Истинный для попаданки

Глава 1

Человек в сером капюшоне шёл к порталу. Тихая и спокойная улочка. С одной стороны — небольшие домики и яркие цветы на клумбах. С другой — узкая мостовая, вплотную построенная к высокой серой стене. На самом верху её поблёскивали синие искры.

Обычный человек увидит колючую проволоку. Маг — тёмный купол, отделяющий мир людей, от мира той стороны. Сфера поднималась до самых небес, ограждая людей от их кровожадных собратьев. Отойдя дальше по мостовой, человек поднёс ключ к порталу в стене. На минуту всё заволокло дымкой, а потом стена вернула прежнее состояние. Опять не подошёл. Парень от злости пнул камень.

Времени у него всё меньше. Скоро они начнут новую охоту. Надо искать того, кто активирует ключ. И пока есть время вытащить ту, ради которой он так долго пытается открыть портал в это гиблое место. Она ещё не знает, какие опасности поджидают её на пути…

***

Я вытерла пыль с оставшихся полок и побрела в кабинет к миссис Лавин. Вот уже год, как мне повезло работать подмастерьем у вдовы, помогая ей с лавкой. Я искренне считала, что в отличие от многих мне повезло с работой.

— Миссис Лавин, я закончила, — остановившись на пороге кабинета начальницы, я заглянула внутрь.

— Как, уже? Ты как огонь, Софи, раз — и уничтожила всю пыль в лавке.

В ответ я лишь немного замялась.

— Можно мне уйти сегодня пораньше? Такая хорошая погода…

— Я думаю, ты заслужила поощрение, — женщина улыбнулась и махнула рукой.

Место, в котором мы живём, природа не балует хорошей погодой. Иногда, в своих мечтах я воображала о том, как открываются ворота в мир людей. Вокруг яркие краски, голубое небо и синее море. Хотя, многие считают, что это всего лишь миф. А у стены, ограждающий нас, от мира людей, и вовсе никого не встретишь.

Когда я была малюткой, то часто сбегала из приюта к стене. Воображала, что родители не умерли, не бросили меня, а лишь ушли в портал и не могут вернуться. Сидела и терпеливо ждала их. Но всё напрасно…

Я осталась одна ещё во младенчестве. Приютов в Аркадии хватало.

Малое количество магов создавали семьи, предпочитая жить в одиночестве. Если рождались дети, нередко их оставляли на крыльце детского дома и спокойно уходили. Старая няня в приюте рассказывала нам, детям, что многие маги погибли на войне.

А некоторые не смогли вернуться с той стороны. Я не единственный приютский ребёнок, кто мечтал встретить родителей, но годы шли, и мечты сменились реальностью и вопросом выживания.

Как и любой сиротке, мне полагалась небольшая комната. В ней были: узкая кровать, умывальник, стул и тумба. Из вещей у меня осталось только два комплекта сменной одежды. Каждого ребёнка из приюта в восемнадцать лет отселяли в свободную комнату в городе и подыскивали работу.

Я устроилась к миссис Лавин в её чудесную лавку. Хозяйка была доброжелательной, что само по себе нехарактерно для магов. Но что самое замечательное — она застала те времена, когда можно было свободно перемещаться между мирами. Все, кого я знала раньше, боялись говорить о старых временах. Но миссис Лавин открыто делилась своими историями, за что я была ей очень признательна. Иногда мне казалось, что я хожу на работу лишь послушать её рассказы о прежнем мире.

Так прошло полгода…

И внезапно моя судьба кардинально изменилась. Я встретила мага, да не простого, а самого императора.

Наша империя была построена на пепле. Раньше люди были веселы, дружны, говорили свободно и открыто. Управлял империей совет старейшин и оракул.

Но однажды несколько магов, объединившись, решили захватить власть. Они уничтожили старейшин и оракула, затем начали уничтожать всех магов, не подчинявшихся им. Одного за другим.

Империя погрязла в страхе и казнях, пока один сильный маг, по имени Тэрон, со своими сторонниками, не уничтожил захватчиков. Много людей потеряли близких. Маг, победивший в войне, взял на себя борозды правления, а его союзники стали министрами. Одним из тех, кто сыграл наиважнейшую роль в победе, был юный оракул, именно он подсказал, как можно застать врасплох узурпаторов.

Для того чтобы война не повторилась, новый правитель издал особый указ, карающий преступников, ещё до того как они успели совершить преступление. Раз в год оракул видел кого-то из жителей города, кто в будущем станет на тёмную сторону. На башне главной улицы в это день звенел гонг. На огромном шаре оракул проектировал лицо мага, которого он увидел.

Из года в год различался только фон, на котором проектировали преступника.

Серый — низкий уровень опасности.

Чёрный — средний уровень опасности, будьте бдительны!

Красный — особо опасный преступник.

И тогда начиналась охота. Все маги — от мала до велика, пытались найти и уничтожить будущего нарушителя. Ещё была жива память о войне и погибших, и повторения никто не желал. Всё чаще проекторы светились серым, реже — чёрным. Красных было всего четыре. Каждый раз, когда загорался алый цвет, жители города впадали в безумие. На охоту шли и войска императора Тэрона, и обычные обитатели Аркадии. И не останавливались, пока не уничтожали преступника.

Все были довольны: новой войны не случалось, но вот только люди стали более подозрительны. Никогда не знаешь, кого увидишь следующим в магической проекции. Может это твой сосед. Или друг? А может и возлюбленная.

Сначала люди стали отдаляться. Потом семей стало появляться всё меньше. В новом мире, в котором родилась я, было не принято приглашать кого-то в гости, заводить друзей, приятелей, помогать или быть радушным. Отношения были деловыми. И новые маги, казалось, с момента рождения принимали правила, принятые в обществе.

Страх стал почти осязаемым и витал в воздухе. Каждое поколение рождалось с меньшим количеством магических сил, а император, сохранявший свою власть, сокрушался и пытался найти выход, с помощью которого стало бы возможно вернуть магам былую мощь.

Оракул и министры сошлись на одном — мир людей, закрывшийся от них во время войны, каким-то образом повлиял на магию. Нарушил баланс. И теперь сила будет уходить с каждым новым поколением, пока однажды магия не исчезнет с лица Аркадии.

Я закрыла за собой дверь лавки и пошла в сторону замка. Одинаковые серые узкие улочки, одна-единственная площадь и замок, возвышающийся над остальным городом. Аркадия словно чувствовала настроение магов и сгущала краски — солнце было блёклым, и почти всегда затянуто облаками.

Спустя полгода после моего выпуска из приюта, император начал подыскивать себе невесту. Он искал девушку с магией, под стать ему. А так как сила вырождалась, найти её было не так-то просто.

Я, как сейчас, помню тот день. С самого утра в лавку миссис Лавин пришла посетительница.

— Мне нужно зелье, увеличивающее магический резерв, — сказала высокая девушка в тёмном плаще.

— Заказ будет готов через четыре часа, — миссис Лавин приняла оплату и кивнула мне, чтобы я начинала готовить ингредиенты.

— Как через четыре часа? А в наличии нет? Мне нужно срочно!

— Вам для отбора? — моя руководительница усмехнулась. Десятки девушек за последние дни обращались с одним и тем же вопросом.

— Да, — не стала скрывать незнакомка.

— Вот что могу вам предложить: зелье будет готово через пару часов, и моя помощница, — тут миссис Лавин кивнула на меня, — Принесёт его прямо во дворец. Но с тебя три золотых сверху, за доставку и срочность.

— Хорошо, я буду ждать вас во дворце у мраморного павильона, — нехотя кивнула девушка.

А что ещё ей оставалось? Всё зелье разобрали.

— Пойдём Софи, приготовим заказ.

Спустя два с половиной часа я неслась по улицам города. В день отбора для всех девушек были открыты двери дворца. Следуя указателям, я добралась до нужного павильона.

— Ну что так долго, — девушка, ждавшая меня, выскочила навстречу.

— Долго? Да мы приготовили раньше, — возмутилась я.

Девушка даже не стала слушать, вырвала из рук флакон и выпила залпом.

— Нужно пару минут, чтобы оно начало действовать, — инструктировала я незнакомку.

— Следующая, — из дверей павильона вышел оракул.

Ну всё, работа сделана, можно и возвращаться. Особенно моё сердечко грели три золотые монеты, которые мне отдала миссис Лавин.

— Ты? — обратился оракул к моей незнакомке.

— Нет, она, я после неё, — сказала девушка и кивнула на меня.

— Прошу, — передо мной распахнули двери.

— Я? Что вы, подождите, вы не так поняли, — начала я, но получила тычок в спину для ускорения от незнакомки. Вот и помогай потом этим магам!

Влетев (хорошо не кубарем!) в помещение я увидела мужчину. Он стоял в тени и слегка безразлично наблюдал за происходящим.

— Садись, — велел мне оракул.

И что теперь делать? Сказать, что я совсем не для этого пришла и не собираюсь участвовать в отборе? А что, если за помощь мухлюющим невестам меня накажут?

Ладно, будем действовать по ситуации. Я подчинилась и села на стул. Передо мной на столе стоял небольшой чан. Внутри, казалось, была вода.

— Опускай руку внутрь, — скомандовал оракул.

Я послушно подчинилась.

Вода забурлила и начала выплёскиваться из чана.

Мужчина, что до этого абсолютно безразлично стоял в стороне, заинтересованно взглянул на меня.

— Думаю, мы нашли то, что искали. Ваше имя?

Так, к безграничному удивлению всех, оказалось, что мой потенциал выше остальных. Магическую индексацию силы толкуют по-разному. В народе шепчутся, что есть определённые люди, пары другим сильным магам. И хотя у этой пары своей силы может быть не так много, но дети, рождающиеся в таком союзе, становятся могущественными. Я придерживалась данной теории, ведь моя сила не была большой, хотя и у меня был секрет, который я не открывала даже Тэрону.

— Вы должны быть предельно откровенны с императором, рассказать всё о своей магии, — наставлял меня министр.

Наверное, эти слова меня и заставили промолчать и не выдать секрет.

Шли месяцы, а вместе с тем и подготовка к свадьбе. Тэрон был милым и обходительным. Пригласил меня жить в замке и попросил уйти с работы. Я не согласилась. Сказала, что пока буду помогать миссис Лавин, а уже накануне свадьбы уйду с работы и перееду в замок. Интуиция, никогда не подводившая меня, говорила о том, что будет лучше держаться подальше от Тэрона.

Тем не менее мне приходилось часто бывать в гостях у императора. Он любил обсуждать со мной государственные дела, сокрушался о падающем уровне магии среди населения. Прогуливался по саду в моей компании. Говорил бесчисленное количество комплиментов. Все в замке резко захотели со мной подружиться. На улицах я, скрывала свою личность, попросив раньше времени не афишировать, кто станет супругой императора.

Глава 2

Подойдя к замку, я поднялась по лестнице и прошла через охрану. Каждый раз, при моём появлении в замке, стража уважительно склоняла головы.

В некоторой степени это мне даже льстило. Стража императора — лучшие маги, обеспечивающие нашу безопасность и нейтрализующие любую угрозу в считаные часы. Раньше я смотрела на императора и его замок с интересом. Сейчас же у меня имелся доступ в место, которое простому магу закрыто, и интерес пропал. Начальник стражи вызвался доложить императору о моём приходе.

Больше всего мне нравилось в замке два места — библиотека и башня оракула, хоть и последнюю я нечасто посещала, да и не была уверена, что мне там рады.

В библиотеке сохранились старые книги, описывающие жизнь до магической трагедии. Конечно, они были не в общем доступе, а в дальних запылённых стеллажах. Подозреваю, что их отнесли туда, чтобы не расстраивать обитателей замка, заглянувших почитать. Я скиталась по огромной комнате, когда увидела закрытые чехлами пыльные стеллажи, и, решив подсмотреть, что скрывает тайна, окунулась в невероятный мир.

Больше всего меня впечатляли иллюстрации. Жизнь там была иная. Пёстрая и свободная от страха. Иногда я так зачитывалась, что не могла оставить книги, и тайком таскала их в свой дом, чтобы продлить драгоценные минуты счастья.

Другое дело башня оракула. Оказавшись там пару раз, я сразу поняла, что это логово учёного. Множество баночек, камней, доска, исписанная формулами. Как-то Тэрон мне сказал, что оракул пытается воссоздать ключ, что откроет нам мир людей. Но когда я стала задавать вопросы, он ушёл от темы.

— Император сейчас завершит собрание и спустится к вам. Подождите его в бальном зале, — ко мне вернулся начальник стражи.

— Конечно.

— Я провожу вас.

Я тенью последовала за человеком в магических доспехах. Кроме кольчуги, на каждом из стражников был набор колдовских ножей и арбалет со стрелами, и это только из видимого оружия. А ведь у каждого, кто служит Тэрону, есть индивидуальные магические боевые способности, которые стражники постоянно развивают.

— Почему вы всегда в них? — спросила я, кивнув на амуницию, — Вы ведь и без этой кольчуги сильнее большинства магов в городе.

— Это верно, — кивнул начальник стражи, — Но никогда нельзя забывать в каком мире мы живём. Сила моих стражников зависит от того, как много упорства мы вкладываем в тренировки и развитие магических навыков. Любая сила — магическая, либо физическая растёт от постоянных тренировок. Никогда не знаешь, какого уровня негодяя Оракул увидит следующим.

