Звезды не зря

Глава ...?

- А правда, что на центральных планетах много… Других разумных? – Валька отвлеклась от монитора, на котором, стараниями трудолюбивой Энжи появлялись цепочки проводимых операций, призванных вернуть мне шунты прямого подключения.

- Правда, Валенок, правда… - Я усмехнулся, вспоминая свое пробуждение, после "восстановления", под недреманным оком доктора-тавогианки.

- И, что все со всеми – спят?!

- Если есть желание… То кто ж запретит-то?! – Я поправил вечно сползающий обруч диагноста на голове и почесал отчаянно чешущуюся макушку. – Свобода должна быть не только на словах, но и в голове. Только, главное не путать "свободу" и "безнаказанность"…

Чертов диагност посчитал, что моя десятисекундная пауза слишком затянулась, и провернул мою тушку головой вниз, начиная новый цикл эксперимента – теперь, судя по всему, выносливости.

- И ты тоже спал с ними всеми? – Детская наивность эльфийки меня частенько просто убивала…

Вот, как объяснить, что "все" и "со всеми" – лишь сложившийся стереотип, ничего общего с реальностью не имеющий?

- Он и со "своими"-то в одной постели оказывался не часто! – Сдала меня с потрохами Энжи, явив свою голограмму в центре медицинского отсека. – Я только двоих-то и могу вспомнить, за все то время, что рядом…

- Эн-Жи… - Прохрипел я, чувствуя, что сейчас точно кого-нибудь оттаскаю, правда на матах…

- Одна, кстати, эльфийка…

- Энжи! – В этот раз рык получился что надо, и голограмма сделала вид, что зашивает себе ротик.

Ага, так я ей и поверил!

Готов поспорить на две вахты, сверхурочно, стоит мне только выйти из медотсека, как две эти красавицы тут же разделят ношу таинственности, на двоих.

Диагност снова провернул кардан, в центре которого болталась моя тушка, потом еще и еще раз, начиная разгон. К продольному вращению добавилось поперечное и монотонный голос в наушнике начал бормотать условие очередной задачи.

"Провести караван из девяти кораблей, одинакового тоннажа, но разной конфигурации двигателей…" – Стандартная задачка из учебника по навигации, за второй-третий курс. Принимая во внимание отсутствие боевых действий – диагност использует задачник торгового флота Лойи-Ам, не иначе.

Парга приветливо "скушала" условия и выдала гроздь разрозненных формул, предлагая мне собрать из них что-то удобоваримое.

Пришлось отвлечься от ощущений в животе и заняться делом – чем быстрее и полнее диагност соберет данные помоему организму, тем быстрее я обзаведусь драгоценной игрушкой, от которой может измениться вся моя жизнь.

" … - Проводка кораблей, сопровождение в зоне боевых действий и спецопераций… - Нальгалл плотоядно облизнул губы. – Это – песня, исполнять которую навигатору приходиться в одиночку. От вашего умения держать в голове переменные, типы вооружения, мощность щитов и скорость – будет зависеть выживаемость как вашего корабля, так и всей группы. Некоторые из вас…

Нальгалл ткнул в меня пальцем, заставляя остальных курсантов злорадно ухмыльнуться.

- Некоторые из вас считают, что единомыслие, которое мы вам вбиваем в головы с первого курса, является совершенно ошибочным. И ведет к поражению. Все верно. Единомыслие – порочно, по своей сути.

Теперь пришла моя очередь победоносно задирать нос кверху.

- Но, работа в группе, ухо к уху – требует понимания происходящего, "слетанности" всех навигаторов, возможности продолжить маневр, в отсутствии связи с флагманом или судном-расчетчиком. – Нальгалл вновь продемонстрировал свой раздвоенный язык, украшенный искрящейся точкой бриллиантового пирсинга. – Времена, когда обстановка позволяла отпускать корабли в одиночные путешествия, канули в прошлое. Даже обычный танкер предпочтет потерять сутки, но лететь в группе, чем оказаться в одиночестве, с отказавшим двигателем или тет-а-тет с очередным капером.

- Стадный инстинкт… - Тихонько шепнул я себе под нос, активируя свой обучающий экран и деля его на две части – "формульную" и "графическую", как требовали правила нашей Академии…"

- Ты что творишь! – В себя я пришел от тяжелой пощечины, звонкой и проясняющей мозги лучше, чем запах аммиака. – Граф!

- Все-все! Я тут! – Я уставился в хорошо знакомые глаза и едва сдержался от злого мата: некому меня называть на балкере – графом.

Сердце заколотилось, норовя выпрыгнуть наружу, а головная боль, словно тонкая игла, прошила оба полушария и растаяла, вместе с холодным взглядом хорошо знакомых глаз…

Растянувшееся мгновение, в котором эльфийка, раскрыв рот, слушала голограмму; в котором Парга, работая на привычных трех четвертях мощности, медленно и нехотя убирает варианты, для расчета не подходящие.

