Артрам

Глава 1

Хозяин галереи, импозантный мужчина средних лет в дорогом костюме и портсигаром в руке, даже не назвал своего имени. Он любезно объяснил правила поведения в галереи, глядя на Элу уставшим взглядом серых глаз. Поначалу казавшийся строгим и нелюдимым, он за несколько минут расположил девушку к себе, очаровывая низким баритоном и прирождённой харизмой. Любопытство девушки не оставили попытки узнать почему он пускает в свою галерею то немногое количество людей, что побывали там. Всего несколько человек за год. Немыслимо!

Мужчина был непреклонен. Более Эла не спрашивала его ни о чём, а смиренно проследовала к галерее.

— У вас есть всё время мира. – проговорил хозяин галереи.

«Наверно, все, кто связан с искусством, излишне пафосны». – приметила Эла, улыбнувшись.

Шаг. Ещё один. И вот стук каблуков пустил рябь по незримой глади тишины. За девушкой захлопнулась дверь. Эла не один месяц добивалась хотя бы призрачной возможности попасть сюда. А теперь казалось, что её присутствие оскверняет всю сакральность этого места.

Эла подошла к тумбе при входе, сняла туфли и надела лежащие в ящике одноразовые подследники.

И вот она здесь.

Лаконичная и строгая галерея казалась инородным наростом к пёстрому и суматошному Стамбулу. Эла прошла несколько шагов, напитываясь атмосферой этого места. В воздухе витал едва уловимый аромат воска от свечей на канделябрах. На украшенных витиеватым турецким узором стенах висели бра, освещая помещение тусклым теплым светом.

— Читать при таком освещении ведь совсем не удобно. Интересно, зачем тогда здесь столько книг?

И только вплотную подойдя к стеллажам, Эла поняла почему те здесь находятся. Волосы на затылке чуть не встали дыбом, когда она увидела на корешках книг имена и названия произведения. Редкие издания самых известных писателей стояли стройным рядом вдоль полок. Некоторые из них изрядно потрёпаны и вряд ли когда-либо брались в руки с тех пор как были выставлены. Вот и Эла боялась тронуть столь древние артефакты, но её изящная тонкая рука уже тянулась к древним писаниям.

— У меня есть «всё время мира», господин хозяин галереи? Что ж, с радостью воспользуюсь им. – с, предвкушением открыть неизведанное, проговорила Эла.

И хотя её главной целью не являлось чтение древних выдуманных историй, не отказала себе в удовольствии ненадолго коснуться драгоценных страниц. Она нежно провела кончиками пальцев по верхушкам книг. Взяв одну из них, устроилась на маленькой мягкой оттоманке. Оценив удобство диванчика, девушка удобно расположилась, откинула каштановую прядь волос и принялась читать. Её тут же увлекли невероятные приключения героев, искренняя радость от побед и грусть от поражений. Эла бы так и продолжала поглощать страницу за страницей, но внезапный резкий грохот в другой зале вырвал девушку из увлечённого чтения.

— Кто здесь?! – спросила Эла, подскочив на месте от испуга.

Вокруг стояла тишина. Только неровное дыхание Элы и истерично бьющееся сердце нарушали тишину галереи. Девушка осторожно отложила книгу и встала. Возможно, не утихший до конца испуг доставлял дискомфорт, но Эле стало немного тяжело дышать.

«Пройдусь, найду место посвежее». – решила Эла и зашагала по помещению.

Из ниоткуда взявшийся поток ветра всколыхнул длинные локоны Элы, заставляя резко обернуться и беспокойно озираться по сторонам. Настороженной поступью она прошлась вдоль книжных шкафов. Заглянула за каждый из них, затем опустилась на колени, заглядывая под оттоманку.

Никого.

Или кто-то тщательно скрывался. Гадать и тренировать воображение Эле не хотелось. Пройдя через деревянную, резную турецкими узорами, арку, оказалась в полукруглой комнате. Стены представляли собой подобие грота. В тёмный камень стен также были вкраплены бра. Эла восхитилась необычной архитектурой сего зала. Заодно вдохнула глоток свежего воздуха.

«Видимо, здесь где-то есть вентиляция».

Затем она увидела то, что заставило удивлённо ахнуть, а ладони вспотеть. Картина. Один её вид вселял в Элу трепет и благоговение. И страх.

«Я так долго гналась за тем, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть, а теперь она передо мной». – с горечью вздохнула Эла. Глядя на картину, вспоминала прошлое.

Детство Элы. 1986 год.

