Бриллиантовый холостяк. Книга 7

Глава 1_1

Когда мужчина кормит – это невероятно сексуально. Когда он делает это по собственной инициативе, после твоего сложного рабочего дня – сексуально вдвойне.

Вместо тысячи слов.

Я сидела, ела, запивала вкусный ужин кофе, и понимала, что жизнь действительно прекрасна. А на внимательные взгляды, которыми одаривал Дрэйк, и этакое чрезмерно-довольное лицо Эрона было плевать.

Дед выглядел так, словно узнал о нашей маленькой интимной тайне. Однако обижаться на Дрэйка за его болтливость было бессмысленно – в этом смысле я тоже грешна.

Эрон свой, он не осудит. Максимум – начнёт подкалывать, но подколки этого полупрозрачного тролля я как-нибудь переживу.

К тому же у нас есть куда более важные дела и темы. Лично мне хотелось обсудить того исполина, который вытягивал магию. Чуялось, что это начало той самой катастрофы, которую нам с Арти нужно предотвратить.

Но все разговоры были отложены... Мы ели. Я тихо радовалась воссоединению нашей маленькой компании. Я даже слуг отослала! Сделала это для того, чтобы Эрон мог проявиться, а слуги не схлопотали инфаркт.

Арти тоже позвала. Предложила принять материальную форму и присоединиться, но тот пока не решался. Невзирая на спокойствие, которое транслировал один из самых завидных холостяков империи, мой верный сообщник решил побыть в стороне.

Впрочем, если совсем уж объективно, прямо сейчас мне вполне хватало парочки «правящих». Одновременно появилось ощущение, что случилось нечто, о чём не знаю. Но я была слишком голодной, чтобы начинать разговор.

Итог – мы сначала поели. Потом Дрэйк промокнул губы салфеткой и, откинувшись на спинку стула, сказал:

– Мы получили показания Корифия и лорда Бертрана. Их, как знаешь, арестовали по делу об изготовлении нетипичного яда.

Я кивнула, а собеседник продолжил:

– Род Майрис подозревается в подготовке государственного переворота. Но тебя, как понимаю, заинтересует другое. Бертран заявляет, что во всём произошедшем виновата ты.

1_2

У меня глаза округлились. Что-что? Я? А каким, простите, боком?

Дрэйк хмыкнул. Он очевидно веселился, но смотрел так, словно в каждой шутке обязательно есть правдивое зерно.

– Ну и при чём тут я? – Мой очень недружелюбный вопрос.

– При том, что вся эта история началась именно с вас. Рэйдсы – один из великих родов, вы слишком древние.

– А древность это преступление?

Меня перестали мучать, Дрэйк наконец улыбнулся.

– Разумеется, нет. Но это действительно сыграло. В ходе допросов вскрылся интересный и совершенно неочевидный момент.

Я отложила вилку, которую воинственно сжимала в руке, и посмотрела остро. А Дрэйк окончательно расслабился, он выглядел как человек, который практически закончил собирать ну очень сложный пазл.

– Вырождение рода Рэйдс выглядело странно. Мы с самого начала это понимали и, невзирая на определённую неприязнь правящих, государственные службы проводили все необходимые экспертизы. Объективных причин полагать, что смерть твоих родственников не случайна, не было. Исключение – твой отец.

Его гибель расследовалась с максимальной тщательностью, но след оборвался. Кто-то и, как нам теперь известно, сам заказчик, вырезал всю банду. Заказчиком, что вероятно не удивит, оказался Бертран.

Я сделала глубокий вдох и очень медленно кивнула.

Не удивительно – это точно. Но, если расследование было «максимально тщательным», почему мы узнаём об этом только сейчас?

– Бертран стал главным претендентом на богатства рода Рэйдс. Это уже подозрительно. Если вы были всё-таки заинтересованы в правде, то почему не прижали его раньше?

– Потому что Бертран, как любой аристократ, обладает определённой неприкосновенностью. Чтобы вызвать на допрос, нужно иметь хоть сколь-нибудь веские доказательства. А Майрисы отлично заметали следы.

Мне хотелось поспорить, но тут вмешался Арти.

«Это другой мир, Алексия, – напомнил артефакт осторожно. – Тут всё немного иначе. В чём-то сложнее».

– Аристократы в самом деле неприкосновенны?

Увы, я задала этот вопрос вслух. Прозвучал он, разумеется, странно.

– В меньшей степени, чем все остальные, – после паузы ответил Дрэйк. – Ты разве не знаешь?

У-у-у! Я должна знать! Но...

Впрочем, вариант с амнезией уже настолько несвеж, что лучше придумать другой.

– Знаю. Но каждый раз поражаюсь насколько это нелогично. По мне Майрисы были первыми, кого следовало допросить.

– И да, и нет, – не согласился Дрэйк. – Разве можно осуждать льва за то, что он поймал и жрёт ослабевшую косулю? А Бертран, как и все аристократы, хищник.

Я не выдержала и оскалилась, непрозрачно намекая, что я теперь тоже из этих. Из аристократов! Но в том, что касается старого лорда...

– Вы хотели сказать стервятника. Стервятника, который решил добить одинокого путника, изнывающего от жары.

Дрэйк промолчал, а я наконец угомонилась.

Хватит злиться на правящих. Не важно что было в прошлом. Облажались они по объективным причинам или по собственной дурости – не суть. Главное – что происходит сейчас.

– Обвинения, которые выдвинуты Майрисам, настолько серьёзны, что теперь мы можем наплевать на неприкосновенность, реакцию других родов и коалиций. – Снова взял слово Дрэйк. – Это развязало нам руки и позволило действовать жёстче. Впрочем, Майрисы уже настолько напуганы, что даже до пыток не дошло.

А вот тут было немножечко жаль! Но...

– Так что вы узнали? – подтолкнула я.

– За истреблением рода Рэйдс стоят Майрисы. Более того, заварушка с производством яда и переворотом – вторична. Вся эта история вертится вокруг вас и вашей древности. Но главное - у неё есть вдохновитель.

Я не выдержала:

– Можно угадаю? Это ректор Таргон?

Дрэйк посмотрел удивлённо. Следом прозвучал закономерный вопрос:

– Откуда знаешь?

И опять – бог с ней, с их системой сбора информации, расследований и дознаний. Проехали. Полагаю, что после такого провала Дрэйк что-то да исправит. Если не дурак, то все ошибки учтёт.

– Просто знаю. – Я изобразила вялую улыбку, и тут в разговор вмешался Эрон.

– Так-так, – произнёс призрак, подлетая ближе и создавая для себя обычное кресло. – Значит информация подтвердилась?

Дед тоже удостоился сумрачного непонимающего взгляда. Нам несли новость, а её-то как раз не получилось.

Зато здесь и сейчас прозвучала фраза, которая вызывает зубной скрежет у большинства людей. Эрон подался вперёд и, стукнув пальцем по столу, выдал, обращаясь к Дрэйку:

– А я говорил!

Миг, и присевший было призрак, опять взвился в воздух. Он пролетел несколько кругов по гостиной, но погасить свои эмоции не смог.

– Я говорил, что Таргон тварь? Я всегда это знал, только доказать не мог! У меня не было времени на расследования и прочую чушь! А вы... Вот не слушаете дедушку, а потом получаете проблемы!

Дрэйк не смутился, но на холёном лице проступила этакая выраженная досада.

Я, глядя на это, снова впала в состояние ехидны:

– Позвольте уточнить. Таргон ищет какой-то артефакт?

Дрэйк...

В общем, хороший он всё-таки человек. Но мужчины – такие мужчины. Им всегда хочется быть впереди планеты всей. Всегда хочется быть лучше.

Отдельный типаж – это те, кому важно доказать, что они несопоставимо сильнее, умнее и значимей какой-то там «юбки». К счастью, высокий лорд, по крайней мере в этой ситуации, оказался не из таких.

Он замолчал на несколько минут, глядя то на меня, то на призрачного предка. Переваривал нашу осведомлённость. А в итоге вытащил из рукава козырь:

– Таргон уже арестован, но с ним пока не говорили. Я пришёл предложить вам поприсутствовать при допросе. Хотите?

Я радостью не воспылала, зато Эрон... Дедушка очень хотел.

Он даже злиться перестал! А лицо сделалось настолько кровожадным, что я инстинктивно отодвинулась.

И снова не выдержала:

– У нас есть предположение о том, что именно он ищет. Но это было бы слишком.

У Дрэйка, бедолаги, чуть глаз не дёрнулся.

– О том, что искал Таргон, не известно даже Бертрану.

Я равнодушно пожала плечами, а призрак...

– Внук, ну хоть теперь ты понял, почему я так сильно её люблю?

Высокий лорд если и понимал, то очень-очень смутно. Показалось, что прямо сейчас ему хочется нас прибить.

Но! Полагаю мы были слишком красивы и ценны, чтобы умереть столь бесславной смертью. После новой паузы Дрэйк повторил предложение:

– Так что? Хотите присутствовать при допросе?

Лицо Эрона озарила улыбка, а я вздрогнула от зловещего:

– Не просто присутствовать. Я этот допрос и проведу!

Призрак снова вскочил. В следующий миг он стал выше, прямее и шире. Я уже видела такие преображения – внешность Эрона не изменилась, но он пугал.

На долю секунды во мне проснулся пацифист-миротворец – тот самый, который ратует за презумпцию невиновности и прочие конвенции по правам человека. Тот, который пытался защитить Офелию, но которого жёстко задвинули двое не совсем материальных мужчин.

Решение сдать Офелию властям принимала не я. Результат пока радовал, но подробности я до сих пор не знала.

Хотелось спросить! Только тема была всё-таки вторична.

На фоне предстоящей катастрофы и исполина, который явился в академию, ерундой выглядело абсолютно всё. Бертран с Таргоном в том числе.

Вот я и сказала, взывая к здравому смыслу:

– Мне кажется прямо сейчас есть вещи поважнее.

– Ты про ключевой артефакт? – хмыкнул Дрэйк.

И то, как именно он сказал... В общем, «бриллиантовому холостяку» мой драгоценный Арти по-прежнему не нравился. Сильно не нравился. До лёгкого бешенства в глазах.

1_3

Я кивнула. А в следующую секунду услышала мысль, которая была уже знакома – по той, предыдущей жизни. Такой же позиции придерживался один из акционеров холдинга, в котором мне когда-то посчастливилось работать.

– Алексия, форс-мажоры и катастрофы будут всегда. Не важно кто ты, чем занимаешься и как живёшь. Не важно какой линии поведения придерживаешься и каких партнёров выбираешь. Рано или поздно обязательно случится нечто внезапное. Проблема, на решение которой захочется бросить все ресурсы. Но это тупиковый путь.

Я отлично поняла о чём речь, но всё равно спросила:

– И как быть?

– Всегда и везде следовать основному плану. У тебя есть стратегия, верно? Есть долгосрочная цель, к которой ты стремишься. Вот к ней и иди.

– А катастрофа?

– Это дополнительные обстоятельства, которым нужно уделять внимание, но которые не должны отвлекать от главного.

С одной стороны я была согласна, а с другой...

– Мы говорим о безопасности мира. Если мир погибнет, то все мои планы не будут иметь никакого значения.

Ответ Дрэйка был в духе того самого акционера:

– Ну и что?

Я залпом допила кофе и посмотрела внимательно. Истина, которую пытался донести Дрэйк, была сложнее столь любимого «увидел проблему – срочно реши».

Да, всё правильно. Форс-мажоры будут всегда, и если бросать на их решение все силы, отвлекаясь от основной стратегии, то стратегических целей точно не достигнешь. Но для такой линии поведения нужны железные нервы – не уверена, что это про меня.

К счастью, у нас не было времени на споры и долгую философию, а стратегические планы наоборот имелись. Я хочу возродить род, главой которого теперь являюсь, вернуть благосостояние и просто жить.