— Последнее время всё спокойно. Да если и были преступники, всё с посредственным даром, — пожала плечами я, — Кажется, мы невероятно защищены от переворота.

— Да, — согласился стражник, — И это полностью заслуга императора. Проходите в бальный зал, здесь я вас оставлю.

Несмотря на то, что свадьба была назначена через два месяца, я не была уверена, что жду торжество с нетерпением. Множество девушек мечтали бы оказаться на моём месте, но мне было это в тягость. Невзирая на доброе отношение императора ко мне, я любила свою жизнь, работу и маленькую комнату. Тэрон, как сильный маг, выглядел отлично. Светловолосый и зеленоглазый, молодое лицо без единой морщинки. И, хотя он был намного старше меня, мы выглядели, словно ровесники.

— Софи, моя прекрасная роза.

Ко мне подошёл Тэрон и, взяв мою руку, поцеловал.

— Ваше Величество, — я сделала реверанс.

— Ах, дорогая, мы же договорились, называй меня по имени. Скоро мы станем супругами, — император пожурил меня как ребёнка, — Пойдём, прогуляемся в саду.

Сад при дворце был единственным красочным местом. Маги день и ночь поддерживали его великолепное состояние. Траву делали сочного зелёного цвета, а россыпь ярких цветов — красных, жёлтых и белых, завораживала взгляд. Даже земля здесь была наполнена магией.

— Как прошёл день?

— Прекрасно, а как твой?

— О, сегодня было собрание министров и мы решали…

Император начал увлечённо что-то рассказывать, мои же мысли уносились прочь. Я хотела большего. Узнав об этом, люди бы рассмеялись. Чего можно ещё желать? Стать супругой императора, жить во дворце, перестать работать, и начать посещать балы и мероприятия для знати. Но, в глубине души я хотела очутиться в другом месте.

Аркадия словно высасывала все жизненные силы из меня, и лишь лавка миссис Лавин была местом, где я немного обретала покой. С её невероятными рассказами в уютной обстановке.

С Тэроном же всё было иначе. Он никогда не интересовался мной как личностью, его волновало лишь моё мнение на его действия. Иногда я и вовсе видела в нём жестокого и алчного правителя. Например, когда он размышлял над новыми более крупными налогами или решал какие-то спорные дела. И уж точно не везло тому, кто смел хоть слово сказать против императора. Тэрон был скор на расправу. Народ его боялся и уважал. Но не было ни капли любви по отношению к самопровозглашённому императору.

— Ваше Величество, — к нам подошёл оракул, — Перед свадьбой нужно посмотреть ещё раз магический уровень леди Софи, чтобы не было ошибок.

Мне казалось, отчего-то мужчина меня невзлюбил.

— Да, конечно, — и император отпустил меня.

Высокая башня, возвышающаяся над замком, была местом обитания оракула — правой руки Тэрона. Наверху меня попросили окунуть ладонь в небольшой чан. Мужчина ходил вокруг меня, а вода, как и прошлый раз начала бурлить. Самое странное, что я до сих пор даже не знала его имя. Хотя видела его не один десяток раз. Оракул был нелюдим, высокомерен и очень подозрителен.

Думаю, не многие знали, как его зовут на самом деле. Некоторые объясняли их с Тэроном поведение, как результат войны. Но война закончилась давно. Аркадия восстановилась и не было причин быть таким недоверчивым.

— Возможно, мне придётся попросить вас ещё раз прийти ко мне. Я посмотрю реакцию, а вы можете быть свободны.

Каждый поход во дворец был для меня испытанием, но Тэрон требовал, чтобы я как минимум раз в три дня его посещала.

Выполнила. Теперь ещё пара дней свободы.

Я вышла из замка и побрела к воде. Повзрослев, я приняла решение не ходить больше к стене, и стала искать новое место уединения.

Аркадия была похожа на улей — огромный магический город с узкими улочками и трёхэтажными графитовыми домами из камня. Вокруг один цвет, куда ни глянь. Даже небо над головой было всегда затянуто серо-синими облаками, будто готовясь обрушить на город ураган.

Кроме единственной площади собраться в Аркадии было негде. С одной стороны нас отделяла серая стена в мир людей, а с других была бескрайняя чёрно-синяя вода. Море-океан, как прозвали её прежние маги. Новое поколение боялось воды. Почти все, кто уходил в плавание на поиски другого острова или новой жизни — не возвращались.

Лишь однажды морской странник вернулся. Истощённый и уставший, он упал на берег и лежал в лазарете три дня. По выходу из лечебницы, странника окружили и стали расспрашивать о том, что он видел.

— Ничего там нет, — устало махнул он рукой, — Вода на много миль вокруг.

После этого людей, мечтающих попасть на другой берег огромного море-океана, поубавилось. Тот человек, отправившийся на поиски, был ещё из прежнего, довоенного поколения храбрых магов.

Мне казалось, что он так и не смог смириться с новым миром, пытался уйти, сбежать с Аркадии. Что же там такого было в «мире до»? Если люди так отчаянно пытались убежать, готовые даже рискнуть своими жизнями? Я искала, но так и не находила ответ.

Подойдя к отвесной скале, я посмотрела вниз. Все те же волны. Белая пена поверх тёмных глубин. Интересно, что там на дне? Медленно я побрела по берегу, к лесу. Выходить из серого каменного города хотя бы полчаса в день — вот главная радость и отдушина в жизни. Этот лес с его чащобами я знала, как свои пять пальцев.

Сзади послышался треск. Делая вид, что ничего не слышала, я продолжила путь. Животные близко к магам не подходят, значит, меня преследует человек. Треск повторился, но уже с другой стороны. Двое. Ещё чуть-чуть. Только не нападайте сейчас. Я сделала пару шагов и оказалась у огромного дерева, ветки которого спускались до земли.

Сейчас!

Я схватила низ платья и побежала. Зацепившись руками за ствол, залезла на дерево, перепрыгивая с ветки на ветку. Позади меня слышался шум и ругательства, а потом в меня полетела магия — останавливаться нельзя. Я забралась выше и перебежала по стволу на другое дерево, ловко уклоняясь от атак. Пара манипуляций и преследователи уже далеко.

Можно и обернуться. Вот странность — между деревьями мелькали лиловые камзолы — стража императора. Почему они в лесу, да и преследуют меня?

Надо бы выбираться. Был один незаметный выход из леса. По узкой тропинке, пролегающей через отвесную скалу, прямо над бушующей водой. Эту лазейку я обнаружила ещё давно. Если бы в Аркадии были корабли, что бы они сейчас увидели? Хрупкую светловолосую девушку, осторожно спускающуюся по скале вниз, которая рискует своей жизнью и падением в море. Наверное, сейчас самое время пойти её спасать. Эх, зря я читала все эти сказки.

— Давай Софи, соберись, ты можешь, — говорила я себе.

Шаг, ещё шаг. Теперь, главное, не сорваться.

Руки окоченели, ветер продувал насквозь, но я шла всё дальше и дальше от леса, внимательно проверяя, не обнаружили ли меня.

Выбравшись, я накинула холщовый плащ с капюшоном, чтобы никто меня не признал. Если это стража императора, то они знают, где я живу. Но где работаю и на кого — не знает никто. Я благоразумно не раскрывала имя вдовы. Нужно спрятаться и попросить о помощи миссис Лавин. Как вообще могло произойти такое, что стражи Тэрона напали на меня?

Я вышла на площадь, заполненную людьми. Чувство опасности не пропало.

— Надо скорее добраться до лавки, — но додумать дальше я не успела.

Ударили в гонг. Оракул увидел следующего преступника. Остановилась и по привычке подняла голову, так же, как это делала всегда. За секунду до этого пазл сложился…

Глава 3

С экрана на меня смотрела светловолосая девушка с голубыми глазами. Небольшой, аккуратный нос, пухлые губы. И красный фон. Особо опасная преступница.

— Эх, красивая девушка, а всё туда же! Мир захватить, — вздохнул рядом какой-то мужчина. И перезарядил магическую ловушку.

Щелчок магии отрезвил меня. Я резко опустила голову и медленно стала пробираться через толпу.

Хоть бы никто не узнал. Если заметят, уничтожат прямо здесь. Преступникам, пусть и будущим, не давали шанс на жизнь. Выйдя из толпы, я побежала.

Узкие улочки грозили встречей с кем-то из знакомых. Совсем скоро по всему городу начнут вспыхивать проекции с лицом, и тогда даже те, кто не были на площади, выйдут на охоту.

Я свернула в узкий проход. До лавки вдовы осталось не больше двух кварталов.

— Как же так, — думала я, — Оракул увидел моё лицо чуть раньше, чем показали в городе, и стража императора отправилась за мной. Значит ли это, что лицо на площади появлялось лишь тогда, когда королевская охрана не справлялась? И много ли преступников было на самом деле?

— Эй ты!

Я обернулась на громкий голос и увидела знакомое лицо. Группа девушек стояла в переулке, а кричавшая мне, была как и я выпускницей приюта. Её звали Лайза, и она была моей ровесницей. Когда-то мы общались и хорошо друг к другу относились. С момента выпуска из интерната прошёл год, и мы не встречались за это время, но я была уверена, что у неё остались такие же тёплые воспоминания о нашем общении.

— Софи, ты ведь помнишь меня, подойди к нам.

Я попятилась, слова прозвучали слишком агрессивно.

— А ну стой, не уйдёшь, — зашипела она и кинулась на меня.

Я оттолкнула её, но тут подоспела ещё одна девушка и поставила подножку. С шумом я упала на мостовую. Лайза схватила меня за волосы, а вторая девушка начала создавать магическое лассо. Убить меня они не могут, а вот привести к страже за вознаграждение — вполне. Я протянула руку, и магия ударила в девушек. Ещё несколько свидетельниц, стоящих неподалёку, вздрогнули. Они не собирались нападать, но были ведомые Лайзой и той, второй девушкой.

— Что вы стоите, хватайте её!

И, не став задерживаться, я побежала по улице. Сзади слышались крики. Такими темпами они соберут здесь весь город. Я нырнула за большой мусорный бак и затаилась. Девушки пробежали мимо, и как только они скрылись, я помчалась в другую сторону.

— Миссис Лавин, — я забарабанила в дверь лавки.

— Что такое, голубушка?

— Спрячьте меня, миссис Лавин…

Я на мгновение осеклась, и в комнате моргнул проектор с моим лицом и погас. В течение ближайших двенадцати часов он ещё не раз так сделает.

— Как же так, — растерялась женщина.

— Пожалуйста, — на моих глазах появились слёзы.

— Я знаю, что делать. Идём.

Вдова схватила плащ и, порывшись в столе, достала небольшой ключ. Пройдя через задний двор, миссис Лавин вывела меня к окраине города.

— Держи, это ключ от старого дома со стеной. Ты же помнишь, что рядом с миром людей есть заброшенный особняк?

— Да.

— Я когда-то давно знала его хозяев. А ключ остался у меня на память. Я надеюсь, что магическая защита отключена. Спрячься там, пока что-нибудь не придумаешь. И, Софи… Береги себя.

Вдова с грустью посмотрела на меня и поспешила скрыться среди узких улочек.

Мне была не страшна защита. Ещё в детстве я обнаружила, что могу видеть магию. За долю секунды до того, как кто-то из магов формирует заклятье, я видела сгустившуюся силу над ним. Магическая защита представляла собой лучи, пронизывающие под определённым углом весь дом. И я была тем, кто их видит и легко может обойти. Любая защита для меня, всего-навсего лишь светящиеся нити, которые можно аккуратно обойти.

Осторожно скользила я по улочкам, опасаясь встретить кого-то из знакомых. И смогла вздохнуть спокойно, лишь выйдя к заброшенному дому.

Особняк был деревянным и двухэтажным. Краска полопалась и начала отколупываться от стен. Сейчас, во всём городе здания строили из камня. Камень — более устойчив к воздействию магии. Но здесь, рядом со стеной остался кусочек прежнего, никому не нужного мира. Я аккуратно открыла дверь и вошла, заперев за собой. Надо быть предельно осторожной, ведь если меня обнаружат, закрытая дверь даст фору, чтобы уйти.

Я заметила тонкие серебристые нити по коридору. Отлично, вот и магическая защита. Сейчас я поблагодарила судьбу за то, что мне достался редкий дар, представители которого уже давно исчезли с лица Аркадии.

Если раньше я считала свой талант бесполезным, то ныне была обязана ему жизнью. Аккуратно перешагивая серебристые линии, я продвигалась внутрь дома. Обычный человек их не заметил бы и, сделав неверный шаг, мог включить магическую сигнализацию. После этого весь особняк засиял бы серебром, а магический импульс начал стрелять в небо, показывая путь к зданию, границы которого были нарушены. Это бы привело к толпе зевак у дома, а в сложившейся ситуации, все бы поняли, кто прячется в ветхом строении.

Я не стала подниматься на второй этаж, а, пройдя к лестнице, села на ступеньку повыше, чтобы меня не было видно с крыльца.

Дом стоит заброшенным более девятнадцати лет, а защита всё ещё сильна. Я смотрела на магические линии и видела, как ярко и чётко сияло наложенное колдовство. Невероятно. Наверное, её ставил очень сильный маг.

