Лися

Глава 1

Она жила почти у самой стены города, там, где пахло сыростью, дымом и иногда хлебом, если ветер с рынка вдруг поворачивал в эту сторону. Девочку звали Лися. Ну, не совсем звали… это было скорее прозвище. Из-за ушей. Мягких, рыжих, торчащих чуть в стороны… Сколько ни прячь их под капюшон, а всё равно видно.

Она давно привыкла не смотреть людям в глаза. Особенно тем, кто в чистом. Особенно стражникам. Те могли пройти мимо… а могли и нет. Лучше было не проверять лишний раз.

Иногда она стояла у дороги, где проезжали кареты. Не просила ничего, просто смотрела. У неё была странная привычка: угадывать, кто внутри. По колёсам, по лошадям, по тому, как кучер держит поводья. Глупость, конечно… но это хоть чем-то занимало голову.

В тот день всё было как обычно, только холоднее. Пальцы немели, и она даже подумала уйти пораньше. И тут показалась карета: тёмная, без лишних украшений, но сразу видно — дорогая.

И она почему-то мгновенно поняла: там он… Принца она видела однажды. Издалека. И потом долго злилась на себя: «ну зачем вообще смотрела, зачем запомнила».

Карета вдруг замедлилась. Сердце у неё как-то странно стукнуло, не в такт, сбилось.

— Эй… — сказал голос изнутри.

Она даже не сразу поняла, что он обращается к ней.

— Ты. Подойди…

Лися замерла. Потом всё же сделала шаг. Потом ещё один. Капюшон сполз — конечно, именно сейчас — и уши, как назло, стали видны.

Повисла тишина. Она уже ждала привычной реакции: смеха или хуже. Но ничего такого не последовало.

— Ты замёрзла, — сказал он вполголоса.

Это было… странно. Неправильно как-то.

Дверца открылась. Тепло буквально ударило ей в лицо — настоящее, живое. И запах: кожа, дорогой парфюм и совсем чуть-чуть хвои. Она даже растерялась на секунду.

— Садись.

— Я… нельзя, — почти прошептала она.

— Можно.

Он смотрел прямо. Без этой обычной… брезгливости. Как будто она — просто человек. Или почти.

Она залезла внутрь неловко, зацепилась сапогом, чуть не упала. Он придержал её за руку — и это было совсем неожиданно. Пальцы тёплые, крепкие, напористые…

Карета тронулась.

Сначала молчали. Она сидела на самом краю, будто в любой момент может выскочить обратно, туда, где всё привычно и понятно, даже если плохо.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Лися.

— Это не имя.

— Знаю.

Он чуть улыбнулся. Совсем чуть, но она заметила.

— Всё равно красивое.

Она не нашла, что ответить. Вообще редко кто говорил ей что-то хорошее. Оттого слова будто и застряли где-то внутри, не вышли.

Потом разговор как-то сам пошёл. Про еду, про рынок, про её глупую привычку угадывать людей по каретам. Он слушал. Не делал вид — правда слушал, это чувствовалось.

И в какой-то момент она вдруг поймала себя на том, что смеётся. Тихо, почти неуверенно… но смеётся.

И тут стало страшно. Потому что такие вещи явно не для неё.

— Мне пора, — сказала она вдруг, хотя карета всё ещё ехала.

— Куда?

— Обратно.

Он долго смотрел на неё. Серьёзно как-то.

— Если я скажу, что не хочу тебя отпускать?

Она опустила глаза. Уши чуть дрогнули, выдали её сильнее слов.

— Вы… потом пожалеете.

— Не думаю.

Снова тишина. Но уже другая, тяжёлая, почти ощутимая.

Он снял с себя плащ и накинул ей на плечи. Слишком большой, но такой тёплый, что хотелось просто закрыть глаза и не двигаться.

— Поедешь со мной во дворец.

Это звучало как шутка. Или как сон, который сейчас закончится.

— Нет, — она покачала головой. — Меня не пустят даже на порог.

— Я решу.

Он сказал это спокойно, без громких слов. Как будто это уже решено…

И вдруг стало ясно, что он правда может.

Она сидела, сжимая пальцами край плаща, и внутри всё путалось — страх, надежда… и что-то ещё, совсем новое, от чего было даже немного больно.

Карета ехала дальше. Уже не туда, где её угол у стены. Впереди был свет. И впервые за долгое время ей не хотелось убежать.

Дворец оказался… слишком большим. Не в смысле красивым — хотя и это тоже — а каким-то чужим. Камень гладкий, светлый, нигде ни трещинки, ни грязи. Даже воздух какой-то другой, чище, чем снаружи. И от этого Лисе стало неловко за свои руки, за одежду, за всё сразу.

