. Облака «наползали» на верх бежевых стен, создавая плавный переход.

– Какой этот Ник джентльмен, – недовольно заговорил Антон. – Да здрасьте, да пожалуйста, мерси. В моём мире такие хорошие парни только в кино бывают. И то не везде.

Миленка на него посмотрела и засмеялась:

– Извини, не знаю, что такое «кино», но поэтому сюда и хожу. Здесь не бросают тебе в лицо тарелку с едой, ожидая, что ты словишь и не обольёшься.

– Вкуснейшая булочка с корицей и какао для Антона. Для Мили румяные пирожки и чай. Ха-ха, – сдержанно посмеялся Ник.

– Благодарю, Ник. Ты чудо! – поблагодарила девушка пекаря.

– Рад стараться! Приятного аппетита. Если пожелаете чего-либо ещё, звоните в колокольчик, – небольшой серебряный колокольчик тут же очутился посредине стола.

Ник убрал руку и ушёл обратно.

«Сколько пафоса… – мысленно скривился Антон. – Не люблю этот пафос ради пафоса. Сейчас посмотрим, насколько она вкуснейшая...»

Парень отпил какао, откусил булку и закрыл глаза от удовольствия.

«Вот он вкус детства! Такие же точно булочки пекла его бабуля – Клара Захаровна в детстве, когда Антон убегал из дома. Как у него это получилось? Она будто специально для меня была приготовлена. Булочка в меру мягкая, корицы не пожалел и сахарной пудры с горкой насыпал. Это действительно самая вкусная булка в моей жизни!».

– Антон. Антон! О чём задумался?

– Я? Да так. Бабушку вспомнил. Она готовила такие же булки, когда я из дома сбегал к ней. Свежие они в десять раз вкуснее.

– Ты сбегал из дома? Ха-ха. Не верю. Почему? Ой… Наверное, это слишком личный вопрос. Извини! Можешь не отвечать.

– Ну… Не хочу, чтобы у нас были какие-то секреты. Отец мой был… Совсем не подарком. Иногда выпивал, иногда руки распускал, но много зарабатывал, и мама его терпела. Вроде они даже любили друг друга, но я не знаю… Когда они в очередной раз ссорились, то я сначала пытался защищать маму, но что я могу против бугая два на два метра? В общем… Батя быстро объяснил мне, где моё место.

– Теперь понятно, что у тебя со спиной произошло… Ужасная история! Бедненький…

– Не нужно меня жалеть только! – вспылил Антон на пустом месте.

– Не буду, если не хочешь. Только не злись. А шрам на лице, это у тебя оттуда?

– Нет. Это совсем другая история. Не хочу об этом говорить. Будешь пробовать какао?

– Давай. Вкуснятина! Что Ник раньше молчал об этом напитке? И в меню его нет...

Через пять минут Ник принёс пельмени с густой сметаной.

– Вкуснейшие пельмени с отборной сметаной. Сметану сразу в пельмени положить?

Антон кивнул и облизнул губы. Ник переложил сметану на пельмени и перемешал.

– Приятного аппетита!

– Благодарю, – сказал Антон и накинулся на пельмени.

Миленка кладёт руки на свободную руку Антона. Тогда Антон кладёт ложку в тарелку, а вторую руку кладёт сверху рук Миленки и улыбается. Миленка убрала руки.

– Не делай так.

– Как? – продолжил есть Антон.

– Не люблю, когда на меня руки кладут.

– Любишь сама руки накладывать?

Миленка кивнула и рассматривала Антона.

– Хитренькая какая.

– Антон, как тебе удаётся быть таким удивительным?

Антон пожал плечами и выпил пельменный бульон из тарелки.

– Слушай, а ты ведь любишь готовить? – спросила Мили.

– Я люблю поесть, в нашем мире, если хочешь вкусно и недорого поесть, надо готовить самому. Вот и пришлось научиться.

– У тебя отлично получается! Вот бы тебя в нашу столовую поваром устроить… Но для этого надо вступить в Орден. Чужим у нас на территории находиться нельзя. Тем более, готовить еду для своих. Ты и так большое исключение уже. Вряд ли Рэд позволит большее…

– Да, было бы неплохо, если бы мне ещё за это и платили. Устроил бы я вам отменное трёхразовое питание! С меню! Всё как у нормальных людей.

– Может, я потом с Рэдом поговорю, когда все к тебе привыкнут и поймут, что ты хороший.

– Лучше не надо, а то Рэд решит, что это мой какой-то хитрый план, а тебя я подговорил как сообщницу.

– Наверное, ты прав…

Пока Антон и Миленка общались, всё было съедено, а посреди столика выстроилась башенка из пустых тарелок. Здесь же подошёл Ник.

– Желаете что-нибудь ещё? – спросил он, забирая тарелки.

– Можно ещё булочку с корицей с собой! Очень уж они вкусные у вас! – громко сказал Антон.

– Антон, тише. Ник, запиши на мой счёт, а я в следующий раз отдам.

– Без проблем, Мили.

– Никаких счетов! Я плачу. Имею на это полное право! Сколько с нас?

– Я сию секунду вас рассчитаю. Только отнесу посуду.

Пока Антон ждал счёт, заметил негромкие разговоры других клиентов пекарни. Они были такими негромкими, что не нарушали уютную атмосферу этого места. Через несколько минут пришёл Ник со счётом и Антон заплатил, затем задумался и оставил чаевые.

– Благодарю. Буду с нетерпением ждать вас снова, – учтиво сказал Ник.

– Ник, слушай, здесь такое дело… – заговорщически начала Миленка. – А тебе повар в напарники не нужен? Антон просто обалденно готовит. Такие воздушные облачка печёт. Ум отъешь!

– Интересно, что за облачка? – спросил Ник.

Пекарь взял стул и присел рядом, положил руки на спинку стула, а голову на руки.

– Они, такие белые, пушистые, – воодушевлённо начала девушка. – Тают во рту, как пирожное. Сладкие, но чуть перчёные. А внутри спрятано самое интересное – настоящее горячее солнышко, только жидкое.

– Забавно. И из чего они приготовлены?

– Из обычных яиц! Антон, рассказывай рецепт! – приказала девушка.

Антон не спешил отвечать. Мили пнула его ногой под столом.

– Так-с, значит, – тут же заговорил Антон. – Для облачков я беру, значит, яйцо и отделяю белок от желтка, затем готовлю майонез. Майонез это такой соус, может он у вас тоже есть, но я не видел пока что. Потом взбиваю белок до пенообразного состояния, солю, чуть перчу, довзбиваю и кладу в пиалу. Затем туда желток, и сверху остатки белка. Потом всё это дело в духовку, в смысле, в печь на пять минут. И всё. Ничего сверхъестественного.

– Не считая майонеза. Блюдо интересное, – почесал шею Ник. – Но не знаю, будут ли его здесь заказывать. У меня люди привыкли, что сначала видят еду, а потом её покупают. Но! Если вы, Антон, действительно умеете хорошо готовить, я могу нанять вас к себе помощником. Как вступительный экзамен, приготовите мне эти облачка, а там сговоримся о жаловании. Что скажете?

– Давайте попробуем… – с сомнением ответил Антон.

– Вот и славно. Завтра утром сможете быть здесь? – спросил Ник.

Антон посмотрел на Миленку, ждал от неё согласия. Без неё он не имеет права покидать стены Ордена.

– Он сможет здесь быть. Я лично об этом позабочусь, – сказала Миленка.

– Мили, я хотел бы услышать ответ от Антона.

– Без проблем. Во сколько?

– Лучше попозже. До открытия пекарни и рано утром я сильно занят, а потом как раз посетителей нет. Приходите часа за два до полудня, например.

– Подходит! – обрадовался Антон.

«Можно будет поспать».

Парни пожали друг другу руки.

– Мили, – пекарь посмотрел на девушку, – если твой друг пройдёт завтра испытание, то подарю тебе ещё один бесплатный ужин, как сегодня. Это будет моей платой за то, что нашла мне помощника. Больше года ищу кого-то, кто действительно умеет готовить, а не кричит о своём умении из каждого утюга.

– Ух ты! – обрадовалась девушка. – Обязательно пройдёт! Я в него верю!

Ник поднялся:

– Приятного вам вечера, а мне надо пекарню закрывать.

Вдруг дверь с грохотом распахнулась и вбежала пожилая дама.

– Ник, добрый вечер! Хорошо, что вы не закрылись. Мне три булочки с корицей, если ещё есть! Думала, не успею… Так торопилась…

Женщина замахала на себя рукой, пыталась отдышаться.

– Добрый вечер, Дороти! – улыбнулся пекарь. – Что вы! Я так рано не закрываюсь. Ха-ха. Сейчас принесу.

– Доброй ночи, – попрощалась Миленка.

– Доброй ночи, – ответил Ник.

Антон помахал рукой перед выходом из пекарни.

Парочка дошла до ворот Ордена, держась за руки. По пути в Орден Миленка завела Антон в тёмный переулок, где они вдоволь нацеловались без посторонних глаз.

– Откровенность за откровенность. Мили, у тебя были другие парни? Кроме меня.

– Интересный вопрос. Были другие, но до сеновала я ещё ни с кем не доходила. Так, что ты мой первый такой.

– Какой?

– Любимый.

Затем парочка у ворот поцеловалась ещё раз, и они разошлись спать. Что же приготовил им новый день?

Глава 13. Повар-боец Антон

Дорога в пекарню

– Антон, быстрее. Мы опаздываем!

– Давно ли сон стал преступлением?

– Какой же ты глупенький, Антон! То, что ты поспал не преступление, если опоздал из-за этого… Это как минимум невежливо. Ник, согласился дать тебе шанс. Нельзя его упускать! – причитала Миленка.

Парочка шла быстрым шагом, Миленка держала Антона за руку, как нашкодившего ребёнка.

– Почему у тебя запястье в бинтах? Болит?

– Ты уже три раза задавала этот вопрос…

– А ты три раза не отвечал.

– Мне так больше нравится, довольна?

– Злюка. Если бы покормила тебя завтраком, то мы бы точно опоздали.

Миленка открыла дверь, колокольчик над ней довольно звякнул, сообщая хозяину пекарни о новых посетителях.

– Ник! Мы здесь.

Через две минуты вышел Ник. Фартук и руки парня были в муке.

– При-ивет! Я ждал вас попозже.

– Два часа до полудня на дворе. Забыл?

– Что?! Опять я замотался. Ха-ха. Мили, дорогая моя, тебе булочки, как обычно? Утром испёк.

– Ага, если можно.

– Для тебя всё можно! – Ник взял бумажный пакетик.

Булочки одна, за одной улетали в пакетик, а Антон думал:

«Как это она ест столько булочек и не толстеет? Может это из-за того, что она много двигается? Вряд ли. Женщина-загадка».

– Деньги в следующий раз, у меня руки, – Ник показал руки в муке.

– Хорошо. Оставляю Антона тебе до вечера. Антон, не обижай Ника!

– Должно быть, наоборот? Ха-ха, – пошутил Ник.

«Когда этот цирк любезностей закончится? Как с маленьким ребёнком возятся со мной… Противно.

Идиот, она тебя очень любит просто!» – спорил с внутренним голосом Антон.

– Договорились. До вечера моя булочка с корицей, буду ждать тебя, – послал Антон воздушный поцелуй и прошёл за Ником на кухню.

На кухне

Ник подготовил всё, что может понадобиться для готовки, поэтому Антон без проблем повторил кулинарный шедевр под названием облачко, однажды приготовленный Мили.

Когда шедевр приготовился, парни сели за столик на кухне, и Ник начал пробовать. Сначала он просто взял кусочек еды в рот и не жевал, будто просто смаковал сам вкус.

«Почему он не жуёт? Ладно, не жуёт, видел я пылесосов, которые без жевания пищу поглощали, но глотать еду он должен? Может, ему не понравилось?»

Ник начал жевать и проглотил облачко.

– Неплохо. Даже хорошо в чём-то, не понял в чём. На вкус хорошо.

– Фух… Я рад. Сначала немного испугался, но раз всё хорошо... Не боитесь пускать незнакомца на кухню? Мало ли чего я вам намешал, – сменил тему разговора Антон.

«Ну и фигню я ляпнул… Чего он испугался? Не отравить же я его хочу. Я не настолько плохо готовлю. Хочется в это верить».

– Ха. Зря волновались, но вкус у меня специфический это правда. Если еда так себе, я не глотаю. Зачем мне делать, что я не хочу?

– Верно, но жестоко, – улыбнулся Антон.

– С чего мне вас бояться? Вас же Миленка порекомендовала. Знали бы вы, Антон, какой я властью обладаю на самом деле вы бы так не говорили.

– Действительно? – серьёзно спросил Антон.

– Шучу. Я обычный пекарь. Какая у меня может быть власть? Меньше корицы в булочку положить?

– Ха-ха. Я почти поверил.

– Или я всем так говорю, что я обычный пекарь, а на самом деле… Шучу я, шучу. Ха-ха.

– Шутник, вы Ник. Скучно работать с вами точно не будет.

– Замечу, что и у вас есть чувство юмора. Скучно работать с вечно серьёзными людьми, а работа должна приносить удовольствие. Недовольный человек не сможет выдать тот результат, за которым ко мне приходят гости. Согласны?

– Думаю, вы правы. Так я прошёл вступительное испытание?

– Весьма достойно и не задавали лишних вопросов, что не менее важно. Вечные вопросы от сотрудников тоже докучают мне. Создаётся ощущение, будто без меня пекарня развалится по кирпичику, стоит мне ненадолго отлучиться. Ха-ха. Сначала скептически относился к вашей стряпне, но ваш уровень готовки оказался достойным. Нанимаю вас в помощники, завтра готовы выйти?

– Можно послезавтра? Хочу немного свыкнуться с мыслью, что у меня теперь есть дело.

– Хорошо бы завтра, но давайте послезавтра. Рад пойти человеку навстречу. Вопросы?

– Да. Что с жалованьем?

– Ах да. Жалованье. Пекарня у меня небольшая, но жить будете не хуже члена Ордена. Это я вам обещаю. Шестьдесят серебряных монет в месяц. Устроило бы вас?

– Вполне.

«Целых 60 серебряных монет и все мои!»

– Теперь про обязанности. Права, считаю, не менее важны, чем обязанности. В ваши обязанности входит помощь мне во всех вопросах хозяйства. За кассой стоять и брать заказы буду я, а вы будете готовить для гостей. Иногда принимать заказы за меня. Через два часа после рассвета буду ждать вас здесь, каждый день.

– Как? Без выходных?

– По-вашему, люди едят хлеб только в определённые дни недели, а потом голодают? Ха-ха. Конечно, каждый день. График работы у вас будет щадящий, с двух часов после рассвета и до вечера. С перерывом на обед. Перерыв плавающий, зависит от потока гостей. Вечером вы моете всю посуду, убираете пекарню. Вечером поток гостей спадает, вы мне на кухне не нужны. Буду допродавать, что успели напечь за день. Понятно?

– А-ага, – ответил дрожащим голосом Антон.

Энтузиазм вмиг улетучился.

– Не волнуйтесь вы так. Это сначала страшно, а потом втягиваешься, – Ник похлопал Антона по плечу.

«Как Ник вообще всё успевал один? Кажется, что это невозможно… Я попал! Отказываться поздно, надо работать. Хотя бы хорошее впечатление произведу».

– Я вас не подведу! – серьёзно сказал Антон.

– Рад слышать, тогда до завтра.

– В смысле до послезавтра?

– Точно, спасибо, что напомнил. Крутишься как белка в колесе. Вечно всё забываешь. Ха-ха, – посмеялся Ник над собой. – Ой, ничего, что я на ты?

– Не беспокойся. Нормально.

Антон вышел из пекарни, но вдруг осознал, что ему нельзя передвигаться по городу без Мили.

В городе

«Думаю, от одного раза ничего не будет? Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Так хочу в магазин часов попасть! Сил нет терпеть. Но где этот магазин искать? У Ника спрашивать не вариант, он меня тут же сдаст Мили. Это в лучшем случае… Наверное, спрошу у местных. Они точно знают свой город, как пять пальцев на руке».

После опроса местных Антон узнал о часовом магазине некоего Кренкеля Чайкина, а также о том, что ему стоит подстричься. Девушка в отличие от пожилого мужчины подсказала, как пройти к магазину самой короткой дорогой. Пойти Антон не успел, а получил смачного леща от Ника, который уже стоял сзади парня.

– Дубина, ты что делаешь? Жить надоело? – Ник схватил Антона за руку.

– Ау. За что? Ник?! Извини… Как ты вообще узнал, что я хочу делать?

– У тебя на лице написано, что хочешь какую-то глупость сделать. Есть у меня немного времени, куда тебе надо?

– В часовой магазин и… – не решился продолжить фразу Антон.

– И?

– Может, можно вас… Тебя попросить до цветочного магазина меня проводить? Хорошенького.

– Можно, а чего нельзя. Так куда идём?

– В часовой магазин Кренкеля Чайкина.

Парни пошли в магазин короткой дорогой через дворы.

Колокольчик звякнул и заложил приход Антона, консультанту, который почти выбежал из-за шторки, чтобы помочь с выбором, но Антон отказался от помощи. Тогда ему подарили платочек из ткани с адресом магазина.

«Какой практичный и полезный подарок», – отметил Антон про себя.