За окном было тихо, но скоро стемнеет. Меня будут искать до утра. Потом на следующий день, и так пока не найдут. Аркадия ограничивалась всего тремя локациями: город, лес и вода. В городе шансов нет.

Мою комнату наверняка уже обыскали, совсем скоро кто-то из покупателей лавки миссис Лавин, вспомнит, что девушка с магической проекции работала у вдовы. Тогда за миссис Лавин тоже начнут «приглядывать».

Друзей нет. В лес не пойти, если надо люди с факелами будут обшаривать каждый уголок. Для них это дело чести, спокойствия и безопасности. В море-океан, тоже не попасть. Нужна лодка, запасы еды. Сейчас всего этого не достать.

Я начала нервничать. Рано или поздно, они придут к единственному месту, которое не осмотрели, к заброшенному зданию. Чтобы отогнать от себя печальные мысли, я поднялась. Мебель дома была вся в пыли, а на журнальном столике была толстая папка с небольшими четырёхугольными бумажками.

Это же фотографии! — догадалась я и, смахнув пыль, взяла толстый альбом.

Вернувшись на лестницу, я начала рассматривать снимки. Раньше маги часто делали фотографии друзей и семьи, но с нарастанием напряжения между ними, снимки, как и дружба, ушли в прошлое. Заимствованные у людей технологии оживляли мгновение: семья, сидевшая в гостиной, улыбалась. Мама, папа и темноволосый мальчуган лет трёх. Фотографии выцвели и пожелтели, но эмоции на лицах магов оставались почти двадцатилетие в заброшенном доме.

Интересно, куда делись его владельцы? Живы ли? И что стало с темноволосым мальчуганом. Я взяла фотографию и сунула её в карман. Сейчас у меня не было ничего. Кусок выцветшего картона уже не понадобится своим хозяевам, так почему бы мне не взять его себе?

В доме послышался шорох.

Пропустила! Замечталась и не услышала, как за мной пришли. Я дёрнулась, и половица скрипнула. Так, сейчас главное не показать взломщику, что я на лестнице. Может, если он пойдёт искать меня на первом этаже, удастся проскочить. Странно, как он смог открыть дверь и пройти мимо защиты?

У подножия лестницы возникла фигура в плаще. Секунда промедления и под капюшоном сверкнули горящие глаза.

— Как у волка, — подумала я.

Фигура сделала шаг и я побежала. Не так-то просто уйти от преследователя в закрытом пространстве, стараясь попутно перепрыгивать через серебристые лучи на полу, — всё же от одного мага проще сбежать, чем от целой толпы.

— Стой, я не причиню тебе вред, подожди, — закричал преследователь.

Ну конечно, так я и остановилась, доверился барашек волку.

Я была почти у двери, как меня схватили. Лёгкие горели, в глазах пошли пятна, но я не собиралась сдаваться, вырываясь, я начала пробуждать силу, направляя её на нападавшего. Сзади послышался шум, и меня отпустили. Я откатилась и попыталась встать, отмечая краем глаза происходящее с противником. На фигуру с плащом нападала стая золотистых бабочек. Сперва маг был изумлён, но когда они начали его жалить, тот зашипел.

Да, такой была моя магия. Некоторые вызывали огненное лассо, единицы могли заморозить взглядом, а кто-то владел телекинезом. Я же создавала рой прекрасных золотистых бабочек. Они часто служили отвлекающим манёвром. Медленно паря, они притягивали на себя все взгляды, но при надвигающейся опасности жалили, как пчёлы.

Я оставила противника на своих любимиц и выскочила за дверь. Уже начало темнеть. Заброшенный дом был окружён небольшим садом, разросшиеся кусты скрывали меня от взглядов. Я тихо пробиралась, раздумывая, куда мне податься теперь. Неподалёку я заметила нескольких магов.

Засада! Видимо они послали одного для разведки, а остальные предпочли держаться неподалёку. Люди как раз приближались к моему укрытию.

— Гербер, ты обходишь стену. Марк, сад. Ирада, ты посмотри, нет ли кого в доме, и наложена ли защита, собирать весь город здесь нет никакой охоты. Я останусь тут и буду ждать. Если кто-то замечает её, даёт сигнал остальным. И не забудьте, она — особо опасная. Все приготовили оружие?

— Да, Рен.

— Всё готово.

Странно, получается они не вместе с тем, в плаще? Эти люди показались мне знакомыми. Кажется, кто-то из них уже ловил одного из преступников и получил своё вознаграждение от императора.

— Нужно как-то аккуратно их обойти. Может, мои бабочки помогут? Я посмотрела на дом, но там было тихо. Сосредоточившись, попыталась ещё раз пробудить силу. Совсем рядом послышался хруст. Кто-то приближался. Я начала нервничать, магия не слушалась. Вот появилась маленькая крохотная бабочка, отделившись от меня, она полетела на открытое место.

— Эй, она здесь!

Я не успела сделать и шаг, как огромное лассо обернулось вокруг моего тела.

— Скорее, давайте всё провернём тихо. Отвезём её к императору и получим свои золотые.

На поляну выскочил огромный коричневый волк. Глаза животного были очень умными, серого цвета, они будто светились изнутри.

— Гербер, нашу добычу хотят отнять. Уничтожь его, — человек, который держал лассо, кажется Рен, кивнул худенькому пареньку.

Да они сумасшедшие! Я ещё никогда не видела таких больших зверей, тем более нападающих на магов. Только, если это не оборотень. Но все оборотни ушли в мир людей ещё во времена войны. Не осталось ни одного.

Худенький парень кивнул, и по телу животного побежала изморозь.

Да это же маг льда!

Шерсть волка покрылась инеем, по лапам начала подниматься тонкая ледяная корка, нарастая и уплотняясь с каждой минутой. Послышался рык и волк тряхнул шерстью, сметая лёд, а затем кинулся на щуплого паренька. На помощь магу подоспели ещё двое: высокая девушка и мужчина средних лет. Волк бросил мага и кинулся на них, утаскивая противников за деревья.

— Откуда он только мог взяться, — изумился главарь банды.

Разделив лассо на две верёвки, он привязал меня к дереву и пошёл в сторону скрывшихся магов. Я попыталась освободиться, но ничего не вышло. Лассо никак не ослабить, а колдовать с завязанными руками было проблематично. Прислушавшись, я поняла, что шум стих.

«Может, зверь ушёл», — подумала я.

И в ту же минуту на поляне появилась фигура в плаще.

Глава 4

Мужчина обошёл дерево и разорвал магическое лассо голыми руками.

— Я пришёл, чтобы помочь тебе. Пожалуйста, не убегай от меня. Иначе, ты можешь опять попасть в неприятную историю. Вставай.

И он подал мне руку.

— Кто ты? И говори тише, здесь ходит огромный волк.

Парень искоса взглянул на меня, сверкнув серыми глазами.

— Оборотень! — и я попятилась.

Откуда? Как мы могли не знать о том, что они ещё среди нас.

— Пойдём, нам нужно к порталу, пока сюда не сбежался весь город.

— Какому порталу?

Оборотень, молча, кивнул на стену и купол, виднеющийся за ней.

— Ты можешь открыть его? Но как ты достал ключ? Я слышала, что с этой стороны не найти его.

— Я с той стороны, Софи, — парень взял меня за руку и внимательно посмотрел в глаза, — Я пришёл из мира людей, чтобы спасти тебя. Ты можешь мне не доверять, но сейчас здесь тебе находиться опасно. Идём со мной, и я тебе всё объясню.

Растерявшись, я окинула взглядом стену, а затем и город. Вдалеке показался огонёк. Ещё небольшой, но он стремительно приближался. Кто-то идёт. Времени на раздумья нет.

— Хорошо, — согласилась я.

Парень, так и не выпустив мою руку, повёл меня в сторону дома. Чуть-чуть не дойдя до него и отдалившись от сада, мы вышли к стене.

— Нам нужно туда, — парень кивнул на кучу мусора, видневшуюся недалеко. К стене примыкал овраг, который кто-то облюбовал как место свалки. Здесь были какие-то коробки, контейнеры, небольшие бутылки из-под зелий, остатки от еды и палки. Трава и кусты, росшие высоко, не могли скрыть всего этого мусора. Пробравшись через овраг, мы вышли к небольшой тропинке, идущей параллельно стене. Вскоре тропинка свернула, уходя в стену.

— Портал здесь.

Оборотень повернулся ко мне и внимательно посмотрел.

— Сейчас мы пройдём в мир людей. Использовать магию там нежелательно, особенно если поблизости есть люди. Я отведу тебя в убежище и всё объясню, хорошо?

— Что мне ещё остаётся делать? — я пожала плечами, — Останусь здесь — не доживу до утра.

Парень достал небольшой амулет и приложил его к стене. Поверхность зарябила и покрылась волнами. Словно почувствовав мой страх, парень крепче сжал ладонь.

— Шагнём вместе, — и потянул меня за собой.

Если бы он пошёл первым, не знаю, хватило ли мне отваги ступить одной в новый мир. Но сейчас, идя за руку с оборотнем, я решилась.

Зажмурившись у самой стены, я задержала дыхание и шагнула вперёд, в неизвестный мне мир.

Я не ощутила никакого препятствия, словно переходила из одной комнаты в другую, без двери или какой-либо преграды. Стало страшно, а что если я останусь в этой стене навсегда? И тогда я крепче сжала руку парня.

— Уже всё, — послышался мягкий голос.

Я открыла глаза и осмотрелась. Мы стояли на узкой мостовой, напротив нас были небольшие дома. Перед ними яркие клумбы с цветами и травой.

Как бы ни старались маги Тэрона, такой насыщенной зелени им не удалось добиться. Всюду стоял цветочный запах. На голубом небе плыли белые облака, а посередине было солнце. Такое яркое, что глаза невольно начали слезиться. Я обернулась и упёрлась взглядом в серую стену, наверху которой была проволока. За ней виднелись наполовину разрушенные здания. Чуть сощурившись, я поняла, что это лишь иллюзия, и заметила мерцающий купол.

Я на той стороне.

— Добро пожаловать в новый мир, — словно прочитав мои мысли, сказал незнакомец.

— Как называется это место?

— Долина солнца.

Это действительно была долина солнца. Но было здесь и ещё кое-что сильно удивившее меня. Дома были построены на большом расстоянии друг от друга и имели свои газоны и лужайку. В моём мире здания стояли вплотную друг к другу. Газона у домов не было, лишь императорский сад при дворце и лес на окраине. Здесь же, даже аллея была в четыре раза шире самой широкой улицы в Аркадии. Небольшое количество места в городе — привычное для меня явление, и сейчас я растерялась.

— Так много пространства, залитого солнцем, — сказала я.

— Верно, — сощурив серые глаза, ответил парень, — У тебя есть вопросы, но я хочу сначала отвести тебя в безопасное место, и немного рассказать об этом мире. Меня зовут Калеб.

— Моё имя ты знаешь.

— Точно, пойдём, нам тут недалеко.

— Откуда? — я последовала за парнем.

— Видишь ли, Софи, когда оборотней изгнали с Аркадии, среди нас было несколько потенциальных оракулов, которые не захотели оставаться в мире магов. Одна из них и подсказала мне, где искать тебя и ключ.

— Я думала, оборотни ушли сами. Не захотели оставаться в Аркадии в разгар войны и сбежали.

Калеб резко затормозил, да так, что я врезалась ему в спину и, потеряв равновесие, стала заваливаться назад. Рука парня прошлась по моему предплечью и, аккуратно взяв меня за локоть, Калеб помог мне восстановить равновесие.

— Спасибо, — сказала я, наткнувшись на изучающий взгляд.

— Аркадия — наш дом. Была им, до тех пор, пока нас не изгнали. Оборотни сражались на передовой. Большинство из нас погибло, так как, в отличие от магов, у нас только огромная физическая сила и выносливость, а не ваши эти штучки.

— Эти штучки?

— Именно. Пока маги собирали свои резервы — оборотни были пушечным мясом на войне. А после, были изгнаны и всеми забыты.

— У нас с тобой точно в школе преподавали разную историю Аркадии.

— Нам сюда, — парень кивнул на двухэтажный дом с огромными окнами.

Зайдя внутрь, я остановилась напротив них. Какие же большие, почти во весь рост. В наших домах в Аркадии были маленькие узкие окна. При желании из него мог вылезти лишь ребёнок лет пяти. На стенах в доме было странное покрытие. Я подошла ближе и потрогала. Странно. Очень напоминает мне...

— Да быть этого не может, — не сдержавшись, воскликнула я, — Вы что, нанесли на стену пергамент? Хотя очень удобно, можно записывать все формулы прямо на стенах.

— Это обои. Люди используют их, чтобы украсить дом, — ответил мне Калеб.

— Зачем украшать его?

— Чтобы было уютно.

В Аркадии стены были каменными. Иногда их красили. Часто оставляли как есть. Я ещё немного потрогала непривычную поверхность и продолжила озираться. В комнате стояла мебель: шкафы, несколько кресел, два стола и множество ламп в коридоре, который вёл в глубину дома.

— Зачем в одной комнате два стола?

— Первый журнальный, второй письменный.

— Люди такие странные. А за одним столом читать журналы и писать письма нельзя?

— Пойдём, ты, наверное, голодная. Я тебя накормлю. И заодно расскажу, как у нас тут всё устроено. Можешь считать этот дом своим, не стесняйся располагаться со всеми удобствами, — сказал Калеб.

