Звёздные Войны: Другой Путь

Глава 1

Глава 1

Отложив вилку на край тарелки, я потянулся до хруста в плечах и уставился на ползущие по монитору финальные титры «Падшего Ордена».

М-да, ну и дичь. Признаться честно, сценаристов этой поделки стоило бы сослать на рудники Кесселя без права переписки. Боёвка со световыми шашками радует глаз, тут спору нет, однако сюжетная рельсовость прямо-таки вымораживает.

Всю дорогу играешь за рыжего бедолагу Кэла Кестиса, у которого напрочь атрофирован инстинкт самосохранения. Сначала за тобой прилетает чертовски фигуристая Вторая Сестра в обтягивающем кожаном прикиде, а следом по удивительно «удачному» стечению обстоятельств тебя спасают мутные повстанцы. И ладно бы предложили нормальный гешефт! Так нет же: давай, парень, восстанавливай угроханный Орден джедаев и махай светящейся палкой за идею.

Ещё бы чего-нибудь невозможного предложили, блин.

Взяв со стола остывшую кружку, я сделал большой глоток чая, недовольно поморщившись. Какой человек в здравом уме подпишется на подобную авантюру? Выбраться с помойной Бракки, нафармить стартовый капитал на списанных деталях гипердвигателей и свалить куда-нибудь подальше от имперских патрулей — вот это вполне себе рентабельный план.

Потом как-нибудь со временем прикупить на хаттских рынках парочку горячих тви’лечек, дабы скрашивали быт и радовали глаз, и вообще в ус не дуть. Но авторы упорно пихают в глотку прописную истину: Империя — абсолютное зло, её устои вредят людям и прочее бла-бла-бла.

Будто во времена Республики и пресловутых джедаев было иначе? Пф-ф, не смешите. Те же самые вооружённые болванчики на побегушках у Сената, которые летали по системам и с постными минами доходчиво объясняли местным правителям, что будет, если пойти против воли Корусанта.

Впрочем, ладно, свернув игру, я открыл вкладку с ВК и тут же вспомнил, что пора бы садиться за проду к коммерческому фанфику. С авторскими мирами сейчас пробиться тяжело, а кушать хочется каждый день. За прошлый месяц с подписок накапало всего сорок две тысячи рублей, так что филонить явно не стоило. Однако душа требовала выпустить пар.

Отправил голосовое Игорю — единственному корешу, который дружил с логикой и не страдал юношеским максимализмом. Вывалил ему всё накипевшее про картонную мораль джедаев и отсутствие нормального выбора в сюжете.

Ответ прилетел через минуту.

— Вань, ну ты как вчера родился, — раздался из колонок спокойный голос друга на фоне тихого клацанья клавиатуры. — Что то — хрень, что это. Везде дерьмово, когда у руля стоят фанатики, а хорошо только там, где нас нет. Забей и садись за главу, текст сам себя не напишет.

— И то верно, — хмыкнул я вслух, почесав небритый подбородок и покосившись на пустой текстовый документ. — Скромнее надо быть в запросах к игропрому, скромнее, а то итак... — договорить я не успел.

Монитор вдруг затрещал, покрываясь сеткой битых пикселей, а в нос ударил резкий запах сжёной пластмассы. Какого чёрта?! В следующее мгновение прямо из экрана вырвался ослепительный зигзаг молнии и с сухим треском врубился мне аккурат промеж глаз. Башка взорвалась такой дикой болью, словно в череп плеснули расплавленным свинцом, и сознание тут же потухло.

Не зря по новостям говорили, что игры до добра не доводят...

***

С трудом разлепив отяжелевшие веки и подавив глухой стон, я уставился в запотевшее бронестекло, за которым мелькали унылые серые скалы под проливным дождём. Поезд мерно покачивало на поворотах... Стоп, поезд?! Я резко опустил взгляд на свои руки в грубых рабочих перчатках, перепачканных мазутом, а затем скосил глаза на отражение в тёмном окне. Худощавая физиономия с россыпью веснушек и копна рыжих волос.

О как... Доигрался, называется.

Спокойно, Ванёк, спокойно... С кем не бывает, да? Подумаешь помер, а душа в игрового персонажа залетела, у кого-то наверняка каждый вторник такой!

В голове вспыхнуло чужое воспоминание: оборванный трос, падающий Прауф, собственная вытянутая рука — и поясницу тут же прострелило фантомной болью от недавнего падения. Значит, меня закинуло в самое начало сюжета: сразу после того, как рыжий добряк на свалке применил Силу, спасая напарника. В игре это засек имперский дроид-разведчик. Если всё идёт по тому же сценарию, наш состав скоро тормознут штурмовики, а следом прилетит карательная группа по мою душу.

Масштаб задницы, в которой угораздило очутиться, впечатлял. Снаружи под поездом мелькали пропасть и мокрые утёсы; спрыгнуть на ходу означало разбиться ещё до встречи со Второй Сестрой и её рогатой напарницей.

Не успел я толком прикинуть шансы на выживание, как прямо перед зрачками развернулось полупрозрачное голографическое окно с до боли знакомым дизайном.

[Система Силы: Инициализация завершена]

[Носитель: Кэл Кестис (Синхронизация матрицы: 100%)]

[Статус: Скрытый одарённый / Монтажник Гильдии Разборщиков]

[Доступные средства: 140.00 (Имперские кредиты)]

[Очки Силы: 1 (Нераспределённый резерв памяти)] [Доступные модули: Древо Навыков, Социальный Радар, Журнал Задач]

Хе-х, а вот это уже разговор по существу! Проснувшаяся система отрезвляла и давала существенные шансы на спасение и выживание в новом мире!

Мысленно пробежался по всплывающим подсказкам интерфейса, благо управление отзывалось на малейший импульс сознания. Судя по описанию, разряд молнии не просто перенёс мою грешную душу в каноничную тушку, но и вшил в подкорку модифицированный игровой движок. Воспоминания Кэла никуда не делись: стоило подумать о работе, как в памяти всплывали инструменты, лица и маршрут до барака. А вот к боевым навыкам Система предлагала подбирать ключи отдельно. Развитие шло через старый добрый фарм «Очков Силы» — за устранение противников, перелом сюжетных событий и захват ценных артефактов. Ещё в описании значилась защита иномирного слоя памяти от чужого ментального вмешательства. Проверять её надёжность опытным путём совершенно не хотелось.

Отдельного внимания заслуживал «Социальный Радар» — эдакий встроенный определитель отношения окружающих с процентной шкалой увлечения для женского пола. Мелким шрифтом уточнялось: интерес не равен доверию, показатель меняется вместе с отношением. Жаль, кнопки «очаровать всех» не завезли. Но и с таким инструментарием выстраивать нужные связи в далёкой-далёкой галактике станет куда проще.

Так-с, а что у нас по способностям? Открыл вкладку «Древа Навыков». Большинство базовых приёмов падавана оказались заблокированы из-за детской психологической травмы Кэла, зато в самом низу схемы обнаружилась новая, пульсирующая багровым светом ветка: «Путь Страсти и Прагматизма (Тёмная сторона)». Напротив первого навыка под названием «Кровавый резонанс» мигала иконка доступного изучения за одно очко Силы.

Вчитался в описание и едва сдержал победную ухмылку. Способность позволяла за один подход подчинить связанный с владельцем кайбер-кристалл, заставив его «кровоточить» без долгих ситхских медитаций, и попутно открывала базовый контроль над тёмными импульсами.

Стоит ли вообще раздумывать? Выскочить с синим джедайским клинком и повторить игровой забег? За монитором я хотя бы мог загрузиться с контрольной точки после смерти. Здесь такой кнопки не обещали.

А вот если выйти самому и разыграть карту самоучки Тёмной стороны, который презирает Орден и хочет выслужиться перед Империей... Красный меч сам по себе лояльность не доказывал, но вполне мог заинтересовать охотницу достаточно, чтобы она сперва задала вопросы. Шанс рискованный, но прятаться за спинами работяг до первой показательной казни было ещё паршивее. Заодно и Прауфа от верной смерти спасу, и к темноволосой бестии в ученики попробую набиться.

Вложив единственное очко в «Кровавый резонанс», я почувствовал, как по венам разлился обжигающий жар, а спрятанная в глубоком нагрудном чехле под курткой длинная рукоять меча глухо дрогнула, отозвавшись чужой болью: кристалл словно упёрся и не желал подчиняться. Я намертво вцепился в одну мысль — выжить любой ценой, — и жар постепенно схлынул. Система подтвердила: перестройка кристалла завершена.

— Эй, Кэл, на тебе лица нет. — Сидящий напротив кряжистый Прауф подался вперёд, разминая затёкшую ключицу. — Точно башкой о балку не приложился, когда трос лопнул?

— Жить буду, старик, — ответил я после короткой паузы, хлопнув напарника по колену. — Только вот предчувствие у меня какое-то плохое.

Прауф нахмурился и подался ближе, собираясь что-то спросить, но в этот момент тормоза состава пронзительно взвыли, сбрасывая ход, а за мокрыми окнами замигали прожекторы блокпоста. Напарник посмотрел на перрон, перевёл взгляд на меня и тяжело кивнул.

Двери вагона разъехались с шипением пневматики. Снаружи нас встретили ледяной ливень и порывистый ветер, швыряющий в лицо водяную пыль.

Взвод штурмовиков в мокрой белой броне быстро выстроил сонных монтажников в шеренгу вдоль края платформы. Спустя полминуты с низких туч с оглушительным гулом репульсоров спустился чёрный шаттл с характерным росчерком крыльев. Аппарель с тяжёлым лязгом легла на стальной настил, и к нам вышли двое: закованная в тёмную броню фигура в глухом шлеме с плащом и возвышающаяся за её плечом массивная Девятая Сестра.

— На этой свалке скрывается предатель, — объявила Вторая Сестра усиленным вокодером голосом и неспешно пошла вдоль строя, держа ладонь у пояса. — Беглый джедай. Выдайте его сейчас и Империя сохранит вам жизнь. Промолчите — казним всю бригаду.

Стоящий слева Прауф напрягся, сжав кулаки, но я тут же локтем вдавил его обратно в шеренгу и спокойно шагнул вперёд на мокрый металл.

Все взгляды — и штурмовиков, и замершей в пяти шагах инквизиторши — скрестились на моей скромной персоне.

— Убивать бригаду простых резчиков ни к чему, госпожа инквизитор, — произнёс я, стараясь держать голос ровно, и чуть склонил голову. — Вы ищете того, кто применил Силу на свалке? Он перед вами. Вот только записывать меня в джедаи — оскорбление, которое я, признаться, переношу с трудом.

Девятая Сестра за её спиной издала низкий утробный рык и перехватила свой двухклинковый меч. Вторая остановила напарницу взмахом ладони. На визоре её шлема мелькнула подсветка биометрического сканера — система опознавания сличила моё лицо со старыми храмовыми базами, — и охотница опустила взгляд на экран наруча.

— Оскорбление? — переспросила она с ядовитой насмешкой. — Кэл Кестис, ученик Джаро Тапала. Пять лет в списках пропавших. И что же с тобой случилось, падаван, пока мы тебя искали?

— Позвольте показать. Оружие под курткой, — предупредил я, удерживая ладони на виду. Дождавшись едва заметного кивка, неспешно расстегнул промокшую робу и вытащил из нагрудного чехла длинную рукоять с обломанным с одного торца эмиттером. Стволы штурмовиков синхронно качнулись вслед за моей рукой. Я отвёл клинок в сторону, подальше от людей, и вдавил кнопку активации.

Гулкое шипение разорвало шум ливня. Из эмиттера вырвался кроваво-красный луч, окрашивая лужи и чёрный металл шлема инквизиторши в багровый цвет; дождевые капли с треском обращались в пар на плазме. Жар в груди тут же отозвался на гул кристалла, и мне пришлось мысленно одёрнуть себя: сейчас главное — стоять смирно.

Прауф за моей спиной шумно втянул воздух. Строй оцепенел.

Вторая Сестра несколько секунд молча смотрела на алое лезвие, после чего указала пальцем вниз. Я немедленно погасил меч. Лишь тогда она разомкнула фиксаторы и сняла шлем, оставив Девятую пасти мои руки. Под маской открылось поразительно красивое лицо с правильными, чуть резковатыми чертами, прилипшими к вискам тёмными прядями и глубокими карими глазами.

— Любопытно, — произнесла она уже своим голосом, без металлического эха вокодера. — Откуда?

[Имя: Трилла Судури (Вторая Сестра)]

[Лояльность: 0% → 12%]

[Примечание: Заинтригована необычным поведением добычи. Лояльность предстоит проверить.]

— Меч Тапала, который подобрал во время Чистки, — ответил я. Врать про происхождение узнаваемой рукояти после того, как сканер выдал моё досье, было бы верхом глупости. — А с кристаллом разобрался сам. Пока магистры рассказывали сказки о смирении, я учился выживать. Мне чужды идеалы мёртвой Республики. Я ищу силу и наставника, под чьим началом смогу принести пользу Империи.

Пока Трилла обходила меня по дуге, я удерживал погасшую рукоять двумя пальцами за самый край, не давая охране ни малейшего повода открыть огонь.

— Смелое заявление для оборванца с Бракки, — заметила она, остановившись напротив. — Думаешь, выкрасил кристалл в цвет крови и сразу стал одним из нас? В Крепости таких самородков ломают за неделю.

— Ломают слабаков, которые сами не знают, чего хотят. — я позволил себе лёгкую, самую малость нахальную полуулыбку и протянул меч на раскрытой ладони. — Испытайте меня в деле, госпожа. Если не оправдаю ожиданий — прикончить меня вы успеете в любой момент.

Она ещё секунду буравила меня взглядом, затем чуть повела пальцами и рукоять, сорвавшись с моей ладони, сама прыгнула ей в руку.

— Взять его на борт, — бросила Трилла штурмовикам. — Остальных переписать, опросить и вернуть на смену. Посмотрим, на что ты годишься, маленький лжец.

Пока меня вели к сходням, я успел оглянуться на Прауфа: старик стоял в строю, опустив голову, и благоразумно молчал. Хоть с этим вышло по плану. А вот билет с помойки я себе выбил пока что в один конец.

Глава 2

Глава 2

Никакого почётного эскорта мне, разумеется, не полагалось. Едва я ступил на решётчатый настил, как шедший следом штурмовик-охотник в чёрной броне ощутимо ткнул меня древком электропосоха под рёбра, указывая на узкую скамью для задержанных у переборки. Мой световой меч так и остался в руке Второй Сестры — возвращать оружие мутному типу со свалки кареглазая бестия не спешила.

И правильно делала, откровенно говоря. На её месте я бы ещё и кандалы нацепил.

— Пустая трата времени, сестра, — пророкотала Девятая, грузно поднимаясь по аппарели. — Страха в нём на троих, а самодовольства ещё больше. Он уже решил, что всех нас переиграл. Дай мне пару минут с этим умником.

— После первичного допроса, — отрезала Трилла, остановившись напротив моей скамьи с изъятой рукоятью. — Кристалл он подчинил, но поднимать меч против нас не стал и я хочу знать почему. Так что постарайся оставить его в состоянии говорить.

Уф... сидим ровно, дышим носом и не отсвечиваем. Сейчас главное не ляпнуть ничего такого, отчего эти две дамочки решат сдать меня в биореактор ещё до взлёта. Не успел я толком обдумать линию защиты для грядущего допроса, как снаружи сквозь шум ливня прорезался надсадный вой пикирующего судна.

Аппарель шаттла ещё не начала подниматься. В проёме мелькнула бело-золотая яхта с высоким поворотным крылом, вынырнув из-за остова разрезанного крейсера, она ударила носовыми пушками по перрону и заставила штурмовиков оцепления броситься врассыпную за контейнеры. Девятая Сестра с рычанием шагнула к сходням, заслонив проход своей массивной бронёй и закрутив перед собой лезвие.

Дьявол! Вот же неугомонные спасатели, мать их за ногу! «Жалящий богомол» завис в десятке метров от нашей кормы, обдавая платформу жаром маневровых дюз. Боковой люк яхты отъехал в сторону, и на урезе проёма показалась темнокожая женщина с тяжёлым бластером наперевес.

— Давай, прыгай! — отчаянно крикнула Цере Джанда, перекрывая рёв турбин. — Живо к нам!

Трилла развернулась к рампе, уже сжимая рукоять своего меча, но осталась вполоборота ко мне, намертво перекрывая прямую дорожку к выходу. Даже гадать не требовалось, успею ли я добежать до края аппарели раньше её клинка.

Перед глазами тут же мигнуло системное окно, и время вокруг словно подёрнулось вязким киселём.

[Экстренное событие: Медвежья услуга]

[Условие: Докажите лояльность действием, не имея оружия в руках.]

[Награда: 1 Очко Силы, сохранение жизни]

[Провал: Статус «Враг Империи» и гарантированная смерть на трапе]

Как говорится, хочешь жить — умей вертеться.

Стоявший у сходней штурмовик вскинул винтовку, но Цере оказалась быстрее. Меткая очередь прошила грудную пластину солдата, отбросив его на настил, а следом из люка яхты вылетела граната. В тот же миг спаренная турель «Богомола» полоснула по козырьку нашего шлюза и Девятая Сестра, отбивая вращающимся посохом плотный веер тяжёлых разрядов, вынужденно отступила на шаг внутрь отсека, и стальной шарик, звякнув о решётку аппарели, покатился прямо к моим ногам. Прекрасно. Спасаемый — то есть я — сидел в двух метрах от эпицентра, и другого места в партере мне не предложили.

Вскакивать с лавки нельзя — свои же пристрелят на рефлексах. Поэтому я выбросил вперёд левую ладонь, обращаясь к единственному приёму Кэла, который работал на чистой мышечной памяти, и мысленно сжал пространство вокруг гранаты.

Голубоватое марево стазиса окутало заряд в полуметре от скамьи: частое мигание красного диода растянулось, металлический корпус завяз в воздухе. Трилла уже вскинула руку для толчка, но я успел выбросить ногу вперёд и поддеть застывший шарик носком рабочего ботинка.

— Подавитесь своим спасением! — выдохнул я и с размаху пнул гранату обратно за срез рампы, одновременно сбрасывая стазис. На полноценный телекинез меня бы сейчас просто не хватило.

Заряд рванул в просвете между бортами, аккурат под днищем «Богомола». Ударная волна хлестнула по перепонкам, швырнув в отсек клуб горячей копоти, а бело-золотую яхту резко бросило на стальную опору крана — плоскость крыла со скрежетом чиркнула по балке, высекая сноп искр. Цере отшатнулась за створку люка, и пилот торопливо увёл дымящее судно в дождевую хмарь, пока береговые расчёты не пришли в себя.

Уронив дрожащую кисть на колено, я откинулся затылком на холодную переборку, пережидая гулкий колокол в висках. Удержать стазисом взведённую гранату оказалось куда тяжелее, чем выглядело со стороны.

[Событие завершено: Медвежья услуга]

[Начислено: 1 Очко Силы]

[Примечание: Попытка эвакуации сорвана. Ваша шея всё ещё цела.]

Гидравлика наконец подтянула и захлопнула кормовую аппарель. За переборкой пилотского отсека лётчик запрашивал у вышки коридор на орбиту, а Девятая, даже не удостоив взглядом убитого пехотинца, рявкнула на второго штурмовика-охотника, велев оттащить тело с прохода.

Трилла медленно повернулась ко мне. Её взгляд скользнул сперва по моему забрызганному грязью ботинку, затем поднялся к лицу. На левой скуле инквизиторши темнел мазок сажи.

— Это была Цере Джанда, бывший рыцарь Ордена, — произнесла она. — Она прилетела за тобой. Ты мог хотя бы попытаться уйти под шум взрыва. Почему остался?

