Ледяное сердце

Глава 1

Когда Риан Тьер объявил о своем уходе с поста директора, в академии начался настоящий траур.

Пока влюбленные адептки обливались горючими слезами, адепты, успевшие привыкнуть к суровому, но справедливому наставнику в лице Первого меча империи, собирали деньги на прощальный подарок.

Его уход и для меня стал неожиданностью. Уж очень я боялась, что на смену придет жадный, ворчливый мужчина в летах, ничего не смыслящий в управлении академией. И мы снова вернемся туда, откуда начинали.

Лорд Тьер только навел порядок, показал, что учеба может быть слаще любимых конфет и ни с чем не сравнимым удовольствием. А теперь он уходит и, вероятно, никогда больше к нам не вернется.

— Я тоже хочу скинуться, — подойдя к столу, за которым в библиотеке расположились парни, заявила я и вложила мешок с монетами в руки одному из адептов.

Я сразу почувствовала какой-то неприятный запах, но не стала придавать этому значения.

Улыбнувшись и помахав им ладонью на прощание, побрела по опустевшим коридорам. До комендантского часа оставалось всего-ничего. Мало кто из девчонок рисковал высовываться так поздно.

Но вдруг передо мной возникла пугающая темная фигура. Подавив накатывающие волны страха, я сделала глубокий вдох и двинулась дальше.

— П-прости. Задумалась о своем, — промямлила я, осознав, что невольно преградила незнакомцу путь. — А ты чего в женском корпусе? Сейчас заметят и все — выговор обеспечен! Тьер подобного не терпит.

— Я не разрешал вам обращаться ко мне на «ты», — холодно ответил тот.

Голос, низкий, раскатистый, я слышала впервые. Но если это не адепт, то кто? Новый преподаватель? Или просто товарищ Тьера?

Кто-нибудь, возможно, объяснит мне, почему я развернулась и рванула прочь. Но вряд ли кто осудит, если столкнется с незнакомцем лицом к лицу — от него исходила сшибающая с ног энергия, а магический потенциал... Бездна, да кто он такой?

— Адептка! — донеслось до меня ледяное, но черта с два я бы замедлила шаг!

В мыслях я уже преодолела полкоридора, а вот реальность не оказалась так милосердна... Я едва пронеслась мимо двух комнат, как незнакомец, на лице которого по-прежнему отражался лишь холод, появился передо мной.

— Отойдите, пожалуйста, я пытаюсь сбежать... — самое глупое, что я говорила в жизни.

Его бровь медленно поползла вверх.

— А почему вы сбегаете? — учтиво поинтересовался.

Не найдя, что ответить, отплатила ему его же монетой:

— А почему вы расхаживаете по женскому общежитию?

Стараясь выглядеть увереннее, сложила руки на груди и вскинула голову. Тусклый лунный свет, освещающий коридор, позволял разглядеть его почерневшие глаза и едва заметный шрам у виска. Темные волосы были собраны в идеальный хвост и перекинуты через плечо. От его аккуратности подташнивало — готова поспорить, что у меня на голове было гнездо. Да и на его рубахе не было и складочки, а моя униформа оставляла желать лучшего. Еще и на ботинках грязь после вечернего построения.

— Лорд Конте, — негромко проговорил он, как только мой взгляд метнулся к его обуви. — Временный исполняющий обязанности директора.

— О-о-о... а-а-а... — только и сумела выдавить я.

— Завтра зайдете в мой кабинет перед первой лекцией. А теперь идемте, я вас провожу. Здесь темно, а вы лишены всякой координации.

— О, не стоит... — залепетала я.

Еще бы эта бесчувственная громила меня провожала. Оно мне надо? Но лорда-ледышку такие глупости, как мое мнение, совсем не волновали.

Он, как ни в чем не бывало, пошел в сторону моей комнаты. А заметив, что я не бегу следом, широким шагом вернулся за мной, схватил за ладонь и потащил за собой.

— Вы что делаете? — обомлела я.

— У меня нет времени на девичьи капризы, — отрезал он.

В долгу я не осталась:

— На свои же находится.

— Простите?

Целесообразнее было бы промолчать, что я, собственно, и сделала.

— Кошмарной ночи, — ответил лорд-ледышка и, открыв дверь, грубо втолкнул меня внутрь.

В коридор я из вредности все же выглянула, но за дверью никого не оказалось. Уже в пустоту бросила:

— И вам... кошмарной ночи.

***

Игнорировать приказы пускай и временного директора я не стала. Мало ли, обозлится и отчислит. А у меня мечта! Работать в госпитале и спасать жизни. Это казалось мне делом более достойным, чем их отнимать.

И вот я уже как полчаса испуганно жалась у дверей нового директора, пока не услышала знакомый голос лорда Тьера:

— Ты вечно будешь там стоять или осчастливишь нас своим визитом?

Стараясь не закатывать глаза, чтобы один темный лорд этого не почувствовал, я вошла в кабинет.

Тьер расположился за своим столом, а ледышка, которого я узнала лишь по бешеной ауре, стоял спиной ко мне, всматриваясь в окно. Зря он надел эту черную рубаху, ему бы больше пошла серая. Такая же безразличная, как он сам.

— Кошмарного утра, лорды, — склонила голову в уважительном жесте.

Ледышка притворился, что меня здесь нет, а вот лорд Тьер дружелюбно кивнул.

— Прекрасный подарок, Кассандра, благодарю.

— Да что вы! — отмахнулась я. — Это мальчики большую часть суммы собрали.

— А дело и не в деньгах, — повел плечами он.

Тепло улыбнулась.

Все-таки жаль, что он уходит. Будто целая эпоха исчезает на глазах...

— Ты пришла по какому-то вопросу?

— Так меня... лорд Конте вчера вызвал.

Тьер взглянул на своего товарища почему-то с насмешкой. Да и своей напускной суровостью он распугивает адептов лишь для вида. В коридоре иной раз и не здоровается, а в более неформальной обстановке — нормальный себе мужик.

В отличие от многих, по ночам я не страдала, что не оказалась на месте Дэи. Тьер был для меня учителем, наставником — существом бесполым... И я с большой радостью поздравила его с помолвкой, а потом и с женитьбой.

Не зря говорят, что лорд Тьер видит насквозь. Ведь выбор его пал не на тех, кто днями и ночами кружил у его кабинета, выискивая его внимания. А на добрую и скромную адептку, которая искренне его полюбила. Не статус, не силу, а то живое и настоящее, что теплится в районе сердца.

Наконец-то лорд Конте обернулся и смерил меня холодным оценивающим взглядом.

— Зайдите вечером, — небрежно бросил он.

— Чтобы вы мне вечером сказали зайти утром? — едва осознав, что ляпнула, прикусила язык. Но поняла, что перестаралась, как только почувствовала во рту металлический привкус.

— Если я скажу, то зайдете и вечером, и утром, и днем, — абсолютно безразлично ответил он.

Ему будто и впрямь было плевать на все, что происходит вокруг. Мне даже стало его жаль. Каково это не чувствовать ничего? Сразу представилось, что мир потерял краски, оставшись черно-белым. Должно быть, он его видел именно так.

— Да, лорд-директор, — склонила голову. Мне враги не нужны, тем более среди «начальства». — Лорд Тьер, мы вас больше не увидим?

— Как категорично, — фыркнул тот. — Боюсь, что будете видеть каждый день. Дэя еще пару месяцев будет посещать занятия. — По тому как скривилось его лицо, было несложно догадаться, что он против подобной затеи. И с удовольствием запрет беременную жену дома. — Забирать буду лично. Не вешай нос, Кассандра. Лорд Конте ничем не хуже.

Всеми силами пыталась не скривиться на этот раз я. Да, не хуже, вот только я уже пятой точкой предчувствую наше противостояние — ледышки против пламени.

Лорд Тьер невесомо коснулся моего плеча.

— После выпуска отправишь письмо с дипломом. Все рекомендации уже написаны. Столичный госпиталь тебя ждет.

— Н-но как же...

— Документы, адептка, — отрезал он. — Остальное я решу. А теперь марш на пары.

Не сдержалась, обняла его, каюсь, и прошептала:

— Спасибо за то, что вы сделали академию не адом, а моим любимым местом. И... спасибо, что подарили наставника в своем лице. Я этого не забуду!

— Адептка, ты меня будто в последний путь провожаешь, — низко рассмеялся лорд Тьер.

В кабинете послышался чей-то всхлип. А-а-а... это был мой всхлип.

— Что за слезы? — так грозно спросил он, что плакать сразу расхотелось. — Или нужно пятьдесят отжиманий?

— Чтоб я еще хоть раз в жизни вам слово доброе сказала! Я на пары!

— Иди-иди.

Конечно, ледышка промолчал. Ему, кажется, вообще не было до нас никакого дела. А я из вредности сказала:

— Всего кошмарного, лорд Конте.

— И вам, адептка, — не глядя на меня, ответил он. — Зайдите вечером.

***

Леон

Стоило Кассандре выйти, как Риан, хмурясь, сложил руки на груди и сухо спросил:

— Мне показалось?

— Показалось что? — вздернув бровь, ответил в его манере.

— Послушай, Леон. Если это несерьезно, то не надо портить девчонке жизнь.

— В отличие от некоторые, я сюда пришел не жену искать.

— Скажем, и я пришел сюда для другого. Надеюсь, мы друг друга поняли?

— А теперь ты меня послушай, — ровно произнес я. — Не надо ставить мне условий. К Бездне твою академию и маленьких невинных адепток. Меньше всего мне хочется тратить свое время в этой дыре. Вопрос исчерпан?

Перед уходом он еще недолго побуравил меня своим недоверчивым взглядом, что, вероятно, должно было напугать меня до чертиков. Но Тьер забыл, что перед ним не сопливый адепт.

Сев за директорский стол, сжал ладони в кулаки. И за какой Тьмой меня отправили разбираться с тем, что происходит в какой-то академии? Я им что, ночной стражник?

Конечно, смерти адептов не радовали. Не настолько я черствый, но при чем здесь я? Не моя специализация, не мои это проблемы. Тот же Тьер справился бы с этим куда быстрее и лучше. Он, а не я, пробыл в этих стенах все это время.

Среди кучи бумаг лежала папка... Личное дело той самой адептки и еще парочка. Остальные были разбросаны по всему кабинету — Тьер пытался найти хоть какую-то закономерность и предостеречь других. Вроде бы умно, но в то же время — глупо. В академии учится не десять адептов и даже не сто. Слишком много как точек соприкосновения, так и различий.

