Хроники Леса. Восхождение Винеамина. Pyre Raven.

Пролог

Хруст веток разорвал тишину ночи. Фенёк резко обернулся — и увидел ТЕНЬ. Сердце ухнуло, и он со всех ног бросился прочь. Страх пронизывал каждую его клетку тела, ведь он увидел самого опасного зверя, которого можно было увидеть в засаде. Идя напролом, он с громким хлопком упал на поляну, споткнувшись о корень дерева.

— Ай! Больно! — воскликнул Фенёк, — Хренов корень, — продолжил было он.

Но тут, он услышал скрежет метала на другом конце поляны.

— Поглядите-ка, кого ко мне занесло! Очередной… ящер, жертва или бездыханное тело… — иронично проговорил зловещий голос. И добавил: — Ну привет заблудшая душа и как это тебя угораздило сюда попасть а?

Фенёк приподнялся, опёрся на колени и в недоумении взглянул на зловещую фигуру. Бело-серая шерсть вздымалась и опадала вместе с грудью от быстрого и тяжелого дыхания, а коричневые глаза были переполнены страхом

— ВИНЕРИН?! — взвыл Фенёк, — Ты с ума сошёл так пугать?!

В ответ раздался лишь хриплый, злорадный смех.

— Ха-ха, какой же ты удивительно-пугливый! Испугался МОЕЙ обители в лесу, так еще и ко мне претензии свои подкидываешь! Ишь какой! — запричитал Винерин.

Сердце билось так яростно, что казалось — оно вот-вот оглушит своего хозяина. Окончательно встав, Фенёк оперся на удобно выросшее, позади него дерево и перевёл дыхание под пристальным взглядом владельца поляны.

— Прости, Вини, не признал тебя. За мной была погоня и вот я… оказался тут.

— Ясно… А кто за тобой бежал? — сказал Винерин, тихонько доставая свою пику.

— Ну-у… Этот… как его… страшный такой, зверь один.

— Знал бы ты, как мало ты даешь сейчас информации… — выдохнул Винерин, — Ладно, давай поговорим иначе. Разумный, неразумный, монстр из чащи или может ящер какой. Высокий или низкий? Мне нужно больше информации.

— Э… ну… он… Большой такой был. Я не видел его полностью, но его тень была просто кошмаром!

Фенёк нервно смотрел по сторонам. Видно было что глаза его еще не успели привыкнуть к свету от факела. Он жмурился и в спешке решил повернуться спиной к огню. Из тьмы чащи доносился лишь ночной ветер и шорох листвы. Не то чтобы он ощущал беспокойство, но тот факт, что преследователь так быстро отстал его напрягал дальше больше этой поляны.

В какой-то момент до ушей фенька начали доноситься шорохи. Они ставали все громче и ближе. Он нервно достал своё оружие и встал в боевую стойку. Он не смотрел назад, ибо верил, что Винерин тоже успел насторожиться.

Казалось еще пара секунд и враг будет лицо к лицу с Феньком. Тот сжал покрепче свое оружие и ждал первого выпада что бы увернутся, но тут! Странная тень влетела Феньку прямо в грудь после чего они оба покатились к центру поляны. Через секунду поляна наполнилась смехом и Феньку на глаза попалась морда Винерина который с озорными искрами в глазницах наблюдал эту картину.

— Какого хрена ты тут стоишь и ржешь, а не помо…

Винерин резко перебил:

— Открой глаза пошире, дурень!

Фенёк посмотрел на того кто в него врезался и ошалел от того что увидел.

— МУРКОТ?! Черт бы тебя побрал за такие шутки.

Быстро выбравшись из-под завала он отряхнулся и дал шутнику по роже. Последнему это явно не пришлось по вкусу и у них начался спор. Винерин, что первое время наблюдал за перепалкой сначала смеялся, а потом взял всё своё снаряжение и юркнул под покров ночного леса… .

Глава 1

Лидер стаи по имени Лина в очередной раз проводила собрание в нашей Крепости. Ее белая шерсть ярко сверкала на фоне залитого солнцем окна, глаза горели решимостью и уверенностью. Она смотрела на нас ожидая поддержку как в своих верных помощниках. Её уши подергивались от напряжения, а черный нос блестел дополняя и без того красивую мордашку.

Наши собрания всегда были закрытыми. Оно предназначалось только для тех, кто носил звание Старшего клинка. А быть Старшим — это вовсе не про медаль и умный вид. Это куча обязанностей и огромная ответственность перед Лидером и всей стаей в целом. Не то чтобы эта “прибавка” сильно напрягала меня, но это всё равно могло часто отвлекать меня от любимых занятий. Например, охоты и обработки.

