Искра. Дарованная

Обращение к читателям

Дорогие мои читатели, мне очень приятно, что вам интересна моя история. Но мне также хочется получить обратную связь. Если вам нравится моё творчество - поставьте лайк, добавьте комментарий. Мне и моей Музе будет очень приятно. А также вы ускорите выход новой главы. Очень вас всех ценю и желаю тёплого вечера. Да, у нас выпал снег)

Предисловие

Дорожка цветов покрылась холодными каплями росы, потеплее укутываясь в густой тёплый туман, пахнущий знойным летом. Последняя звезда ещё не покинула небосвод, приветствуя первые лучи красного солнца. Рассвет медленно, но верно убаюкивал ночь, вступая на пост.

Ветайр, не так давно став богом, грустно смотрел на свой мир, который был похож на засыпающую ночь. Скоро не останется почти никаких рас, кроме орков. Но они не смогут сберечь этот мир. Скорее уничтожат их, погрузив в нескончаемые войны. И надо же было создать такую ветвь расы! Ну как можно было забыть вплести в их души добро? Хотелось нового, небанального! Вот и получил на свою голову…

А с другой стороны люди, тёмные и светлые эльфы, вампиры, исты, наги, харсы и куча рас прибожков! Сердце рвётся от осознания того, что им грозит вымирание. Что же делать? У Вертайра есть всего 100 веков, чтобы изменить это. Но что делать? Он и так искал ответ слишком долго.

А ведь Вселенная уже знает такую историю, даже не одну. Когда из всех рас оставалась одна, а все остальные становились не более чем легендами и сказками. Вот к тому богу и надо обратиться. Может, подскажет чего дельного.

На крайний случай, Вертайр готов пойти на унижение. Хоть бы до этого не дошло.

Перед границей миров молодой бог нервно мял своё одеяние, не решаясь нарушить покой местного бога, пережившего смерть огромного количества рас, и потому лелеющему своё последнее, теперь уже точно, сокровище. Любые другие боги, что смели посягнуть на его детей, незамедлительно карались, без малейшей возможности ускользнуть от возмездия разгневанного родителя. И вот он, Вертайр, собирается….

- Так ты зайдёшь или так и будешь мяться на пороге?

Молодой бог вздрогнул и сразу же пересёк границу миров.

- Светлых путей, Первый.

- И тебе, Вертайр. Почему не входил? Али задумал чего и теперь боишься, что наругаю?

Ласково улыбаясь, на гостя смотрел воистину Бог. Первый из всех. Он видел изначальную Вселенную, когда не было ни одного мира, только Пустота, скрывающая Энергии друг от друга, не позволявшая им смешиваться.

Когда появился Он и высказал желание сотворить что-то, что будет радостью для всех, никто его не поддержал. Однако Бог своего добился. И создал первый мир. Идеальный. Но тот существовал, словно механизм, не развиваясь. Однако именно из него получились первые боги-дети. Одним из них был предшественник Вертайра, погибший вместе со своим миром. Его воплощение распалось, оголяя сгусток энергии, жаждущий найти пристанище. Им оказался умирающий Вертан, ставший впоследствии Вертайром, сотворившим свой мир, населившим расами, похожими на те, что уже существовали, но немного изменив их, вплетя в души новые эмоции, таланты, особенности, а в тела — другие, иногда совершенно непохожие на что-либо, части. А как он творил природу! Надолго потеряв ход времени, он творил и творил, выплёскивая эмоции. От самых банальных и простых фигур, до немного вычурных и непонятных, но тем не менее прекрасных форм.

От погружения в воспоминания Вертайра оторвало вежливое похлопывание по плечу.

- Да, я тоже часто думаю о прошлом. Но не стоит так сильно его лелеять, иначе потеряешь драгоценные годы.

- Прошу прощения. Я за советом.

- Я знаю. Давно наблюдаю за твоим миром, он продержался долго. Многие твои сотворцы удивляются, а кто-то даже завидует.

Вертайр непонимающие наклонил голову:

- Чему?

Добродушное посмеивание старого Бога отразилось от небес, разгоняя дождливые тучи, позволяя солнцу радостно перемешаться с каплями, образуя красочную радугу.

- Ты ещё совсем молодой бог, Вертайр, и опыта у тебя нет. И тем не менее ты смог создать мир, что пережил многие, ранее созданные. Некоторые не смогли и трёх эпох пережить, не говоря уж о тех, что предпочли стать хранителями других миров, созданных другими богами.

Похвала бальзамом легла на струны души Вертайра, полностью заглушая страх перед Первым. И почему он…

-..не пришёл раньше? Я был готов помочь уже в прошлую эпоху. Но ты не пришёл.

- Я..боялся.

Понимающе вздохнув, Бог опустил глаза. Словно извиняясь, он начал медленно говорить:

- Я действительно разозлился тогда. Ведь из-за вмешательства этих энергий разразилась страшная война. И уже во второй раз. Моё творение, мои дети, плакали и молили сохранить жизни их любимых, а другие молились за победу над тему, за чьи жизни молились первые. И победа заключалась в их смерти. Как мне было не разгневаться? Зато теперь такого не будет. Я надеюсь.

Боль Отца резонировала в Вертайре, не давая спокойно стоять. Он посмотрел на мир, озарённый радугой, и взор его пал на садовника, что плакал на убитой молнией берёзой. Улыбнувшись, Вертайр влил силу в ещё живой росток, перевешивая чашу весов в сторону жизни. Садовник, осматривая дерево, обнаружил этот росток и вознёс благодарную молитву, яркой звездой вознёсшуюся в небо и став ещё одним светилом.

Бог улыбнулся и сказал:

- Ты до сих пор остаёшься собой, не лишаясь эмоций. Спасибо за помощь. Ты ведь пришёл за советом? Вот, что я тебе скажу: твоя ошибка состоит в том, что ты дал слишком много свободы и ими овладела гордыня. Это и губит твой мир.

- Я...как же это...у них же…

- Всё есть? Вот именно. Им нет нужды развиваться и меняться. Более того, в твоём мире господствует безнаказанность для женщин. Вот весы и пали. Баланс нарушен.

Ошеломлённо глядя перед собой в никуда, молодой бог опустился на корточки, положив ладони на макушку, перекрывая каналы и не пуская негативную энергию в Космос.

- Как же так...Как я мог допустить это...Весь мой мир...Он же…

Даже озвучить это страшно. Мысли могут стать явью, поэтому...надо брать себя в руки. Вытерев подступившие слёзы, Вертайр поднялся и поймал грустный, но ласковый взор Отца:

- Ты пришёл только за советом, без намерений помогать в ответ, но оказав помощь тогда, когда она была нужна, не раздумывая. Совет я дал, однако за помощь не отплатил.

Молодой бог хотел было отказаться, но, вспомнив своих детей, остановил воробьиные слова. Помощь нужна. И очень. И быстро.

Первый взмахнул рукой, приглашая следовать за ним. Пройдя какую-то часть мира, они остановились. Перед ними развернулась целая сцена: женщина, уже в возрасте, несла тяжёлые ржавые конструкции, прогибаясь под их тяжестью.

- Она одна?

- Нет, у неё есть муж, но ей не хватило твёрдости характера, чтобы вовремя остановить его деградацию. Вот он.

Абсолютно противоположная картина: мужчина сидит за компьютером, играя и попутно поедая остывший обед. Выглядело...скорее жалко, ведь Вертайр знал, каким может быть существо при противоположном раскладе жизни. А он мог быть...да что уж. Вот он есть. И точка.

- Такие разные…

- Верно. Но её срок подходит к концу. Её душа хочет переродиться.

- И я понимаю её.

- Она готова стать частью твоего мира. И положить начало становлению Равновесия.

Вертайр на мгновенье забыл как дышать. Эта душа была...яркой. Нет, не чистой, в ней были и гнев, и обида, но все эти чувства попросту сотрутся, стоит ей только встретиться с мужчинами его мира. Ведь они — полная противоположность этому…

- Он всё ещё моё дитя. И я специально свёл их вместе, чтобы она стала сильнее. Чтобы она могла помочь твоему миру.

- Значит…

- Да, его судьба также неслучайна.

- Я прошу прощения. Постараюсь не давать гордыне владеть мной.

- Да, энергиям подвластны все, однако мы, творцы, наиболее устойчивы к ним. Помнишь, какого было при жизни смертным?

Вертайр улыбнулся и окунулся в воспоминания Вертана. Сколько эмоций! Сколько чувственности! Сколько...всего! Да, жизнь бога хоть и вечна, но она и вполовину не такая яркая, как у их детей.

В этот момент женщина навернулась и...её душа перестала существовать в мире живых. Вертайр резко вздохнул, понимая, насколько больно это было.

- И это тоже станет уроком для обоих. Она не будет взваливать на себя непосильное, а он будет больше помогать своей наречённой.

- Так она не была..?

Первый округлил глаза.

- Нет, что ты! Стал бы я истязать так душу этого мужчины. Да и урок ему был нужен. Теперь он начнёт быстро меняться и будет беречь свою любимую, как зеницу ока.

Кто-то может сказать, что Боги или Судьба жестоки, но они никогда не нарушают Равновесия. Если было больно — потом будет приятно. И наоборот. Вертайр ещё будучи смертным понял и принял эту истину. И потому…

- Я забираю её.

- Погоди. Дай мне клятву, что перед ней всегда будет выбор. Ни одно решение не должно быть сделано другим, если она сама того не захочет.

- Клянусь.

- Светлой дороги, сын.

- И тебе, Отец.

Яркая душа непонимающе глядела на тело, которое было так похоже на неё саму. В котором не так давно была она сама. И всё больше наполнялась тоской и печалью.

Они были так похожи. И одновременно...непохожи.

Глава 1. Вертайр перемен

Солнышко светит! Вороны мне поют! Весело.

Нет. Совсем нет. Ну что за невезение? Балки, державшие курятник, обломились и вся крыша, изогнувшись под самыми естественными (и не очень) углами, рухнула, чудом не убив самих обитательниц и их падишаха. Вон, траву клюют на новой клумбе (плакали мои хризантемы…а ведь уже цвести собирались).

Вздохнула и пошла домой. Одна я такое не разгребу. Придётся мужа звать.

Зайдя домой, сняла промокшую куртку и хлюпающую осенней грязью обувь.

Привычно нагнувшись, избегая встречи лбом с косяком, я посмотрела на стол. Неубранный. Опять. Ну что за… 35 лет ведь уже, а убраться после завтрака даже в выходной не может!

Заглянув в комнату, обнаружила там мужа в неизменном состоянии — перед экраном.

- Мне нужна помощь. Там…

- Ой, да уберись на кухне сама! Я устал.

Опешив, спросила:

- От чего?

- От тебя.

Однако ж… Похоже у Великого Геймера снова не ладится с игрой.

- Ладно, прости, я наверное резковато начала, но…

- У меня катка. Создай тишину в комнате. Из-за вчерашнего урагана в этой глухомани опять вырубили свет и я потерял все кристаллы, ты представляешь!? Ужасно.

- Очень.

Наверное, обернись он в тот момент, да хоть просто если бы буркнул что-то вроде извинений, всё могло быть иначе, однако…

- Ладно, сама справлюсь.

- Как всегда.

И, немного помолчав, добавил:

- Ты у меня лучшая.

Криво улыбнулась. Ну хоть что-то приятное.

- Ты же завтракал…?

- Пожалуйста..

- Что?

Я непонимающе смотрела на него. Что он говорит? Может, не мне? Вон, наушники с микрофоном уже надел ведь…

Хотя какая разница? Меня ждут дела.

Так и пошла сама разбираться с обвалившимся курятником. Им ведь ночевать негде. Значит, надо делать.

Но как же хочется начать жизнь заново. Но куда уже? Муж есть, работа тоже. Вроде всё не так плохо, но тепла нет. Да и кому я такая уже нужна? Работа в больнице и на огороде здорово измотала как внутренне, так и снаружи. Когда последний раз смотрела в зеркало...уж лучше бы не смотрелась! С такими грустными мыслями снова вышла во двор.

Пила, топор, гвоздодёр нашлись в сарае, как всегда. А вот ножовки нет. Ну как...есть то, что от неё осталось — кусок ржавчины. Так что обойдусь не неё.

Дойдя до куриных руин, осмотрела место крушения. Тут быстро не управишься, да и скользко, как-бы не навернуться. Однако глаза бояться — руки делают. Дерево звучно захрустело, поддаваясь стали. Более мелкие обрубки я оттаскивала к воротам, чтобы потом отдать соседям, у которых была баня. На растопку самое то.

И до последнего оттягивала момент, когда надо было тащить искорёженную крышу. Решётки, из которых состоял нижний слой, сейчас торчали в разные стороны, словно иголки насупившегося ёжика. До последнего надеялась, что муж выйдет и поможет. Но нет. Не вышел.

Придётся самой.

Взвалив на плечи конструкцию, я прогнулась от неожиданной тяжести. Пусть курятник и был небольшим, но крыша полностью сделана из металла, так что… нести её я буду долго.

Но донесу. Надеюсь.

Однако уже на половине пути перед глазами начало плыть. Наверное именно из-за этого я и не заметила ямы, в которую провалилась и застряла стопа. От которой почти сразу же раздался хруст. Первая мысль была: «Не справилась». А в следующий момент я уже чувствовала, как железяки впивались в рёбра и шею. А потом…

Уже смотрела на себя со стороны. Не чувствуя ничего. Никакой боли. Никакого страха.

Это смерть? По сути, логично ведь. Раз я смотрю на своё тело со стороны. Как же..странно. И досадно. Глупая какая-то смерть.

Невольно стала разглядывать своё тело. Если не считать кровавых подтёков и наливающихся синяков..видок…уставшей от жизни женщины. Ну правда: мешки под глазами, неровный, деревенский загар, а местами кожа так и вовсе облазит. До сих пор, хотя уже середина сентября. Волосы выцвели и потускнели. Даже жалко себя такую.

А какая я сейчас? Взглянув на свои руки, удивилась их тонкости и..ухоженности. Разве они мои?

- Да, дитя, твои. К сожалению, или к счастью, но именно так ты должна была выглядеть, если бы однажды сделала другой выбор.

Оглянувшись, я увидела парящего передо мной мужчину с длинными, до лопаток, лёгкими волосами, обволакивающими его голову и плечи словно туман. А когда пересеклась с глазами серого цвета и белыми зрачком, то усомнилась, что он меня видит.

- Не только вижу, но слышу мысли. Здравствуй, душа. Пойдёшь со мной?

Он нежно улыбался, словно видел перед собой родную дочь, когда-то утраченную, а сейчас вернувшуюся к нему. Не будь передо мной моего тела, я бы усомнилась в своём здравомыслии, но может и надо? Предсмертные галлюцинации — это норма? И кто этот незнакомец, предлагающий мне идти за ним? И куда?

Разглядывая протянутую ладонь, я отчётливо понимала, что передо мной не человек. И не только из-за того, что его руки покрывала светящаяся золотистым цветом вязь узоров, от которых так и веяло неведанной мне силой. И не потому что он парил передо мной. И даже не из-за глаз.

Аура. Сильная, но добрая, ласковая, как у любящего папы. И этот взгляд… В самую душу. В тот момент я не сразу обратила внимание на то, что плачу. А поняв, разрыдалась и обняла незнакомого мужчину, выплёскивая свою боль. Кажется, он опешил, но только на мгновенье. Почти сразу его руки сжали меня в кольцо, а мягкий голос что-то зашептал, и этот шёпот с каждой секундой нарастал. Вскоре казалось, что шепчет всё вокруг, однако я продолжала лить слёзы, переживая смерть и боль, отпуская это, оставляя в прошлом. Очищаясь. И погружаясь в себя. Раскладывая по полочкам воспоминания, эмоции, чувства. Смотря на прошлое трезвым взглядом и понимая, что всё произошедшее так или иначе помогало мне.

Только вот муж не клеился в эту картину. Ну зачем мне этот..?

- Чтобы урок усвоила.

Вздрогнув, я словно очнулась ото сна. Картинки прошлого исчезли, так и не обретя чёткости, вместо них меня окружал туман. Это..?

- Граница миров. Здесь ты должна сама решить, хочешь ли идти в мой мир, чтобы обрести свою судьбу там, или же вернёшься обратно.

Обратно как-то не хочется. Хочу нового!

Улыбнувшись, мужчина снова протянул мне руку, которую я приняла и даже сжала, чтобы не ушёл один. На что он рассмеялся.

- Прекрасно. Я опасался, что ты не захочешь покидать родной мир, но видимо напрасно. Смотри.

И я посмотрела.

Туман рассеялся. Мы спускались с небес на землю. Перед нами раскинулся густой лес, наполненный звуками: то там, то тут были слышны птицы, где-то смеялся родник, насекомые задорно гонялись друг за другом. Звери..стоп.

Это звери..?

- Нет. Это — оборотни. Похоже, что ты способна смотреть в саму суть. Удивительно, но это не мой дар.

Что это значит?

- Твой взгляд не обманешь, это не раз выручит. Заметить такое...

Да как тут не заметить, если они огромные? На эту мою мысль мужчина снова усмехнулся:

- Неправда. Просто большие. Огромные тут орки и их питомцы. А эти рыси даже меньше волков будут. Ничего в глаза больше не бросилось?

Да тут много чего в глаза бросается. Яркая листва, цвета которой не ограничивались земными, обилие и разнообразие растительности, да и фауна тоже интересная.

Ответом на эту мысль стал тихий смех:

- Ну спасибо, я старался, когда творил свой мир.

Значит, мой сопровождающий..

- Я — Вертайр, бог Весайла, этого мира.

Как-как? Ветер?

- Какой ветер? Дарованная, ты же не глухая? Не пугай меня, пожалуйста.

Улыбнулась своей шутке. И правда ведь мысли слышит. Забавно. А имя созвучно ветру.

- Вон оно что… Юмор ты не утратила, что не может не радовать. А теперь смотри внимательно, я больше не смогу тебе так объяснить устройство моего мира, как сейчас.

И я слушала рассказ, попутно раздумывая, зачем тут я? Весайл — мир, в котором к женщинам особое отношение. Как выразился Вертайр, он создан противоположностью тому миру, в котором вырос сам молодой бог, где женщины были не более, чем вещью. Разумеется, тот мир долго не прожил, ведь Равновесия в нём не было. Но Вертайл не погиб, застав момент смерти одного из богов и став вместилищем для его энергии. Ну а после, познакомившись с сотворцами, стал лепить свой мир. А насмотревшись на другие, внёс кучу рас, попутно создавая новые. Так появились исты (существа, похожие на людей, но кожа их покрыта змеиной чешуёй на спине, защищающей позвоночник. Их главное особенностью является потрясающая гибкость — кости практически невозможно сломать, так как они мягкие. Однако из-за этого они не могут носить большой вес, так что в плане перевозки чего-либо эта раса наименее продвинутая) и харсы (дети пустыни, чья кожа настолько приспособлена к жару, что прикосновение снега оставляет ожоги. Однако они могут переносить температуру, равную кипению воды, не чувствуя особого дискомфорта. Также эта раса, живя в песках, получила способность переваривать песок, забивающийся в дыхательные пути. Удивительно). Ну и более-менее знакомые мне расы — вампиры (которые не боятся солнца, просто их кожа начинает немного светиться), гномы (владеющие магией гор, позволяющей знать, где и что в горах находится, однако на земле это не работает. Хитрость Вертайра, иначе бы они полевые и водные минералы себе забрали), тёмные и светлые эльфы (абсолютно не враждующие между собой. Различия между ними были только в цвете кожи и способностях. Так, светлые эльфы были лучшими целителями, а тёмные — видели в темноте и были более выносливы), люди (такие же как я, но живут раза в три больше, что и мне передастся), оборотни (превращающиеся во всех зверей, что есть в моём мире, но с небольшими отличиями. Видимо богам тоже знаком и неприятен плагиат), а также наги (две руки, змеиный хвост, вертикальный зрачок и возможность трансформации в человеческую ипостась. Ну и расцветки всех цветов хвостов, волос и глаз. Кожа как у людей — смуглая, белая и желтоватая. Последнее присуще особо ядовитым кланам) и орки (самая воинственная раса, наделённая только одной магией — крови. Они приносили жертвы, становясь сильнее и истребляя соседние кланы. Как выразился местный бог — они не его дети. Их попросил принять другой бог, чей мир вымирал. Однако о своей помощи Вертайр уже тысячу раз пожалел. Слишком агрессивные, орки бездумно истребляли всех, кого видели, желая стать самыми сильными. Молодой бог старался подкорректировать их суть, но ничего не вышло. Творение другого бога не изменить).

У Вертайра было наибольшее разнообразие рас. Однако не все дожили до этого момента. Три расы уже полностью вымерли — дриады (девы, чьи души были связаны с лесами, где они жили. Удивительные и воинственные, они первыми вступили в схватку с орками, но проиграли), имвы (жившие в водоёмах полурыбы-полулюди, обладающие способностью исцелять души тех, кто слушал их песни) и змееларсы (родственные нагам, но менее сильные, оттого и погибшие. Они всегда предпочитали решать миром, являясь полной противоположностью оркам. Даже их вид — просто змеиная чешуя по всему телу, защищающая их в родных подземельях и вертикальный зрачок — просто слегка пугающий вид, который никогда за всю историю этого мира не использовался для боя. Пока не пришли орки).

Гибель первой расы — дриад — больно ударила Вертайра по сердцу. Тогда он велел своему «другу-богу» забрать своё детище, но тот как в Космос канул — нет нигде и никто не слышал о нём уже давно. Может погиб. Однако его мир до сих пор жив, хоть и болен. Но об этом Вертайр посоветовал мне не задумываться.

Весайл состоял их трёх больших материков, двое из которых заселены, а один пока не по зубам никому из живущих рас из-за магических аномалий — погода здесь была непредсказуема, а звери, населяющие его являются полудемонами с разумом на уровне немногим ниже остальных рас. Этот остров, как выразился Вертайр, будет своеобразным экзаменом — как только его смогут заселить, подружившись с ракшами (так называли этих существ), то молодой бог начнёт расширять пространство и даст возможность начать заселять другие планеты в его Вселенной, которые пока что существуют на уровне макетов без жизни.

Второй остров заселён гномами, истами и немного людьми, которые не так давно начали там обживаться. Скалистая местность была привычна гномам, чья магия работала только там и кое-где на третьем острове, и истам, чьё гибкое тело не страдало от оползней и камнепадов, более того они стали развлекаться тем, что уклонялись от камней во время их падения. Кого снесло — тот проиграл. Ну и развлечения… А вот люди могли быстро приспособиться к любой местности. Что и решили сделать — перебраться на новые земли к соседям, оказывая посильную помощь в сдерживании налётов орков и горных тварей. Да, даже такие тут есть. Как выразился Вертайр, опасности необходимы для развития и отсеивания слабых. Да, это жёстко и даже жестоко, но без этого нет развития. Только деградация от тепличных условий. Ну и как показывает практика — мужчины предпочитают быть убитыми этими тварями, нежели избитыми жёнами.

Вот тут Вертайр мрачно замолчал. И перенёс нас в какой-то дом.

- Вот настоящая беда моего мира.

На кровати лежал избитый светлый эльф. Над ним нависала грузная женщина, недовольно хмурившаяся. Потом она подняла свой взгляд, в котором так и сквозила досада:

- Ну и почему он не просыпается? Я ведь не так уж сильно его кнутом отходила. Лишь немного покричал.

У меня перехватило дыхание. То, как они смотрела в нашу сторону и как отзывалась о своём занятии...Ужасно. И что я должна ответить?

Но прежде меня этот сделал тот, кто стоял позади:

- Я не знаю, госпожа. Но его тело подверглось слишком большой нагрузке. Светлые эльфы гораздо слабее нас. Не думаю, что он очнётся.

- Тебе и не надо думать. Просто разбуди его. Плесни нашатырь в лицо.

Наверное, я горела от ярости, потому что свечи, находящиеся рядом, оплавились. Вертайр и эта женщина округлили глаза, однако если бог был просто удивлён, то на лице этой...твари был ещё и страх. Суеверный.