Мерцающая зеленая дымка, втягивающаяся в вентиляцию.

И привычное покалывание в кончиках пальцев…

Грань…

Я попытался сделать вдох и мир вокруг меня вновь помчался вскачь, стирая только что пригрезившееся.

Отработала "медуза", вгоняя в кровь успокоительное и противошоковое, Парга заполыхала кровавым заревом, привлекая внимание к моей персоне, "слегка" поехавшей крышей.

Еще добрую минуту диагност останавливал разогнавшиеся кольца кардана, а я, целую минуту ловил себя на мысли, что соскучился по своей Грани намного больше, чем по своему прошлому.

Испуганное личико эльфийки, задумчивое – Энжи-голограммы и непрекращающееся покалывание – ох, что-то сейчас будет… Будет… Будет и будет очень плохое…

Сдернув, с мокрой от пота, головы, обруч диагноста, сделал глубокий вдох и закашлялся, до слез, до выворачивания легких, до хрипа в сорванных связках.

- Макс… это же… - Энжи поймала мой злой взгляд и исчезла, оставляя меня наедине с девчонкой, в крови которой, готов поспорить, было чему удивиться.

- Максик, потерпи, сейчас я тебя отстегну… - Валька старательно дергала пластиковые поручни, вместо того, чтобы отдать команду с монитора диагноста. – Сейчас-сейчас…

"Хрусь…" – Сказал обруч диагноста и посыпался на пол мелким крошевом, сквозь мои пальцы.

Валька испуганно отпрыгнула и уставилась на собственную руку, переливающуюся синими и красными сполохами.

Еще один удар сердца и медотсек погрузился во мрак, озаряемый вспышками пламени и электрическими искрами, пульсирующими в такт с дыханием девушки.

На грани слышимости клацнули магнитные замки, удерживающие мои путы и я мешком свалился Вальке под ноги, больно встретившись лбом, с носком ее лабораторной обуви.

"Тынц"! – Сказал аварийный генератор и помещение стало набирать привычный, раздражающе-слепящий, белый до синевы, свет.

Исчезли язычки пламени. Последняя искра электричества скакнула на пульт и втянулась под клавиатуру, оставляя после себя тонкий, оплавленный, рубчик.

- Аномалия… - Энжи громко прокашлялась и посмотрела на меня так, что захотелось провалиться под палубу, а потом еще и вылететь через защитное поле, наружу. – Интересно, все целы?!

Переглянувшись, выскочили вместе с Валькой наружу и тут-же столкнулись с недовольной Джулией, выходящей из лифта.

- Джулия! – Эльфийка "экстренно срикошетировала" мне за спину, чего-то опасаясь. – У тебя все нормально?

- Ничего не нормально… - Джулия подняла правую ладонь, демонстрируя багровую полосу ожога. – Чертов "кипятильник" все-таки перегрелся!

- И… Больше ничего странного?! – Любопытная эльфийка замерла, навострив уши.

- Ничего… - Джулия пожала плечами и сделала шаг в сторону медотсека. – Ты мне поможешь, или самой справляться?

Разочарованно поджав губы и повесив нос, Валька направилась в сторону своей вотчины, оставляя меня в одиночестве.

Чего мне, в общем-то, и хотелось.

Успев придержать закрывающиеся двери лифта, запрыгнул внутрь и, после некоторого сомнения, нажал кнопку "жилого яруса" – вот именно сейчас, большего всего мне хотелось оказаться в своей, родной каютке, запереться и забраться под теплые струи воды, чтобы смыть видения и показать воспоминаниям, в очередной раз, длинный нос.

- Макс! – Динамик у меня над головой, как всегда, ожил именно тогда, когда хотелось побыть в тишине. – Подмени Джулию, пожалуйста!

Учитывая, что просьба шла не от капитана Пайстера, а от старпома…

Пришлось взять под козырек и нажать на кнопку "Стоп".

Ходовая рубка, она же "мостик", она же "центральная рубка управления" вновь зияла пустотой отсутствующего экипажа – совершенно нет смысла держать на вахте полную смену, если эта полная смена – ровнехонько весь экипаж балкера.

Так что… Сидит себе в гордом одиночестве наш старпом, наблюдает, как копошится в потрохах дрона-кипятильника – дрон-ремонтник, да поминает, судя по всему, веским словом, Джулию, умудрившуюся поймать ожог на ровном месте.

- Валька пообещала, что Джули вернется через час, максимум – полтора. - Люд’Ан почесал нос. – Прости уж, но… Сам понимаешь – Кэп и вправду дрыхнет, из пушки не разбудишь, а остальные… Понимают в навигации еще меньше его и Джулии, вместе взятых…

- Что, курс менять будем? – Удивился я, точно помня, что ничего подобного Кэп не планировал, иначе бы я точно знал.

