Роза Бетельгейзе

Роза Бетельгейзе

Ривенделл. Так Глеб окрестил этот мир, хотя его официальное название было Роза Бетельгейзе. Мир под звездой Бетельгейзе. Как антрополог он прибыл сюда изучать местные культуры.

Аборигенов он прозвал эльфами. Это были изящные гуманоиды с серебристыми волосами и золотистыми глазами, что жили счастливо и спокойно, ухаживая за садами и рощами, где благоухала горная лаванда и белые розы. Они чудесно играли на лютнях и составляли тома удивительной поэзии —поэзия его интересовала больше всего.

Сейчас он работал в Эллехорне, собирая фольклор. Как же органично селение вписано в горы! Изящные, плавные, округлые формы домов напоминают переплетения ветвей, цветов и листьев. Здесь много открытых террас, беседок, резных колонн, стрельчатых арок и павильонов без стен, чтобы эльфы могли всегда оставаться наедине с природой.

Главный дом старейшины Аммоса буквально висит над обрывом, около маленького горячего источника. Город окружен множеством бурлящих каскадных водопадов и рек, а разные части поселения соединяются изящными каменными мостиками.

Вокруг растут вековые деревья, похожие на дубы, кедры и ели, и сейчас осенью долина окрашивается в золотые, багряные и охристые тона. Атмосфера наполнена мягким, словно светящимся изнутри солнечным или лунным светом.

Он с Аммосом сидел в беседке у водопада и беседовал о поэзии. Осень расплавленным озером плескалась внизу.

- Мы верим что поэт наделен магической силой и хранитель чести общины. - сказал седой эльф.

Сегодня Глеб очень заинтересовался особой формой поэзии, посвященной оставленным и заброшенным поселениям высоко в горах у ледника. Ледник медленно наступал, и жители высокогорья отступали, зато туда ехали поэты специально за впечатлениями, а затем их элегии оценивали судьи старейшины.

- Вам, Глеб, очень понравится еще одно стихотворение. Оно о плюще, что обвивает древние развалины... Там, у ледника, есть оставленные часовенки.

Глеб уже давно заметил, что дочь Аммоса, Арвенна, стоит у колоны и наблюдает за ними. Платье ее, светло-желтый шелк украшенный кораллами и жемчугом, казалось сшитым из осенних листьев.

- Арвенна... - проговорил он. - Не стоит.

Она вышла вперед, заплаканная, красивая как утренняя звезда, и подбежала, упала на колени.

- Почему, почему отец ты молчишь? Почему молчат все в общине? Как вы могли ему позволить здесь находится?

- Не надо, малышка, не надо, - Аммос ласково провел по серебристым волосам. - Это его выбор.

- Он погибает! Это медленная страшная смерть! На нашей планете есть особая форма радиации, — так странно, даже нелепо было слышать это мерзкое слово из уст этого прекрасного создания. Эльфийка, что знает слово «радиация», о нет, так не должно быть! — и она губительная для людей, но не для нас. Я узнала правду от бабушки-матриарха. До Глеба нас изучала экспедиция с Земли, и все они заболели, и погибли когда вернулись домой. Поэтому сюда запретили приезжать людям, но этот ученый нарушил закон, пробрался на торговом судне и тайком изучает нас. И мы помогаем, покрываем его.

- Да, - только и сказал Глеб. -Все так и есть.

И она упала к его ногам, и замолотила кулачками:

- Почему? Почему?!

- Потому что ваш мир изумителен как песнь о любви, и он все больше и больше раскрывается передо мной, огромный и прекрасный. Я не смог удержаться. Это мой выбор.

- Я не знал что делать и позволил,- с горечью признался Аммос.

Арвенна плакала у его ног, а Глеб молчал. И тогда эльфийка призналась ему в любви.

- А если... Если я возьму с собой книги, и поеду с тобой на Землю? Ты будешь изучать меня, как цветок этого мира....- золотистые глаза эльфийки засияли оранжевым пламенем.

- Арвенна, ты лучшее что есть в этом мире.

- Я позволю. - сказал Аммос. -позволю. Возможно, потом ваши ученые найдут способ для людей противостоять радиации, и вы вдвоем вернетесь. Я знаю, что ее любовь сильна как огонь, и спалит ее в пепел если вы не станете единым целым. Глеб, прошу, уезжайте.

Глеб понял, что тоже плачет. Арвенна была так прекрасна, освещенная заревом серебристых волос. Что, если она и есть его Роза Бетельгейзе? Но он должен был увидеть этот мир своими глазами.

- Я ставлю только одно условие.- сказал он.

- Хорошо.

- Мы возьмем с собой очень много ваших книг. Книги и ты — этого мне будет достаточно.

- Договорились, - Арвенна усмехнулась и утерла слезы.

Вечером отец и дочка сидели на веранде и пили золотистое вино. Небо посеребрилось и звезды загорались одна за другой. Где-то там, звездочка, родной дом Глеба. Глеб придет утром, и они начнут сборы всего необходимого.

- Радиация, — медленно сказал Аммос. - я думаю что она нужна нам, нашим телам, что зародились в этом мире. Ты будешь первой, кто покинет планету. Я боюсь, что...

- Отец, если я только почувствую слабость, сразу вернусь. Обещаю.

- Хорошо. И все таки, эти люди очень странные существа, не так ли?

- Очень.

Старый эльф задумчиво рассматривал заснеженные вершины.

А внизу, на реке спокойно плыл в своей лодчонке рыбак Эмми. Он рассматривал салфетку, выкинутую Глебом. Этот странный чужеземец собирал пословицы и песни рыбаков, требуя напевать ему старые мелодии, но сегодня кашель совсем замучил его. Эмми приблизил салфетку к потемневшим глазам и вздрогнул, и печаль затопила сердце рыбака— на салфетке была кровь.