Я оглянулся, провёл лапой по морде и понял, что во время собрания умудрился покемарить. Мне даже приснился странный сон — ещё и от лица Фенька… — Сколько всего я успел пропустить? — задался было я вопросом.

Тайно зевнув я сел ровнее и начал вслушиваться в слова Лидера. Скучно, душно — но я обязан быть здесь и делать свою работу.

На заднем фоне сидели Муркот и Фенёк — душа и юмор нашей стаи, лучшие друзья. Муркот — Мастер клинка, в котором соединились сила и азарт леса. Его густая шерсть золотистого оттенка мягко переливается в свете, а в глубине его глаз всегда остается серьезность и внимательность, словно он всегда настороже. Он был одет в простые, но прочные доспехи, украшенные узорами, похожими на линии ветвей, и свежие листья, что он носит как знак своей связи с природой и чащей. В нём никогда не было напускной величественности. Он никогда не пытался стать выше кого-то. Рядом с ним легко обрести чувство защиты и веры, что он не позволит злу разрушить гармонию леса. Фенёк же в свою очередь — был милым забавным зверем с длинными ушами. Его огромные янтарные глаза так и излучали доброту и радость. Дух Инари одарила его прекрасным внешним видом, а еще дополнила его внешний вид красивым пепельным окрасом. Фенёк же решил не упускать красоту своего внешнего вида и дополнил это красивым плащом серого цвета с узорами цвета его глаз и вышивкой. Сам же плащ застегнут разного рода ремнями, медальонами, перьями. В итоге своими лапками он сумел создать образ пушистого и трогательного героя стаи.

И как обычно эти двое что-то выясняют, слов не слышно, только движения их лиц. Один размахивает лапами, второй кивает, но видно — спорит, не соглашается. То один наклоняется вперёд, то другой отклоняется назад, скрещивает лапы на груди, будто отгородился. Лица напряжённые, губы шевелятся быстро. Похоже, каждый старается доказать своё. Даже без слов понятно — у них спор, и ни один не хочет уступа. В общем, вполне привычная для глаз ситуация.

Поодаль от них сидел Енотя — енот со спокойным нравом и ясным взглядом, в котором читается мудрость вековых дубов. Его густая шерсть, мягко подсвеченная солнечными лучами, и благородный наряд, украшенный узорами и драгоценными застежками, придают ему вид стража, которому доверяют без сомнений. Он не ищет славы и не стремится к лишним словам, предпочитая тишину делам, а решения — справедливости. Сразу видно образ достойного заместителя Лидера.

В стае Енотя в основном стоит особняком: он не предводитель и не герой, но именно его присутствие дарит ощущение порядка и уверенности. Его спокойствие уравновешивает пыл молодых и удерживает общину от распрей. Он — тот, кто первым встанет на защиту, если появится угроза, но сделает это без гнева, словно исполняя долг, вшитый в саму его сущность.

Во время собрания Енотя то и дело занимается всякими важными делами — просматривает отчеты, которые мы подготовили и изредка, задаёт вопросы, шикает на нашу шумную пару, что никак не может успокоится.

Фарт же в свою очередь слушал всего лишь на пол уха. Сразу видно кому тут интересно. Выглядит он как енот с пушистой, густой шерстью и вредным блеском в глазах. Его морда выражает безразличие и нежелание тут находится, но за этой маской кроется внимательность и готовность к действию. Одет он в удобный походный наряд: зелёный плащ, перевязи с ремнями и небольшие украшения, которые выглядят скорее как обереги. Всё в его облике говорит о том, что перед нами верный Старший клинок стаи, которому привычна жизнь среди лесных троп. До определенного момента Фарт был самым сильным воином в наших рядах, пока в стаю не вступил Фокс. Тем не менее Фарт - один из самых первых членов стаи, что все еще почетно.

Несмотря на тот небольшой балаган, что тут происходит Лидер продолжала:

— На днях мне снова придется отлучиться по делам. А это значит, что вы будете некоторое время одни. И не дай Нокс вы развалите мне мою стаю. Я с каждого шкурки по спускаю!

Смех из моего горла вырвался сам собой. «Хорошо что удалось его частично подавить» — подумал я. Енотя же почти сразу вонзил в меня свой взгляд и смотрел уже как хищник на жертву, но решил промолчать. Зато Лидер молчать не захотела.