— Потому что я не самоубийца, госпожа инквизитор, — ответил я, вытирая рукавом мокрый лоб. — Вы стояли между мной и рампой с мечом в руке. А следом эта добрая женщина выкатила мне под ноги боевую гранату. Весьма своеобразное приглашение к сотрудничеству. Да и свой выбор я озвучил ещё на перроне: гнить по подвалам за покойную Республику у меня желания нет.

Трилла подалась чуть ближе, упёршись ладонью в переборку над моим плечом. От её доспеха пахло дождём и тонким, едва уловимым ароматом какой-то горьковатой цветочной эссенции.

— Это объясняет, почему ты не побежал к люку, — тихо сказала девушка. — А теперь посмотрим, что ты решил оставить при себе.

Она подняла свободную руку в чёрной перчатке и растопырила пальцы прямо перед моим лицом.

Твою ж дивизию, ментальное сканирование!

В темя словно вогнали раскалённую спицу: чужая воля сходу взяла сознание на излом, и перед глазами поплыли рваные кадры памяти. Иномирный слой, если верить Системе, должен был оставаться под замком — именно на этот предохранитель я и ставил на перроне.

Вот только когда Судури принялась бесцеремонно ворочать содержимое моей черепной коробки, вся прежняя бравада мигом улетучилась. А ну как защита треснет? Увидит панельные многоэтажки, монитор с запущенной игрой и расклад по сюжету — меня же сдадут в виварий как неведомую зверушку! Я стиснул зубы до скрипа и вцепился пальцами в кромку лавки. Управлять системным щитом напрямую я не умел, зато настоящая память Кэла и моя собственная злость были под рукой, на них и пришлось уводить внимание дознавательницы.

Вывалил на передний план самое наболевшее из багажа падавана: клоны расстреливают Джаро Тапала у шлюза спасательной капсулы; пять лет беспросветной пахоты в мазуте и ржавчине за грошовый паёк. А поверх намертво впаял собственное, вполне искреннее желание выбиться в люди, получить деньги, силу и больше никогда не зависеть от чужой прихоти. Пусть роется на здоровье — здесь мне даже врать не требовалось.

На эпизоде гибели Тапала хватка Второй Сестры на секунду дрогнула. Трилла впилась взглядом в мои глаза, а затем надавила с такой силой, что я едва не сполз по стенке на пол. Когда она наконец опустила ладонь, во рту стоял солоноватый привкус крови от прокушенной губы.

Несколько секунд мы оба молчали, пока я пытался свести обратно двоящуюся переборку отсека.

[Имя: Вторая Сестра (Трилла Судури)]

[Лояльность: 12% → 19%]

[Примечание: Прямого обмана не обнаружено. Пережитое вами задело её; подозрения остаются.]

— Злости в тебе с избытком, — негромко произнесла инквизиторша. — На клонов, на Совет, на собственное бессилие. И амбиций куда больше, чем ты расписал на платформе. Даже не знаю, о чем бы подумал твой учитель?

— Мёртвым без разницы, госпожа, — хрипло отозвался, растирая гудящий затылок и криво усмехаясь. — А живым нужно как-то обустраиваться в новой реальности. Я же сказал, что играю в открытую.

Девятая Сестра у носового шлюза недовольно фыркнула и протопала в командный отсек. В десантном кубрике остался второй штурмовик-охотник: после гибели напарника он сверлил меня взглядом через визор и держал палец у спуска карабина. Трилла взвесила на ладони мой меч и небрежно бросила его мне на колени, отчего я едва успел перехватить тяжёлый цилиндр обеими руками, не задев клавишу поджига. Проверка на вшивость продолжалась: оставить пленнику оружие под прицелом конвоира — отличный повод пристрелить меня при первой же попытке дёрнуться.

— Пристегни на пояс и без команды к рукояти не прикасайся. До Нур четыре часа хода, — холодно уронила Судури. — Пока ты числишься моим личным трофеем, Кестис, так что конвоир не спустит с твоих рук глаз, а по прибытии в Крепость тебя ждёт проверка боем. Докажешь, что полезен, — получишь допуск. Разочаруешь — пойдёшь на стол к Девятой.

Она развернулась и ушла вслед за напарницей в носовой отсек. Охотник выждал, пока я аккуратно повешу рукоять на поясной зажим, после чего занял позицию у переборки, держа меня на мушке. Я проводил начальницу взглядом и осторожно привалился спиной к металлу стены — череп трещал почище, чем с жестокого похмелья.

Ладно уж, оружие вернули, очко Силы в копилку упало, первая проверка пройдена. Прикрыв веки, мысленно развернул меню интерфейса, стараясь лишний раз не шевелить даже пальцами под прицелом бдительного стража. За четыре часа полёта стоило детально разобраться, на что вообще способна моя новая тушка.

Глава 3

Глава 3

Четыре часа в гиперпространстве срок вполне достаточный, чтобы привести растрёпанные мысли в порядок и провести ревизию наличных активов. Особенно если не накручивать себя мыслями о конечном пункте маршрута.

Караульный у носового шлюза в середине полёта сменился, но бдительности от этого не убавилось. Под моей лавкой обнаружился штатный аварийный рундук; кивнув на крышку и дождавшись скупого разрешения конвоира, я извлёк оттуда флягу с водой и пару серых брикетов армейского концентрата. На вкус паёк живо напоминал прессованный картон с перцем, зато калории давал исправно. Казённый харч — он и в далёкой галактике казённый, грех привередничать.

Утолив первый голод, я скосил глаза на рукоять меча Тапала у пояса. Тянуться к ней под стволом карабина дураков не было, но для прикидки хватало и беглого осмотра.

Да уж, видок у моего главного аргумента был плачевный. Нижнюю половину корпуса разворотило ещё пять лет назад, во время бегства с «Трибунала»: из рваного среза торчали почерневшие жгуты проводки и погнутые лапки фиксаторов. Жизнь теплилась только в верхнем эмиттере, прикрытом лепестками защитного кожуха, тогда как раскуроченный хвост постоянно цеплялся за ткань куртки и набивался сором. Чтобы вернуть мечу двухклинковую схему или хотя бы привести баланс в божеский вид, требовались токарный станок, паяльная станция и запчасти, которых в десантном отсеке не водилось.

Впрочем, железо — дело наживное. Куда сильнее меня тревожила собственная физиология.

Какой прок от перекрашенного кайбера, если тело Кэла за пять лет работы резаком на разборке порастеряло добрую половину храмовой пластики? Мышцы парень нагулял жилистые, выносливые, да и базовый хват руки помнили, однако между мысленным приказом и откликом сухожилий то и дело проскакивала досадная заминка. В учебном зале Инквизитория за такую паузу мне быстро отрубят что-нибудь нужное.

Я вызвал голубоватое полотно интерфейса и перешёл к древу развития. В резерве дожидалось распределения одно очко Силы, заработанное за футбольный этюд с гранатой Цере.

[Древо Навыков: Ветка «Путь Страсти и Прагматизма»]

[Доступно для изучения: «Инстинкт выжившего» (Стоимость: 1 Очко Силы)]

[Эффект: Принудительная распаковка мышечной памяти падавана. Снятие ментальных блоков на ведение боя без правил.]

[Примечание: Джедайское благородство в комплект не входит.]

То, что доктор прописал.

Мысленно подтвердил выбор. По нервным узлам от затылка до пяток тут же хлестнула короткая судорога — я до побеления костяшек вцепился в край скамьи и бесшумно выдохнул сквозь зубы. Охотник у двери настороженно повёрнул шлем, но, увидев мои пустые ладони на железе лавки, потерял интерес. В подкорке тем временем разворачивались спрессованные годами уроки в Храме: углы подставки клинка в Шии-Чо, смещения с линии бластерного огня, короткая работа локтем и коленом в клинче. Теперь я не просто листал чужие воспоминания как учебник — связки и суставы сами знали траекторию. Мастера фехтования это из меня не лепило, но драться грязно и цепляться за каждый шанс я умел и без джедайских наставлений.

Когда спазм отпустил, я осторожно повёл плечами и переставил ступни на решётке пола: вязкая задержка между головой и руками исчезла. Оставалось опробовать обновку в движении.

Ну-с, теперь шансы пережить сегодняшний вечер подросли хотя бы до пятидесяти на пятьдесят.

Палуба под ногами мелко задрожала — шаттл вывалился из гипертоннеля в реальный космос. В узком бронестекле под потолком проступила мрачная, целиком затянутая угольно-чёрным океаном луна в системе Мустафар. Нур. Закрытая цитадель имперских гончих.

На глиссаду машина ушла круто: пробив многослойное брюхо штормовых туч, челнок спустя пару минут мягко коснулся опор в верхнем приёмном ангаре крепости.

Створки кормовой рампы с шипением разошлись, впуская в отсек запах морской соли, озона и раскалённого дюрасталя.

Размах сооружения внушал невольное уважение даже такому прожжённому цинику, как я: теряющиеся в полумраке своды из чёрного металла, многоярусные крановые балки, бесконечные шеренги перехватчиков и десантных ботов. За распахнутыми воротами дока бесновался штормовой океан, а ведь основные жилые и пыточные ярусы базы, насколько я помнил, уходили на сотни метров под воду. Интересно, сколько же миллиардов казённых кредитов Палпатин закопал в титановые кессоны и глубоководную гидроизоляцию? На эти бюджеты можно было с нуля поднять промышленность целого сектора, но у ситхов, видать, имелись свои представления об окупаемости капитального строительства.

За спиной прошуршала переборка командного отсека. Первой на аппарель ступила Вторая Сестра, уже в глухом шлеме и со сцепленными за поясницей ладонями, а следом выплыла предвкушающая физиономия её рогатой товарки.

— На выход, мусорщик. — Девятая мотнула подбородком в сторону сходней, у подножия которых уже застыло отделение штурмовиков-охотников в матово-чёрных доспехах. — Четвёртый спецблок заждался. Там и поглядим, чего стоят твои сказки.

Опаньки, а вот экскурсии в пыточную в моём контракте точно не значилось.

Не трогаясь с места, я перевёл взгляд на темноволосую инквизиторшу. Та притормозила на верхней трети пандуса и медленно повернула шлем к массивной напарнице.

— Отставить четвёртый блок, — ровно произнесла Трилла через вокодер. — Задержанный записан за моим сектором. Сначала малый тренировочный зал.

Доутианка недовольно нахмурилась, скрестив ручищи на нагруднике, и сделала полшага вперёд, нависая над Второй Сестрой.

— Боишься сломать новую игрушку? — пророкотала Девятая. — Регламент Гранд-Инквизитора тебе известен: либо допросное кресло, либо проверка кровью на круге. У тебя же пока одни разговоры. Мальчишка смекнул, что приглянулся тебе, и теперь поёт ровно то, что ты желаешь слышать.

Судури чуть наклонила шлем. Я мысленно подобрался, рогатая гора мышц, оказывается, умела бить не только наотмашь, но и точно по больному месту в аппаратной субординации. Сейчас любая заминка выставляла саму Триллу слабой перед коллегой, а значит, отмалчиваться мне было смертельно опасно.

Что ж, пора отрабатывать выданный кредит доверия.

— Так за чем дело стало? — подал голос я, сходя по ребристому металлу аппарели. — Если ваш отдел кадров принимает резюме исключительно через спарринг — я готов сдать зачёт хоть сейчас.

Тёмный визор Второй Сестры обратился ко мне. Даже сквозь непроницаемое забрало я кожей ощутил её холодный, взвешивающий взгляд.

— Охотно верю, — отозвалась Трилла. — Выбирать между пыточным креслом и спаррингом несложно. Но условие прежнее: выстоишь — получишь испытательный жетон. Упадёшь — тебя заберёт Девятая. До конца боя ты всё ещё пленник.

— Вопрос исключительно в призовом фонде, госпожа инквизитор, — ответил я с коротким поклоном, разминая кисти. — Ведите.

[Новое задание: Первичный аудит кадров]

[Условие: Победить элитного штурмовика-охотника в учебном бою, не погибнув и не потеряв товарный вид.]

[Награда: 1 Очко Силы, 500.00 кредитов (Подъёмные аколита), Базовый комплект снаряжения]

Тренировочный зал встретил нас гулким эхом шагов и сухим потрескиванием силовых экранов, огораживающих восьмиугольный помост в центре помещения.

Разминку мне с успехом заменил быстрый марш по коридорам от дока. Стянув промокшую куртку, я швырнул её на скамью у входа и поднялся на круг в одной выцветшей рабочей фуфайке. На противоположном краю площадки уже ждал плечистый штурмовик-охотник в полной выкладке, вооружённый тяжёлым электропосохом; по массивным ударным оголовьям оружия с сухим треском перебегали фиолетовые разряды. Трилла коротким жестом указала мне на пояс — запрет на использование меча снимался.

Этих парней, насколько я помнил по игре, дрессировали специально для охоты на уцелевших джедаев. Боец и впрямь не спешил бросаться в атаку: развернулся вполоборота, перекрыв корпус древком, и прощупал дистанцию коротким ложным выпадом. Пропустишь прямой удар такой дубиной — уедешь в лазарет с кашей вместо рёбер, если вообще успеют довезти.

Обе инквизиторши поднялись на смотровую галерею. Трилла сняла шлем, поставила его на широкий парапет и опёрлась руками о поручень, а Девятая устроилась рядом, откровенно предвкушая скорую расправу.

— В полную силу, охотник! — гаркнула сверху доутианка, перегнувшись через барьер. — Вышиби из этого ублюдка всю дурь!

Штурмовик чётко отсалютовал посохом и пошёл на сближение. Сходу обманный тычок в солнечное сплетение и мгновенный перевод с разворота — низкий подсекающий удар по голеням. Я едва успел отпрыгнуть назад, чудом не зацепившись каблуком за собственную щиколотку.

Вот тебе и распакованная моторика! Вспоминать красивые стойки на диване в шаттле было куда проще.

Когда пехотинец, развивая успех, шагнул вперёд и занёс искрящее оголовье для проломного удара сверху, я вместо очередного отхода качнулся вправо и вскинул левую ладонь к его опорной ноге. Короткий импульс стазиса намертво прихватил бронированный сапог в ту долю секунды, когда вся масса корпуса уже пошла вперёд.

Охотник рефлекторно попытался погасить инерцию и опереться на древко — от падения плашмя его это спасло, но левый сектор у горла открылся полностью. Второго такого окна опытный боец мне бы точно не подарил.

Внутренний резерв просел сразу наполовину, но я уже рванул в ближний клинч: жёстко пнул подошвой под колено его задней ноги и, пока противник перехватывал тяжёлый посох, со всего маху впечатал рваный металлический торец неактивированной рукояти прямо в дыхательный фильтр его шлема.

Под рукой сухо хрустнул армированный пластик. Боец мотнул головой, вслепую пытаясь отбросить меня локтем, но я уже довернул кисть у его наплечника.

Щелчок клавиши — и багровое лезвие с гулом вырвалось из рабочего эмиттера в притирку к чёрному доспеху, замерев остриём у самого зазора между нижней кромкой шлема и шейным горжетом. Штурмовик каменно застыл на одном колене, не разжимая пальцев на древке.

От первой атаки до финала прошло от силы секунд восемь, хотя мне они показались доброй минутой.

Тяжело дыша, я фиксировал клинок у самого его кадыка и поднял глаза на галерею. В нос потянуло едким дымком подпалённого резинового уплотнителя — долго держать плазму в миллиметре от чужой глотки не стоило.

— Казённое имущество списываем окончательно или зачтёте сдачу экстерном, госпожа инквизитор? — крикнул я наверх, не отводя лезвия. — Подготовка такого кадра наверняка влетела бюджету в круглую сумму, жалко портить шкурку.

— Достаточно, зачёт, — произнесла Трилла. Девятая Сестра смерила поверженного пехотинца уничтожающим взглядом, рявкнула приказ явиться после смены на двойную отработку и молча зашагала к выходу с галереи.

Я на свой счёт не обольщался: выйди мы с этим же бойцом на второй раунд — и он бы меня размазал по стенке. Сейчас выручили только эффект неожиданности да грязный удар обрубком рукояти в забрало вместо фехтовальной классики. Впрочем, Триллу результат вполне устроил — по крайней мере, второго номера из строя она вызывать не стала.

[Задание выполнено: Первичный аудит кадров]

[Начислено: 1 Очко Силы. Оформлены подъёмные аколита: 500.00]

[Текущий баланс: 640.00]

[Имя: Вторая Сестра (Трилла Судури)]

[Лояльность: 19% → 25%]

[Примечание: Продемонстрированы боевые навыки и самообладание. Испытательный допуск одобрен.]

— Погаси оружие, Кестис, — велела Трилла, коснувшись экрана наруча и подтверждая в системе результат аттестации, затем достала из подсумка серебристый чип-допуск и бросила его вниз.

Убрав лезвие, я на лету перехватил пластинку и лишь после этого разорвал дистанцию. Охотник тяжело поднялся с колена, провожая меня мрачным взглядом сквозь тёмные линзы шлема.

— Третий жилой ярус, крыло аколитов, — продолжила Вторая Сестра сверху. — Чип откроет казарменный блок со столовой, малые залы и вещевой склад. Заявку на твоё испытание и личное поручительство я отправила с борта шаттла, так что подъёмные и старый счёт уже привязаны к жетону. В закрытые сектора без вызова не соваться. Приведи меч в порядок и смени тряпьё на форму. Завтра ровно в ноль-восемьсот жду в своём кабинете. Опоздаешь хоть на минуту — выйдешь в этот круг против Девятой с голыми руками.

Когда она покинула балкон, дежурный сержант у шлюза сверился со своим планшетом и махнул мне рукой на выход: маршрут конвоирования до жилого яруса спустили и ему.

В углу зрения приятно грели душу цифры обновлённого баланса: шестьсот сорок кредитов с учётом старой заначки Кэла и свежих подъёмных. Серебристый допуск я бережно припрятал во внутренний карман робы, подальше от прорех.

На сегодня план простой: каптёрка, верстак, горячий душ и койка. Если завтра с утра мне снова предстоит изображать перспективного молодого специалиста, делать это в чистом белье будет куда сподручнее.

Глава 4

Глава 4

Набросив промасленную куртку на плечо, я сошёл с боевого помоста под тяжёлым взглядом побеждённого охотника — тот как раз ощупывал пальцами треснувший респиратор шлема, сипло ругаясь сквозь помятую решётку. Обиделся, бедолага.

Проходя мимо него к автоматическим створам шлюза, я миролюбиво подмигнул бойцу и посоветовал на будущее плотнее контролировать переднюю опорную ногу. В ответ из вокодера донеслось глухое пожелание выйти в открытый шлюз без скафандра, что на суровом армейском диалекте наверняка означало высшую степень признания моих талантов.

Сержант довёл меня до шахты турболифта, на третьем уровне проверил активацию моего допуска на проходном терминале и козырнул на прощание; дальше ориентироваться предстояло самостоятельно. В переходах пахло хлорированной водой, озоном и выстуженным металлом.

Изнутри подводная цитадель выглядела куда аскетичнее, чем можно было подумать по циклопическому ангару: никакой тебе вычурной лепнины или бесполезных колоннад, которыми так страдали зодчие Старой Республики. Узкие марши из матового дюрасталя, цветные полосы секторной разметки по переборкам да толстые бронестёкла иллюминаторов, за которыми клубилась непроглядная океанская муть. На внешней гидроизоляции строители явно не экономили, а вот на обогреве коридоров, похоже, решили отыграться по полной.

Сверившись с поэтажной схемой у развилки, я свернул в хозяйственное крыло и притормозил перед массивной гермодверью с трафаретом: «Вещевой и оружейный склад сектора С».

Приложил выданный Триллой чип к считывателю. Замок пискнул зелёным диодом, и тяжёлая створка с тихим шелестом ушла в паз.

