Звёздный стипль-чез

Часть 1. ВСЁ ЗОЛОТО МИРА

Глава 1.1.

Звездолёт завис над бетонной площадкой космодрома. Из блестящего сталью корпуса выдвинулись телескопические опоры, и корабль, похожий на гигантского жука, грузно опустил на них свою многотонную тяжесть. Низкое гудение генераторов антигравитационного поля прекратилось, и наступила привычная тишина.

Космический корабль прибыл на планету Фабиан для заправки топливом. На его борту по документам находился груз запасных частей для буровых вышек корпорации «Галактик-Ойл». После короткой остановки в порту города Сундзуран, необходимой для дозаправки, звездолёт должен был вновь взять курс в глубины космоса, где рабочие с нетерпением ждали груз.

На залитом солнцем взлётно-посадочном поле космодрома, кроме только что приземлившегося корабля, больше не было ни одного летательного аппарата. Планета Фабиан находилась в состоянии войны со своим естественным спутником Эминиста, так что частные предприниматели и мелкие торговцы старались не посещать опасную планету.

Заселённая несколько столетий тому назад Эминиста решила выйти из-под деспотичного правления короля Фабиана Гертрехта Второго и вот уже как два года объявила о своей независимости. Гертрехт не смог смириться с «дерзновенным решением своих вассалов» и послал армию на подавления бунта «черни с сырьевого придатка, данного богом в вечное владение династии Гертрехтов». С того самого времени между планетой и спутником не прекращалась междоусобная война, в которой гибли люди и истощались ресурсы обеих сторон.

Вот в такое неспокойное время на единственный космодром небольшого провинциального городка Сундзуран и приземлился космический корабль.

Нижний грузовой люк звездолёта опустился из брюха космического корабля наподобие подъемного моста старинного замка, чья каменная громада виднелась вдали на холмах, окружающих город.

Замок Радонес являлся самым большим и прочным зданием во всей округе. История замка насчитывала тысячелетия. За это время он несколько раз переходил из рук в руки. Его перекупали, закладывали, проигрывали, грабили, разрушали и перестраивали. Дважды за свою историю он сгорал дотла, но каждый раз находился новый хозяин, который отстраивал символ власти заново.

До начала последней войны здесь размещался национальный музей истории цивилизации Фабиана и правящего дома. На примере многовекового существования замка можно было проследить всю историю планеты. Но война внесла свои коррективы, и замок приказом Его Величества Гертрехта Второго был передан министерству обороны. Сейчас в замке Радонес располагался штаб южной группировки военно-космических сил Фабиана.

Однако решение короля о передаче исторического памятника военным вызвало недовольство местных властей и жителей города Сундзуран.

Своими действиями Гертрехт Второй преследовал не только цель укрепить свои южные рубежи в войне с непокорной Эминистой, но и сдержать всевозрастающее возмущение местных жителей, недовольных жестоким и бездарным правлением. Большинство простого люда планеты Фабиан сочувствовало справедливой борьбе за свою свободу жителей Эминисты. Отряды повстанцев нападали на военные патрули, устраивали засады на шоссейных дорогах, занимались диверсиями и саботажем. Назревала революция. И Гертрехт уже больше думал не о далёкой войне в космосе со своим восставшим вассалом, а о том, как удержать власть на Фабиане и усидеть на троне.

Местное светило стояло высоко в голубом небе. День на Фабиане находился в самом разгаре, и от нагретого бетона подымался дрожащий теплый воздух. В тени было не меньше тридцати градусов жары, когда по трапу из прилетевшего звездолёта на поле космодрома вышел высокий широкоплечий молодой мужчина, одетый в серые лётные штаны с карманами по бокам, куртку и высокие ботинки. На мужественном лице читалось выражение удовлетворенности. Несомненно, пилоту было приятно после длительного перелёта наконец почувствовать под ногами твёрдую почву. Слабый, не приносящий прохлады ветерок тронул его длинные светлые волосы, и из-под челки стали видны прищуренные зелёные глаза, всматривающиеся в приземистое здание космопорта. Поправив низко висящую на правом бедре кобуру с бластером, пилот направился к административному строению.

Здание космопорта было небольшим, что напрямую соотносилось с частотой появления космических транспортов на космодроме Сундзурана. Количество же частных кораблей не превышало двух-трёх в неделю. На развитие инфраструктуры звёздных сообщений в городках наподобие Сундзурана королевская канцелярия денег выделяла немного. Средств хватало лишь на зарплату сотрудникам да мелкий косметический ремонт.

