Звёздное небо. Том первый

Глава 1. "Владыки существуют!"

В мире, где звёзды управляют людьми, а люди подчиняются древним богам четырёх стихий: огня, земли, ветра и воды — всё может быть. Всё, без всяких глупых исключений.

— Древние легенды говорят: “и явились четверо в этот мир, чтобы поддержать порядок и устранить хаос на этой планете, которая привлекла взор Вселенной, матери всего, что есть и что недоступно человеческому взгляду”, и правда ли это? Конечно! Четверо существуют! Существуют, даже если мы их не видим! Это только Владимир, владыка огня, и Хуэй Вэн, владыка земли, являются смертным… но это же не значит, что других владык нет. — твердил маленький человечек на главной площади Поднебесья, внизу собора, — вопрос владык всегда был и всегда будет!

Чокнутого парня слушали, чтобы не обидеть, скептически относясь ко всем его словам. Вскоре появилась пожилая женщина, сестра собора, её волосы были скрыты белым покровом, подвязанным под подбородком, а морщины и добрый взгляд громко говорили о её возрасте и терпении к людям:

— Всё, дорогой мой, пора спать. — терпеливо сказала она, осторожно взяв маленького парня за плечо.

Он, конечно, не стал сопротивляться, пробормотав себе под нос что-то по типу: “Да, сестра Изабелла…”

Они ушли с площади, и прозвучал прямой вопрос к прямому собеседнику:

— А ведь он прав. — насмешливый голос ударил в голову, — как бы ты не хотел отрицать, старший братец, владыки существуют.

— Конечно, существуют. — усталый голос высокого парня, пронёсся в воздухе, — следят за тобой и думают, как бы от тебя избавиться…

— Очень смешно. А как же братская любовь?!

— Я по-братски тебя не выношу.

Оба рассмеялись, и этот смех разнёсся по Фонтанной площади, сливаясь мелодией с песнями бардов и шумом таверн, доносящихся с Отельного переулка.

Облачный город жил своей жизнью, несмотря на все протесты его жителей, подчиняясь звёздной воли своего владыки, который завещал своему городу: “Живите легко и живите так, как хотите вы, не нарушая законов, данных вам моими учениками”. И город жил так: легко, мирно, спокойно, как мягко дует ветер в поле, разнося аромат цветов по всему периметру. Даже в здании Великого суда сейчас было тихо и мирно: судья, молодая девушка в чёрном платье, сидела, смотря перед собой и молясь владыке ветра, чтобы он закончил этот кошмар…

Но вечером город снова ожил: ветер разносил по мирным улочкам песни бардов, продавцы на Большом рынке зазывали гостей, а Великий собор принимал на вечернюю молитву. Всё жило, пело, танцевало.

Но только в зале суда было не до песен:

— Ваша честь, прошу учесть, что подозреваемый уклоняется от ответа!

— Ваша честь, прошу учесть, что вы очень красивая. — насмешливо и тихо передразнил разъярённого мужчину Тин, тот самый, который напомнил своему старшему брату о существовании владык.

— Тин. — строго, но смеясь, ткнул его брат Филипп в плечо локтём, — хватит баловаться в зале суда.

— А сам хохочешь! — Тин усмехнулся, крутясь на стуле.

Оба посмеялись.

Тин — парень интересный, невысокий, слегка худощавый, с коричневыми волосами, всегда растрепанными, что придавало ему его индивидуальную неопрятность, и серыми, возможно, глазами, которыми он зачем-то держал закрытыми, ну а его характер можно было описать кратко: смешной, любознательный, общительный и слегка саркастичный.

Филипп — серьёзнее. Конечно, ведь в управлении страной нужна немалая ответственность. Высокий, крупного телосложения, с серыми глазами и коричневыми волосами, которые он почти всегда заплетает в хвост лентой. Мужественный, умеющий взять ответственность, но не без чувства юмора…

— Пригласи её на ярмарку! — Тин настойчиво тыкал пальцем в старшего брата, указывая на судью Беллу.

— Докатились… малявка указывает мне как нужно ухаживать за девушкой. — Филипп закатил глаза и отодвинул брата на стуле на колёсиках.

— Малявка перестанет тебе указывать, когда ты перестанешь себя вести как сопля! — он снова придвинулся к брату, толкая стул. Филипп притворился, что не заметил его слова, но его взгляд всё ещё был прикован к Белле, восхищаясь её красотой.

— Она не пойдёт… — пробормотал он себе под нос.

— Ты же не знаешь! Почему тогда решаешь за неё? — голос Тина был насмешливым и саркастичным, раздражая своей интонацией, — сопля!

Филипп ещё больше взъерошил волосы Тина, снова оттолкнув его, чтобы тот отъехал на стуле. Вместо каких-то обид или претензий глава Поднебесья получил только смех и дразнилки от своего младшего брата, весело хохотавшего рядом. Вот она — братская любовь: один хохочет над неудачами в любви другого, а другой не обращает на одного внимания, продолжая тихо и нежно любить девушку, укравшую его сердце…

Глава 2. Есть же грехи человеческие.

Да-да, сегодня был тоже обычный день…

Однажды, кто-то пересказал мне эту давнюю-давнюю историю, которую, видимо, услышал от какого-то из огромного количества талантливых бардов Поднебесья…

Давным-давно, когда ещё владыки ходили по земле, а зодиаки не скрывали своего обличия, не страшась ревнивого осуждения других человеческих сущностей, жила талантливая девушка-инженер, получившая свой дар от первого владыки ветров. Имя девушки он (рассказчик, рассказавший мне эту историю) не назвал, но я точно знаю о ком именно идёт речь. Лиффианна — самый известный инженер всего мира, известная своим острым умом и математическим мышлением. Она, именно она, а не кто-то другой, кто решил бы присвоить себе её во истину прекрасные и гениальные изобретения, создала механизм, держащий Облачный город над землёй, сделав его уникальным. Ни один город, ни одна деревня, даже величественная Стоница — столица Огненного Альянса — не сравнятся с величием и историей Облачного города и Поднебесья в целом. Самый мёд в том, что Лиффианна не оставила воздушным, потомкам владыки ветров, чертежи своих разработок, оставив их ни с чем. Она, пользуясь своей божественной сутью, а именно созвездием Водолея, была близкой подругой и последователем первого владыки ветров и по ныне ею является, только уже близкой подругой и последователем сегодняшнего владыки ветров.

“… но, наверняка, же были и другие зодиаки-полубоги, приближенные к владыкам…” — дабы избежать дальнейших таких вопросов, отвечу на них сразу. Да, были.

И наш Тин-хулиган, и прекраснейшая Белла, и даже Филипп — все они по сути своей полубоги, но хорошо, очень хорошо это скрывают, чтобы избежать дальнейших конфликтов, ибо общество людей, людей обычных и не имеющих при себе никаких талантов и даров свыше, ревностно, лицемерно, неискренне и предвзято относились бы к нашим героям, даже не удосужившись обратить своего внимания на то, что они не сделали ничего плохого, а, наоборот, старались управлять страной, делая свой мир и мир других обычных людей лучше. Но, к сожаление или к счастью, Вселенная дала разные умы и разные мнения всем, кто владеет сознанием на всех планетах, возможно, говоря: “сколько людей, столько и мнений.” И она была права, говоря это, ведь все мы: люди, владыки, полубоги и зодиаки — все без исключения дети Вселенной, несмотря на свои различия и расхождения, когда смотрим на жизнь и общество. Знаете, именно в этом наша сила. В наших различиях, в наших многочисленных народах и разнообразиях культур, в наших жизнях, которые мы живёт согласно (или нет) своему пути, данному нам всё той же матерью Вселенной, и это и есть наша мощь. Если представить, что у нас нет индивидуальности и свободы личности… никому бы из ярких, живых и страстных к жизни людей это не понравилось, но некоторые люди такие. Лживые, лицемерные, не способные учесть своих недостатков, что перерастает в чистого рода высокомерие, люди не способны воспринимать достоинство и различие разных людей, примеряя всех по своему шаблону. Высокомерие, лицемерие, лживость, неспособность принимать других — вот самые страшные грехи человечества. Не нужно смотреть глобально и размышлять о неравенстве женщин, других рас, нет, изменение мира начинается с каждого из нас, и если каждый человек станет смотреть на себя, принимая выбор каждого человека, человечество и мир в целом станет чуточку лучше. Мораль проста — принимайте и спокойно относитесь к выбору каждого, даже если его взгляды и ценности Вам не близки.

Возможно, многие осудят меня за столь дерзкие слова в адрес многих лицемерных и лживых людей, коих я знаю в лицо и лично, возможно, мне потом придётся получить много жалоб и не самых приятных высказываний в адрес моей личности от тех же высокомерных и не способных принимать других личностей, но, о как жаль (!) мне на них алмазно плевать, ведь, как сказал кто-то очень мудрый: “художнику нужна дерзость в линиях, писателю — в словах, а музыканту — в нотах.”, и у меня даже язык не подымается поспорить с этим высказывание, что, зная мой буйный и немного язвительный характер, было бы возможно, когда гласило бы какое-то высказывание иное, идущее наперекор моим чувствам, мыслям и эмоциям. Может быть, моё повествование отошло от изначально темы, как могли многие читатели подумать, но нет, уверяю Вас. Многие проблемы, завязки и кульминации будут отходить от основных тем, с какими был задуман этот роман, действуя по совести и прихоти автора, то есть меня.

Глава могла бы вернуться к прежнему рассказу, но выходит слишком длинно и многословно, местами не отличаясь красноречием и дерзостью слов, а возвращаясь к моим истокам — дневниковым романам, какие были мною писаны в самом начале писательского пути.

Глава 3. Сон... вещий и живой.

… но вернёмся к нашим друзьям…

Тин, удивлённо обратив внимание вниз, где происходила вся судебная процессия, усмехнулся, забавляясь безвыходностью того, кто начал всё это: обвинения, и т.д.

Почему-то писать становится мукой… овладевает мной постепенно русская хандра. Что делать с этим я не знаю, но представляю, что сейчас не могу я бросить свой рассказ… В конце-концов ну можно же придумать что-то…

Боле этим до боли скучным и нудным судом беспокоить не стану, ибо Вы, мой дорогой читатель, возможно, подумаете отказаться от меня и моего творенья… не суть.

Братья вернулись в штаб правительства, большое здание, которое и служило им домом, чтобы сильно не заморачиваться по поводу дороги.

Ночь, лес, темно… Я вижу… флот, армии, Поднебесная… пираты… Скорпион? да, он. Кто это? Кто-то из огненных… Овен? да, он. Эскадра, войска владыки земли, Козерог.

Тин просыпает утром в холодном поту, глазами обыскивая знакомый интерьер своей спальни. Война. Он должен рассказать Филиппу, иначе всё кончится хуже, чем в его сне. Тин подпрыгивает с постели, бежит по пустым коридорам, а за окном поднимаются тучи, предвещая не самые лучшие вести. Он вбегает в комнату брата и… не может вымолвить ни слова.

— Тин, что случилось? опять видение? — устало спрашивает Филипп.

Тин застыл, слёзы перекрывают глаза, застилая всё непроглядной пеленой. Он видит смерть лучшего друга и, застыв, падает на пол, закрыв руток рот.

— Эй, Тин. — Филипп обеспокоенно бежит к брату, поднимает его с пола и заключает его в защитный кокон объятий.

Тин цепляется за брата, на трясущихся ногах пытаясь удержатся… Нет, он не может рассказать, что видел. Он испуганно убежал в свою комнату, не обращая внимания на удивлённые вопросы брата. Добежав до спальни, Тин устало рухнул на кровать, переваривая свои видения.

Свобода, лёгкость, песни — именно этими завещаниями жили люди Поднебесья, но у всего была своя цена. Наш дорогой Тин видел будущее, но, увидя смерть друга, замолчал, конечно, не навсегда, но на ближайшее время точно, дабы защитить его.

Но, как бы мы ни старались, всё произойдёт так, как предвидел Тин…

Глава 4. Столица Земной.

— Госпожа Хуэй Вэн! — по большому залу раздался громкий мужской голос, — послание от водных.

Взрослая высокая женщина, владыка земли, взяла свиток, взмахнув драконьим хвостом. Она покачала головой и бросила свиток на стол, ничего не ответив послу. Вместо неё подошел мужчина с рогами. Он, взяв свиток, пробежал по нему глазами.

— Господин Ли, что передать генералу Чхве И? Он ждёт. — вежливо спросил посол, не желая гневать одного из двенадцати.

Козерог промолчал:

— Пока ничего… — в голове у него пронеслась одна мысль, яркая и навязчивая: “огненные наверняка попытаются помешать…”

Правда ли это про огненных или нет, боюсь, что мы узнаем чуть позже. А пока позвольте, мой дорогой читатель, познакомить вас с прекрасным городом Гуньмэй — столица Поднебесной или Земной Империи.

Ах, Гуньмэй — прекрасный город, живой, яркий, разносторонний, но не суть… назревает война.

Глава 5. А вот и я!

“А если он меня отвергнет… а если он даже не захочет слушать…”

Маленький, хрупкий человек шёл по бескрайней равнине песка, поглощённый в свои печальные, саморазрушительные мысли. Его бледная кожа поражала своим неестественным цветом, а голубые глаза смотрели так, будто из них вот-вот польются горькие слёзы. Он будто в тумане прошёл по мосту к большому дворцу, морально готовясь к предстоящей встрече.

Поясню: этот маленький человечек — обладатель созвездия Рака. Он должен был встретиться с царём Пустыни Ра по поручению водной владычицы Шармилы по поводу присоединения мёртвых, безжизненных земель пустыни к территории Водного королевства. Но отдастся ли пустынный царь так просто? Сомневаюсь, очень сомневаюсь.

Рак, тихонько ступая босыми ногами по каменному полу, вошёл в большой главный зал и дрожал то ли от страха, острым комом засевший горле, то ли от невыносимой жары, к которой он явно не привык, почти всегда находясь под водой.

Но он уже здесь, и отступать уже некуда…

Рак кладёт ладонь на сердце, чётко ощущая, как оно бешено колотится, и вздыхает, решив идти до конца. Он что-то бормочет себе под нос, разрываясь между желанием сбежать и верностью своему владыке. Наконец, глубоко вздохнув, Рак решает собрать всю свою смелость в кулак:

— Ра, царь Пустыни, явись предо мной.

Как только эти слова сорвались с его губ, он прикрыл рот рукой в испуганном, мучительном ожидании…

К счастью или к сожалению, вскоре перед ним предстал сам Ра, царь Пустыни, во всей своей красе: его чёрные, словно шёлк, пряди падали на спину и плечи мягкими волнами, тёмно-карие глаза смотрели с солнечной теплотой, отчего Раку стало немного легче, огненно-алый каларизис подчёркивал его, словно у статуи, тело:

— Рад приветствовать тебя, Рак… — с теплотой и гостеприимством сказал Ра, приземлившись на пол, — и Лев.

У Рака упало сердце, бешено отдавшись пульсом в ушах. Он медленно повернул голову в сторону, и в уголках его глаз начинают закипать слёзы досады.

Там, оттолкнувшись от колонны, на свет факела выходит обладатель созвездия Льва, сын огненного владыки:

— Взаимно, Ра. — его голос звучит словно мёд, приправленный сладким нектаром.

Рак быстро моргает, прогоняя слезы. Всё, всё во Льве выглядит как идеал: золотые локоны волнами падают на спину, будто сияя солнечным светом под огнём факела, в янтарных глазах читается манящая теплота с некими хищными оттенками, по кремовой гладкой коже рассыпаны едва заметные веснушки. В обаянии, харизме и красоте Рак значительно уступал Льву.

Лев сделал шаг вперёд; его одежды зашуршали, а золотые украшения мило зазвенели, отчего Рак вздрогнул.

— Ах, Ра, боюсь, что мы с Раком пришли по похожим причинам. — сладко промурлыкал Лев.

Рак уже хотел было сдаться, но взял себя в руки и заставил себя стоять на месте.

— Ра, не буду Вас томить… — смело начал он, поражаясь своей храбростью и покраснев до корней волос, будто сварившись под жаром пустынного солнца, — … я и владыка Шармила знаем о проблеме вашего народа, и мы хотим Вам предложить защиту водной короны. — он отчеканил предложение, будто зазубрил его наизусть.

Лев слегка хихикнул, забавляясь видом раскрасневшегося Рака и его смелой речью, но быстро подавил смешок, не желая смущать его ещё больше. Ра тоже был близок к смешку, но сдержался:

— Я ценю предложение водного владыки, но и хочу услышать предложение Льва.

Лев сделал шаг вперёд, позвякивая украшениями.

“Я предлагаю полную экономическую, политическую и военную независимость. Пустыня получит не только автономность, но и мощного союзника, который сможет поддержать порядок на этих землях. Решать тебе, Ра.”

После этих слов Лев скрылся в пламени, словно его здесь и не было, а Рак остался стоять на месте как вкопанный, и по его щеке всё же скатилась одинокая слеза, которую он быстро вытер, зная, что с самого начала шёл в львиное логово на позор или смерть.

Глава 6. Один из героев.

Конечно, ничего не уходит бесследно: ни слова таких божественных существ как зодиаки, ни грехи обычных смертных.

Там, высоко в горах, где легенды о великих генералах Поднебесной и слава владыки Хуэй Фэн от перевала до перевала, и будет рождена одна из сильнейших двенадцати. Легенды говорят, что когда на земле рождается тот, кто сможет изменить жизнь государства, на небе загорается новая звезда, освещая путь избранному герою. Так и случилось. Пятого мая на небе глубокой ночью зажглась новая звезда, осветив всё небо своей яркой вспышкой. Там же, высоко в горах, величественно раскинулась Золотая долина с Дворцом Просвещения, где один из величайших генералов Чжао Линг готовил новых воинов.

Но сейчас немного о другом:

— Позор! Ты никогда не принесёшь почёта в семью! — разъярённая женщина кричала на всю улицу, привлекая внимание прохожих.

— Больно надо было… — прорычала себе под нос высокая, стройная девушка, одетая в зелёный чонсам. Её тёмные волосы были заплетены шпилькой в виде меча, а зелёные глаза смотрели с таким упорством, что позавидовал бы каждый воин.

Придя в дом, она сразу пошла в свою спальню, не обращая внимание на возгласы бабушки и матери.

— Томила, быстро сюда! — кричала ей мать вслед, пытаясь с ней поговорить.

Рухнув на кровать, Тома уставилась в потолок, не замечая ничего и никого. “Я не хочу замуж.” — твёрдо пронеслось у неё в голове, и она вытащила шпильку, расплетя волосы, отчего они рассыпались полукругом по подушке. Вольнолюбивые размышления Томы прервал её отец, старый воин, господин Махбаат:

— А, моя маленькая невеста! Нашла себе достойного суженого? — радостно спросил он, видимо, надеясь получить положительный ответ, но она зарылась в покрывало с головой, спрятавшись от отца.

Махбаат удивлённо вскинул брови и подошёл к дочери, присев на край кровати, положив руку на её плечо, молча поддерживая её. Тома пошевелилась и положила голову на колени отца, слегка высунувшись из своего импровизированного кокона. Так они молчали ещё минут пять, пока она не решила прервать молчание:

— Сваха была похожа на злую козу. Интересно, а у неё самой муж-то есть? — оба посмеялись, и снова наступила тишина, — пап… я не хочу замуж.

Её отец вздохнул и погладил по волосам:

— Да? чего же ты хочешь?

— Я хочу учиться в Дворце Просвещения.

Махбаат замолчал, устало вздохнув:

— Тома, у нас уже был разговор… там могут учиться только парни.

— Я знаю! — воскликнула Тома, приподнявшись на локте, — но могут же быть исключения!

Он ничего не ответил, лишь встал и вышел из спальни дочери. Так, уперев взгляд в потолок, Тома пролежала до самой ночи, пока не решила взять судьбу в свои руки и хоть что-то изменить в своей жизни.

Под покровом тёмного звёздного неба, когда солнце было уже далеко за горизонтом, старый меч дедушки Чхве, отца матери Томилы, был украден вместе с конём. Остались только шпилька в виде клинка и тёмные отрезанные волосы.

Утром в доме Махбаат поднимется шум и гам, и только один человек будет знать, куда пропала Томила.

Тома шла по бамбуковой роще, спешившись с коня, а солнце уже было высоко над горизонтом, освещая и паля. На ней не было лица, а что самое страшное — это даже не то, что раскроют её женский секрет, а то, что её даже не примут на обучение. Тома вздохнула и вышла на главную тропу, ведущую к Дворцу Просвещения. Посмотрев на длинную лестницу, она вздохнула, подавив дрожь во всём теле, и шагнула вперёд. Длинный путь пролетел словно в тумане, и она уже стояла среди таких же новобранцев, ещё не веря, что её приняли.