Внутри каптёрки густо тянуло консервационной оружейной смазкой и свежей синтетикой. За армированной стойкой выдачи восседал кряжистый интендант в кителе имперского флота, с густыми седыми бакенбардами и массивным кибернетическим имплантом вместо левого глаза. На нагрудной планке читалось: «Старший мичман Хорн». При моём появлении старый служака неохотно оторвался от датапада и смерил мою рыжую шевелюру кислым взглядом, перекатывая в углу рта зубочистку.

— Мусоросжигатель ярусом ниже, парень, — проскрипел каптенармус, постучав костяшками по столешнице. — Каким ветром тебя вообще занесло в режимный блок в таком рванье?

— Начальственным ветром, отец, — невозмутимо ответил я, выложив на стойку серебристый жетон с личной визой кураторши. — Постановка на вещевое и приборное довольствие. Ситх-аколит Кестис.

Хорн прогнал чип через щель терминала; линза его кибернетического глаза с тихим жужжанием сервопривода сфокусировалась сперва на строках приказа, а затем на моей физиономии.

— Ишь ты, — протянул он без малейшего пиетета. — Стало быть, личный выдвиженец Второй Сестры. Что-то вашего брата, одарённых, в последнее время тащат в Крепость пачками, будто грызунов с трюма. То девчонку-мириаланку оформят, то тебя со свалки подберут. Рост, размер какой?

— А сканером прикинуть выйдет? — Я опёрся локтем о барьер. Называть здесь земной сорок восьмой размер было пустым звуком — ещё выдадут чехол на ранкора. — И помимо обмундирования мне требуется ремкомплект под световой меч: фокусирующая линза, катушка индуктора и заготовка из приличного воронёного дюрасталя на корпус.

Интендант криво ухмыльнулся в седую бакенбарду и развернул ко мне боковой монитор:

— Встань по отметкам на коврике, рамка снимет обмер. Ходовую форму, сапоги и сменку белья выдам по аттестату бесплатно. А вот оружейные узлы в твой первичный лимит не вписаны: либо неси отдельную заявку за подписью Сестры, либо оплачивай со счёта. У тебя на балансе шестьсот сорок кредитов. Заводской комплект ЗИП тянет ровно на пять сотен. Выписываем?

Вот же старый казённый жук!

Мой внутренний бухгалтер мгновенно встал в охотничью стойку. Отстегнуть пятьсот кровных монет из шестисот сорока за горсть катушек и кусок трубы?! Память Кэла тут же подбросила расценки с разборок Бракки: красная цена таким деталям без заводских пломб — сотня-полторашка в базарный день, если руки растут из нужного места.

— Побойтесь Императора, мичман, наценка у вас прямо-таки пиратская. — доверительно понизил голос я, подавшись к решётке. — Мне ведь не на парад с этим мечом ходить. Пять лет на разделке флотских корпусов отпахал, живую катушку от пробитой с закрытыми глазами отличу. Неужто в закромах не найдётся трофейного неликвида третьей категории? Проведём списанный лом за сотню, и ещё сотню я докину сверху за труды по подбору. И вам прибавка к флотской пенсии, и я без штанов не останусь.

Старик перестал гонять зубочистку и выразительно скосил живой глаз поверх моей макушки — туда, где под потолком темнела полусфера объектива внутренней безопасности. Я мысленно прикусил язык: хорош гусь, в первый же вечер чуть не наговорил себе на статью о даче взятки должностному лицу.

— Внеплановая дефектовка, стало быть, — на полтона громче, специально для микрофона, произнёс Хорн и развернул консоль к себе. — Имеется ящик ремонтного неликвида со старых изъятий. Сотня по прейскуранту за металл, ещё сотня — официальный сбор за сортировку и проверку узлов на стенде. Итого двести по ведомости. Возврату и рекламации не подлежит, даже если оторвёт пальцы при первом включении. Прикладывай жетон, экономный.

Аппаратная смекалка поистине бессмертна в любой галактике! И перед камерой чист, и сотню за «сортировку» старый хрыч проведёт по своей премиальной графе.

Через пять минут я шагал от склада с увесистым пластиковым кофром под мышкой, сберегши для бюджета триста кредитов чистыми. Покопаться в железе, правда, пришлось основательно: два индуктора я забраковал прямо у стойки из-за пробоев обмотки, зато третий показал на тестере эталонное сопротивление.

Поверх стопки свежей чёрной униформы в кофре лежали отборные потроха от разобранных некогда джедайских клинков. На прощание Хорн даже буркнул, что на следующую выписку ремонтного лома сделает скидку в двадцать процентов — видать, некондиции у него в загашнике скопилось на роту падаванов.

[Операция по счёту: -$200.00 (Ремонтный лом и тариф за дефектовку)]

[Текущий баланс: $440.00]

[Примечание: Интендант Хорн готов к деловому сотрудничеству. Скидка на следующую закупку ремонтного лома: 20%.]

В малой слесарной мастерской в торце коридора ровно гудели вытяжные короба и сухо пахло канифолью от прогретых паяльных станций.

Помещение пустовало: лишь у дальнего стенда ремонтный дроид заканчивал юстировку пехотного карабина, после чего укатил в нишу подзарядки. Доверять собственное оружие казённым автоматам я не собирался, поэтому водрузил кофр на свободный верстак, включил бестеневую лампу и выложил на прорезиненное сукно изувеченный меч Джаро Тапала.

Ну-с, поглядим, что из этого конструктора можно выжать.

За пять лет в Гильдии Разборщиков пальцы Кэла набили моторику не хуже, чем у цехового лекальщика высшего разряда. Поддев магнитным пинцетом оплавленные клеммы в хвостовике, я осторожно отсоединил пробитую энергоячейку и извлёк из внутренней клети сердцевину меча. На тёмной подложке стола тускло вспыхнул крупный гранёный кайбер, в глубине которого после утренней перестройки лениво перекатывались густые багровые сполохи.

Красота, да и только.

Вот только реанимировать полуметровую двуручную оглоблю покойного магистра-ласата не имело ни малейшего смысла: Тапал обладал габаритами гружёного погрузчика и ладонями с совковую лопату, под которые и точился исходный баланс. Мне же, с моей комплекцией и расчётом на резкие уходы с линии атаки, требовался компактный полуторный эфес — а со вторым клинком разберёмся позже, когда подвернётся подходящий донор.

Вооружившись прецизионным плазменным резаком и деталями из тёмного воронёного сплава, я с головой ушёл в сборку.

Время за верстаком пролетело незаметно: руки сами выбирали нужную насадку, а обострившееся чутьё в Силе позволяло ловить малейшие перекосы оптической оси ещё до фиксации резьбы. Искорёженную нижнюю треть трубы я без жалости отсёк и глухо закрыл укороченным ребристым навершием, высвободив внутри полость под резервный конденсатор, тогда как фирменные угловатые лепестки гарды у рабочего эмиттера сохранил для защиты кисти. Сам корпус плотно перетянул накладками из шершавого оружейного полимера, чтобы рукоять намертво сидела даже в мокрой от пота или крови перчатке.

Спустя полтора часа ювелирной подгонки защёлкнулся последний стопорный штифт, и я поднял пересобранный меч на уровень глаз.

Вместо прежнего громоздкого обрубка в ладони лежал строгий угольно-чёрный цилиндр с матовыми стальными кольцами. Проверив изоляцию контуров, я отступил на шаг от стола и вдавил гашетку. Багровый клинок вырвался из гнезда с ровным, низким гулом — без прежнего надсадного дребезга и паразитной вибрации в кисть. Диагностический стенд подтвердил идеальную стабильность дуги: вундервафли из списанного лома, понятно, не родилось, зато риск остаться с потухшей палкой посреди рубки сошёл к нулю.

[Модификация снаряжения завершена]

[Предмет: Световой меч (Кастомная сборка «Прагматик»)]

[Качество: Редкое → Высокоточное]

[Эффект: +15% к скорости выхватывания и контролю в ближнем бою, снижен расход выносливости при блокировании тяжёлых ударов.]

Погасив лезвие, я защёлкнул рукоять на новом магнитном подвесе у правого бедра, смахнул металлическую стружку в бункер утилизатора, а уцелевший после сборки мелкий инструмент — юстировочный калибратор, магнитный пинцет и пару переходников — аккуратно сложил в поясной подсумок. В хозяйстве всё сгодится.

Выделенная мне одиночная каюта в жилом секторе габаритами живо напоминала купе поезда дальнего следования где-нибудь под Хабаровском, разве что без кружевных салфеток и подстаканников: узкая откидная койка с жёстким тюфяком, стенной рундук, экран внутренней связи да крохотный санузел за сдвижной переборкой. Впрочем, после продуваемого всеми ветрами рабочего барака на Бракке эти скромные метры казались номером люкс.

Забравшись в душевой бокс, я выкрутил регулятор горячей воды до упора и с блаженным выдохом подставил макушку под тугие обжигающие струи.

Пять лет, подумать только! Пять долгих лет этот рыжий страдалец мылся ледяной технической обороткой по талонам раз в неделю! С кожи в сливную горловину буквально чёрными ручьями сходила въевшаяся в поры смесь окалины, старого мазута и ржавой пыли. Намылившись казённым антисептическим гелем дважды кряду, я наконец ощутил себя белым человеком, а не выездным слесарем вторчермета.

Растеревшись докрасна вафельным полотенцем, я шагнул к небольшому зеркалу над умывальником и придирчиво изучил доставшееся мне имущество.

А ведь вполне приличный исходник, если присмотреться! Без мешковатой рабочего тряпья стало видно, что пять лет таскания корабельных балок на верфи пошли фигуре впрок: сухая, рельефная мускулатура, жёсткий пресс, развёрнутые для девятнадцатилетнего парня плечи. Вытравить бы ещё из взгляда это каноничное выражение вселенской скорби. Я криво ухмыльнулся собственному отражению — вышло в меру нахально, хотя синяки от недосыпа под глазами никуда не делись. Ничего, до утра отлежимся.

Облачился в выданную Хорном форму: чёрные тактические брюки, заправленные в высокие кожаные сапоги с магнитной подмёткой, и ладно пригнанный по фигуре китель из плотного арамидного волокна с жёстким воротом-стойкой. Сидела обновка как влитая — нигде не тянет, маху руки не мешает, да и видок сразу сделался представительный: хоть сейчас на плакат молодых дарований имперской контрразведки.

Желудок тут же отозвался требовательным урчанием, прозрачно намекая, что сухие галеты из шаттла давно сгорели в топке организма.

На стенном хронометре значилось двадцать один ноль-ноль. До отбоя оставался вагон времени, а дежурная столовая сектора, если верить схеме, работала круглосуточно. Самое время совместить поздний ужин с рекогносцировкой на местности.

В столовой лётного и оперативного состава аппетитно тянуло тушёным мясом со специями и свежесваренным крепким кафом.

Зал в этот час был почти пуст: двое дежурных пилотов у линии раздачи да тройка дознавателей за угловым столом. При моём появлении один из лётчиков скользнул взглядом по воронёной рукояти светового меча у моего пояса и молча уткнулся обратно в тарелку; беседа за их столиком тут же стала на полтона тише.

И правильно, ребята. Меньше знаешь — крепче спишь.

У раздаточной стойки я без ложной скромности загрузил на поднос двойную порцию горячего жаркого из какого-то глубоководного моллюска с гарниром из печёных клубней, пару слоёных булок и большую кружку чёрного кафа с сахаром. Приложил чип к считывателю кассы — по внутреннему льготному тарифу списали смешные пять кредитов, оставив на счёте четыреста тридцать пять.

Коммунизм, да и только!

Устроившись за свободным столиком у огромного панорамного иллюминатора, я с наслаждением отправил в рот первый кусок мяса, поглядывая сквозь толщу бронестекла в подсвеченную прожекторами океанскую бездну, где изредка скользили длинные тени местных левиафанов. После прессованного пайка и дешёвой лапши из прошлой жизни нормальная горячая кухня шла как амброзия.

Правда, доесть в тишине и покое мне не дали.

Спустя десяток минут, когда на тарелке оставалась последняя треть порции, за спиной послышалось тихое, певучее гудение малых репульсоров, а по затылку скользнул колючий холодок чужого внимания — вкрадчивого, насмешливого и откровенно опасного.

Не меняя позы, я неспешно прожевал кусок, промокнул губы бумажной салфеткой и скосил взгляд в зеркальный отблеск бронестекла.

Между рядами пустых столов мягкой, кошачьей походкой шла невысокая гибкая фигура в приталенном чёрно-сером доспехе с узким плащом. У её левого наплечника плавно парил шарообразный дроид-искатель серии ID9, поблёскивая алым зрачком фоторецептора и сложенными под днищем манипуляторами.

Седьмая Сестра собственной персоной.

Я узнал её с первого взгляда: оливково-зелёная кожа мириаланки, геометрическая вязь багровых татуировок на скулах под откинутым забралом шлема и пристальные жёлтые глаза. По мультсериалу об этой дамочке помнилось немногое, но хорошего в том списке не числилось вовсе. Ступала она лениво, почти бесшумно, тогда как её ручной искатель непрерывно водил окуляром по сторонам, сканируя зал.

Сидевший через два стола офицер связи торопливо подхватил свой поднос и ретировался к выходу.

Инквизиторша без спросу остановилась у моего столика, опёрлась бедром о спинку соседнего кресла и с деланным любопытством склонила голову к плечу. Её механический спутник бесшумно перемахнул через край столешницы и завис в полуметре от моей переносицы, сухо щёлкнув клешнями.

— Надо же, вечерние сплетни в нашей тихой обители не соврали, — промурлыкала она грудным, певучим голосом с едва заметным акцентом, оглядев мою рыжую макушку и свежий китель. — Вторая и впрямь привезла со свалки живого падавана, да ещё и выправила ему мундир вместо строгого ошейника, какая умилительная забота.

Я спокойно взял кружку, отпил глоток горячего кафа и поднял взгляд ей в лицо, краем глаза продолжая контролировать парящую у виска железку.

— Добрый вечер, госпожа инквизитор, — произнёс я ровным уставным тоном, обозначив вежливый наклон головы. — Ошейники нынче не в чести у передовой науки, да и на производительность труда влияют скверно. Позволите предложить вам чашку кафа, или вы заглянули исключительно ради светской беседы?

Она коротко рассмеялась и жестом двух пальцев отозвала искателя к своему наплечнику, хотя красный глазок дроида так и остался наведён мне в переносицу.

— Напитки оставь себе. Девятая после вашего спарринга так громко метала громы и молнии в кают-компании, что я не удержалась от знакомства. — Седьмая грациозно опустилась на стул напротив. — Поговаривают, Трилла лично поручилась за тебя перед Гранд-Инквизитором. Чем же ты сумел так очаровать нашу ледяную деву, Кэл Кестис?

Ага. Стало быть, рапорт Триллы с борта шаттла уже стал достоянием местного серпентария. Седьмая, конечно, могла и брать на понт, но вывод напрашивался очевидный: теперь любой мой прокол автоматически прилетит рикошетом по позициям самой Второй Сестры.

Главное — не купить за чистую монету этот игривый тон. Деталей её биографии из «Повстанцев» я дословно не помнил, но зачем конкурентка подсаживается к свежему человеку чужого куратора, угадывалось и без всякого послезнания.

— Боюсь разочаровать ценителей романтической прозы, госпожа, но пока я всего лишь сдал входной норматив по физподготовке, — ответил я, отламывая край слоёной булки. — А на что сгодился — выяснится завтра утром. Госпожа Вторая просто предпочла взглянуть на товар в деле, прежде чем списывать в утиль.

Мириаланка мелодично рассмеялась, и я поймал себя на мысли, что в её хищной кошачьей пластике есть чертовски цепляющее ведьмовское обаяние. Вот только ладонь в перчатке она при этом держала на колене — в ладони от кольцевой рукояти собственного меча.

— О, выжимать из людей ресурс она умеет, — протянула Седьмая, подавшись грудью на скрещённые предплечья; до меня донёсся терпкий, пряный шлейф восточных благовоний, и я машинально отодвинул кружку от её длинных пальцев. — Только не тешь себя иллюзиями насчёт её покровительства, мальчик. Сейчас ей срочно потребовался подручный под одну закрытую охоту. Закроет дело — и твоя полезность истечёт в ту же минуту. Если вдруг поймёшь, что с куратором не сошлись характерами, — поднимайся на четвёртый ярус. В нашем ведомстве полезно иметь запасную дверь. К слову: полётное задание на утро она тебе уже выписала?

Хе-х, классическая перевербовка прямо над тарелкой рагу! Ненавязчиво, мило и с прицелом в печёнку.

Сдавать Триллу ради красивых жёлтых глаз я, разумеется, не собирался: со Второй Сестрой у меня хотя бы имелся понятный деловой расклад, тогда как Седьмая предлагала дырку от бублика и туманные намёки в обмен на готовый компромат. Впрочем, хамить в лоб старшему по званию тоже было глупо — в таком гадюшнике худой нейтралитет всяко лучше открытой вражды.

— Пока мне выписали только наряд явиться в восемь утра без опозданий, — развёл руками я. — А полётные планы моей начальницы надёжнее уточнять у неё лично. Согласитесь, вам и самой вряд ли сгодится в хозяйстве стажёр, который продаёт своего куратора в первый же вечер за порцией казённого ужина. Вот обрасту опытом, сделаю себе имя — тогда и над смежными проектами подумать не грех.

Седьмая несколько секунд немигающе изучала моё лицо, затем плавно откинулась на спинку стула; искатель у её плеча сухо щёлкнул затвором оптики.

[Имя: Седьмая Сестра]

[Лояльность: 0% → 10%]

[Примечание: Вежливый отказ принят к сведению. Интерес сохраняется; намерения неясны.]

— Что ж, сперва доживи до этого имени, рыжик. — Она поднялась из-за стола и небрежным движением поправила складку плаща. — Но маршрут на четвёртый ярус не забывай. Спокойной ночи.

Дроид-искатель издал короткую трель и уплыл за хозяйкой, а я проводил взглядом её мерно покачивающиеся бёдра до самых дверей шлюза.

Выдохнув сквозь зубы, одним глотком допил остывший каф.

М-да, коллективчик тут подобрался один к одному — палец в рот не клади, оттяпают по самый локоть. С другой стороны, именно на стыке чужих ведомственных амбиций умному человеку проще всего сколотить собственный капитал, если вовремя соображать, кому и какой снаряд подавать.

Ровно в семь пятьдесят восемь утра я как штык стоял перед бронированной створкой личного блока Второй Сестры на верхнем командном ярусе.

Отдохнуть за ночь удалось на славу, а спозаранку я даже успел заглянуть на полчаса в пустой малый тир и погонять на третьей скорости штатного тренировочного дроида-стрелка, пристреливая баланс пересобранного «Прагматика». Теперь в зеркале отражался не вчерашний оборванец с товарняка, а образцовый младший оперативник: гладко выбритый, в отутюженном чёрном кителе и начищенных до зеркального лоска сапогах.

Палец лёг на клавишу вызова ровно за тридцать секунд до контрольного срока. Точность — вежливость королей и главная страховка от внеплановых спаррингов с Девятой Сестрой.

Дверь с тихим шипением ушла в стену.

В личном кабинете наставницы пахло сухим озоном от работающего голопроектора и тем самым тонким горьковато-цветочным ароматом, который я запомнил ещё в шаттле. Помещение делилось на рабочую зону с полукруглым тактическим столом и минималистичную площадку для медитаций у панорамного бронестекла, за которым в чёрной толще воды били лучи донных прожекторов.

Сама Трилла стояла у проекционного колодца в расстёгнутом на верхнюю пуговицу кителе без наплечников и плаща, сосредоточенно листая висящую в воздухе трёхмерную астрокарту. Густые тёмные волосы были убраны на затылке в строгий узел, открывая чистую линию шеи.

