Драконий праздничек

Глава 1

— Снеж, ты поправила сценарий? — Изабелла просовывает свой любопытный нос в зазор двери моего кабинета. Комнатушка мгновенно заполняется приторным запахом ее духов. Вишня и до тошноты сладкая ваниль.

— Давно уже скинула Васнецовой, — грубее, чем нужно сообщаю я немного охрипшим голосом.

Ничего себе! Два часа перед компом просидела, да еще и без единого глотка воды. Странно, что я вообще не басю, как медведь.

Чуть запрокидываю голову, вытягивая затекшие мышцы. Очень хочется снова остаться тишине, поэтому с рывком я поднимаюсь на ноги и подхожу к кулеру. Нарочно громко завариваю себе чай, шурша обертками от конфет, однако настырная коллега намеков не понимает.

— А мне чего не сказала?

— Тебе? С чего бы вдруг? — Ухмыляюсь, мельком взглянув на нее. — Вышел приказ, и ты теперь мой руководитель? Если нет, то из коридора дует, дверь закрой, пожалуйста, как будешь уходить.

Белла понимает, что перегнула и тут же тушуется, ретируясь к себе.

То, что я показала ей два предложения из своего супер-сценария, а она, озвучив их на планерке, приписала к своему авторству и собрала похвалу от руководства видимо вселило в нее ощущение незаменимого сотрудника. А я, по доброте душевной, не стала уличать ее в воровстве. Теперь обнаглевшая девица видимо решила пойти дальше? Да вигвам ей!

После отправки сценария подчищаю все файлы с рабочего ноутбука и копирую их себе на флешку, рукописные записки впихиваю в сумку, чтобы ни бумажечки не осталось на виду.

Где-то через полчаса раздается долгожданный звонок.

— Снежана, твой сценарий новогоднего шоу-корпоратива для «Ладон Индастри» просто волшебный! Но ставить и контролировать будешь лично, под свою ответственность, — щебечет сладкой патокой моя начальница, а я, довольно щурясь, конечно же, соглашаюсь. В предвкушении перебирая пальчики.

С заказчиком я лично не знакома, но его фотография лежит в потайном кармашке моей дамской сумки. Да, любуюсь. Что скрывать-то? Широкие чуть покатые плечи, а волосы какие! Черные, будто смоль и гладкие, до плеч доходят… глаза – словно хрусталь. И профиль у него, как у настоящего аристократа.

Собственно, из внешки Ладона Тараси, бизнесмена и магната, и родилась идея новогоднего шоу для его корпорации. Камзол, расшитый красной бархатной лентой, бутоньерка из еловых веточек для хозяина праздника, сияющие гирлянды и живые ели, винтажные украшения и приглашенные гости в красивых исторических нарядах.

Только с елкой и подарками мы остались верными себе.

Прикрываю глаза и представляю огромную коробку, перевязанную бантом. Вот мужчина неспеша подходит, дергает за ленточку… бумажные края расходятся в стороны, а там… По сценарию там должна быть красивая статуэтка Афродиты, а в моем воображении – я! В роскошном пышном платье алого цвета.

Да еще и со словами: — «Я самый лучший твой подарочек!».

Улыбаюсь, как дурочка, представляя изумленное лицо господина Тараси и восхищенное ликование толпы.

А потом… вместо удивления на лице Ладона появляется хищный оскал и, подмигнув мне, мужчина четко произносит:

— Разумеется самый лучший! Лично выбирал!

Что?!

Бр-р-р…

Вскидываюсь в своем кресле, просыпаясь ото сна. Вот это я выпила чайку, да прикорнула на пять минуточек! Такие сны и мыслишки в голову полезли, что мама не горюй!

Всё-всё, быстро домой! Нужно выспаться и завтра быть красивой (не самой-самой, но тоже ничего).

Глава 2

С самого утра я никак не могу успокоиться и заглушить противоречивые ощущения, что засели внутри: ожидание гигантского счастья и последующего ему звездеца поистине космических размеров.

По дороге до исторического особняка, полностью сохранившего в себе обстановку девятнадцатого века, я трижды вызваниваю курьера, которому поручена архиважная задача – доставка скульптуры в целости и сохранности. Во время последнего звонка нервы у молодого человека сдают, и он рявкает, что если я не перестану его отвлекать от дороги, то он оставит Афродиту на трассе.