Не знаю, зачем все-таки принялся изучать ее досье. Впрочем, раз уж маячит перед глазами, то лучше знать о ней побольше.

Наполовину дроу. Поступила в шестнадцать. На данный момент — двадцать, заканчивает пятый курс. Специальность — судебная медицина. Родителей нет. Да и гражданство Темной империи, судя по всему, получила совсем недавно и благодаря Тьеру, а до этого находилась здесь в статусе беженца.

Волна раздражения накрыла с головой. С чего Риан с ней так носится? И не она ли одна из любимец Эллохара? А может, и вовсе любовница.

Да уж... хотел, чтобы она оказалась обычной, ничем не примечательной, а у нее не жизнь, а сплошное приключение.

Меня всегда было сложно вывести из равновесие. Но даже один взгляд этих голубых глаз заставляет рвать и метать. Эта фамильярность, импульсивность. Она будто намеренно нарушает равновесие и порядок.

А ее отвратительный внешний вид! Мятая рубашка, носки ботинок покрыты грязью, причем уже успевшей засохнуть, волосы не убраны. И, что странно, в этом хаосе она выглядит довольно органично. Это не портит, но раздражает.

В дверь снова постучали.

— Войдите! — громко произнес я.

В кабинет просунулась уже знакомая золотистая голова.

Что ей опять надо? Судя по ее лицу, она сама пожалела, что вернулась.

Какая же эта адептка странная. Миниатюрная, хрупкая, но фигуристая. Такая беззащитная, но дроу наполовину. С виду ангел, но ей палец в рот не клади — откусит и не поперхнется. Столько противоречий.

— А лорд Тьер уже ушел? — робко поинтересовалась она.

Точно. Ей моя кандидатура поперек горло встала. Впрочем, эта ее неприязнь взаимна.

— Уже ушел. А вы должны быть на занятиях, — безразлично напомнил я. Все-таки директор как-никак, во всем нужен порядок. Вот так прогуливать лекции попросту глупо и вредит ее же образованию.

— Жаль... — грустно проронила она. — А может, передадите? Вы же... ну... умеете свои порталы открывать. Это конспекты для его жены, леди Дэи.

Не думаю, что ей нужно было мое согласие, раз уж она ловко подобралась ближе и водрузила стопку тетрадей на мой и так заваленный бумагами стол.

— Спасибо вам большое! — произнесла Кассандра так искренне, что возразить казалось преступлением. — Тогда я пойду?

— Идите.

Может, она и вправду ангел, раз так широко улыбнулась, озаряя весь кабинет.

— Кошмарного вам дня, лорд-директор. Ой, опять забыла!

Достав из нагрудного кармана сложенный в несколько раз лист бумаги, она протянула его мне.

— И что это?

— Список дней рождений, конечно! — произнесла она так, будто глупцом себя выставлял здесь я. — Как иначе вы будете поздравлять своих коллег?

— Никак? — предположил я очевидное.

— Если завтра вы не подарите леди Орис лучший букет, она откажется здесь работать!

— Тогда, вероятно, ее придется уволить, — парировал я, откинувшись на спинку кресла.

— Но... л-лорд Конте!

— А знаете что? — задумчиво почесал подбородок.

Воодушевившись, Кассандра сделала шаг вперед и замерла в ожидании.

— Что?

— Вот вы этим и займитесь, — хлопнул в ладоши я. — И постарайтесь. Вы же не хотите, чтобы леди... Орис уволили. Сад в вашем полном распоряжении.

— Да вы! Да я! Да катитесь к Бездне! — крикнула она.

Я ничего не ответил, только проследил, как за дверью скрылись ее золотистые кудри. Адептка ушла, а цветочный аромат никак не желал выветриваться.

Не то чтобы запах был неприятным. Но это и злило.

А больше всего то, что эта девушка, по-видимому, обожала все вокруг, но с первой же встречи невзлюбила меня.

Впрочем, ничего нового. Люди и иные существа всегда меня сторонились. Может быть, потому что я не умел одаривать их улыбкой, коей обладала Кассандра. А может быть, потому что был слишком требователен. Мне никогда не нравилось размениваться на эмоции. Или прожигать вечера в компании друзей.

Я работал каждый день и каждую ночь. У меня не было влиятельных родителей, весомого положения с самого рождения, сундука с сокровищами. Зато у меня был я и моя мама.

Начинал я, конечно, с малого — деревянный меч, чучело, ну и я, хлюплый малый. В деревне, на окраине империи, надо мной не смеялся разве что ленивый. Но всем быстро перестало быть смешно, как только магия заструилась по моим жилам.

Формация была тяжелой. Меня буквально разрывало изнутри. Бешеные скачки магии, необъяснимые вспышки гнева или резкий упадок сил. Так я и узнал о себе подобных. А следом ко мне заявился Эллохар.

После этой судьбоносной встречи моя жизнь перевернулась. Поступление в Школу Искусства Смерти. Тренировки, тренировки, сон, снова тренировки. И бесконечный контроль над собой.

Закончив первый семестр, я собирался провести каникулы дома, но немного задержалась. Не хотелось приезжать с пустыми руками, потому полстипендии я оставил в книжной лавке. С двадцатью книгами на перевес — а мама обожала читать и часто жаловалась, что вынуждена перечитывать старые романы уже в десятый раз — и с букетом цветов я вернулся в родную деревню.

Но оказалось слишком поздно. Один день. Все решил один чертов день.

Дом разграбили, а мама... Ее даже не похоронили. Так, бросили в первую попавшуюся яму.

Привыкший быть главой семьи, решать все вопросы, я только и сумел, что опуститься на землю и просидеть так до заката солнца.

Мысли путались. Мне все казалось, что это просто сон. Еще немного, и мой друг и сокурсник, Риан Тьер, не церемонясь, толкнет меня в бок, а потом зарядит формой Школы.

Но как ни странно, я все же разглядел его, шагающего в темноте ко мне. Еще до каникул мы договорились, что первую неделю проведем в моем доме, а вторую — в его родовом поместье. Однако планы, как это бывает, успели измениться, и я совсем его не ждал.

Тьер сам сложил два плюс два, но не растерялся, как я. Уже через час мы копали могилу на главном кладбище Темной Империи, чтобы захоронить тело матери со всеми почестями. А еще через час сожгли ту дрянную деревню. Никого, кроме черствых людишек, там все равно не осталось.

Они подвергли мою мать страданиям, разграбили мой дом, и я отплатил им той же монетой.

Боль, вину, давящую на плечи, некоторые глушат алкоголем, но мне выпивка не помогала. Тогда я заткнул боль безразличием. Слишком тяжело было мириться с мыслью, что она умерла из-за меня. Если бы я был дома, то мог бы защитить ее. Если бы...

Эта белокурая девчонка — полная мне противоположность. Ее будто бы и не волнует, что жизнь ее растоптала. Либо в ней кроется невероятная сила, либо же... слабость, которую она прячет за улыбкой.

Каждому свое.

***

Кассандра

Леди Орис, преподавательница любовных проклятий, уверенно вещала о любви. Она часто отходила от учебного материала и рассказывала нам о «лучших мужчинах в ее жизни». Кто-то хихикал, кто-то молча завидовал, а кто-то, как я, чувствовал себя одиноко.

Я давно перестала верить, что смогу влюбиться или даже... полюбить. Увы, эта наука мне, леди Орис, не подвластна, даже если за семестр вырисовывается «отлично».

Нет, я никогда не была обделена мужским вниманием. Гены сделали свое. Вот только меня расценивали как кусок мяса, а не живое существо.

— Мои милые, — нараспев протянула леди Орис. — Домашнего задания не будет. Но я жду от вас историй о любви!

Проклятие! Ничего хуже не придумаешь!

***

В конце учебного дня в приемной было уже пусто. А значит, даже секретарь не спасет меня от обморожения лордом-ледышкой.

Правил вежливости никто не отменял, потому я мягко постучалась и, услышав приглашение, потянула тяжелую дверь на себя.

Застыв на пороге директорского кабинета, поздоровалась отчего-то робко:

— Кошмарного вам вечера...

Но лорд Конте, увлеченный бумагами, этого и не заметил.

— Проходите, садитесь, — сухо бросил он.

Стул, увы, был лишь один — прямо под его боком.

Переборов взявшуюся из ниоткуда неловкость, я заняла место рядом с ним и принялась рассматривать свои необыкновенные пальцы. Сегодня они были ярко-розового цвета. Почему-то никто не предупредил меня, что те милые с виду цветочки оказались настоящими хищниками и окрасили мои ладони, чтобы потом выследить и отомстить за своих сорванных братьев и сестер! Вот вы когда-нибудь убегали от цветов?

Время шло, а лорд Конте так и продолжал свою тихую, кропотливую работу. Через десять минут я не выдержала и прервала царившее в кабинете молчание:

— Как ваш первый день?

— Вы забываетесь, — холодно произнес он.

Более прозрачных намеков мне слышать еще не доводилось. Сразу почувствовала себя лишней. Да, лорд Тьер тоже был весьма прямолинеен, но он никогда не был со мной груб.

— Так зачем я здесь? — без былого энтузиазма спросила.

Мне тут же вручили сверток, перевязанный бечевкой.

— Тьер упомянул, что вы знакомы с этим наречием. Был бы признателен, если бы вы смогли помочь мне с переводом.

— Д-да, конечно, — удивленно пробормотала я.

Не то чтобы я горела желанием помогать ему. И вовсе не из-за его скверного характера. Просто усталость брала свое. Но отказать ему не позволяла совесть. Наверняка эта просьба и так ударила по его эго.

Работать с лордом Конте было тяжело. Мы вечно сталкивались либо локтями — он оказался левшой — либо коленями. Но менять место он почему-то не спешил, отодвинуться — тоже. А мне было неловко создавать лишний шум. Я уже уяснила, что он любит тишину.

Я, на этот раз молча, записывала переводы на отдельные чистые листы и по мере выполнения подавала их лорду Конте. Тот иногда задавал уточняющие вопросы, на которые я с ловкостью отвечала, а потом возвращался к своим бумагам. Честно говоря, мне было жутко интересно, чем же он занимается, но спросить я так и не решилась.

