Новенький

Глава 1

Удар!

Что-то хрустнуло. Стена? Кость? Да какая кость, его руки из металла. Ирокез осмотрел кулак, потом стену, которая пошла трещинами.

Такими же трещинами пошли и их отношения с Мечтой. Прошло полгода с тех пор, как он спас ее, и получил новое тело, чтобы жить рядом с ней. Она говорила, что тело неважно, но все же это оказалось не совсем так.

Он металлический. Он прочный, надежный. Но сейчас они даже в чате общаются редко.

Удар!

Со стены рухнула старая полка. Подвал здания, в котором располагалась их квартира -- отличное место для выплескивания... чего? Что он чувствует сейчас? Прямо сейчас?

Злость. Против нее битье кулаками в стену не помогало.

Удар! Еще! Сильнее, ну!

Что он хочет почувствовать? От последнего удара его кулак согнулся и заклинил. Ирокез мрачно посмотрел на него. Он ощущал неисправность.

А хотелось ощутить боль, настоящую, живую боль, чтобы прочистила мозги, чтобы стиснуть зубы и обозвать себя последним идиотом, который вздумал себя калечить.

Одно хорошо -- этот кулак можно легко заменить.

Он злился не на нее, а на себя.

***

Мечте было грустно. Она гуляла по парку, по его запутанным тропинкам. Что между ними стало? Он же такой хороший, надежный. Как робот. В том-то все и дело. Она словно холодильник обнимала, а ей хотелось тепла, но его нет... Он, наверное, все понимает, но ничего не говорит, чтобы не обижать ее. А она? Что сейчас делает она?

Гуляет одна.

И думает не о нем, потому что она живая. А живой ли он? "Это хороший вопрос", -- подумала Мечта. Да, она обязана ему жизнью, да, они живут вместе, но жизнь ли это?

От замены запчастей результат не меняется. В конце концов, она ничего ему не обещала. Мечта не хотела возвращаться сейчас домой. Тогда куда?

"Может, съездим в отпуск на море? Я купил два билета на самолет. Все включено, кроме тебя, конечно."

Мечта недолго думала, что ответить:

"Я не катаюсь по морям с женатыми."

"Ну, как хочешь!"

"Девочку из эскорта себе поищи", -- подумала Мечта. Но и к Ирокезу ей идти было стыдно, из-за своих мыслей. Она не хотела ему лгать. Кроме того, она давно не была у мамы. Вот и славно, вот и проведаю, побуду у нее. Мамы -- они детям своим всегда рады.

***

-- Винсент, ему надо помочь.

-- Надо, Лара. Но как?

-- Давай поделимся с ним тем, что мы узнали.

-- Хорошо.

Ирокез заменил сломанную кисть механической руки. Вот так, словно новенькая! Злость никуда не делась, она искала выход, и не находила его. Пожалуй, он бы не хотел сейчас видеть Мечту. Он боялся, что не сможет контролировать себя.

Сознание словно расползалось, текло, охватывало собой здание, квартал. Может, к черту все? Можно же просто исчезнуть. Зачем прикладывать усилия, зачем удерживать себя в этой жестянке? Останется сломанная марионетка. Мечта поплачет, и найдет себе другого мужчину -- именно мужчину, сильного, живого, настоящего, а не робота.

Отличный выход для малодушных. Ирокез молча сидел на стуле и смотрел в стену, покрытую выбоинами и трещинами.

"Ирокез, милый, я сегодня переночую у мамы. Возможно, побуду у нее несколько дней. Не скучай, пожалуйста!"

Вот оно. К злости подмешалось что-то, нечто незнакомое. Она врет ему? Она же не к маме едет? Да это же ревность!

Конечно, им нужно поговорить. Но не сейчас. Пусть отдохнет у мамы. Сам он вырос в приюте и не знал, что такое родители, зато очень хорошо знал, что такое выживание в пустой холодной общей детской. Сейчас ему было так же холодно и одиноко, как тогда, в приюте. Ему тоже сейчас нужно побыть одному, как и ей. Но, вместе с этим, он скучал по ней.