Когда карета остановилась, она вдруг замерла.

— Я не смогу, — тихо сказала она, почти себе.

Он уже открыл дверцу, обернулся.

— Сможешь.

— Нет… вы не понимаете.

Он вздохнул, но не раздражённо, скорее как человек, который уже ожидал это услышать.

— Тогда просто иди рядом со мной. Остальное потом.

Это «потом» прозвучало странно обнадёживающе.

Она вылезла, снова неловко, как всегда. Каменные ступени показались слишком чистыми, будто нельзя на них наступать. Но он не остановился, и ей пришлось идти следом.

Стража у входа сразу напряглась. Это было видно по мелочам — как чуть сжались плечи, как взгляды задержались на её ушах дольше, чем нужно.

— Ваше Высочество… — начал один из них.

— Со мной, — коротко сказал принц.

И всё. Больше вопросов не было, но тишина стала тяжёлой, почти давящей.

Внутри дворца было ещё хуже. Люди оборачивались. Кто-то делал вид, что не замечает, но это даже как-то обиднее. Кто-то наоборот смотрел слишком открыто. Шёпот шёл следом, совсем как её хвост.

Она шла, стараясь ступать тихо, почти неслышно, как привыкла на улицах. Только здесь это не помогало. Здесь её всё равно видели.

— Не слушай, — сказал он негромко, даже не глядя на неё.

— Я привыкла, — ответила она, и сама не поняла, правда это или нет.

Её привели в небольшую комнату с высоким окном. В ней было тепло и светло. Лися даже на секунду зависла, глядя на стекло. Она редко видела такие окна близко.

— Пока ты останешься здесь, — сказал он. — Тебе принесут одежду и еду.

Она кивнула, но не двинулась с места.

Он уже собирался уходить, потом остановился.

— Лися.

Она подняла взгляд.

— Ты не обязана исчезать, — сказал он. — Поняла?

Она не сразу ответила.

— Не знаю, как это… — честно сказала она.

Он чуть улыбнулся. Опять почти незаметно.

— Разберёмся.

И ушёл.

Дверь закрылась мягко, без скрипа. И тишина…

Лися постояла ещё немного, потом осторожно прошлась по комнате. Потрогала стол, ткань на кресле, словно проверяя, настоящее ли всё это. Подошла к окну, провела пальцем по стеклу. Оно заскрипело, ведь оказалось безупречно чистым. Даже странно…

И вдруг её накрыло. Слишком резко всё, слишком быстро…

Она села прямо на пол, подтянула колени к себе, уткнулась в них лицом. Хотелось обратно. Не потому что там лучше, а потому что там «понятно». А здесь… здесь она не знала, кем ей быть.

Стук в дверь заставил её вздрогнуть.

— Можно? — раздался женский голос.

Лися быстро вытерла лицо рукавом.

— Да.

Вошла служанка. Остановилась на пороге, явно не зная, как себя вести. Поклонилась… не совсем уверенно.

— Мне велели принести вам вещи.

«Вам». Это слово прозвучало почти смешно.

— Спасибо, — сказала Лися, и голос чуть сорвался.

Служанка поставила свёрток на стол и уже собиралась уйти, но вдруг задержалась.

— Простите… можно спросить?

Лися напряглась.

— Вы правда… с улицы?

Вопрос был не злой. Скорее удивлённый.

— Да, — ответила она.

Служанка кивнула, как будто что-то для себя решила.

— Тогда… если что нужно будет, скажите. Я здесь часто.

И ушла.

Лися осталась одна. Но уже не совсем так, как раньше. Она развернула свёрток. В нём была ткань — мягкая, новая, пахнет чем-то цветочным. Она провела по ней пальцами и вдруг тихо усмехнулась.

— Ну и что дальше… — пробормотала она.

Ответа не было. Но впервые это не пугало так сильно.

Где-то в глубине дворца хлопнула дверь, послышались шаги, далёкие голоса. Жизнь шла. И теперь, странно это или нет… она была где-то внутри неё.

Ночью она почти не спала.

Кровать была слишком мягкой. Настолько, что тело не понимало, как на ней лежать. Лися переворачивалась, путалась в одеяле, один раз вообще чуть не скатилась на пол.

Под утро она всё-таки задремала… Но вскоре проснулась от шагов за дверью. Они вынудили её резко сесть. Сердце билось в груди быстро-быстро. Затем кто-то прошёл мимо, и всё стихло.

— Глупость… — прошептала она себе, но обратно уже не легла.

Утро во дворце оказалось громче, чем она ожидала. Где-то звенела посуда, слышались голоса, быстрые шаги. Жизнь тут начиналась рано и без всякой жалости к тем, кто не привык.