— У вас ужасный почерк, — каждые пять минут ворчал он.

— Лорд Конте, я услышала с первого раза, — пробубнила, не поднимая головы.

— А пишете абсолютно так же.

Показательно отложила карандаш и одарила его не самым добрым взглядом.

— Так может, вы сами справитесь?

— Если вы думаете, что мне некого найти на ваше место, то...

— В таком случае, кошмарной ночи, — процедила я, не дав ему договорить. — Жаль, что из-за вас я пропустила сначала завтрак, а теперь и ужин.

Резко поднявшись, я вознамерилась уйти, как вдруг на пути возник портал, затянувший меня против моей воли.

***

Я едва не выпала из огненного водоворота, но лорд Конте вовремя перехватил меня поперек живота и с неожиданной бережностью поставил на ноги. Правда тут же резко отстранился, будто обжегся, коснувшись меня.

— А где мы? — тихо спросила, осматриваясь.

Конечно, ответа меня не удостоили. Куда мне до темного лорда из ордена Бессмертных?

То, что мы перенеслись на кухню, было очевидно. Но что это за кухня, чья? И главное, зачем здесь я?

Лорд Конте молча налил воды в чайник, хитрым заклинанием его подогрел и, взмахнув рукой, заставив его разливать чай по чашкам уже самостоятельно. Затем он, опустившись на корточки, отворил дверцу кухонного шкафчика и выудил корзинку с грибами. Поднявшись, поставил ее на столешницу и придвинул к себе деревянную доску, на которой уже лежал чистый нож.

— Давайте хотя бы помогу, — выскочила из-под его бока я.

Не посчитав нужным даже взглянуть на меня, он ответил:

— Думаю, что с ножом лучше обращаюсь я.

— В бою, безусловно, но в готовке...

Послышался его недовольный вздох, но орудие смерти, или кухонный прибор, мне все же отдали.

— С твоего позволения, я займусь мясом, — донеслось до меня.

И по его безразличной интонации не понять, то ли это звучало язвительно, то ли это была простая констатация факта.

— Я не хотела вас обидеть, — честно ответила. — Только помочь.

Не стоило указывать ему, что делать в собственном доме. Но сказанного не вернешь.

— Мне, вероятно, лучше уйти, — натянуто улыбнулась и поспешила к выходу.

— Мы не в столице, — куда мягче произнес он, заставив меня остановиться. — С экипажем минимум два дня в пути. Останься, — тише добавил он, будто бы сам был не уверен, что хочет этого, — пожалуйста.

Но ведь мог открыть портал, если бы желал избавиться от меня, или и вовсе не предупреждать, сколько займет дорога обратно. Но почему-то этого не сделал.

Обернувшись, я несмело кивнула и подошла ближе. Лорд Конте аккуратно передал мне нож, и я вернулась к нарезке грибов.

— Думаю... если бы моя мать была жива, мне бы прилетел звучный подзатыльник, — неожиданно произнес он.

— Почему? — усмехнулась я, не отвлекаясь от вверенного мне дела.

— Она была ходячим пособием по этикету и заядлой моралисткой. Как минимум раз в неделю повторяла: «Леон Монтель Конте, это вопиющие поведение! Тебе должно быть стыдно за то, что ты улыбался в храме!»

— На месте вашей матери я бы ценила каждую вашу улыбку, — хихикнула я. — Угрюмость вам не к лицу.

— Не удивлен, что об этом мне говорит адептка, у которой по меньшей мере должны болеть мышцы лица. Готов поспорить, что к старости у тебя появятся морщины в области губ и лба.

— Лорд Конте! — возмутилась я. — Сейчас было бы очень кстати, если бы ваша мама огрела вас сборником по этикету!

Я едва не выронила из рук нож, услышав его смех. Искренний, заливистый, добрый... Ну а чтоб не спугнуть, рассмеялась и сама.

Дальше мы готовили в тишине. Постоянно сталкиваясь, на казалось бы огромной кухне. А когда в дело пошла мука...

Я и не помню, как началась эта отчаянная битва на выживание. И как мы оказались перепачканы с ног до головы. На этот раз я хохотала во весь голос и даже осмелела настолько, что нарисовала улыбающуюся рожицу на его лбу.

Лорд Конте был так близко-близко... Дышать я вмиг разучилась, в голове не было ни единой четкой мысли. Кажется, я и вовсе была неживая, когда он очертил мою нижнюю губу большим пальцем.

— У тебя там мука, — сказал он самое нелепое, что только можно.

А потом притянул так резко, что я удержалась только благодаря его рукам, сомкнувшимся на моей талии. Лорд Конте не церемонился, почти болезненно сминал мои губы, будто не доверял самому себе и боялся передумать. А я, напротив, бережно обхватило его лицо, ладонями ощущая колючую щетину.

Он нетерпеливо усадил меня на кухонную тумбу и вклинился между моих ног. В голове все перемешалось: страх, желание, возбуждение. Одновременно хотелось его еще ближе и как можно дальше от себя.

Подумать только! Этот мужчина оскорблял меня весь вечер, а я таю в его руках...

Но все волшебство момента испарилось так же быстро, как началось, когда где-то в доме послышался властный голос лорда Тьера:

— Леон!

Лорд моментально отстранился, а я неуклюже спрыгнула на пол, едва не подвернув ногу. Я даже отряхнуться не успела, как Тьер влетел на кухню. О, с каким примечательным выражением лица он переводил взгляд то на меня, то на лорда Конте. И если на своего друга он смотрел полунасмешливо, то на меня сурово. Так смотрит папенька с розгами.

Стыдливо опустила глаза. Готова поспорить, что губы раскраснелись и опухли. Да и кожа в области шеи пылала не просто так...

Прочистив горло, лорд Тьер с присущей ему ироничностью произнес:

— Надеюсь, я не отвлек вас от чего-то важного?

— Н-нет, лорд-директор, — пискнула я, рассматривая свои босоножки. Новенькие, красивенькие... и все в муке.

— Кажется, ты уже должна спать в своей комнате, адептка, — донесся до меня его строгий голос.

— Кажется, ты уже не директор, — в той же манере ответил лорд Конте, одним легким движением задвигая меня за свою широкую спину. — Ты по делу или как?

Взгляд я так и не поднимала, но была уверена, что лорд Тьер с легкостью прожжет дыру в моем защитнике, а заодно и меня заденет.

— Камни, что я тебе оставил, они мне нужны.

Лорд Конте вынул их из кармана и протянул товарищу. А я вдруг поняла, что так неудобно впивалось мне в бедро...

— Не забудь о нашем разговоре, — откланялся Тьер и шагнул в портал.

Едва воронка закрылась, я спрятала лицо в ладонях и отчаянно застонала:

— Он ведь все понял, да?

Мужские пальцы почти невесомо пробежались по моей спине, а потом мягко подтолкнули обратно к миске с тестом.

— Лучше продолжим готовку. Вроде бы ты была голодна.

Как ни в чем не бывало мы занялись каждый своим делом. И, кажется, только я из нас двоих не переставала думать о произошедшем.

На ужин были говяжьи стейки, жареные грибы и еще гора незнакомых мне овощей.

От порции у меня глаза на лоб полезли.

— Я столько не съем...

Меня опять проигнорировали. Отвратительная манера. Будто я и не нужна здесь.

Молча и расстроенно приступила к трапезе. Не сказать, что я очень любила овощи, но отказаться было бы слишком грубо. Правда скоро те перекочевали в блюдо лорда, и я расслабилась. Не станет же тот, кто терпеть меня не может, есть из моей тарелки?

— Очень вкусно, — тихо сказала, не надеясь на ответ.

— Интересно, получился ли десерт, — едва заметная улыбка заиграла на его губах, и я непроизвольно улыбнулась в ответ.

Распробовать лакомство мы почти не успели, потому что я, наивная душа, попалась на уловку «у тебя здесь шоколад». И дальше было уже не до трапезы...

Мне даже показалось, что эти бешеные поцелуи — его изощренный способ заставить меня молчать.

***

Точно помню, что засыпала на горячей груди у Леона, а проснулась совсем одна в холодной постели. Кругом царил мрак, но на спинке кровати я таки нащупала одежду и начала неспешно одеваться. А обувь так и не нашла.

Босая я выскользнула из спальни, борясь с желанием юркнуть обратно под одеяло. Но чему удивляться? Ледышка и в доме поддерживает холод.

Увы, я еще долго бродила по длинным коридорам в поисках лорда-директора. И уже отчаялась, как вдруг столкнулась с ним на одном из поворотов.

— Думаю, вам пора, — негромко, но безразлично произнес он.

Будто и не было ничего... Будто бы это не он поглаживал меня по волосам, то и дело целуя в макушку. Будто бы не он нежно сжимал в объятиях. Будто бы я просто все придумала...

— Н-но...

— Я открою вам портал.

Подвергать себя такому унижению я не стала. А просто сжала узелок на нитке, что обвивала запястье, и шагнула в голубоватый водоворот…

***

С лордом Эллохаром мы познакомились при весьма странных обстоятельствах...

В Мирах Хаоса я оказалась случайно. Ну как случайно... Встретила на свою голову демона, а тот забыл меня прямо там! В чертовой пустыне!

Уверена, что меня не сожрали только из-за моего дикого нескончаемого крика. Я-то знала, что за гадость там водится, вот и заочно начала верещать и убегать.

Понятия не имею, сколько я шла, но, завидев первую попавшуюся таверну, уверенно свернула к ней. Но едва я отворила тяжелые двери, как на меня ринулась бешеная толпа и чуть не сбила с ног. К счастью, их жертвой была не я, да и вообще, как оказалось, посетители дружно делали ноги, лапы и щупальцы.

Решив, что внутри не может быть страшнее, чем снаружи, я все же перешагнула порог этого сомнительного заведения.

За столиком посередине зала нашелся только один седовласый мужчина. Пускай и внушительных размеров, но с виду безобидный.

— А чего все убежали? Или закрыто? — в тот день спросила я.

Незнакомец, явно не ожидая меня увидеть, нахмурил брови.

— Не боишься?

От его зловещего шепота хотелось разве что рассмеяться, если честно.

— Чего я боюсь, так это того, что водится в ваших песках, — скривилась я. — Выпить можно? Меня вроде бы как бросили во время первого свидания. Мне плохо.

Даррен кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то знакомое — одиночество.

— Вас тоже бросили? — сочувственно вздохнула.

