Игра для двоих

Глава 1. Коробка

— Копай! — Ведьма скрестила руки на груди.

— Марго, это не смешно. Игра слишком затянулась! — Маг пытался протестовать, но руки послушно вцепились в лопату и начали ловко отбрасывать в сторону комья земли.

— Ну почему же? Вам с приятелями было очень смешно, когда вы решили отбелить мою прекрасную черную форму. Теперь моя очередь смеяться.

— Да с чего ты вообще взяла, что это мы? — Парень обливался потом, но исправно махал лопатой. — Кстати, белый тебе к лицу.

Ведьма фыркнула.

— Кто же, если не вы? — Ее губы изогнулись в кривой улыбке.

— Да мало ли кто. Я у тебя друзей не замечал. Неудивительно. С твоим-то характером!

— Ах, тебе характер мой не нравится? Копай быстрее! — Девушка топнула каблучком для убедительности, но он провалился в сырую после дождя землю.

Ведьма уже пожалела, что придумала такое наказание обидчику. Сначала идея заставить его копать могилу казалась забавной. На практике это было долго и скучно. Витор спорил, но не думал извиняться.

— Марго… — взвыл светлый, работая в два раза усерднее, чем прежде.

— Я к вам в друзья не набивалась. Но пыталась вести себя по-человечески. Не то что вы. С первого дня как собаки проходу не даете. Я не мечтала оказаться на вашем светлом факультете. Я — темная ведьма от макушки до пят! Это ошибка распределительного кристалла или чья-то злая шутка. А вам всем так претит мое существование рядом… Тоже мне, светлые! — Ведьма зло сплюнула.

— Да не я это! Отпусти, не могу больше, — потребовал маг.

— Добавить к зелью подчинения сыворотку правды? — вкрадчиво поинтересовалась ведьма. — Уверена, тебе есть что мне рассказать, сильнейший на факультете маг Витор.

— Ладно, это мы, — сдался маг, углубляясь в землю. — Но почему отыграться ты решила именно на мне? Почему остальные не копают?

— Вот она, ваша хваленая светлая дружба. Хочешь, чтобы друзья мучались вместе с тобой? Не переживай. И они свое получат. — Ведьма небрежно откинула темные локоны за спину. — Копай глубже!

Раздался звук удара. Лопата врезалась в преграду.

— Тут что-то есть.

— Камень, наверно. Вытаскивай и копай дальше. — Ведьма прислонилась спиной к дереву и подняла голову.

Сквозь ветви деревьев виднелись небо и редкие звезды. Хорошая ночь. Спокойная. Девушка закрыла глаза. Вдохнула полной грудью запах трав, мокрой земли. Прислушалась к шелесту листвы. Лес принимал ее. Он говорил с нею. Но из-за громкого сопения светлого мага разобрать шепот леса было невозможно. Ведьма недовольно покосилась на однокурсника:

— Ты долго еще там возиться будешь?

— Тут какой-то ящик. — Парень, кряхтя, вытолкнул из ямы плоскую коробку, выбрался сам и принялся счищать землю.

Ведьма подошла ближе. На кое-как очищенной крышке проступили очертания букв: «С…У…М».

— Надо наставнику показать, — решил маг.

Маргрелия сжала губы. Ишь как быстро инициативу перехватил. Кто дал ему право решать, пока он находится под ее чарами?

— Открывай!

— С ума сошла? — Маг впервые попытался всерьез сопротивляться ее зелью.

Из носа Витора потекла кровь. Ведьма нахмурилась. Не ожидала, что он зайдет так далеко. Она до боли сжала кулак. Нельзя сейчас отступать. Эти светлые должны понять, что с ней, темной ведьмой, шутки плохи.

— Нельзя! Мало ли… какие… там чары…

— Струсил? — подначивала она мага.

Все бесполезно. Зелье должно было действовать еще час. Парень рычал, но тянул руку к крышке.

Капля крови сорвалась вниз и коснулась грязной поверхности. Из-под крышки повалил зеленый дым.

— Вот демоны! — выругался маг.

— Назад! — скомандовала ведьма, но было уже слишком поздно.

То ли это сделал Витор, то ли все случилось само собой, но крышка вдруг отлетела в сторону, и столб зеленого света вырвался из коробки и залил все вокруг. Ведьма не видела ни Витора, ни деревьев вокруг. Огромные игральные кости промелькнули перед глазами и рухнули куда-то вниз с характерным стуком.

Дым рассеялся. Девушка с беспокойством огляделась по сторонам. Это был уже не лесок за тренировочным полигоном.

Другие растения. Другие запахи. Другие звуки. Маргрелия прислушалась. Лес не пытался с ней заговорить. Он был холодным. Чужим. Ведьма не чувствовала в нем жизни.

Коробка, старательно откопанная Витором, пропала. Зато появились рельсы. Железнодорожное полотно убегало куда-то вдаль, освещенное оранжевым светом невысоких фонарей.

— Скажи, что это все еще часть твоей глупой шутки. — Витор вытер кровь под носом.

— Не хочу тебя разочаровывать, но…

— Марго, это не смешно! — Светлый маг серьезно посмотрел в глаза ведьме.

— Я и не смеюсь. И хватит коверкать мое имя! Маргрелия. И никак иначе.

— Маргрелия, — послушно повторил Витор. — Хватит мной командовать!

Ведьма пожала плечами. На этот раз она и правда не собиралась приказывать. Зелье еще действовало.

Где-то за деревьями раздался гудок паровоза. Студенты переглянулись и пошли вдоль путей.

— Если ты снимешь с меня запрет на колдовство, я попробую развеять эти чары, — заметил маг.

— Я… не могу, — с сожалением признала ведьма. — Перестраховалась. Запрет на чары, как и зелье подчинения, будет действовать еще около часа.

— Прекрасно, — проворчал Витор. — Тогда сама сделай с этим что-нибудь. У вас, темных, ведь есть свои секретики на этот случай.

Маргрелия задумалась. Секретики, вероятно, и были. Но если бы она знала все, зачем бы ей было поступать в магическую академию? А на светлом факультете о темных секретиках преподаватели не рассказывали.

Деревья неожиданно расступились, и показалась старая железнодорожная станция. Выцветшая краска, отсутствующие местами доски. Рядом стоял такой же видавший виды паровоз. Из трубы валил дым, внутри что-то шипело и позвякивало. Состав готовился к отправке. Из вагона высунулся толстый черный кот в фуражке проводника:

— Мы отправляемся! Если не хотите ждать следующий состав ближайшие тридцать лет, советую поторопиться.

— После вас. — Витор указал на вход в вагон приглашающим жестом.

— Светлые… — Ведьма закатила глаза и первой шагнула в вагон.

Глава 2. Оплата за проезд

В вагоне царил полумрак. В дрожащем свете двух масляных ламп танцевали уродливые тени. Тёплые блики играли в салки на окнах. А тьма в углах вагона неприветливо шевелилась.

— Почти как дома, — хмыкнула Маргрелия, уверенно прохаживаясь между нестройными рядами покалеченных жизнью лавок с перекошенными спинками.

— Дома… дома, — ответило глухое эхо.

Витор перестал уворачиваться от паутины и настороженно огляделся.

— Что это?

— Это… это, — прозвучало в ответ.

— Теневики шалят, — отмахнулась ведьма.

— Шалят… шалят, — подтвердили из темноты.