Антон хотел только посмотреть наручные часы, хотя бы посмотреть и не мог дождаться, когда сможет позволить себе купить их. Самые обычные часы Антон мог себе позволить уже сейчас, но ему нравились те, что подороже, с кожаным ремешком красного цвета. С картинками на циферблате, которые обозначали время суток. Луна – ночь, солнце, выходящее из-за горизонта – утро, яркое солнце – день, а бутылка вина и звёзды – вечер. Очень необычный подход к созданию часов, и этот подход Антону нравился. Также на часах можно было выгравировать имя или пожелание, если часы покупались в подарок. К таким часам услуга предоставлялась бесплатно.

«Это же не часы, а настоящее произведение искусства! И ремешок покрашен в мой любимый цвет».

Искусство нынче недёшево и стоило почти две золотых монеты, но их Антону не жалко было потратить.

Дальше путь парней лежал в цветочный магазин, но до магазина они не дошли. На улице пожилая дама торговала цветами из своего сада, и Антону эти цветы приглянулись.

– Добрый день. Дайте мне, пожалуйста, са-амых жёлтых цветов! – попросил Антон.

– Добрый. У меня все цветы как на подбор. Может, жёлтые гвоздички? Смотрите какие.

– Ни в коем случае! Жёлтые гвоздики — это к расставанию.

– Не знала, а вы откуда знаете?

– Язык цветов. Впрочем… Дайте три жёлтые розы, три белые и одну лилию жёлтую.

– Отличный выбор. Упаковать?

– Да, – Антон передал деньги за цветы.

В ожидании

После вольности, которую Антон себе позволил, парни вернулись к Нику в пекарню. Антон положил цветы на стол, взял булочку, какао и стал ждать любимую. К вечеру пришла Миленка, вид у девушки был уставший.

– Привет, пошли?

– Привет. Это тебе, – засмущался Антон.

– Ого, красивые. Спасибо. Полагаю, лучше снова не спрашивать, как тебе удалось их достать?

Антон посмотрел на Ника за кассой, но Ник не обратил внимания на Антона и продолжал обслуживать гостей.

– Ага. Жёлтая лилия — это счастье с тобой, белые розы — это ты моя половинка, а жёлтые розы — тёплые чувства.

Миленка подняла брови и открыла рот от удивления.

– Это сейчас на каком языке было? – спросила Миленка.

– На языке цветов, – лицо Антона покраснело.

– Ты и на таком умеешь говорить?

Антон кивнул, затем допил какао. Миленка поцеловала парня и сопроводила до ворот Ордена.

В эти дни Антон старался максимально отдохнуть перед работой. Даже взял у Другана книжку по инженерному делу, чтобы почитать. Парню было всё равно что читать лишь бы это была книга, которую можно прочитать.

«Обожаю читать! Хорошо, что в Ордене есть умник с книгами. Разбогатею и будет у меня своя библиотека с книгами! Думаю, это будет бесплатная библиотека для всех желающих, но членов Ордена Ниев пускать не буду. У них своя библиотека есть, пусть в ней и читают», – думал Антон во время чтения.

К вечеру перед первым рабочим днём Антон сидел в своей комнате и волновался. Он переживал из-за того, что может облажаться. «Вдруг не смогу зажечь плиту или хлеб плохой получится? Это было бы очень в моём духе… Приходишь с искренним желанием, запалом что-то делать, а потом провал за провалом. Может не идти завтра?»

Тук, тук.

– Привет. Это Мили.

– Привет заходи, – разрешил Антон.

– Я только с задания и сразу к тебе. Соскучилась!

Девушка села на кровать и крепко обняла Антона.

– А ты скучал?

– Я? Эаа… Ну… Да.

– Как-то неуверенно. Похоже, не скучал… – девушка перестала обнимать Антона.

– Скучал, скучал. Правда!

– Тогда обними меня! Или стесняешься?

Антон сильно обнял Мили, затем поцеловал.

– Извини, завтра мой первый рабочий день у Ника. Очень волнуюсь. Вдруг я облажаюсь и тебя подведу ещё?

– Не переживай, всё нормально будет.

– Легко сказать, а я мне трястись от страха до утра?

– Чего ты боишься не пойму? Ник тебя принял, твоё блюдо ему понравилось, и готовить ты умеешь.

– Хотел бы я знать, чего именно боюсь. После обеда, как накатило и до сих пор не отпускает. Какая-то тревожность. Может, хлеб плохой выйдет? Или перепутаю рецепты? Что тогда делать? Ник меня уволит и будет прав!

Антон высморкался в платочек из ткани, который ему подарили в магазине часов.

– Что-то ты совсем раскис. Подожди, я быстро.

Прошло не больше трёх минут, как Миленка вернулась с красной повязкой и дала её Антону.

– Что это? Думаешь, мой платок слишком маленький, чтобы как следует погрустить?

– Ха-ха. Нет. Это не платок, а повязка. Я носила её в кадетском училище, когда боялась заниматься искусством боя с катаной. Боялась покалечить кого-нибудь и себя тоже. Она мне помогала, может, и тебе поможет? Возьми.

– Чушь какая-то. Как мне поможет не волноваться кусок тряпки? – обесценил поступок Миленки Антон.

– Какой ты глупенький, Антон… Кусок тряпки не поможет, а поможет твоё отношение к вещи и немного фантазии. Представь, ты повяжешь ткань на голову и будешь мастерски рубить, месить и выпекать в пекарне. Классно же?

Антон положил красную повязку на стол.

– Хорошо, я попробую.

– Нет. Так, ты её точно забудешь, – Миленка повязала повязку на руку Антона.

– Спасибо. Ты заботливая.

– Как иначе? Ты же мой парень, и я никому тебя не отдам, слышишь? Даже большому страху, – улыбнулась Миленка.

– Классно быть твоим парнем. Ха-ха. Извини, я спать буду. Завтра рано вставать.

– Разбудить? Я завтра буду отдыхать.

– Да, на рассвете. Сам я не встану.

– Так рано?

– Пока проснусь, поем, дойду. Два часа после рассвета и будет.

– Доброй ночи, любимый.

– Доброй ночи, любимая.

Они обнялись, поцеловались и Антон уснул.

После традиционного боя подушками перед пробуждением и завтрака, Антон пришёл на работу. Наполеоновских планов на первый рабочий день парень себе не ставил.

«Задачи как у маленького ребёнка: не обделаться и не заплакать. Это мне под силу».

Антон зашёл в пекарню со служебного входа, Ник на кухне готовил тесто.

«Ник, вообще спит когда-нибудь?»

– Ник, привет.

– Добрый день, Антон. Переодевайся, надевай фартук и приходи. Будешь помогать.

Антон так и сделал. Переоделся в рабочую обувь, которая на удивление идеально подошла ему, снял жилетку и надел фартук, подвязал волосы, чтобы не попали в еду, и прошёл на кухню.

Кухня не сильно отличалась от той, что была в столовой Ордена. Разве что было больше стеллажей. На стеллажах лежали формы для выпечки, мука и прочие ингредиенты для выпечки. Были на кухне и большие печи для выпекания, плита была, как и раковина, чтобы мыть посуду.

– Руки моем перед едой, – приказал Ник.

– Да, конечно.

Антон помыл руки и подошёл к Нику.

– Смотри, так должно выглядеть идеальное тесто.

– Ага.

– Потрогай.

Антон начал мять тесто руками.

– Ой… Оно к рукам не прилипает и та-акое мягонькое. Даже не знаю с чем сравнить,– продолжал трогать тесто Антон.

– Когда оно вот такое, я говорю мягонькое, как титька.

– Ха-ха. Что? Я запомню.

– Ну а что? Или у вас с Мили ещё ничего не было?

– Ник, давай не будем обсуждать личные темы.

– Ладно тебе. Мы же мужики, чего в этом такого?

– Пока не хочу говорить. Что делаем дальше?

– Не хочешь не говори. Берём тесто и формуем такие вот кругляки. Смотри.

Ник взял тесто и начал формировать кругляки в специальных формах для выпечки. Всего получилось 8 штук.

– Вот так. Понятно? Этап с замесом теста пропустим, я его уже замесил. Ты ведь умеешь тесто делать?

– Имел дело с тестом. Понял.

– Отлично. Дальше берём нож и делаем такие как бы надписи. Любую букву алфавита, можешь нарисовать зверушку какую. Мили, говорила, что ты творческая личность.

– Что она ещё обо мне рассказывала?

– В основном хорошее. Первый день я тебе помогу, а дальше сам будешь. Теперь отправляем будущий хлеб в печь на 40 минут. Можно муки сверху для красоты бросить, – Ник присыпал мукой сформированный кругляк. Пока хлеб в печи, делаем дальше заготовки. Важно время не прозевать и вовремя достать хлеб! Теперь будем делать булочки. Принцип похожий. Смотри и учись! Принеси ещё муки, вон с той полки, – Ник указал рукой.

Антон принёс муки, а минут через 40 Ник достал хлеб из печи и показал Антону.

– Надо допекать? – спросил Ник.

Антон внимательно осмотрел буханку и у него заурчал живот.

– Извините, – сказал Антон.

– Ничего страшного. У поваров всегда так, пока готовишь сам есть захочешь. Так что?

Антон надавил на корочку хлеба сверху. Хруста нет.

– Минут пять ещё. Корочка идеального хлеба из идеального теста должна хрустеть немного.

– Хвалю, правильно определил готовность! – Ник похлопал Антона по плечу.

– Ник, какой хлеб мы печём?

– Эренский, а что?

– Просто интересно.

– В хлебе мука ржаная, пшеничная, соль, сахар.

«А дрожжи?! Интересно, в мире Миленки вообще есть дрожжи?»

– И дрожжи, – добавил Ник.

– Тьфу ты!

– Что такое?

– Это я про себя…

– Самый простой, дешёвый и ходовой товар — это Эренский хлеб. Ещё делаю вкусный хлеб. Там больше ингредиентов. Кладу дополнительно мёд, семена укропа, льна и разные другие.

– Хлеб так и называется вкусный?

– Или как придумаешь. Когда я его первый раз приготовил, то съел всю буханку за раз и назвал его вкусным, – улыбнулся Ник.

«Вот она цивилизация, не испорченная маркетингом. Названия простые, понятно, что покупаешь», – подумал Антон.

Работа в пекарне кипела. Сегодня в основном покупали Эренский хлеб и булочки с корицей, поэтому Антон учился у Ника стоять за кассой, затем помыл посуду и был свободен.

На следующий день Антон вышел работать в пекарню, как самостоятельная трудовая единица. Волнение никуда не делось, а наоборот стало только больше и мешало работать. Ник злился, что Антон долго возился с тестом. Тогда начинающий пекарь вспомнил о совете Миленки, Антон снял красную повязку с руки и повязал на голову. Затем вспомнил сцену из популярного кулинарного аниме в своём мире, и волнение заменилось здоровым азартом.

«Смогу ли я быстро сделать работу и не ошибиться? Надо сосредоточиться. Лишние мысли вон, оставляем только аниме и мысли о работе».

Работа пошла быстрее, но первые дни Антон всё равно ошибался. То корицы мало посыпет на булочки, то сами булочки получаются кривыми и неказистыми. Такие не продашь. Их Антон был вынужден выкупать за свой счёт, но по минимальной цене и съедать на ужин вместе с Миленкой.

В таком режиме прошло почти полгода. Антон попривыкнул к работе и почти перестал ошибаться, повязка здорово помогала и парень уже не представлял работу в пекарне без повязки. Наступила осень. Антон купил любимые часы, а Миленка переехала в комнату к Антону. Миленка и Антон пусть и не сразу, но уговорили Рэда выделить им семейную комнату. Поскольку все такие комнаты были заняты, то Рэд приказал создать новую семейную комнату на месте комнаты Антона.

Поменялась планировка комнаты. Узкая койка у стены превратилась в двуспальную кровать от стены до стены, которую Антон собрал с инженером Ордена Друганом. Собрать кровать было не так просто. Поскольку Орден был независим от города, то парням пришлось идти в лес и искать сосну для кровати. Они свалили сосну, распилили дерево на доски и другие комплектующие, обработали лаком на основе семян льна и смолы и только потом собрали кровать. Шкаф поставили у стены возле двери, а стол со стулом и книжной полкой разместили возле кровати. Со стороны кровати, где стоял стол, спала Миленка, её миниатюрность позволяла без труда выбираться из постели утром. Светильники размещены для комфортной работы за столом. Так бы и продолжалась размеренная жизнь влюблённой парочки, если бы не одно событие, которое произошло в день рождения Антона.

Глава 14.1. День рождения

«Сегодня я не спал. Раньше обожал спать, но вчера и позавчера даже вставал на работу вовремя… Долго думал, почему же я вдруг стал бояться снов и выяснил, что боюсь я самого процесса сна.

Теперь каждый день стараюсь не спать, хотя умом понимаю, что это невозможно. Просто отодвигаю сон настолько, насколько возможно. Новый день всегда начинается со сна, и в этом наши миры похожи. Спустя неделю понял: корень проблемы не в самом сне, а в том, что за сном последует.

Завтра, а что завтра? Завтра не существует. Я больше не знаю, что будет завтра. Раньше всё было понятно. Ложусь спать, чтобы посмотреть фильм в индивидуальном кинотеатре под названием сон и просыпаюсь в своей постельке. Так, всегда было у всех людей в моём мире, но я почему-то стал особенным. Смешно и грустно одновременно, знаю же, что завтра пойду в пекарню к Нику, сначала мы пошутим друг над другом и оба приступим к работе», – размышлял Антон.

Антон завязал рыжие волосы на голове в хвост, надел жилетку, штаны, сапоги и вышел на улицу за свежим воздухом…

Всё идёт по плану

Впервые Антон проснулся раньше Миленки. Невероятно, но факт. Сначала парень просто лежал в постели, затем перевернулся на другой бок и стал разглядывать Миленку. Настоящий ангел в миниатюре, носик маленький и губки немного толстенькие розовые, как летняя клубничка вкусные, такие бывают только у добрых людей. Антон решил аккуратно дотронуться до носа Миленки, чтобы не разбудить, но девушка чихнула в ответ и проснулась.

– Доброе утро, Мили. Как спала?

– Доброе утро. Лучше, чем обычно. Ты такой тёплый.

– А я думал, кто меня ночью к стене прижал.

– Правда? Извини. Ха-ха. Не знаю, что на меня нашло. Сколько времени?

– Сороковое сенто-февраля, два с половиной часа после рассвета, – специально добавил дату ко времени Антон.

– Не может быть. Я же на задание опаздываю!

Миленка вскочила с постели и быстро оделась. Прошло чуть больше минуты.

«Удивительная женщина. Их этому где-то учат? У меня бы минут пять ушло на это».

– И это всё?

– Ой! Извини, пожалуйста. С днём рождения!

– Спасибо. Даже не позавтракаешь со мной?

– Какой завтрак? Хотя… Принеси мне к Энди немного своей гранолы в платочке. По дороге пожую.

– Как скажешь.

Мили вышла из комнаты и побежала до зала регистрации на задания. Антон разлёживаться не стал, пошёл на кухню и отсыпал гранолы в платочек, завязал и отнёс Мили.

«Со временем ладно, — я довольно быстро сориентировался, но с датами… Долго считал, когда у меня день рождения по календарю Каррандра. Здесь год поделён на две части. Стовосемьдесят три дня в марто-августе и Стовосемьдесят четыре дня в сенто-феврале, получается в году появилось два дополнительных дня. Мили говорила, что такое деление имело логику сбора двух урожаев, в середине лета и в начале зимы. Осени и весны не существует, есть только плавные переходы от зимы к лету и наоборот. Вероятно, это связано с глобальным изменением климата на планете. Чем больше живу здесь, тем больше удивляюсь».

Антон вошёл без стука в зал регистрации на задания и увидел, как Энди заплетал косу Миленке. Они о чём-то беседовали и Миленка иногда улыбалась.

«Что здесь вообще происходит? Я ношусь с завтраком для неё, а она с Энди миленько болтает! Ух… Спокойно, Антох! Они просто друзья, просто друзья».

Антон громко хлопнул дверью, так что Энди вздрогнул от неожиданности, Миленка никак не отреагировала.

– Это тебе Мили, как просила.

– Спасибо, Антончик. Ты чудо! Поцеловать, – произнесла команду Мили.

Антон наклонился и Мили поцеловала парня.

– Ты разве на задание не опаздываешь? Косу, я бы тебе и сам мог заплести… – сложил руки на груди Антон.

– Ой… Всё мальчики, заболталась я с вами, мне уже бежать, бежать пора! Не обижайся, Рыжик. Энди просто по-дружески мне помогал. Вечером буду в пекарне с подарком для тебя, не скучай!

– Долго этот вечер ждать? – улыбнулся Антон.

– Я быстро! – Мили выбежала из зала регистрации на задания.

Антон и Энди обменялись презрительными взглядами, и Антон пошёл завтракать в столовую. Сделал себе лимонад с мёдом и имбирём, сел за стол. Через пять минут в столовую повалил народ. Сегодня людей было даже больше, чем обычно.

«Яблоку негде упасть!»

По столовой слонялся Энди с подносом и не знал, куда ему сесть, а напротив Антона как раз было свободное место.

«Только не ко мне, только не ко мне!» – скрестил пальцы Антон.

– Рыжик, я присяду? – неохотно спросил Энди.

– Я Антон. Если больше негде сесть, то садись… Хотя по большому счёту мне всё равно, где ты сядешь.

– Хорошая сегодня погодка на улице?