— Аколит Кестис по вашему приказанию прибыл, госпожа инквизитор, — отчеканил я у порога и, дождавшись кивка, шагнул к кромке рабочего круга.

Не оборачиваясь, Трилла движением кисти свернула голограмму сектора, однако за долю секунды до гашения луча я успел выхватить взглядом индекс в верхнем углу: «Система Богано».

Вот оно как. Уже Богано! Каким макаром она раскопала координаты Кордовы на самой заре сюжета? Ставим галочку в уме: моя память об игре остаётся отличным справочником по географии и ловушкам, но календарное расписание канона только что полетело в тартарары.

Вторая Сестра неспешно развернулась ко мне, опёрлась бедром о скос металлической консоли и скрестила руки на груди. Её карие глаза с лёгким прищуром прошлись по моей фигуре сверху вниз: от аккуратно приглаженных рыжих вихров до воронёного эфеса на поясе и носков сапог.

После горячего душа и утюжки я по крайней мере не смотрелся мусорным пятном посреди её стерильного кабинета — и, судя по всплывшей плашке интерфейса, преображение пришлось ко двору.

[Имя: Вторая Сестра (Трилла Судури)]

[Лояльность: 25% → 28%]

[Примечание: Внешний вид и пунктуальность оценены положительно. Контраст со вчерашним оборванцем сыграл вам на руку.]

— Мичман Хорн провёл по твоему счёту ремонтный неликвид со сборами на двести кредитов, — произнесла она. — А сегодня утром на разводе хвалился коллегам, что наконец пристроил залежалый лом из старых конфискатов. Ты точно сэкономил бюджет, Кестис, или просто оплатил старому проныре приличный ужин?

— Две пробитые катушки я ему вернул прямо через прилавок, госпожа, а оставшееся железо прогнал через стенд в мастерской, — спокойно ответил я. — Сбережённый кредит — это заработанный кредит. А из отобранных узлов вышел вполне рабочий инструмент.

Инквизиторша протянула открытую ладонь:

— Дай сюда.

Я без малейшей заминки отстегнул с магнитного зажима переделанную рукоять и вложил эфес в её прохладные пальцы. Трилла со знанием дела покачала оружие на весу, провела большим пальцем по накатке полимерного хвата и нажала клавишу. Густой багровый клинок бросил алые блики на её сосредоточенное лицо. Она выполнила короткую, неуловимо слитную восьмёрку кистью, проверяя отклик и развесовку, после чего погасила луч и чуть приподняла бровь:

— Центр тяжести стал куда лучше. И контур не греется. Впрочем, настоящим боем ты эту сборку ещё не крестил. А теперь докладывай про вечер в столовой: дежурный офицер сообщил, что к тебе подсаживалась Седьмая Сестра. Чего она добивалась?

Вот и наглядная демонстрация того, под каким колпаком я здесь хожу. Чертовски вовремя я вчера включил режим корпоративной верности!

— Пыталась выудить маршрут нашего ближайшего вылета и звала заглянуть на четвёртый ярус, если мы с вами не сойдёмся характерами. — Я вернул меч на поясное крепление. — Ответил, что кроме приказа явиться к восьми утра никаких директив не получал, а бегать от куратора к куратору за тарелкой казённого рагу — дурной тон.

Уголки губ Триллы дрогнули в короткой усмешке; она оттолкнулась от края стола и шагнула к обзорному окну.

— Похвальная разборчивость. Поглядим, на сколько её хватит, — обронила она, заложив руки за спину и вглядываясь в тёмную толщу океана. — О любых следующих подходах её людей докладывать мне незамедлительно. И запомни: я вытащила тебя с Бракки не за подвешенный язык. В храмовой карточке Тапала стояла пометка о твоей врождённой психометрии. Считывать эмоциональные следы Силы с мёртвых предметов способны единицы. Мне нужен ищейка, способный брать след там, где пасуют штатные сканеры. То, что ты вдобавок недурно обращаешься с паяльником, — приятный довесок, но главную ценность тебе предстоит доказать на выезде.

Я счёл за лучшее остановиться у кромки стола: дар психометрии у Кэла действительно имелся в крови, вот только беда заключалась в том, что вызывался он пока спонтанно и без моего спроса. Наобещать сейчас золотые горы, а на месте опозориться перед пустым камнем — верный способ сменить купе аколита на пыточную Девятой.

— Отпечатки с вещей иногда приходят, госпожа, но пока без чёткого контроля с моей стороны, — честно предупредил я. — Речь ведь пойдёт о Богано? Я успел заметить индекс сектора, когда вы гасили карту.

— О нём. И дальше этих стен название планеты выйти не должно. — Трилла вернулась к пульту и снова развернула проекцию, оставив в воздухе лишь зелёно-рыжую сферу мира с пульсирующим маркером посреди горных плато. — Мастер Эно Кордова, учитель Цере Джанды, годами вёл там закрытые изыскания и, судя по вытянутым из неё некогда обрывкам сведений, оборудовал в древних руинах тайник под голокрон с полным реестром чувствительных к Силе детей. Координаты планеты я вычислила по старым навигационным логам его корабля. Разведывательный зонд подтвердил наличие построек на плато, но вскрыть внешний контур не сумел. А после вчерашней стычки на Бракке Цере наверняка рванёт к схрону напрямую.

— И если этот список ляжет на стол лорду Вейдеру из ваших рук, соседям по этажу останется только кусать локти, — негромко резюмировал я. — Потому вам и понадобился напарник со стороны, не завязанный на чужие кланы внутри Крепости?

В моей собственной голове при слове «голокрон» уже начал вырисовываться куда более дальновидный гешефт, однако светить им перед начальницей сейчас было смерти подобно. Сперва стоило добраться до самого ларчика и прощупать, насколько уютно сама Трилла чувствует себя на коротком поводке у ситхов.

— Мне нужен чистый результат, Кэл. Без утечек и непрошеных помощников, — отрезала она, шагнула ко мне и коротким движением пальцев поправила чуть съехавший воротник моего кителя. — Идём вдвоём на малом курьере. По сводкам базы ты проходишь как прикомандированный техник-следопыт под мою личную ответственность. Дашь мне вход в Хранилище или рабочий след к следующему узлу Кордовы — переведу три тысячи кредитов из собственного оперативного фонда. Готовность к вылету — два часа.

[Новое сюжетное задание: Экспедиция на Богано] [Описание: Сопроводить Вторую Сестру к Хранилищу и найти доступ к архиву либо дальнейший маршрут Кордовы.] [Награда: 3 Очка Силы, $3 000.00, повышение уровня доверия куратора] [Дополнительная цель: Заполучить личного дроида-компаньона BD-1 под свой контроль.]

Опаньки! А вот про ушастого бипедального дроида старика Кордовы я в этой круговерти едва не позабыл! BD-1 на Богано — это же ходячий голопроектор с картами, полевой сканер, податчик стимуляторов и отмычка к древним механизмам в одном флаконе. Увести такую умную жестянку под видом неучтённого трофея сам бог велел.

— К отправке буду как штык, госпожа инквизитор. Разрешите последний шкурный вопрос: мне по разнарядке полагается хотя бы пара бакта-инъекторов? В диких прериях лечиться подорожником и честным словом как-то несподручно.

— Полагается. И очень надеюсь, что ты не примешься торговаться со смертью из экономии перевязочного пакета, — сухо заметила она, гася проектор. — Третий лётный док. Бортовой медотсек курьера привязан к твоему жетону, получишь полевую укладку на месте. Свободен, Кестис.

Выйдя в коридор, я сверил по настенному указателю короткую дорогу к лётным палубам и зашагал в каюту за инструментом.

Два часа до старта по здешним меркам — царский подарок: хватит времени и снаряжение подогнать, и спокойно вспомнить все каверзы боганийских террас, прежде чем подписываться на полевую археологию.

Глава 5

Глава 5

На стартовом пятачке дожидался вылета компактный разведывательный курьер со скошенными плоскостями крыльев и спаренной кабиной — вчерашний громоздкий десантный челнок Трилла благоразумно оставила в общем ангаре. Чёрный дроид-астромеханик как раз отстыковывал от правого борта заправочные рукава, а дежурный техник палубы снимал контрольные пломбы с сервисных лючков.

Ни единого штурмовика у сходней не наблюдалось, так что про вылет без лишних глаз начальница сказала не для красного словца. Полной невидимости в эфире это, понятно, не давало — полётный диспетчер всё равно занесёт бортовой номер в журнал, — но хотя бы внутри корпуса не придётся оглядываться на чужие уши.

Поднявшись по узкому трапу в кормовой кубрик, я первым делом отыскал на переборке бронированный шкафчик медблока и приложил свой жетон к считывателю. Замок щёлкнул, открывая аккуратные соты укладки.

Ну-с, проверим, не поскупилась ли кураторша на медицину. Внутри обнаружилась добротная тактическая сумка через плечо: четыре ампулы концентрированной бакты, два армейских нейростимулятора, гемостатический пакет и пара запасных энергоячеек. Если память Кэла не врала, на чёрном рынке Бракки за такой набор оторвали бы с руками сотен пять кредитов; радовало одно — загонять лекарства барыгам, чтобы купить себе ужин, мне больше не требовалось.

Перекинув ремень медсумки через плечо и закрепив подсумок на поясе слева в противовес мечу, я прошёл по короткому переходу в пилотскую рубку.

Вторая Сестра уже занимала левое кресло командира, без перчаток пробегая пальцами по подсвеченным тумблерам предполётного контура. Сегодня она сняла тяжёлый плащ, оставшись в приталенном боевом кителе с асимметричным левым наплечником, а свой шлем закрепила в магнитном ложементе у переборки.

— Аптечку уже выпотрошил? — не отрываясь от навигационного дисплея, поинтересовалась она и кивком указала на правое кресло второго пилота. — Занимай место и пристёгивайся. Идём налегке: свидетели из штурмового корпуса на Богано нам ни к чему.

Опустившись в упругий ложемент, я защёлкнул на груди замок четырёхточечных ремней.

— Полевой комплект принял, госпожа инквизитор, — доложил я, бегло знакомясь с дублирующей приборной доской: индикаторы щитов и тяги читались легко, а в тонкую настройку авионики я благоразумно решил руками не лезть. — Премного благодарен за снабжение. С таким запасом химии лезть в древние развалины куда веселее.

Судури едва заметно дёрнула уголком губ и плавно подала вперёд спаренные сектора газа.

Курьер мягко оторвался от палубной решётки, выскользнул за ворота дока и свечой ушёл в штормовую облачность. Через минуту болтанки фонарь кабины залил холодный звёздный свет. Дождавшись зелёного сигнала от навигационного вычислителя, Трилла потянула на себя рычаг гипердвигателя и точки созвездий за бронестеклом вытянулись в сияющее голубое марево подпространства.

Управление перешло к автопилоту. Я только собрался откинуть затылок на подголовник, чтобы вздремнуть с дороги, как девушка повернула голову в мою сторону. В мертвенно-голубом отсвете гипертоннеля её лицо с чёткими скулами казалось выточенным из слоновой кости, однако взгляд тёмных глаз оставался всё таким же цепким.

— До выхода на орбиту Богано полтора часа лёту, — произнесла она, переплетя пальцы на подлокотнике. — Самое время проверить, насколько твёрдо ты помнишь курс истории своего бывшего Ордена, Кестис. Что именно тебе известно о мастере Эно Кордове?

Сдавать зачёт по сюжету игры, титры которой я разглядывал сутки назад, было бы проще пареной репы, если бы не одна тонкость: требовалось чётко фильтровать то, что реально мог слышать в Храме тринадцатилетний падаван Тапала, от сведений, почерпнутых мной с дивана у монитора.

— Кабинетный археолог и чудак, — ответил я, аккуратно перебирая собственные воспоминания Кэла. — В Храме о нём вспоминали в основном в связи с дальними раскопками во Внешнем Кольце. Изучал вымершие культуры, годами пропадал в экспедициях. Слышал краем уха про расу зеффо, но в детали тогда не вникал — мастер Тапал гонял меня по тактике и строевой, а не по музейным архивам.

Трилла перевела взгляд на бегущие строки маршрутного монитора; её пальцы на подлокотнике непроизвольно сжались.

— Цере на допросах упоминала о его пророческом видении. Старик предчувствовал скорый крах Ордена, но Высший Совет отмахнулся от его выкладок, — негромко заговорила она. — На Богано Кордова отыскал нетронутое святилище зеффо и замуровал голокрон внутри. Нам этот носитель нужен в полной сохранности, поэтому утюжить плато корабельными турболазерами мы не будем.

— Если яхта Джанды после моего подарка на Бракке осталась на ходу, она вполне может опередить нас у руин, — заметил я. — Мы ведь дали ей фору в целую ночь, пока летали на Нур.

При упоминании бывшей наставницы Трилла медленно повернула лицо ко мне, и я поймал себя на том, что невольно вжимаюсь лопатками в спинку кресла: в тесной рубке от неё вдруг пахнуло такой стужей, что хоть тулуп надевай.

— Никак опасаешься повторного свидания со своей спасительницей?

Сейчас мы ступили прямиком на минное поле её личной травмы, так что слова тут надо дозировать очень тонко.

— Мне её вчерашней гранаты хватило выше крыши. А вот у вас к ней, судя по всему, имеется куда более старый счёт, — осторожно проговорил я. Задавать вопрос, ответ на который я прекрасно знал по игре, всё равно пришлось с оглядкой: — Она ведь была вашим мастером?

Инквизиторша несколько долгих секунд буравила меня немигающим взглядом — я уже мысленно приготовился к окрику «не твоё дело, аколит», — однако она молча отвернулась к лобовому остеклению.

— Была. Годами твердила мне о стойкости духа и верности Свету, — глухо уронила она. — А потом её взяли живьём. Под пыткой Цере сдала координаты конспиративного убежища, где я укрывала младших падаванов. Вскоре в соседнем боксе нашлось место и для меня. Когда дознаватели продемонстрировали ей, во что меня превратили, Джанда сорвалась в Тёмную сторону, перебила охрану и вырвалась с базы. В одиночку. За мной она даже не попыталась вернуться.

Одно дело — слушать эту исповедь через динамики наушников за чашкой чая, и совсем другое — сидеть в полуметре от живой женщины и видеть, как белеют костяшки её пальцев на обшивке кресла. За всей имперской бронёй Второй Сестры стояла предельно простая и страшная вещь: родной учитель сперва продал её палачам, а затем бросил в аду, спасая собственную шкуру.

— После такого расклада я бы и на пушечный выстрел к её трапу не подошёл, — негромко сказал я. — И гроша ломаного за её новые призывы спасать галактику не дал.

Трилла не ответила, лишь медленно разжала сведённую кисть; на чёрной коже подлокотника остались глубокие лунки от ногтей.

— На Богано мы вынем у неё из-под носа последнее, ради чего она всё ещё цепляется за прошлое, — отчеканила инквизиторша. — Потребуется идти за ключом через полгалактики — пойдём. Твоё дело на сегодня — дать мне след в руинах, Кэл. С Цере я разберусь сама.

[Имя: Вторая Сестра (Трилла Судури)]

[Лояльность 28% → 33%]

[Примечание: Она допустила разговор о прошлом. Продолжать расспросы сейчас не стоит.]

Я благоразумно прикусил язык: путать минуту откровенности с правом лезть к начальнице в душу грязными сапогами было бы непростительной глупостью.

Когда Трилла развернула на боковом экране топографическую съёмку плато, я прикрыл веки и вызвал меню Системы. До входа в атмосферу стоило с умом пристроить свободное очко Силы, полученное за вчерашнюю аттестацию в тренировочном зале.

В атакующей ветке за единицу опыта ничего толкового не предлагалось, зато в прикладном разделе отыскался крайне любопытный узел: «Техногенный эмпат (Малый взлом)». Способность позволяла на короткой дистанции считывать топологию простых электронных контуров, перебрасывать локальные метки «свой-чужой» и подключаться к открытым диагностическим шинам без паяльника. Криптографические замки высшего класса и глубинные протоколы личностной лояльности дроидов этому трюку не поддавались — ну да ладно, взламывать Звезду Смерти силой мысли с первого уровня никто и не обещал.

Зато для первичного контакта с ушастым хранителем секретов Кордовы — в самый раз!

Я мысленно подтвердил изучение. В висках тут же закололо сухой статикой, а под закрытыми веками проступила тонкая светящаяся паутина ближайших энергоузлов: сервомоторы кресла, лампа подсветки, шина бокового пульта; а вот от попытки прощупать главный навигационный вычислитель в лобную кость сразу стукнуло тупой ломотой. Туда я соваться не стал — долететь до планеты хотелось в целом виде.

Оставшийся час прыжка я посвятил разбору системных примечаний к новому навыку, пока зуммер на центральной стойке не возвестил о подходе к точке выхода.

На старой посадочной платформе Богано пахло прелой степной травой, нагретым известняком и озоном от остывающих маневровых дюз нашего курьера.

Сойдя по аппарели на растрескавшиеся каменные плиты, я невольно сощурился от яркого высокого солнца и полной грудью вдохнул свежий ветер. После ядовитого смога Бракки и сырого склепа подводной базы Нур здешнее высокогорье казалось сущим санаторием: до самого горизонта волнами уходили изумрудно-зелёные столовые горы, рассечённые глубокими карстовыми каньонами, а на севере, вздымаясь над долиной подобно исполинскому каменному клыку, темнел древний свод Хранилища.

Живописно, спору нет. Жаль только, что мы сюда не на пленэр выбрались.

Трилла сошла следом, пристегнула шлем к поясному зажиму и сверилась с экраном наручного локатора; порыв ветра подхватил полы её кителя и выбил из тугого узла на затылке пару тёмных прядей.

— Прямой переход от посадочного круга обрушен, — сказала она, оглядев рваный провал на месте древнего виадука. — Известняковый массив под нами сплошь изъеден карстовыми пещерами и норами местной живности. Придётся спускаться в обход по нижним ярусам.

Не успела она закончить фразу, как справа, со стороны проржавевших водосбросных труб, донёсся дробный металлический перестук и заливистая вопросительная трель бинарного кода.

Я мгновенно развернулся на звук, положив ладонь на эфес меча.

На кромке каменного парапета в двадцати шагах от трапа восседал компактный двуногий дроид-исследователь с плоской прямоугольной головой, парой разнокалиберных линз-окуляров и подвижными локаторными «ушками». Бело-оранжевый кожух малыша местами облупился и перепачкался рыжей глиной, но оптика светилась самым неподдельным любопытством.

BD-1 собственной персоной выбрался из старой мастерской поглядеть на гостей! Похоже, звук посадки корабля перевесил в его кремниевых мозгах протоколы осторожности.

Трилла среагировала с быстротой броска кобры: её правая рука взметнулась вперёд, и незримая удавка телекинеза намертво спеленала пискнувшего дроида, сорвала его с карниза и по воздуху приволокла к нашим ногам.

— Серия BD, личный исследовательский модуль Кордовы, — констатировала она, удерживая беспомощно дёргающего лапками малыша в полуметре над камнем. — Отлично. Сейчас заблокируем приводы, отнесём на борт и выпотрошим банк памяти через дешифратор.

А вот это был прямой путь угробить половину дела: если жестянку запрут в трюме под нож штатного дознавателя, лазать по здешним вертикальным колодцам и закрытым мостам нам придётся на своих двоих, да и зашифрованный архив старика при грубом взломе наверняка сотрётся в ноль. Самое время проявить техническую инициативу!

— В поле он принесёт куда больше пользы, госпожа инквизитор. Разрешите сперва прощупать сервисный контур? — Я вынул из подсумка юстировочный калибратор. — Основной накопитель я трогать не стану, чтобы не сорвать защиту Кордовы, а вот ходовые приводы и локальную карту к нашему допуску привяжу.