- Госпожа? Что-то случилось?

- Покажи мне руки!

Я наконец смогла разглядеть мужчину. Немолодой тёмный эльф с красными, наполовину седыми, волосами направился к кровати, поднимая руки и демонстрируя татуировки в виде браслетов. Я вопросительно посмотрела на Вертайра.

- Эти тату блокируют магию. Она думает, что это он оплавил свечи.

Вздохнув, добавил:

- Надо бы это исправить.

И тут упал шкаф, чьё содержимое зазвенело разбившимся стеклом. Женщина испуганно вскрикнула, а мужчина загородил её собой, но как-то...медленно, словно… Да почему «словно»? Наверняка же он желает избавиться от такой «госпожи»!

- Нам пора, Дарованная.

Да уж. Стоп, он ведь уже второй раз так меня называет. Что это значит?

Уже среди леса Вертайр ответил мне:

- Так получилось, что я попросил помощи у бога твоего мира. Его называют Первым. Именно он создал первый мир, из которого произошли остальные боги. И он помог, даровав меня. Конечно, не очень приятно быть «подарком», но этот мир...Эх, вот русская я женщина! Вижу беду — спешу помочь!

- И я рад этому. В твоём мире ты научилась женственности, но не нашла отклика. Эта энергия копилась в тебе и сейчас находится в дисбалансе с остальными, так что тебе необходимы условия для её реализации.

Хм, я смогу быть просто женщиной? Не бесплатной рабочей силой? Не приложением к мужу?

- Да. Но есть условие. Оно проистекает из проблемы Равновесия. В моём мире соотношение женщин и мужчин примерно 1:30. Учитывая, что у тебя женственности много, я надеюсь, что ты сможешь принять несколько мужей…

Он опасливо смотрел на меня. А я чувствовала раздрай. С одной стороны, много мужчин на меня одну...Как я буду с ними управляться? А с другой...хотела же нового? Да и мужчин откровенно жалко. Вот что мне делать? А хотя...будь что будет! Но я не особо готова к этому….

- Не проблема. У тебя всегда будет выбор, такое условие поставил Отец. Ну если тебе совсем будет не комфортно, то моешь и не брать больше одного мужа. Главное, чтобы ты показала пример, как должна вести себя женщина. Воспитала своих дочерей с такими же ценностями. А теперь тебе пора воплощаться. Я дам тебе возможность выбрать самой, как ты хочешь выглядеть, но твоя раса — человек. Ибо душа человеческая.

А как я вообще выгляжу?

Вертайр махнул рукой и мы оказались перед зеркалом в какой-то пустой комнате.

Я подошла. Длинные каштановые волосы, чёрные глаза. Тонкая талия, длинные ноги и изящное телосложение. Мне нравится, но волосы, пожалуй, пусть будут снежно-белыми, а глаза янтарными. Пусть будет хоть какое-то отличие от прошлой меня.

- Ты готова возродиться. Но дальше — своим умом. Я тебе не помощник более.

Я кивнула и подошла обратно к Вертайру. Обняв его, я стала думать о том, как благодарна ему за инструктаж и доброе отношение. Как буду стараться помочь его миру. Как постараюсь полюбить его творение. Кажется, он прослезился:

- Спасибо, Душа. Спасибо, Искра.

Искра? Моя последняя мысль утонула в густом тумане, похожем на сон, и я ощутила под собой мягкую траву.

Обычно говорят, что в жизни дует ветер перемен. Однако меня этот ветер носит имя. И имя ему — Вертайр.

Вертайр, бог Весайла

Дарованная во все глаза смотрела на мой мир и чувствовалось, что она готова стать его частью. Однако увидев другую сторону, она наполнилась гневом, который даже меня напугал. Я еле успел его затушить, так что пострадали только свечи и дверь за её спиной. Что уж говорить о смертных! Но если оставить всё так, мужчина может пострадать, что наверняка будет вызывать у яркой души негативные эмоции. Придётся вмешаться.

Как же больно.. Нам запрещено вот так прямо воздействовать на мир, иначе я бы и сам всё давно исправил. Однако я могу немного потерпеть. Пройдёт. Но растрескавшуюся руку лучше спрятать под длинными рукавами моих туманных одежд.

А когда Дарованная решила почти не менять себя, я окончательно убедился, что её душа гармонична. Она нравится себе такой, какая есть. Те изменения, что она внесла — дань новой жизни. Не более. А когда она обняла меня…

Столько светлых чувств! Как же давно я не ощущал бальзама благодарности! Я буквально почувствовал, как трещины на моём теле затягивались. Украдкой взглянув на руку, только убедился в этом. На моих глазах появилась неясная мутность, когда я понял, что плачу. Тысячи лет такого не было! Но как устоять, когда яркая Душа сама, по своему желанию, исцеляет тебя, наполняя силой и... любовью. Как же давно я не чувствовал эту благодать…

Что угодно сделаю, но эта Душа будут счастлива! Отец сделал мне великий дар.

Но, пожалуй, стоит дать ей возможность оценить мужчин в разных ситуациях. Уже предчувствую её удивление, когда она поймёт, насколько они отличаются от мужчин её мира!

Первый Бог, Великий Творец.

Я с улыбкой наблюдал за беседой своего сына и дочери. Пусть они из разных поколений, но он видится мне её добрым страшим братом, наставляющим на пути. Мои дети… Я всегда стараюсь сделать так, чтобы вы стали сильнее, развивались. Порой методы кажутся вам жестокими, но что насчёт результатов? Они ведь стоят того.

Эта душа уже давно готовится к переду в другой мир. Ещё несколько жизней назад она начала копить женскую энергетику в себе, чтобы стать той, кто сможет помочь миру Вертайра. Давно наблюдаю за ним. Жаль, что моя вспышка гнева устрашала невинных детей. Теперь ко мне приходят реже. Но и это пройдёт. Временный страх только укрепит наши узы, когда они поймут его беспочвенность. Пока мои дети не трогают моих детей — я не злюсь. Но как же решить мою проблему?

Солей, Искра

Почувствовав под собой траву, я открыла глаза и поняла, что нахожусь в тени густой листвы деревьев. Рядом звенел родник и надо мной задорно трещали птицы. Именно трещали, словно сороки, но их тут нет. Вертайр подарил мне базовые знания, которые к моим годам, а сейчас мне 16, есть у всякой девушки. Это дерево называлось азолист. Забавные, мягкой формы листочки, напоминали дубовые, однако были более округлыми и с менее выраженными «холмами». Кора мягкая и легко отрывается, обнажая ствол, покрытый смолой. Эту смолу используют при стройке, а кора является хорошим удобрением, обновляясь каждые несколько лет. Решив, что первым делом стоит напиться, я встала. Голова закружилась от резких движений. Похоже, тело придётся тренировать заново. Слабое.

Дойдя до ручья, я вдоволь напилась холодной кристальной воды. И оглянулась, почувствовав на себе чужой взгляд.

На меня смотрел оборотень. Волк. Чёрный, огромный. Наверняка его голова будет вровень с моей. Поняв, что его заметили, он осторожно приблизился ко мне. Я откровенно пялилась на него, даже не думая убегать. Во-первых, догонит. Во-вторых, мужчины (а это точно мужчина) не посмеют навредить женщине. Тем более молодой девушке, которая заведомо гораздо слабее. Инстинкт защитника у всех рас, кроме гномов и орков, тут развит сильно. Но у гномов женщины в принципе существуют с ними наравне, обладая такими же физическими данными, а орки вообще из другого мира. Но там тоже женщины равны мужчинам.

Когда волк подошёл ко мне, я смогла рассмотреть его глаза. А они были разными! Один жёлтый, другой синий, и это выглядело так красиво и необычно! Вот только, кажется, ему неприятно моё внимание, так что я решилась заговорить. Впервые со времени..другого мира.

- Здравствуй.

Он вздрогнул от моего голоса. Внимательно посмотрел в мои глаза, он кивнул и склонил голову набок. Я тоже. Обречённо вздохнув, он отошёл и начал оборачиваться. В плане, что решил принять человеческий облик. Когда кости перестали хрустеть (как же это было жутко слышать, наверняка очень больно, хотя мужчина не особо морщился) он выпрямился и мягкой, осторожной походкой снова приблизился ко мне.

- Здравствуй, уважаемая барышня. Где твои родители или мужья?

- Я одна здесь.

- Быть не может!

Я слегка вздрогнула от его резкого тона. Он тот час опустился на колено:

- Прошу прощения, но молодая девушка — и одна в лесу… Ведь здесь небезопасно для столь хрупкого цветка.

Я расслабилась. Но что мне ему ответить? Правду? Ага, я — посланница Вертайра, дарованная ему другим богом, чтобы спасти ваш мир! Нетушки.

- Я не уверена, что могу тебе рассказать, ведь мы даже не знакомы, но будь уверен, что я одна. И совсем не ожидала очутиться в лесу.

Он внимательно и цепко посмотрел на меня и наконец сказал:

- Пошли. Я отведу тебя к себе. Скоро будет вечереть. Тут станет небезопасно.

И мы пошли к нему, а я получила возможность рассмотреть его. Высокий — выше меня на две головы! Хотя и мой рост — 175см — я не считаю маленьким. Широкоплечий, прямо таки богатырь. Бриджи из тёмно-коричневой ткани, похожей на лён, но тоньше и мягче на вид, торс же был...оголён. Так что шикарной мускулатурой я тоже могла любоваться, сколько вздумается. А что? Ну красавец же! Резкие, хищные черты лица, выдающие хищника, тонкие губы, нос с небольшой горбинкой (явно был сломан) и разноцветные глаза! Они меня просто покорили. До чего же необычно встретить гетерохромию. Такая редкость. И густые чёрные волосы, коротко стриженные, но рядом с виском виднелась косичка длинной до подбородка с парой вплетённых в неё деревянных бусин. И множество шрамов. Сразу видно — жизнь помотала.

Сама я была облачена в лёгкое светло-зелёное платье и плетёные балетки. Очень удобные, ноги не натирают, словно вторая кожа сидят. Волосы так и оставила распущенными, ибо чтобы их заплести, нужно сначала расчесать, да и ни резинки, ни даже ленты у меня нет. Может, хоть мой проводник даст?

Шли мы недолго. Ну, мне так показалось. Просто пока я рассматривала своего сопровождающего, мы шли по негустому лесу, где трещали те же самые птицы. Потому лес стал гуще и я уже смотрела больше по сторонам и под ноги, а поглядеть было на что! Пару раз я просила остановиться, чтобы рассмотреть то или иное растение. Сначала я встретила низкий цветок с красными бутоном, состоящим из четырёх чашевидных лепестков посередине, под ними были ещё четыре, но поменьше и выглядящие словно набухшие почти, а серединка самого бутона была довольно длинной и напоминала виноград. Тоже красного цвета. Приглядевшись, я поняла, что там и находится нектар, которым питаются насекомые. Листья как у осины, но его боковые стороны практически сложены, напоминая чашу, в которой сейчас был стёкший за ночь нектар. Удивительно. Моя проводник хмыкнул и пальцами собрал этот нектар, намазав свои порезы и ссадины. Видимо у этого растения какие-то целебные или антибактериальные свойства.

Вторым цветком была целая куртинка. Круглые листья на тонких, но твёрдых стеблях, держали вес ягод, которые росли прямо из листа, и тычинок, которые тянулись словно продолжение стебельков, разве что расширяясь и немного меняя окрас на более жёлтый. Ягоды же были в большинстве красными, но встречались и зелёные, и уже пожелтевшие, готовые становиться красными. Знание о нём у меня были. Окотник — дикое растение со съедобными плодами. Чем я и воспользовалась. По вкусу напоминало вишню, но без косточек и кисловатую. Компот из них будет отличный!

На глазах ошарашенного парня (всё же молодо он выглядит) я набрала в подол спелых ягод и взглядом дала понять, что готова идти дальше. Он медленно повернулся и зашагал, пару раз споткнувшись. Видимо, не ожидал, что я буду дарами леса пользоваться. А я такая!

Дойдя до его дома, я малость опешила. Настоящая избушка. Маленькая, но такая уютная снаружи, что я залюбовалась. Стены, проросшие мхом и увитые цветущим плющом, крыша, покрытая еловыми лапами. Ну как еловыми… Здесь это дерево называют еложой, и его иголки гуще и толще. И не такие колючие.

Жестом парень пригласил меня в дом. Видимо всё ещё пребывает в шоковом состоянии. Но с чего бы? Или просто думает, куда меня сбагрить?

- Я пока поставлю воду кипятиться и схожу за травами для чая. Ты пока можешь посидеть тут. Вода в ведре — для мытья рук, в бадье — для питья, главное крышку вернуть не забудь, а то засорится. И вот миска для твоих ягод.

Я кивнула, принимая металлическую посуду, и он ушёл. Интересно, что почти вся утварь здесь деревянная, но он дал мне металлическую. Но это даже на руку. Так как вторая комфорка (я даже не знаю как это назвать по-другому. В каменном столе просто возник огонь, когда он поставил туда чайник, приглядевшись, я увидела круг светло-серого цвета. Видимо, это и есть плита) была свободна, я поставила туда миску (огонь и правда вспыхнул) и пошла мыть руки, после чего залила ягоды питьевой водой и добавила немного мёда жёлто-зелёного цвета, лежавшего неподалёку. Осталось ждать.

Как раз, когда вода кипела и в чайнике, и в миске, зашёл мой знакомый незнакомец. Ну а что? Имени я его не знаю, однако мы даже прогулялись вместе.

И застыл.

Что-то случилось? Мне нельзя было хозяйничать? Вот попала-то…

Глава 2. Создать свой род?

Я нервно смотрела на хозяина избушки, словно Иванушка на Бабу Ягу из советских мультиков. Ну а что? Пришёл, застыл и глазами на меня сверкает. Я же ничего не спалила, или ему просто не нравится, что на его кухне кто-то хозяйничал? Я ведь и сама такая: если увижу, что кто-то пользуется без моего ведома моей кухней — наругаю. Несильно, но наругаю.

Когда он «отмер» и подошёл ближе, я напряглась. Но Разноглазка, глубоко вдохнув носом, зажмурился, словно вспоминая что-то приятное. Тихо и медленно, растягивая каждое слово, произнёс:

- Ты умеешь готовить? Или просто решила попробовать сварить ягоды?

Это сейчас ирония была? Он серьёзно?

И тут я услышала шёпот прямо над ухом:

- Дарованная, не забывай, в какой мир ты попала.

Вертайр, твою…!! Предупреждать надо! Так ведь и коньки отбросить можно!

Тем временем мой «материальный» собеседник вопросительно наклонил голову. Кашлянув, прочищая горло и прогоняя лёгкий испуг, я ответила:

- Готовить не просто «умею», но и люблю. И я знаю, что если «сварить» ягоды, добавив мёд и сахар, то получиться вкусный компот. Прости..те, что без спросу хозяйничала в твоём доме.

Он тихо и хрипло рассмеялся. Надо же, у этого парня такой смех...словно он им по моей душе играет. Как будто внутри меня натянуты струны, резонирующие с его смехом.

- Я не против, если ты точно знаешь, что делаешь. Однако скажи мне вот что: откуда ты такая? Местные женщины не умеют готовить, более того, считают это унизительным занятием. Этим занимаемся только мы, мужчины.

Даже так? И что мне ему сказать? Вертайр, помоги!

- Без паники, Искорка. Если ты возьмёшь с него магическую клятву о неразглашении, он ничего никому не скажет.

А не сочтёт ли он меня сумасшедшей?

- Не знаю.

Вот прям почувствовала божественную ухмылку! Ладно, будь что будет.

- Ну, это не так просто объяснить. Но если ты дашь мне клятву о неразглашении, я расскажу.

Его разные глаза удивлённо, и, как мне показалось, недовольно, остановились на моих. Словно пытаясь прочесть мою историю в них. Вздохнув, я развернулась и отошла к окну. И почему я должна терпеть недоверие? Может уйти? Я, по всей видимости, ему в тягость. Уж не знаю .почему он поселился в такой глуши, но явно здесь что-то нечисто. И..

- Даю клятву перед миром и перед богом Вертайром, что никому не передам ни словами, ни жестами, ни записью, ни рунами, ни каким-либо ещё способом того, что сейчас мне поведаешь ты..ммм…

Растерянно сказала ему имя, что выбрала себе:

- Солей.

Он повторил его. И тогда между нами образовался туман, в котором угадывалась фигура мужчины. Вот наверняка он всё равно постоянно тут был!

- Разумеется. Я обязан присматривать за тобой. Слишком многое на тебя возложено.

Ага, и это он так помогать не сможет?

- Смогу, но не так, как в начале. Больше я не буду путешествовать с тобой по моему миру.

Понятно. Может, оно и к лучшему.

Приняв для себя такое решение, я мысленно послала молодому богу благодарность за принятие клятвы и за пояснения. И начала рассказ. По мере того, как я говорила, глаза моего собеседника, загорались и оживлялись, словно моё происхождение давало ему...надежду? Видимо, тут совсем тяжко мужикам. Но, учитывая, что я видела, пока Вертайр знакомил меня с миром, это неудивительно.

Закончив историю, я внимательно посмотрела на него. Какое решение он примет? О чём думает? И как его вообще зовут?

- Значит, ты из другого мира. Тогда мне становится понятно, почему ты ведёшь себя так...нестандартно. А также то, как ты оказалась здесь. Мы сейчас в полутора днях пути от ближайшего поселения. Тут есть магические аномалии, которые не позволяют найти нас.

Значит, он от кого-то скрывается. Сбежал от жёнушки? Или нарушил закон?

- Я скрываюсь от женитьбы. Так уж вышло, что меня глава рода обменяла на другого парня. Тёмного эльфа. Уж не знаю почему, но эта раса нравится ей больше всех других. А я считаюсь бракованным.

Он протяжно вздохнул и опустил взгляд в пол.

Бракованный? Бесплодный что-ли?

- Почему тебя таким считают?

- А ты мои глаза не видела?

Словно желая меня напугать или вызвать отвращение, он сделал пару шагов ко мне и обхватил за плечи, проникновенно заглядывая в самую душу. Синий и жёлтый.

- Как лазурь и янтарь.

Опешив, он моргнул и ослабил хватку.

- Почему у вас это считается минусом? В моём мире такие люди часто снимаются для журналов. Не знаю, есть тут такое или нет, но там люди придумали книги в картинками и рисунками, показывающими одежду и аксессуары, а демонстрируют их на себе те, кто обладает необычной, красивой внешностью.

Его руки соскользнули с моих плеч, словно всё тело внезапно расслабилось, а лоб разгладился. Я нежно провела пальцами по его ладони, и он вздрогнул. Уверенность окончательно покинула меня, и мой голос опустился до шёпота:

- Никогда не позволяй унижать себя. Ты красив, чтобы не твердили другие. Ты красив, что бы не думал о себе сам. А твои разные глаза — это просто нечто. Словно солнце и небо.

Я замолчала, глядя в пол и не решаясь поднять взор. Он не нарушал тишину, словно боясь разрушить эту атмосферу. Или пытаюсь поверить моим словам. Пусть и я не была уверена в себе настолько, чтобы прямо смотреть ему в глаза, но слова мои звучали твёрдо, хоть и шёпотом.

Наконец, когда я вспомнила про свой компот, к тому моменту уже ставший тёплым, он шепнул:

- Я хочу верить тебе. Но мне с самого детства вдалбливали, что я неполноценный. Некрасивый. Бракованный. И…

- Это в прошлом.

Мой голос прозвучал резко и твёрдо, словно я отсекла его мысли и прошлое.

- А они выглядели красиво?

Он задумался. Потом усмехнулся и покачал головой:

- В сравнении собой — просто грасьи дети.

Грасьи? Вертайр, что это за создания? Ответом на мою мысль была картинка существа, похожего на жабу. Только...побольше в целом, а глаза на стебельках, как у краба. Так вот какой ты, грас. Буду знать. Между прочим, мне, по всей видимости, только что сделали комплимент.

- Спасибо на добром слове. Оно и кошке приятно.

- Что?

- М? Что такое?

- Тебе словно не говорили подобного.

- Ну, редко.

Я замялась. О своём прошлом как-то не очень хотелось распространяться, но может стоит?

- Мой муж в прошлой жизни не баловал меня подобным.

- Значит, ты выбрала идиота.

И тут же, словно ужаснувшись своих слов, но поклонился:

- Прости, я не должен был так резко выражаться. Выбор был твоим, и не мне его осуждать.

Бедный парень. Кстати…

- В целом ты прав. Как в суждении о муже, так и о резкости твоих слов. Но я не в обиде. Хотелось бы знать, как тебя зовут?

Его глаза непонимающе моргнули.

- Меня изгнали из рода. Так что я не имею права на имя.

- Что?! В каком смысле не имеешь права на ИМЯ?

Я стояла в шоке, зависнув на этом открытии.

- А как получить имя?

- Его даст глава рода, в который я войду.

- А как раньше тебя..хотя нет. Не говори. Не думаю, что ты захочешь пользоваться тем именем.

Он кивнул. А я тем временем думала над этой ситуацией. С одной стороны, ему это имя не особо нужно, учитывая, что живёт он в одиночестве. Но с другой...для меня это дико. Надо посоветоваться с Вертайром.

- Я и так могу тебе дать совет. Этот парнишка умолчал кое о чём. Вступив род, он не только получит имя, но и откроет свои таланты, дремлющие в сердце. Это сделал я для того, чтобы мои дети скорее находили себе семьи, но в итоге это перекроили...и вышло, что вышло. Ты можешь создать свой род, для этого обратись к миру, он подскажет, что делать. А я направлю тебя.

Создать свой род...Но если я приму в него кого-то…

- Он не обязан становить мужем. Но всегда может им стать. Решение за тобой.

Вот оно что…

- Солей?

Я вынырнула из беседы с Вертайром и вопросительно посмотрела на...надо ему имя придумать! А то неудобно как-то.

- Просто размышляю.

- Я спросил, будем ужинать? У меня оставалось кое-что нехитрое, но наесться вполне можно.

Бросив взгляд на стол, я обнаружила там фрукты, чашку с мёдом, кувшин с...молоком? Как он его тут хранит? И откуда..? Неважно. По крайней мере сейчас. Также там лежала тарелка с лепёшками и варёной картошкой и мясом.

- Можно сделать кыстымбый.

Вот как передать его выражение лица? Сочетание мыслей: «У тебя всё в порядке с головой?» и «Это вкусно?», пожалуй, наиболее точно передаст то, что отразилось в его глазах. Я рассмеялась:

- Это лепёшка с мятой картошкой и фаршем. Картошку осталось размять, а мясо модно просто мелко порезать. У тебя нож есть?

Он медленно кивнул. Кажется, я второй раз ввела его в шоковое состояние. Ну, привыкай, яхонтовый, привыкай. Чую, не последний раз это будет. На сегодня.

Улыбнулась сама себе. Люблю старую русскую речь. Есть в ней что-то...сладко-родное. Оставляющее приятное ностальгическое послевкусие.

- Нож есть. Сейчас всё сделаю.

- Помни пока картошку. Я сама нарежу.

- Уверена?

- Конечно.

Он скептически поднял бровь. Так, не кипятись, Солей, тут другой мир. Самой собой разумеется, что тебе не доверяют в твоих навыках. Они тут просто нестандартны.

Видимо, моё раздражение начало проявляться на лице, так что нож и разделочную доску мне выдали, и я приступила к работе. Мелко нашинковала мясо, пока мой напарник мял картошку. Интересно, почему я выбрала нож? Хотела доказать, что непохожа на местных женщин? Или похвастать своими умениями и услышать одобрение или даже восхищение? Возможно, всё сразу? В любом случае, всё готово, пора делать кыстымбый.

Пока смешивала картошку и мясо и накладывала их в лепёшки, задумалась о том, что многие продукты похожи на земные, буквально один в один. Но местная картошка была...зелёной внутри. То есть, кожура коричневая, а мякоть по цвету словно молодая трава. А на вкус немного острая. Интересно.