Надеюсь, это у него просто чувство юмора такое – специфическое. Иначе быть беде!

Вопреки положенному на таких мероприятиях дресс-коду: строгий костюм или скромное платье в серых тонах, чтобы заказчик и гости смогли распознать в нас исполнителей, ответственных за организацию мероприятия и могли обратиться с возникающими проблемами (лучше бы что их вовсе не было, но всё может быть), я надеваю то самое красное платье, в котором представляла себя вчера.

Сон в руку?

Разумеется нет!

Я ведь не нарочно, и уж тем более не для того, чтобы выпендриться в попытке затмить другие наряды. Всё до прозаичности просто: по вине закона подлости мой пиджак пал жертвой когтей соседского кота, за которым я присматриваю на время отсутствия хозяйки. Впрочем присматриваю – это громко сказано.

Негодник Васька слишком самостоятелен, чтобы быть чьим-то котом. Внаглую пользуется гостеприимством расхлябанной створки моего окна и запрыгивает в квартиру только когда не найдет чем перекусить на улице. Поест, устроит после себя кошачье побоище, и убегает обратно.

Просто удивительно, как этот нагломорд не заметил яркого платья с блестками по подолу. Вот где его когтям разгуляться-то! Так нет же… зверёныш решил испортить мой счастливый костюм. В нем я получила красный диплом, эту работу и премию!

По-прежнему надеюсь еще и на новогоднюю… так что придется постараться.

Именно поэтому к роскошно украшенной резиденции я подъезжаю сильно заранее. Поздравляю таксиста с наступающим Новым годом, и опасливо озираюсь вокруг.

М-да…

Курьер-то оказался хозяином слова и частично выполнил свою угрозу. Частично — потому что не оставил одну из самых красивых Богинь на заснеженной трассе, а всего лишь притулил её сбоку от парадного входа.

И что мне теперь со всем этим делать?

«Для начала позвонить, и гаркнуть на всех виновных!» — тут же подсказывает разъяренный мозг.

— Я больше никогда не буду пользоваться услугами вашей компании, еще и жалобу на вас напишу! — не хочу ждать окончания праздников, а сиюминутно высказываю наглецу все свои претензии.

— Девушка! Это я передам своему руководству, что ваши заказы больше никогда и ни за что! Меня не пустили внутрь и пригрозили вызвать полицию. Я всё на телефон заснял, и фирма выставит вам неустойку. — Возмущенно парирует доставщик, даже через экран посылая мне флюиды злобы.

Следом в трубке раздается какое-то шипение и тишина.

Чёрт! Телефон на морозе разрядился…

Выходит, я и не узнаю сколько там нужно заплатить, а, главное, кому? За ложь...

Оборачиваюсь к наблюдающему за мной дворецкому. Стόит отметить идеальную игру актера: одежда тех времён, надменный взгляд и вышколенная осанка. Правда сейчас вся эта «мишура» совершенно меня не заботит.

Я более чем уверена в том, что он прекрасно слышал наш разговор, однако всё равно повторяю свой вопрос про статуэтку. Для галочки.

— Это правда, — гнусавым голосом скрипит мужчина. — Мы не пускаем внутрь людей с низким уровнем социального статуса.

Задыхаюсь от возмущения.

— Но это курьер… он же доставлял реквизит! Как вы можете так беспечно относиться к своим обязанностям?! Я буду жаловаться в ваше агентство за вопиющий непрофессионализм.

Подхватив подол своего красного платья, злобной фурией я влетаю внутрь. Несказанно радуюсь своему счастью, когда удается выцепить свободного официанта и всего лишь за пятьсот рублей попросить его перетащить тяжелую статуэтку к ёлке.

— Илья, поставьте, пожалуйста, сюда. Спасибо вам огромное! — благодарно взираю на этого крепыша, который даже и не устал. — Теперь нужно аккуратно разместить Афродиту в коробке, заново повязать бант и наша задача выполнена.

— Хорошо, только давайте пошустрее… гости скоро начнут прибывать.