Ему нравилось смотреть, как она что-то делает по дому, веселая, энергичная, улыбается ему. Ему нравилось видеть, как она касается его, хотя он не ощущал ее прикосновений.

Вот же оно. Ирокез вскочил со стула. Если он не чувствует ее касаний, ее нежных пальцев, то что же ощущает она? Холод и металл. Ну конечно, болван! Как ты смеешь вообще злиться, даже на себя? Она же живая!

А ты, Ирокез? Ты -- живой?

Видимо, он произнес эти слова вслух, потому что ему ответили:

-- Живой.

Ирокез обернулся. Кто-то стоял в тени. Их было двое. Они тихо и медленно приблизились к нему. Мужчина и женщина, оба в экзоскелетах. Ирокез не ощущал угрозы от них, но также он не ощущал и того, что они -- люди. Его тело было снабжено множеством датчиков и они не распознавали внутри экзоскелетов живой плоти.

Они оба такие же, как и он. Они улучшенные, механические! Ирокез почувствовал удивление и радость. Он не один такой! В последнее время он думал о себе, словно он -- гадкий утенок, урод. Но нет. В этом городе есть еще такие же!

-- Кто вы? -- спросил Ирокез.

-- Меня зовут Винсент. -- представился мужчина. -- А это Лара.

-- Очень приятно. Меня зовут Ирокез.

-- Да. И мы знаем твое настоящее имя.

Ирокез напрягся. Они что-то слишком много знают!

-- Мы хотим тебе помочь. Не волнуйся! -- тихо произнесла Лара. У нее был очень красивый, певучий голос с протяжными интонациями. -- Мы знаем, как тебе плохо. Как плохо вам с Мечтой.

-- Идемте в дом. -- пригласил нежданных гостей Ирокез. -- Тут не место для разговоров.

Дома они устроились на кухне, оставив гореть только неяркий свет на потолке. За окном шелестел дождь.

-- Хотите чаю? -- предложил Ирокез.

-- Нет. Пожалуй, чай -- это в прошлой жизни осталось, хотя я скучаю по его вкусу. -- ответила Лара.

-- Кто же вы?

-- Я была пилотом ретро-суперкара. Однажды я разбилась на гонках. Очнулась в больнице, сильно покалеченная, и не хотела больше жить. Но Винсент, -- Лара погладила по руке Винсента, -- мой любимый Винсент и мой шеф -- они спасли меня. Мое сознание пересадили в киберядро.

-- А потом и мое. -- добавил Винсент. -- Я был смертельно болен и умирал в госпитале. И вот теперь мы с Ларой вместе.

-- Мы с Мечтой были киберспортсменами, и играли вместе. Потом ушли из команды и расстались, и я стал играть один. И меня заперли в виртуальной реальности, отключили автоматику капсулы. -- рассказывал Ирокез. -- И кто-то прислал мне файл с инструкциями, как выбраться. Это были вы?

Винсент и Лара переглянулись:

-- Нет. Это были не мы. -- сказала Лара. -- Я случайно подслушала ваш с Мечтой разговор в парке, и с тех пор мы...

-- Следите за нами?

-- Нет, что ты. Мы хотели познакомиться с вами, но не знали, как подойти. Вот, случай представился.

-- Не самый удачный.

-- Да. -- произнесла Лара задумчиво.

Винсент спросил:

-- А можно взглянуть на этот файл?

-- Конечно. Вот. Получается, это ваш шеф?

Винсент ответил:

-- Нет. Он умер почти сразу после нашего воскрешения, год назад.

-- Чей же это файл?

-- Мы не знаем.

Немного помолчали, потом слово взяла Лара. Она водила пальцами по столу и рассказывала:

-- Винсент сначала меня не чувствовал, а я -- его. Для меня это очень важно! И Винсент придумал, как сделать так, чтобы я могла ощущать, быть тактильной, когда я в автомобиле, а потом и в этом теле. Это так приятно!

-- Мне бы не помешала такая технология. -- заметил Ирокез.

-- Да. -- сказал Винсент. -- Мы как раз за этим и пришли.