Трилла скользнула взглядом по инструменту в моей руке и опустила дроида на каменную плиту, продолжая прижимать его стальные ступни телекинезом:

— Даю две минуты. Попытается запустить цикл самоочистки памяти — руби питание. И первым делом заглуши внешний передатчик.

— Будет сделано.

Две минуты с секундомером на первую полевую обкатку свежего навыка — не густо, но жаловаться не приходилось: если сяду в лужу, вариант с разборкой в кубрике от нас никуда не убежит.

BD-1 тревожно засвистел, силясь довернуть оптику в сторону нависающей над ним Второй Сестры. Я опустился перед ним на одно колено и намеренно развернул пустую левую ладонь, показывая, что ломать его корпус мы не торопимся.

Тише, мелкий. Сейчас проведём плановое ТО ко всеобщей выгоде.

Положив калибратор на колено, я коснулся шейного кожуха дроида и пустил тонкий поисковый импульс «Техногенного эмпата». Первую секунду в голове звенело от мешанины чужих микротоков, но на расстоянии вытянутой руки контуры быстро проступили в резкости.

Система тут же высветила верхний сторожевой фильтр Эно Кордовы: «Ожидание одарённого Силой. Обязательная проверка личной надёжности перед дешифровкой главного дневника». Ниже темнел наглухо запечатанный массив экспедиционного архива — туда мой начальный навык не позволял даже сунуть нос. Зато в левом коленном сервоприводе дроида обнаружилась банальная механическая беда: в шестерню набился кварцевый песок, из-за чего контроллер непрерывно гонял по кругу открытый незащищённый канал самодиагностики шасси!

Хе-х, путь к сердцу любой порядочной техники лежит через грамотную смазку и чистку приводов!

Через открытую шину я первым делом обесточил контур дальней радиосвязи, после чего кивнул Трилле чуть ослабить нажим на левую опору. Поддев защитную крышку сустава кончиком калибратора, я магнитным пинцетом вычистил спекшуюся песчаную пробку, выправил подогнутый концевик и уже по прямому сервисному мосту зашёл в локальный реестр операторов шасси. Вписал туда свой идентификатор и код Второй Сестры, выставив нашим текущим командам высший технический приоритет. На этом остановился: ломать базовую личность малыша или курочить шифрованный банк памяти Кордовы я не стал. Подделать временный пропуск на вахту — дело житейское, а вот бить кувалдой по сейфу с секретами себе дороже.

Аварийный красный диод на затылке BD-1 мигнул и сменился ровным зелёным огоньком сервисного режима.

Дроид удивлённо повёл «ушками» и пару раз пробным шагом согнул освобождённую левую лапу, оценивая лёгкость хода. Когда я подставил предплечье, Трилла полностью сняла телекинетический зажим. Малыш на секунду замер, сверкнув на меня большой линзой, затем ловко вскарабкался по обшлагу рукава и преспокойно угнездился у меня за правым плечом, зацепившись магнитными лапками за погон кителя. По крайней мере, между человеком с отвёрткой и дамой с удушающим захватом он выбрал первого.

[Получен уникальный компаньон: Дроид-исследователь BD-1]

[Статус: Локальный служебный допуск изменён. Команды носителя приоритетны для базовых функций.]

[Функции: Картография, сканирование, подача стимуляторов. Работа с терминалами — в пределах установленного оснащения.]

[Примечание: Личность и исследовательские протоколы сохранены. Проверка доверия не пройдена. Архив Кордовы зашифрован.]

Я поднялся на ноги, убирая инструмент в подсумок, и повернулся к начальнице. Устроившийся у моего воротника BD-1 деловито высунул плоскую башку из-за моего уха и издал короткий приветственный писк.

Трилла шагнула вплотную и провела датчиком наручного сканера вдоль корпуса дроида; тот послушно замер под лучом.

— Внешний передатчик обесточен, — сверившись с экраном, кивнула она. — Что с архивом?

— Личный дневник старика под двойным криптозамком, с ходу не вскрыть. Зато я прописал нас в сервисный реестр: удирать он не станет и по топографической карте плато проведёт исправно. Заодно вычистил заклинивший привод колена. — Я поправил лямку медсумки на груди. — А ключи к записям Кордовы, судя по структуре защиты, привязаны к контрольным точкам самого маршрута. Предлагаю прогуляться до Хранилища в компании местного проводника.

Она ещё раз смерила дроида прищуренным взглядом, убрала сканер и указала на каменный спуск между скал:

— Пусть выводит на тропу. Но глаз с него не спускай, Кестис: за любой фокус этой жестянки ответишь головой.

Маршрут по нижним карстовым террасам Богано живо напомнил мне полосу препятствий для штурмовых подразделений.

У края первого каньона обнаружился старый секционный мост от геологоразведочной партии — его подъёмный пролёт намертво заклинило в вертикальном положении. BD-1 по стальной ферме перемахнул на ту сторону к распределительной коробке и высветил мне схему: обычная силовая релейка без всяких затей. Я коротким импульсом техноэмпатии замкнул пускатель аварийного сброса, а Трилла помогла сорвать прикипевший стопор рывком Силы. Многотонный настил рухнул на береговые быки с таким грохотом, что о скрытном подходе можно было не мечтать, зато переправляться через бездну на руках по ржавым трубам не пришлось.

Дальше Вторая Сестра пошла головной, легко и пружинисто беря крутые каменные уступы. Наблюдать сзади за работой её фигуры в плотно облегающем боевом кителе было истинным удовольствием, однако после того, как мой сапог дважды соскользнул на осыпи у самого обрыва, я благоразумно переключил внимание под ноги. Эстетика эстетикой, а лечить открытый перелом в овраге — сомнительное развлечение.

За очередным изгибом расщелины тропа вынырнула на край широкой болотистой котловины, поросшей по кромке бурыми губчатыми наростами.

Из низины ощутимо пахнуло стоячей тиной, сыростью и старой падалью.

Сидящий у меня на погоне BD-1 вдруг пронзительно заверещал, сфокусировав луч сканера на груде обглоданных костей под нависающим карнизом, а в затылке у меня одновременно кольнуло ледяной иголкой боевого предчувствия.

— Назад, госпожа! — выкрикнул я.

Трилла уже сама замерла у среза двухметрового уступа, вглядываясь в тёмный зев грота на том берегу. В ту же секунду бурая жижа посередине котловины вскипела, и из полумрака пещеры со свистом бича выметнулся бугристый липкий язык длиной с хороший гравицикл.

Мы отшатнулись синхронно. С влажным шлепком ударив по голому известняку в полуметре от наших сапог, мерзкий отросток утянулся обратно в пасть, а следом на солнечный свет грузно выполз сам хозяин угодий.

Оггдо-Богдо! Та самая легендарная трёхглазая жаба-переросток габаритами с малый бронетранспортёр, на которой в своё время игроки пожгли больше нервных клеток, чем на всей инквизиторской рати вместе взятой. Тварь гулко клацнула частоколом кривых зубов — такой хлеборезкой впору перекусывать штурмовика пополам вместе с нагрудником — и уставилась на нас снизу вверх тремя выпученными жёлтыми бельмами.

— Перекрывает единственный выход из лощины. — Трилла оценила рельеф и сняла с пояса кольцевую рукоять; два багровых лезвия с гулом окрасили серый камень. — Я беру её с фронта. Заходи по левому карнизу и не прыгай вниз, пока тварь не развернёт тушу ко мне.

Искать обходной путь означало топать обратно к железному мосту и терять минимум полчаса — с учётом того, что Цере Джанда могла свалиться на плато с минуты на минуту, проще было выпотрошить земноводное на месте. Если, конечно, сама жаба не решит пообедать нами раньше.

Я зажёг свой «Прагматик» и рысцой ушёл по скальной полке влево. По игровому опыту я слишком хорошо помнил, чем кончается попытка фехтовать с этой бронированной тушей лоб в лоб, а волшебных точек медитации, мгновенно заживляющих откушенные конечности, в реальную жизнь не завезли.

Трилла с разбегу спрыгнула на плоский валун справа от монстра и вскользь полоснула лезвиями по его бугристому плечу. Шкура зашипела, брызнув горелым жиром; Оггдо оглушительно взревел и всей массой развернулся к обидчице, отсекая ей обратный прыжок на карниз. Вторая Сестра встретила таранный рывок коротким уводом, рассекла угол клыкастой пасти и легко ушла перекатом к скальной стенке.

Тварь тут же выстрелила вдогонку языком — Трилла перехватила его в воздухе волной Силы и вжала в грязь, однако разъярённый мутант продолжал переть буром по скользкой глине, зажимая инквизиторшу в глухой каменный угол.

Мой выход! Торчать на балконе зрителем, пока начальницу прессуют к стенке, в мои карьерные планы точно не входило.

Я сиганул с уступа прямо за корму зверюги и с двух рук впечатал заряд стазиса в её толстую заднюю лапу. Переднюю половину туши по инерции ещё тащило на Триллу, но зафиксированный зад занесло юзом по болотной жиже — этого просвета Второй Сестре хватило, чтобы уйти из-под клацнувших челюстей.

— Держу заднюю! — рявкнул я и с оттяжкой рубанул багровым клинком по натянутому как канат сухожилию выше сустава. Лезвие вошло лишь на треть толщины, но зверюгу перекосило от боли.

Оггдо яростно взвыл и принялся разворачиваться на месте; я еле успел отскочить за валун от слепого маха освободившейся лапы, сбрасывая стазис.

Трилла не упустила ни доли секунды: шагнув сбоку к разинутой от рёва пасти, она снизу вверх по самую гарду вогнала передний клинок сквозь мягкое нёбо в черепную коробку и с силой рванула эфес на себя. Верхнюю челюсть монстра развалило до центрального глаза; инквизиторша пружинисто отпрыгнула на сухой камень за миг до того, как многотонная туша рухнула мордой в болотную хлябь.

Борозда грязи плеснула до самых наших колен. Гигантская амфибия пару раз судорожно дёрнула лапами и затихла, выпуская из прожжённого свода черепа струйку сизого пара.

[Устранён элитный хищник: Альфа-Оггдо]

[Начислено: 1 Очко Силы (Доля опыта за совместный бой)]

[Примечание: Согласованные действия. Проход свободен.]

Отлично, ещё один балл развития в копилку!

Погасив меч, я шагнул к Трилле. Та брезгливо стряхивала с наруча комья бурой тины; на правой скуле начальницы застыл мазок болотной глины, а из причёски выбилась мокрая прядь. Вид после охоты у нас обоих был весьма далёк от уставного лоска.

— Сами целы, госпожа инквизитор? — поинтересовался я, тормозя в шаге от неё и извлекая из нагрудного кармана сухую стерильную салфетку из утреннего пайка.

— Цела. А вот сапоги от этой дряни придётся отчищать до вечера, — отозвалась она, пристёгивая меч к поясу. — Стазис дал вовремя. Но впредь предупреждай голосом за секунду до сброса: я закладывалась на то, что лапа простоит в захвате чуть дольше.

— Принято к исполнению. Списание столь ценного руководителя в мои квартальные отчёты не входит, — серьёзно кивнул я и протянул салфетку к её лицу.

— Не наглей, Кестис. — Трилла перехватила моё запястье в воздухе, секунду буравила взглядом салфетку, потом перевела глаза на меня и чуть ослабила пальцы. Я аккуратно промокнул грязный развод со скулы одним движением, пока высочайшее дозволение не отозвали. Руку она отпустила уже без прежней металлической жёсткости.

[Имя: Вторая Сестра (Трилла Судури)]

[Лояльность: 33% → 38%]

[Примечание: Сработались в бою. Нахальная забота не отвергнута.]

Пока начальница убирала за ухо выбившуюся прядь, BD-1 у меня на плече азартно запищал, спрыгнул в траву и бодрой рысцой припустил под своды тёмного грота, откуда недавно вылезла жаба.

Опа, а ведь в логове этого мини-босса по канону обязательно должен лежать какой-нибудь полезный тайник от прошлых неудачливых туристов!

В глубине пещеры под грудой камней действительно обнаружились герметичный экспедиционный ящик старого образца и полуистлевший костяк в обрывках проходческого скафандра. BD-1 подсветил прожектором закисший кодовый замок контейнера; я пару раз провернул штифты калибратором, и проржавевшая собачка со щелчком отскочила.

Мой внутренний хомяк восхищённо потёр лапки. Мародёрство? Помилуйте! Исключительно реквизиция бесхозных ценностей в доход имперской казны!

В ложементе кофра покоился брусок тёмно-серого металла с характерным волнистым отливом — сердце вещует, не обошлось тут без мандалорского бескара, но до нормального спектрального анализа лучше раньше времени губу не раскатывать. В истлевшем подсумке на поясе покойника звякнула горсть обезличенных кредитных чипов, а с костей левого предплечья я бережно стащил компактный тактический наруч со встроенным эмиттером малого дефлекторного щита. BD-1 тут же прозвонил находки: батарея наруча сохранила треть заряда, а банковские чипы на предъявителя потянули ровно на тысячу двести кредитов.

[Найдены трофеи: Кредитные чипы (+1 200.00), тактический наруч, слиток неизвестного сплава.]

[Доступные средства: $1 635.00]

[Наруч: Частичный заряд. Защита от осколков и одного скользящего попадания ручного бластера; после срабатывания требуется проверка.]

Защёлкнув трофейный наруч поверх левого обшлага кителя, я ссыпал чипы во внутренний карман, а увесистый серый слиток завернул в кусок сухого брезента и упрятал на дно поясной сумки: оттягивает ремень будь здоров, но бросать такой кусок редкого сплава в болоте было бы преступлением против экономики. BD-1 взлетел обратно на погон, и я выбрался из грота на свет божий.

— До входа в Хранилище меньше трёхсот метров по верхнему гребню, госпожа, — бодро отрапортовал я, сверившись с проекцией дроида. — Тропа чистая.

Трилла выразительно покосилась на мою оттопыренную сумку и обновку на левом запястье:

— Ты, гляжу, даже из брюха живого ранкора ухитришься вынести что-нибудь на перепродажу, да, Кэл?

— Разумная бережливость — фундамент любой процветающей империи, миледи, — невозмутимо парировал я, жестом приглашая её на каменные ступени подъёма. — Не оставлять же стратегическое сырьё гнить в трясине.

У циклопической арки Хранилища BD-1 ткнул лучом сканера в круглый барельеф на притолоке. Стянув перчатку, я прижал ладонь к нагретому солнцем базальту, прислушался к токам Силы — и на миг уловил далёкий, удивительно спокойный отзвук руки старого мастера. Каменная толща под пальцами отозвалась низким басовитым гулом; Трилла внимательно проследила за расходящимися плитами затвора и переступила порог лишь тогда, когда свод перестал сыпать вековой пылью.

Высокая галерея с полустёртыми фресками вывела нас в просторную круглую ротонду. Прямо напротив входа высилась глухая монолитная стена, исчерченная переплетением концентрических сфер, а в центре каменного зала поднимался невысокий алтарный круг с точно такой же клинописью.

Мы шагнули к постаменту одновременно.

BD-1 соскользнул с моего плеча на плиты, деловито пробежал по внешнему ободу и полоснул синим лучом по узору в центре. Древний камень коротко мигнул ответной искрой, а у меня перед глазами всплыла системная справка: «Активирован локальный триггер Хранилища. Доступно вступительное послание Эно Кордовы». Вот как, ларчик открывался по геопривязке самого святилища, а вовсе не благодаря моим упражнениям с отвёрткой на посадочной площадке! Из проекционного глазка дроида с тихим гулом выросла полупрозрачная фигура сухощавого старика в походном джедайском плаще, с аккуратной бородкой и живыми, внимательными глазами.

— Приветствую тебя, мой юный друг, — эхом разнёсся под гулкими сводами ротонды мягкий, чуть подрагивающий от старости записи голос магистра. — Коль скоро ты смотришь эту запись, значит, мои худшие предчувствия сбылись и Орден пал. Но это также означает, что вы с BD-1 сумели добраться до Хранилища. Остальные разделы моего дневника дроид распечатает по мере твоего продвижения по пути.

Стоящая плечом к плечу со мной Трилла скрестила руки на груди и холодно усмехнулась, глядя сквозь призрачный силуэт джедая:

— Видел бы ты сейчас, старик, в чью компанию записался твой верный хранитель.

Я дипломатично промолчал. Зато теперь окончательно прояснилась механика защиты: первую лекцию старик оставил открытой для любого одарённого, который приведёт дроида в этот зал, а вот остальные папки в памяти BD-1 Система по-прежнему помечала глухим замком. Стало быть, расковырять архив паяльником на койке в кубрике точно не выйдет — придётся честно топать по оставленным хлебным крошкам.

Тем временем голограмма Кордовы сделала полшага вперёд, указывая ладонью на монолитную преграду позади себя:

— За этими вратами я укрыл голокрон с полным списком чувствительных к Силе детей галактики. Святилище возвели древние мудрецы зеффо, и отворить внутренний чертог способен лишь особый ключ — астриум. Чтобы обрести его, тебе предстоит пройти по следам трёх великих сановников этой расы. Начни поиск с их прародины, планеты Зеффо: координаты первых раскопок уже заложены в навигационный блок BD-1. Мои собственные изыскания привели меня и на мрачный Датомир, однако те записи откроются лишь тогда, когда ты постигнешь наследие первых гробниц. Береги малыша, друг мой. И да пребудет с тобой Сила.

Луч проектора мигнул и погас, погрузив ротонду обратно в прохладный полумрак.

BD-1 бесшумно вернулся ко мне на погон. Про астриум и датомирское святилище Куджета я, разумеется, помнил и без подсказок магистра — равно как и про то, что на Датомире сейчас безраздельно хозяйничает спятивший бывший генерал-джедай Тарон Маликос вкупе с кланом Сестёр Ночи. Соваться к такому гостеприимному старичку с двумя начальными перками в кармане было чистым безумием, да и точных посадочных координат в моей голове не держалось. Так что маршрут через Зеффо устраивал меня на все сто: и след официальный, и время подкачать мускулы перед большой дракой выиграем.

Трилла подошла вплотную к исчерченному сферами монолиту, приложила перчатку к центральной выемке и дала пробный импульс Силы — со стороны было видно лишь, как натянулась кожа на её костяшках. Древняя плита даже не дрогнула.

— Вынуждает идти по его цепочке, — недовольно процедила она, отступая на шаг. — Рвать такую породу направленными зарядами или промышленным буром нельзя: обрушим свод и похороним голокрон под тысячей тонн гранита.

— Зато у нас на руках точный адрес следующего узла и штатный проводник, — заметил я. — Можем сниматься с якоря прямо сейчас, пока конкуренты с четвёртого яруса гадают, в какой сектор мы прыгнули. Только открывшиеся навигационные карты с дроида я бы на вашем месте сразу слил в бортовой компьютер курьера — мало ли в какую щель эта любопытная жестянка решит залезть по дороге.

[Задание выполнено: Экспедиция на Богано]

[Начислено: 3 Очка Силы. Денежная часть награды: 3 000.00 кредитов — ожидает перевода.]

[Доступно очков Силы для распределения: 4]

[Доступные средства: 1 635.00 кредитов]

Четыре свободных балла развития, тысяча шестьсот тридцать пять монет наличными и три тысячи обещанных премиальных сверху! Руки так и чесались сразу приплюсовать гонорар к общему балансу, но мой внутренний казначей строго цыкнул: деньги считаются полученными только после звона в банке.

Словно подслушав мои мысли, Трилла вызвала на наручном терминале финансовый шлюз, ввела код авторизации и дождалась квитанции через ретранслятор нашего корабля; пару секунд спустя интерфейс Системы радостно пискнул, пересчитав итоговую сумму: четыре тысячи шестьсот тридцать пять кредитов! Вот теперь другое дело.