В прыжке развязываю огромный бант, подцепив его пальчиками. Со стороны, конечно, выглядит комично, но что поделать…

От моего движения коробка должна была раскрыться на четыре стороны, вот только этого не случается. Панически смотрю на крепкий картон и понимаю, что и тут полная лажа!

— Вот беда! Как же мне подарок-то теперь дарить? — ною и, не сдержавшись, начинаю хлюпать носом.

На мою зарождающую истерику молодой человек цинично хмыкает. Словно позабыв, что он здесь не один, проверяет картон на прочность, методично простукивая по поверхности, и выдает успокаивающее:

— Снеж, это вообще не беда, и даже не проблема. Всего-то нужно снять крышку и разрезать склейку углов.

Такую почетную миссию я вверяю в мужские руки Ильи, а сама лезу на стремянку и стаскиваю тяжелый верх, на котором совсем недавно красовался алый бант.

И…

— Ты совсем что ли сдурела?! — от шока голос переходит на фальцет, и Изабелла, сидящая в коробке в одном пеньюаре, подпрыгивает на месте, едва ли не выбивая картонный лист. — Подставить меня решила, зараза?!

Прикрывая наготу, коллега блеет про происки конкурентов, собственные попытки пристроится в любовницы к Ладону Тараси, личный приказ начальницы…

И это настолько диаметрально противоположные версии, что она сама себе не верит, не говоря уже обо мне или Илье, который громко фыркает, догадываясь в каком виде она тут стоит.

— Лучше не ори, а помоги мне отсюда выбраться! — насупившись бурчит Белла.

— Оставить бы тебя тут, дура! Но проблемы мне не нужны…

Илья, как идеальный помощник, подсаживает меня к самому верху и помогает прыгнуть внутрь коробки. Благо здесь не более двух с половиной метра от пола…

Изабелла верещит, что боится высоты и самостоятельно залезть наверх не сможет. То ли злость, то ли поджимающее время, оставшееся до начала мероприятия делают свое дело, придавая мне физических сил.

И вот уже через пару мгновений коллега оказывается на свободе (разумеется, не без подмоги в виде товарищеского пинка и крепких рук официанта). Правда вместо того, чтобы протянуть мне руку помощи, эта зараза захлопывает крышку, оставляя наивную Снежану Зимову в кромешной темноте коробки.

Ну, точно в год крысы родилась! Не то, что я – в год благородного дракона…

Глава 3

Эх, нужно было просто вызывать охрану, чтобы эту полуобнаженную девицу выставили из резиденции с позором. Да, репутация нашей компании была бы слегка подпорчена, но всяко лучше, чем стоять в темнотище, ощущая себя куклой Барби в дешёвой подарочной коробке.

Плотный картон глушит посторонние звуки, правда перебранку Ильи и Изабеллы я слышу очень хорошо. Вот что-то громыхает, несколько раз падает и над моей бедовой головушкой брезжит тонкий лучик света, сменяясь на яркую люстру.

— Живая? — интересуется парень, выговаривая моей мерзкой коллеге пару ласковых. — Давай руку, Снеж.

Легко сказать…

Кажется, я оставила все свои силы, выталкивая стервозину Беллу наверх. Длинный подол платья мешается, путаясь под ногами, плотная ткань путами стягивает грудь, ну и злость, бурлящая внутри, мешает мне сфокусироваться и хорошенько оттолкнуться.

— Попробуй разбежаться, — советует парень и, чуть понижая голос, говорит: — Я могу спуститься к тебе, но подставлять спину этой полоумной будет идиотизмом.

Илью я прекрасно понимаю, но и разбежаться боюсь. Во-первых, внутри катастрофически мало места, а во-вторых, шансов проделать дыру в «подарочке» гораздо выше, чем успешно выполнить прыжок в высоту.

Не гимнастка я…

Организовать корпоратив или праздничек – это завсегда, пожалуйста. Оказаться в настолько идиотской ситуации – впервые.

— Да оставь ты эту дуру здесь, — едкий голос Изабеллы полосует по ушам. Стерва! — Лучше пойдем в зал, а она сама пусть разбирается. В конце концов, это даже не твоя работа.