Последняя фраза мне не очень понравилась. Хоть Аркадия и отличалась от этого пёстрого мира, но там я себя чувствовала дома больше, чем здесь. Аркадия была привычной. А тут — другой мир, в прямом смысле этого слова. Непонятный, чужой. Ещё и с пергаментом на стенах.

В кухне, куда привёл меня Калеб, обои были с какими-то странными символами. Заметив мой интерес, парень ответил, что это буквенный декор.

— Хозяйка дома очень любит иностранные языки, и из одного путешествия привезла эти обои, чтобы декорировать обеденную зону.

Я, конечно, сделала вид, что согласна с этим, но ни на минуту не поверила Калебу. Явно это какие-то магические формулы. Стал бы человек просто так на стену клеить бумагу да с фразами другого языка? Заклинания. Как пить дать, заклинания. А Калеб-то хитёр!

Интерьер кухни я рассматривала затаив дыхание. Особенно мне понравился шкаф с хрустальной посудой. Когда я была приглашена на ужин к императору, мы ели из такой посуды. Наверное, в этом доме живёт очень богатый и известный оборотень.

— Присаживайся, пожалуйста, — меня окликнул парень, встав у какой-то железной доски, — У меня не было времени закупать еду, поэтому сегодня будет скромный ужин. Завтра с утра я схожу на рынок и куплю всё необходимое. А сейчас сделаю бекон с яичницей, — и, повернувшись к железной доске, он зажёг огонь.

— Ничего себе, — я вскочила с дивана, на котором успела разместиться с комфортом, облокотившись на подушки, — Как ты это сделал? Я думала, оборотни не имеют магии.

— Это всего лишь газ. Люди используют ресурсы мира, в котором живут, чтобы готовить себе еду, не имея магических подручных средств.

Мне кажется, Калеб водил меня за нос.

«В мире людей почти нет магии, и использовать её там могут лишь сильнейшие, одарённые маги», — всё это кажется ложью.

Здесь даже у оборотней магическая сила проявляется. То-то он таким здоровым оборотнем был. Наверняка тут зелья варит и попивает. В Аркадии огонь можно было добыть лишь у торговцев. А те, в свою очередь, закупали его у мага огня, разливавшего пламя по колбам.

Прибыльное дело было — воссоздаёшь огонь, запечатываешь и продаёшь. Стоили такие колбы недёшево, и большинство жителей их экономили как могли. Ну а маги огня не бедствовали. Я в своё время очень сокрушалась, что мне не достался такой дар.

Спустя немного времени передо мной поставили тарелку с горячей едой, и на несколько минут в этом мире меня перестало интересовать абсолютно всё.

Закончив с ужином, Калеб проводил меня в комнату наверху и показал, как пользоваться ванной, прилегающей к спальне.

— Отдыхай, а утром мы обо всём поговорим, — и парень закрыл за собой дверь.

Уже после тёплой ванны, в которой я, наигравшись, использовала все блага человечества — шампунь, бальзам и крем, сидела на большой мягкой кровати и размышляла. Калеб не сделал мне ничего плохого. Пока. Скорее даже спас от смерти.

В Аркадии меня сейчас ищут все — от мала до велика. Возвращаться туда нельзя. Но может, если докажу, что я никакая не преступница, то смогу вернуться домой. Очень бы этого хотелось. Завтра Калеб обещал рассказать, как здесь всё устроено. Что если есть какая-то корыстная цель, по которой он мне помогает? Хотя, если быть полностью честной с самой собой, ванна определённо стоит того, чтобы остаться в этом мире.

Завернувшись в тёплое одеяло, я решила немного отдохнуть. Нужно спать чутко, чтобы в случае опасности быть наготове. Мягкий матрас и подушка расслабляли уставшее тело. «Наверное, так спали принцессы в сказках», — подумала я, прежде чем окунуться в объятия Морфея.

Глава 5

Я проснулась от приятного аромата. Нос щекотал непривычный вкусный запах. В кровати было очень тепло и хорошо. Раз не прозвенел будильник, то ещё есть время поваляться до работы. Я перевернулась на другой бок. Ещё никогда раньше моя кровать не казалась мне такой удобной.

— Чувствую себя, будто заново родилась, — подумала я, — Нет, ну что там за диковинный запах?

Я открыла глаза и резко села на кровати.

Это не моя комната.

Память услужливо пронеслась по вчерашним событиям.

Значит, это был не сон.

Встав с кровати, я подошла к шкафу. Ещё вчера Калеб сказал, что подобрал мне несколько комплектов одежды и чтобы я выбирала любой.

Первым на вешалке я обнаружила платье. Слишком длинная юбка. Убегать неудобно будет, и если нападут, тоже будет мешать.

Вторым шёл костюм. Уже лучше, но костюм был ягодного цвета — слишком яркий и приметный. Тоже не то.

На следующей вешалке висели простые чёрные брюки и тёмная футболка. Пожалуй то, что нужно.

Зайдя в кухню, я обнаружила Калеба у вчерашней странной доски. Всю комнату наполнял необычный аромат, а парень переворачивал что-то, тихонько напевая под нос.

— Доброе утро, — улыбнулся мне оборотень, — Сегодня на завтрак блинчики с яблочным джемом. Присаживайся за стол, я уже почти приготовил.

Калеб ещё раз перевернул круглый кусок теста, названный блинчиком и, сняв с огня, подошёл к столу.

— Осторожно, они очень горячие. Вот джем. Справа от тебя апельсиновый сок. Он вкусный, а фрукт из которого его делают, растёт только в мире людей. Здесь, — парень указал на большое глубокое блюдо, — клубника, черешня и виноград. Они также растут в основном у людей. В Аркадии их выращивают, но почва непригодна для этого и вкус теряется из-за магии. Да и доступны они в основном в императорском дворце и среди его приспешников.

А ведь я видела эти странные фрукты на ужине у Тэрона. Только побоялась притронуться к ним, так как не знала, как их есть, и какими свойствами они обладают. С фруктами, выращенными магически, не всё так просто.

Парень взял блин руками и, намазав джемом, начал есть. Я решила повторить за оборотнем.

Неуверенно взяв один кусочек теста, тут же уронила его в тарелку.

— Осторожно, предупреждал же, горячее! У оборотней толстая шкура, мы не восприимчивы к температуре.

Парень взял мою тарелку и, положив джем в середину, размазал его вилкой, а затем свернул блин и порезал небольшими порциями.

— Теперь ешь, не обожжёшься.

Я взяла вилку и осторожно насадила маленький кусочек на неё. Аккуратно поднесла ко рту и подула. Сделав вид, что изучаю содержимое тарелки, я украдкой посмотрела на Калеба. Тот ел почти не отвлекаясь, лишь изредка бросая осторожные взгляды на меня.

Я поднесла еду ближе и попробовала.

— Как вкусно, — мне показалось, что даже моя магия отреагировала на великолепную еду, выпустив маленькую бабочку и тут же поглотив её, — Как ты этому научился?

— Да ничего особенного, — парень слегка покраснел и пожал плечами, — Я ещё не сильно старался, торопился сделать, пока ты не проснёшься.

— Это лучшее, что я пробовала в жизни, — доев блин, я потянулась к добавке.

— Рад, что тебе понравилось, — ответил Калеб.

После еды мы сели в гостиной и парень начал рассказ.

Оборотень застал войну маленьким ребёнком, четырёх лет. Он смутно помнил «мир до» и свой родной дом, Аркадию, какой она была. В один день в городе произошёл переворот — был убит оракул и несколько магов из совета.

Пока началось расследование, жителей города уже успели запугать. Всё больше происходило смертей и всё меньше улик.

Однажды преступники вышли в открытую на улицы города и устроили бесчинства. Здание, в котором заседали оставшиеся члены совета, было захвачено и разрушено. Отряд магов сражался с преступниками, пока не был разгромлен.

И тогда в городе случилось затишье. Люди боялись выходить из дома. Сидели, охваченные страхом, либо собирали вещи для побега в мир людей.

Разбойники установили свои правила — комендантский час, а также непомерно высокие налоги для простого населения. И, несмотря на это, грабежи и разбои продолжались.

Начались массовые казни несогласных с новым режимом жителей. Остатки магической гвардии наравне с оборотнями пытались защищать город как могли. Пока в логово врагов не проник Тэрон с оракулом и своими сообщниками.

Бой был недолгим, и нынешний император вышел победителем. В город вернулась пришла жизнь.

Тэрон возводил Аркадию заново, по крупицам, когда ему донесли, что оборотни якобы бездействовали, пока магический совет уничижали, хоть и знали об опасности. Император, опечаленный горечью потери стольких людей, объявил оборотней вне закона и выслал из Аркадии.

Так, в пятилетнем возрасте, Калеб с семьёй попал в мир людей. Последний портал за девятнадцать лет был открыт именно для этого. А уже после их ухода, было обнаружено, что каким-то образом исчез и последний ключ, открывающий портал. И подозрение пало на магов, ушедших с оборотнями.

С тех пор, оборотни обитают в мире людей, тщательно скрывая своё существование.

— Сколько же тебе лет? — спросила я, когда парень закончил говорить.

— Двадцать четыре.

— Калеб, ты с самого начала знал моё имя, откуда?

— Ну, у нас тут тоже есть свой оракул. Я расскажу тебе, когда прибудем к ней.

— Прибудем?

— Да, она живёт в соседнем городе. Нам нужно торопиться, чтобы успеть к ней.

— А мы можем куда-то опоздать? — не поняла я.

— Через пару дней будет собрание старейшин оборотней. Многие из нас хотят воззвать Тэрона к ответу за наше изгнание и вернуться домой.

— Боюсь, вам не понравятся новые законы.

— Кстати, Софи, что произошло там, в заброшенном доме?

— Ты о чём?

— На тебя ведь напали. Я обещал рассказать тебе, как узнал твоё имя, когда мы будем у оракула. Но я всё ещё не понимаю, почему тебя пытались убить.

— Меняю секрет на секрет, — какой хитренький, у него есть тайны, а у меня не должно быть?

Хотя, больше всего меня пугало неведение того, что сделает Калеб, если узнает, по какой причине меня объявили в розыск. Парень, почти двадцать лет находящийся в чужом мире, ещё не ведает, как сильно всё изменилось в Аркадии.

— Нам нужно идти на вокзал. Поезд в Сонград отходит через четыре часа.

— Сонград?

— Столица оборотней в мире людей, — улыбнулся Калеб, — Поспешим.

Перед выходом парень дал мне куртку с капюшоном и солнечные очки — на случай, если я почувствую себя неуютно.

— Так принято у людей, когда ты хочешь оградить себя от лишнего внимания, — заявил он.

Я пожала плечами и взяла. На улице было тепло. Пока мы шли по мостовой, я разглядывала дома. Столько яркости я не видела даже на картинках.

Все встречавшиеся нам прохожие были одеты по-разному.

Тут были мужчины в костюмах, дамы в платьях и шляпках и дети в разноцветных комбинезонах.

Молодые люди шли в простых майках и брюках, либо спортивной одежде. Девушки были в коротких, обнажающих длинные ноги, юбках или шортах и ярких топах.

Ткань в Аркадии была нескольких цветов. Никаких узоров и излишеств. Не всегда можно было выбрать даже сам цвет.

Серый, коричневый и чёрный у простых рабочих магов.

Лиловый у стражей Тэрона.

Красный и белый — у знати и императора.

Тут же почти у каждого был рисунок, на любом из элементов одежды. Так, мне больше всего запомнилось простого покроя белое платье в горошек на девушке, носки с вишенками на малышке лет двух и майка с нарисованной на ней башней у паренька подростка.

По сравнению с нашими серыми балахонами — рабочей одеждой среднего класса, тут выделялся каждый человек.

Таких нарядов и разнообразия украшений я никогда не видела. Сам город был, как будто срисован с одной из книг, что я прочитала в замке. Множество магазинов, кафе и рестораны. Кто-то гулял с собакой, кто-то сидел на лавочке и читал книгу. Несколько человек прошли мимо со стаканчиками ароматного дымящегося напитка.

— Что они пьют? — поинтересовалась я у Калеба.

— Это кофе. Я думаю, у нас найдётся минутка, чтобы познакомить тебя с этим напитком. Тебе больше нравится сладкое или…

— Сладкое, — парень не успел договорить, как я его перебила.

— Отлично.

Оборотень остановился у небольшой витрины и сказал что-то продавцу за прилавком. Расплатившись маленькой пластиковой карточкой, он вернулся ко мне.

— Через минуту тебе приготовят капучино. Я попросил добавить карамельный сироп.

— Спасибо. Здесь всегда так ярко?

— Ярко?

— Да. Так много красок.

— Да, тут так всегда. А в Аркадии нет? Было слишком темно, когда я попал туда, к тому же дом был недалеко от портала, я толком и не увидел город. Только трущобы на окраине.

Знал бы Калеб, что так выглядела почти вся Аркадия, сильно удивился бы.

Я решила не уклоняться от вопросов парня и приоткрыть ему завесу родного мира. Может подумает хорошенько, прежде чем возвращаться.

— Мне непривычно видеть такое. В Аркадии сейчас всё сделано из камня. Только дворец Тэрона украшен. Остальные дома серые и неприметные.

— Аркадия в моих воспоминаниях ничем не отличалась от мира людей. Возможно, поэтому мы так быстро здесь ассимилировались.