— Твои знакомые? — на всякий случай уточнил Витор.

— Знакомые… знакомые, — охотно прозвучало в ответ.

— Светлые, — шумно выдохнула Маргрелия.

Теневики благоразумно промолчали.

— Духи это. Личности и разума не имеют. Только и могут, что за другими повторять. — Из-под лавки вынырнул уже знакомый кот в фуражке.

— Повторять… повторять, — снова оживились в темноте.

— Опасные? — прикрыв рот ладонью, Витор уточнил у кота.

Тот окинул мага оценивающим взглядом, укоризненно покачал головой и сообщил:

— Для тех, кто сначала делает, а потом думает, — да.

— Да… да… — обрадовались теневики.

Светлый маг обиделся и замолчал.

Паровоз издал протяжный гудок и под нарастающий стук колёс тронулся с места. Кот громко мявкнул и начал стремительно расти. Витор попятился к Маргрелии.

Когда фуражка на голове кота коснулась потолка вагона, он моргнул жёлтыми глазищами с вертикальными зрачками, улыбнулся, обнажив стройный ряд острых зубов, и убаюкивающим голосом поинтересовался:

— Белая ведьма, чем проезд оплачивать будете?

— Баюн, — простонала Маргрелия, борясь со сном. — Я не белая!

— Белая… белая, — сразу вмешались теневики.

— Белая небелая ведьма… — мурлыкнул кот, внимательно разглядывая белоснежную форму девушки.

— Ведьма… ведьма… — восхитились теневики.

Маргрелия поджала губы и недовольно покосилась на Витора. Светлый маг старательно таращил глаза, чтобы не заснуть.

— Так чем платить будешь, ведьма? — Кот сверкнул глазами.

— Какова твоя цена?

— Один раб за билет.

— Какой ещё раб? — зевнула Маргрелия.

— Белой ведьме — проезд, мне — раб на обед. — Кот облизнулся, глядя на Витора.

— Обед… обед… — заинтересовались теневики.

— Я не раб, — возмутился маг.

— Он не раб, — подтвердила Маргрелия.

— Раб… раб… — не согласились теневики.

Кот принюхался. Встопорщил шерсть.

— Маг под чарами ведьмы. Значит, раб. Принимается в качестве оплаты за проезд.

— Марго! — Витор недовольно посмотрел на одногруппницу.

— Маргрелия, — поправила она мага и сообщила коту: — Раба не отдам! Назови другую цену.

— Я не раб, — прошипел Витор.

— Значит, можно! — оживился кот.

— Можно… можно… — разрешили теневики.

Ведьма выразительно посмотрела на мага. Он нехотя развёл руками:

— Хорошо, я — раб.

— Цена за двоих будет выше, — намекнул кот.

— И какая же? — нахмурилась ведьма.

— Сказка!

— Сказка… сказка… — в предвкушении загалдели теневики.

— Удивительная сказка, волшебная, таинственная… та, которую я ещё не слышал, — продолжил Баюн.

Маргрелия задумалась, почесала нос, посмотрела на сжимающего кулаки Витора.

— Сказка так сказка.

Она отряхнула ближайшую лавку. Села. Расправила юбку. И начала рассказ.

***

На востоке Кощеевой пустоши стоял тёмный град Лиховск. Жили там тёмные маги всех мастей: чародеи, колдуны, некроманты, мастера проклятий и, конечно, ведьмы. И была среди них одна самая талантливая. Самая одарённая. В три года она без ошибки находила в лесу нужные травы. В пять варила простые зелья от боли в спине, и чтобы муж не гулял. В тринадцать могла сделать оберег для защиты целого посёлка.

Посовещался градоначальник со своими помощниками ближайшими и их помощниками, да и решил отправить ведьму в столицу, в самую лучшую магическую академию, чтобы набралась ума да опыта. Чай, от опытной ведьмы пользы ещё больше будет.

Приехала ведьма в академию, а там кристалл волшебный. Каждый одарённый на него руку кладёт, а кристалл дар измеряет да на факультет распределяет: тёмных к тёмным, светлых к светлым.

Положила ведьма руку на кристалл. Стал он сначала чёрным, как ночь. А потом посветлел и сделался белым, как день. Да и распределил тёмную ведьму на светлый факультет…

***

— Это как? — удивился Баюн.

— Как… как… — загомонили теневики.

Маргрелия грустно улыбнулась и посмотрела в окно, не видно ли следующей станции.

Глава 3. Туман

За окном мелькали редкие огни. Паровоз начал замедлять ход. Ведьма с облегчением выдохнула. Как удачно, что следующая станция оказалась так близко. Сколько еще она бы смогла развлекать плотоядного кота сказкой о себе?

— А вот и наша станция! — Бодро вскочила на ноги Маргрелия.

Витор с подозрением глянул в окно и, не заметив ничего, ради чего стоило бы выйти, бросил на ведьму выразительный взгляд. Маргрелия не осталась в долгу и ответной гримасой попыталась объяснить глупому магу свой гениальный замысел. Стратегию парень то ли не понял, то ли не оценил. Девушка подняла глаза к потолку, беззвучно помянула какое-то пресветлое тупейшество и скомандовала:

— На выход!

Витор запыхтел, но покорно последовал к дверям.

— Как на выход? — всполошился Баюн. — А сказка?

— Сказка… сказка, — вторили ему теневики.

— А продолжение сказки на обратном пути, — пообещала ведьма. — Нам еще в академию возвращаться.

— Мы так не договаривались, — зашипел кот.

— Уговора рассказать сказку до конца тоже не было. Это наша станция! Состав будет ждать, пока я закончу рассказ?

Маргрелия шагнула на перрон вслед за Витором.

— Обманула! — доносился рассерженный рев из вагона. — Белым ведьмам нельзя верить!

— Белой ведьме и я доверять бы не стала, — согласилась Маргрелия и брезгливо отряхнула белую юбку.

За спиной раздался гудок, и паровоз снова отправился в путь.

Станция выглядела давно заброшенной. Фонари не горели. Угрожающе выл ветер, а вокруг клубился сиреневый туман.

— Не понимаю, что ты забыла в этой глуши. По дому соскучилась? — заворчал Витор.

— Не понимаю, почему я не отдала тебя в качестве оплаты за проезд. Ехала бы себе спокойно дальше. Инквизиторы все равно только мертвые хороши.

— А ведьмы хороши на костре, — не остался в долгу будущий инквизитор. — Хорошо, что действие твоего зелья скоро кончится!

— Рано радуешься, светлый. Ты успеешь принять новую порцию! — вдохновенно блефовала ведьма.

Зелья подчинения больше не было. Она и на первую порцию с трудом достала необходимые ингредиенты. Вот учись она на темном факультете, не было бы недостатка в материалах.

Светлый маг угрозой проникся и продолжать спор резко передумал. Он огляделся по сторонам. Помянул недобрым словом темные силы и бесцеремонно схватил ведьму за руку.

— Эй! Отпу…

Витор дернул ведьму на себя и поцеловал прежде, чем с ее губ успел сорваться приказ. Маргрелия растерянно замерла. Рука Витора по-прежнему сжимала ладонь ведьмы. Другая неловко застыла на талии.

Опомнившись, Маргрелия толкнула мага в грудь.

— Это был мой первый… Ты…

Маг снова притянул девушку к себе и закрыл ей рот рукой.