— Не моя, да… — хмыкает парень, оглядывая мою фигурку странным взглядом, после чего исчезает из поля зрения.

От шока, и настолько вероломного предательства еще и с его стороны, я молча открываю и закрываю рот, чувствуя себе золотой рыбкой, на чужом праздничном столе.

Правда ненадолго. Спустя минуту бранной ругани, женских визгов и оплеух, макушка Ильи вновь оказывается на самом верху коробки.

— Лови, — смеется парень, забрасывая к мои ногам ворох переодевки коллеги. И правда, зачем она ей, раз решила щеголять в пеньюаре?

— Илья, ты просто супер! — хохочу я, мгновенно расслабляясь.

Вот это красавчик! Я бы до такого никогда не додумалась. Это настолько идеальная месть, что достойна быть экранизированной и показана массам.

— Ах вы твари! — слышится грозное рычание козы.

Улыбающееся лицо официанта резко исчезает и следом грохочет падающая стремянка.

— Илья! — мне становится по-настоящему страшно за молодого человека. Эта ненормальная девица оказывается тем еще гнильем! Покалечит еще его, не дай бог.

Тщетно пытаюсь докричаться до него, посылая мужчине дополнительных сил в этой явно неравной борьбе.

Чёрт! Уж лучше бы сидела в темноте…

— Что здесь происходит?! — мужской баритон настолько хорошо поставлен, что слышен даже мне. Через плотные слои картона и копошение ребят, которое быстро прекращается.

Да и звенящая тишина, воцарившаяся после этого вопроса, немного пугает. Мозг тут же начинает генерировать слова в свое оправдание.

Церемониться, прикрывая голый зад козы Изабеллы, я точно не стану. Расскажу всё, как есть.

Правда это будет зависеть от вошедшего: если это кто-то из наших, то у меня появится дополнительный свидетель непотребств Беллы. Если кто-то из администрации резиденции – лишний штраф и, возможно, прекращение сотрудничества. А вот если это кто-то из «Ладон Индастри», то у нас (это я сейчас про фирму) будут о-очень большие проблемы.

А вот и они…

Кто-то снова приставляет к коробке стремянку и резво взбирается наверх.

— Забавно, однако! — Хрустальные глаза взирают на меня с удивлением и легкой насмешкой.

Хочется прикрыть свое скромное декольте. Спрятаться за ворохом одежды Беллы, которую я спешно поднимаю с пола, и прижимаю к себе.

— Господин Тараси, приветствую вас! Поверьте, меньше всего мне бы хотелось, чтобы увидели эту пренеприятнейшую картину, — тушуюсь, так и не договорив.

А что тут скажешь-то? Опозорились по всем фронтам… И на глазах у самого ревизора.

— Картину я не вижу. Помню, что должна была быть Афродита, но вы тоже очень даже ничего! Даже лучше, чем оригинал.

Одним прыжком этот шикарный образчик мужской красоты оказывается внутри тесной коробки, рядом со мной.

Мечтала эффектно появиться из коробки? Молодец какая, Снежка! Сама себе насочиняла всякого из снов…

Дура набитая…

Как же хочется испариться отсюда, как та самая фея Золушки. Щелчком пальцев отравить себя домой, да под одеялко…

Пока я рефлексирую над бедственным положением вещей, мужчины не теряются, а быстро о чем-то переговариваются. Кажется, Ладон и Илья намереваются разорвать эту штуковину.

Эх, не стать реализованной главной изюминке грядущего корпоратива.

Мне – не видать заслуженной премии (лишь бы вообще не уволили), а Изабелле – не видать своих… штанов. Интересно, коллега всё еще здесь? Что-то не слышно.

— Вот, я подрезал края короба, — сообщает Илья, сбрасывая вниз складной нож для резки бумаги, который тут же оказывается в крупных ладонях Ладона.

— Благодарю вас, молодой человек! Дальше мы уже сами. — Его открытая улыбка ослепляет, выражение лица до невозможности довольное…

Будь я в его положении, возможно, также бы веселилась сейчас, но я – не он. Совсем не до веселья… тут как бы не разреветься, позорно повиснув на чужом мужском плече.