— Бойцы! — громкий, командирский голос генерала Чжао разрезал воздух словно сталь, пока генерал ходил взад-вперёд вдоль выстроившихся новеньких, — пока вы сопляки и мамины сыночки… — он остановился прямо напротив Томы, отчего та сглотнула, вздрогнув, — Ничего. Я это быстро исправлю. — генерал продолжил ходить вдоль новичков, и она выдохнула, не заметив, что всё это время задерживала дыхание. Тома осмотрела своих сослуживцев, даже не представляя, что будет ждать её дальше…

Следующие два месяца Тома не вспомнит, хоть убей, не вспомнит, когда нормально спала, отдыхала или дышала спокойно. Одна за одной, чередуясь с уроками истории и богословия, тренировки отсеивали учеников, пока не остались самые сильные и мужественные. “Скоро экзамен.” — твердила она себе, пробегая ещё один круг вокруг Дворца Просвещения. Ноги уже не дрожали, а дыхание не сбивалось. Она держалась ровно, стала лучшей из лучшей учеников Дворца за последние пятьдесят лет, её уважали все: и ученики за доброту и помощь, и генерал Чжао за мужество и отвагу.

Вот и день экзамена. Все в главном зале как на иголках в ожидании экзамена. Чжао вышел к своим ученикам:

— Прошло два месяца… — его речь прервалась каким-то громким стуком.

Каркас крыши дворца затрещал, все замерли и насторожились.

Резкий хлопок.

Учеников и генерала разделило существо: рога, больше тело, нечеловечески высокий рост и явно неестественная сила отделила Чжао от его учеников. Демон Золотой долины.

Он поднял меч и нацелился на генерала. Только меч должен был вонзиться в сердце Чжао, как под удар попалась Томила, закрыв учителя своим телом. Удар пришёлся в грудь, конечно, не смертельно, но больно. Она упала, схватившись за рану. Генерал подскочил к ней, поддержав, и пробормотал что-то:

— Я обязан тебе жизнью, Чхве…

Всё вокруг померкло. Тома очнулась в своей постели с перевязанной грудью. Вокруг неё стояли врач, посыльный владыки и генерал Чжао. Врач молча ушёл, а посыльный, худой мужчина в голубом ханьфу, выглядел крайне недовольно:

— Так это правда! Лучший ученик Дворца — женщина! — он закричал и повернулся к генералу, — Генерал, это измена! Нарушение установленных владыкой правил!

Чжао ничего не ответил. Так он стоял ещё минут пять. Молча вздохнув, он положил меч Томы на её прикроватную тумбочку рядом с ней и пошёл к выходу:

— Я возвращаю долг. С рассветом уходи. — Чжао вышел из комнаты, а посыльный пошёл за ним, пища что-то про законы.

Томила посмотрела в потолок, нахмурившись, схватила свой меч и выбежала из комнаты. Догнав генерала у лестница в главный зал, на полу которого ещё была её кровь, она прокричала вслед:

— Генерал Чжао! Допустите меня к экзамену!

Чжао остановился и, повернувшись к ней, устало сказал:

— Я не могу…

— Можете! — она перебила его, подойдя ближе и сравнявшись ростом.

— Чхве, как бы я ни хотел…

— Почему?! Я была лучшей, и вы это знаете! — она снова перебила.

Чжао ничего не ответил, тяжело и устало вздохнув. Томила нахмурилась, грозно посмотрев на своего учителя, и прорычала:

— Я Томила Махбаат. А ты, генерал Чжао, просто обычный трус.

После этих сокрушительных слов Томила вышла из дворца, громко хлопнув дверью. Чжао застыл на месте, молча смотря ей вслед и зная, что она всё равно пойдёт одна.

Экзамен был прост только на словах: нужно победить демона Золотой долины. Да, того самого, который напал на Дворец Просвещения пару часов назад.

Оставив коня в дворцовой конюшне, Томила вошла в большую пещеру. Сердце бешено колотилась в груди, словно вот-вот выпрыгнет, тело дрожало, как осиновый лист дрожит под холодным ветром осени, но она заставила себя войти туда, из которой веяло могильным холодом.

— Ха-а, кто это тут у нас? Заблудилась, милая? — демон окинул Томилу голодным взглядом.

Она достала меч из ножн, прорычав себе под нос: “пришла по адресу.” Не долго думая, Томила бросилась в атаку, искусно сражая с древним демоном.

Лязг, свист, тяжёлое дыхание — все звук слились воедино в симфонию боли и силы воли. Удар, ещё удар, не получилось, не увернулась… Демон злорадно рассмеялся, готовясь нанести последний удар, и… Лезвие демонического клинка прервала чья-то сила… Большой золотой Телец остановил удар. Томила уставилась на проявление божественной силы, и прямо перед ней материализовался тяжёлый двуручный меч, на вид сделанный из чистого золота. Она взяла свой новый меч и дала отпор нападавшему, до безумия и скрипа зубов разъярённому демону, одержав чистую победу и едва замечая изменение в своей внешности: рога на голове, ещё одна пара ушей и позади хвост.

Расплывчито, да. Но не в этом-то смысл. Любой человек, способный брать из текста главное, сможет извлечь из моего рассказа ценный урок.

Глава 7. Какие главные черты у человека?

Какие главные черты у человека? Одни скажут, что это харизма, другие — доброта, третьи вообще третье. Вернусь к вопросу: главных качеств нет. Все важны и все равны.

Уже шёл разговор о чести, сострадании и доброте, но сейчас пойдёт разговор совершенно о другом. Если сострадание и доброту можно приобрести в семье, не выходя из своей зоны комфорта и без всяких преград, то силу воли, отвагу, мужество, упорство и умение ставить цели и добиваться их никогда и ни за что человек не сможет приобрести эти качества в комфортных условиях.

Вот возьмём в пример нашу Томилу: получила бы она созвездие, останься она дома? Никогда. Стала бы она счастлива? Ни за что. Смогла ли бы она осуществить свою мечту? Нет. Только выйдя из благоприятных для неё условий, она смогла добиться своей цели и даже больше.

А зачем ей над было это делать, если у неё было всё? Потому что была мечта, навязчивая мысль не дающая покоя ни днём ни ночью. Была цель, которую она пообещала достичь во что бы то нни стало, и пообещала она не кому-то, а самой себе. Обещания, данные человеком самому себе, — самые сильные клятвы, но и их исполнение нужна определённая сила воли и уровень упорства. Таких примеров в жизни и литературе очень много, и чтобы перечислить их, не хватит времени Вселенной, ведь с каждым днём таких примеров мужества и отваги, преодоления самого себя и закаления характера становится всё больше и больше.

Смысл, как обычно, прост: лишь выйдя из зоны комфорта, человек сможет стать образцом силы воли, упорства, и, лишь выйдя из зоны комфорта человек сможет ставить себе цели и добиваться их, постигать тайны Вселенной и преодолевать самого себя, открывая в себе новые таланты и возможности.

Глава 8. "В этом и суть дружбы."

Снова сон… Что? Стоница, огонь, бунт… девушка? Красные волосы, чёрное пальто, фамильный меч… смерть. Смерть одного из двенадцати.

Тин подскочил с кровати в холодном поту, тяжело дыша и не до конца осознавая, что именно только что увидел.

— Ого, сидишь за книгой? Думаешь, чтение сделает тебя умнее? — медовый сарказм прошёлся шёлком по небольшой библиотеке.

— Ха-ха, очень смешно, Лев. — такой же саркастичный ответ низкого, стального и немного командирского голоса прозвучал.

— Эй, расслабься, Овен, я же просто пошутил. — Лев хихикнул, присев а диван рядом с крупной фигурой Овна.

— Ну и шуточки у тебя. — Овен убрал книгу, положив её на низкий журнальный столик, — ладно, не важно. Как прошла встреча с Ра?

— Лучше не спрашивай… — Лев потянулся, растянувшись на диване, — подонки Шармилы пытались помешать. Представляешь, сам Рак решил поговорить с царём пустыни. Он отважился, покраснел, будто сварился, и чуть не расплакался. — оба посмеялись, — Кстати, что ты читаешь?

— Хм, новый роман. Написала некая Ира Краснова. — Овен задумчиво посмотрел на книгу на столике, — написано интересно, но… автор будто против владыки и нынешней власти, — он устало потёр виски, — не удивлюсь, если какой-нибудь индивид додумается поднять восстание.

— Думаешь?

— Знаю.

— Лев! — внезапно раскрылась дверь, ударившись о стену. Рыжий кудрявый парнишка запрыгнул на диван, обнимая Льва, отчего тот упал на Овна, — Ты вернулся! А скорпионы в пустыне были? а верблюды? А Ра высокий? выше тебя?

— Стрелец, я был только во дворце. — Лев прикрыл разговорчивому парнишке рот кончиками пальцев, — Кстати, дворец у него меньше, чем наш. — он потрепал его кудрявые волосы, — Так-так, а что ты не спишь? Я пообещал твоей маме, что ты будешь ложиться вовремя.

— А мне Овен разрешил! — Стрелец сразу перевёл стрелки, крепче обняв Льва и улыбнувшись.

— Отставить! Я разрешил тебе посидеть со мной и подождать Льва, а ты свалил в свою комнату и тихо сидел. — Овен дотянулся до волос Стрельца, растрепав их ещё больше.

— Ладно, быстро спать! — Лев попытался встать, но Стрелец крепче обнял его, отчего тот снова упал на Овна.

— Не хочу! — Стрелец закапризничал, застучав ногами по дивану.

— О, кто-то решил поиграть в маленького? Со мной не прокатит! — Лев встал, а Стрельца подняла странная красная нить, очень тёплая, даже горячая.

— Ладно… — Стрелец расслабился, и нить отпустила его. Он подскочил с дивана и вместе со Львом вышел из библиотеки.

Овен остался один со своими мыслями, смотря на злополучную книжку, которая могла стать причиной бунта.

Он, вздохнув, встал с дивана и вышел из библиотеки вглубь дворца. Войдя в свой кабинет, Овен сел за стол, который был выстлан большой картой. Его мысли были где-то в далёком космосе, затмевая тревоги мирного бытия дворца и самой Стоницы, которая не засыпала даже после полуночи, продолжая наслаждаться милой и невероятной ночью. Прошло неизвестно сколько времени, и к нему вошёл Лев, предварительно постучавшись:

— Не занят? — он либо словно лебедь на озёрной глади воды, либо словно хищник тихо вошёл в кабинет, подходя к другу и сопровождаясь еле слышным звоном украшений, — Ну и? Всё ещё ищешь недочёты? Может, хватит так относиться к себе? — он слегка наклонился, чтобы лучше проследить за взглядом друга, и его волосы немного защекотали щёку Овна.

— Как именно… — Овен хотел что-то сказать, но замолчал, откинувшись на спинку стула и тяжело вздохнув. — Неважно…

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь только тихим тиканьем искусно сделанных часов и треском дров в костре, будто сам владыка огня хотел сказать им что-то важное, наблюдая за ними. Овен первым нарушил тишину, не выдержав проницательного взгляда, который, казалось, мог прожечь изнутри, и понимающей лёгкой улыбки, которая могла растопить даже самый крепкий душевный лёд, своего друга:

— Стрелец уже уснул?

— Ты не это хотел спросить. — перебил его Лев, выпрямившись и взяв деревянную фигурку феникса со стола.

— Ха, я не могу быть настолько предсказуемым. — усмехнулся Овен, пытаясь вернуть себе прежнюю браваду, хотя сглотнул.

— Дорогой Овен, я слишком хорошо тебя знаю. — промурлыкал Лев, осмотрев фигурку в своей руке.

Снова воцарилась оглушительная тишина, которую на этот раз нарушил Лев, с глухим стуком поставив фигурку снова на стол:

— Ты чего-то боишься.

— Бред. — попытался запротестовать Овен, но безуспешно.

Лев удивлённо приподнял брови, будто не ожидал такого ответа, хотя взгляд говорил, что он уже давно всё знает, и, пронизывая дружеским теплом, заставил Овна сказать правду:

— Ладно… Да, я боюсь. — грубо выпалил он, скрестив руки на груди, — Доволен?

— Вполне. Чего же ты боишься?

— Я не уверен, что мы сможем вообще отбить Огненную корону у земных. Поднебесная — сильный соперник, а Козерог — не такой уж и плохой стратег, как бы мне ни хотелось не признавать этого… Да и эта идея с короной кажется немного… бредовой.

Лев ничего не ответил, только начал тихо напевать старую альянскую мелодию, провёл рукой по плечам Овна и дошёл до книжного шкафа. Он ничего не ответил, продолжая напевать старую мелодию. Овен посмотрел на своего лучшего друга, не до конца понимая его мысль:

— Все, рождённые под знаком Льва, такие загадочные, или только тебе дано?

— Суди сам.

— Что ты хочешь сказать?

— А что ты хочешь услышать? — Лев повернулся к нему лицом.

Овен открыл рот, будто хотел сказать что-то язвительное, но закрыл его, не найдя правильных слов. Помолчав пару секунд, он всё же сказал:

— На севере континента есть остров, находящийся под властью земных, — он повернулся к карте, и к нему подошёл Лев, следя за его взглядом, — в случае опасности этот остров может стать неким козырем в рукаве, — он провёл пальцем воображаемый путь по карте к острову, которого не было на карте.

Лев снова наклонился и повторил пальцем путь Овна:

— А ты уверен, что земные поступят именно так?

— Если не отступят, то они либо слишком смелы и уверены в своих силах, либо глупы, раз недооценили силу соперника. — Овен встал, возвысившись над Львом своим немалым ростом.

— В таком случае… — Льву пришлось поднять голову, чтобы не разорвать зрительного контакта, — … у нас тоже может быть козырь.

— Что ты имеешь в виду? — Овен сел, внимательно слушая слова своего друга.

— Земные всегда тесно сотрудничали с водными, а мне одна птичка напела, что один из водных не очень доволен водной владыкой.

— Ты про Скорпиона? Он не согласится.

Лев обошёл Овна позади, проведя рукой по его плечам, едва касаясь кончиками пальцев:

— Согласится, если правильно поговорить с ним.

— Я всё равно не очень уверен…

— А я верю, — Лев перебил его, не два договорить, — верю, что твоя тактика сработает и мы одержим победу.

Овен усмехнулся:

— Ого, я сам в себя не верю, когда мой друг уже празднует победу.

— В этом и суть дружбы. — промурлыкал Лев, раскинув руки и приглашая в объятия.

Глава 9. Так в чём же?

В чём же суть дружбы, о которой говорил Лев? Ответ как всегда прост: в принятии, в поддержке, в помощи. Многие недальновидные люди скажут, что и суть семьи такая же, но нет. Семья строится на любви и принимает своих членов без осуждения, почти всегда находясь на их стороне, в то время как дружба осуждает, идёт наперекор, указывая на достоинства и недостатки. Любовь в семье может затмить глаза, отчего суд семьи может быть не таким справедливым и верным, а дружба не может затмить глаза. Друг всегда будет идти наперекор, создавать конфликт двух взглядов и интересов, сопротивление личностей.

Дружба — это самые непредсказуемые человеческие отношения. Никогда не знаешь наверняка, куда она заведёт, в какие приключения и в какие дебри можно забрести с другом. Дружба — и самые хрупкие человеческие отношения… почему? Потому что она строится на уважении, а уважение к человеку легче всего потерять. Люди часто ценят дружбу больше, чем другие отношения, и это можно понять. Пойди что не так, и самые лучшие друзья могут стать злейшими врагами из-за одной маленькой мелочи, которая может показаться незначительной для одного и смертельной для другого. Дружба помогает; дружба вдохновляет, особенно, если рядом, кроме друга, никого нет.

Пример прост: подумал бы Овен про Скорпиона, если бы ни Лев? Ответ также прост: да никогда! Дружба помогает посмотреть на ситуации с совершенно другой стороны, и в этом одна из её главный задач и ценностей. Никто, кроме друга, не скажет напрямую, что нужно делать. Да, это может сказать любимый человек или родственник, но, скорее всего, он постарается приукрасить горькую правду сладкой ложью, а друг, скорее всего, скажет не в бровь, а прямо в глаз.

Возможно, Вам может показаться, что я ставлю дружбу выше других видов душевной связи, но нет, вот мои слова: цените дружбу, ведь друг же дан не просто так. Каждый человек, приходящий в жизнь, оставляет свой след и приходит с определённой задачей, с уроком, который должен отработать каждый. Отработав, он либо уходит, получив своё и дав то, что должен был передать от Вселенной, либо остаётся. В любом случае каждый человек очень ценнен в жизни, и не стоит никого недооценивать, ведь такие люди будут приходит и приходить, если тот, к кому они приходят, не выполнит свой урок, даже несмотря на окружающие обстоятельства, либо как раз из-за них.

Глава 10. Скорпион.

Так что же со Скорпионом?

— Скорпион! Ты не можешь просто так уйти и оставить свою страну.

Низкий мужской голос разнёсся по залу, звуча как-то необычно, как-то загадочно и не по-земному.

— Ха, могу, Рыбы, могу! — ядовито крикнул Скорпион, идя вперёд и не обращая внимания на протесты своего коллеги, упорно следующего за ним.

Почему коллеге, а не другу? Интересно, правда, но водные знаки относятся друг к другу как к коллегам, нежели друзьям. Может, это связано с замкнутостью водных знаков, может ещё по каким-то причинам. Истинной причины мы, возможно, никогда не узнаем.

Скорпион упорно шёл вперёд, игнорируя протесты Рыб. Он прошёл мимо вернувшегося из Пустыни Рака, который сразу забеспокоился, удивившись отсутствием приветствия от Скорпиона.

— Скорпион… Рак, верховный жрец, может, он хоть вас послушает, раз слова главы Королевства для него пустой звук. — тяжело дыша от крика и попыток остановить Скорпиона, Рыбы обратился к Раку, который, оказывается, был верховным жрецом и приближённым водного владыки.

— Я попытаюсь… — робко сказал жрец, направляясь за Скорпионом.

Как только Рак догнал своего коллегу, тот сразу воспринял в штыки все последующие слова жреца:

— Скорпион, что случилось? — осторожно спросил Рак, пытаясь понять в чём причина.

— Ничего. — повторив интонацию жреца, прорычал Скорпион, явно издеваясь, — Я ухожу.

— Почему? — спокойно спросил Рак, пытаясь не обращать внимания на явно закипавшую обиду.

— Потому, что больше не собираюсь терпеть это! — Скорпион резко остановился, повернувшись к своим коллегам, — Один — трусливый нытик, — он указал на Рака, — второй — душнила! — он крикнул это Рыбам и развернулся.

— Я не нытик!

— А кто начинает плакать от одного только упоминания одной огненной особы? — он перебил жреца, не дав ему сказать.

Внутри Рака закипала обида. Заслужил ли он такого отношения, когда изо всех сил пытался помогать своим коллегам? Нет.

— Хочешь идти? Пожалуйста! — выпалил Рак, — Но больше мы тебя больше не примем!

— Не волнуйтесь, господа, меня вы больше не увидите. — насмешливо поклонившись, ядовито прорычал Скорпион, насмехаясь уже над своими бывшими коллегами и вышел из дворца.

Выйдя на улицу, он пошёл куда-то. Куда? Куда глаза смотрят. Вперёд, к морю.

Подойдя к морю, он засомневался, правильно ли он поступил. Да, его иногда обижали действия и слова его коллег, но они же не сделали ничего плохого… Он, смотря на морскую гладь волн, задумался. Где-то вдали не звучали шумы города, а берег был тих, будто специально для мыслей Скорпиона. “А куда мне тогда идти?” — спросил он себя, сев на белоснежный песок:

— Неужели… мне нигде нет места. — сказал он шёпотом морю, будто оно могло услышать и ответить, но, сколько бы мы ни пытались, море молчало, дарив Скорпиону тишину, в которой он так нуждался, и уединение мыслей.

Вздохнув, он направился ближе к морю и уже хотел погрузиться в него (не подумайте плохого! Водные знаки дышат под водой), но его остановил странный ворон с красным оперением и принёс ему конверт с печатью в виде солнца — символом огненного владыки. Скорпион взял подозрительно письмо и засомневался в его правдивости. Откуда у огненных информация о его уходе? И зачем он им вдруг понадобился? Он взял письмо и решил проверить, правдиво ли оно, либо кто-то над ним решил сыграть очень злую шутку. Он уже хотел отправиться, но его остановил кто-то взяв некрепко, но настойчиво за руку:

— Не делай этого! — прозвучал знакомый голос, который успел надоесть.

— Ты следишь за мной?! — Скорпион вырвал свою руку и прорычал, — Рыбы, я сам решу, куда мне ходить, а куда нет!