Антон кивнул.

«Хочу поскорее доесть и уйти. Даже сидеть с Энди за одним столом не хочется…»

– Думаю, оставлю замену на время и пойду в город. Почиаю книгу в парке.

Рыжик скрипел зубами от злости.

– Может, Миленку встречу, вместе погуляем, – нанёс Энди финальный удар.

Антон стукнул рукой по столу и сказал:

– Забудь про Миленку! Ты меня услышал? – тихим голосом сказал Антон.

– Не понимаю, чего ты хочешь? Мы просто друзья.

– Чтобы ты больше не лез к ней! Ты можешь обманывать кого угодно, но меня ты не обманешь. В своём мире я слишком много видел таких вот с безупречной репутацией, а на деле…

– К чему ты клонишь?

– Ты меня услышал.

– А то что? – улыбнулся Энди.

– Узнаешь! – Антон отодвинул тарелку Энди к краю стола. – Не занимай мою часть стола.

– Боюсь, боюсь.

Антон залпом осушил стакан с лимонадом и пошёл мыть посуду после себя.

– Дверями можно так не хлопать в следующий раз. Двери не виноваты, что у тебя с девушками ничего не получается, Антон, – громко сказал Энди.

Некоторые стражники посмеялись, громче всех смеялся Флоки.

– Не вижу ничего зазорного в этом. С девушками вообще мало у кого получается, а ты не прячься от страха под отцовский стол из массива красного дерева всякий раз, когда дверью хлопают. Тогда и каждого шороха бояться не придётся, – осадил Антон Энди.

– Ха-ха, – рассмеялись все стражники.

Энди был печально известен в Ордене тем, что в юности часто угрожал властью отца в конфликтах со сверстниками, отец же Энди был главой Ордена до Рэда. Энди вырос и так не делает, но слава папенькина сынка никуда не делась, видимо, и не денется ещё о-очень долго.

После такого позора Энди капитулировал обратно в зал регистрации на задания без завтрака и с красным от стыда лицом.

Сюрприз

После завтрака, вечер наступил незаметно. Возможно, этому способствовало то, что Антон вместе с Друганом весь день сидели за книгой по инженерному делу.

Миленка открыла дверь и зашла в комнату.

– Друган, привет. Антон, ты готов?

– Привет, Мили. Быстро же ты справилась с заданием. Друган, тогда завтра продолжим читать, пойду я.

– Я же обещала тебе, что быстро справлюсь.

– Ага. Куда идём? – надел жилетку Антон.

– Это сюрприз, – держала интригу Миленка.

Друган собрал свои записи, взял книгу, и все вместе они вышли из комнаты. Миленка с Антоном вышли в город и пошли по дороге в сторону пекарни Ника.

– Классная сумка у тебя. Из кожи?

– Да. Мне на задании подарили. Сумка через плечо называется.

– Вместо оплаты? Ха-ха.

– Нет. Просто такой вот подарок за скорость выполнения задания. Рюкзаки или обычные женские сумки терпеть не могу, а эту носить приятно.

– Подожди, ты меня в пекарню Ника ведёшь?

– Как ты догадался?

– Мили, я каждый день хожу на работу с тобой по этой дороге.

– Это я не подумала... Да, в пекарню Ника. Что тебе не нравится? – возмутилась Миленка.

– Не очень хочется появляться на работе в выходной день… Может, в другое место пойдём?

– Тебе понравится, обещаю, – успокоила Миленка парня.

– Хорошо. Только ради тебя и сюрприза иду.

За спиной хлопнула дверь, и колокольчик над ней довольно звякнул. Ник стоял за кассой и помогал гостю выбрать булочку для вечернего чая.

– Попробуйте с корицей! Очень популярно среди покупателей, особенно по четвергам.

– Уговорили, Ник. Упакуйте две булочки. Порадую сына, а то он в последнее время ходит как в воду опущенный, – пожилая дама положила монеты на прилавок.

– Что-то случилось? – пересчитывал монеты Ник.

– Он не говорит. Ты же знаешь, он такой молчун. На работе у него всё хорошо, может, с девушками не ладится. Даже не знаю…

– Афродита, не беспокойтесь. Мало ли чего бывает. Захочет, сам поделиться, а не захочет… В общем, я не сторонник того, чтобы жизнь детей за них устраивать. Знаю, советчик из меня плохой, – Ник убрал монеты в кассу.

– Спасибо, Ник, успокоили материнское сердце. Вы просто душка. Всем подругам вас порекомендую!

– Радость и счастье гостя для меня очень важна. Приходите ещё, – Ник заполнил счёт от руки, расписался и передал гостю.

– Ник, привет. Мы пришли, – поздоровалась Миленка.

– При-ивет! Ого. Мили, ты же говорила, что придёшь с парнем.

– А это кто? – удивилась Миленка.

– Я думал просто с другом, но так даже лучше. Не придётся беспокоиться за имущество в спальне. Что я хочу? Придумал новую услугу пекарни, называется: чтение с какао под пледиком. Название рабочее, нужно протестировать саму услугу. Суть услуги в том, что люди приходят ко мне в пекарню, покупают булочку, напиток и бесплатно могут почитать любимую книгу на балкончике с видом на город. Балкончик у меня есть, но водить гостей через свою спальню не хочется, а отдельную лестницу строить — это большие вложения. Надо сначала проверить спрос и общие впечатления от услуги. Будете моей группой тестирования.

«Изумительный сюрприз. Бесплатно поработать в свой единственный выходной… Миленка умеет удивлять. Надо что-то предпринять!»

– Ник, идея супер, но в этом уравнении есть одна неизвестная. У нас нет книги.

– Мили? – спросил Ник.

– Всё нормально, – Миленка достала из кожаной сумки книгу. – Ещё раз с днём рождения, любимый Рыжик! Желаю здоровья, много книжек и быть добрее к людям.

– С-спасибо. Ты купила мне книгу? Они же жесть, какие дорогие!

– Ну… Не купила, а взяла в библиотеке Ордена. Посоветовалась с Друганом и он сказал, что ты больше исторические книги любишь, поэтому взяла что-то среднее между историей и художественной литературой. Книгу «На службу поступает любимая дочь генерала», – Мили передала книгу Антону.

Парень погладил обложку из кожи, пролистал страницы и почувствовал книжный запах, затем на оборотной стороне прочитал аннотацию.

– Действие происходит в азиатском сеттинге, есть любовь и дочь генерала.

– Взяла книгу, чтобы нам было интересно, вместе читать. Тебе нравится?

– Нравится! Спасибо огромное. Знаешь, сколько я ждал этого момента? Мне уже сниться стало, как я читаю книги, – Антон крепко обнял Миленку и расцеловал.

– Тихо, Антон. Ты меня раздавишь так.

– Ха-ха. Вам как обычно? – спросил Ник.

– Да! – ответила парочка синхронно.

Ник приготовил две булочки с корицей и какао, затем проводил влюблённых на балкончик.

По пути Антон успел рассмотреть спальню Ника. Выглядела она довольно аскетично. Односпальная кровать, магический светильник над ней, письменный стол с кипой бумаг, небольшой пустой книжный шкаф, ванная была огорожена шторкой.

На балкончике стоял небольшой столик со свечкой на подсвечнике, рядом стоял большой диван с пледом почти на всё доступное пространство дивана.

– Располагайтесь. Будет что-то нужно свистите или зовите.

– Спасибо, братишка! – поблагодарила Миленка Ника.

«Ладно. За книжечку я согласен немного и поработать. Зря пришёл что ли?» – подумал Антон.

Сначала на диван сел Антон, потом перед ним села Миленка. Антон укутался пледом вместе с Миленкой и открыл книгу.

– Как будем читать? По главе или я всё буду читать?

– Не очень люблю читать сама,может, ты сам почитаешь?

– Давай хотя бы три главы через одну?

– Ладно, уговорил. Начинай.

Антон отпил какао, покормил булочкой Миленку, а потом и себе отщипнул кусочек булочки.

– Глава 1. Начало новой жизни.

Антон читал книгу и невольно ассоциировал себя с главным героем – Гуаньмин, ведь Антон тоже когда-то начал новую жизнь в этом мире. Миленку интересовала мотивация Гуаньмин, почему, будучи такой красивой девушкой, она не выбрала армию? Ведь Миленка же выбрала службу в Ордене вместо того, чтобы быть служащим в управлении города. Время шло, парочка с наскока прочитали почти половину книги, затем влюблённые любовались ночными видами Эренска. Антона особенно впечатлила подсветка городских стен с внутренней стороны города, магическими прожекторами на небе было высвечено название города, а чего стоил вид на малолюдные улочки с низкоэтажной застройкой и черепичными крышами? Они будто сошли с обложек фэнтези романов. Через несколько минут Ник в пижаме с рисунком грибов опросил влюблённую парочку, узнал их впечатления и пригласил парочку покинуть пекарню.

– Антон.

– А?

– Пообещай мне, что будешь добрее к людям.

– Зачем это?

– Что значит зачем? Пообещай!

– Ладно, обещаю.

– Не так.

– Как надо? Я Осока Антон, торжественно обещаю Миленке О’ний быть добрее к людям. Так пойдёт? – спросил Антон.

– Пойдёт, – Миленка обняла Антона. – Ты у меня самый лучший!

Миленка уснула сразу, как добралась до подушки в комнате, а Антону не спалось. Тогда он решил пойти потренироваться обращению с секирой в зал для тренировок. Сначала Антон держал секиру в своей комнате, но потом пришлось сдать оружие на хранение в зал для тренировок. Заведовал складом в зале тренировок Флок, парень страдал бессонницей по ночам и вялостью в остальное время суток. Поэтому потренироваться можно было практически в любое время суток.

Где-то час Антон махал секирой в зале тренировок, но тягу ко сну не почувствовал. Тогда рыжеволосый парень сдал оружие и пошёл в столовую, налил ледяной воды в стакан и пошёл в комнату.

«Не могу спать, хоть тресни. Устал жутко. Что со мной такое?»

На этом день мог закончится, если бы не Энди, который шатался из стороны в сторону по дороге в зал регистрации на задания.

Глава 14.2. Понять и простить

Всё пошло не по плану

«Он что пьян? А я говорил, что в тихом омуте черти водятся!»

– Антон, ты где это блуждал в третьем часу ночи?

– Был с Мили на танцах. Танцевала она неплохо, скажу я тебе, – неожиданно соврал Антон.

«Нечего ему правду знать. Много будет знать, плохо будет спать. А со сном у него и так проблемы».

– Стоять, алкаш! Куда пошёл? – продолжал Энди.

– Энди, иди проспись. Хочешь поговорить, поговорим утром. Я спать хочу, – снова соврал Антон.

Энди остановил Антона, схватив за плечо.

– А ну, стоять! Ты рыжий говнюк… Ик… вот ты кто. Понятно?

– Не особо как-то. Пояснишь? И убери от меня свои грабли, – Антон отцепил руку Энди.

– Мы с Миленкой встречались год, она уже готова была выйти за меня замуж, может. Здесь появился ты, будто с неба свалился… Ик… И сразу Миленку себе забираешь! Меня кто-то спрашивал вообще? Может, Мили больше всех в Ордене мне нравилась, а ты взял и отобрал её. Ик… Нехорошо это, не по-мужски.

– Понятно. Во-первых, Миленка не вещь, чтобы ты её себе присвоил. Она сама сделала выбор, своё недовольство высказывай ей лично, а не мне. Во-вторых, ты в стельку пьян и явно не в себе. Вы с Мили просто хорошие друзья и всегда ими были, судя по рассказам Мили. Иди проспись для начала. В-третьих, пошёл вон! Ты мне омерзителен и в трезвом состоянии.

– Всё сказал? – серьёзно спросил Энди.

– Всё. Проблемы?

«Тихо, тихо Антон. Не заводись! Просто иди в комнату, будто нет здесь никого».

Антон поступил, как и планировал. Просто пошёл в комнату, но Энди не отставал.

– Теперь понятно кто в ваших отношениях девочка, а кто мужик. Ты еду готовишь, а она тебя защищает. Ха-ха! Умора. Обычно мужчина девушку защищает, но ты настолько немощный, что девушка оказалась сильнее тебя!

– Мили сильнее тебя тоже. Она этому всю жизнь училась, не вижу ничего плохого в этом. Последнее предупреждение, остынь! Пока я сам тебя не успокоил… – Антон вылил стакан ледяной воды на голову Энди.

«Вот достал! Ещё одна его реплика и я не выдержу…»

– А ты знал, что Миленка с половиной Ордена перевстречалась и всем говорила, что она их любит, что они единственные, кто ей нужен?

Энди попытался вытереть лицо ладонью, но у него плохо получилось. Тогда он просто потёр глаза от воды. Антон остановился и сжал кулаки.

– Ха-ха. Вижу, что не знал. Я-то отстану, но с тобой она сделает то же самое, что и со мной. Кинет в последний момент…

Антон поставил стакан на пол и подошёл к Энди. Назревала драка и рядом не было никого, кто остановил бы парней...

«Меня можно обзывать сколько угодно. Кто я такой? Но Миленку трогать никому не позволю!»

Энди первым ударил Антона, на удивление попав в нос. Затем Антон сильно ударил Энди по лицу так, что бедолага враз лишился трёх зубов. Но Энди это не остановило.

– Силён! Решил, раз немного подкачался… Можно теперь силой хвастаться? А, тощая селёдка?

– Энди, заткнись, пожалуйста! Не выводи меня из себя ещё больше… – Антон закрыл глаза от боли в руке.

– Ха! Удар, как у девочки. Хотя девочки и то больнее бьют. Ха-ха.

Огненные вспышки появлялись вокруг Энди, но быстро гасли. Магия огня не слушалась пьяного хозяина, не хватало уровня концентрации.

«Антон, не делай этого! Я знаю, что ты задумал.

Без тебя разберусь, глупый внутренний голос. Этот урод перешёл черту и нужно поставить его на место!

Стой, кому говорят. Идиот…»

Рыжеволосый не внял голосу разума и ударил Энди ногой в пах, отчего парень скорчился от боли и упал на пол. Затем Антон поднял Энди за волосы, посмотрел в глаза и сказал:

– Хватит говорить гадости про Миленку. Она добрая, красивая и любящая девушка. У меня тоже чувства есть к ней. Понял? – сказал Антон необычайно спокойным голосом.

Такой тон настолько не подходил ситуации, что Энди ничего не сказал в ответ, только кивнул в подтверждение сказанного и дрожал от страха. Глаза Антона были красными от злости, а его фирменный взгляд убийцы внушал ужас любому человеку. В этом состоянии он одолел бы даже Рэда. Антон оставил Энди лежать в коридоре, взял стакан и дошёл до своей комнаты, затем достал баночку с материалами для первой помощи и обработал раны в ванной комнате. После этого Антон попытался уснуть, но лишь лежал с закрытыми глазами. Затем он снова оделся, обулся и пошёл на улицу. Что теперь будет парню за драку с членом Ордена?

Ночи без сна

На следующий день никто не узнал, чья эта работа, но Миленка смогла сопоставить отсутствие Антона ночью и разбитое лицо Энди между собой. Пыталась получить правду от Антона, но тот лишь отнекивался и упорно настаивал на том, что спал всю ночь в комнате вместе с Миленкой. Тогда девушка догадалась, что над лицом Энди постарался именно Антон, и обиделась, поставила ультиматум. Либо парень извиняется перед Энди, либо Миленке такие отношения не нужны. Пока девушка ограничилась временным переездом обратно в казарму.

«Сегодня я не спал. Недавно я стал бояться снов, долго думал, почему же я вдруг стал бояться самого процесса сна? Раньше я обожал спать, а теперь даже встаю на работу вовремя…»

Антон завязал рыжие волосы в хвост, надел жилетку, штаны, сапоги и вышел на улицу подышать свежим воздухом…

– Не могу спать, – вдохнул и выдохнул полной грудью Антон.

«Дни слились в сплошное месиво из однообразия и безыдейности. Я почти не читаю, не пишу, не фантазирую, а в последнее время даже перестал смотреть на небо. Прихожу на любимую работу и мучительно наблюдаю, как тянется время, которого мне вечно не хватало в моём мире. Так нелепо в такие моменты становится…»

Антон спустился во двор Ордена и сел на лавочку. Холодный ночной воздух обдувал его лицо, трепал волосы. Антон запрокинул голову и впервые за несколько дней посмотрел на звёзды.

«Мой мозг рассуждал рационально, но так и не нашёл ответа. Тогда копну глубже. Почему я продолжаю делать одно и то же каждый день, не видя результата? Не знаю.

Сердце! Как же я рад, что у меня есть сердце, приносящее невероятное количество боли мне каждый день, но я терпел эту боль ради нужного ответа всякий раз, когда мозг подводит».

– Привет, тоже не спится? – сел рядом со мной Флок.

– Привет. Ага… А тебе?

– Тоже. Лежать с закрытыми глазами восемь часов подряд невероятно скучно. Как думаешь?

– Скукотища, – ответил Антон.

В эти бессонные ночи Антон подружился с Флоком. Темноволосый парнишка оказался намного разумнее и спокойнее своего дружка Флоки, а ещё Флока тоже никогда не отпускают мысли о вечном, он любит думать обо всём на свете, но дальше размышлений дело обычно не заходит.

«Я должен извиниться перед Энди! Но морально к этому пока не готов… Как же всё это надоело…»

– О чём задумался? – спросил Флок.

– Да так… Личное. Не бери в голову.