Позор-то какой…

Тараси забирает из моих ослабевших рук одежду Беллы и, не церемонясь, бросает ее в угол коробки. Взбирается на этот Эверест и очень аккуратно, а главное быстро, принимается разрезать картон.

«Лучший мой подарочек, это ты… Снежана» — посмеиваясь, напевает мужчина.

Стоп, а откуда он знает мое имя?!

Глава 4

Уходя в профессию организатора мероприятий, вы должны быть готовы к тому, что автоматически становитесь исполнительной тенью. На вопросы формата «Кто отвечает за закуски?» можно с легкостью получить ответ «Да, в сером где-то ходит…».

Оттого и прямое обращение ко мне самого Ладона Тараси является для меня таким шоком, что лицо вытягивается, а изо рта выскакивает далеко нежеманное бульканье.

Договор с «Ладон Индастри» подписывало руководство. Наработки и финальный проект презентовала начальница. Я лишь скоромный создатель и непосредственный оформитель своей задумки.

Насколько помню, что и Ладон должен был появиться лишь к вечеру… Не царское это дело – сотрудников поздравлять и наряжаться Дедом Морозом.

— Мистер Тараси, от лица компании и лично от себя еще раз хочу принести вам свои глубочайшие извинения…

Стоя перед прекрасным красавцем, я тщетно пытаюсь оправдаться и поднять реноме нашей фирмы. Тщетно – потому что господин Тараси стоит ко мне своей выдающейся пятой точкой… Очень сложно сфокусироваться…

— Это даже было весело, — щерится он, обернувшись.

Хорошо, что я вовремя успеваю отвести взгляд, а то было совсем стыдно.

— Снежана, вы само очарование. Однако вешать на себя чужие пороки не стоит. Не достойно для королевы, — Ладон проговаривает это с улыбкой, но глаза мужчины так странно сверкают хрусталем, что на какие-то жалкие мгновения я действительно ощущаю себя королевой.

Вот это энергетика у мужика! С ног сбивает.

Мужчина просит поддержать болтающийся угол коробки, по боку которого аккуратно проводит ножом, разрезая последнюю часть.

Плотный картон эффектно опадает, прямо как в моем сне, но восторженных лиц и аплодисментов, разумеется, нет.

Зато статуя Афродиты рискует окончательно завалиться набок и вывалиться в окно. Илья и стерва Изабелла постарались.

Их, кстати, нигде не видно, что в общем-то мне на руку. Потому что вживаться в роль фурии на глазах у Тараси мне совершенно не хочется.

От мужчины очень приятно пахнет: цитрусами и чем-то древесным. Вот оно – волшебное ощущение приближающегося Нового года. За исключением того, что я вообще-то здесь на работе – и жёстко косякнула с организацией.

— Мистер Тараси, спасибо огромное за помощь. Как я могу вас отблагодарить? Возможно, любая помощь с проведением следующего мероприятия или… — на мои губы опускается мужской палец, призывая к тишине.

— Ладон, Снежана. — Красавец склоняется надо мной, щекоча своим горячим дыханием кожу…

Может у них так принято знать имена тех, кто будет организовывать развлекательную программу? Ну, пунктик на имена? А я тут уже напридумывала себе… А если уж вспомнить дворецкого, что не пропустил курьера со статуей, то очень даже может быть.

— Ладон, — с трудом, но произношу его имя вслух. Кончика языка щекочет от приятности звучания мужского имени.

Тараси довольно ухмыляется и захватывает в плен мою ладошку. Осторожно выводит нас из картона к окну.

— Если хотите меня отблагодарить за помощь, — хитро улыбается мужчина, произнося то, что заставляет меня неистово покраснеть: — Тогда подарите мне свой сладкий поцелуй, королева Снежана.

— За нами наблюдает Валдис Пельш? — неудивительно, что с такими финансами, мужчина может легко пригласить на свою вечеринку еще и шоу-программу розыгрышей, а так – первая жертва.

Уже хочу извиниться перед Ладоном и отправляться на поиски Ильи, как над головой раздается грудной мужской смех. Запах мандаринов проникает под кожу, а сильные руки мужчины притягивают меня в свои сети.