В этом свете допрос Таргона действительно важней.

Но не думать о миссии? Невозможно!

– Случай в академии не первый, – внезапно сообщил Дрэйк. – Несколько дней назад от стража пострадал один из наших городов, Вункерс. Я разослал информацию соседям и не только им. Сейчас жду ответные сообщения, чтобы составить более полную картину. Пока мы ничего не знаем, предпринимать что-либо бесполезно.

Неожиданный переход. Так мы про стратегию или про форс-мажоры?

– Страж был один? В смысле, это один и тот же? – уточнила я.

– Не знаю.

– Он нападал только в империи?

– Таких сведений тоже пока нет.

Дрэйк опять промокнул рот и, отложив салфетку, поднялся. После этого мне протянули руку, предлагая закончить ужин и отправиться к Таргону. Ну что ж.

Я тоже встала, а в воздухе повис невысказанный вопрос – а не связано ли появление стража с моим посещением колонны? Ведь те выбросы магии... тогда подобной ассоциации не возникло, а сейчас они напоминали сигнал.

Алый луч, который бьёт в небо несколько раз. С какой-то, возможно не лишённой смысла, периодичностью.

Вдруг колонна, после столь варварского изъятия кристалла, подала сигнал бедствия? Вот страж и явился.

«Такое тоже возможно,» – подбросил дров в костёр моего пессимизма Арти.

Я мысленно взвыла. Потом спросила:

«Может нужно про это сказать?»

Артефакт не знал, а я оказалась не готова прямо сейчас взять на себя такую ответственность. Особенно в свете минувшего разговора, в процессе которого Дрэйк открылся с какой-то другой, неизвестной пока стороны.

Рыжеволосый лорд глубже, чем кажется? Серьёзно?

Где-то на ментальном плане закатил глаза Арти. Будто антипатия, которую питал к нему высокий лорд, была заразной. В том смысле, что Арти Дрэйка тоже не любил.

Короче! Стратегия! Здесь и сейчас стратегические планы по возрождению рода действительно были лучше. Жаль только отменить нависшую над нами катастрофу они не могли.

***

Когда покидали особняк, Эрон спрятался в кинжал. Едва устроились в карете - опять проявился. Уселся рядом с Дрэйком и продолжил сиять.

«Бриллиантовый холостяк» реагировал на деда скептично, а я всё-таки спросила про бывшую опекуншу. Как она? Каковы результаты расследования? И где Офелия прятала деньги, которые удалось вернуть?

Дрэйк хмыкнул, фыркнул, а потом выдал весёлое «о-о-о»!

Я, видя его реакцию, подобралась и приготовилась слушать. История действительно оказалась из ряда вон.

– Полагаю Офелия войдёт в число самых ярких мошенниц нашего времени, – сказал Дрэйк. - Ей удалось удивить даже самых бывалых дознавателей. Ты бы слышала какие концерты она закатывала. А какие сказки сочиняла!

Первая из её сказок звучала как раз банально – «я не виновата». Вторая интереснее – «всё ради любви!»

Я с большим удивлением узнала, что мадам пыталась убедить дознавателей в особой связи с тем танцовщиком, с Хуго. Краснея и запинаясь, толстушка призналась, дескать содержит горячего красавца и деньги от сделки с Гавальдо спустила туда.

Три миллиона. Сумма была фантастичной. Потратить столько за пару лет невозможно, но Офелия успешно прошла проверку на местной разновидности полиграфа. Учитывая результат проверки, ей могли поверить, но дознавателям было велено подтверждать каждое слово документально. В итоге живой проверки выяснилось, что на танцовщика Офелия потратила около десяти тысяч золотых.

Остальные деньги были спрятаны по нескольким негосударственным банкам. Крупную часть Офелия внесла на счёт банка, расположенного в другой стране.

Драгоценные камни, которые Гавальдо передал вместе с золотом, содержались в банковских ячейках, а пятая часть – вообще в ломбардах.

При этом мадам умудрилась обзавестись поддельными документами, а очные ставки с банковскими клерками показали, что Офелия меняла внешность. В каких-то случаях использовала подвластную ей магию иллюзии, в других – пудру, макияж и парики.

И всё бы ничего, но тремя миллионами хищение не ограничилось. Офелия присвоила около восьмидесяти процентов денег, полученных от продажи имущества рода Рэйдс.

При этом в сделках участвовали не только Майрисы и Гавальдо, были «покупатели-кредиторы» помельче. Они, в том числе, не покушались на имущество, которое отмечено родовыми печатями – во избежание проблем.

А Офелия... Эта, с позволения сказать женщина, шиковала.

Дрэйк рассказывал о схемах и эпизодах, а я слушала с приоткрытым ртом. В какой-то момент поймала ассоциацию – опекунша напомнила белку в урожайный год. Ту, которая прячет миллион орехов по разнообразным нычкам.

Главный вопрос – как она всё это вообще успела?

Впрочем, нет, есть вопрос важнее – как у неё ничего не треснуло от таких-то сумм?

Попутно, невзирая на железобетонные доказательства, мадам строила из себя невинную жертву. Она «не помнила» про счета, ячейки и приобретённую на мои деньги недвижимость. С пеной у рта доказывала, что дознаватели врут.

К ней даже лекарей вызывали. Но экспертиза однозначно доказала, что Офелия вменяема.

– Она адекватнее, чем мы с вами, – буркнул главный лекарь, закончив осмотр.

Отдельный кринж – Дрэйк сказал про пилюли. В то время, как меня кормили ядом, Офелия пила дорогущие витамины для женской красоты.

Витамины. Для красоты!

Услышав это, я осталась невозмутима, но внутри взревела.

«Алексия, – жалобно запищал на это Арти, – ты полегче... А то я... Кажется, я немного трус».

Он трус, а я в самом деле наивная глупышка. Не на сто процентов, но, как правильно подметили тогда Эрон с Арти, уязвимость определённо есть.

– Она врёт так убеждённо, что даже профессионалы теряются, – сказал Дрэйк. Не уверена, но кажется это была попытка успокоить.

– А о планах лорда Бертрана на мой счёт Офелия рассказала?

Взгляд высокого лорда остался непроницаем, ответа не прозвучало. Но всё было ясно без слов.

Мы как раз проехали круглую площадь, карета свернула в переулок и остановилась возле неприятного вида здания. Я сообразила куда именно мы приехали, и...

– Надеюсь Офелию мы тут не встретим? Не столкнёмся в каком-нибудь коридоре?

– Я этот момент не учёл, – Дрэйк внезапно озадачился. – Но я распоряжусь.

Глава 2

Честно? На фоне новостей про Офелию, встреча с Таргоном выглядела бледно.

Из приятного – в комнату для допросов меня не пустили, оставили в соседней, которая была отгорожена непроницаемым стеклом.

Я оказалась в относительно приятной компании Майгора и ещё одного сотрудника рангом помельче. На миг ощутила себя героиней криминального фильма. Только роль мне не понравилась – превращать металл в золото и посещать магическую академию гораздо веселей.

Зато мой призрачный сообщник воодушевился безмерно! Он влетел в допросную вслед за Дрэйком, и увидавший полупрозрачного дедушку Таргон сильно побледнел.

После этого начался не допрос, а этакое избиение – Эрон рычал, шипел и плевался словами. Он начал с изобличительной речи, посвящённой змеиному характеру ректора, а выплеснув эти эмоции, выпалил:

– Чем тебе не угодили Рэйдсы? Говори!

Мы с Эроном знакомы не так чтоб давно, но в том, что в моменты ярости призрак применяет какую-то дополнительную магию влияния я не сомневалась. Под его напором языки развязывались гораздо быстрее и охотнее. Вот и теперь.

– Я… я… – запинаясь вымолвил ректор. – Я всё скажу. Только… – Исполненный мольбы взгляд на Дрэйка, и продолжение: – Только уберите его! Это невыносимо. Я не выдержу!

Высокий лорд хмыкнул.

– Ещё как выдержишь. Но если тебя так смущает мой многоуважаемый предок, ты можешь говорить быстрей.

Возникла недолгая заминка – Таргон впал то ли в транс, то ли в отчаяние.

Потом снова поднял глаза на Дрэйка, и я, глядя на обвиняемого сквозь стекло, пошатнулась. В этом взгляде было слишком много всего.

– Ну и? – подтолкнул оставшийся полностью равнодушным Дрэйк.

А призрак подался вперёд. Таргон хотел отшатнуться, но стул, на котором сидел, оказался надёжно прикручен к полу.

– Рэйдсы… – Таргон сказал словно каркнул. – Они… Вы не подумайте! Я не питал к ним неприязни! Я не желал им зла!

– Лорд Бертран Майрис утверждает, что заказчиком истребления был именно ты, – холодно произнёс Дрэйк, и Таргон бессильно развёл руками.

– Это не было целью, – сказал ректор. – Просто издержки. Рэйдсы… они сами не понимали каким сокровищем владеют. Я пытался договориться. Неоднократно обращался и объяснял… Я спрашивал. Не напрямую, конечно, но иначе… Аккуратно. Понимаете, лорд Дрэйк? Аккуратно! Они и сами не знали. И категорически не разрешали исследовать особняк.

– Что ты искал? – рявкнул Дрэйк. – Что там?

Таргон невменяемо покачал головой:

– Рэйдсы – очень древняя ветвь, древнее даже вас, правящих. Я посетил все доступные библиотеки и архивы. Я всё сопоставил. Я готов поклясться собственной жизнью, что этот род… Они владеют Оком жреца.

Последнюю фразу Таргон сказал на выдохе и на мгновение обессилел. Потом ректора начало трясти. В нём было слишком много эмоций, а я всё-таки удивилась. Вы серьёзно? Моя спонтанная догадка оказалась верна? Так бывает?

Дрэйк медленно повернулся и посмотрел на «непрозрачную» стену. Сидевший рядом со мной Майгор выпрямился, словно проглотил палку.

Второй сотрудник онемел. Он что-то записывал, и после слов Таргона ненадолго прервался.

– Что ты сказал? – вернулся к ректору Дрэйк. – Мне послышалось?

– Не-ет… – Ректор аж привстал. – Я клянусь! Они владеют Оком жреца!

Пауза, и хриплое продолжение:

– И оно не где-то… Не в замках, не в старых хранилищах, не в родовых склепах, которых у Рэйдсов насчитывается больше десятка. Не-ет… Реликвия в столице.

Дрэйк снова повернулся и снова глянул. Причём так, словно я нарочно подарила ему очередную головную боль.

Хорошо, что рядом был Эрон! Он прокашлялся и вмешался:

– Какое око? С чего ты взял?

Таргон посмотрел затравлено, но ответил:

– Последняя большая битва. В той битве люди забрали око, а я, исследуя хроники, отыскал след.

– Это сказки, – буркнул Эрон. – Никто ничего не забирал. Жрецы были слишком сильны. И у них были стражи. Причём не один, как при недавнем нападении, а много.

– Да! – воскликнул Таргон. – Но кого-то из жрецов всё-таки убили. Именно поэтому остальные закрыли двери Первохрама и подняли горы. Они сделали так, чтобы никто не смог подойти.

Я прикрыла глаза и мысленно обратилась к Арти. Помнила, что на теме Первохрама память ключевого артефакта подозрительно сбоит, но вдруг?

«Арти, это правда? Такое было?»

«Это легенды. Что было на самом деле и было ли вообще никто не знает. Хотя последнюю большую битву много кто описывал – уж она-то, точно была».

Я кивнула и хотела спросить ещё, но отвлеклась на покалывание в ладони. Кристалл, погружённый в мою руку, странным образом среагировал на слова.

Не очень-то понимая, что делаю, я погладила середину ладони большим пальцем и мысленно потянулась к оку. Молчаливо спросила всё ли у него в порядке.