-- А что вы хотите взамен?

-- Собственно, уже ничего. Мы хотели узнать, как ты сумел спастись. И твой путь очень странный. Тебе не нужно киберядро. Ты просто живешь, и в Сети, и здесь, в реальном мире. Удивительно, как тебе это удается.

-- Мне очень трудно. -- ответил Ирокез. -- Я все время стараюсь удержать сознание, чтобы оно не расплывалось, и это очень тяжело. Все-таки, интересно, кто меня вытащил?

-- Этот файл -- очень странный. И это точно не наш шеф. -- ответил Винсент. -- Так что пока это вопрос!

-- Ну, мы пойдем. -- сказала Лара, и неожиданно обняла Ирокеза. -- Не волнуйся, все будет хорошо.

Винсет пожал Ирокезу руку:

-- Рады были тебя видеть. Вот наши контакты. Мы всегда на связи и всегда рады тебя слышать!

-- Взаимно... -- ответил Ирокез, впервые за много дней улыбаясь.

-- Вот видишь. -- улыбнулась Лара в ответ. -- Все хорошо. Все наладится!

***

-- Мы молодцы, Винсент? -- спросила Лара.

-- Еще какие! Куда поедем?

-- Давай за кольцо, я хочу цветочки поправить!

-- Как скажешь, ты же за рулем!

-- Винсент. -- томно протянула Лара. -- Положи руки на руль.

Винсент положил.

-- А теперь погла-а-а-дь... Сегодня ты за рулем. Мне так хорошо, что мы ему помогли. Я хочу теперь тебя почувствовать!

-- Хорошо, Ларочка. -- улыбнулся Винсент.

***

Мечта вместе с мамой пили чай, болтали, занимались домашними делами, и время летело быстро. Наступил вечер и Мечта, конечно, решила остаться. У мамы было уютно и тепло, это был ее дом, место, где выросла Мечта. Дома всегда хорошо! Однако Мечта не забывала про Ирокеза, и пожелала ему в чате спокойной ночи, хотя он не спал -- ему это не требовалось. Он ответил вроде бы как обычно, но Мечта почувствовала -- что-то изменилось. Стало чуть-чуть теплее. Это было интересно. Вот чего ей не хватало -- интереса.

Чем он там без нее занимается, любопытно? Мечта улыбнулась и отложила телефон, легла на диван и незаметно для себя уснула. Мама накрыла ее одеялом, зная, что среди ночи дочь будет его искать.

Мечта спала без снов.

А Ирокез исследовал возможности. Он хотел вернуться, снова стать живым, чувствовать Мечту в своих объятиях. Но возможно ли это? Существует ли путь назад? Ирокезу не требовался сон, не нужна была еда, но спустя сутки даже он ощутил нечто вроде усталости, и решил передохнуть. Он сел в кресло и закрыл глаза.

И увидел сон. Он летел над городом.

Почему мы бежим из реального мира? Потому что в реальности у нас есть лишь серый город с дождем, а в виртуальности -- все так, как мы хотим. Люди теряют чувства, догадался Ирокез, как он потерял. Становятся роботами. Но теперь он точно знает, что не хочет быть ходячей жестянкой. Но как вернуться, он тоже не знает.

Тело -- это наши границы. А если границ нет?

В полудреме он видел как будто весь город, как одно целое, как нечто живое, огромное. Очнулся утром. Поставил вариться кофе, хотя к чему роботу этот божественный напиток? Причина была простой -- кофе любила Мечта. Себе бы он налил, пожалуй, машинного масла. Ирокез улыбнулся этой забавной мысли. Вдруг она сейчас придет, а тут вот, кофе готов, как она любит.

Тело, ему нужно другое тело, живое. Где же его взять? Ирокез пролистал за считанные секунды сотни сайтов. Да, можно, есть варианты. Но это мерзкие варианты. Можно украсть тело из лабораторий клонирования, но это означает украсть чью-то жизнь. Нет. Жить в ворованной оболочке, знать, что она краденая, да еще и Мечте лгать об этом.