Беглые маленькие шажки неслись по дому. Маленькая Эла бежала за бабочкой, которую догоняла ещё с улицы. Длинные каштановые кудряшки задорно подпрыгивали, зелёные глаза блестели, а подол цветастого платья порхал от каждого шага. Новая гувернантка, нанятая отцом Элы, в это время с полной растерянностью на лице искала юркую негодницу где-то в саду. Не то что бы Эла была непослушным ребёнком, но её неуёмные характер, неуёмное любопытство и активность представляли облик тасманского дьявола из мультика детства. От прихожей девочка пробежала в сторону завитой лестницы и пустилась вниз. В конце концов, она упустила из виду бабочку и тут же утратила интерес к ней. И только тогда поняла, где находится.

«Ой, папа ведь запрещал сюда спускаться. Надо уходить». – подумала девочка и уже направилась обратно к лестнице, как услышала приглушенные голоса где-то в отдалении коридора.

Любопытство невидимой рукой тут же потянуло юную леди за собой сквозь мрачные каменные стены. Приближающиеся звуки голосов раздавались из приоткрытой неприметной деревянной двери. Эла осторожно заглянула внутрь, стараясь при этом не выдать своего присутствия.

«Это же дядя Майкл и папа!» - обрадовалась Эла, но не спешила выходить из своего укрытия и украдкой наблюдала за мужчинами.

Дядя Майкл был таким же, каким его помнила Эла. Высоким, с большими натруженными ручищами, клетчатой рубашке и потёртых джинсах. Голубые глаза её дяди смотрели на мир открыто, но с долей внимательности. Эла была рада видеть его. Ведь когда приезжал дядя Майкл, она могла в полной мере оттачивать навык парикмахера на его русой длинной шевелюре.

«Жаль, что дядя Майкл так редко приезжает. Но сегодня мы обязательно поиграем!» - улыбнувшись своим мыслям, девочка вновь прислушалась к разговору.

— Генри, ты же понимаешь какому риску ты подвергаешь себя и свою семью, храня её здесь? –яростно вопрошал Майкл, махнув в сторону картины. – За ней охотятся практически все акулы мирового искусства.

— Знаю. Но ты только представь какое открытие я совершу, если разгадаю тайну её создания и смогу активировать её. Человечество сможет перемещаться в иной и мир, знакомиться с другими цивилизациями! – парировал отец Генри.

Эла ещё никогда не видела папу таким одухотворённым. Конечно, он всегда был очень себе на уме, но при этом весьма участливым в жизни дочери. Но сейчас, Эла видела его совершенно новом настроении. Глаза мужчины были широко открыты, светились так будто смотрели на самое вкусное в мире пирожное. Или долгожданную игрушку, полученную на день рождения. И Эле было не понятно почему дядя Майкл не был столь же радостен как её папа. Тот казался, наоборот, суровым. Его брови сдвинулись, руки скрестились, а взгляд с подозрением косился на картины.

— Ты так решил, потому что какой-то безумец в чудном костюме наплёл тебе легенду? – со скепсисом в голосе спросил дядя Майкл.

— Я поверил, потому что он кое-что дал и показал мне. Гляди!

Отец Элы метнулся к столу, заваленному разнообразными инструментами, склянками и бумагами. Эла внимательно следила за каждым действием отца с интересом, трепетным ожиданием. Схватив со стола какой-то маленький бутылёк с кисточкой, Генри приблизился к картине. Проведя несколькими мазками по ней, отошёл.

Внимательные глазки девочки уловили движение. До сих пор неподвижная, картина оживала как в каком-то диафильме. Эла видела как деревья приобрели объёмную форму и зашевелились, словно их потрясывал озорной ветер. На земле зашуршала трава, потянулись к небу и солнцу необычного вида цветы, коих Эле ещё не приходилось видеть никогда в жизни. Даже в собственном саду, а он был немаленький. Прозрачный ручей, протекающий между двух бережков, зажурчал. Но покорило Элу не природа. Её взгляд приковал немыслимых размеров белоснежный волк. В покорном жесте верного питомца, он склонил морду к девушке в необычном одеянии.

— Что? Не может быть! – Почти по слогам произнёс дядя Майкл, бегая взглядом по картине. Мужчина потянулся к картине, но Генри остановил его.

— Я не знаю как они поведут себя, если их коснуться. Да и краска заметно испортилась, того и гляди всё отвалится.

«Как же волк и девушка помещаются на такой маленькой бумажке?» - подумала Эла.

Мужчины, также как и Эла, завороженно наблюдали за ожившим чудом.

— Они не видят нас? – спросил дядя Майкл.

— Нет. Но ты посмотри на них. Они ведь как живые!

— Получается, ты добился того, чего хотел. – подытожил Майкл.

— Не совсем. Они ожили, но попасть туда не получается. Не знаю, что и делать… - Генри в задумчивости коснулся пальцами подбородка, словно рассуждал над действительно серьёзной задачей. Словно от которой зависела жизнь человечества.

