Любовь, что выше смерти

Глава 1

Кто знает, когда это было... И было ли вообще... Но я могу вам рассказать историю, что сказка и о любви, и о ненависти, и о победе добра над злом. И, может быть, мы всё поймём.

Начало в маленькой деревне, знакомого мира или, может, где-нибудь в дали космоса иль мира. Да, впрочем, и неважно. И как мы начинаем. Да... Жили-были...

***

На деревню опустилась глубокая ночь, постепенно в окнах гаснет свет. Из одного дома выскользнула тоненькая фигурка и сразу же помчалась в сторону леса. Изумрудные ели вздымали свои густые кроны к небу, лунный свет, проникая через них, слабо освещал тропинку. Именно по ней бежала девушка. В темноте её было сложно рассмотреть, оставалось только понимание фигуры – маленькой и хрупкой.

– Драго, – вполголоса позвала она, добравшись до небольшой полянки. За счёт менее плотных деревьев здесь было светлее, и можно было рассмотреть очертания досок, из которых была сооружена примитивная лавочка. Недалеко слышался звук лёгкого плеска. Рыбки кружились в лесном озере, что было здесь рядом. Царила, нет, не тишина — она была бы слишком пугающей в полном жизни лесе, — царило приятное спокойствие, где никакой резкий звук, топот, шелест не нарушал расслабленность окружающего мира. Девушка завертелась, как будто старалась высмотреть кого-то, после чего тихонько направилась к спуску по песчаной насыпи.

А вот и оно, в тени деревьев скрывалось лесное озеро. В темноте вода казалась угольно-чёрной с небольшими просветами, где мерцали точки звёзды. Иногда по воде проходила лёгкая рябь от ветерка, что налетал и игрался с кронами деревьев. Пройдя вдоль, она замерла на мгновение, заметив чужую фигуру. Но простояла тихо недолго, кажется, узнав человека.

– Драго, – снова повторила она имя. Фигура резко вздрогнула и обернулась. Высокий, хорошо сложённый, но также, как и девушка, плохо видимый в окружающей их темноте.

– Вела, ты пришла. Я, кажется, немного задумался.

– Ты сам хотел со мной поговорить.

– Поэтому это тяжело. Но ты не волнуйся, никаких проблем. Просто... это сложно.

– Хорошо, тогда давай ты мне расскажешь. Только пойдём на лавку, мне не нравится здесь. Не стоит тебе тут стоять, вдруг русалка утащит.

Парень фыркнул, видимо, не восприняв угрозу всерьёз, но пошёл следом за девушкой. Они возвращались на ту самую поляну.

– Не будь таким беспечным! Ты же знаешь, как они могут сделать.

– Ладно, ладно. Я буду осторожнее. Сядешь?

– Настолько страшно?

– Да, я сказал, не страшно. Просто... Я давно думаю. Мы живём в этой глуши, у нас нет ни шанса на что-то большее и лучшее. Тебя растит одна мать, я сирота. На что мы сможем рассчитывать? Особенно учитывая, что ты красива, это становится даже пугающе.

Дыхание Велы стало учащённым, её волнение было настолько явным, что его было видно даже в темноте.

– Но у меня есть дар. Если мне повезёт, я смогу его развить, и тогда... Представь тогда, куда мы сможем продвинуться! Не трястись каждый раз, не уничтожит ли погода урожай, не заберёт ли всё Князь земли, не оставив нам необходимого.

– Для этого тебе нужен наставник, – тихий голос Велы прервал восторженный поток слов. – Здесь ты его не найдёшь... Ты хочешь уехать?

– Я думаю над этим. Я старше тебя на год. Если я уеду в течение этого месяца, то у меня будет шанс попасть на осенний приём и начать учиться. Повезёт и за год получится обустроиться. Тогда следующим летом, я смогу забрать тебя. Ты станешь взрослой, а у меня будет возможность привести тебя туда, где я знаю, как будем жить.

– Ты планируешь вернуться за мной?

– А ты чего удумала? Что я прощаться с тобой так решил? Глупышка, – он сел рядом, обнял и прижал к себе. – Я люблю тебя, не хочу и думать о разлуке с тобой. Но вариантов не так много: можно подождать год и поехать вместе. Но я боюсь вести тебя в неизвестность. Здесь у тебя есть дом и мать, я хочу знать, что смогу позаботиться о тебе не хуже, чем она.

– Я понимаю тебя, терять год тоже плохо. Мы можем надеяться, но не рассчитывать, что всё сразу пойдёт так, как мы хотим.

– Да... Я разберусь с жильём, работой. Даже если не справлюсь, начну копить деньги и попробую уже через год, но с тобой рядом.

– Люблю тебя, – прошептала девушка, потянувшись за поцелуем.

Мягкие прикосновения темноты скрывали прикосновения влюблённой пары, жизнь стремительно менялась, непонятно, что теперь их ожидало.

***

Вот приблизилось время отъезда. Кто же знал, что оно так лететь начнёт, когда со страхом ждёшь момента расставания? Раннее утро, лишь немного прошло с рассвета. Драго собрался в дорогу, девушка провожала его. Теперь их можно рассмотреть и увидеть. Вела – тёмноволосая с карими глазами с немного смугловатой кожей, отличающей её от большинства жителей деревни. Черты лица достаточно резкие и яркие, что делало её похожей на какую-то заморскую девицу. Юноша казался полной противоположностью: светловолосый, с голубыми глазами, кожа настолько светлая, что даже постоянное пребывание на солнце не могло сделать её темнее. Он был выше девушки на полголовы, но рядом с ней ощущалась его забота, защита и поддержка.

Вела выглядела напряжённой, постоянно теребила пальцами свою длинную рубаху. Она пыталась скрыть это от возлюбленного, но по взгляду поняла, что вышло плохо.

– Я так волнуюсь.

– Справлюсь. Будет тяжело, но у меня есть цель. А год пролетит незаметно. Ты достигнешь восемнадцати, я обустроюсь, и мы будем вместе, – в его глазах читалась уверенность в своих словах и желание приблизить это время поскорее.

– Не знаю… Я всё понимаю и верю тебе, но на сердце не спокойно. И Гриморий всё больше напрягает.

Тень набежала на лицо парня. Он хотел что-то сказать, но слов не находилось.

– Вела…

– Я… Прости, Драго. Я просто… Наверное, мы никогда не расставались так надолго. И волнение… Хотя не стоит, тебе и так тяжело. А я дурная всё на тебя наваливаю. Справлюсь. Не первый год от него уклоняюсь. Ещё год потерплю.

– Макош… Молю я, чтобы судьба подарила нам ещё немного спокойствия. А после я смогу тебя защитить.

Мысли были тяжелы. Когда за тобой уже который год увивается местный аристократ… Жизнь становится не простой. И сейчас его сдерживали законы и магия. До восемнадцати девушки под защитой Богини Макоши. Защита била откатом на тех, кто пытался её нарушить. Никто не знал точно, как она работает, но магия точно знала, когда вмешательство необходимо, а когда нет. Так что для влюблённых никогда последствий не было.

Вот только восемнадцать ей исполнится уже в начале весны, а Драго, вероятно, вернётся только ближе к лету. И их гложил страх, что мог предпринять тот, кто обладал такой властью в их маленьком мирке.

– Иначе не выйдет. Если ты останешься, то не сможешь меня защитить. Выступишь против – погорим оба. Вот если ты вернёшься со статусом мага, пусть и самым начальным. Тогда ты сможешь бросить ему вызов не боясь.

– Я постараюсь приехать как можно раньше, если получиться, может и зимой увидимся.

– Это дорого и не несёт необходимого смысла, – качнула головой девушка. – Поездка и так многое заберёт у тебя. Я справлюсь.

Тихий разговор, нежные прощания. Они не могли оторваться друг от друга, внутри что-то ныло. К сожалению, прощание пришлось заканчивать, когда появился торговец, что согласился довести юношу до более крупного поселения.

Вела наблюдала, как Драгомир махнул ей на прощание, когда уже забрался в телегу. И оба смогли бы поклясться, что на мгновение что-то сжалось в их груди, как будто намекая, что следующая их встреча окажется далеко не такой радостной.

***

Первое время было жутко непривычно проходить мимо дома Драго и не видеть его там. Дальние родственники, что когда-то его приютили всегда вежливо с ней здоровались, но никогда не заговаривали слишком много.

Вела сморщилась, услышав разговор за углом. Это была Анисия Злота, тётка Драгомира, что когда-то, пусть и не с большой радостью, приютила у себя племянника.