— Каково тебе было жить в этом мире?

— Как и любому другому оборотню, мне приходилось сдерживать себя, контролировать волка. Не буду жаловаться, ведь в итоге, у меня даже есть человеческие друзья. Я учился в обычной школе, а потом пошёл в колледж, и даже окончил магистратуру.

— Боюсь, эти слова мне ничего не говорят.

Спустя пару минут объяснений Калебом классового распределения на школьников и студентов, мой кофе был готов.

Мы продолжали путь к вокзалу, и сейчас я уже чувствовала себя на полшага ближе к этому миру. Небольшой бумажный стаканчик словно дал мне пропуск к людям. Я шла и улыбалась прохожим. Те кивали или улыбались в ответ. А во рту растекался необычный пикантный вкус.

Глава 6

Мы с Калебом подошли к зданию с широким крыльцом. Наверху строения висел огромный циферблат.

— Надо же, никогда не видела таких больших часов.

— У нас на всех вокзалах есть они. Иной формы и с другими циферблатами, но часы — символ вокзала. Люди всегда здесь торопятся, и куда быстрее поднять взгляд на секунду вверх, нежели постоянно смотреть на дисплей телефона или на руку.

Телефоны. Ещё одна загадка людей. В Аркадии мы общались через магические сферы. Здесь же были немыслимые аппараты, связывающие тебя с человеком в другом городе. По такому механизму Калеб позвонил и предупредил о нашем приезде.

На вокзале было гораздо больше людей, чем на улицах. Калеб дал какому-то человеку две бумажки и нас пропустили внутрь. Чем ближе мы подходили к поезду, тем больше я волновалась. Что это за железная банка? Безопасна ли? Как она передвигается без магии? Страх постепенно начал меня душить.

— Софи?

Калеб сразу оценил моё состояние.

— Как-то ты побледнела, всё хорошо?

— Я никогда не ездила на таком. Так много железа, и замкнутое пространство.

— Здесь нет ничего страшного, смотри, видишь впереди состава необычную кабину? Там находится машинист, он управляет поездом, этот вагон называется головным. Мы будем ехать по рельсам. Тут купе — здесь сидят люди. Мы будем в пути всего шесть часов. Поезд оснащён современными технологиями, позволяющими…

Я почти уже не слушала Калеба, а пыталась справиться с магией. Всегда, когда меня накрывает паника, магия расценивает это как опасность. На кончиках пальцев вспыхивали маленькие огоньки, тут же затухая. Они были невидимы людям. Ладони нагрелись и как будто искрились, а это причиняло дискомфорт.

Парень взял меня за руку и повёл вдоль состава.

Калеб не успокоился, пока не рассказал мне про каждую деталь в поезде. Оборотню было всё равно на то, что мои руки в буквальном смысле были заряжены магией. Он лишь сжимал ладони крепче.

— Если ты всё ещё боишься, мы можем поехать на машине. Думаю, самолёт тебя напугает гораздо больше, чем поезд.

— Самолёт?

— Да. Это такое большое средство передвижения, люди садятся в неё и летят по воздуху.

Я уставилась на Калеба в ожидании, что он рассмеётся. Но на его лице не было и намёка на улыбку.

— Ты сейчас шутишь, — на всякий случай уточнила я.

— Нет, ни капли. Но позже тебе нужно будет обязательно полететь на самолёте. Это очень необычно.

— Нет уж, я согласна на поезд. Пойдём, пока он не уехал без нас.

И теперь уже я тащила Калеба за собой.

Недалеко от нашего состава расположился парень со странным предметом, представлявшим собой корпус с длинным грифом. Я затормозила, рассматривая незнакомца, а он, подмигнув мне, провёл рукой по нитям, закреплённым на инструменте и зазвучала музыка. Парень же запел.

— Что это? Он просто здесь поёт? На вокзале? Но зачем? — я повернулась, ошалело смотря на Калеба.

— Это уличный музыкант, их здесь много, хочешь — послушаем, есть ещё время до отправления состава.

— Если можно, то я бы чуть задержалась тут, — и, дождавшись кивка Калеба, я повернулась к музыканту.

Я запоминала слова и подпевала, но тихонько, еле шевеля губами. К моему удивлению, вокруг выступающего собралась толпа народа. Кто-то пританцовывал, кто-то подпевал.

Парень закончил играть и поклонился. Люди хлопали в ладоши и свистели, подбадривая музыканта.

— Пойдём? — тихонько позвал меня Калеб и указал на состав.

Когда мы поднялись по ступенькам и зашли в купе, у меня пошли мурашки, но я тут же взяла себя в руки. Главное, это не самолёт. Вот люди сумасшедшие, сами садятся в какую-то железяку и летят по воздуху. Ещё и без магии!

— Калеб, — я повернулась к парню, занявшему рядом место: — Расскажи-ка, что здесь ещё есть кроме школы, поезда и самолёта.

Время в дороге прошло незаметно.

Калеб говорил обо всём: о своём детстве, школьных друзьях, предметах в университете, какие у людей есть традиции, рассказал как называются разные приборы. Показывал на своём телефоне, как они выглядят и как ими пользоваться. Какие существуют профессии, какими таблетками лечат доктора, историю человеческого мира, выдающихся деятелей, полководцев, философов.

Оборотень оказался настоящим кладезем информации.

Наверное, ему стоило стать учителем — так легко и непринуждённо он всё доносил. Я немного путалась и, подумав, мы решили говорить, что я приехала из другой страны и плохо понимаю местный язык. Таким образом, если я вдруг что-то напутаю, будет выглядеть не так подозрительно.

В Сонгород мы прибыли к вечеру этого же дня. Взяв машину, о принципе работы которой Калеб мне заранее рассказал, мы поехали к оракулу.

— Её зовут Варис. Она живёт за городом и очень любит уединение. У неё есть поместье, обычно собрание старейшин проходит в её доме. Все приезжают и решают накопившиеся проблемы.

— Разве оборотни не живут все вместе?

— Нет конечно, мир большой. Многие из нас разъехались по городам и странам. Оборотни очень любопытны, им всё интересно. Особенно это касается уже тех, кто родились тут. Они не чувствуют себя Аркадийцами, для них дом — мир людей. И хотя им также приходится скрывают свою сущность, эти ребята другие. Большинство оборотней, появившихся на свет здесь, даже не всегда школу заканчивали, сбивались в стаи и сбегали исследовать города и страны.

— Вы и раньше здесь часто бывали, — вспомнила я один из рассказов миссис Лавин.

— Да, нам нравится свобода. Аркадия — место, где мы могли быть собой, но несмотря на её обширные территории, она слишком мала для нас. Мы живём как маги. В среднем наш век раза в три длиннее человеческого. А это значит, мы уставали от Аркадии и выходили к людям.

— Оборотни могут создавать пару с людьми?

— Это нежелательно, мы тут гости, и не хотели бы афишировать своё пребывание в мире.

— Почему?

— Здесь другой, уже сложившийся веками, порядок. Люди верят в различные вещи, но никак не в магию. Если мы расскажем им о том, как обстоят дела, то можем вызвать панику. К тому же невмешательство в жизнь других цивилизаций — главное правило магов. Если перестать ему следовать, то начнётся хаос.

— Понимаю.

— Софи, прежде чем мы приедем к оракулу, я бы хотел кое-что рассказать.

— Слушаю тебя, — я спокойно посмотрела на Калеба, но внутри заскребли кошки. Вот сейчас я и узнаю, почему мужчина спас меня.

— На собрании старейшин мы будем обсуждать возвращение в Аркадию.

— Да, и что дальше? — я сделала безразличное выражение лица, но меня выдавала мелкая дрожь.

— Наш Оракул — Варис — подсказала мне способ, как открыть портал. Они долго работали над тем, как активировать ключ. И сейчас, когда он у меня, будет говорить о переезде домой. Многие оборотни устали скрываться и хотят жить как прежде, в свободной Аркадии.

— Ну что ж, раз у тебя есть ключ и вы так решили... Я, пожалуй, останусь в мире людей. Уеду куда-нибудь подальше, в тихое местечко.

Как только будет открыт портал, я должна буду скрыться, да так, чтобы меня никто и никогда не нашёл.

— Всё не так просто.

— Вот мы и подошли к главному, — рассмеялась я.

— Портал открывается ключом, раньше их было много и были они у старейшин. Таким образом гарантировалось, что никто не сбежит, и не раскроет наши тайны в мире людей. У самого портала были стражи, с двух сторон. Мои родители и я жили в доме, где ты пряталась. Поэтому я прошёл, не задев защиту. Они охраняли портал в Аркадии.

Парень немного помолчал и продолжил.

— Здание, где мы ночевали — дом стражей с этой стороны. Никто не мог пройти без их ведома и открыть портал. Чтобы ключ работал, его должен активировать маг. В мир был пронесён один-единственный такой ключ. Именно поэтому Тэрон не может сейчас попасть сюда — никто из его магов не обладает достаточной силой, чтобы зарядить их. Они, в большинстве своём, были уничтожены вместе с советом старейшин. Но несколько осталось в Аркадии. Технология создания их потеряна, и только потомки старейшин могут попробовать разобраться в магическом артефакте и сделать копию. Софи, нам точно известно, что ты — потомок главы совета.

Я сидела, нахмурив брови. Такого я точно не ожидала.

— Его уничтожили в первый день войны, в жестоко спланированном нападении. А его беременная, на тот момент, жена пропала. Уже после я узнал, что её спрятали мои мама и папа. Но во время родов женщину не смогли спасти.

Неужели, мои родители не отказывались от меня? Не бросали?

— Ребёнка искали, был самый разгар войны, и каждый выход через портал отслеживался, — продолжил он, — Тогда и было принято решение спрятать тебя в приюте вместе с другими брошенными детьми. Ведь противник знал, как ты важна. В тот же день один из оборотней специально активировал портал и прошёл через него, а стражи заблокировали его с этой стороны. Мы вывели противников на ложный след. Они думали, что малышку спрятали здесь, а маг, выращенный тут, никогда не сможет обрести полную силу. Мир людей — дефицитная магическая зона, дети со способностями просто-напросто их теряют.

Что-то такое я читала в книгах.

— Никто долгие годы в Аркадию с этой стороны не возвращался, о ребёнке все забыли. Закончилась война, и началось изгнание оборотней. Наши старейшины хотят, чтобы ты активировала ключ, и тогда мы сможем вернуться. С императором будут вестись переговоры. Но всё, чем занимались наши старейшины последние почти двадцать лет — это сбор доказательств, что мы невиновны. У нас там остались дома, друзья. А здесь ты получишь безопасное убежище. Варис, наш оракул, ещё долго будет уговаривать тебя помочь нам. Подумай об этом. Я не хочу заставлять тебя делать что-то силой.

Глава 7

Мне нужно было обдумать всё то, что сказал оборотень. Но и он имеет об Аркадии лишь радужные детские воспоминания.

— Боюсь тебя разочаровывать Калеб, но в ней сейчас уже нет такого понятия как «дружба». Да и семьями мало кто обзаводится.

— У нас было много друзей. Я и сейчас помню их имена. Маг Райли.

— Он вообще из дому носа не кажет.

— Миссис Джонс?

— Она ни с кем не общается и делает вид, что не слышит, когда задаёшь ей вопрос.

— Старик Аврам?

— Ходит с капюшоном на голове и притворяется невидимкой.

— Да что с ними всеми случилось? Я помню посиделки у нас дома. Никто из них не был замкнутым или нелюдимым.

— Знаешь, Калеб, у нас многое изменилось. И то, что на меня напали, это не просто случайность.

— Оракул сказала, ты в опасности. Каким-то образом твою силу рассекретили и пытались уничтожить.

— Если бы так было. Для начала я хочу рассказать тебе, как Аркадия выглядит сейчас. Это совсем не похоже на место из твоих воспоминаний. И когда мы дойдём до момента моего спасения и от чего ты меня защищал, я надеюсь, это никак не повлияет на твоё мнение обо мне. Ведь я действительно ничего не делала плохого и даже не собиралась.

И я начала свою историю.

***

Калеб задумчиво вёл машину. После моей исповеди он нахмурился и не сказал ни слова.

— Я понимаю, что в твои планы не входило спасать особо опасную преступницу, и ты сейчас злишься, — аккуратно начала я.

— Нет Софи. Я не об этом думаю, и злюсь совсем не на тебя, а на тех, кто выдумал такие глупые правила. Поверь, если бы я открывал портал, зная всё это, то повторил бы все те же действия, — и парень легонько сжал мне ладонь в ободряющем жесте.

— Купол Аркадии не просто защищает её. Он ограждает от вмешательства. Из мира людей нельзя было узнать, что там творится. Но оракул подозревала неладное. Пробиться сквозь защиту почти невозможно. Не переживай, я не дам тебя им в обиду.

После слов Калеба на душе сразу стало спокойнее. Незаметно для себя, я начала доверять парню. В мире, где у меня не было ни единого друга или просто знакомого, Калеб оберегал и защищал меня. Старался, как мог, обеспечить мне комфорт и спокойствие.

Машина выехала на небольшую подъездную дорожку и остановилась у старинного здания. Стены его облюбовал плющ, перед крыльцом расположилась лужайка, а позади строения виднелся сад. Рядом с домом была припаркована маленькая машина синего цвета. Дверь открылась и на улицу, громко лая, выбежали две небольшие собачки.