— Погоди… Что значит «попасть туда»? В картину? – Не скрывая изумления спросил Майкл. – Да ты обезумел, друг. Зачем ты вообще эти картины взял у того мужика?

«Папа хочет от нас уйти? Нет, нет, нет!»

Эла выскочила из своего укрытия, подбежала к отцу и заключила в крепкие объятия. Настолько крепкие, насколько могут быть ручки пятилетней девочки.

— Эла! – воскликнул Майкл.

— Эла? Что ты тут делаешь? Я ведь запрещал тебе здесь быть. Детка, иди наверх.

— Нет, не пойду! Иначе ты бросишь нас с мамой! – закапризничала Эла.

Слёзы на детском личике тонкими струйками потекли по щекам, чтобы потом тёмными пятнышками застыть на красивом платьице. Папа аккуратно стёр с щёк Элы влажные дорожки, а она только сильнее прижалась к нему. Девочка и не заметила как с полотна исчезла картинка, превращаясь в белое, ослепляющее свечение. Отец Элы отпрянул от дочери, резко обернувшись к картине. За ним повторил и Майкл. Какая-то магнетическая сила стала притягивать мужчин к себе. Она засасывала их, пока Эла беспомощно тянула руки к отцу. Первый пропал Майкл, несмотря на крепкое телосложение и сильные руки, что до сих пор отчаянно пытались зацепиться хоть за что-нибудь в попытке остаться в реальном мире.

— Папа, не бросай меня! Дядя Майкл!

— Эла, уходи! – крикнул последние слова Генри, прежде чем раствориться внутри красочного полотна.

Настоящее время. 2001 год.

Эла стояла напротив картины, не смея шелохнуться. Тоска по отцу и дяде защемило сердце. Она обвела взглядом мольберты на которых были помещены картины и подошла к самой интересующей её. Как и прежде, таинственный лес и его обитатели были неподвижны.

«В тот раз отец чем-то мазал картину, чтобы та ожила. Что же делать мне?»

Раздавшийся у стены шорох отвлёк Элу от раздумий. Не на шутку взволновавшись, девушка стала с особым усердием осматривать углы галереи. Ощупала стены на предмет тайных комнат, заглянула в каждый уголок.

— Что за чертовщина? – страх Элы переходил в злостное недоумение.

— Я давно ждал тебя. – раздался могильный, скрипучий голос в пространстве.

— Кто здесь?!

Эла замерла. Только взглядом пыталась найти источник звука.

— Я – всё и ничего. Я – хозяин сего места. И теперь ты принадлежишь мне.

Глава 2

Голос, что раздался извне и будто изнутри. Звучал твёрдо, но низко и густо. Эла уловила повелительные нотки, но не ощущала особой враждебности. Наоборот, тембр был приятным, необычным.

«Если оно до сих пор на меня не напало, значит пока опасаться нечего. Но не стоит терять бдительности». – решила Эла. Приосанившись, показала, что смело встречает неизвестного.

Неизвестный лишь снисходительно и тихо усмехнулся.

— Ты можешь храбриться сколько тебе угодно. Я ничего тебе не сделаю к своему сожалению или твоему счастью. Но и выпустить теперь не могу.

— То есть, как? – спросила Эла в пустоту и раздраженно вздохнула. – А хозяин галереи? Он когда-нибудь придёт за мной.

— Он не придёт.

— Что? То есть, как? – раздражение и накапливающаяся злость обещали в скором времени вырваться наружу. Эла решила оставить невидимого собеседника в одиночестве и бодрым шагом двинулась к выходу. Курон не стал её останавливать. Надев туфли, девушка уже было потянулась к дверной ручке, но та внезапно прошла сквозь ладонь. Она предприняла ещё несколько попыток, но ручка начала блекнуть, пока не исчезла совсем. Вслед за ней и растворилась дверь, оставляя после себя голую стену.

Непонимание происходящего иголками кололи выдержку девушки. Эла стала нервно покусывать губы, глаза застелила слёзная пелена.

«Глупая, глупая Эла! Попалась так просто и глупо. А сколько ещё людей и даже девушек до меня здесь оказывались? И что с ними теперь?»

Паника не на шутку овладевала ею, грозясь перерасти в истерику. Неуклюже вытерев катящиеся по щекам слёзы, Эла громко взвизгнула. Там, где после исчезнувшей двери была стена, она увидела два светящихся желтым светом глаза. Взгляд был хмурым, но не злобным. Осуждающим.

— Я ведь уже сказал, кто я.

Эла хлопнула ладонями по стене в надежде, что глаза Курон исчезнут. Но её действия не возымели эффект. Она вновь предприняла попытку показаться храброй, лишь бы неизвестный отпустил её.