– Вот тяжело то сейчас. Непутёвый-то изволил уехать, ну хоть денег не просил, как пить дать мог.

– Да и не говори, – поддержала её Богдана, главная сплетница и заноза деревни. – Вот напридумывали. Молодёжь, глупые и мечтательные. И не слушают главное нас старших и понимающих в жизни всяко больше.

– Вот, вот! А это уеду в столицу, магом стану. Тьфу ты. Да кому он там нужен, приползёт через месяц, да не примем уже. Раз взрослый, пусть сам за себя, мы предупреждали же, что это бессмысленно! Покинуть дом, где жили все предки и будут жить потомки.

– Уму непостижимо как на это можно пойти! – поддакнула сплетница. – А там то что? Сопьются и в канаву? А тут место есть, своё, родное.

Дальше Вела уже не стала слушать и быстро пронеслась мимо, мельком поздоровавшись, а то ещё разнесут, что подслушивает и не оберёшься потом, и, уже отходя, услышала.

– И девочку такую потерял. Говорила я, бери ты Берегину Велену в жёны сразу в день восемнадцатилетия. А то уведут. Красивая, умница и рукодельница. Такая подмога по дому мне стала бы.

Девушка ещё сильнее сжала зубы. Ну да, а ей очень сильно хотелось быть тенью хозяйки, а если учесть, что у Анисии ещё две невестки становилось совсем неприятно от мысли, что ей за их спинами и жить. Она любила Драгомира, но вот его семья… Девушка долго жила с мыслью, что придётся смириться, но первым нет сказал именно юноша. Он мечтал о своём доме, где перестанет быть приблудышем, который никому не нужен и только вероятные пересуды помешали выкинуть его из дома после хвори, что унесла его родителей.

С отъезда Драго такие разговоры Вела слышала часто. Сколько уже поколений всех этих жителей деревни жили здесь? Сколько хоть раз выезжали в настоящий город? Что и говорить, если выезд в соседнее село был для многих чем-то, что происходило раз в месяц и было своего рода из ряда вон выходящим.

А девушка просто верила, верила и молилась. Ходила на Капище Макоши в лес и молилась, молилась о том, чтобы у любимого всё было хорошо. Как же было тяжело от мысли, что это единственное, что она могла сделать. Молитвы и ожидание. И разве что приближающаяся осень помогала отогнать болезненные мысли. Когда живёшь в деревне, в это время приходится думать о многом, чтобы пережить следующую зиму и не умереть от голода.

Проходя мимо торговых лавок, Вела настолько задумалась, что еле успела отскочить от коня, что полетел буквально в сантиметре от неё. И, осознав с кем чуть не столкнулась. Гриморий Фалк. Как обычно, одетый с иголочки, в расшитый серебряными нитями кафтан из какого-то тонкого материала, надменный взгляд серых глаз. Местный Земельный Князь. Как же им не повезло, что его дом, вернее, богатый особняк находился совсем рядом с их деревушкой, хотя во владении Князя были гораздо более обширные и богатые территории. Он был далеко не юношей, но мужчиной, что перешагнул порог юности достаточно давно. Насколько Ада знала, ему было больше тридцати пяти, но его кажется это несколько не смущало при попытках соблазнить девушку.

– Краса девица, – заговорил он, пришпорив коня. – Вы не ушиблись? Приношу извинения, мне стоило быть аккуратнее.

– Ничего страшного, нужно меньше быть погружённой в себя, когда иду за покупками, – к сожалению, отвязаться не вышло. Он спешился, оказываясь рядом.

– Что вы… Понятно, что это тяжело, когда близкий человек вас бросил. Думаю, поддержка рядом не помешает.

– Я думаю, вы немного неправильно поняли. Драгомир не бросал меня, он уехал лишь на этот год, после он вернётся, так что мне не тяжело. Я просто скучаю, но знаю, что не успею оглянуться, как увижу его снова.

– Детская наивность, – покачал головой, а Ада чуть не задрожала от этого лицемерия. Ты мне чуть ли не постель предлагал, а тут я дитя оказывается? — Они никогда не возвращаются. Лишь обещают. А там либо потеряет всё, что было и станет слишком стыдно возвращаться, либо найдёт более выгодную партию. Город затягивает. Хочется всё больше, поверь, малышка, я знаю, о чём говорю.

— Возможно, но я верю в него. Да и кем бы была, если нарушила данное обещание. Хотите видеть меня обманщицей? Не вернётся, тогда возможно я поменяю мнение. Но пока он не сделал ничего, что заставило меня это сделать. Прошу прощения, но мне нужно спешить, князь.

Вела постаралась удалиться как можно более спокойно, но буквально чувствовала злой взгляд себе в спину. Он не любил отказы, оставалось надеяться, что все разрешится раньше, чем его терпение лопнет.

***

Дни шли один за другим. Вела не ждала вестей, пусть и надеялась. Почта, тем более на таком расстоянии, вещь очень дорогая и ненадёжная. Либо неподъёмная для них. Но привычный ритм жизни немного унимал её тревоги. Каждый вечер она представляла любимого, пыталась вообразить, чем он сейчас занимается. Думает ли о ней? Скучает? Или все мысли заняты выживанием?

Одни вопросы, да и такие, на которые нет ответов. С наступлением осени девушка всё чаще стала приходить на их старое место, сидела на лавочке, иногда записывала свои мысли. Но редко. У неё был один единственный блокнот, который ей мама подарила на день рождения несколько лет назад.

Один из самых ярких подарков в её жизни. Они были немногими в деревне, кто неплохо владел грамотой. Мама была учительницей в деревне, но уроки проходили не регулярно, и максимум, что из них выносили — это минимальные навыки, чтобы не выглядеть дикарями. Относительно стабильно мама учила только дочь и Драго, последний вцепился тогда так в возможность научиться бегло читать и быстро писать, что иногда не спал, но успевал всё: и работу по дому, и тренировки. Многие смеялись уже тогда. Зачем им грамота? Чтоб торговать на рынке минимума хватит. А остальное — бесполезная трата времени.

Тут послышался громкий плеск. Ада подскочила и прислушалась. После столь резкого звука снова наступила тишина. Интересно, что это было? Спрятав блокнот под кафтан, девушка прокралась к озеру.

Оно её всегда пугало, было странное ощущение, что тьма его вод когда-то затянет её в свою пучину.

Выглянув, она ахнула. На противоположном берегу над водой замерла голова русалки. Самой настоящей русалки! Зеленые волосы, а движения в виде были слишком редки и стремительны. Именно она то ныряла, то выныривала из воды создавая шум. Внезапно их взгляды встретились. Вела не заметила как оказалась практически рядом с кромкой воды.

Когда-нибудь мужчина погубит и тебя…. Берегись…. Не то Наяда заберёт себе осколки твоего сердца…

Ужас сковал тело. Вода как будто звала её.

***

Как бы там ни было, Вела теперь избегала озеро как огня. В свои права вступила зима, потом же постепенно подходила к концу.

Жизнь вошла в какой-то свой привычный ритм, меньше стало думаться о Драгомире. Девушка по-прежнему помнила, иногда сердце сжимала тревога от неизвестности. Но она привыкла… к тому, что его нет рядом, постепенно примирилась к одиночеству.

К сожалению, толком ни подруг, ни друзей у неё не было. Приятели к ним не относились. Они были слишком разные, так что максимум — это повеселиться на деревенских посиделках и потанцевать у костра. Никто не понимал веры Велы, никто не верил в успех Драго. О нём казалось бы забыли, а в доме как будто похоронили, пусть без могилы.

Гриморий не успокаивался, за последние несколько месяцев он постоянно оказывался рядом с ней, оказывал знаки внимания. Пытался дарить дорогие подарки, девушка уворачивалась как могла, стремясь и не оскорбить князя и сказать нет. Увы, она начинала чувствовать, что его терпение на исходе.

А приближалось двадцать первое марта, её восемнадцатый день рождения.

***

— Ты совсем бледная, — констатировала мама, когда Вела спустилась к завтраку. Вот и всё, теперь никакой защиты нет. Она уже увидела, что едва заметная вязь на правой руке пропала. — Всё будет хорошо. Он сильно к тебе пристаёт?

— Нет, мам, всё хорошо, — солгала не моргнув и глазом. Не стоит ей знать, сама справится.

— Вот и выше голову. Кстати, забегала Ярина, тебя приглашают сегодня вечером посидеть на поляне. Сходи, тем более они хотели тебя поздравить. Да и на праздники весны всегда весело.

— Схожу.

— Может приглянется кто еще…

— Мам, мы это обсуждали.