Пилот открыл широкую стеклянную дверь и вошел внутрь. В середине просторного холла стояли пустые скамейки для ожидающих. Слева располагалось окошко регистратуры, а справа – стойка бара. За стеклянной стенкой регистратуры уныло сидел клерк и в ожидании клиентов от нечего делать разглядывал соседа напротив, который в свою очередь точно с таким же выражением лица уставился на клерка. Появление пилота прервало эту молчаливую дуэль. Оживившись при виде посетителя, бармен принялся взбалтывать какой-то коктейль, а клерк растянул на лице дежурную улыбку.

— Двойной Кукумбер (огуречная водка) со льдом, — с порога сделал заказ бармену вошедший и направился к регистратору.

Регистратор – сухенький старикашка в белой рубашке, у которого на лице застыла приветливая улыбка, а в глазах непреодолимая скука и равнодушие, хорошо поставленным голосом осведомился:

— С какой целью прилетели?

— Дозаправиться, — ответил пилот.

— Тогда оплатите заправку и через восемь часов сможете лететь дальше. Если хотите попасть в город, то вам придётся заполнить анкету и пройти досмотр – у нас, как-никак, война. А если хотите, то можете провести это время в помещении космопорта. Здесь в баре отличный выбор напитков.

— Я заполню анкету. Мне хочется посмотреть на некоторые достопримечательности Сундзурана, — ответил пилот.

— Прекрасный выбор, — протягивая анкету, похвалил клерк. — У нас множество памятников архитектуры и искусства, этнографический музей и два антикварных магазина. Жаль, вам не удастся побывать в замке Радонес. Там сейчас военный объект.

— Я схожу в этнографический музей, — ответил пилот и принялся заполнять анкету.

Синий листок бланка был уже почти заполнен, когда в помещение вошли шестеро военных в чёрной форме офицеров службы безопасности планеты Фабиан. Отрядом командовал невысокий капитан с хищным выражением лица. Он остановился в центре холла, пристально глядя в спину пилота, заполнявшего анкету, а его подчиненные тем временем разошлись по холлу таким образом, чтобы окружить незнакомца. Когда офицеры завершили манёвр, капитан направился к объекту своего внимания.

При приближении капитана с лица регистратора пропала дежурная улыбка. Клерк, испуганно вжав голову в плечи, незаметно попятился подальше, под защиту конторки.

— Ну, вот и всё, — ставя точку в конце бланка, произнёс лётчик. Он отложил в сторону шариковую ручку и поднял глаза на то место, где только что стоял клерк.

— Вот и всё, — будто эхо донеслось из-за спины. Следом прозвучал выстрел.

Пилот в беспамятстве рухнул на пол. Капитан убрал парализатор и подошёл к распростёртому телу. Проверяя состояние, он заглянул в закатившиеся глаза лётчика. Затем капитан взял со стойки бланк регистрации и, бегло просмотрев, произнёс, обращаясь к лежащему у ног:

— Добро пожаловать на Фабиан, Скайт Уорнер.

Глава 1.2.

— Ну, здравствуй, мой любезный друг, — произнёс Дерк Улиткинс. — Давненько мы с тобой не встречались.

С этими словами на пороге средневекового подземелья появился высокий молодой человек. В рассеянном свете из открытой двери можно было разглядеть лишь его весёлую улыбку.

— А, это всего-навсего ты, — глухо отозвался голос из тёмного угла.

— Честно говоря, я думал, что ты будешь рад вновь увидеть своего старого друга, — разочарованный холодным приёмом, обиженно ответил Дерк Улиткинс и, споткнувшись в темноте о табурет, грязно выругался. — Эй, там, кто-нибудь, принесите огня, чёрт вас всех подери! — крикнул он в открытую дверь уже совсем другим тоном.

В дверной проём проскользнула фигура, и через мгновение на стене жёлтым огнём вспыхнул коптящий факел, осветив дрожащим светом подземелье и людей, находящихся здесь.

Низкие каменные своды каземата покрывал толстый слой копоти от множества факелов, сгоревших здесь за долгие годы его существования. Каземат находился в замке Радонес. Недавно это был музей, и туристам из других уголков галактики за билеты показывали средневековую камеру пыток. Сюда вела единственная дверь, через которую и вошёл Дерк Улиткинс в новом, сшитом на заказ офицерском мундире тёмно-синего цвета, с блестящими золотом эполетами, аксельбантами и маленькими крылышками в петлицах, символизирующими королевские военно-космические силы Фабиана.

Возле факела, укреплённого в кованой лапе дракона, торчащей из стены, застыл солдат в серой форме сержанта караульной службы. А в самом дальнем углу каземата, прикованный к стене толстой, старинной цепью, сидел человек в зелёных лётных штанах и высоких чёрных ботинках. Его загорелый обнаженный торс с рельефом накачанных мышц не давал усомниться в том, что этого человека не зря приковали к стене. Длинные светлые волосы чёлки падали ему на зелёные глаза, а подбородок покрывала недельная щетина. Над вмурованным в кладку стены кольцом, от которого шла цепь, висела пояснительная табличка: «В смутные времена прошлого века этой цепью приковывались особо опасные преступники и бунтовщики».

