Звёздная кровь. Воля к жизни

Глава 1

«Когда я не страдаю и не мучаюсь, я совершенно точно счастлив».

Роман Прокофьев. Дневник автора.

--

Линда открыла глаза и резко вдохнула, испугавшись своего же хрипа. Запах химикатов обжёг нос. Она сквозь боль вытянула из горла толстую трубку вместе с вязкой жёлтой слизью. Её вырвало.

– Это происходит сейчас! Ричард?!

Она замотала головой в попытке развеять туман после пробуждения. Жёлтая масса не стекала на грудь, а тянулась к противоположной стене.

— Гамма, ты идиот?! Мы разобьёмся! Лови вертикаль!

Взвыла сирена. Красный свет аварийных фонарей залил тесную капсулу. Из динамиков донёсся безучастный женский голос:

— Экипажу приготовиться к аварийной посадке.

Линда потянулась к кнопке ремней, но, сжав кулаки, затрясла ими, прижала к груди и повисла в ожидании крушения.

Широкий экран пульта управления мигнул, и отчёт систем жизнеобеспечения сменился картиной тёмной пустоши внизу.

Капсулу резко дёрнуло в сторону. Когитор экстренно менял траекторию — ближе к источнику света на горизонте.

Линда Свен не умела пилотировать. Она вообще не любила летать на малых судах. И сейчас, находясь в позе взятого за холку котёнка, блюя и матерясь, она поняла, что вляпалась.

— Дура! Зря. Зря!

Десять долгих секунд она кричала и ругалась на своего друга и иногда партнёра — Ричарда Эванса в попытках разбудить его. Привыкший к адреналину, он быстро пришёл в себя — если уж прошлые игры с судьбой закончились хорошо, значит и сейчас бояться нечего.

Следом открылись круглые глаза Дэвида Финча. Он принялся моргать слишком часто, сразу потеряв координацию, а затем и сознание. Что, возможно, было и к лучшему, так как спустя сорок секунд после пробуждения Линды капсула совершила аварийную посадку.

Аппарат встряхнуло от сильного удара, после которого некоторое время слышался мерзкий скрежет его обшивки по грунту. Щёлкнули зубы, треснули ремни, лопнула обшивка. Гамма отослал в том направлении, где должен был находиться Ковчег, пакет данных о месте посадки и о том, что капсула больше никогда и никуда не полетит. А затем отключился.

Глава 2

Не желая и дальше висеть вниз головой, Ричард смахнул с волос рвотную массу и ударил по красной кнопке на ремне.

Свалившись на лежащую без сознания Линду, он принял удар от падения на руки, невольно обняв её.

Дэвид застонал, приходя в сознание.

— Что за звук? Это небезопасно. Так не должно… быть!

— Кислород уходит. Быстро, — махнул рукой Ричард.

— Куда уходит?! — возмущённо захрипел тот.

Экран выдыхающейся системы подачи кислорода мигал красным. Ричард на четвереньках подполз к небольшой дыре в корпусе и сел на неё.

— Всё? Проблема решена? — спросил он.

— Нет, чёрт! Где воздух? Куда мы сели?!

— Можешь выйти на улицу и посмотреть.

Линда застонала, вытирая лицо.

— Как спалось? — Ричард попытался ухмыльнуться.

— Снилось, будто на меня наблевал кентавроид.

— Тебе не снилось.

— Да заткнитесь вы!

Линда молча активировала вокс и прослушала стандартное приветствие капитана Ковчега. Подходящих частот не нашлось, и она переключила режим на устойчивый сигнал бедствия.

Ричард провёл те же манипуляции. Беспокоить третьего члена экипажа смысла не было.

Кислород в резервном баллоне опустился на две трети. От холода немели пальцы.

— Вокс так и не принял ни одного сообщения, — нарушила Линда гнетущую тишину. — Нет сигнала от грузовых капсул, от жилых модулей. Когитор молчит.

— Как это? А где мегакрипторы? А где остальные колонисты?! — выпалил Дэвид. — Это что, блин, симуляция?!

— Нужно двигаться, — заявил Ричард.

— И куда? — Линда подползла ближе к монитору. — Давление за бортом в два раза ниже земного. Температура — минус тридцать семь! Чего ты сидишь?! Я тебя зачем взяла, парашютист грёбаный! — её полный ненависти взгляд впился в скривившееся лицо Ричарда.

— Тогда надеваем маски и бежим к источнику света. Быстро и без остановок. Резервный баллон как раз на троих. — Ричард поднялся под звук воздуха, уходящего в пробоину.

Линда сглотнула. Барабанные перепонки втянулись внутрь с болезненным щелчком. Гипоксия и страх заставили её сорвать только что надетую маску. И, судорожно глотая воздух, она упала на колени.

Дэвид прижал маску обратно к её лицу.

Ричард перестал улыбаться. Он отщёлкнул панель с баллоном, подполз к ближайшему люку и набрал команду экстренного открытия. Люк выбило с грохотом.

— Поднимайся скорее, пожалуйста… — быстро проговорил Дэвид.

— Всё плывёт…

Он прижал к её лицу свою, чистую маску и помог подняться.

— Эвакуация! — крикнул Ричард в темноту открытого люка и первым шагнул в него.

— Чисто, гребите потихоньку, — услышала Линда. Она самостоятельно закрепила маску на затылке и, бормоча под нос: «Я смогу, я смогу, я смогу», поползла к люку.

Дэвид сквозь грязную маску наблюдал за происходящим и не понимал, зачем вообще пытаться. «Втроём. Без оборудования. Без связи — это не колония. Нам конец».

Выпихнув Линду в руки Ричарда, он всё-таки вывалился следом, оглядел пустошь и достал из криптора ракетницу.

Ричард тронул его за руку, качая головой:

— Оставь пока.

Тот кивнул, уставившись на ботинок Ричарда, вдавленный в полуистлевшую человеческую бедренную кость.

Едкий дым горящей капсулы проникал сквозь маски. Тонкие языки пламени скупо освещали окружающий ландшафт. Хрустящая острая пыль бережно накрывала уходящее вдаль поле древних развалин.

Ричард прижал подругу к себе и перехватил баллон. И, медленно набирая темп, они зашагали в сторону золотистого свечения.

Дэвид побрел следом, почти сразу потеряв их из вида.

Линда услышала своё имя и остановилась.

«Был же кто-то третий».

— Не бросайте меня! Я не хочу подыхать здесь! — взмолился Дэвид.

— Мы здесь! Иди сюда! — позвала Линда.

— Да, сейчас, я так рад, спасибо.

Преодолев за минуту около двадцати метров, Дэвид нагнал их, вцепился в Линду и потянул её дальше.

Какое-то время они шли молча, опираясь друг на друга. Линда подумала, что это похоже на совместную психотерапию, усмехнувшись тому, как неуместно думать об этом сейчас.

— У меня воздух не идёт, — прохрипела Линда, хватаясь за лицо.

Ричард почти мгновенно сорвал с неё маску, поднял баллон и, приоткрыв вентиль, направил лёгкую струю газа в лицо.

— Нельзя... оста... навливаться, — выдохнул Дэвид, еле ворочая языком.

— Тогда... так. — Ричард снял свою маску, отдал Линде и перенаправил струю воздуха на себя.

Затем они, держась друг за друга, пошли дальше. Через четыре минуты воздух кончился у Дэвида и у Линды одновременно.

Они по очереди вдыхали воздух из холодной голубой ёмкости и шли, уже не понимая — куда.

Внезапно Дэвид сел на землю и в приступе вызванного гипоксией безумия начал копать её руками. Ричард в очередной раз сморгнул назойливое зелёное пятно. И, не найдя нужных слов, сделал всё, на что был способен в этот момент — кинул полурасслабленную руку Дэвиду в бровь. Это помогло. Тот упал на четвереньки, и, теряя интерес к своей канаве, пополз дальше.

Они уже ничего не говорили. Иногда кто-то мычал, и другие не понимали — зачем.

Скромное зарево впереди приближалось. Ричард остановился, заметив, что баллона в его руках нет слишком давно. Он искал взглядом этот холодный кусок металла и не находил.

«Мы задохнулись», — мелькнуло в голове. Скрипучая пыль под ногами. Такая холодная, сухая. Полузасыпанный древний обелиск. Всё это похоже на посмертную галлюцинацию.

Но пульсирующий шум в ушах колоколом отбивал сладкую идею: если они ещё живы, значит, рядом с огнём есть источник кислорода.

Глава 3

— Я смогла? — прошептала Линда в колючий сухой мох перед носом. В следующую секунду её локти подогнулись, и она потеряла сознание.

Смысл её нечленораздельного хрипа был скрыт от товарищей. Услышав звук падения, они переключили фокус внимания сначала на редкую желто-зелёную траву, а затем и на источник освещения, к которому так стремились. Последние полчаса у них не было ресурса для восприятия представшей впереди картины. Но прилив к мозгу обогащённой кислородом крови привёл не только к ужасной пульсирующей боли в висках, но и заставил обоих мужчин подумать: это не реальность.

Ричард перевернулся на спину, воя от внезапной боли в тёмно-синих пальцах. Едва попадая в кнопку криптора, он достал обезболивающее и кое-как вколол его.

Дэвид, не перенеся болевых ощущений, вслед за Линдой потерял сознание.

А Ричард замер, глядя в небо. Огромное, явно техногенное сооружение в виде перечёркнутого веретена равнодушно блестело синим над бесконечной тёмной пустошью.

Ричард под комплексным действием Трамадола и эйфории из-за неврологического отката вернул на лицо свою широкую улыбку:

— Вот это вояж.

Через минуту-другую после укола он приподнялся и подставил тёплому сиянию своё грязное бледное лицо.

Источником мягкого света оказалась крона пятнадцатиметрового дерева, растущего на широком пригорке.

Но, помимо света и тепла, от него исходило гнетущее одиночество и бесконечная тоска, которой невозможно было сопротивляться.

Ричард выпил пол-литра воды, принял привычное положение и в одиночку пополз вперёд.