— Угомонись уже! Посмотри: туман стал гуще. Дальше собственной руки ничего не видно! Не будем держаться — потеряемся!

Маргрелия вцепилась зубами Витору в палец. Маг зашипел, но хватку не ослабил.

— Я тебя сейчас отпущу, но ты больше мне не приказываешь! Договорились? Кивни, если поняла.

Маргрелия что-то недовольно замычала, но потом нехотя кивнула. Витор осторожно убрал ладонь от ее рта.

— Ты мне за это ответишь! — процедила ведьма сквозь зубы.

— Хорошо-хорошо. Можешь тоже поцеловать меня против моей воли, только давай сначала выберемся отсюда.

Маргрелия зашипела.

— Общение с Баюном не пошло тебе на пользу, — заметил маг. — Набралась кошачьих повадок…

Ведьма уже собиралась продемонстрировать наглецу очередную кошачью повадку — расцарапывание лица, но увидела мелькнувшие за его спиной огромные игральные кости. Они появились на секунду и с характерным стуком скрылись в тумане.

Девушка сорвалась с места и потащила за собой все еще державшего ее за руку мага. Маргрелия так уверенно шагнула в туман, что Витор не стал протестовать.

Густая сиреневая дымка заполнила все пространство вокруг. Ведьма шла на удаляющийся звук кубиков. Справа раздались громкий скрип, уханье и хлопки крыльев. Очень больших крыльев, если верить слуху. Ведьма инстинктивно пригнулась и крепче сжала руку инквизитора.

Сзади кто-то засмеялся. Маргрелия оглянулась, но не увидела даже лица Витора, чье близкое присутствие ощущала всем телом. Она ускорила шаг. Звука кубиков больше не было слышно. Где-то спереди заиграла детская мелодия. В тумане всем известная песенка звучала жутко. Сбоку раздался звук льющейся воды. Ведьма вздрогнула и сделала шаг назад. Уперлась спиной в Витора. Медленно выдохнула. Стало немного спокойнее. Хорошо, что она была здесь не одна.

Вокруг раздавались десятки разных звуков, никак не связанных между собой. Заржал конь. Детский крик: «Мама!» Шелест бумаги.

Маргрелия беспомощно оглядывалась по сторонам. Только туман.

Когда из-за ее спины вырвался луч света и залил все вокруг, ведьма зажмурилась. Туман зашипел, поглотив прочие звуки, стал морщиться и медленно отступать, пока не исчез совсем.

— Магия очищения всегда работает! — удовлетворенно заметил Витор, отпустив руку ведьмы. — Наконец эффект твоего дурацкого зелья кончился. Видишь, как полезна моя сила. Так что давай без твоих выкрутасов.

Ведьма фыркнула и осмотрелась по сторонам. Станции рядом не было. Они находились среди невысоких покосившихся домов. Но присутствия людей ничто не выдавало. Ни единого звука. Казалось, жители бросили свои дома посреди дня. На веревке висело белье, превратившееся от времени в рваные тряпки, на лавке возле домика лежала кукла со стершимся лицом. Воткнутую в землю лопату покрывал толстый слой ржавчины.

Витор и Маргрелия разошлись в разные стороны. Заглядывали в окна домов. Изучали обстановку.

Над дверью одного из домов Маргрелия заметила ведьмовской оберег от злых духов. Он был совсем черным. Видно, истратил весь запас магии, чтобы защитить дом.

Витор схватил за руку изучающую оберег ведьму и потянул прочь.

— Что случилось?

— Надо уходить!

Маргрелия заглянула за спину магу, пытаясь понять, что же он увидел.

В конце улицы виднелось большое кострище с воткнутым по центру столбом. На таких инквизиторы сжигают ведьм…

Глава 4. Другая жизнь

— Пусти!

Холодный голос ведьмы заставил Витора остановиться. Он разжал пальцы.

— Больше не прикасайся ко мне… Никогда.

Маргрелия, гордо расправив плечи, двинулась прочь.

— Марго!

Девушка даже не обернулась. Витор догнал ведьму и пошел рядом.

— Ты же понимаешь: что бы здесь ни произошло, это не имеет отношения ни к тебе, ни ко мне.

— Разумеется. Это всего лишь напомнило мне, кто ты и кто я.

Витор нахмурился и шумно выдохнул.

— Куда ты несешься сломя голову? Ты знаешь, куда идти? У тебя есть план?

— Я не просила тебя идти за мной. Время действия зелья подчинения закончилось. Ты волен идти, куда хочешь.

— Тебе не кажется, что, раз мы вляпались в это вместе, то и вернуться должны вместе?

— Не кажется.

— Хватит капризничать, Марго. Это неразумно. Здесь опасно.

Ведьма резко остановилась и повернулась.

— Чего тебе от меня надо, светлый?

В голосе зазвенели металлические нотки. Маргрелия с вызовом смотрела на мага.

— Сейчас нам прежде всего нужно вернуться в академию.

— Возвращайся. Я тебя не держу.

— Мы оба не знаем, как это сделать. Поэтому должны действовать сообща.

— Извини, дальше нам не по пути.

— Марго, ты пойдешь со мной, даже если мне придется применить силу, — предупредил Витор. Сгущавшаяся вокруг него магия опасно потрескивала.

В руках ведьмы блеснули несколько пузырьков. Конечно, планируя месть будущему инквизитору, она подготовилась.

— Уверена, что хочешь отказаться от добровольного сотрудничества? — прищурился маг.

Маргрелия швырнула под ноги Витору зелья собственной разработки и бросилась прочь, слушая отборную брань, недостойную светлого мага. Вряд ли он ожидал, что трава вдруг вцепится в ноги, земля превратится в болото, а ноги начнут подводить и спотыкаться на каждом третьем шаге.

Бегать и прятаться Маргрелию учили с пеленок: гонения на темных прекратились всего несколько лет назад. Хотя в магической академии и открыли факультет темных магических искусств, многие до сих пор не приняли перемен. Поэтому физической подготовке ведьма всегда уделяла особое внимание.

К сожалению, будущий инквизитор от занятий спортом тоже не отлынивал. Непростительно быстро справившись с «Буйством трав», «Заболочиванием» и «Спотыкашкой», он помчался за ведьмой.

Поселок остался позади, и Маргрелия пыталась оторваться от преследователя в лесу. Родная стихия совсем не помогала. Ветки цеплялись за юбку, а корни деревьев то и дело выскакивали прямо под ноги. В обычном лесу было бы проще, а этот казался чужим и неправильным. Звук ломаемых за спиной веток становился все ближе. Витор с лесом не церемонился.

Когда деревья расступились, путь ведьме преградила река. У берега в воде сидел водяной в окружении десятка девиц с характерно синей кожей. Из одежды на них были только длинные волнистые волосы да венки из сушеной травы на головах.

— Белая ведьма, — удивился водяной.

— Нагие русалки, — нахмурилась Маргрелия.

— Картишками на раздевание балуемся, — развел руками водяной. — Присоединяйся!

— Воздержусь, — начала стратегическое отступление ведьма.

Водяной нахмурился и высунулся из воды по пояс.

— От меня так просто никто не уходит!

— Мужчинка! — оживились русалки, приметив выскочившего на берег Витора.

— Полностью в вашем распоряжении, развлекайтесь, — благосклонно разрешила Маргрелия, припустив вдоль берега реки в поисках переправы.