— Прости, дочка. Я знаю, Драго — мальчик хороший, но по моему опыту…. Тяжело доверять. Не хочу, чтобы ты знала, что такое разбитое сердце.

Вела промолчала, она знала, что мать никогда ничего не делала со зла. Она даже нет толком сказать не могла, когда ее заваливали работой. Многие удивлялись, как у такой мягкой и покладистой женщины родилась такая упрямица как она.

Вечер наступил быстро. Вела принарядилась, надев красиво расшитый сарафан, сверху надела тёплую накидку. Когда она пришла, многие уже собрались, многие сразу обратили внимание.

— С днём рождения, — слышала девушка поздравления, которые скорее сковывали всё леденящим ужасом.

Вопреки ожиданиям всё прошло замечательно. У костров веселились в основном молодые юноши и девицы, а старшие пусть и проходили рядом, иногда останавливались что-то обсудить, но надолго рядом с молодёжью не задерживались. Девушка вдоволь натанцевалась и наводилась хороводы. Ей удалось отвлечься и забыть о своих страхах. А зря, иногда стоит быть внимательнее.

– Краса девица, – голос, от которого кажется, что кровь застыла, а сердце остановилось. – Неужели уже восемнадцать лет. Самый расцвет! Вы удивительно веселы.

Гриморий поднял свою фляжку, с чем-то видимо крепким.

– Благодарю, – склонилась Вела. – Не смею задерживать вас, князь. Меня уже ждут дома.

– И опять сбегаешь, стоит мне появится. Не планировала же уходить.

– Забылась, князь, совсем забылась. Голову потеряла от праздника, дурёха, а мать дома ждёт. Могу только поблагодарить, что о времени напомнили.

– Не лги в глаза. Не ждут тебя, кого же ждут на праздник весны дома. Тем более если день рождения. Велена, – прошептал он её имя. – Я ждал слишком долго, и больше не хочу.

– Господин, пожалуйста, – девушка сделала шаг назад. Сердце билось с, казалось, оглушающей силой. – Я…

– Ты будешь мне женой, – князь сказал это громко, что многие начали на них оборачиваться и шептаться. – Не вернётся твой парнишка, оно и к лучшему. Мне не хотелось бы ему вредить. Поэтому даже если случится чудо, ты уже будешь моей.

– Господин, прошу прощения, – Вела задрожала, но осталась твёрдой. – Это огромная честь для меня, никогда и не верила, что могу получить подобное предложение от человека подобного вам. Но я уже дала слово Драго, что дождусь его, не могу его нарушить.

– Слово? – пьяно усмехнулся Гриморий. – Как ты можешь отказывать князю? Мне, публично?! И говорить, что предпочитаешь деревенщину сироту, которого здесь даже нет?!

Шёпот становился громче, Велена не могла расслышать ни слово, ноги стали ватными, вся тяжесть буквально навалилась на неё. Если он сейчас что-то сделает, за девушку не вступятся, слишком страшно, слишком во многом они зависят от земельного князя.

– Я не достойна такого предложения, и больше буду недостойной, если посмею нарушить данное слово.

– Молчи! Я долго терпел твои игры. Ты станешь моей, хочешь ли иль не хочешь, – резко развернувшись и немного пошатываясь, он пошёл прочь.

Вела замерла испуганная, вокруг все зашептались, девушка уловила их жалость к ней и к её положению. Праздник замолк и остановился, не только ей перестало хотеться радоваться хоть чему-то.

И девушка не выдержала, сорвавшись с места она кинулась в сторону леса. Ей не хотелось никого ни видеть, ни слышать. Чтобы не было этих слов жалости и сочувствия, которые всё равно ничего не изменят, которые не помогут ей, не дадут даже намёка как можно ещё потянуть время.

Сердце билось как птица в клетке. Вела пыталась отдышаться. Ноги привели её к озеру, она была растеряна и напугана. Это ей не простят. Такое унижение. Он не простит, точно не простит. Уничтожит её и хорошо если мать не пострадает следом.

“Боги, прошу вас, осталось же совсем чуть-чуть”.

Внезапно за спиной раздался хруст. Вот только среагировать не успела, дорогу ей преградил Гриморий. Он шёл слегка пошатываясь и кажется успел ещё больше выпить.

– Ну, что, девка, тоскуешь по глупости своей?

– Не тоскую, князь. Я люблю другого, и вам желаю найти ту, что вас полюбит. Поймите, пожалуйста, я не со зла отказываю. Просто знаю, что ни для одного счастья не будет.

– Какая ж ты умная. Вот только мне плевать, ты будешь моей. Или ты думаешь, что я позволю думать, что какой-то деревенщина лучше, чем я? – он угрожающе наступил на неё, заставляя отступать к воде. – Сейчас мы пойдём на капище и нас обвенчают. И ты, девка, скажешь, что просто разволновалась, не ожидала, что на тебя внимание можно обратить. Поняла?!

– Я не пойду, не буду лгать перед Богами и давать клятвы, что не смогу сдержать. Пожалуйста, позвольте мне просто жить. Вокруг так много тех, кто был бы рад быть вашей женой.

– Ты, сука, не тебе решать, – его глаза налились кровью. – Если не моей, тогда будешь ничей!

И всё-таки князь был боевым магом, что тренировал не только магию, но и физическую силу. Он был быстр и силён, несмотря на хмель. Его рука схватила её за основание косы и резко дёрнула в воду. Та заливала рот и нос. Вела пыталась сопротивляться, изо всех сил царапала удерживающую руку, пыталась ударить и разжать её. Не получалось, как будто о камень билась. Инстинктивная попытка вдохнуть закончилась обжигающе ледяной водой. Лёгкие горели огнём, силы ослабевали с каждой секундой. Они были не равны. Сильный и тренированный мужчина и хрупкая девушка, чьей силы хватало на тяжёлый физический труд, но оказалось слишком мало, чтобы справится сейчас.

Вскоре сил не осталось, сопротивление постепенно ослабевало, а сознание накрывает темнота. Вела чувствует, что это конец. И, перед тем как сознание погасло, промелькнула мысль:

“Прости… Драго… Я не дождалась…”

Тишина снова опустилась на берег. Гриморий поднялся, ледяная вода немного его протрезвила. Он взглянул в озеро, куда ушло уже тело первой красавицы.

– Я же говорил, что не нужно меня злить, – недовольно бросил он в воздух. И ушёл, слегка покачиваясь.

Снова запели птицы, рыбки резвились в воде, легко шелестел сухими ветками ветер. Над озером разливался мягким светом рассвет. Наступал новый день, пусть и не для всех.

Вскоре отсутствие Велены заметят, вскоре начнут искать. И даже дойдут до сюда. Вот только даже забрать тело уже не смогут.

/продолжение следует/

Глава 2

Немного перенесёмся к ещё не знающему ничего Драгомиру. Жить в новом городе без денег, без близких и без угла тяжело. Но парень действительно справился. Он смог найти работу, смог попасть на учёбу в Академию магии. Всё складывалось просто как в сказке. Драго пахал без продуха на учёбе, на нескольких работах, желая скопить как можно больше денег.

Когда выдавалось немного времени, чтобы прийти в комнату, что снимал, чтобы не тратить слишком много. Он засыпал, вспоминая любимую, думал, что она сейчас делает, думает ли о нём. И главное как там?

Когда парень уезжал ему тётя очень долго выносила мозг, что Велу уведут, пока его не будет. Но Драго верил, верил в девушку, в то, что она дождётся. Уже представлял как вернётся, как она будет рада его видеть. Как они уедут, как снимут маленькую, но милую квартиру, что уже была присмотрена им. Как она станет ему женой.

Он ещё не знал, что ему приготовила ему судьба

Таким образом для него прошёл год и наступило лето. Многое изменилось. Самое сложное было то, что в конце года было необходимо найти наставника на будущий год, всё-таки большинство предпочитали работать с ребятами из богатых и обеспеченных семей. Но ему повезло обратить на себя внимание князя Веледора. Сильный и известный маг, что был готов взять его под своё покровительство.

– В таком случае, необходимо начать тренировки раньше. Ваши познания в снятие проклятий весьма плачевны. Думаю, начнём в ближайшие дни, сразу после начала каникул.

Они встретились сразу после того, как наставников закрепили за адептами, и маг провёл целый тест по его возможностям и знаниям.

– Прошу прощения, учитель, – неловко вступил Драго. Ему было страшно, что тот может отказаться, но если сейчас не сказать, то вероятно он просто не успеет к Веле, а ведь та ждёт. И с её совершеннолетия может всё что угодно случится буквально каждый день. Не даром с того дня у него сердце не на месте.