До освещённой области оставалось около четырёхсот метров, когда он почувствовал нестерпимый холод. Комбинезон как будто пропал, подставив хозяина. А переохлаждённая кожа хрустела от малейших движений.

Ричард с силой дёрнул шнур, в панике срывая куртку, и захрипел от ужаса. Всю его грудь обвивала полупрозрачная змея, вытягивая из тела всё тепло и саму жизнь. Своим пустым чёрным глазом она бесстрастно смотрела в лицо человеку, которого пожирала.

Ричард попытался ударить тварь, сорвать её с кожи, пальцем выдавливал чёрный глаз и даже тёрся о землю всем телом, отчаянно рыча.

Наконец, осознав, что сейчас потеряет сознание, он в последнем порыве надежды с трудом поднялся и глухо закричал в сторону яркого пятна на горизонте:

— А-а-а-э!

Внезапно необъяснимая волна радости – почти как физический удар – сбила Ричарда с ног. Ледяная змея тут же скользнула во тьму, больно хлестнув по лицу, и он забылся.

Тепло. Оно было везде. Несвойственное Ричарду почти религиозное ощущение бесконечной чистоты и невинной детской радости окутало его, заполняя ментальными эквивалентами мёда и масла, которых так не хватало его одинокой несчастной душе.

Ему впервые в жизни казалось, что он не один.

Глава 4

Ей снился миф о Великом Древе, дарующем жизнь целому миру. Посаженное в темноте худыми, грязными, странно шрамированными людьми, оно веками было источником жизни и защиты для их народа. Линда видела, как на этом месте рождались и умирали тысячи людей. Как быстро росла структура их общества, проходя через сложные экзамены социальных законов. Тысячи лет этот регион и Великое Древо были единым целым.

Яркое пятно жизни во тьме.

И народ, посадивший его, уже нельзя было назвать грязным. Среди них были великие личности: тонкие мастера, глубокие философы, любознательные учёные и сильные воины. Были и гости, некоторые из которых, казалось, имели знакомые лица.

Им было с кем воевать - на протяжении многих поколений находились они в постоянной осаде от чуждых этому миру созданий. Огромными ордами снова и снова черви бросались в самоубийственные атаки только ради того, чтобы утолить бесконечный, тотальный голод.

Но однажды им открылся короткий путь к сердцу этого мира. То была самая яркая и последняя битва людей. Убившая их дом, их род и их Солнце.

Оставив после себя руины и объедки, вторженцы покинули регион. Но они совершили ошибку, не пожрав один из корней.

И спустя неопределенное время, которое разрушило то, что не сломали захватчики, Росток снова осветил маленький, пока ещё незаметный врагам, круг. И этот свет в бесконечном одиночестве сиял для своих мертвых детей. Он был одинок. До этого дня.

Линда и Дэвид одновременно открыли глаза.

- Какое древо?! Какие черви, Линда! - Дэвид схватился за голову. - Как отсюда улететь?

- Нас любят, Дэвид.

Они поднялись и побрели в сторону лежащего в разорванном комбинезоне Ричарда. Тот молча смотрел в небо.

- Что с тобой?!

- Меня чуть не сожрали, - он кивнул в темноту, морщась. - Смотри, какие здесь звёзды... красивые.

- Слушай, Ричард, а ты не ощущал ничего необычного? Сон, может быть, или видение? - спросил Дэвид, осматривая синие полосы у Ричарда на груди.

- Нет, все окей, а ты?

- Был странный сон... - ответила за него Линда.

- И как он? - рассеянно спросил Ричард.

- Ты идиот? Не об этом речь! - она ткнула в Древо. - Сон был про него. Его жизнь... удивительна. Хотя, я начинаю сомневаться в правдивости этого сна.

- Похоже, финал у жизни истории был печальный. Глянь воон туда. - Ричард повернулся в сторону огромного поля черного стекла вдалеке.

Глава 5

Проснувшись на рассвете от поцелуя в плечо, Линда потянулась и, пискнув, попыталась схватить за рукав уходящего Ричарда.

Нужно было хоть что-то делать, и за неделю они из золотистых обломков непонятных сооружений сложили стены. Место выбрали в пятидесяти метрах от Древа. Связующим элементом послужила глина, до которой с трудом докопались мужчины. Построив две небольшие низкие комнаты, они затянули потолки тканью из палаток.

Линда отодвинула дверную занавеску, сделанную из остатков палатки, и, увидев что-то горячо обсуждающих мужчин, отправилась на проведение гигиенических процедур.

— Линда, доброе утро! — крикнул Дэвид.

— Доброе утро, мальчики, что обсуждаем? — она скривилась в попытке улыбнуться.

— То, как скоро нас найдут и убьют, — буркнул Дэвид, не поднимая глаз.

Линда вскинула бровь и взглянула на Ричарда. Тот качал головой:

— Вокруг вакуум, тьма кромешная. Мы в какой-то постапокалиптической дыре. И никому нет дела до нас.

— Вот именно! — поднял палец Дэвид. — А мы даже не знаем, какую ценность нашли.

— Он хочет вышку. Для наблюдения.

— О боже, ребята... — Линда вскинула руки. — Вы меня разочаровываете. Что толку рассматривать кого-то с вышки, если из оружия у нас три мультитула?!

Мужчины виновато переглянулись и молча пошли в сторону развалин.

Спустя четыре часа поисков они услышали радостный крик:

— Здесь какой-то зуб!

Линда, полулёжа в глубокой канаве, пыталась сдвинуть широкую плиту, некогда похоронившую под своим весом что-то крупное и опасное. Из-под плиты торчал метровый чёрный шип.

— Малышка, может, хватит одного зуба? Не надо туда лезть. — Ричард, скривившись, чесал затылок.

— Нужно понять, с чем мы имеем дело.

Отодвинув плиту, они увидели останки трёхметрового членистоногого с фасеточными глазами на разбитой морде. Широкий корпус был пустым — за долгие годы нахождения под плитой все его мягкие ткани истлели. Из-за спины, подняв облако тёмной пыли, с хрустом вывалились части раздробленных неразвитых крыльев. А на крупных передних конечностях некогда росли два чёрных хитиновых ножа. Существо словно вырвалось из ночного кошмара. И даже спустя долгие годы забвения потревоженные останки врага всего человеческого рода источали мерзкий, мучительно тяжёлый запах, вызывая животный страх и неописуемое отвращение.

Линда, напрягая всё тело, медленно повернулась на стук зубов Дэвида.

— Мы десантировались в каменноугольный период? — предположил Ричард, и, прикрыв нос воротом потёртого комбинезона, подтолкнул Линду наверх — к выходу из этой древней проклятой могилы.

— Я никогда больше не хочу видеть таких уродов, — пробормотала Линда, борясь со рвотными позывами.

Пару минут они простояли на краю.

Каждый по-своему, они пытались широкими мазками нарисовать в уме ту трагедию и ужас, что пережили сотни тысяч людей, которые были сожраны на этом самом месте такими вот отродьями тьмы.

— Для безопасности надо всё-таки вырезать его ножи, — настоял Дэвид, спрыгивая обратно в траншею.

Ричард присоединился, не желая стоять в стороне. Спустя десять минут, отрубив конечности целиком, они выбрались на свет с трофеями, к своему удивлению обнаружив, что под светом Древа хитин плавится и рассыпается, оставляя после себя лишь чёрный мерзкий дым и тяжёлые, хищно пляшущие на камнях капли цвета бесконечной, жадной тьмы. Судя по всему, ножи были плотнее, чем конечности, и в итоге, подержав своё новое оружие на свету, мужчины получили обоюдоострые хитиновые клинки длиной чуть более метра. Насмотревшись на приобретение, они спрятали оружие в крипторы и вернулись к раскопкам.

Кропотливая работа по разбору древних завалов была одним из немногих занятий, которые вызывали интерес у первых жителей нового Круга. Азарт кладоискателей не покидал их, и уже на протяжении трёх дней они аккуратно, по верхам, стараясь максимально обезопасить процесс, обследовали руины зданий, высота стен которых к этому моменту не превышала и полуметра. Иногда им улыбалась удача.

— Бездельники, я нашёл какую-то кнопку! — крикнул Ричард.

— Ничего не трогай, пожалуйста, — по-матерински требовательно ответила Линда.

Прибывшие на зов увидели довольного Ричарда, который по грудь забрался ниже уровня земли. Он, уперев одну руку в пояс, другой, как бы презентуя, указывал на остов небольшого помещения. Угол двух оставшихся стен слегка вырастал над землёй. На полу, несколько квадратных метров которого Ричард успел очистить, красовалась полуметровая окружность с горящей в середине стрелой.

— Стрела? Значит, опасно, — нахмурился Дэвид.

— По-моему, просто направление. Интуитивно, — усмехнулся Ричард.

— И что? Наступишь — и без ноги останешься!

— Почему сразу без ноги? Я думаю, местные так передвигались. Вызывали транспорт, к примеру. Может, если я нажму, сюда флаер прилетит.

— Нет, нельзя нажимать, давай обсудим. — Дэвид примиряюще поднял ладони.

— Да, конечно, обсудим. Как-нибудь потом, — бросил Ричард, наступая на стрелу.

Моргнув, Линда вскрикнула. Дэвид молча выкатил глаза. Ведь Ричарда не было на том месте, где он только что стоял.

— Ричард!

— Ричард!

Спустя десять секунд он вновь появился на том же месте, подхватив бегущую к стреле девушку.

— Говорил же, всё нормально. Они придумали телепорт.

— Ты придурок! — вытирая брызнувшие слёзы, крикнула Линда. И снизу вверх ударила Ричарда в лоб.

— Да, друг, нам надо обговорить способ принятия решений, — натянуто улыбнулся Дэвид.

— И вам не интересно, что там?

— Интересно. Что там? — спросили они в один голос.

— Ха, там какой-то зал! Без окон, без дверей. Кругом кровища! Да шучу я, всё нормально, только часть комнаты завалена. И свет идёт как будто из стен!