Ответ пришёл не сразу – меня накрыло этакой ментальной волной.

Волна была лёгкая, упругая, с толикой грусти. Мне отвечал не камень, а этакое… отчасти разумное существо.

Чувства смешались. Мне было, с одной стороны, удивительно и приятно, а с другой – зябко. И я, конечно, призвала в свидетели главного компаньона:

«Арти!»

«Тсс… – словно пытаясь не дышать, отозвался тот. – Молчи».

Я подчинилась, но ментальная волна уже схлынула. Покалывание тоже прошло.

«Многие артефакты обладают зачатками разума,» – тихо произнёс Арти.

Захотелось нервно пошутить, но меня перебили:

«У меня разум как раз полноценный. Из нас двоих с зачатками – ты».

Обидно? Нет. Вообще плевать, ведь точно знаю, что эта белобрысая ехидна меня любит. Более того, это взаимно. Кажется я уже благодарна Арти за то, что вытащил меня из небытия, поместил в это тело и заставил пережить всю эту жуть.

Но…

Вдох, и мне пришлось вернуться в реальность. Пока отвлекалась, у Таргона началось речевое обострение. Его больше не спрашивали – он рассказывал сам.

Ректор говорил про исследования, которым посвятил большую часть жизни, про историю артефактов. Про малоизвестные хроники, с которыми приходилось разбираться, и благодаря которым Таргон пришёл к выводу: око жреца – не миф.

Он перечислял какие-то факты. Мне они были непонятны, зато Дрэйк и Эрон слушали предельно внимательно. Таргон объяснял этим двоим логику своих рассуждений, и чем дольше говорил, тем чаще Дрэйк косился на «непрозрачное» стекло.

Майгор, судя по выражению лица, в вопросе тоже разбирался.

В итоге именно начальник разведки не выдержал:

– Леди Алексия, мне интересно – вы когда-нибудь перестанете нас удивлять?

– А почему сразу я? – ответила возмущённо.

– Ну а кто?

– Предки.

Майгор фыркнул и продолжил созерцать допрос.

Когда от обилия непонятных мне фактов и логических ходов захотелось взвыть, Таргон вернулся к приземлённому – к непосредственному истреблению рода.

Ректор повторил, что пытался договориться, но Рэйдсы оставались к его «аккуратному любопытству» глухи. Тогда-то он и составил план.

Таргону требовался особняк. Всё. Но это одна из главных резиденций, такие объекты просто так не продаются. Более того, древние фамилии очень не любят расставаться со своим имуществом, а значит вариант только один.

Первая смерть была случайной, зато остальные… Таргон считал удачей, что Рэйдсов немного. Впрочем, немногочисленность – отличительная черта большинства древних фамилий.

– Вы слишком много думаете вместо того, чтобы размножаться, – то ли в шутку, то ли просто на нервах, бросил он.

Миг, и бриллиантовый холостяк опять повернулся к стеклу. Его реакция на реплику была, в каком-то смысле, занятной.

Но меня больше зацепило ироничное замечание Эрона:

– Зато у Майрисов проблем с размножением нет.

– Теперь, как понимаю, будут, – вздохнул Таргон. Могло показаться, что ректор сожалеет о судьбе сообщников, но нет.

Майрисов он привлёк практически сразу, на этапе плана. Причина была элементарной – в одиночку такой пирог, как Рэйдсы, не съесть.

Ведь организация убийств – это одно, а распределение и присвоение имущества – другое. К тому же Таргону требовались исполнители. Этот исследователь древностей не желал отвлекаться от собственной работы и, конечно, не хотел привлекать внимания к своей персоне. Да и богатства Таргона не интересовали. Зачем? В сравнении с безграничной магией это ерунда.

– Когда найдёте око, весь мир ляжет к вашим ногам, – сказал старик, обращаясь к Дрэйку. Прозвучало едко. – Ведь вы теперь не успокоитесь. Я знаю, лорд Дрэйк!

То есть Таргон думает, что Дрэйк отберёт у меня око? Не то, которое в руке, а второе? Ну… вполне реалистичный вариант.

– Не отвлекайся, – бросил в свою очередь Дрэйк. – Меня интересуют Рэйдсы и Майрисы.

– А что с ними? – вздохнул обвиняемый. – Всё ж и так ясно. Бертран, мой старый друг, согласился почти без раздумий. Ну и понеслось. Разные варианты, Майрисы не повторялись в методах. Потом я познакомил Майрисов с тем мальчишкой, с алхимиком. Я не следил, но, как понимаю, Майрисы покусились на что-то большее, чем чья-то жизнь?

Пауза, и продолжение:

– Дураки. Ох, дураки. Но, признаться, я их в чём-то понимаю. Кстати, они не говорили, но я точно знаю – Майрисы собирались присвоить то, что ищу. Зря. На этот случай у меня тоже имелся план.

– А девчонка Рэйдс? – задал новый вопрос Дрэйк. – Почему не убили?

– Так имущество, – озвучил уже известное ректор. – Большинство сделок выглядели сомнительно, Бертран хотел легализовать их через брак. Потом, кстати, став мужем, собирался оспорить продажу каких-то земель Гавальдо, и что-то ещё. Ну и родовые печати тоже, разумеется, сыграли. Я знаю, что печать в восточном замке доставляет Майрисам много беспокойства. И печать на медных рудниках.

– Это все причины? – теперь в голосе холостяка появилась насмешка.

Во взгляде ректора мелькнуло нечто неприятное.

– Ты назвал все причины? – повторил уже Эрон, причём с нехорошим таким нажимом.

Таргон вздрогнул и в который раз побледнел. В его взгляде снова появилась затравленность, а призрак придвинулся и пообещал зловеще:

– Я всё равно узнаю. Лучше признайся сам.

– Я… я… – заблеял Таргон.

Говорить не хотел, но правящие и без слов догадались. А Дрэйк даже озвучил:

– Похоже, что без Алексии око не найти.

2_2

Обвиняемый дёрнулся, а высокий лорд хмыкнул.

– Там либо тайник, защищённый кровью рода, либо что-то ещё. Артефакты высокого уровня часто обладают подобием разума. Вы травили Алексию для того, чтобы артефакт вмешался и выдал себя?

– Если всё правда, – подхватил Эрон, – и Рэйдсы действительно владеют оком, то артефакт находится у них много столетий. За эти годы он мог привыкнуть и признать род своим.

Как по мне, прозвучало сомнительно, но Таргон заметно напрягся. Он с самого начала был далёк от состояния дзэна, а сейчас напомнил перетянутую струну.

– Вы… – прохрипел он. – Вы… Когда найдёте, то хотя бы покажете? – Таргон резко подался вперёд. – Мне только посмотреть. Пожалуйста! Вы же понимаете, что я всю жизнь…

Дальше я не слушала. Отвлеклась. Мне вспомнились два момента. Во-первых, случай с максимально странным поведением родового артефакта – когда тот защитил от казни деда. Во-вторых, выверты защитной системы особняка.

Я понятия не имела когда этот особняк построен. Если ориентироваться на земные стандарты, я дала бы строению пару веков.

Но тут другой мир. Магия! Вероятно, другие технологии строительства и, вполне возможно, другой уровень сохранности материалов. Это у нас цементный раствор разрушается достаточно быстро. А здесь?

А как здесь обстоят дела с разрушением дерева? Что будет если пропитать это дерево какой-нибудь магией?

«Если пропитать дерево какой-нибудь магией, – отозвался Арти, – то оно может сохранять изначальные свойства до тысячи лет».

Миг, и… Нет, не осознание, но новый вопрос:

«Сколько нашему особняку?»

«Да кто ж его знает. Но с тем, что охранная система и родовой артефакт ведут себя не типично, я согласен».

«Так может родовой артефакт и есть око?» – выдвинула предположение я.

Арти помолчал, прежде чем сказать:

«Будь это так, Бертран и Таргон бы поняли. Ты забыла, что Майрисы забирали артефакт в своё хранилище? Да и защитная система, в отсутствие артефакта, работала как всегда».

Да, верно.

И кстати…

Таргон по-прежнему что-то лепетал, а я повернулась к начальнику разведки и спросила:

– А при чём тут кысы?

Мужчина напрягся, глянул непонимающе, и я перефразировала:

– С какой целью они запустили в подвал, где, кроме прочего, расположена панель защитной системы, кыс?

Секунда. Майгор кивнул и встал. Он вышел из комнаты, чтобы тут же появиться в допросной и подозвать Дрэйка.

После короткого перешёптывания, Дрэйк озвучил мой вопрос Таргону. Тот заметно сник.

Версия о том, что кысы были принесены в дом, чтобы вытравить нас своей вонью, оказалась несостоятельной. Целью атаки являлась именно панель – та самая, которая оказалась не по зубам.

И которая, кроме прочего, атаковала этих монстров магией!

«Это око,» – пришла к единственно возможному выводу я.

Увы, но мой менее эмоциональный приятель не согласился:

«Не факт. Хотя око вероятно причастно».

По всему выходило, что нужно просто идти и искать. При этом последний обыск, устроенный ключевым артефактом, никаких результатов не дал. Впрочем, ему ведь недоступны хранилище и подвал.

«Помнишь каким чистым выглядело ваше хранилище? – снова подал голос Арти. – Майрисы даже пыль оттуда украли».

Я помнила. Более того, я тоже думала о подвале. Вот только… а оно нам точно надо? В смысле, нам точно нужно найти этот артефакт?

«Не знаю. Но в случае нашей миссии и твоего отвратительного уровня магии, два ока – лучше, чем одно».

Я подумала и кивнула. А когда вернулся Майгор спросила:

– Могу я подождать Дрэйка и Эрона в каком-нибудь другом месте? Не здесь?

Мужчина напрягся. Потом нахмурился и сказал:

– Учитывая вашу способность притягивать неприятности… Не уверен, что вас можно оставлять одну.

Я выразительно закатила глаза. Он сейчас шутит?

– Все мои неприятности – следствие того, что мне пришлось выживать. Вам напомнить, какую судьбу мне готовили недоброжелатели? А в каком положении оказались Рэйдсы?

– Боюсь это не аргумент.

Майгор буркнул и замолчал, но через полминуты кивнул и поднялся. Мужчина предложил проследовать за ним и, после довольно продолжительной прогулки, привёл в какой-то кабинет.

Помещение было просторным, достаточно захламлённым, но уютным. Я увидела шкафы с документами, стулья для посетителей и огромный письменный стол.

– Только ничего здесь не трогайте, хорошо? – попросил Майгор. – Если что-то пойдёт не так, если с вами что-то случится, Дрэйк с меня голову снимет.

Прикол про Дрэйка и головы я уже знала.

Заверив начальника разведки, что всё будет в порядке, я разместилась на самом удобном стуле. Села, как примерная девочка сложила руки на коленках, и принялась ждать.

Я погрузилась в мысли. Ситуация с вымиранием моего рода была, в общем-то, ясна. Желанием закопаться в детали я не пылала.

Невзирая на умные речи Дрэйка про стратегические планы, меня очень интересовала грозящая катастрофа, и особенно – при чём тут Первохрам?

«Выясним,» – вклинившись в размышления, заявил Арти.

Это-то да, но…

«Нам по-прежнему нужны союзники. Вынуждена признать, что в союзники придётся брать правящих. У нас просто нет других вариантов».

«Придётся. – Ключевой артефакт печально вздохнул. – Уж кто, а Дрэйк от тебя не отстанет».

Прозвучало двояко, но почему-то подумалось, что это «не отстанет» – очень даже хорошо.

Глава 3_1

То же время, второй корпус Управления внутренней разведки

Таргон искал Око жреца – эта информация всё-таки удивила. Но куда большее удивление Дрэйк испытал в момент, когда понял, что не имеет ни малейшего желания претендовать на реликвию. Он готов оставить око за Алексией и просто постоять в стороне.