- Сам посмотри… - Старпом казался озадаченным, встревоженным и… Недовольным!

Пришлось обойти рабочее место Джулии, с уже свалившимся в заставку экраном, плюхнуться на свое место, оттарабанить волшебный пароль "1234567890", установленный один на всех пользователей и заняться изучением…

- Да… Вроде все и нормально… - Я пересчитал маяки и угловые скорости, на всякий случай стребовав с Баськи полный курсовой отчет за минувший час. – Искажение по второму маяку, но он постоянно "блуждающий", в тех местах. Мощности по уровням, двигатели не фонят… Все нормально…

Я перебирал основные, самые проблемные на всех кораблях, моменты, краем глаза наблюдая за сидящим на капитанском месте, старпомом.

- Если, "все нормально", тогда почему Альгерци не "сзади", а "слева-сверху"?! – Возмущению Люд’Ана не было предела. – Почему центр стал дальше на хренову сотню лет?! И, почему – не сработала тревога?!

Почесав затылок, принялся проверять сказанное старпомом.

Альгерци действительно перекочевала, тревога действительно не сработала – Баська с жаром меня убеждала, что Альгерци всегда, именно там и была! – а Центр стал дальше не на сотню, а на четыре сотни светолет. Точнее – если верить графике – Центр стал ниже, "падая" к нижней игле Веретена.

И, при всем при этом, точки выхода не изменились, лишь время выхода, странным образом, отдалилось на полтора часа!

Выдернув из Парги черновики расчета, сверил цифры. Ткнул в них Баську и был обвинен в профнепригодности!

- На Тангин-Ро будем через пятнадцать часов. – Я развернулся к старпому и развел руками, давая понять, что и сам ничего не пойму, в творящемся за бортом. – Хотя, при таких изменениях, должны были оказаться только через сутки.

- А тревога – так и не работает… - Люд’Ан тяжело вздохнул. – Чудеса, да и только…

- Чудеса… - Эхом отозвался я, готовясь задать старпому один, очень не простой, вопрос. – Чудеса, что изменения заметила не Джулия…

- Джулия и заметила… - Признался мужчина, слегка покраснев. – Только, отчего-то, посчитала, что это не изменения.

- И Баська изменения не видит… - Мы переглянулись. – Буди капитана…

Пока кэп продирал глазки, ругая нас со старпомом последними словами, пока нес свой царственный зад в рубку, пока втягивал в себя горячий напиток и сравнивал данные с Парги с данными Баськи, недружелюбно посматривая на нас, а потом что-то сам считал – промелькнул не один час. Вернувшаяся от Вальки Джулия, злобно зыркала в мою сторону, словно узнала что-то очень неприятное, связанное с моей персоной.

Старпом отчего-то морщился и хватался правой рукой за запястье левой, словно растянул запястье и теперь его мучают вовсе не шуточные боли.

- Значит так… - Мо побарабанил пальцами по подлокотнику кресла и покачал головой. – Либо вам двоим делать нечего… Либо… Все происходящее укладывается в концепцию, укладывающуюся в одно-единственное слово.

- *Опа? – Наивно поинтересовался я, делая на Парге резервную копию и пряча ее в архив, под очень надежный пароль.

- Нет… Чудо! – Кэп Пайстер погрозил мне пальчиком, словно Джулия не знала этого слова. – Обыкновенное чудо… А вот то, что за ним последует – вот это и будет, она самая, родимая… А, может быть, и чего еще похуже!

Кэп и старпом переглянулись, словно на этот случай у них был давно готовый план действий, отработанный до автоматизма, внесенный во все секретные директории и только и ожидающий появления Её Самой.

- Макс… Ты идешь спать. Никаких физических нагрузок, никаких стимуляторов, никаких излишеств. За час до выхода на Тангин-Ро – ты, Пфей и Тцаглен принимаете вахту. Джулия, старпом и Тцаглик – занимаете места по аварийному коду. Баська!

- Да, кэп… - Система, обиженная на то, что капитан поверил нам, а не ей, попыталась было добавить недовольства в интонации голоса, но следующий приказ сбил спесь и с нее.

- Займись резервными копиями. По копии на рубку, по одной в каждую спаскапсулу и на руки экипажу, в приказном порядке, для передачи данных тем, кому это понадобиться. Свою оболочку ставь на аварийное отключение и подготовь для себя место на "курьере" – в случае чего, не дожидаясь прямого приказа, ты обязана совершить отключение и драпать со всех ног в сторону Конфедерации.

- Да ладно вам, - я легкомысленно махнул рукой. – Ну, что может случиться в системе, где кроме полезных ископаемых и старой звезды, спешащей превратиться в остывший шар – ничего и нет?