— Это ошибка. Огненные хотят тебя использовать… — Рыбы попытался образумить Скорпиона, но безуспешно.

— Отвали!

С этими словами Скорпион скрылся в море, а Рыбы уже не пытался его остановить, зная, что сделает ещё хуже, и, несмотря на то, что считал Скорпиона своим лучшим другом, остался еа месте…

— Рад видеть тебя, Скорпион. — уже знакомый всем медовый голос Льва разнёсся по комнате.

Скорпион не ответил, молча кивнув. Перед ним стояла чашка с горячим чаем, обещавшим тепло, и сладости:

— Угощайся. — спокойно сказал Лев, сделав глоток из своей чашки.

— Ты же меня не на чаепитие позвал… — спокойно прошептал Скорпион себе под нос, изо всех сил стараясь говорить ровно, — Зачем я здесь?

— Это нужно спросить у тебя. С какой целью ты прибыл в Огненный Альянс? — этот вопрос застал Скорпиона, а понимающий и согревающий изнутри взгляд Льва вытягивал всю правду.

— Я… я не знаю… — признался еле слышным шёпотом Скорпион, чувствуя себя морально обнажённым, — Я… это может прозвучать глупо, но… — он замолчал, решаясь.

— В твоих чувствах нет ничего глупого, — спокойно и тепло промурлыкал Лев, — и ты можешь говорить о чём угодно. Обещаю, что это останется только между нами.

В уголках глаз Скорпиона начали скапливаться слёзы, но он быстро заморгал, не желая выглядеть слабым:

— Почему ты так добр ко мне? — шёпотом спросил себе под нос он, обращаясь больше к себе, а не к собеседнику.

— Потому, что ты не сделал ничего плохого. — спокойно сказал Лев, и Скорпион почувствовал, что вот-вот пойдут слёзы из-за непривычки к такому теплу и такой открытости, — Я считаю, что мнение о других должно складываться только на своих личных ощущениях, а не мнении других.

— Почему?

— Потому что чужое мнение может быть искажённым или вовсе лживым.

Скорпион опустил голову, не выдерживая тёплого взгляда Льва. Он молчал ещё минут пять, а затем сказал:

— Я, кажется, понял… Ладно, чего ты от меня хочешь?

— Правды. Зачем ты здесь?

— Я… я хочу найти дом… место, где я смогу быть собой, не боясь насмешек или осуждения. Другие водные презирают меня, не воспринимая мои чувства всерьёз…

— А ты говорил с ними о своих чувствах?

— Я… нет.

— Может, дело в тебе, а не в них?

Скорпион замолчал, не найдя больше слов. По его щеке всё же скатилась слеза:

— Да… дело во мне. Я молчал, когда мне что-то не нравилось, а они продолжали, просто не зная, что меня это обижает… — тихо признался он, закрыв лицо руками, и всхлипнул.

Лев спокойно улыбнулся и подошёл к плачущему Скорпиону, заключив его в тёплые объятия, тот встал и вцепился в Льва, будто утопающий в спасательный круг, уткнувшись в его плечо из-за разницы в росте:

— Как… как у тебя это получается?

— Не знаю. Может, дело в искренности, может, ещё в чём-то.

Скорпион поднял голову, посмотрев Льву в глаза, ожидая жалости и осуждения, но получая только понимание и тихое и надёжное спокойствие:

— Спасибо…

— Пожалуйста.

Скорпион крепче обнял Льва, закрыв глаза и снова уткнувшись в его плечо. Счёт времени пропал, пока они стояли так. Вскоре к ним в комнату вошёл Овен, собираясь напомнить о делах и удивлённо окинув взглядом представшую перед ним картину:

— Я прошу прощения, что прерываю вас. — громко сказал он, и Скорпион вздрогнул, высвободившись из тёплых объятий Льва.

Лев покачал головой, на что Овен фыркнул и вышел из комнаты, оставив их наедине:

— Скорпион, я предлагаю тебе деловое соглашение. — спокойно сказал Лев, сев на своё место за столом.

Услышав план, Скорпион кивнул:

— Я согласен. — твёрдо сказал он.

Он положил руку на сердце, и в его руке появился синий сгусток света, который тускло осветил руку Скорпиона. Он протянул сгусток света Льву.

Глава 11. "Чхве И Лун мой дядя?!"

— К вашему вниманию представляю представляется обладательница созвездия Тельца! Госпожа Томила Махбаат!

Торжественный голос разнёсся по залу Нефритового дворца — главному зданию правительства города Гуньмэй и всей Земной империи. Уже знакомая нам героиня вошла в зал с неловким выражением лица. Весть о том, что кто-то получил созвездие Тельца, особенно после того, когда прошлый обладатель отказался от своей силы, быстро распространилась по всей Империи, сумев привлечь внимание Хуэй Вэн и Козерога:

— Госпожа Махбаат, — ровно сказала владыка, когда все гости ушли, оставив их одних, — рада слышать, что Вы получили созвездие. Новость прошлась по всей Поднебесной довольно быстро, но тихо.

Владыку Тома почти не слушала, хотя смотрела на неё; её мысли метались от одной к другой: как её вообще занесло в Нефритовый дворец и и что она делает перед владыкой:

— Я хочу, чтобы Вы нашли своего дядю, генерала Чхве И Луна, доставили его в Нефритовый дворец… — только на этих словах владыки Тома очнулась от своего некого транса мыслей.

— Чхве И Лун мой дядя?! — выпалила она, наверное, забыв, где находится.

Козерог бросил на неё убийственный взгляд, явно недовольный её дерзким поведением, и Томе стало очень неловко:

— Ой, в смысле… — она неловко улыбнулась, — Да, владыка… — Тома сглотнула.

— Томила, я понимаю твоё удивление, но попрошу реагировать чуть тише. — попыталась успокоить её, — Козерог дракон, а у драконов очень чувствительные уши… — она, улыбнувшись, поставила Козерога в очень неловкое положение, отчего поймала на себе взгляд, просящий забыть про него хотя бы на пять минут.

Тома сдержала смешок, расслабившись в непринуждённой атмосфере разговора:

— Итак, — Хуэй Вэн вернула себе царственную гордость, — а, да. Чхве И. Тебе нужно привести его в Нефритовый дворец.

Томила кивнула, понимая серьёзность ситуации.

Она выходила из дворца уже с картой, где было указано местонахождение генерала Чхве И. Только она хотела сесть на коня, как её позвал незнакомый женский голос:

— Госпожа Махбаат! — на крыльце стояла девушка в зелёном ханьфу. Она ловко спрыгнула со ступенек, подбежала к Томиле и приняла царственный вид, — Возьмите меня с собой.

Тома удивлённо моргнула пару раз:

— Эм… а ваш отец не против?

— Он не против. — соврала незнакомка.

Поясню! Эта незнакомка — дочь Козерога и обладательница созвездия Девы. Тома прищурилась, почуяв что-то неладное:

— Точно?

— Да, он не успел передать вам приказ. — ровно сказала Дева.

— Ну ладно.

Под жарким солнцем они ехали уже где-то часа два. Тома вела коня, а Дева сидела верхом, удобно устроившись:

— Как ты получила созвездие? — спросила Дева, любопытно рассматривая рога Томы.

— Во время битвы с демоном Золотой долины. Я была на грани смерти, и созвездие само появилось и спасло меня. — вкратце рассказала Тома.

— Хм, ладно.

— А как ты получила созвездие? — спросила Тома в ответ.

— Я… у меня нет созвездия. — еле слышно призналась Дева, — Я очень редко выхожу из Нефритового дворца…

— И поэтому сбежала?

— От… Ни от кого я не сбежала!

— А, просто ушла, никому не сказав?

Дева покраснела, ненавидя чувствовать себя так:

— Откуда ты узнала?

— Да ладно, принцесса, твой папаша тебя бы в жизни не отпустил.

Дева опустила взгляд, а Томила нахмурилась и остановила коня. Она забралась на него и ускорилась:

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Дева, вцепившись в Тому, чтобы не упасть.

— Не знаю. — ответила она, переходя на галоп.

Тем временем в Нефритовом дворце Козерог сидел как на иголках, не понимая, где его дочь. Он встал и начал ходит взад-вперёд:

— Чего ты так переживаешь? — спокойно попивая чай, спросила Хуэй Вэн.

— Она ребёнок! А если с ней что-то случится? — Козерог остановился и развёл руками.

— Думаешь, в двадцать четыре года человек ещё ребёнок? — она поставила чашку на стол.

— Но…

Владыка закрыла рот пальцем, показав, чтобы Козерог помолчал. Он сел за стол и налил чай в свою кружку:

— Нет, я очень сильно волнуюсь…

Не успел он договорить, как кто-то ворвался в комнату, отчего дверь ударила по стене. Это был Рак:

— Что-то побеспокоило главного жреца? — тон Хуэй Вэй был также спокоен.

Рак вошёл и протянул владыке послание, вздохнув и ничего не сказав:

— Понятно… — она быстро осмотрела глазами послание Шармилы, водного владыки, — Скорпион ушёл на сторону огненных. Эх, Лев, как подло…

— В смысле..? — Рак побледнел.

— В прямом.

Жрец вскочил со своего места и бросился к выходу, и Козерог за ним. Остановив обеспокоенного жреца ловким хватом за плечо, он развернул его к себе:

— Ты чего?

— Пусти! Мне нужно к Скорпиону! — Рак начал вырываться.

— Зачем? Если Скорпион ушёл, то это полностью его выбор…

— Да огненные ему мозги запудрили! — жрец перебил его, продолжая вырываться, — Я должен ему помочь! Это моя обязанность верховного жреца!

Козерог крепче сжал его плечо, не давая сделать глупость:

— Если ты явишься в Красный дворец так, то тебя просто засмеют.

— Пусть смеются! Главное, чтобы Скорпион был в безопасности и вернулся домой!

— А если он не хочет? Ты об этом подумал? — император попытался образумить очень беспокойного жреца.

— Но… ладно, может, ты прав.

Козерог вздохнул и отпустил плечо Рака:

— Но я всё равно должен поговорить со Скорпионом! — жрец, воспользовавшись ситуацией пошёл дальше.

Да… несмотря на свою осторожность, когда дело доходило до тех, кто ему близок, то робость уже не могла помешать.

Глава 12. В чём смысл жизни?

— Томила, что происходит? — обеспокоенно спросила Дева.

— Не знаю, но мы близко к лагерю Чхве И. — ровно ответила Тома, попытавшись успокоить Деву.

Спустя какое-то время они прибыли в лагерь Чхве И.

— Кто? — спросил низкий голос генерала, — ладно, пускай войдут.

Через день генерал уже будет в столице, а войска у северо-западных границ остались без должного командования.

Любой человек, возможно, хоть раз в жизни задавал себе древний и мучающий поколения вопрос: в чём смысл жизни? Кто бы что ни говорил, но ответ на этот вопрос также прост как и сам мир: у каждого смысл свой. Кто-то рождается на этот свет, чтобы творить и создавать, кто-то — чтобы вести за собой армии, кто-то — чтобы наслаждаться миром. С какой бы задачей мы ни родились на этой планете, мы все дети Вселенной, и она дала нам свои задачи ещё до нашего рождения, и у каждого из нас есть свои задачи, которые мы должны проработать.

Да, в теории, человек может жить, ничего не делая, но можно будет назвать это жизнью? Очень сомневаюсь. Скорее, это будет пустым существованием, бессмысленным и неинтересным. Человек по своей природе не может просто существовать. Да, может, но будет ли в это простом существовании толк? Человек, ленивый, живущий бесцельно, не может назвать себя человеком. Может, но будет ли это правильным? Нет. Кто-то когда-то сказал: “человека сделал труд.” От части это и верно, и нет. Человека сделала природа, дала ему сознание и способность мыслить не на уровне инстинктов и врождённых рефлексов, и она же дала ему способность приспосабливаться лучше других обитателей планеты. Труд же помог человеку развиться до того уровня, на котором он сейчас.

С моей историей это никак не связано, но я просто хочу поделиться своими мыслями и видением этого лёгкого мира, который люди так любят усложнять с каждой эпохой и каждым поколением.

Глава 13. Казнь или ссылка?

“Скатерть вся в чернилах, острых перьев не осталось… я уже пишу по написанному. Скажи, а Овен правда читает меня? И что он думает? Мне грозит казнь или ссылка?”

Стрелец шёл вперёд, читая чью-то записку, которую принесли из города…

“Да, читает. Тебе стоит лучше выбирать слова, потому что твои последние строки вызвали очень яркое впечатление не в самом лучшем смысле.”

Он быстро нацарапал ответ…

“Меня вызывают в Красный дворец… Ты знал?! Меня убьют? казнят? Он сильно зол? Что мне делать? Я пропала…”

“Для начала приди в Красный дворец, а потом уже придумывая надпись на надгробии.”

По пустым коридорам Красного дворца шла девушка, на вид хрупкая, но на деле… сопровождаемая дворецким, худым мужчиной средних лет. Он открыл ей тяжёлую дверь в просторный кабинет с приглушённым освещением. Она сглотнула, а на пороге будто были слова: “дальше бога нет,”:

— Проходите, сударыня. Генерал скоро подойдёт.

Ира кивнула и с трудом перетупила порог. Дворецкий ушёл с тихим, будто предсмертным щелчком, прозвучавшим извращённым выстрелом в напряжённой до предела тишине, закрыв дверь.

Тиканье часов сводило с ума, а треск камина… лучше бы её сожгли заживо за её слова прямо сейчас. Счёт времени давно исчез, и она просто ждала своей смерти или ссылки, в голове перебирая, какой вариант лучше.

Вскоре вошёл Овен, сразу возвысившись над невысокой писательницей. Он ей сразу показался палачом: чёрные длинные волосы, прямыми прядями падавшие на спину, обсидиановые глаза, которые, казалось, прожигали насквозь, очень высокий рост, мускулатура, явно закалённая в боях, и рога, отдающие оттенками багрового под правильным углом, — всё не просто говорило, а кричало о превосходящей силе и мощи соперника:

— Краснова, — фамилия прорезала воздух, словно сталь плоть, низким командирским тоном, что было для него неудивительно, — вы пишите очень… захватывающие истории, — Овен сел за стол и постучал по книге, которую написала Ира, пальцем, — но скажите… Вы против действующей власти в Альянсе?

— Нет, не против. — с большим трудом, сглотнув, ответила она, чувствуя реальную угрозу от собеседника.

Овен ничего не ответил, просверлив её взглядом. Так он помолчал минуты две, которые Ире показались вечностью:

— Теперь я буду вашим цензором, раз обычная цензура не справляется.

Дальше она не услышала, вышла на главную площадь в всё ещё шоковом оцепенении, что она вообще жива, и явилась домой, чтобы написать своему другу радостные строки, что она будет жить.

“Я БУДУ ЖИТЬ! Овен теперь будет моим цензором. С одной стороны я очень рада, но с другой… я боюсь, что закончилась пора моей свободы слова.

P.S: “… но всё же можно делать, когда никто не видит?” — вот такие строки получит Стрелец в этот же день, и он заволнуется, зная, что его подруга пойдёт на всё, чтобы отстоять свою независимость, свободу и точку зрения.

Листы, исписанные чёрными чернилами, с большим количеством исправлений красным, полетели на пот, отчего послышался крик злой женщины:

— Ты чего буянишь?! Лучше долг возвращай!

Ира села за стол, погрузившись в свои мысли. Первый проект, который она отправила новому цензору не был одобрен, и почти в каждом абзаце были замечания, сделанные яркими красными чернилами размашистым и уверенным почерком:

— Анализ ситуации: у меня долг за комнату, — она размышляла вслух, — произведения не одобряют, а мать уже пишет, что нашла мне богатого жениха… Я на дне. Но со дна же один путь? Наверх. Я выкручусь.

С позитивным настроем она села за перо. Похвально, правда?

Но через три дня творческой депрессии Ире пришло письмо из Красного дворца.

Дорога по коридорам уже не казалась такой страшной и сковывающей мозги, и она спокойно вошла в кабинет Овна, с лёгкостью раскрыв дверь:

— Добрый день. Вы хотели меня видеть? — поздоровалась Ира, уже не страшась большой фигуры Овна.

Обменявшись насмешливыми и саркастичными репликами, она вышла из кабинета не такой весёлой. “Ну и как мне написать историю владыки, когда я в него даже не верю?!” — спросила себя она, просчитывая, где ей брать информацию и когда она будет сидеть в пыльных, душных архивах местной маленькой библиотеки:

— Слышал, что вам поручили написать историю владыки. — позади неё раздался медовый голос Льва, — Знаете, я не фанат литературы, но ваши произведения очень затягивают, и я хочу, чтобы вы и дальше продолжали писать.

— Спасибо, Лев Владимирович… — Ира неловко улыбнулась, зная, что, возможно, выглядела странно, стоя посередине коридора.

Лев протянул ей жетон на нитке, висевший на одном пальце. Этот жетон — пропуск в архивы Красного дворца…

Что дальше ей говорил Лев, она не услышала, зная, что теперь всё будет лучше, чем вчера.

Спустя две недели упорной работы и бессонных ночей Ира получила свой гонорар, и жизнь пошла в гору: долг возвращён, произведения публикуются, другие писатели стали приглашать её в литературные клубы и сообщества. Она купила свою квартиру, да, небольшую, но что ещё нужно писателю, у которого в планах изменить весь мир? Не жизнь, а прямо сказка! Ира была довольна, ведь даже в своих самых смелых мечтах она никогда не могла представить такого.

Но долго ли это счастье будет продолжаться?

Глава 14. Дружба и её раны.

Мы уже говорили, что такое дружба и в чём её особенности, а если задаться другим вопросом: что может разрушить дружбу? У нас уже был разговор, что дружба очень хрупка, и один неверный, неосторожный шаг, который для одного может показаться мелочным, а для другого ударом не просто в спину, а в самое сердце, способен разрушить всё.

Так что же может разрушить дружбу? Лицемерие, ложь, притворство — все самые ужасные, мерзкие и непростительные грехи человека способны это сделать по щелчку пальцев. Как же с этим справляться?

Во-первых, избавить свой круг от людей, которые совершают эти грехи каждый день и на постоянной основе. Но можно же с друзьями посплетничать о том о сём? Можно, но дружба, которая построена на таком “увлечении” не приведёт ни к чему хорошему. Примеров таких в жизни каждого много, даже в моей не очень долгой жизни такие были. И чем это обернулось? Предательством. Когда считаешь человека своим другом, а он плюёт тебе в лицо, не считаясь с твоим мнением и чувствами всерьёз, — вот самый ужасный и чёрствый человек.

Во-вторых, правильно выбирать людей, которым хочешь открыть свою душу. Какой человек может запросто предать? Человек гнилой изнутри. Тот, кто может за спиной скрести когтями и говорить о минусах больше, чем о плюсах, а в лицо этому человеку, которого поливал грязью, улыбаться и говорить, какой он хороший, добрый, яркий. Такие люди гнилые изнутри, таким людям нельзя доверять, такие люди способны предать самым больным способом и в самый уязвимый момент.

В-третьих, смотреть на действия человека, а не на слова. Если человек говорит одно, а делает совершенно другое, то такому человеку не стоит доверять. Он может запросто сказать, что все секреты останутся между вами, а на деле о ним может знать уже весь мир. Такие люди не могут держать язык за зубами, они не понимают всей ценности дружбы, их мысли, действия и слова не совпадают, у таких людей нет ценностей, которые они могли бы соблюдать и передавать в мир.

В-четвёртых, стоит не допускать людей, которые издеваются на прямую над вами. Человек, который наедине милый и добрый, а когда вы с кем-то начинает издеваться над вами, колко шутить, даже если вы ему говорили, что вас это обижает, не может быть хорошим другом. В принципе тот, кто издевается над кем-то, не сможет стать хорошим другом. Обычно, люди, которые издеваются над другими, придираются ко всему подряд и не умеют находить в других плюсы, сами ничего не добились и не смогут понять цену победы и успеха. Если вы чего-то добились и довольны своим результатом, то никогда не подпускайте в свой близким круг таких людей. Они будут тянуть только на дно. И сами никогда и ни при каких-либо обстоятельствах не обесценивайте труд других.

Этот текст был написан под очень мощными эмоциями, которые следовало бы выплеснуть именно сюда, а не на близких людей. Суть проста: выбирайте людей, которым хотите довериться, потому что неосторожный шаг и всё может пойти крахом.

Глава 15. Позолочённая клетка и её узник.

— Ах, владыка, у вас сын!

Все в Красном дворце суетились, празднуя рождение сына огненного владыки Владимира. Единственного сына. Мать мальчика скончалась в родах, а сам Лев был близок к смерти, будто она ходила за ним по пятам, выискивая сладкий момент, чтобы забрать его в свои холодные объятия.