Она всё же решилась надеть то, что ей принесли. Одежда сидела непривычно — ничего не тянуло, не кололось, не мешало. Опять странно…

Только уши… она так и не знала, как их спрятать. Попробовала повязать ткань — вышло криво. Вздохнула и бросила это дело.

— Ну и пусть.

Когда она открыла дверь, коридор показался ещё длиннее, чем вчера. И люди уже были. Слуги, придворные, кто-то в дорогом, кто-то попроще. И почти все, хоть на секунду, смотрели на неё. Кто-то быстро отводил взгляд, кто-то — нет.

Она пошла вперёд, не совсем понимая куда. Просто идти казалось лучше, чем стоять.

— Ты заблудишься.

Она вздрогнула.

Он стоял у окна, будто давно её заметил. Свет падал сбоку, и на секунду ей показалось, что это опять сон.

— Я… да, наверное, — честно ответила она.

Он подошёл ближе, окинул взглядом.

— Тебе идёт.

Она опустила глаза.

— Неправда.

— Почему?

— Потому что это не моё.

Он чуть нахмурился, но не стал спорить.

— Пойдём. Я покажу тебе, где можно не теряться.

Они шли рядом. Уже не так неловко, как вчера, но всё равно — расстояние между ними ощущалось. Не шагами, чем-то другим.

— Сегодня будет совет, — сказал он вдруг. — И тебя… заметят.

— Уже заметили, — тихо ответила она.

Он усмехнулся, но без веселья.

— Это только начало.

Она остановилась.

— Тогда зачем я здесь?

Вопрос вырвался сам. Честный, без защиты.

Он тоже остановился. Повернулся к ней.

— Потому что я тебя привёл.

— Этого мало.

— Знаю.

Тишина повисла между ними. Не пустая — тяжёлая.

— Я не обещал, что будет легко, — добавил он.

— Я и не жду лёгкого, — она чуть качнула головой. — Я просто… не понимаю, где моё место.

Он посмотрел на неё внимательнее, чем раньше.

— А если его пока нет?

Она растерялась.

— Тогда его придётся сделать, — сказал он.

Это звучало… страшно. И в то же время почему-то правильно.

Они шли дальше. В какой-то момент он протянул ей руку — не резко, как бы приглашая. Лися замялась на секунду. Потом всё-таки вложила свою ладонь в его. Тепло…

И снова это чувство, что всё происходит слишком быстро и неправильно, и всё же… она не хотела отдёргивать руку.

В конце коридора открылись двери. Показался большой зал, люди, которые мгновенно притихли. Она тут же остановилась, но он не отпустил её руку.

— Со мной, — тихо сказал он.

И она пошла.

Уже не совсем та, что стояла у стены города. Но и не та, кем её хотели здесь видеть… Пока что.

Зал оказался слишком большим для неё. Слишком светлым, слишком… чужим. Лися на секунду даже перестала слышать, что говорят вокруг. Только шаги, отголоски голосов и то, как её собственное сердце стучит в груди.

Но руку он почему-то не отпустил. И это безусловно помогало.

Люди действительно смотрели. Но уже не так, как вчера. Не столько с удивлением… скорее с любопытством. Кто-то перешёптывался, но без злости, больше пытаясь понять, что происходит.

Она поймала один взгляд — пожилой женщины в светлом платье. Та не отвернулась, просто кивнула ей, едва заметно. И это почему-то оказалось важнее всего остального.

Совет длился долго. Слова текли мимо — титулы, земли, какие-то решения. Лися почти ничего не понимала, но стояла рядом, тихо, стараясь не мешать. Иногда он чуть сжимал её руку. Будто проверял — здесь ли она.

Она была.

Когда всё закончилось, люди начали расходиться. И вдруг стало легче дышать.

— Ты справилась, — сказал он.

— Я просто стояла.

— Иногда этого достаточно.

Она хмыкнула.

— На улице нет.

Он улыбнулся.

— Здесь, иногда да.

После совета они вышли в сад. Там было тише. Настоящая трава под ногами, не утоптанная, не грязная. Лися даже замедлилась, как будто боялась наступить слишком сильно.

— Можно? — спросила она вдруг.

— Что?

Она осторожно сняла обувь и ступила босиком. Земля оказалась тёплой. Она замерла, потом сделала шаг. Ещё один. И вдруг рассмеялась — легко, совсем по-настоящему, как не смеялась давно.

Он смотрел на неё и, кажется, впервые не думал ни о чём лишнем.

— Вот твоё место? — сказал он тихо.

Она покачала головой.

— Нет. Это просто… хорошо.

Он подошёл ближе.

— Тогда давай сделаем так, чтобы это было твоим.