— Нет, вы сказали какую-то несусветную чушь. А я прошу представиться так, как полагается в обществе.

На некоторое время воцарилось молчание. Эла уже решила, что у неё просто были слуховые галлюцинации из-за духоты в помещении, но некто вновь подал голос:

— Курон. А ты?

Помедлив, девушка всё же решила представиться:

— Эла.

— Эла… - протянул Курон имя девушки, будто пытался вспомнить что-то. – Эла, ты столько лет искала эти картины, искала причину исчезновения своего отца. – голос Курона приобрёл стальной тон. - А теперь вот так просто хочешь сбежать? Да и не удастся тебе это, я же говорил.

Упоминание отца привело Элу в чувство. Она немного успокоилась и даже осмыслила сказанное Курон мгновение назад.

— Ты его знаешь? Что с ним?

— Если ты обещаешь выслушать меня, то, возможно, сможешь встретиться с отцом. И, если повезёт, спасёшь.

— Согласна. – всхлипнула Эла и кивнула.

Послышался глубокий вдох. В галерею ворвался неистовый ветер, грозящий смести всё на своём пути. Канделябры закачались. Казалось, что ещё немного и свечи попадают вниз и губительное пламя сожжёт всё до тла. Книги на шкафах взлетели, зашелестели многовековыми страницами. Эла прикрыла лицо руками. Когда открыла, всё стихло и было на прежних местах. А Эла увидела истинный облик того с кем говорила. Пораженная высоким ростом собеседника, девушка отступила на пару шагов.

— Я думала вы старше.

На самом деле ей было стыдно признаться, что несмотря на хмурый вид Курона, она находила его черты лица весьма привлекательными. Эла бесстыдно прошлась по породистому с горбинкой носу, по глазам, как и немногим ранее, мерцающими желтым светом. Светом, истончающим непоколебимость и мудрость. Не заворожиться притягательностью этих глаз помогли Эле алые полосы, похожие на кровь, стекающие по лицу нового знакомого. Затем перевела взор на тонкие, но мягкие на вид губы.

«Не вежливо так пялиться, Эла. Не теряй бдительности».

— Вы выглядите весьма, - Эла задумчиво повела ладонью в воздухе, - необычно для нашего мира.

Теперь у неё не было сомнений, что она разговаривает с необычным существом. Страха не было, но бесконтрольная дрожь мелкой вибрацией проходила где-то внутри.

Курон поправил серого цвета балахон с капюшоном. Затем убрал назад длинные чёрные волосы прореженные белыми прядями, освобождая Эле взор на острые скулы и изящный подбородок.

— А ты – для моего. – ответил Курон, склонив голову чуть вбок и почти безучастно рассматривая девушку.

Эла была уверена, что выглядит великолепно, но отчего-то всё равно поправила платье и причёску. Щёки предательски загорелись и грели лицо. Эла молила, что в полутёмном помещении мужчина этого не заметит. Отбросив смущение, Эла прокашлялась, обращая взор Курона на себя и спросила:

— Вы сказали, что я смогу помочь своему отцу. Что мне нужно для этого сделать?

— Присядем. – Курон указал на диванчик, на котором Эла недавно читала книгу.

Он молча ждал пока Эла вновь снимет туфли. После они расположились на диванчике. Эла уловила тонкий древесный аромат, что исходил от мужчины. И этот аромат ей понравился.

— Я начну, а уже после ты задашь вопросы, если вдруг такие появятся.

Эла кивнула.

— Я не знаю твоего отца лично, но я его видел, да. Он жив. Как и твой дядя, если ты вдруг про него забыла.

Девушка стыдливо опустила взгляд, но продолжила молча слушать. Конечно, она беспокоилась о дяде, но об отце всё же больше.

— Как мы оба знаем, они в одной из картин. То, что использовал твой отец, чтобы оживить и попасть в картину, называется живая слеза. В моём мире это редкое вещество, получаемое из раздробленного алмаза. Они не такие, как в вашем мире. Один мой недруг каким-то образом передал это вещество твоему отцу и впоследствии случилось то, что случилось. Мы с тобой отправимся в мой мир и я помогу тебе спасти твоих родственников.

— Звучит не сложно на первый взгляд. Почему вы здесь? Вы — преступник в вашем мире?

— Нет. Я – никто.

«Ещё недавно он говорил иначе».

— Неравнозначная сделка получается. Какая вам выгода помогать мне?

— Забрав своего отца и дядю обратно в свой мир, ты поможешь вернуть равновесие в мой. Если ты готова, то мы сейчас же и начнём. Если нет, то, и ты и я продолжим существовать здесь без права куда-либо выйти. Выбор за тобой.