– Понятно, если не хочешь, можешь не делиться, я пойму. Думаю, какой во всём этом смысл?

– В чём именно? – перестал смотреть на звёзды Антон.

– В жизни. Почему я продолжаю делать одно и то же, получая одинаковый результат изо дня в день?

– Какой результат ты получаешь?

– Надежду, что всё не зря. Что я правильно выбрал курс в жизни и мне не нужно его менять. Недавно я задумался, а вдруг нужно? И тут же ответил сам себе: ты же так много прошёл Флок. Не может быть, чтобы всё это было зря. Снова вопрос: если надо сменить курс? Если всё зря? Иначе даже жизненный курс сменить не из-за чего.

– Хех. Я думаю, что в итоге всё бессмысленно. Например, жил фермер с детьми, возделывал поле, создавал хозяйство. Так прошло восемьдесят лет. Потом пришёл некто сильнее фермера и расхитил имение. Вопрос, а был ли смысл в стараниях фермера? В его жизни? Или всё зря? – подхватил мысль Флока Антон.

– Может, и зря, но...

После фразы, может, и зря, Антон почувствовал жжение в области сердца. Затем необычное тепло разлилось по всему телу. Сердце чувствовало раскол душевных стремлений и реальности. Дальше Антон не слушал, ушёл в мысли.

«Хочу одно, но делаю совершенно другое. Сейчас я не лучше раба. Чтобы я не делал, права на свободу у меня нет. И выкупить я его тоже не смогу, даже если буду работать всю жизнь! Что же такое объединяет душевные стремления и реальность в одно целое?

Любовь? Она способна помочь осознать то, отчего мы в ужасе бежим. Только она обладает этой нечеловеческой мощью абсолютного принятия, смирения, несёт освобождение от мук противостояния. При этом настоящая любовь помогает принять своё бессилие и освобождает от страха быть уязвимым. Получается, что любовь есть могущественнейшая сила во вселенной, сила, что объединяет, принимает, сострадает и освобождает всех, кто живёт.

Я люблю Миленку! Если мне нужно наступить на горло собственной гордости и стать более добрым, то мне нужно сделать это. Я бы десять лет работал в пекарне Ника, если бы нужно было. Потому что люблю Миленку и готовить тоже обожаю!»

– Антон, ты меня вообще слушаешь? – спросил Флок.

– А? Ага. Ты про надежду говорил. Что с надеждой?

Флок по-дружески ударил Антона по плечу.

– Ничего ты не слушал…

– Извини, повтори.

– Чтобы ты опять не слушал?

Боль никуда не думала уходить из сердца Антона, она усиливалась. Слабая боль в плече от удара Флока лишь немного перетягивала боль в сердце на себя. Антон держался за грудь и разминал её, чтобы уменьшить боль. Помогало слабо.

– Болит? – поинтересовался Флок.

– Болит, – признался Антон.

– Пошли снова в питейную к Ларсу? Ты же там был? – предложил Флок.

– Пить я не буду! – твёрдо заявил Антон.

– Тебя никто и не заставляет. Просто посидишь со мной, с Друганом за компанию.

– Раз так, то пошли.

– Супер! – хлопнул в ладоши Флок и потёр руки.

– Куда это вы? В питейную Век одиночества коней запрягли? – встрял в разговор Ник и присел на лавочку.

– А! – испугались парни.

– Ник, ты откуда здесь взялся вообще? – спросил Флок.

– Решил на завтра закрыть пекарню и отдохнуть в родном Ордене от городской суеты. Иду к себе, смотрю вы сидите на лавочке, питейную обсуждаете. Можно с вами?

– Ник, а мне можно с тобой из Ордена выходить? Мне ничего не будет? – спросил Антон.

– Со мной можно всё! Завтра у тебя выходной, – с улыбкой сказал Ник.

– Класс! Флок, я не против, чтобы Ник с нами пошёл, – Антон распустил волосы, чтобы ветер мог их трепать.

Затем Антон вдохнул полной грудью.

«Это запах свободы. Чистый, чистый с нотками хвои и вечно подступающей тьмой улицы».

– Ну и я за! Ждите у ворот, а я Другана позову. Вместе веселее.

Парни встали с лавочки и пошли до ворот Ордена.

«Надеюсь, Миленка когда-нибудь сможет простить меня, но и Энди меня тоже достал! Вечно лезет не в своё дело. Это я с Миленкой встречаюсь, а не он!»

Понять и простить

Прошла неделя, и Антон решился на грандиозный поступок.

«Раз любовь есть могущественнейшая сила во вселенной, сила, что объединяет, принимает, сострадает и освобождает всех, кто живёт, и я люблю Миленку, то мне жизненно необходимо наступить на горло собственной гордости и стать более добрым к людям. Теперь я это понял! Первым шагом будут извинения перед Энди. Хотя это он первый начал, но я не буду опускаться до его уровня и первым извинюсь!»

Тук, тук.

– Входите!

Антон зашёл в зал регистрации на задания, одна рука у парня была за спиной.

– Энди, спишь? – начал разговор Антон.

– Нет. Я похож на старика, который спит на работе?

– Извини. Это я не подумал…

«Опять фигню ляпнул какую-то… Как теперь разговор начать заново?»

– Не томи. Зачем пришёл?

«Фух...»

Антон убрал руку из-за спины и поставил бутылку с апельсиновым соком на стойку регистрации.

– Это что? – поинтересовался Энди и встал со стула, чтобы рассмотреть содержимое бутылки.

«Не молчи! Или опять немоту поймал? Скажи, что это апельсиновый сок. Ну?!» – заставлял Антона внутренний голос.

– Это апельсиновый сок.

– Одной тайной стало меньше. Ты купил себе бутылку апельсинового сока и решил похвастаться передо мной? Или что? Что молчишь, будто воды в рот набрал?

«Извинись.

Не могу.

Извинись!

Не буду!

Ты обещал Миленке быть добрее к людям! Что ты ей скажешь?

Извиняться для этого обязательно?

Быстро извинись!»

Внутри Антона кипела борьба с самим собой. Одна часть Антона хотела извиниться, а другая часть Антона этого не хотела, но парень решился.

«Извинюсь ради Миленки!»

– Извини меня, пожалуйста. Я был не прав, что ударил тебя.

– Так во-от зачем ты пришёл... Ничего. Сам виноват, что полез на тебя… Всё из-за грёбаного алкоголя! Ненавижу его, когда я уже брошу пить…

– Ты меня простил? – решил удостовериться Антон.

– Да. Не бери в голову, я сам виноват.

– Апельсиновый сок помогает бросить пить, нормализовать баланс витаминов в организме. Так что организм не захочет притрагиваться к бутылке на физиологическом уровне, а дальше всё зависит от твоей силы воли. Мне сок помог, – искренне улыбнулся Антон.

– Ты что раньше тоже пил?

– Да. В своём мире ещё… Но это в прошлом! Всю предысторию выкладывать не буду, это никому не интересно. Просто заменяй алкоголь, апельсиновым соком, когда снова потянет к бутылке.

– Спасибо.

– Энди, ещё вопрос. Можно вся эта история останется между нами? Ты же никому не рассказывал ещё?

– Нет, а что?

– Просто… Мало ли что может произойти. Ты же член Ордена, а я нет. В уставе Ордена же есть это правило? Про то, что если кто нападёт на члена Ордена, то любой член Ордена имеет право наказать виновного соразмерно поступку виновного перед членом Ордена. Извини, дословно не помню.

– Не бери в голову. Мне эта огласка тоже ни к чему. Если Рэд узнает, что я снова оставил пост и напился, проблем у меня будет в несколько раз больше, чем просто осуждающий взгляд окружающих. Смотри, сам не проболтайся.

– Этот секрет уйдёт со мной в могилу. Будь уверен, – Антон протянул руку для пожатия.

– Я же сказал, что никому не расскажу. У тебя всё?

– Всё. Отличного дня!

– Тогда свали, пожалуйста. Я хочу побыть один.

Антон вышел из зала регистрации на задания и довольный пошёл к себе в комнату.

«Надеюсь, это пожелание не выглядело как издевательство из моих уст? Что это за свали от Энди? Сам свали от Миленки! По крайней мере, мы помирились...»

Антон шёл к выходу из Ордена, где ждала Миленка, чтобы сопроводить до пекарни Ника.

– Антон, постой. Хочу насчёт Энди поговорить с тобой, – Рэндэл окликнул Антона сзади.

Антон сделал вид, что не услышал, и ускорил шаг.

– Антон! – громче сказал Рэндэл.

Когда Антон подошёл к Миленке, то Рэндэл догнал парочку и встал на пути перед Антоном.

– Рэндэл, привет! Я думал, ты в столовой сейчас, – улыбнулся Антон.

– Только оттуда. Ты не слышал, как я тебя звал?

– Когда?

– Ладно… Ты видел, что ночью приключилось с Энди?

– Да я от него только что. Ужасная трагедия!

– Он тебе рассказал что-нибудь о случившемся? Что у тебя с носом?

– С носом? А! С носом это я с лестницы упал неудачно, ступеньку не увидел. Ха-ха. Растяпа… Энди ничего не рассказал, просто посочувствовал ему, принёс апельсинового сока, чтобы раны быстрее заживали, – продолжал врать Антон.

– Растяпа? Ну да… И мне Энди ничего не сказал. Странность. Ты спишь плохо в последнее время, ничего странного не замечал? Кого-то, возможно, рядом видел? Кто тоже не спал или громкие разговоры слышал?

– Нет. В ту ночь я спал, как убитый! Мили, правда? – нагло врал Антон с улыбкой на лице.

Глава 15. Где Антон?

Мир Земля-2142, страна Старосветово, город Ягодное

В мире Антона наступило 10 октября, и Артём, как один из лучших друзей Антона, решил поздравить его лично. Даже купил в подарок любимую шоколадку Антона. Благо, что Антон любил дешёвую молочную плитку.

Артём открыл дверь общежития, приложил пропуск к турникету и пошёл к комнате на верхнем этаже.

– Стоять! Вы куда? – сказал Иван Иванович.

Артём остановился и повернулся к источнику звука.

– Здрасьте, Иван Иваныч.

– Добрый день, Артём. Что-то я вас сразу и не узнал. Подстриглись?

– Решил с короткими волосами ходить.

– Понятно. Какой ураган ночью был, а? Я думал, балкон снесёт в моей комнате. Ха-ха. А вы чего это без футболки? Вы же в общежитии, необходимо соблюдать правила приличия.

– Извините. Это из-за урагана. Вечером повесил футболку сушиться за окном, где вещи сушу обычно.

– Ну, ну, ну, – торопил Иван Иваныч.

– Утром встал, футболки нет. Видно, ураган забрал, а футболка последняя была. Я к Антону, он не выходил?

– Не видел. Передайте ему, чтобы больше не шумел по ночам.

– Я-то передам, но вряд ли он меня послушает.

– Соседи жалуются. Не нравится, пусть ищет другое жильё. Оболтус! – почесал лысину Иван Иванович.

Мужчина с лысиной зашёл обратно в коморку, сел в кресло и уставился в телевизор.

Артём прошёл дальше по коридору и увидел табличку «Лифт не работает».

«Нужен десятый этаж. По лестнице тащится… Зато икроножные мышцы подкачаю», - подумал Артём.

Чем выше Артём поднимался, тем вид дома ухудшался и ухудшался. Если не знать всю историю, то можно было подумать, что в доме просто начали ремонт и забыли закончить. Кому был выгоден бесконечный ремонт неизвестно, парня интересовали более насущные вопросы: что поесть и у кого занять денег, чтобы поесть.

Белая сверху, синяя снизу краска облупилась, местами отвалилась штукатурка, был виден кирпич, потолок длинного коридора был неровно покрашен белой дешёвой краской. Артём обошёл стремянку с вонючей краской и заметил беспорядочный пучок проводов, который уходил вглубь коридора. На стене чёрной краской была нарисована цифра десять.

«Мне сюда».

Навстречу парню шёл один из братьев-близнецов, его походка была самой обычной. Артём не придал этому значения.

– Кира, привет. Как сам? Как жизнь?

– Привет, я Добран.

– Извини, пожалуйста. Добран, ты мог бы мне немного денег занять до получки? Я отдам! Честно.

– Свободных денег нет. Извини, не могу говорить. Хочу в магазин успеть до закрытия. Рад был видеть!

– И я рад! Увидимся, – крикнул вдогонку Артём.

Артём дошёл до комнаты друга и постучал. Никто не открыл. Артём постучал ещё раз, снова тишина.

– Привет. Там нет никого, позже придут, – сказал близнец из кухни.

– Кира, привет. Суп готовишь? Тебе на работу не пора?

– Привет, я Добран. Меня же уволили из-за травмы ноги, забыл?

– Погоди. В смысле? Возле лестницы я тогда, кого встретил?

Добран мешал суп, опираясь на столешницу рядом, парню было тяжело стоять.

– Киру. Он на работу убегал, проспал будильник.

– Вот гад, ты видал? И я сразу не сообразил… Кира твоим именем представился. Вы же братья-близнецы, похожи как две капли воды. Вы бы хоть одежду разную носили или знак какой-то опознавательный.

– Ха-ха. Комплектами одежду дешевле покупать, поэтому носим одинаковую одежду.

– Ничего смешного. Как вас только родители не путали в детстве?

– Путали. Ха-ха, – попробовал суп на вкус Добран. – Готово.

– Добран, у тебя не будет в долг до получки? Я отдам. Мне немного надо, только на продукты.

– Денег нет, извини. С пенсии по инвалидности не разгуляешься, как говорится. Хорошо на еду хватает. И ты мне прошлый долг ещё не отдал.

– Отдам. Честно! Просто сейчас на мели. На последние деньги купил подарок Антону.

Добран ничего не ответил, а налил супа в тарелку и поставил на стол, нарезал хлеба. Артём смотрел на суп и облизывал губы.

– Суп будешь?

– Бесплатно?

– Конечно, бесплатно.

– Буду, спасибо. С утра крошки во рту не было.

– Только налей сам, у меня нога болит. Не хочу лишний раз вставать. А ты чего это без футболки? Решил перейти в наступательную фазу поиска девушки через голый торс?

– Нет, этот ураган мою последнюю футболку украл. Теперь все будут на это указывать? Или я случайно забрёл на территорию завистников «кубиков пресса»?

– Расслабься, не воспринимай жизнь слишком серьёзно. Просто пошутил. Слышал, что девушки любят мускулистых парней.

Артём налил суп, взял ложку и сел обратно, с жадностью поедая суп. Через несколько минут тарелка была пустой.

– Вкуснотища, – облизал ложку Артём.

– Ха-ха. Ну у тебя и аппетит. Вон Хелс по коридору идёт, с зелёными волосами. Он сосед Антона по комнате. Эй, Хелс! Здесь к тебе пришли.

– Я никого не звал, – Хелс открыл жутко скрипучую дверь комнаты.

Артём быстро встал со стула и подошёл к двери комнаты. Хелс поставил ногу в берцах в проходе и не давал пройти.

– Привет. Я Артём, а вы Хелс? – протянул руку для знакомства Артём.

Хелс не ответил и руки не подал.

– Я не совсем к вам, мне Антон нужен. Разрешите, я пройду?

– Нет твоего Антона.

– Понятно. Давно ушёл?

– Полгода не видел его и видеть не хочу.

«Полгода?! Неужели мы так давно не общались? У нас абсолютно разные расписания. Днём я сплю, а Антон работает. Вечером я в тренажёрке, а ночью в зале игровых автоматов, а Антон спит. Антох, извини, что не нашёл для тебя места в расписании. Что-то друг из меня так себе...»

– Погодите. И вы об этом так спокойно говорите? В полицию же надо идти!

– Тебе надо ты и иди, угольноволосый, а мне своих проблем хватает. Придут мундиры, всё переворошат и ничего не найдут. Мне потом убираться. Ладно, иди давай. Ты меня утомил, – зевнул Хелс.

«Поражаюсь его спокойствию. Валерьянка принимает Хелса, когда нервничает. Как можно так спокойно относится к пропаже человека? Хотя полгода прошло… Мне нужны деньги и надо найти Антона. Как бы это всё совместить?»

– Раз уж мы на ты перешли, то мне Антоха денег должен. Если знаешь, где его искать, то скажи, – начал прощупывать почву Артём.

«Надо понять должен Антон денег Хелсу».

– Мне Рыжий тоже должен и что? И не только мне. Думает, раз залёг на дно, то и долги отдавать не надо. Надо! – ударил кулаком в ладонь Хелс.

«Да! В яблочко. Так… Надо подумать. Как попросить денег? Думай, думай, Артём».

– Слушай, есть к тебе одно дело. С глазу на глаз, а? – Артём посмотрел по сторонам.

– Нужны мне твои дела, проваливай. Я спать хочу.

– Разреши, положить шоколадку, на тумбочку Антона? Он придёт и удивится. Кто шоколадку положил? – улыбнулся Артём.

Хелс убрал ногу с прохода.

– Только быстро.

Артём вошёл в комнату и осмотрел её. Почти все вещи Антохи были на месте, книга лежала на кровати. Выглядело, будто человек вышел в туалет и скоро придёт.

«Подозрительно».

– Эй, а я тебя, кажется, знаю, – рассматривал незваного гостя Хелс.

– Не припомню, чтобы раньше встречались где-нибудь.

– Это же ты должен моему боссу полмиллиона наличности? С тобой ещё Шиндо работает, долги выбивает? – сказал Хелс.