Дерк Улиткинс элегантным жестом руки поправил зеркальные очки и уселся на табурет, о который только что споткнулся в темноте.

— Возможно, на этом самом табурете восседал какой-нибудь лорд, когда палачи допрашивали бунтовщика или неплательщика налогов, — произнёс он, доставая пачку любимых сигарет с космическим кораблем на этикетке.

В каземате чиркнула зажигалка. Втянув дым, Дерк закрыл глаза, чувствуя, как никотин, впитавшись в кровь, подбирается к голове. Затем, посмотрев на картинку, украшавшую сигаретную пачку, сказал:

— Я сейчас вспомнил те старые, добрые времена, когда мы с тобой бороздили космическое пространство на корабле Браена Глума. Тогда мы были не разлей вода. Вместе ели, спали, участвовали в битвах. Помню, ты однажды спас мне жизнь.

— Наверное, напрасно я это сделал, — произнёс Скайт Уорнер.

— Зря ты так, Скайт. О тех временах у меня остались самые светлые воспоминания. Ты был хорошим другом и боевым товарищем.

Скайт Уорнер горько усмехнулся:

— Что же изменилось за это время, Дерк?

— Многое. Очень многое. Прошло время – люди изменились. Сейчас главную роль играют не высокие материи, а деньги. Теперь только дураки рискуют своей головой просто так, из-за глупого желания покрасоваться или совершить что-то благородное, возвышенное. Да ты сам, Скайт, не из одного благородства контрабандой доставил оружие повстанцам.

Дерк Улиткинс выпустил вверх тонкую струю табачного дыма и, усмехнувшись, добавил:

— Хорошо, Дел Бакстер предупредил меня, что ты в ближайшее время собираешься посетить Фабиан. Этот простак подумал, что мне будет приятно поболтать со старым другом. Впрочем, он был прав. Мне действительно приятно тебя видеть.

— Какая же ты скотина, Дерк. — Лицо Скайта исказила гримаса ненависти. — Оказывается, это ты предал меня. А я идиот, ломал себе голову, как же меня вычислили.

— Я не предавал тебя. Я просто исполнил свой долг. Мне, между прочим, за это платят деньги, — спокойно ответил Улиткинс, выпустив в Скайта струйку табачного дыма.

— Грязный наёмник, — сквозь зубы произнёс Скайт.

— Каждый зарабатывает, как может. После того как команда нашего пиратского звездолёта получила полную амнистию во время Великой Космической Войны, мне пришлось совсем несладко. Вести честную жизнь оказалось не так-то просто, как думалось вначале. Из-за моего пиратского прошлого меня не брали на работу ни в одну из транспортных фирм. Владельцы боялись, что я угоню их звездолёт, — с обидой в голосе пожаловался Дерк Улиткинс. — Мне даже отказали в конторе по частному извозу на короткие расстояния. А я ничего другого не умею, как только пилотировать звездолёты и стрелять из бластера. — Дерк сделал глубокую затяжку. — Я дошёл до того, что ходил по ночному Плобитауну и собирал пустые бутылки. Мне приходилось драться с местными бродягами за мусорные бочки. Хорошо, участковый полицейский надоумил сходить в одно место, где набирают специалистов для работы в свободном космосе. Там мне и предложили вполне легально зарабатывать деньги тем, что я лучше всего умею делать.

— Предавать старых друзей? — с иронией спросил Скайт.

— Пилотировать космический истребитель. Я здесь один из самых лучших лётчиков, — с гордостью ответил Дерк.

— Что-то я не пойму, какая связь между авиацией и секретными службами?

— Хороший вопрос. Постараюсь объяснить. Несмотря на то, что я здесь самый лучший лётчик, платят мне немного. Обыкновенный лётчик в космических войсках галактического союза получает на порядок больше.

— Ты же и раньше знал, что на службу мелким независимым цивилизациям идут списанные по старости или за пьянство лётчики, которым и податься некуда, — заметил Скайт Уорнер.

— Раньше сумма, которую мне платили, казалась вполне приличной, лишь теперь я понимаю, что это жалкие крохи.

— И ты решил подработать на политическом сыске?

— Брось насмехаться надо мной, Скайт Уорнер, — раздражённо одёрнул Дерк Улиткинс.

Встав с табурета, он направился к прикованному к стене собеседнику.

— В твоём положении глупо петушиться, — предупредил Дерк. — Контрабандисты вроде тебя на Фабиане получают десять лет в каменоломнях Его Императорского Величества. И уж поверь мне на слово, не многие из них доживают до конца срока. — Последние слова Дерк произнёс зловеще, прямо в лицо Скайта.