Почти невинный поцелуй в уголок губ и жаркое заверение, что сегодняшний праздник будет лучшим в его жизни.

Вот уж праздничек…

Глава 5

— Снежана! — визгливо выкрикивает Изольда Тарасовна Васнецова.

А начальница то здесь откуда?

Впрочем, уже через секунду становится понятно откуда…

Вышла я называется в зал – обстановку разведать.

— Мне позвонила Изабелла и рассказала о дикой вакханалии, что вы здесь устроили, — шипит начальница, не забывая при этом мило улыбаться гостям.

Двуличная мадама какая! А Беллочка — стерва первостатейная! Надо было выволочь эту змеюку посредине двора с голой жопой на мороз… коллега мечты.

— Изольда Тарасовна, смею заметить, что это Гаврилова незаконно проникла в особняк, да еще и пакостить пыталась. Это она виновата во всём! — произношу я, едва мы входим в бордовый зал, увешанный полотнами великолепных художников. — Мне едва ли удалось сохранить репутацию нашей компании перед представителями «Ладон Индастри».

Единственный плюс во всей это истории – у Васнецовой хватило мозгов не закатывать скандал на публике.

— Не неси чушь, Снежана! Иначе как ты объяснишь свой неподобающий вид? Ты здесь не гостья, а рабочая лошадь!

Сморщенная ладонь комкает струящуюся ткань моего платья в кулак и некрасиво его мнёт.

Оправдания за кота, выбравшего такой дрессинг, застывают на моих губах.

Ну, серьезно? То я настолько ценный сотрудник, что должна лично контролировать весь процесс шоу-корпоратива, то ужасно отвратительный кадр, порочащий безупречную репутацию нашей фирмы?

Хорошая «премия» на Новый год! Ничего не скажешь… За работу из дома, за сверхурочные задержки, за элементы дизайна, приобретенные на свои личные средства, потому что кто-то жадится на смете?

Пожалуй, попрошу Деда Мороза положить под елочку не новый телефон, а хороший коллектив без всяких гадюк – сморщенных и голозадых…

— Что ж, раз вы заняли сторону Изабеллы, то мое присутствие здесь… — требовательный стук в дверь и знакомое покашливание меня перебивают.

М-да… Сегодня даже случай и тот не на моей стороне играет.

Смотрю на противного дворецкого. Этот мужлан отчасти тоже виновен в моем провале. Зажучил пронос Афродиты, тем самым зарядив полосу неудач.

Кажется, моя зебра – с черными полосками на попе. Иначе свое невезение больше не на что списать.

— Госпожа Васнецова? — недоброжелательно гнусавит мужчина.

— Да, это я. — лицо начальницы, испещрённое морщинами, озаряется маской кокетства.

— Я здесь по поручению господина Тараси. — В его ладони я замечаю прямоугольник флеш-накопителя, в народе именуемом флешкой. — Здесь записаны все непотребства той вульгарной девицы. Разумеется, ей предоставили одежду и выдворили за ворота.

Васнецова неверяще качает головой. Мол, не может быть такого, однако быстро понимает на чьей стороне празднование Нового года и забирает флешку себе, обещая, что обязательно во всём разберется.

Какая хитрая лисица… На ходу стала ярой противницей глютена.

К счастью, дворецкий Ладона Тараси остается верным себе и, скривившись, вытирает ладонь о свой парчовый камзол. Его лицо заметно темнеет и приобретает жутко злой вид.

— В виду нелояльного отношения к сотруднику своей фирмы и отсутствию корпоративной сплочённости ваше присутствие также не является уместным на данном мероприятии, — сухо чеканит он. — Прошу за мной, на выход.

Мои нервы официально сдали. Иначе я бы никогда не расхохоталась, глядя в спину удаляющейся начальнице.

Кажется, придется искать новую работу…

— За это можете не волноваться, прекрасная леди! — незнакомый, чуть насмешливый голос застает меня врасплох. — Корпорация Ладона с радостью подпишет с вами годовой контракт.

— Сп-пасибо, — мямлю в ответ.

Просто мужчина, нарушивший мое единение тоже очень статен и красив. В золотистом камзоле, даже более вычурном, чем и у хозяина этого дня.