Глава 3

— Мне нужно подумать. – ответила Эла спустя минуту, когда вновь обрела дар речи.

Время будто остановилось. Неверие в нечто мистическое постепенно и бесповоротно отступало. Прошедшие в галереи события дали понять, что прежний мир был обманом. Бутафорией. А настоящий – вот он. Буквально сидит перед ней и владеет какой-то древней магией. Теперь Эле предстояло решить: поддаться и совершить путь в мир магии и спасти отца, пусть даже ценой собственной жизни. Или закончить в этой галереи остаток своей жизни. Обведя взглядом стены, будто на них мог быть написан ответ. Эла с сомнением нахмурилась.

— Прежде чем я скажу свой ответ, мне нужно знать больше. И в первую очередь о вас.

— Я отвечу на все твои вопросы. Мне торопиться некуда. – всё также непринуждённо сидя на диване, ответил Курон. Он поправил полы своего балахона и Эла смогла разглядеть его ладони, выглядывающие из небольших прорезей в ткани. Крупные, белоснежные ладони увенчивали извилистые вены. Пальцы длинные, просто мечта пианиста. Эла встрепенулась и вернула взгляд на лицо мужчины.

— Сколько вам лет?

— В моём мире время течёт иначе. Но объясняя вашими мирскими понятиями мне где-то около три сотни лет.

Эла многозначительно кивнула, пораженная диаметральной противоположностью между возрастом и внешностью Курона. Она невольно задумалась о том, как ничтожно мало прожила по сравнению с ним.

«Сколько он повидал за всё время? Наверняка многое знает. Надменность из него так и сочится».

— Сколько людей здесь было до меня?

— Десять. И все они также, как и ты, заключали со мной сделку.

— И где же они теперь? – Эла уверенно задала вопрос, но руки всё равно от страха непроизвольно сжались в кулаки.

— Скоропостижно погибли. По разным причинам. Алчность, жажда власти, месть мне за то, что заточил и принудил к сделке. Мне даже немного интересно, последуешь ты по пути кого-то из них или выдашь что-то новенькое.

— Вы меня отговариваете или вам просто нравится видеть людей в отчаянии и страхе?

Курон чуть улыбнулся, оставив Элу без ответа.

— Давно вы живёте в этой галереи? – Эла махнула рукой в пространстве.

— Об этом я расскажу, если ты согласишься на сделку. – ответил Курон и Эла кивнула.

— Что-то ещё?

— Как вы выживаете, находясь в замкнутом пространстве?

— Моё тело не нуждается в подпитке, когда я пребываю в этом месте. В своём мире мне, как и тебе, необходимо пропитание, жильё, средства к существованию.

Курон поднялся с дивана, жестом позвал девушку с собой. Они шли вдоль галереи в соседний зал, к картинам. Приблизившись, Эла не отказала себе в удовольствии подойти к другим, ранее неизвестным ей произведениям.

— Кто нарисовал эту картину и почему она обладают магическими свойствами? – спросила Эла, остановившись рядом с картиной и пробежавшись взглядом по нарисованной широкой местности. В отдалении виднелись горы, укутанные густым туманом. Эла ахнула, заметив парящий остров над одной из горных вершин и величественного вида замок цвета слоновой кости, стоящий на ней.

Курон бесшумно приблизился, встав рядом с Элой, с какой-то лёгкой грустью посмотрел на пейзаж. Пробежал глазами по извилистой тропинке, лазурному небу и остановился на замке.

— Это ваш дом?

Курон промолчал. Но напряженные скулы, поджатые губы и вздёрнутый подбородок говорили о том, что это место он вряд ли мог бы назвать своим домом. Девушка сжала губы, не желая досадить Курону неприятными воспоминаниями.

— Итак, Эла. Ты готова помочь мне и себе?

Эла вдохнула и:

— По-мо-ги-те! – заорала она во всё горло.

Курон лишь устало прикрыл глаза, надвинув капюшон сильнее.

— Мне думать, что ты сделала свой выбор?

Эла не сдавалась, продолжая голосить во всё горло и звать на помощь. Через четверть часа девушка сдалась и выдохнула. Курон вежливо предложил ей стакан воды. Поколебавшись, девушка всё же приняла стакан и сделала несколько жадных глотков.

— Это всё ещё какое-то безумие, но я готова.

Впервые за их встречу мужчина позволил себе широкую улыбку. И несмотря на суровые черты лица, выглядел добродушно. Отступив от Элы в сторону, Курон описал руками в воздухе несколько замысловатых узоров и хлопнул ладонями друг о друга. Волновая вибрация прошлась по картине и ожила. Девушка с любопытством потянулась к полотну. Она видела ранее как происходит перенос и не боялась, что с ней случится что-то ужасное. Пока что. Однако, Курон остановил её, мягко притронувшись к запястью.