— Куда вы, а ну назад!

На крыльце показалась высокая, подтянутая женщина лет тридцати. Но, зная о том, что она не является человеком, угадать её возраст было почти невозможно. Длинные тёмные волосы были собраны в высокий хвост, на загорелых руках болтались звенящие браслеты. У женщины было узкое лицо с карими глазами и губы, накрашенные красной помадой. Одета оракул была в костюм свободного кроя лимонного цвета.

— Она весьма экстравагантна, — успел шепнуть мне парень до того, как женщина нас заметила.

— Калеб, как хорошо, что ты приехал. Я как раз сварила кофе.

— Добрый день, Варис, — поздоровался парень.

— Софи, верно? У меня нет карамельного сиропа, но кленовый не так уж плох.

— Откуда...

— Я же оракул, помнишь? Теперь, когда ты пересекла границу, я вижу тебя достаточно чётко. Не думаю, что тебе стоит возвращаться в Аркадию, пока мы не решим там свои дела. Тэрон и его оракул просто бестолочи.

— Вы знаете их?

— Теперь я их вижу. Пойдём, дорогая. Я всё тебе расскажу.

И Варис проводила нас в своё жилище. Дом оракула внутри был как с обложки одного из журналов, что я листала по дороге. Огромное пространство, с такими же, как и в прошлом доме, большими окнами, стены выкрашены в белый цвет. Только тут мебели было немного. На стенах висели картины с удивительными пейзажами — водопады, лес и море.

В дальнем углу я заметила мольберт, холст, краски и кисти. Рисунок мне не удалось разглядеть, так как мольберт был частично отвёрнут к окну.

— Присаживайтесь, — Варис подвела нас к узкому столу и мы разместились на высоких стульях.

«Барная стойка», — всплыло из памяти название.

Варис поставила перед нами две фарфоровые чашки с дымящимся напитком, и я сразу потянулась к кофе.

— У тебя, наверное, много вопросов, — сказала мне оракул.

— На часть из них мне ответил Калеб.

— Одни вещи не стоит говорить раньше времени, а другие и вовсе чужой секрет. Я расскажу лишь то, что касается одной тебя, не затрагивая других.

— Внимательно вас слушаю.

— Каждый ключ, открывающий портал в Аркадию, имеет свою мощность и срок годности. Наш был в мире без магии слишком долго, и потерял почти весь свой заряд. Его хватило бы лишь для прохода туда и обратно двум-трём людям. Поэтому Калеб и пришёл за тобой, чтобы ты активировала нам новый ключ. Конечно, это не единственная наша цель.

— Варис, давай по делу, без домыслов, — недовольно оборвал её оборотень.

— Когда я искала тебя, то видела, что тебе угрожает сильная опасность. Но я не знала, что именно. Всё, что я могла видеть — лишь твой смутный облик. И тогда Калеб отправился на поиски того, кто смог бы отворить эту дверь. Он обошёл всех, кто был изгнан, либо добровольно ушёл с Аркадии и нашёл ключ. Открытие портала помогло мне увидеть часть того, что там происходит, и что тебя ждёт. Ещё вчера — смутные тени, сегодня приобрели очертания. Ты объявлена в розыск, как особо опасная преступница.

— Это нам уже известно, — заметил Калеб.

— Но сейчас её ищут по всей Аркадии. В городе объявлена чрезвычайная ситуация, пока ещё они не понимают как она спряталась, но скоро поймут. Уже просочилась информация о том, что у Софи был сообщник.

— И ведь не угомоняться, пока не найдут, — вздохнула я.

— Не волнуйся: они там, ты здесь.

— А если портал всё-таки откроют?

— У магов нет силы в мире людей. Только несколько человек могут воспользоваться магией — это потомки старейшин. Даже Тэрон не всесилен здесь.

— Как только мы заключим с императором перемирие, я потребую твоей амнистии, — сказал Калеб.

— Но для начала нам нужно, чтобы Софи активировала нам ключ, — заметила Варис, — Мы предлагаем тебе сделку. Ты активируешь ключ. Взамен я учу тебя всему, что умею. В своё время, в Аркадии, меня готовили на пост оракула. Но война разрушила множество жизней и внесла свои корректировки. Когда Тэрон пришёл к власти, у него уже был оракул. И других он неоднозначно попросил последовать за оборотнями. Мне не нравилось то, что начало происходить и ушла сюда, в мир людей. Большинство моих друзей были изгнаны. Я смогу научить тебя многому. Знания, что были потеряны с советом старейшин, возможно будет возродить. В твоих жилах течёт кровь представителя совета магов. Это твой путь.

Я посмотрела на Калеба, и он кивнул. Да, тот самый разговор с оракулом и предложение, что так волнует парня.

— Но Тэрон никогда не допустит, чтобы я живой вернулась в Аркадию.

— Это будет тебе бонусом. Мы сможем убедить, что методы, которыми он пользуется, слишком радикальны и требуют изменений, — Варис ни на минуту не сомневалась в своих словах.

— Так ты согласна, Софи?

— Что будет, если я откажусь?

— Ничего. Не пытать же нам тебя, — оракул развела руками, — Ты пойдёшь своей дорогой, мы своей. Но ты уже взрослая. Освоиться в мире людей будет непросто. Нужно время, чтобы обрасти контактами, друзьями, знаниями. Я предлагаю тебе хорошую сделку.

— Можешь подумать, если сомневаешься, — добавил Калеб, — Не хотелось бы, чтобы это выглядело, будто мы давим на тебя, заставляя принять нужное нам решение. И я всегда поддержу тебя, даже если ты не согласишься.

— Но лучше будет, если всё же согласишься, — добавила женщина.

— Не дави на неё, Варис. Она второй день в этом мире. Её пытались убить. Дай ей прийти в себя, — Калеб очень внимательно посмотрел на оракула, и между ними словно произошёл безмолвный разговор.

— Я согласна.

Варис права. Здесь я никто. А Аркадия — мой дом. Если портал будет открыт, я смогу попадать в Аркадию и обратно, когда захочу. А если Варис и Калеб замолвят за меня словечко перед императором, то мой приговор отменят. В конце концов, он хотел на мне жениться! Если придут оборотни, жизнь в Аркадии вернётся. Люди перестанут бояться, и эти правила и охота на магов-преступников прекратится. Нельзя уничтожать людей, не дав им даже шанс на изменение.

— Что ж, поздравляю тебя, ты приняла правильное решение. Я приготовила для тебя комнату. Калеб, ты остановишься в той же, что и прежде. А комната Софи — прямо напротив твоей. Проводи её. Примите душ с дороги, а я отправлюсь отдыхать. Если захотите есть — пицца в холодильнике. Завтра подъём ранним утром, будем начинать обучать Софи, — и с этими словами Варис удалилась. Две маленькие собачки, виляя хвостиками, последовали за хозяйкой.

— Пицца?

— О, это невероятно вкусное блюдо. Попробуешь?

Тем же вечером мы с Калебом сидели на крыльце, ели пиццу и болтали обо всём на свете.

— Каким ты представляла себе мир людей? — задал вопрос Калеб.

— Огромным, ярким и необыкновенным. Ты мечтаешь вернуться в Аркадию? В свой дом?

— Хотелось бы попасть туда, где я провёл первые годы жизни. Мы уходили в спешке, ничего не забрав. И я почти не помню нашу жизнь там.

После слов Калеба, я нащупала в кармане краешек фотографии, принесённой из Аркадии. — Когда я вернулся за тобой, дом признал защиту родителей и впустил меня, но я даже ничего не успел рассмотреть, смутно вспоминал расположение комнат, — продолжил парень.

— Вот, держи, — я достала из кармана фотографию и протянула Калебу, — Её я нашла в доме. На ней ты и, видимо, твои родители. Хоть что-то.

Парень взял протянутую вещь и начал разглядывать. Спустя секунду лицо его прояснилось, он улыбнулся, а на щеках появились ямочки.

— Спасибо, я отдам эту фотографию маме, она очень скучает по дому, — признался парень.

— Скажи, как ты прошла защиту? Ведь там ещё была активна магия.

— Я вижу ловушки, — неохотно ответила я.

— Серьёзно? — мужчина поднял тёмную бровь, понимая, это очень редкая способность, — Твои бабочки меня впечатлили.

Калеб запустил руку в волосы. И начал задумчиво рассматривать фотографию. Я же тем временем смотрела на профиль оборотня. Тёмные, шоколадного цвета, волосы на уровне подбородка, чёрные брови, серые глаза. Острые скулы, нос и подбородок. У парня были плавные, но быстрые движения — отличительная черта оборотней. Мужчина повернул взгляд вбок, и я попалась за наблюдением.

Какой стыд! Но он не посмеялся, как я ожидала, а лишь начал тихонько говорить.

— Когда я ещё жил в Аркадии с родителями, то немного завидовал магам. Ваши фокусы всегда выглядели эффектно. Оборотни были просто неотёсанными деревенщинами по сравнению с вами. Как-то раз на празднике один из детей показывал ледяные фигуры, которые он создавал на ходу. Все взрослые так им восхищались. А я завидовал и думал: всё, что я могу — это грубая физическая сила до и после превращения.

— А как ты думаешь сейчас?

— Не так-то просто быть магом, оказавшимся среди людей. Оборотням было проще. Ладно, Софи, тебе пора спать. Помнишь, как пользоваться микроволновкой, если вдруг проголодаешься?

— Конечно, спасибо за заботу.

А про себя я подумала, что лучше уж умереть от голода, чем подойти к этому адскому изобретению. Шумит, пищит, так и не ясно, как работает. Я всё ещё не верила, что здесь обходятся без магии.

— Эм, Калеб?

— Да, Софи?

— А что изображено на картине в кухне у Варис?

— Это известная во всём мире башня.

— Какая-то она кривая.

— Да, так и задумано, но она не существует, а живёт лишь в красивой легенде. Хотя здесь полно таких падающих башен.

— И они популярны, потому что построены неправильно?

— На этот счёт есть история. У одного человека было много сыновей, и они решили разойтись по миру. Но прежде всего, они хотели построить башню до небес. Да такую, чтобы все видели и завидовали. По легенде Божество, в которое верят люди, живущие здесь, решило их наказать за гордость. И смешало их языки, чтобы один не понимал другого. Они не смогли построить ровную башню, так как говорили на разных языках. А башня, точнее легенда о ней, стала символом борьбы с гордостью и другими пороками общества.

Вечером я долго ворочалась с бока на бок в кровати и не могла заснуть. Варис пообещала мне обучение. А Калеб поддержку. Я всегда хотела развить свою силу, поэтому и согласилась. Но меня всё ещё беспокоила ситуация в Аркадии.

Мне показалось, что меня окутал какой-то лиловый туман и я провалилась в сон.

Я шла по ступеням в замок Тэрона. Ни охраны, ни кого-то из слуг не было видно. Дворец как будто опустел. Только здесь было холоднее, чем обычно.

— Софи, дорогая, — на встречу ко мне выплыл император, — Как долго я тебя искал. Молодец, хорошо спряталась. Но ты же понимала, что я тебя всё равно найду?

Меня прошиб пот. Это не сон, каким-то образом я оказалась в Аркадии. Наверное, всё тот лиловый туман виноват!

Я развернулась и побежала вниз по ступеням.

— Софи, подожди, не заставляй меня за тобой бегать, — послышался позади голос императора. Но я уже не останавливалась. Вбежала в город и понеслась к окраине. Портал, он должен сработать. Если меня как-то похитили, то Калеб вернёт меня, найдёт способ!

— Софи, дорогая, как наиграешься, я жду тебя во дворце, — слышится голос императора позади.

Вдоль по узкой улочке я свернула направо и оказалась перед дворцом. Может, впопыхах я не там пошла? Резко затормозив и повернувшись на каблуках, я побежала в другую сторону. Поворот, ещё один и опять замок. Да что же это. Я разворачиваюсь вновь и вновь ищу выход, но его нет.

Уже пропали и окна, и двери в домах. Только узкие улочки, серый холодный камень и дорога к дворцу. Не рассчитав силу, падаю на мостовую, царапаю ладони и колени, но встаю и пытаюсь найти выход. Всё напрасно. Каменные стены начинают расти, и я оказываюсь в лабиринте.

— Нет, думаю я, лучше уж здесь. Во дворец я не пойду.

И камни, словно желая меня напугать, начинают двигаться. Улочка сужается, кажется: вот-вот и окажешься раздавленной лабиринтом. Я делаю вдох и шагаю к дворцу. Сзади меня слышится шум. Вот и захлопнулась ловушка.

Я медленно бреду по саду. Во дворце свет горит лишь в одном окне — кабинете императора. Мне не хочется туда идти, но он уже знает, что я здесь. Больше скрываться нет смысла.

К моему удивлению, мужчина встречает меня у двери и галантно предлагает пройти. Подвигает стул, чтобы я села. Я так устала, что мне уже всё равно, что Тэрон сделает со мной. Силы как будто покинули меня.

— Софи, я предлагаю тебе замечательный договор. Ты добровольно приходишь ко мне, а я объявляю тебя невиновной. Всё это было ошибкой, милая. Мы можем пожениться, ты станешь моей императрицей. И мы будем править долго и счастливо.

— После того, как вы отдали приказ меня убить?