В ответ он только невесело усмехнулся.

Подойдя ближе, схватила бутылку, стоявшую по правую сторону от него и заозиралась в поисках бокала или какой кружки. Рэн виртуозно щелкнул пальцами, и проблема решилась сама собой.

Едва я щедро приняла на грудь, лорд безрадостно произнес:

— Выходит замуж за моего друга.

— Да ну?! — воскликнула я, ударив ладонью по столу. — Ну и пусть катится в Бездну!

На этот раз его глаза недобро заблестели.

— Ой, ну я думала, мы здесь собрались, чтоб ее унижать, — неловко пожала плечами. — Ну ладно, пускай по-вашему. Она молодец, что выходит замуж за вашего друга! Что, опять не то?

Не сдержавшись, он все же усмехнулся.

— Теперь мне понятно, почему тебя бросили.

— Удар под дых, — играючи сложилась вдвое я. — Он мне все равно не нравился.

— Зачем тогда пошла? Или из жалости? — оскалился Даррен, невольно показывая свое уязвимое место.

— Ха! Из жалости пошли со мной, дружище, — вздохнула я и панибратски хлопнула его по плечу. — Никому я не нужна.

Оказался он совсем не страшным. Просто очень одиноким, как и я, и несчастным, как тоже я.

Мы напились так, что проснулись в Четвертом Королевстве прямо в покоях его величества Артанаэша. Бедный Рэн отгребал за двоих. Правда он на язык подвешен, потому наплел такого, что король нас не просто отпустил — он умолял нас убраться.

В долгу я не осталась и помогла спасителю избавиться от похмелья с помощью замысловатого заклинания. Ну а потом нас нашел Тьер, и все веселье как-то сразу закончилось... Вот только явился он не один, а с Дэей, которая как раз выходила замуж... за лучшего друга Даррена... Своим напряженным взглядом Рэн только подтвердил мои худшие опасения.

На этот раз, когда на нас обрушился гнев лорда-директора, Эллохара активно защищала уже я.

— Он, — грубо ткнула, как оказалось, принца в грудь, — ни в чем не виноват!

— Золотко... — предупреждающе проговорил он.

Это прозвище он дал мне еще в пьяном бреду из-за цвета волос, доставшихся мне от матери.

Даррен ловко перехватил мои пальцы и мягко сжал. Но я не позволила ему снова прикрывать меня. Уж тем более, когда он и так унижен перед своими близкими.

Я прекрасно знала, что Дэе самой было неловко от сложившейся ситуации. Но на ее стороне уже был лорд Тьер, а на стороне Рэна — никого.

— Лорд Эллохар рассказывал мне про свою школу, — изящно врала я, все-таки никаких признаков алкогольного опьянения не было ни у меня, ни у него. — Я подумывала о том, чтобы снова пойти учиться после выпуска из академии, но меня переубедили.

— Всю ночь переубеждали? — ничуть не поверил мне Первый меч империи.

— В его школе сто двадцать четыре факультета, — негодующе всплеснула руками я.

Это был мой главный козырь. Феноменальная память не подвела, и больше у Тьера не осталось никаких вопросов.

Не знаю, оценил ли мой жест Даррен или просто нашел в моем лице верную собутыльницу, но едва мы остались одни, на мое запястье легла та самая нить.

— Нужна помощь — зажми узелок, — сказал он, прежде чем исчезнуть.

Страдал Рэн не долго. Нашлась милая девушка, что сумела залечить его раны. А мне стала близкой подругой.

Даррен уже давно привык, что нить я использовала не по назначению, а в качестве... личного транспорта. Поначалу и впрямь появлялся готовый к бою, но привык, привык...

Из дома лорде Конте я перенеслась в домашний кабинет Рэна. Здесь я бывала часто. То хотела подокучать принцу Хаоса и его новоиспеченной женушке, то с грустными глазами просила помочь с домашним заданием, то просто сетовала на жизнь, чтоб услышать мою любимую мотивационную речь в стиле «намотала сопли на кулак и показала им всем, Кассандра». Что показать — я никогда не спрашивала.

— Золотко, ты на часы глядела? — не поднимая головы, спросил Даррен, сидящий за письменным столом. — Комендантский час для кого?

— А я была у директора, — даже не соврала.

— У какого из?

— Конте.

— Конте не умеет открывать порталы? Надо же, — съязвил принц Хаоса.

Иногда мне казалось, что Рэн знал всех, потому и сейчас я не удивилась тому, что он и лорд Конте были знакомы.

— Ну твое высочество, — играючи склонилась в реверансе, — перенеси, пожалуйста, в общежитие. Мне очень надо! Ну или дай на ковре переночевать. А еще у тебя такая прелестная шкура есть. Рвара, кажется.

С Дарреном мы были чем-то похожи... Например, всегда прятали боль за улыбкой и заливистым смехом.

— Губу закатай, — усмехнулся Даррен. — Лучше пирожок возьми. Найриша испекла.

О, я не просто взяла — я схватила. Вгрызлась в это мягкое тесто, дорвалась до нежной сладкой начинкой.

— Бездна...

— И не говори, — поддержал меня он. — А теперь уйди с глаз моих, чудовище златовласое.

— А чего это я чудовище?! — жуя, переспросила и запрыгнула на стол.

Меня тут же легонько подтолкнули к краю.

— Изыди. В портал, Кассандра.

Моему возмущению не было предела! Раньше от моего общества он не отказывался ни пьяный, ни трезвый!

— Да что я сделала?

На этот раз Рэн нетерпеливо отбросил какие-то ведомости, щелкнул пальцами и перед нами замелькали образы.

Вот это я с несколькими демонами, с которыми Даррен мне самолично запретил даже здороваться, играю в карты на деньги. А здесь проникаю на территорию Школы Искусства Смерти, потому что у вампиров ставки выше. А тут прячу Найрин, которая в свою очередь пряталась от мужа...

— Ну... я пойду, — пропищала я, незаметно подбираясь к зависшему сзади нас порталу.

— Иди, — милосердно кивнул Рэн. — А еще раз с демонами или вампирами увижу, переведу тебя к себе. На десятилетнее обучение, милая.

Надо же, про свою Найришу ничего не сказал...

— А еще раз спрячешь Найрин — будешь писать лабораторные сама и никаких порталов.

— Нет! — взвизгнула я, топнув ногой.

— Да, — обворожительно улыбнулся он.

— Попробуй, и я расскажу твоей женушке, что ты уже целый квартал в ее королевстве выкупил под ее частную клинику, — скрестив руки на груди, ответила.

Но отреагировал Рэн совсем не так, как я ожидала. Посерьезнел, нахмурился, вгляделся в мое лицо...

— А в чем дело, Кассандра?

— Ты сейчас о чем? — включила дурочку.

Да вроде бы ничем себя не выдала. Ох, как же раздражает это его манера видеть насквозь! Каждый чертов раз он застает меня врасплох...

— У директора, говоришь, была? — с едва заметным сомнением протянул Даррен.

Знала я эти нотки в его голосе. Сейчас он все просчитывает в своей седой головушке, делает какие-то выводы.

— Прекрати, — закатила глаза.

Сегодня участвовать в его расследовании не хотелось. Сегодня вообще ничего не хотелось... Разве что упиваться жалостью к себе, заедая все проблемы сладостями.

Но Рэн решил иначе:

— Золотко, если он...

— Я сама могу о себе позаботиться! — рявкнула я.

Не нужны мне ничьи утешения. Я сама во всем виновата...

— Ну раз ты здесь, видимо, не можешь, — мрачно ответил он.

Молча сорвав толстую нить, швырнула ее на стол и прыгнула в заждавшееся меня голубое пламя.

***

До утреннего построения оставалось каких-то жалких два часа. Ни сделанного домашнего задания, ни сил жить...

На прикроватном столике уже лежал новый браслет. Не просто нитка, а железный ободок, а под ним — записка:

«Показывать характер будешь Тьеру, золотко. Не мне. Или переведу тебя в свою школу».

Браслет я, конечно, приняла. Не могла не принять... Даррен больше, чем друг, он мне как брат.

Опустившись на кровать, отчего та едва слышно скрипнула, я тихо заплакала. Сейчас я откровенно завидовала лорду Конте. Я бы тоже хотела не чувствовать.

Не знаю, как долго я так просидела, но, подняв голову, обнаружила, что весь письменный стол заставлен сладостями! Еще горячие пирожки Найрин, три вида мороженого, белый воздушный зефир и, конечно же, пирожные с кремом из маринованных цветов чертополоха.

И сразу так совестно стало... За свою грубость, за детское поведение...

Снова взяв в руки записку и найдя карандаш, быстро дописала: «Простишь?»

В ответ на бумаге тут же вывелось:

«Переведешься?»

Я рассмеялась сквозь слезы и уже прошептала вслух, постеснявшись написать:

— Люблю тебя.

Увы, я преотлично знала, что случалось с теми, кто обижал близких Даррена. Не уверена, попадала ли я под эту категорию, но верила, что судьба его собутыльницы ему небезразлична.

Эллохар не только умел придумывать изощренные наказания провинившимся — он умел жестоко убивать. И едва ли его тронул бы тот факт, что лорд Конте ничего мне не обещал. Или что тот полезен для империи...

Сколько бы я ни пыталась успокоиться, в голове без остановки крутилась мысль... Мы будем видеться с лордом Конте каждый день. Каждый чертов день будет мелькать его лицо, выражающее разве что холод и безразличие. А вдруг он расскажет Тьеру, как развлекся с глупой адепткой? Как я потом буду смотреть ему в глаза?

Предложение Даррена перевестись к нему уже не казалось такой плохой идеей. Но он учил меня не сбегать от проблем, даже если очень хочется.

Поверить не могу, что лью слезы по мужчине, что едва знаю. Но, Бездна... Никто и никогда так не касался меня, не дарил теплые объятия и нежные поцелуи. И повторить это уже не удастся, потому что это было впервые.

Взгляд зацепился за самодельный календарик... Сегодня годовщина смерти родителей, а я совсем одна. Кто-то оттолкнул меня, ну а я оттолкнула всех остальных...

***

Вместо лекций, я сбежала из академии, поймала экипаж и за пару монет доехала до кладбища. Пускай здесь не было могилы моих родителей, как впрочем, и на Родине, мне все равно нравилось бывать здесь. Я приходила к тем, к кому никто не пришел. В эти дни я становилась здесь каждому другом, сестрой, дочерью.