— Двум смертям не бывать, одной не миновать, — спокойно ответил Скайт на угрозу Улиткинса. — И не из таких мест выбирались.

— Можно избежать всех неприятностей, — понизив голос до шёпота, предложил Дерк. — Ты же являешься гражданином другого государства. А раз так, я могу внести за тебя выкуп.

— Что-то я не пойму твоей логики, Дерк. Зачем тебе понадобилось меня сажать в тюрьму, чтобы затем выкупать за свои же собственные, кровно нажитые деньги? Как я понимаю, сумма выкупа за иностранца совсем немаленькая, и эта трата сильно ударит по твоему скудному бюджету. Что-то ты перемудрил, мой старый друг.

— Я не ослышался, ты меня назвал другом? И это правильно. Только я один здесь желаю тебе добра, — вновь зашептал Дерк Улиткинс.

— Не обольщайся на свой счёт. Другом я тебя назвал в переносном смысле, — пояснил Скайт.

— Не имеет значения, в каком смысле. Но выкуп заплатить за тебя могу только я – и это факт, с которым нельзя спорить.

— Так перестань попусту молоть языком – плати!

Дерк с досадой развел руки в стороны, цокнув при этом языком, давая тем самым понять Скайту, что как ему ни жаль – но:

— У меня нет такой большой суммы.

— Зачем же ты тогда всё это затеял? — с искренним удивлением спросил Скайт Уорнер, глядя на Улиткинса, как на полного кретина.

— У меня нет таких больших денег – это так, но я не говорил, что не могу их достать! — с хитрой улыбкой ответил Дерк.

— Хорошо, — задумчиво произнёс Скайт, — тогда в чём проблема?

— Мне нужна твоя помощь.

— Что за помощь? — чувствуя скрытый подвох, настороженно поинтересовался Скайт.

Дерк Улиткинс с опаской оглянулся на сержанта, неподвижно стоящего у факела, и, приблизившись вплотную к Скайту, заговорщицки зашептал на ухо:

— Не знаю, помнишь ты или нет, но десять лет тому назад мы с Браеном Глумом захватили почтовый звездолёт. Там, кроме писем и разной мелочи, ничего больше не оказалось…

Скайт задумался, вспоминая из множества ярких эпизодов своей прошлой пиратской жизни тот, о котором сейчас спрашивал Дерк Улиткинс. Это действительно было десять лет тому назад. И, если не изменяет память, кажется, как раз рядом с планетой Фабиан. Чёрт побери, неужели этот гад Дерк Улиткинс настучал местным властям про тот, давно забытый случай? Но в таком случае, его самого должны посадить за решётку. Дерк тоже принимал участие в пиратском захвате почтового звездолёта.

Захват произошёл неожиданно для обеих сторон. Боевой звездолёт Браена Глума как раз вышел из гиперпространства, и прямо перед ним оказался почтовый корабль, шедший на минимальной скорости параллельным курсом в сторону планеты Фабиан. Иногда такие корабли перевозили ценные грузы, и Браен Глум, не задумываясь, приказал атаковать его. Первая же ракета вывела из строя двигатель почтовика, и десантный бот через три минуты без всякого сопротивления пришвартовался к его корпусу. Скайт Уорнер и Дерк Улиткинс были в числе абордажной команды. Они в тяжелых штурмовых скафандрах с мощными бластерами в руках ворвались внутрь рубки управления. Но кроме двух перепуганных насмерть пилотов там никого не оказалось.

Ни денег, ни драгоценностей на борту корабля найдено не было. В небольшом грузовом отсеке находились лишь мешки с почтой и несколько коробок контрабандных сигарет, которые везли сами лётчики. Ещё там был один стальной кейс с дипломатической почтой. Когда с него сорвали замок, внутри оказались архивы посольства на старинных лазерных компакт-дисках с какой-то далёкой планеты. Это был обычный почтовый звездолёт, совершавший самый обычный рейс по графику. Забрав с собой сигареты и прихватив металлический кейс с архивами, десант вернулся обратно на корабль.

Десять лет прошло! Браен Глум давно уже погиб при загадочных обстоятельствах на планете Дран. Его пиратская флотилия развалилась: кто самостоятельно стал промышлять на звёздных дорогах, кто пошёл в наёмники, а кто получил амнистию за то, что сражался на стороне Космического Союза в Великой Космической Войне.

Скайт вернулся из воспоминаний и сказал нетерпеливо ждущему Улиткинсу:

— Оттуда мы ещё взяли сундучок с документами и лазерными дисками.

— Пожалуйста, тише, мы здесь не одни, — зашипел Дерк в самое ухо Скайту. — Значит, ты не забыл?