— Ах, Софи. Я ведь тоже подневольный человек. Нужно следовать своим же законам. Просто сейчас я понял, что это не выход. Скажи, милая, что ты думаешь о моём предложении?

— Я ничего о нём не думаю.

— Почему же? У тебя будет всё, что ты хочешь: деньги, власть и сила.

— Вы ошибаетесь, если считаете, что это то, о чём я мечтаю.

— Ни один человек не откажется от такого.

— А я отказываюсь.

— Решай, Софи. Я не буду торопить тебя.

— А если бы вы меня убили? Наверное уже и новый отбор невесты бы организовали, — злорадствую я.

— Софи, ты меня огорчаешь. Пообещай, что хотя бы подумаешь над моим предложением.

— Я даже обещать ничего не хочу вам.

— Софи, что же ты творишь? Я ведь пытаюсь тебя спасти, — и император берёт меня за руку, — Скажи мне, где ты прячешься?

— Где я что?

— Где ты находишься? Кто твой союзник в Аркадии?

Зрачки императора темнеют, он всё сильнее стискивает мою руку.

— Скажи, кто помогает тебе, Софи? — уже практически кричит император, и тут я понимаю, что он так и не нашёл меня, но искать не прекращал.

Я чувствую леденящий холод и просыпаюсь.

В комнате тепло, но я кутаюсь в одеяло. Сон был слишком страшный. Я проснулась от будильника, как же хорошо, что я решила завести его раньше на полчаса. Иначе бы ещё тридцать минут смотрела этот кошмар. Подойдя к ванной, включаю свет. Холодная вода отрезвляет. Пока я умываюсь, то не вижу ладони своих рук и, лишь закрывая кран, обращаю внимание на синяки. Словно меня сильно схватили. Кажется, это был не просто сон...

Оставшееся время я сижу, забравшись с ногами на кровать. В ночной сорочке, с длинными растрёпанными волосами. Судорожно накручиваю светлые прядки на тонкие пальцы. Перебираю их, пытаясь успокоиться. «Тэрон нашёл способ меня достать. Каким образом? И мог ли он меня убить во сне? Если его хватка оставила синяки на моих руках» — я ещё раз вытягиваю кисть, чтобы убедиться в наличии отметин, — «То может ли он меня убить в моём же сне?

Это же невозможно, я никогда о таком не слышала. Как вообще Тэрон смог попасть в мой сон? Наверное, это Оракул помог ему как-то установить со мной связь. Но как? И что сделать так, дабы это впредь не повторилось?»

От тяжёлых мыслей меня отвлёк тихий стук в дверь.

— Войдите, — ответила я и я закуталась в одеяло.

— Доброе утро, — в комнату вошёл Калеб, — Я не помешаю?

— Нет, нисколько, проходи.

— Я услышал шум и решил, что ты уже встала.

— Да, я проснулась недавно.

— Софи, с тобой всё хорошо? У тебя синяки под глазами.

— Да, к сожалению, не только под глазами, — усмехнулась я и показала оборотню руку.

Парень подошёл ближе и аккуратно взял мою ладонь.

— Софи, что случилось?

— Мне приснился кошмар, точнее, даже не знаю, приснилось это или нет.

— Расскажи мне, я попытаюсь помочь, — Калеб смотрел на меня с тревогой в глазах.

— Началось с того, что я увидела лиловый туман. Я уже засыпала и подумала, что это часть сна. Потом я оказалась у Тэрона, в Аркадии. Пыталась сбежать, но не могла, все дороги вели к замку. А потом город и вовсе превратился в лабиринт, стены которого начали сужаться. Мне пришлось пойти в замок.

— Ты видела Тэрона?

— Да. Он предложил мне сделку.

— Какую сделку, Софи?

Я молчала, а Калеб нежно поглаживал мою пострадавшую руку.

— Просил, чтобы я вернулась. Предлагал править.

— Что? Править?

— Да, есть вещь, о которой я умолчала. Оракул Тэрона увидел во мне потенциально сильную императрицу. Мы с ним должны были сочетаться браком.

Зрачки оборотня слегка увеличились.

— Да, кхм, такого поворота я не ожидал. И ты любишь его?

— Мне страшно, Калеб, — я не выдержала и слёзы потекли тонкой струйкой, — Он сначала предлагал сделку, потом стал угрожать. Схватил мою руку, если бы не прозвеневший будильник, я не знаю, может он и убил бы меня в моём сне.

— Успокойся, Софи, — оборотень обнял меня и начал гладить по голове, — Я не дам тебя в обиду.

Спустя некоторое время, успокоившись, я задала Калебу вопрос, волнующий меня:

— Как ты думаешь, такое вообще возможно? Как он узнал где найти меня? Точнее, как нашёл меня во сне?

— Я никогда не слышал о таком, но нужно спросить Варис. А пока, откладываем тренировки и обучение. Тебе нельзя уставать. Иначе ты заснёшь, и случиться беда.

— Давай я поговорю с Варис, а ты можешь пока погулять, — предложил Калеб.

— Нет уж, раз это касается меня, то я хочу тоже присутствовать.

— Ну тогда одевайся, и спускайся, я буду ждать тебя внизу.

Я открыла шкаф с вещами, которые мне приготовила женщина. Тут было множество платьев. Так вот, что имел в виду Калеб, когда называл её экстравагантной. Отделка бисером, перья, бахрома. На некоторых платьях были немыслимо красивые рисунки, завитки, геометрические фигуры, без одного рукава, с удлинёнными рукавами, с вырезом, воротничком, с открытой спиной.

Глаза разбегались от количества нарядов. Я хотела одеть что-то удобное и скромное, но в шкафу такого не нашлось. В самом углу, почти у стенки, висело ярко-красное платье простого кроя, с рукавами три четверти и длиной чуть выше колен. Оно было самым скромным по фасону, но достаточно ярким.

Что ж, такое платье мне по душе.

Глава 8

Я спустилась на первый этаж в поисках Варис и Калеба. Навстречу мне выбежали две маленькие собачки — это их я вчера видела с хозяйкой дома. Собачки вертелись у меня под ногами и тявкали. Я не понимала что они хотят, пока одна из них не встала на задние лапки, передними уперевшись мне в ноги, и завиляла хвостом. Я присела и погладила малышей.

Какие же они хорошенькие!

У них была мягкая шерсть и милый взгляд. Одна из собачек ухитрилась, подпрыгнула и облизала мне лицо. Я засмеялась и почесала её.

Тут же вторая попыталась залезть мне на колени.

— Осторожно, — сказал Калеб, появляясь в дверях, — они очень избалованы вниманием. Теперь не отстанут от тебя. Наша Варис, любитель помогать животным.

— Калеб, прекращай флиртовать с Софи. Нас ждут более важные дела, — послышался крик из другой комнаты, и оборотень смутился.

— Я уже всё ей рассказал. Пойдём, поговорим с ней.

И я пошла вслед за оборотнем. Преданные собачки увязались за мной, громко лая и путаясь под ногами.

— Софи, — поприветствовала меня женщина.

Сегодня оракул была в зелёной блузке и длинной юбке чуть темнее блузы. На шее висели белые бусины, а в ушах поблёскивали серьги с прозрачным камнем. На свету он играл разными цветами. Красивый. Надо будет спросить у Варис, что это за камень.

— Я бы хотела помочь тебе, Софи, но право не знаю как. Можно попробовать сделать для тебя оберег от чужой магии и воздействия, но он не очень долгосрочен, хватит лишь на пару ночей. А дальше…

Оракул не стала договаривать, но я и сама всё поняла. Тэрон продолжит попадать в мои сны и пытаться меня убить. А синяки на ладонях — живое доказательство, что у него это может получиться.

— Варис, делай оберег. Для того, чтобы провести собрание оборотней его хватит, а дальше я знаю, к кому обратиться.

— Неужели это тот же человек, кто активно помогал нам в поисках ключа?

— Верно.

— Но он потребует оплату своих услуг. Ты готов будешь ему заплатить?

— За меня, Варис, волнуйся меньше всего. Я подготовлю дом к приходу оборотней, а ты помоги Софи.

— Хорошо, когда начнёшь, возьми девушку с собой, чтобы не сойти с ума.

— Принято.

Когда Варис удалилась, я подошла к оборотню.

— Скажи, есть какие-то особые ритуалы, проводимые перед собранием оборотней?

— Да есть один. У людей он также применяется при массовых сборищах. Называется «много пиццы».

— Хорошо. Я готова помочь тебе с пиццей. Её нужно заколдовать или что мы будем делать?

— Для начала нам надо поехать в колыбель хаоса — супермаркет.

— Мы поедем в большой магазин? — вспоминала я название, увиденное в журнале.

— Да, здесь будет ну очень много оборотней, а значит нам нужно купить тонну замороженной пиццы, разогреть её в духовке и приправить всё это кучей чипсов. Мы едем за продуктами, Софи. Оборотни очень любят еду.

— Мне тоже понравилась ваша пицца.

Дорога до супермаркета заняла двадцать минут. Я время от времени подпевала музыке, льющейся из маленькой чёрной коробки в машине и вертела головой по сторонам. Иногда Калеб замедлялся и проговаривал название объектов, что мы проезжали.

— Это почта, люди отправляют письма и посылки по всему миру с помощью неё.

— Детский сад. Малышей оставляют здесь родители, чтобы пойти на работу, сделать дела или просто чтобы дети социализировались.

— А тут школа — я тебе уже рассказывал про неё.

Доехав до магазина, мы припарковались на огромной подземной парковке. Кроме нашей в этом месте была сотня других машин. Мне показалось, что я очутилась в музее автомобилей. Разных размеров и форм, они выстраивались на размеченных краской парковочных местах. Калеб объяснил, что необходимо запомнить свой номер, чтобы не потерять машину здесь.

Мы вошли в огромный зал с множеством полок. Таких зданий я никогда не видела. В каком-то смысле всё здесь мне напоминало библиотеку во дворце. Только на стеллажах были всевозможного размера коробки.

Калеб достал список и зачитал его.

— Для начала нам нужно купить молоко. Пойдём в этот отдел.

Чем ближе мы подходили к цели, тем холоднее становилось в помещении. Между стеллажами, где оборотень набирал продукты, меня стало потряхивать от холода. На коже появились мурашки.

— Что это за магия? — стуча зубами, спросила я у оборотня.

— Это холодильники, их используют, чтобы продукты не портились.

— Почему здесь так холодно, а там, откуда мы пришли было тепло?

— Так работает эта система. Она охлаждает еду на полках, такие полки стоят друг напротив друга и в зоне их расположения всегда достаточно прохладно. Я уже взял, что нам нужно, пошли дальше.

Пока Калеб выбирал очередную вещь из списка, я разглядывала товары и приблизилась к двум разговаривающим женщинам.

— Карен, послушай меня, я всю свою посуду мою с содой. Моющие средства, которые нам рекламируют сейчас — сплошная химия. А сода — натуральный продукт. Кроме этого ей можно чистить мебель. Я промываю с ней овощи и фрукты, чтобы избавить от пестицидов и добавляю её в соусы.

А когда болею, выбираю полоскать горло ей, чем пить таблетки.

— Согласна с тобой, Бетти, они постоянно пичкают нас химией и вредной едой. Поэтому я и занялась фермерством. Выращиваю всё на своём огороде! — отвечала вторая женщина.

— Нашла что-то интересное? — ко мне незаметно подкрался Калеб.

— Да. Не знаю, что значит сода, но я поняла, что это самая функциональная вещь в мире!

Медленно шествуя от стеллажа к стеллажу, мы продвигались вглубь зала. На фоне играла приятная мелодия, а Калеб разрешал мне скупать всё, что понравится.

Сейчас весь мой выбор был хаотичным и состоял в основном из ярких или необычных предметов. Оборотень даже взял для меня отдельную корзинку, чтобы мои сокровища не спутали с покупками для собрания стаи.

Я, конечно же, готова была поделиться, но Калеб заверил, что в этом мире нет проблем с покупками, и мне не нужно отдавать кому-то понравившиеся вещи.

Первым в мою корзину полетела коробка конфет. Большая и с красивыми фантиками. Конфеты напоминали мне моих бабочек и парень, недолго думая, взял их для меня. Дальше по списку был гель для душа с невероятным запахом. На что оборотень сказал, что ароматный гель повторяет запах экзотического фрукта, который мне тут же захотелось попробовать. Ещё пару покупок я сделала в отделе игрушек.

Было очень неловко, ведь с ними играют дети, но я так заворожённо косилась в ту сторону, что парень взял меня за руку и отвёл в этот отдел.

Кукла с длинными красного цвета волосами и хвостом, игрушечное пони, плюшевый медведь, альбом с раскрасками и краски.

Гулять, так гулять! В моём детстве не было такого разнообразия игрушек. До закрытия портала маги таскали игрушки из мира людей, а после повторяли их и делали вместо людей. Но с помощью магии получались какие-то невообразимые животные, иногда уродливые, иногда даже симпатичные. От них веяло магией и служили они совсем недолго, рассыпаясь в прах или теряя свои очертания и превращаясь в комок пластика.

А кукол или игрушек в виде людей уже как лет двадцать не было. Разве что где-то в семьях они сохранились, как реликвия потерянного мира. Рука сама потянулась к пони, погладить деревянную лошадку. Хвост и грива игрушки были сделаны из мягкого ворса. Такие же мягкие и лоснящиеся были волосы у куклы.