— Поскольку ты человек, магия может сработать против тебя. И неизвестно в какой части леса ты окажешься. Лучше тебе держаться за меня.

— Хорошо. – Эла приблизилась, протянула руки, но так и не решила куда их в итоге положить. Рваными, невесомыми движениями её ладони блуждали около плеч и, предположительно, талии Курона.

— Сюда. – мужчина положил руки Элы себе на плечи. – Обхвати.

Эла так и сделала. Сам Курон без колебаний обвил талию Элы и подвинул девушку к себе ближе. Другую руку он протянул к картине и непреодолимое магическое притяжение затянуло их внутрь.

Глава 4

Кромешная, беспросветная тьма окружала со всех сторон, дезориентируя в пространстве. Чувство потерянности будило волнение и тревогу. Казалось, что воздуха не хватало, хотя Эла вдыхала полной грудью. И только обратив внимание на сжатые вспотевшие ладони, поняла, что не одна. Под пальцами ощутила мягкую ткань балахона Курона и вцепилась в неё с новой силой. Затем ощутила крепкую хватку на талии.

— Курон. – тихо позвала Эла мужчину.

Мужчина шевельнулся и мглу осветил мягкий свет его глаз.

— Где мы?

— В безвременье. Перемещаемся в мой мир.

Пребывая в невесомости, их волосы и одежда безмятежно парили.

— Я ничего не вижу.

— Так и должно быть. Мы приближаемся, закрой глаза.

Эла почувствовала, как её внутренности сжимаются, словно её органы кто-то щекотал. Голова налилась свинцом и сознание проваливалось в вязкую дремоту. Когда хватка Курона стала крепче, Эла позволила себе расслабиться и отключиться окончательно. Её преследовали странные сны, которые бывают только при температуре. Тело сковывала невидимая цепь. Метаясь из стороны в сторону, она пыталась убежать от невидимого зверя, но её безуспешные, мучительные попытки терпели крах. Зверь нагнал её, чтобы вонзить клыки…

— Нет! – крикнула Эла, распахнув глаза.

Отголоски сна пеленой застилали взор, а сбивчивое дыхание вторило ударам сердца. Спустя некоторое время Эла кое-как выровняла дыхание, затем приподнялась. Мутная плёнка постепенно растворялась, являя после себя раскидистый густой лес вокруг небольшой поляны. Вокруг стояла тишина, изредка прерываемая шелестом листвы, через которую пробивались тонкие тёплые солнечные лучи. Девушка уже хотела восхититься красотами леса, пока не обнаружила лежащего под собой Курона. Глаза мужчины были закрыты, на лице безмятежность и умиротворенность. Капюшон его балахона раскрылся, открывая Эле раскинувшиеся мужские локоны. И необычные вида уши.

«Заострённые. Как у эльфов. Боже, он что, эльф-маг? Я попала в какую-то долбанную онлайн-игру?!» - негодовала Эла. Невольно залюбовавшись, Эла рассмотрела эту диковинку во внешности её попутчика. Не удержалась и аккуратно поднесла руку, желая убедиться, что уши Курона не бутафория. Но сделать этого она не успела. Мужчина резко открыл глаза, схватил девушку за запястья и отбросил их в сторону. Эла подскочила, приняв сидячее положение. Её ноги оказались по обе стороны от бёдер Курона. Девушка заёрзала, пытаясь совладать с задранной, натянувшейся тканью платья и высокими каблуками.

— Ох! Извините, я не хотела ничего… - сгорая от смущения пролепетала Эла. Поднявшись, она отошла в сторону. Лихорадочно быстро поправила платье, пригладила волосы и обернулась к Курону обратно. Тот казался совершенно невозмутимым. Эла смотрела на него с горящим румянцем на щеках, пока мужчина отряхивался и поправлял капюшон.

«Ничего не сказал, но реакция была довольно-таки странная. И почему сейчас он так спокоен? На нём девушки каждый день что ли лежат?»

Смущение сменило негодование и, желая наконец-то прервать неловкое молчание и вызвать на лице мужчины хотя бы толику тех эмоций, что испытала она сама, спросила:

— Курон, Курон, а почему у вас такие длинные уши? Вы – эльф? Здесь все такие как вы?

— Да. И да, все. У кого-то уши длиннее, у кого-то короче. – Эла хихикнула. – Это зависит от природного генома в родстве и не имеет ничего общего с тем, о чём ты подумала.

— А о чём я подумала? – хитро прищурилась Эла, предвкушая увидеть смущение или хотя бы лёгкую неловкость на лице эльфа.

— О непотребствах, очевидно.