— Если ты это помнишь, то почему должен был забыть я?

— Ну, если у тебя действительно хорошая память, ты сможешь вспомнить, где Браен Глум оставил этот, как ты выразился, «сундучок», и, следовательно, сможешь выбраться из тюрьмы. С моей помощью, конечно, — добавил он.

— Похоже, старина Дерк учуял запах больших денег?

— Ну, не очень больших, но на твой выкуп хватит.

Скайт Уорнер мотнул головой, убирая волосы со лба, отчего кандалы издали тяжелый звон, и посмотрел на стоящего рядом Улиткинса. Пламя факела играло на зеркальных стеклах очков Дерка Улиткинса, не позволяя увидеть выражение глаз.

— Зачем тебе понадобилось засаживать меня в тюрьму?

— Я боялся, что ты не навестишь своего боевого товарища. А самому искать тебя по всем космодромам планеты, согласись, бессмысленно. Поэтому я и решил воспользоваться услугами службы безопасности.

— Ты это так говоришь, словно обратился в службу знакомств.

— А что, там тоже работают люди.

— Похоже, ты взялся за рискованную партию. Просчитал ли ты все ходы, Дерк?

— Всё в порядке. Не волнуйся. У меня всё продумано, — поспешил заверить Дерк Улиткинс.

— Сколько же ты рассчитываешь получить денег с этого грязного дельца?

— С учётом того, что мне придётся заплатить за тебя выкуп…

— Не забывай, что ты сам, своими собственными руками упрятал меня за решётку, — прервал на полуслове собеседника Скайт Уорнер.

— Это, как посмотреть, — не согласился Дерк Улиткинс.

— Как ни смотри, а ты меня предал.

— Это, как посмотреть, — вновь не согласился Дерк Улиткинс. — Возможно, я поступил согласно данной мной присяги королю Фабиана.

— Если бы это говорил кто-нибудь другой, я, возможно бы, и поверил. Ну да ладно. Скажи лучше, за сколько сребреников ты заварил эту кашу? И каким образом ты рассчитываешь их получить?

— Сумма довольно-таки приличная. Её заплатят определённые люди, заинтересованные в информации на дисках из того ящика, — многозначительно кивая головой, произнёс Дерк Улиткинс.

— А что с этого буду иметь я?

— Как что? — удивился Дерк. — Свободу!

— Нет, так дело не пойдёт, — не согласился Скайт Уорнер. — А кто компенсирует мне потерянный груз и моральный ущерб?

— Хорошо! — Дерк нервно отшвырнул потухший сигаретный окурок. — Хорошо. Ты получишь половину.

— Что-то ты быстро согласился, — подозрительно прищурившись, насторожился Скайт.

— Я просто осознаю свою вину в том, что ты сейчас находишься в тюрьме.

— Вот оно как?

— Да, друг, именно так. И в доказательство своих добрых намерений я договорюсь, чтобы тебе вернули корабль с грузом.

— Не знаю, Дерк, но почему-то я тебе не верю, — сказал Скайт Уорнер.

Дерк Улиткинс в бессильной злобе сжал кулаки.

— Что же ты сам хочешь?

— Пускай твои «определенные» люди заплатят за меня выкуп, и мы вместе с тобой отправимся за архивом из почтового звездолёта.

Дерк Улиткинс поморщился.

— Так дело не пойдет. Вдруг архив давно потерян? Вдруг Браен Глум его выкинул вместе с мусором в открытый космос? Тогда получится, что те люди потеряют свои деньги.

— Тогда иди и скажи «тем» людям, что они ничего не получат.

— Подожди, Скайт, давай поговорим, как друзья, — предложил Дерк Улиткинс и постарался улыбнуться. — По-моему, проще будет, если ты скажешь мне, где Браен Глум мог спрятать лазерные диски. Я слетаю за ними и вытащу тебя из тюрьмы. А?

— Нет, Дерк, деньги вперёд, — отверг это предложение Скайт Уорнер. — Иначе мне будет очень неуютно от мысли, что моя свобода зависит от того, что победит твоя алчность или твоя совесть.

— Хорошо, — с нескрываемым разочарованием произнёс Дерк Улиткинс. — Посмотрим, что ты скажешь через пару лет, проведённых в каменоломнях Его Императорского Величества. А к тому времени, между прочим, интерес к товару может пропасть, и цена станет совсем другой.

— Через пару лет меня здесь уже не будет. Я буду отдыхать на морском берегу под тёплым плобойским солнцем в компании симпатичных девчонок. А ты, Дерк, станешь за гроши продавать свою жизнь, пока твой истребитель не подобьёт какой-нибудь новобранец.

— И почему ты так в этом уверен?