- Добывающий конгломерат "Поргранс" – это семь перерабатывающих станций, четыре тысячи добывающих кораблей среднего класса и более двадцать тысяч – малого. Достаточно для того, чтобы наш балкер превратился в яркую вспышку. – Мо снял свою фуражку, обнажая порядочную плешь и устаревший пилотский шунт – еще продолговатый и с четырьмя красными огоньками дистанционного подключения.

- Тангин-Ро не вошла число "отсоединившихся". – Старпом почесал бровь и выдернул самый длинный волосок, постоянно достававший его на вахте. – Оттуда надо будет делать расчет на Центр Конфедерации.

- И, желательно, самый неожиданный и сумасшедший. – Капитан подмигнул мне, словно намекая на тот расчет, что я делал для симулятора.

- Расчет будет… - Я, отчего-то, решил "принаглеть". – А клинок отдадите?

- Звезды с тобой – отдам! – Мо скорчил потешную морду. – Но… Уж постарайся меня удивить! А сейчас, пока не схлопотал, вали спать!

Не подумайте чего плохого – команда на балкере подобралась откровенно странная, раненная на всю голову, с тараканами длиною в ладонь и разрывными пулями, со смещенным центром тяжести, гуляющими под черепной коробкой в любую сторону, но… Отчего-то больше похожая на крепкую семью, чем на вольнонаемный экипаж. Как и в семье, они могут сколько угодно ругаться между собой, но, стоит только напасть кому-то извне, как все они тут как тут, отринувшие все разногласия, внутренние споры и внешние проявления.

Джулия оказалась в состоянии новобрачной, которую только-только ввели в семью и пока еще присматриваются, доверять – не доверять.

А вот со мной…

Видимо, дружная семейка "Басин То-Га-Ро" считает меня чем-то сродни домашнего животного, непредсказуемого, чуточку не от мира сего, самую капельку опасного и оттого – занимательного, но способного в любой момент вильнуть хвостом и пойти гулять без их непосредственного пригляда.

Эдакий "кот, что гуляет сам по себе".

Все, Кроме Вальки.

Эльфийка до сих пор считает меня своим пациентом и, дай ей волю, уложила бы она меня в ванну медтеха и залечила до идеального состояния.

Она бы и шунт мне имплантировала давным-давно, проведя все исследования в ванне, для ускорения…

"А ведь это идея!"

- Кэп! Я могу идти?

- Топай… - Кэп отпустил мою душу грешную царственным взмахом руки и наклонился к экрану, что-то набирая на невидимой с моей точки, клавиатуре.

Быстрее ветра я пролетел по коридорчику, вызвал лифт и покатился вниз, на ярус Валькиного царства стерильности и здоровья.

Бывает со мной так – вопьется в голову идея, так ее и гвоздодером оттуда не выдернуть, ни молотком не выбить.

Едва двери лифта распахнулись, устроил еще один короткий забег – до нежно-бежевых дверей медотсека, над которыми горел синий огонек санобработки помещения, впрочем, погасший в тот момент, когда я прикоснулся к кнопке вызова.

- Ты чего? – Эльфийка распахнула свои, и без того огромные глазищи, кутаясь в длинное, сине-розовое полотенце с красными зайчиками и желтыми совами, водящими хоровод. – Поранился?

- Не-е-е-е… - Я уставился в пол, стараясь не пялиться на тонкую фигурку Вальки. – Ты, расчеты по шунту все сделала?

- Не терпится проверить? – В каждой, даже самой молодой, самой неопытной и воспитанной волками, девчонке, таится страшная сила: один поворот головы, небрежно отброшенный, еще влажный после душа, волос, один взгляд и – всё!

Ты – попал так, что даже хук слева или удар промеж ног не вернет тебе ясность мысли.

- Не проверить. Поставить! – Я отчаянно рассматривал босые девичьи ноги с незамысловатым педикюром. – А?

- Шесть-семь часов установки. – Валька поежилась и прошлепала босыми ногами к своему рабочему месту. – Каналы у тебя восстановились полностью, надо только входные девайсы подключить, да срастить окончания. Правда, с почками у тебя не очень, так что… Может отложишь?

Эльфийка уселась в свое любимое, крутящееся кресло и развернулась в мою сторону.

- Да и шунты у меня… - Она покраснела. – Не самые свежие… Мы их на Альгерци прихватили, а там, сам понимаешь, новинок в принципе быть не может…

"Семь часов на установку, два на калибровку и час на все неприятности, вместе взятые. И час – на поспать. Хватает!"

- Ау, ты меня слушаешь?

- Не слушает он тебя. – Энжи снова "нарисовалась", показала мне язык и сдала с потрохами. – Он на твои ножки пялится, да шейкой любуется…

- Неправда! – Я исподтишка погрозил заразе кулаком, делая самое чистое и невинное лицо, на которое был способен. – Я - думаю!

К удивлению, Энжи не стала развивать мысли по поводу "думаю", что несказанно меня обрадовало.

- Валька, если все готово, тогда чего тянуть-то? – Я поджал большие пальцы на ногах, подзывая удачу.