— Маршрут вскрыт, свои премиальные ты отработал, — сказала она, гася экран наруча. — С Богано уходим прямым курсом на Зеффо. В диспетчерскую Нур отправлю короткую сводку о продолжении полевого поиска без расшифровки цели. Полный дамп открытых карт с дроида сбросишь и на мой личный планшет — зависеть от прихоти одной железки я не намерена.

Ответить я не успел: сидящий у моего уха BD-1 вдруг взволнованно заверещал, развернув антенны к выходу из святилища, а на запястном комлинке Второй Сестры тревожно замигал красный индикатор дальнего радара нашего курьера.

Трилла вскинула руку к глазам, пробегая взглядом по строкам телеметрии, и её зрачки хищно сузились:

— Неопознанный борт заходит на глиссаду к западной террасе. Профиль корпуса — яхта серии S-161. Сигнатура двигателей совпадает с «Богомолом».

Я шагнул к распахнутым створам арки вслед за ней, выхватывая взглядом в высоком светлом небе характерный силуэт поворотного крыла. Похоже, отлёт на Зеффо откладывался на неопределённый срок.

Глава 6

Глава 6

В полутора километрах к западу, за гребнем старого виадука, садилась бело-золотая яхта с высоким крылом. Репульсоры подняли облако рыжей пыли, распугав стаю крылатых ящеров. Через увеличенную картинку со сканера BD-1 я разглядел свежую латку на обшивке у кромки крыла — значит, после Бракки они всё-таки потратили время на мелкий ремонт.

Трилла стояла рядом, до белизны в костяшках сжимая рукоять меча. При виде яхты напускное хладнокровие слетело с неё в один миг: подбородок подался вперёд, дыхание стало коротким и прерывистым. В Силе от начальницы пахнуло такой концентрированной яростью, что я невольно отступил на полшага.

— Она здесь, — глухо произнесла Вторая Сестра и шагнула к краю террасы, высматривая спуск. — Сама прилетела в руки.

Так-с. Секреты древнего Хранилища мою кураторшу уже совершенно не интересовали. Хотелось бы выяснить диспозицию прежде, чем она сломя голову рванёт на штурм, а мне придётся собирать её по частям.

Я осторожно тронул её за предплечье, придерживая у верхней ступени:

— По открытому мосту идти нельзя, госпожа. С посадочной площадки он простреливается от края до края.

Судури резко обернулась. Ладонь с её рукава я благоразумно убрал сам — хватать инквизитора за руки мне в штатном расписании пока не разрешали.

— Вижу. И бегать мишенью под носовой турелью не собираюсь, — процедила она. — Но дать ей спокойно осмотреть Хранилище и снова уйти не позволю.

— Тогда спустимся нижним ярусом. У старой ветротурбины корабельные пушки с платформы нас не достанут, — предложил я, выводя через BD-1 схему обходной тропы. — Если Джанда пойдёт к святилищу, этой развилки ей не миновать.

Приблизив голограмму, Трилла несколько секунд изучала изгиб карниза, после чего ткнула пальцем в глубокую боковую нишу под полуразрушенной колоннадой:

— С посадочной плиты не достанут, — согласилась она. — Но пилот может поднять машину в воздух по первому её вызову. Едва «Богомол» оторвётся от земли — уходим под скальный козырёк. Радар курьера оставь на постоянном приёме.

— Полагаете, она пойдёт одна?

— Латеро останется на прогретых двигателях, как и на Бракке. Цере сейчас важнее всего убедиться, что мы не вскрыли тайник Кордовы. — Трилла свернула карту. Я бы добавил, что старой джедайке не помешало бы ещё и выручить BD-1, но гадать за противника было некогда: в окулярах дроида было видно, как у далёкой яхты уже откинулся трап. — Перекроешь ей отход к тросовому подъёмнику. В одиночку в рубку не лезь. Вперёд.

Я рысцой двинулся следом. Наличие капитального каменного укрытия в этом тактическом плане грело душу особенно.

На узких витках винтовой лестницы я на ходу развернул интерфейс Системы. Выходить против бывшего магистра-джедая с четырьмя нераспределёнными очками Силы в кармане было верхом скупости. В игре Цере годами глушила в себе связь с Силой после срыва в застенках, однако ставить собственную шкуру на то, что она и сегодня ограничится одним бластером, я не собирался.

Пробежавшись взглядом по ветке «Путь Страсти и Прагматизма», я открыл сразу два узла второго порядка.

[Древо Навыков: Подтверждение модификации]

[Изучено: «Хватка Тьмы» (Стоимость: 2 Очка Силы)]

[Эффект: Позволяет притягивать и вырывать предметы на средней дистанции, а также сбивать баланс противника направленным рывком.]

[Изучено: «Покров Тени» (Стоимость: 2 Очка Силы)]

[Эффект: Подавление собственного присутствия в Силе и приглушение физического шума шагов при подготовке засады.]

[Остаток резерва: 0 Очков Силы]

То, что нужно для любителей нечестной конкуренции и засад из-за угла.

По мышцам прокатилась прохладная, собирающая волна. Шаг стал заметно мягче, хотя сорвавшийся из-под каблука мелкий голыш всё равно предательски простучал по ступеням — законы физики никакой перк не отменял. Зато в кончиках пальцев прорезалось отчётливое ощущение незримых силовых нитей: в радиусе десяти-двенадцати метров любой камень или железка отзывались в ладони как влитые, и лишь к отметке в двадцать шагов зацеп начинал расползаться.

По сервисному каналу я приказал BD-1 погасить внешнюю индикацию и отключить голосовой динамик, оставив только пассивный приём телеметрии с нашего курьера. Малыш понимающе втянул голову и плотнее прижался к лопатке.

У основания старой турбины под подошвами шуршала выветренная крошка. Над самой площадкой с карниза свисал толстый силовой кабель, проложенный некогда экспедицией Кордовы и оборванный бурями.

Круглый каменный дворик метров тридцати в поперечнике живо напоминал античный амфитеатр. От посадочного поля «Богомола» его заслонял массивный скальный гребень. Тропа с запада сбегала по узкому карнизу к клети старого грузового подъёмника, а дальше к Хранилищу вёл прямой коридор между замшелыми колоннами. Намеченная Триллой ниша темнела в правой стене, в нескольких метрах от основания шахты подъёмника; базальтовый свод над ней выглядел монолитным, и я сразу прикинул маршрут для спринта.

— Я встречу её у арки, — вполголоса распорядилась Трилла, уходя в тень дальней колонны. — Займи верхний уступ над лебёдкой. Если бросит оружие — связываешь ты. Откроет огонь — не перекрывай мне сектор.

— На Бракке она вместо приветствия кинула гранату, — напомнил я. — Так что политесы лучше сократить до минимума.

Вторая Сестра бросила на меня короткий взгляд через плечо и едва заметно кивнула, принимая ремарку к сведению.

Активировав «Покров Тени», я по расселине вскарабкался на трёхметровый каменный балкончик сбоку от шахты подъёмника и присел за обломком древнего изваяния. Дышал через полуоткрытый рот, подошвы намертво упёр в монолит, чтобы не пустить осыпь. Стелс-режим от Системы — штука приятная, но испытывать его пределы на слухе настороженного джедая не тянуло.

Ждать гостью пришлось недолго.

Спустя три минуты со стороны внешнего карниза донёсся осторожный хруст гравия. В горловине прохода показалась Цере Джанда. Поверх выцветшей походной туники на ней сидела потёртая кожаная куртка, правое плечо оттягивала пухлая экспедиционная сумка с длинным металлическим тубусом у клапана, а в обеих руках женщина наготове держала массивный модифицированный бластер с удлинённым кожухом ствола и подствольным гранатомётом.

Четырёхрукого Гриза Дритуса рядом не наблюдалось — стало быть, как и рассчитывала Трилла, пилот дежурил в рубке на малом газу. Грамотная страховка.

Цере притормозила у верхней площадки подъёмника, цепко оглядывая пустой амфитеатр. На её запястном комлинке мигнул индикатор: коротко бросив в микрофон пару слов для пилота, чтобы держал связь на контроле, она спустилась во дворик и двинулась к колоннаде вдоль правой стенки.

В этот самый момент из глубокой тени дальней арки шагнула Вторая Сестра.

— Ищешь вчерашний день, учитель? — негромкий, звенящий холодным торжеством голос Судури гулко отразился от скальных стен.

Цере мгновенно развернулась на каблуках, удерживая ствол бластера на линии груди, и принялась медленно пятиться к шахте подъёмника.

— Трилла... Значит, ты всё-таки добралась первой, — глухо выговорила она. — Остановись и выслушай меня. Этот список не должен попасть в руки Вейдера.

— Оружие на камни, Цере. Потом расскажешь мне о чужом долге. — Инквизиторша вышла на свет, и оба клинка её меча с шипением вспыхнули багровым огнём. — Решила прибрать голокрон и набрать себе свежих падаванов? Взамен тех, которых купила себе свободу?

Я бесшумно соскользнул с уступа на каменную дорожку за спиной Джанды, отсекая её от площадки подъёмника, и снял с пояса рукоять. До женщины оставалось шагов двенадцать, но правее от неё к верхней террасе уходила ещё и узкая скобяная лесенка вдоль троса лебёдки. Перекрыть собой обе лазейки сразу не выходило — придётся полагаться на дистанционную хватку.

— Боюсь, с набором новых стажёров у вашей лавочки наметились серьёзные кадровые трудности, уважаемая, — подал голос я.

Цере круто развернулась вполоборота, держа в прицеле сразу обоих. Заметив выглядывающего из-за моего ворота BD-1, она заметно переменилась в лице, однако тут же сместилась на шаг вправо, к спасительным скобам лестницы.

— Кэл? Что ты сотворил с дроидом Кордовы? — выдохнула она и, не дожидаясь ответа, заговорила быстро, с надрывом: — Ты хоть понимаешь, на что вы обрекаете тысячи невинных детей по всей галактике?! Ты ведь сам был таким же ребёнком, когда Джаро Тапал закрыл тебя грудью от клонов! Опусти меч! Я всё ещё могу вытащить вас обоих из этой тьмы!

Старая как мир джедайская шарманка с давлением на жалость и неоплатный моральный долг. Беда лишь в том, что на тёртого циника эти лозунги действовали примерно никак.

[Сюжетное столкновение: Тень прошлого]

[Условие: Сохранить проводника и полученные сведения, не дать погибнуть куратору.]

[Награда: 2 Очка Силы, трофейное снаряжение Джанды]

— Не стоит прикрываться именем Тапала, — холодно отрезал я, зажигая алое лезвие «Прагматика». — У моего мастера хотя бы хватило чести остаться со своим падаваном до конца. А вы свою ученицу бросили в пыточной камере и теперь снова зазываете под знамёна. На Бракке ваша гуманитарная помощь едва не оторвала мне ноги. Благодарю покорно, добавки не надо.

Лицо Цере каменно окаменело, зато Трилла на том конце дворика расправила плечи так, словно я только что подарил ей именной звёздный разрушитель. Бил я, положим, беззастенчиво ниже пояса, подменяя вопрос о списке детей её старым грехом, но в психологической дуэли все средства хороши.

— Последнее предупреждение: бластер на землю, — отчеканила Вторая Сестра и коротко взмахнула свободной кистью.

Оружие в руках Цере резко дёрнулось в сторону. Однако бывшая джедайка вместо того, чтобы бороться с захватом, прижала приклад к животу, довернула ствол по диагонали вверх и большим пальцем левой руки вдавила тангенту вызова пилота одновременно со спуском подствольника.

Я ждал выстрела по нам, но тяжёлая фугасная граната ушла точно в нависающий над аркой растрескавшийся каменный карниз. Трилла метнулась вбок за секунду до взрыва — однако прогнивший известняк над ней ухнул вниз целым пластом.

В то же мгновение Цере швырнула себе под ноги светошумовую шашку и рыбкой нырнула за угловой пилон к скобам лестницы. Я вскинул было левую руку, силясь достать её «Хваткой Тьмы», но ослепительная магниевая вспышка ударила по сетчатке, а по перепонкам врезало таким молотом, что концентрация разлетелась вдребезги.

— К стене! — заорал я, не слыша собственного голоса, и на чистых рефлексах рванул через дворик к начальнице.

Сквозь пляшущие перед глазами белые круги проступил оседающий в пыли свод: Трилла стояла на одном колене у самой кладки, на вытянутых вверх руках удерживая Силой многотонную каменную глыбу, готовую раздавить её в лепёшку. Острые мелкие осколки градом секли по броне; один из камней чиркнул по её левой ключице, распоров плотную ткань ворота.

А в углу моего зрения уже вовсю мигал багровый маркер корабельного радара: дежуривший наготове Гриз по сигналу Джанды с места рванул «Богомол» в воздух! Пока мы теряли драгоценные секунды под обвалом, из-за кромки верхнего утёса с рёвом вывалилось закопчённое брюхо яхты, наводя спаренную подфюзеляжную турель прямо на амфитеатр.

Вот ведь слаженный экипаж, черти бы их побрали!

Цере уже на руках взлетала по вертикальным скобам к верхней площадке подъёмника. Броситься за ней вдогонку означало выскочить на открытый пятачок под стволы корабельных пушек и оставить Триллу одну под нависающей плитой. На такой размен я не подписывался.

— В боковую нишу, живо! — рявкнул я, долетев до кураторши, и свободным плечом буквально впихнул её под цельный базальтовый козырёк. Отступая вместе со мной на шаг вглубь щели, она продолжала держать глыбу над головой; я тут же вцепился «Хваткой Тьмы» в дальний верхний край камня и со всей дури рванул его на себя, заваливая плиту наружу.

Мы сбросили захват одновременно. Многотонный блок с грохотом рухнул поперёк горловины ниши, подняв столб известковой муки, и заклинился наискось, отгородив нас от неба глухим каменным бруствером. Мои пальцы на эфесе меча ходили ходуном — подсобил-то всего на пару секунд, а ощущение такое, будто вагон с углём разгрузил в одиночку.

Успели тютелька в тютельку! Долю секунды спустя по нашему импровизированному щиту с пронзительным визгом прошлась очередь тяжёлых корабельных лазеров «Богомола», во все стороны швыряя снопы расплавленной каменной шрапнели.

Край валуна у самого плеча Триллы с треском разлетелся веером острых брызг. Я рефлекторно вскинул левое предплечье перед её лицом — голубой купол трофейного наруча вспыхнул, принял на себя град раскалённого камня и с тихим хлопком сгоревшего предохранителя погас. Меня отбросило спиной на выступ ниши, больно приложив правым плечом о скалу. Сверху со свода сорвался ещё один обломок; Трилла коротким махом кисти увела его в сторону, а я вжался в неё всем корпусом, отвернув гудящий клинок к внешней стене, чтобы в тесноте не поджарить собственные сапоги. Поза вышла предельно далёкой от светского этикета: в поясницу впивался острый угол базальта, а в лёгких першило от каменной пудры.

Корабельная турель смолкла лишь тогда, когда Цере перевалилась через парапет верхней площадки у самого среза нашей шахты. Сквозь просвет над бруствером я отчётливо увидел её силуэт в двенадцати метрах над нами, на фоне распахнутого бокового люка яхты: женщина тяжело прихрамывала, левый рукав куртки намок от крови — похоже, рикошет от собственного обвала зацепил и её.

До края верхнего карниза по прямой было шагов пятнадцать — почти на пределе моей «Хватки Тьмы». Саму Джанду удержать на весу против тяги корабельных репульсоров мне бы силёнок точно не хватило, а вот пухлую экспедиционную сумку, болтавшуюся у неё на одном ремне...

Высунувшись на полголовы из-за камня, я вцепился силовым лучом в кожаную лямку её баула и рванул вниз что было мочи. В висках тут же стрельнуло острой болью от перегрузки. Цере резко повело назад к обрыву; не тратя времени на перетягивание каната, она одним движением отщёлкнула пряжку на груди и спихнула сумку с карниза вниз, а сама спиной вперёд ввалилась в люк «Богомола». Прагматично, зараза!

Тянуть дальше не потребовалось: тяжёлый баул глухо шмякнулся в щебень у основания подъёмника, в трёх метрах от нашего укрытия. Я оборвал захват и втянул макушку обратно за валун, пока четырёхрукий пилот не решил дать прощальный залп.

Створка люка захлопнулась, бело-золотая яхта заложила крутой вираж над плато и ушла свечой в облака, оставляя за правым маршевым двигателем жиденький шлейф сизого дыма — видать, вчерашний подрыв гранаты под днищем даром для их силовой установки не прошёл.

[Задание выполнено: Тень прошлого]

[Начислено: 2 Очка Силы]

[Трофей доступен к подбору: Походная сумка Цере Джанды]

[Примечание: Противник ушёл. Проводник и сведения сохранены; куратор жива.]

Гул турбин в вышине быстро растаял, и на дно развороченного взрывами дворика принялась медленно оседать белая известковая взвесь. Я погасил меч, с трудом разлепив сведённые судорогой пальцы, и только в этот миг оценил мизансцену, в которой мы застряли.

В узкой каменной расселине яблоку негде было упасть: я стоял вплотную к Трилле, упираясь левым предплечьем в скалу у самого её виска. Начальница дышала глубоко и прерывисто, при каждом вдохе ощутимо касаясь грудью моего кителя. Попытался было отступить на полшага, но задник сапога намертво упёрся в рухнувшую плиту. Чтобы выбраться, сперва придётся протискиваться боком.

Судури медленно подняла взгляд от моего подпалённого рукава к моим глазам. На её левой ключице, в разрезе рассечённого камнем воротника, алела тонкая дорожка крови.

— Сами целы, госпожа инквизитор? — сипло спросил я, вглядываясь в её побелевшее от пыли лицо.

Она молча провела пальцами по оплавленному щитку моего наруча, затем скользнула ладонью ниже, проверяя, не задело ли мне бок осколками, и на секунду задержала руку на моём ремне. Только тут до меня дошло, что нас обоих бьёт мелкая постбоевая дрожь.

— Ты ведь мог рвануть за Цере к лестнице, пока я держала свод, — негромко произнесла она. — Дорога наверх была открыта.

— А потом писать объяснительную в Крепости, куда я посеял любимого руководителя? — я перевёл дух и криво улыбнулся. — Вместе в эту кашу залезли, вместе и выбираться. Да и где я ещё в вашей конторе сыщу напарницу, с которой так весело ходить на прогулки?

Она коротко, почти беззвучно выдохнула через нос — то ли хмыкнула, то ли усмехнулась — и на миг прислонилась затылком к камню стены, не спеша убирать пальцы с моего пояса.

[Имя: Вторая Сестра (Трилла Судури)]

[Лояльность: 38% → 47%]

[Примечание: Вы остались с ней под огнём. Этот выбор она запомнит.]

— Кестис, — уже куда ровнее сказала она и легко упёрлась ладонью мне в грудь. — Дай выйти. И погляди, что ты там у неё с плеча стащил.

Я боком выбрался из-за завала и подал ей руку, помогая перешагнуть через острые глыбы. Удостоверившись по радару, что яхта ушла с орбиты в гиперпрыжок, я подобрал у шахты подъёмника трофейную сумку — весила она солидно — и устроил её на плоском обломке колонны.

— Скромная компенсация за моральный ущерб и запылённый мундир, миледи.

Пока Трилла контролировала верхний карниз, BD-1 тщательно обнюхал кожух баула сканером: ни взрывных ловушек, ни активных радиомаяков внутри не числилось. Только после этого я откинул верхний клапан.

Улов оказался поистине царским! Первым делом из бокового тубуса на свет божий извлекли длинную, богато отделанную рукоять светового меча с матовыми пластинами электрума.