— А это место далеко отсюда? Если у телепорта батарейка сядет? — задумался Дэвид.

— Давай, я там постучу по стене, а вы здесь послушаете.

— Давай не будем, это меня пугает. И пойдёмте уже отсюда. Я хочу в туалет, а одна идти боюсь.

Глава 6

За общим завтраком ребята обсуждали идеи и планы. Неделю назад грязные, полумёртвые, потерявшие надежду и сознание, они, сами того не подозревая, первыми вступили в контакт с непостижимым разумом юного Ростка. А Он наблюдал. И выбирал.

— Мы здесь уже восемь дней. Жрём сублимированную хрень, — вздохнул Ричард. — А скоро и она закончится. Огород копать надо.

— Да, сразу после обустройства наблюдательной вышки, — парировал Дэвид. — И оружие у нас не лучшее. Отыскать бы что-то... реально мощное!

— Ну, мальчики, не всё сразу. Еды в крипторах хватит ещё на пару месяцев. Оружие есть. А теперь ещё и секретный бункер. Я всю ночь думала и решила, что переехать — неплохая идея. Давайте сходим туда ещё разок, и, если всё хорошо, будем там жить. Потому что эта землянка меня уже бесит!

— Тогда вышку построим из этого материала, — предложил Дэвид.

Стрела находилась в сорока метрах от их временного сооружения и вполне прилично освещалась Древом, которое покрывало дневным светом солидную площадь — около трёхсот метров. И с каждым днём оно понемногу расширяло свой круг.

Мягкие тёплые лучи освещали заваленный обломками путь к стреле. Древо светило только им и только для них. Линда то и дело оборачивалась, чтобы взглянуть на это удивительное, огромное и, очевидно, разумное существо.

«Кто его создал? Тот, чей разум ещё более непостижим и силён? А кто уничтожил?»

— Пришли! — Ричард первым наступил на стрелу. За ним проследовали остальные, оказавшись в достаточно просторном, но необычном помещении.

Светящиеся стены, расписанные тусклыми надписями на неизвестном языке. Проекция знакомого веретена, кружащего вокруг солнца в чистом голубом небе над головой. От звезды в сторону этой титанической конструкции сквозь огромное расстояние текла ярко-красная река плазмы.

— Их небо не всегда было чёрным, — пробормотал Дэвид, задрав голову.

— Они как будто выпили своё Солнце, — заворожённо выдохнула Линда.

Она снова окинула взглядом комнату и решила, что это вестибюль, так как мебели здесь почти не было. А проход вглубь помещения был завален обломками, от чего визуально комната сильно проигрывала. Но тем не менее это место выглядело намного лучше их прежнего дома.

По правую руку, рядом с завалом, лежали остатки разбитого кресла и элегантный письменный столик, сделанный будто из цельного камня.

По левую был расположен ряд горшков для растений. Линда представляла, как именно наведёт уют в этом забытом месте. После всего пережитого, получив надежду на нормальную жизнь, она улыбалась в предвкушении переезда. Но мужчины, видя счастливую Линду, напротив, вели себя сдержанно. Они обходили помещение, трогая цветные росписи на стенах, и, видя полную надежд девушку, боялись будущего. Понимая, что однажды этот мир уже умер.

Глава 7

Уже три часа Дэвид скучал на вершине нового наблюдательного пункта. Небольшая куча древнего мусора слегка расширяла зону видимости.

"Но какой смысл всматриваться в эту мёртвую ночь? Правильно Ричард сказал: мы в заднице. И соседей у нас нет. Хотя, это и радует".

Он рефлекторно пытался сморгнуть назойливую мушку, но она всё не пропадала. Напротив, увеличиваясь в размерах, она будто жила своей жизнью, не следуя за движением глаз.

Дэвид привстал с теплого, насиженного камня.

- Так так так...

Он заметался в панике, стараясь придумать подходящее описание.

- Так так так! Нас бомбят! Тревога!

- В дом! - рыкнул Ричард. Он побежал к Дэвиду и почему-то потянулся в криптор, доставая клинки.

Линда вслед за ним бросилась на крик. Но, подняв голову к горизонту, она оступилась и упала на спину, от страха пытаясь ухватиться пальцами за влажный грунт.

Ведь это к ней, к её друзьям. И к новому чуду летел страшный огненный болид. Тот, что она видела в фильмах, на кадрах таких редких и быстрых конфликтов. И в страшных легендах об Импакте. Это оно. Древнее, смертельное оружие. Лёжа на спине, и осознавая приближающуюся гибель, она забыла, как кричать, как дышать и обречённо замерла.

Но по мере приближения красный шар начал сбавлять скорость, и последние сотни метров пролетел за несколько секунд. После чего рухнул неподалёку от Древа, оставив внушительную дымящуюся борозду и частично зарылся в грунт.

- Эт... - не успел договорить Дэвид.

За долю секунды мигнувшая голубая сеть осветила все окружающие поверхности, выделяя клинки Ричарда красным. Из дыры в земле раздался утробный механический звук, а следом, раскидывая крупные камни, сквозь пыльный туман на свет вырвался антропоморфный силуэт без головы. Он кинулся было в сторону Ричарда, но заметив падающие на землю черные клинки, остановился.

Он полностью состоял из металла, отливающего серебром. Стоял, слегка согнув колени и выставив левую ногу вперёд. Перед собой в одной вертикальной плоскости он держал выходящие из предплечий метровые клинки. Это была совершенная машина страшного небесного суда.

Переводя взгляд с Дэвида, застывшего на куче мусора, с растерянного Ричарда, не понимающего, чего ещё ждать, на бесконечно опасного, грязного, металлического гостя, Линда почувствовала, что её страх тает и сменяется странной, почти истерической решимостью.

- Привет, малыш... Какой милый. А голова где? - Линда улыбнулась, подходя. - Грязный весь. Сейчас протру тебя. Будешь как новенький! - Линда налетела на робота всем своим обаянием и, вероятно, сбила его с толку, так как, опустив клинки, он сделал неуверенный шаг назад. Это не помогло, и ближайшие пять минут она, счищая средством для мытья посуды алые пятна, полировала машину убийцу словно любимую сковородку. Мужчины не знали, как на это реагировать и что делать. Они просто стояли и смотрели.

- Ну вот, теперь ты настоящий турнирный рыцарь в серебряных доспехах. Наш защитник! Дала бы тебе покушать, но у тебя головы нет... Бедняга. Ладно, пошли, чего встали?

И растерянные парни, следуя за этой удивительной женщиной, побрели, наконец, в дом.

Глава 8

— Ну что, теперь не боимся насекомых? — довольно улыбаясь, спросил Ричард, когда шедший последним Дэвид беззвучно перенёсся в их уже привычную подземную квартиру.

Линда заняла единственное кресло, а мужчины уселись рядом — на свои лежанки.

— Судя по всему, кто-то прислал нам в помощь местного боевого синтетика, — откликнулся Дэвид.

Линда хмыкнула:

— Он точно не про нашу честь сюда прилетел. Я помню из сна. Это Древо... или его предок были ядром целой цивилизации. Сохранить его — очень важно.

— Звучит разумно, только какое место в этой истории занимают наши жизни? — в голосе Дэвида явно слышалась ирония.

Но Ричард, казалось, не заметил этого:

— Вероятно, всем плевать, дружище. Никто кроме нас о нас не позаботится. Малышка, как там наш огородик?

— Всё хорошо — скоро будем жить как в райском саду.

— Если очередной гость не налепит из нас котлет. — Дэвид пытался держаться, но тело ещё била мелкая дрожь.

Губы Линды сложились в подобие ободряющей улыбки:

— Ну что за пессимизм? У нас теперь есть охрана, есть еда, вода и дом. Чего ты опять начинаешь?

— Охрана, судя по всему, есть у Древа, а не у нас.

— Да кто сможет там пройти? — кивнула она в направлении выхода. — Мы ползли километр и чуть не подохли.

— Не знаю... — смущённый Дэвид сидел, обхватив колени.

— Кстати, прошлое не вспомнил? — спросил Ричард, прищурившись.

— Кое-что... Университет. Медицина, физиотерапия... Линда, у тебя шейный лордоз, нужно делать упражнения, я покажу. А ты вроде ровный.

— Всегда знал, что я ровный. Линда, забыл сказать: это было великолепно. Мы чуть в штаны не наложили. А ты устроила такой банный день абсурда, что у синтетика просто не было шансов.

— Было сильно, но ты и рисковала, — покачал головой Дэвид.

— Честно говоря, я не знаю, как это получилось, я просто увидела, что он весь заляпан чем-то, а потом всё само произошло.

— И всё-таки больше не бросайся на незнакомцев. Ты у нас одна, а нам ещё возрождать популяцию.

— О, да. Родить под деревом на помойке — мечта любой приличной девушки.

Глава 9

Остроконечное перечёркнутое веретено в небе тускло освещало окрестности спящего Древа, неподвижного серебряного робота, наблюдательную пирамиду мусора и чёрные вьющиеся локоны скучающего на ней Ричарда.

«Что же это за хрень в небе? — думал он. — Там должна быть звезда, без неё никак. Тяжёлая, чтобы держать в тонусе эту планету с соседями, и, в конце концов, запускать ядерную реакцию, чтобы частицы света могли противостоять гравитации, не давая звезде коллапсировать. А мы имеем какое-то сооружение. Получается, звезду высосали и взамен оставили эту брошь. Элегантно. Но сколько живности погибло здесь, в темноте и холоде. А потом они очнулись и придумали световые деревья? Очень непоследовательно... — вздохнул Ричард, вопросительно посмотрев на робота. — Или главным акторам была безразлична судьба местных? Похоже на то. Возможно, кто-то из них соизволил помочь цепляющимся за жизнь аборигенам, создав эти растения, извиняясь за своих эгоистичных коллег. А сооружение в небе может быть как бензобаком для их кораблей, так и экстрамерностью, куда переехали пришельцы вместе с выжившими аборигенами. Слишком мало данных».