– В чём дело? Планы? Я всё понимаю, есть и работа и желание отдохнуть, но вам нужно нагонять.

– Я это осознаю, но я уехал из дома год назад. А там меня любимая ждёт. Планировал её забрать.

– Ждёт? Целый год? Я так понимаю, вы не списывались?

– Нет. Но она ждёт, я верю в неё.

– Что ж… Это я могу понять. Тогда поезжайте, надеюсь, вы сможете вернуться как можно быстрее. Сразу приходите ко мне и мы начнём подготовку.

– Благодарю вас, учитель, – радостная улыбка осветила его лицо.

– Любовь то, что стоит всего, юноша, вы правы, если она дождалась вас, то это многое значит. Хотя и ценность любви иногда слишком поздно осознают.

Драго неловко кивнул и вышел, в ушах звенела фраза: слишком поздно.

***

Как только закончилась учёба, Драго сразу отправился в родную деревню. Ему не хотелось ждать ни минуты до встречи. За этот год он успел заработать приличное количество денег, при условии, что практически не тратил. Но даже так от цены, в которую вылилась дорога, было не очень приятно.

Само путешествие не запомнилось. В родную деревню он приехал ближе к вечеру и сразу пошёл к дому Велы. По пути он никого не встретил, да ему и не сильно хотелось. Драго просто надеялся, что она с матерью будет дома, а не в поле.

Когда он подошёл к дому, сердце болезненно заныло от волнения и непонятного чувства потери. Глаз зацепился за еловую ветку на воротах. Только не это, только не траур.

Ноги буквально приросли к месту, несколько минут Драго не мог сдвинуться с места. Но понимая, что выбора нет, он шагнул к двери и постучал, пока не успел передумать. За ней раздался шелест, ему открыла мать Велены.

— Драгомир, — ахнула она. — Ты всё-таки вернулся.

— Конечно, я же обещал, — кивнул юноша. Глаза нервно зацепились за тёмный наряд женщины.

— Ты только с дороги? — и получив в ответ кивок. — Проходи, нечего на пороге разговаривать.

Дом был чистым, убранным. Где Вела? Женщина провела его на кухню. Сидя на скамье, он наблюдал за тем, как она достаёт что-то из еды. И видел, он видел, слишком много, чтобы разум окутывали страшные мысли.

— Вот, поешь с дороги.

— Ирина Владленовна, что случилось? Где Вела? — Драго больше не мог ждать в этой страшной неизвестности. Женщина дёрнулась, и за ней он увидел занавешенное зеркало. И кажется узнал ответ ещё до того, как ему сказали.

— Она… Я… Потеряла свою девочку…

Сердце рухнуло в пропасть. В голове билась мысль раненной птицей. Хотелось закричать от боли и отчаяния. Безумное чувство потери. Хорошо, что сидел, иначе точно упал от головокружения, что накрыло его.

— Умерла? — прошептал Драго, ощущая дикую нереальность происходящего. Как будто это не он, как будто это кто-то другой. А может это всё сон? И она до сих пор жива.

— Да, уже месяца три, как её нет…

Три месяца… Месяцы, где он жил, работал, думал о предстоящей встречи. А её уже не было. Он был счастлив от мыслей о ней, но это были мысли о мёртвой. Почему… Почему… Почему не потратил деньги, не рискнул отправить письмо, подумал скопить и подарок купить лучше. Дурак. Мертвой подарок уже не нужен, а он хоть бы знал. И от скорбел. А не вот так… радоваться мыслям и даже не знать.

— Драго, прости, я думала попытаться написать тебе, но не была уверена, что дойдёт… Мне жаль…

— Боги, вы как тут? — он поднял глаза на женщину. Потом выплачется, потом от горюет, а сейчас бы помочь. Хотя для неё уже месяцы минули с этой новости.

– Держусь, дорогой, держусь. Но тяжело, Велочка, моя отдушина, и так пропала. Ты сам как? У меня уже месяцы минули, успела смириться, пусть и сердце болит. А ты… Только приехал, а здесь новости такие.

– Я пока не могу поверить… Расскажите, что случилось то?

– Дурная я, не знаю, хотя догадки страшные есть. Это в день её совершеннолетия она сама не своя была, боялось чего-то. Мне же девочка толком не говорила про Гримория, видимо тревожить не хотела, – она посмотрела на парня и кивнула. – Ну вот, и ты знал, а я лишь часть видела. Меня на праздновании Весны не было, лишь со слов Ярины знаю. Снова пристал к ней, ну она отказала опять, на глазах у деревни. Многие говорили, каким он злым был потом, да и алкоголя было вокруг, – глаза женщины наполнились слезами. Голос стал тише, прерывался от перехватывающего горя. – Вела… Не вернулась, я на следующий день шум подняла, когда поняла, что не загуляла девочка в праздник и свой, и общий, а пропала. Вся деревня поднялась искать. Нашли, вот только не помочь уже было…

– Вы думаете? – побледнел юноша.

– А как ты думаешь? Гриморий князь, человек с большим чувством своего достоинства. И Вела ходила на грани со своими отказами, это добило. А люди с гордыней высокой такого не терпят. Он был зол и пьян, всё слишком очевидно.

– И что дальше?

– К сожалению, просто ничего… У меня нет и шансов что-то доказать. Так что он по-прежнему земельный князь, а девочки моей нет.

– Ничего… – боль сжимало сердце, всё рвалось от острого чувства несправедливости. У женщины забрали дочь, у него любимую. Он год упахивался ради их счастья, а Гриморий всё уничтожил и никакой платы не последовало, просто уничтожил всё и продолжил счастливо жить. Драго уронил голову в ладони. Внутри царила пустота. И в чём смысл? Есть ли ему смысл и дальше впахивать? Зачем… Весь год он жил ради их будущего счастья. Того, как он сможет радовать её, дарить подарки. Как они смогут жить вместе в их маленькой и уютной квартирке, где будет их счастье. А что теперь? Ради чего ему работать? Денег? Зачем они ему? Отнесёт ей дорогой букет на кладбище, а не на свадьбу? Зачем ему магия, сила? Есть вообще смысл в его жизни? Разве что месть… Но станет ли кому-то лучше от неё?

– Я… Даже проститься толком не успел. Мне нужно… Хоть на кладбище, хоть цветы принести ей.

– Прости Драго, но даже этого я не могу тебе сказать. Её нет в земле, – в её глазах сомнение, она не знает как сказать, ей хотелось уберечь его, но и поделиться своей болью.

– Вы её не похоронили? Неужели он мог запретить даже это?

– Нет, здесь дело не в нём, а в том, какой её нашли. Какой она показала. Её Илюша нашёл, так чуть не поплатился, когда слишком близко подошёл. Она попыталась утащить его в озеро, и ей практически удалось. Я не узнавала в ней дочери, у неё хвост и чешуя, а в глазах лишь ярость. Но тут появилась другая, старшая, как я поняла. Она оторвала Велу от Ильи, буквально отшвырнула, как щенка. Русалка тогда сказала, чтобы заклинателей не звали. Молодые ещё горячие, они когда только обращаются, слишком эмоции ведут, что при смерти испытали. Ярость и жажда мести за слишком ранний уход. Мы не будем для вас угрозой, просто будьте чуть осторожнее рядом с водой, а мы присмотрим, успокоим.

Драго в шоке смотрела на женщину, в голове царила звенящая тишина, а та продолжала.

– Вот видишь? Мои мысли о виновности Гримория не просто мысли, это не только вывод о том дне. Даже Наяда признала её боль, страдания. Это не несчастный случай, это убийство и именно князь в этом виновен. Его гордыня, злоба и неумение принимать отказ.

Он резко затряс головой. Его Вела – русалка. Спина упёрлась в стену за скамьёй. Ему была нужна дополнительная опора. Знакомые черты не складывались вместе с чешуёй и рыбьим хвостом. Её боль, обида. Как знакомая ему девушка попыталась утопить первого попавшегося мужчину, стремясь отомстить и не имея возможности дотянуться до виновника. Руки, что обнимали его, теперь топят других, голос, что радовал его, теперь лишь злое шипение. За что им столько боли, столько страданий? Разве он так много хотел в своей жизни?

– Наше озеро, то самое?

– Да.

– Я… Хоть туда схожу, – Драго поднялся, его буквально повело. – Мне нужно это, хотя бы это.

– Ты уверен? Лучше утром сходить, безопаснее, да и устал с дороги и не поел толком.