Идиотизм ситуации заключался в том, что все мысли «бриллиантового холостяка» вертелись вокруг другого, не связанного с расследованием эпизода. Вокруг всё той же совместной ночи. Спокойствие, которое демонстрировала наследница и глава рода Рэйдс, было неприятно! Обычно в такие игры играли не леди, а сам Дрэйк.

А тут ещё и юная. Неопытная. Вот только… Там, в подпространстве, неопытностью и не пахло. Алексия вела себя слишком открыто. Но при этом оказалась девственницей.

Как такое может быть?

Дрэйк слушал откровения Таргона, косился на опасно улыбчивого деда и на стекло, за которым осталась эта заноза. В том, что касалось Майрисов, мадам Офелии и прочих причастных, план давно сложился. Правящий род вернёт Алексии абсолютно всё, до последнего медяка.

Главный вопрос – что делать с самой Алексией? Особенно на фоне того, что уже мозги плавятся от всех этих противоречий?

А там ещё и ключевой артефакт в облике слишком уж материального мужчины…

Вспомнив наглую ухмылку косящего под кадета блондина, Дрэйк едва не зарычал.

Он продолжал допрос столько, сколько мог. Когда картина стала совсем уж очевидной, сказал Эрону, что хватит.

Таргона можно было передавать дознавателям, а самим заняться другими, более интересными вещами. Так высокий лорд и поступил.

Но когда покинул допросную, столкнулся с новой неприятностью – Майгор, по просьбе Алексии, увёл её в соседнее здание. Леди оставила кинжал, но сама находилась в кабинете начальника разведки. Находилась там как бы одна.

– Ты хочешь в отставку? – глядя на Майгора, догадался Дрэйк. – Просто трусишь сказать об этом прямо?

– Мой кабинет – самое защищённое место в управлении. – Майгор нервно передёрнул плечами. – А леди пообещала ничего не натворить.

Дрэйк едва на застонал.

– Алексия? Пообещала? И ты поверил?

Но всё оказалось совсем не страшно – видимо в качестве исключения, не иначе. Девушка с фиолетовыми волосами нашлась на гостевом стуле, в скованной позе, с печатью глубокой задумчивости на лице.

Дрэйк, оказавшись в кабинете, не выдержал. Он показательно осмотрелся и спросил с подчёркнутой иронией:

– Ну и где? Где ты прячешь очередную катастрофу?

Глава рода Рэйдс презрительно фыркнула, и высокого лорда взорвало.

Нет, внешне он остался невозмутим, но внутри… Так бывает, если активировать сразу несколько боевых огненных заклинаний. Сначала Алексию захотелось убить, а потом – раздеть и как следует от…

– Уф! – произнёс высокий лорд вслух.

А внутри зарычал.

Он приблизился и властно протянул руку. В голове было до неприятного туманно, что доказывало старую истину – все проблемы от женщин. Но раньше Дрэйк с этим фактором риска как-то справлялся. А теперь?

– Мм-м? – глядя на него, вопросительно протянула Алексия.

– Что «м»? – буркнул лорд. Прозвучало недружелюбно.

– Мы сейчас куда? – объяснила девушка. – Время позднее, и я надеюсь, что всё-таки спать?

Дрэйк не выдержал. Агрессия на его лице сменилась усмешкой. Майгор ждал на пороге и слышать этот разговор не мог, поэтому Дрэйк сказал:

– Спать? Какое интересное предложение. Надеюсь вместе?

Алексия смутилась не так сильно, как ему бы хотелось.

А ещё огрызнулась:

– С чего бы нам с вами спать вместе?

– Действительно, – радуясь лёгкому румянцу, иронично хмыкнул он.

После этого Дрэйк передал Алексии кинжал и полюбовался уже настоящим, выразительным смущением. Девушка не хотела посвящать в их маленький секрет посторонних? Ну-ну. Тут как ни старайся, а всё равно посвятишь.

3_2

– Нужно осмотреть дом, – сказал Дрэйк.

- Сейчас?

- Ну, раз со сном у нас не клеится, - парировал он, не скрывая улыбки. И уже без смеха: – И хватит мне выкать, Алексия.

Ситуация с этим «вы» действительно становилась абсурдной, и леди, наконец, поняла.

– Полагаешь мы с тобой, - и это «тобой» она подчеркнула, - вот так, запросто, найдём то, что Таргон и Майрисы безуспешно разыскивали много лет?

- Мы может и не найдём, но ты легко. - Всё, Дрэйк выдохнул и действительно развеселился.

Он видел, что девушка устала, что ей в самом деле пора спать. Но отпускать Алексию категорически не хотелось. К тому же она и правда везучая, есть все шансы, что у неё получится.

С пару минут рыжеволосый лорд наблюдал на её лице отражение внутренней борьбы, а в итоге услышал прохладное:

– Ладно.

Миг, и они направились к выходу. К двери, в проёме которой всё так же стоял Майгор. Начальник разведки кивнул обоим и отступил.

Майгор видел перемены в настроении Дрэйка, и эти перемены ему нравились. В том же, что касалось Алексии - как ни крути, а девушка очень непроста. Спецы уже закончили собирать досье, и вывод был однозначен - нынешняя Алексия не имеет ничего общего с той, прежней, которой она была до «болезни». В частности, до отказа от ядовитых пилюль и удара головой.

Майгору рассказывали про тот обморок. Он даже опросил нескольких независимых, не связанных с управлением свидетелей. История звучала складно, но всё равно не клеилась. К счастью, задание ограничивалось только сбором информации - дальше Дрэйк будет разбираться сам.

Когда эти двое ушли, начальник управления прошёл вглубь кабинета и упал в кресло. Вечер выдался насыщенным, но сейчас не время отдыхать.

Показания ректора Таргона вгоняли в ступор. Ситуация, которая развернулась вокруг Алексии Рэйдс, поражала. С другой стороны, а кто сказал, что родовитым и богатым легко?

Нет, им не легче. Просто проблемы другие. Впрочем теперь, благодаря Дрэйку, от части проблем леди Рэйдс будет избавлена. В скором времени её ждёт более чем приятный сюрприз.

А Дрэйк… У этого тоже «сюрпризы». Причём каждый день. Но Дрэйка не жаль. Майгор даже хмыкнул, вообразив физиономию высокого лорда в момент нового финта от его леди. А в том, что этот финт будет, главный разведчик не сомневался.

Более того, профессиональное чутьё нашептывало, что новый «сюрприз» гораздо ближе, чем можно предположить.

Алексия

Намёк про совместный сон был вопиющим, но неожиданно приятным. После слов Дрэйка, по телу прокатилась сладкая волна.

Зато Арти на ментальном плане поперхнулся, а собственный разум рявкнул категоричное «нет». Но тело… Ох уж это тело. Пришлось очень постараться, чтобы притвориться равнодушной. Всё-таки наша с Дрэйком физическая совместимость выше всяких похвал.

Из Управления внутренней разведки я вышла в смешанных чувствах и смешанных желаниях. Меня задевало присутствие высокого лорда, а тело продолжало нашёптывать - может всё-таки «да»?

«Нет, - буркнул на последнюю мысль Арти. – Только не при мне!»

Тут, конечно, имелся вариант пространственного кармана, в котором можно уединиться, но…

Действительно стоп. Хорошенького понемножку. Я и первый-то раз не планировала, а на второй не согласна тем более. Дрэйк мне не подходит. Да и я не лучший вариант для него.

Ему нужен кто-то поспокойнее, помоложе, попокладистей. В меру наивная девочка, которая будет с восторгом смотреть в его бриллиантовый рот.

Кто угодно, только не я.

Жаль, что сам высокий лорд очевидно завёлся. Он явно вспоминал то, что между нами случилось и хотел повторить.

Осуждать за это я не могла, но выдерживать горячие взгляды, которые на меня бросали во время поездки, было трудно.

Зато бодрость вернулась! Сложно быть расслабленной и сонной, когда рядом сидит источник сексуальной опасности. Тут при всём желании не уснёшь.

Итог – в особняк мы вернулись поздно и в тонусе. Но прежде, чем попросить у Хайса ключ от подвала, я предприняла последнюю попытку:

- Может всё-таки завтра?

– Не вижу причин откладывать на завтра то, что можно сделать сейчас.

Дрэйк улыбнулся, а я кивнула, вздохнула и таки озадачилась ключом. Затем мы проследовали знакомым коридором, я отперла дверь, но когда вошли в подвальное помещение, высокий лорд едва не споткнулся. Он замер и спросил вкрадчиво:

-- А это что?

Про золотую глыбу, которая осталась от нашего с Арти последнего эксперимента, я, честно говоря, забыла. Зато прямо сейчас имела счастье наблюдать непередаваемую физиономию самого завидного холостяка.

-- Мы с Арти занимались плавлением и преобразованием, – объяснила я. И немного слукавила: – Тренировались для прокачки резерва.

Тут и Эрон проявился. Увидав результат наших «занятий», досточтимый предок уважительно присвистнул. А Дрэйк наконец очнулся – он прикрыл глаза и выдохнул:

-- Опять?

Я...

Впрочем, ладно. Чего кокетничать? Намёк я осознала. Дрэйк успел примерить образ героя, который спасает девицу, а та устроила очередной внеплановый переворот.

Ну да, я не готова быть нищей. Согласна делать что угодно, чтобы восстановить благосостояние семьи. Спасать меня можно, но это не означает, что я буду спокойно сидеть в башне. Я сейчас в таком настроении, что скорее я эту башню разнесу.

-- Алексия! – то ли стон, то ли рык.

Я посмотрела заинтригованно, а Дрэйк внезапно угомонился.

-- Знаешь, ты, пожалуй, права. Осмотр особняка лучше отложить.

Лорд развернулся и властно указал на всё ещё открытую дверь.

-- Тем более завтра у тебя занятия, – добавил он. – Так что давай. Пойдём.

Я, признаться, поразилась. Пойдём? Так просто?

«А чего ты хотела? – ехидно подал голос Арти. – Дрэйк, как любой нормальный мужчина, пытается сохранить свои мозги. Вдруг это не последний сюрприз?»

Слова «любой» и «нормальный» к определению Дрэйка Тордваса точно не подходили. Впрочем ладно. Вставать в позу и настаивать на осмотре я не стала – позволила этому противоречивому мужчине проводить себя обратно в коридор.

Затем пронаблюдала как он – самолично! – проворачивает ключ. На этом мы расстались. Дело в том, что из-за поворота вынырнул неспящий Хайс, и я решила, что управляющий справится с важным гостем лучше. А мне действительно хорошо бы в постель.

***

-- Магия? – Уже проснувшись, но ещё не распахнув глаза, полувопросительно пропела я. – Магия-магия? На закате, на рассвете...

Я ждала ответа, а его почему-то не прозвучало. Пришлось проснуться уже по-настоящему, но спальня была пуста.

С некоторым запозданием я вспомнила, что Эрон переехал в кабинет, но когда решила, что нужно встать и в этот самый кабинет заглянуть, призрак вынырнул из стены, отделявшей спальню от гостиной.

-- Ух! – увидав сидящую на кровати меня, воскликнул он. – Ну и везучая ты девица!

Оптимизм дедушки был чрезмерным и подозрительным. Я прищурилась и, склонив голову на бок, спросила:

-- Что произошло?

-- Да так, – отмахнулся Эрон нарочито-небрежно. – Скоро узнаешь.

Уровень моего напряжения усилился и упёрся в потолок.

Помня, что призрак, вообще-то, имеет прямое отношение к правящим, и насколько эти самые правящие склонны к самоуправству, я решила, что внизу работает какой-то особенный магический сканер. Или некие подозрительно похожие на спецназовцев симпатичные «строители» сбивают со стен штукатурку, уверяя прислугу, что делают благотворительный, оплаченный столичными властями ремонт.