Он был красив, и никто с эти поспорить не сможет: золотые волнистые волосы будто светились под солнечным светом, большие янтарные глаза смотрели с таким теплом, а на кремовой коже были и есть по сей день едва заметные россыпи веснушек почти по всему телу, — просто ангел, а не ребёнок.

Но с самого детства от него что-то всегда хотели. То не ешь, так не одевайся, веди себя достойно. Лев был либо в армии, где все подчинялись одному владыке, либо в позолоченной клетке, которая душила изнутри, убивая всё самое прекрасное. Вечные указы забивали голову и тянули вниз. Даже свежий воздух не спасал… В город разрешали только с охраной, которая даже вдохнуть не даст, а в сад — с няньками и их вечными указами, как нужно ступать на тропинку, чтобы все знали, кто ты.

“Долго это ещё будет продолжаться...? Неужели нет другой жизни? жизни без указов и постоянных напоминаний, что делать и как жить…” — часто спрашивал он себя, засыпая с надеждой, что все няньки сгорят, отец даст ему хоть каплю желанной свободы, а в жизни наконец появится человек, которого он сможет назвать настоящим другом.

“Голова болит…” — он проснулся где-то в ночи от сильной головной боли. Тело было тяжёлым, будто сделано из металла, а в горле застрял острый ком, не дающий даже закричать, чтобы позвать на помощь. Его бросило в невыносимый жар и безумную дрожь, быстро распространившуюся по всему телу.

— Извините, Ваше Величество, я не могу поставить точный диагноз… — на следующий день пришёл врач, а Лев так и не смог встать с постели.

Он перестал нормально есть, похудел и побледнел до неузнаваемости. Во дворце уже били тревогу, что единственный наследник Огненной Короны умрёт.

Тяжело дыша, Лев встал с кровати. Чудо это было? Сладкий сон, от которого он скоро проснётся? Он вздохнул. Без боли в горле, без тяжести в груди. Он улыбнулся и в одной тонкой спальной одежде босиком выбежал на балкон на прохладный ночной воздух, легко вздохнув. Тело слушалось, а в голову вернулась связность и ясность мыслей. Прямо перед Львом появился странный огонёк, и он попытался докоснуться до странного источника неземного света, но он полетел вниз, в сад. Огонёк полетел в сад, а Лев за ним, огонёк — за пределы двора, а Лев за ним, огонёк в лес — Лев за ним, и так, пока они не оказались в чаще леса, застыв около речной глади. Огонёк полетел по водной глади, и Лев уже собрался броситься за ним в реку, но его остановила чья-то крепкая хватка за предплечье:

— Ты куда собрался? — низкий командирский голос обрушился на него как ведро холодной воды, вызволив из транса таинственного огонька.

Лев вскрикнул и резко обернулся, ударив незнакомца длинными волосами по лицу незнакомца. И что же он увидел? Чёрные длинные прямые волосы, обсидиановые глаза, в которых не было видно зрачков, острые черты лица, освещаемые светом фонаря, бараньи рога на голове и явное превосходство в телосложении, резко контрастирующая с исхудавшим Львом:

— Ты кто?! — он сделал два шага назад от незнакомца, на мгновение, видимо, оглушив его ударом волосами по лицу.

— Меня зовут Овен. — назвавший своё имя незнакомец потёр щёку, в которую пришёлся удар, и выпрямился, возвысившись над Львом. — Я ученик Алёны Огневой. А ты?

Лев моргнул пару раз, думая, стоит ли ему назвать своё настоящее имя, либо соврать, дабы избежать дальнейших вопросов:

— Тебя как зовут? — но Овен продолжил настойчиво узнавать его имя.

— Эм… меня зовут Лев… Лев Ярилов… — он вышел из некого оцепенения, всё ещё тяжело дыша.

Овен прищурился, услышав ответ, и осмотрел Льва с ног до головы: от вида растрёпанных волос, в которых запутались маленькие ветки и листья, до босых ног:

— Что особа такого статуса ночью в лесу около реки? Ты зачем утопиться пытался?

— Я не… — Лев повернул голову к реке и снова увидел этот злополучный огонёк, который и привёл его в этот лес.

Он резко рванул в реку за огоньком, но быстро был остановлен подхватом за талию и перекидом через плечо, будто ничего не весил:

— Отпусти, грубиян! — Лев начал сопротивляться, нанося удары по спине Овна и всё ещё смотря на огонёк.

— Чтобы ты утопился, а на меня повесили убийство царской особы? Ага, сейчас.

Они шли по лесу уже часа два. Лев перестал пытаться выбраться с плеча Овна, а Овен в свою очередь болтал о том о сём, споря сам с собой о литературе, военном деле, законах и прочей чуши, которой Лев не увлекался и даже поверхностно не знал (и не хотел знать).

Лев бы уснул, но его из дрёмы постоянно выкидывал громкий монолог Овна. Он слегка поёрзал на плече и поправил волосы, неожиданно для себя найдя там ветку. Его осенило:

— Эй, отпусти! Мне нужно к той реке.

— Опять? Ты реально что ли утопиться решил? — Овен не дал ему выбраться, — Придёшь позже. В чём проблема?

— Да в том, что меня из дворца не выпускают даже в сад, а в лес так точно не отпустят. Я сижу в этом дворце, как птица в клетке.

Овен поставил Льва на землю. Тот встал на носочки, потому что острые ветки кололи босые ноги, и немного прикусил губу от лёгкой боли:

— Зачем тебе к этой реке? — Овен скрестил руки на груди, уперев взгляд в собеседника.

— Там… огонёк…

— Что? Какой ещё огонёк? — он уже хотел подумать, что Лев сошёл с ума, и, оглядев его с ног до головы, приподнял бровь, — У тебя с головой всё хорошо?

Лев нахмурился, и, видимо, его задели такие слова:

— Да у тебя самого с головой непорядок! — он крикнул и развернулся к реке.

Вскоре они оказались на воде, плывя на лодке по речной глади:

— Ну и где твой огонёк? — саркастично прорычал Овен.

— Не отвлекай меня! — буркнул в ответ Лев.

Огонёк они так и не нашли.

Во дворце успели поднять суету, и какое же было удивление всего двора, когда принца, наследника Огненной Короны, всего потрёпанного, с ветками и листьями в волосах, босого и в одной спальной одежде, с большим ему плащом на плечах, привёл вообще неизвестный никому человек. Все обомлели, но смирились.

Спустя неделю всё вернулось… Овен пропал куда-то, а Лев остался таким же золотым узником…

“Оказывается, есть другая жизнь… другой мир…” — твердил себе Лев, засыпая и вспоминая разговоры Овна, даже если они надоедали ему или был совсем неинтересны… но они были искренними и настоящими… Может, как раз эта искренность и заставляла Льва думать о другом мире, о других отношениях, которые показало ему это необычное знакомство.

Лев лежал в постели, уперев взгляд в потолок. Отец ушёл на войну, так что у него было чуть-чуть, самая крохотная малость свободы, которой он жаждал больше, чем воздуха. Под покровом ночи он всё же сбежал, не собираясь больше терпеть эти постоянные напоминания, что делать и как жить… Он бежал по лесу по той же дорожке, по которой бежал к реке в первый раз. Ветки деревьев хлестали по лицу и застревали в волосах, вокруг было темно и напряжённо. Лес молчал, будто затаив дыхание и ожидая дальнейшего развития событий. Вот и река, та же спокойная водная гладь смотрела на запыхавшегося Льва, будто спрашивая: “Зачем сюда пришёл? Говорил же, что он тебя бесит.”

Лев посмотрел на реку, которая немного насмехалась над ним, не даруя ничего, кроме тихого шума пресных волн. Он вздохнул и сел на корягу на песке, взяв веточку и рисуя бессмысленные узоры на песке. Ночь подходила к концу, а за горизонтом уже появлялись первые лучи утреннего солнца. Звёзды светились не так ярко, затмеваемые солнцем. Ветер тоже очнулся и начал играть с волосами Льва, поднимая их на порывах. Вся природа олицетворяла такую же умиротворённую пустоту, в которой не было ничего. Ничего. Ни боли, ни сожаления, лишь капля надежды, что всё изменится в самую лучшую сторону.

Было тихо. Даже лесные птицы не распевали свои песни, не даруя путешественникам спокойствие. Лев воткнул веточку в землю, которой рисовал узоры на песке, и посмотрел на солнце, молясь, чтобы всё действительно обернулась самым наилучшим образом. Но солнце молчало, тихо согревая замёрзшего до мозга костей Льва и пробуждая лес из сладкого ночного оцепенения. Он уже хотел идти домой, во дворец, и признать своё поражение, но что-то его остановило. То ли надежда, то ли нежелание возвращаться в свою золотую клетку, то ли чей-то низкий голос, знакомый по бессмысленным монологам:

— А говорил, что тебя не отпускают в лес одного. Царская особа обманула меня? — саркастичный тон не обижал, а, наоборот, поддерживал дружескую атмосферу.

Лев обернулся.

Что было дальше, я думаю, понятно. Они встретились, дружили, исследовали вместе мир до одного ужаснейшего момента. Смерть бывшей обладательницы созвездия Овна и огненного владыки. Ужасно, правда? К кому же перешло управление столь непредсказуемой и яркой страной? Зодиакам. Трём. Овну, Льву и Стрельцу.

Глава 16. Дружба и её сила.

Мы уже говорили, что дружба и что её может разрушить, но на чём она строится?

Во-первых, на уважении. Если один не уважает второго, то они не сойдутся и разойдутся очень быстро. Но это должно быть искренним уважением. Людям всегда проще объяснить, чего не должно быть и чего стоит избегать, нежели каких правил нужно придерживаться, поэтому скажу прямо: уважение — это честность. Это тогда, когда ставишь человека наравне с собой, невзирая на его биологические качества. Человек — био-социальное существо. Био, потому что он неразрывно связан с природой, а социо, потому что он неразрывно связан с обществом, с другими людьми. Социальные качества приобретаются только в обществе, и уважение одно и социальных качеств человека, которое он может приобрести только в обществе. Семья тоже общество, и она всегда будет влиять на поведение человека с другими людьми. Если ребёнок не уважает своих родителей, не ставит их слова в серьёз, может ли он уважительно относиться к учителям? Нет (бывают и исключения, но мы о них говорить не будем). И будет ли человек, который не научился уважать своих членов семьи, с уважением общаться с другими людьми в обществе? Вы уже знаете ответ на этот вопрос.

Во-вторых, на искренности. Возьмём такой пример: Ваш друг Вам постоянно врёт, постоянно обманывает вас в любой, даже самой мелочной ситуации. Станете ли Вы с ним и дальше общаться, когда вскроется правда? Нет (если вы не терпила). Пример искренности есть и в моём произведении, в прошлой главе.

В-третьих, на непредвзятости. Человек, который общается к кем-либо, потому что у него что-то есть, не может назвать себя хорошим другом. Такой человек не станет брать в фокус чувства и эмоции другого человека.

Есть ещё много факторов, на которых строится дружба, но, думаю, каждый человек, который может назвать себя настоящим другом, знает их. На этом всё.

Глава 17. Неожиданный визит.

Спокойный день в Красном дворце, что может быть лучше? Но будет ли этот день таким спокойный, как надеялись многие его жители и работники.

Где-то перед обедом, когда горничные и кухарки суетились, накрывая стол в трапезной, а повара уже заканчивали говорить шедевры со всего Альянса и мира, появился крайне необычный гость. Он с абсолютно спокойным выражением лица потребовал Льва. Лев крайне удивился, когда увидел перед собой главного жреца Водной, Рака:

— Неожиданный визит… Что же потребовалось верховному жрецу от огненных. — он со своими обычными медовыми мотивами в голосе поприветствовал Рака, приглашая его сесть за стол к чаю.

Рак принял приглашение:

— Рад видеть тебя в добром здравии, Лев. — он сделал глоток согревающего ягодного чая, — Слышал, что один из водных перебрался на вашу сторону.

— Да.

— Где Скорпион.

— Понимаю, что ты прибыл в Альянс не для того, чтобы выпить со мной чаю. — он сделал глоток из своей чашки, — Что ж, Скорпион перешёл на нашу сторону…

— Зачем? Ты спрашивал его? — Рак перебил его, встав со стула и уже открыто показывая своё беспокойство.

— Спрашивал, но причину я тебе не скажу. — Лев откинулся на спинку стула. Он знал, что Рак начнёт расспрашивать причину, но он пообещал, что никому не скажет, — Думаю, что если ты хочешь узнать причину, то тебе придётся спросить у самого Скорпиона. В любом случае, он вернётся в Королевство, когда выполнит свою часть нашего с ним договора.

Перед Раком, повиснув на странной красной нити, еле видной и источающий неземное тепло, появился серебряный амулет, от которого чувствовалось аура личности Скорпиона: непредсказуемая, харизматичная, немного токсичная, но всё равно загадочная:

— Ты…

— Возьми, мне не идёт серебро.

Рак взял амулет с созвездием Скорпиона:

— Да… спасибо. — он встал и уже собирался уходить, но остановился, — Кстати, очень вкусный чай. Где его можно купить?

— Я распоряжусь, чтобы его привезли в Храм Водной.

Рак кивнул, безмолвно поблагодарив Льва, и ушёл, направляясь в Водную.

Он прибыл в Водную на следующий день с двумя красиво упакованными пакетами чая из горных ягод. Он шёл, слегка позвякивая серебряными украшениями, весь погружённый в свои мысли о встрече со Львом и о Скорпионе. В амулете, котором ему дал Лев, было заключено созвездие Скорпиона. “Зачем Лев дал его мне..?” — он шёл и думал. Из-за полного погружения в свои мысли он не заметил, как врезался в широкую спину Рыб, отчего чуть не упал, но был быстро пойман:

— Верховный жрец, добрый вечер. — Рыбы почтительно поклонился, приветствуя, — Как… откуда у вас эти пакеты? Насколько я помню, этот бренд не зарегистрирован у нас в Водной…

— А… Ну, это небольшой подарок от моего друга… — Рак нервно хихикнул, зная, что Рыбы начнёт расспрашивать.

— Чай с гор Альянса? Что же за друг такой?

— Неважно. Рыбы, как продвигаются дела со строительством новой сцены в Водной Академии? — жрец попытался перевести тему на более удобную для него и прошёл дальше, отчего Рыбы теперь не видел его лица.

Тот прищурился, понимая, что жрец от него что-то скрывает:

— Господин Рак.

— О, пожалуйста, не называй меня так. Я не настолько старый! — он развернулся, чуть не уронив пакеты с чаем, которые могли раскрыть, где он был.

Рыбы приподнял бровь, будто пытаясь прочитать через взгляд Рака, о чём тот думает, но жрец только слегка улыбнулся и направился в свои покои. Рыбы так и остался стоять в коридоре, тёмно-синими глазами вглядываясь в закрытую дверь покоев жреца. Он понял. Понял, что жрец действует, не уведомляя его. Конечно, его это немного задело, и он начал корить себя и искать в себе недостатки, почему Рак не доверяет ему. “Может, я чем-то его обидел…” — думал Рыбы про себя, направляясь в свой кабинет. Он взглянул на полку, где стоял тот же самый чай, который был у жреца. Чай этот ему сколько-то лет назад подарила Мария, мать Стрельца, во время его путешествия по Альянсу, и ему вспомнились её слова: “Эти ягоды растут только на определённой горе, поэтому и чая такой дорогой…”

Рыбы уставился куда-то в окно, за которым были морские глубины. Его взгляд был пуст, а намерения не ясны. Жрец обманул его. Пообещал, что они поедут искать Скорпиона вместе, а получилось… Он устало вздохнул и вышел из кабинета, продвигаясь по пустым, тёмным коридорам, как будто он был марионеткой в чьих-то умелых руках. Он дошёл до покоев Рака и постучался:

— Да.

Рыбы вошёл:

— Вы солгали.

— Я… — Рак посмотрел на главу города снизу вверх из-за большой разницы в росте и сглотнул, — прости… Просто, Альянс — не самое безопасное место. Я хотел тебя защитить…

Рыбы ничего не ответил. Он развернулся и направился к выходу. Для него это был сильный удар… В реалиях дворцовой жизни, где все готовы идти по головам было и так сложно верить, а реальная верность была самым дорогим, и обман был слишком больным ударом. Рак промолчал пару секунд и побежал за главой города, догнав его где-то в коридоре:

— Рыбы, послушай, я не хотел тебе лгать…

— Но солгали же. — он перебил жреца и ушёл.

Рак побледнел. Такой холод был невыносимым, и ему казалось, что даже стены осуждающе на него смотрят, невыносимо давя на сердце. Ноги подкосились, и он упал. От жреца почти все отвернулись: Скорпион ушёл к огненным по непонятным для него причинам, Рыбы не может выносить обман. Виноват ли он сам? Непонятно. По щеке скатилась слеза, а сердце сжимала боль вины.

В момент саморазрушения до его волос докоснулась чья-то нежная ручка, погладив его по голове:

— Что беспокоит моего верховного жреца? — голос… нежный и приятный окутал словно бальзам на душу, сглаживая острые углы самобичевания.

— Владыка… — Рак повернулся и почтительно склонил голову, — я… я не справился с задачей, которую Вы мне дали…

Шармила ничего не сказала, гладя жреца по голове и смотря на него, казалось, бездонными синими глазами. Она улыбнулась:

— Милый мой, у всех бывают такие периоды, когда не справляешься со своей задачей. Главное, не забыть, кто ты есть. Кто ты?

— Я… Я верховный жрец Водной. — жрец опустил голову, думая о чём-то.

Шармила погладила его по голове и прошептала:

— Правильно. А теперь попробуй извиниться перед Рыбами, и всё будет хорошо.

Рак кивнул, вытер слёзы и направился в кабинет главы города.

Рыбы был в своём кабинете и смотрел на донные пейзажи океана, на которых раскинулась столица Водного Королевства. Жизнь в городе была спокойной, как равнинная река протекала по земле, обогащая всю землю своими плодородными свойствами.

Вдруг поднялся шум… Люди выбегали с главной площади академии. Глава города напрягся и вышел на балкон… На площади стоял левиафан — могущественный водный дракон. Он специально принял человеческое обличие, хотя чешуя, неестественно высокий рост и крупное телосложение выделяли его из толпы низких жителей водной. Один из грешников Альянса, за которым охотился огненный владыка, под именем (или псевдонимом) Змий сделал шаг вперёд, и под ним застонал булыжник площади. Он улыбнулся, оскалив острые зубы, и прищурился, вглядываясь на балкон, где стоял Рыбы.

Глава города появился прямо перед змеем, материализовав свой меч. Змий рассмеялся:

— Ха, слабак, думаешь, что сможешь противостоять моей мощи?!

— Может, и нет. Но издеваться над моим народом точно не позволю!

Начался бой. Рак выбежал на балкон и побледнел, узнав силу Рыб издалека.

Удар, удар, ещё удар… У Рыб вся жизнь пронеслась перед глазами: и его прежняя семья до того, как он получил созвездие, и встреча с водным владыкой Шармилой, и получение созвездия от своей мачехи, и знакомство с другими водными.

— Эй, … — имя не было понятно, — ты идёшь гулять?

— Госпожа Амбика, можно я пойду с друзьями гулять? — маленький мальчик с тёмно-синими, словно ночное небо глазами дёрнул высокую женщину за сари.

— Можно, милый. — женщина дала ему пшеничную булочку, и он убежал к другим мальчикам.

“Где мы…” — группа юношей преодолевала непроходимые джунгли, освещая факелами путь вперёд:

— Эй, … — кто-то кого-то позвал, и имя опять было непонятно, — ты понял куда идти?

— Да. — ответил высокий парень с тёмно-синими глазами, — нужно ориентироваться по звёздам.

Спустя два или три часа они всё же вышли из леса.

— Госпожа Амбика! — к постели, где лежала молодая женщина, подскочил всё тот же высокий парень с тёмно-синими глазами.

— Милый …, мальчик мой… — женщина поднесла бледную руку к слегка загорелой щеке подскочившего парня, — у меня для тебя подарок…

Женщина протянула парню странный, будто ночное небо сгусток света, от которого исходила загадочная аура:

— Знаешь, что это? — парень покачал головой, — это созвездие Рыб… Храни его и используй его силу во благо… — женщина поднесла созвездие ко лбу Рыб, и оно будто вошло внутрь него, оставляя после себя странную дрожь.

Женщина испустила последний вздох…

— Я очень рада тебя видеть, Рыбы. Извини, если не по имени… — владыка Шармила поприветствовала Рыб, а позади неё стоял верховный жрец.