Забравшись на самое высокое дерево, с которого была видна большая часть кладбища, я предалась сладким воспоминаниям. Крепкие объятия родителей, теплый камин, вечные глупые шутки брата... и бесконечное счастье. А я ведь и впрямь считала себя самой везучей. Я гордилась своей семьей...

Я ожидала увидеть здесь кого угодно, но только не лорда Конте с охапкой черных роз. Шел он уверенно — явно был здесь не в первый раз. И остановился у одной из могил. Разобрать надпись на надгробье я так и не смогла, но сразу догадалась, что пришел он... к матери. С каким теплом лорд Конте рассказывал о ней вчера, с каким уважением. Но ни разу не обмолвился об отце или других родственниках.

Едва я дернулась, чтобы стряхнуть с плеча какую-то наглую букашку, ветка подо мной хрустнула. Лорд Конте мгновенно обернулся, хоть и стоял от меня довольно далеко.

О, если его лицо ничего не выражало, то глаза вмиг стали чернее самой Тьмы.

— За какой Бездной ты здесь? — недружелюбно начал он, как только подошел ближе, минуя несколько рядов памятников с могилами.

Не стоило мне нервно ерзать на и без того неустойчивой ветке... Я сорвалась вниз и уже было потянулась к запястью с новеньким браслетом, но приземлилась прямо в руки лорда Конте.

— Если ты следишь за...

Даже не стала дослушивать его бредовые умозаключения:

— Обычные смертные, как я, тоже могут кого-то оплакивать!

Ненавижу его, просто ненавижу!

Я попыталась вырваться, но он поставил меня на ноги сам и тут же грубо дернул за талию, притягивая к себе. Его губы, жадные, впились в мои. Я лишь замычала в ответ и выставила вперед руки, но сдвинуть с места лорда Конте — это что-то из ряда вон выходящее. Я и сама не заметила, как растворилась в поцелуе, как перестала сопротивляться, начав наслаждаться...

Глупая, глупая адептка. Вся абсурдность ситуации канула в лету. Плевать, что целуюсь со своим же директором, которого едва знаю, но которому уже успела подарить всю себя. Пускай хватаюсь за него, как за что-то светлое, в то время как он предлагает только темную часть себя.

Оторвавшись, он прижался лбом к моему, часто дыша. И все бы ничего, вот только его ладонь несколько болезненно сомкнулась на моем подбородке. Заставив меня вскинуть голову, он заглянул в мои глаза.

В сознании пронеслись все воспоминания после нашей ночи. Как я бродила по его дому, каждая комната, в которую я заглядывала, как он меня прогнал, но как только мы добрались до разговора с Эллохаром, все оборвалось.

Разочарованно меня отпустили.

— Зачем ты... что ты... — пробормотала я, потирая ноющие виски. — Это ведь незаконно!

— Закон подчиняется сильным, Кассандра, — как ни в чем не бывало ответил он.

— Да что с тобой не так?! — закричала я, толкая его в грудь. — Да ты хоть что-нибудь чувствуешь?! Бессердечная ты глыба!

Едва заметное осознание все же промелькнуло в его глазах, но тут же сменилось привычным безразличием.

— Прекрати вести себя как малое дитя. У меня есть задание, которое я обязан выполнить. Я должен был убедиться, что ты не разрушишь мои планы. И что крутишься под ногами не из личной выгоды.

Кручусь под ногами... Так вот, что я делаю все эти дни.

Натянуто улыбнувшись, постаралась звучать ровно:

— Не переживайте, лорд-директор, больше я вам не помешаю...

***

— А где форма А38?

Мой полный разочарования стон пронесся по пристани.

— Какая форма? — на выдохе спросила я.

Уже в тысячный раз пожалела, что решила отправиться в Некрос. Уйти из академии было просто: написала заявление, подсунула под дверь, выкрала свои документы и сбежала еще до построения.

Даррен меня, конечно, убьет. Причем основательно. Но он мне как родной, и на шею я ему не сяду. А до вступительных экзаменов в его школу ждать еще несколько месяцев. Может быть, тогда я и осчастливлю его своей звездной кандидатурой.

Да кого я обманываю? Его адепты зарежут меня в первый же день, а потом с деловитым видом начнут рассматривать мои внутренности, еще и преподавателям покажут.

— И выписка из банковского счёта! — окончательно вернула меня с небес на землю, казалось бы, очаровательная гномочка. Если бы еще не орала, как резаная, то было бы вообще замечательно. — Нет, да вы издеваетесь! Милочка, документы по десять дней собирают, а вы что-то про Четвертое королевство бормочете! Всего кошмарного!

Она покрутила пальцем у виска и грубо закрыла окошко.

— На кой черт тебе сдалось это Четвёртое королевство? — за спиной раздался знакомый голос.

Обернувшись, окинула лорда Конте недоверчивым взглядом. Одет он был небрежно, волосы — влажные, а сам — уставший. Совсем на него не похоже. Обычно он выглядит по меньшей мере безупречно.

— Климат нравится, — съязвила я. — Что вы здесь делаете?

— Прочитал твое заявление. Ну как прочитал... С твоим почерком понял только половину, но суть уловил, — поморщился он. — А теперь, если ты вдоволь наигралась, мы возвращаемся в академию.

Воинственно отступив назад, не менее воинственно заявила:

— Нет.

— У меня нет времени на твои капризы.

***

— Подписывай! — рычал лорд Конте.

— Не буду! — орала в ответ.

— Ты подпишешь! Как миленькая подпишешь!

— Катись в Бездну!

А подписать, собственно, я должна была заявление о принятии обратно в академию.

— Не выводи меня, Кассандра!

— Да чтоб тебя тролли сожрали, глыба ты ледяная! Вместе с твоим чертовым заявлением!

Он отшвырнул стол — единственную преграду между нами — с такой силой, что тот, врезавшись в стену на своем пути, обернулся щепками. Я почувствовала себя совсем неуютно, оставшись сидеть на стуле.

Но проблема решилась сама собой: подписывать теперь оказалось нечего.

Пока я корила себя за трусость и неспособность разукрасить личико нового директора, тот почему-то улыбался.

Не удержавшись, спросила:

— Что это с тобой?

— Со мной? — нервно рассмеялся он. — Тьмой клянусь, Кассандра, ни одна живая душа не выводила меня из себя так, как ты!

— И это... хорошо? — с сомнением протянула я.

Ну не выглядит так расстроенный чело... темный лорд.

— Еще не решил. Но точно интересно.

Стоило бы промолчать, но, думаю, мы оба уже давно уяснили, что это не моя сильная сторона:

— Ты псих...

— Сказала подруга принца Хаоса и подопечная Первого меча империи.

— Лучшая, — поправила я, — лучшая подруга.

— Да хоть любовница, Кассандра, меня это не волнует. Никакого Некроса, — безапелляционно заявил лорд Конте. — Или других учебных заведений. Либо ты идешь утром на занятия, либо я отвожу тебя туда за ручку, как маленького ребенка.

Закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, воскликнула:

— А я нарушу кодекс академии!

— Будешь драить туалеты, — безразлично пожал плечами он.

— Лорд Конте! — взвизгнула я.

Одно движение, и я в его руках, а стул — у наших ног.

— Если ты уходишь из-за меня — брось эту затею, — тихо проговорил он, заправляя за ухо мою выбившуюся из прически прядь. — Через пару недель меня здесь уже не будет.

— Почему?

Кусая губы, затаила дыхание в ожидании ответа.

— Потому что я докопаюсь до истины. Если уже не докопался.

Не хотелось, чтобы меня отпускали. В его объятиях было так... уютно. Сразу забывались все невзгоды и обиды. Не знаю, как эта глыба, но я таяла.

Думала о нем, его глазах... руках, блуждающих по моей спине. Но этого я, конечно, не скажу. И ни за что не признаюсь, что за одну ночь сумела безнадежно влюбиться. Это невозможно, это не поддается объяснению.

Мягко вырвавшись, отступила к двери. В проеме столкнулась с лордом Тьером. Тот снова одарил меня одним из своих грозных взглядов.

— Всего кошмарного...

— Кассандра, — окликнул меня лорд Тьер.

Но я не оглянулась. Это стало бы самой большой ошибкой в моей жизни. Ведь он, словно Даррен, умел читать между строк. И уже все понимал...

***

Пускай несколько обещанных недель не прошло, а всего лишь пару дней, лорда Конте я не видела. Иногда мне казалось, что видели все, кроме меня.

Испытала ли я облегчение? Нет. Началась бессонница. Что бы я ни делала, что бы ни пила, сколько бы раз ни ходила в лазарет, ничего не помогало. Следом пропал аппетит. Эта вечная вялость, усталость, слабость...

Даррен то и дело присылал записки, но на все предложения встретиться я неизменно отвечала отказом. А его подарки в виде угощений раздавала худющим адептам.

Однажды я все же столкнулась с лордом Конте в коридоре, пока мечтала доползти до комнаты и... мечтала о нем. Он взволнованно размахивал руками, о чем-то говорил, но я не могла разобрать ни слова. Стены вокруг меня будто бы сжимались, спасительный воздух покидал легкие, и я начала оседать на пол.

Помню лишь крепкие руки, что уберегли меня от падения... и беспросветный мрак.

***

Извечный холод, волнами исходящий от лорда Конте, на несколько мгновений сменился пронизывающим теплом. Леон не только усадил меня на мягкий диван в своей гостиной, но и укутал то ли в плед, то ли шкуру.

И все же я воспротивилась, когда он нагло стал стягивать с меня мой же браслет!

— Мне нужна жена Эллохара, она занимается этим делом.

Если бы мне не было так паршиво, возможно, я бы и поинтересовалась, о каком деле речь, но я только слабо кивнула и позволила ему беспрепятственно снять украшение.

Вскоре справа от меня устроилась Найриша, сразу же приступая к осмотру, а слева — Дэя. Жена лорда Тьера пыталась выглядеть невозмутимо, но то и дело нервно кусала нижнюю губу.

— Тебе нельзя волноваться, — шепотом напомнила я, кивнув на ее выпирающий животик.

— Вы с Рианом случайно не родственники? — криво усмехнулась Дэя. — А то эту фразу я слышу чаще, чем пожелание кошмарного утра.