- Твое дело… - Отчего-то мне показалось, что эльфийка расстроилась, словно слова – либо мои, либо Энжи – умудрились царапнуть ее за живое. – Раздевайся и в ванну…

Девушка еще говорила, а я уже скидывал с себя комбинезон, надеясь, что кэп не озаботиться поставить Вальку в известность, что отправил меня спать, а не ставить шунты!

Плюхнувшись на пористое покрытие ванны, набрал полную грудь воздуха и начал считать быстро бегущие секунды, отделяющие меня от мечты.

С легким шорохом закрылась крышка и покрытие "прогнулось" по контурам моего тела, устраивая пациента как можно удобней.

Хлынул серебристый, с "искорками", газ-очиститель, следом – бесцветный, но пахнущий свежезаваренным кофе,газ-анестезия.

Прежде, чем я отрубился, Валька подошла к капсуле и развязала узел полотенца, спуская его на пол.

"Кажется, я влип…"

Сознание возвращалось по частям: сперва обоняние, потом осязание, слух, а там и зрение подоспело.

Первый вздох, после очередной глобальной встряске организма, самый сладкий и запоминающийся – тело с содроганием вспоминает, что еще совсем не давно было мертво, сознание держалось на странной смеси силовых полей, а реальность и вымысел переплелись настолько плотно, что казались одинаково живыми.

Стоило крышке ванны задраться к белому потолку, освобождая мне жизненное пространство, как я принялся себя ощупывать и осматривать, проверяя результат:

Локтевые и запястные шунты, пока еще блестящие металлом через кожу – на месте. Шейный, на уровне седьмого позвонка – пока еще ощущается инородной блямбой, но это совсем не на долго – час-полтора и я перестану его чувствовать вовсе. А вот с затылочным что-то пошло не так… Вместо одного, в затылочной кости черепа, оказалось два, в теменной, спрятавшиеся за ушами…

Нет, так-то я не против – медицинские показания это такая странная штука, против которой не попрешь, даже если ты семидесяти семи пядей во лбу. Но…

- Идиот! – Стоило мне спустить ноги из ванны на пол, как тут же появилась Энжи и принялась таскать меня, во все склонения. – Паргу с "медузой" кто снимать должен?! Ты с головой дружишь, Макс?!

"Упс…"

Н-да, эйфория, она штука опасная…

Пока Энжи устраивала разбор моей мозговой активности, Валька тихонька краснела, уставившись в экран своего монитора – от ее полыхающих ушек можно было уже костер разводить!

Одевшись и сладко потянувшись, замер, прислушиваясь к ощущениям.

В животе бурчало, комбез как-то по новому обтянул мое раскормленное брюшко, почти сравняв его с грудной клеткой, а на душе чирикали пташки, намекая, что вокруг весна.

В общем, очень пугающие ощущения!

Привычно щелкнув ногтем по Парге, активировал часы и снова – очень пугающие ощущения…

- Валька… Ты меня опять "реганом" накачала?!

- Отстань от нее! – Энжи замерла между мной и эльфийкой, уткнув руки в боки. – Сам дурак, а нее все свалить хочешь?!

Всем прекрасна Энергетическая Форма Жизни, но иногда ее очень сильно заносит.

Когда такое случилось впервые, мы чуть всю лабораторию не разнесли в пух и прах, по крайней мере – все беспроводные подключения, в радиусе двадцати метров мы пожгли с таким успехом, что наши технари выли и за головы хватались, лазая под фальшпанелями и доставая оттуда оплавленные куски модулей.

Во второй раз пострадала только "медуза", а вот третьего раза мы решили не допускать, "сговорившись на берегу" о ключ-фразах, после которых оба расходимся в разные углы комнаты и молчим, пока мозги не прочистятся.

- Энжи… Это – край…

Судя по виноватой улыбке, Энжи уже и сама поняла, что слишком сильно разогналась, так что…

- Валенок, что случилось? – Я присел на кушетку и стал ждать ответа.

- Энжи считает, что после событий на станции, Парга и "медуза" образовали устойчивый симбиоз, используя частично клетки твоего тела, частично – скорее всего – клетки одного из твоих противников. И симбиоз этот, тоже подпадает под категорию чуда… - Эльфийка шмыгнула носом. – В общем, шунты, которые у тебя стоят – это не то, что я ставила. Едва девайс занимал свое место, как Парга "набрасывалась" на него, растворяя и подменяя собой.

- А для строительства – использовала лишний вес… - Я криво усмехнулся, понимая, что, кажется, снова попал. – Погоди-погоди… А диагностика? Диагностика-то что показывает?