— Ничего страшного, о владыка… — Рыбы почтительно поклонился и посмотрел на жреца, который слегка прятался за владыкой.

— Эй, мужик, отвали. — с ядовитым тоном его кто-то толкнул.

— Я прошу прощения… — Рыбы пытался избежал конфликта.

— Прощаю. — парень ушёл, взмахнув длинными волосами, которые были заплетены в косу.

Рыбы пожал плечами, желая не обращать на эту едкую персону внимания.

— Ой… Я смотрю, ты уже познакомился со Скорпионом… — Рак неловко хихикнул, раздавая еду около входа в храм, — не обращай внимания, он просто пока к тебе не привык.

Рыбы кивнул.

“Не делай”

Рыбы взял Скорпиона за запястье, но тот упорно отказался его слушать.

— А ведь ты был моим лучшим другом…

Но удар в живот вернул его снова в реальность. Перед Рыбами стоял Змий, усмехаясь во всю пасть. Он возвысился во весь свой немалый рост, представ во всей, зараза, красе:

— Я же сказал. Подсос Шармилы не сравнится с мощью одного из грешников! — змей снова начал атаковать…

Удар, удар… смертельно… Рыбы упал, схватившись за горло и… Змий добил его потоком огня…

Всё. Нет больше главы города.

Змей взял созвездие и ушёл, оставив после себя труп одного из двенадцати и полный кошмар в столице Водного Королевства:

— Джафар будет удивлён. — Змий прорычал что-то себе под нос, уже топая тяжёлыми шагами по пустыне.

Глава 18. "Какой ты жестокий, Джафар..."

Где-то по пустыне шёл Змий с ухмылкой на губах и с созвездием Рыб в кармане. Он вошёл в пещеру, спустился глубже и перед ним раскинулся величественный зал: каменные колонны, мозаики с изображением прошлых времён и битв, старые гобелены, рассказывающие старые кровавые истории предательств и побед. В зале суетились безглавые слуги в одеянии вымершего народа. Народ этот вымер по глупости своего высокомерного царя, который посмел посягнуть на то, чтобы быть выше огненного владыки, за что и был причислен к грешниках, но из-за смерти владыки никто не смог заточить его в подземелье. В центре всеми командовал не очень высокий молодой мужчина, одетый в богатые одежды чёрных и алых тонов:

— Придурки безголовые. — он пнул одного из слуг, — Быстрее!

Змий прошёл мимо пнутого, удивлённо приподняв брови:

— Какой ты жестокий, Джафар… — он усмехнулся.

Джафар скрестил руки на груди, стервозно осмотрев Змия с ног до головы:

— Чё припёрся? — ядовито прорычал он, закатив глаза.

— Э, а я-то думал, что ты будешь хоть чуть-чуть рад меня видеть… — Змий в ответ скрестил руки на груди.

— Серьёзно? Ты слишком высокого мнения о себе. — Джафар развернулся, взмахнув длинными чёрными волосами, и пошёл дальше по коридору.

Змий закатил глаза, не удивляясь высокомерному поведению одного из грешников. Он пошёл за ним, возвышаясь и откидывая тень на его некрупное тело. Они зашли вглубь подземного дворца, и Джафар сел за стол:

— Ладно, валяй. Чего пришёл?

Змий достал созвездие Рыб, сдерживая его своей силой. У Джафара загорелись глаза, и в их тёмно-карие глубинах появился маниакальный блеск:

— Думаю, что твоя сокровищница примет такой… подарок.

— Дорогой, у тебя не получится так легко манипулировать мной. — Джафар улыбнулся, и за его спиной появился серый змей из песка. Глаза огромного змея загорелись красными рубинами, взглянув на созвездие, — Чего ты хочешь, подлец?

Змий усмехнулся, увидев огромного змея:

— Я? О, от тебя о хочу много чего. — в его глазах появился странный голод, — Но сначала… Дай мне гарантию, что, когда я попрошу, ты без дальнейших препятствий придёшь мне на помощь.

— Ха, ты меня за свою псину держишь? — они встретились взглядом, и Джафар хитро улыбнулся, прищурившись, — Ладно. Я сыграю в твою игру, но только один раз.

Змий улыбнулся в ответ и протянул созвездие Рыб Джафару. В руки какого безумца попал такой неисчерпаемый источник силы… Созвездие очень важно для государства, и, если его не будет, могут умереть не только миллионы людей, но и целая нация…

Глава 19. "Созвездие. Живо."

Беда…

Уже по всем государствам разнеслась молва о том, что один из водных зодиаков был убит. В столицу Водного Королевства сразу прибыла помощь из Земной Империи, а позже и из Огненного Альянса, что воспринялось не самым лучшим образом, потому что именно огненные не смогли держать Змия под замком и надёжной охраной. Кто-то может спросить: а как же воздушные? А воздушным было не до этого… Ричард, владыка ветра, пропал без следа.

По Красному дворцу нёсся сломя голову гонец. Молодой парнишка чуть ли ни влетел в кабинет главы Альянса:

— Разрешите доложить, генерал Овен! — громко и чётко отчеканил он, но самого генерала в кабинете не было.

— Докладывай. — спокойно сказал Лев, пройдя позади гонца, отчего тот немного вздрогнул.

Парень сглотнул, кивнул и доложил всё Льву: и про смерть Рыб, и про исчезновение владыки ветра. Лев нахмурился и отпустил парня.

Джафар, один из грешников Огненного Альянса, до безумия красивый молодой (?) человек: чёрные волнистые длинные волосы, тёмно-карие глаза, которые, казалось, иногда горели нечестивым огнём одержимости чем-то или кем-то, аккуратные и утончённые черты лица, заманивающие сладким обманом, — всё в нём выглядело так, будто искусный скульптор выточил его. Он стоял в главном зале своего подземного дворца, смотря на шута, который изображал огненного владыку.

Факела внезапно погасли, безголовые слуги засуетились, а по телу самого грешника прошла дрожь настоящего страха. Он знал, кто именно решил его навестить. Через пять секунд мучительного ожидания в центре зала появился Лев, а факела загорелись ярче, освещая фигуру сына огненного владыки с разных углов:

— Так-так. — прорычал Лев, и это уже было не знакомое медовое мурлыканье, обволакивающее своим тембром, а существенная угроза, — Созвездие Рыб. Быстро.

Джафар усмехнулся, но попятился назад, пытаясь увеличить расстояние между ними:

— Ха, с чего ты взял, что эта безделушка у меня? — бравада в его голосе была абсолютно фальшивой.

— За дурака меня не держи. — Лев сделал шаг вперёд, наоборот, сокращая расстояние между ними.

Грешник сглотнул. Он так отходил назад, пока не упёрся в непроходимую стену, и не остался в нескольких метрах от своего подозреваемого мучителя:

— Лев, дорогой… мы же всегда можем договориться…

Рука Льва сомкнулась на горле Джафара, впившись острыми когтями в тонкую кожу шеи. Он сглотнул, подавляемый гневом одного из двенадцати:

— Где созвездие?

Грешник пожал печами, и на его руке появилась горячая красная нить, мгновенно отделившая предплечье от остальной руки. Он закрыл рот, прикусив до крови губу, чтобы не издать ни единого писка:

— Где созвездие? — спокойно повторил Лев, не отпуская шею грешника и слегка склонив голову на бок.

Джафар целой левой рукой призвал уже знакомый сгусток тёмно-синего цвета и быстро отдал его Льву.

Лев отпустил его, приняв созвездие, и растворился в пламени. Джафар упал на пол, хватая воздух ртом и пытаясь восстановить руку. По его лицу текли слёзы то ли обиды от того, что Лев так сильно мог влиять на него и получать то, что хочет, то ли от невыносимой боли, а с его губ срывались слова, которые в приличном обществе принято не говорить.

Глава 20. Благородство огненных.

Лев вернулся в Красный дворец с созвездием Рыб, заключив его в серебряный амулет так же, как и созвездие Скорпиона ранее. Во дворце было подозрительно тихо: вокруг не суетились слуги, Стрелец не бегал по дворцу, строя всем пакости. Тишина давила, будто очень важный элемент сердца просто исчез. Что это могло быть Лев только догадывался. Он осмотрел главный зал и пошёл вперёд.

Коридор был неестественно тёмным. Обычно везде ярко светили лампы, освещая и согревая пространство вокруг, а сейчас… Некоторые из ним были разбиты, некоторые просто не горели. Лев прищурился. Он застыл где-то на середине коридора и посмотрел в окно, где был виден привычный, но непривычно пустой двор. Внутри, словно свернувшееся в клубок змея, появилась иррациональная паника. Лев резко обернулся назад — никого. Он крепче сжал амулет с созвездием. “Главное задача — защитить созвездие любой ценой, а потом уже собственное моральное состояние…” — подумал про себя себя и пошёл дальше, впиваясь острыми ногтями в ладони, которые больше походили на когти.

Коридоры были пусты. Лев взглянул в зеркало в покоях Стрельца, ожидая увидеть его там, опять творящего что-то. Что угодно… Хоть птичек их дерева, которых научил его делать Овен, хоть за чтением какой-нибудь книжки, хоть за стрельбой деревянными стрелами — что угодно, но и комната оказалась пуста. Он всмотрелся в своё отражение, которое начало менять форму:

— Где я… — проговорил женский голос позади.

Лев обернулся и увидел… Деву, стоящую спиной к нему. Она обернулась и вздрогнула:

— Кто ты?! — Дева сделала шаг назад, готовая в случае чего обороняться.

— Спокойнее, юная леди. Моё имя Лев. — Лев скрестил руки на груди, посмотрев на немного ошарашенную девушку сверху вниз из-за небольшой разницы в росте.

— Один из двенадцати…? — в ответ Дева получила молчаливый кивок, — Понятно… я думала, что ты выглядишь слегка… иначе…

— Ха, как огненный владыка? — Лев усмехнулся, — Внешность у меня от матери. Ладно, не важно. Ты знаешь как отсюда выбраться?

— Нет. Я спокойно была в Нефритовом дворце вместе со своим отцом, а потом оказалась здесь. — Дева осмотрела комнату.

Лев нахмурился, пытаясь понять в чём дело.

— Владимир давным-давно казнил бы тебя за такую дерзость, Лилит. — по главному залу неизвестного места раздался громкий голос Хуэй Вэн.

— Но ты не Владимир. — напротив владыки земли стояла высокая женщина в чёрном платье и с рогами на голове, — Ты никогда не была такой же, как он.

Хуэй Вэн прищурилась:

— Где мы?

— Не узнаёшь? Красный дворец. Вот Овен, неповторимый генерал Огненного Альянса, — к стене был прикован Овен, не подающий никаких признаков жизни, — вот Стрелец. — та же самая картина: Стрелец, почти безжизненно прилипший к стене, — Как думаешь, кого не хватает?

— Даже если я к огненным отношусь с неким недоверием, это не даёт тебе право так обращаться с ними! — Хуэй Вэн махнула рукой, и в ней появилось копьё.

— Почему же?

— Потому что это не справедливо. Огненные, даже несмотря на свою вспыльчивость, импульсивность и некую агрессивность, никогда бы не стали атаковать со спины! В них есть благородство и чувство чести и справедливости. В них есть то, что ты, возможно, никогда не сможешь понять. Никто не заслуживает смерти, слышишь, никто! — владыка тяжело дышала.

Лилит прищурилась:

— Так вот что ты о них думаешь.

— Да. Я уважаю огненных за их благородство и честность. — Хуэй Вэн сделала шаг вперёд, — оставь их в покое. Если ты жаждешь мести, мсти, но не затрагивай жизни невиновных.

Демонесса рассмеялась, сев на воздух, и её держала неизвестная сила:

— А греть уши нехорошо. Не ожидала такого от сына огненного владыки. Видимо, отец тебя не довоспитывал.

— О, кто это решил мне сделать замечание. Ха-ха, забавно.

Лев спрыгнул с балкона и приземлился между Лилит и владыкой:

— Пытаешься научить меня манерам, а сама-то? — вокруг Льва появилась угрожающая аура, — Отпусти их.

Лилит рассмеялась, встретив тёмный взгляд Льва:

— Спокойнее. — Хуэй Мэн положила руку на его плечо, — эмоции нам не помогут.

Резко Лилит прекратила смеяться и вокруг них со всех сторон появились тёмные силуэты, будто марионетки, двигающиеся на ниточках. Оба вступили в бой, побеждая марионетку одну за одной. Лязг стали, треск огня, крики марионеток — все звуки слились в одну единую симфонию битвы и ужаса.

Марионетки исчезли так же резко, как и появились:

— Ладно, я вас отпущу. Пока.

Лилит исчезла вслед за своими куклами, угрожающая атмосфера рассеялась, Овен и Стрелец отлипли от стены, а Дева и Хуэй Вэн снова оказались в Нефритовом дворце. Лев застыл на месте, ни к кому не подходя. Овен первый поднял с пола:

— Что это было… — он посмотрел на Льва, который стоял в центре и молчал.

Вслед за Овном очнулся и Стрелец… позже всё было словно в тумане. Даже чаепитие и маленькие постановки надолго не занимали внимание… Всё осталось таким же пустым. “Что она сделала…” — спрашивал себя Лев, ловя себя на том же пустующем чувстве, как и тогда, когда попал в эту странную иллюзию.

На доске появилась ещё одна фигура, а Вселенная неумолимо посылает новые испытания и новых людей в этот загадочный и непонятный мир, который старается не просто выживать, как многие планеты, бессмысленно существующие в бескрайнем космическом пространстве, а жить, как любят жить все её обитатели. Но в чём же главная загвостка? Возможно, мы никогда не узнаем, а, может, будем раскрывать тайны мира дальше и дальше, смотря только вперёд и никуда не оглядываясь. Кто знает, куда приведёт нас и обитателей это таинственной планеты эта странная и таинственная история времени и пространства.

Конец первого тома

Продолжение следует…

Глава 21. "... и я хочу сгореть в тебе!"

Остальной день прошёл словно в тумане, в том же опустевшем чувстве. Тревога сковывала лёгкие, а за ними и сердце…

Огненные собрались в кабинете Овна, обсуждая произошедшую ситуацию:

— Мы не можем просто сидеть сложа руки. Нападение на одного из зодиаков должно караться. — Овен ходил взад-вперёд, ворча по поводу ситуации.

Лев молчал. Его не покидало странное чувство, а изнутри будто забрали жизненно необходимую частичку:

— Возможно, это была не сама Лилит, а её подчинённые. Мы с мамой, когда путешествовали, наткнулись на место, где она жила, и мама мне рассказала, что Тэ управляет пространством, а У Хэнг — мыслями.

“У Хэнг может управлять мыслями…” — сказал сам себе Лев, полностью погрузившись в себя.

Тем же вечером Лев прогуливался по коридорам дворца, которые уже не были такими пустыми, но остались такими же странными. Он набрёл на библиотеку чьи книги всегда ему казались фоном, когда он был там. Лев взял одну из книг, и по коже прошлись мурашки, холодной змеёй страха проскользив по спине. Книга была пуста:

— Что..? Значит… Это иллюзия!

Только он хотел развернуться, как его кто-то сзади закрыл ему рот ладонью, не дав сделать что-то. Лев быстро отскочил назад, но тут же чуть не упал, а тело казалось ему ватным:

— Ох, я тебя недооценил.

Лев взялся за полку позади себя, пытаясь удержаться на ногах. Всё перед глазами расплывалось, а глаза не фокусировались на сопернике. Где-то сверху послышался голос Рака и Джафара:

— Лев! Что с ним?

— Не знаю. Мои слуги нашли его уже таким.

Лев закашлял. Из носа пошла кровь, а в глазах темнело.

Лев очнулся уже в храме водного владыки на постели. Чувство пустоты внутри ушло, но тело осталось таким же ватным и хилым. Он попытался встать, но Рак осторожно снова положил его на подушки:

— Ш-ш-ш, ты пока слаб. Лучше не вставай. — жрец отошёл к столику, чтобы взять стакан воды.

Льва осенило. Он стал осматривать карманы:

— Амулет… где..?

— Его не было. — спокойно сказал Джафар и ушёл.

Он побледнел и снова потерял сознание.

Льва сковывали его же нити — сила его созвездия. Как только он открыл глаза, сразу же увидел перед собой своего мучителя. Белоснежные волосы, чёрные глаза, чёрная одежда… У Хэнг:

— Нас тогда прервали. — У Хэнг сделал шаг вперёд, и нити сжали шею Льва.

Он закашлял, пытаясь оторвать нити от своей шеи, но нити сковали его руки. Лев напрягся, пытаясь вырваться, но безуспешно:

— Что ты сделал?! Где созвездия?!

У Хэнг только рассмеялся:

— Знаешь, я всегда восхищался тобой, твоим духом, твоей невообразимой красотой, помню, что её воспевают поэты. Это так? — он подошёл очень близко, проведя кончиком пальца по челюсти Льва.

— Не уходи от вопроса! — Лев дёрнул головой, разорвав контакт, — И руки свои убери!

— Но почему же? — У Хэнг наклонился так, что их лбы соприкоснулись, — Почему я не могу коснуться кого-то столько прекрасного?

Лев снова попытался вырваться:

— Во-первых, я тебя не знаю. Во-вторых, отпусти меня!

— Хм, а ему позволяешь… — У Хэнг взял его за подбородок, заставив его посмотреть прямо в глаза, — Ладно, чёрт с ним, от тебя, мой дорогой, мне нужно не многое.

— Ха, думаешь, что я сделаю для тебя что-то?

— Но ты же хочешь вернуть своё драгоценное созвездие обратно? — он крепче сжал подбородок Льва, — Помоги Лилит свергнуть земного владыку, а взамен ты получишь Огненную Корону и своё созвездие.

— Ага, сейчас. Бегу, волосы назад. Не дождёшься. Я не стану бить в спину земным ни при каких-либо обстоятельствах! — Лев грубо отверг его предложение.

У Хэнг отошёл назад:

— Да, этого огня я ждал. — он приблизился слишком близко, так, что их лица чуть не соприкоснулись, — и я хочу сгореть в тебе!

Лев подскочил с постели, чуть не упав. Он тяжело дышал, а в голове всё ещё мелькало предложение У Хэнга, которое он яростно отверг и был полностью уверен в своём решении. Через минут пять вошёл Рак и Овен. Они сразу бросились к сидящему на кровати Льву с таким выражением лица, будто он прошёл не одну войну и был полностью разочарован жизнью:

— Лев, ты как? — Овен спокойно подошёл к постели, пытаясь сдерживать эмоции.

— Рак, оставь нас. — хмуро и слабо проговорил Лев

Жрец кивнул и вышел из комнаты, оставив огненных одних:

— Овен…

Лев рассказал всё, что видел. Генерал нахмурился:

— Я понял. Побудь пока в Водной… здесь хоть кто-то может контролировать твоё состояние. А я займусь поиском созвездий. — Овен уже собрался уходить, но остановился и сказал, пытаясь поддержать друга, — Только сильно не волнуйся… и ешь хорошо… — он покраснел, не привыкший так открыто проявлять заботу, и торопливо вышел из комнаты.

Лев усмехнулся, покачав головой.

Глава 22. Письмо жреца... и доведение.

Ночь. Всё просто ужасно… Лев лежал, запутавшись в простынях, и бессмысленно и бесстрастно смотрел в потолок. Было не до сна. “Если сейчас засну, придёт ли он снова… и что сделает на этот раз..?” — снова-снова думал он, то закрывая, то снова открывая глаза от мучавших его голову мыслей.

Часов в комнате не было, а время так и осталось для Льва загадкой… “… скучно…” — он медленно, тяжело и немного пошатываясь, встал и пошёл вперёд по коридору. Храм спал. Ничего не было слышно, даже чайки около моря не кричали, напоминая о далёкой жизни и принося слухи со всех концов белого света. Лев вышел во двор и, пошатываясь пошёл дальше. Упав около пруда, он посмотрел в отражение, где были видны признаки ужасного состояния: огромные мешки под глазами, ярко выделяющиеся на белизне фарфоровой кожи, уставший взгляд, который когда-то смотрел с такой страстью к жизни, бледная кожа и слившиеся с ней веснушки — болезнь явно взяла своё. Лев вздохнул, и с его щеки скатилась одна слеза, отдавшись рябью в тёмной воде пруда. Так бы и продолжилась мучительная пустота в его голове, но на небе засияла яркая звёздочка, осветив почти половину небосклона.

Лев слегка улыбнулся. Родился кто-то великий в стороне севера. Он лёг на едва зелёную траву, и его взгляд устремился в небо, где луна уже уходила за горизонт, собираясь отдать дежурство яркому солнцу, дающему всему живому свой свет. Он закрыл глаза, и перед веками проносились тёплые воспоминания из прошлого, которые, возможно, и заставляли его оставаться верному себе.