— Потому что Дел Бакстер знает, где меня искать. Он обязательно вернётся за мной. И когда он найдет меня, Дерк Улиткинс, я не хотел бы оказаться на твоём месте.

— До этого момента тебе нужно ещё дожить, Скайт Уорнер. А пока что я не хотел бы оказаться на твоём месте.

Дерк снял очки, и бывшие друзья уставились друг на друга, пристально глядя в глаза. Это продолжалось несколько минут, так как никто не хотел уступать в психологической дуэли. Когда молчание затянулось, охранник, стоявший возле факела, тактично откашлялся в кулак, что послужило сигналом к прекращению состязания.

— Чёрт побери, Скайт, ты своим упрямством портишь другим жизнь, — отводя глаза в сторону, пожаловался Дерк Улиткинс.

— Ещё кто кому портит жизнь! — возмутился Скайт, звякнув кандалами.

Дерк Улиткинс лишь небрежно повёл золотым эполетом. Отойдя, он сел на табурет и вновь закурил. Выпуская замысловатые круги дыма под сводчатый потолок каземата, Дерк над чём-то сосредоточено размышлял.

— Возможно, я сделал большую ошибку, — наконец разочарованно произнёс он. — Через столько лет надеяться, что тот чемоданчик сохранился, и делать на это ставку. Глупо.

— Вовсе нет, — возразил Скайт. — На счёт чемоданчика не знаю, а вот диски с архивами точно сохранились. Браен Глум никогда не выбрасывал чужие документы. Он любил говорить: «Знание – сила». И я знаю, где он хранил эту силу.

— Ты просто набиваешь себе цену, — выказал недоверие Дерк Улиткинс, но скрыть заинтересованность не сумел.

— Мне не надо набивать себе цену. Я не продаюсь.

— Брось, Скайт, все имеют свою стоимость, и ты не исключение. Предложи тебе хорошие деньги, и ты будешь готов на любую грязную работёнку – я-то знаю. Так что оставь свои бравады для кого-нибудь другого.

— С каких это пор ты меня так хорошо узнал? — с пренебрежительной усмешкой поинтересовался Скайт.

— С тех самых, когда мы были пиратами. С тех пор ты совсем не изменился, только говорить стал больше.

— Говорить я стал больше только потому, что у меня руки связаны. А то бы я объяснялся с тобой на кулаках.

— Но нам необходимо каким-то образом разрешить сложившуюся ситуацию, — сказал Дерк. — Мне нужен этот архив, тебе нужна свобода.

— И компенсация, — напомнил Скайт.

— Чтобы получить свою компенсацию, тебе необходимо оказаться на свободе. Для того и другого необходимы деньги. Чтобы получить эти деньги, необходим архив.

— Чтобы получить архив, я должен оказаться на свободе, — продолжил за Дерка Скайт.

— Чтобы ты оказался на свободе, необходимы деньги, — сказал Дерк.

Оба вновь замолчали.

— Получается замкнутый круг, — нарушил тишину Дерк Улиткинс.

— В этом ты должен винить только самого себя. Твоим умом я оказался за решёткой. Вместо того чтобы прийти ко мне и поговорить, как старый друг, ты написал на меня донос. Вот, полюбуйся, — Скайт потряс кандалами, — твоя работа. Захотел за счёт бывшего друга въехать в рай. Жадный ты стал, Дерк.

— Сам ты жадный, — обиделся Дерк. — Ему предлагают свободу, так ему мало, деньги ещё подавай.

— А зачем мне свобода без денег? С пустым кошельком и свобода не в радость.

— Циник ты, — сделал заключение Дерк Улиткинс. — Где человеколюбие? Сострадание? Доверие, в конце концов?

— Что ты несёшь?! — возмутился Скайт. — Не тебе говорить мне о доверии – из-за твоей подлости я здесь.

— Не хотел я этого делать, но, как видно, без этого не обойтись. — С этими словами Дерк встал и подошёл к большому деревянному станку, похожему на массивную раму от кровати, стоящую на толстых ножках, привинченных к полу. По бокам этого приспособления находились два ворота с ручками, как у старинного корабельного штурвала. В раме размещались два бруса с кандалами. Один был закреплен намертво у основания станка, а другой перемещался по специальным направляющим, когда начинали вращать ворот.

— «Приспособление для растягивания. Руками не трогать», — прочитал Дерк Улиткинс табличку. — Скайт, как ты, делал сегодня зарядку? Мне кажется, немного гимнастики тебе не повредит. Или ты желаешь позаниматься с тяжестями? — подходя к большим чугунным гирям различного веса, лежащим на полу, спросил он. — Да тут даже нарисован комплекс упражнений! — вглядываясь в инструкцию, воскликнул Дерк. — Как я понимаю, физкультурника, в данном случае тебя, подвешивают за руки на крюк, — всматриваясь в пояснительную табличку, говорил Дерк и, посмотрев на потолок, сообщил: — Вот и крюк. Затем к его ногам подвешивают гири. Как это просто! Не нужны никакие детекторы лжи, уколы пентотала! Великолепно!