— Эй, робот, что скажешь? Молчишь? Ну и молчи.

Из сумерек осторожно пробирался Дэвид, обещая себе завтра же расчистить тропинки от обломков.

— Дружище, у меня новости! Мы с роботом пришли к выводу, что архитекторы этой штуки в небе нам не друзья.

— Да? Мне почему-то тоже так кажется.

— Может, местные за электричество задолжали? Те им свет и отключили, как думаешь?

— Звучит разумно. Добавлю себе в заметки — ничего без юриста не подписывать. Только мы тут зачем? Строить новую электростанцию?

— Да, строители мы ещё те, — кряхтя, проговорил Ричард, слезая со своей кучи. — Ладно, пост сдал, пошёл я спать.

На следующее утро, позавтракав, ребята решили обсудить, чего они добились, что есть, и чего не хватает. Итоги подвела Линда:

— Семнадцать литров воды в день, четыре грядки овощей — прут как на дрожжах. Три вокса, три аптечки, походная печь, посуда... и всё. Ну и два чёрных бивня, которые рассыпаются от света.

Продолжил Дэвид:

— Теперь, если позволите, перечень того, чего у нас нет: оборонительных рубежей. Вообще. Ни одного. Оружия дальнего действия, да и никакого нормального оружия, если быть честным. Инструментов также нет, даже небольших школьных репликаторов, на которых это всё можно было бы напечатать. Кроме того, нет медицинской капсулы, средств транспортировки этого отсутствующего оборудования, нет воздушных дронов для наблюдения за периметром. Как мы вообще собираемся не скатиться в неолит через пару лет?!

— Ну... У нас есть воксы. Там много... сериалов, — возразил Ричард.

— От скуки точно не помрём, — в шутку поддержала его сидящая на камушке Линда. — А если серьёзно, то базовые потребности в пропитании обеспечены, безопасность, конечно, под вопросом, — покосилась она на робота, — но в общем всё не так-то плохо. Я просто не понимаю, как нам улучшить ситуацию? Построить кузницу?

— Да, а ещё мы можем построить магазин. И купить в нём что-нибудь, — предложил Ричард, глядя на закатывающиеся глаза друзей.

— Всё-таки хорошо, что я взяла тебя с собой.

— Спорно.

Глава 10

Повеление. Оно сводило с ума. Оно даровало второе чувство. Даром было желание. Которое было превыше голода. Искать пищу и тащить ее в Дом. Две мыслеформы.

Поиск...

Голод...

Они не давали покоя. Вкусный тёплый организм был укутан и обездвижен. Он будет перемещен в Дом и съеден. Идти в Дом долго, хочется съесть его сейчас.

Но этого не будет. Тёплый организм мал, его не дадут укусить. Хочется спрятать и идти дальше. Найти больше.

Поиск...

Голод...

Когда знакомые места заканчиваются и феромонных меток нет, нужно ставить свои.

Чужой дом! Большой, неподвижный. Внутри?! Запах тёплых организмов... их выделения... Хочется разрушить их дом и найти их!

Путь пахнет вкусно... Хочется сожрать их всех! Но этого не будет. Всё мясо в Дом...

Отвратительная! Ужасная Боль! Боль — это угроза всему... Растерзать! Нет! Умирать нельзя. Укрыться... Сообщить.

Глава 11

На рассвете Ричард с Линдой нашли время и осторожно пробрались к огромной стеклянной равнине, уходящей в темноту.

— Здесь был дворец. Центр столицы круга... Я видела во сне.

— Ядерный удар?

— Сложно сказать, во сне этого не было, — ответила Линда, наблюдая, как в двадцати шагах блестит огромное тёмно-синее блюдце.

— Ближе подходить не стоит. Я читал, что в первые доли секунды после ядерного взрыва огненный шар, который ещё называют светящейся областью, вызывает оплавление поверхностей. Но здесь случилось что-то покруче.

— Зачем воевать, Ричард? Я никогда этого не понимала, — моргая чаще обычного, спросила девушка.

— Ну-у, чтобы отстоять свои интересы. И не стать в конечном счёте рабом.

— Рабом другого мужчины?

— Получается, что так. Ты меня поймала.

Пепел под действием лёгкого ветерка, исходящего от Древа, медленно стелился к тёмной стороне гигантской линзы. Линда вспомнила сцену из «Унесённых ветром» и заплакала.

Ричард обнял её за плечо, и они долго молча стояли, наблюдая, как символ былого безумия отражает свет их новой жизни.

Глава 12

— А это будет ... Золотая Даная. — Дэвид смотрел на россыпь золотистых огоньков рядом с созвездием, которое мужское сознание приняло за девичью фигуру. Краем глаза заметив движение робота, он слегка усмехнулся, надеясь увидеть поднятый вверх большой палец.

— Ты, наверное, не знаешь, кто это, друг.

Робот ничего не ответил и, словно грациозный танцор, принял знакомую Дэвиду позу из их первой встречи.

— Ой-ой-ой-ой, так-так-так-так... — тихо бурчал он себе под нос, спускаясь с наблюдательного пункта. Спрыгнул и побежал к стреле по так и не приведённой в порядок дорожке из камней. Оглянувшись, увидел, как робот медленно двинулся по направлению к месту их высадки.

— Там робот опять пошёл кого-то резать! — воскликнул он.

— А! — на вздохе вскрикнула Линда.

— Сиди здесь, пожалуйста, — мягко сказал Ричард, убирая её руку со своего живота.

Переместившись на улицу, они достали клинки и побежали на помощь. Вскоре их взору предстали три существа, которые брали в полукольцо робота, стоящего спиной к Древу.

В центре формации атакующих на восьми ногах стояло крупное паукообразное. Будучи немного ниже робота, оно имело толстое тяжёлое сегментированные брюхо. Паук быстро застучал своей зубастой клешнёй на безглазой морде.

Ричард представил, сколько боли причинила местным обитателям эта клешня и, ужаснувшись, задрожал. Дэвид просто не мог пошевелиться.

По бокам, медленно обходя робота, двигались шестиногие подобия главного паука. Около метра в высоту, они имели узкий корпус, без сочленений переходящий в острую голову. А на месте передних конечностей чернели два хитиновых клинка.

Звук биения их коротких лап о грунт вызывал такой животный страх, что сбежать через стрелу прямо сейчас казалось единственным разумным решением. Мужчины посмотрели друг на друга.

— Стоим.

— Стоим.

Робот слегка согнул колени. И коротким шагом назад утопил ногу в чёрный песок. Его руки-клинки пришли в движение, описывая в воздухе подобие знака бесконечности.

В ответ главный паук, также сместив корпус назад, поднял две передние сегментированные ноги и потянул их на себя. Внезапно два мелких инсектоида прыгнули на противника, будто выстрелив собой. Расстояние около пяти метров было преодолено за доли секунды. Робот сместился в сторону паука, атакующего справа, пропуская левого мимо. Мгновение. Его клинки пропали из виду, и упавшая под ноги требуха под действием остаточных нервных импульсов в последний раз дёрнулась, коснувшись мокрой почвы.

Крупный паук решил обездвижить столь быстрого врага, придавив его своим телом. Ещё до того, как распоротое брюхо собрата коснулось земли, он со стрекотом оттолкнулся задними лапами и, сбив робота с ног, накрыл его своей грузной тушей.

Вид летящего на них членистоногого дал мужчинам понять, что это не кино. И не цирк. И они здесь не зрители. Первым среагировал Ричард. Он оттолкнул Дэвида и сам отпрыгнул в противоположную сторону. Наградой стала боль в районе правого плеча. Дэвид повернулся на негнущихся ногах и увидел кувыркавшуюся тварь. Она остановилась, одним прыжком развернулась и без паузы бросилась на него, обхватив парня своими шестью конечностями. Прижав Дэвида к земле, монстр смещался ниже, чтобы передней частью морды поддеть его подбородок и оторвать голову.

Ричард в самоубийственном безумии бросился на помощь. И со всей силы воткнул свой клинок в предполагаемый затылок твари. Острый хитин пробил панцирь насквозь, застряв на выходе. Она завизжала, отпустила Дэвида и вновь покатилась по земле, пытаясь своими костяными конечностями дотянуться до клинка.

Толстый паук в это время бороздил брюхом почву, намереваясь раздавить противника. И решив, что опасности робот уже не представляет, направился в сторону Древа.

Он уже набирал скорость для того, чтобы навалиться на ненавистный источник Боли, когда робот приземлился на его спину и загнал клинки крест-накрест в шейное сочленение. Обратным движением он словно ножницами отрезал голову, и, слегка корректируя инерцию, ауфтактом ударил по двум передним конечностям. Враг пропахал ещё несколько метров и остановился на пригорке у самого подножия. А виртуоз смерти на миг застыл в позиции дирижёра, направив руки-клинки вверх.

Сбежав с трупа, робот двумя прыжками приблизился к катающейся в сумасшествии мелкой твари и, не останавливаясь, одним движением снизу вверх распорол её, выпуская над собой фонтан разноцветной слизи.

«Вот почему он был таким грязным», — подумал Ричард, падая в общую с Дэвидом лужу мочи.

Глава 13

Через несколько минут ожидания Линда бросила на пол мокрую тряпку, усмехнувшись тому, насколько неуместна сейчас попытка отвлечь себя уборкой. Она решительно выдвинула из мультитула короткое лезвие, подняла тряпку, намотала ее на кулак левой руки и шагнула в неизвестность стрелы, мерцающей на полу.

— Ребята... — Линда поёжилась, обходя вонючую требуху, и направилась в сторону Древа. Парни тихо лежали без сознания. Линда вгляделась в их лица. Смертельно-белые, они ещё подрагивали от пережитого.

На всякий случай она сделала каждому по инъекции универсального антидота. Затем легла между ними и осторожно положила свои руки им под головы.

Тепло. Она слушала биение их сердец, шёпот лёгкого ветра и смотрела на разноцветные звёзды в небе.

«Где-то там, наверное, наше Солнце. А может, звёзды — это такие же деревья? Я о многом бы хотела спросить...»