За годовой контракт, конечно же, приятно. А за то, что этот незнакомец, представившийся мне Цезарем, откуда-то знает такие подробности, даже будучи лучшим другом Тараси, становится совсем не по себе.

Утреннее предчувствие грядущего звездеца никак не желает меня покидать, делая слишком уж подозрительной.

Отчаянно хочется смыться из этого помещения. Энергетика здесь какая-то… так и норовит под кожу просочиться.

И мужчина будто бы улавливает мой настрой. Негромко ухмыляется и степенно прохаживается вглубь зала.

— Снежана, а вы знаете, что это за картина? — произносит Цезарь, подойдя к интересному полотну в золотой раме.

Я тоже его приметила. Такой там пугающий дракон нарисован. Черный. Злой и не знающий пощады.

— Я далека от искусства.

— Простите, милая леди. Право не имел подоплеки вас обидеть, — улыбаясь, мужчина подманивает меня подойти ближе.

Ну, в самом деле, что мне сделает нарисованный кистями дракон?

Пусть и с шипами…

Так. Нервишки пощекотать.

— Здесь изображен Нарьяр Тарраск. — как-то по-особенному горделиво произносит мужчина. Очевидно, фанат реконструкций. — Драконий род Тарраск в переводе дословно означает «монстры».

— Как интересно, — водружая на лицо улыбку, отвечаю я.

Взгляд машинально скользит по стенам, отмечая многообразие нарисованных страшилок.

М-да… и мы тут, со своей Афродитой и украшенной елочкой…

Глава 6

— Шампанское, вино, сок… — учтиво интересуется официант.

Всё-таки сервис здесь на высоте. И это целиком и полностью заслуга Снежаны Зимовой. Не без ложной скромности могу подытожить: у меня получилось организовать сказочно вкусный фуршет, подобрать идеальное музыкальное сопровождение…

Именно так и должна выглядеть эталонно продуманная концепция исторического бала — от встречи гостей до чтения произведений русских классиков с танцами, под патронажем приглашенного хореографа из ЮНЕСКО.

С благодарностью принимаю бокал на тонкой ножке и наслаждаюсь холодными пузырьками шампанского.

Наконец-то я могу выдохнуть.

По телу бродит невероятная легкость, а от игристого щекочет язык. Довольная улыбка так и не сходит с моего лица. Даже потанцевать хочется, но таких вольностей, разумеется, я себе не позволяю.

Гости Ладона Тараси может и не в курсе того, что их шикарнейший бал едва не сорвался из-за козней одной противной стервы, но сам хозяин и его странно-пугающий друг — очень даже да.

У меня волосы на затылке шевелиться начинают стоит представить надменное лицо дворецкого этого особняка и его грозное: «Вон отсюда, хабалка первостатейная! Простолюдинкам здесь не рады».

Бр-р… это, конечно, моя разыгравшаяся фантазия, но рисковать своим имиджем — дело крайне неблагодарное. Тем более что на моем телефоне красуется милое смс от начальницы (теперь уже точно бывшей), что вместо новогодней премии после праздников я получу выговор с занесением в личное дело.

Вот пусть со своей Изабеллой и работает! Две крысы нашли друг друга…

От всех этих мыслей и «радужных» перспектив настроение стремительно опускается к полу.

Ужас… может хотя бы сладкое поможет? Заприметив возле сладкого стола аппетитные макаруны и кексики, я, как истинная балерина, плавно лавирую между вальсирующими гостями.

Очень надеюсь, что никому не взбредет в голову перехватить меня и закружить в танце. Так уже дважды случилось! А всё мое красное платье виновато — слишком яркое, и нарядное. В жизни не скажешь, что перед тобой практически обслуживающий персонал, обманом отирающийся в кругах высшего света элиты бизнеса.

— Вот ты где?! — за шаг до столика со вкусняшками дорогу мне преграждает крупная фигура Ильи.

Эх… ну, вот…

— Вот я где, — улыбаюсь парню и своему спасителю, что уж отрицать очевидное.

Если бы не Илья, то мерзкий план Изабеллы разрушил всё, что я так кропотливо создавала. Месяцы своего личного и рабочего времени, тонна потраченных нервов…

— Красивая! Пойдем воздухом подышим? — его взгляд профессионально окидывает танцующие пары и не найдя ничего подозрительного возвращается к моим глазам.