Артём застыл, будто его приковали к месту, на руках и затылке волоски будто встали дыбом, но парень заставил себя улыбнуться, чтобы не показывать страха.

– Не совсем выбивает. Он довольно вежлив в общении, – друг положил шоколадку на тумбочку Антона. – Слушай, можно у тебя в долг занять?

– Чего?! Я никому в долг не даю, – поднял брови Хелс.

– Я отдам, честно! У меня временные трудности с работой просто…

– Да плевать мне, какие у тебя трудности. Сделал что хотел? Проваливай из моей комнаты, – Хелс открыл дверь в коридор.

– Погоди. Выслушай просто, – настаивал Артём.

Хелс взял сигарету и зажигалку с тумбочки, прикурил.

– Ты меня начинаешь доставать, парень… Я тебе русским по белому говорю: уходи! Быстрее, ну?! Иначе кто-то поскользнётся и шею сломает. Кх, кх...

«Антоха мне рассказывал раньше, что у него максимально мерзкий сосед по комнате, но я и подумать не мог, что настолько мерзкий. Я же не беру его вещи без спроса, за что он на меня взъелся? Это не человек, а нелюдь какой-то…»

– Всё, всё, ухожу. Нервный ты какой-то. Хотел помочь найти Антона, чтобы ты смог забрать долг, но раз не хочешь назад свои деньги, то не буду напрягать, – подначивал Артём.

Хелс быстро скурил сигарету, затушил окурок в пепельнице.

– Ты? Поможешь мне? Ха-ха. Не смеши.

– У меня есть бумажка со всеми любимыми местами Антона. Могу с точностью в девяносто девять процентов сказать, где он.

Хелс зашёлся кашлем курильщика в ответ. Время шло, а кашель никак не отпускал Хелса, он задыхался и пошёл за меш-небулайзером с лекарством, но от нехватки воздуха и слабости в теле упал, схватился за горло.

– Хелс, что с тобой? Скорую вызвать?

Хелс мотал головой. Мол, никакой скорой не надо. Тогда Артём хлопал по спине новому знакомому, но это не помогало. Парень скинул вещи Антона со стула на кровать, затем усадил Хелса на стул. Парень наклонил корпус вперёд и свистяще дышал с поджатыми губами. Артём осмотрел комнату и заметил, что парень тянул руку к предмету на подоконнике.

– Давай подам, – протянул руку Артём.

Кашель Хелса немного успокоился.

– Не трожь! Моё… Кх...

Хелс кое-как сам встал, взял меш-нибулайзер и вдыхал лекарство, пока его дыхание не нормализовалось.

– Чёртов ХОБЛ! Как же он меня достал… Что там за бумажка у тебя? Покажи, – Хелс утирал слёзы от длительного кашля.

Артём достал из камуфляжных штанов свёрнутый вчетверо лист бумаги и передал Хелсу. Парнишка раскрыл список и сначала внимательно читал, а потом расхохотался и бросил лист на пол.

– Что смешного? – подобрал лист со списком Артём.

– Ха-ха, – не мог остановить смеха Хелс.

Затем бывший сосед Антона лёг на кровать и достал бумажник из тумбочки.

– Сколько тебе нужно денег?

«Что? Он только что ни копейки не хотел давать… Наверное, это благодарность за то, что помог ему с приступом кашля. Попрошу пять тысяч рублей. Мне хватит. Хотя нет… Лучше пятнадцать тысяч, чтобы на игровые автоматы с гонками хватило, а там даст сколько даст. Лучше всегда просить больше, чем нужно».

– Пятнадцать тысяч рублей хватит.

– Хорошо. Я дам тебе эти деньги, возвращать их не надо.

Хелс отсчитал деньги, подозвал жестом Артёма к себе. Когда парень подошёл и наклонился, то Хелс вцепился взглядом в нового знакомого будто хищник в жертву. Сил на агрессию не было.

«Фу! От него отвратительно пахнет дешёвыми сигаретами. Будто в сельском туалете нахожусь... Смотрит ещё так, что пошевелится страшно».

– Но я хочу получать ежемесячный отчёт об этом фантастическом дельце. После восемнадцати часов я всегда здесь, если меня нет значит скоро буду. Это понятно?

– Вполне. Отчёт на бумаге в смысле? – серьёзно спросил Артём. – Могу идти? – протянул руки к деньгам парень.

Хелс отдал деньги.

– Ага. Печать поставить не забудь, – рассмеялся Хелс. – Откуда вы только такие берётесь? Футболку себе хоть купи, плейбой недоделанный.

– Хорошо. Не волнуйся, деньги будут оправданно потрачены на все сто процентов. Успехов в борьбе с кашлем, – проигнорировал оскорбление Артём.

– Ага. Закрой дверь с той стороны, – Хелс отвернулся к стене.

Артём вышел из комнаты, закрыл дверь и убрал деньги в карман куртки. В носу всё ещё был мерзкий запах пепельницы, а в голове одни мысли о купюрах.

«Столько денег сразу я давно не видел. Ещё и отдавать не надо! Блаженство».

Парень пошёл дальше, но споткнулся о развязанные шнурки, плинтус внезапно оказался у самых глаз.

– Ау… – он потирал ушибленную голову и колено. – Грёбаные шнурки. Почему я раньше не заметил, что они развязались?

Артём завязал шнурки на берцах покрепче и пошёл на поиски Антона.

«Фух… Так устал от этого Хелса, сил нет. Как Антоха его терпел столько времени? Надо отдохнуть немного, потом займусь поисками Антона».

Парень подошёл к зеркалу, пригладил угольного цвета волосы и пошёл в зал игровых автоматов. Сегодняшняя ночь обещала быть полной игроманского наслаждения!

Глава 16. Умные мысли и глупые поступки

Мир Каррандр, страна Эвенна, город Эренск

– Точно помню, что ложился со мной спать и проснулся вместе со мной в постели, – подыграла Мили.

– Значит, ты не можешь сказать точно, был ли Антон с тобой всю ночь или нет?

– Рэндэл, когда Антон просыпается и снова ложится спать, то всегда спит без одеяла. Ему жарко, а в этот раз он спал под одеялом. Значит, спал всю ночь со мной. У меня не было цели отслеживать точное местоположение Антона по ночам каждый день. Мы что на допросе?

– Нет. С чего ты взяла, Мили? Я тебя услышал. До вечера, Антон. Не буду задерживать.

Антон потянул Миленку за собой, и они пошли в пекарню Ника.

– Ловко ты выкрутилась. Я боялся, что ты не поймёшь намёка.

Миленка дала леща Антону и сказала:

– Не смей меня больше подставлять так! Поживёшь с моими родителями столько же, сколько я и не из такого выкручиваться научишься… Зачем ты вообще повёлся на провокацию Энди? Ты, что дитё малое?

– Извини, Мили. Я не хотел, правда… Всё само собой…

– Ничего не говори. Тема закрыта. Накосячил, так и выкручивайся сам. Я не хочу врать Ордену. Они для меня все, как братья.

– Понятно всё… – Антон бросил руку Мили.

– Что понятно? Ты неправильно понял.

– Я всегда всё неправильно понимаю. Я же из другого мира, куда мне до ваших высоких идеалов! – громко сказал Антон.

– А-а! Почему с тобой так сложно разговаривать? Я имела в виду, что всегда буду на твоей стороне, только предупреждай хотя бы. Импровизации до добра никогда не доводят.

– И этот человек только что говорил о высоких идеалах? – улыбнулся Антон.

– От своих слов не отказываюсь. Иногда приукрашивание идёт на пользу, но не всегда. Это был не тот случай.

– Понятно, понятно.

Мили взяла за руку Антона.

– Что тебе всё понятно, а? Хитрая ты мордашка.

Миленка и Антон расцеловали друг друга.

– Ты назвала меня хитрой мордашкой? Как-то слишком резко ты меня оценила, – Антон лохматил волосы Миленки.

– Ты хитрый лис, – улыбнулась Миленка. – Вот ты кто. С такими же рыжими волосами.

Антон игриво зарычал и расцеловал шею Миленки. Парочка свернула на улицу, где была пекарня.

– Как же я устала… – вздохнула Миленка.

– От чего?

– От всего. Вот бы отдохнуть немного и ничегошеньки не делать.

– Хочешь, я попрошу у Ника выходной и мы поедем загород на пикник?

– Пикник на природе? Неохота… Да и холодно на улице, а на море классно. Пляж, водичка тёплая, тёплая и еда вкусная, с морепродуктами. Помню, я была там в детстве с бабушкой. Лепила с другими детьми куличи из песка на берегу, было весело. С тех пор мечтаю снова туда попасть.

Миленка сжала руку парня, будто обняла. Антон поморщился.

– Что? А… Ты же не любишь морепродукты, но можно и без них что-то поесть найти.

– Да? Классно. Интересно, какое оно это море? Кто бы свозил…

Миленка загрустила, замолчала.

– Эй, ты чего? Кто мою любимку обидел? – Антон встал перед Миленкой.

Миленка отвернула голову от Антона.

– Никто…

– Я что-то не так сказал?

– Не беспокойся, – потёрла глаза Миленка. – Пошли скорее в пекарню, мы опаздываем.

Парочка ускорила шаг и вскоре была у пекарни.

– До вечера! Хорошего дня, – поцеловал девушку Антон.

– И тебе хорошего дня, – пожелала Миленка.

Из пекарни вышел Ник, вылил воду из ведра в канализационный сток и вмешался в разговор парочки:

– Долго вы ещё целоваться собрались? У нас работы полно.

– Кажется, кто-то сегодня не в духе. Иди быстрее тогда, – сказала Миленка.

– Ник, я иду!

– Идёт он, чтобы больше без опозданий. Мы здесь серьёзным делом занимаемся, вообще-то!

«Если Миленка говорит не беспокоится, значит, надо беспокоиться. Это я научился понимать. Может, она на море хочет? Точно, море! Вот дурак… Взял предложил пикник, когда она о поездке на море мечтает… Неужели в этом мире так сложно попасть на море? Надо что-нибудь придумать!» – подумал Антон.

День в пекарне проходил, как обычно. Антон в основном был занят на кухне, а Ник в зале. Сегодня выпечка была просто нарасхват, от гостей не было отбоя. Будто кто-то порекомендовал нашу пекарню не только всему городу, но и за пределами города.

К вечеру плохое настроение Ника улетучилось, Антон встал за кассу. К нему подошёл маленький ребёнок и стал дёргать за штанину.

– Привет, я Антон, а ты?

– Привет. Красивые у тебя волосы, как у мамы, – сказал ребёнок.

– Ха-ха. Спасибо. Хорошая у тебя шапочка на завязках, пальто маленькое такое, как на тебя сшито. Тёплое?

– Да, мама сшила. Папа купил сапоги.

– У тебя любящие и заботливые родители, – вздохнул Антон.

Затем подошла мама ребёнка и увела его.

– Кирилл, мы не трогаем чужих дядек, а идём выкидывать мусор. Извините, пожалуйста.

– Ничего страшного, ребёнок изучает мир. Хорошего вечера! – помахал рукой Антон.

Антон подождал, пока последний гость уйдёт, и закрыл пекарню. Ник стал считать выручку за день.

– Деньги, денюжки мои, – приговаривал Ник.

– Большая выручка сегодня, обычно мы меньше продаём, – согласился Антон.

– Ага. Сарафанное радио работает отлично!

Антон ушёл мыть посуду, но спустя время снова подсел за столик к Нику. Тот заполнял какие-то важные бумаги. Антон перебирал пальцами, собирался с мыслями для серьёзного разговора.

– Ник, а можно с тобой поговорить? Это серьёзно.

– Говори. Чего хотел? – продолжал писать Ник.

– Мне неловко просить об этом… Но я буду жалеть, если не попрошу.

– Говори, говори. Я тебя не покусаю, не волнуйся. Ха-ха. Ты же не булочка с корицей?

Ник отложил письменные принадлежности, убрал бумаги на край стола.

– Можешь повысить мне жалованье? Хотя бы до ста серебряных монет. Не знаю, заслужил ли я такую прибавку...

– Ого! Для кого сто серебряных, а для кого и одна золотая монета. Зачем тебе столько денег?

– Это личное.

– Личное? Антон мы с тобой, кажется, в одном Ордене живём. Хоть ты и не член Ордена, для меня ты не менее дорог. Я бы даже назвал тебя братом.

– Правда? Ну… Я хочу поехать на море вместе с Миленкой. Хотя бы до восьмидесяти серебряных повысь, а?

– На море, значит? Хорошая цель. Антон, мне вовсе не сложно давать тебе больше денег. Трудишься хорошо, но… Пойми правильно. От того, что я тебе жалованье повышу, ты лучше работать не станешь, больше товара не произведёшь.

– Я понял Ник… Извини, что отвлёк от бумаг, – склонил голову Антон.

– Понимаешь, чтобы повысить тебе жалованье, я должен ещё больше заработать. Придумай, как мне повысить выручку, а я подумаю над повышением жалованья? Идёт?

– Идёт! Я обязательно придумаю способ, можешь не сомневаться, – воспрянул духом Антон.

– Вот и отлично, а сейчас иди домой. Хорошо сегодня поработали, отдохни. За тобой пришли, – Ник показал рукой на Миленку.

Антон встал из-за стола и посмотрел на улицу. По дороге из стороны в сторону ходила Миленка, ждала Антона.

– А посуда? Мне нужно домыть её. Я не могу просто так уйти.

– Не беспокойся. Сам домою. Иди, иди. Мне ещё нужно работу после твоего ухода спланировать.

– Ладно, спасибо. До завтра! – попрощался Антон.

– До завтра, восхитительный пекарь!

Антон снял фартук и отдал его Нику, а сам вышел на улицу.

«Ох уж эти словечки Ника… Он настолько вежлив, что мне иногда сложно его понять. Это он меня похвалил так?»

Миленка и Антон поцеловались, а по пути до Ордена они общались. Миленка рассказала парню, как прошёл её день, а Антон рассказал девушке о своём дне. Потом они поужинали и легли спать.

Утром Антон снова встал раньше Миленки и пошёл к Другану. Идеи о повышении эффективности пекарни роились в голове Антона всю ночь, не давая спать. Новые рецепты, новые концепции обслуживания гостей, новые напитки. Антону жизненно необходимо было выплеснуть мысли на бумагу.

К счастью, у Другана была лишняя пустая тетрадь в кожаном переплёте и письменные принадлежности. Когда Антон пришёл в комнату, то положил вещи на стол, девушки уже не было в постели.

«Наверное, она в столовой. Пойду к ней, вместе позавтракаем», – подумал Антон.

Когда Антон пришёл в столовую, то любимую нигде не увидел.

«Странно. Куда это она подевалась?»

Антон хотел было выйти из столовой, но живот предательски заурчал. Несколько стражников обратили на Антона внимание. Парень прошёл на кухню и наложил себе любимой гранолы, сделал лимонад и сел за стол, рядом со стражниками.

«Ничего. Скоро Миленка спустится в столовую и присоединится ко мне».

Они что-то увлечённо обсуждали, изредка косясь на Антона. Рыжеволосому стало некомфортно завтракать, казалось, что все именно на него смотрят. Тогда он посмотрел по сторонам и смог разглядеть в толпе Флока, решил пересесть к нему.

– Флок, привет. Я присяду?

– Привет. Конечно, садись, Флоки уже поел.

Антон съел пару ложек гранолы и запил лимонадом.

«Всё-таки мне не даёт покоя эта мысль. Что стражники так упорно обсуждают? Это как-то меня касается? Мне стоит беспокоиться? Не пойму… Надо спросить».

– Флок, что парни обсуждают? Это как-то меня касается?

– Пха-ха, – рассмеялся Флок.

«Что я такого смешного сказал?! Не люблю завтракать вместе со всеми. Вечно какие-то сплетни, интриги. Ужас! Хуже девушек себя ведут, а ещё стражниками зовутся».

– Флок, всё нормально? – спросил Антон.

– Да. Извини, пожалуйста, – пытался сдержать смех Флок. – Ты, что совсем ничего, не помнишь?

Антон округлил глаза.

«Что я должен был помнить? Надеюсь, это не что-то суперважное...»

– Нет, а что?

– Хах… Извини, извини. Фух… Просмеялся. Помнишь, неделю назад мы ходили с Ником в бар к Ларсу.

– Помню.

– Ты говорил, что не будешь пить.

– Только не говори мне, что я выпил…

– Выпил это ещё слабо сказано, – улыбнулся Флок. – Весь вечер мы пытались тебя уломать на кружку пива, но ты не поддавался. Крепкий, как кремень! Потом Ларс поспорил с тобой на тридцать серебряников, что не сможешь выпить литровую кружку пива залпом.

– Надеюсь, я не пил? – продолжал надеяться Антон.

– Сам-то, как думаешь? Ты бы, наверное, это запомнил.

– Ой-ой… – схватился за голову Антон.

– Дело только пивом не ограничилось… В общем, под утро мы с Ником кое-как довели тебя до комнаты в Ордене и уложили спать. Но спать ты, видимо, не хотел и бродил по территории Ордена. Наткнулся на зал регистрации в Орден и решил попробовать свои силы. Подал заявку на вступление в Орден через воина. Заявку на вступление в Орден может подать любой человек. Даже ты.

«Даже я? Идея-то отличная. Мне как раз и нужно в Орден попасть, но не через воина же?! О чём я только думал. Дубина!»