– Ирина Владленовна, вряд ли сегодня уснуть смогу, да и если смогу, вряд ли ночь спокойной будет. Мне нужно время, чтобы принять, да и остановиться мне негде.

– Почему же? Оставайся здесь. Мне то, что. Для меня одной этот дом слишком большой.

– Спасибо, и мне это нужно, я пойду.

Слегка пошатываясь, он вышел. Практически ничего не видел, когда шёл к озеру. Только оказавшись один на улице, его глаза наполнились слезами, захотелось кричать, но он сдерживал боль, глотая комки в горле, упрямо направляясь туда, где осталось последнее, что было связано с жизнью Велы.

С лесного озера доносились звуки журчащей воды, это ручейки и речушки текли, впадая и выходя из него. Шелестел ветер листьями на деревьях, рыскали животные. Движение Драго нарушали спокойствие природы. Мелкие существа старались скрыться, а спокойствие нарушались шелестом и шумом, что создавал человек. Со стороны он мог показаться пьяным, вот только дело не в хмели, как мы знаем, а в горе и потери, что обрушились лавиной на молодого парня, сметая его, заставляя сердце болеть.

Оказавшись на берегу, он замер глядя на чернеющую в уже наступившей темноте воду. Год назад девушка просила его быть осторожнее рядом с водой, чтобы русалки не утащили. И кто бы мог подумать, что время так сменится, что их будет ждать это.

– Вела, – он ни на что не надеялся, ничего не ждал. Но до жути хотел увидеть, хоть так, возможно ему это было необходимо, чтобы поверить. Поверить, что это не жестокая шутка, а его новая реальность. Драго склонился к воде, холодная, неужели она теперь там?

Его внимание привлёк плеск на середине. Он увидел головку с тёмно-коричневыми волосами, где застыли зеленоватые пряди. Точно, она была русалкой уже три месяца, даже вот волосы меняться стали. Но в остальном, её фигура казалась той же, ведь хвоста за водой не видно.

– Вела… – голос срывался, не желая слушаться. – Я вернулся… как и обещал…

Русалка подплыла ближе, и Драго смог её рассмотреть. Зеленовато-серебристая чешуя, что скрывала грудь, покрывала руки. Лицо было до жути человеческим, если не считать серебристые дорожки чешуи, что напоминала слёзы. Да и сами глаза, пустые, в которых лишь время от времени вспыхивает злость.

– Прости меня, я опоздал… Я такой дурак… – он сам практически упал в озеро, лишь в последний момент еле удержался на ногах.

Её рука медленно поднялась из воды, не из желания коснуться, нет, из агрессивного желания утащить с собой. Драго не шевелился, кто знает, чтобы случилось, если не появилась другая русалка. Она отстранила Велу, хвостом отгоняя на середину озера. Та лишь недовольно зашипела, но подчинилась.

– Я же говорила, что не стоит подходить… – обратилась русалка к нему.

– Я лишь хотел увидеть… – прошептал он. – Я только вернулся и узнал обо… обо всём…

– Я думала это будешь ты, но ошиблась, – зашелестела русалка.

– Что ты имеешь в виду?

–Богиня мне иногда шепчет слова, нашептала, что мужчина причинит ей боль. Отправит на дно. Я видела вас… Не помню когда, она тебя от озера… я думала, это будешь ты… вероятно это всё же правда, но не так.

Сердце сжалось, он винил себя в том, что не остался, не смог защитить. А вот всё как… Не только Гриморий был причиной её боли…

– Глупыш, тебя было бы так легко утащить. Мы слышим… слышим отголоски тех, кто становится русалками, эти мысли обычно самые сильные, самые яркие. Запоминающиеся. Её были о тебе… Когда её топили…

“Значит это правда, но кто в здравом смысле будет верить русалке?”

– Возможно это и было бы к лучшему… – как же хочется перестать чувствовать эту боль и отчаяние.

– В таком случае избавь нас от проблем и утопись сам в другом озере, – русалка зашипела, резко ударив хвостом, окатывая его ледяной водой. – Как же вы, люди, любите себя жалеть.

– Я потерял девушку, что любил больше жизни.

– Ты покинул её.

– Я хотел подарить ей большее, чем мог в этой деревне, если бы я только знал… Я верил, что его странная одержимость до такого не дойдёт… Эта боль, эта ошибка теперь со мной навсегда.

– Ты действительно её любишь?

– Да.

– Если я скажу, что её можно попытаться вернуть?

– Как? – сердце резанула дикая надежда. Плевать, что он верит нежити, что ненавидит мужчин. Плевать на всё, на свою жизнь, на возможные последствия. Всё что угодно даже за призрачный шанс.

– Неужели на всё готов?

– Да. Что нужно?

– Не верю, – русалка лениво перевернулась на спину, он рассмотрел, что её хвост был скорее бирюзовым. – Это тайны, что недоступны смертным.

– Зачем ты тогда сказала?

– Потому что захотела, – она засмеялась, отплывая дальше от берега.

– Пожалуйста, молю, скажи мне, что нужно сделать.

– Скажу, но ты не дойдёшь и до середины, – покачала русалка головой. – А мне потом виниться перед богиней зачем тайну растрепала. Как сотни лет назад, когда мужчинам верила.

– Как мне тебе доказать, что я серьёзен? Что я сделаю всё ради шанса для Велы.

– Подари мне воспоминание… Чтобы там были эмоции, радость, счастье. В воде холодно не из-за вод, а из-за пустоты внутри. Пусть я получила шанс хоть что-то помнить, богиня наградила за службу верную, мне пусто. Подари тепло и радость с воспоминанием о ней.

— Я его забуду?

— Не совсем, — она лениво подплыла к берегу. — Оно притупиться, станет менее ярким. Если напомнят, вспомнишь как факт, что это было. А вот эмоций уже не будет.

— Что ж. Это не такая большая плата за шанс. Что нужно делать?

— Ступи в воду, подумай о воспоминание, я заберу.

— В воду, — слегка насторожился, но потом тряхнул головой. Какая разница? Если повезёт, получит ответ. Если нет… по крайней мере избавиться от боли на сердце. Драго поднялся и пошатываясь вошёл в озеро.

— Думай, — русалка подплыла к нему, касаясь его.

Он вспомнил. Лето, тепло её рук и прикосновений. Они собирали ягоды для пирога, что так любила Вела. Драго тогда кормил её с рук, они смеялись, вспоминали сплетни и самые смешные моменты из жизни деревни. Он буквально вернулся в этот ясный летний день, то счастье и веселье, что царило между ними.

Постепенно ему стало казаться, что воспоминание побледнело, стало тускло-серым из яркого, наполненного красками. Сердце заболело, он надеялся, что информация стоила целого воспоминания о Веле, ведь новых у него могло не быть.

– Разбуди в ней память, пока времени мало минуло, пока руки русалки в кровь не окрасились. Есть шанс заставить вспомнить то, кем она была. Стать человеком в мыслях, это поможет вернуться на сушу. Но помни, время ограничено. Ты, итак, много потерял, да и не рискуй, утащит кого-то и сама себя шанса лишит.

– Сколько у меня времени?

– Не знаю, это всегда по-разному. Зависит от эмоций и якорей в мире живых. Ориентировочно месяцев пять-шесть, у тебя осталось немного.

Драго выбрался из воды, в голове немного прояснилось, теперь он видел шанс. Плевать насколько призрачный и дурацкий. Главное, что он был. Добравшись до дома Велы, он тихо вошёл внутрь, думая, что Ирина Владленовна могла спать. Но женщина ждала его.

– Вернулся, – вздохнула с облегчением. – Я боялась, что от боли потеряешь осторожность… – В этот момент она осеклась, заметив мокрые одежды.

– Всё хорошо, я её лишь вдали увидел, в озеро сам навернулся и выбрался. Ничего страшного, – Драго не стал ничего говорить, она со своим горем примирилась, не стоило ей пока давать возможно ложные надежды.

Утром он пошёл на почту, где отправил письмо наставнику, где кратко рассказал про обстоятельства, что вынуждают его задержаться, Драго надеялся, что тот поймёт, хотя без Велы никакого смысла идти дальше он и не видел. Цена кусалась, но зачем ему деньги. По пути он столкнулся с одним из кузенов. Радислав замер и усмехнулся:

– Неужели вернулся. Не справился? Мать домой принимать не разрешала.

– Справился, – ровно сказал он ему. – Думал как обещал Велу забрать, да вот что случилось, – его голос слегка дрогнул. А кузен кажется смутился:

– Мне жаль, что всё так обернулось, хорошая девочка была. Ты где остановился? Возможно мне удастся мать уговорить.