За спиной ведьмы раздалось ласковое пение упоительных баллад и полный ярости крик: «Марго!». Поначалу ведьма замешкалась, раздумывая, стоит ли оставлять одногруппника в беде. Заслушается русалок – поминай как звали. Они сначала поют сладко, а потом либо на зубок пробуют, либо на дно тащат… Напомнив себе, что инквизитор ведьме не товарищ, Маргрелия побежала прочь.

Идею преодолеть реку вплавь ведьма отбросила сразу. Вода была такой темной, что даже небо в ней не отражалось. Над рекой клубился туман, и витал сладкий запах печеных яблок. Противоположного берега видно не было.

Вдалеке показался мост из прозрачного стекла. Его начало выдавало две большие резные колонны — по одной с каждой стороны. Ведьма оглянулась. Витор отстал. Неужели не справился с русалками? Сердце предательски кольнуло.

— Хороший инквизитор — мертвый инквизитор, — напомнила себе Маргрелия и направилась к мосту.

Каблучки опасно стучали по стеклу. Смотреть под ноги было страшно. Вперед тоже. Ведьма двигалась к другому берегу гораздо медленнее, чем хотелось бы. На середине моста путь ей преградил невесть откуда взявшийся огромный змей.

— Здравствуй, белая ведьма!

Маргрелия поморщилась, но спорить не стала.

— Здравствуй, хранитель моста.

— За проход нужно платить.

— Сказкой? — с надеждой спросила ведьма.

— Болью!

Девушка попятилась.

— Отдай мне самое болезненное воспоминание о несправедливости, с которой ты столкнулась!

Маргрелия задумалась. В последнее время с ней происходило столько всего… Взять хотя бы эту белую форму, котелки, которые сокурсники не раз «случайно» опрокидывали на зельеварении, или регулярные надписи на доске перед лекциями: «Темные к темным, светлые к светлым. Ведьме здесь не место!» Было сложно выбрать только одно. С чего же все началось? Ну конечно.

— Я выбрала, какое воспоминание отдать!

— Уверена? Должен предупредить: когда ты отдашь мне воспоминание, твоя жизнь изменится так, словно событий, связанных с ним, никогда и не было.

— Тем лучше, — усмехнулась ведьма.

— Смотри мне в глаза.

Огромные глаза змея оказались прямо перед лицом девушки. Круглые. Желтые. Гипнотические. Они становились то ближе, то дальше. Перед глазами ведьмы все поплыло. Где-то вдалеке раздался шипящий голос:

— Теперь иди.

Маргрелия сделала шаг.

***

Ее рука лежала на распределительном кристалле. Он был глубокого черного цвета. Как беззвездная ночь. Как волосы Маргрелии. Как ее магия.

— Пожалуйста, останься черным, — шепотом попросила девушка.

С кристаллом ничего не происходило.

— Факультет темных магических искусств, — торжественно прозвучал голос ректора.

Лицо девушки озарила счастливая улыбка. Было странно, что она так боялась. Куда еще могли распределить потомственную ведьму?

Учеба в академии оказалась не такой радужной, как Маргрелия представляла. На всем факультете она оказалась единственной стипендиаткой. В ее приграничном городке ей достаточно было быть просто одаренной ведьмой, чтобы пользоваться уважением и расположением. Здесь же, среди потомков и наследников знатных темных родов с многовековой историей, щедро одаренных магическими талантами, способности ведьмы никого не впечатляли, а вот отсутствие титула для многих было как бельмо на глазу.

В течение первого, второго, а потом и третьего года девушка пыталась доказать, что она занимает свое место в академии по праву. Что она достойна… Но в какой-то момент она сама усомнилась в своем даре. Порчи, проклятия, темные заговоры, шепотки и привороты — все, что должна была уметь темная ведьма, давалось Маргрелии с большим трудом. У нее отлично выходили заговоры, обереги и зелья от недугов, что вызывало лишь смех сокурсников. Как-то прекрасную черную форму ведьмы даже залили очень стойкой белой краской со словами, что с такими талантами ей самое место на светлом факультете. Маргрелия потом долго выводила краску, плакала украдкой и спрашивала себя, за что ей такая судьба. Обижай ее светлые — причину их ненависти она бы легко поняла. Но это были свои…

Однажды Маргрелии все-таки представился шанс доказать, что она занимает свое место по праву.

Между светлым и темным факультетами вспыхнул конфликт. И пока дело не дошло до полноценной магической битвы, старосты решили уладить его спором.

Противникам надлежало спрятать значок факультета в укромном месте и защитить его ловушками или иными способами. Побеждал факультет, который первый завладел значком соперника. Любой пойманный лазутчик становился пленником того, кто его схватил. А наказание победитель мог назначить какое угодно.

Маргрелия была уверена, что этот спор ее никак не затронет. Ведь никакими талантами она не блистала. И поначалу так и было. Сначала темные, используя тени, демонов и даже подчиненных насекомых, пытались установить место нахождения значка.

По всему выходило, что его спрятали в выемке, прорезанной в учебнике по теории темных искусств. Учебник находился в потайном отсеке третьего ящика комода в общей комнате общежития светлых.

Когда принимали решение, кого же отправить добывать заветный значок, выбор неожиданно пал на Маргрелию.

— Нищенка наверняка умеет воровать, — аргументировала свой выбор юная наследница клана тени.

— Да она вообще ничего не умеет! — пошутил сынок вампирского князя.

— Вот и проверим, — поддержал маг крови.

Выбора Маргрелии не оставили.

Сонное зелье, случайно попавшее в обед светлым магам, помогло ведьме беспрепятственно проникнуть в общую комнату общежития светлых. С замком на ящике пришлось повозиться. Зачаровали его от души. Потом второе дно никак не хотело открываться, а когда крышка наконец поддалась, выскочивший из ниши учебник пустился вскачь по всей комнате. Пришлось побегать. Когда ведьма поймала книгу и значок был уже почти у нее в руках, Маргрелию кто-то схватил сзади, крепко прижав к себе.

— Поймал, — выдохнул в ухо бархатистый мужской голос.

Девушке стало щекотно, а по телу пробежали мурашки. Она медленно обернулась. Взъерошенные светлые волосы. Пронзительные глаза. И нашивка инквизитора на лацкане пиджака. Хуже не придумаешь. Ведьма побледнела. Этот точно знает толк в издевательствах над ведьмами. Что с ней теперь будет?

Инквизитор победно усмехнулся и прильнул к ее губам. Девушка задохнулась от возмущения и толкнула парня в грудь.

— Что ты себе позволяешь? Это был мой первый…

— Да? — искренне удивился инквизитор.

Мир вокруг подернулся легкой дымкой и начал стремительно меняться. Маргрелия очнулась на стеклянном мосту. Рядом стоял взъерошенный Витор с венком из трав на голове и следами помады на щеке.

— Вот это я сплоховал. Теперь, чтобы отомстить, тебе придется целовать меня против воли дважды…

Звук пощечины услышали даже русалки, обиженные на инквизитора, который бессовестно от них сбежал.

Маргрелия тихо всхлипнула, сжала дрожащие губы и побежала к концу моста, пока инквизитор не увидел ее слез.

— Ты никак не приходила в себя, — оправдывался бегущий следом Витор.