Пока мы ели, мой безымянный знакомый довольно жмурился и крупными кусками поглощал еду, словно бы и не знал .что так можно сделать. Или, может, дело в том, что я добавила пряные травы? Они висели на стене и приятно запахли, стоило потереть их пальцами. Напоминает чабрец. К мясу самое то. Или дело в компоте? А может всё вместе. В любом случае мы вкусно поели и он проводил меня в соседнюю комнату, где была только тумбочка, небольшой шкаф у стены, мутное зеркало, маленькое, в пару ладоней величиной, окошко и стул. Там же оказалась кровать с двумя одеялами и подушкой.

- Зимой тут бывает холодно, так что я предпочитаю быть готовым ко всему. Ты спи здесь, а я сделаю кровать в том углу.

Логично, учитывая, что на кухне места мало. Он просто не уместится там.

- А у тебя нет расчёски?

Он усмехнулся и достал из прикроватной тумбочки гребень. Пока я разбиралась с волосами, вычёсывая из них траву и подвядшие цветки (откуда только они там?), он вернулся, неся в руках ветви еложи, из которых сделал импровизированную кровать. Постелив туда одной из одеял, он лёг на бок и уставился в стену. Последние лучи солнца гасли, уступая место луне и звёздам, с улицы послышались первые ночные звуки. Колокольчиковый стрёкот насекомых, напоминающий сверчковый. Глухие и низкие голоса птиц. Я прислушивалась, сравнивая всё с земным. Не так уж и много отличий. Это хорошо, проще будет привыкнуть. Пока что я могу подумать о создании рода.

Изгнанный. Волк-оборотень

Когда охотился, даже не думал кого-то встретить, но у родника встретил Её.

Словно дриада. Белые волосы с цветками и травинками, лёгкое, почти невесомое платье, колышущееся на ветру, иногда приоткрывающее тонкие лодыжки в плетёной обуви. А когда она обернулась...Я просто пропал. Мягкие черты лица, алые губы и яркие, словно жидкое солнце, глаза. Добрые глаза, смотрящие прямо на меня. Медленно приближаясь, я ловил малейшие её движения, боясь, что она убежит, исчезнет.

- Здравствуй.

Какой мелодичный голос. Хотел было ответить, но вспомнил про обличье волка. И ведь не испугалась! Обернулся человеком и только тогда ответил:

- Здравствуй, уважаемая барышня. Где твои родители или мужья?

- Я одна здесь.

- Быть не может!

Мой голос прозвучал резко, словно взмах лезвия. Никогда не умел контролировать это, только подавлять, не позволяя проявиться подобному. Но сейчас...это же просто невозможно! Молодая девушка в Амагической зоне? Ещё и дремучем лесу? Ещё и в ЭТОМ лесу, где едва ли не на каждом шагу можно встретить Диких? И я не только о зверях, но и о тех, кто потерял свою суть, будучи изгнанными из рода. Мне тоже грозит такая учесть, но пока держусь.

Я опустился на колено, выражая сожаление о поступке:

- Прошу прощения, но молодая девушка — и одна в лесу… Ведь здесь небезопасно для столь хрупкого цветка.

Задобрить девушку комплиментом быть может и банально, но, видимо, вполне действенно — она не разозлилась, но напряглась:

- Я не уверена, что могу тебе рассказать, ведь мы даже не знакомы, но будь уверен, что я одна. И совсем не ожидала очутиться в лесу.

Я внимательно и цепко посмотрел на неё и решительно сказал:

- Пошли. Я отведу тебя к себе. Скоро будет вечереть. Тут станет небезопасно.

Надеюсь, мы успеем дойти до моего жилища. Там нанесены охранные и защитные руны, можно будет не опасаться нападения.

Так я думал. Но зря. Боялся, что она будет идти медленно? Капризничать? Злиться? Отставать? Да не тут-то было! Она спокойно шла рядом со мной лёгкой, почти бесшумной походкой, словно прирождённая хищница. Хотя нет, не было в ней ни намёка на кровожадность. Только нежность и хрупкость. Однако моя волчья половина чувствовала, что внутри этой малышки скрыта сила, во много раз превышающая любую из мне знакомых. Кто она?

Пока шли, я так задумался, что не сразу заметил — её нет рядом. Сердце в груди сделало, наверное, самый опасный трюк за всю свою жизнь. Но стоило мне обернуться, как я увидел девочку, рассматривающую костровник. И как я его не заметил? Раны тот час напомнили о себе неприятным зудом. Ничего, стоит намазать нектаром этого цветка, и к утру их уже не будет. Надо запомнить место, этот нектар стоит баснословных денег, можно будет прикупить малышке что-нибудь. Хотя разве она захочет остаться здесь, в лесу, полном опасностей?

Может и захочет. Вон, уже глазеет на деревья вокруг с таким неподдельным восторгом, что я и сам невольно улыбнулся. А как она рассматривала меня? Словно и не было этих проклятых глаз, выдающих во мне полукровку! Волк недовольно рыкнул во мне, не соглашаясь с тем, что уж лучше быть чистокровным. Нравится ему летать. Хотя обычные оборотни бояться. Да уж. Что она, что я — по-своему странные.

Неужели Вертайр дал мне шанс?

Внимательно следя за малышкой и оглядываясь каждые несколько минут, я уже не так сильно испугался, когда она остановилась в очередной раз. Кажется, что-то сказала перед этим, но я был погружён в свои мысли. Надо же. Окотник. И ягоды почти созрели. Как вовремя. Хоть какая-то сладость для девочки. Привалился плечом к дереву, ожидая, пока она съест ягоды, но...зачем она набирает их в подол? Почему не ест? Что она задумала? Волк опять недовольно рыкнул, мол, и чего ты, параноик, паникуешь? Может, просто хочет съесть потом. Вот развёл…

Согласен. Она же всего лишь слабая девушка.

Но в руках женщин наше всё. Они управляют кланами и вершат судьбы мужчин. Что-то меня опять заносит. Не думаю, что она может вообще кому-либо навредить. С такими-то глазами. Даже не заметил, как мы дошли до моего дома.

Стало стыдно. Впервые за долгое время. Крыша немного покосилась, крыльцо надо менять, дверь нормальную сделать, забор починить (а лучше сделать новый!), сорняки вычистить...Опасливо скосил глаза на свою спутницу. И потом уже открыто посмотрел на неё, не найдя и малейших признаков недовольства.

Она вообще нормальная? Её привели в...лачугу! А она и рада...Странная…

Хотя мне ли судить...Я вообще тут живу.

Но утром начну капитальный ремонт жилища. Мужчина… Стыдоба.

Заведя её в дом, объяснил, где вода для умывания, где питьевая, и дал миску, чтобы она ягоды свои туда сложила. И буркнув, что пойду искать травы для чая, вышел из избы.

Вдохнув полной грудью лесной воздух, я задумался. Может, её за что-то изгнали? Слишком добрый нрав? Не, просто заставили бы взять мужей побольше и отправили в какую-нибудь деревню подальше, а всех дочерей забирали бы в старший клан.

Так откуда она взялась посреди леса?

Срезая травы когтем, я всё больше погружался в эту хрупкую на вид загадку. И всё больше понимал, что с её приходом в моей жизни грядут перемены. Но к лучшему ли?

Вернувшись домой, я опешил от вкусного запаха томлёных ягод, заполнившим всю кухню. Пока меня не было, она решила сварить компот? Но как она получила такой умопомрачительный запах?

То, что было дальше, для меня просто непостижимо. Мало того, что она умеет готовить, так ещё и ЛЮБИТ ГОТОВИТЬ! Любит! Даже простые ингредиенты в её руках становились вкуснее. Ну как это возможно? Она же просто соединила мясо и картошку, добавила пряные травы и завернула в лепёшку. И налила свой компот…

Впервые за долгое время в моём доме стало тепло и уютно. А на душе спокойно и томительно-сладко. Потрясающее чувство. Быть может, Вертайр смиловался надо мной и послал мне ту, что сможет меня принять? Ведь мои глаза её не оттолкнули, даже сказала, что они красивы. Что я красив. Даже «отрезала» мои мысли о том, что кто-то может влиять на то, что я думаю о себе. Может, она права? Хочется верить.

Когда она потребовала клятву о неразглашении, я удивился. Давно таким не пользовались. Вспомнить бы слова. Когда она отвернулась и отошла к окну, я немного разозлился на себя. Да какая разница, какие там слова? Важно говорить от души, чтобы бог услышал и принял клятву. Что и произошло. Она решительно посмотрела мне в глаза и начала рассказ, по мере которого я всё больше убеждался, что она послана мне Вертайром. Другой мир… Она просто воспитана в соответствии с другими реалиями. Вот и вся разгадка её необычного поведения.

Солей… Твоё имя сладкой патокой ложится на сердце, а ты сама словно солнечный луч освещаешь пространство вокруг. Волк решил, что ты теперь его сокровище. Согласен с ним. Наше сокровище. Юная малышка. Интересно, сколько ей лет?

Вот же! А если она несовершеннолетняя?? Осознание этого обухом ударила по разуму. Надо будет утром узнать это, сейчас уже поздно. Да и информации без того много.

Укладываясь спать после прогулки за ветвями для кровати, я снова взглянул на неё: волосы, расчёсанные моим гребнем, обнимали её до самой талии, сверкая в лучах заходящего солнца, своей белизной отражая его свет, а золотистые глаза смотрели в маленькое окошко. Лёгкое платье обрамляло хрупкую фигуру. Пока она не заметила моего интереса, лёг на еложные лапы, что будут служить мне постелью в ближайшие дни.

Если она ещё слишком мала для семьи, я буду ждать хоть сотню лет. С такой внешностью, я не удивлюсь, если она наполовину светлая эльфийка, жизнь которой будет исчисляться десятками веков. А если взрослая… В... как там его...кыстымбый расшибусь, но она будет моей!

Забавное название блюда… С такими мыслями я уснул.

Глава 3. Остролист.

Солей, Дарованная

Я крепко спала до самого утра. А проснувшись, сразу отметила, что в комнате одна, но со стороны кухни под дверь просачивается вкусный мясной запах.

За ночь платье помялось, но больше спать мне не в чём. Надо решать эту проблему. А также — подумать о создании рода. Неужели я и правда стану главой целого...клана? И как обратиться к миру? Об этом тоже подумаю, но потом. В животе настойчиво заурчало, так что сначала — завтрак. По всей видимости, Разноглазка уже что-то приготовил, а я даже не проснулась. И где он научился такой... скрытности?

В приподнятом настроении выглянула на кухню: он уже раскладывал по тарелкам мясо и жаренные яйца. В стаканах чуть покачивалось молоко. Когда он посмотрел на меня, наши глаза улыбнулись:

- Доброе утро, Солей.

- Доброе утро, друг мой.

Уголки его губ поползли вверх в еле сдерживаемой улыбке.

- Завтра готов. Садись.

Я умылась и заняла место рядом с ним. Яйца чуть подгорели, но мясо было прожарено идеально. Возможно, он нечасто готовит? Раз он оборотень, то наверняка может питаться и в облике волка, которому что жареное, что сырое — всё равно мясо.

От осознания того, что он ради меня встал рано и занялся готовкой, на сердце потеплело. Надо будет сделать на обед что-нибудь вкусненькое для Разноглазки.

- Приятного аппетита.

- Что?

Я удивленно взглянула на него:

- У вас не принято так говорить перед приёмом пищи?

- Нет.

Я смутилась. Ровно до того момента, как он с серьёзным видом произнёс:

- Приятного аппетита.

А вот я не умею сдерживать улыбку! Да и не хочу. Так что она широким изгибом расцвела на моём лице. Украдкой глянув на хозяина дома, отметила, что он в приподнятом настроении. Вот и славно.

Когда закончили есть (на мою благодарность, ожидаемо, он отреагировал с удивлением), я решила прогуляться по лесу, но Разноглазка велел не уходить с территории его дома. По его словам, в этом лесу можно наткнуться на разную нечисть и диких зверей. Но при этом существовали ещё и те, что потеряли свою суть, став Дикими, нападающими на всех без разбора.

Серьёзно? Да сюда добраться — уже подвиг. Вспоминая, как мы перелазили между стволов густых деревьев и высокую, плотную траву, я замялась, погружаясь в раздумья.

Перспективненькое место для уединения. Теперь понимаю, почему он тут живёт. Сюда только псих сунется! Ну или такие как мы. Чаща, звери, дикие. Да и в целом «амагическая зона», как выразился мой знакомец. Так что прогулка отменяется, однако можно посидеть под еложой, растущей около дома. Там попробую связаться с Весайлом.

Мы вместе вышли в сад, решительно отстранив меня с предложением помощи, Разноглазка занялся починкой двери и крыльца, невесть откуда взяв топор, молоток и гвозди. Нет, правда, откуда?

Не понимая этого, я всё же села в тени густой кроны, возвращаясь к прежним мыслям.

Весайл...как связаться с тобой?

- Так и связаться.

Я вскочила на ноги, когда около моего уха раздался голос, и обернулась. Передо мной стояла...кошка? Даже не знаю, как точнее назвать этого зверя. Длинная, чёрная шелковистая шерсть, смеющиеся изумрудные глаза, размером с лошадь, а взгляд...ну вот чисто мейн-кун! Длинные усы, мордочка коробочкой, кисточки на ушах и огромные лапы. Даже на вид мягкие. Вот только эту мягкость мне проверить не дали, резко дёрнув назад и загородив собой. Не знаю, как моя знакомец оказался рядом так быстро. Но сейчас он был готов вступить в бой, держа в одной руке топор, а в другой молоток. Однако кошка лишь лениво скосила на него глаза, затем снова уставилась на меня:

- Какой хороший защитник. Вмиг оказался рядом.

Я смутилась и взяла Разноглазку за руку:

- Это воплощение Весайла. Не думаю, что в агрессии есть смысл.

На меня посмотри две пары глаз. Одна — рядом — поражённо и недоверчиво, а другая — на отдалении — одобрительно.

- Весайл? Воплощение мира?

- Да, молодой... оборотень. Это так. Я хочу поговорить с Солей, так как она изъявила желание создать свой род. Кстати, ты знала, что род не ограничивается одними кровными родственниками? Поэтому в нашем мире что клан, что семья, что род — всё одно. По крайней мере, так было задумано. Но судя по тому, каким большим ты его себе представляешь, тебе это известно.

И неразборчиво пробормотал:

- Или кто-то решил вложить эту мысль в твою голову.

Мне кажется, или скоро глаза моего оборотня станут перманентно удивлёнными? И почему Весайл, во-первых, сделал паузу перед тем, как назвал расу Разноглазки, а во-вторых, оказался женщиной? Я думала…

- Могу быть мужчиной. Просто мне нравится воплощение кошки, но на самом деле я не привязана к полу, так что и говорить о себе могу даже в среднем роде. Мне без разницы.

Значит, с тобой тоже я могу говорить мысленно?

- Именно так, Искорка.

- Ты — Искра?!

От вскрика парня я подскочила на добрые полметра, чем его испугала даже больше. Выронив инструменты, он обнял меня и шёпотом стал извиняться:

- Прости, прости. За то, что повысил голос, и за то, что испугал. Я правда не хотел. Прости!

Его руки дрожали. Осознание этого прошибло меня словно молния. Так странно видеть столь сильного и красивого мужчину...дрожащим в страхе. За меня.

- Для меня и моих сыновей обычное дело — беспокоиться за своих дев. Это в твоём мире было иначе, а тут… привыкай. Тем более, что этот сын уже влюблён в тебя, и скоро это чувство обернётся любовью.

Он сразу перестал дрожать. Его плечи окаменели, и, отстранив меня, его глаза вопросительно посмотрели на меня.

Тогда я отвечу взаимностью. Но сказать это вслух...

- Я…

Как побороть смущение? Ответом на немой вопрос стал голос Весайла:

- Тебе непривычен наш уклад, но давить никто не будет.

Разноглазка вздохнул, опустив глаза, и, последний раз сжав меня в объятиях, отпустил:

- Я готов завоёвывать тебя, хоть и никогда не делал этого. Но, поверь, я не отступлю.

Весайл засмеялась на это признание и одобрительно сказала:

- Мне нравится твой настрой, сын. Но Искорке я бы посоветовала насладиться ухаживаниями. Ты была лишена этого в прошлой жизни, но в этой, поверь, у тебя будет много возможностей сполна испытать мужское восхищение на себе.

Теперь смутились мы оба. Он — на обращение к себе, а я — на слова о том, что смогу сполна насладиться мужским вниманием.

- А по поводу Искры, да, я не ошиблась. Солей является ей.

- Кто такая Искра? Я думала, меня просто сравнили с ней.

- Искра способна осветить непроглядную мглу как во внешнем мире, так и во внутреннем. Иными словами, ты можешь стать факелом в ночи, а можешь исцелить душу. Но для этого ты тратишь свои силы, так что будь осторожна в действиях. Если выкачаешь себя до дна, то станешь похожа на ходячий труп, коих называют Погасшими. Также не советую соприкасаться кожей с представителями своей расы, то есть с обычными людьми. Ты пока не умеешь контролировать свой дар, из-за чего скорее выпьешь силы того, кого коснёшься.

- А как мне научиться пользоваться этим даром?

- Я пошлю тебе учителя.

Вот как зверь может так хитро улыбаться? Это же кошка!

- А... Кого я могу касаться? И действует ли это на тех в ком кровь не только людей?

- Ответ на первый вопрос: всех, кроме людей. С твоими глазами (это кстати, дар нашего молодого бога) у тебя не возникнет проблему с определением расы окружающих. А по поводу второго: кровь другой расы станет щитом, так что полукровок можешь спокойно трогать.

Это хорошо. Но что по поводу рода?

- Ах да. Я же за этим и пришла. Сын мой, свободен. Дальше разговор должен проводиться без лишних ушей.

Он бросил недовольный взгляд на кошку, но перечить не стал и ушёл, подобрав инструменты. Вскоре на отдалении послышались удары топора о стол дерева.

- Далеко не ушёл. Боится за тебя.

- Он заботливый.

Кошка глянула на меня с сожалением.

- Какой твой мир жестокий. Неужели для тебя приготовленный завтрак — это уже повод назвать мужчину заботливым?

- Не только это. Он пустил меня в свой дом, уступил свою кровать, не бросил в лесу…

Кошка со стоном уткнулась в лапы:

- Какой уууужааааас!! Я буду просить души твоего мира себе! Такие женщины пропадают!

- У нас люди разные! Есть такие женщины, как я, а есть... другие. И мужчины тоже разные. Просто я выбрала... такого. Даже скорее из-за меня он стал таким.

- И тебе никто не помог?

- Я никого и не просила о помощи. Не думала, что могу, да и не казалось, что что-то не так, пока не стало слишком поздно.

- Поздно не бывает. Ты всегда могла уйти. Поставить точку, но предпочла страдать. Так что да, твоя вина тут тоже есть. Запомни этот урок и не повторяй своих ошибок. Трудно — проси о помощи. Страшно — спрячься за спиной мужчины. Устала — пусть несёт на руках. Хочешь чего-либо — попроси. Это не стыдно ни здесь, ни в твоём мире. Это женская натура!

- Теперь я это знаю. Но знать в теории и делать на практике — разное. Мне пока сложно просто принимать чью-то помощь.

Кошка вздохнула и улеглась за моей спиной, длинным пушистым хвостом пододвинув меня к себе и пригласив опереться на неё. Чувствуя спиной мягкость шерсти, я расслабилась. Всегда любила кошек. Грациозные, свободные. Делают, что хотят, никто им не указ. Зато многие готовы погладить за один жалобный взгляд.

Весайл рассмеялась и согласно качнула подбородком:

- Да, я по этим же причинам люблю это воплощение. Но ещё и потому, что в нём тепло и всегда мягко. А ещё можно делать так.

Сначала я почувствовала вибрацию. А потом до меня дошло, что кошка за моей спиной мурлычет. Так что я прикрыла глаза и неосознанно начала перебирать густую шерсть, наслаждаясь ощущениями. И так погрузилась в сон.

А во сне оказалась в комнате, пол которого по самое колено покрыт туманом. Посередине стоят стол, накрытый на троих. Пирожные, булочки, маффины, мёд и другие сладости.

За столом сидели двое: Вертайр и...Весайл? Мужчина? И почему они так похожи?

- Да, Искорка, это я. Уже не в образе кошки, а в том, каким я был в прошлой жизни. До того, как стал душой мира моего брата.

Что..? Душой мира?

- Да уж. С тех пор ты всё меньше проводишь времени таким.

Вертайр тихо поворчал на своего собеседника, а затем повернулся ко мне:

- Солей, проходи, это место для тебя. Скажи мне: как ты? Привыкаешь к моему миру и его обитателям?

А я отойдя от шока, решила подойти к ним:

- Погоди, Вертайр, как это возможно? Душа твоего БРАТА стала душой МИРА?

Молодой бог насупился, но ответил, хоть и явно недовольно:

- Да. Я был очень привязан к своему брату и не смог отпустить его душу после смерти нашего мира. И сумел привязать её к своему творению. По сути, мир — это организм, который также нуждается в душе. Мой брат был не против стать ею.

- Да как я тебя мог бросить? Дел понаворотишь ещё, а кому-то потом разгребать. А мне это хоть привычно.

Смотря на эту братскую перепалку, я засмеялась. И, осмотревшись, задала уже другой вопрос:

- Почему везде, где ты находишься, туман?

- Это моё воплощение. Вертас — в переводе с языка моего народа означает «туман», вот так и получилось, что место, где я появляюсь, окутывает туман.

- Это ты дом снаружи не видела.

- Весайл, хватит. У нас не так много времени. Да и нельзя ей тут задерживаться.

Бывшая кошка вздохнул, тряхнув такими же, как Вертайра волосами, и улыбнулся:

- Присаживайся, не стой над богом. Эти сладости напополам из твоего мира и из...меня.

Я застыла в полуприсяде. Вот уж игра слов…

- Не беспокойся. Они же не из крови и органов в привычном тебе понимании.

- Хватит, Вес! Пугаешь только. Не обращай внимания, Дарованная. Просто Весайлу давно было не с кем поговорить. Вот и отрывается. К нему почти никто уже не обращается с просьбой о советах.

- Почему? Кланы же создают?

- Да, но никто не вводит их... ммм… в мою, так сказать, систему. Сложно объяснить, но вот представь: в твоём мире есть интернет. Информация, загруженная в него, известна всем, кто хочет её найти. А вот та, что существует на словах или в письме — нет. Если женщина, создавая свой род, сообщит мне о нём, я буду знать, а значит и всё, что есть в мире, во мне. А вот если не знать… Ну, по сути, они лишаются привилегий.

- Каких?

- Я строго слежу за исполнением законов, принятых главой рода.

Произнося эти слова, Весайл стал серьёзным, а голос зазвенел сталью.

- Я не могу карать смертью, но, поверь, любой, нарушивший закон, будет наказан. Да, животные мне не совсем подвластны, у них свой разум, а вот дождь, ветер, земля в некоторой степени - да.

То есть…

- Первое правило моего рода: никто не должен убивать тех, кто состоит в моём клане. Исключением может стать только нарушение законов мира, но не расы.

От меня начала исходить какая-то вибрация, начало которой было в самом сердце. Словно я сама стала гитарой, по которой провели пальцами. Братья внимательно следили за каждым моим действием. Поймав вдохновение, я продолжила:

- Второй закон: всё, что будет создано членами рода — принадлежит роду. Исключение: подарки, товары и поставки.

Весайл кивнул и свечение стало исходить и из него, соединяясь с моим. Его — золотистый и мой — белый. Туман Вертайра окутывал всех нас.

- Третье правило: любой, кто захотел вступить в мой род, может это сделать, независимо от законов рас, не одобренных Весайлом.

Мужчины предвкушающе улыбнулись.

- Четвёртое правило: любой член рода сразу попадает под родовую защиту. Если ему попытаются навредить, то всё возвращается тому, кто попытался это сделать. Сразу. А член рода не получает вред.

- Ты так заботишься о своей семье, даже если она пока не создана.

- Я не позволю отнять у меня тех, кто станет мне семьёй.

Голова закружилась, и я почувствовала слабость.