Одна звезда погасла.

«Что там творится, Господи?!»

Линда дёрнулась. Ахнула, осознав, что приятное липкое тепло на плече — это чья-то кровь. Кровь её друзей. Она встала на корточки и, расстегнув комбинезон Дэвида, ужаснулась — грудь и рёбра были покрыты крупными гематомами, в центре одной из которых виднелось отверстие, окружённое зелёной слизью. Она промыла рану, вытерла бинтом остатки слизи, затем нанесла регенерирующий гель и заклеила повязкой. Те же манипуляции провела с порезанным плечом Ричарда и только тогда немного успокоилась.

Лёгкий ветерок мягко касался её волос. А холодный свет рукотворной звёзды с равнодушным безразличием падал на её аккуратные черты лица, грязные локти и колени, на пыльные острые камни, на её друзей, лежавших рядом в беспамятстве. И на три мёртвых твари, своим тупым жестоким безумием чуждых всему человеческому.

Уже при свете Древа она прекратила растирать затёкшие ноги и с тихим ликованием провела пальцами по щеке открывшего глаза Ричарда.

Глава 14

— Малышечка...

— Заткнись. Пей, — проворчала Линда, откручивая крышку маленькой бутылочки. — что-то помнишь?

— Синтетик... Любит кровавые ванны. — скривился Ричард.

— Он вас зацепил? — уточнила Линда, глядя на робота, который как ни в чем не бывало стоял на своём месте.

— Нет, та тварь мимо пролетала, — махнул рукой Ричард, указывая на чёрные, дымящиеся под светом Древа останки.

Он помотал головой, будто отряхиваясь от воспоминания.

— Ну, буду теперь за вами ухаживать, — ободряющим тоном заявила девушка.

— Дэвида чуть не сожрали, Линда. — повысил голос Ричард. — Как он, вообще?

Линда зависла на несколько секунд.

— Синяки. И у него рана в боку. Но уже лучше, лихорадки нет.

Она положила руку Дэвиду на лоб.

— Слегка горячий. Расскажешь, как это было? — осторожно подбирая слова, попросила девушка.

Они до полудня провели на воздухе, лёжа на теплых камнях и обсуждая случившееся, пока не услышали тихий хрип.

— Где я?

— Ты в безопасности, всё хорошо. — Дэвид повернул голову и посмотрел на друга.

— Рич, извини, что я встал, как выкопанный. Я был в кататоническом ступоре.

Ричард, сморщившись, посмотрел вверх.

— Кото... что? Да забей. Ты стоял ближе. Отвлек таракана на себя. Всё вышло удачно.

— А кто снял его с меня? Не помню.

— Ну... я. А потом синтетик его распотрошил. — Ричард внезапно заржал и кивнул в сторону робота.

— Вон он стоит, улыбается.

Глава 15

Древо в эти дни разгорелось особенно ярко. Своим чистым дыханием жизни оно будто пыталось обнять всех вокруг. И бесконечно любимых раненых друзей. И дымящиеся останки таких непонятных несчастных врагов.

Мужчины, разместившись под его ветвями, быстро шли на поправку. Непоседливый Ричард уже на следующий день бегал от огорода Линды к завалам, что дико бесило девушку, ведь Дэвид сказал, что от нагрузок может случиться какая-то дегисценция. Это слово так пугало Линду, что она накричала на бедного парня. И тот вынужден был в скуке считать часы под яркими золотистыми ветвями.

— Может, имя придумаем нашему дирижёру? — Ричард усмехнулся, кивая на робота.

— Дирижёру?

— А, да ты же не видел. Он так красиво поднял руки вверх перед тем, как отрубить голову... жирному. Это напомнило какое-то дирижёрское движение. Артистично.

После недолгой паузы Дэвид задумчиво произнёс:

— Из дирижёров я помню Клаудио Аббадо. Он был очень внимателен к деталям.

— А ты раскрываешься с неожиданных сторон. Но это же чужое имя. Всё-таки, наш синтетик не паро́м, чтобы называть его именем известного человека. Хотя вариант хороший. — Ричард с улыбкой погрузился в базу вокса — Шинэцу. В переводе с японского: «Блаженство смерти. Идеальный, не оставляющий шанса удар». Как тебе, а?

Дэвид показал большой палец.

— Звучит круто, ему точно подходит. Но нужно ещё у Линды спросить.

...

— Какое блаженство смерти, ты сбрендил совсем? Ему нужно поэтичное имя. Смотри, как он играет светом. Сейчас поищу в базе...

— Дорифор! Это античная скульптура юноши-копьеносца. А на фото он ничего такой. У нашего целых два копья. Или меча — что это? Так что ложится в образ.

Мужчины решили не нарываться на проблемы и поддержали инициативу Линды. Да и новое имя синтетика им понравилось. Они до вечера обсуждали разные мелочи вроде имён для маленьких золотистых пчёлок, что живут на Древе, спорили о том, пройдёт ли здесь когда-нибудь дождь. И смеялись над Ричардом, который непреклонно утверждал, что они вместе с Дорифором видели длинного синего змея высоко в небесах.

Глава 16

Шла четвертая неделя колонизации, и диаметр мира увеличился на треть, уже достигая полукилометра.

— А наш кружок растёт, — заметила Линда, подходя к пирамиде из мусора для утренней смены караула.

— Лишнее внимание... Оп! — Дэвид спрыгнул с полуметровой ступеньки, за что был удостоен угрюмого взгляда девушки.

— Почти не болит... Спасибо за заботу.

— Не за что, — буркнула Линда, карабкаясь вверх.

Потягиваясь перед сном уже недалеко от стрелы, он услышал нарастающий крик:

— Что это... такое там?!

Буквально в два торопливых широких шага он достиг телепорта.

— Рич, тревога! — и сразу же переместился обратно, вглядываясь в тёмную даль.

Едва заметная искорка медленно приближалась, и вот уже стали видны силуэты. Двое несли на носилках третьего — судя по всему, раненого человека. Шли всё медленнее, едва передвигая ногами. И на границе хорошо освещённой области рухнули на землю.

Ричард с Дэвидом поспешили навстречу, сжимая в руках сигнальные пистолеты и придерживая тряпичные ножны свежеизготовленных хитиновых клинков. Остановились неподалёку от лежащих в изнеможении людей.

— Надеюсь, вы не станете на нас кидаться, как наши предыдущие гости, — процедил Ричард.

Темнобородый мужчина восточного типа средних лет с мощным подбородком и повисшей на перевязи рукой оценивающе скользнул по оружию ребят и грубо прохрипел:

— Вы вдвоём завалили серебряного Цестуса?

Похожие на него молодые люди усмехнулись, синхронно покачав головами.

— Встретили их? — осторожно уточнил Риард.

Жёсткий колючий взгляд мужчины пронзил Ричарда.

— Их было больше. И нас было больше.

Он водил бородой, будто стараясь впитать как можно больше света. Гнетущую тишину нарушало лишь тяжёлое дыхание раненого парня.

— Мы выдвинулись по заданию Наблюдателя. Прошли пару стрел. Потом пешком. — Он приподнялся и сел, взявшись за голову здоровой рукой. — Несколько дней назад заметили группу тварей. Целый табун. Они шли сюда. Легла половина нашего копья. Мы с сыновьями, раненые, чудом укрылись. Чтобы не подыхать просто так. Твари спешили. По своему заданию...

Он медленно поднялся, глядя на Древо. И, избивая словами окружающее пространство, произнёс:

— Молодой Игг! Новый росток великого Древа! Восходящий Баретт приветствует тебя и твоё будущее величие! Даруй нам силу! Чтобы защитить тебя в твоей юности.

— Приветствуем! — в один голос вторили отцу парни.

Ричард с Дэвидом переглянулись, ощущая жар на спинах. Древо разгоралось, отвечая взаимностью новым друзьям.

— Мы рады, что вы до нас добрались, — прервал тишину Ричард.

Мужчина перевёл взгляд на Дэвида:

— Я Баретт. Две «т». — И показал пальцем на Росток. — Мы пришли к нему.

Дэвид кивнул.

Баретт механическим движением накинул лямку от носилок на плечо, поднялся, и вся группа направилась к подножию Ростка.

— Линда, можешь выходить! — крикнул Ричард в сторону пирамиды.

Из-за неё показалась голова девушки.

— Баретт. Две «т». Очень приятно.

Парни тоже представились:

— Джон.

— Стив.

— Здравствуйте, мы давно ждём хоть одного… живого человека, а тут сразу трое! — в голосе Линды слышалась искренняя радость. — Медикаменты нужны?

— Эта куча... раздробила Стиву ногу, — бросил Баретт, кивая в сторону серого, всё ещё дымящегося пригорка у Древа.

— Дайте осмотреть. — Дэвид деловито распахнул разрезанную штанину парня.

— Закрытый оскольчатый перелом малоберцовой и большеберцовой костей со смещением. Нужно остановить воспаление. Потом... операция, — будто извиняясь, развёл он руками.

— Обойдётся. Операция... — усмехнулся мужчина. — Можете дать что-то от воспаления, пока руны на откате? Видели бы вы Джона вчера!

Высокий жилистый парень лет девятнадцати выглядел целым, но слегка втянул коротко стриженую голову в плечи:

— Было много крови.

— Йа Салам! — вскрикнул Баретт. — Понятно, почему вы ещё живы.

Справа, в двадцати метрах от них, в кепке колониста и с курткой на плечах стоял робот.

— Это наш Дорифор! Знакомьтесь, — выпалила Линда, подходя к роботу.

— Это Экзо-Бретэ́р Наблюдателя, девочка. — Он задержал взгляд на Линде. Затем перевёл его на мужчин. — Серебро. И лучше бы ты его не провоцировала. Это ко всем относится!

— Экзо-Бретэ́р... — потёр подбородок Ричард.

— А что за Наблюдатель? Какая-то спутниковая сеть? — уточнил Дэвид.

Гости вопросительно посмотрели на него.