— Её старый клинок, — сразу опознала оружие Трилла.

Я на пробу нажал клавишу активации — тишина. Из продувочных щелей у эмиттера ощутимо тянуло палёной изоляцией, однако в сердцевине корпуса под пальцами отчётливо пульсировал живой, нерасколотый кайбер-кристалл! Вот это подарочек судьбы: в каноничной игре Цере вручала Кэлу на Илуме пустую оболочку меча, поскольку сам кристалл задолго до того заложила ростовщикам за карточные долги Гриза. В здешней же реальности камушек преспокойно дожидался меня внутри. Списывать ли такую удачу на ранний старт событий или на каприз вселенной, разбираться было недосуг: главное — у меня теперь имелся полный донор под второй клинок!

Следом со дна сумки показались защищённый экспедиционный датапад и увесистый кожаный кисет, доверху набитый обезличенными кредитными чипами вперемешку с мерными слитками банковского ауродиума. BD-1 подключился к открытому оглавлению планшета: полевые черновики Эно Кордовы, скопированные Джандой ещё до падения Ордена. Основные текстовые блоки были закрыты шифром, так что с ними предстояло ковыряться уже в полёте.

[Ревизия трофеев завершена]

[Получено: Неисправный световой меч Цере Джанды. Кайбер-кристалл цел.]

[Получено: Датапад с архивом экспедиций Кордовы. Часть данных зашифрована.]

[Получено: Кредитные чипы и ауродиум из сумки Цере. Общая оценка: 3 500.00 (требуется конвертация).]

[На банковском счёте: 4 635.00. Суммарная оценка активов: 8 135.00 (без учёта слитка неизвестного сплава).]

Восемь тысяч сто тридцать пять кредитов в эквиваленте! Четыре тысячи шестьсот тридцать пять уже звенели на официальном счету, а ещё три с половиной тысячи грели карман чипами и благородным металлом. Понятно, что слитки и чужие носители сперва требовалось прогнать через менялу, но сам факт впечатлял: за один неполный рабочий день в паре с Триллой я поднял больше, чем скопил бы на свалке Бракки за десять лет без выходных.

Правое плечо после удара о скалу, правда, ныло на все лады, а в ушах всё ещё стоял комариный звон от светошумовой гранаты — ну да ладно, за вредность производства мы себе премию только что выписали сами.

А главное — целый кайбер-кристалл и второй корпус! Добравшись до толкового верстака, я смогу собрать полноценную раздвоенную систему на разъёмной муфте — и под парный хват, и под двухклинковый посох. Махать двумя шашками без соответствующего навыка я бы, конечно, не рискнул даже перед зеркалом, но два свежих очка Силы за сегодняшний бой уже приятно жгли карман.

— Меч и кассу забирай себе, — распорядилась Трилла, бегло осмотрев выложенное добро. — С датапада снимем побитовую копию на борту. Без этих денег Цере придётся искать сторонних спонсоров на ремонт корабля — это даст нам фору в несколько суток, хотя связей в подполье у неё предостаточно.

— Ваша щедрость поистине безгранична, госпожа инквизитор. — Я споро упаковал трофеи обратно в баул. — А вот вашу ключицу давайте прикроем стерильной салфеткой прямо сейчас. До курьера ещё топать по пыли, занесём заразу — замучаемся отмывать.

Она скосила глаза на распоротый воротник, достала индивидуальный пакет и позволила мне прижать к порезу антисептическую подушечку. Заодно я щёлкнул тумблером своего щитового наруча — индикатор ожидаемо остался мёртвым. Очередной пациент в очередь на паяльник.

— В кубрике обработаем бактoй как положено, — сказала Трилла, поправляя лямку поверх повязки. — До сектора Зеффо восемь часов хода по внешним курьерским дугам. Времени хватит и на медицину, и на дешифровку архива.

Обратный путь до посадочной платформы проделали без приключений, задержавшись лишь на минуту у железного моста. Пока Трилла принимала рапорт у бортового астромеханика, я закинул трофейный баул в кормовой отсек и сгрузил через BD-1 открытые навигационные карты Зеффо в память корабельного вычислителя и на личный планшет начальницы; с зашифрованного датапада Джанды пока сняли резервный образ.

Едва курьер выскочил с орбиты и нырнул в синее марево гиперпространства, Трилла перевела контуры на автопилот и спустилась в кормовой кубрик. Я к тому моменту уже разложил медицинскую укладку на крышке грузового рундука. Разобраться с её рассечённой ключицей и собственным ушибленным плечом следовало прежде, чем пересчитывать ауродиум по второму кругу.

Вторая Сестра присела на край нижней откидной койки под неярким матовым плафоном.

Отстегнув асимметричный наплечник и сняв китель, она осталась в облегающей безрукавке из чёрного термоволокна. Когда она повернулась к свету, под лопаткой у края ткани мелькнул старый, давно побелевший рубец от ожога; лезть с расспросами о его происхождении я, разумеется, не стал. Временная салфетка над левой ключицей успела набухнуть кровью — осколок камня полоснул неглубоко, но длинно.

Сверившись с полевой памяткой, я осторожно снял повязку и промыл края раны антисептиком. Трилла молча удерживала на весу узконаправленный фонарик, пока я магнитным пинцетом выбирал из пореза мельчайшую известковую крошку. Пальцы после силового перенапряжения в амфитеатре самую малость подрагивали, так что локоть пришлось жёстко опереть о крышку ящика.

— Если случайно ткну глубже — бейте по левой руке, — на всякий случай предупредил я, вскрывая ампулу с бакта-гелем. — Правая сегодня уже свою норму отработала.

— Обойдёмся без членовредительства, — спокойно отозвалась она, оттягивая двумя пальцами лямку майки от раны. — И сядь ближе, а то тянешься через весь проход.

Я пересел на угол соседнего контейнера, оказавшись в полшага от её колен. Работать на таком расстоянии от полураздетой красавицы, от чьей разгорячённой кожи тонко пахло горьковатой цветочной эссенцией, было тем ещё испытанием для нервной системы. Впрочем, стоило мне неловко повести правым плечом, как прострелившая ключицу боль мигом вернула мысли в сугубо медицинское русло. Спокойно, доктор Кестис, сперва хирургия — лирика потом.

Придержав начальницу ладонью за здоровое правое плечо, я аккуратно нанёс прозрачный слой бакты на шов и запечатал порез дышащим регенерационным пластырем.

Трилла коротко втянула воздух сквозь зубы и переложила фонарик в другую руку, уводя луч от моих глаз.

— Я непростительно затянула беседу во дворике, — негромко произнесла она, пока я разглаживал края накладки. — Видела ведь, что Цере смещается к шахте подъёмника, но всё равно дала ей время заговорить зубы. И пилот поднял яхту на полминуты быстрее расчётного.

— А я вместо того, чтобы сразу бить по рукам стазисом, слушал её сказки про светлое будущее, — честно разделил ответственность я. — В следующий раз начинаем переговоры с отъёма гранатомёта. Желательно вместе с руками владельца.

Убрав пинцет обратно в чехол, я забыл снять ладонь с её тёплого плеча. И Трилла, что характерно, сбрасывать мою руку не поторопилась.

Сейчас, когда утих грохот обвала и отзвучали командные нотки, в мягком полумраке кубрика стало особенно заметно, насколько она вымоталась за эти сутки. У виска темнел забытый след известковой пыли, ресницы чуть дрогнули, и очередная дежурная шутка вдруг застряла у меня в горле.

— Любопытный ты всё-таки экземпляр, Кэл Кестис. — Она накрыла мою кисть на своём плече прохладными пальцами. — Кайбер подчинил за минуту, бывшего магистра обобрал до нитки, у интенданта за каждую сотню кредитов глотку перегрызть готов. А под падающую скалу за мной прыгнул не торгуясь. Чего ты на самом деле добиваешься?

Вопрос на миллион, как говорится. Глобальный бизнес-план в голове имелся, вот только вслух заикаться про уход в свободное плавание от Вейдера и Императора на второй день знакомства было верным способом проверить прочность её светового меча собственной шеей. Пришлось выдать чистую правду — просто не всю сразу.

— Хочу остаться в живых. Сколотить приличный капитал и набрать такую силу, чтобы ни одна собака не смела смотреть на меня как на расходный материал, — глядя ей прямо в глаза, ответил я. — А ещё — ходить в дело с напарником, от которого не ждёшь удара в спину при первом же удобном случае. Как видите, запросы предельно скромные и житейские.

Трилла медленно провела большим пальцем по моим костяшкам, после чего сняла мою руку с плеча, не отводя испытующего взгляда:

— Скромные, значит. Доживём до Зеффо — поглядим, чего они стоят. А теперь поворачивайся спиной и снимай китель. Осмотрим твой ушиб.

Спорить с начальством себе дороже. Пока её пальцы осторожно прощупывали набухшую гематому на моей правой лопатке, я мысленно подбил остатки полевой аптечки: три целые ампулы бакты, оба стимулятора и половина перевязочного комплекта. На шкале «Социального Радара» напротив имени Второй Сестры уверенно горели сорок семь процентов. Что ж, для начала экспедиции темп вполне бодрый.

— Не дёргайся, — велела Трилла, плотно прижимая к моему плечу активированный криопакет из корабельного запаса.

Я открыл было рот для галантного ответа, но от ледяного ожога только шумно зашипел сквозь зубы. За переборкой убаюкивающе гудели маршевые контуры гипердвигателя, а впереди у нас оставалось ещё добрых семь часов тишины — более чем достаточно, чтобы наконец выспаться по-человечески.

Глава 7

Глава 7

Проснувшись, я первым делом попробовал дотянуться правой рукой до страховочного ремня над верхней полкой. Вышло без труда: если вечером сустав на каждую попытку пошевелиться отвечал матерной тирадой, то после криокомпресса и пяти часов сна под повязкой осталась лишь глухая, терпимая ломота.

Корпус курьера едва заметно качнуло на сшивке гиперпространственных дуг. На стенном табло сменился индекс сектора: до выхода на орбиту Зеффо оставалось ровно три часа хода. Самое время заняться ревизией и починкой вчерашних трофеев, хотя вылезать из-под тёплого одеяла откровенно не тянуло: в кубрике было сухо, уютно гудела рециркуляция воздуха, и никто пока не пытался ни пристрелить меня из гранатомёта, ни переманить на четвёртый ярус.

Посидев с минуту на краю койки и размяв затёкшую шею, я прислушался к носовому переходу. Из пилотской рубки не доносилось ни звука: Трилла то ли дремала в командирском кресле под присмотром автопилота, то ли без отрыва штудировала перекачанные дневники Кордовы.

На крышке соседнего рундука, у гнезда бортовой зарядки, тихонько щёлкал реле BD-1. Заметив, что я спустил ноги на пол, малыш вскинул прямоугольную голову и выдал негромкую приветственную трель.

— И тебе доброго утра, будильник, — усмехнулся я, почесав прохладный металл под его главной линзой. — Много у нас ещё свободного времени до посадки?

Дроид аккуратно вывел на переборку хронометраж маршрута: два часа пятьдесят четыре минуты. Никакого сочувствия к трудящимся у этих кремниевых организмов.

Я развернул перед глазами окно Системы. Два очка Силы за вчерашнюю стычку с Цере всё ещё болтались в нераспределённом резерве, а впереди нас ждали запутанные лабиринты Зеффо. На Богано мы проскочили за счёт карт дроида и открытого маячка Хранилища, но в разграбленных гробницах одних схем наверняка окажется мало. Трилла ещё на Нур прямо заявила, что держит меня в группе прежде всего ради врождённой психометрии — а вот с управляемым чтением следов у меня пока имелся серьёзный пробел: одно дело случайно поймать отзвук у входной двери, и совсем другое — по заказу вытащить нужную сцену из древнего булыжника, не рухнув при этом в обморок.

Открыв вкладку восприятия в «Древе Навыков», я сразу нашёл подходящий узел второго ранга.

[Древо Навыков: Подтверждение модификации]

[Изучено: «Эхо прошлого (Контролируемая психометрия)» (Стоимость: 2 Очка Силы)]

[Эффект: Позволяет намеренно считывать отпечатки Силы с предметов, регулировать глубину погружения и принудительно прерывать контакт. Не восстанавливает отсутствующие фрагменты чужой памяти.]

[Остаток резерва: 0 Очков Силы]

После подтверждения в затылке разлилось густое, тягучее тепло, а подушечки пальцев закололо так, словно я сунул ладонь в слабый электролит. Сжав и разжав кулак, я прислушался к новым ощущениям.

Вместе с перком в сознание легла чёткая механика «якоря»: теперь, касаясь предмета, я мог сам дозировать глубину погружения в чужой эмоциональный след и в любой миг выдернуть себя обратно в реальность. Понятно, что перематывать прошлое по таймкоду, будто ролик на датападе, Система не позволяла — читалось только то, что намертво въелось в материал в минуту душевного потрясения владельца. Но главное преимущество налицо: больше никакого риска зависнуть пускающим слюни истуканом посреди боя.

Подтянув к себе трофейную сумку Джанды и свёрток со слесарным инструментом со склада Хорна, я разложил хозяйство на крышке ящика. Первым в очередь на реанимацию пошёл защитный наруч из логова Оггдо-Богдо: вчера эта скромная железка честно приняла на себя сноп раскалённой шрапнели, который иначе расписал бы наши с Триллой лица под хохлому.

Под отвинченной крышкой энергоблока ожидаемо обнаружились спечённый в уголь предохранитель и высохшая в ноль древняя батарея. Выудив из подсумка свежую армейскую энергоячейку, я зачистил окислившиеся клеммы надфилем и впаял новую плавкую вставку из ремнабора. Больше всего мороки доставил сам проекционный контур: от ударной волны повело лапки излучателя, так что пришлось повозиться с калибратором, прежде чем крышка села в пазы без перекоса.

Когда последний винт встал на место, контрольный диод весело мигнул синим огоньком. Короткий тест развернул над левым запястьем упругое полукружье силового щита, легко отбившее пробный тычок рукояткой отвёртки. Проверять обновку бластером в замкнутом кубрике я, понятно, не стал, закрепил рабочий наруч поверх рукава и переключился на главное блюдо — световой меч Цере Джанды.

Длинный эфес с потускневшими накладками из золотистого электрума сильно обгорел у горловины эмиттера, однако кайбер-кристалл внутри гнезда оставался невредим. Именно эта загадка со вчерашнего вечера и не давала мне покоя.

По канону игры Цере отдавала Кэлу пустую рукоять, давно продав камень за долги своего пилота. Здесь же кристалл сидел в оправе, хотя сама внутренняя проводка меча явно выгорела от чудовищной перегрузки. То ли в этой ветке реальности Гриз меньше проигрывал в сабакк, то ли у самой Джанды не поднялась рука выставить на торги память о собственном падении. Гадать впустую смысла не имело — стоило опробовать обновлённую психометрию на практике.

Я обхватил голыми пальцами середину эфеса чуть ниже закопчённого кольца и осторожно приоткрыл внутренний заслон.

Чужое воспоминание ударило сначала по нервным окончаниям ладони: холодный металл в кубрике вдруг показался раскалённым добела. Удерживая мысленный «якорь» наготове, я позволил картинке развернуться.

Тревожный красный отсвет на мокром стальном полу. Рваные обшлаги робы, багровые ссадины от силовых кандалов на запястьях. За прутьями решётки напротив — чьё-то искажённое болью юное лицо в чёрном доспехе. Ледяной ужас в груди за долю секунды сменяется такой слепой, всесокрушающей яростью, что у меня самого до хруста сводит челюсти; следом рукоять в кулаке захлёбывается от избытка влитой Тёмной стороны, и из-под кожуха эмиттера во все стороны брызжет сноп ослепительных искр. Финал тонет в едком чаду сгоревшей обмотки и отчаянном желании отшвырнуть мёртвое оружие прочь.

Я плавно оборвал контакт и разжал пальцы.

Перед глазами снова была крышка грузового ящика, по которой осторожно переступал лапками BD-1, заглядывая мне в зрачки. Пульс частил, но голова оставалась совершенно ясной, и кубрик курьера с застенками Инквизитория в мыслях не путался. Навык отрабатывал вложенные очки на все сто!

Судя по деталям, меч сгорел именно в тот день, когда Цере сорвалась во Тьму при побеге из имперского узилища, увидев сломанную Триллу. Ни точной даты, ни географических координат той базы отпечаток, разумеется, не содержал, зато панический ужас Джанды перед собственной тёмной изнанкой фонил от металла до сих пор. С такой вещью она не расставалась не от хорошей жизни — носила как вериги и напоминание, почему ей больше нельзя прикасаться к Силе.

Начальнице рассказать об увиденном определённо стоило. Хотя делать из этого благодушный вывод, будто бывшая наставница окончательно списала себя на берег, я бы не спешил: вчера эта «пацифистка» преспокойно пыталась похоронить нас под двадцатью тоннами известняка.

Прикипевшую резьбу сервисного стакана удалось стронуть только со второго захода через кожаную прокладку. Внутри обнаружились спёкшийся в монолит регулятор мощности и осыпавшаяся труха вместо изоляции — без стационарного верстака и донорских плат тут ловить было нечего. Осторожно разомкнув лапки держателя, я вытряхнул на сукно сам кайбер. Чистый голубой кристалл холодно отсвечивал в полумраке, при малейшем касании отзываясь в пальцах затаённой чужой тоской.

Что ж, для моей будущей двухклинковой сборки джедайская меланхолия в резонаторе категорически не подходила. Перед слесарными работами камушек следовало перековать под себя.

Зажав кристалл в правом кулаке, я активировал «Кровавый резонанс». В этот раз нащупать нужный эмоциональный вектор вышло куда быстрее, чем в вагоне на Бракке: память о вчерашнем допросе под рукой Триллы, бессильная злость под прицелом корабельных пушек «Богомола» и жгучее, упрямое желание выгрызть себе место под солнцем вопреки любым раскладам. Первые несколько секунд голубое свечение внутри граней упрямо сопротивлялось нажиму. Пришлось отсечь всё лишнее — и ноющее плечо, и встревоженный свист BD-1 у локтя — и влить волю одним таранным импульсом. По ладони словно плеснули кипятком; я до боли стиснул пальцы, не давая кристаллу выскользнуть, пока сквозь сцепленные костяшки наконец не брызнул густой, ровный багровый свет.

Разжав мокрую от пота ладонь, я пару секунд полюбовался результатом. Пальцы мелко подрагивали, зато оба моих кайбера теперь пели в одной тональности.

[Модификация предмета завершена]

[Предмет: Кайбер-кристалл Цере Джанды (Подчинённый)]

[Свойства: Установлена прямая связь с носителем. Резонанс Тёмной стороны стабилен.]

[Примечание: Для сборки второго клинка или двухклинковой системы требуется стационарный верстак.]

Спрятав перекрашенный камень и разобранные детали эфеса в бронированный тубус, я глянул на хронометр: возня с наручем и укрощение кристалла съели без малого два часа. Желудок недвусмысленно намекал, что на одних тёмных материях далеко не уедешь. Свернув инструмент, я шагнул к камбузному закутку у шлюза.

Заварив в термокувшине двойную порцию забористого флотского кафа и разогрев на плитке пачку галет с пряным мясным паштетом, я осторожно, чтобы не расплескать на переборки, двинулся с подносом в пилотскую рубку.

Трилла обнаружилась в левом командирском кресле перед развёрнутыми окнами бокового монитора. Из трофейного планшета Джанды дешифратор сумел вскрыть пока только верхний реестр файлов и пару путевых заметок; начальница сосредоточенно накладывала старые азимуты Кордовы на свежую топографию Зеффо. Ворот кителя она застегнула наглухо, скрыв регенерационную накладку на ключице, а про давно остывшую кружку по правую руку, похоже, напрочь забыла.