- Так, Дарованная, ты умудрилась сделать всё не совсем так, как предполагалось. Обычно сначала роду дают имя, а потом постепенно вводят правила. А ты ввела четыре, но имя клану не дала. Вот, выпей.

Немного успокоив голову, я отпила горячий ромашковый чай с лимоном и мёдом, появившийся передо мной.

- Так, у тебя есть время, чтобы съесть вот этот маффин, а потом, будь добра, поведай нам имя твоего рода. Оно может быть любым. У эльфов, например, есть рода Серебряной стрелы (это лучники), Золотого света (клан целителей, что даже среди своих славятся непревзойдёнными талантами), Сумрачного леса (только шагнут в тень — и нет их, удивительно, правда?). У людей обычно кланы называют именами старшей женщины рода, но убирая последнюю гласную, если она есть (Катар, Иливи, Омайр), исты предпочитают слова, отражающие главную профессию рода (Калёная сталь, Золотая нить, Ядовитый клинок), у нагов сложный перевод с языка, порой означающий целое предложение (Саяшасса Фашшей — Солнечная дева, танцующая с ветром. Это если переводить вместе с именем), но у нагов почти не осталось женщин. Куда чаще они входят в кланы других рас, их кровь почти не смешивается с другими, так что если женщина беременна от нага, при рождении ребёнка, это становится сразу понятно. Пожалуй, нагини — самые спокойные из всех рас. Если никто не угрожает их детям. Так что нагам с ними живётся очень даже хорошо. Со временем узнаешь обо всех особенностях у разных рас, если захочешь. А пока скажи, ты придумала название роду?

Доев малиновый маффин, я улыбнувшись, произнесла:

- Остролист станет нашим гербом и названием родового поместья. Род Остролистный.

- Да будет так. И кто же первым вступит в твою семью, Солей?

Я прищурилась и довольно улыбнулась:

- Думаю, он не откажется.

Глава 4. Дремучей чащей укрывая спины

Изгнанный (?). Волк-оборотень.

Мы бежали со всех ног. Как нас могли найти? Защита нарушена? Если так, то дело дрянь! Был бы я один, убежал сразу, но Солей со мной. Осознание этого и теплом, и страхом ложилось на душу. Она со мной. Двояко звучит, учитывая, что малышка сейчас крепко держится за мою шерсть. Какая же она лёгкая. Откормить бы...

Мне даже не дали насладиться переменами в жизни! Напали группой из-за спины... Как же они раздражают! Кажется, сейчас недалеко от границы леса должен быть патруль. Придётся обратиться за помощью, я не смогу защитить Солей в одиночку.

А ведь всё так хорошо начиналось…

Немного ранее…

Солей. Глава Остролиста. Дарованная.

Пробуждение было мягким и приятным. Однако последние слова, услышанные мною, беспокоили:

- Если они будут сидеть безвылазно, она никогда не встретит других.

- Не будут.

Вот и как это понимать? В любом случае, сейчас у меня есть более важные дела. Поднявшись с травы, отметила, что кошки уже нет, а вот травы в волосах — хоть отбавляй. Они явно решили из меня лесную диву сделать. Скоро мои волосы будут самостоятельно цвести на радость местных цирков, если таковые есть. Обречённо вздохнув и нащупав в кармане платья гребень, который я благополучно забыла выложить, пошла искать хозяина дома.

Разноглазка нашёлся по звуку падающего дерева. Хруст множества веток заставил меня замереть на пару минут. И только убедившись, что больше ничего не происходит, я двинулась дальше.

И вот как при виде такого мужчины можно остаться равнодушной? Да, рубаху он не снял, но закатанных рукавов хватило, чтобы понять, какая мощь спрятана в этом теле. Одним ударом мой друг отрубал ветви от ствола. И каждый взмах был точен. Ни разу он не ударил мимо. Похоже, дрова колоть ему не впервой.

Я кашлянула, привлекая внимание. Разноцветные глаза тут же устремились на меня и улыбнулись. Брови вопросительно изогнулись:

- Как всё прошло?

- Теперь я — глава рода Остролист.

- Вот как… И что… ты...планируешь делать?

Замявшись, он опустил взор и стал внимательно искать что-то среди травы. Смелость что-ли потерял? Может и мою найдёт? А то я тоже её посеяла...

Ну вот не могу я взять и в лоб сказать: «Вступай в мой клан! У меня есть..нет, у меня даже печенек нет». Ужас...даже вкусняшек нет. Вот чем я буду заманивать к себе народ? Ни роду, ни племени, ни денег. Ни-че-го.

- Ну...Я думала, что надо бы...строить поместье… И...найти...тех, кто захочет стать частью моего рода…

Он резко вдохнул и медленно выдохнул. И тут, видимо, нашёл нашу смелость, потому что мы одновременно сказали:

- А если я захочу?

- Не хочешь?

Он растерянно моргнул, я фыркнула. А в следующую минуту оба смеялись. Облегчение от того, что мы чувствовали схожие эмоции, было огромным. И тут меня огорошили:

- Как ты меня назовёшь?

Затык. Ну он же не собака! Взрослый мужчина…

- А какое ты хотел бы имя?

- Из твоего мира.

Удивил. Похоже, это такая месть за прошедший день, когдая его заставляла удивляться. Что ж…

- Ну...Как тебе имя Себастьян?

Он задумался, а затем улыбнулся:

- Нравится. А кем я… В смысле...Могу я узнать твой возраст?

- Ну, да, это не секрет.

Так, вспоминая своё отражение, полагаю, что мне около 20? Но если тут живут дольше...Блин… Вертайр? Где ты, когда так нужен?

И в голове тишина. Хотя нет. Далёкое посмеивание. И как это понимать??

- Восемнадцать.

А что? Как раз совершеннолетие.

Или нет? Почему он застыл?

Но тут же застыла и я, увидев силуэт худого и высокого человека среди деревьев.

- Себ…

- Сюда!

Он дёрнул меня за руку. И вовремя! Потому что землю на том месте, где я стояла, расчертили когти… Дикого? Хотя кем ещё может быть это существо? (Хотя кто этот мир знает! Мало ли). Длинные конечности, кое-где покрытые редкой шестью, спутанные волосы и абсолютно безумный взгляд. От одного только него сердце сначала замирает, а потом стучит как заведённое, заставляя адреналин кипеть.

Бежать! Бежать-бежать-бежать! Подальше от этого ужаса, от… этого мужчины…

Раньше они были людьми, но главы рода отказались от них.

А если от Себастьяна также отказались? Или у него другая история?

- АА!

Как же больно! Меньше отвлекаться надо! Потом буду думать! А ведь ещё немного и это существо отрезало бы мне руку!

Горячая кровь текла по предплечью, разгоняя все лишние мысли. Где..?

- Солей!

Он снова схватил меня за руку, отгоняя оторопь, и уводя в дом, что-то шепча по пути. Вокруг нас начал светиться воздух, а Дикие, которых было уже не меньше четырёх, не могли до нас добраться, натыкаясь на барьер и получая ожоги от столкновения с ним.

- Себастьян, это ты сделал? Защиту?

- Да. Ненадолго поможет, но я не смогу удерживать её вечно. Я не маг. Вернее, не совсем маг.

Его голос был холоден, выдавая сосредоточенность на врагах. Глаза остро сверкали, подмечая малейшие детали. Мягкость полностью исчезла с его лица, уступая место хищнику. Его глаза изменились: радужка полностью заполнила глазное яблоко, а зрачок увеличился. Волчий взор. Мельком взглянув на его руку, в которой утонула моя, отметила, что его ногти медленно вытянулись, превращаясь в когти.

Забежав в дом, он посадил меня на стул, а сам кинулся собирать котомку. Неужели всё так плохо? Четыре Диких представляют такую угрозу? Хотя учитывая, что ростом они с моего защитника, а когтями и...безумством превосходят… Неудивительно. Да и Себастьяну придётся присматривать за мной, что не играет нам на руку.

Решительно встав, я сказала:

- Собери аптечку и вещи первой необходимости, я соберу еду.

Он кивнул и кинулся в комнату под рокот ударов Диких о дверь и окна. Этот звук подгонял меня, судорожно открывающую все шкафчики, осматривая, что есть. Соль, перец, хлеб, небольшой чайник (как раз походный), пару ложек, нож, точильный камень — всё это перекочевало в котомку, которую достал Себастьян. Как раз в тот момент, когда я закончила собирать еду (ну как закончила — хотя бы необходимое взяла), Разноглазка буквально вылетел из комнаты и, подхватив меня вместе с сумками на руки, выбил дверь, ошеломив Диких такой наглостью. Этих секунд хватило, чтобы всучить мне вещи и велеть крепко держаться за его шерсть.

Шерсть? Я поеду верхом? И как мне удержаться? Я на лошади-то не ездила!

А вот не даром говорят, что в экстренный момент все навыки вспоминаются, даже если их и не было. Потому как я клещом вцепилась в чёрного волка, перекинув сумки за спину, как наплечные, и прижалась лицом к его спине.

Дремучей чащей укрывая спины, зверь нёсся мимо деревьев, смыкающих ветви за нами, осложняя Диким путь. Однако и мне приходилось нелегко — платье по ощущением оставалось на мне лишь номинально, оставляя лоскуты на кустах и еложных лапах, кожу нещадно жгло от ссадин и царапин. Но я терпела, понимая, что на кону наши жизни. Благо лицо можно было спрятать, иначе ходить мне потом шрамированой…

Зато во время этого бега я успела вспомнить о разговоре Вертайра с Весайлом. Это вот так мы не будем сидеть на одном месте? Ну спасибо, молодой бог!! Удружил! Моя кожа тебе особенно «благодарна».

Хотела бы я так ему высказать, однако понимала, что всё может быть к лучшему. Мы живы, а могли стать обедом. Мои мысли замедлялись, адреналин сходил на нет. Да и волк уже не бежал, петляя между стволами, запутывая следы, а лёгкой трусцой перемещался на юг (судя по солнцу, перевалившему за полуденный час). Потом он принюхался и остановился, ссаживая меня с себя. Приняв облик человека, он взял котомку из моих рук и стал в ней рыться. Достав из неё плащ, он свернул его и положил, жестом пригласив меня сесть. А затем достал бинт и какой-то бутылёк.

- Будет жечь и неприятно пахнуть, но зато не будет заражения.

Ясно, спирт. Буду терпеть.

Проще сказать! Не выдержав, я зашипела от жгучей боли, прострелившей плечо. Порезы были не особо глубокими, но кровь них залила руку едва ли не до кистей. Плохо. Наверняка её запах может привлечь хищников.

Видимо моего друга посетили те же мысли, так как не особо аккуратно закончил перевязку, а затем рваными движениями упаковал котомку. Надев на меня плащ, он снова обернулся волком и принюхался. После чего лёг на землю и дождался, пока я устроюсь на нём.

Петляли мы долго. Даже под страхом смерти я бы не смогла сказать, в какой стороне его дом, да и солнце уже клонилось к закату, так что видимость быстро снижалась. Интересно, мы будем останавливаться на ночлег? Волк, уже заметно уставший, шёл, шумно втягивая воздух, на юго-запад. Пока не остановился, забавно двигая ушами, пытаясь уловить звуки (я тоже прислушивалась, но ничего кроме пения птиц не слышала). Он прижался к земле, передвигаясь дальше ползком. Вскоре потянуло дымом.

Медленно мы пробирались к чьей-то остановке и вскоре уже слышали голоса. Волк принюхался, а после расслабился и поднялся, от чего я чуть не упала, а он спокойным размеренным шагом двинулся к костру.

У огня сидели трое: два человека (хотя кто его знает, может и оборотень) и светлый эльф. У одного из людей, одетого в изумрудного цвета рубашку с закатанными рукавами и штаны на полтона светлее, на руках была зелёная змея, а когда он поднял на нас взгляд...Я поняла, что ошиблась. Перед нами был не человек, а наг, доказательством чему была чешуя на лице около висков. Чёрные с зелёным отливом волосы доходили до плеч, крепкое телосложение выдавало силу, а усмешка в глазах, как и сама поза — уверенность в своих силах.

А вот второй, если верить интуиции был всё-таки человеком. Русые волосы с серебристым отливом опять же до плеч, чёрные брови, которые я смело могу назвать соболиными, чёрные глаза, прямой нос и дорогая одежда — всё это выдавало аристократа. Обычно мне не нравились усики и бородка, однако этому парню так шла его эспаньолка, что без неё представить его было бы крайне сложно. Кстати, он — единственный, кто ходил с растительностью на лице. Все остальные мужчины гладко выбриты.

Третий же, светлый эльф, выглядел самым младшим (хотя мог был и самым старшим, учитывая продолжительность жизни его расы). Если остальные выглядели лет на 25-27, то ему я могла дать от силы 20. Ну 23. Пшеничного цвета волосы, небрежно остриженные до плеч и каштановые брови смотрелись..необычно. Такое редко увидишь. Тёмно-зелёные глаза внимательно смотрели в пламя. Пока мы не вышли из тени деревьев. Тогда юноша повернул к нам лицо полностью и я увидела родинку на правой щеке.

Впрочем, наше появление заметили все и сразу же достали оружие, что сильно напугало меня, и я вжалась в Себастьяна. Однако спустя пару секунд услышала:

- Кого я вижу… Неужели ты всё-таки вылез из своей берлоги? И кого ты притащил?

Волк подошёл к костру и опустился на землю, предлагая мне слезть. Что я и сделала под удивлённые возгласы незнакомцев.

- Девушка…

- Как она могла тут оказаться..?

- Красавица….

А вот последнее особенно приятно слышать. Вроде бы это сказал эльф, хотя я не уверена.

Однако не всем моё появление было по нраву.

- Ты рехнулся!? Притащить в лес Амагической зоны девушку?! Да тебя теперь из-под земли достанут!

Наг навис над Себастьяном, пробирая до костей своим звенящим шипением. Однако мне стало так обидно за несправедливые слова, что я сама зашипела как кобра, чем, по-моему, смутила змею, мирно дремавшую на плечах парня:

- Какое у тебя есть право обвинять его в том, что он не совершал? И не приходило ли тебе в голову, что Себастьян меня спас? Что его не обвинять надо, а благодарить?! Нет? А должно!

С каждым словом я всё больше наступала на бедного парня, который спиной вперёд отшатывался всё дальше, пока под его ногами не оказалось бревно, на котором они до того сидели. Споткнувшись, он едва ли не лёг на землю, что и привело меня в чувство.

Они же и так зашуганные. А я… Ну, разозлилась. Сам виноват. Думать будет в следующий раз.

- Прости, давай руку.

Он, будучи в шоковом состоянии, протянул мне ладонь, за которую я ухватилась и потянула вверх, помогая подняться.

Под звуки сверчков (ну или созданий, которые издают весьма похожий звук), наг выпрямился и начал приходить в себя:

- Я прошу прощения, уважаемая льери. Не разобрался в ситуации. Прошу простить меня.

Его глаза постепенно затуманивал страх. Эх, бедное создание, красавчик, а такой...пугливый… Сама того не осознавая, начала гладить его по голове:

- Ничего. Я не в обиде. Если Себастьян не злится.

Тут в себя пришёл человек:

- Себастьян? Тебе дали имя?! Когда?!

- Не кричи!

Громкий шёпот эльфа разрезал атмосферу, напоминая, что мы вообще-то от погони уходили. Себастьян обернулся человеком и произнёс:

- Давайте присядем, я всё по порядку расскажу. Солей, они — мои друзья. Раньше я был в патруле, пока… не произошла одна история.

- Да ладно, расскажи уж. Чего скрывать, раз ты стал частью рода. Её я так полагаю?

- Да, Себастьян стал членом рода Остролист, а я — его глава, Солей.

На этих словах мужчины склонили головы, а я непонимающе посмотрела на Разноглазку. Он наклонился ко мне и шепнул:

- Так у нас принято приветствовать глав рода.

- А мне надо что-то сделать?

- М...Вообще нет, но если хочешь…

Хочу? Наверное. Надо же их поприветствовать. Подумав, я заговорила:

- Добрый вечер. Рада буду с вами познакомится.

Дуууурааааа!!! У них же нет имён!

- Нам тоже очень приятно, льера Солей. Могу я узнать, кто вы? Судя по ауре человек, но тогда вам не больше 45, однако вы уже основали свой род…

- Ей 18.

Ответом стала гробовая тишина длиной в пару минут, когда все растерянно поглядывали на меня и Себастьяна, явно недоумевая...от чего? И только сейчас я догадалась шёпотом спросить у моего оборотня: а во сколько лет наступает совершеннолетие в Весайле?

Барабанная дробь…

И ещё немного…

В 50.

Только к ПЯТОМУ ДЕСЯТКУ ЛЕТ женщина считается совершеннолетней. Теперь мне понятны взгляд Себа на меня, когда я назвала свой возраст. Он же ребёнка видел перед собой!

- Не верю.

Решительный взгляд человека внимательно следил за каждым моим движением, когда он сказал это. Разноглазка вздохнул и пробормотал:

- Да я и сам не верю…

А затем откашлялся и тихо спросил:

- Не хочешь рассказать им свою историю? В своих друзьях я полностью уверен, можешь быть спокойна.

Нервно скосила глаза на него. Серьёзно? Посвятить в тайну ещё кого-то?

- А почему нет, Дарованная? Слово бога могу дать, что вернее защитников тебе не найти. Они несколько лет вместе служили, так что команду более…

ВЕРТАЙР, ТВОЮ ДИВИЗИЮ!! Ты где пропадал?!

- Тише мысли, Солей, а то лицо раскраснеется, тебя же не поймут. Потом поговорим. Тем более что да, это я виноват, что вам пришлось бежать, однако иначе вы бы не встретились с патрулём. Так что благодарить будешь, но позже. А теперь я удаляюсь.

- Солей?

Меня легонько трясли за плечо, приводя в себя.

- С ней всё в порядке?

- Дай я взгляну.

Моргнув, я обнаружила перед собой обеспокоенного эльфа. Он осторожно взял меня за руки и мелодичным голосом начал что-то говорить. Пытаясь понять его, я не сразу заметила золотистые искорки вокруг нас, но проследив за ними, очаровалась: это было похоже на танец сотни светлячков. Волшебно. Улыбка расцвела на моём лице, а сама я старалась отпечатать в сознании каждый миг эльфийской магии. Когда же всё закончилось, никто не решался нарушить тишину. Уже третью. Первым заговорил эльф:

- Ты не из нашего мира. Твоя аура другая. Она светлая и тёплая.

На его губах играла лёгкая полуулыбка, а глаза… сверкали. Даже от огня они так не сияли, а сейчас в них словно появился золотистый обруч около зрачка. И это тоже было так волшебно! От переполняющих чувств, я засмеялась, а вместе со мной Себастьян и эльф. Наг и человек улыбались. Все словно до краёв наполнились радостью, но ровно до тех пор, пока со стороны леса не послышалось:

- Ну и чему мы так смеёмся заливисто? Да ещё и по-девчачьи? Парни, мне казалось, что конспирация для нас — самое важное сейчас.

Мужчины расступились, позволяя мне рассмотреть новоприбывших. А это были двое тёмных эльфов, явно братья. Схожесть бросалась в глаза, как пламя костра. Больше всего выделялись огненные глаза, светящиеся даже без костра, и короткие пепельные волосы, прямой нос и острые скулы у обоих, только подбородки и чёлка разные. Если у первого она была обычная, а подбородок без ямочки, то у второго была отдельная более длинная прядь и ямочка. Одеты в одинаковые костюмы чёрного цвета, на которых угадывался орнамент… полагаю, что цветов. Растительности на лице также не было… Как странно, они ведь в походе, неужели настолько не любят щетину, что бреются каждый день?

Молчание стало привычным, когда парни опешили, увидев меня. Пока обвинения не полетели вновь, я взяла слово:

- Да, я — девушка. Да, в лесу. Да, я пришла вместе с Себастьяном. Это он (говоря это, указала на своего сопровождающего). Меня зовут Солей, я — глава рода Остролист. Приятно познакомится.

Закончив мини-презентацию, я чуть кивнула головой. Тот, что без ямочки, первым вышел из ступора, поклонившись и отвесив отрезвляющего пинка своему брату.

- Да, мы тоже рады, хоть и пребываем в некотором...шоке.

- Понимаю, я был в аналогичной ситуации, когда увидел её впервые у Звенящего родника.

Себастьян подошёл ко мне сзади и тихо спросил, наклонившись к уху:

- Так что ты решила?

- Если ты им веришь, то я согласна посвятить их в мою тайну.

- Хорошо. Давайте сядем.

Наг с опасением рассматривал меня, а светлый эльф обеспокоенно поглядывал на меня. Интересно, почему? Оказалось, что его беспокоят мои раны, которые он почувствовал, когда сканировал меня.

- Могу я помочь?

- С чем?

- Я же светлый эльф, а мы — лучшие целители среди всех рас.

Помедлив, я кивнула.

- Ты можешь пока рассказывать свою историю, мне это не помешает.

Глядя мне в глаза, он улыбался мальчишеской улыбкой во все белые зубы. На что я улыбнулась в ответ:

- Хорошо.

Пока он лечил меня, я пересказывала всё то, что случилось со мной за последние дни. А эльф в это время осторожно снял с меня повязку и сглотнул. Неужели рана выглядит так плохо? Скосив глаза, непонимающе глянула на плечо. Да нет, рана как рана. Ну, некрасиво конечно, но не смертельно же. Ладно, продолжу.

К концу рассказа плечу был возвращён первоначальный вид, а лицам мужчин… Шок. И растерянность. Впрочем, ничего нового. Первым заговорил Себастьян:

- Пока они переваривают информацию, скажи, у тебя есть вопросы к нам?

- Да. Почему вы назвали меня «льери» и «льера»?

- «Льери» - обращение к молодой девушке, а «льера» - к главе рода. Второе — выше по статусу, чем первое. Мужской вариант - «льер».

Задумалась.

- А что вы тут делаете? И давно здесь?

Ответил наг:

- Мы — один из патрулей, созданных для обеспечения безопасности поселений. Вот уже неделю, как в этом лесу.

В разговор вступил Себастьян:

- И как успехи?

- Несколько гнёзд уничтожено, к одному подбираемся.

- Стоп. То есть здесь неподалёку…?

- Да. Группа Диких.

- А кроме Диких тут кто-то обитает?

На мой вопрос ответил один из близнецов:

- Если кто и был, то они уже всех сожрали.

Жуть. Тогда нам лучше..

- Будем держаться вместе.

Все кивнули на слова нага.

- А вы голодные?

Мой вопрос был встречен всеобщим удивлением. После чего близнецы усмехнулись:

- Мы как раз были на охоте. Принесли птиц. Сейчас выпотрошим и зажарим.

И нахмурились. Как и я. Птиц, которые они достали в количестве четырёх штук хватило бы на парней, но и то не досыта. А значит…

- Что у вас есть ещё?

Растерянный шёпот эльфа я еле разобрала:

- Только не говори, что ты…

- Да, моя глава умеет и любит готовить!

А произнёс с такой гордостью, словно это его достижение.

Разумеется, из тех продуктов, что были, ничего особенно приготовить не удалось бы, так что я просто сварила похлёбку с курхами (ну почти куры, хотя внешне больше на уток похожи) с овощами и травами. Порадовалась, что захватила с собой перец. Пригодился.

И вот, когда все расселись и начали есть, со всех сторон послышалось:

- Великий Вертайр, да я теперь не смогу в казармах есть!

- Как же это вкусно!

- Никогда не ел ничего вкуснее…

- Солей, ты — святая! Приготовить из простых ингредиентов что-то настолько вкусное… Это надо талант иметь!

- Если в твоём мире все такие кудесницы, то я что угодно сделаю, чтобы туда попасть!

Зато Себастьян просто сидел и довольно жмурился, наслаждаясь едой и комплиментами, предназначавшимися как бы мне, но похоже, что и ему, потому как…

- Себастьян, может, я твоим братом стану? Только бы с вами уйти! Я за такую еду готов сутками работать.

Смех смехом, но после этой фразы на меня посмотрели с надеждой все вокруг. Абсолютно все.

- Что? Что вы от меня хотите?