Или что-то ещё – другое, но из той же серии. Не согласованные со мною поиски уникального артефакта.

Я тут же вскочила и, накинув халат, поспешила вниз.

Эрон пытался остановить, но возражений я не слушала. И догадка оказалась, в определённой степени, верна.

Действительно правящие и действительно самоуправство. Только предводительницей диверсии оказалась леди Эсхилия. В миг моего появления эта яркая красотка стояла посреди холла и, оглядываясь, что-то дерективно рассказывала Хайсу. Тот кивал и делал пометки на каком-то листе.

-- Что здесь... – начала было я, но меня заметили и перебили.

-- О! Леди Алексия! – воскликнула Эсхилия оптимистично. – С добрым утром! Вы-то нам и нужны.

Я вам может и да, а вы мне нет. Но вслух я такого, конечно, не сказала.

Зато вежливо отзеркалила улыбку и приготовилась сразиться с императорской сестрой.

Я понятия не имела что задумала эта рыжая, но идея мне уже не нравилась. Это мой дом! Никто не имеет права сюда врываться и грузить своими хотелками моих слуг.

-- Алексия, милая, не сочти за наглость, – продолжила Эсхилия, бросая Хайса и устремляясь ко мне. – Но тут такое дело... Зная все обстоятельства я просто не могу остаться в стороне!

Я не просто напряглась – мне чуялась беда. Зато Арти наоборот развеселился и назвал происходящее сладкой местью от Дрэйка.

В том, что мне будут портить нервы, и в том, что виной всему Дрэйк, я не сомневалась. Спустя пару минут, когда мы с леди переместились в единственную обставленную гостиную, меня попытались убедить, что высокий лорд не при чём.

Эсхилия принялась щебетать и уводить внимание в лучших традициях мошенников. Она говорила обо всём и сразу: о моей загруженности, об ужасном состоянии дома, о разорении нашей семьи.

Слов было слишком много! Я быстро начала терять нить повествования, однако прервать леди не получалось. Передо мной сидел этакий прущий к собственной цели бронетранспортёр.

Примерно на пятой минуте я вспомнила Нэйлза и прониклась к другу самым искренним сочувствием. Сложно вообразить что случается, если их с мамой желания расходятся, и леди начинает добиваться своего.

Мне не хотелось вставать на пути этой машины. Спустя десять минут я была согласна на всё – только отстаньте!

Впрочем, если объективно, предложение было хорошим. Более того, моя изначальная шальная догадка снова совпала - Эсхилия хотела взять на себя ремонт.

Я знала, что Хайс уже начал подбор архитектора, но никаких проектов мне пока не показали. К тому же всплыла новая подробность – в запасниках Майрисов нашли много мебели из нашего особняка. Эсхилия предлагала не изобретать ничего нового, а восстановить исторический вид. При этом обещала в ближайшее время принести гравюры – оказывается, что столичное гнездо Рэйдсов являлось чуть ли не памятником архитектуры и многое было задокументировано.

Уж не знаю – то ли Эсхилия заразила энтузиазмом, то ли совпало, но мне нравился этот вариант.

В процессе беседы нам принесли кофе пить который я всё-таки не стала. Как однако быстро человек привыкает к хорошему. Наш, домашний кофе, по-прежнему был совершенно иной.

А рыжеволосая леди...

-- Поверь, это меньшее, что я могу сделать в благодарность за спасение моих братьев. И Кэйр, и Дрэйк, очень мне дороги.

-- Мм-м, – единственное, что смогла ответить на это я.

Спасение. Наверное я странная, но к обоим случаям относилась спокойно. Не чувствовала себя героиней. К тому же упомянутые мужчины уже ответили добром на добро.

Никакого долга передо мной у них нет. Особенно у Дрэйка. Особенно если вспомнить, что появление стража Первохрама может быть спровоцировано моим «общением» с колонной.

К тому же, невзирая на всю искренность, которую демонстрировала собеседница, ощущалось во всей этой истории двойное дно.

Правящие хотят усилить контроль, и нет ничего лучше, чем опутать меня мягкой сетью. Нэйлз дружит и помогает в академии, Дрэйк тоже где-то рядом, а Эсхилия и вовсе забралась в дом.

Я всё понимала, но! Заманчивость предложения помноженная на поразительную настойчивость обезоруживали. В итоге я согласилась на всё.

Женщина тут же просияла и спросила:

-- Тогда позавтракаем?

-- Да, разумеется.

Правда времени на завтрак у меня оставалось немного. Занятия в академии, невзирая на нависший над нами капец, никто не отменял.

Возможно это было правильно – ведь спектр заклинаний, который сможет применить Арти, напрямую связан с моими магическими навыками. Плюс, невзирая на наличие ока, мне нужно наращивать резерв.

Учиться необходимо, но, прежде чем уйти переодеваться, я всё-таки вызвала Хайса. Я лично, прямо при Эсхилии, озвучила управляющему достигнутые договорённости. Тот был рад.

Отдельный и особый момент – все расходы оплачивались из моего бюджета. Попытку набросить на меня ещё и финансовую петлю я приняла в штыки.

-- Хорошо, хорошо! – ответила на это Эсхилия. На том и остановились.

Глубоко вздохнув, я отправилась наверх. За время отведённое на сборы, нам должны были приготовить и подать еду.

А касательно того, что Эрон назвал меня везучей – да, правда. Я помнила как проходил ремонт квартиры в моём прошлом мире и понимала, что Эсхилия – идеальный «личный прораб». Она высосет мозги всем и каждому, и точно добъётся хорошего результата.

Но куда больший повод для радости заключался в том, что любви между мной и Нэйлзом так и не случилось. Эсхилия прекрасна, но я бы точно не выдержала такую свекровь.

Глава 4_1

К слову о Нэйлзе – парень привычно заехал за мной, чтобы отвезти в академию, и был безмерно удивлён, застав в особняке свою маму. Та радостно вышла навстречу, а мой рыжеволосый друг аж воздухом подавился.

– Мама? Ты?

На этом их общение закончилось – я взяла друга за руку и потащила в сторону экипажа. Мы уже опаздывали, а поблажек будущим спасительницам мира, как поняла из общения с Дрэйком, можно не ждать.

– Ну ты, – выдохнул на ходу Нэйлз. – Ну...

Я ждала комментариев, но их в итоге не прозвучало.

Зато, едва уселись в коляску, мне сказали о другом:

– После случая с големом, академия, как понимаешь, стоит на ушах. Постарайся не болтать. Нам лишние сплетни ни к чему.

– Да я и не собиралась.

Правда не собиралась. При этом понимала, что как раньше уже не будет. Весть о том, что я утащила Дрэйка в пространственный карман, разлетелась по городу как пожар.

А ведь я теперь героиня, да? Ведь как же, спасла самого Дрэйка. Спасибо, что возвращение в свет императора практически невозможно связать со мной.

Быть героиней, как ни парадоксально, не хотелось. Всё положенное героям общественное внимание, если что, готова принять деньгами – они надёжнее, чем мимолётный фурор.

Уловивший мою мысль Арти фыркнул, а я расслабилась. Невзирая на последние события, была убеждена, что день сложится нормально. Но!

Стоило нам добраться до филиала, переместиться в главное здание академии и добраться до основного зала, как по этому самому залу прокатилось неестественное зловещее эхо. Затем под потолком стремительно сформировалась чёрная-пречёрная туча и прямо-таки рухнула на меня.

Это было неожиданно и страшно – я завизжала, а Нэйлз... Кажется, я ошиблась, и рыжий мне совершенно не друг.

Этот гад начал ржать. Он даже согнулся пополам, видя как эта ставшая компактной туча, практически впечатывается в мою макушку.

– Нэйлз! Что это? – выпалила я панически.

– Ну как что? Смотритель.

Ох ты ж зараза. А про Смотрителя я успела забыть.

На миг ощутила себя героиней компьютерной игры, над которой навис некий эффект проклятья. Чёрная туча застыла в паре сантиметров над головой. Пользуясь её зависанием, я попыталась отползти, но туча переместилась следом.

А ещё появились свидетели, которые взирали на происходящее ну очень большими глазами.

– Алексия, прости, – продолжая веселиться, выдал Нэйлз, – но кажется ты самый главный неуч магических факультетов.

Я не выдержала и прошипела, точно зная, что спрятанный в сумке кинжал меня слышит:

– Лорд Эрон!

Увы, но явления призрака не случилось. Зато я обратила внимание на свою ментальность – ключевой артефакт тоже угорал.

«А ты-то чего смеёшься?» – рявкнула я.

«Да так. Ты уже столько времени в этом теле, магия растёт, а учёбой, невзирая на наличие двух лучших учителей, почти не занимаешься. – И вишенка на торте: – Так тебе и надо».

Я сильно возмутилась. Это я-то не занимаюсь? Я?!

Я научилась перемещаться по энергетическим каналам и вычищать их от смертоносной плёнки. Я освоила преобразование металлов и пространственный карман. Я поняла принцип работы с силовыми линиями, из которых составляются плетения заклинаний, и пусть не сама, но всё-таки применяла невидимость.

Да если вспомнить, что новичкам от магии доступны только воздушные вихри и простенькие иллюзии, то я вообще гений и трудяжка.

«Но у новичков нет дополнительного внешнего резерва, – возразил на это Арти. – Да и учителей, таких как мы с Эроном, повторюсь, нет».

Я аж зарычала – как ни крути, это была несправедливость. Жаль, что Смотрителю на моё рычание было плевать.

– Лорд Эрон, уберите его! – рявкнула я.

Дедушка не ответил и, опять-таки, не проявился. Зато сказал Арти:

«Боюсь, это не в его власти. Смотритель, как ты помнишь, сложный, самонастраиваемый магико-технический механизм».

Про самонастраивание я слышала впервые, но не суть. Отдельная гадость – Нэйлз продолжал смеяться.

Я подарила другу прожигающий взгляд, а тот объяснил:

– Алексия, если бы механизм активировал кто-то другой, я бы тебе посочувствовал, а так... Это как в поговорке – не рой яму другому.

Показав другу неприличный жест и повторно рыкнув на тучу, я устремилась к аудитории, в которой должна была проходить лекция у первого курса. В дверь вошла вместе со звонком.

На моё счастье, препода в помещении ещё не было. Зато присутствовала толпа высоких широкоплечих сокурсников, на которых напала оторопь при виде меня.

Изначально меня точно собирались допрашивать по теме минувших событий, а тут...

– Ого. Вот это тебе прилетело.

Реплика принадлежала Нилу, в которого я тоже метнула гневный взгляд.

Но дальше – хуже. Парни, которые обещали всячески оберегать и даже спорили из-за моей скромной персоны с третьекурсниками, дружно подскочили и принялись пересаживаться на дальние парты.

– Алексия, извини, но от греха подальше, – прокомментировал движуху всё тот же Нил.

Туча тем временем плавно сместилась вправо и вниз. Не менее плавно она превратилась в высокую, сотканную из непроглядной тьмы фигуру. А ещё у неё появились пылающие ало-фиолетовым светом глаза, от которых стало совсем уж жутко.

«Да не бойся ты так, – снова подал голос Арти. – Смотритель только с виду грозный, а настоящего вреда не причинит».

Потребовалась пара минут, чтобы переварить происходящее и утихомирить нервы. Затем был гордо вздёрнутый подбородок и не менее гордое шествование к своему обычному столу.

Смотритель проследовал за мной и уселся слишком близко. Я, конечно, постаралась отодвинуться, но вопиющее изобретение бывшего ректора не пожелало отстать. Он буквально приклеился, и взгляд инфернальных глаз всё это время был направлен на меня. Ученицу первого курса пурпурного факультета безмолвно укоряли.