– Иди ты… Я бы ни за что не выпил! Откуда ты знаешь, как всё произошло, следил за мной?

– Не следил. Это мои предположения, видимо, чертовски верные предположения.

– Хочешь сказать, я подал заявку в Орден? Да меня один вид Рэда до мурашек пугает. Ты видел, как он смотрит на всех?

– Ха-ха. Да, в этом Рэд мастер, но я Рэда не боюсь. Скорее уважаю. Таким лидер и должен быть, сильным и рассудительным, мудрым. Чтобы аура человека говорила окружающим о том, что он лидер Ордена. Дальше тебя ждёт отбор.

– Здарова, Рыжий! Флок, не занято? – спросил Энди.

– Падай, – ответил Флок.

«Будто мало мне бед с утра пораньше, ещё и Энди нарисовался. Не сотрёшь! Что мне теперь делать? Как этот отбор проходит? Вдруг меня просто убьют, и всё? Смерть в мои ближайшие планы не входила…»

– Рэду твоя заявка поступила, Рыжий. Сидит, изучает. Рэндэла к себе вызвал. Во дворе Ордена я встретил Миленку и рассказал ей о твоей заявке, мы вместе пошли к Рэду. Миленка до сих пор там что-то прыгает, орёт перед ними, пытается уговорить Рэда порвать твою заявку. Не знаю, что будет.

– Что будет? – спросил Антон.

Рыжеволосый побледнел, его бросило в жар. Кожа покрылась пупырышками.

– Будет отбор. Думаю, завтра. Выбирается доброволец, кто будет с тобой сражаться. Это не обязательно самый сильный воин в Ордене, но выбирает Рэд. Тебе нужно продержаться минуту и постараться не помереть в процессе. Оружие любое, но думаю, ты возьмёшь Секиру. Я бы на твоём месте так поступил. Рэд следит за боем, если что остановит бой. Лишние смерти никому не нужны. А то ты я смотрю, весь напрягся, ещё в обморок грохнешься прямо здесь, а мне оно надо? Ха-ха, – объяснил Энди.

– С-спасибо, за объяснение. Кажется, я наелся. Пойду подышу воздухом, голова кружится...

– Расслабься ты! Всё будет хорошо, ты вполне сносно секирой орудуешь. Я видел! Флоки, например, только с четвёртого раза в Орден попал. Честно скажу: не думал, что у тебя силёнок хватит заявку в Орден подать и ещё через воина, – Флок хлопнул по плечу Антона, пытался успокоить.

– Кишка у тебя не тонка, Рыжий. Я был о тебе другого мнения, а теперь даже зауважал немного, – сказал Энди.

«Ааа! У меня сейчас сердце из груди выпрыгнет. Можно же от отбора отказаться? Что делать?! Нужно выйти на улицу»

Антон встал из-за стола и спешно вышел на улицу. Затем Антон облокотился спиной на стену, а руки упёр в колени. Парня мутило от волнения.

«Фух… Вроде отпускать начинает. Гадство! Ну и влип! Как всегда… Просто пойду к Рэду и откажусь от боя, иначе меня Миленка просто убьёт. Уверен, что можно просто отказаться от боя. Извинюсь, объясню ситуацию».

Глава 17. Две новости и доставка выпечки от Ника Эренского

В кабинете у Рэда

Антон собрался с мыслями, сжал кулаки и пошёл к кабинету Рэда. «Если отбор, действительно завтра, то Рэд обязан меня принять. Я должен ему всё объяснить!»

У кабинета Рэда Антон на мгновение замер, тихо выдохнул и постучал. В ответ тишина. Тогда парень постучал ещё раз, дверь открылась и Миленка втащила Антона за рубашку внутрь кабинета.

– Что это значит? – Миленка держала в руках заявку на вступление в Орден.

– Доброе утро, Мили. Это не то, что ты подумала. Я вообще не хотел…

– Значит, ты не хотел, да? Не такое уж и доброе это утро…

– Я могу всё объяснить! – начал Антон.

Антон бегло осмотрел кабинет, но Рэда не заметил.

«Наверное, Рэд отошёл или применил магию невидимости, я бы не удивился. Стала бы Миленка так смело вести себя в его присутствии».

– Нужны мне твои объяснения… – сложила руки на груди Миленка.

– Так значит?

– Так, – Миленка отвернулась от Антона.

– Почему я вообще должен перед тобой оправдываться?! Да я хочу в Орден, что здесь такого? Это запрещено, что ли?

Дверь в кабинет открылась, вошёл Рэд.

– Здравствуй, Антон. Не запрещено, наоборот, поощряется, – сказал Рэд.

– З-здравствуйте, Рэд О’ний, – поприветствовал Антон.

– Раз все в сборе, можете присаживаться.

Рэд сел за письменный стол, Миленка и Антон сели на стулья напротив Рэда. Миленка перебирала пальцами, а Антон дрожал. То ли от холода, то ли от страха.

– Антон, Миленка сказала, что ты не подходишь для Ордена, не хочешь участвовать в отборочных боях. Это правда?

– Что правда? – переспросил Антон.

– Понятно. Воды хочешь?

– Если можно, – почесал шею Антон.

Миленка встала, налила из графина воды в стакан, напоминающий тыкву, и подала Антону.

«Что отвечать? Я не хочу участвовать в отборочных боях, но этот пристальный взгляд Рэда… Боюсь его. Вдруг у них нельзя отказываться от боя, и это карается смертной казнью? Нет, они мирный Орден. У них даже насилие запрещено! Хотя одно, другого не отменяет… И в Орден я тоже хочу. Возможно, другого шанса вступить в Орден у меня больше никогда не будет, после отказа».

– Рэд, можно мне заявку посмотреть?

Рэд, протянул листок с заявкой Антону.

Первые две графы заявления. Полное имя: Осока Антон Владимирович. Имя в Ордене Ниев: Антон О’ний. Дальше указывается уровень силы для воина, где стоял знак вопроса с цифрой 1, форма и уровень магии для мага, где стояли прочерки. Дальше была графа о родстве или знакомстве с действующими членами Ордена, была указана Миленка О’ний. Внизу сообщалось, ставя подпись под этим заявлением, кандидат соглашается пройти вступительный боевой экзамен в Орден и полностью нести ответственность за жизнь во время экзамена. В случае успешной сдачи экзамена, кандидат, указанный в заявлении, становится членом Ордена пожизненно и остаётся им посмертно.

– Антон, я не могу решать за тебя: хочешь ли ты, быть членом Ордена или нет. Кто бы меня не убеждал в обратном, – Рэд посмотрел на Миленку. – Скажи, как ты думаешь. Хочешь ли ты быть членом Ордена?

Антон посмотрел на свои руки.

«Веской причины у меня нет. Засада! Значит, я действительно написал заявление на вступление в Орден, и это не выдумка парней из столовой, чтобы посмеяться надо мной… Может, я могу пойти на отборочный бой через мага? Что такого? Скажу, что я ошибся и у меня есть магия лечения. Как они проверят? Раз отказаться нельзя, то надо действовать».

– Хочу быть членом Ордена, но есть ли другие способы вступить в Орден?

– Через мага. К магам требования меньше, чем к воинам. Нужно просто продержаться всего три минуты против мага четвёртого уровня, драться не обязательно. Ещё есть…

– Хочу через мага! – Антон перебил Рэда.

Миленка шикнула на Антона, мол, не перебивай.

– Ещё есть способ через альтернативное полезное достижение.

– Извините, что перебил. Какое достижение? – уточнил Антон.

– Например, механизм для Ордена, знания или навыки, оформленные в письменном виде. Перечень открытый, решение о полезности достижения принимаю лично я. Например, Друган – отличный инженер для своего уровня, но попал в Орден через воина. Поскольку при приёме Друган ничего не рассказал мне о своих способностях, значит, быть ему воином, но стараемся меньше ставить его в наряды, чтобы у него было время для инженерной работы. Что-то я немного ушёл от темы… Значит, ты хочешь попасть в Орден через мага?

– Рэд, Антон отлично готовит! Можно его поваром к нам в столовую взять, – сказала Миленка.

– Это правда?

– Правда, но у меня почти нет ничего письменного, знания у меня в голове. Ещё я работаю на кухне у Ника в пекарне.

– У Ника значит? Я у него спрошу про тебя.

– Антон, откажись от боя! – приказным тоном сказала Миленка.

«Чего?! Она мне указывать будет что делать? Не люблю, когда мне указывают. Я сам могу принять решение!»

– Мили, против мага даже драться не надо. Просто постою три минуты, и всё.

– Нет, откажись. Ты совсем не понимаешь, куда ты ввязываешься?

– Почему я должен отказываться? Не указывай мне, что делать!

– Значит, я указываю, да? Как маленькому ребёнку объясняю: не прикасайся к плите – обожжёшься.

– Значит, я по-твоему маленький ребёнок?

– Ты хуже, маленькие дети хотя бы понимают, что им говорят…

– Миленка и Антон, прекратите выяснять отношения в моём кабинете, – Рэд посмотрел сначала на Антона, потом на Миленку.

Парочка успокоилась и села ровно.

– Извини, – отвела взгляд Миленка.

– Извините, Рэд. Не знаю, что сегодня с Миленкой твориться. Эти бои не смертельно опасные же?

– Нет. Нам нужны нормальные члены Ордена, а не инвалиды. Я слежу за боем, если что-то пойдёт не так, то бой останавливается. Точно хочешь отказаться? Другого шанса вступить в Орден может и не представиться.

– Фух… А то я боялся. Ха-ха. В каком смысле не будет возможности вступить в Орден?

– Жизнь скоротечна. Кто знает, что может произойти через неделю или через месяц? Мы можем только планировать, а произойдёт всё совсем наоборот.

«Если не будет возможности вступить в Орден, то я здесь навечно застряну? Нет, к такому меня жизнь не готовила, но если я откажусь, то уступлю Миленке. Изначально я и шёл сюда отказываться от боя, но раз бой безопасен для участников и за мага мне драться даже не придётся, то отказываться, наверное, нет смысла».

– Он ещё думает! Отказывайся давай. Почему я вообще должна тебя уговаривать? – снова начала Миленка.

– Подумать нельзя? Какая муха тебя сегодня укусила? Рэд, я могу ещё раз подать заявку, но на вступление в Орден через особое достижение? Я хочу написать кулинарную книгу с рецептами для Ордена и готовить по ней в столовой, если разрешишь.

Рэд задумался, затем подошёл к единственному окну в кабинете и посмотрел вдаль.

«Что-то я вспылил с Миленкой сегодня... Или нет? Не могу понять, но вроде же всё было нормально? Мили не должна была обидеться или должна? С девушками всё так сложно...»

Антон зацепил мизинцем мизинец девушки, Мили сначала сопротивлялась, но не больше пары секунд. Они пожали мизинцы друг друга.

«Удивительно, что Мили тоже знает этот жест. Значит, и в их мире он распространён, как примирительный? Буду знать».

– Дай-ка подумать. До меня дошли слухи, что кто-то подрался с Энди О’ний это так? Что знаешь? – сел на место Рэд.

«Ему, откуда это известно? Неужели кто-то проболтался… Если это Энди, я его прибью! Рэд же специально акцентирует внимание на О’ний. Мол я поднял руку на члена Ордена, при этом не являясь членом Ордена. Не паникуй, Антон.

Мне крышка! Если сам Рэд об этом уже говорит!

Не паникуй тебе говорят. Соберись! Он же тебя на страх берёт, наверняка не знает. Нужно отпираться до последнего».

– Нет, - уверенно начал врать Антон. – Я знаю, что произошло с Энди и это ужасно. Но я почти всю ночь спал с Миленкой в комнате.

– Почти? Что это значит?

Рэд сцепил руки в замок.

– До этого я тренировался с секирой у Флока, потом пошёл в туалет.

– И всё?

– И всё.

– Если я скажу, что тебя слышали той ночью? Что скажешь?

Антон вздохнул. В груди у парня покалывало.

– Хорошо, кто это сказал?

– Не важно, надёжный источник.

– Я говорил с Энди перед тем, как идти спать. Это правда, даже не отпираюсь. Он был немного в себе, как мне показалось.

– Не в себе? То есть он был пьян?

«Не буду выдавать Энди. Возможно, это и не он растрепал всё Рэду. Это было бы слишком подло. Даже для Энди».

– Нет, мне так не показалось, но Энди нёс какую-то околесицу. Сначала про меня, потом про Миленку, потом про каких-то парней на улице. Я толком не понял, что он имел ввиду. Посоветовал проспаться, но я его не бил. Честно!

– Кто сказал, что именно ты его бил? – поднял бровь Рэд.

Антона бросило в жар.

«Прокололся? Но где? Неужели по Энди не видно, что его кто-то бил? Спокойно, я мог это заметить утром, когда навещал его. Так и скажу».

– Это было заметно утром, когда я его навестил. Там я и увидел, что его побили. Вряд ли он сам так упал. Поэтому и говорю, что я его не бил. Мы с Энди не в очень хороших отношениях, про это весь Орден в курсе. Но бить… Не-ет, я бы не стал.

– В ванной была вскрыта баночка с материалами для первой помощи. Тоже будешь отрицать?

– А! – Антон шлёпнул себя ладонью по лбу. – Совсем забыл. Просто не думал, что эта деталь так важна. Ночью я захотел пить и пошёл в столовую, но по пути упал с лестницы, ступеньку не заметил. Тогда я и взял коробочку, чтобы заткнуть разбитый нос и остановить кровь, – нервно улыбнулся Антон.

– Рэндэл, рассказал. Ну что за растяпа? – улыбнулся Рэд.

– И не говори. Ха-ха, – рассмеялся Антон.

Рэд стукнул кулаком по столу, посмотрел Антону в глаза. От такого даже Миленка на стуле подпрыгнула, поскольку Рэд вёл себя так только в исключительных случаях. Обычно он образец спокойствия, даже когда зол. Антон побледнел, сердце билось сильно, мысли путались.

– Не увиливай от ответа, парень. Ты Энди побил?

– Ты хочешь, чтобы я признался?

– Поразительно догадливый малый. Долго мне ответа ждать?

– Не я, но я очень хотел. Честно, честно, – поднял руки вверх Антон.

– Ты руки-то опусти, бить не буду. Ладно. Энди давно уже заслужил хорошую взбучку. На первый раз прощаю, и только потому, что пока ты не член Ордена. Как он там тебя назвал? Тощая селёдка. Ха-ха.

Антон молчал от страха и не знал, что говорить. Будто любое сказанное слово играло против парня.

– Не съем я тебя, успокойся, Миленка здесь рядом. Ты же не думаешь, что проделки, которые ты так усердно отрицаешь, могли остаться незамеченными? Хочешь попасть в Орден Ниев?

«Вопрос с однозначным ответом. Это мой шанс вернуться в диалог! Фух… Кажется, пронесло. Хотя мне и не нравиться, что Рэд говорит, так, будто все вокруг давно всё поняли. Что мне ещё было делать? Стоять и слушать, как алкаш какой-то оскорбляет мою девушку? Пусть алкаш и её друг, но это не меняет сам факт. Все равно ничего они не знают, нужно только молчать об этом случае».

– Верно, – ответил Антон.

– Тогда нужно научиться контролировать эмоции, даже в таких ситуациях. Всегда можно решить вопрос словами или просто уйти, никто трусом тебя не посчитает. Все свои люди. Насилие между членами Ордена недопустимо, – сделал паузу Рэд.

– Понятно.

– Мы свободны? – спросила Миленка.

– Нет. Минут через пять должны ещё члены Ордена подойти, вы мне нужны.

Новый член Ордена и две новости

Тук, тук.

– Входите, – сказал Рэд.

Энди вошёл в кабинет Рэда, а через минуту вошла девушка ростом чуть выше Энди.

– Энди О’ний по вашему приказу прибыл.

– Лидия О’ний по вашему приказу прибыла.

Лидия распустила пепельного цвета волосы, расстегнула кожаную курту с вышитым знаком ордена и встала рядом с Энди.

– Лидия? Так это ты новый член Ордена? Про неё ты говорил, Рэд? Красивое имя. Что означает? – засмотрелся на девушку Энди.

Красивые зелёные глаза, как у кошки, и сама девушка была красива. Настолько красива, что Миленка толкнула Антона в бок. Чтобы меньше смотрел по сторонам.

«Чего это Мили делает? Все равно Лидия не в моём вкусе, я больше блондинок вроде Миленки люблю».

– Лидия означает энергичная, – робко ответила девушка.

– Лидия, Энди прошу сесть на диван.

Парень и девушка сели на диван рядом со столом.

– У меня есть две новости. Хорошая и плохая, начну с хорошей. Энди, я наконец-то смог найти бассейн маны для тебя.

– Новый предел моей магии – искусство огненного разрушения, требует очень много энергии. Теперь я могу воздействовать своей магией даже на таких, как ты Антон, – ехидно улыбнулся Энди.

– О-очень приятно познакомиться со всеми, – Лидия кивнула головой. – Антон, какой-то особенный? Почему на него не действует магия? – спросила Лидия.

Антон вжался в стул от страха, помня взаимодействие с магией огня Энди в прошлый раз.

– Замолкни, Энди. Говоришь ты, а стыдно мне, – взял слово Рэд. – Плохая же новость такая, хотя для меня эта новость тоже хорошая: вы вчетвером отбываете на ферму Ордена за городом ближе к шестьдесят пятому марто-августу. Будете помогать по хозяйству. После сбора второго урожая жду назад в полном составе. У вас есть ко мне какие-либо вопросы?