- Солей, они — мои друзья. И после каждого патруля они рискуют...стать частью чьей-то жестокой семьи. Никто из нас не просит себе место мужа. Ты ещё мала для этого, мы понимаем. Однако..просто быть рядом, защищать тебя… Вот о чём мы просим.

-Ну...я…

Вот что им на это сказать?

- А как же патруль?

Нашла, что спросить.

- Закончим, тем более, что и вас надо выводить из леса, а мы как раз заканчиваем. Это — последнее гнездо. Обещаем, что ты будешь в безопасности.

Тихий голос нага с едва заметным шипением словно баюкал меня, вызывая спокойствие. Что за..?

Тряхнула головой, скидывая дурман, и обиженно уставилась на него.

Близнецы покатились со смеху:

- Вот и всё, наг! Кончилась твоя гипнотическая песня! Не поддаётся ей льера Солей! Ахахаахх!!

Змей только растерянно смотрел на меня. А я, глядя на тёмных эльфов, сама начала улыбаться. Краем глаза заметила, как ко мне подсел светлый эльф:

- И всё же...можем мы надеяться?

Тишина. Все ждали моего решения.

- Вы уверены?

Дружный кивок.

- Хорошо. Если вы так хотите, то я буду только рада принять вас в свой род. Какие имена вы бы хотели? Может, уже думали об этом?

Светлый эльф, человек и наг отрицательно мотнули головами, а вот братья робко подняли на меня глаза:

- Думали, и если ты не против, мы бы хотели остановиться на них.

Итак, тот, что с ямочкой, — Лессер, а второй — Сумрен.

Подумав, дала имена остальным. Светлый эльф — Лейлас. Наг — Сседаший (в переводе с его языка - «оберегающий»). Человек, оказавшийся магом, стал Люциусом.

Решив с именами, все стали укладываться спать. Под уютный треск костра и стрёкот лесных насекомых, я уснула на плече Себастьяна.

Уважаемые читатели, я выложила визуализацию в доп.материалы к книге) буду рада узнать ваше мнение)

Глава 5. Заглядывая в душу, желаю увидеть...

Лессер и Сумрен, тёмные эльфы — близнецы, ассасины Бледной ночи.

Как же мы были рады новому походу! А когда узнали, что состав не изменился, радовались вдвойне. Значит, никого не забрали в семьи. Можно выдохнуть спокойно ещё на ближайший месяц, а то и больше.

Встретившись с парнями и забрав карту с отмеченными гнёздами Диких и нечисти, как можно быстрее собрались и вышли в путь. Леса поначалу встречали нас пением птиц и следами зверей. А потом наступила тишина. Мёртвая тишина. Опасная и липкая. Мы стали ступать тише и осторожнее, медленно пробираясь через заросли еложи. Сухая земля открывшейся нам поляны хранила на себе отголоски битвы.

Дикие. Их «пирушки» ни с чем не спутать: сломанные остовы животных с переломанными костями и оторванными частями, рваные порезы от когтей на деревьях, глубокие борозды ног на земле от резких торможений.

И ведь когда-то они были нормальными мужиками! С семьями, а возможно, и с детьми. И всё из-за жестокости некоторых женщин. Нет, никто не говорит, что все они ужасны, но такие наиболее заметны среди всех. Хотя мы с братом знаем не одну семью с хорошими главами, однако они находятся в опале, а кому-то даже запрещено приближаться ко дворцу. Жаль, что присоединиться к ним не выйдет — там своих мужчин хватает.

Дикие налетели неожиданно (и когда это они научились делать засады..?) и ранили целителя, однако нашим врагам явно не хватало сплочённости, так что победа над ними не составила труда. Если не считать светлого эльфа, раненых не было, да и долго ли на нём та рана будет? Уже ни следа нет.

В целом, продвигались мы быстро. Дикие сделали за нас работу, уничтожив практически все гнёзда нечисти. Неужели они их тоже едят? Если так, то желудки у них крепкие… Гнилое мясо жрать… мерзость. До сих пор здешний запах вызывает рвотные позывы.

Наш патруль так бы и продвигался в неспешном темпе, если бы неожиданно к нам не вышел Чёрный волк. Поначалу, вернувшись с охоты, я с братом подумал, что светлый эльф так смеётся. Словно девушка. Однако…

Там и была девушка. Настоящая, не морок, не нечисть. Словно прекрасное видение… Если это сон, то просыпаться не хочется. Даже трогать страшно — вдруг исчезнет?

Солей… Такое мягкое имя и такие нежные черты лица. А голос! Вроде тихий, но такой твёрдый, словно она уже не первый век живёт. Как же хочется коснуться… Мучительно. Рядом, но...но…

А чего я боюсь? Того же, что и все. Она может казаться милой. А на самом деле…

А на самом деле она ещё и вкусно готовит! Нет, всё. Это нокаут! Выносите нас с братом на носилках. Мы добровольно капитулируемся в руки этой светлой лилии!

А как она уделала змея, пытавшегося загипнотизировать её голосом? Не знаю ,о чём он думал, когда решился это сделать, но она легко сбросила с себя чары и даже не обиделась. Что за чудо...

Когда Себастьян (и как только он сумел получить от неё такое необычное имя?) попросил за нас, мы замерли, словно боясь спугнуть эту маленькую главу рода. Секунды стали подобны остывающей карамели. Сладкие, но такие невыносимо тягучие!

Приняла… Она. Приняла. Нас. ВСЕХ. В свой. Род.

Каждое слово отпечатывалось в сознании росточком надежды. Словно цветы ночных растений, распускающихся после полуночи и дарующих свет жителям ночи. Вертайр, хоть и мы редко к тебе обращаемся, но сейчас мы с братом от всей души тебе… Вам благодарны!

Когда она спросила, думали ли мы над именами, нас затопило облегчение. Не придётся привыкать к новым. Мы с братом давно дали их друг другу. «Сумрен» и «Лессер» в переводе с языка тёмных эльфов означают «Сумрак» и «Ловчий». Чувство благодарности к этой маленькой девочке было подобно безмятежному морю, на котором только недавно бушевали волны. Именно так мы себя и чувствовали. Словно после долгих скитаний нашли свою тихую гавань. И эту гавань мы будем защищать. Наши клинки никому не позволят ворваться в эту тишь и хоть что-то в ней сломать. Только мы не сможем быть просто мужчинами рода. Уже сейчас малышку хотелось сжать в объятиях и не отпускать. Вдыхать её запах и пьянеть от шёлка снежных локонов. Только вот маленькая она ещё для такого, но отсутствием терпения не страдает ни один ассасин.

Землю рыть будем без лопаты, но внимания её добьёмся. До совершеннолетия Солей времени полно.

Мы так думали.

Лейлас, светлый эльф, целитель.

Это был самый солнечный поход за всё время. Вертайр не иначе как благословил нас, потому что как иначе объяснить эту дивную встречу?

Новому походу я был безмерно рад, полагаю, как и все мы. Войдя в лес, нас буквально окружили трели птиц и шёпот деревьев. Они подсказывали мне, что рядом Дикие, но я не мог разобрать, где именно. Жаль, что талант раскрывается полностью только после вхождения в род. Ничего. Лучше так, чем…

Как же больно! Додумать не успел — спину прожгло болью, словно Дикий разорвал позвоночник! Эльфийская чувствительность в такие моменты скорее проклятие, нежели благословение. Так же как и наслаждение, боль мы чувствуем в разы сильнее, чем другие расы.

Как же я был благодарен в тот момент нашим братьям — ассасинам. Именно их скрещенные клинки пришли мне на помощь, словно морской ветер в бурю, сметающий врагов в пучину вод. Сам я в сражении бесполезен, нужен скорее для того, чтобы остальные не выбывали из строя. Моя магия не предназначена для атаки.

На очередном привале я засмотрелся на танец огня — вроде и не назовёшь живым, а так притягивает взор… Говорят, что на три вещи можно смотреть вечно: как горит огонь, как течёт вода и…

Как…она…

В голове стало звонко-пусто, как бывает в поле после грозы в первые минуты. И только спустя время начали заливаться пением птицы, цветы подняли бутоны после гнёта тяжёлых капель. Так и я поднял свою голову и невольно высказал мысль вслух…

Красавица… Длинные волосы цвета первого снега, укрывшего усталую землю мягким одеялом. Пушистым и таким желанным.

Чёрный Волк ссадил её со своей спины и чуть прикрыл собой, показывая, что она под его защитой, но никто из нас не посмел бы ни словом, ни тем более делом задеть девушку.

Но тут наг решил проявить характер, разрушив мою и без того хрупкую атмосферу неземного счастья. Что он делает? От его шипения даже меня бросает в дрожь. Боялся, что девочка испугается, но нет! Она принялась так защищать Чёрного Волка, принёсшего её, что змей пал. В прямом смысле слова. О бревно споткнулся.

Эта сцена у всех, кроме действующих лиц вызвала смешинки. Наг, на две головы выше девушки, но это его не спасло. Ну, друг мой, надеюсь, земля тебя мягко приняла в свои объятия! Это тебе за твой не в меру пылкий нрав.

Однако она не хотела видеть его таким — помогла подняться. И начала гладить по голове. О, лесные девы! Помогите мне скрыть смех, ибо он рвётся наружу, как горная река! Как она дотянулась до него? А, он сгорбился. Тогда полностью согласен — зрелище… откровенно говоря жалкое. Мужественный воин в страхе потупил взор перед малышкой.

Когда она внезапно застыла и начала краснеть, моё сердце испуганно сжалось и ускорилось. Что с ней? Отодвинул всех с дороги. Видимо, никто не ожидал от меня такого поведения и стального голоса. Однако когда лекарь видит, что чьей-то жизни что-то угрожает, останавливать его — вставать на пути оползня.

Светлый Вертайр! Я в жизни не видел столь яркой и светлой души! Сканируя её состояние, невольно очаровался девочкой. А она была именно девочкой! Чистой и юной, как распускающийся цветок лунного лотоса. Моя душа словно преисполнилась ликованием, просто чувствуя эту… энергию. Она так молода, но женственности в ней столько, сколько нет ни в одной знакомой мне женщине, будь у неё хоть десяток дочерей. Чтобы хоть как-то отвлечь девочку от ступора и лёгкого напряжения, я запел эльфийскую песню, дополнив её светлячками своей магии. Обычно они предназначены освещать путь, но сейчас я просто желал… Что? Покрасоваться? Показать, что могу? Пожалуй. Да простит мне эту слабость Вертайр.

Но мои старания окупились и даже более. Её восхищение было подобно божественному вину, исцеляющему любые раны на душе и сердце. Улыбка, словно яркое созвездие на мрачном небе, озарила все самые потаённые уголки моего внутреннего леса. Как же тепло и радостно от её счастья. Она восхищается мной, и, сама того не замечая, заряжает всех вокруг.

Меня только беспокоят её раны. Мелкие царапины и ссадины практически по всему телу и один серьёзныйпорез на предплечье. По ощущениям — глубокий. Решив заняться этим, я предложил Солей, так звали девушку, рассказывать свою историю, не отвлекаясь на меня. Однако сняв повязку на её руке, ужаснулся. Рана успела запечься покраснеть, хоть и видно, что её обрабатывали. Возможно, Чёрный Волк (теперь уже Себастьян) как-то обезболил, но всё же… Как она терпит? Словно почувствовав моё замешательство, она повернула голову и… просто бросила короткий взгляд на свою пострадавшую руку! Да наши женщины бы грозовой тучей молнии метали от такого! А она…

Что за удивительное создание? А может ли… Собственная мысль ужаснула меня и я решил проверить её нервные окончания на реакцию. Но нет, магический импульс доходит быстро и без помех через всё тело. Значит, нервная система исправно работает.

Ну не могла же она привыкнуть к боли, как некоторые мужчины? Бывало такое, что женщинам просто нравилось избивать. Их рабам и мужьям не позавидуешь, но через несколько лет они становились нечувствительны к любой боли. Реакция Солей уж очень похожа.

Маленькая, солнечная девочка, через что ты прошла? Если бы я только мог, то забрал бы всю твою боль и горести себе, помог бы тебе решить твои проблемы или даже забрал бы их.

Только бы быть рядом.

Это желание усилилось после ужина. Лесные духи! Это чистое блаженство. Как она смогла из наших ингредиентов приготовить то, что никому не удавалось? И ведь любой из нас может готовить, но она… Не знаю, как ей это удалось, но внезапно я ощутил себя… счастливым. И ради этого безмятежного счастья я готов… даже рабом её стать, но что-то подсказывает мне, что она не позволит.

Себастьян попросил за нас. Да, пусть даже не как муж, но как твой, Солей, защитник, я жажду быть рядом. Ты — источник жизни, к которому стремится каждый росток. Только бы моя безмолвная молитва достигла твоего сердца…

И какого же было моё облегчение, когда она решила принять нас в свой род!

«Лейле» в переводе с языка светлых эльфов - «свет», она назвала меня Лейлас. Обещаю, что освещу твой путь. Никакая тьма не посмеет приблизится к тебе, моя снежная лилия.

Люциус, полукровка, маг.

Когда мой отряд собрался вновь, я с облегчением понял, что состав остался прежним. Значит, никого не забрали. Это радует. Судя по всему, поход обещает затянуться, уж очень много гнёзд было отмечено на карте, что нам выдали.

По пути в лес, думал о том, как я смогу защитить своих парней. Светлый эльф — целитель, изумрудный наг — никто не сравнится с ним в скорости, да и алхимик он хороший, тёмные эльфы — ассасины Бледной Луны (к тому же близнецы, что усиливает их). Не хватает только оборотня. Чёрного Волка.

Два года назад его захотела забрать одна женщина третьим рабом. Оборотень, по их словам, обладал фатальным недостатком — разноглазием. Так что никто не хотел брать его мужем, но рабом… Этого он не вынес и сбежал в лес Амагической зоны, где жили в основном Дикие. Конечно, парочка ему не помеха, но что если на него нападут трое? Пятеро? Идиот. Но и я помочь ничем не мог.

Тёмные эльфы вывели меня из мыслей, указав на очевидный факт: стало слишком тихо. Подняв руку, я велел всем двигаться дальше осторожнее. Продвигаясь вперёд по сухой земле, тут и там отмечал про себя следы битвы. Как же...зверски Дикие расправляются со своими жертвами. Рвут и ломают тело, оставляя вокруг разрезы когтями. А потом сжирают — иначе не скажешь — всё, что могут. Но ведь тут должно было быть гнездо нечисти, а они… считай живая падаль. Как такое можно есть? Задумавшись, потерял бдительность. Фатально для командира отряда.

Я услышал вскрик. Одного из наших ранили, но как же хорошо, что рядом были близнецы. Действуя по наитию, я воздушной клейморой разрубил второго Дикого, первый уже истекал кровью за спинами тёмных эльфов, вставших на защиту своего светлого собрата. Наг, обернув ноги хвостом, сжал в своих кольцах третьего Дикого, ломая ему кости. Один из близнецов в это время прикончил четвёртого врага. Схватка не продлилась долго, однако этой встряски мне хватило, чтобы придти в себя. Нечего рассматривать всё вокруг, о команде надо думать больше. Следы пусть рассматривают эльфы, она в лесу как у себя дома.

Мы шли до первой остановки на опушке у Звенящего родника. Красивое место. Если первая поляна, на которой была схватка, уже усохла от близости нечисти, то эта дышала жизнью. «Звенящим» родник назван не просто так. Его звон был неприятен как Диким, так и любой нечисти, однако на зверей это не распространялось. Впрочем, с ними может сладить светлый эльф. Так что здесь мы можем выдохнуть.

И тут я заметил лежанку. Но, видимо, не зверя. Странно. Приглядевшись, заметил длинный белый волос. Откуда? Ну не мог же Чёрный Волк поседеть и отрастить такие патлы? Он всегда не любил длинные волосы. Или кто-то взял с него пример и тоже сбежал в Амагическую зону?

Услышав позади себя шелест, я понял, что ко мне подполз наг:

- Что тут?

- Вроде как лежанка, но меня смутил этот волос.

- Женский.

- Что?

- Он женский, командир. Это я могу сказать точно. Запах ещё не до конца выветрился.

- Сможешь проследить направление?

- Нет, я обошёл поляну по кругу, но только тут услышал этот аромат.

Насмешливо переспросил:

- Аромат?

- Да. Очень нежный и тонкий.

Его голос был задумчивым и тихим. Поразмыслив, мы пришли к выводу, что сюда могло кого-то забросить порталом, но, раз запаха больше нигде нет, сразу перенеслись повторно.

Если бы я только знал, что обладательницу этого волоса я встречу чуть позже… Но кто мог такое предположить?

Увидев её, да ещё и верхом на Чёрном Волке, я заволновался. Он же не выжил из ума, чтобы красть девицу? Судя по лицу, она ещё совсем ребёнок, лет 40, если не меньше.

Ага. Сорок. Размечтался. Восемнадцать. Ребёнок! Но выглядит старше.

Этот вечер — хаос сумасбродия. Надо разложить всё по полочкам. Иначе свихнусь, а я маг, мне этого нельзя допускать, несмотря на предрасположенность. Да, все маги более уязвимы к психическим заболеваниям, особенно если у них в юном возрасте не было наставника, который бы помогал и следить за душевным здоровьем подопечного. Впервые увидев души мертвецов среди живых, я правда чуть умом не тронулся. После этого меня в возрасте десяти лет (даже слишком юный возраст для обучения) отдали архимагу. С тех пор я не слышал ничего о своей семье. Но у меня и без них теперь завидное положение в обществе. Такие как я, рождаются редко. Маги — ценность, которую признают все. Так что мой статус высшего мага (лишь на ступень ниже архимага) давал мне всё — власть, деньги и возможность замолвить слово за кого-то перед королевой. Чем я и пользовался, отмазывая своих ребят от женщин.

Итак. Возвращаясь в реальность. Первое: девушку зовут Солей, она — глава рода Остролист, который создала недавно. Странность эту объясняет второе: она из другого мира. Что это сулит моей команде? Проблемы или защиту? Ведь если она благословлена Вертайром, значит, её род под защитой. Это подтверждает третье: при создании своего клана она внесла законы, дарующие родовую защиту от посягательств. Идеально. Если я смогу хотя бы парней к ней пристроить, они будут в полной безопасности! Солей, ты — моё благословение!

Только сейчас я отметил про себя, что девушка невероятно красива, а то, как она уделала нага, доказывает пламенный характер защитницы. Такая явно своих в беде не бросит и не позволит их обижать. Пожалуй, я могу ей верить. Наблюдая всё это время за её аурой, я не заметил ни намёка на ложь. Недоверие, страх, гнев (не повезло нагу под горячую руку попасть, даже бревно на сторону девочки встало) и восхищение. Когда она увидела магию светлого эльфа, то её аура просто… даже у меня слов нет, чтобы передать всё то, что я испытал в тот момент. Словно в меня влили бочку чистого жидкого счастья и оно, разлившись по венам дорогим вином, опьянила меня и на несколько минут помогла забыть обо всех проблемах, бедах и просто насладиться жизнью. Это было нечто, но хорошо, что близнецы подошли. Иначе, каюсь, я бы не сдержался бы… Так хотелось в тот момент обхватить её лицо и… Какой же идиот… Так смотреть на ребёнка…

Но ведь она из другого мира… Возможно ли, что там совершеннолетие наступает раньше?

Абстрагировавшись от их разговоров, я дальше раскладывал полученную информацию. На каком остановился пункте? Ага, на четвёртом. Хм, это тогда про её внешность и ауру. Тогда пятое: она…

Мудрейший Вертайр! Она божественно готовит! Как же вкусно! И это те курхи, которых мы всегда жарили на костре? Ну и овощи… Как?! Как ей это удалось? Может, она… не знаю… маг еды?

Нет. Даже звучит глупо.

На чём я остановился в своих пунктах уже не имеет значение. Она определённо лучший вариант семьи для… нас. Я не брошу своих парней. Ох, да кого обманываю? В казармах готовят ужасно! Ради одной такой еды я готов работать сутками! Если она хоть иногда будет нам готовить, все будут счастливы, а пока...

Я поглощал еду так, словно не ел несколько дней.

Уже позже, закончив трапезу, начал снова анализировать. Чёрный Волк теперь Себастьян. Он получил имя, а значит его таланты должны были раскрыться. Значит, отныне он — сила, с которой надо считаться. Теперь уже никто не посмеет ему перечить. Об этой способности знали только мы двое, потому что я обучал Волка владеть магией втайне ото всех. Могу ли я надеяться на его поддержку в вопросе по уничтожению гнёзд? Если бы он к нам присоединился, это решило бы множество вопросов безопасности. К тому же...ЧТО?!

Я застыл на полушаге, услышав, что Себастьян предлагает ей. Принять нас в род? Мои нервы явно подвергаются испытанию огнём. Просканировав всех, отметил, что напряглись все, ожидая её решения. Её согласие словно сбросило с нас всех огромный валун. Особенно с меня. Не удержавшись на ногах, я начал приседать, благо наг подхватил и незаметно для всех помог сесть на бревно.

Как же хорошо. Мои парни и я сам в безопасности. Никого не заберут. Ставшие мне братьями, они не подвергнуться никаким пыткам или гонениям. Как же хорошо…

Пребывая в растерянности, я ответил, что не задумывался над именем. И как же мне понравился её выбор. Люциус. Она сказала, что оно означает «светлый, блестящий». Да будет так, моя юная глава. Люциус Остролист. Звучит. Осознание того, что мои таланты скоро раскроются в полной степени были заглушены осознанием, что теперь я — член рода. И за мной всегда будет защита.

Я никогда не останусь один. Слышишь, Наставник? Я обрёл семью официально, и никто не посмеет забрать её у меня. Печать остролиста проявилась у меня на руке, что я показал остальным. Оказалось, что она проявилась только у меня. Что за..? Но почему?

Сседаший, изумрудный наг, алхимик.

Когда меня вызвали в очередной патруль, я честно говоря обрадовался. Снова встречусь с ребятами, разомнусь. А то сидеть всё время дома… Скука. Срок моей службы подходит к концу, так что скоро я вернусь княжество нагов — Са’анхштар. Интересно, меня сразу женят или смогу ещё позаниматься любимым делом?

Начался патруль хорошо: светлый лес, птицы поют. Благодать. Но стоило нам зайти глубже, как Дикие выскочили на нас, ранив светлого эльфа. Как же мне жаль эту расу: пальцем ткнёшь, а им уже больно. Воин из него никакой, но лекарь отменный.

Командир переживает. Опять винит себя в невнимательности других. И жалко его, и в то же время понимаю, что быть таким же не смогу. Не смогу так печься о ком-то, думать в первую очередь о других. А он может. И делает. Поэтому командир у нас маг, а не я. Да и не больно-то надо.

О, костровник. Надо бы взять, лекарь, конечно, есть, но лишним не будет.

На одном из привалом, у Звенящего ручья, приметили женский волос. Мой нюх определил также, что кроме как на этом месте, запаха нет больше нигде вокруг. Странно. Решили, что виной тому портал. Вот только я всё же обошёл поляну ещё раз и наткнулся на волчьи следы, а также слабый запах своего бывшего коллеги. Чёрный Волк. Если он унёс девушку, то неудивительно, что я не чую её запах. Но как ему это в голову могло придти? Если она тут по ошибке, он мог вывезти её леса, до ближайшего поселения сутки пути, если волком бежать. Но… если он решил её похитить… Чешуя на хвосте дыбом встаёт… Что с ним должно было приключиться, чтобы он так умом тронулся?

Но может я всё же надумываю? Вдруг белый волос и эти следы никак не связаны друг с другом?

Однако хозяйка волоса всё же набрела на нас. Верхом на Чёрном Волке! Всё-таки он унёс её! И решил не возвращать! Здесь же опасно! Лес Амагической зоны — место верной смерти для неподготовленных. А если он решил в качестве мести отдать её Диким? Нет… В законах ясно прописано, что любой вред женщине, похищение и прочее караются. И за такое его могут казнить.

Ну нет… Он не доживёт до казни. Я сам его сейчас прикопаю.