- А, что может показать диагностика, если шунты, фактически, выращены из тебя самого? Сто процентная приживаемость. Обработка данных – выше нормы, но это из-за того, что Парга взяла на себя функции буфера обмена. Скорость прохождения данных – тоже выше спецификации, но это – заслуга "медузы". Почки и печень будешь чистить через пару суток, когда все бури улягутся… - Валька флегматично вертела в руках пустую кружку, словно надеясь, что в ней, по мановению волшебной палочки, возникнет горячий чай, черный или зеленый…

- Слушай… а, разве, Парга вообще способна на такое? Даже с "медузой"?! – Где-то внутри меня начала подниматься волна, пока еще легкой, паники. – Мне это "чудо" ничем… Особенным, не угрожает?

- Щупальца точно не отрастут. – Эльфийка издала тихий смешок и поставила чашку на стол. – А вот если не будешь за собой следить – почки откажут.

- Если что-то может пойти не так, значит именно не так все и пойдет… - Я, со вздохом, встал со своего места.

Вот жеж, вроде и мир новый, и тело новое, и даже Конфедерация, вместо Союза, а все едино: "Единственный закон, принимаемый в первом чтении – закон подлости!"

Неспешный лифт балкера "вознес" меня на жилой ярус, растопырил свои бронированные двери, за которыми обретался очень недовольный старпом, затянутый в армейский комбинезон, с армированием и адаптируемым камуфляжем, на борту судна гражданского выглядящий очень… Импозантно. И очень опасно, чего уж греха таить!

Вот, не знал бы я, что комбез на старпоме – явно прошедший демилитаризацию – так слюной бы изошел от всех тех примочек, что армия вложила в эту экипировку.

А так… Осталась, конечно, защита от ножей, легкой кинетики и средней энергетики, но…

То слезы, а не защита!

- Будешь морочить Вальке голову – убью. - Люд’Ан занял мое место в лифте и нажал кнопку "управленческого" этажа, на прощанье погрозив мне пальцем, словно я маленькое дитятко, за свои слова и поступки не умеющее нести ответственности.

А я, вообще, морочу Вальке голову или это так со стороны смотрится?! Или это я свою голову морочу, пытаясь убежать от неизбежного – Валька мне нравится, однозначно. Но вот что-то большее?!

Привычно зацепив руки большими пальцами за пояс комбинезона, задрал нос повыше и потопал к себе в каюту – спать.

"Вся жизнь наша – сон. И лучшее в ней – опять-таки сон!" – Фраза, услышанная в детстве из уст Жюль Верновского профессора Аронакса, сперва кажущаяся такой наивной глупостью, с годами раскрылась, как бутон тюльпана, сделав из впечатлительного и скрытного подростка, чуть циничного и едко-ехидного, взрослого.

- Макс, погоди! – В кои-то веки Джулия оказалась в своей каюте, а не где-либо еще и теперь стояла в дверях своей комнатушки, кутаясь в мохнатый халат совершенно дикой раскраски, больше напоминающей переливающийся хвост петуха, чем что-то иное. – Это ведь ты, да? Ты был на "Стигне"?

- Привет-приехали… - Вырвалось у меня совершенно на автомате: мысленно я уже валялся в собственной кроватке, спрятав нос в теплое одеялко и призывая на свою голову новый сон. – Джулия… Тебя не раньше и не позже… Я это был, я! А теперь я могу пойти спать?

- Но… Почему ты ничего не сказал? – Шатенка действительно находилась в таком смятении чувств, что мне стало страшно за ее рассудок. – Почему?

- А на фига? – Я совершенно искренне рассмеялся. – Джулия… История не любит сослагательного наклонения. Не любит, не понимает и не принимает. Тем более, учитывая следы…

Я почесал у себя на шее, намекая на легкий отпечаток, что остался у Джулии на шее, от губ кэпа Пайстера.

- Ты всегда сдаешься без боя? – Глаза Джулии метали громы и молнии, словно я действительно должен был ринуться в бой с драконом, за прекрасную принцессу.

Увы, Мо совершенно не тянул на роль дракона; Джулия, хоть и красивая, но на роль принцессы сказочной страны тоже годилась не особо, а что же касается меня… Жизненный опыт приучил смотреть на отношения между мужчиной и женщиной не через толстые и розовые линзы влюбленности, а через тонкие и смертельно острые, контактные линзы понимания.

Я не самый лучший человек на этой стороне Веретена, я очень хотел бы верить чистое небо, синюю воду и океанский лайнер, но на деле – всегда приходит быт. А я очень и очень не люблю быт.

- Джулия. Каждый из нас делает выбор. Мстить, любить, притворяться или быть идиотом. Ты - ждала подходящего случая. А я… Я так сильно привык рассчитывать путь, что предпочитаю импровизировать во всем остальном. – Я честно и с улыбкой, помахал остолбеневшей от неожиданного поворота в разговоре Джулии и пошел к себе, спать.

Я даже под душ не полез – только поставил будильник на Парге и продублировал его на комнатных часах, чтобы, в случае чего, точно не проспать.