Маргрелия, самая сильная темная ведьма на светлом факультете, бесстыдно разрыдалась.

— Прости, я перегнул.

Инквизитору было невдомек, что плакала ведьма вовсе не из-за поцелуя. Жизнь, о которой она мечтала, была не спасением, а проклятием.

Глава 5. Армия тумана

После моста ведьма сильно изменилась. Она молча брела за Витором. Не пыталась командовать, возражать или демонстративно продолжать путь в одиночку. Казалось, мыслями Маргрелия была где-то в другом месте. Инквизитор то и дело бросал на нее обеспокоенные взгляды, но она не замечала и этого. Когда Витор резко остановился, Маргрелия продолжала идти, пока не врезалась в его спину.

— Поговорим?

Маргрелия подняла на него равнодушный взгляд.

— Марго, извини. Я не думал, что тебя это так сильно заденет. Ты всегда такая сильная, неунывающая, готовая дать отпор… Я о твоих чувствах, правда, не задумывался. Прости.

— Ладно, — ведьма пожала плечами.

— И я сейчас не про поцелуй.

— А?

— Я имел в виду все эти шутки… и белую форму…

Маргрелия посмотрела на белую юбку. Впервые она не вызывала у ведьмы отвращения. Хотя черная в этом неожиданном путешествии была бы практичнее.

— Марго, ты слушаешь? Что с тобой?

— Все прекрасно.

— Твое «прекрасно» меня пугает.

— Будь мужиком, инквизитору не пристало бояться ведьму.

— Вроде такая же острая на язык, как и прежде, но как-то неубедительно.

— Светлый, ты специально нарываешься? — Ведьма начала раздражаться.

Витор растянул губы в улыбке.

— Вот теперь вижу, что все в порядке.

Маргрелия фыркнула, обогнула инквизитора и пошла первой. Витор хмыкнул и быстро поравнялся с ведьмой.

Перед ними тянулась старая дорога, изрезанная трещинами и корнями деревьев. По земле легкой дымкой стелился туман.

— Что ты увидела на мосту? — невзначай поинтересовался Витор, пытаясь скрыть свое беспокойство. Он не очень надеялся, что своенравная ведьма ответит.

— Какой была бы моя жизнь на темном факультете.

— И? — Светлый маг заметно напрягся. — Жалеешь, что не сложилось?

Маргрелия задумалась. Сняла с головы остроконечную шляпу — единственную деталь гардероба, сохранившую черный цвет, — покрутила ее в руках и выбросила прочь.

Витор удивленно приподнял бровь.

— Я — ведьма. Темная. Но на светлом факультете. Это уже случилось. Ни цвет формы, ни факультет не изменят моей природы. Я не хочу всю жизнь думать о том, как могло бы быть…

Витор удовлетворенно кивнул.

— А что увидел ты?

— Ничего.

— Светлый! — процедила ведьма. — Ни капли чести и совести. Я тебе рассказала.

— Но я действительно ничего не видел.

— Какое воспоминание отдал?

— Никакого.

Маргрелия остановилась и выразительно посмотрела на Витора. Он тоже остановился.

— Марго, инквизиторы не заключают сделок с нечистью! И тебе не советую. На мосту… Змей затягивал тебя в иллюзию, вытягивая твою силу. Еще немного — и ты бы уже не смогла вернуться. Хорошо, что я успел вовремя.

— Я не просила меня спасать, — ведьма снова зашагала вперед.

— А мне не требуется твоя просьба или разрешение.

— Глупо. Не спасал бы, в будущем было бы меньше работы.

— Что ты хочешь сказать?

— На одну ведьму меньше сжигать…

— Дура! — рявкнул инквизитор.

На дорогу упали гигантские игральные кости.

— Опять, — выдохнула ведьма и побежала к ним, но они исчезли. — Это какая-то игра. Мы в мире, созданном игрой! Поэтому здесь такая странная нежить, а лес будто неживой!

— У игры должны быть правила, — заметил Витор.

— И финиш! Как только достигнем конца игры, выберемся.

— Есть идеи?

Маргрелия растерялась. Понимание происходящего появилось, а вот что с этим делать…

Вдалеке послышался звук шагов. Словно десятки ног чеканили шаг в уверенном марше. Витор и Маргрелия переглянулись и, не сговариваясь, сошли с дороги и притаились в ближайших кустах. Звук становился громче. Шаги приближались.

Из-за поворота показалась армия. Точнее, отряд. Стройные ряды несуразных монстров, похожих друг на друга как две капли воды, чеканили шаг по дороге. Низкий рост, зеленая кожа, белесые глаза, острые уши. У каждого в руках была трубка, из которой он старательно выдувал сиреневый туман.

— Шишиги! — констатировал Витор, когда отряд скрылся из виду.

— Откуда столько?

— Придется проверить, — инквизитор уверенно направился по дороге туда, откуда пришел отряд.

— Уверен, что нам сюда? Если это игра, то нам не нужно ни во что вмешиваться, только достигнуть конца.

— Но мы ведь не знаем правил этой игры! Может, мы должны спасти мир?

— Светлый, — закатила глаза ведьма, — лишь бы кого спасти. Что за синдром героя?

— Не ворчи. Отряд пришел со стороны, где только что исчезли кости. Нам все равно туда.

Тумана становилось больше. Еще несколько раз мимо проходили отряды шишиг. Витор и Маргрелия каждый раз ныряли в заросли у дороги.

Дорога привела к серому забору с колючей проволокой наверху. Массивные ворота были открыты. Из них как раз выходил новый отряд.

— Не нравится мне это, — проворчала ведьма.

— Жди здесь. Я проверю.

— Вот еще, — запротестовала Маргрелия. — Я тоже пойду.

Отряд ушел прочь, а ворота так и остались открыты. Короткими перебежками инквизитор и ведьма приблизились к стене. Заглянули в ворота — никого. Осторожно пробежали внутрь и спрятались за ящиками, которых тут было раскидано немало. Неприветливой серой громадиной возвышалось трехэтажное здание. Из трубы валил дым, а внутри что-то скрипело, жужжало и хрюкало.

— Нехорошее место, — заметила ведьма. — Темное!

— Интересное заключение от темной, — хмыкнул Витор.

— Не все темные — плохие, не все светлые — хорошие. А место темное и плохое!

— Значит, сделаем хорошим! — решил Витор и приблизился к окну.

Из темного жерла страшной конструкции на движущейся ленте выезжали шишиги. Вокруг все дымило, крутилось и щелкало.

— Лаборатория, что ли? — прошептала оказавшаяся рядом с инквизитором ведьма.

— Скорее мастерская массового производства.

— И что будем делать?

— Ты, — Витор многозначительно посмотрел на ведьму, — ничего. А я остановлю это производство.

В руке инквизитора сформировался меч света. Ведьма благоразумно отошла на почтительное расстояние.

— Их много. Справишься?

Инквизитор не ответил. Дождавшись ухода очередного отряда, он ворвался в здание.

— Смотри, не выжги весь резерв, — пробормотала себе под нос Маргрелия, наблюдая за происходящим через окно.

Сначала все было неплохо. Витор одним ударом снес головы паре новых солдат.

— Хвать! — раздался откуда-то сверху громогласный крик.

Засверкали красные огни. Витор замахнулся мечом и изо всех сил ударил по движущейся ленте. Лента продолжила движение, а на том месте, где меч инквизитора коснулся металла, появились два новых шишиги.