— Даже твоя морда не уцелеет, Вини! — хищно сверкнула глазами Лина. В ответ получив от меня лишь хитрую улыбку до ушей и азартный огонек в глазах. Несмотря на такую дерзость с моей стороны она продолжала:

— Так или иначе, каждому положено своё задание! Енотя — ты остаешься за старшего и следишь за нашим мини цирком, про тетрадку я не шутила, не дай Нокс кто-то не будет тебя слушаться, бей нещадно, если будут спорить, оставлю тебе на почте письмо с разрешением! — проговорила она с улыбкой на лице и продолжила, — Фенёк, так как тебе стало скучно, на тебе в этот раз строительство, знакомых у тебя много, разберешься, ресурсы если что запросите в Триумвирате или купите на крайний случай. Сейчас у тебя перед мордой список того, что от тебя требуется сделать. — Лина ловким движением лапы переместила конверт прямо к лицу Фенька. И перевела взгляд на рядом сидящего Муркота, — ты теперь живешь в лесу и рубишь деревья, строить надо много, а дерева у нас крайне мало, так что бери себя в лапки и по возможности попинай всех дровосеков в стае. — получив в ответ кивок, Лидер продолжила: — Фарт, ты скорее приходи в чувства и возвращайся к роли главного кузнеца, проверь инвентарь по стае и разгребли мусор из хранилища в кой-то веке и пожалуйста разберись что там с Тимом происходит в кузнечных делах.

И вот ее взгляд теперь пристально был направлен ко мне. Серьезность в ее взгляде меня напрягала, но увы, делать было нечего. Так что я посмотрел Лидеру в глаза и спросил:

— И что на этот раз? — начал было я.

— Вини. — серьезным тоном продолжила она, — прошерсти рынок и найди нам нишу для торговли, хоть на рынке, хоть с кем-то конкретным, все идеи выкладывай другим старшим и обсуждайте вместе, решающие голоса, как обычно, за Енотей и Фартом. И… . — она вздохнула, — будь душкой, ради Бога.

— Дорогая Нуна, я готов взять своё первое задание!

С краю нашего стола сидел Валентайн или как мы его зовём — Вал. Сидел он уверенно и ярко. Его густая шерсть с тигровым окрасом дополняла его желтые глаза. Обосабливала эту картину красная накидка с белошерстной окантовкой. На груди у него висел амулет золотой. Вал совсем недавно занял пост старшего. Несмотря на то что он довольно давно был участником нашей гильдии, он получил тяжелую травму и не появлялся у нас практически год. Не так давно он вернулся и Лина, по старой традиции нарекла его старшим. Это собрание для него фактически было первым. Забавно было наблюдать за его глазами, что с восхищением бегали туда-сюда. Все же подобное даже для меня стало обычным делом. Жаль другие давние товарищи так не смогут вернуться. Разве что один остался, что до сих пор борется за свою жизнь… .

Просматривая какая-то бумаги собранные вокруг Лидера, она сначала задумалась, а потом перевела взгляд на Вала такие слова:

— Будешь помогать Еноте. Наводить порядок в чате и так далее. Заходи почаще, смотри чтобы все себя хорошо вели и слушались, так же нужно смотреть чтобы все работали, со строительством ресурсов станет маловато, надо поднажать, заодно втянешься в новую должность. — Они с хищной улыбкой посмотрела на Вала и осмотрела всех в зале. — На этом собрание я объявляю закрытым. У кого есть вопросы задавайте. Если же таковых нет — идите.

Выйдя из душной во всех смыслах и понятиях комнаты я решил направиться по коридору в Центральный зал. Одно из немногих мест где у нас есть музыкальные инструменты, а точнее — рояль. Прохладный ветер позволял насладиться каждым шагом. В такую жаркую пору — самое то.

Спустя какое-то время я добрался до места назначения. Осмотрел дверь и с легкостью ворвался внутрь. На мои глаза сразу попался огромный, черный рояль, что стоял в углу комнаты. Набрав воздуха в грудь и выдохнув, я сел за инструмент и размял каждый палец на лапе. На улице уже понемногу темнело, ведь солнце практически скрылось за горизонтом.

Это было лучшее время суток. После тяжёлого дня и удачной охоты душа жаждала раствориться в музыке и коснуться каждой ноты.

Пришедшая в этот зал вечерняя прохлада, как одеяло укрыло меня от жарких дней. Открытые окна позволяли звукам природы заполнять комнату. И долго не медля я решил опять попрактиковаться в игре на этом музыкальном чуде.