Калеб рассказал, что игрушка очень популярна у людей, по ней написаны книги и сняты фильмы, мультфильмы. Он также заявил, будто это очень трогательный и романтичный мультик. Но я не поняла, что он имел под этим ввиду.

— Девушка с красными волосами — дочь царя подводного мира, — увлечённо рассказывал оборотень, — Она влюбилась в человека и пожертвовала голосом ради парня. Нет ни единого ребёнка, кто бы не смотрел этот мультик. Я в детстве тоже его очень любил.

— Странные у людей представления о романтике. Девушка жертвует голосом. А что же тогда романтичного нужно сделать парню? Вырыть под её домом ров, залить его водой с лепестками роз и запустить туда лебедей?

На моё предположение, Калеб только рассмеялся.

Увидев полки с мягкими игрушками, я долго рассматривала и ощупывала их. Наконец, выбрав самого мягкого медведя, взяла себе. В одном журнале я увидела картинку, где девушка спит в обнимку с медведем. Раз я в мире людей, нужно соответствовать!

— Калеб, а ты спишь с мягкими игрушками? — задала я вопрос.

— Спал лет до восьми. Попав в этом мир, родители скупали мне всевозможные игрушки, чтобы компенсировать потерю дома и друзей.

Краски и альбом в мою корзину Калеб положил сам.

— Будет чем заняться на досуге, — объяснил он, — Если тебе нравится всё яркое, то сочетание цветов и картинок тебя явно заинтересует.

Последними в мою корзину отправились стакан с мотоциклистом, декоративная клетка для птиц, набор гирлянд и небольшая пластиковая лопатка. А уже почти на выходе я присмотрела чайный набор.

Калеб молча сунул его мне и мы пошли к выходу. Уже на парковке, я поняла почему парень говорил о том, что нужно запоминать место, где оставил машину. Половина покупателей уехала на своих машинах, которые я запоминала как ориентир, а другая половина, наоборот, приехала, разместив свои машины и запутав меня.

— Если вдруг ты не запомнил парковочный номер, что же делать? — жалобно спросила я у парня.

— Ну, есть один метод. У тебя на ключах от машины есть брелок, им ты ставишь машину на сигнализацию, и он начинает пищать. Можно ходить и искать нажимая на кнопку. Вот, держи.

Калеб наверняка запомнил, где оставил машину, но позволил мне найти её самой.

На обратной дороге я включила радио погромче. Всему виной страх заснуть и оказаться во власти Тэрона. Диктор вещал о какой-то закрытой стране, в которой власть безраздельно принадлежала диктатору.

— Со стороны мы видим заботу о своём народе, — рассказывал голос с радио, — Но что же на деле? Границы закрыты. Нам объясняют это для защиты населения, но это всё ложь. Границы закрыты, чтобы никто из жителей не смог сбежать.

— Прямо как у нас в Аркадии.

— Налоги растут, каждый год. Народ бедствует, а глава государства живёт в роскоши. Всех неугодных отправляют в ссылку, вы знаете сколько там политических заключённых. Власть делает всё, чтобы держать страну в ежовых рукавицах. И главное — подавление восстания на корню. Лишь зарождается мысль о бунте, как сотрудники спецслужб уже находят борцов за свободу.

После этих слов меня словно молнией ударило. Оракул Тэрона!

В последний мой день в Аркадии мы гуляли по парку, а затем оракул увёл меня в башню в очередной раз проверить, нет ли осечки. И там в башне, я предавалась раздумьям о том, что было бы если мир стал прежним? И на секунду допустила мысль, что императора не будет. Оракул видит будущее, но что если он прочёл меня, мои мысли в тот момент, и не так всё понял? Но если это так...

Ещё более страшная мысль осенила меня. Люди, которых так старательно уничтожали, были не преступниками. Они могли быть не согласны с властью. Правителя боялись и уважали, но мало кто считал его мудрым. Тогда может статься, что Тэрон поступил не лучше тех захватчиков, и сам окунул Аркадию в пучину страха и террора.

Я хотела поделиться своими мыслями с Калебом, но передумала, что если это лишь мои догадки?

С другой стороны, я ведь знаю себя, я никому не желала зла. Хотелось лишь повидать мир и быть чуть свободнее.

Мне уже было не до радио, я стала складывать маленькие кусочки своей памяти в большой пазл. Вот мисс Лавин сокрушается над ужесточением правил. Булочник недоволен новыми законами. Люди шепчутся, но идут за императором. Никому не нравится то, что творится в городе.

В дни, что объявляли охоту, я всегда сидела дома. Мне было страшно. И речи не было о том, чтобы присоединиться к поимке преступника. Многих я не знала, но вот память услужливо выдала мне имя: Нейтон Нармстронг. Парень, которого я иногда видела на общегородских праздниках. Он был достаточно сильным магом и ходили слухи, что ему предлагали работу в охране Тэрона, но он отказался. Парень любил науку и интересовался историей.

Несмотря на больший объём силы, он нашёл себя в другом, не связанным с защитой города и населения деле. Нейтон был дружелюбен, его знали многие. И если я была «невидимка», то Нармстронг был «своим парнем». С ним вели беседы даже самые угрюмые и недружелюбные личности.

Он не критиковал власть открыто, но лаконично доносил до общества, что хорошо бы выступить с просьбой уменьшения налогов. В казне много денег, а люди еле концы с концами сводят. Парень выступал за реформу детских домов, школ и обучающих центров. Он умел толково говорить. И к нему прислушивались.

Пока однажды его образ не появился в проекции на главной площади. После его поимки многие стали ещё более подозрительные и закрытые. Говорили о том, что по его речам сразу было понятно, что он толкает на революцию. Как по мне, так парень был просто умным. На глаза навернулись слёзы и я постаралась незаметно вытереть их рукавом.

Нармстронг был единственным, кого я знала из казнённых. Когда выносят приговор человеку, с кем ты лично не знаком, легко представить его монстром. Но парень им совсем не казался. Всю ночь, когда его объявили в поиск, я не спала. Вертелась с боку на бок, размышляя о том, как я могла просмотреть в нём преступника. Несмотря на все обстоятельства и слова оракула, которые никто не ставил под сомнения, мне его было жаль.

Приложив голову к окну, я сам не поняла как задремала.

Проснулась я от толчка.

— Софи, — напротив меня стоял Тэрон, — Ты так быстро ушла, что я даже не успел попрощаться.

Я стала озираться. Всё верно — я снова в замке. Да что ж такое!

— Не бойся, Софи, я не причиню тебе вреда, по крайней мере, пока...

— Как я здесь оказалась?

— О, это всего лишь магия моего оракула. Процедура, которую мы с тобой проходили — проверка уровня силы, связывает нас на некоторое время. Я не чувствую тебя и не могу найти здесь, в Аркадии, но вот в твоих снах я могу быть. Скажи, как тебе удалось уйти?

Я стиснула крепче зубы и сделала шаг назад.

— Понимаю, ты не хочешь говорить. Скажи, ты подумала о моём предложении?

— Я и думать о нём не хочу!

— Софи, дорогая, но я ведь предложил тебе хорошую сделку!

Я уже видела Тэрона таким. Сначала он пытался силой добиться желаемого. Но когда не получал, становился мягким и покладистым, словно убеждая, что уступив ему, ты победишь в сражении.

— Я могу дать тебе ещё немного времени. Начиная с завтрашнего дня я жду от тебя ответ. Иначе...

Он не стал договаривать, но я всё поняла без слов.

— Что ты сделал с Нейтоном?

— Кем? — удивлённо спрашивает правитель, подняв брови вверх.

— Парень, на него тоже была объявлена охота.

— Ах, Нейтон, точно. Всех уже и не упомнишь, — равнодушно пожал плечами Тэрон, — Он был бунтовщиком, таким не место в Аркадии.

— Так значит не место, — вскричала я.

Злость и ярость застелила мне глаза.

— Ты уничтожил его, потому что испугался.

Я медленно стала подходить к императору.

— Он мог внести смуту в сознания людей, я беспокоюсь о жителях, — огрызнулся тот.

— Ни о ком ты не беспокоишься, кроме как о себе, — грубо оборвала его я, — Жалкий, ты видишь в каждом опасность твоему трону!

— Ты даже не знаешь, о чём говоришь! — взревел мужчина, — Как ты вообще позволяешь себе говорить с императором. Наглая девчонка!

Тэрон попытался схватить меня за предплечье, но я увернулась.

— Не смей трогать, мне противно. Как ты вообще мог поднять руку на тех, кто живёт в твоём мире. Как у тебя хватило духу уничтожать несогласных с тобой магов, когда сила вырождается. Мы на грани вымирания, и всё из-за тебя.

— Всё идёт по плану! Как и должно быть!

— По чьему плану? Твоему?

— Да, моему!

— Нет, ты не правитель, ты гнусный лжец и трус, — я засмеялась и подошла вплотную к Тэрону.

— Можешь сколько угодно пытаться уничтожить тех, кто против тебя. Но тогда ты останешься один. Никто в этом городе больше не будет тебя бояться, я уж позабочусь об этом.

Император сделал шаг назад, краем глаза я заметила, как дрогнула его рука. Словно он меня испугался.

— У тебя есть сутки, Софи. А дальше я тебя уничтожу. Подумай о моём предложении, — сухо ответил мне правитель и растворился в воздухе.

Меня трясло то ли от злости, то ли от страха.

Я зажмурилась и попыталась открыть глаза, но ничего не произошло.

Мужчина ушёл, а сон не прекратился. Как такое может быть?

Вокруг меня сгущался туман, но очертания дворца были все ещё различимы.

Я пошла по коридору и толкнула первую попавшуюся дверь. За ней стояли несколько человек из охраны императора и что-то бурно обсуждали. На меня они не обратили никакого внимания. Сначала я замерла, но не заметить открывшуюся дверь было невозможно. Если только...

Мне пришла в голову одна теория и я решила её проверить. Пройдя вглубь, подошла прямо к охране и встала рядом. Мужчины даже не повернули головы. Всё понятно. Тэрон мне наврал, он использует не нашу с ним магическую связь, а мою и его дворца в Аркадии. Я оставила здесь свой магический след в башне оракула, и соответственно, даже из другого мира он может вызвать сюда мою астральную проекцию.

Я слышала когда-то о таком. Конечно не в таком контексте. В той истории человек добровольно оставил свой магический отпечаток, чтобы быть с любимой, когда родители были против их брака.

Романио — мужчина, оставивший в доме девушки частичку себя и магии. Он каждый день приходил, чтобы увидеть свою возлюбленную и поговорить с нею. Дженевьева же, хотела отравиться зельем, после того, как родители разорвали помолвку.

Историю написал наш маг сотни лет назад. О том, как оставлять магический след, он умолчал, а потом и вовсе якобы ушёл в мир людей. Многие считали эту историю сказкой, и вот я поняла, что она могла быть вполне реальна.

Я двинулась дальше и открыла следующую дверь. Пройдя узкий коридор, я оказалась в библиотеке. Интересно, могу ли я найти нужную мне здесь информацию?

Прежде всего, я отправилась к стеллажу с фамилией автора истории. Итак, рассказ о Романио и Дженевьеве. Пролистав несколько страниц, я нашла нужный абзац.

Хм, полной информации здесь нет, но есть интересная пометка: индексация силы создаёт прочную кратковременную связь испытуемого с оракулом. Таким образом, оракул считывает не только силу, но и потенциальную пару.

Какую пару? О чём это они?

Я перевернула страницу и углубилась в чтение.

Итак, потенциальная пара, или истинная пара — это мужчина и женщина, в союзе которых рождается сильнейший маг. Процентное содержание истинных пар на население всего пятнадцать от сотни. Истинную пару связывает не только крепкая любовь, но и высокий уровень магической совместимости.

Что и обуславливает удачную передачу магических генов потомству.

Это получается, Тэрон искал истинную пару? И я его истинная пара?

Но почему об этом не известно широкому кругу магов? Эту информацию никто и всерьёз-то не воспринимал.

Если один маг из истинной пары, по каким-то причинам погибает, второй лишается возможности стать родителем сильнейшего ребёнка. А при создании пары с магически несовместимым партнёром магический ген и вовсе теряется.

Так вот почему магия в Аркадии вырождается! Кроме императора никто не проходил процедуру поиска магической совместимости. Но если Тэрон знает это, почему же он не открывает информацию для большинства? Он же сам переживал за утерю магии среди населения.

Только, если он не хочет оставить всю магию себе и своим потомкам. Ведь, управлять слабым народом будет гораздо проще...

Я закрыла книгу и поставила на полку.

Итак, что я имею: Тэрон лгун, ни единому слову его верить нельзя.

Магия в Аркадии вырождается не просто так, а целенаправленно. Если верить писателю, существуют истинные пары, около пятнадцати процентов от общего числа, где дети рождаются с сильными способностями. Как найти свою пару — легко, пройдя процедуру по индексации силы. Тогда оракул найдёт тебе подходящего партнёра. В пометках значилось, что по-настоящему сильный оракул даже без процедуры индексации силы видит пару магу. Но таких, наверное, ещё поискать надо.

Я начала листать остальные книги в попытке найти что-то ещё, но всё напрасно. Страницы становились все прозрачнее, а дымка обволакивала библиотеку. Меня потянуло в сон, и я словно куда-то провалилась.