– Да иди ты... мимо! – не выдержав, воскликнула я.

Не пошёл, а я осталась с пониманием, что всё закономерно. Я действительно умею делать некоторые уникальные штуки, но, если посмотреть трезво, реальных знаний у меня нет.

Всех моих сокурсников так или иначе готовили. Каждый, ещё до поступления в академию, учился обращаться с силой, изучал классификацию, принцип работы с заклинаниями и так далее. Я действительно главный неуч. Но ведь это не повод сидеть впритирку и так жёстко бесить!

Второй не менее важный вопрос – а где преподаватель? Может пары не будет и мы прогуляем? Сорвёмся, в лучших традициях моего прошлого мира, всей группой в какое-нибудь кафе?

Я успела вообразить, как покидаю академию, оставляя эту чёрную жуть позади, и тут дверь аудитории открылась, а в воздухе вспыхнул пленительный аромат кофе. Вместо господина Мирнока, нашего основного преподавателя, на занятие пришёл Дрэйк.

Сначала «бриллиантовый холостяк» нашёл взглядом меня. Его бровь взлетела вверх, а уголок рта дёрнулся – Дрэйк с великим трудом удержал улыбку.

Тот факт, что парни отсели на другой конец аудитории, печали у главного человека на факультете тоже не вызвал. Дрэйк ещё больше повеселел.

– Какая прелесть, – удовлетворённо произнёс он.

Дальше было привычное – мне передали подставку с двумя стаканами кофе.

Моё настроение не улучшилось, наоборот улетело куда-то в бездну. Я перегнулась через стол и прошептала:

– Ты можешь убрать эту гадость?

– В своё время я убил две недели на поиск и отключение этого механизма, – прошептал в свою очередь лорд. – Но кто-то, не будет показывать пальцем, снова его включил.

Это означало «нет». Даже не так: Дрэйк не отключит Смотрителя даже если сможет.

Но я не расстроилась. Ведь у меня есть Эрон, а доступ в кабинет ректора мне, если что, предоставят. Точно предоставят! Правящим теперь слишком выгодно со мной дружить.

Будто почувствовав эти мысли, Смотритель придвинулся максимально близко и задышал в ухо. Преодолев брезгливость и ужас, я попыталась оттолкнуть создание рукой, но та прошла сквозь тьму.

Ключевой артефакт, чтоб ему пусто было, хихикал. Дрэйк тоже заметно веселился. Но, добравшись до кафедры, мужчина стал предельно серьёзен.

– Раз все в сборе, – сказал он, – самое время обсудить то, что недавно случилось. А заодно и то, что нас в ближайшее время ждёт.

4_2

***

Нэйлз просил не болтать – видимо для того, чтобы болтать мог Дрэйк. Впрочем, шучу. Мне совершенно не хотелось влезать в эту тему.

О столь важных вещах должен говорить кто-то приближенный к власти – тот, чьё слово и мнение весомо. Дрэйк в данном случае идеальный вариант.

– Все вы присутствовали на арене в день события, – сказал рыжий. – Полагаю, кое-что из произошедшего вам понятно. Но предлагаю отбросить догадки. Я скажу как есть.

В аудитории воцарилась абсолютная тишина. Парни подались вперёд, и даже Смотритель перестал трепыхаться.

– Там, на арене, – продолжил Дрэйк, - пыталось проявиться существо, которое известно всем нам исключительно по легендам. К нам пожаловал один из стражей Первохрама. Голем, созданный для защиты этого грандиозного сооружения и затопленный вместе с ним.

Как вы наверняка помните, Первохрам ушёл под воду в результате природного катаклизма. Есть несколько версий, основная заключается в том, что катаклизм был справоцирован магией самих жрецов. Изначально, если верить тем же легендам и очень скудным историческим документам, Первохрам находился в гористой местности, на границе с морем. Но после большой битвы, когда объединённая армия древних королевств попыталась захватить храм, жрецы подняли горы. Первохрам оказался на недоступной высоте.

Прошло несколько столетий – и об этом периоде нам ничего неизвестно. Затем случился тот самый разрушительный катаклизм. Хроники говорят о серии мощных землетрясений в том районе, об обрушении части горного массива и разломе. Так Первохрам оказался под водой.

Это место, хоть и осталось труднодоступным, было многократно исследовано. Были ныряльщики, которые не смогли добраться до храма, но видели очертания под водой. Их свидетельства говорят о том, что Первохрам ушёл под воду практически целостным сооружением. Вокруг него сохранилась защитная стена и расставленные вокруг этой стены исполинские големы. Одного из таких големов мы и имели счастье лицезреть.

Дрэйк замолчал, а тишина стала ещё оглушительней. Даже неугомонный ментальный комментатор в лице Арти сидел как мышь.

И всё бы хорошо, но я не выдержала. Не хотела высовываться, но вдруг осознала себя тянущей руку.

– Да, Алексия? – с толикой удвиления отреагировал рыжий.

– Лорд Дрэйк, – тыкать ему при всех, да ещё на занятии, я, конечно, не стала. – Можно вопрос?

– Говори.

Разумеется я спросила про колонну, которая находится здесь, в столице. Если ныряльщики не смогли добраться до самого храма, и если видели очертания практически целостного сооружения, то как фрагмент комплекса оказался здесь?

– Это очень старая и запутанная история, – сказал Дрэйк. – Она не имеет отношения к делу.

Кажется или меня послали?

– Действительно не имеет, – добавил Дрэйк. – Но если тебе интересно, мы когда-нибудь обсудим.

Прозвучало специфично. Будь я моложе и испытывай к лорду хоть какие-то чувства, пришлось бы порозоветь.

Но акта смущения не случилось, «препод» вернулся к рассказу. У меня же мелькнула мысль об ушлости правящих – видимо отжали реликвию у какого-нибудь особо успешного ныряльщика.

«Нет, – не выдержал Арти. – Там всё сложней. Но не важно. Про ушлость ты, кстати, угадала. Правящие – те ещё жуки».

Тут невольно вспомнился ещё один момент – количество родовых артефактов, которые принадлежат семье Дрэйка. Впрочем, сейчас не время поражаться чужим успехам, лучше сосредоточиться на вопросе, который нужно прояснить.

– Итак, Первохрам и големы... – Дрэйк обвёл нас тяжёлым взглядом. – Ни у нас, ни у кого-либо не было причин думать, будто они вернутся. Храм затоплен много столетий назад, на него никто не нападает, доступа к нему нет. Но страж пришёл и, более того, применил один из самых поразительных приёмов. До всех этих событий мы были убеждены, что люди древности приувеличивали, потому что даже теоретических обоснований, под которые можно подвести подобную технологию, нет.

Хроники и легенды сохранили сообщения о том, что стражи могли впитывать и отражать любую боевую магию, были в большой степени неуязвимы. Но самое неприятное – они могли выкачивать магическую энергию. Это говорят Хроники. А на практике мы выяснили, что големы выкачивают ещё и жизнь.

Дрэйк замолчал, а аудитория поражённо застыла.

То есть мы и так не шевелились и почти не дышали, а теперь вообще.

Наконец кто-то не выдержал и переспросил:

– Жизнь? То есть энергию жизни?

– Именно, – отозвался лорд.

Пауза, и новый вопрос с галёрки:

– Но зачем ему это нужно? Ведь он голем. Производная природных материалов и сложной магии. Там нет места... чистой человеческой энергии.

В этот миг я признала – всё-таки не зря сотканный из тьмы Смотритель сидит рядом со мной.

Энергия жизни. Кажется, в момент нападения стража у меня возникла такая же ассоциация. И на интуитивном уровне было понятно, а на интеллектуальном – не до конца.

«Арти? – позвала я. – Арти, я правильно понимаю, что энергия жизни – это то, что в нас. Что существует магия, и одновременно с ней есть вот это, другое?»

Невзирая на криво сформулированный вопрос, мой главный сообщник понял. И удостоил шедеврального ответа:

«Ага».

Из выступления Дрэйка было ясней:

– Всё правильно. Энергия жизни присуща только людям и, если так можно выразиться, естественным, нерукотворным созданиям. Голем, даже будучи раненым, даже имея дефицит магической энергии в своих системах, отношения к энергии жизни не имеет. Голему она ни к чему. Но факт остаётся фактом. Хуже того, случай на арене не единственный. За несколько дней до этого произошло нападение на один из наших городов, Вункерс. К сожалению в Вункерсе противостоять стражу Первохрама не смогли.

Новая волна тишины была трагически-зловещей. Подробностей про Вункерс не звучало, но каждый мог додумать сам.

Впрочем, Дрэйк всё-таки добавил:

– Город мёртв. Магия и жизнь выкачаны полностью.

Миг, и Нила аж подбросило:

– Но лорд Дрэйк, кому это надо?!

– Отличный вопрос, – ответил Дрэйк помедлив. – Мы сейчас разбираемся. Есть кое-какие соображения, но всё равно нужно уточнить.

После этого признания, как сор из прошлогоднего мешка, посыпались вопросы о битве. Свидетелей у самой драки было немного, но слухи, разумеется, поползли.

Говоря объективно, столица стояла на ушах. Вопросов у населения и аристократии было очень много, а правящие комментариев пока не давали. Как позже выяснилось, первокурсники пурпурного факультета стали первыми, кто получил ответ.

Разговор о сражении, о применённых Дрэйком боевых приёмах, был для меня белым шумом. Из него я выцепила лишь две фразы – «помощь родового артефакта» и «личное подпространство одной из учениц».

На подпространстве аудитория дружно ухнула. Кто эта ученица все уже знали.

Захотелось прикрыться ковриком, чтобы избежать чрезмерного внимания, но из прикрытий был только Смотритель, который и так, в определённой степени, загораживал тьмой.

А дальше...

Уф! Дальше ещё хуже.

– Это ещё не всё, – сказал Дрэйк, и в аудитории опять стало до неприятного тихо.

Короткая пауза и главное:

– Вы помните про такую штуку, как ключевой артефакт?

Сокурсники, будучи аборигенами этого мира, не просто помнили – они отлично всю эту историю знали и сразу сообразили к чему тут клонят.

А Дрэйк не стал мучать и добил:

– Ключевой артефакт пробудился. Есть вероятность, что пробуждение артефакта и нападения стража – звенья одной цепи.

Очередной оглушительный шок. Не для меня, конечно, для окружающих.

Несколько минут в аудитории было очень тихо, а потом она всё-таки взорвалась.

Посыпались вопросы, выкрики, началось активное обсуждение. Причём Дрэйк для обсуждения не требовался – парни справлялись без него.

Я слышала очень логичные и одновременно неприятные вопросы, например – а сколько всего этих стражей? Сколько их было, согласно историческим Хроникам? А сколько фигур насчитывали ныряльщики? Ведь они, если пытались исследовать затопленный Первохрам, не могли эти данные не записать!

В какой-то момент начало казаться, что я совершила обратное перемещение. Что покинула мир магии, и снова очутилась в некогда родном обществе. В том самом, где каждую единицу времени в воздухе витают извечные классические впросы – кто виноват и что делать?

Что делать понимали Дрэйк и Кэйр. По крайней мере я на это надеюсь.

А касательно «кто виноват»... По-прежнему хочется верить, что не я!

Глава 5_1

Лично для меня тот факт, что худшую студентку магических факультетов снимают с занятий, выглядел всё-таки странно. Особенно на фоне вчерашнего заявления Дрэйка о том, что учёбу никто не отменял.

Тем не менее, именно так и случилось – едва закончилась пара, высокий лорд подозвал к себе, а когда подошла, уведомил:

– Собирайся. Едем во дворец.

– Зачем? – удивилась я.

– Хочу, чтобы ты поприсутствовала на одном совещании.

Следующая фраза адресовалась парням, которые внимательно наблюдали за всей этой ситуацией:

– Не болтать!