«В начале мая по календарю моего мира. Понятно».

В комнате повисла пауза, пока Энди не нарушил тишину.

– За что, Рэд? Что я тебе плохого сделал? Мы с тобой не всегда хорошо общались, но такого предательства... Ты смерти моей хочешь? Не ожидал, – Энди двумя руками схватился за голову, пытаясь вырвать волосы, но те изо всех сил держались за своё место.

– Для начала успокойся. Никто не хочет твоей смерти, многие уже заметили, что ты изменился не в лучшую сторону. Стал более агрессивным и резким, не всегда следишь за словами. Возможно, на тебя так влияет четвёртый с плюсом разрушительный уровень магии огня, а возможно что-то ещё. Мне тоже жаль на время терять хорошего мага огня и хорошего воина, но тебе Энди снова надо научиться управлять эмоциями, поэтому ты поедешь на ферму с Антоном, Миленкой и Лидией. Ты и бассейн маны теперь одно целое, заодно притрётесь друг к друг. Не смей её обижать. Ты понял?

– Да понял я! Хватит из меня изверга делать.

Энди встал с дивана и подошёл к столу Рэда, облокотился руками и осмотрел окружающих людей.

– Что же вы все добренькими вдруг стали, а? Я вот ни к кому не лезу, не пытаюсь помочь или сделать лучше. Мне со своими проблемами бы разобраться!

– Отказы не принимаются, – спокойно ответил Рэд.

– Энди, сбавь тон. Это же Рэд. Что на тебя нашло? – посоветовала Миленка.

– А на тебя наехало? Не отвечай, знаю кто. Вот это рыжеволосое чудо, – показал пальцем Энди, – и вообще заткнись, Мили. Я не нуждаюсь не в чьих советах.

Антон взял руку Энди и сильно дёрнул вниз, из-за этого Энди вскрикнул от боли.

– Рыжий, ты совсем озверел? Апельсиновый сок в мозги ударил? Так, я твои мозги прочищу.

– Просто хотел поздороваться. Извини, что резко вышло, – улыбнулся Антон.

– Ага… Мы же с самого завтрака не виделись! – потирал больное место Энди.

– Довольно на сегодня пререканий, иначе пойдёте у меня здания Ордена отмывать вне очереди. Или ты хочешь обсудить мой приказ, Энди?

– Никак нет! – громко и чётко сказал Энди.

– Славно. Не смотри на меня так Мили, кто-то должен присматривать за этими двумя разгильдяями, чтобы они не поубивали друг друга. Впрочем, это отдельная тема для разговора. Твоих родителей я отпустил на отдых. Знаю, что вы не ладите.

Миленка изменилась в лице, улыбнулась и расслабилась.

– Фух… – выдохнула Миленка.

– Можете идти собирать вещи или заняться своими делами по распорядку, а у меня много работы. Есть ещё ко мне какие-либо вопросы?

– Никак нет! – хором ответили все четверо.

– Свободны. Антон, останься, – попросил Рэд.

Из кабинета Рэда, вышли трое. Энди повёл Лидию на экскурсию по Ордену, а Миленка осталась подслушать разговор Рэда с Антоном, но слышно было плохо.

– Насчёт вступления в Орден. Я подумал, – Рэд достал из ящика стола чистый бланк заявки на вступление в Орден, – переписывай заявку. Я редко кому это позволяю.

– Да, можно? Большое спасибо, Рэд. Вы очень добры ко мне. Я не подведу!

– Надеюсь на это. В графе особое достижение пиши: кулинарная книга рецептов для столовой.

Когда Антон закончил переписывать заявку, то отдал её Рэду. Рэд внимательно проверил заявку и подписал её.

– Жду твою кулинарную книгу как можно скорее. И ещё.

– Да?

– Сделай одолжение, найди себе уже тёплую одежду. На улице прохладно, болеть не надо.

– Хорошо. Извините, я тороплюсь в пекарню.

– Не задерживаю. Хорошего дня, – пожелал Рэд.

Антон кивнул в ответ и вышел из кабинета Рэда, затем быстро пошёл в сторону пекарни.

«Ник меня убьёт, за ещё одно опоздание. Как же я не хочу снова его нотации выслушивать, но надо…

Хорошо хоть от вступительного боя смог отказаться. Даже думать не хочу, чтобы я делал, если бы не получилось отказаться. Всё! Забыли… Теперь главное кулинарную книгу дописать».

В пекарне у Ника

После того, как Ник отчитал Антона за опоздание, пекарь принялся за работу. Надел любимую красную повязку, уложил в голове набор ингредиентов в правильных пропорциях и начал творить кулинарную магию.

День сменялся ночью, а ночь днём. Днём Антон работал в пекарне, а ночью писал кулинарную книгу. Бессонница помогала не спать лучше любого кофе. Со временем Антон стал замечать, что люди приходят после закрытия пекарни и расстраиваются из-за того, что не могли полакомиться вкусной выпечкой.

И в этот день Антон, как обычно, взял ключи, чтобы закрыть пекарню, но застал на пороге Дороти. Она была постоянным гостем, но продать ей, к сожалению, было нечего. Да и кассу Антон уже закрыл, а Ник читал книгу у себя в комнате на втором этаже.

– Добрый вечер, Дороти! Извините, мы закрываемся. Приходите завтра.

– Добрый вечер, Антон. Может, для постоянного гостя сделаете исключение? Мне всего три булочки с корицей нужно. Из-за того, что теперь мне приходится сидеть с внучкой, совсем не могу к вам вырваться днём, вечером же вы закрываетесь. Нельзя ли как-то отложить две булочки для меня на завтра? Деньги сразу отдам и закроете пекарню.

«Хм. Предзаказы? Идея предзаказов, кажется, хорошей и спрос есть. Плюс я могу иметь небольшой навар на этом, поэтому… Нет. Надо сначала поделиться идеей с Ником, а потом строить планы. Тестовый раз, попробую сейчас».

– Думаю, я смогу вам помочь, Дороти. Приходите завтра к открытию, если сможете вырваться или вечером, но до закрытия. С закрытой кассой я не смогу вам продать булочки. Поздравляю с пополнением семейства!

– Спасибо, Антон. Ты лапочка, – Дороти растянула щёки Антона. – Тогда пойду я…

«Постоянным клиентам многое позволено… Не люблю, когда меня трогают».

– До завтра! Буду вас ждать за булочками, – попрощался Антон.

– До завтра, – попрощалась Дороти.

К вечеру следующего дня Дороти пришла за булочками, оставила Антону серебряную монету, в качестве благодарности.

«Инициатива бывает не только наказуема, но и оплачиваема».

На следующий день Антон почти весь день был один в пекарне, пока Ник был в Ордене по делам. На удивление ничего страшного не произошло, Антон всего лишь положил лишнюю булочку маме с ребёнком. Пришлось добавить монет в кассу из своих денег.

– За рассеянность, – тихо проговорил Антон.

К закрытию пекарни пришёл Ник. Он был в хорошем настроении, может, по пути зашёл к Ларсу на кружечку чего-нибудь, но улыбка не сползала с лица Ника. По такому случаю хозяин пекарни решил пересчитать кассу сам, а Антона отпустил домой пораньше. Но пекарь решил не упускать отличную возможность представить Нику свою новую идею.

– Ник, у меня идея появилась, как увеличить доход от пекарни.

Ник отложил письменные принадлежности, убрал бумаги на край стола.

– Вчера Дороти была очень расстроена, что не смогла купить нашу выпечку после закрытия пекарни. И я подумал, что было бы классно делать предзаказы на выпечку.

– Она всегда к закрытию приходит, а потом обижается, что мы ей не можем продать булочек, но это наш постоянный гость. Приходится идти на уступки, милейшей даме.

– Ну… Да. Я предложил ей прийти вечером на следующий день и гарантированно забрать свою выпечку. Она пришла и забрала. За предзаказ можно брать дополнительные монеты. Смекаешь?

Ник улыбнулся, а затем с прищуром посмотрел на Антона.

– А ты молодец, Антон. Очень большой молодец! Пожалуй, так и сделаем. И доставку организуем! – махнул рукой Ник. – Только надо человека найти на роль курьера, но ты не волнуйся. Это моя головная боль. Спасибо, за идею.

«Это он меня так хвалит? Будто на сарказм похоже…»

– Пожалуйста, Ник. Доброй ночи!

– Доброй ночи, хотя стой! Может, всё-таки не поедешь на ферму? Время ещё есть, могу поговорить с Рэдом. Думаю, он разрешит.

– Боюсь, что не разрешит. Это была инициатива Рэда.

– Как же я без тебя справлюсь? Прекрасный мой пекарь, оставайся. Можешь жить со мной на втором этаже.

– Извини, Ник. Это не я решаю, – почесал затылок Антон. – У тебя есть какая-нибудь тёплая одежда? Холодновато ходить в кожаной жилетке и футболке. Где бы взять?

– Вообще, у портного заказывать надо заранее, но это время. Насколько знаю, сейчас мой знакомый портной не работает – заболел. Другого хорошего портного в городе у нас нет. Дефицитный товар эти портные. Ха-ха.

– Гадство! Что же мне тогда делать? – нервно улыбнулся Антон.

– Иди к Ларсу. У него всегда что-нибудь ненужное из одежды найдётся. Это тако-ой шмоточник. Вы же с ним хорошо общаетесь?

– Ага, зайду к нему, спасибо. До завтра.

– До завтра, – попрощался Ник.

Антон вышел из пекарни и направился в питейную Ларса. Благо питейная работала до утра, и Ларс смог одолжить тёплое.

Глава 18.1. Ферма

Когда группа в полном составе прибыла на загородную ферму Ордена, то их никто не встретил. Миленке это показалось странным, но Энди сказал: «старый, снова забыл или перепутал всё, надо сразу идти в дом». Так они и поступили.

На пороге дома в кресле-качалке дремал старый хозяин с книгой на лице, Миленка подошла поближе и убрала книгу. Старый хозяин моментально проснулся, оживился.

– Эй, что ты делаешь? Я же читал! Ой… Привет, Мили. Что ты здесь делаешь?

– Добрый день, дядя Корнелий. Вы получали письмо от Рэда О’ний?

– Письмо? Какое… Ах, да письмо. Вы же завтра должны были приехать? Рано вы, – Корнелий потёр глаза ладонями.

– Нет, сегодня. Здравствуйте, – встрял в разговор Энди.

– Ну привет, взбалмошный маг огня. Я никогда ничего не путаю, вы прибыли раньше срока, – настаивал Корнелий.

– Нет, это вы снова всё перепутали, – не уступал Энди.

– Вы должны были приехать в среду, а сегодня вторник!

– Сегодня четверг, дядя Корнелий! – громко сказал Энди.

– Так они родственники?! – закрыл рот рукой Антон, но было поздно.

«Час от часу не легче...»

Все посмотрела на рыжеволосого парня, который имел неосторожность выразить мысли вслух.

– Извините. Здравствуйте, Корнелий! Не беспокойтесь, это не так важно. Покажите, где наши комнаты и мы готовы приступить к работе, – сказал Антон.

– Конечно, родственники. Стал бы этот оболтус просто так называть меня дядей? Тьфу. Я так и знал. Всё утро было чувство будто забыл что-то важное, никак не мог вспомнить что именно. Тебя я точно не помню рыжий, ты новенький что ли? – спросил Корнелий.

«Рыжий! Он назвал меня рыжим, как у него язык поднялся! Это у них семейное?! Хотя… Это я не представился, поэтому не вправе упрекать Корнелия в этом, но как же бесит…» – думал Антон.

– Извините, я не представился. Осока Антон, прибыл помогать вам на ферме из Ордена Ниев. Рэд, должен был написать про меня в письме.

– Так это ты бездарный маг? Помню, не повезло тебе родиться в семье старого мага, магические силы тебе совсем не передались. Как он поживает кстати?

«Кто поживает? Что за чушь несёт дед? Что ему Рэд про меня наплёл? Неважно. Придётся подыгрывать... Но так, чтобы больше вопросов не возникло!»

– Он умер во сне.

– Жалко старика, самый светлый человек был в Ордене. Прими мои соболезнования.

– Спасибо.

Лидия немного дрожала от страха, девушка взяла Энди за руку. Все сделали вид, что Антон действительно сын старого мага, который умер во сне. Зачем нужно было сочинять такую легенду непонятно, но нужно было как-то оправдать появление Антона на ферме и в Ордене, глупо было бы её разрушать и объяснять всё заново. Нет гарантий, что старик всё поймёт, как нужно.

– Это Лидия, наш новый член Ордена. Будет мне помогать развиваться, как магу огня, – представил девушку Энди.

– Понятно, добро пожаловать. Будьте, как дома, но не забывайте, что вы в гостях. Ха-ха. Комнаты ваши на втором этаже дома, оставьте вещи здесь, проведу вам небольшую обзорную экскурсию.

Корнелий стянул с себя плед, одет он был почти так же, как и Антон, за исключением кожаной жилетки. Одежда Корнелия была грязной от земли, местами даже рваной. Стрижка короткая, цвет глаз бледно-голубой, под носом усищи, а на щеке шрам в виде трёх отметин от когтей не то волка, не то медведя. Корнелий подошёл к краю веранды, опёрся на перила и стал рассказывать:

– На северо-западе от дома: амбар, скот, кузня и плотницкая, зернохранилище. Мастерские я немного перенёс, чтобы не бегать туда, сюда. На северо-востоке: конюшня, склад фуража, дрова. Впереди мельница, впрочем про неё вы все знаете. На юге и юго-востоке: поля, ветряк. Слева от дома возле реки стоит водонапорная башня, и мостки для стирки белья, – показывал рукой старый хозяин.

– Что растёт на ваших полях? – уточнил Антон.

– Всё что угодно. От зерна до плодовых деревьев. Эх! Не пробовал ты здешних яблок, парнишка. Ты таких нигде не ел ещё! Очень вкусные, крупные, сладкие, сочные. Новый сорт, сам вывел. Можно сказать, проект всей моей жизни.

– Обязательно попробую! – серьёзно сказал Антон.

– Даже не смей умирать, пока не попробуешь! – улыбнулся Корнелий.

Антон улыбнулся в ответ, но это была нервная ухмылка.

«Чего это старик вдруг про смерть заговорил? Точно у него не все дома… Из всех объяснений запомнил только про амбар… Ладно, разберусь на месте, надеюсь».

– Да ты не бойся, это я шучу так… Бледный такой, будто помрёшь прямо здесь, но ничего. Поешь, поработаешь на ферме, быстро жизненные силы к тебе вернутся, – Корнелий похлопал по плечу Антона. – Другой вопрос стоит на повестке дня. Время к обеду, а ничего не готово. Кто из вас умеет готовить?

Лидия робко подняла руку.

– Что ты умеешь готовить, молчунья?

– Я-яичницу и… Суп.

– Какой суп? – уточнил Корнелий.

– Рыбный или… К-куриный. Извините… Просто я очень волнуюсь. Вот...

– Не густо, но выбора у меня похоже нет.

Миленка подняла руку за Антона, и старый хозяин это заметил.

– Антон, у тебя вопрос?

– Нет, что вы. Это Миленка… – Миленка закрыла рот Антону рукой и продолжила говорить за него:

– Антон, отлично готовит! Возьмите его в повара. Его навыки готовки сам Ник Верн оценил, он у него работал, пока на ферму не поехал.

– Ты смог удовлетворить этого ненасытного гурмана? Приятно удивлён, расскажи, что умеешь.

– Тоже приятно удивлён, что у вас есть обеды. На самом деле я не такой хороший повар, как вы могли подумать, но умею готовить: суп рыбный, гороховый, куриный, борщ, рассольник, фасолевый, крем-суп. Каши: рисовую, гречневую, пшёнку. На второе: картошку в специях, рис с кукурузой по собственному рецепту, ростбиф, котлеты мясные и рыбные, жаркое, гуляш, суфле из курицы, а на десерт могу сделать воздушные...

– Достаточно. Это в Ордене они питаются два раза в день, а мужик в поле может питаться и один, и два, и три раза, когда время свободное найдёт. Какого-то строгого правила у меня нет.

«Ура! Обеды будут, больше не буду чувствовать себя белой вороной, хотя бы в этом отношении. Корнелий оказывается достаточно прогрессивный человек, пусть со странностями. У кого их нет?» – думал Антон.

Пока Антон говорил, Энди тоже тянул руку и подпрыгивал на месте, чтобы его точно выслушали.

– Чего тебе Энди?

– Я тоже могу готовить.

– В том году ты и яичницу толком не мог пожарить, откуда в тебе кулинарный талант проснулся?

– Я всё могу! Супы, второе, десерты, компоты варить. Возьмите лучше меня, а не Антона.

– Хорошо. Какие супы ты можешь готовить?

– Ну… Этот… Куриный могу. Картошку могу сварить. Вот… Чай с мятой сделать могу.

– Хорошо, но у меня на тебя другие планы были. Твоя сила мне пригодится, – вежливо отказал Корнелий.

– Но дядя Корнелий, вы не знаете, что за человек Антон. Он… Он ужасный!