— Сложно объяснить, — задумчиво ответил мужчина. — Я в этом не специалист. Стив, что скажешь?

Линда, Ричард и Дэвид с голодным интересом смотрели на парня.

— Наблюдатель... Он как бы следит за системами Единства. Альфаразум... он борется с Червями и их отродьем, — объяснил лежащий на носилках молодой человек.

— Переваривайте, а мы отдохнём с дороги, — заключил Баретт, давая понять, что дальнейшие расспросы неуместны. Повернулся к своим парням:

— Двадцать часов сна.

Глава 17

Баретт с сыновьями разместились на улице — в принесённой с собой комфортной просторной палатке.

С самого утра он поднял всех, раздавая команды. И под его руководством довольные активностью ребята принялись за работу.

Они установили вокруг Древа четыре гаусс-турели, разместив пульт управления у самой кроны. Оборудовали три стрелковых позиции, набив щебнем взятые с собой мешки. Модернизировали «высоту» более удобной раскладной лестницей и расставили два десятка мин дистанционного управления на дальних подступах, отметив рядом стоящие камни со своей стороны красной краской.

Вечером они собрались у палатки.

Стив выглядел удивительно свежим относительно вчерашнего состояния. Хромая, он, рисовал карту своего Круга на земле. Расстановку сил он обозначал камнями:

— В нашем Круге четыре больших народа. В каждом есть люди земли. Где-то в качестве трэлей — то есть рабов. А где-то люди свободны. Мы из небольшого поселения на окраине, вот здесь. Нас даже народом не признают. Но если мы защитим это Древо, то с Золотой наградой фригольд будет намного сильнее. С нами будут считаться. Рикс приказал отцу, и мы пошли, — грустно закончил парень.

— Ну не грусти, Стив. Выздоровеешь, у тебя вся жизнь впереди. — Линда похлопала его по плечу.

— Не скучай по погибшим, сын. Скоро мы все умрём здесь, — отрезал Баретт, обводя взглядом сидящих вокруг фонаря. — Вопрос в том, какой будет эта смерть. Мы пришли отдать жизни за великое начало, и в Вечности мы будем гордиться собой.

Баретт усмехнулся вопросительным взглядам:

— Думаете, этот тупой кусок мяса — последний? В бродячих ульях сотни тысяч этих тварей. — Он смачно харкнул в сторону кучи пепла.

Все молчали.

— Этот Игг однажды уже был свален! И тогда он был другим, поверьте. Я не могу представить эту битву. Золотые восходящие, корабли Наблюдателя — никто не помог. Сожрали всё. Так что советую не питать иллюзий — мы смертники, лёгкая пехота вечной войны. У меня пара серебряных атрибутов — мои пацаны. Но они едва коснулись бронзы. Вы трое: ничто. — Он помолчал, давая осознать сказанное. — Подумайте над тем, чтобы перебраться в наш Круг, если не хотите удобрить этот.

Молча наблюдая за глупой золотистой пчёлкой, по ошибке прилетевшей к пятну фонаря в ночи, ребята находили в ней себя, чувствуя мягкую скорбь по будущим потерям.

— Как его звали? — спросила Линда, восхищённо глядя на Росток.

— У него женское имя: Сат-Ауэль. В переводе с местного: Ветер любви или Дыхание любви. Но этого народа больше нет. И, насколько я знаю, эти два слова... всё, что осталось от их языка.

Баретт отхлебнул из своей фляжки.

— Будете? — усмехнулся. — Она бесконечная!

Передавая фляжку довольному Ричарду, Линда ответила, быстро моргая:

— Она девочка... Она меня любит. Я никуда не уйду, останусь с ней. Меня никто так не любил, как она.

— И меня, — неожиданно для всех вставил Ричард.

— Я тоже был впечатлён нашим Древом. Его зовут Эц-Шамаимом. Я тогда получал свой стигмат на большом Тинге. — Баретт улыбнулся тёплым воспоминаниям и поднял кулак, демонстрируя стальной гвоздь в запястье. — Мне тогда показалось, что он разглядел во мне что-то... чистое. Какую-то искру. А потом… убил пару изгоев, и забылось как-то.

— Линда, скажи, ты правда не хочешь уходить? — осторожно уточнил Дэвид.

— Да, я готова отдать жизнь за это маленькое чудо, — она смущенно улыбнулась и тихо добавила:— И я... не хочу терять свою искру.

Баретт тяжело вздохнул, подняв глаза к холодному небесному веретену.

— Дети.

Глава 18

После прибытия восходящих атаки червей стали ежедневными. По утрам Сат-Ауэль сжигала их чёрные трупы, а ночью они приходили вновь.

В ночных столкновениях решили обходиться своими силами и пока не использовать турели. Их боезапас конечен, а с небольшими группами малых паукообразных вполне справлялись и Стив с Джоном. Экзо решил изменить тактику: он нёс дозор по внешнему периметру — чуть шире радиуса турелей. И вступал в бой, только видя паритет между парнями и нападающими. Судя по всему, его алгоритмы несколько выходили за рамки земных когиторов.

Братья же сильно удивили ребят своими боевыми возможностями. Семнадцатилетний Стив был чуть ниже Джона, имел сухое жилистое тело с несколькими глубокими шрамами, демонстрирующими раннее взросление и боевой опыт. Стоя на пирамиде, он поражал тварей из длинного лука горящими стрелами. Как объяснили ребятам, это мощное оружие бронзового ранга заряжено светом Игг Древа для поражения легко бронированных насекомых. Стив за три дня записал на свой счёт четырнадцать червей, уничтожая их ещё на подступах.

Джон, как и отец, любил ближний бой. И Ричард с Дэвидом приняли его за настоящего мастера. Он был вооружён комплектом также бронзового ранга. Щит, который при необходимости мог светиться Игг светом, дезориентируя врагов. И полэкс — топор на длинной рукояти, оснащённым молотом и пикой. В ближнем бою он отлично справлялся с простыми противниками, уничтожив семь червей.

Довольный детьми Баретт во время схваток находился рядом с наблюдательным пунктом, координируя их действия.

Во время одного из вечеров у фонаря после рутинных работ по укреплению обороны Дэвид заявил:

— Баретт, мы все хотим быть полезными. Как нам научиться убивать этих гадов?

— Драться с ними без стигматов... путь в могилу.

— Да мы и так уже в могиле, — рассмеялся Ричард, вставая. — Не пугай, командир. Может, у тебя есть пара стволов в крипторе? Мы бы с Дэвидом клали по головам.

— За убийство червей восходящим выдают награды. Если вы будете их отстреливать, мои парни ничего не получат.

Баретт вздохнул, заиграв желваками.

— Я, конечно, могу дать вам по автомату и по пачке игл на крайний случай.

— А мне? Я тоже хочу участвовать, — услышали мужчины высокий голос Линды.

— А тебе я отдам вот это...

Он вынул из криптора два автомата и положил их на землю, снимая с шеи серебряный кулон в форме яйца.

— Это талисман. Им у нас награждают воина, который спасает чью-то жизнь. У моих ребят есть такие. Наша фламиника сильная, она как-то заряжает их на удачу. Я не знаю, как, да и не верил особо. До тех пор, пока из всего копья не остались только мы – остальные не выжили. Возьми. И поживи подольше.

Глава 19

Долгожданные новые лица, изначально воспринятые с некоторым воодушевлением, в итоге приоткрыли ребятам глаза на жестокую реальность этого мира.

В сумерках перед отбоем Линда активно расширяла свои огородные поля, Ричард не сдавался в попытках найти что-то полезное в завалах, а Дэвид под руководством Баретта без конца модернизировал оборону, таская к периметру обороны небольшие камни и мелкий щебень.

Все турели теперь стояли на метровых возвышениях, а огневые точки для стрелков с трёх сторон были обложены в два высоких ряда мешками со щебнем.

— Что за... тревога! — пропалывая рядки картофеля, услышала Линда голос Джона или Стива — она не поняла. Бросившись сначала к стреле, она на полпути замерла. И, передумав, рванула к Древу.

Дэвида тревога застала за отдыхом, Ричард же нашёл голову какой-то статуи и, надеясь отыскать рядом что-то ценное, все ещё углублялся в завал.

Они синхронно заняли огневые точки и удивлённо переглянулись. Снова полукольцом со стороны места их приземления двигалась крупная группа насекомых.

— Около сорока штук, — громко произнёс Дэвид, чтобы друг услышал его под нарастающим шелестом хитиновых лап.

Ричард в это время смотрел на Дорифора, который, резко вскинув руки, сбросил с плеч куртку колониста и спокойно направился в сторону угрозы. Кепка с эмблемой проекта Космо всё ещё держалась на его плечах.

«Он знает, кто он такой. Вот так сбросить куртку перед боем, зная кто ты? Это и есть жизнь».

— Вы! Без команды не стрелять! Стив, по готовности! Джон, на мне! — без пауз прорычал Баретт, удаляясь в сторону правого фланга и поглядывая на пролетающие над головой стрелы. В руках перед собой он держал сияющий Игг светом полутораметровый меч. Дорифор в ответ слегка отклонился влево, будто разделив зоны ответственности.

Вдалеке раздались два взрыва, разметавшие нескольких ползущих в авангарде врагов.

Линда, стоя под Древом и сжимая талисман на груди, заворожённо наблюдала...

За насекомыми, метающимися в агонии от ударов световых стрел.

За фонтанами червивой крови вокруг едва заметного глазу Дорифора, работающего над очередной симфонией.

За отцом и сыном, которые медленно отступали к турелям, оставляя позади шевелящиеся костяные останки.

— Одиночными! — прокричал Баретт, бегло, на развороте, оглядев позиции.

Он был очень эффективен в этой мясорубке. Огромный светящийся меч безостановочно вспарывал тьму, обжигал и замедлял тварей, не давая им скоординировать атаку. К тому же примерно раз в две минуты из земли вокруг него вырастали четыре горящие лианы, которые опутывали сразу нескольких противников, подпаливая самых мелких. Более крупные либо с трудом выбирались, либо рассекались его мечом.