Лорд Тьер, блеснув преотличным слухом, тут же обернулся.

— Кошмарного утра, родная, — иронично бросил он и вернулся к разговору.

К слову, говорил он с Дарреном и лордом Конте. Знать бы еще о чем, но эти трое озаботились пологом тишины.

— Никогда не видела его таким встревоженным, — шепнула мне на ухо Дэя, на этот раз опасаясь, что троица нас услышит.

— Тьер всегда беспокоился об адептах, даже если они сами об этом не знали, — слабо улыбнулась я.

Так и не открывая глаз, Найриша ответила:

— Она про того, неразговорчивого.

— Лорд Конте? Эта ледяная глыба?

Дэя неодобрительно покачала головой. Если она хотела, чтобы мне стало стыдно, то это вышло у нее на ура.

— Лорд Конте и лорд Эллохаром не ладят от слова «совсем». Но раз уж Конте снизошел до разговора, значит, он действительно волнуется, — тихо-тихо проговорила она.

— Почему не ладят?

Дэя лишь пожала плечами, говоря:

— Он и Риан были сокурсниками. Наверное, что-то произошло в Эллохаровской школе.

Внезапно полог слетел, а Даррен уверенно направился ко мне.

— Нет, Эллохар, ты ее не забираешь! — процедил лорд Конте.

— Нет? — притворно переспросил принц Хаоса, не оборачиваясь. — Сейчас и проверим.

— Рэн, — грозно проговорил Тьер.

— У тебя нет права голоса! — рыча оборвал его Даррен. — Если двое Бессмертных не могут защитить одну адептку, которую я по глупости вам доверил, то делать ей здесь нечего!

— Ты преувеличиваешь.

— Я?! — рассмеялся он, но у меня от этого смеха кровь стыла в жилах. — Вероятно, тогда преувеличиваешь и ты, раз Дэя внезапно полностью переходит на домашнее обучение.

— Что?! — воскликнула она, резво подпрыгнув с дивана, что было весьма странно при ее сроке. — Но, Риан, ты же обещал!

— Да чтоб у вас всех был Дэйкин легендарный острый понос! — крикнула я. — У меня болит голова, а вы, похоже, решили устроить состязание, от кого она у меня лопнет!

Дэя с Найришей сверлили взглядом своих мужей, без слов говоря, что тем пора бы поумерить пыл. Ну а я в упор смотрела на лорда Конте, молчаливо умоляя его не бросать вызов принцу Хаоса.

Ледышка в два шага оказался рядом со мной, подхватил с дивана и двинулся к лестнице. Машинально обвила его шею руками, но уже осознанно прижалась к его груди.

— Ей нужно отдохнуть. А вам — уйти, — ледяным голосом произнес Конте.

Сквозь зубы Даррен ответил:

— Разговор не окончен.

— Ты сам знаешь, что со мной ей будет лучше.

Эллохар закатил глаз. Но, когда Найриша сжала его ладонь, сдался и нехотя кивнул. Мы тут же обменялись взглядами. И он постучал пальцем по запястью, как бы говоря, что будет рядом через браслет.

Сердце защемило. Плевать на плохое самочувствие... так чертовски приятно, когда рядом кто-то есть!

— Спасибо, — одними губами прошептала я.

Лорд Конте старался не смотреть на меня, пока куда-то нес. Наверное, легче было бы использовать портал, но я боялась задавать лишних вопросов. Казалось, еще мгновение, и он отправит меня обратно в мою комнату.

— С целительской точки зрения ты здорова, — вдруг нарушил тишину он.

— Я труп, и мне нужен некромант, — простонала ему в шею. — Такое ощущение, что по мне проехался экипаж, а потом развернулся и проехался снова. А потом по мне пробежался гоблин, следом гном уронил мешок золотом прямо сюда, — ткнула себя в лоб, где болело больше всего. — А потом меня выронил летящий дракон, а приземлилась я в болото, меня засосало и...

— Кассандра, ты невыносима, — без злости сказал лорд Конте.

— Ну, из гостиной ты меня вынес феерично.

Я бы даже посмеялась над своей же шуткой, если бы не закашлялась до хрипов.

Лорд Конте бережно уложил меня на уже знакомую кровать и даже заботливо подоткнул одеяло. Как мило... могло бы быть, если бы меня не затошнило от горизонтального положения.

— Скажи мне, что со мной, — тихо попросила.

Но никак не ожидала услышать:

— Я не могу дать тебе ответ.

— Почему? — встревоженно спросила я.

— Потому что я не знаю, Кассандра.

Он вел себя отстраненно, будто сам не мог поверить, что чего-то не знает.

— Леон... — уверена, что обернулся уходящий лорд только из-за того, что я позвала его по имени, — пожалуйста, не уходи... Пожалуйста...

Лорд Конте замер в дверном проеме, не зная, как поступить. Но уже вскоре решительно направился ко мне. Стянул с себя рубаху и в одних штанах забрался на кровать.

— Спасибо... — краснея, ответила я.

— Мне нужно встретиться с тем, кто мог бы нам помочь. Поэтому засыпай.

Без слов прижалась к нему, положив голову на плечо. И едва не замурчала, когда он нежно погладил меня по волосам и пропустил несколько прядей сквозь пальцы. Таким он был в ту ночь — настоящим. Без маски ледяной глыбы.

Не знаю, зачем, чуть приподнявшись, я прижалась к его губам своими. Слабость брала верх, но так хотелось почувствовать себя ему нужной. Чтобы он не прятался за своей холодностью, не отталкивал меня, чтобы... чтобы я была для него больше, чем адептка или девушка на одну ночь.

На удивление, Леон не отстранился, а напротив, обвил меня руками, притягивая еще ближе. Но в одночасье волшебство испарилось. И он осторожно отпустил меня, прежде чем оставить на лбу невесомый поцелуй.

— Прости, — тихо-тихо шепнул он, ища своей ладонью мою. Наверное, и не желал, чтобы я услышала. — Ты заслуживаешь большего.

— Но что, если я хочу тебя?.. — пробормотала, и глаза закрылись против моей воли.

***

Леон

Что бы мы ни делали, каких бы целителей ни нанимали, адепты дохли как мухи. Они умирали слишком быстро, еще до того как мы успевали выявить заболевших. При вскрытии тел найти причину смерти не удавалось. Все они были абсолютно здоровы.

Кассандра стала первой, кто не умер в тот же день, но и ей становилось с каждым часом все хуже.

Касаясь ее горячего лба, чувствовал, что снова бессилен перед лицом смерти. Но черта с два я дам ей умереть.

— Тебе больше не будет одиноко... — прошептал, сам не зная, что задумал.

***

Кассандра шла по побережью в белом развевающемся по ветру платье. Ее небольшая по сравнению с моей ладонь легла мне на локоть. Уже давно стемнело, но ее широкая улыбка озаряла все вокруг.

— Леон, ты чувствуешь?! — воскликнула она, махая свободной рукой.

— Чувствую что? — спросил насмешливо.

— Этот запах... соли... моря!

Передернул плечами. Я вырос у моря. Для меня этот запах — не новость, для меня это — обыденность.

Кассандра тут же насупилась.

— Какой же ты скучный.

Мгновенно перекинул ее через плечо и побежал навстречу волнам. Она завизжала так, что едва не заложило уши, пыталась сопротивляться, но я все-таки затащил ее в воду.

Кассандра, словно обезьянка, обхватил меня ногами и руками.

— Скучно? — лукаво поинтересовался, пока она обеспокоенно озиралась по сторонам.

— Я... я не умею плавать, — сдавленно пробормотала Кассандра, прижимаясь еще сильнее.

— Я держу, — ответил уже без тени веселья. — Не бойся.

Ее дрожь постепенно сошла на нет, а дыхание выровнялось.

— Ну, покупались и хватит, — закусив губу, сказала она.

Поняв намек, поудобнее ухватил ее под бедра и понес обратно. Но едва я поставил ее на песок, она отшатнулась, а в ее глазах промелькнуло недоверие.

— А как мы здесь оказались? Мы же... Ничего не понимаю.

Тяжело вздохнув, заставил себя улыбнуться. Ведь ей это так нравилось.

— Отдыхай, — шепнул я, ускользая из ее сознания.

Резко сел на кровати, на которой спала Кассандра.

Иллюзия оказалась недостаточно качественной, и девчонка почти сразу меня раскусила. Неужто старею?

***

Кассандра

Обычно в ресторациях я бывала разве что с Дарреном и Найришей. Бедные студентки одни в такие заведения не ходят, но сегодня был особенный день...

Не столько меня впечатлил зарезервированный лордом Конте отдельный кабинет, сколько преподнесенный им букет. Их аромат кружил голову, заставляя сердце трепетать, как никогда раньше.

Я была счастлива. Так счастлива, что боялась разрушить идиллию.

— Леон, я умираю, — простонала я, рассматривая самого необыкновенного мужчину предо мной.

Непринужденная улыбка почему-то вмиг сползла с его лица.

— Что ты сказала? — пробормотал он.

— Умираю, — повторила я, — от голода!

Леон нервно рассмеялся, избегая моего взгляда.

Нет, у него и раньше были довольно странные реакции. Эмоциональные блоки исчезают с трудом. Но то, что происходило сейчас, настораживало.

— Леон... Что-то не так?

Нас прервал неожиданно появившийся официант. Юноша аккуратно расставил тарелки, наполненные чем-то, что раньше видеть мне не доводилось, но вкусу Леона я доверяла.

— А вот и еда, — подмигнул он мне и взялся за нож и вилку.

Последовав его примеру, невольно засмотрелась на левое запястье. Как странно... я ведь никогда не снимала браслет Даррена. Куда же он мог запропаститься?

— Ты же была голодна, — голос Леона выдернул меня из размышлений.

— Я, кажется, потеряла браслет Эллохара...

— И? — не придал этому значения он. — У тебя есть я. Тебе больше не нужны его порталы.

Неужели он и впрямь не понимает?!

— Это браслет Даррена! — воскликнула громче, надеясь, что Леон наконец осознает его ценность.

— Каждый раз одно и то же, — процедил он. — Впрочем, мне и так уже пора.

***

Леон

Прошел уже месяц. Кассандра по-прежнему спала. Но стоит вывести ее из стазиса, как она умрет на следующий день.

Да, возможно, моя идея, позволить ей прожить счастливую жизнь хотя бы во сне, могла показаться кому-то фанатичной. Например, Эллохару. Но даже тот меня поддержал.