Сев за рояль я начал осматривать каждую клавишу. Прислушавшись к порывам ветра и листве, выбор композиции, казалось было уже предрешен. Я окунаясь в творческий пляс играл не для других. Моя душа при каждом звуке сама бросалась в танец, а сердце так и норовило выскочить из груди и приблизится, стать поближе к струнам.

Вокруг меня пропало все. Лишь рояль, музыка и природный аккомпанемент наполняли пространство вокруг. За моей спиной вдруг раздались звуки шагов, и быстрые, и тихие. В отражении на инструменте, я увидел серую мордочку в облачении горничной, но мне уже было наплевать, ибо я уже полностью отдался игре…

Пальцы скользили по клавишам, словно по прохладной воде: то мягко, то резко. Чёрные и белые полосы мелькали, как череда мгновений, и каждая нота наполняла воздух дрожащей вибрацией. Плечи едва заметно покачиваются, дыхание сливается с ритмом, и кажется, что музыка рождается не из дерева и струн, а из самого сердца. Внутри — тихое напряжение, как перед исповедью, а снаружи — текучесть и свобода, будто руки давно уже знают историю, которую рассказывает мелодия, и лишь позволяют ей звучать во всей красоте звука.

И вот, подошла к концу мелодия. В воздухе завис последний аккорд, что мало-помалу растворялся в пространстве. Одно дуновение ветра и комната погрузилась в тишину. Вслед за этим последовал звук от крышки, которую я только что закрыл. Позади меня же раздались шаги, но в этот раз видимо кто-то уже убегал от меня. Вздохнув я встал, размялся, взял свои вещи и пошел по направлению к своему домой.

Выйдя из гильдии я заметил, что вход был убран и приведен в порядок. Видимо кто-то из новеньких постарался… или Лидер? Я осмотрелся. В гильдии свет горел лишь в паре окон. Наверное это Енотя решает насущные пробелы или кто-то пытается расслабиться поздней ночью. Посмотрев на прекрасную для моих глаз Луну, что возвышалась надо мной я двинулся дальше…

Тьма уже успела накрыть лес, что простирался во все стороны. Стрекотание сверчков наполняло пространство вокруг меня. В какой-то момент это гудение стало раздаваться в моих ушах мешая сканировать пространство на наличие потенциальной опасности. Несмотря на это, я шел по тропе. В руке у меня был только гарпун и сумка. Больше мне ничего не было нужно. Так вот повезло что каждый рысь при рождении получает особый дар — ночное зрение. Так что во тьме леса мне не были страшны ни другие звери, ни монстры. Через несколько минут я добрался до окраины города стены которого возвышались над местными просторами. Сверху, на стене мелькали огни. Судя по всему это стража патрулировала окраины города. Само же поселение носило гордое название — “Изумрудный Холм”. Оно и не удивительно. Каждый день где-то ближе к полудню это место начинает сверкать ярко-зеленым, озаряя светом даже воду.

Проходя последний квартал я шел к своему любимому Богатому дому. Зайдя внутрь я первым делом зажег лампы и свечи. Тусклый свет начал освещать одну комнату за другой. Разложив все вещи по местам я приготовил экипировку к завтрашнему походу на охоту. Хочу я или нет, надо было снабжать гильдию шкурами, а точнее кожей. Не просто же так я ношу почетное звание Главного охотника Триумвирата. Ночь была спокойной. Пара мгновений и я провалился в глубокий сон.

Солнце выглядывало из-за горизонта,, прославляя это утро своими лучами. Птицы пели и летали в небесах, благословляя этот день. Доедая последнюю плотву, я собрался с мыслями и начал проверять своё снаряжение. Всё было при мне. Расправив плечи, я вышел из города и побежал к опушке леса. Мне нужно было как можно быстрее добраться до моей излюбленной поляны, которая станет моей перевалочной базой на ближайшие эдак вылазок 10 или 20. Путь к ней был не очень долгим. Я рванул вперёд, и лес распахнулся мне навстречу. Ветки гнулись, словно провожая, листья шептали под порывами ветра. Лучи солнца пробивались сквозь кроны — золотые ленты резали тень, и казалось, что я бегу по самой ткани света. Под лапами упруго пружинил мох, пахло сыростью и хвойной смолой. Каждый вдох был как глоток холодной росы, каждый шаг — удар сердца в унисон с пением птиц. Лес жил. Он дышал, он бежал рядом со мной.