— Травушки зеленые! — пробормотала ведьма, кусая губу.

Инквизитор быстро избавился от монстров и снова попытался уничтожить механизм. Каждый раз после его удара по железному чудовищу появлялись новые шишиги. И с каждым ударом их становилось все больше и больше.

— Эдак он точно весь резерв сожжет, — пробормотала ведьма, прилипнув носом к стеклу и пытаясь разглядеть, что происходит внутри. Нужно было что-то делать. Но в ближнем бою от ведьмы толку мало.

Монстры теснили Витора. Инквизитор умело махал мечом, но противников становилось все больше и больше.

Маргрелия порылась в поясной сумке.

Зелье быстрой удачи. Зелье повышения резерва. Зелье бодрости.

— Ох и накроет же потом откатом, — вздохнула она, опрокидывая в рот все три пузырька.

Воинственно настроенная ведьма ворвалась в здание, но ее появление никто не заметил. Монстры зажали Витора в узком проходе и активно пытались его оттуда выковырять. Размахивать мечом в ограниченном пространстве было непросто, но и враги не могли атаковать всей толпой.

Мысленно пожелав инквизитору продать свою жизнь подороже, Маргрелия опустилась на колени и поползла под движущейся лентой. У нее был план. Ведьма аккуратно обходила рычаги, перелезала через трубы, стараясь ничего не касаться. Ее интересовал большой котел в центре зала. Котлом конструкцию обозвала Маргрелия. Это был большой прямоугольный бак, от которого отходило множество труб. Сверху из бака валил пар.

«Пар — значит, зелье. А с зельем я как-нибудь совладаю», — решила она.

Где-то за спиной все еще раздавались звуки борьбы.

«Не зря он лучший на курсе», — с гордостью подумала ведьма.

Маргрелия продвигалась медленно. Несколько раз на пути возникал тупик, приходилось возвращаться и искать новый проход. Зелье удачи работало, и монстры ведьму пока не замечали.

Наконец, девушка оказалась перед котлом. Только находиться рядом было невыносимо жарко, а ведьме нужно было оказаться сверху.

Девушка осторожно обходила сложную конструкцию вокруг. За баком обнаружилась узкая железная лестница, ведущая на решетчатый помост. Из клапана ближайшей трубы вырывался черный пар, обдавая лестницу. Маргрелия замерла. Выброс пара. Пауза. Выброс пара. Сначала ведьма пыталась отсчитывать секунды, чтобы замерить продолжительность циклов работы, но быстро сбилась. Закрыла глаза. Прислушалась. Щелчок. Скрежет. Шипение. Пар. Щелчок. Скрежет. Пауза.

Дождавшись, когда клапан закроется в очередной раз, ведьма рванула вперед.

Щелчок.

Ведьма оказалась на первой ступени. Рядом появились шишиги.

Скрежет. Маргрелия торопливо взбиралась по лестнице, не обращая внимания на появляющихся монстров. Одни падали вниз и толклись у начала лестницы, другие преследовали ведьму, норовя схватить ее за ноги.

Пар.

Раздались вопли обожженных монстров. Ноги обдало жаром. Маргрелия стиснула зубы и взобралась на помост.

— Безмозглая ведьма, куда тебя понесло? — раздался снизу гневный возглас Витора.

Маргрелия не обернулась. Она стояла на металлическом помосте. Рядом один за другим появлялись шишиги. Несколько сорвались в кипящий бак. Запахло гнилыми овощами, а пар окрасился в грязно-зеленый цвет.

«Отлично! Главное — нарушить рецептуру!» — решила ведьма. Она столкнула очередного появившегося монстра. Кипящая жижа темнела, дышать было невыносимо. Но устройство продолжало работать. Ведьма вынула из поясной сумки оставшиеся пузырьки и стала швырять их в этот чудовищный котел. «Короткая память», «Взрыв разума», «Очарование», «Путы», «Помутнение рассудка», «Пелена перед глазами», «От боли в ушах», «Антипохмелин»…

Ее зелий было слишком мало, чтобы они возымели какой-то эффект в этом баке. Все, на что надеялась Маргрелия, — это изменить рецептуру. Последними в бак полетели зачарованные тушь, тени, помада и сама поясная сумка. Больше кидать было нечего.

Ведьма зажала нос рукавом и попятилась к лестнице. Вонь от котла исходила невыносимая. Глаза слезились. А от жара вся одежда была мокрой от пота.

В баке раздался подозрительно громкий «бульк», а потом какой-то треск. Конструкция завибрировала. Маргрелия не удержалась на помосте и полетела вниз.

Ведьма не успела испугаться что ее обварит паром из злополучного клапана, или что при падении она переломает кости: сильные руки поймали ее на лету и потащили прочь. Вокруг все взрывалось, искрилось и рушилось.

Ведьма крепко обхватила руками шею Витора. Рядом с грохотом рухнула труба. Зашипел пар. Инквизитор отпрыгнул в сторону, не выпуская ведьму из рук, и задел металлическое ограждение. Шишиги появились, оценили обстановку и бросились прочь.

Маргрелия чувствовала, как силы уходят. Откат. Чтоб его. Перед глазами все расплывалось. Красное от напряжения лицо Витора теряло очертания. Ведьма провела ладонью по щеке инквизитора. Пробивающаяся щетина кольнула пальцы.

— Марго, соберись! — буркнул инквизитор, ныряя в какой-то узкий проход.

За его спиной бушевало пламя.

Ведьма хихикнула. Подходящий момент для мести.

— Первый.

Она потянулась к лицу инквизитора, прильнула к его губам и потеряла сознание.

Глава 6. Игры богов

Витор споткнулся и рухнул на пол, крепко прижимая бесчувственную ведьму к себе. За спиной грянул взрыв. Сверху посыпались трубы, металлические листы, обрывки тросов, куски потолка… Инквизитор накрыл ведьму собой и зашептал:

— О, Пресветлые Боги, даруйте свою защиту!

На последнем слове молитвы вокруг вспыхнул свет. Грохот оборвался так резко, будто кто-то выключил все звуки. Под ладонями Витор почувствовал снег. Когда он поднял голову, мастерской уже не было — только горы, уходившие вершинами за облака.

— Марго, Марго! — инквизитор потряс ведьму за плечо.

— Меня зовут Маргрелия, — пробормотала девушка, не открывая глаз.

— Да. Я знаю. Конечно. Маргрелия! Открой глаза, — Витор похлопал ведьму по щекам.

Маргрелия медленно открыла глаза. Несколько раз моргнула и, глядя в небо над Витором, выдохнула:

— Тёмные Боги…

Инквизитор поднял голову. Действительно, Боги. Темные по одну сторону, Светлые — по другую. Точно такие, какими их изображают на страницах учебников и священных книг. Только большие. Очень большие. Они нависали сверху, а их тела растворялись где-то за горизонтом. Казалось, весь мир лежал у них на ладони, как настольная игра.

— Что ж, фишки на месте, — улыбнулся Бог Лжи и Обмана. — Можем начинать. Сегодня фишкой Темной стороны будет очаровательная ведьмочка Маргрелия. А фишкой Светлой стороны — молодой, но очень перспективный инквизитор Витор.