— Неужели ты решишься на это? — с тревогой в голосе спросил Скайт.

— Ты не оставляешь мне выбора, друг.

— Странно, но на этот раз я тебе верю.

— И правильно делаешь.

Немного подумав, Скайт Уорнер сказал:

— Хорошо. Но прежде чем я сообщу тебе, где Браен Глум хранил свои документы, я скажу кое-что лично для тебя, Дерк Улиткинс. Как бы там ни сложилась судьба, я оставляю за собой право поступить с тобой так же, как ты поступил со мной.

— Это сколько угодно, — обрадовался Дерк.

— Тогда слушай. Повторять я не буду. После захвата почтового звездолёта, как ты помнишь, мы совершили ещё один рейд на планету возле созвездия Глаз Орла. Добыча оказалась богатая. Но прежде чем продать улов на одной из планет свободного космоса, Браен Глум собрал всё самое ценное и вместе с несколькими парнями отправился на небольшом челноке в свою тайную берлогу.

— Я помню это, — задумчиво подтвердил Дерк Улиткинс. — Думаешь, чемодан с дисками он забрал с собой?

— Я сам отнёс его в челнок.

— Чёрт побери, но никто не знает, где находилось тайное убежище Браена Глума! — с досадой воскликнул Дерк. — Из тех парней, которые полетели вместе с Браеном, ни один не вернулся назад. — Из-за нахлынувших эмоций Дерк вскочил и, заложив руки за спину, принялся нервно ходить взад-вперёд по подземелью. — Никто из пяти человек!

Скайт отслеживал челночные перемещения визитёра поворотами головы.

— Я знаю, где находится это место, — произнёс Скайт, когда Дерк в десятый раз проходил мимо.

Дерк Улиткинс резко остановился.

— Откуда тебе знать?

— Когда Браен Глум вернулся обратно на корабль, он был мертвецки пьян. И нам с Делом Бакстером пришлось вытаскивать его из челнока и тащить к капитанской каюте.

— Ну и что? Неужели он проболтался вам по пьяни? — изучая Скайта пристальным взглядом, спросил Дерк.

— Нет. Если бы он проболтался, то думаю, я бы и Дел не дожили до сегодняшнего дня.

— Так как же вы тогда узнали, где Браен Глум устроил себе убежище?

— А сам как думаешь?

— Три тысячи чертей! Такое впечатление, что это ты ведёшь допрос! — нетерпеливо воскликнул Дерк Улиткинс. — Откуда я знаю, как вы с Бакстером узнали координаты убежища Браена Глума!

Бессознательно Дерк оглянулся назад, будто Браен Глум с того света каким-то образом мог подслушать их беседу.

— Очень просто. В том состоянии, в котором он находился, управлять звездолётом было невозможно, и Глум воспользовался автопилотом. Мы с Делом Бакстером просмотрели записи прибора.

— Но ведь Браен Глум всегда шифровал свои полётные записи?

— Как первый помощник капитана, я знал все шифры, — ответил Скайт.

— Гениально! — восторженно произнёс Дерк Улиткинс.

— Рано радуешься, ты не сможешь найти это место. Взлёт Браен Глум совершал вручную, по-видимому, он в это время был ещё не так пьян. Поэтому точных координат нет. Планету, где Глум устроил своё логово, покрывают сплошные джунгли. Убежище хорошо замаскировано.

— Так как же тогда я найду его? — Дерк беспомощно развёл руками.

— Ты его не найдёшь. Его найти могу только я. Так как на челноке был включен визуальный режим, бортовые камеры записали весь взлёт челнока вплоть до выхода на орбиту. Я смогу по памяти найти, откуда происходил старт.

— Сомневаюсь, что ты сможешь это сделать через столько лет. Пейзаж мог сильно измениться. Ты сам говоришь, что там джунгли, а они быстро растут. Местность может преобразиться неузнаваемо.

Скайт Уорнер усмехнулся:

— Дерк, если ты решил войти в игру с большими ставками, то не следует сразу сбрасывать карты. Вытащи меня из тюрьмы, и, даю слово, мы найдем то место, где Браен Глум хранил свой архив. И вполне возможно, найдём даже что-нибудь ещё. Признаюсь, меня самого заинтересовало это дело.

— Я подумаю, что можно сделать, — произнёс Дерк Улиткинс. — Только учти, без меня ты не сможешь получить ни гроша за тот архив, потому что не знаешь, что с ним нужно делать.