Возможно они не поняли – я не следила, не знаю. Зато глаза Смотрителя полыхнули огнём.

– Тебя спросить забыл, – фыркнул на это Дрэйк, а я… А я подумала и поняла, что спорить с мужчинами, особенно высокопоставленными, занятие неблагодарное.

Оскалившись, я метнулась обратно к парте, чтобы побросать в сумку все вещи и подхватить недопитый стакан.

Всю дорогу до локального телепорта Смотритель держался рядом. А я, невзирая на желание познать магические науки, очень радовалась, что могу свалить.

В миг, когда шагнула в портальное свечение, сотканное из тьмы создание от меня отрезало, и это было поводом для облегчённого вздоха. Но радовалась рано. В меня неожиданно врезались, причём самым вопиющим образом. Дрэйк придержал за талию и прижался бёдрами, окатив ароматом своего парфюма и слишком выпукло намнув, что он, в отличие от Смотрителя, здесь.

Вышло внезапно и огненно. На секунду я забыла обо всём, полностью поглощённая реакцией собственного тела.

В реальность вернул Арти, который выдал громкое ментальное “кхе-кхе”.

– Лорд Дрэйк! – я поспешила возмутиться.

Потом вывернулась из умеренной силы захвата и подарила разгневанный взгляд.

Мужчина тут же наклонился к уху, чтобы шепнуть:

– То есть тебе можно, а мне нельзя?

Обижать рыжего не хотелось, но личные границы важнее.

– Я была не в себе, – сказала полушёпотом. – После большого стресса. В адекватном состоянии я бы и на пушечный выстрел к тебе не подошла.

Кажется, на этом всё. Нормальное объяснение для нормального, взрослого человека. Ведь все действительно взрослые и действительно всё понимают! Но Дрэйк оскорбился:

– Даже так?

Мы стояли рядом с аркой, в телепортационном зале филиала академии, и хотя зал был пуст, к разговорам обстановка не располагала. Особенно на фоне того, что впереди какое-то, видимо важное, совещание.

Короче, беседовать было не о чем! Но, увы, пришлось.

– А как ещё? – парировала я максимально серьёзно. – Мы слишком разные, а ты, кроме прочего, старый.

Небритое лицо вытянулось, в синих глазах мелькнул шокированный огонёк.

– Это просто стечение обстоятельств, – попыталась смягчить я. – И мне жаль, если тебя так задело. Мне казалось, что ситуация вышла… взаимовыгодной. Я претензий не имею, ты, надеюсь, тоже. Так о чём речь?

Дрэйк успел очнуться от шока и посмотрел исподлобья. Передо мной стоял мужчина, который сам привык выбирать женщин, а не наоборот.

Пришлось заняться почёсыванием его эго:

– Дрэйк, если объективно, ты великолепен. Любая леди будет таять как мороженое от твоего внимания, но я… Прости, но я с особенностями, понимаешь? С придурью. Мне твоего внимания не надо.

– А что тебе нужно, Алексия?

Я, разумеется, соскочила:

– Мы неплохо провели время, и на этом лучше завершить.

Потом я сделала шаг назад и, протянув руку для рукопожатия, предложила:

– Друзья?

Дрэйк на жест не ответил. Вместо этого меня взяли за плечи и развернули к выходу. И тут же снова, хоть и мимолётно, прижались бёдрами.

У-у-у! Только не говорите, что это попадос!

“Это попадос, – глумливо подхватил Арти. – И я бы удивился будь это не так”.

Я поморщилась и, стараясь не показывать, что меня задел этот сексуальный произвол, поспешила вперёд. Дрэйк не останавливал, но и отставать не собирался.

“Судя по тому, что я видел в твоих воспоминаниях, – продолжил ключевой артефакт, – мужик даже слишком прифигел. Было бы странно если бы он так легко отвязался”.

“И что делать?”

“Полагаю надо повторить. Только так, чтоб ему не понравилось”.

Ну и кто из нас двоих тролль?

Я осталась холодна, зато тело… Да-да, опять это тело. Оно не предавало, но по-прежнему желало ласки. Объятий, поцелуев и прочего. Того, что ведёт к столь приятной разрядке – к элементу, который действует лучше всяких успокоительных пилюль.

Арти перестал подтрунивать, но ментальный фон остался слишком весёлым. А главная гадость заключалась в том, что пока Дрэйк рядом, другого любовника точно не найти.

Добавить сюда Эсхилию, которая теперь будет частой гостьей в моём особняке, и ситуация становится совсем уж безвыходной. Я сама себя перехитрила, а потом ещё и закопала.

“Ну, раз ситуация безвыходная, – не удержался от новой реплики Арти, – значит всё-таки Дрэйк?”

Пауза, и новое:

“Ты только представь как обрадуется Эрон”.

Эрон и радость. Эти два элемента схлопнулись, и в следующий миг в голове родилась безумная идея.

Что если предложить призрачному лорду сделку? Дед проигнорировал мои стенания по поводу Смотрителя, потому что отключение этой жути ему невыгодно. Но я знаю штуку, которая Эрону точно понравится. Я могу предложить обмен – он дезактивирует Смотрителя, а я… проведу с его внуком ещё одну ночь.

“Кхем-кхем-кхем!” – кашель, зазвучавший в моей голове, был очень долгим и совершенно искренним. Что приятно.

Из напрягающего – мы с Дрэйком добрались до коляски, которая поджидала у обочины, и меня снова слегка прижали. А я была всё-таки против! Нужно было срочно что-то изобретать.

Когда мы уселись, и высокопоставленный мужчина очутился напротив, я задала сбивающий любые эротичные настроения вопрос:

– Дрэйк, и всё-таки, зачем им жизненная сила?

Я озвучила и тут же догадалась:

– А может они собирают её для жрецов?

Воображение резко взбодрилось. Перед внутренним взором замелькали картинки из фантастических фильмов. Жуткие мумии и мертвяки, которые оживают. И даже восстанавливают свой изначальный, вполне себе человеческий вид.

Первохрам затоплен очень давно, и кажется подобное невозможно, но вдруг жрецы всё ещё живы? Вдруг они, будучи великими магами с бесконечным запасом энергии, погрузили себя в какой-нибудь анабиоз? Или ещё проще – в пространственный карман.

Эта догадка испугала. Я в оба глаза уставилась на Дрэйка, а тот медленно кивнул.

Потом сказал:

– Я тоже так думаю. Иных причин собирать энергию жизни просто нет.

Все приставания оказались забыты, я мысленно вернулась к минувшей “лекции”. Заодно вспомнилось занятие, которое вёл Таргон – то самое, про историю и Первохрам.

Если Первохрам был построен в месте, которое считается источником всей магии, то сбор магической силы выглядит странно. Уж чего, а магии там точно навалом. Зато энергии жизни, раз место очень уединённое, наоборот нет.

Мы ехали по городу, в открытой коляске, а тема была конфиденциальной, но про целесообразность выкачивания магии я всё равно спросила.

– Я могу только предполагать, – ответил на это Дрэйк. – Хроники говорят, что големы могли забирать магическую энергию из врагов. На мой взгляд, тут одно из двух: либо нас считают врагами, либо забрать жизненную силу, не выкачав предварительно магию, просто нельзя.

Стало кисло. Теперь воображение рисовало дюжину мумий, которые стоят в круглом зале с колоннами и ждут, когда их тела наполнятся отнятой у целого Вункерса силой.

– А… – я начала, но передумала.

Мы едем на какое-то совещание. Так может мне потерпеть?

Совещание точно связано с происходящим, значит там будут и вопросы, и ответы.

Впрочем, от одной реплики я не удержалась:

– То, что ты рассказал моим сокурсникам, вряд ли останется в тайне.

– Конечно не останется. Но это не важно. Прямо сейчас Кэйр выступает перед журналистами и парламентом. Скрывать нападение големов бессмысленно, да и нет у нас такого желания. Молчать про ключевой артефакт тоже уже ни к чему. Даже наоборот. Ключевой артефакт – хоть какая, но гарантия. Люди будут надеяться на его защиту.

– А… хозяин артефакта? – поинтересовалась я осторожно.

– О личности хозяина людям знать пока необязательно.

Прозвучало логично, но!

– Полагаешь вокруг одни дураки? Вы объявляете новость про ключевой артефакт, при этом ты постоянно таскаешь меня с собой. А ещё у меня невероятные скачки магической силы, и не только это. Как по мне, сопоставить очень легко.

Меня смерили внимательным взглядом и заявили с наглостью, которая присуща только правителям:

– Мы будем всё отрицать.

– Да ладно.

– Ты не поверишь, насколько я бываю убедителен.

Я смерила «бриллиантового холостяка» новым взглядом и сомневаться в его талантах всё-таки не стала.

– Я бываю слишком убедителен, – с этаким подтекстом повторил он.

5_2

Снова стало горячо. Но я быстро взяла себя в руки и притворилась, что никакого намёка не слышала. Отодвинувшись, стала молча смотреть по сторонам.

И только сейчас поняла – меня не просто не прячут, а словно выпячивают. Вот эта коляска, например. Почему она открытая? Зачем всей столичной публике видеть, что мы едем вместе? Почему не взять под эти цели закрытый экипаж?

Взгляд на Дрэйка, и интуиция встала на дыбы. Предчувствие грядущих неприятностей было до того мощным, что я аж подскочила. А в голове мелькнула шальная догадка – меня уже присвоили. Лорд Дрэйк наложил лапищу на мою свободу так же, как Бертан на имущество рода Рэйдс.

Внешне я сдержалась, но мысленный стон был выразительным и громким.

«Да ладно тебе, – отреагировал Арти. – Не драматизируй, всё не так страшно. Интерес Дрэйка со временем пройдёт».

А вот это было уже обидно. Что значит «пройдё»? С какой стати? Впрочем... сейчас я для него не столько девушка, сколько обладательница ключевого артефакта. Самой мощной и, в моменте, самой важной штуковины этого мира. Что будет после того, как выиграем или проиграем главную битву, не знает никто.

Плюс, зацепила. Когда высокий лорд переварит этот новый для себя опыт, его вероятно отпустит. Будь это иначе – будь Дрэйк способен долго удивляться каким-то выходкам, - его бы уже давно окольцевали.

Просто, невзирая на всю мою как бы уникальность, местные леди тоже непросты.

Короче, Арти прав. Только приятнее от этого не стало.

«Кхе-кхе,» – прозвучало на ментальном плане ехидное.

Я не сдержалась:

«Может помолчишь?»

Компаньон действительно заткнулся, только молчание было очень выразительным. Примерно с той же выразительностью молчал сейчас Дрэйк.

Зато остаток поездки прошёл в тишине, а потом случилось не скажу что приятное. Мы прошли незнакомыми доселе парадными коридорами и, очутившись на верхнем этаже, вошли в просторный зал.

Зал совещаний. Сдержанный и одновременно нарядный. С огромным овальной формы столом по центру, причём за этим столом уже сидели важного вида мужи.

Нескольких, включая господина Майгора, я узнала. Но большинство присутствующих были мне незнакомы. Главное кресло пока пустовало. Рядом с ним тоже имелась парочка свободных мест - туда-то меня и повели.

Тут случился невольный флэшбек в прошлую жизнь – в силу работы и занимаемой должности я часто бывала на разного рода совещаниях, включая важные, где присутствовали владельцы и акционеры. Только там я не нервничала, потому что хорошо понимала зачем и в каком статусе нахожусь. А сейчас посетил недоумённый мандраж.

Лица незнакомого мне большинства заметно вытянулись, зато Майгор ухмыльнулся и с тудом удержался от какой-то фразы. Я видела, как этот важный начальник в последний момент прикусывает язык.