Нет. Она не простит такого никогда, она сама честная и то же ценит в нем. Она просто устала. Ничего. Ирокез свернул информацию о телах. Что ж, Винсент, что ты там хотел?

"Привет, Винсент. Я готов воспользоваться твоей технологией."

"Привет. Отлично. Передаю данные и схемы сборки. Будет непросто."

"Спасибо."

Ирокез сразу это понял. Но он не боялся трудностей -- ведь это путь к ней. Кое-что нашлось у них дома, в его мастерской, где он коротал ночи, но основные детали пришлось заказать и это обошлось недешево. Впрочем, Ирокеза не волновали средства, их хватало -- должен же холодильник оправдывать свое существование и он писал код за деньги сутками напролет.

***

Мечта с мамой тем временем отдыхали: то поехали в океанариум, то смотреть огромный цветной фонтан, то просто сидели дома и читали. "Как хорошо дома, но все же как он там, без меня?", -- думала Мечта. "И отвечает как-то по-другому немного, чуточку теплее." Однако Мечте пока что не хотелось возвращаться -- не из вредности, просто не хотелось. Не могла она пересилить себя.

Она не верила, что он живой.

И маме ничего не говорила. Это ее личное дело. Она сама разберется.

Ирокез закончил сборку тактильного модуля. Действительно, даже для него это было сложно. Очень мудреная технология. Винсент говорил, что будут еще сложности с калибровкой и потребление энергии возрастет. Да все равно! Что ж, теперь пора примерить модуль на себя. Пусть будет браслет на левой руке, решил Ирокез. Вот так.

Странное ощущение, будто под кожей миллионы маленьких пузырьков. И лилиями пахнет. Винсент ничего не говорил про запахи. Ирокез терпеливо приспосабливал незнакомое устройство к себе. И ему нравилось. Он провел пальцами по столу -- холодный.

А потом коснулся пальцами самого себя. Теплый. Энергия тратится на нагрев. Пусть, лишь бы ей было хорошо. Он ощутил даже то, что его кулак, которым он молотил по стене, был заменен. Новенький. Он словно новенький!

"Как ощущения?" -- о, это Лара.

"Великолепно!"

"Я рада, что тебе понравилось. Приходи сюда, я тебе что-то покажу."

Идея прогуляться понравилась Ирокезу. Он накинул плащ -- хотя зачем роботу плащ? ах да, мы же теперь человеки почти что, надеваем, вспоминаем! -- и мерным шагом потопал в указанную точку города. Шел дождь.

Ирокез шел, подмечая некоторые странности вокруг. Словно след из хлебных крошек. То витрина ярче засветится, то фонарь мигнет на его пути. Словно путь его кто-то помечает, но кто?

И еще он чувствовал, как плащ трется о его тело, как капли дождя стекают по искусственной, но уже наученной чувствовать коже, как ступни ощущают мостовую, как пахнет город... Он словно живой. Он чувствует сам себя -- живым.

Снова.

Но как же ей об этом сказать?

Ирокез свернул с главной улицы в темный проулок, вошел в арку и остановился. В полутьме купола старой оранжереи что-то сияло, переливалось. Из-за опоры появилась Лара:

-- Привет. -- сказала она.

-- Что это?

-- Это мои цветочки! Они уже вполне ничего, но нужно порой их поправлять.

Ирокез осмотрелся:

-- Я не вижу ничего, кроме огоньков.

-- Ой, прости. Я забыла про свет. Вот.

И Ирокез увидел, что вокруг него прямо из металла и камня вырастают сотни лилий, полупрозрачных, голографических, но таких реальных. Они светились, когда Лара касалась их. Ирокез сам попробовал коснуться одного из цветков, но рука прошла через проекцию. Лара прокомментировала:

-- Это непростые цветочки. Они тебя еще не знают, ты еще их не разглядел, а они -- тебя.

-- Что они такое?

-- Честно говоря, сложно сказать. Это и воспоминания, и печаль, и ожидание, ну и просто красота.

-- Вот бы ей показать... -- прошептал Ирокез.