Или меня прикопает эта маленькая бестия! Как она бросилась на защиту оборотня! Да даже мой уж испуганно замер, услышав её разъярённое шипение. Сам не понял как оказался на земле. В голове гонимое ветром неслось перекати-поле. И всё. Пусто.

Занавес. Меня уделала девчонка на две головы ниже.

Но что же я наделал?? Этот парень оказался её спасителем! Одно слово девушки и мне конец. Даже моя репутация алхимика и слово командира не спасёт. Я труп. Не дожил до конца службы, убитый лесной бестией с милый личиком.

Когда я уже думал, из какого дерева гроб заказывать, она неожиданно подала мне руку. Что за..? В глазах застыло сожаление. Пребывая в шоке, взял её за руку, не подумав о том, что ей будет тяжело поднимать меня, мужчину, с земли. Но как бы не так! Сила в этой девчушке явно не детская. Хоть она и выглядит ребёнком.

Второй занавес. Она уже глава рода, а Себастьян (вот гадёнышшшш, всё же обзавёлся покровительницей, ещё и такой...красивой) часть её рода. Остролист. Красиво звучит. Обернувшись на командира, отметил про себя, что он оценивает девушку. Что за мысли бродят в его голове?

Почувствовав, что что-то не так, я пристально посмотрел в глаза девушки, а она начала краснеть, отрешённо глядя перед собой. Разволновавшись, я толкнул Себастьяна, привлекая внимание и спросил, что с его главой. Тут же подскочил светлый эльф, холодным как лёд голосом заставив нас расступиться. Вот уж не думал, что этот очаровашка может быть таким… внушительным.

А дальше была магия. Вроде бы обычная эльфийская магия, но как Солей реагировала на неё! Словно ребёнку подарили новую игрушку. Но наблюдать было так приятно, что и сам невольно начал улыбаться. И на душе так легко стало. Словно тёплыми ладошками прикрыли и согрели. Вспомнились объятия матери. Скучаю по ней. У нас, нагов, нет такого жестокого обращения в семьях, но пинка дать могут. Поучительного. Но рабства не было, да и, думаю, не будет никогда. Только многомужество, потому что нагинь всегда меньше раза в четыре-пять. Хотя в последнее время и их рождаться стало меньше.

Развеяли волшебство братья — ассасины. Вот же… подкрадываются как тени, а потом жалуются, что их опасаются. Чтоб им… Уже неоднократно из-за них разбивал пробирки. Теперь беру только те, что оплёл на манер корзины. Ироды.

Нет, я дорожу парнями, но ведь иногда они так бесят!

Зато нескучно. Вот и с этой девицей явно скучно не будет. Найдётся управа на эту парочку. А пока что может мне пошутить над малышкой?

Азарт всколыхнулся внутри. Жаль, что я перед привалом обернул хвост ногами. Надо было остаться в змеиной ипостаси. Но уж что есть, не буду сейчас её пугать.

Заговорив с ней, понизил голос, вкладывая в него шипение. Змеиный гипноз действует на всех, кроме самих нагов. Беспроигрышный вариант, если хочешь что-то узнать. Вот я и узнаю сейчас, что у тебя, крошка, на душе.

Или нет. Не сработало! Она сбросила моё наваждение! Словно…словно… словно она сама нагиня. Как такое возможно? Неужели Искра? На них тоже не действует гипноз, ведь они сами могут ввести в транс.

Да, меня сделали по всем параметрам.

Как это необычно. И, что самое странное, я ничуть не обижен и даже намёка на ущемлённость не чувствую. На неё просто невозможно обижаться. Крошка — бестия, сколько в тебе секретов? Уж, словно почувствовав моё настроение, поднял голову и внимательно посмотрел в сторону девочки.

А потом было принятие в род. До сих пор не могу поверить, что она согласилась. Да, я желал стать частью её рода, хоть и не хотел себе в этом признаваться. Однако быть рядом с такой милашкой, да ещё столь интересной. Это обещает быть занимательным. Только надеюсь, она не будет против, что я занимаюсь алхимией, хоть от этого иногда и бывают проблемы. И неприятный запах во всём доме — одна из самых безобидных.

«Сседаший» - «Великий Мудрец». Кажется, девочка и сама не поняла, как я обставил своё имя. Да, вроде его дала она, но мне так понравилось играть с ней, ведя её мысли туда, куда мне нужно. Азарт всколыхнулся с новой силой. Жаль, что нельзя. Ей ещё расти и расти, но ждать я умею. Пока что… можно просто дразнить и наслаждаться её реакцией.

А если кто посмеет навредить моей бестии — отравлю и живым в землю закопаю.

Глава 6. Гребень и битва

Вертайр, молодой бог Весайла

Когда эта яркая душа пришла в мой мир, я был несказанно рад и преисполнен надежды. Пока не понял окончательно, что она воспитана другими реалиями. Как же так? Может, стереть ей память? Нет, Первобог меня живым в ткань мироздания вплетёт… Не вариант.

А если не стирать, а затмить? Это уже неплохая идея, однако воплотить её будет крайне тяжело. Чем можно изумить ту, что терпела такие лишения и… «мужа»?

Да всем, чем Весайл полнится. Мужчины здесь не только способны защитить женщин, но и ухаживают порой по десять лет. Не то что в её мире… Ну что можно успеть сделать за год? За два? А некоторые решают соединить жизни уже через несколько месяцев. Вот это мне не понять.

Но у них другая жизнь, если они будут медлить, то ничего не успеют. Мои же творения живут долго, хоть и… Хоть и…

Не мне сравнивать. Именно душа того мира сейчас спасает мой. Она — его надежда.

Но почему она сидит на месте на пару с одним мужчиной?! Солей так никогда не встретит других, учитывая, что он вообще не собирается её приводить в город. Неразумное дитя! Вот теперь ты у меня вспомнишь всё, чему тебя учила Академия воинов! И пробежку себе устроишь, а то зверь поди засиделся.

Я же не перестарался..?

Похоже, что всё-таки да. Искорка так забавно злится, но она даже не понимает, что её эмоции видны всем, так что стоит напомнить. А то так и будет кричать на меня. И как только ей это удаётся? Кричать мыслями…

- Вер, оставь их.

Вздрогнув, я перевёл глаза на моего брата, душу мира. Весайл… Как же хорошо, что я не один. Словно разделяя мои мысли, он вздохнул:

- Согласен. Я тоже рад, что мы продолжаем нашу жизнь, хоть она и стала...ммм… нестандартной.

Наш тихий смех поглотил туман. Как странно, обычно в тумане холодно, а мой согревает. И даже пахнет. Полевые цветы… Что-то мне захотелось насладиться закатом в горах.

- Ну так пойдём. На севере есть места, где дух захватывает.

Да, я знаю. Мы знаем. Любой закоулок, любая полянка и нора — ничто не укроется от нашего взгляда.

Ничто же? Или мы стали слишком самонадеянны?

Солей, глава рода Остролист

Утро было недобрым. Вот совсем. Я совершенно не выспалась, хоть у меня и была замечательная подушка в виде Себастьяна, но воспоминания о Диких не давали мне успокоиться. Видимо, надо выбраться из леса, чтобы я смогла почувствовать себя в безопасности.

- Доброе утро, юная льера. Идём скорее завтракать, пора выдвигаться. Мы и так дали тебе поспать лишние пару часов.

- Доооброе, спасибо, Люциус. Я очень это ценю. И надеюсь, что мы скоро покинем лес. Хочется спать в более безопасном месте, не думая о том, что в любом момент может выскочить нечто и откусить от тебя кусок пожирнее.

- Ну так тебе это и не грозит. Самый лакомый из нас — Сседаший, но я бы не советовал его кусать.

- В этом ты прав, Лейлас, я не только укушу в ответ, но и мой оппонент рискует отравиться.

Я с опаской глянула на нага:

- Твоя кровь ядовита?

- Да, красавица, но ты можешь не беспокоиться, я не собирался испытывать это на тебе.

Его обворожительная улыбка и уверенный тон заставили меня немного покраснеть, но только в душе. Надо бы охладить этого змея:

- Не боишься ещё одного провала? Гипноз ведь не сработал.

Ой, зря я это ляпнула. Потому что в следующий момент была мягко укутана горячими кольцами чешуйчатого хвоста. Моё ухо и его губы оказались в опасной близости:

- Поверь, глава, я ни за что больше не допущу осечки. Да, гипноз не сработал, но это не значит, что…

- Сседаший! Немедленно отпусти её! Ты ведь напугаешь нашу девочку!

- Спокойно, Лессер. Могу ссс уверенностью сссказать, что она не только не иссспугалась, но и немного возззбудилассссь.

Вот гад чешуйчатый! Ну я ему устрою на привале! Будет огненную еду есть и плакать! Слезами и соплями умоется!

Но он прав. Горячие мышцы его хвоста так сжали меня, что стало… жарко… и…хм… жарко.

Змей. Ну ничего, месть — это десерт. Надо остыть.

Потянувшись, я поняла, что что-то лежит в кармане. Гребень! Я ведь его так и не выложила! Однако достав, поняла, что он сломан на три части, а зубчики так и вовсе не счесть. Обидно.

- Что у тебя в руке?

Вздрогнув от неожиданности, я поймала нежный взгляд Лейласа:

- Ох, прости, льера Солей, не имел и мысли пугать тебя.

- Ничего страшного, я и сама довольно пуглива, надо меняться. А в руках у меня гребень Себастьяна. Только вот безумная скачка на волке и ночёвка на природе не пошли ему на пользу. Так жалко.

- Можно?

Он протянул ладони и осторожно забрал кусочки. А затем сложил кисти лодочкой и что-то зашептал. Золотистый свет окутал нас и словно впитался в деревянные обломки. Вот только теперь это было уже не просто гребнем, а настоящим произведением искусства!

- Лейлас, ты настоящий гений! Какая красота!

Теперь это могло быть и украшением причёски: мелкие цветки лилии и снежинки чудно переплелись, создавая утончённый орнамент, от которого словно исходил аромат цветови мороза. Сразу видно, что кое-кто неравнодушен ко всему прекрасному.

- Спасибо тебе большое! Надеюсь, что Себастьян не против. Ведь это был его гребень.

- Не имею ничего против, не волнуйся. Ты так радуешься магии, что хочется привести тебя в Академию.

Я вопросительно перевела взгляд на Себастьяна, вклинившегося в нашу беседу:

- А что это?

- Хм, ну… Там обучаются магии, воинскому делу, медицине… Люциус лучше об этом расскажет. Он там едва ли не все факультеты закончил.

Мои глаза ошеломлённо округлились и я шёпотом спросила:

- А сколько там факультетов? И по сколько лет длится обучение?

Ответ прозвучал из-за моей спины ровным, размеренным голосом:

- Обычно по пять лет, однако если ты уже окончил какой-либо курс, то сдавать общие предметы необязательно, если только не хочешь улучшить оценки. Так что обучение у меня заняло 15 лет. И да, есть ещё факультет исследований и артефакторики. Я окончил не все — воинское дело и медицина мне не дались. Отдельно можно прослушать ещё около семи курсов, но это неточно. Их количество постоянно меняется в зависимости от того, сколько профессоров сейчас могут преподавать.

- А от чего это зависит?

- Патрули.

- Так у вас все мужчины ходят на такие… задания?

- Почти. Женатые освобождаются, но могут подать заявку с согласия главы рода. Также инвалиды, учёные, и все, кому не исполнилось 40 лет. Ну и старше 250.

-А кто может учиться в Академии?

Япроследила за взглядом Люциуса, осматривавшего полянку, где мы остановились, и понимала, что его речь — это талант. Ни одного слова-паразита, «зажимок» или «заминок». Каждое слово отточено, смысл ясен и не скрыт. Он учился этому? Если да, то я хочу взять у него хотя бы пару уроков. Слушать такого учителя будет сплошным удовольствием.

Тем временем он кивнул своим мыслям и отчеканил:

- Давайте сложим лагерь, и тронемся к следующему гнезду, а по пути я всё расскажу.

Так и сделали. Правда, меня отстранили, велев не пачкать руки. Так что я отошла в тень деревьев, наблюдая за мужчинами. Они такие разные. Близнецы подшучивали над Сседашием, говоря, что теперь ему спать придётся с открытыми глазами, ибо мой взгляд не предвещал ему ничего хорошего. Люциус, еле заметно улыбаясь их перепалке, отдавал им распоряжения и следил за работой каждого члена отряда, попутно стирая следы нашего присутствия магией. Себастьян стоял на страже, принюхиваясь и высматривая опасность, а Лейлас колдовал над кострищем. После его манипуляций там вырос низкийкуст и даже расцвёл: цветки были похожи на розы, только цвет бронзовый (со стороны и не скажешь, что это живое растение). Волшебно.

И тут Себастьян напрягся:

- Дикие.

Как по команде отряд сложил вещи в центре поляне, куда и меня отвели. Неужели нас нашли? Моя кровь вполне могла остаться на кустах и ветвях, пока мы петляли в лесу. Но что уж теперь? В следующий раз будем думать больше. Тем временем я встала в центре своеобразного кольца. Лессер и Сумрен обнажили клинки, Сседаший развернул хвост, Себастьян обернулся волком, а Лейлас с помощью магии протянул к каждому золотистую ниточку. На мой вопросительный взгляд он ответил:

- Так мне будет проще лечить на расстоянии.

Люциус начал водить передо мной руками, однако спустя пару секунд повернулся к моему Разноглазке:

- Твои щиты сейчас должны быть сильнее моих. Ставь сам. Помнишь как?

Ответом ему был удивлённый взгляд разных глази неуверенный кивок. Несмотря на это, Себастьян стал колдовать около меня (хоть и выглядело это потешно: волк ходил кругами и порыкивал) и вскоре вокруг замерцал купол, переливаясьцветами пламени.Интересно, почему он сомневался? Ведь уже ставил такие… нет, тогда щит был… слабее? Даже не знаю, как это описать. Но тогда он был еле заметен и продержался недолго, а сейчас я буквально чувствую: этот будет защищать долго. Или дело в облике?

Звуки смолкли, поддаваясь напряжённой атмосфере приближения бешеных хищников. Даже ветер уже не гулял между ветвями, а словно перебегал между стволами, прячась от неведомого врага, еле задевая траву.Тишина нарушалась только тревожным шёпотом листвы, птицы в страхе затаились, пережидая угрозу.

Тем временем Сседаший, едва заметно раскачиваясь из стороны в сторону в боевой стойке, задумчиво разглядывал барьер, окутавший меня, и прошелестел:

- Ты и правда ссстал сссильнее.

И это стало последним тихим звуком. Я даже не заметила, как Дикие приблизились. Словно из воздуха появились.

Они напали. Сразу семеро. И мне стало страшно! К безумному взгляду невозможно привыкнуть, он всегда будет наводить ужас. А то, что в этом взгляде помимо прочего читается желание убивать… Как же хочется спрятаться.

Лейлас не отходил от меня, обнажив тонкий изогнутый клинок с вязью узоров в виде цветущей лианы. В это время близнецы, появившись словно из тени деревьев, уже сразили первого Дикого (как только успели добежать?) и тут же скрылись снова. Чтобы материализоваться рядом со следующей...жертвой.

В руках Люциуса возник огромный меч из воздуха, которым он бился с другим врагом, стоя спиной к спине со Сседашием в змеиной ипостаси. Его хвост сжал в кольцах вырывающегося соперника и со всех сил сдавливал его, вытесняя воздух из лёгких. Себастьян выматывал своего оппонента, уклоняясь от атак и выжидая момент для нападения.

Несмотря на расстояние, Лейлас (как он сам пояснил) ускорял регенерацию у всех, кто получал раны, но одновременно внимательно следил, чтобы я была в безопасности.

Стоп. Их же было семеро. Где ещё один? Я стала нервно озираться, пытаясь уловить движение среди деревьев, но безуспешно. Как же так? Я ведь не могла ошибиться, уж до семи считать умею! Где он? Где?

- Солей! В сторону!

Лейлас схватил меня за руку и дёрнул на Сседашия, поймавшего меня в кольцо рук. Сам же светлый эльф взмахнул изящным клинком, отрубая Дикому кисть с кривыми когтями, от чего тот протяжно взвыл. И вой этот...был человеческим.

Мне стало так жаль его.

Когда-то они были людьми…

Нормальные ведь были мужики…

С семьёй и детьми…

Это главная беда моего мира…

Это несправедливо!

Мысль, дикая как сами...Дикие, родилась у меня в голове, когда я увидела, что Лейлас и седьмой враг не нападают друг на друга, а стоят в оборонительной стойке. Может, этот Дикий и не хочет сражаться? Вдруг в нём осталось ещё человеческое?

- Стой, Себастьян. Он не нападает. Почему?

Люциус напряжённо смотрел в глаза… врагу? И медленно, выделяя каждое слово, спросил:

- Ты понимаешь нас?

Дикий хрипло дышал, не давая ответ, но пристально нас рассматривая. Потом его взгляд остановился на мне, еле видную из-за спин Сседашия и Себастьяна. И глаза его загорелись огнём. Чего он хочет?

- Странно он себя ведёт. Никто его не узнаёт?

- Вроде бы я его видел среди мужей графини…

- Какой из, Люциус?

- Не помню. Они стайкой ходят, не поймёшь, где чей.

Тем временем Лессер и Сумрен уже стояли за спиной Дикого и были готовы убить его, не смотря на то, что тот, по всей видимости, был...адекватен?

Но то, что произошло далее, перечеркнуло наши сомнения. Последний враг резко развернулся и напал на опешившего Сумрена, стоявшего ближе. Оставив рваные полосы на его рёбрах, Дикий в тот же момент лишился головы. Кровь фонтаном брызнула на траву, заливая зелёный красным. Я согнулась пополам от нахлынувшей тошноты. Сумрен с шипением осел на землю, подхваченный Лессером, откинувшим свой окровавленный клинок.

- Эй, давай не дохни, у нас только семья успела появиться. Лей, лечи давай!

- Да, сейчас!

- Заткнись, Лесс. И так хреново, ты ещё на ухо вопишь. Не подохну я от такой царапины. Не вой.

- Не воплю. Уже.

Недовольный голос Сумрена и нарочито обиженный — Лессера — словно привели меня в чувство, помогая поднять голову и посмотреть на моих защитников.

Себастьян был относительно цел — пара царапин. Сседаший и Лесс, судя по всему, не получили ни одной раны (или же все уже зажили стараниями Лейласа), а вот Люциусу досталось. Его лицо перечёркивала кровоточащая полоса. Рана Сумрена уже не выглядела такой страшной — магия светлого эльфа делала своё. Края затягивались.

Лей встряхнул руками и сказал то, что заставило меня задуматься:

- Раньше было бы тяжелее. Спасибо, глава.

- За..что?

На меня посмотрели, как на...дурочку наверное. Сумрен тихо засмеялся:

- Раньше нашему лекарю пришлось бы около часа штопать меня, а сейчас, когда он стал частью рода, его таланты раскрываются. Повезло, что началось всё с исцеления.

- Нет.

Нежный эльф отрицательно покачал головой и продолжил:

- Солей, помнишь гребень? Я и раньше мог немного воздействовать на дерево, укрепляя его или наоборот — разлагая. Но чтобы вот так, поддаваясь мысли, оно принимало тот вид, что я задумал… Такого ещё не было.

- А как у тебя это получилось?

На вопрос Люциуса, Лейлас покрылся лёгким румянцем:

- Очень захотелось...сделать приятное Солей. И подчеркнуть её красоту.

Тут я зарделась вслед за ним.

- Это, конечно здорово, Лей, но у меня тут лицо в не лучшем виде. Можно тебя попросить?

- Прости! Сейчас. Тебе повезло, Рен, что рана поверхностная.

Под дружные смешки братьев — ассасинов, лекарь мягко подбежал к командиру и начал лечение. А вот Люциус, глянув ему в глаза, застыл.

-Что такое?

- Твои глаза… Светятся.

Непонимающе наклонив голову, Лейлас оглянулся на меня. А я снова увидела золотые обручи вокруг его зрачков, только теперь они были куда заметнее.

- Они ведь были и тогда, когда ты сотворил светлячков вчера. Так не должно быть?

- Как красиво ты сказала, снежная лилия… «сотворил»… Мне нравится.

Робкий взгляд золотистых глаз встретился с моим. А что такого я сказала? Обычное дело. Сседаший хрипло засмеялся и с едва заметной завистью прошипел:

- Ты дажже не ссзамечаешь, когда говоришшь или делаешшь то, что нам непривычно и приятно, малышшка.

Это шипение вызывало у меня приятные мурашки, будоража неуёмную фантазию. Никогда так не реагировала. Молодое тело? Или…

Неважно. Сейчас надо выбраться из этого леса, попутно уничтожив последнее гнездо. Мельком посмотрев на каждого из мужчин, отметила, что все растеряны.

- А что случилось?

- Видишь ли, Солей, после вступления в род, мужчина полностью раскрывает свои таланты, но не сразу, а постепенно. Но учитывая, насколько силён оказался Лейлас… Страшно подумать, на что буду способен я — высший маг. Сильнее меня до этого дня был только мой учитель, но он в медитации уже пару лет. Так что…

- Так что скоро ты станешь архимагом, Люц.

- Сумрен, это не так просто, как тебе кажется. Чтобы стать им, мне придётся сдать экзамен. Но и то…хм…

Неожиданно для всех, командир замялся. Я подошла,обогнув Лейласа, и коснулась его локтя, привлекая внимание:

- Что такое, Люциус?

Его глаза потеплели, когда я назвала его имя:

- Видишь ли, юная льера, архимаг не может иметь семью. Эта должность подразумевает полное посвящение себя защите народа. Но так как я уже часть рода… То просто не смогу стать им. Хотя раньше это была моя мечта.

О нет… Кажется, своим появлением я разрушила его мечту… Но ведь можно как-то безболезненно и без последствий разорвать узы между нами?

- Ты о чём думаешь, Солей? Я не собираюсь менять семью на статус! Слышишь? Ни за что! Просто эта должность спасла бы меня от других женщин и позволила бы забрать всю команду под своё крыло. Однако раз я… ты нашла нас… То эта мечта уже не имеет смысла. По сути, я хотел просто… защитить нас всех. Ведь Себастьяна защитить не сумел.

Я нахмурилась и повернулась к волку:

-Так что это за история? Что произошло такого, что тебе пришлось скрыться в таком опасном месте?

Когда оборот закончился, Себастьян хрипло начал рассказ:

- Как я уже тебе рассказывал ранее, моя бывшая глава рода захотела провести обмен: ей нравились тёмные эльфы, а одна из её… подруг… как раз была не против обменять своего раба. Ну и так получилось, что они договорились на такую сделку: я в обмен на того эльфа. Уж не знаю, чем приглянулся той женщине, ведь они считали меня уродом с этими глазами…

- Ну и дуры. У тебя прекрасные глаза. Янтарь и лазурь.

И тут оживился Лейлас:

- Может тебя и моя родинка не смущает?

- Какая родинка?

Мои растерянные глаза встретились с удивлёнными. Ах, точно, у Лея же на лице была небольшая родинка! Как я могла забыть?

- В моём мире одно время была даже мода делать такие родинки с помощью макияжа. Так что нет, твоя меня не смущает.

Светлый эльф просиял и неловко спрятал улыбку, продолжая лечить лицо Люциуса, на котором уже почти не было видно раны, лишь шрам. По всей видимости, командиру не впервой так подолгу сидеть: он ни разу не шелохнулся с тех пор, как магия коснулась его, только говорил с нами.

- Но почему ты сбежал?

- Мне стало так обидно если честно.

-Обидно?! Ты удрал только потому, что тебе стало «обидно»?!

Крик Люциуса кажется заполнил всю поляну и даже лесу досталось. Лей резко встал о буквально отбежал от своего пациента. Я тоже испуганно отшатнулась от разъярённого мага: всполохи, неожиданно возникшие вокруг него, напоминали молнии, мечущиеся в тумане. Себастьян напряжённо наблюдал за каждым движением Люца, но не двигался.

- Я грёбаные пять месяцев пытался связаться с тобой, оставляя знаки во время каждого патруля в разных частях этого клятого леса! И только спустя полгода получил краткий ответ, что ты жив. И ВСЁ! Как только я не пытался, ты словно вычеркнул нас из своей жизни! Мы двадцать лет вместе учились и сражались! И только из-за своей «обиды» ты исчез! Провалился сквозь землю!