– У матери Велы, она же мне вчера и рассказала. Думаю не стоит, помогу хоть женщине уже немолодой по дому. Возможно немного легче станет, да и потом возвращаться в город надо. Учиться дальше.

– Хорошо, держись там, – слегка неуверенно пожелал Радислав.

Драго кивнул и пошёл на базар, там он нашёл те цветы и немного ягод, что любила Вела. А после отправился на озеро. Выманивать русалку особенно не надо было, она очень хотела кого-нибудь обрызгать и под воду утащить. Драго замер недалеко, но не так чтобы за него можно было ухватиться. Он не знал с чего начать, поэтому просто сел на траву и начала говорить, надеясь, что русалка услышит.

Драго рассказывал обо всём, что вспоминал. Как они в детстве бегали по полю, как прятались от взрослых и работы, как впервые признались друг другу в любви. Он просто говорил. Русалка не уплывала, но и было непонятно понимает ли она хоть что-то из сказанного, но продолжал пока голос не охрип, только тогда юноша собрался и ушёл в дом.

Так потянулись тихие и безрадостные дни, Драго кратко рассказал Ирине Владленовне, что не может пока позволить себе уехать, слишком тяжело отпустить, она с горечью кивнула и предложила продолжить жить в её доме. Юноша не отказался и старался по возможности помогать ей по дому и огороду, иногда сам ходил и покупал что нужно было. Деньги потеряли всякую ценность для него, заработает, какая разница будут у него деньги на квартиру или нет, без Велы не было ни малейшего смысла. А так хоть поможет хоть как-то облегчить жизнь уже не молодой женщины.

И каждый вечер он приходил на озеро, иногда он пел или наигрывал все знакомые ему и Веле песни, иногда просто говорил, рассказывая о прошлом. И казалось, что никаких результатов нет, только пустая трата времени. Глаза русалки излучали всю туже пустоту и злость, пусть и подплывала она ближе, вот только вероятнее всего он привлекал её как молодой парень, которого ей хотелось потопить. Так прошла целая неделя, и когда Драго уже был готов отчаяться, случилось это.

Практически весь вечер он наигрывал песни, что были знакомы, его пальцы уже одеревенели, еле удавалось шевелить. Юноша поднялся, думая, что пора, думая о том, что ничего не изменилось, как внезапно русалка возмущённо забила хвостом по воде. Драго дёрнулся, не понимая, что произошло. Повинуясь странному, непонятному чувству, похожему на интуицию, он снова заиграл. Русалка сразу же успокоилась, подплывая ближе. И он почувствовал это. Это было всё больше похоже на правду. Она слушала его, понимала хоть что-то и требовала, как могла, продолжения. Играл юноша уже долго, пока понял, что сил не осталось никаких.

Русалка снова недовольно забилась недалеко от берега.

– Вела, я устал, очень сильно устал. Я вернусь завтра и буду снова играть, пожалуйста, – та кажется, немного успокоилась, провожая его внимательным взглядом.

На следующий день он пришёл в то же время, что и обычно. За эту неделю успел выработать своё расписание. И к его удивлению… русалка ждала его… Если раньше появлялась лишь спустя время как он начинал, сейчас она приплыла раньше и стоило ему приблизиться закрутилась, засуетилась, как радуется животное, когда хозяин возвращается домой, начиная крутиться около ног. Вела не могла до него дотянуться, поэтому просто беспокоилась в воде.

Драго сел и начал играть, русалка успокоилась и внимательно слушала. А потом снова не отпускала до глубокой ночи. Так прошло несколько дней. В один из них Драго слишком устал, и просто упал на берег, полностью обессилев. Его нога коснулась воды. Русалка сначала попыталась продемонстрировать недовольство, стараясь заставить играть для неё, но когда поняла, что её не слышат, подплыла ближе. Она не понимала, кто такой Драго, но теперь в ней теплилось не безразличие и злость, а… интерес. Русалка потрогала юношу за ногу в воде, тот даже не проснулся от её холодных прикосновений. Она замерла, желания куда-то утащить не было. Внезапно откуда-то изнутри пришла странная мысли “Ему холодно в воде”.

Вела заметалась рядом, не понимая откуда появилась странная идея. А потом сделала неожиданное для себя. Она начала подталкивать ногу Драго из воды, пока он полностью не оказался на суши.

Их нашёл Радомир. Он видел как кузен пошёл на озеро, но не увидел возвращение и занервничал. Решил сходить проверить. Увидев того, лежащего на берегу, его первая мысль была о том, что его убила любовь и боль. Но наклонившись он увидел, что Драго просто… уснул… и пережил непонятно сколько времени рядом с водой.

В этот момент он увидел русалку. Это была не Вела и не старшая, она явно нацелилась на Драго. А в этот момент вынырнула Вела. Она с шипением забила хвостом, не подпуская враждебную к берегу, к Драго.

Радомир, справившись с шоком, нагнулся, чтобы перенести кузена в более спокойное место. Русалка-Вела, видит это и провожает его странным взглядом, как будто следит, что он делает и зачем. Она не уплывает, пока он будит кузена. Тот еле продирает глаза, осторожно приподнимается.

– Радомир? Что ты здесь делаешь и что случилось? Я что-то ничего не помню, – он неловко пытается пригладить волосы.

– Я видел, как ты пошёл на озеро, но не увидел как вернулся, обычно я вижу, как ты помогаешь Ирине Владленовне, а тут тебя не было. Так что решил проверить. А ты лежал у самой кромки воды, я, честно говоря, сначала подумал про самое страшное. Но нет… Странности происходят тут…

– Что ты имеешь в виду?

– Ты, кажется, всю ночь пролежал у воды, и русалка тебя не утащила. Более того, я когда пришёл, видел как она другую отгоняла. До сих пор вот рядом плавает и как будто не утащить хочет, а сторожит.

Драго с удивлением поднялся, чтобы увидеть, как Вела радостно закружилась в воде, заметив его. Именно радостно. И лишь когда он ушёл, то она уплыла, скрывшись под водой.

Для Драго это было оглушающим успехом и робкой надеждой, что начало прорастать в сердце.

Это события вроде что-то изменило. Вела все больше реагировала. Она практически всегда ждала его к моменту прихода и радовалась. Драго не был уверен насколько русалка его слышала и понимала, но она реагировала. А это было вообще больше, чем нормально.

В один из дней он задержался помогая дома, и, когда пришел, русалка его встретила тем, что окатила водой и зашипела. Драго аж растерялся от неожиданности. Она уже давно себя так не вела. И парень испугался, что это откат назад пока не увидел, что... она злилась? Но не так как злиться русалки, а скорее… как обида девушки, что ждала, а парень задержался.

— Прости, Вела. Забыл про время. Посижу вечером подольше, хорошо? — неуверенно сказал он, как бы сказал девушке.

Русалка перестала шипеть и выжидающе посмотрела. В последнее время он стал ей что-то приносить. В основном либо что-то из прошло, либо что-то приятное, что нравилось Веле. Сегодня Драго принес подвеску, что когда-то дарил на скопленные деньги. Простая без изысков, но памятная. Ему отдала его мать девушки, видимо для памяти, но для Драго все сейчас крутилось вокруг попытки вернуть любимую.

Русалка схватила вещицу с любопытством. Ей явно нравилось разглядывать вещи. А здесь… покрутив в руках она ее надела. Вела точно осознала, что это за вещь и как ее носить. У Драго мелькнула мысль «это прогресс».

Дни были наполнены странным чувством надежды. Вела вела себя то ли как кошка, то ластилась, то шипела, то ли как маленький ребёнок, что радостно пробовал что-то новое, слушал рассказы и с восторгом следил за волшебными фокусами.

А потом он услышал её смех. Он показывал очередной магический фокус. После того как Вела увидела животных из огня, она резко заплескалась и по озеру разнёсся мелодичный смех.

Драго ошарашенно посмотрел на девушку. Да и та кажется сама удивилась от себя, что предпочла скрыться в глубине.

Ирина Владленовна следила за ним настороженно. Он пока боялся ей дать хрупкую надежду. Слишком много было просто веры, которой всё же маловато. И Драго видел, что всё шло к тому, что у них был шанс. Но он боялся сказать, боялся дать и забрать эту надежду. Вдруг женщина не выдержит?

Но парень не замечал, что она за него волновалась. Видела как он уходит, и не хотела, чтобы он губил свою жизнь. Молодой маг же успел рассказать, что его ждёт наставник, и его задержка может кончиться очень плохо.