Вскоре наступило утро, но на его наступление Лев почти не обратил внимание. Оно было не таким, как в Альянсе. Оно было резким, сразу жарким и не таким свежим… А в Альянсе оно было плавным, мягким, постепенно одаряющим солнечными лучами… Он вздохнул, так и оставшись лежать под лучами жаркого солнца на траве, около пруда.

“Я должен дать присягу…” — Скорпион встал с постели. Последняя неделя была во сне в прямом смысле этого слова. Он проспал неделю, не выходя из комнаты и оставаясь в блаженном неведении последних событий.

Скорпион вышел из комнаты и сразу же чуть был не сбит с ног несущимся куда-то Стрельцом, который совсем никого не видел. Он закатил глаза, но не стал ничего говорить, потому что тот уже скрылся за поворотом. “Где моё созвездие?” — подумал про себя Скорпион и тихо направился вперёд.

День его прошёл никак. Завтрак, чтение, обед, сон, ужин. Где-то в два ночи Скорпион пробрался в покои Льва, ища источник своей силы. “Знаю, договор, но мне нужно узнать, что с Рыбами…” — ему доложили, что глава Водного Королевства мёртв. Как бы ни хотел он не признавать, он волновался, ужасно волновался, карал себя за то, что его не было рядом тогда… Скорпион обшарил почти всё, бесшумно перебирая полки и ящики. В одном из ящиков лежали письма… он уже хотел закрыть ящик, но его смутила печать Водной. Скорпион не смог перебороть любопытство и осторожно взял письмо. Печать была сломана, а конверт вскрыт.

Он медленно, очень аккуратно снова открыл конверт. Сердце бешено колотилось, руки дрожали, а колени подкашивались — всё было в ужасе, тихом и сводящим с ума. Внутри всё переворачивалось с ног на голову… Скорпион уже хотел вытащить письмо, но услышал шаги. Всё. Конец. Он быстро закрыл ящик и шмыгнул в гардеробную. Благо, у Льва было бесчисленное количество нарядов, и Скорпион буквально утонул в это одежде, скрывшись от чужих глаз.

Загорелись свечи, послышались тяжёлые шаги, будто отсчитывающие секунды до казни. Вошёл Овен. Он осмотрел комнату внимательным чёрным взглядом и открыл дверь гардеробной. Сердце Скорпиона колотилось с таким ритмом, что он был уверен: Овен, наверняка, его слышит. Но тот ушёл, закрыв дверь на ключ. Скорпион выдохнул, всё ещё погребённый в одежде. Когда шаги стихли и он был уверен, что комната пуста, то медленно выполз из одежды и тихо взломал замок, чтобы выйти. Конверт он оставил там, где тот до этого лежал, а письмо, которое могло стоить ему, возможно, жизни, забрал с собой, пообещав себе, что обязательно его вернёт.

Тихо, словно мышка, Скорпион добрался до своих покоев и, закрывшись в уборной, начал читать строки, которые были написаны рукой главного жреца:

“Дорогой Лев, я буду краток: Скорпион перешёл на Вашу сторону, и меня это крайне беспокоит не только как духовного деятеля Водной, но и как его друга.

Прошу о встрече для дальнейшего обсуждения этого вопроса. Я прекрасно знаю, на что Вы способны и что не отвергаете разные роды манипуляций, но в сторону Скорпиона таких “методов” не потерплю.

Заранее большие благодарности. Рак.”

Скорпион побледнел… Только сейчас он понял, на что согласился. Рак, переборов все свои комплексы, заступился за него. Его это тронуло, и он не просто пообещал, а поклялся, что после выполнения миссии вернётся в Водную, даже если ему придётся испытать на себе гнев огня.

Он вздохнул. Что-то в голове словно переклинило, а внутри появилась странная тревога и некая пустота. Он счёл это на усталость и некий шок от пережитых событий. Скорпион вышел из уборной и спрятал письмо. Было уже под утро, и почтальон принёс ему письмо. Он ни на что не надеялся, просто молча открыл письмо и… побледнел ещё больше. Теперь всё стало известно… Рыбы и правда мёртв. В конверте было его кольцо, которое когда-то подарил ему Скорпион на день рождения из-за воспитания и норм морали.

Гонец вышел, а Скорпион попятился назад, пока не упёрся в стену. Он сполз по стене, сев на пол, и посмотрел на кольцо в дрожащих руках. Что-то внутри будто оборвалось, а в голову начали лезть мысли, которых он боялся больше смерти. “А если я был рядом, смог бы защитить его… Он же умер не по моей вине… А если. А если. А если…” — слилось в один водоворот мыслей, способных свести с ума за считанные сутки.

Он медленно встал и сразу же упал, неожиданно потеряв сознание.

Хотя, его обморочное состояние было обосновано. Стресс от ситуации сложилось с потерей единственного друга, дав такой не самый приятный результат.

Главный Храм в Водной… Люди, просящие милостыню… Дети, играющие с шариками, наполненными водой… Верховный жрец, раздающий еду, и глава Водной, в тиши дарящий свой почти предсмертный подарок:

— Я знаю, что ты не очень любишь кольца… — он протянул Скорпиону серебряное кольцо, которое висело на тонкой цепочке.

Скорпион принял подарок и… его проткнул кто-то мечом со спины.

Он очнулся в огненном дворце, быстро выбежал из комнаты в пустой коридор и упал на пол, на этот раз не потеряв сознание. По его щеке скатилась слеза, а внутри пропали все эмоции, будто пока он был в отключке ему ввели мощный наркотик, который заглушал всю боль и страдания внутри.

Скорпион медленно встал и бессмысленно поплёлся куда-то, не зная, куда идёт. Эмоций никаких не было, чувства словно заглушились в один момент, а мысли разбежались по самым тёмным углам его сознания, в которые он не осмеливался никогда заглянуть.

Вдруг какая-то рука взяла и… вырвала ему сердце.

Скорпион очнулся в холодном поту в постели, в своих покоях. Память сохранила две смерти, но откуда они..? Он медленно встал, подошёл к окну, и тут его снова убили стрелой в голову.

И так раз за разом… Он оказывался где-то во сне и умирал. И умирал. И умирал. И умирал…

На этот раз Скорпион очнулся на полу, где в первый раз потерял сознание:

— Я устал. Просто верни меня уже в реальность! — тишина не ответила.

Он быстро вскочил, направился в уборную, взял первое попавшееся полотенце, обмотал его вокруг шеи и…

Океан, дно, пустота… Умиротворение… Наконец-то усталость отступила, оставив после себя покой. Он закрыл глаза, позволив воде вынести себя на берег. Теперь он шёл по цветочной поляне. Всё благоухало и пело жизнью. Приглядевшись в даль, Скорпион увидел чей-то высокий силуэт с чёрными волосами:

— Рыбы..? — уставшим голосом еле как прошептал он и поплёлся дальше.

Фигура развернулась. Рыбы. Он посмотрел вдаль, увидев знакомый не очень высокий силуэт с белыми волосами, и направился к нему, ускоряясь с каждым шагом.

Оба перешли на бег. Скорпион упал, не выдержав эмоций. Слёзы полились по щекам, а из горла вырывались мучительные рыдания. Рыбы подскочил к нему, сразу заключив в объятия. Тот вцепился в него, как утопающий в спасательный круг, рыдая ему в плечо и через плач пытаясь сказать что-то:

— Прости… я… я…

— Тише, не нужно извиняться… — Рыбы попытался его успокоить, осторожно, очень неуверенно, будто тот был чем-то хрупким и фарфоровым, поглаживая по волосам, — Ты как здесь…

Рыбы увидел синяк на шее Скорпиона и закрыл рот, не желая давить или доставлять дискомфорт своему другу.

Течении времени нет в мире мёртвых, где и были наши герои, поэтому нельзя точно сказать, сколько времени прошло, когда они отцепились друг от друга и через сколько что-либо вообще будет происходить дальше.

Глава 23. "Эй, ты чего стоишь?"

Утром, когда события прошлой ночи же были не столь важны, как те события, которые будут происходить днём, в покои, где был заселён Скорпион, вошла горничная Красного дворца и сразу же закричала, когда вошла в уборную. Картина была ужасающей: бледная кожа, огромные синяки под глазами от усталости и психологического доведения до самоубийства, облезлые белые волосы, которые добавляли ужаса этой всей картине, и тело, безвольно и бездыханно висящее на полотенце. Девушка сползла по стене, прижав ладонь ко рту и сдерживая крик.

Мимо по коридору проходил Овен. Услышав крик, он сразу бросился в комнату.

Девушку вывели и отправили к врачу, чтобы та эмоционально восстанавливалась, а Овень начал расследование. На теле не было признаков борьбы, значит… всё ещё хуже. Он расхаживал вперёд-назад, как зверь в клетке, думая, что могло такого произойти. Он ещё раз перечитал письмо, которое доставили ему вчера:

— Почему и зачем? — Овен опустился в кресло, устало потирая виски, — неужели… из-за смерти Рыб? — его мысли вернулись ко Льву и его рассказу про подчинённых Лилит, и он нахмурил брови, — А если… он не сам.

Он откинулся на спинку кресла:

— Если его довели до такого, то ситуация в корне меняется.

Овен закрыл глаза и провалился в сон…

Что..?

Перед Овном раскинулась знакомая равнина, заваленная снегом, знакомое озеро, которое было спрятано под слоем льда, сформировавшегося под действием сильных морозов, знакомый голый лес, знакомые ели, принявшие снежный наряд, та же снежная горка, по которой он любил скатываться в детстве и которая по сей день привлекает его внимание своим крутым склоном, та же снежная крепость, которая с весной умирала, а зимой воскрешалась в новом обличии… В его спину прилетел снежок. Он развернулся и увидел Стрельца, который готовил новый снежный заряд:

— Эй, ты чего стоишь? — Стрелец кинул ещё один снежок, попав в плечо.

Овен усмехнулся и ответил ему зарядом, точно попав в голову и сбросив шапку с головы. Стрелец рассмеялся и побежал за шапкой и новой порцией снега. Всё было во сне, но так знакомо… Не хватало только одного. Не хватало Льва.

Он очнулся в тишине кабинета. Часы оттачивали знакомый ритм секунд, а камин убаюкивал треском дров. Овен вздохнул:

— Это сон… — он слегка улыбнулся, погрузившись в тёплые воспоминания о холодной, но такой весёлой зиме.

Кровь. Крики. Та ужасная зима. Вокруг ни души. Только ещё никому неизвестный воин стоит посреди кровавого побоища по локоть в крови, а перед ним сияет алый огонь, освещая высокую фигуру воина. Его тёмные, обсидиановые глаза, в которых, казалось, не было видно зрачков, смотрели с такой надеждой на этот огонёк, будто тот мог изменить всё в его жизни. Окровавленная рука, дрожа, медленно потянулась к сияющему огоньку. Она медленно докоснулась и…

Овен проснулся, вздрогнув так, будто ему приснился самый страшный кошмар в его жизни. На часах было заполночь, а камин продолжал трещать горящим деревом:

— Опять этот сон… — он вздохнул.

Встав, Овен направился в свои покои, приняв решение, что сейчас лучше отдохнуть, а не перенапрягать себя пустыми размышлениями, которые только забирают энергию, а результатов никаких не дают

Он устало рухнул на кровать, и матрас скрипнул под ним.

Звёздно небо, пение птиц, тёплое дуновение ветра:

— Знаешь, древние легенды говорят, что когда на земле рождается человек, способный изменить мир, то на небе загорается звезда, освещая ему путь… — знакомый спокойный тембр Льва.

— Я не знал… — Овен тихо ответил ему, смотря на звёзды.

Лев рассмеялся:

— Врёшь! Это каждый знает!

Снова утро. Снова ничего особенного, но внутри какое-то странное ощущение, какая-то пустота, которой раньше не было. Овен быстро позавтракал и принялся за работу, но, казалось бы, знакомые жалобы граждан на недобросовестную работу дворников, предложения социальных деятелей о постройке школ, больниц и библиотек, даже письмо Ярослава, полковника и хорошего друга, не укладывались никакой стороной в его голове, будто чего-то не хватало.

Овен сурово посмотрел в угол комнаты, словно там стоял кто-то, и вспомнил про подчинённых Лилит. Внутри начинал закипать гнев, заглушая почти все рациональные мысли.

Что-то позади будто скрипнуло по полу, и Овен быстро обернулся. Никого. Повернулся снова в сторону двери. Никого. Он вздохнул и ударил в воздух.

Что-то или кто-то ударился о стену. Девушка. Бардовые волосы, белые глаза, чёрная одежда. Прислужница Лилит. Тэ. Она быстро встала и пропала в портале. Овен за ней.

Они очутились в неизвестном месте, где, похоже, не работали ни время, ни гравитация, а пространство было настолько искажено, что немного закружилась голова.

Овен приземлился на ноги, когда гравитация пришла в норму. В его руке сразу материализовался меч, загорев алым пламенем:

— Не думала, что ты прыгнешь за мной. — прорычала Тэ, прищурившись и взглянув на возвышающегося над ней Овна.

— Ты недооценила силу огненных. — Генерал сразу пошёл в атаку, но Тэ увернулась.

— Глупец. Это мой мир, моё измерение. Здесь ты со мной ты ничего не сможешь сделать. — ровно сказала Тэ, оказавшись за спиной Овна.

Генерал прищурился. В его голове начался формироваться план.

Овен уже не пытался атаковать, ожидая ход противника. Тэ атаковала, тот увернулся. Ещё атака. Бам! Портал повреждён. Генерал упал в ещё один портал, вернувшись в реальность.

Тэ упала ниц, схватившись за руку. Состояние о одного удара явно ухудшилось… Из правой руки начала идит алая кровь, а сама Тэ начала сильно кашлять, отхаркиваясь той же красной жидкостью и схватившись за горло:

— Будь ты проклят… генерал. — прорычала она и упала в конвульсиях.

На её волосы кто-то положил руку. Лилит:

— Я дала тебе соперника не по зубам. — спокойно сказала она, поглаживая Тэ по голове и перебирая её пряди, — Прости. Это моя вина.

Вскоре ей стало лучше. Рана затянулась, а тело перестало трясти:

— Госпожа… — еле как смогла выдать Тэ.

Лилит ничего не ответила.

Глава 24. "Не за мной же ухаживал глава Альянса во сне."

— Алиса! Ну ты совсем дура! Я тебе по секрету, а ты… — Белла толкнула свою подругу, которая растянулась на её кровати.

— Что? Не за мной же ухаживает глава Альянса во сне. — Алиса рассмеялась.

— Я не говорила, что он ухаживал! Просто подал мне руку.

— А дальше?

— Я проснулась.

Алиса хитро улыбнулась, вглядываясь в подругу:

— Ага-ага.

— Да я серьёзно!

Обе вскоре посмеялись и вышли из дома Беллы, направляясь на рынок. Белла весело рассказывала что-то подруге; её русые волосы поднимал ветер, а серые глаза смотрели вперёд. Алиса же, девушка со светлыми волосами, голубыми, как небо, глазами и спокойной улыбкой на персиковых губах, шла рядом и слушала.

Барды пели почти в каждом углу, но только одно женское пение затронуло души обоих. Девушки отдали продукты сестре Изабелле и ушли…

— Алиса! Ты же можешь посмотреть, кто по судьбе должен стать моим мужем?

— Я же уже смотрела. — они шли по подвесному мосту на парящий остров, находящийся за пределами Облачного города.

Белла шла, раскачивая мост:

— Ну посмотри ещё раз!

— Эй, я же не могу по любой твоей прихоти смотреть всё, что ты хочешь.

— Ты же астролог! Это твоя работа. — Белла запрыгнула на землю острова, и ветер слегка приподнял её юбку.

Алиса закатила глаза и улыбнулась, забавляясь милым и немного легкомысленным поведением подруги. Обе прошли мимо небольшого дома, который был сделан из странной розовой породы дерева и кварца, и пошли к другому островку, где был стол под большим зонтом.

Белла увлечённо рассказывала о чём-то, ловко перепрыгивая по парящим камням, чтобы преодолеть небольшое расстояние между двумя соседними островками. Как только она обернулась, отчего платье слегка приподнялось, то замерла, увидев неожиданного гостя, сидящего за столом:

— Добрый день, дамы. — Филипп взглянул на подруг, слегка улыбнувшись, — Госпожа Алиса, не сильно ли я Вас побеспокою?

— Нет. — Алиса кивнула Белле, и та ушла в дом, — Что же привело главу Поднебесья в мою скромную обитель? — астролог присела напротив Филиппа.

— Хочу узнать, какова моя судьба. Разве не за этим приходят к астрологам? — речь главы Поднебесья была хорошо поставлена и с первых интонаций вызывала доверие.

— Если вы пришли узнать, что говорят звёзды, то вы точно по адресу. — Алиса взмахнула рукой, и на столе появились магические карты звёздного неба и хрустальный шар неизвестного происхождения, — Тогда скажите, что же вы хотите узнать.

— Я хочу узнать, куда пропал один человек.

Астролог кивнула и взяла карту континента, просматривая что-то на карте звёзд и в, казалось, пустом шаре, который, наверняка, скрывал больше тайн, чем кажется на первый взгляд. Отражённый луч солнца через шар упал куда-то в горы Земной. Алиса поставила точку туда, куда упал луч, и сказала:

— Здесь тот, кого вы ищете.

Филипп вздохнул и взял карту:

— Благодарю. — сухо сказал он, явно не обрадовавшись такому открытию.

— Вы хотите спросить что-то ещё.

— Нет.

— Да. — Алиса перебила, проницательно посмотрев на Филиппа.

Глава Поднебесья сделал уважительный поклон и ушёл. Когда Филипп ушёл, Белла вышла к подруге с расспросами, но та оставила всё в секрете, возможно, узнав, кого именно ищет глава.

— Эйс, ты какой-то… грустный что ли. — весёлый мужской голос что-то пробормотал где-то наверху.

— Владыка, ты вытащил меня куда-то в глушь, ещё и подкалываешь?

Ричард улыбнулся, спустившись на землю. Образ владыки воздуха описывается всегда по-разному, но одно известно точно: серые волосы, не очень крепкое телосложение и три пары крыльев. Одними он закрывает глаза, чтобы не видеть грехи смертных и даровать им ту свободу, которую они заслуживают, на вторых он летает, а третьими закрывает ноги.

А рядом с ним человек из легенды… Эйс. Первый обладатель созвездия Весов и отец нашей красавицы Беллы. Про его подвиги ходят легенды, а барды воспевают его жажду справедливости и честь.

Что они там делают, вдали от родной земли? Не знаю, но мы точно совсем скоро узнаем.

Глава 25. "Хочу гулять..."

“Голова…” — верховный жрец Водной проснулся где-то в ночи. “Что это?” — его начало что-то душить… Рак упал с постели, схватившись за горло, и еле как прохрипел:

— Скорпион… что ты наделал? — он, кашляя и задыхаясь, потянулся к кровати, попробовав забраться на неё, но безуспешно.

Его отпустило, но чувство безысходности осталось. Он понял, что Скорпион мёртв.

Уже утром его ничего не волновало, кроме ситуации со Скорпионом. Рак вспоминал, как тот рассказывал о своём прошлом, ужасном времени, когда его не ценили, не любили, даже не презирали и не ненавидели… просто не замечали его, будто он был чем-то пустым, чем-то лишним.

Жрец пришёл в храм и начал утреннюю молитву. Ничего особенного. Затем пришёл к больному Льву, который уже явно умирал от скуки:

— Ну отпусти погулять… хоть во двор.

— Нет, Лев, тебе сейчас опасно выходить на улицу. — каждый раз говорил Рак, слушая в ответ цоканья и раздражённые вздохи.

Что-то внутри словно перевернулось. Он остался один. Все водные зодиаки мертвы. Рыбы убили, Скорпион покончил с собой. “Что за безумие?” — часто спрашивал он сам себя, но каждый раз оставлял этот вопрос в себе, не желая ни с кем делиться своими мыслями.

В очередной раз слушая чью-то исповедь, Рак понял, что ему абсолютно всё надоело. Хотелось приключений… чего-то такого, что сможет взбурлить кровь и оставить неизгладимые и прекрасные впечатления на весь остаток жизни…

— О верховный жрец, прошу прости мои грехи! — взмолился согрешивший, — Прошу, попроси за меня владыку, чтобы она простила меня!

Рак вздохнул и закатил глаза:

— Не переживай, дитя воды, твой грех прощён, а душа чиста.

Дальше благодарности он не услышал и, если быть честным, не хотел слышать. Сейчас его голову занимали совсем другие мысли…

“Хочу гулять.” — снова пришло в голову, когда Рак выслушивал очередного грешника, который искал прощения: “надоели все.”