— Естественно. — На лице Скайта появилась довольная улыбка. Дерк Улиткинс решил играть дальше.

— Я попробую достать деньги для выкупа, — направляясь к выходу, сказал он. — Для этого потребуется несколько дней. Придётся тебе подождать, Скайт Уорнер. Только никуда не уходи. — С этими словами он скрылся в дверях.

Сержант, стоявший на карауле, после того как Дерк покинул каземат, вынул факел из держателя и затушил в бочонке с водой. В дверном проеме мелькнул его силуэт, и дверь со скрипом захлопнулась. В кромешной темноте лязгнул засов.

Глава 1.3.

Пьяный Браен Глум уставился невидящим взглядом на вошедших в рубку космического челнока. Взлохмаченные седые волосы капитана торчали во все стороны. Он почти сполз на пол с пилотского кресла. На сиденье осталась лишь верхняя часть тела в широкой красной рубахе. В левой руке капитан держал пустую литровую бутылку из-под «Чёрного Саймона», но судя по состоянию Глума, она у него была не первая. Кобура на украшенном золотом широком ремне была расстёгнута. Сам бластер с ручкой из слоновой кости, инкрустированной драгоценными камнями, валялся под пультом управления.

Челнок только что пришвартовался к причалу в главном шлюзе звездолёта. Браен Глум отсутствовал больше суток. И всё это время «Валрус» – так назывался звездолёт – и весь его экипаж, не считая пятерых матросов, отправившихся вместе с капитаном на челноке, ожидал на орбите возле никому не известной необитаемой планеты. Скайт Уорнер являлся первым помощником и, во время отсутствия Глума на корабле, выполнял обязанности капитана.

Куда направлялся Браен Глум, никто точно не знал, но догадывались, что капитан решил посетить тайное убежище, в которое наведывался каждый год. Где находится это место было страшной тайной. Браен Глум отправлялся туда только один, и только когда в руки попадала интересная добыча. Он не всегда забирал с собой самое ценное, что принадлежало ему по праву главаря. Иногда из множества дорогих вещей и золотых слитков капитан выбирал странные предметы, предназначение которых было понятно только ему. Иногда брал старые, поношенные вещи, неработающие приборы. Но то, что он забирал с собой всегда, были книги, документы, карты и корабельные журналы захваченных звездолётов.

На этот раз Браен Глум взял с собой пятерых матросов, что было из ряда вон выходящим событием. И оставшиеся с нетерпением ждали возвращения товарищей, чтобы расспросить о таинственном логове предводителя.

Но сейчас в рубке управления вернувшегося челнока обнаружился лишь один в стельку пьяный Браен Глум. Он прищурился, стараясь сфокусировать взгляд на вошедших. Правая рука капитана неосознанно дёрнулась к пустой кобуре.

— И кровь! Не откроет дверь… Пути назад нет! — пьяным голосом начал выкрикивать несвязные фразы Глум. — Всё золото мира не купит свободу! Ха-ха! Глупцы! Вы все здесь глупцы! Вы ничего не понимаете! Ничего…

— Где остальные? — попытался задать вопрос капитану Скайт Уорнер.

— Нож и вино. Кровь – всё равно… — вместо ответа пропел Глум куплет из пиратской песни. — Скайт, тебе тоже никогда не вернуться. Ха-ха!

— Брось с ним говорить – это бесполезно, — посоветовал Дел Бакстер. — Отнесём его в каюту. Пускай проспится.

Короткий ёжик волос на голове Дела Бакстера не скрывал отличительную татуировку второго помощника. А одет он был так же, как и Скайт Уорнер, в шерстяной подскафандровый костюм, похожий на те, которые используют спортсмены во время тренировок.

Скайт вместе с Бакстером взяли Браена Глума под руки. И только подняв, заметили, что красная рубаха капитана пропитана кровью. Первой мыслью было, что Глум ранен. Но после беглого осмотра на теле капитана не оказалось ни одной царапины. Кровь была не его! Осмотревшись, друзья обнаружили следы запёкшейся крови на полу, кресле, возле дверей. Её бурые капли оказались и на пульте управления.

Скайт с ужасом посмотрел на своего капитана, и неприятный холодок пробежал по телу. Вдруг Браен Глум, словно протрезвев, схватил первого помощника за руку и совершенно трезвым голосом спросил:

— Может, ты думаешь – это я их убил?

Уорнер ещё никогда не видел таких холодных глаз. Словно сама смерть заглянула ему в душу.

— Возможно, это сделал я, — продолжил капитан, — а возможно, и нет. Дьяволу за всё нужно платить кровью. — После этих слов Браен Глум засмеялся таким жутким смехом, что Скайт с Делом Бакстером даже выпустили его из рук. Капитан грузно упал на пол и на этот раз отключился полностью.