Так что в один из дней она решилась посмотреть. Всё-таки парень мог не признаться в своей слабость, а это имело свои риски.

Её сердце дёрнулось, когда Драго пошёл к озеру, и послышался плеск. И тут она услышала смех, смех, что напомнил ей Велену, её девочку. Но русалки не смеялись. Никогда. Ирина Владленовна не выдержала и вышла открыто.

Драго, услышав шаги, обернулся:

– Ирина Владленовна?

– Я волновалась, – прошептала женщина. И тут увидела Велу-русалку, та недовольно зашипела у берега и резким ударом хвостом окатила Драго с ног до головы водой.

– Всё хорошо, я сейчас продолжу, – мягко обратился к русалке парень и начал играть. Русалка успокоилась, а женщина, наблюдая за этой картиной, присела рядом. Весь вечер она провела здесь, замечая, что Вела, кажется, наслаждалась музыкой.

Когда юноша наконец-то поднялся уходить, русалка недовольно забеспокоилась.

– Нет. На сегодня всё, я завтра ещё приду.

Уже сидя вечером за ужином, Драгомир рассказал всё: про боль, про слова старшей русалки, про свой риск.

– Нельзя так! Ты один был, а если бы утащила?

– Думаю дело было не только в воспоминаниях как в плате, но и в доверии. Готовность рискнуть, – Драго дёрнул плечом. – Я не мог иначе, как не могу бросить всё сейчас. Когда она реагирует, когда так уже изменилась. Я всё больше верю, что это правда.

– Почему не сказал? Я ведь волновалась за тебя!

Голос Драгомира дрогнул. Это признание, данное между делом, значило для него слишком много.

– Не хотел давать пустую надежду. Я сам не до конца верю, что это возможно.

Ненадолго наступила тишина.

– Она сильно изменилась? – тихо спросила женщина.

– Тогда, когда вы на два дня в соседнюю деревню уходили, я также был на озере. Не получалось уйти, тогда ещё не научился, Вела капризничала и хвостом била. Я очень устал и, кажется, упал прямо там, рядом с водой. Меня Радомир нашёл и разбудил, сказал, что лежал я у самой кромки. И то, что он видел, как Вела другую русалку отгоняла.

– Невероятно, – в её болезненном взгляде засветились удивление и надежда.

Минуло ещё несколько дней. Ирина Владленовна приходила несколько раз. Она пела колыбельные, как в детстве, а Вела завороженно слушала. В один из дней, когда Ирина уже планировала уходить, да и Драго уже поднимался, русалка вдруг подплыла совсем близко к берегу. И они услышали:

– Мама…

Тихий, еле шелестящий, но это был её голос. Они посмотрели друг на друга, будто спрашивая, не показалось ли им это.

– Это нечто невероятное, – сказала Ирина Владленовна дома. – Разговаривают только старые и сильные русалки, что одарены Наядой. Они всегда другие, необычные. Её слуги, её голос. Но Вела…

– Она не просто сказала, – Драго тоже не мог поверить. – Она вспомнила, вспомнила кто вы.

Они долго смотрели друг на друга. Надежда теперь прочно укрепилась в их сердцах.

На следующий день Драго пришёл один. Он рассказывал Веле забавные истории из прошлого. Последней оказалась история про то, как они яблоки воровали у соседей. И вдруг парень услышал:

– А потом ты за забор зацепился, штаны порвал, – прошелестела русалка. Её голос был тихим и неуверенным, а в глазах плескалось странное непонимание.

– Да, и боялся жутко, чем всё закончится, когда дома узнают. Да обошлось, – потрясённо закончил Драго. – Вела, ты помнишь?

Обычно на такие вопросы она не реагировала. Иногда погружалась в себя, но не отвечала. Но сегодня что-то изменилось.

– Нет… Я знаю… Не понимаю откуда… Но знаю…

– Ты помнишь меня?

Русалка задумалась:

– Ты Драго. И… кажется… я… – она нахмурилась, не зная, её последняя фраза прозвучала неуверенно. – Я… любила тебя…

Внутри юноши всё затрепетало. Он смотрел на неё и видел любимую, Великие Боги как же он хотел её обнять и прижать к себе. Глаза заслезились, надежда давила слишком болезненно.

– Я сказала что-то не то? – как-то грустно спросила русалка. – Ты расстроен?

– Нет… Я безумно счастлив. Но иногда от неожиданного счастья очень тяжело, – как ребёнку объяснил её Драго.

Внезапно она резко дёрнула головой и скрылась под водой. Юноша замер. В чём дело? Она обычно не хотела, чтобы он уходил.

– Это сложно, – вдруг услышал он голос старшей русалки. – Как будто сердце частично оттаяло, но осколки ещё вонзаются в него и тают очень болезненно.

– Я делаю всё правильно?

– Ты достиг многого, но ещё много испытаний впереди. Крепись. Просто не будет, но если любишь, тебе надо быть очень сильным.

Глава 3

– Драго, – услышал он тихий шелест голоса, который заставлял его сердце трепетать. — Я помню тебя, и как мы время вместе проводили.

— Вела… Мне так жаль, что я так поздно приехал.

— Ты вернулся. И помогаешь мне сейчас. Я надеюсь… что смогу вернуться.

Этот шелест, этот голос, эти слова – всё это заставляло сердце Драго петь, неужели есть шанс. Шанс вернуть себе любовь. Но в голове крутились слова старшей русалки. Но ещё много испытаний впереди. Куда ещё, что ещё им придётся преодолеть. Он был уверен, что справится со всем кроме потери, но также понимал, потерять шанс, когда победа была так близка – больно. И для него это может стать концом.

Шли дни, Драго вспоминал и академию с наставником. Он отправил ему несколько писем, но внутри царило понимание, что мутные объяснения ему не помогут. И всё, что юный маг достиг за год будет потеряно. Но это не пугало его, страшнее было навсегда лишится своего сердца, никогда не видеть счастье в глазах Велы. Даже если это будет стоить того, что придётся начать сначала или никогда не вернуть себе достигнутого. Так все его мысли крутились вокруг девушки. А Вела…

Это было странно, то она веселилась как ребёнок: плескалась, играла, радовалась от разных вещиц и его колдовства. То резко становится серьёзной и грустной. В такие моменты она могла просто уплыть хотя обычно не любила его отпускать.

Но это было больше чем Драго считал возможным. Внутри него поселилась вера в то, что возможно свершится чудо, и они снова будут вместе.

Ирина Владленовна не отставала, теперь она сама часто приходила к дочери: рассказывала истории, много пела те же песни, что и в детстве. А русалка заворожённо слушала.

По вечерам они вместе сидели в избе, вспоминая прошлое, но не делясь надеждой, что проросла в их сердцах. Это было слишком ярко и страшно. Ведь все знают потеря надежды иногда страшнее, чем отсутствие шанса.

И вот очередной день, где солнце ярко светило и пекло. У Драго было удивительно хорошее настроение.

Сегодня утром он получил ответ от наставника. Маг пожурил его за задержку, напоминая про экзамены, и выслал инструкции для самостоятельной подготовки, чтобы совсем уж не забыл всё. А в конце приписал: «Мне не ведомо, что случилось с той, что в вашем сердце, но я рассчитываю, что вы вернётесь. Если потребуется помощь, не стесняйтесь написать.»

В этот день он сидел на берегу, рассказывая Веле про Академию, перебирая бумаги, что ему прислал Веледор Мстиславович. И тут послышался странный хруст.

Парень обернулся ему показалось, что за стеной изумрудных листьев мелькнула чья-то фигура.

— Кто там? — громко позвал Драго, вставая.

Ответом ему послужила тишина. Вела беспокойно закружилась, она почувствовала его волнение, но помочь не могла.

Сплетя на пальцах заготовку для заклинания, Драго шагнул в тень леса. Никого. Внутри царило привычное для леса спокойствие, ничего подозрительного не было.

Но было что-то, что не давала покоя, он несколько раз осмотрелся и уже собирался уходить, когда заметил что-то необычное.

На одной из веток висел кусок богато украшенной ткани.

С этого момента Драго стал внимательнее, когда приходил к озеру, и начал замечать слежку. При этом этот кто-то не попадался на глаза и скрывался так, что юноша не мог его увидеть.

А однажды Вела сказала, что кто-то странный кружил вокруг озера. И этот человек её пугал. Русалка чувствовала, что интересовала незнакомца именно она.

Вечером в доме Ирины Владленовны Драго рассказал о том, что происходит что-то странное. Женщина не на шутку обеспокоилась.