Он устало потёр виски, готовясь ко всему, что может произойти и закрыл глаза, ожидая, что ему опять начнут лить в уши воду про “грех” и “искупление”:

— Приветствую тебя, верховный жрец. — низкий, слегка хрипловатый мужской голос позвал Рака, на что тот не ответил, — Эм, Рак.

Рак вздрогнул, когда его позвали по “имени”, и открыл глаза, увидев перед собой Козерога:

— Ой, Козерог, прости… — он зевнул, — Как дела?

— Всё как обычно. — глаза Земной сделал шаг вперёд и присел на лавку рядом с жрецом, — Я бы хотел встретиться со Львом.

— Да? А по поводу чего?

— Политическая тайна.

— Тогда… нет. — сказал жрец, скрестив руки на груди и отвернув голову, — Как его врач и смотритель, я против того, чтобы он сейчас думал о работе!

— Рак, это срочно.

— Нет.

Жрец встал и направился к выходу из храма, не слушая объяснений и просьб Козерога. Ему было всё равно на политическую ситуацию, но не было всё равно на Льва, который уже который день лежит со своей непонятной болезнью:

— Рак, — Козерог взял жреца за локоть, развернув к себе лицом, — это очень серьёзно.

— Так и я серьёзно. Лев болеет, и я тебя к нему не пущу.

— Почему?

— Потому.

Рак развернулся и ушёл под воду, нырнув. Он доплыл до своего дома, двор которого был под кислородным пузырём, так что все без исключения могли там находиться, если, конечно, доплыли бы. Жрец вошёл в небольшой домик, сразу обратив внимание на открытую дверь в комнату, где лежал сын огненного владыки. Он зашёл и увидел такую картину: Лев лежит, растянувшись на простынях и закинув ноги на стену, и рвёт какой-то кусочек ткани, прямо как домашний котёнок:

— Лев… — удивлённо спросил Рак, — ты что делаешь..?

— Помираю со скуки, дорогой жрец. — Лев свесил голову, посмотрев на жреца ногами вверх, — Чувствую себя каким-то… кастрированным котом.

— Почему кастрированным?

— Потому что только лежу и толстею.

Рак вздохнул и тихонько рассмеялся, забавляясь комичным поведением Льва.

Тем временем где-то в Альянсе:

— Я встретился с одной из подчинённых Лилит.

— Кто такая Лилит? — спросил Стрелец. Он лежал на диване, закинув ноги на спинку, а голову свесив вниз.

— Ты серьёзно? — Овен приподнял бровь, — ладно. Лилит — тётя, из-за которой Лев сейчас в Водной.

Стрелец сел ровно, а потом реко вскочил:

— Что делать?

— Сядь и слушай.

Стрелец так и сделал, плюхнувшись на диван:

— Стратегия такая: Тэ не получится победить в её измерении, так что нам нужно как-то вытащить её в нашу реальность…

— Или… — медленно перебил его парнишка, — мы можем попробовать засунуть её в чьё-то другое измерение.

Они переглянулись:

— А это идея… Но где мы найдём кого-то, кто может создавать карманные измерения? — Овен задумался. Стратегия менялась.

— … — Стрелец посмотрел куда-то вверх, — О! Я слышал, что Ледяная Царица умеет создавать такие. Возможно, слабее, но умеет же.

— Обратиться к одному из грешников за помощью… — генерал скрестил руки на груди.

— Ну да. Слушай, если посмотреть с другой с стороны, то она почти ничего плохого не сделала.

Оба замолчали.

Глава 26. "У малыша Стрельца закончилось мороженое?"

Тихое женское пение разнеслось по большому залу Ледяного дворца. Тихий стук чьих-то каблуков… Пение становилось громче по мере приближения цоканья шагов. Тяжёлые ледяные двери отворились. Пение стихло. Высокая женщина, больше похожая на призрака или снежную фею из сказки, стояла спиной к входу, слушая. Она обернулась. Белые волосы, холодно-голубые глаза, бледная, словно первый снег, кожа и платье, будто сотканное из льда, — Ледяная Царица:

— Кто решил посетить меня? — спокойно сказала она, развернувшись лицом ко входу.

А там стояла совершенно противоположная ей личность: огненно-рыжие волосы, карие глаза, коричневое платье, перевязанное алой лентой, и дерзкий взгляд — Мария, мать Стрельца и первая обладательница одноимённого созвездия:

— Рада видеть тебя, Царица. — сказала она, проходя в зал.

— Так вот почему стало так жарко. — Царица спустилась по ступенькам с пьедестала навстречу Марие, — Твоя радость взаимна.

Та рассмеялась и подошла ближе к холодной фигуре одной из грешниц:

— Ты ко мне же не просто так? У малыша Стрельца закончилось мороженое? — Царица улыбнулась, видимо, имея хорошие отношения с огненными зодиаками, но не с владыкой.

Мария рассмеялась ещё громче:

— О нет! Сладостей ему достаточно! Не удивлюсь, что он там уже объелся конфетами под надзором ребят. — обе посмеялись, — Вообще-то, я по делу.

Царица прищурилась, готовая слушать слова своей гостьи.

Мария кратко изложила всю ситуацию, и грешница нахмурилась:

— Лилит, говоришь…

— Ты её знаешь?

— Нет. Но что-то слышала. — она подошла к большому окну, где простирались её заснеженные владения, — Задачу я поняла. Не переживай.

Мария кивнула. Они ещё долго пили чай, болтали о том-сём.

Почему люди часто чувствуют себя одинокими? Почему говорят и думают, что их никто не понимает и что они ни с кем не могут найти общий язык? Почему чувствуют себя лишними?

Над ответом на этот вопрос можно рассуждать очень долго, и у каждого будут самые разные предположения и версии. Вот моя: люди, которые не могут найти ни с кем общий язык, либо в кругу не своих людей, либо причина в них. Не в окружающих, а в тех, кто чувствует себя не в своей тарелке. В чём причина? Дело в том, что наш мир соблюдает правило бумеранга: что мы посылаем в этот мир, то к нам и возвращается. Исходя из этого правило, можно сказать: люди, которых не понимают, сами не хотят никого понимать и думают только о себе. Такие люди часто становятся эгоистами, обращая внимание только на свои мысли, чувства, не считаясь с мнением и эмоциями других. И это становится причиной одиночества. С человеком, который думает только о себе, никто не хочет общаться или как-то контактировать.

Но бывает же тогда, когда человек из кожи вон лезет, помогая другим, а его всё равно никто не считает всерьёз? Бывает. Значит, такой человек не в таком кругу. У каждого из нас есть своё место. Мы как кусочки пазла, а мир — одна большая картина. И у каждого пазлика есть своё законное место, которое ему было предопределено.

Но чувство одиночества может возникнуть и просто так. Есть странные люди, которые убивают сами себя, посылают в мир бумеранг с пессимистичной, негативной, одинокой и отрицательной энергией, и мир такому человеку и отвечает, подтверждая его слова. Чтобы понять, что нужно делать, нужно посмотреть в самый корень проблемы, узнать, почему человек решил так поступить с собой, обвиняя весь мир. Одна из моих версий: укоренившееся чувство тоски. Человек, которого окружают злые, ядовитые и токсичные люди, становится, если не таким же, то подобным. А если человек находится в обществе светлых, добрых и позитивных людей, то он и сам неосознанно становится таким же. Главное — в обществе с “плохими” людьми провести черту, между их мнением и своим пониманием жизни.

Вторая версия: эгоизм. Есть люди, которые специально всем говорят, как им “одиноко и плохо”, чтобы на них обратили внимание, что и приводит к самонастрою сознания.

Что же делать в таких ситуация? Возможно, изменить своё окружение, возможно, измениться самому, но все решения нужно принимать из проблемы.

Глава 27. Безумец... или гений.

Снова знакомый зал, где обычно обитал Джафар. Зал был тёмным, освещаемым лишь несколькими факелами:

— И восстал тогда владыка! — какой-то шут в красно-чёрном костюме. Он комично изобразил “восстание” огненного владыки, сначала оторвав себе каким-то образом голову, а затем закинув её наместо.

Безголовые слуги похихикали, а сам грешник слегка усмехнулся. Шут поклонился, закончив сцену:

— Если Вы, о великий и могучий Джафар, позволите отклониться, чтобы сбегать за шахматной доской, я с удовольствием сделаю это. — он надел колпак и на цыпочках сделал два шага назад.

Джафар кивнул, забавляясь поведением своего придворного шута, и тот отклонился, иногда перепрыгивая через тупых слуг. Грешника не покидало странное ощущение: “Что-то не так.”

Он встал с трона и прошёлся по длинному залу. Украшения звенели, а шёлк шуршал, волочась по каменному полу. За ним начал медленно полсти змей из серого песка, который явно пытался что-то сказать:

— Я знаю, Будхнья. — имя демона сорвалось с губ грешника как молитва, — Что-то точно случилось.

Демон заполз на руку Джафара, обмотавшись вокруг неё, и они вдвоём углублялись в тёмные залы…

Оставшись наедине с удушающей пустотой, Джафара что-то будто пронзило… он потерял над собой контроль. Схватившись за голову и сжав волосы, чтобы хоть боль вернула его в его тело, он попятился назад, ударился о факел, опрокинув его, и неестественно, словно кто-то тянет его за невидимые ниточки поднял голову.

Глаз нет. Они будто стали частью лица, а глазницы натянулись кожей. Будхнья стал больше и попытался дать отпор, но Джафар остановил его.

Лилит. Она сделала шаг, цокнув каблуком:

— Я знала, что ты не сможешь долго сопротивляться. — она приподняла голову Джафара, чтобы взглянуть на его лицо и усмехнулась, — Два в одном: я подчинила себе древнего демона и смогла найти средство, чтобы манипулировать Змием.

Средство? Да, именно что-то на подобии инструмента для достижения своей цели. Во-первых, целеустремлённостью Лилит можно восхититься. Во-вторых, её методы… оставляют желать лучшего.

Он видел. Тяжело дыша, молодой шут видел всё, что сделала с его господином злая ведьма, которую он сам так обозвал. Он молчал, закрыв рот рукой не от страха, а от смеха. Ему показался смешным её образ: чёрное платье, чёрные каблуки, короткие волосы и заострённые уши. Этому гению было смешно.

Но тут шута поволокло куда-то за ногу. Он повис вниз головой перед самой Лилит, которая казалась ему смешной и глупой:

— Назови своё имя, шут. — приказала она грозно.

— А ты угадай! — тот улыбнулся.

Теперь что-то обвилось вокруг его шеи. Шут пару раз покривлялся, будто ему не хватает чего-то жизненно важного, и его голова сама отвалилась, как пятью минутами ранее. Глаза Лилит на секунду расширились, но она снова приняла нейтральное выражение лица:

— Думаешь, что это смешно?

— ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! — громко рассмеялась голова, отделённая от тела.

Лилит ничего не ответила, приняв бесстрастное выражение лица, пока парень хохотал во всю, схватившись за живот. Шута отпустило. Не в смысле, что он перестал смеяться, а в смысле, что он просто упал на пол, продолжая хохотать.

Она вздохнула и направилась прочь, больше не желая слышать отвратительных смех, который ей давил на уши. Прямо перед самым выходом она обернулась, потому что смех прекратился:

— Я Арлекино. — сказал шут, вернув себе голову на место и встав.

— Лилит. — строго сказала она.

— А что Вы сделали с моим господином?

— Магия.

Арлекино издал протяжное “аааа” и кивнул головой, будто что-то понял. Сарказм. Сарказм и насмешка — вот его друзья и инструменты:

— Спасибо за столь понятное объяснение. — он поклонился, как актёр, только что исполнивший свою роль, и вприпрыжку прыгнул в какую-то бездонную яму, которая была в конце комнаты.

Лилит приподняла бровь на пару секунд, но решила не сильно заострять внимание на этом безумце. Она, цокая каблуками, вышла, а Джафар, как глупая марионетка, пошёл за ней, неспособный как-либо сопротивляться.

Уже она шла по просторной пещере, и один из грешников за ней:

— Змий. — сказал Джафар и прошёл вглубь, приняв нейтральное выражение лица.

Его голос был ровным, глаза вернулись на место, но остались безжизненными.

Змий вышел из тени и, выкинул какой-то меч в каменную стену, склонил голову на бок:

— Ого… Ты заболел? Сам пришёл ко мне? Неожиданно. — он начал кружить вокруг него.

Джафар стоял на месте:

— У меня к тебе дело.

— Да? И какое…

Змий не успел договорить, как его схватил за шею Будхнья, увеличившись в размерах. Тот закашлял и попытался вырваться, но Джафар приказал сжать его сильнее. Змей закричал и… на глазницы натянулась кожа, а движения стали неестественными.

— Вот и всё. — сказала Лилит, появившись в воздухе и осмотрев своих новых марионеток.

Глава 28. Тот же кошмар. Та же битва.

“Что нам делать, когда мы боимся? Отступать и бояться дальше? Идти вперёд, даже невзирая на страх, сковывающий грудь и сердце ледяными щупальцами?

Думаю, что многие задавались таким вопросом, когда не могли ничего сделать в своей жизни. Но у нас всегда есть выбор: либо оставаться беспомощным и держаться в тени, либо брать своё.

Что же выбрать? То, что близко к сердцу, что действительно дорого. Если сражаться ни за что, то можно и бояться, не идти и остаться там, где комфортно, а если сражаться за то, что дорого, за что действительно нужно сражаться, то нужно идти до конца.

Смелость рождается из трусости. Страх оберегает нашу жизнь на уровне инстинктов, а смелость и отвага привыкли брать то, что им нужно… Ты же задавал себе этот вопрос, сын?”

— Да.

— А получил на него ответ?

— Да… но что делать, если я не знаю, стоит ли…

— Подумай, что тебе дорого.

— Мне дорога Стоница, мне дорог ты, мама, сестра…

— Тогда сражайся.

Далее уже ответа не последовало. Он молча встал, взял меч и ушёл под ночной дождь.

Высокая крупная фигура, рога на голове… Знакомый персонаж, не так ли? Овен. Та самая ночь перед решающей битвой. Ему вспоминался разговор с его отцом прямо перед походом, который решил всю его жизнь. Как маленький мальчик, который любил кататься зимой на горке, а летом вырезать птичек из дерева, стал воином, закалённым в горниле войны и сражений? Но теперь уже ничего не имело значение, кроме цели — победы.

Шаг, ещё шаг… и вот поле, залитое кровью не только врагов, а перед ним был сверкающий огонёк… созвездие.

Опять этот кошмар.

Овен поднялся с постели. В последнее время сон потерял смысл, не принося желанного утешения. Он вздохнул и быстро привёл себя в порядок. Хотелось снова зарыться в одеяла и забить на всё и всех, но нужно было выполнять свой долг перед страной и людьми, поэтому он снова вернулся к работе…

А на другом конце континента:

— Я не могу сидеть сложа руки, пока мой народ страдает!

— Лев, твоя тело ещё не до конца восстановилось, тебе лучше…

— Хватит! — Лев перебил жреца, сбросив тарелку с похлёбкой на пол, — Отпусти меня!

Рак вздохнул. Он уже привык к капризам альянского “принца” и спокойно сел на кровать:

— Лев, я знаю, что тебе не терпится помочь своему народу, но твоё здоровье должно быть важнее.

— Я здоров! — снова запротестовал Лев, но уже мягче и сел рядом с жрецом на кровать, уперев локти в колени, — Все что-то делают, а я торчу даже не на своей земле, как какой-то инвалид!

— Я понимаю, но потерпи ещё немного. — Рак положил руку на плечо собеседника.

— Сколько? День? Два?

— Минимум неделю.

Лев зарычал и плюхнулся на кровать с рыком: “Выпусти меня!”

Где-то за востоке:

— Нападение на государственные границы не может быть вот так не замечено! — Козерог ходил взад-вперёд, размышляя.

— Да? Тогда ты и займёшься наказанием Лилит. — немного небрежно сказала владыка Хуэй Вэн.

Козерог застыл, но вздохнул, смирившись.

Где-то на западе:

— Камень-ножницы-бумага! И… я снова выиграл! — весело сказал Тин, в очередной раз обыграв слугу во дворце, пока Филипп решал дела по поводу пропажи владыки воздуха.

Напряжение во всех странах нарастало, а битва с Лилит уже не казалась такой далёкой и невозможной.

Глава 29. Её не интересуют компромиссы.

“Может, стоит попробовать договориться?” — глава Земной шёл по какой-то пустоши, где, если верить разведданным, обитала Лилит. Козерог остановился у полуразрушенного дворца. Он вздохнул и поднял по каменным ступенькам, которые были явно потёрты временем. После того, как он постучал в дверь, она сама со скрипом отворилась.

Коридоры были тёмными, а вокруг царила гробовая тишина, будто сама смерть боялась топнуть или сказать что-то. Ледяной страх холодными щупальцами хотел сковать грудную клетку Козерога, но тот безжалостно подавил порывы трусости. Он шёл вперёд, ещё дальше… дальше-дальше. Козерог остановился перед большим тронным залом.

Там стояла она. Лилит. За её спиной был странный круг, состоящий из двух окружностей, где были два светоча, красный и тёмно-синий. Созвездия…

Козерог вздохнул:

— Приветствую тебя, Лилит. — та не обернулась, продолжая стоять спиной к нему, — Я хочу поговорить с тобой.

Лилит молчала, не оборачиваясь. Она вздохнула:

— О чём говорить? Всё предельно ясно… либо мне вернутся мои земли, либо я буду бороться. — спокойно сказала она.

— Но есть же другой выход. Не обязательно бороться, чтобы получить желаемое. Мы можем договориться на условиях, которые будут удобны нам обоим. — Козерог вздохнул.

Лилит ничего не ответила, а атмосфера накалилась до предела. Глава Земной насторожился, нахмурившись:

— Меня не интересуют компромиссы. — и эти слова демона прозвучали как похоронный звон.

На Козерога обрушился шквал энергии, который грозил сбить его, но тот быстро увернулся. Он не стал долго сопротивляться и, превратившись в дракона, быстро улетел.

Битва теперь была неизбежна. На всём континенте напряжение было натянуто как тетива лука.

Лилит хмыкнула, а позади неё появились У Хэнг и Тэ, упав на колени в знак покорности:

— Госпожа Лилит… — начала Тэ, — Скорпион мёртв.

— Где созвездие? — Лилит смотрела куда-то вверх.

— Не было… — У Хэнг больше склонил голову.

Дальше она ничего не ответила. Тэ и У Хэнг переглянулись:

— А этот кошак? — Лилит обернулась к своим подчинённым.

— А… он… — У Хэнг отвёл куда-то взгляд, — … ещё не готов признать вашу власть.

В ответ она нахмурилась:

— Чтобы к завтрашнему утру он уже стоил на коленях передо мной.

— Да, госпожа.

Тэ и У Хэнг ушли, оставив Лилит с её злобными мыслями наедине.

— Ты позор всей империи!

“Надоели… Хватит!”

— Ты никогда не станешь кем-то стоящим!

“Я сам всё решу.”

— Я ожидала то тебя большего…

“Да заткнись ты уже!”

Молодой человек со знакомыми рогами и хвостом. Козерог.

Он шёл где-то по улицам столицы Гуньмэй. Голова была пуста, а желания плавали где-то в космосе:

— Эй, парень! — кто-то пискнул из подворони.

И он повёлся… Наслаждения, никаких мыслей, только бесконечный кайф… Сколько времени прошло? Он не знает и даже не хочет знать. Такая лёгкость…

А вот и утро. Дворец, покои, владыка и крик. Тело ломает бесконечно, голова болит так, будто по ней кто-то стучит тысячью молотками:

— Какой позор! Будущая глава Земной! Ты вообще головой думаешь?! — Хуэй Вэн ударила его по голове, отчего он болезненно застонал, — Да чтобы я ещё раз видела тебя в таком состоянии… Убью!

Владыка вышла, оставив Козерога одного. Он ничего не помнил. Не помнил, что делал, что говорил, что думал… Ничего не помнит. Он вздохнул… Владыка ясно предупредила, что больше такого не потерпит.

Всё по новой… Снова дворец, снова покои, снова нескончаемые боли. Хуэй Вэн ничего не говорила; она просто сидела рядом, ожидая, пока тот придёт в себя. Козерог очнулся:

— Владыка…

— Я тебя предупреждала. Если ты не можешь самостоятельно контролировать себя, то это сделаю я.

Она достала своё копьё. Ничего больше.

На следующий день Козерог был уже не где-то в самой грязной и пыльной подворотне, а стоял ровно в Нефритовом дворце рядом с Хуэй Вэн, но… с одним маленьким отличием. Теперь у него была одна пара рогов и ответственность за свои поступки на всю его долгую, если не вечную, жизнь.