— Сменить остывшее топливо на горячее? — предложил я, демонстрируя дымящуюся посудину и тарелку с паштетом.

Трилла молча расчистила угол приборной консоли. Под её карими глазами пролегли заметные тени — многочасовая вахта у экранов явно не заменила ей нормального отдыха.

— Ставь сюда. Как правое плечо?

— Криопакет поставил на ноги, почти не тянет. Заодно реанимировал щитовой наруч и разобрал трофейный меч Джанды. — Я опустился в правое кресло, пристроив свою кружку на подлокотнике. — И решил опробовать психометрию на её старой рукояти. Вылезло кое-что любопытное.

Она тут же погасила окно карты, даже не притронувшись к кафу:

— Выкладывай.

— Судя по картинке — момент её побега из изолятора Инквизитория. Следы от ожогов кандалов на кистях, решётка камеры напротив, затем дикая вспышка тёмной ярости — и от энергетического перехлёста у неё в руках намертво выгорает эмиттер меча. Полной панорамы не вытянулось, но животный ужас перед собственной Тьмой въелся в металл так, что у меня самого пальцы свело. Похоже, она с тех пор боялась даже чинить это оружие.

Судури выслушала доклад в полной тишине; когда я упомянул решётку напротив, её взгляд на миг скользнул по моим ладоням.

— При прорыве из допросного блока она действительно сорвалась с цепи, — негромко произнесла она после паузы. — Но не вздумай строить тактику на том, будто Цере навсегда зареклась брать в руки клинок. Прижмёт — соберёт новый. Что с самим кристаллом?

— Подчинил под свою руку. Корпус тоже сгодится под вторую секцию, но для нормальной стыковки нужны токарный станок и силовые регуляторы. В кубрике на коленке собирать не рискнул. — Я пододвинул к ней тарелку с горячими галетами. — На Зеффо у нас хотя бы приличная посадочная площадка намечается?

Инквизиторша развернула на центральном проекторе глобус планеты и подсветила маркер у подножия северного горного хребта:

— Сядем здесь, на внешнем посту охранения проекта «Бурав». Заберём свежие разведсводки у коменданта, оставим курьер под присмотром гарнизона и поднимемся в горы через заброшенный посёлок. В верхнем скальном массиве патрули засекли старые вешки экспедиции Кордовы, но внутрь самой гробницы пехота не совалась.

Тыловой гарнизон при большой стройке — это просто праздник какой-то! У меня в подсумке мёртвым грузом лежали три с половиной тысячи в ауродиуме и трофейных чипах, а при любом армейском складе обязательно кормится ушлый начпрод с выходами на чёрный рынок. Понятно, что обычный барыга содрал бы с чужака треть цены за обнал, но мы-то прилетаем под вымпелом Инквизитория — посмотрим, у кого там хватит духу зажать процент у помощника Второй Сестры!

Оставшийся час прыжка ушёл на плотный завтрак и разбор горных троп. За пять минут до расчётной точки Трилла убрала пустую посуду в фиксатор, запросила входной эшелон у орбитального диспетчера и перевела штурвал на ручное управление.

Звёздные нити за лобовым стеклом с хлопком стянулись в точки, и прямо по курсу развернулась затянутая свинцовыми штормовыми тучами сфера Зеффо. На низкой орбите висели пузатые рудовозы и грузовые лихтеры раскопщиков; наш коридор снижения нырял круто в сторону от гражданских трасс.

В плотные слои атмосферы курьер врезался под ощутимую болтанку — высотные струйные течения здесь задували с такой дурью, что даже тяжёлую бронированную машину то и дело бросало с крыла на крыло. Пробив нижнее брюхо дождевой облачности, мы стрелой пронеслись над свинцовым зеркалом узкого фьорда и мягко сели на бетонный пятачок передового поста, вгрызшийся в скальный склон по соседству с пустыми каменными коробками отселённой деревни.

Едва кормовая аппарель коснулась мокрого бетона, порыв ледяного ветра тут же плеснул мне за шиворот горсть колючей водяной крупы. У дальней стены ангара надсадно тарахтел резервный дизель-генератор, а часовые на вышках придерживали карабины обеими руками, чтобы стволы не сносило хлопающими полами прорезиненных плащей.

В игре Кэлу приходилось красться по этим утёсам зайцем, вырезая один патруль за другим. Сейчас же у нашего трапа по струнке вытягивалось отделение штурмовиков, а навстречу через лужи рысью спешилгрузный флотский майор, на бегу придерживая ладонью высокую фуражку. Левое плечо его дождевика насквозь промокло — видать, дожидаться нашей посадки под сухим козырьком вышки бедолаге не позволил инстинкт самосохранения.

Выражение лица коменданта живо напомнило мне директора провинциальной нефтебазы, к которому без предупреждения нагрянула выездная ревизия из столицы с конвойным взводом. И я очень рассчитывал, что это сходство окажется пророческим.

Трилла ещё в шлюзе облачилась в полный парад со шлемом и плащом. Я ступил на бетон на полшага левее и позади неё, усадив BD-1 на левый погон с негласной задачей прослушивать рабочий буфер местного диспетчерского узла. Изображать суровое лицо спецслужбиста мешала банальная физика: тяжёлая капля с козырька шлюза прилетела мне аккурат в правую бровь.

— Госпожа Вторая Сестра! Комендант четвёртого передового сектора майор Брен, — отчеканил офицер, беря под козырёк у самых сходней. — Ваш борт принят под усиленную охрану. Полную оперативную сводку доложу в помещении штаба.

— Сперва доложите об этом, майор. — Трилла указала перчаткой на закопчённую стену дальнего складского бокса и повалившуюся мачту энерголинии. — Периметр гарнизона прорывали?

Брен повернул голову к развороченной опоре; голос его тут же обрёл казённую бодрость человека, отвечающего по заранее вызубренной шпаргалке:

— Никак нет, периметр чист. Трое суток назад грязевой сель намертво перекрыл нижний серпантин до главного карьера, а вчера на рассвете диверсионная ячейка подорвала кабельную опору у старой деревни. По данным радиоперехвата — боевики из банды Со Герреры. Основной трансформатор отправили в ремонт, сектора патрулирования удвоены.

В этот самый момент BD-1 у моего уха тихонько пискнул, приняв по открытому сервисному каналу выгрузку дежурной смены, и спроецировал мне на экран наруча таблицу последних транспортных проводок поста. Вчерашний закрытый наряд так и болтался в кэше терминала рядом с разнарядкой посадочных огней.

Я уже собирался пролистнуть рутину, как взгляд зацепился за индекс трассы в графе списания. Нижний серпантин. Тот самый, который, если верить честным глазам майора, трое суток как погребло под многотонным селем!

А по бумагам выходило настоящее чудо: вчера утром по этой заваленной дороге якобы бодро прошагала колонна снабжения, увозя двенадцать тонн высокооктанового топлива для шагоходов, четыре паллеты танковых энергоячеек и полную вещевую укладку на пехотный взвод. А уже к вечеру весь этот богатый караван числился безвозвратно утраченным под повторным камнепадом! Причём, судя по электронным меткам реестра, акт о гибели груза под обвалом завизировали в базе на сорок минут раньше, чем сама колонна по документам выехала за ворота гарнизона.

— Майор, а нижний серпантин вчера ненадолго расчищали? — как бы между делом поинтересовался я, поднимая глаза от наруча. — У вас тут по нему вчерашним числом целый топливный караван на карьер списан.

Брен замер, уставившись на мой экран. Трилла тоже скосила визор шлема на подсвеченные строки, но комментировать предоставила хозяину базы.

— Так это... по старому шаблону маршрутный лист провели, — секунду помедлив, нашёлся комендант. — Фактически тягачи пустили через верхнюю объездную полку, а там как раз второй оползень сошёл. Если требуется, мы сейчас поднимем первичные путевые квитанции в каптёрке.

Версия звучала почти складно. Если бы не две мелкие неувязки: в бортовом журнале верхнего блокпоста за вчерашние сутки не значилось ни одного колёсного тягача, а время списания солярки всё так же весело опережало время её отгрузки со склада. Я молча развернул оба столбца рядом и продемонстрировал начальнице. Опечатка сонного писаря? Бывает. Но когда три опечатки подряд складываются в двенадцать тонн налево ушедшего дефицитного горючего — это уже тянет на очень интересный разговор в тишине.

— В бумажных накладных все подписи на месте, — уже куда менее уверенно повторил Брен, старательно избегая смотреть на меня и обращаясь исключительно к глухому забралу Второй Сестры. — Сейчас предъявим.

— Предъявите моему дознавателю, — холодно уронила Трилла, кивнув на мой наруч. — Меня интересует северный пик за выселенной деревней. Кто из ваших людей поднимался к старым раскопкам за последние сорок восемь часов?

Майор торопливо назвал часы вчерашнего дозора и знаком велел сержанту охраны подать полевой планшет головного отделения:

— Выше старых ветряков патрули не ходили, госпожа инквизитор. Каменную лестницу размыло ливнем, а в верхних пещерах расплодились горные филлаки. На планшете есть утренняя фотосъёмка обвала.

— До нашего возвращения перекрыть любые подходы к деревенской тропе. О появлении в секторе любого неопознанного судна докладывать мне по закрытому каналу в ту же секунду. К нашему курьеру ближе тридцати метров никого не подпускать. Ситх-аколит Кестис сверит вашу складскую отчётность и снимет выписку из журнала дальней связи по нашему маршруту. — Она вполоборота повернулась ко мне: — На всё двадцать минут. Жду у окраины.

Перехватив патрульный планшет, Трилла размашистым шагом направилась к каменным ступеням за вышкой. Брен проводил её чёрный плащ тоскливым взглядом, после чего молча махнул мне рукой в сторону складского ангара. Официальный приём на этом закончился.

В пропахшей сырой рогожей каптёрке за бронированной дверью уже нервно переминался с ноги на ногу сухопарый лейтенант интендантской службы. На экране его терминала светилась та самая злополучная проводка по нижнему серпантину; мокрый брезентовый чехол с табурета он торопливо сдернул под стол, предлагая мне присесть, но я предпочёл остаться на ногах.

Майор Брен плотно притворил за нами тяжелую створку и замер у замка. Снабженец за столом выложил на сукно две бумажные папки с путевыми листами и потянулся за третьей. Бумажки у ребят и впрямь имелись — вот только в графе приёмки груза гаражным мастером почему-то красовалась сиротливая пустота.

Вместо того чтобы лезть в дебри имперского делопроизводства, я с глухим стуком опустил рядом с клавиатурой кожаный кисет Цере и высыпал на стол горку тускло блеснувших слитков ауродиума вперемешку с пачкой чипов на предъявителя.

Комендант с лейтенантом синхронно забыли про путевые листы.

— Требуется чистая конвертация по номиналу, — деловито озвучил я. — В металле и чипах тут ровно три с половиной тысячи. Проверяйте пробы на стенде и переводите безналом на мой счёт. Без комиссионных удержаний и сказок про ожидание инкассаторского борта до четверга.

— Полевой склад валютных операций не проводит... — на автомате заикнулся было интендант, но под тяжёлым взглядом майора осёкся, придвинул один из брусков ауродиума к лазерному пробнику и тихо добавил: — Впрочем, через кассу вольнонаёмных подрядчиков карьера металл пристроить можно хоть сейчас. Чипы прозвонить — три минуты.

— Уложитесь в десять, лейтенант, — глухо скомандовал Брен и перевёл взгляд на меня: — Зачислим один к одному, без дисконта. Но вы подпишете квитанцию о сдаче трофейного лома на баланс базы — вешать на себя ещё одну дыру в кассе я не намерен.

— Подпишу, — легко согласился я. — А сверху вы из внебюджетного фонда докинете ещё восемьсот кредитов командировочных — исключительно за то, что сегодня у меня нет ни малейшего желания лазать с рулеткой по вашему «второму оползню» и искать двенадцать тонн уплывшей солярки. Плюс два суточных спецпайка и пара свежих силовых ячеек к мечу: их можете смело списывать по открытому ордеру Второй Сестры на обеспечение полевого выхода.

В тесной подсобке повисла густая тишина, нарушаемая лишь гулом дождя по жестяной крыше. Я не суетился и не грозил трибуналом — в конце концов, номера статей имперского уголовного кодекса за хищение ГСМ в особо крупных размерах я всё равно не помнил. Зато майор знал их назубок и прекрасно умел считать в уме: официальная ревизия из сектора обошлась бы его карману и погонам минимум раз в десять дороже скромных восьми сотен. Вопрос стоял лишь в том, поверит ли он, что молодой аколит способен спустить эту свору с поводка одним словом кураторше.

— Оформляй перевод, — процедил наконец Брен сквозь зубы. — Полевые подъёмные на восемьсот проведёшь по статье оперативных расходов штаба. А в журнале сверки укажите, что ревизия накладных приостановлена до окончания боевого выхода группы. Рисовать липовый акт проверки я вам не позволю.

На том и ударили по рукам. Пробник подтвердил высшую пробу банковского сплава, обезличенные чипы без сучка и задоринки легли в кассовый терминал, а я размашисто черкнул цифровым пером в ведомости приёма спецсредств. Спустя минуту перед глазами мигнула приятная глазу сводка Системы.

[Операция по счёту: +3 500.00 (Конвертация трофейных активов)]

[Операция по счёту: +800.00 (Внебюджетная премия за аудит гарнизона)]

[Текущий баланс на счёте: 8 935.00]

[Примечание: Обмен оформлен. Назначение дополнительного перевода: «Полевые расходы».]

Восемь тысяч девятьсот тридцать пять полновесных имперских кредитов на чистом банковском счёте! Очень недурная рентабельность за десять минут задушевной беседы в каптёрке. Понятно, что строить из себя неподкупного борца с коррупцией перед Бреном мне теперь не светило: комендант бережно сохранил в сейфе квиток с моей подписью, а я — копию его художеств с топливом в памяти BD-1. Провожал он меня до порога с такой ледяной предупредительностью, что поворачиваться к нему спиной у глубокого оврага я бы точно не рекомендовал.

Уложив в ранец казённые пайки и батареи — серый слиток из пещеры Оггдо я предусмотрительно оставил на дне закрытого кармана до встречи с нормальным лабораторным анализатором, — я прямиком зашагал в аппаратную связи. До истечения отпущенных Триллой двадцати минут оставалось всего ничего.

Дежурный радист сверил мой жетон с приказом Второй Сестры и без лишних слов разблокировал гостевой терминал в углу, а сам вернулся к главному пульту — из-за штормового фронта на орбите две рудные баржи никак не могли поделить глиссаду.

BD-1 подключился к сервисному разъёму, и я задал фильтрацию по двум пунктам: все свежие посадки в секторе и любые внешние запросы по бортовому индексу нашего курьера. Лезть в закрытые флотские шифровки у малыша пока не имелось соответствующего зонда, но для первичной разведки хватало и маршрутных шапок.

«Жалящий богомол» в сводках орбитального контроля не всплывал. То ли четырёхрукий латеро после Богано действительно отсиживался с паяльником в каком-нибудь глухом астероидном поясе, то ли попросту сменил транспондерные коды на фальшивые. Поставив мысленную птичку, я открыл лог внешних запросов по нашему борту — и тут же подался вперёд.

Ровно сорок минут назад через ретранслятор гарнизона прошёл приоритетный пинг с кодом доступа Инквизитория. Скрипт требовал от посадочного маяка автоматически подтвердить касание нашего курьера на Зеффо и тут же продублировать квитанцию на внешний транзитный адрес! Инициатором запроса в шапке пакета значился выделенный терминал четвёртого яруса крепости Нур, а конечным получателем оповещения — частное фрахтовое судно, в последний раз отметившееся на пограничном буе в соседнем подсекторе.

Имени конкретного инквизитора в коде не стояло, но вот этаж отправления говорил сам за себя.

На штатную диспетчерскую сверку это походило меньше всего: кто-то на четвёртом ярусе Нур заранее пас наш маршрут до Зеффо и настроил автоматическую переадресацию сигнала на гражданский борт за пределами флотской сети. После вчерашнего вечернего рагу в компании Седьмой Сестры угадать автора комбинации было нетрудно, однако выдавать начальнице голые подозрения вместо фактов я не спешил.

Подозвав связиста, я официально оформил выгрузку лога на память дроида. Пока BD-1 копировал пакет со всеми маршрутными метками, я на всякий случай обновил буфер приёма — новых пингов с Мустафара не поступало. Затирать в системе следы собственного запроса я не стал: проверяли мы журнал по прямому мандату Второй Сестры, а вот внезапно возникшая дыра в реестре безопасности насторожила бы соглядатаев моментально. Отстыковав малыша от консоли, я быстрым шагом двинулся на выход.

Триллу я застал под покосившимся навесом старой каменной мельницы у верхней околицы. Она стояла у мшистого жёрнова, положив шлем рядом на камень, и просматривала снимки с патрульного планшета; у развалин колодца за её спиной валялись две аккуратно рассечённые пополам тушки местных крыс-сказзов.

Выше мельницы по крутому склону лепились пустые глазницы брошенных шахтёрских домишек. На узких мощёных улочках ржавели опрокинутые тачки, ветер со стуком раскачивал сорванные с одной петли ставни, а со стены крайнего барака дождь лениво смывал казённый плакат с указом о принудительном отселении жильцов в связи с расширением промзоны проекта «Бурав». Поверх старой брусчатки военные уже успели кинуть толстую кишку силового кабеля к верхнему ретранслятору, но до самих развалин гарнизону дела не было.

— Опоздал на две минуты, Кестис, — не поднимая глаз от экрана, заметила Трилла. — Что в аппаратной?

— «Богомол» на буях сектора не светился. Зато по нашему курьеру сработала сторожевая закладка. Запрос пришёл с четвёртого яруса Нур, а подтверждение нашей посадки автоматически ушло на какой-то вольный транспортник по соседству. Полный дамп пакета у дроида.

BD-1 развернул синюю проекцию маршрутной шапки прямо на сырой кладке мельницы. Трилла увеличила цифровой штамп отправителя, затем вызвала на собственном наруче закрытый справочник Крепости и сличила контрольные ключи:

— Выделенный узел Седьмой. Шифр допуска её сектора.

Она ещё раз пробежала глазами по цепочке ретрансляции и погасила личный экран. Я, признаться, ждал новой вспышки гнева, однако инквизиторша совершенно спокойно велела вывести на карту время последней отметки того самого коммерческого борта.

— От соседнего узла до орбиты Зеффо четыре-пять часов лёту по стандартному коридору, — прикинул я по сетке квадратов. — Но пеленг вчерашний. Где эта посудина болтается сейчас — одному Силе известно.

— Как и то, кого именно она наняла на борт, — добавила Трилла. — Перебрось копию пакета в защищённую память курьера. Майору Брену отправь закрытое предписание: усилить наблюдение за необорудованными площадками в радиусе десяти километров, о фамилии Седьмой в тексте ни слова. И пусть не вздумает лезть на перехват силами своего взвода без моей команды.

Дождавшись квитанции о доставке приказа на вышку, она защёлкнула шлем на поясном креплении и перевела взгляд на уходящую в туман горную тропу:

— Выдвигаемся к гробнице. Обратным маршрутом через деревню пойдём только после разведки с высоты. И на сегодня лимит твоих коммерческих задержек на складах исчерпан, Кестис.

Я коротко кивнул, поправляя набрякшие от дождя лямки ранца. Восемьсот кредитов от щедрот майора всё ещё приятно согревали внутренности, но откладывать основную программу ради мелкого гешефта действительно больше не стоило.

За первым же скальным выступом старая дорога сузилась до козьей тропки, так что дальше мы пошли гуськом. От мельницы наши спины ещё просматривались, а через сотню шагов склон наглухо затянуло косой дождевой хмарью.