-- Почему же нет? Приходите.

-- Прямо сейчас?

-- Я не понимаю, почему ты до сих пор ждешь, -- рассмеялась Лара.

"Привет, милая. Как дела?"

"Нормально."

"Можно я за тобой зайду? Хочу тебе что-то показать, одно место, где не нужно думать, решать. Можно просто быть."

Мечта вздохнула. Она очень устала сегодня, да и что он ей может показать? Впрочем, ей и дома уже прискучило, можно и прогуляться.

"Можно."

Ирокез, можно сказать, выдохнул. Он очень боялся, что Мечта откажет. Некая отстраненная часть его сознания радовалась -- чувства, снова эмоции! Дом Мечты был недалеко и Ирокез быстро добрался до нее. Мечта открыла дверь, уже готовая к прогулке, только накинула плащ и поправила прическу.

-- Идем? -- спросила она.

-- Да. -- ответил он и пошел чуть впереди, показывая дорогу. Снова эти странности, будто взлетную полосу освещают, неужели она не видит? Ирокез отметил, что его любимая очень устала, и был готов ее нести на руках -- но она же не позволит делать это холодильнику. Они свернули в знакомый переулок и Мечта забеспокоилась:

-- Ирокез, мы это куда?

-- Не бойся. Все увидишь.

-- Ну хорошо.

Они подошли к арке. Под ней слабо светились знакомые огоньки. Лары нигде не было видно, а как включить свет, Ирокез не знал, и поэтому не придумал ничего лучше, как сказать:

-- Дай, пожалуйста, руку.

Мечта колебалась. Ей не хотелось ощущать его стальную, холодную конечность. Слегка сжав зубы -- что ж, потерплю -- она взяла его за руку. Ладонь Ирокеза была теплой. Мечта почувствовала, что не хочет отпускать его руку, и доверчиво пошла за ним, удивляясь и сосредоточившись на своих ощущениях. Она не заметила, как вокруг стало светлее, а когда заметила -- ахнула.

Сотни разноцветных голографических лилий цвели вокруг. Мечта коснулась одного цветка и ощутила его кончиками пальцев:

-- Ой, как красиво... -- произнесла Мечта. -- Что это за сад? Чей он?

-- Наверное, Лары. -- отозвался Ирокез.

-- Лары? Это еще кто?

-- Это я. -- с улыбкой произнесла Лара, поправляя лепесток лилии. -- Мы с Ирокезом друзья.

-- Мы недавно познакомились. -- добавил Винсент, появляясь из бокового прохода.

-- Очень приятно. -- Мечта хотела уже начать ревновать, но передумала. Сразу было видно, что Лара и Винсент были парой, немножко странной, но неопасной.

-- Взаимно. А сад, кстати, не мой. -- сказала Лара. -- Я их тут нашла, они были совсем маленькие. Вот, ухаживаю, как могу.

-- А можно и мне? -- спросила Мечта.

-- Конечно. Пожалуйста! Они любят, когда на них смотрят, замечают и возятся с ними!

Они не видели, что на крыше оранжереи сидел Нопэрапон и смотрел на расстилавшуюся под ним красоту. Память ливня, как и память цветов -- вечна. Просто ливень помнит все сразу, а цветы -- помнят кусочками. Но из этих кусочков, кажущихся неважными, и состоит жизнь.

Нопэрапон принял решение и стер оранжерею из карты города. Пусть их никто не беспокоит. Они нашли свое место.

Винсент и Лара уехали, а Мечта, забыв про усталость, стояла и смотрела на цветы, как они сияют и колышутся от капель дождя. Ирокез подошел поближе к ней и сказал:

-- Знаешь, я скучал по тебе. Каждый день варил тебе кофе -- вдруг ты придешь. Наблюдал за каплями дождя на окне. Протирал пыль на полочках.

-- И что-то с собой сделал. -- заметила Мечта, повернув голову и улыбаясь.

-- Да, что-то сделал.

Мечта обернулась и обняла Ирокеза:

-- Мне не хватало тебя. Теперь я снова тебя чувствую.