Эла едва не взревела от несправедливости из-за невозмутимого лица Курона. Оставив попытки как-то ещё задеть многовекового существа, сложила руки на груди и огляделась. В разные стороны от широкой поляны расходились тропинки, расплываясь между высокими деревьями. В небе появились птицы и Эла в очередной раз убедилась, что находится где-то в ином мире. Крылатые существа лишь общим обликом походили на земных птиц. Но все они отличались необычным окрасом, дополнительными органами зрения или конечностями, растущими в не совсем положенных местах.

— Это тот самый лес, что был на картине?

— Да. Гордость природы нашего мира, принадлежащая столице Артрам. – ответил Курон.

— Здесь необыкновенно красиво и вкусно пахнет. – искренне ответила Эла, присев рядом с одним из цветков. Провела кончиками пальцев по голубым и розовым лепесткам в бутоне на ярко-зелёном стебле. — С чего начнём?

— Для того чтобы ты могла свободно перемещаться по нашему миру, тебе нужно переодеться. Твоя одежда и обувь не совсем удобная. – подытожил Курон и направился в неизвестном направлении. Эла поспешила за ним.

«Это уж точно». – подумала девушка, припоминая себе неловкий казус.

— Но у меня нет денег. Всё осталось в моём мире. Чем у вас вообще здесь расплачиваются?

— Кто чем. Монеты, ресурсы… тело.

Эла опешила, уставившись на эльфа широко распахнутыми глазами. В её мире подобный вид оплаты, конечно, имел место быть. Но Эла явно не желала им пользоваться даже в другом мире, где её никто не знает.

«Курон красивый, это вне сомнений. Но это уже слишком!» - краснела Эла, нервно перебирая пальцами ткань платья.

— Одежду купим чуть позже, а пока… - повозившись с завязками, эльф стал снимать балахон. Приняв балахон и неспешно завязывая шнуровку, Эла не упустила возможности получше рассмотреть своего новоиспеченного эльфийского знакомого.

«Красив не только лицом, но и телом». – подумала она, спешно прогуливаясь взглядом по одеянию Курона. Мышцы рук и груди эльфа напрягались под льняной тканью рубашки, когда он поправлял рукава. Завязки на горловине скудно прикрывали выраженные ключицы. Бесстыдство покинуло девушку и она скользнула взглядом ниже. Оглядела пояс, от которого расходились несколько ремешков, соединяющихся в пару подвесных сумок на тёмно-серых штанах. Штанах, казалось бы, не сковывающих движения мужчины, но предательски привлекающие внимание на области паха.

«Нет, Эла, ты не будешь представлять, что у него там. Трёхлетнее одиночество не сделает из тебя одичалую нимфоманку». – приказала себе Эла, опустив взор на обувь мужчины. Ничем не примечательные коричневые сапоги с высокой шнуровкой. В целом внешний облик Курона был немного далёк от представляемых Элой образов типичного эльфа.

— Ты явно отличаешься от эльфов, которые известны в нашем мире. – не преминула сказать об этом сразу же Эла.

— Ты про жеманных стройных аристократов с шелковой шевелюрой до пят? Есть и такие. Они в твоём вкусе? – усмехнулся Курон и шагнул куда-то в чащу леса.

— Они воспитаны, обходительны. Пожалуй, да, в моём.

Курон не ответил, но Эла всё же заметила как сверкнул желтый отблеск в его глазах. Он

«Если бы я сошла с ума, то подумала бы, что он ревнует». – задумалась Эла, разглядывая местную флору и фауну и пребывая в своих мыслях. После всех пережитых событий, девушка впервые задумалась о доме в Чикаго.

«Как же моя работа? Она, конечно, не предел мечтаний, но приносит хороший доход от продаж домов. Теперь наверняка меня уволят. Хорошо ещё, что я не завела питомца, а то совсем бы места себе не находила. А вот друзья точно будут меня искать. Кроме них у меня и нет никого». – размышляла Эла пока они с Куроном бродили меж деревьев. От тоски по дому настроение упало ниже плинтуса, меж бровей залегла угрюмая морщинка. Эла обхватила себя руками в знак собственной поддержки. – «Не отчаиваться. Надо помочь Курону, забрать отца и вернуться. И всё станет как прежде».

Подобие плана слегка приподняло настроение. Эла нагнала эльфа, поравнялась и завела непринуждённый, но полезный диалог о главных правилах поведения в Артраме. Они преодолели труднопроходимую часть леса, перебрались через реку и вышли к оживлённому поселению.

— От меня ни на шаг. – предупредил Курон.

Эла кивнула, стараясь не отставать.