- Люциус! Хватит, прошу!

Я кинулась к нему, уворачиваясь от хвоста испуганного Сседашия, пытавшегося остановить меня. Всполохи магии уже напоминали грозу, сжигающую траву под ногами разгневанного мага. Лейлас застыл, в ужасе наблюдая за тем, как молнии окутывают меня и...исчезают. Сразу. А сам Люциус дрожащими руками хватает меня за плечи и пытается оттолкнуть подальше. Словно только проснувшись, он окинул взглядом выжженную под ногами землю и опустошёнными глазами заглянул в мои. Я же обхватила его холодные ладони и тихо сказала:

- Идём.

Знаком попросила остальных подождать нас и повела мага на другой конец поляны. Огибая трупы Диких, мы миновали куст бронзовой розы, ветви которого были поломаны в нескольких местах. Так жаль, Лейлас старался.

И вот, присев на землю, я похлопала рядом с собой, приглашая Люциуса сесть. И начала осторожно подбирать слова:

- Не думаю, что причина была только в обиде. Мне кажется, Себастьян не любит раскрывать душу. А уж тем более казаться слабым. Возможно, он не хотел расставаться с вами, понимая, что… раба никуда не отпустят. Как я поняла, именно рабом его и хотели взять. А вы могли попасть под удар, если бы…

- Я бы мог его отмазать, как всегда это делал с другими. Думаешь никто не хотел забрать Лессера и Сумрена? Да многие! Но к моему слову прислушиваются. Я предупредил, что Дикие, по всей видимости, эволюционируют: они начали делать засады и проявлять начальные навыки тактики в бою. Это помогает им одолеть животных и нежить, но с нами им не сравниться.

- Не будь так самоуверен. Вы получили раны.

- Такого никогда не было, Солей. Но сегодня мы все ощутили себя сильнее и потому сдерживаем свою силу. Никто не знает, насколько она возросла, если уж Лейлас стал буквально подчинять себе дерево. Такого, на моей памяти, практически никто не умеет. Лично я знаю лишь троих светлых эльфов, которым такое подвластно, все они — мужья высокопоставленных льер. И они на особом счету. Их мастерство позволяет делать мощные артефакты, которые подпитываются энергией леса, если находятся в нём, конечно. Но этого уровня они достигли не сразу. А Лей уже создал базовый артефакт. Без теоретической основы, понимаешь? Если бы он не был частью твоего рода, я бы всерьёз опасался выводить его из этого леса. Разорвут жена память.

Его тихий смех немного разрядил атмосферу. Но…

- Какой артефакт?

- Гребень. Он… привлекает. Благодаря нему ты стала ещё более… желанной. Так и хочется коснуться.

Поддавшись порыву, Люциус ласково погладил меня по руке, поднимаясь от пальцев к плечу, другой рукой он обхватил моё лицо и начал медленно приближаться. Моё сердце сделало кульбит в груди и бешено забилось, разгоняя по венам адреналин и..предвкушение чего-то… желанного. Когда его дыхание коснулось моих губ, я почувствовала чьё-то присутствие за левым плечом, а затем услышала насмешливый голос:

- Эх, командииир, как тебе не стыдно соблазнять ребёнка? Она же ещё малышка совсем, хоть и пахнет словно дивная лилия.

Люциус сочно ругнулся и вскочил на ноги, одновременно помогая встать и мне:

- Лучше сними гребень. Он…

- Заставляет нас видеть в тебе взрослую женщину.

Хитрый взгляд Лессера не оставил сомнений в правдивости его слов. Вот только моя взгляд был прикован к руке Люциуса, на которой горела алым татуировка в виде остролиста. Что это?

- Печать рода, Дарованная. Не меняйся в лице и не переживай. Они есть у всех, просто у твоего мага проявилась на руке. Сейчас такое редко встретишь, но твоя магия достаточно сильна, чтобы они были у всякого члена рода. А если их нет сейчас, то проявятся в течение нескольких часов.

Тем временем все собрались в одном месте и Сседаший ревниво заметил:

- Да, ты наградила нашего командира печатью рода, глава, а вот нас обделила. Не нравимся?

- Не говори глупости, Сседаший. Вы все мне нравитесь и печать есть у всех, просто в разных местах.

На этих словах Лессер и Сумрен исчезли, заставив нас заволноваться. Что случилось? Ответ мы получили спустя пару минут:

- Она права. У Лесса печать на левом бедре, а у меня на правом.

- Вы поэтому растворились в воздухе, не сказав ни слова?

- Ну не могли же мы устроить грязные танцыс раздеваниемперед малышкой?

Сумрен игриво подмигнул мне под раздражённые шипение Сседашия. А Лесс вдруг бесшумно затрясся от еле сдерживаемого смеха.

- Что? Чего лихорадишься?

- Да так. Представил, как будет выглядеть печать на… хм… ну… там.

И бросил взгляд на место, где сходятся штанины. Себастьян шутливоокруглил свои глаза и прикрыл мои:

- Извращенец.

- Да я и не скрываю.

Все засмеялись и я убрала руку фыркающего Себа и произнесла:

- Нет, интереснее всего, как она будет выглядеть на ухе. Или затылке.

И понеслось. Все стали фантазировать, где и как будет смотреться печать. Дошло до того что Лейласу пришлось лечить меня и Себастьяна от икоты, так сильно мы смеялись.

Но шутки шутками, а у нас, вернее у патруля, была работа. Так что очистив поляну (я указала на сломанный куст, после чего тому была дарована вторая жизнь) мы отправились дальше.

Глава 7. Первые кусочки окутавшей тьмы

Солей, глава рода Остролист

Теперь, когда опасность была уничтожена, мы двинулись к пункту назначения — гнезду нежити. Лейлас, недовольно цыкнув на Люциуса, перед уходом не только дал вторую жизнь своей бронзовой розе, но и восстановил сожжённую яростью командира траву. Встав с колен, он проворчал:

- Пожалуй, я буду теперь учить тебя магии исцеления. Хочешь — не хочешь, а научишься. К природе надо относится бережно. Она не виновата в твоём гневе.

Впервые на моих глазах командир пристыженно склонил голову:

- Виноват. Выдвигаемся!

И мы пошли дальше. Как обещал, Люц начал рассказывать об Академии:

- Я уже говорил, что она состоит из нескольких факультетов. Артефакторика, исследовательский, военное дело, медицина, магия и несколько отдельных курсов, которые можно прослушать, но так как преподавать их на постоянной основе некому, они не становятся частью факультетов. Если повезёт — сможешь изучить с преподавателем. Нет — добро пожаловать в библиотеку на самообучение. Но этим мало кто пользуется. Поступить может любой желающий с необходимым для дальнейшего обучения пластом знаний. К ним относятся география, знание хотя бы одного языка, на котором построено обучение, а это эльфийский, гномий, язык людей, наага и асхал.

- Что такое «асхал»?

Приподняв тяжёлую ветку, чтобы я могла пройти, Люциус ответил:

- Это язык вампиров. Так вот, при поступлении тебе выдают форму, книги, принадлежности для обучения и комнату в общежитии, где ты обязан жить, даже если есть дом рядом. Это сделано для того, чтобы обучающиеся учились самостоятельности сразу, а также заводили знакомства.

- Ты всегда говоришь в мужском роде. Значит…?

- Да, льери не проходят обучение в Академии, предпочитая репетиторов на дому.

- А если я захочу поступить?

И тут я услышала, как кто-то споткнулся. Обернувшись, я скорее по травянистым пятнам на коленях Лессера поняла, кто именно не удержал равновесие. После чего Сумрен, пряча смех, спросил:

- Зачем тебе это?

- Хочу переписать воспоминания.

Непонимающие взгляда пересеклись на мне, ожидая пояснения.

- Я хочу заново пройти обучение, потому что в своей прошлой жизни мне не удалось построить хорошие отношения и потому прежние воспоминания отзываются раздражением на саму себя. Я была слишком нелюдимой.

Интересно, когда я вообще это решила? Впрочем, мысль мне понравилась. Теперь, когда я знаю, как себя могут вести ровесники, я буду готова к разным ситуациям.

- Ну, запрета на это точно нет, но ты уверена? Ведь в твоём распоряжении могут оказаться лучшие учителя и при том их внимание будет сосредоточено на тебе одной.

- Я понимаю, Люциус. Просто, как я уже сказала, моё обучение в прошлой жизни было… замкнутым. Я ни с кем не общалась. Особенно после того, как поняла, что выстроить отношения будет сложно.

- Почему так, малышка?

Себастьян поравнялся с нами и растерянно осмотрел меня с макушки до подола.

- Я была воспитана по-другому. Многое из того, что позволяли себе сокурсники, для меня было недопустимо. Юмор казался глупым. А из-за несдержанного характера я нередко высказывала своё мнение в несколько грубой форме. Что породило неприязнь к моей персоне. Я поняла это позднее, но сделанного не воротишь. К тому моменту я уже свыклась с тем, что всегда одна.

Моей руки коснулся Люциус и хрипло шепнул:

- Моя дорогая льера, ты больше никогда не будешь одна.

Его прямой взгляд не оставлял возможности сомневаться в словах. То же можно было сказать и о других — на мне были сосредоточены все взгляды. И это давало уверенность в себе.

И в них.

- Благодарю вас.

- За что, маленькая лилия?

- За всё. Рядом с вами я чувствую себя увереннее, хотя и знаю вас пару дней. Но почему ты называешь меня лилией, Сумрен?

- Ты пахнешь также дивно и мягко.

- В моём мире у многих лилий яркий аромат, от которого спустя долгое время голова может заболеть, вот я и не поняла. Хотя мне знакомы не все виды.

- Вот как? Нет, уж от тебя-то у нас голова не заболит.

Я усмехнулась и подмигнула ему:

- Не зарекайся, ты меня ещё не знаешь.

Вскинутые брови были мне красноречивым ответом на кокетливую провокацию. Вот и чего я язык за зубами не держу? Зачем хочу показаться дерзкой?

- Всё в порядке, Дарованная. Не стесняйся показывать эти черты характера. Ты здесь не загнанная мышь. Будь собой. Тем более что тёмным эльфам и нагу такое поведение явно нравится.

Вертайр был прав: в глазах троих моих сопровождающих мелькнул задорный огонёк. Лейлас и Себастьян в целом не переставали улыбаться, а вот Люциус просто слегла растерялся, но спустя секунды усмехнулся и сказал то, что помогло мне принять себя:

- С таким характером за тебя можно быть спокойным. Не пропадёшь и в обиду не дашься.

Это точно. Теперь никто не будет мне указывать как жить и как я должна себя чувствовать. Что-то в этот момент переломилось внутри, даруя свободу. И это чувство мне понравилось. Новое, яркое и слегка щекочущее нервы. Но слишком поддаваться ему не следует. Лучше всегда быть в первую очередь осмотрительной. Моей душе уже не двадцать лет. Хотя учитывая продолжительность жизни здесь, имеет ли это значение? Я вообще для своих сопровождающих ребёнок! Однако менять это не хочется. Всякий взрослый мечтает о том, чтобы вернуться в детство. Вот мне и выпала такая возможность. Разумеется, я ей воспользуюсь.

Если не сорвусь на этих искусителей. Вот Сседаший же специально так хвостом и задом виляет! Устроил тут восточные танцы. Представив на нём яркий макияж со стрелками, пояс с монетками и летящие платки, я захихикала и чуть не споткнулась об корень.

- И что же тебя так рассмешило, моя дорогая льера?

Ухмыляясь, я рассказала о танцах живота, костюмах для них и своём представлении нага в этих одеждах. Ну что сказать...Теперь уже не одна я рисковала встретиться с землицей носиком. Смех поразил всех, даже самого Сседашия, который пообещал мне станцевать танцы его народа, которые, по всей видимости, очень похожи на то, что я описала.

Когда Люциус замедлился, мы поняли, что гнездо близко. И Себастьян задумчиво произнёс:

- Надо спрятать Солей. Не думаю, что тебе понравится смотреть на это. Да и безопаснее.

- Нет.

Удивительно, но сказала я это одновременно со Сседашием. Вопросительно посмотрев на него, я замолчала. А наг продолжил:

- Безопаснее всего ей рядом с нами. Судя по всему, магия Люца и Лея ей навредить не сможет. Лес и Рен будут рядом. Я и Себ просто возьмём на себя тех, кто будет подальше, чтобы в пылу битвы даже шанса задеть её не было.

Воцарилась тишина, когда все обдумывали услышанное. И наконец командир завершил обсуждение:

- Согласен. Левый край берёт на себя Сседаший. Сразу за ним я и Лей, который стоит рядом с нашей льерой. Сумрен и Лессер кружатся вокруг них и не дают никому из врагов подойти. Правый край берёт на себя Себастьян. Ты..А. Уже обратился. Хорошо. Барьер ставь и выдвигаемся. Помните: если врагов окажется больше дюжины — не нападаем, а думаем над запасным планом. За дело.

Все кивнули. Сухая трава снова зашелестела под нашими стопами, лапами и хвостом. Себастьян установил на меня барьер, в этот раз большего размера: в него спокойно вмещался Лейлас. Это хорошо. Пока что мне кажется, что целительская магия не совсем подходит для боя. Хотя если можно лечить… Можно ведь и калечить? Но над этим мы подумаем позже. А сейчас важно подмечать каждую деталь, ведь любая битва — риск.

Однако волновалась я зря. Потому что ещё на подходе к поляне нас окутало такое зловоние, что пришлось бороться с позывами рвоты. Мой желудок и так уже был пуст, но легче от этого не стало.

Всё было окрашено в буро-коричневый цвет. Виднелись следы когтей как на земле, так и на стволах ближайших деревьев. То там, то тут были обглоданные остовы неизвестных мне существ, над которыми кружили чёрные птицы с двумя головами. Жуткое зрелище, учитывая, что они напомнили мне каких-то чернобыльских воронов из фильмов ужасов. Приглядевшись, я поняла, что они ещё и обладают необычными клювами с резьбой на краях. Такой если вцепится — не отпустит. Скорее оторвёт кусок. Один из них как раз пировал на ближайшем трупе. Я прижала одну руку к губам, а другую к животу, пытаясь заглушить очередной приступ тошноты. Как странно: в больнице я ведь и не такое видела, так почему мне плохо? Ведь последствия аварий, пожаров, взрывов я лично оперировала, так почему сейчас..?

- Потому что у тебя началась новая жизнь. Максимум, что ты смогла вынести из прошлой — это некоторые знания. А вот привычки — нет. Хотя они и связаны с психологией. Так что смирись, Дарованная. Тебе придётся тренировать своё тело и мозг заново.

Жаль с одной стороны, но с другой — я никогда не хотела быть врачом. Пошла скорее по наставлению родителей, которые также работали в этой сфере. Но я хотела стать флористом. Может, даже свои виды растений бы вывела…

Эти мысли неплохо отвлекли меня от ужаса, развернувшегося вокруг, но ненадолго. Страх липкой лентой сжал лёгкие и желудок, оставляя на языке привкус отчаянной горечи, словно я спички пожевала. Странное сравнение, но вкус напоминал именно их.

Лейлас, почувствовав моё состояние, а может и увидев, подошёл и окружил своей магией, что лёгкий золотым флёром окутала меня. Спустя минуту я уже не ощущала никаких признаков тошноты, а горечь на языке исчезла. Улыбнувшись, я прижалась к светлому эльфу:

- Спасибо большое. Мне гораздо лучше.

Его руки, словно колыбель, укутали безопасностью и умиротворением, а тихий шёпот вызвал волну мурашек:

- Всегда рад, моя снежная лилия.

Мне никогда не давали прозвищ, но против такого я возражать не хотела. Так...нежно. И приятно. Приятно побыть девочкой, которую окружают заботой. Приятно, что я могу этим насладиться. Приятно, что это им не в тягость.

Просто приятно. Было бы ещё лучше, не будь здесь такой картины, но что имеем, то имеем. Надо разбираться.

- Что скажешь, Люциус? Тут побывал другой патруль? Или это сама нежить так...пировала?

- Пировала. Да только не нежить, а нежитью. Тут побывали Дикие. Мы уже видели подобное, моя льера. Как раз перед тем, как встретились с вами. И это меня беспокоит. Не помню, чтобы… Готовность!

То, как резко изменился его голос, ясно дало понять, что на нас напали. Снова Дикие? Их так много в этих лесах? Сумрен и Лессер, как по волшебству оказались рядом со мной и Лейласом, обнажив клинки. Сседаший и Себастьян, каждый в своей ипостаси, встали по бокам от нас, чуть сзади, прикрывая спины, а командир остался спереди, создав свой огромный меч из потоков воздуха.

Но ничего не происходило. Мы выждали минуту, две. Пять. Наконец, Сседаший не выдержал:

- Командир, ты уверен, что тут опасно? Вокруг только запах мертвечины. Я ничего больше не чувствую.

- Уверен. Был. Но сейчас… Странно. Я точно видел, что между деревьев кто-то был. Кто-то мелькнул. Рен, Лес?

Братья — ассасины кивнули и исчезли в тенях деревьев. А спустя минуту вернулись бледнее самой луны:

- Там… вам надо взглянуть, но не Солей. Тебе, наша нежная лилия, лучше остаться тут.

- Почему?

- Потому что мы не знаем, что за чудовище могло ЭТО сделать.

Я поразмыслила, а потом сказала:

- Ну, желудок у меня уже пустой, а вот становиться садовой розочкой я не хочу. Так что не надо беречь меня ото всего. Я пойду с вами.

Тёмные эльфы посмотрели на меня неодобрительно, но я уже решила и выдвинулась вперёд, не давай другим вставить и слова.

Зря я пошла. Ну вот зачем?

На обломанных ветках деревьев были повешены трупы людей. Как шепнул Себастьян — патруль. Их тела были изуродованы ветками, проткнувшими их насквозь, а стволы покрыты толстым слоем высыхающей крови. Трава здесь не росла. Да и сами деревья выглядели мёртвыми. Вертайр, как это могло случиться? Что тут произошло?

- Дарованная? Почему я тебя так плохо слышу? Но ты же точно ко мне обратилась? Что у тебя стряслось?

- Вертайр, ты нужен здесь.

Сама того не осознавая, я позвала его вслух, чем вызвала удивление у мужчин. Но как только нас накрыл туман, из которого вышел молодой бог, их удивление переросло в шок. Лицо бога выражало то же самое. Прерывающий шёпот был еле слышен:

- Мои дети… Кто..?

У него почти подломились колени, я чувствовала это. Но молодой бог стоял. Отчаяние, боль и страх сменяли друг друга словно бешеный калейдоскоп. Пока не осталась одна эмоция.

Ярость. Трясущими руками он осторожно снял с веток мужчин, не замечая своих слёз, падающих на серую землю. Мы молчали, не в силах найти слова утешения для родителя, увидевшего чудовищную смерть детей. Когда последний был снят, Вертайр глухим голос прохрипел:

- Я телепортирую вас всех в город. Вот кристалл, запиши всё, что тут видишь. И ту поляну тоже. Вы должны быть готовы к подобному, хотя, надеюсь, что больше подобного не повторится. Я начну сканировать каждый уголок мира. Каждую норку и куст. Никто не посмеет угрожать моим детям.

Вертайр дал Люциусу в руки небольшой кристалл, длиной в мой мизинец, и маг сразу же начал выполнять требование, не поднимая головы. Я и не заметила, что все поклонились, увидел бога. Мне тоже надо?

- Нет, Дарованная. Ты у меня на особом счету и, по сути, не являешься моей прямой дочерью. Однако это не значит, что я отношусь у тебе хуже. Скорее, буду более требователен.

Он подмигнул мне и погладил по голове. Затем снова стал серьёзен:

- Я еле смог тебя услышать. Словно ты была в другом измерении, но оно и понятно — здесь почти нет энергии, это место мертво. Полностью. Даже не знаю, когда эта рана затянется. И не понимаю, почему я ничего не знал?!

Его гнев и отчаяние передавались нам. Кто мог такое сделать? И зачем? Ведь жизнь так ценна… Резкий вздох привлёк моё внимание и я встретилась взглядом с молодым богом:

- Я сам похороню их. А вы отправляйтесь к главе своего государства, пусть созывает совет. И как можно скорее. Ясных путей.

- И вам, Великий Вертайр.

Мужчины как по команде попрощались с молодым богом, и нас окутал туман. Вот уж не ожидала, что нас телепортируют. Когда в глазах снова стало ясно, я поняла, что нахожусь в какой-то зале. Роскошной, но скорее вычурной. Таким можно было насладиться, если бы всё не было таким… безвкусным. Словно золота и драгоценных камней просто накидали невпопад, придав им форму вещей.

- И как это понимать?!

Резкий женский крик заставил меня вздрогнуть и сделать шаг назад, врезавшись в Сумрена, который тот час поймал меня за плечи. Я благодарно кивнула ему и посмотрела на кричащую дамочку.

Пышное платье, украшенное кучей рюш, кружевом и камнями. Высокий пучок, еле видный из-за короны. Зелёные глаза гневно взирали на нас с высоты своего...трона..? Мы попали напрямую к королеве?

- Стража! Сейчас же окружить этих нарушителей порядка!

Попали… И как этой истеричке объяснить, что нас сюда бог кинул?

Глава 8. Снежная королева и зазнавшаяся льера

Солей, глава рода Остролист

Стража обступила нас со всех сторон, готовясь заковать в цепи, стоит королеве лишь приказать. Однако вперёд выступил Люциус:

- Светлого дня, льера Катара. Высший маг прибыл со своим отрядом из планового патруля. Прошу прощения за столь резкое появление, поверьте, у нас есть на то причины.

- У тебя минута на то, чтобы их поведать мне.

Холодный как сталь голос заставил передёрнуть плечами и поднять голову. На вид королева была сорокалетней дамой в пышном платье с обилием деталей в стиле фарфоровой куклы, что ей совершенно не шло. Складывалось ощущение, что она хотела скрыть свой возраст. Маленькие водянисто-голубые глаза цепко смотрели на Люциуса, не обращая внимание на нас. Видимо, меня приняли за парня, учитывая, что я заплела волосы в «корзинку», которую спрятала под самодельной повязкой из порвавшегося платья, чтобы не собрать хвою в пряди. А рубашку и бриджи мне одолжил Лейлас, имевший самый маленький размер одежды среди своих друзей. Так что я сейчас наверняка выглядела скорее угловатым подростком, нежели утончённой девицей. Хорошая маскировка.

Пока я подмечала про себя детали внешности, Люциус поведал всё, что встретилось им в патруле, дополняя рассказ снятыми на кристалл данными. Несмотря на то, что минута давно истекла, его слушали, не прерывая. Лишь задавая некоторые вопросы. Мы по прежнему молчали. По окончанию доклада, командир нашего отряда поклонился, давая понять, что ожидает вердикта.

Она долго молчала, разглядывая нас, пока её взор не остановился на мне.

- У тебя пополнение в отряде? Почему я об этом не знаю?

Люциус, собравшийся было отвечать, был прерван моим жестом. Я вышла вперёд, расправив плечи и глядя в глаза королеве.

- Льера Катара, приветствую Вас. Я — льера Солей, глава рода Остролист, а мужчины, что прибыли вместе со мной — члены моего рода.

Однако на мои слова королева лишь небрежно махнула рукой:

- Твой клан не зарегистрирован. Так что я не считаю его действующим. Тебе ещё играть и играть до совершеннолетия. Стража, уведите её. А к мужчинам у меня отдельный разговор. Особенно к волку. Ты ведь сбежал от своей главы, не так ли? Тебя ждёт суровое наказание за это. 50 ударов плетьми на площади, затем верните его льере Омайри. Она давно ждёт блудного сына домой.

Не знаю, что точно произошло, однако после её слов мои глаза сузились, а все свечи разом покрылись льдом, даже пламя, не успев погаснуть. Деревянная мебель, словно взбесившись, мелко задрожала, грозясь в любой момент атаковать любого соперника. Послышался какой-то звон, словно упало что-то металлическое. Стражники, почувствовав неладное, направили на нас оружие. Это стало последней каплей для меня.