Вскоре я добрался до тихой, тайной поляны, скрытой от чужих глаз. Она словно ждала меня: трава здесь была гуще и мягче, чем на тропах, блестела каплями росы, а по краям стояли древние дубы, замыкая круг и пряча пространство под своим зелёным сводом. Воздух был густой, тёплый, наполненный запахом цветущих трав и влажной земли. В этой тишине звуки леса будто стихли — даже птицы не осмеливались нарушить покой. Спрятав здесь запасы провизии я отправился еще глубже. Так уж сложилось что в этой части леса не водились монстры наподобие Акари и прочих. Скорее всего это было связано с тем, что это место было территорией ящеров.

Пройдя еще километр я начал вслушиваться в окружающие меня звуки. Своим метким зором и острым слухом я нашел первую жертву. В руки сразу попал мой гарпун — искусное оружие охоты. Рванув вперед я как мышь пробирался сквозь все препятствия на пути. Между мной и ящером, предположительно крокозавром, оставались считанные метры. Набрав побольше воздуха в грудь и встав в стойку я ждал. К счастью я подошел к жертве с подветренной стороны, а это значит, что как бы он не хотел, ему не удастся меня учуять, ведь сейчас сама природа на моей стороне. Зажав в лапах гарпун покрепче я начал целится. И словно по движению руки он повернулся головой в мою сторону. Время замедлилось, биение сердца участилось начиная шуметь в моих ушах. ФЫТЬ! Гарпун попал точно в цель! Идеальное попадание прямо в глаз крокозавра! Как и всегда это попадание было отличным. Подойдя к телу, я присел на одно колено и достал из рюкзака свой старый добрый нож. Пальцы ощутили упругую прохладу чешуи, шероховатые ребристые линии, натянутые на кости.

Аккуратно вынув из тела ящера свой титановый гарпун я принялся свежевать свою добычу. Я уложил ящерицу на плоский камень, придерживая её за голову. Острие ножа легко вошло в мягкую ткань у основания брюшка, и я аккуратно повёл лезвие вверх, разрезая кожу тонкой, ровной линией. Под пальцами ощущалась упругая, влажная гладь внутренних тканей. Я поддевал край кожи кончиком ножа и пальцами, тянул её назад, медленно отделяя от мяса, чувствуя, как она отходит рывками, цепляясь за сухожилия и тонкие перепонки. Лезвие приходилось время от времени подводить под прилипшие участки, чтобы срезать их, пока вся шкурка, тёмная и шершаво-холодная, не осталась в руках цельной, длинной и толстой.

Аккуратно свернув кожу я положил её себе в рюкзак и отправился дальше. Следующий ящер не заставил меня долго его искать. В этот раз это была саламандра, что неспешно лазила вокруг лужи. Как обычно я встал в кустах с подветренной стороны. Пара мгновений и одним ловким и метким ударом гарпуна я лишил его жизни. Его пустое тело упало подле моих лап.

Проведя ту же процедуру, я держал в своих руках еще одну превосходную кожу пятого тира. Сложив её к себе в рюкзак я побежал дальше. Время шло, снятых шкур стало все больше. Вот уже и пустой желудок давал о себе знать. Проходя сквозь лесные заросли я добрался до своей поляны. Разжег костер и начал жарить собранное в ходе охоты мясо. Свежие шкуры висели на ветвях и понемногу сушились. Достав немного рыбы из припасов я добавил ее в свой рацион. Отличный выдался сегодня день. Прекрасное начало! Подкрепившись мясом я завернул часть с собой и принялся укладываться спать. Вывесив гамак между стволами деревьев я умостился и начал засыпать. Я не боялся спать один, ведь мои уши всегда были настороже, да и всегда под рукой у меня был моё верное оружие…

Сладко зевнув я потянулся приведя в тонус все мышцы тела. Солнечные лучи начали пробиваться сквозь листву деревьев. Настала пора открывать второй день охоты. Собравшись с мыслями я умылся утренней росой и взял в руки гарпун на котором виднелись пятна крови и надел на спину свой рюкзак. После этого я поснимал все шкуры, что уже успели подсушиться и спрятал их на поляне. Собравшись с мыслями я двинулся дальше. Глубже в чащу.

Лес был тих и тёмный, будто ждал чего-то. Лапы шли по мягкой земле, раздвигая мокрый папоротник, нос искал следы ящера. Его следы на земле хорошо виднелись на землях леса. В воздухе стоял запах сырой травы и старой листвы, перемешанный с чем-то тяжёлым и незнакомым.