Я не знаю. Не знаю, почему мне так отчаянно не хотелось, чтобы она умирала. Сперва я думал, что все из-за чувства вины — если бы я не отдалился, не выгнал бы ее из своего дома, не избегал бы, то я бы сразу заметил. Ее бледное лицо, которое обычно всегда было раскрасневшимся, ее усталость, вместо ненормальной энергичности, да каждую деталь. Но вскоре я понял, что этого мало. Этого чувства недостаточно, чтобы подарить ей целую жизнь... пускай и нереальную. Есть что-то еще.

Странно, когда тебя тянет к твоей полной противоположности. Еще страннее, когда она не отпускает тебя ни в мыслях, ни во снах, ни при свете дня. Она во всех лицах. То Тьер напомнит о ней, то Дэя, придерживая двумя руками живот, пройдет по коридору, то Эллохар снова выкинет какой-то фокус, то преподаватель придет расспросить про очередную работу. Видите ли, ему срочно нужен какой-то, Тьма его, доклад, чтобы закрыть семестр, а то, что Кассандра при смерти — это ведь сущие пустяки.

— Ты всю жизнь проведешь с ней во сне? — отвлек меня от не самых радужных размышлений Тьер.

Не скрывая безразличия, ответил:

— У тебя с этим какие-то проблемы?

Он бросил на меня ледяной взгляд, но подобные его жесты меня не цепляли. Лед на лед — получится снова лед.

— Да. Твоя несобранность, невыполнение обязанностей...

Резко поднявшись, я обхватил его за горло, не давая договорить.

— Мне напомнить тебе о твоей несобранности? Напомнить, сколько раз ты рисковал ради своей человечки? Теперь будешь учить меня? — прорычал я.

Тьер только рассмеялся, отталкивая меня. Сопротивляться я не стал. Еще в школе Эллохара мы выяснили, что можем вести поединок часами — пока не надоест. Все равно, что драться с собственной тенью.

— Кто бы мог подумать, что адептка сумеет растопить твое ледяное сердце, — фыркнул Риан. — Не помню, когда ты в последний раз выходил из себя.

— Рад, что для тебя это какое-то цирковое представление, — от души похлопал в ладоши.

Его ухмылка сошла на нет, возвращая привычную серьезность.

— Она хотя бы знает, что ты делаешь?

— Нет, — мрачно ответил я. — Еще не придумал, как бы помягче объяснить: «Прости, ты умираешь, поэтому я решил вторгнуться в твое подсознание и каждый день врать».

— Может, ей и не стоит знать... — пожал плечами он.

— Вечно правильный Тьер одобряет ложь?

— Только ту, что во благо, — поправил он меня. — Все лгут, Леон. Просто кто-то делает это умело, а кто-то — как Дэя.

— Опять сбежала в контору?

Тьер недобро усмехнулся:

— Еще спрашиваешь?

— Кажется, у твоего отца были прекрасные гончие, — прозрачно намекнул я.

Риан благодарно похлопал меня по плечу.

— А это идея.

***

Сегодня Кассандра, как обычно, сидя у меня на коленях, тараторила быстрее, чем я успевал понять из ее сбивчивой речи хоть что-то. Но я, снова с этой глупейшей улыбкой, поглаживал ее светлые, как лучи солнца, волосы. Девочка лета, что растопила айсберг.

— Эй, ты меня слушаешь? — обиженно буркнула Кассандра.

— Стараюсь, — касаясь костяшками ее щеки, ответил.

Перестав дуться, она обняла меня за шею, прижимаясь всем телом.

— Я скучала. Куда ты постоянно уходишь? Много работы, да?

Извечный вопрос, побуждающий лгать. Пока все идет гладко, пока Кассандра не замечает каких-то деталей, она живет как обычно. Посещает академию, общается с теми, кто ей близок, а ночи проводит со мной. Она, конечно, не знает, что нет никакой академии, а Эллохар с женой в ее снах — всего лишь ее преобразованные воспоминания. Настоящий разве что я.

Иногда мне приходится резко вынырнуть из небытия. А каждый раз менять направление ее мыслей — чревато. Это лишь сильнее запутает ее и подвергнет опасности. Меньше всего сейчас мне нужно, чтоб ее подсознание восприняло меня как угрозу и отвергло.

Когда пауза затянулась, Кассандра резко отстранилась.

— В чем дело? — спросил я, не давая ей подняться.

С минуту она молчала, чтобы затем огорошить:

— У тебя кто-то есть?

Глаза ее тотчас увлажнились, нижняя губа задрожала.

— Что? — удивился я.

Мне и в голову не приходило, что мое отсутствие она спишет на это.

— Есть, — сказал я, стирая проворные дорожки слез. — Ты, Кассандра. Пока еще ни одной девушке не удавалось увлечь меня так, чтобы я остался с ней больше, чем на одну ночь.

— Меня ты выгнал, — то ли усмехнулась, то ли всхлипнула она.

— Я извинился.

— А я простила, — прошептала Кассандра, прежде чем оставить легкий поцелуй на щеке. — Я люблю тебя, Леон.

Я вздрогнул. Раньше слышать подобное мне не доводилось. Разве что от помешанных на мне женщин, но те не любили, нет, просто пытались привлечь внимание.

А мне и не нужна была ничья любовь. Но Кассандра... Я бы солгал, сказав, что не испытывал того же.

Она смутилась и, отведя взгляд, прошептала:

— Извини, я просто...

Мягко обхватив ее за подбородок, заставил взглянуть на себя, чтобы тут же пустить по все тяжкие:

— Тогда выходи за меня.

Она вытаращилась на меня, будто увидела дикого зверя. Возможно, решение было поспешным, но за свою довольно долгую жизнь я еще не встречал женщины, которой захотел бы сделать предложение. И упустит такой шанс разве что дурак.

Прознав, что Тьер женится на человеческой девушке, еще и адептке Тьмой забытой академии, я только удивленно нахмурил брови. Дело было не мое, но в их союз я не верил. Считал, что через пару жарких ночей интерес Риана к ней пройдет сам собой, но, увидев их вместе, понял, что ошибся.

Я не хотел, а может, просто не смел надеяться, что когда-нибудь и в моей жизни появится девушка, способная одной улыбкой вскружить мне голову.

— Ты хочешь на мне жениться? — недоверчиво переспросила Кассандра.

— Ты любишь меня, я... люблю тебя, — признавшись, тут же ощутил легкость, которой не было уже несколько десятков лет. — Ты разговорчива, да, но за едой не болтаешь, вещи не разбрасываешь, мой рабочий стол не трогаешь. Не чавкаешь. И не...

— Леон! — прошипела она, хлопнув меня ладонью по груди.

Я нахмурился, силясь понять, чем успел разозлить Кассандру, и мягко обхватил ее запястье.

— Это же комплимент.

Она закатила глаза, а ведь точно знала, как я не люблю этот жест.

— Тогда я боюсь услышать о своих недостатках.

Без задней мысли пожал плечами и продолжил:

— Ну меня весьма раздражают твои светлые волосы на моих черных рубашках, — пускай и во сне. — Твоя безответственность к образованию просто поражает. А этот почерк... Да и, Кассандра, где такое видано, чтобы вещи складывались не по цветам? У тебя даже книги в не алфавитном порядке. А еще... — оссекся я, увидев, что лицо невесты перекосило. — Да ты же сама спросила!

Все решило кольцо. Его нельзя назвать выдуманным. Оно действительно было — лежало в ящике стола. Я купил его еще три недели назад в надежде, что она очнется здоровой и примет его. Но Найрин наряду с другими целителями до сих пор безуспешно трудилась над сывороткой.

Кольцо Кассандра рассматривала полчаса, не меньше.

— Ты любишь украшения? — догадался я.

Озорная улыбка заиграла на ее лице.

— О-бо-жа-ю!

Никогда не видел даже сережек в ее ушах. Стоит исправить это досадное упущение.

Но вдруг Кассандра резко сникла.

— Что не так? — нахмурился я.

Такой перепад настроения мне не понравился.

Со вздохом она ответила:

— Ты темный лорд...

— Поверь, я знаю.

— А я полукровка, — безрадостно продолжила Кассандра. — Мой род вымер, и у меня ничего нет. И вряд ли когда-то будет. И...

— Я из деревни, — усмехнулся, перебив ее. — Моя мама сбежала со мной от мужа-тирана. Затерялась в небольшом городке на окраине. То, что я имею сейчас... всем этим я обязан магии и ордену. Когда-то мама и вправду была довольно богатой леди, но в последние годы мы ели разве что черствый хлеб. А что стало с твоими родителями?

Она вздрогнула от моего вопроса, и я обнял ее крепче.

— Межклановая война... — не сразу ответила Кассандра. — Они вырезали всех. Мне было шестнадцать, и я отправилась на помолвку моей лучшей подруги. А вернулась... На меня открыли охоту. Одна я бы не смогла дать отпор. Стоило с честью умереть, но... как видишь, я струсила. Я позор семьи.

— Это не так...

— Это так, Леон, — горько усмехнулась она.

— Ты была ребенком. Ты бы хотела, чтобы твой ребенок бросился на меч? — Кассандра замерла, не зная, что сказать. — Вот и ответ.

Мы еще долго так сидели, предаваясь воспоминаниями о прошлом. И смеялись, и скорбели, но вместе.

— Так ты станешь моей женой? — спросил я, когда историй о детстве больше не осталось ни у нее, ни у меня.

— В эльфийских традициях? —заговорчески прошептала она.

— Да хоть в гномьих.

С широченной улыбкой Кассандра заявила:

— Тогда я твоя, пока смерть не разлучит нас.

— Не разлучит, — произнес он уверенно.

***

Пару дней спустя...

Кассандра

Я с трудом разлепила тяжелые веки. Голова гудела, в горле пересохло, все тело ныло как после двух полноценных тренировок.

Еще секунду назад я сидела на паре, вполуха слушая нудную лекцию, а сейчас лежала на нашей с Леоном кровати.

— Как ты себя чувствуешь? — тут же послышался его обеспокоенный голос.

— Что произошло? — приподнявшись на локтях, спросила я. — Ты открыл портал? Или я упала в обморок? Бездна, ничего не понимаю.

Но по мере того, как я слушала объяснения Леона, я все больше жалела о своем вопросе. Бездна, мне уже не хотелось этого знать.