Она подняла взгляд и какое-то время молча смотрела на него. Затем всё же спросила:

— Зачем вам это?

Он не ответил сразу. Как будто подбирал слова, но не находил идеальных.

— Потому что ты… ты мне приглянулась, — сказал он наконец. — И я не хочу, чтобы ты вернулась туда, где тебе приходилось быть.

Она чуть нахмурилась.

— Я и сама не хочу.

— Тогда оставайся.

Просто. Без обещаний, без громких слов. И в этой простоте было что-то… надёжное…

Прошло время. Не сразу, не за один день, но Лися училась ходить не оглядываясь, говорить, когда её спрашивают, молчать, когда лучше молчать (хотя это она и так умела). Слуги перестали шептаться, начали здороваться. Кто-то даже улыбался.

Она всё ещё иногда просыпалась ночью, не понимая, где она. Но со временем всё реже.

А потом был вечер. Без пышности, без лишнего шума. Только близкие люди, свет, отражающийся в стекле, и тёплый воздух, который уже не казался чужим.

Она стояла рядом с ним. Гораздо ближе, чем раньше.

— Ты уверена? — спросил он тихо.

Она медленно вдохнула, затем посмотрела вокруг. На свет, на людей, на него.

— Нет, — честно сказала она. И чуть улыбнулась. — Но я хочу.

Он кивнул. Как будто этого было достаточно. Когда он назвал её своей, в зале не стало тише и не раздалось грома. Всё произошло спокойно. Почти буднично.

Но внутри у неё что-то наконец встало на место. Не резко. Не чудом. Просто… сложилось.

Позже, уже почти ночью, она вышла на балкон. Город был далеко внизу, огни мерцали, как тогда, когда она смотрела на них с улицы. Только теперь всё было иначе.

Он подошёл сзади, накинул ей на плечи знакомый плащ. Тот самый…

— Ты всё ещё можешь уйти, — сказал он.

Она покачала головой.

— Нет… Я останусь.

Она повернулась к нему, чуть неловко, но уже без страха. И впервые это «здесь» стало её. Не потому что её выбрали. А потому что она сама осталась.

Прошёл год.

Иногда Лися всё ещё ловила себя на том, что идёт слишком тихо. Привычка — не мешать, не привлекать внимания. Потом вспоминала, где она, и шаг становился увереннее. Не специально… само как-то.

Во дворце уже не оборачивались. Ну, почти. Новые люди, да, они иногда смотрели дольше, чем нужно. Но это больше не ранило.

У неё появилось своё утро. Без спешки, с окном, которое она всё так же иногда трогала пальцами — странная привычка осталась. С чашкой тёплого чая, который она поначалу не понимала (слишком горький), а потом постепенно привыкла. И с садом…

Сад стал её местом. Настоящим. Там она могла быть босиком, могла сидеть на траве, не думая, как это выглядит. Иногда к ней подходили — поговорить, спросить совета. Это до сих пор казалось почти нелепым.

— Я? Совета? — однажды переспросила она.

— Вы приближённая принца, — ответили ей.

Она тогда долго думала об этом.

Принц… он не изменился резко. И она была этому рада. Всё осталось тем же — его спокойствие, его странная уверенность в вещах, которые ещё не случились. Только теперь между ними не было той осторожной дистанции. Они всё ещё иногда спорили. Тихо, без крика. Она могла сказать «нет». И он слушал. Не всегда соглашался, но слушал…

Вечерами они часто выходили на тот же балкон. Город внизу больше не казался чем-то недосягаемым. Иногда она даже указывала вниз:

— Вон там я стояла.

Он смотрел, щурился.

— Серьёзно?

— Да. Там обычно ветер сильный.

Он кивал, будто запоминал.

Однажды она спустилась туда. Без свиты, почти как раньше. Только одежда выдавала.

Люди не сразу узнали её. А когда узнали, не было ни страха, ни смеха. Просто удивление… и потом кто-то сказал:

— Это ведь она.

И всё.

Она прошлась по знакомым местам. Нашла тот самый угол у стены.

Лися присела рядом, провела рукой по шершавой поверхности.

— Я не вернулась, — тихо сказала она. — Я просто пришла посмотреть.

И это было правдой.

Когда она вернулась во дворец, он встретил её на ступенях.

— Где ты была?

— Дома, — ответила она.

Он посмотрел внимательно. Потом кивнул.

— И как там?

Она чуть подумала.

— Уже не совсем моё… Но ещё и не совсем чужое.

Он улыбнулся, и этого оказалось достаточно.

Ночью она долго не могла уснуть, но уже не от тревоги — просто слушала тишину. И в какой-то момент Лися поняла — у неё всё действительно наладилось…