Маргрелия и Витор растерянно переглянулись и поднялись на ноги. Ведьма с трудом стояла на ногах, поэтому без колебаний приняла предложенную руку инквизитора и даже позволила ему приобнять себя, чтобы не упасть.

Бог Лжи и Обмана окинул парочку задумчивым взглядом. Прищурился и растянул губы в лисьей улыбке.

— Впрочем, это было бы слишком скучно. Все как всегда. Дамы и господа, предлагаю внести в игру немного разнообразия.

Светлые и Темные Боги оживились.

— Только в этот раз, только сегодня… — Бог Лжи и Обмана сделал театральную паузу. — Фишкой Темной стороны станет инквизитор, а Светлой — ведьма.

— О, Пресветлые Боги, — с почтительным поклоном обратился Витор к своим Богам. — Я благодарен вам за то, что услышали мою молитву и спасли нас. Я готов с честью пройти все испытания, которые вы сочтете нужным мне ниспослать. Однако Маргрелия сильно пострадала… Она слишком слаба.

Витор перевел взгляд на Тёмных Богов, не решаясь обратиться к ним напрямую. Но те оставались глухи к словам смертного.

— Было бы нечестным состязаться с ней сейчас. Ведь тогда у одной из сторон будет преимущество…

— Вы только послушайте, что говорит этот смертный, — наигранно восхитился Бог Лжи и Обмана. — Вместо того чтобы воспользоваться преимуществом перед слабым противником, он проявил благородство и пожелал честной игры! Разумеется, мы не можем оставить этот инцидент без внимания. За выдающиеся личные качества фишки Темная сторона получает десять баллов.

Темные Боги беззвучно зааплодировали. Светлые начали недовольно перешептываться.

— Однако наш инквизитор прав, — продолжил Бог Лжи. — Перед тем как фишки пересекут границу пещеры Истины, шансы необходимо уравнять. У кого-нибудь есть предложения?

Боги зашептались.

— Что это за пещера? — Витор прижал Маргрелию к себе.

— О, мой любознательный инквизитор, — осклабился Бог Лжи и Обмана. — Если вы посмотрите на горы слева и справа от вас, то увидите два абсолютно симметричных входа. Пещера Истины обнажает суть каждого, кто туда заходит. Показывает, кто он есть, чего боится, чего желает… Каждому из вас всего лишь нужно зайти через свой вход и добраться до сердца пещеры.

— Всего лишь? — с подозрением уточнил Витор.

Бог Лжи и Обмана расплылся в улыбке. По спине инквизитора поползли мурашки.

— Как будет определяться победитель? Какова награда и что станет с проигравшим? — подала голос Маргрелия.

— Милая моя, — заворковал Бог Лжи и Обмана. — Ты смотришь в суть вещей, как и полагается темной. Во время игры вам будут начисляться баллы. Впрочем, они уже начисляются, ведь вы давно в игре… Победитель покинет игру. А проигравший… Кто знает. На все воля Богов.

Долину огласил дружный хохот бессмертных. С дальней горы сошла лавина. Земля под ногами задрожала, обваливаясь в глубокую трещину. Витор и Маргрелия отскочили в разные стороны. Теперь между ними была пропасть, которая стремительно росла. Лавина приближалась. Единственным очевидным спасением оставался вход в пещеру. Ведьма и инквизитор посмотрели друг на друга в последний раз и бросились каждый к своему входу.

— Боги приняли решение, — звучал за спиной голос Бога Лжи и Обмана. — Богиня Жизни и Здоровья, восстанови силы ведьмы.

Маргрелия почувствовала, как сила возвращается, и прибавила ходу.

— Но это еще не все.

В руки ведьмы упал стеклянный шар. Она едва успела его поймать. Внутри шара крохотный Витор бежал к своему входу в пещеру.

— Теперь в руках у ведьмы жизнь инквизитора.

Витор замер и обернулся. Маргрелия подняла шар над головой.

— Если его разбить, инквизитор умрет, — продолжал инструктаж Бог Лжи и Обмана. — Его поглотит пустота. Теперь шансы на победу равны. У одной фишки есть сила, у другой — власть над чужой жизнью. Любопытно, как же наша ведьмочка распорядится этим подарком.

Маргрелия испуганно прижала шар к груди. Витор сжал губы, развернулся и шагнул в пещеру. Ведьма посмотрела в шар. Яркий силуэт светлого мага двигался в кромешной темноте. Маргрелия сглотнула, перевела дыхание и вошла в проход, предназначенный для нее.

Тьма с готовностью приняла ведьму в свои объятия, словно давно ждала свою блудную дочь. Маргрелия закрыла глаза. Прислушалась. Впереди с потолка капала вода. Тьма шуршала, поскрипывала и постанывала. Ведьма протянула руку и коснулась тьмы. Открылась. Приняла. Впитала. Магия задорно побежала по венам. Живая. Игривая. Она звала играть. Шалить. Буйствовать.

Маргрелия открыла глаза. Теперь она могла видеть. Она была тьмой. Уверенно застучали каблучки по каменной галерее. Ведьма взглянула в стеклянный шар. Инквизитор тоже не растерялся: освещал путь мечом света. На сердце стало спокойнее.

Коридор закончился развилкой. Три узких, одинаково непривлекательных прохода приглашали войти. Даже вывески сверху имелись: «Направо пойдешь — далеко не уйдешь, налево пойдешь — ничего не найдешь, прямо пойдешь — никого не спасешь».

Маргрелия сделала неуверенный шаг к центральному проходу. Остановилась. Заглянула в шар. Инквизитор выбрал прямой путь. Если последовать за ним, не придется ли его спасать?

Ведьма еще раз перечитала надпись. Повертела в руках шар. Теплый. Шар в руках был теплым. Маргрелия свернула в левый проход.

Тропа повела ее вниз. Спуск становился все круче. Хрупкий шар в руке мешал ухватиться за стену. Ведьма постоянно прижимала его к груди. Проход становился все уже. Маргрелия уже не пыталась держаться за стены. Теперь ей с трудом удавалось протискиваться вперед.

Вода, капавшая с потолка, собралась в быстрый ручей. Пол стал мокрым и скользким.

Шаг. Нога предательски поехала вперед. Маргрелия всплеснула руками. Шар вылетел из рук. Девушка вскрикнула. Она не смотрела, куда падает. Не пыталась сгруппироваться. Не отреагировала на болезненный удар спиной и затылком. Форма трещала, цепляясь за острые выступы. Крутой спуск увлекал ведьму вниз. Ее внимание было приковано к падающему шару. Поймать! Она тянула руки.

— Тёмные Боги, — сорвалось с губ.

Шар коснулся ладоней.

Поймала!

Маргрелия выдохнула. Прижала к груди.

— Благодарю.

Вместе с шаром вернулась боль: заныла спина, саднили исцарапанные о камни руки и ноги. Крутой спуск продолжал волочить тело ведьмы, словно какая-то волшебная сила не давала ей остановиться.

— Только бы не разбить, — Маргрелия свернулась, обхватив руками шар.

Все закончилось внезапно. Еще секунду назад она всем телом ощущала твердую горную породу — и вдруг не стало ничего. Зияющая пустота, наполненная тьмой.

Маргрелия огляделась и не увидела ничего, кроме пустоты. Ведьма заглянула в шар. Маленькой фигурки инквизитора больше не было видно. Только темнота.

— Нет! — Ведьма потрясла шар. — Пожалуйста!