Скинул комбез, рухнул в койку и, завернувшись в чуть колючее одеяло, сделал первый, очень длинный, вдох.

И уснул.

Во сне за мной гонялась Джулия, размахивая длинным и тонким клинком, визжал зуммер экстренного вызова и кто-то ломился ко мне в комнату, с воплем: "Вставайте, Граф, вас вся Империя знает и ждет вашей помощи, в трудную минуту"!

Потом, кровать подо мной сменилась здоровенным траходромом, в стиле малолетней Императрицы Иоанны, застеленном малакским шелком, на который аллергия и у меня, и у Иоанны…

Шелковые простыни сменились пружинящим покрытием моего корабля, над головой развернулся панорамный экран переднего обзора, который всегда нравился мне больше, чем все эти имперские разработки объемных проекций, в которых оказывался пилот, частенько путая при этом "зад" и "перед".

Чем глубже я забирался в собственные сны, тем дальше от меня бежала та, которую очень хотелось увидеть.

Я умудрялся разминуться с ней в нескольких секундах, я видел ее профиль в окне отъезжающего вагона, смотрел на ее роспись в графе "выбыла", в аккурат над моей подписью в графе "вселился".

Что ж, наши вселенные и раньше ходили вокруг да около, а уж теперь – сами Звезды вели танец, а Звезды не зря танцуют, ой, не зря!

С улыбкой и чистой совестью положился на танец Звезд и нырнул в из музыку, соглашаясь с правилами и ритмами.

Жесткая кадриль сменилась протяжным полонезом и выбросила меня в реальность за минуту до срабатывания звонка будильника, совершенно свежим и отдохнувшим.

Еще через полчаса, свежевыбритый, благоухающий армейским гелем для душа и довольный всем происходящим, я вошел в полупустую рубку балкера, в которой, на своем почетном месте восседал отчаянно дрыхнущий капитан Пайстер и затравленно на него взирающий Милкен, взъерошенный, словно воробей, переживший массовую драку на стадионе "Динамо" между болельщиками Италии, Турции и законопослушной Германии.

- Пост сдал! – Карго оглянулся на капитана и выбрался из своего кресла, вжав голову в плечи и примериваясь прошмыгнуть в двери рубки маленькой, незаметной мышкой.

- Ты чего шепотом-то? – Поразился я и Милкен ракетой вылетел вон, оставляя меня в недоумении.

- Хрр-р-р-р-р пс-с-с-с! – Выдал руладу кэп и мир стал стремительно блекнуть. – Хр-р-р-р!

Зато, теперь точно понятно, почему Джулия хоть и проводила время с кэпом, но спать приходила к себе в каюту… И почему каюта капитана оказалась в гордом одиночестве, отделенная от экипажа двумя пустующими, "буферными каютами"!

До прихода Пфея и Тцаглика, я наслушался храпа капитана на пару десятилетий вперед! Я уж и свистел, и хлопал в ладоши, и называла кэпа по имени, надеясь, что он проснется… Но чем больше я взывал к его бессознательному, тем больше мое собственное посматривало на кружку с кипятком, что держал в своих объятиях починенный дроид-кипятильник.

За пятнадцать минут нашего противостояния я пришел в то состояние аффекта, после которого убийство это не грех и не преступление, а выход из создавшегося положения.

Приход щитовика спас кэпа от лютой смерти через заварку!

Поприветствовав меня и выслушав ответную руладу капитана, Пфей покачал головой и пройдя к встроенному в стену шкафчику, достал из него миленькие, огроменные, мохнатые, черные наушники и, с грацией танцора и скучающим выражением на лице, одел их на кэпа.

- Мо храпит, только когда слышит что-то… - Пояснил он мне, садясь в свое кресло. – Защитный рефлекс организма…

Мне очень сильно захотелось треснуться своей тупой башкой в твердый экран монитора…

Еще через минуту в дверях появился Тцаглик, затянутый в легкий боевой скафандр, с полным обвесом и, чуть слышно полязгивая нештатным кинжалом, начал устраиваться на своем месте, активируя внутренние защитные контуры всего балкера.

- Опять храпел? – Кассан мотнул головой в сторону сладко посапывающего кэпа, в наушниках.

Пфей зыркнул в мою сторону и коротко хохотнув, кивнул головой.

- Вот же… - Я почесал затылок, привычно одергивая себя – они не плохие ине хорошие. Они – команда, в которой происходят изменения и они притираются к нам. А мы… Мы привыкаем к ним.

Отрешившись от всего, мало мальски не существенного, поджал большие пальцы на ногах и активировал шунты.

Первые пять секунд ничего не происходило и я, грешным делом, начал устраивать самому себе сеанс жесткой паники, готовясь к самому обычному, из всех обычных, вариантов развития событий – шунты не прихились, буфер обмена блокирует характеристики, а "сверхпроводимость" оказалась настоящим тупиком.