Стрелки заметили, как два небольших паука обходили отца и сына с флангов, заставляя их смещаться назад. Дэвид приложился к прицелу, выдохнул, утопил спуск и ощутил лёгкое давление в плечо. Три титановых иглы одна за одной вылетели в сторону паукообразного размером с крупную собаку. Одна игла пробила его сегментированию грудь. Паук развернулся в попытке защититься и, получив ещё одну в бок, покатился по камням, с хрустом ломая ноги и поливая почву своей гемолимфой.

— Готов! — воскликнул Дэвид, воодушевлённый победой. И обернулся на крик друга.

— А-а-а-а! — тот, казалось, сошёл с ума. Так долго ожидая команды, он с наслаждением решетил небольшую особь, которая уже готовилась броситься на спину Джона. И сразу же переключился на неистово визжащую сколопендру, заставив её бешено извиваться от попаданий.

На несколько секунд Дэвид застыл, наблюдая, как друг утопает в своём бешенстве, словно подстроившись под страшную реальность этого мира.

— Эта реальность не для меня, чёрт! — закричал он, перебивая очередь Ричарда.

Выстрел.

— Я врач! Я должен спасать жизни, а не жертвы приносить!

Выстрел.

— Думаете, я не видел, как люди умирают? Грёбаные вы паразиты тупые!

Выстрел.

— А ради чего здесь умирать?! Ради сна под гипоксией?! Ради величия?! Да мне плевать на величие!

Выстрел.

Эти несколько минут казались Линде грязной тенью бесконечной войны, что лишь на время затихла в этих местах и сегодня разгоралась вновь. Особенно её впечатляли огненные стрелы Стива, от которых погибла уже треть червивых созданий. Они просто сгорали изнутри, выделяя при этом едкий жгучий дым. Видя, что противников почти не осталось, а Дорифор вдалеке уже стряхивал с клинков червивую кровь, она зачем-то крикнула:

— Стив! Отличный выстрел!

— И что за детский сад вы тут устроили? — услышала она грубый мужской голос за спиной.

Глава 20

Линда развернулась и сделала шаг назад, увидев группу из восьми лысых мужчин. У каждого на лбу выделялась грубо оформленная синяя татуировка в форме диадемы с каплей посередине.

Наклонив голову, Линда смущённо усмехнулась, подумав о том, что её шестилетняя младшая сестра, оставшаяся на Земле, нарисовала бы диадему в разы лучше.

Заметив улыбку девушки, тощий старик с неестественно выпирающим пузом подбежал, и с криком: «Я тебя поучу манерам, сучка!» схватил её за волосы, рванув голову вниз.

Стив, случайно наблюдавший эту сцену, высоким голосом закричал:

— Отец!

И отточенным движением натянул тетиву. Он находился на пирамиде, всего в двадцати метрах от Линды. И стрела легла старику в правое плечо... но не пробила его. Кожа вспыхнула голубым светом, и стрела треснула, будто от попадания в стальную плиту.

Линда краем глаза заметила лёгкое движение руки одного из мужчин, и Стив полетел вниз, сбитый странным воздушным потоком.

— Не стрелять! — зло выкрикнул Баретт, пальцем указывая на поворачивающихся в сторону Древа парней.

— Щенок хотел убить моего человека! Ты, жалкое подобие серебра! — взревел крупный мужчина с оголённой массивной грудью, выходя вперёд.

— Ты этого и хотел! Почему девчонка на коленях? — крикнул Баретт, быстро шагая мимо огневой точки Дэвида.

— Она оскорбила нашу септу... смеялась над татуировками, — самодовольно произнёс дед.

Баретт округлившимися глазами поглядел на Линду, которая от непонимания своей вины сжалась в комок и притихла, с надеждой поглядывая на спину стоящего неподалеку Дорифора.

— Мы готовы закрыть глаза на оскорбление, которое только что нанёс септе ваш несчастный фригольд, — спокойным, будто заученным тоном произнёс здоровяк. — Если она станет нашим трэлем. — Он улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы.

— Вы думаете, эта комедия сойдёт вам с рук? Наш народ не ограничивается фригольдом, — тихо произнёс Баретт, вытирая пот с грязного лица.

— Отказываешься, трус? — громко смеясь, вставил дед и плюнул Баретту под ноги.

— Твой ответ? — нетерпеливо спросил мужчина, скрестив мощные руки на груди.

Баретт прикрыл глаза. Глубоко вздохнул. И шагнул вперёд.

— Мы не отдаём граждан в рабы к лысым психопатам.

— Фионтар! — завизжал старик. — Ваше серебро против нашего. Победитель получает прощение... — он помолчал, обдумывая, — …или всех находящихся здесь людей без стигмата в качестве трэлей!

— Отец, нет! — громко закричал Дэвид, подбегая к нему. — Разреши мне биться!

— Я не готов смотреть на это, сын. — покачал головой мужчина.

Противники ещё раз по очереди проговорили условия поединка, вызывая призрачного Наблюдателя в качестве свидетеля. И отошли от Древа в сторону недавней битвы.

— Что?! Всё потратил на этих Великих Червей? — злобно выдвинул нижнюю челюсть здоровяк. — А зря...

Баретт не стал размениваться на глупые реплики и выпустил из земли фирменные лианы, сразу уходя перекатом вправо от готовящегося к атаке врага. Под его спутанными ногами загорелся столб огня, быстро уходящий в небо. Баретт провёл обманный взмах мечом, будто стараясь нанести рубящий удар. Но в последний момент опустил острие вниз и всем телом подался вперёд.

Обожжённый противник рычал, пытаясь освободиться от раскалённых лиан, но тем не менее успел уйти с линии атаки, и меч лишь вскользь резанул его рёбра. Баретт сделал широкий шаг левой ногой, чтобы исключить провал из-за промаха, и рванул правое плечо на себя, разворачиваясь и проводя лезвием по груди врага, не успевая направить его выше.

Во время разворота он краем глаза с ужасом заметил чёрное пятно. И мгновение спустя его сбила с ног призванная из ниоткуда мускулистая туша волка с гладкой чёрной шерстью. Волк был в два раза крупнее Баретта и имел острые наросты на мускулистой шее.

Передними лапами он прижал мужчину к земле, а мощными челюстями вцепился в голову, полностью накрыв её своей огромной волосатой мордой.

Грязная рука рахитичного деда всё ещё сжимала волосы Линды, направляя её голову в сторону поединка. Наблюдая короткую борьбу, стиснув зубы, она услышала хруст лицевых костей Баретта вперемешку с отвратительным чавкающим звуком.

И, сжимая свой талисман, под утробный рык волка рухнула на землю в тяжёлом нервном истощении.

Архив Аур Ларена. Хранителя резервного домена народа Ваолар.

200 год с момента Утраты.

"Трагическая смерть Рикса Фабедуллы положила конец нашему трауру. Остался лишь стыд. И жалкая зависть к храбрецам, что были сожраны вместе с Ней".

Глава 21

Проснувшись на рассвете от боли в связанных за спиной руках и чувствуя онемение в голенях, притянутых верёвкой к бёдрам, Линда повернулась на знакомый мерзкий голос.

— Это колонисты с неба. Они только упали. Я вас провёл, и ты мне должен, — говорил пузатый дед, тыча пальцем в громилу.

— Ладно, развлекайся... — ответил тот и продолжил ковырять ножом руку лежащего на камнях Стива.

Закусив от радости губу, дед направился к пленникам.

— Как звать?!

— Дэвид, — тихо ответил парень.

— Неправильно! — рявкнул тот. И зарядил пощечину так, что у парня хрустнула челюсть.

— Ты трэль! У тебя нет имени. Я буду звать тебя дерьмо. А ты будешь слушаться! Или сдохнешь.

В животе Линды разверзлась пустота. «Может, лучше умереть?»

Оглянувшись в другую сторону, она увидела также связанного Ричарда с пятном крови в волосах. Все они находились у самого Древа. Которое, будто понимая, что его первым детям нужна помощь, превратилось в палящий костёр.

Старик от жары задрал футболку и, вывалив живот, стоял над пленниками в победной позе. Уперев левую руку в пояс, правой держал кружку с дымящимся напитком.

— Так! Ваше первое задание. — Он начал ходить из стороны с сторону. — Мне... должен... понравиться... старухин чай. — Он помолчал. — Если он мне... не понравится... — дед хохотнул, слегка наклонившись к Дэвиду, — я отрежу суке нос.

Дэвид подался вперёд, и дед надавил стопой на его лицо, повалив на спину.

— Лежать, сказал!

— Дорифор, пожалуйста... — повернулась Линда к роботу, стоящему в каких-то десяти метрах слева.

— Не твою жопу он пришёл защищать, ишь... мразь. — Старик замолк.

Робот сделал шаг в сторону поля ночной битвы. Ещё шаг... и медленно побрёл вперёд, волоча клинки по земле.

— Пошёл трофеи собирать, — злорадно ухмыльнулся старик. — Всё собрано, дубина!

Дорифор дугой изменил маршрут вправо. И, делая круг, решил вернуться на свое место.

Проходя мимо повернувшегося в любопытстве деда, он, не останавливаясь, обратным движением руки рисуя в воздухе полукруг, мазнул острием клинка под его свисающим животом.

Через секунду старик упал на колени, пытаясь одной рукой удержать кишки, а другой — кружку с чаем. Завалился на бок, отбросив кружку. И с минуту мычал, дёргая ногами.

Линда привстала, держа равновесие на ступнях. И, старательно отхаркивая, трижды смачно плюнула.

На мерзкую физиономию.

На кишки.

И на лужу старухиного чая.

Глава 22

Под громкий возглас на непонятном языке из шатра, стоящего с другой стороны Древа, вышли три человека. Заметив удаляющегося Экзо и лежащего в агонии старика, они остановились. Главный, обойдя Древо, встал левым боком к Линде и сделал странную манипуляцию рукой над телом, будто что-то втягивая.