К глазам, а не в декольте! Это-то и подкупает, создавая между нами некую доверительную атмосферу дружбы.

Балкон пестрит зеленью и цветущими растениями маня своей красотой и прохладой. Я с благодарностью принимаю руку мужчины и, улыбаясь, переступаю за порог. По спине прокатывается волна жарких мурашек. Будто бы кто-то за нами наблюдает. За мной.

— Устала, Снеж? Ничего что я тебя так называю? Просто ты внешне вроде бы холодная, а на деле – как подснежник… — в голосе парня теплится забота и что-то еще, но я эгоистично предпочитаю не думать об этом.

Илья красивый, добрый, отзывчивый… Узнав мой номер телефона тут же вернул оплаченную сумму. Выходит, бескорыстно помогал.

«Да нравишься ты ему, дурочка!» — просыпается ярая мечтательница.

В окне балкона отражается крупный мужской силуэт. Алая оторочка на пиджаке сияет, как красный огонь.

Распахивая балконную дверь наше уединение прерывает сам Ладон Тараси. Персона грата этого бала.

— Господа… — бархатно звучит его голос.

— Прошу прощения, сэр. Я уже ухожу! — Илья резко срывается с места, отшатываясь от меня. И через секунду вовсе убегает обратно в зал.

Щеки обдает румянцем, дыхание сбивается… значит это взгляд Ладона провожал меня сюда.

Испытывать легкое разочарование после ухода официанта и подлинную радость от присутствия Тараси, наверное, неправильно, но вот такая я — со странностями и… трудоголизмом.

Даже будучи наедине с мужчиной, который безумно нравится, и который первым подарил мне почти что поцелуй, я веду себя безобразно: мямлю и обсуждаю финальную часть торжества.

Синий чулок в красном платье… во что не наряжай, зануда всегда прорывается наружу.

— Нежная Снежа, я слышал, что ты была в бордовом зале. Понравилось? — голос Ладона меняется, переходя на обволакивающие тона.

Хрустальные глаза смотрят пронзительно, ожидая моего ответа. А что я должна ответить?

Выбираю правду, но слегка смягчаю ее:

— Признаться я не особенно хорошо разбираюсь в искусстве. В городке откуда я родом чтение книг было не в особенном почёте, а уж про художественные картины и говорить не стоит.

Страшно представить, что обо мне сейчас подумает Тараси. Мужчина, судя по антуражу, ярый ценитель…

Разумеется, я тоже не из дремучего леса выползла, просто достаточно спокойно отношусь к живописи.

— Ты гораздо более эрудирована и воспитана, чем многие в том зале, — улыбается он, кивая себе за спину.

Голоса гостей ближе к вечеру становятся на порядок громче, а шуточки более фривольнее. Тут я спорить с Ладоном не могу. Сама являюсь свидетельницей этих перевоплощений.

Мужчина обхватывает мое запястье и немного тянет на себя. Вспыхиваю, задерживая дыхание, но, поцелуя не случается…

— Я хочу показать тебе жемчужину своей коллекции, — хрипловато шепчет мужчина, оставляя легкий поцелуй на тыльной стороне моей ладони.

— Хорошо, — шумно сглатываю, ощущая острое першение в горле…

Тело смягчается, бунтует в нежелании куда-то уходить. Нам здесь так хорошо, уютно. Зачем идти этими длинными коридорами, где даже музыка едва слышна?

— Пришли, — мой спутник останавливается перед черной дверью из старого дуба. Здесь пахнет дымом и травами… — Снежана Зимова, ты готова войти в святая святых рода Тарраск?

Сейчас глаза Ладона светятся по-особенному ярко, и моя голова самостоятельно кивает в согласии. Магия какая-то, честное слово.

Однако мужчина просит ответить, повторяя свой вопрос.

— Так ты согласна?

Проглатываю уточнение фамилии хозяина «Ладон Индастри» потому как мне явно послышалось, что он оговорился, но эти яркие глаза и энергия настоятельно побуждают прошептать «Согласна».