Никому не позволю угрожать моей семье. Никто не посмеет им вредить. Закон МОЕГО рода пресекает подобное! Весайл! Ты ведь здесь судья? Вертайр, ты говорил, что мой род официален и вы его признали!

- Да, Искра. Я слышу тебя.

Зал заволокло туманом. Густым. Холодным для тех, кто посягнул на нас.

- Первое правило моего рода: никто не должен убивать тех, кто состоит в моём клане. Исключением может стать только нарушение законов мира, но не расы. Нанесение вреда здоровью также карается.

Королева становилась всё бледнее, понимая, что суждение о ложности моего рода было ошибочным. Её и без того с проседью волосы начали белеть от мороза.

- Играть? Я не играю в создание рода, Катара. Я уже его создала. И ввела в нём законы, которые мир принял. И он охраняет нас. Ты же едва не нарушила первый закон. И за это тебя могла постигнуть кара. Как и любого другого.

Мороз прошёлся по моим волосам, я почувствовала, как кожу приятно закололо, словно я вышла на улицу в январское утро. Из моего рта вырвался пар. Латы стражи начали покрываться сеточкой инеевого узора, заставляя их заметно нервничать и оглядываться на королеву в ожидании приказа. Который они, судя по нерешительности в движениях, могут и не исполнить. Но даже в таком состоянии, она оставалась гордой:

- Стой. Я поняла тебя, останови эту… истерику. Обсудим.

Я усмехнулась, оставаясь в ледяном спокойствии:

- Истерику? Я спокойна. Истерила ты, когда увидела нас. Даже не разобравшись. Я же и голоса не повышала.

Её глаза стали круглыми от страха. Думаю, это первый случай, когда женщине напрямую дают понять, что она виновата и наказание состоится без поблажек. Я медленно подошла к Катаре, не взирая на стражу, что попытавшись перегородить мне путь, застыла статуями в заледеневших доспехах. Живые, но не в состоянии двинуться. Всё же цельный металлический костюм имеет свои изъяны.

И вот тут королева испугалась по-настоящему. Она оказалась полностью беззащитна передо мной. Мой рука сжала подбородок женщины:

- Ещё хоть раз посмеешь угрожать моей семье — я найду тебя. Будешь ставить палки в колёса — из под земли достану. Узнаю, что плетёшь интриги и строишь козни — пресеку твоей кровью. Ты поняла меня? А сейчас я предлагаю разойтись, но завтра, думаю, мы встретимся снова, чтобы уже спокойно обсудить то, что ты сегодня услышала от Люциуса из клана Остролиста. И забудь о том, что мои мужчины могут принадлежать какой-то другой женщине. Они мои! И я никому не дам их в обиду.

Всё это время королева, словно находясь под гипнозом, заворожённо смотрела мне в глаза, мои пальцы уже покрылись мягким инеем, но он не холодил меня, а защищал. Однако стоило мне убрать пальцы, как я увидела, что на шее королевы остались ожоги от моего прикосновения. Вздохнув, я взглядом попросила Лейласа подойти. Он ступал осторожно, глядя на меня каким-то благоговейным взглядом. Но моя злость, тихо клокотавшая внутри, не позволяла другим эмоциям проступить. После того, как ожоги были залечены, я присела в книксене, прощаясь с Катарой. Она кивнула и махнула рукой:

- Вас проводят, льера Солей. И да, жду Вас завтра вечером… мм… на ужин.

- Благодарю, льера Катара. Мы придём. До встречи и ясного пути Вам.

На последней фразе мой голос был подчёркнуто вежлив, но холоден как северная зимняя ночь. Пока я шла на выход из замка, то и дело замечала восхищённые взгляды дворецких и стражников. Лиц своих сопровождающих и провожатого, выделенного королевой, видеть не могла — они шли за моей спиной, а он — впереди.

На выходе Люциус предложил открыть портал в его особняк на окраине города. Мы согласились и спустя несколько минут стояли в просторном холле с огромными окнами. Стены цвета кофе с молоком, плитка как горький шоколад, а лестница и двери из почти чёрного дерева. Как же красиво! Такая цветовая гамма напомнила мне атмосферу уюта и дарила эстетическое наслаждение. Разглядывая картины с портретами и различными пейзажами, я двинулась вслед за всеми. Впереди была лестница, ведущая на верхние этажи, а по бокам от неё — двери. К одной из них мы и направились. Как же хорошо! После спусков в замке я бы не осилила ещё один подъём.

Борясь с головокружением после перехода, я спросила:

- Почему вы на меня так смотрели, пока я...беседовала с королевой?

Сседаший, остановившись, опустился, чтобы наши лица были на одной уровне:

- Моя дорогая Сссолей, ты бы видела ссебя! Да я так долго мечтал, чшштобы этой гадине кто-то носсс утёр! Ты же просссто сснессла её корону! В буквальном ссмысссле!

Так вот что это был за звон… и только сейчас я задумалась:

- А почему всё было в инее? И стало так холодно вроде, но я этого не чувствовала.

Люциус опустил голову, все встали рядом, давая ему слово:

- Это была моя магия, которую я не сдержал, однако клянусь, я постарался взять её под контроль, когда ты уже перехватила его. И тогда…

Он подняла на меня взгляд, полный обожания и трепета:

- Это было восхитительно, моя льера! Ты, словно ледяная царица, подплыла к этой… женщине и сказала то, что я так надеялся услышать от тебя! Благодарю от всего сердца. Я не понимаю, как ты, не зная ничего о магии, смогла так искусно ей управлять, но это было завораживающе прекрасно. Ты была прекрасна.

Он встал на колено и поцеловал мою руку. Я же стояла, опешив от его слов. Перехватила контроль? Снесла корону? Ну да, видимо всё так. Но эта стерва так разозлила…и тут меня настигло осознание того, что я могла навредить не только ей, но и всем вокруг:

- Вы не пострадали? Я ведь не сдерживала свой гнев… совсем…

- Нет, наша снежная лилия. Твоя магия не навредила нам. Наоборот, мы все словно оказались закутаны в мощнейший щит, который когда-либо существовал. Спасибо.

Словно по команде, мужчины опустились на пол, склонив головы.

- Встань, Рен. И все вы. Не нужно склоняться передо мной. Я...ох…

Головокружение стало сильнее и я упала бы, но Сседаший, подхватив, взял на руки. Лейлас тот час начал сканировать меня:

- Она истощена. Резерв абсолютно пуст, её надо срочно наполнить! Люциус, давай напополам нашей, но немного. Её организму нужно привыкать к подобным нагрузкам.

Я почувствовала, как в меня потекла какая-то тёплая энергия, разливаясь по мышцам силой, заполняя пустоту. Так приятно. Вот только есть хочется после всех этих бесед с венценосными особами. Поэтому я состроила просящую мордашку и взглянула на Люциуса из под ресниц:

- А мы кушать будем?

Он застыл, глядя на меня, а потом...покраснел! Наш сдержанный командир покрылся румянцем, глаза его забегали, а сам он переступил с ноги на ногу и прикрыл губы рукой, прежде чем ответить:

- Да...я… сейчас, моя льера. Всё будет.

И добавил так тихо, что я еле разобрала:

- О, Вертайр, помоги мне успокоить сердце..!

Уже уходя, он споткнулся о порог, но тот час выровнял походку и скрылся за дверью, до которой мы так и не дошли. После чего близнецы согнулись пополам от хохота, а Сседаший опустился вместе со мной на пол, содрогаясь в истеричном смехе, который поддержал Лейлас. Себастьян, красный как рак, сполз по стеночке, всхлипывая в руку. Ну а что? Я умею!

Люциус, высший маг из клана Остролист

Когда мы прибыли к королеве весьма нестандартным способом, я сразу понял, что дело примет дурной оборот. Но даже не предполагал для кого. Оказалось, что для льеры Катары. Стоило ей вынести вердикт после моего доклада, как моя магия вышла из под контроля, намереваясь выморозить все мысли из головы королевы, попутно избавившись от стражей. Но моя льера перехватила контроль над потоками и начала ими управлять сама. Как вот ей это удалось? Я не чувствовал в ней магию до этих пор, однако…

Если так пойдёт, королева пострадает от переохлаждения. Но никто из нас не шелохнулся, чтобы встать на защиту. Даже стражи, которые при желании могли сбросить ледяные оковы, стояли, не двигаясь. По всей видимости, Катара достала всех, кто только знаком с ней. И чтобы не терять лицо окончательно, пригласила Солей на ужин. Надо же. Никогда не слышал, чтобы королева кого-то звала лично. Похоже, нам предстоит непростой вечер завтра.

Выходя из зала, я оглянулся на неё. Пышное платье, покрытое инеем, казалось до сих пор звенело голосом Солей. И лишь корона на полу играла бликами от солнца, заглядывающего в окна. Всё остальное замерло. Наша льера показала, кто здесь настоящая сила, с которой жизненно важно считаться.

Пока шли на выход, не смели и слова сказать нашей снежной бестии, она до сих пор пребывала в гневе, поэтому негласно мы решили отложить разговор на вечер. За ужином. А пока нам оставалось только тихо злиться, ловя восхищённые взгляды, направленные на нашу снежную королеву. Покрытая лёгким узором инея, она словно плыла по коридору, оставляя за собой след из снежинок. Потрясающе. И это — моя магия? Нет, это уже искусство!

Перенесясь порталом в мой особняк, я первым делом взглянул на Солей. Она улыбалась, рассматривая прихожую залу. Да, я лично разрабатывал дизайн моего дома. Здесь каждая деталь отличается вкусом. И ничего лишнего. Как я люблю. Кивнув своим мыслям, я повёл семью в столовую, мы все устали, стоит поесть, а потом освежиться с дороги.

Спустя буквально пару шагов, моя драгоценная снежинка поинтересовалась, почему же мы на неё ТАК смотрели. Сседаший взял слово и высказал единую для нас всех мысль, после чего, немного смущённая малышка захотела узнать, откуда взялся снег. Тогда я объяснил, что она управляла моей магией. А в голове снова возник её величественный образ нашей защитницы. Не хватало только крыльев за спиной и острого меча — и была настоящая богиня-воительница.

Вот только эта самая богиня чуть было не упала на мраморную плитку (надо распорядиться насчёт ковров), но её подхватил Ссед (как бы сократить его имя?). Лей сказал, что она истощена и предложил заполнить её резерв смешанной магией. Согласен. Такое ей на пользу, организм быстрее привыкнет к нашей энергии. Пока вливали в неё силу, она приоткрыла глаза и посмотрела на менятакими глазами:

- А мы кушать будем?

И моё сердце зашлось в бешеном ритме. Как она может сочетать в себе такие разные черты характера? Образ величественной снежной царицы растаял, уступив место уставшей малышке, что так жалобно смотрела на меня… Промямлив что-то, я сбежал в столовую готовить обед. О, Вертайр, помоги мне успокоить сердце! И не споткнуться во второй раз!

Если она будет на меня так смотреть и дальше… Не знаю, что будет со мной. Щёки обжигало неожиданным румянцем, а быстрый стук в груди набатом отдавался в ушах. Как сквозь подушку я слышал хохот в холле. Плевать. Этот её взгляд был направлен на меня, так что вы просто не знаете, какого это…

Когда тебе в душу доверчиво смотрят самые желанные глаза. Моя снежная королева только для чужаков недосягаемо-величественна. Для меня же она наша драгоценная снежинка, наша малышка. Придёт время, и я…

Глупая улыбка расцвела на моём лице, пробуждая цветы на подоконнике. Ну вот, а Лейлас говорил, что природа от меня страдает.

Солей, глава рода Остролист

Вскоре после этого мы пообедали и каждый занял выделенную ему комнату. Люциус проводил меня в мою и начал краткую экскурсию:

- Здесь ты можешь жить. Есть ещё пара свободных комнат, но эта мне кажется наиболее подходящей тебе. Тут гостевая, дальше — спальня. Из неё ведут ещё две двери. Одна в ванную, другаяв гардероб. Можешь свободно перемещаться по особняку, ограничений тут нет, кроме стандартной этики, но, думаю, с ней проблем у тебя не будет, моя дорогая льера. На этой нотея откланяюсь.

Наши взгляды встретились и улыбнулись. Я кивнула и приобняла Люциуса, от чего он, кажется, опешил, но почти сразу сжал меня в ответ. И вышел, оставив меня одну.

Тишина непривычно окружила меня мягкими объятиями. Тихо, спокойно. Впервые за эти дни. Да и за прошлые тоже. Но об этом думать не хочу! Вспомнив, как я смутила командира своим поведением ранее, фыркнула и зашла в спальню. Если гостиная была отделана схоже с холлом в кофейных тонах, то тут было уже иначе.

Тёмно-зелёные обои, высокие окна с широкими подоконниками, на которые так и хотелось сесть, коричневый пол и ковёр на пару тонов светлее него, мягкая светло-зелёная скамья в изножье кровати. Постельное бельё цвета хвои и белые подушки. И горшки с живыми цветами. Да, Люциус был прав — мне здесь нравится. Прикроватная тумбочка из тёмного дерева, на которой лежал канделябр и ваза, сейчас пустая, шкаф с открытыми полками, на которых покоилась парочка книг, чистые листы, чернильница и несколько перьев. Тут что, нет ручек.? Плохо, если так. Хотя можно открыть производство, но об этом я подумаю завтра. Или послезавтра. А сейчас — душ.

Поставив ванну наполняться, благо механизмы здешние идентичны тем, к которым я привыкла, я зашла в гардеробную. Н-да, видимо, ожидали тут не девушку. Одежда была хоть и разных размеров, но преимущественно мужская. Хотя нет. Вот, сорочка вполне женская. Для сна самое то.

Взяв сменную одежду и полотенце, я вернулась в ванну, которая, так же как и спальня, была отделана в зелёных тонах, из-за чего было ощущение, что моюсь я в пруду. Обожаю. Перебрав и перенюхав различные скляночки, лежавшие на полках, я вернула те, что мне не понравились на места, а с собой взяла четыре: скраб с хвойным запахом, шампунь и кондиционер (судя по консистенции), пахнущие цветами, и масло с каким-то медовым ароматом. Всё, я тут останусь на пару часов.

Проводя по горячей воде пальцами, рисуя на ней тот час пропадающие узоры, я думала. О том, как начала жизнь в этом мире, что планирую делать дальше. И поняла одно: в бездну планы! Я просто поплыву по течению. Наслаждаясь жизнью. Мне надоело постоянно думать о том, что будет завтра? Что готовить? Как угодить? Да пошло оно! Мне дан второй шанс, судьба свела меня с красивыми и, главное, хорошими во всех смыслах мужчинами. Которые, кажется, души во мне не чают, и я готова отплатить им тем же. Они хотят быть счастливыми и сделать такой и меня. Так что сделаю счастливыми их. А про замужество пока думать не буду. Я ничего не обещала. Да они и сами видят во мне ребёнка. Вот и буду им. Совсем немножко. Так хочется почувствовать себя маленькойдевочкой.

Вспомнив одно происшествие, я предвкушающе улыбнулась и вылезла и ванной. Надо быпорадовать парней вкусной едой… А некоторые заслуживают и необычную.Уж что-что, а готовлю я хорошо.

Так что сон откладывается до наступления темноты. Одев вместо выбранной сорочки, мужской костюм, который мне лишь немного велик, я спустилась в столовую, где была и кухня. Рассмотрев содержимое шкафчиков, я, не без помощи знаний, данных Вертайром, выбрала подходящие ингредиенты. И уже через час весь первый этаж, а дверь я не закрывала специально, благоухал жаренным мясом и разноцветной картошкой. Уж не знаю, почему, но клубни были и голубого, и зелёного, и красного оттенка. Но совершенно точно спелыми. Ну ладно. Будет у нас радужная пюрешка.

- Клянусь своим носом, тут пахнет как в раю! Красавица, что ты готовишь? У нас уже слюни текут, хотя ели не так давно.

Сумрен и Лессер, зайдя на кухню, хитро улыбнулись мне и Лесс, осмелев, даже приобнял меня. Фыркнув, за ним последовал и Рен. Я, благодушно улыбаясь, обняла их в ответ и ответила:

- Сегодня в меню жаренное мясо какого-то крупного животного с пюре и салат из овощей. На десерт — пирог с ягодами.

- Кудесница.

Себастьян тоже зашёл на кухню и принюхиваясь, улыбался во весь рот. Вскоре к нам присоединились и остальные. Накрывая на стол, я тайно ото всех, насыпала в порцию Сседашиячуть (ну не особо) больше красной специи. И подалатарелки.

- Как же вкусно!

- Ты настоящая мастерица!

- Наша маленькая богиня еды!

- Эм, Сседаший? Ты чего плачешь?

- Ты в порядке?

- Дать платок?

Кашляя и вытирая слёзы салфеткой, Сседаший посмотрел мне в глаза жалобным взглядом:

- Это твоя месть, да? Жестокая.

Совесть, поднявшая было голову, смирно села обратно под взглядом моего остывшего негодования. Поэтому я подошла к холодильной камере, налила молоко в чашку и поставила стакан рядом со змеем:

- А тебя предупреждали, что даже спать придётся с открытыми глазами.

Он то ли всхлипнул, то ли хмыкнул, но слёзы продолжали литься из его глаз. Однако он продолжал есть. Мне стало его жаль и я попыталась забрать порцию:

- Давай наложу новую.

Но он не дал:

- Нет, эту ты приготовила специально для меня. Да и вкусно же, хоть и остро очень.

Тогда я попробовала из его тарелки. Прожевав мясо и пюре, я подняла бровь:

- Не так уж и остро. У нас в одной из стран еда острее будет.

И вернулась на своё место. Однако вскоре увидела, как Рен и Лесс уже пробуют из тарелки опешевшего Сседашия мясо и спустя несколько секунд бегут к крану за холодной водой, на ходу бубня:

- Твою-то рать! Как же остро!

- Лилия наша, ты из огнеедов что-ли?

Лейлас, Себастьян и Люциус, пытавшиеся поначалу прятать улыбки, не сдержали смеха и едва ли не хрюкали, пытаясь не подавиться едой, которую не успели проглотить.

Месть свершилась на 150%.

Глава 9. О важности внешности и мужском внимании

Солей, глава рода Остролист

Первая неделя в городе Лесдар, куда мы переместились, была наполнена таким количеством событий, что к концу дня я обычно еле на ногах стояла.

На следующий, после прибытия, вечер мы были приглашены на ужин к королеве, где состоялся весьма непростой разговор. Я уже молчу о том, как мы готовились к нему, ведь Люциус озаботился моим внешним видом:

- Моя дорогая льера, хоть ты и была великолепна в прошлый раз, несмотря на мужской костюм не по размеру, но на этот — мне бы хотелось сделать всё, чтобы ты блистала во всей красе. Позволь эту малость.

Кота в сапогах помните? Вот именно его молящий взгляд можно сравнить с тем, как смотрел на меня Люциус. Хотя нет. Кот проигрывает. Именно поэтому с самого утра мы покатили в центр города (который оказался столицей, что впрочем неудивительно, учитывая наличие замка королевской четы) наряжать красивую меня.

Но моей выдержки хватило на три часа, после которых в глазах читалось явное желание сбежать в лес к Диким, которым совершенно неинтересен мой внешний вид. Правильно истолковав это состояние, Лейлас охладил Люциуса:

- Она измотана. Не забывай, что вчера наша снежная лилия пережила первое истощение. Да и два дня до были не самыми лёгкими. Особенно для девушки.

Вздохнув, маг согласился:

- Ты прав. Прости, Солей. Может, ты опишешь мне, что хочешь, а я пока поищу?

- Что-то, что будет отражать наш род.

И тут Люциус хлопнул себя рукой по лбу:

- Какой же я идиот! Мы ведь теперь одна семья! И все должны быть одеты в единой гамме.

- Зачем?

На меня уставились две пары глаз. И Лей пояснил:

- На приёме у королевы семьи одеваются в одежду цвета рода. Кстати, какие у нас цвета?

- Красный и тёмно-зелёный.

Люц кивнул и грустно сказал:

- Даже если я обращусь к лучшим портным, они не успеют одеть всех нас.

Подойдя поближе, поймала печальный взгляд мага:

- Не переживай. Это всё будет. Но так как встреча была назначена резко, я не думаю, что отсутствие униформы вызовет негодование у правящей четы.

- Там только королева правит.

Забываю.

- Неважно. Она позвала нас резко…

- Это ты её заставила.

Хоть Люциус и пытался сдержать смех, но ухмылку я услышала. Лейлас улыбнулся и опередил мои слова:

- Зато она достигла того, что не удавалось никому за последние годы. Королева сама назначила ей встречу, хоть и под угрозой жизни.

- Шутки шутками, а льера Катара этого так просто не оставит. Уверен, она затаила крепкую обиду и будет всячески стараться подпортить тебе жизнь.

- Наш род под защитой. Весайл и Вертайр на нашей стороне.

Словно в подтверждение нас овеял тёплый ветер, принеся запах полевых цветов. Вдалеке послышался тихий мужской смех. Парни даже если и удивились, не показали этого. И продолжили разговор:

- Лейлас, идите вместе в пекарню неподалёку и перекусите. Я пройдусь по ближайшим магазинам и постараюсь найти что-то подходящее нашей льере. Надеюсь, что смогу угодить.

С лёгким поклоном он направился в сторону «Красных Одежд», а меня Лей повёл в «Муку». Интересно, хозяйка заведения в курсе о возможности разночтения из-за ударения?

Даже если не в курсе, за ту дивную выпечку, что нам принесли, я в жизни никогда не поставлю ударение неправильно. Воздушные, мягкие, сладкие лакомства. Чуть ли не плача от нахлынувших эмоций, незаметно для себя съела всю тарелку. Лей смотрел на меня, как мать на своё дитя — с лёгкой улыбкой и лаской. Ничуть не смутившись, я протянула ему пирожное с орехами и каким-то фруктом, название которого неизвестно. Удивившись, светлый эльф покорно откусил десерт и зажмурился от удовольствия:

- Теперь я понимаю, почему эту кондитерскую так хвалят. У пекаря золотые руки!

- Согласна. Надо домой накупить вдоволь, чтобы и другим досталось.

Сказано — сделано. Уже через пару минут около нашего столика появился пакет с шедеврами местной кондитерской.

Наслаждаясь вкусами, мы едва ли услышали открывшуюся дверь и последовавшие за тем капризные голоса:

- Он опять не то взял...думала, охрипну, пока достучусь до этого безголового.

- И не говори. Таким недогадливым и неблагодарным ещё надо уметь быть. Думаю, подвал напомнит ему о твоей значимости. Эй! Нам тарелку с «серебряными пончиками» и прохладительные напитки!

О как...местная аристократия пожаловала. Думаю, нам пора уходить. Лейлас встал из-за стола и подал мне руку. Но тут в него влетела одна из дамочек.

- Смотри, куда идешь, безымянное нечто. Светлоухий олух!

-Я...извин…

Не дав договорить своему эльфу, я подошла и влепила самую звонкую пощечину, которую только могла. Разумеется не Лею. Растерявшись от такой наглости, дамочка начала рвано дышать и открывать-закрывать рот, как самая настоящая селёдка:

-Ты...ты...да как…

-Так. Посмела. Ты кем себя возомнила? Этот мужчина — часть моего рода. И имя у него есть. А вот у тебя как с этим? Хотя неважно. Столь невежливое...нечто...недостойно того, чтобы я помнила её имя.

И, кивнув на прощание пекарю, который нас и обслуживал, я покинула приятное заведение, уводя за собой Лейласа. Его восхищённый и полный благодарности взгляд согревал меня и давал надежду на то, что я не переборщила. А то завелась как-то быстро, от одного оскорбления. Так не похоже на меня.

- Спасибо, льера.

- Ты под моим крылом, Лей. Я не дам ни тебя, ни кого-либо из наших в обиду.

- Верю.

По-доброму ухмыльнувшись, мы пошли к «Красным одеждам», в дверях которых скрылся Люциус. Благо из окон его было видно.

* * *