– Гриморий, – тихо сказала женщина. – Или кто-то из приближенных к нему.

– Поч…

– Если это он утопил Велу, то ему меньше всех хочется, чтобы она вернулась.

– Вряд ли, – неуверенно покачал головой Драго. – Сомневаюсь, что даже в случае возвращения удастся что-то доказать.

Но Ирина Владленовна только головой покачала.

— Богатые и знатные за свои богатства держатся почище бедняков. Да, и чисто страх мешает мыслить разумно. Проще убрать даже потенциальную угрозу, чем гадать. Да и… Кто ещё так откровенно стал бы следить, но не показываться? Из деревни бы точно спросили, расспрашивать бы стали. Да и многие так уже слышали.

— Гриморий тоже мог… — выдохнул Драго. Сердце сжалось.

Испытания, ещё не кончены.

«Только не это, – мысленно взмолился он, – Пожалуйста… Наяда, Мокошь не надо. Наяда, молю, только не забирай свою милость.»

Ну на следующий день худшие подозрения оправдались. Сначала Вела долго не появлялась, а потом подплыла осторожно, неуверенно, как будто боялась.

— Вела, что случилось?

— Тут был утром… Человек… Я выплыла… Думала, ты пришёл… Он странный шар кинул в меня… Похожий на тот, что ты творил…

— Ты как? Цела? — взволнованно он забрасывал русалку вопросами.

— Конечно, — ему показалось, что в глазах мелькнули живые огоньки, а губы дрогнули в улыбке. — Я же в воде… нырнула и уплыла… К тебе долго не выходила… думала ты или он…

— Вела, а ты не можешь вспомнить мужчину?

— Я не рассматривала… мне кажется старше тебя… но не старик… волосы тёмные… вроде бородку видела.

— Гриморий, — глухо выдохнул Драго. Это стало очевидно. В этих землях магов, а уж тем более огня, было очень мало. Так что это мог быть только князь. И все, о чем они вчера говорили с матерью Велы превращалось в страшную реальность.

Тут русалка зашипела:

— Убийца! Убийца! — вырвалось у неё.

Сердце Драго пропустил удар. Неужели… Да он догадывался. И они были уверены с Ириной Владленовной. Но догадываться, говорить и знать точно совершенно разное.

— Вела. Тебя убил Гриморий Фалк? Земельный князь?

Глаза русалки вспыхнули.

— Да, убийца, — ярость Велы была очевидна. Впрочем, впервые за две недели Драго увидел в них именно приспешницу Наяды. Яростную, взбешенную и раненую глубоко внутри.

— Всё будет хорошо. Ты вернёшься и снова станешь собой. И тогда мы отомстим, обязательно, любимая.

Но не всем обещаниям суждено сбыться.

— Как же много вы хотите.

Драго замер, как будто его ударили. Нет, нет, нет… только не… Резко обернувшись, он чуть не выругался. Его самое страшное предположение, оказалось реальным, за ним стоял Гриморий, князь Земли, что выглядел идеально, но всё портила ярость в его глазах.

— Вот, например, это обещание не сбудется, — он шагнул ближе.

— Хорошо, — спокойно согласился Драго. — Не сбудется. Я просто заберу Велу, и мы уедем отсюда. И никогда больше не вернёмся.

— Хорошо?! — прорычал князь. — Это ты, маленький щенок, что-то предлагаешь?! На этих землях происходит лишь то что мне угодно!

— Что вы хотите?

— Я хочу, чтобы ты уехал отсюда. Сегодня же. А это, — он брезгливо посмотрел на русалку, что не мигая наблюдала за ним. — к

Отлов вызову, скажу, что агрессивная.

— Нет!

— Как ты смеешь перечить мне? — воздух вокруг Гримория ощутимо нагрелся. — Ты щенок!

— Вы один раз её у меня забрали, я не дам забрать во второй, — Драго не чувствовал страха, его собственное пламя отзывалось хозяину.

— Заткнись и убирайся. Я, князь, это мои земли. Ещё раз тебя здесь увидят, пойдёшь под суд за оскорбление служащего.

— Сразу после вас. Только вы за убийство, — Драго чувствовал как его собственное пламя разливается по крови. Договариваться смысла уже не было. Гриморий не примет другой вариант, а Драго не оставит Велу.

— Да, кто такому безродному поверит, — пренебрежительно усмехнулся Гриморий. Но его глаза забегали. — Или магом стал и совсем страх потерял?

— Ну, вы же испугались, – резко бросил Драго. Теперь они стояли и смотрели друг на друга. И правда раньше бы юноша, не посмел бы продемонстрировать ни противоречие, ни тем более такой тон. – Иначе зачем следили? Если вы так уверены, что вас не привлекут к ответственности. Почему вы следите? Почему вы так боитесь, что Вела станет человеком?

Камень оказался брошен в нужный огород. Гриморий задохнулся от ярости и ударил. Драго увернулся быстрее, чем успел сообразить, сказались тренировки.

В первые моменты он только уклонялся и ставил щит, желая как-то успокоить сражение, но это было невозможно. Взбешённый князь не хотел успокаиваться, и Драго вынуждено начал атаковать.

В прошлом князь казался ему богом из-за своей силы и мастерства. Но как выяснилось мастерства было немного, так что Драго вполне успешно его сдерживал. На стороне одного был опыт, другого молодость и недавно полученные знания. Сложно было определить, кто сильнее. Ни один не хотел уступать.

Вела, про которую забыли, металась рядом с берегом. Она была испугана и волновалась за любимого, но в воде ничем не могла ему помочь. Никак не могла. И ей оставалось только следить за тем, что происходит на берегу.

Но судьба решила подтолкнуть конец сражения. Случайность. В ходе сражения Гриморий не заметил, как оказался на берегу, увлечённый и желающий сдержать натиск юноши. Он отступил назад, и его нога оказалась в воде.

Дальше он не успел понять, что случилось. Вела выскочила из воды на добрые несколько метров и схватила князя, потащив его вниз, в воды.

— Вела! Нет! — в ужасе закричал Драго. — Пусти его! Он ответит!

Но все было тщетно русалка его не слышала, а Гриморий, сопротивляясь, ушёл под воду.

Юноша бросился к воде.

— Нет! Нет! Нет! Вела, пожалуйста! — он кричал, молил, но вода была глухой и тёмной.

Драго не знал, сколько прошло времени, сколько он смотрел в черноту воды. Это был конец. Старшая говорила, предупреждала: нельзя было этого допускать, а он устроил тут драку. Подвёл Гримория, её убийцу, слишком близко к воде.

«Идиот, ты такой идиот, но теперь это твоя вина и груз на век. Не смог спасти, и всё испортил.»

Он долго сидел, ждал, не зная чего. Возможно, что Вела выплывет злобной русалкой без искры разума в глазах, а может, старшую, что выскажет, что думает. Но озеро было удивительно тихим, только лёгкий ветерок проносился над кронами деревьев шелестел ими, набрасывался на воду, создавая лёгкие плещущие волны. Гармония и спокойствие, что не отражали трагедию, что случилось.

Смог себя заставить подняться он только глухой ночью. Драго не знал, как покажется на глаза Ирине Владленовне.

Женщина встретила его, не думая спать.

— Драго! Что случилось?! Я думала уже идти на озеро! Боги, что случилось? Ты побитый. Драго?!

— Я не смог, — его голос упал.

— Что?

— Спасти… Я не… Я проиграл…

— Объясни толком, что случилось. Но сначала чай, ты весь продрог.

Срывающимся голосом на кухне Драго поведал женщине события сегодняшнего дня. Закончив, он опустил голову, ожидая укоров, но внезапно его руку сжала тёплая ладонь.

— Это… больно… Терять шанс. Но… Драго, ты недооцениваешь то, что сделал. На какое-то время ты вернул мне мою дочку. Я смогла ещё раз посмотреть на неё, спеть колыбельные, что она любила, это уже очень много.

— Но…

— Ты не виноват. Это вина Гримория. И тогда и сейчас. Ну, хоть он заплатил.

Некоторое время они молчали.

— Тебя нельзя здесь оставаться.

Сердце Драго пропустило удар.

— Да, я понимаю, вы не…

— Глупый. Я тебя рада видеть всегда, но вскоре смерть князя станет известна. И на озере найдут следы ваши драке. А значит будут вопросы. Тебе лучше уехать, вернись к своей учёбе и постарайся… если не забыть, то отвлечься. Не рушь свою жизнь. Вела бы этого не хотела, живи за вас двоих.

– Хорошо, – его голос был бесцветным. Ему было уже всё равно.