Глава 30. У меня лапки!

“Кто эти люди…”

Вода. И ничего вокруг.

“Он опасен! Утопить колдуна!”

Одна маленькая пещера и двести лет безысходности.

“Кем я был до того, как получил созвездие? Важно ли это? Думаю, что нет.”

Что-то голубое и сияющее. Созвездие Рака.

Верховный жрец шёл по коридорам здания Главной Академии Водной. Все мысли были пусты. Он последний, кто остался из водных знаков. Один. Он остановился, глубоко вздохнув, и приложил руку к сердцу; его мысли проплывали где-то глубоко, а внутри засела холодным комом тревога. Рак ещё раз вздохнул и медленно пошёл дальше. Жители страны хотели хоть что-то слышать, хоть в чём-то найти утешение.

Да, другие страны очень помогли после инцидента со Змием, но что сказать народу? Как объяснить им, что бессмертный зодиак мёртв? У жреца дрожали коленки, а в груди засела тревога, которая не отпускала его с момента смерти Рыб. Он посмотрел в окно и увидел такую картину: полная площадь людей, которые ждали. Он сглотнул.

Остальное пронеслось словно в тумане. Закончился кошмар, закончился позор, который он успел испытать там на балконе, пытаясь как-то успокоить людей. Рак сел на кресло в библиотеке главы:

— Верховный жрец! — кто-то из придворных прервал его покой, — К вам глава Земной. Впустить?

— Пусть войдёт. — устало сказал Рак, развалившись на кресле.

Почти сразу вошёл Козерог. Он увидел развалившегося на мягком кресле жреца:

— Государственные дела утомили? — саркастично спросил он с намёком на улыбку.

— Я не предназначен для такого… — Рак надел капюшон и зарылся в него, — Зачем пришёл?

— Мне всё ещё нужно встретиться со Львом. — Козерог сел на кресло на против, уперев локти в колени и внимательно осмотрев жреца, закутавшегося в мантию.

— Нет. И я уже раз десять, если не больше сказал тебе это. Состояние Льва нестабильно, и я не могу позволить тебе нарушить его покой. — он не вылез из своего кокона, и его голос был приглушён тканью.

Козерог вздохнул:

— Ладно, как скажешь. Но я же ещё приду. — он был абсолютно серьёзен.

— Да? — жрец весело рассмеялся, — Думаешь, что на раз тысячный, я тебе не откажу?

Глава Земной закатил глава, но слегка улыбнулся, развеселившись смехом Рака. Но тут в библиотеку кто-то ворвался, чуть не выбив дверь:

— Значит так! — это был Лев, рядом с которым был напуганный непривычным резким поведением дворецкий, — Мне надоело в четырёх стенах сидеть! И ещё… — он вошёл в комнату, закрыв за собой дверь небрежным толчком ноги, — Я случайно подслушал вас миленький разговор. Козерог, чего ты хочешь от меня? — тот встал, — Со мной так упрямо никто не хотел поговорить, как ты. — Лев рассмеялся и, оперевшись на косяк двери, положил руку на бедро

— Про Лилит. — Козерог повернулся к нему, а жрец вылез из мантии, — Она отказалась от переговоров.

— По поводу отношений с другими странами и иными личностями не ко мне, а к Овну. — Лев слегка усмехнулся, — Даже мой… прошлый опыт общения с этой стервой может не помочь.

— Она отказалась от переговоров. — тон главы Земной был холоден.

— Пф, не удивлён. В общем! Тебе нужно с Овном поболтать. Я тебе никак не помогу. — Лев ещё раз усмехнулся, — И вообще! У меня больничный, а ты меня тут отвлекаешь. — в его словах не было обиды, а только маленькая шутка, которая хорошо развела напряжённую атмосферу последних событий.

Все в комнате посмеялись.

Уже позже Козерог был в Огненном Альянсе, в Красном дворце. Переговоры с Овном прошли весьма успешно, и наметилась стратегия действий.

“Скоро всё должно разрешиться, и эти события изменят жизнь каждого навсегда.”

Глава 31. Смерть, стратегия и ругань.

— Скоро всё должно разрешиться, и эти события изменят жизнь каждого навсегда. — со смирением сказал У Хэнг. Он направил взгляд в даль и увидел высокий, очень большой силуэт чьей-то фигуры.

Дыхание участилось, а тело задрожало. Соперник не из слабых, и на этот раз не получится вырубить его и беспрепятственно забрать созвездие. У Хэнг сглотнул. Неужели Лилит отправила его на верную смерть..? Он не объявлялся, даже когда Овен вышел на свет.

Чёрная сталь меча угрожающе сверкала в редких лучах заходящего солнца; чёрные глаза, почти также как и лезвие меча сверкая, осмотрели пустую поляну, ища противника. Овен хмыкнул и ничего не сказал. У Хэнг пытался собраться с духом, тяжело дыша и прячась за каменными стенами руин, которые окружали поляну, словно создавая ринг. Он зажмурился… Если Лев рассказал, каким страданиям У Хэнг подвергал его, то ему точно конец, и даже не придётся сильно думать, чтобы осознать, что он подписал себе смертный приговор ещё в пустыне, когда решил напасть на сына огненного владыки. Он встал, видимо, уже без способности пошевелиться, впервые за всё время как он служит у Лилит, он почувствовал настоящий страх.

У Хэнг, всё же собравшись духом и решив, что лучше умереть в бою, а не в руках своей госпожи за невыполнение задания, вышел на свет. На вид безоружный, а на деле не совсем. Овен прищурился:

— Где Лилит?

— О, дружище, чтобы добраться до ней, тебе придётся одолеть меня. — У Хэнг скрылся за привычной бравадой уверенности, хотя от одного взгляда противника тряслись колени.

Овен повернулся к нему и нацелил меч. Считанные секунды, и У Хэнг, чуть ли не задыхаясь, валяется на земле. Он еле как приподнялся и посмотрел на противника сквозь ресницы, пытаясь сфокусироваться на его лице.

Чья-то помощь. Удар со спины. Созвездие… Овен отлетел назад, ударившись спиной в какие-то камни. Он усмехнулся:

— Крыса. Так и знал, что честного боя не выйдет. — он поднялся, даже когда суставы, протестуя, заскрипели.

Созвездие в руках У Хэнга улетело куда-то вверх и попало в руки Лилит:

— Неплохая работа. — проговорила она, спустившись вниз.

Они встретились взглядом:

— Хвалишь за нечестную игру? Ты такая же стерва, как и была раньше. — Овен усмехнулся, закатив глаза.

— Выбирай слова. Твоё созвездие у меня. Посмотрим, сколько ты без него продержишься. — Лилит язвительно проговорила эти слова, тщательно взвешивая каждое, — У Хэнг, закончи с нашим другим другом.

Тот кивнул и поспешно скрылся. Начался бой. Даже потеряв созвездие, Овен сражался как ни в чём не бывало.

Удары слились в симфонию битвы, отражая ритм боя. Исход был не ясен… Он готовился к удару, и что-то оттолкнуло его. Поток огненной силы, очень знакомый по энергии, но источник другой. Овен поднял глаза. Где-то в небе был силуэт, сотканный из пламени и со знакомыми силами Льва:

— Как ты…

— Смогла использовать созвездие? Не скажу. — Лилит сделала движение рукой, и фигура ударила.

Он увернулся. Бой становился сложнее…

Овен начал думать, но его мысли прервал второй огненный силуэт:

— Да что б тебя ****. — он нецензурно выразился, увидев перед собой материализацию своего созвездия.

Мысли путались, а бой продолжался. Пока Лилит зависла в воздухе, наблюдая за всем происходящим, Овен сражался, наблюдая за поведением и пытаясь выработать стратегию.

В генерала полетел снаряд, который остановил золотой меч. Телец. Теперь мощных воинов уже двое, как и силуэтов созвездий:

— Есть план. — Овен улыбнулся и они встали спинами друг к другу.

Телец приподняла бровь и решила довериться.

Бег. Шаги. Стрелец бежал по камням к полю битвы, как его чуть не прервал портал, но его быстро скрыл с дороги поток ледяного ветра. Стрелец убежал, а перед Тэ явился совершенно другой соперник:

— … — она молчала.

— Не будь такой грустной, а то не вырастет больше ничего. — перед ней с весёлой улыбкой, появившись из небольшой вьюги, предстала Царица.

— Огненные воспользовались силой грешницы… интересно…

— Твоя сила не тоже самой лучшей природы. — она перебила.

Тэ нахмурилась и приготовилась к бою.

— Ты… думаешь, что можешь вот так говорить с одной из приближённых Лилит? — Тэ нахмурилась.

— Может, рабынь? — Царица снова перебила её.

Тэ снесло куда-то потоком снежного ветра:

— Одной курицей меньше. — она посмотрела в сторону, где разворачивался бой.

Глава 32. "Разве солнцу нужен повод, чтобы сиять?"

Битва затянулась… Лилит продолжала также висеть в воздухе.

Появился Змий, за ним и Джафар… и оба с натянутой кожей вместо глаз. К битве подтянулись земные: Телец и Козерог вышли на поле. Защита, атаки, крики грешников и других, казалось бы, невинных людей, которые оказались в ненужное время в ненужном месте, — всё слилось в единый шум битвы.

Удар, удар… одно кольцо Лилит сломано. Созвездие Рыб отправилось в свободный полёт и в конце-концов приземлилось в руки воскресшего обладателя, который появился перед Змием.

Рыбы встал во весь рост; его татуировки засветились, а в руках появился меч:

— Мы с тобой тогда не закончили. — прорычал глава Водной, бросаясь в бой.

“Нужно сломать все кольца…” — подумал про себя Овен.

— Телец! — Овен крикнул, и та повернулась.

Оба побежали в одну сторону. Им попытался помешать Джафар, но случайно попал в огненный силуэт созвездия Овна, проткнув его насквозь. Силуэт повернулся к грешнику и бросился в бой, пока Джафара скрылся за телом Будхньи.

— Я… Я не могу ТАК проиграть! Я не могу проиграть ВАМ! —жалкий крик Лилит разнёсся по всему полю боя.

Она начала слишком активно использовать силу не своего созвездия, отчего на случайных участках её кожи появлялись ожоги.

Внезапно и по абсолютно неизвестным причинам третье кольцо сломалось, а созвездие Льва улетело куда-то вниз. Лилит закричала. Атаки стали сильнее, а армия — мощнее в разы, отчего и становилось всё сложнее и сложнее.

Её сбило с воздуха мощным ударом огня, и она упала:

— НЕТ! — Лилит подняла голову и увидела перед собой сына огненного владыки и верховного жреца водной, который шёл за ним.

— Здравствуй. Давно не виделись. — Лев спокойно улыбнулся, выглядя как всегда превосходно, будто пришёл не на битву.

— Ты… — она встала, — показушник! Весь твой образ — пустая бессмыслица! — Лилит отходила назад.

— Разве солнцу нужен повод, чтобы сиять? — он спокойно подходил ближе, не страшась предупредительных криков Лилит.

Развернулся бой. Змия и Джафара отпустило…

Льва отбросило в сторону и прижало силой:

— И это всё, что ты можешь? — он продолжал выводить Лилит из себя.

— Вся сила должна быть моей!

Лев усмехнулся и протянул руку вперёд, в сторону Лилит:

— Так забери.

Их соединила нить, и Лилит начала получать силы… но впоследствии с диким криком сгорела до тла, и её пепел разнесло ветром.

Лев начал падать и упал, не поднимаясь. К нему подскочил Овен, приподняв на руках:

— Лев…

— Нет! — завопила Лилит, — Ты не мог бы!

— Но смог же? — Лев сделал шаг вперёд.

Они находились в странном, полностью тёмном пространстве.

— Нет! Почему… почему я опять проиграла?! — она взяла себя за волосы, — Почему опять выбрали тебя?!

— Лилит, скажи, у тебя была возможность жить долго и счастливо?

— Заткнись! — она махнула на Льва рукой, но тот не дрогнул.

— Ты её упустила. У тебя была возможность стать солнцем, но…

— Я не стану подчиняться, как ты! Думаешь, что твои манипуляции чего-то стоял? Если ты сделал из мальчишки великого генерала, это ещё не значит, что можешь управлять миром!

— Я ничего не делал. Это был полностью его выбор. — Лев не удивился, что его перебили.

— Ложь! — Лилит стояла на своём.

Она не выдержала, взяла себя за рога и оторвала их, в болезненном шоке упав на пол:

— Добей меня. — прорычала она…

Глава 33. Вот и почему сбежала принцесса?

Стук в дверь. Щелчок:

— А… — Томила вышла посреди ночи открыла дверь, — Госпожа Ли…

Перед ней стояла Дева, вся промокшая из-за дождя. В руках она держала маленькую сумочку:

— Телец… Можно я у тебя переночую? — Дева не поднимала глаза, будто стыдясь прямого зрительного контакта.

Тома протёрла один глаз. Она, стоя в одном спальном халате, молчала, ещё сонная. До неё не сразу дошёл вопрос:

— Что?

— Можно я переночую у тебя?! — Дева повторила громче, и, казалось, её голос разнёсся по всей улице.

Тома открыла глаза полностью и удивлённо посмотрела на неё сверху вниз из-за роста:

— Что..? А-э-э-э… — она пару раз моргнула и отошла от дверного проёма, пропуская Деву внутрь.

— Спасибо…

Та скромно вошла, покраснев до корней волос. Они обе сели за низкий обеденный стол на кухне. Томила удивлённо смотрела почти в упор прямо в глаза Девы, но та отводила взгляд:

— Итак… — Телец первая разрушила нагнетающую тишину, — тебя выгнали из Нефритового дворца? — она усмехнулась, пытаясь разбавить юмором атмосферу.

— Я сама ушла. — слова Девы сразу же рассеяли смешок Томы.

— Так… Что случилось?

Дева молчала:

— Я, — её тон был неловким, а глаза бегали по маленькой, но уютной кухоньке, — я… я не хочу об этом говорить!

— С чего вдруг? — Телец приподняла бровь.

— С того! — Дева немного подняла голос, — Извини, я…

— Ладно. Не хочешь говорить — не надо. — Томила встала и подошла к стойке, начав готовить чай, — Есть хочешь?

— Нет. — она пошла наотрез, но урчание в животе вернуло её к жизни и голоду, — … хочу.

Телец усмехнулась. Через пять минут на столе стояло две чашки с чаем и булочки баоцзы:

— Угощайся. — она села напротив Девы.

— Спасибо.

Всю трапезу Деву не покидало чувство неловкости, что она чуть ли не ворвалась в чужой дом и немного нагло ела чужую еду, но мягкий вкус нежной куриной начинки в булочках и насыщенный аромат травяного чая постепенно переносили её в мягкую домашнюю атмосферу. Совсем осмелев, она всё же посмотрела на Томилу и сразу же увидела шрам рядом с правой частью груди, прищурившись:

— Откуда этот шрам?

— А, этот? — Тома посмотрела на рубец на коже, — Его мне оставил демон Золотой долины, когда напал на Дворец Просвещения.

Дева кивнула, разглядывая шрам:

— Ты фкуфно готовиф… — жуя булочку, непонятно сказала она.

— Ха-ха-ха! Спасибо! — Томила пила чай из фарфоровой чашки.

Дальнейший вечер прошёл в спокойных разговорах и милой атмосфере. Дева привыкла к разговорчивости Тельца, а сама Телец продолжала и продолжала говорить без умолку:

— Так из-за чего ты ушла? — неожиданно спросила она.

— Не хочу говорить. — Дева отвернула голову, посмотрев в окно, а её глаза уже были на мокром месте.

— Ладно, но, чтобы у тебя там не случилось, знай, что я рядом. — Томила спокойно улыбнулась.

Смотря на Тому, она поняла, что её окутывает какое-то странное тепло и ощущение стабильности. Вздохнув, Дева сказала:

— Спасибо…

Через где-то пол часа они легли спать. Следующий день прошёл как-то так: Дева проснулась, увидела настоящий бардак, который царит в маленькой квартирке Томы и убрала всё. Тома проснулась и не поняла, где находится. Всё было переставлено: книги и свитки со стола переместили на полки, одежда с пола, стула и изголовья кровати — в шкаф, а тарелки, палочки для еды и остальная посуда теперь была поставлена в кухонные шкафы, даже кружка, которая стабильно стояла на столе, почти приросши к деревянной поверхности, была где-то в шкафах, в плену порядка и чистоты. Телец вышла на кухню в том же спальном халате, на котором было пятно соевого соуса, никак не способное отстираться, и по её лицу можно было понять, что она в шоке:

— Это… чё? — она посмотрела на Деву, которая спокойно пила чай.

— Это порядок. — та поставила чашку с чаем на стол.

— Женщина, у меня и до этого был порядок! — Телец взялась за волосы и уже готова была вырывать огромные пряди.

— Нет…

— Да! Это был мой творческий порядок! — она села на диван рядом с Девой, уперев локти в колени и закрыв лицо ладонями.

Дева нахмурилась и отвернулась:

— Ладно… чёрт с ним! — Тома посмотрела на неё, — ещё какие-то изменения в моём жилом пространстве будут?

— Еды нет.

Поход за продуктам был таким же утомительным, как и само утро. Телец поняла, что, чтобы содержать принцессу Деву, ей придётся увеличить жалование генерала в четыре раза, продать все драгоценности своего созвездия и найти как минимум три дополнительные работы…

Глава 34. Лилит мертва.

— А как происходила битва с Лилит? А Лев правда умер? А…

Дева и Телец лежали на кровати, вроде уже собираясь спать. Тома тихо засопела:

— Телец! — Дева ударила ту подушкой.

— А? — Тома открыла глаза.

— Ты меня вообще слушаешь?!

— Нет.

Томила отвернулась:

— Да не умер он! — она накрыла голову подушкой, — С чего вдруг сын самого Владимира, огненного владыки, станет помирать от такого пустяка.

Дева внимательно смотрела ей в затылок, который полностью не получилось закрыть из-за рогов:

— Хватит сверлить меня взглядом…

— Ну расскажи! — она потрясла Тому за плечо, сделав щенячьи глаза.

— Ай, *** с тобой! — выругалась Телец, сев на кровати, и глаза принцессы расширились то ли от ужасного слова, которое она слышала только от слуг и иногда от своего отца, то ли от резкости, — Дело было вот как…

— Лев! — Овен потряс его, — Нет… нет, нет, нет, нет! — он, тяжело дыша, держал на руках своего лучшего друга, пытаясь сдержать слёзы, которые так и стремились потечь вниз, — Прости… я… я столько не смог сказать…

Вокруг них собралась толпа, пока пепел Лилит унесло куда-то ветром на запад. Все склонили головы… Лев пожертвовал собой. Ради победы.

Овен продолжал тяжело дышать, уткнувшись в плечо друга, пока не услышал знакомый, такой родной и приятный голос:

— Так-так… чтобы заслужить твои извинения, нужно умереть? — Лев улыбнулся, как обычно озарив улыбкой всё вокруг.

Он не успел хоть что-либо сказать, как его чуть не задушили крепкие объятия, в которых он невольно оказался. Лев прильнул к объятиям и выдохнул, мурлыча что-то по типу: “Смотри, не задуши меня…”

— А-а-а… — протянула Дева, — а Лилит?

— Сдохла. — Телец отвернулась, накрылась одеялом и показательно захрапела, показывая, что спит.

— Ну и иди ты! — сурово ответила принцесса, отвернувшись, — Ты грубая и невоспитанная…

— А ты сильно душная и любопытная. — перебила её Тома, — Дорогая, я воин, и манеры мне не преподавали в Дворце Просвещения, простите.

— Очень жаль. Они бы пригодились! — Дева хмыкнула, скрестив руки на груди.

Далее они молчали… Слишком долго молчали, и Томе стало не по себе:

— Эй… прости, я не хотела быть такой резкой, просто… — она сделала паузу, подбирая слова, — … просто, я не привыкла к компании…

Любопытство пересилило обиду Девы, и та повернулась.

— Когда долго живёшь одна, привыкнув полагаться только на свои собственные силы, очень сложно перенастроиться и принять постоянное присутствие другого человека… — Тома снова замолчала.

— … — принцесса моргнула пару раз, пытаясь вникнуть в её резкое откровение, и положила руку на её плечо, поддерживая, — И ты меня прости. Я не должна была так врываться в твою жизнь… — она шмыгнула носом, внезапно почувствовав себя слишком виноватой.

Тома развернулась и, увидев мокрые глаза Девы, приподняла бровь.

Между ними воцарилось уже приятная тишина, нарушаемая лишь тихим тиком часов.

— Доброй ночи.

— Доброй.

Обе заснули.

Конец первого тома…

Продолжение следует.