Вдруг впереди мелькнула темная тень. Всё вокруг стихло: не пели птицы, не шуршали ветви. Лишь лёгкий звук — будто что-то скользнуло по земле. В такие минуты охота казалась не просто делом или долгом перед стаей, а древней игрой леса, где мы и он — две стороны одной луны. Вскоре я отследил жертву. Его чешуя блестела в полумраке, как покрытая инеем броня, а глаза сверкали янтарем, в котором плескался холодный свет. Лес снова ожил — где-то хрустнула ветка, в вышине взмыла вверх птица. Василиск важно уплетал какую-то добычу, почти не обращая внимание на посторонние звуки. Но в этот раз охотник станет жертвой, моей жертвой. Метнув гарпун в свою цель я поразил её прямо в глаз. Не повезло ему, что я так рано начинаю охоту. Мёртвый василиск казался странно легким для своего размера. Под ладонями его чешуя была холодной и сухой, но не жёсткой — отдельные пластины пружинили, будто под ними еще жила память о движении. Хвост был твёрдый, словно высеченный из дерева, а гребень на затылке крошился под пальцами моих лап, как старый высохший мох.

Закончив с этой тушкой я продолжал свою охоту. К концу дня сумка давала о себе знать. На траве у костра лежало несколько десятков шкур — слегка тёплые, ещё пахнущие сыростью леса и пряной, металлической нотой крови. Солнце пробивалось сквозь кроны, скользило по ним золотыми бликами, и казалось, что эти чешуйчатые трофеи тихо шепчут свои истории. В руках еще дрожала усталость, но в груди стояло чувство, победы, утолённого азарта.

Ближе к полудню лес казался особенно живым и напряженным — каждый шорох отзывался эхом в душе. Следы ящеров вели меня всё глубже в чащу, пока передо мной не возникла целая группа — пять крупных гекконов, собравшихся у старого поваленного дерева. Они словно знали меня и готовились дать отпор. Я остановился, затаив дыхание, изучая их движения: мощные хвосты, блестящая чешуя, глаза, пульсирующие холодным огнём. Эти особи были по больше своих сородичей. — «Прекрасный будет улов» — возникло у меня в голове. Я решил действовать быстро — поднял гарпун и метнул его в ближайшего, но ящер успел увернуться, и моё оружие врезалось в дерево. Раздался глухой рык, и ящеры начали медленно приближаться, словно призывая меня к смертельной игре. Я отбросил страх и перешёл в наступление, стараясь использовать каждый скрытый уголок, чтобы оставаться вне досягаемости их зубов и когтей. Каждый бросок гарпуна был точным, но звери не сдавались — их кожа была толстой и крепкой, а движения — быстрыми и хищными. Один из них попытался обрушить на меня свой могучий хвост, и я едва успел отскочить, почувствовав, как ветер с силой прошёл рядом. Бой тянулся бесконечно, каждый миг был на грани жизни и смерти. Трое ящеров пали от гарпуна, четвёртый скрылся в чаще — я не стал рисковать и гнаться за ним. Пятый пал от кровопотери. Я тяжело дышал, чувствуя, как лес наблюдает за мной, словно признавая мой дух и волю к победе. Этот день оказался опаснее прочих

Вылазка оказалась особенно тяжелой для меня. Проведя все время за охотой мне удалось одолеть помимо ранее упомянутых еще три ящера. Мышцы были перенапряжены и давали о себе знать при каждом шаге, каждом движении. Повезло мне однако, что они один из ящеров не смог меня зацепить. Укус их челюстей был настолько сильным, что мог бы мне за просто повалить меня на землю не давая двигаться.

Новые вылазки стали настоящим испытанием для моей выносливости. Лес оставался живым, но ящеры стали осторожнее, будто чувствовали угрозу. Приходилось искать малейшие следы — сломанные веточки, запах, тень на траве. Охота превратилась в игру света и тени. Несмотря на это, десяток, другой шкур я таки смог спрятать на поляне. Лес казался одновременно строгим судьёй и таинственным союзником, заставляя меня быть внимательным и уважать его законы.

Так завершился мой день охоты. Лес не прощал ошибок, но награда доставалась тем, кто умел выжидать и бить без промаха. Каждая схваченная шкура была не только добычей, но и доказательством силы стаи. Я охотился не ради себя — ради тех, кто ждёт меня у костра. В этом и был мой долг: быть когтем и клыком стаи, чтобы она жила и крепла.