И закрыла глаза. Ей было хорошо и спокойно, и с ним, и здесь. Она ощутила, что словно нашла свое место, и хотя эти цветы были лишь проекцией, они сами чувствовались живыми. Как и он. Ирокез подумал, что, погружась в виртуальную реальность, люди теряют чувства, потому что в реальной жизни они не видят никого и ничего вокруг -- и их тоже никто не видит, и не замечает. Нужно смотреть, внимательно, с интересом на тех, кто рядом -- и виртуальность не нужна.

Они долго стояли обнявшись так. Потом ушли, держась за руки и болтая о каких-то пустяках, из которых состоит жизнь. Нопэрапон посмотел им вслед и спрыгнул с крыши. Потрогал одну из лилий -- пальцы прошли сквозь проекцию. Пожал плечами и скрылся в переулке.

Лилии качали лепестками в такт падающим каплям ливня.

***

-- Мы дома. -- сказал Ирокез. -- Отдыхай, я поставлю кофе.

-- Нет. Я очень устала. Идем отдыхать, утром свари лучше. Тебе же нужно отдыхать?

-- Да, теперь нужно.

-- Вот и хорошо... -- и Мечта мгновенно уснула. Ирокез накрыл ее одеялом, и, прежде чем лечь спать, посмотрел в окно.

На подоконнике, со стороны улицы, росла маленькая голографическая лилия. Ирокез подумал, что это первая, и тоже улегся отдыхать. Он снова видел весь город в полудреме, ощущал сонную и теплую Мечту рядом, и был совершенно счастлив.

***

Ирокез встал раньше Мечты. Было раннее утро. "Устала. Она дома, ей комфортно, тепло, я рядом и она будет спать еще долго", -- подумал Ирокез, -- "для кофе рановато!". Он тихо прошел к себе в мастерскую, ощущая прохладный пол голыми ступнями обновленного механического тела. Включил свет, компьютер, поправил калибровку своего тактильного модуля. Как же хорошо ощущать, чувствовать, особенно её...

Загадочный файл. Ирокез вдруг вспомнил о нем. Возникло желание поковыряться в нем как следует, раньше на это не было времени. Теперь он сам практически ИИ, и может куда больше в этом плане. Что ж... Приступим.

После пары часов изучения Ирокез вынужден был признать, что ничего не понимает. Как сработал перенос сознания и почему он так произошел -- было неясно. Видимо, это для более умных существ. Ладно. Может, попробовать хотя бы автора узнать или откуда файл пришел? Еще час и Ирокез нашел зацепку.

Очень странную зацепку. Адрес вел в старые узлы сети. Ирокез пошел по следу и едва не потерялся в лабиринте фальшивых серверов. Кто-то намеренно и качественно путал след, но будто не до конца. И... нет, тупик, он вернулся на собственный компьютер.

Ирокез откинулся в кресле, ощущая недовольство. Однако тут он обратил внимание на электронную почту. Там появилось письмо, без автора, что было технически невозможно -- но оно было.

"Ты бы сделал то же самое."

И все.

Ирокез понял, что ему ответили, и он никогда не узнает, кто. Впрочем, от этих простых слов он успокоился. Кто-то присматривает за ними, и, в общем-то, этого достаточно. Ирокез посмотрел за окно. Лилия подросла, и приобрела радужную окраску. Таких в саду Лары было очень мало. Ирокез улыбнулся. Лилия, как и Мечта, была особенной, самой красивой и самой теплой.

Мечта пошевелилась. Ей стало прохладно, и Ирокез заботливо укрыл ее одеялом. Она такая смешная, уткнулась носом в подушку и сопит. Улыбается в сне. Она говорит, ей редко снятся сны -- наверное, сейчас как раз снится, цветной, красивый. "Потом спрошу", -- решил Ирокез и снова ушел в мастерскую. Сел в кресло и закинул руки за голову.

Можно позволить себе ни о чем не думать. Хотя бы немного. Просто пожить, побыть в этом моменте, когда твоя любимая спит, и ты думаешь о ней, и в то же время просто слушаешь шелест дождя.