– Цыц! Я здесь решаю кто и что делает. Девушки будут в поле помогать мне сеять, Энди ты займёшься распашкой полей, а Антон будет на кухне хозяйничать. Иначе поджарится до корочки со своей бледной кожей в первый же день на поле, а травмы нам ни к чему. Мне рабочие руки нужны, а не инвалиды. Антон, Энди вы идёте в амбар. Энди ты бери инструменты для работы в земле, а ты Антон ищи кухонную утварь и из еды что-нибудь… Там картошка была, надо доесть. Сделай из картошки что-нибудь вкусное, справишься?

– Вы не пожалеете, Корнелий, – сказал Антон.

– За работу!

Антон хотел было пойти в амбар, но Энди оттолкнул рыжеволосого и сбежал по лестнице вниз.

– Не толкайся, Энди! – сказал Антон.

– Я быстрее тебя до амбара доберусь! Так и знай, я быстрее тебя.

Энди бросил пару фраз и убежал к амбару. Антон спустился следом и лениво пошёл к амбару.

– Столько лет парню, а всё дитя малое. До старости будет со всеми соревноваться… – высказался вслух Корнелий.

«По мне так Энди идиот просто. Не понимаю я его… Никогда не пойму, кажется. Мне это и не нужно, сейчас важно не облажаться с обедом для всех».

Днём на ферме

Красный амбар был главным ориентиром фермы Ордена. Это огромное строение, покрашенное в красный цвет, с высокой двускатной крышей, большими распашными воротами через, которые легко проезжали гружённые повозки. Сбоку пристроен небольшой навес для сена, а сзади была большая площадка для выгула скота, чуть далее виднелся хлев.

Антон зашёл внутрь амбара, который был поделён на сусеки для хранения хлеба, зерна, некоторых овощей и зимних заготовок. Отсюда мука поступала в пекарню Ника в городе. Антон полазил по сусекам, муки осталось немного, но она была, он набрал всего необходимого для обеда и выпечки хлеба и отнёс в дом. Снизу сусеки были обиты железом для защиты от мышей.

Позже Антон вернулся за посудой и кухонной утварью, что хранилась на втором этаже амбара. Там же хранились шкуры, кожа для курток Ордена и прочие материалы для быта, некоторые инструменты для земледелия.

Теперь, когда всё было принесено, отмыто и приготовлено для использования, можно было заняться готовкой обеда. На первое Антон решил сделать картофельный суп, старый хозяин жаловался, что картошки осталось много, на второе запёк кролика, которого утром старый хозяин принёс с охоты, на гарнир консервированная кукуруза в стеклянной банке, а на десерт апельсиновый сок из тех апельсинов, что Антон взял с собой.

Пока Антон готовил, обедал, затем мыл посуду после обеда, наступило время ужина. На ужин Антон решил не заморачиваться и положил в тарелки то же самое, что было на обед, только порции поменьше.

Вечером на ферме

После ужина из картофельного супа, запечённого кролика с кукурузой и апельсинового сока на десерт, который приготовил Антон вместе со старым хозяином фермы, все отправились в свои комнаты, отдыхать после первого рабочего дня.

Антон открыл дверь комнаты, перед ним была скромно обставленная мебелью комната: двуспальная кровать, по тумбочке для каждого, светильники для чтения. В углу стоял шкаф для вещей с вешалками и пару стульев. Грязные окна были спрятаны за пыльными занавесками. Позже в комнату по просьбе Антона принесли небольшой прямоугольный столик, теперь парень мог дописывать свою кулинарную книгу по ночам, если силы останутся, но работа на ферме выжимала все соки, хорошо пока сильной жары не было.

Миленка сняла грязные сапоги, поставила их у входа в комнату, а сама плюхнулась на кровать, разводила руками, как ангел. Через несколько минут она поднялась с ногами на кровать и стала прыгать на ней, пружины скрипели, будто молили Антона о помощи.

– Мили, не прыгай, кровать сломаешь, – посоветовал Антон.

– Ладно, тебе. Ты, что маленьким никогда не был? Дай детство вспомнить.

Антон ненадолго задумался, затем аккуратно сел на кровать и сказал:

– Похоже, я родился взрослым сразу.

– Ха-ха. Врёшь! Все были маленькими.

– Я — нет.

– Ладно, господин бука. О чём ты там задумался?

Миленка опустилась на колени и обняла Антона сзади.

– Случай из детства вспомнил, но он неинтересный.

– Мне интересно, расскажи.

– Мне неинтересно рассказывать.

– Завтра попрошу Корнелия, чтобы съездил в город за апельсинами для сока, если расскажешь. Ты же любишь сок?

– Ладно, но это будет скучно. Я предупредил!

Миленка села рядом и взяла Антона за руку.

– Значит, я скучная, раз хочу узнать побольше о любимом парне, – Миленка приложила ладонь Антона к лицу.

– Был у нас в начальной школе белый кролик. Так нас приучали любить домашних животных, ухаживать за ними и быть ответственными. Фиговая затея была, сразу скажу, – улыбнулся Антон, – все кролика очень любили, ухаживали по очереди. Я тоже ухаживал, но меня заставляли. Иногда прогуливал свою очередь по уходу за кроликом и получал на орехи сначала от учителя, а потом от отца. Что я могу поделать с собой? Не люблю я домашних животных! Не вижу в них смысла, они меня даже не понимают.

Когда кролик умер, все дети плакали, а учитель их успокаивал. Мол, кролик умер счастливым, потому что смог подружиться со всеми в классе. Всё это чушь, как кролик может подружиться с человеком? Я не плакал, мне всё равно. Поэтому быстренько собрал вещи и хотел уйти из класса, но медлил. Было как-то неловко, все плачут, а я ничего не чувствую. Поэтому предупредил учителя, что ухожу домой, делать уроки.

«– Антон, тебе совсем не жалко кролика? – спросил учитель.

- Буду ли я жалеть о кролике или нет, ничего не изменится, его уже не вернёшь. Если я не буду делать уроки, то отец меня убьёт.

- Что ты такое говоришь, Антон? Никто тебя не убьёт.

- Это вы так думаете, вы не знаете моего отца.

- Почему не знаю? Он хороший гражданин, работает заместителем директора Старосветовского пищевого завода и отличный отец. Так нельзя говорить, Антон. Кролик сейчас в лучшем месте, неужели в тебе нет ни капли сострадания к живому существу?

- Нет! – ответил Антон на все вопросы разом», – вспоминал Антон.

– Что было дальше? – Миленка посмотрела в глаза Антону.

– Дальше… Учитель сказал, что мне должно быть жалко кролика и, что мой отец не такой монстр, каким я его себе представляю. Я сказал, что она ничего не понимает, и ушёл из класса.

– Ужас. Мне тебя так жалко Антончик, не всем везёт с родителями, – Миленка стиснула Антона в объятиях.

– Не нужно меня жалеть... Ты права, как и учитель был по-своему прав. Я тогда не понимал, каким монстром мог быть мой отец на самом деле. Когда мама умерла, он совсем озверел. Шрамы на моей спине, Флока испугали, это отец сделал, когда напился. Неделя у меня паршивая была тогда, почти каждый день двойку ставили по поведению и за какой-то невыполненный урок тоже двойку, учиться не хотелось.

– Почему?

– Ни разу меня отец не хвалил за хорошую оценку, считал, что так и должно быть, зато за плохие оценки всегда наказывал. Когда отец открыл мой дневник и увидел, что весь дневник в двойках, его это привело в бешенство. Я пытался спрятаться от него в доме, но куда мне? Потом отец извинялся, но я его до сих пор не простил и не уверен, что когда-нибудь прощу за это. Да я злопамятный и ты это знаешь. Вот и всё, – улыбнулся Антон.

– Понятно. Давай спать тогда? – зевнула Миленка.

– Это ещё не всё.

– Ты же говорил всё. Ещё что-то есть?

– Ты думаешь, эта ситуация могла остаться незамеченной? Нет. После той ситуации с кроликом меня прозвали сухой лёд.

– Интересно, почему именно сухой лёд, а не просто лёд? Как лёд может быть сухим? – задумалась Миленка.

– Ну... Не буду углубляться в терминологию и подробности, это сложно понять. Просто поверь на слово, сухой лёд может быть. Это когда на ощупь он не мокрый, а реально сухой. Льдом меня звали раньше, – улыбнулся Антон. - Когда я вступился за младшеклассника, над которым издевались старшеклассники, я разбил нос и губу одному парню из богатенькой семьи.

– Поставил его на место, получается? Ты храбрый и благородный, мой Антончик, – обняла парня Миленка.

– Нет. Я слабый и подлый, не умел решать вопросы словами и ударил, можно сказать, со спины. Хулиган даже повернуться толком не успел, чтобы ответить, как остался без нескольких зубов, да и я тоже пару зубов потерял.

Антон широко открыл рот будто Миленка была стоматологом.

– Пары клыков не хватает и шестёрку потерял.

– Как звали этого хулигана?

– Артём. Думаю, тогда мы и подружились. Через три дня он внезапно подошёл ко мне в школьном коридоре на перемене и извинился. Хотя я думал, что он убить меня хочет, очень грозный вид у него был и кулаки сжаты. Честно, я испугался, но он сказал, что благодаря мне понял: «издеваться над другими — это плохо». Стал защищать меня от хулиганов.

- Причём здесь лёд? Не пойму.

- Глупенькая ты моя, дело в том, что я вообще ничего не чувствовал, даже вины за свои поступки, просто хотел выпустить пар, но в итоге спас кого-то. Поэтому и лёд. Позже за этот поступок отца вызвали к директору школы. В кабинете директора я пообещал, побить каждого, кто поднимет руку на слабого. Директор школы воспринял это слишком буквально, и меня отстранили от занятий на полгода, но отец нанимал мне репетиторов на дом, чтобы я не отставал в развитии от сверстников. Больше я в школьных драках не участвовал.

- Оно и к лучшему, – поддержала Миленка.

- К лучшему или к худшему, не это важно. Я не хотел быть похожим на своего отца, который умел решать вопросы только грубой физической силой. Думаю, поэтому он всю жизнь и был просто заместителем директора завода. Я панически боялся отца, никогда не понимал, что у него на уме. Хотя он был плохим отцом, но я его всё равно любил.

– Дети всегда любят своих родителей, какими бы они ни были. Это я знаю. Тяжёлая у тебя жизнь, поняла сразу, как тебя увидела. Давай спать, – снова зевнула Миленка.

– Ага. Прямо сразу взяла и поняла? – улыбнулся Антон.

– Ну… Не сразу, но быстро поняла.

– Нам есть чему поучиться у детей. Как думаешь? Давай спать, спокойной ночи, любимая, – пожелал Антон.

– Наверное. Спокойной ночи, любимый, – Миленка поцеловала в щёку Антона.

Через неделю

После сытного завтрака из рисовой каши с чаем Антон помыл посуду и сидел в гостиной, читал книгу. В дом вошёл Энди и недобро зыркнул на Антона:

– Вставай, надо помочь.

– И тебе привет. Тебе надо, ты и вставай, а я занят.

Энди подошёл ближе к Антону, скрестил руки на груди.

– Мне нужно помочь перетащить большого камневика на поле. Он тяжёлый, один не подниму, решил попросить тебя о помощи.

– Извини, ничем не могу помочь. Тебя, кажется, ответственным за поле сделали, вот и занимайся Полем, а я буду заниматься Готовкой, – Антон расставил акценты голосом.

– Не хочешь мне помогать?

– Я не говорил, что отказываюсь. Наоборот, я бы с радостью помог, но у меня много дел. Извини, – перелистнул страницу книги Антон.

– Хорошо. Я вернусь, – сказал Энди.

– Конечно, к обеду обязательно приходи, – пытался сдержать смех Антон.

Через десять минут пришёл старый хозяин Корнелий.

– Антон, помоги Энди. Он тебя ждёт в поле.

– Скоро буду заниматься готовкой обеда или мне помочь Энди в поле?

– Готовкой займутся девушки. И ещё... Чтобы ты лишнего не думал, готовка всё ещё за тобой. Ты можешь отказаться помогать Энди, но отказаться от работы в поле не имеешь права. Если поле зимой гладко, то и в сусеке будет гладко. Поэтому сегодня ты и Энди отправляетесь на посевные работы.

Антон нехотя положил книгу на стол и лениво пошёл вслед за Корнелием в амбар.

«Энди гад! Настучал про меня Корнелию, что обо мне теперь подумают? Что я ленивое существо, которое всё делает из-под палки? Нет уж, придётся доказывать обратное. Как бы я хотел ничего никому не доказывать, но живя здесь, я понял, что это невозможно. Всегда нужно что-то доказывать, иначе тебя даже слушать не станут. Теперь я понимаю, почему Энди в Ордене недолюбливают…» – размышлял Антон.

Старый хозяин выдал Антону и Энди инструменты для работы в поле, семена для посадки. Нужно было посадить овощи, зелень и прочее. Парни молча взяли инструменты, семена и пошли в поле. Нужно было перетащить камневиков на поле, чтобы убрать камни, потом вспахать поле, посадить семена и залить это дело водой.

Когда Антон увидел камневика, то сначала вскрикнул от страха, перед ним был настоящий живой камень с глазами и руками, Энди рассмеялся и объяснил, что боятся камневика не стоит. Затем Антон вместе с Энди взяли большой камень с глазами и руками и перетащили на поле. Камневик начал кататься по полю, есть камни, сорняки и прочую мелочь, чтобы проще было пахать землю.

– Тяжеленный… – попытался разогнуть спину Антон.

– Я думал, у меня спина отвалится. Можем пока передохнуть, камневик закончит работу и начнём делать дело. Камневики это милейший создания, не бойся их, – прочитал нотацию Энди.

– Это милейшее создание, чуть спину мне не сломало. Зачем мы вообще их таскали, если они сами катится могут? – массировал больное место Антон.

– Это с непривычки, скоро втянешься. Ещё наши деды, и деды наших дедов использовали камневиков для работы в поле. Поэтому нам тоже не надо отказываться от их помощи. Камневики могут сами катиться, но туда куда захотят, когда захотят, а у нас нет времени ждать, пока они себе что-то там надумают, – улыбнулся Энди.

«Ещё скажи, что в слове передохнуть главное правильно поставить ударение… Живые камни! Я в шоке... Интересно, если такой камень ударить, он почувствует боль? Думал меня уже ничем не удивить, но этому миру всякий раз удаётся удивить»

Спустя несколько часов, Антон и Энди поделили зону ответственности. Энди копает поглубже и кладёт семена в лунку, а Антон заливает семена водой, присыпает лунки землёй и вносит немного древесной золы для удобрения.

Через какое-то время Энди устал копать и сеять, решил отдохнуть, подождать Антона.

– Тыковка, – окликнул Энди Антона.

– Чего ещё? – с раздражением сказал Антон.

– Я долго думал…

– Не льсти себе, Энди, – улыбнулся Антон.

– Я серьёзно. Я думал, что такого нашла в тебе Миленка. Чем ты лучше меня? Или скажем лучше Другана?

– И чем же я лучше? По мне, я хуже вас всех, вместе взятых. У меня даже свободы нет.

– Ха-ха. Нет, нет. Не прибедняйся, кое-что у тебя всё-таки есть. Ты неисправимый романтик, Антон.

– Чего? Романтик?! Мне не послышалось?

– Именно так. Потому что надежда — это болезнь всех романтиков. Некоторые болеют ей больше, некоторые меньше, но ты болеешь ей безнадёжно. Хотя, в конце концов, умирают все, рано или поздно. Ты романтик, Антон, и это Миленке понравилось. Ты же до сих пор надеешься заполучить ту книгу? Как же её... 2097, да?

– Чего? Не твоё дело, Энди, прекрати нести ерунду. Копай глубже, а то зимой шиш с маслом есть будем, – резко оборвал разговор Антон.

– Да ладно? Значит всё ещё не потерял надежду? Всё таки ты романтик. Знаешь, я тебе завидую, потому что я не такой. Всегда вижу всё чётко и прямо, не всегда это идёт мне на пользу...

После отдыха, Энди перехватил лопату и копнул поглубже.

– Поэтому ты пьёшь?

– Возможно, но это не твоё дело. Лучше набери воды в лейку, надо всё здесь хорошенечко пролить водой.

– Ясно, что не водкой, – Антон изобразил руками в воздухе, как Энди открыл бутылку водки, отпил и полил грядки.

Энди зло прошипел, но ничего не сказал в ответ.

До конца дня парни молча работали на поле, вечером же их ждал вкусный ужин, который приготовила Лидия. Картошка пюре, консервированная кукуруза на гарнир, овощи, печённая картошка в углях на десерт.

– Миленка, мне помогала, – Лидия похвалила Миленку.

– Да ладно… Картошки кое-как начистила, скажешь тоже. Ты же готовила, а я совсем не умею готовить.

Ужин был прост, но вкусен.

– А ты не прибедняйся, Мили. Картошку чистить тоже надо уметь, – поддержал Миленку Антон. – Зачем тебе готовить, если есть я?

– Ты у меня самый лучший, самый любимый, – Мили отправила Антону воздушный поцелуй.

Антон ответил Миленке тем же. Энди не выдержал любезностей от влюблённой парочки, согнул ложку и бросил на стол, молча вышел из-за стола.

– Энди, ты чего? Не вкусно? – спросила Лидия.

Энди ничего не ответил и вышел на улицу, хлопнув дверью.

– Лид, не обращай внимания. Пар выпустит и вернётся. Еда вкусная и комочков нет в пюре, – подбодрила Лидию Миленка.

– Мне вкусно, – сказал Антон.

– Спасибо, я старалась, – тихо сказала Лидия.

Камневик