Тихие щелчки метронома и золотистая точка – первые вестники активации погруженного режима – обрадовали меня до такой степени, что не удержался от победного "На тебе…!"

Еще пара секунд на тонкую подстройку каналов и скан проводимости, и…

О, да!

Все еще сжимая подлокотники кресла, и чувствуя их пластиковую гладкость, тепло, исходящее от дрона-кипятильника, тем не менее…

"Здравствуй, бессмертие!"

Я сделал глубокий вдох и разжал пальцы.

Все, с этого момента и до конца вахты – мое тело, моя бренная тушка на попечении систем жизнеобеспечения, на совести "медузы" и во власти Парги, уже достроившей стандартный интрефейс, от которого мне душу воротит.

Потратив пару секунд реального времени на настройки "рабочего стола" и сохранив их в первом загрузочном слоте, принялся изучать показания сенсоров и сканеров.

В принципе, это не совсем моя работа, но пока мы в надпространстве – я могу себе позволить отвлечься. Да и Паргу надо погонять на массивах, проверяя буфер обмена, его глобальный объем и скорость передачи данных.

Не знаю, какими данными пользовалась для тестирования Валька, но… Весь мой "тандем" не сильно-то и отличался от курсантского уровня, хотя скорость действительно была выше на целых два процента.

Прогнав в голове трассу, по которой мы сейчас перлись в финишную точку, перепроверил входные данные и почувствовал, как тихо шевелятся волосы, на всех частях тела: если чуда не произойдет, то мы промахнемся мимо системы на пару-тройку светолет, вылетим в трубу и будем корректировать курс основными, пространственными двигателями!

Успокоившись, снова пересчитал курс и…

Я очень люблю чудеса. Я привык творить маленькие чудеса. Но чудес, происходящих сейчас, я очень боюсь!

Новый расчет нагло отрицал предыдущий, гарантируя нам стопроцентное попадание в яблочко!

Отложив расчеты, пока меня не порвало от злости, принялся рассматривать "забортное пространство", дорабатывая картинку воображением.

Балкер, окруженный теплым полем, спасающим нас от холода и ужаса надпространства, казался замершим у берега реки, старинным, колесным пароходом, по типу "Не Сдается В Наем", дремотным и элегантным, в своей старинной красоте.

В реальности-же, балкер это еще та уродская конструкция, призванная перевезти из точки А в точку Б сыпучие грузы, по возможности без пустот – катать в небесах "воздух" слишком расточительно.

И уж точно, наш "Басин То-Га-Ро" никогда и никому в голову не придет украшать позолотой и тщательно рисовать на его бортах название.

Сочтя, что для первого раза хватит, скрепя сердце, дал команду на рассоединение – и к хорошему надо привыкать постепенно, а меня впереди, на дай Звезды, может оказаться очень нелегкий выход, за которым последует нечто, от чего волосы встанут не только у меня, но и всех остальных плотно проймет!

Вернувшись в реальность, вытер капельки слюны, стекающие по подбородку и сделал глоток настоя, горячего и тонизирующего.

- Макс! Ты такой концерт пропустил! – Сообщение от Пфея, заметившего мое всплытие в реальность, подсвечивалось красными всполохами старшего по званию. – Счастливый!

- Что случилось? – Отбил я на клавиатуре и, сделав еще глоток, повернулся к щитовику, надеясь на нормальное общение.

Пальцы эльфа порхали над его "клавой", словно он старательно и вдохновленно, писал первую главу своего романа.

- Джулия заходила. Разбудила капитана и потребовала, чтобы именно ее оставили в рубке, а тебя перевели на запасной вариант. – Маниок развел руки в сторону и сладко потянулся, всем своим видом демонстрируя, как же его тяготит написание романа. – Кэп почти согласился с ней. Но оказалось, что ты "подключился". Так что Джулия очень сильно обиделась!

- Если бы Джулия и в самом деле убедила кэпа… - Я украдкой обернулся на Пайстера, мрачного и уставившегося на обзорный экран с видом "как же меня все…!" – То меня бы "отключили", принудительно. У капитана полный доступ и привилегии управления кораблем.

- Ага. Значит, кэп все-таки сильно втюрился…

Перебрасываясь фразами по приватному клиенту, мы честно посплетничали минут десять-пятнадцать, перемывая косточки и Джулии, и кэпа, и даже наши собственные – ведь, самый страшный враг на борту космического корабля – космическая скука!

За десять минут до выхода, я снова перепроверил расчеты, и с облегчением вздохнул – чудо продолжало светить на горизонте, намекая, что уходить в закат совсем не собирается, и что все мы, очень красиво, классически правильно, вынырнем в рассчитанной точке, без малейшего смещения.

Откинув голову на подголовник, вновь "ушел в шунты".

Я искренне верю в чудеса.

Но происходят они со мной не оттого, что я в них верю…

А от того, что я к ним готов!