Рядом с Майгором сидел здоровяк, которого, как позже выяснила, звали Тайгрим - я видела его на арене, после возвращения из пространственного кармана. Этот Тайгрим тоже красноречиво улыбался.

Зато старик, напоминавший этакого седовласого Мерлина, сильно поморщился.

«Это глава гильдии магов, – подсказал Арти. – Той самой, здание которой ты разнесла».

Ах вот оно что...

Я всё-таки улыбнулась. Не так уж и разнесла! Однако наш с Нэйлзом побег был действительно эпичным. А те окна... они были слишком старыми, их давно сдедовало заменить.

Возможно заменить пора и самого «Мерлина», но об этом я думать не стала. Скромно прошествовала за Дрэйком и села на указанное место. Я оказалась между Дрэйком и пустующим креслом во главе стола, которое явно предназначалось императору.

Минута тишины, а потом кто-то из незнакомых мне мужчин не выдержал:

– Лорд Дрэйк, я прошу прощения, но для чего на нашем совещании леди Рэйдс?

Дрэйк словно только этого и ждал. Его улыбка напомнила оскал Шерхана.

Симпатичных мужчин часто называют котиками, но рыжий был именно тигром. К счастью, сытым.

– Леди Рэйдс на этом совещании нужнее многих, – мягко произнёс Дрэйк. – Она – новая хозяйка ключевого артефакта.

Миг, и в наступившей звенящей тишине прозвучал голос Майгора, который всё-таки не выдержал:

– А я говорил!

Дрэйк бросил на начальника разведки насмешливый взгляд и не ответил, а остальные завозились. Глава гильдии и вовсе подпрыгнул – словно из сидушки его кресла резко выскочил гвоздь.

Начался гвалт, шум, мужчины изумлялись. Из занятного – абсолютно всем была известна моя биография. Включая тот факт, что с магией у меня изначально беда.

А если нет мастерства, то какой такой артефакт? Откуда? Как такое возможно?

Их удивление было понятно. В том же, что касалось осведомлённости...

«Да твою биографию теперь каждая собака знает, – вздохнул Арти. – После спасения Дрэйка, ты – новость номер один».

– Но об этом, разумеется, не болтать, – отвлекая от разговора с артефактом, бахнул Дрэйк. Прозвучало предельно серьёзно.

В следующую секунду двери зала открылись, и к нам присоединилась ещё одна фигура...

Я аж залюбовалась. Император был очень хорош.

Последствия болезни отступали стремительно. Понятно, что на восстановление Кэйра сейчас брошена вся возможная медицина, но это было феноменально.

«Арти, а напомни, почему именно Дрэйка, а не Кэйра, называют самым завидным холостяком?»

«Понятия не имею. Но Алексия... – в голосе Арти появилась настороженность, – может не надо?»

«Что именно? Западать на Кэйра? Даже не собиралась. У меня и без этого полно проблем».

– Уф, – произнёс император, пересекая зал. – Эти газетчики, конечно...

– Свободная пресса имеет право знать правду, – тут же вклинился «Мерлин».

– Имеет, – не стал спорить Кэйр, хотя в голосе прозвучала тень иронии. – Вот я и рассказал.

Впрочем, газетчики, как и говорил Дрэйк, узнали не всё. Оглашать имя владельца ключевого артефакта никто пока не собирался. Присутствовавшим здесь тоже запретили – Кэйр, вслед за братом, ещё раз обозначил этот момент.

А потом началось...

И сперва показалось, что вопросов после этого совещания у меня станет наоборот больше.

Но нет. Ситуация действительно, в чём-то, прояснилась. Только стало очень грустно от некоторых новостей.

То же время, зал совещаний

Слово взял Дрэйк. Все приглашённые были в курсе нападений големов, включая трагедию, которая постигла Вункерс. О пробуждении ключевого артефакта тоже знали – часть собравшихся помогала в поисках хозяина, которым... точнее которой, оказалась Алексия Рэйдс.

Сейчас предстояло обсудить текущее положение вещей и сведения, полученные от соседей. Последние были неутешительными – нападениям подверглась не только империя. Големы выпили досуха ещё пять городов.

Всё говорило о том, что назревает настоящая катастрофа. Ну а центром этой катастрофы, по всей видимости, является Первохрам.

– Мы, да и не только мы, выслали развезчиков, – объявил Дрэйк. – Но, учитывая местополжение империи, добраться до Первохрама будет непросто. Две недели – это минимум. Раньше не узнаем ничего.

Он продолжил.

Объяснил, что они с Кэйром предупредили союзников о пробуждении ключевого артефакта. Обозначил, что в ближайшее время страну и общество ждут определённые сложности, так всегда бывает в период катастроф.

Ожидались волнения, ажиотажный спрос на определённые виды продовольствия, и так далее. Отдельно – активизация мошенников и разного рода фанатиков. Всё это предстояло взять под контроль.

Затем слово взял Кэйр. Император высказывался по внутренней ситуации.

А когда наступило время вопросов, Алексия, которая сидела между ним и Кэйром, придвинулась и шепнула:

– Почему две недели? Почему так долго? Разве нельзя выстроить к Первохраму телепорт и быстренько там всё разузнать?

Дрэйк кивнул, обозначая, что услышал, а сам в очередной раз поразился вопиющей неграмотности главы некогда великого рода. Леди не в курсе, что телепортация – процесс очень энергозатратный и ограниченный? Что просто взять и переместиться на другой конец света нельзя?

Но она действительно не понимала, и он, таким же шёпотом, объяснил.

Потом подумал и добавил:

– Если найдём око жреца, то, в теории, такой портал можно будет построить.

Алексия посмотрела странно, а в его голове мелькнули подозрительные и, разумеется, не забытые слова: «номерочек» и «Парето».

«Номерочек и правило Парето», – повторил Дрэйк мысленно.

Это было странно. Зато куда приятнее, нежели недавнее призрание леди о том, что он, бриллиантовый холостяк, брат императора и любимец абсолютно всех женщин... слишком для неё стар.

Глава 6

Обсуждение вышло большим, долгим и затронуло несколько скользких моментов.

Например, недавнее «необъяснимое» происшествие с колонной Первохрама – все понимали, что оно может быть связано с тем, что творится сейчас.

Или более веское:

– Господа, я прошу прощения, – сказал глава Гильдии, – однако не могу проигнорировать тот факт, что магические умения леди Алексии оставляют желать лучшего. Это если выражаться мягко. И как, при таком-то владении магией, она будет нас спасать?

Логично, закономерно. И короткого «разберёмся» от Дрэйка здесь конечно, не хватило.

– Мы работаем в этом направлении, – заверил Дрэйк. – К назначенному сроку леди будет готова.

Глава Гильдии, конечно, усомнился.

– Может всё-таки возможно передать ключевой артефакт кому-то другому? Тому, кто уже готов?

Высокий лорд перевёл взгляд на Алексию – леди оставалась спокойна. Держалась так, словно ей не впервой сидеть среди высших чинов империи и слушать колкости. Лишнего значения всем этим нападкам она точно не придала.

Но и собравшиеся, надо понимать, держали себя в руках. Старались выбирать самые мягкие выражения. Просто понимали – сама леди Рэйдс всё-таки безобидна, зато её покровитель… Уж с кем, а с Дрэйком лучше не шутить.

Это было очевидно даже тем, кто не привык собирать столичные сплетни. Про интерес правящих, и лично Дрэйка, к Алексии знали все.

Ситуация вокруг рода Майрис и бывшего ректора академии секретом тоже не являлась. Никому не хотелось, даже в малой степени, повторить их судьбу.

Отдельный момент – доклад Ларо о колебаниях поля. Молодой специалист присутствовал с самого начала, но отмалчивался. Заговорил лишь после того, как император задал вопрос.

Поле, как выразился Ларо, встало на дыбы. Жаль, что за пределами империи измерительных датчиков было не так много, поэтому картину пришлось достраивать. Ларо, с согласия Дрэйка, привлёк к проекту одного талантливого математика, и тот вывел закономерность.

На основе этой закономерности, они выстроили графики магических возмущений, и теперь Ларо утверждал, что эпицентр процесса находится в том же районе, что и Первохрам.

Ожидаемо? Да.

Приятно? Нет.

– А что с полем вокруг колонны, которая находится здесь, в столице? – спросил император. – Его замеряли?

– В большом зале поле относительно спокойное, – отозвался Ларо. – Без значительных изменений.

Странно и непонятно. Но что теперь?

Дрэйк в очередной, наверное тысячный, раз скосил взгляд на Алексию. Если говорить откровенно, ему не хотелось тащить леди на это совещание. Но высокий лорд понимал, что её присутствие необходимо, Алексия обязана быть в курсе.

Эрон тоже лишним не будет. Вероятно, с учётом его огромного опыта и поистине обширных знаний, досточтимый предок сможет что-то подсказать.

Кстати, это был первый раз, когда Дрэйк не противился участию лорда Эрона. В остальных случаях он придерживался мнения, что мёртвых беспокоить нельзя.

Умер? Ну и всё. Наслаждайся покоем и посмертием, а живые сами разберутся. Лорд Эрон был в курсе этих его взглядов и очень, порой даже очень-очень, по этому поводу ворчал.

Когда обсуждение наконец закончилось, Дрэйк поднялся и протянул Алексии руку. Та, разумеется, подчинилась, а Кэйр поинтересовался:

– Дрэйк, вы куда?

– В особняк Рэйдсов. Как здесь правильно заметили, Алексии нужно упражняться.

Речь шла о владении магией, и все, включая императора, поняли. Но это не помешало Кэйру выдать двусмысленную улыбку.

«Да иди ты,» – мысленно огрызнулся Дрэйк.

Увы, молчаливый намёк, что они с леди будут упражняться в чём-то более приятном нежели магия, был, на данный момент, лишь мечтами.

С другой стороны, а кто знает? Ведь им предстоит уединённая прогулка в подвал.

И пусть подвал место не самое романтичное, настроение Дрэйка значительно улучшилось. Им бы ещё временно избавиться от ключевого артефакта и деда… Свидетели смущали. Но ещё больше смущала позиция самой леди – Алексия напоминала бастион.

Причём бастион непростой, а какой-то совершенно новый. Выстроенный на скалистом острове посреди быстротечной реки.

Как к такому подступиться? Сталкиваясь с реакциями Алексии на своё пристутствие, Дрэйк немного терялся. Ходил, как дурак вокруг волшебного шара, и не понимал с какой стороны подойти.

Но делать всё равно что-то надо, поэтому…

– Хорошего дня, – прощаясь сразу со всеми, сказал высокий лорд.

– Ага, – отозвался император, продолжая улыбаться. – И вам!

Алексия

Двусмысленность в словах Кэйра неожиданно смутила. Но ещё больше смутил Дрэйк, который, словно подслушав мои мысли, выбрал для этой поездки закрытый экипаж.

Причём рыжий уселся не напротив, как обычно, а рядом, на тот же диванчик. Придвинулся практически вплотную и, не моргая уставился, на меня.

Я никогда не сталкивалась с подобным поведением, и как себя вести не понимала. Дрэйк же смотрел так, словно между нами всё уже решено.

В общем, я растерялась.

А потом совершила ошибку - попыталась пересесть.

Меня ловко поймали за талию и усадили обратно. При этом рука Дрэйка на этой самой талии и осталась. Это был тот неприятный момент, когда тело всё-таки предало.

Оно шло к этому предательству довольно давно – все эти всплески жара, излишние реакции, воспоминания… Здесь и сейчас моя оборона начала трещать.

А потом я подумала – почему нет?

Дрэйк – высокий, большой, широкоплечий, притягательный. Да и с мужской функцией у него всё более чем прекрасно.

А я… свободная, утомлённая бытом и навалившимися проблеми девушка. Мне жизненно необходимо сбросить этот чрезмерный стресс, чтобы не тронуться умом.