— Ты сошел с ума... — в ужасе прошептала я.

В его глазах читалось непонимание. Похоже, он рассчитывал на другую реакцию.

— Бездна... да ты же врал мне целый месяц. Каждое воспоминание, Леон... Ничего ведь не происходило, да? Ни лекций, ни встреч с Дарреном, даже помолвка...

— Кассандра, послушай...

— А я ведь на самом деле поверила, что ты меня... любишь, — пробормотала я, пытаясь справиться со слезами.

Едва он потянулся ко мне, я сжала браслет и перенеслась к Даррену.

***

Уже неделю я пряталась в покоях, что выделил мне Даррен. Мне не хотелось ни с кем разговаривать... и никого видеть.

Иногда он все же заходил, чтобы заставить меня поесть, бросался угрозами, что лично заставит меня проглотить все до последнего кусочка. Вот и сегодня он что-то рассказывал, но я лишь без интереса рассматривала собственные колени.

Неожиданно Даррен мягко приобнял меня за плечи. Да подобной нежности он опускался довольно редко.

— Все ошибаются, — вдруг сказал он, и на этот раз я его услышала.

— Ты газету читал? — дрожащим от слез голосом спросила я.

Рэн нахмурился.

— Какую?

Нехотя кивнула на прикроватный столик. Даррен тут же подхватил ее и пробежался глазами.

За эту неделю я успела о многом подумать. Например, о том, что ошиблась все-таки я, а не Леон. Разве я позволила бы ему умереть? Не поступила бы так же на его месте? Он дал мне шанс быть счастливой... хотя бы во сне. Дал мне то, в чем я так нуждалась... Любовь.

Вчера я надела одно из лучших платьев, подаренных Найришей, соорудила замысловатую прическу и даже опробовала яркую помаду. Отродясь не пользовалась косметикой, но хотелось выглядеть для него совершенно. Но на другие тюбики терпения не хватило, уж очень хотелось увидеть Леона.

С бешено бьющимся сердцем я уже продумывала, как побегу к Даррену и попрошу его отправить меня к Леону. Но вдруг на стол с потолка свалилась свежая газета... Взгляд сам зацепился за обложку.

Леон стоял в обнимку с какой-то изысканной леди. Бездна, да она превосходила меня во всем. И явно умела краситься лучше моего. Мучая саму себя, я с десяток раз прочла статью, ставшую мне ненавистной. И, кажется, уже помнила ее наизусть.

Рэн щелкнул пальцами, и газета обратилась в пепел.

— Нам с тобой приписывали роман десятки разных государств, золотко. Иногда пресса просто пресса. И слухи — просто слухи. Да и стал бы он взламывать мою защиту как раз на том уровне, где я спрятал тебя? — негодующие всплеснул руками он.

— Он что?! — вскричала я. — Но почему ты...

— Почему не пускаю? Да так, решил проверить защиту дома. Придется менять, — пробормотал он и исчез.

В то же мгновение из тени шагнул Леон. Выглядел он уставшим и совсем не безразличным... Наверное, впервые он смотрел на меня так, будто я представляла для него величайшую ценность.

Сама не понимая, что делаю, спрыгнула с кровати и бросилась к нему.

— Мне так жаль... мне очень-очень жаль, — все шептала я, прижимаясь к его груди, вдыхая родной запах.

— Думал, что ты зарядишь меня вазой, — хрипло произнес Леон, зарывшись в мои волосы. — Ну или хотя бы пошлешь к Бездне.

— Если все, что я вычитала о тебе в газете, — правда, то не нужна никакая ваза, тебя просто убьет Эллохар, — нежно прошептала.

Ну а что? Иногда своими связями стоит пользоваться во благо.

— Что бы я еще хоть один проклятый раз придержал падающую женщину, — сокрушался Леон. — Это странное создание запнулось об собственные юбки. И, наверное, проехалось бы носом по сырой земле.

— Ну подумаешь, — пожала плечами я, — грязевые маски полезны.

— Согласен, — кивнул он, и мы дружно рассмеялись.

Уже не хотелось истерить и устраивать сцен. Но мне нужен был лишь один честный ответ...

— Это была лишь игра воображения... или ты вправду был там?

— Все, что происходило вокруг тебя, было основано на твоих мыслях, желаниях. Кроме меня. Я был там по своей воле. Я хотел провести с тобой жизнь, пускай и во сне. Нам ведь было хорошо, разве нет?

Я знала, что сейчас ему было тяжелее, чем мне. Он не умел говорить о чувствах. Или, скорее, не хотел. Привык жить в своей холодной пещере.

Кусая губы, я судорожно обдумывала все варианты. А разве они были? Я уже не представляла, как могу проснуться одна, как могу вернуться в свою комнату в академии.

— Чур я выбираю торт! И никаких свадебных конкурсов! — заявила я.

Леон замер и недоверчиво переспросил:

— Значит, ты все еще согласна?

— Ты любишь меня, я люблю тебя. Нет, ну ты, конечно, молчалив, — с притворной грустью вздохнула я. — И есть приходится в тишине. Но зато ты убираешь мой беспорядок. И делишься своими рубашками.

Он тепло улыбнулся.

— Про недостатки стоит спрашивать?

— Патологический лжец и бесчувственный чурбан, — обиженно вздернула носик и отвернулась.

— Я был... более обходителен, отвечая на подобный вопрос из твоих уст.

— Небывалая удача. Обычно происходит наоборот. Так ты кольцо собираешься на палец надевать? Оно само туда не запрыгнет, — все так же буравя стену, намекнула я.

Сперва меня пылко поцеловали, а затем Леон опустился на одно колено и, протянув ладонь, в которой уже сверкало то самое колечко, что он подарил мне во сне, спросил:

— Ты станешь моей женой?

— А во сне ты так не делал, — нахмурилась я.

Впервые Леон позволил себе закатить глаза.

— Я знал, что ты испортишь момент своими разговорами.

— Да что? Я же просто...

— Кассандра, ради всего святого, просто скажи, что согласна, — полусмеясь, попросил он, заключая мой стратегически важный палец в плен и нагло надевая кольцо.

— Согласна, но никаких детей! Я хочу работать!

— Ну, леди Дэя тоже так говорила... — невозмутимо пожал плечами он и, не дав мне завести очередной спор, накрыл мои губы своими.

***

Год спустя...

Больше адепты не болели, и академия процветала уже с новым директором — женщиной. Вот только этой с виду милой девушке решался перечить разве что бесстрашный самоубийца.

Именно она и ввела трехступенчатую проверку адептов на входе. Оказалось, что один из первокурсников по незнанию пронес смертоносный кинжал, что ему с гордостью вручил отец. Его расе масло для лезвия, источающее редкий яд, не вредило вовсе, а вот полукровок с врожденным ослабленным иммунитетом подкосило знатно. Ладно еще мы, а вот человеческие особи не проживали и дня.

Дэе повезло, что она, памятуя о ревности мужа, держалась от парней подальше. А вот я желанием сброситься на подарок Тьеру чуть не умерла.

С тех самых пор Леон обвешал меня украшениями и нагло врал об их скрытых свойствах. Конечно, я знала, что это были защитные артефакты.

А сегодняшний день я запомню на всю жизнь.

Склонившись над детской кроваткой, я хохотала до слез, но никто не мог понять, почему.

— Кассандра? — неуверенно позвала меня Найриша.

— Да ты видела своего сына? Он же копия Даррена! Это просто невероятно! Бездна, да он даже хмурится так же! Мол, сейчас вы все тут сдохнете! Сейчас я вас к своим адептам отправлю! Да, малыш?

Он согласно улюлюкал и захватил мой палец в плен.

— Ну и каково это быть отцом? — улыбаясь, спросила у внезапно подошедшего Даррена.

Он нервно передернул плечами.

— Миры Хаоса захватить легче, чем уложить спать это чудовище.

— Не обманывай, — укоризненно покачала головой, — посмотри, какой он милый!

— Так он просто хочет клычки о твой палец поточить, вот и подлизывается.

— Какие клыки?! — вскричала я, отскакивая от младенца.

Даррен усмехнулся и уже сам подошел к сыну, чтобы бережно взять его на руки.

— Мне тут одна птичка напела... — заговорчески начал он.

Но я тут же его поправила:

— Крылатая Найрин.

— Пускай Найрин, — легко согласился Рэн и покосился на мой пока еще плоский живот.

— Убей Леона, пожалуйста, — простонала я. — Меня только повысили из «подай-принеси» в дежурную целительницу.

— И у тебя еще целых девять месяцев, чтобы быть дежурной целительницей.

Охнув, схватилась за сердце, спрашивая:

— На чьей это ты стороне?

— Я хочу племянницу, — расплылся в улыбке он и снова многозначительно взглянул на мой живот. — Или ты не рада?

Тяжело вздохнула.

— Я не... Я... Я знаю о них, — ткнула пальцем в сына Рэна, — в научном плане. Хотя вон, даже клыков не предвидела. Но я не знаю, как быть...

— Матерью, — подсказал он, кивая. — То же самое ты говорила в день свадьбы, когда всерьез решила выпрыгивать из окна. То же самое ты говорила в первый день работы в госпитале.

Склонив голову набок, хмуро протянула:

— Намекаешь на то, что я трусиха?

— Намекаю на то, что стоит дать себе шанс.

***

Дома мужа я встречала не горячим ужином и не сладким поцелуем, а вопросом, мучавшим меня весь день:

— А у тебя в родословной нет... клыкастеньких?

— Что? — нахмурился он, застыв на пороге. — Понятия не имею.

Обычно, еще завидев его в дверях, я бежала к нему сломя голову, но сегодня лишь разглядывала издалека.

— Может, ты подойдешь? — в своей привычной манере «намекнул» Леон.

— Может, и подойду, — согласно кивнула я и двинулась к нему навстречу.

Просто боялась, что через объятия он почувствует мою дрожь.

Но Леону надоело ждать, и он настиг меня куда быстрее. Обнял мое лицо руками, с тревогой всмотрелся в глаза и спросил:

— Все в порядке?

Вздохнув, мягко переместила его ладонь с моей щеки на живот.

— Молись, чтоб не было клыкастеньких...

И пока муж пребывал в полнейшем шоке, я приподнялась на носочки и нежно поцеловала его в губы, не переставая думать о том, как сильно счастлива.