Она подышала на стекло. Потерла его об юбку. Ничего. Она прижала шар к губам.

— Что скажете, дамы и господа? — зазвенел в пустоте голос Бога Лжи и Обмана. — Ведьма выбрала ничего не найти и обрела пустоту, как того хотела.

— Я не хотела пустоты! — крикнула Маргрелия.

— Но ты выбрала путь, который обещал тебе ничего не найти, — отозвался Бог.

— Я не хотела оказаться в ситуации, когда не смогу его спасти, — сказала она и прижала шар к груди.

— А ведь она его спасла. Это так по-светлому, — откликнулся нежный женский голос.

— Она выбрала путь, где не должна была никого спасать и ничего искать. Это по-темному, — прошелестел другой голос.

— Таким образом, Светлая сторона получает за это испытание десять баллов! — объявил Бог Лжи и Обмана.

Пустота отпустила. Ведьму плавно опустили на пол пещеры. Она все еще была во тьме, но могла видеть сквозь нее. Маргрелия посмотрела в шар.

Там снова появился Витор. Он размахивал световым мечом, пытаясь помочь каким-то изможденным людям, прикованным к стенам. Их рты открывались, но ведьма не слышала, о чем они говорили. Стонали от боли? Молили о помощи? Все попытки инквизитора освободить несчастных были тщетны. Световой меч проходил сквозь цепи, пальцы — сквозь кандалы. Он не мог коснуться ни металла, ни пленников.

Маргрелия видела, как Витор опустил меч. Его плечи поникли. Опустив голову, он побрел прочь из этого грота. На выходе инквизитор оглянулся на пленников. Те продолжали открывать рты. Витор постоял немного, будто ждал подсказки. А после тяжело вздохнул и ушел.

— Вы видели? Видели? Инквизитор только что бросил несчастных в беде, отказавшись от дальнейших попыток им помочь! — заверещал Бог Лжи и Обмана.

— По-темному, — одобрительно пробасил мужской голос.

— Это было сложное решение, — возразил другой голос. — Он понял, что они страдают только ради его испытания, поэтому принял решение уйти, чтобы закончить их муки. Это светлый выбор!

— Темная сторона получает десять баллов! — возвестил Бог Лжи и Обмана.

Маргрелия выдохнула и отвлеклась от шара. Огляделась по сторонам в поисках прохода и скоро его нашла. Коридор вывел в просторную залу, залитую светом. Ведьма сначала даже зажмурилась.

Свет исходил от родника, бившего из земли. Маргрелия осторожно приблизилась.

— Не бойся, дитя! — прозвучал женский голос, чистый, как песня соловья. — Священный родник не причинит тебе вреда. Омойся водой из родника. Она очистит тебя от скверны. Твоя душа полна света!

Маргрелия нахмурилась. Уж чего-чего, а скверны в себе она не ощущала. Ведьма принимала свою тьму и любила ее.

Девушка заглянула в шар. Витор стоял в темной зале и протягивал руку к клинку, сотканному из самой тьмы. Его собственный световой меч потускнел.

— Ему нужнее! — решила Маргрелия и сунула шар в воду священного родника.

Раздалось странное шипение. Девушка отдернула руки с шаром. Инквизитор в шаре замер. Его меч засиял светом еще ярче, чем прежде. Витор отступил от клинка тьмы.

— Вы все — свидетели, — закричал Бог Лжи и Обмана. — Ведьма выбрала тьму!

— Она отдала дар тому, кому нужнее. Это светлый поступок, — возразил певучий голос.

— Светлая сторона получает десять баллов, — смирился с доводами Бог Лжи и Обмана.

Маргрелия направилась к следующему проходу.

Где-то вдалеке Темной стороне присудили десять баллов за то, что Витор выбрал свет, воспользовавшись чужим подарком.

В новой зале были зеркала. Много зеркал. В каждом из них Витор убивал Маргрелию. В одном сжигал ее на костре, в другом пронзал мечом, в третьем отрубал голову… Ведьма попятилась. Руки задрожали.

— В твоих руках его жизнь, — прошептал на ухо Бог Лжи и Обмана. — Ты можешь избежать такой судьбы!

Маргрелия замотала головой. Заглянула в шар. Витор тоже стоял среди зеркал, которые показывали, как он уничтожает ведьму.

— Витор! — закричала Маргрелия и побежала вперед.

Чем глубже она заходила в зеркальный лабиринт, тем страшнее картинки показывали зеркала.

— Марго! — раздалось впереди.

Ведьма улыбнулась. Кто бы мог подумать, что она будет рада услышать это сокращение.

Витор неожиданно выскочил в проход — взъерошенный, какой-то другой. Он смотрел в другую сторону. Маргрелия смотрела на него сзади и не могла произнести ни слова. По щекам скользили слезы. Он обернулся. Заметил ее. Рванул к ней. Замер в одном шаге.

— У него больше баллов! — прошептал Бог Лжи и Обмана. — Ты можешь победить!

Маргрелия улыбнулась и протянула Витору стеклянный шар. Кто, если не он, должен быть хозяином его жизни?

Глава 7. Конец игры

Витор протянул руку. Принял шар. Тишина взорвалась голосами Богов. Инквизитор улыбнулся Маргрелии и разжал пальцы.

— Нет!

Шар коснулся каменного пола. Брызнул тысячей осколков. Вырвавшаяся пустота вцепилась в ноги инквизитора.

— Дурак!

Маргрелия потянулась к поясной сумке. Вспомнила, что ничего не осталось. Испуганно посмотрела на инквизитора. Витор грустно улыбался. Его ноги исчезли уже до колен.

— Не смей!

Ведьма затрясла головой.

— Не смей исчезать! Я еще не отомстила!

— Мсти, пока есть возможность. Я уйду счастливым.

— Дурак! — Ведьма шагнула к инквизитору.

Пустота коснулась ног Маргрелии.

— Повторяешься, — он провел рукой по ее волосам.

Его тело исчезло уже по пояс.

— Не оставляй меня здесь одну!

— Ты — победитель этой игры. Они вернут тебя обратно. Станешь первой ведьмой, закончившей светлый факультет.

— Что мне там делать без тебя?

— Дай ребятам шанс. Они неплохие. Уверен, вы подружитесь.

Маргрелия всхлипнула.

— Эй, это запрещенный прием! — Витор смахнул слезинку с ее щеки.

Ведьма кусала губы. Глаза слезились. На щеках вдруг проступил румянец. Она обхватила его лицо руками. Встала на носочки и поцеловала. По-настоящему. Его руки сомкнулись на ее талии. Сердце бешено стучало. Он исчез с улыбкой.

— Зачем? — спросил Бог Лжи и Обмана.

— Мы вам не игрушки!

— А могла бы жить.

Ведьма расхохоталась, исчезая в пустоте.

***

Около свежей ямы лежали двое. Женщина склонилась над бесчувственными студентами. Проверила дыхание. Активировала перенос в больничное крыло.

— Не слишком мы с ними, профессор?

— В самый раз, — по-лисьи усмехнулся мужчина. — На моем факультете травли не будет.

Он закрыл старую коробку крышкой.

— Эта игра еще не подводила.

— В прошлый раз она закончилась свадьбой. — Женщина покачала головой.

— Жалеешь, что вышла за меня?

— Только во время игр, профессор.

Из коробки донесся глухой гудок паровоза.