Петляя между прохожих, они вышли к некому подобию ярмарки. И всё это время Эла не могла сдержаться, чтобы в открытую не пялиться на эльфов. В особенности её завлекали разнообразного вида уши, но и разноцветные глаза жителей она не оставляла без внимания. В какой-то момент они с Куроном разминулись. Девушка старалась выцепить его облик в базарной толкотне, но всё тщетно.

«К кому бы обратиться? Я же языка не знаю. Но, с Куроном же я как-то общаюсь. Надо попробовать».

Не придумав ничего лучше, подошла к одному из торговых лотков, вдыхая аромат разнообразных специй, коих в её мире не было. Приятного вида эльфийка без тени подозрений, что перед ней чужеземка, дала попробовать несколько на вкус. Эла с удовольствием распробовала их, поблагодарила. Затем сходила к другому лотку с фруктами. Языковой барьер оказался самой лёгкой преградой с которой справилась девушка в новом для себя мире. Преисполненная одухотворённым настроением, Эла ловко огибала эльфов, вдыхала новые запахи, радовалась солнцу, что светило иначе. Теплее, ярче. Засматривалась на прохожих, особенно на детей, что своим необычным видом вызывали умиление. Но не забывала о своей главной цели. Выискивая в толпе своего попутчика, Эла задела грузного эльфа плечом. Одутловатый мужчина, с короткими заострёнными ушами и носом-картошкой, сузил маленькие глазки, глядя на девушку с презрением и надменностью.

— По сторонам смотри, коротышка. – буркнул мужчина.

— Извините. Я просто ищу кое-кого. – ответила Эла и уже собиралась уйти, но эльф грубо схватил её за предплечье и развернул к себе.

— Кого это?

— Курона.

Эла кратко описала внешность искомого. Глаза эльфа расширились, тонкие губы изогнулись в кривой улыбке, что насторожило Элу.

«Ссориться с кем-то в другом мире не стоит. Что же делать?»

— А ты, значит, его новая подружка? – он бегло оглядел девушку. – Пойдём, проведу.

— Может лучше я, Голлот? – раздался голос Курона у Элы за спиной. Облегчённо выдохнув, она развернулась к Курону. По началу грозный вид заставил сердце упасть в пропасть, но через мгновение девушка поняла, что он предназначался не ей. Нахмуренные брови Курона сошлись на переносице, глаза горели ярким солнечным светом, губы обнажали презрительный оскал. Точным движением Курон вдарил мужчине по локтю. Тот завопил, отпуская девушку.

— Я же только помочь хотел. – пролепетал обрюзглый эльф.

— Тебе было мало, когда я сжег к чертям твою таверну?

— Нет, нет, я всё понял!

Эльф, имя которого Эла так и не узнала, с ужасом в глазах, припустил куда-то вверх по улице, оставляя Элу и Курона одних.

— Что я говорил про «от меня ни на шаг»?

— Ты сам виноват, что я потерялась. Я в новом мире, ничего здесь не знаю. Ещё и народу полно. Тебе-то легко, вон у тебя какие длинные ноги. Ты их перешагнуть можешь при желании, а я…

— Я понял, понял. – голос Курона смягчился. Его широкая ладонь накрыла мягкую ладонь Элы и аккуратно, но достаточно крепко сжала. Мужчина пошёл вниз по улице, ведя за собой Элу, румянец которой припекал щёки похлеще солнечных лучей.

«Он всего лишь так признаёт свою вину. Не более того. И на это очарование я не поддамся».

Спустя время они достигли цели, остановившись перед неприметной дверью, с висящей над ней вывеской на с непонятными символами. Курон постучал определённое количество раз и дверь отворилась. Из щели высунулась престарелого возраста эльфийка, лицо которой испещрили множество морщинок вокруг добродушных глаз насыщенного зелёного цвета. Длинные белоснежные локоны были собраны в незамысловатый высокий хвост. Простое, слегка изношенное лазурного цвета платье выглядело на ней как на благородной даме.

— Курон! – радостно воскликнула она. – Проходи.

Эла проследовала следом и переступила порог. Скромно топчась у порога, разглядела простое убранство дома, оказавшееся маленькой лавкой с одеждой. Выбор невелик, но все представленные предметы одежды были весьма добротного вида.

— Зачем пожаловал? Ах, неужели опять рубаха мала? Растёшь не по дням, а по часам.

— Нет, в этот раз одежда нужна не мне. Ей. Что-нибудь удобное, но аристократичное. Всё-таки на службе у принцессы будет.

— Что?!

— Прелестное дитя! – губы эльфийки растянулись в гостеприимной улыбке. — Сейчас мы тебя принарядим.

— Ты ничего не говорил про это. Да ты вообще ничего мне до сих пор не рассказал! – зашипела на эльфа Эла.

— Терпение. – отрезал Курон с невозмутимым видом.