— Бретэ́р... серебро, — скрестил он руки поверх затянувшегося шрама на груди, с уважением глядя на удаляющегося Дорифора.

— Что тебя с ним связывает? — повернул он лысую голову в сторону Линды.

— Мы друзья! — она с вызовом подняла подбородок.

— Отец рассказывал. Как один такой же вырезал поселение отрекшихся за десять минут. Называл его мэтром... — произнёс мужчина, наблюдая за каплей свежей крови стекающей по грязному клинку.

— Может, то был именно он? А, пацан?! — с хитрым прищуром спросил он у лежащего на боку Дэвида.

— Вряд ли у Наблюдателя их много, иначе он быстро навел бы здесь порядок, — медленно произнёс Дэвид, глядя в пустоту.

— Единство не для порядка...

После полуминутной паузы он громко закричал, заставив Линду дёрнуться от неожиданности:

— Что умеете?!

— Я врач, она выращивает съедобные растения, — с акцентом на последние слова ответил Дэвид.

Мужчина наклонил голову вбок и, смеясь, спросил:

— Хочешь сказать, вы не бесполезны? Этот? — буркнул он, кивнув в сторону лежащего без сознания Ричарда.

— Он специалист по выживанию, — протараторила Линда, не находя других вариантов.

— Ты что, дура? Посмотри на него.

Ричард лежал на боку. Заросшее лицо в грязи и ссадинах, а длинные чёрные волосы слиплись в корку запёкшейся крови.

— Она не дура. — громко дыша через нос, и всё ещё смотря в одну точку, ответил Дэвид. — На земле Ричард занимался активными видами спорта.

— Значит, побегает, — под грубый смех стоящих недалеко мужчин ответил здоровяк. И развернулся, уходя обратно в шатёр.

Глава 23

Дэвид и Линда — связанные, без еды и воды, нюхая тяжёлый запах вскрытого трупа, пролежали под палящей листвой Игга до самого пробуждения Ричарда на закате. Он дёрнулся, автоматически пытаясь высвободиться. Покрутил головой и тихо замычал от боли.

— Тихо, малыш, всё хорошо, мы все живы... — прошептала Линда.

— Где я?

— У тебя черепно-мозговая травма. Вероятна лёгкая амнезия. Мы в плену, но бежать некуда. Нужно сотрудничать, — быстро, но тихо произнёс Дэвид, видя приближающегося молодого человека. Тот был среднего роста, очень жилистый и совсем без растительности на вытянутой голове.

— Все проснулись? — весёлым и доброжелательным тоном спросил он, подходя к ребятам. Ричарда вырвало.

— У-у, ты что, заболел? — участливо спросил незнакомец. — Давай, выздоравливай! Так. Я ваш новый хозяин. Прошлый... — он слегка поклонился в сторону Дорифора, — чем-то не угодил уважаемому Экзо. — Я таких ошибок делать не планирую. Но работать будете как проклятые. Даже больше! — тряхнул он кулаком. — Сейчас! Разблокировали крипторы и положили сюда. — Он, всё ещё улыбаясь, топнул ногой на ровном участке почвы рядом с Дэвидом. — Занимайтесь. Через полчаса вернусь.

За пятнадцать минут ребята помогли друг другу снять браслеты крипторов и аккуратно сложили их в указанном месте

Ранним утром следующего дня, неспеша потягиваясь, парень подошёл к ним и молча сгреб три криптора.

Пряча их в карман, спросил:

— Ну как спалось?

И, видя, что подопечные очень истощены, принялся разматывать веревки.

— А ты не дёргайся, спортсмен, — назидательно потряс пальцем у носа Ричарда и отошёл.

Поток холодной воды рухнул откуда-то сверху, вырвав ребят из беспамятства. Дэвид старался пошире раскрыть рот. Линда в усталом удивлении смотрела вверх. Ричард что-то прохрипел, слегка повернув голову и подставляя потоку лицо.

— Как вам? А я всё думал — пригодится ли... Пришлось подождать. Пока вы дозреете. —парень показал ровные белые зубы, пожимая плечами. — Ладно, сегодня много работы. А вы всю ночь непонятно чем занимались. — И с кончика его пальца в сторону Ричарда сорвался тусклый серый поток. Тот резко встал на четвереньки. Встряхнув головой, осмысленно посмотрел на ребят, а затем на своего спасителя.

— Доволен? Такой вот я добряк... Двенадцать капель на тебя, дурака, не пожалел, — с укором высказал он Ричарду.

— Так, теперь второй. — Достал из заплечной сумки травяной шарик и небрежно затолкал его Дэвиду в рот.

— Жуй, балбес... Иначе встанет в кишках, и будешь опять валяться. Ап-ап-ап... — передразнил он парня.

— Ты обойдёшься, — махнул на Линду и кинул им двухлитровый бурдюк с водой, уходя.

Ричард подпрыгнул, схватил его и приземлился на колени у головы Линды, которая в полуобмороке скользила полузакрытыми глазами по кроне Древа.

Он сорвал крышку и влил ей в рот четверть бурдюка, щедро обрызгав лицо.

Затем принялся растирать Линде руки и ноги, беспорядочно целуя её.

— Я попью? — тихо спросил лежащий рядом Дэвид.

Ричард сделал несколько больших глотков и отдал воду другу.

— Через десять минут чтобы были готовы к работе! — бросил новый хозяин, заходя в шатёр.

Глава 24

— Что это за ад? — прошептал Дэвид, лёжа на спине и глядя в небо.

— Живём пока... — тихо сквозь зубы ответил Ричард. Он положил голову часто дышащей Линды себе на ноги и нежно поглаживал её.

Через некоторое время, повернувшись в сторону приближающегося надсмотрщика, он тяжело вздохнул.

— Так, я вернулся! Не понял... А почему Б'Энче всё ещё здесь лежит?! Ну-ка похватали его и зарыли, где-нибудь... вон там! — быстро прокричал он и указал пальцем в сторону недавней битвы.

Ричард осторожно приподнял Линду и положил её голову на свою снятую куртку. Затем помог подняться Дэвиду, и они, схватив смердящий труп за руки и ноги, волоком потащили его в указанную сторону.

Пройдя около ста метров, качаясь и спотыкаясь, они, обессилив, бросили тело на камни. Затем немного отдохнули и руками вырыли небольшое углубление.

Через полчаса, когда они пятками пинали труп, пытаясь столкнуть его в яму, подошёл надзиратель.

— Ну вы и варвары, люди земли... — произнёс он в притворном удивлении. — А Б'Энче между прочим тоже был когда-то трэлем. Вот она, солидарность... Ладно, закапывайте, и сегодня здесь нужно будет сложить стену хотя бы метров десять в длину. Покормим! — он сделал паузу и подмигнул. — Если построите. Высота: пока метр, ширина: полтора. Работаем!! — закричал он, уходя.

Уже на закате Линда на четвереньках приползла к ребятам. И втроём, поддерживая друг на друга, они спинами подпёрли небольшую насыпь. Подошедший в сумерках парень скептически окинул взглядом невысокое возвышение из камней около восьми метров в длину.

— Как же вам повезло, что Б'АноСа назначил меня...

С пальца его правой руки снова сорвался бледный свет, явив перед ошеломлёнными пленниками небольшой дымящийся чугунок. Заглянув в него, ребята обнаружили вкусно пахнущий наваристый суп неопределённого происхождения. И одну деревянную ложку.

— Цените! Отношение! Завтра нужно сделать двадцать метров... И повыше! Что это за оборона? — развёл он руками, в непонимании глядя на пленников.

Сразу, как только надзиратель развернулся, уходя — ребята накинулись на еду. Они опустошили чугунок за две минуты, по очереди передавая друг другу ложку и тупо мыча от удовольствия.

А затем, прижавшись телами, быстро уснули под курткой Дэвида.

Глава 25

Отточенный миллионами лет эволюции мозг Дэвида использовал древние, до конца не изученные механизмы распознавания угрозы. Он с тревогой проснулся и заметил приближение четырёх фасеточных глаз, которые слегка отражали ночной свет.

— А-а-а! — изо всех сил закричал он, снова застыв в парализующем страхе.

Шестиногая тварь что-то пискнула и припала на задние конечности, готовясь к прыжку. Но внезапно под крик проснувшейся Линды в левый бок насекомого с хрустом вошла ярко-жёлтая стрела. Паук завалился, громко вереща, и в конвульсиях задёргал конечностями, разбрызгивая шипящий от света ликвор.

Ричард, зная особенность застывшего на месте Дэвида, кинул правый кулак ему в скулу. И, обратным движением схватив лежащую в середине Линду за плечо, потащил её в направлении Древа.

Дэвид мысленно поблагодарил друга за помощь и, вздрагивая от звуков битвы, ветра и писка червей, на четвереньках пополз следом.

Они видели...

Как их надзиратель, стоя на пирамиде, без остановки пускает яркие стрелы из лука Стива. И ужасались истерическим воплям в моменты попаданий.

Видели, как огромный шестиглазый волк главаря налетел на десятиметровую многоножку, срывая хитиновые пластины с её спины.

Видели.

Цепь из шести человек, проходящих мимо и направляющихся в ледяной, бесконечный ужас червивого визга.

Дэвид, ползущий последним, обернулся на безостановочный хлюпающий звук и краем глаза заметил блеск кирасы Дорифора в окружении разлетающихся ошмётков червивого мяса.

Добравшись до подножия Древа и обнявшись, они до самого утра наблюдали за безумием встречи двух миров. Настолько разных, что их отличия не описать.

За ночь, несмотря на всю мощь людей Б'АноСа, их осталось всего трое. Даже его огромный зверь был окружён и растерзан ещё в первые часы битвы.

Выжил сам главарь, став ещё крупнее и, кажется, довольнее. Молодой парень надзиратель, простоявший всю ночь на пирамиде и выпустивший несколько сотен непонятно откуда взявшихся стрел. И молчаливый низкий мужчина, возрастом годившийся всем остальным если не в деды, то в отцы. Во время битвы он летал на странном крылатом ящере, по очереди насылая на червей то огненные, то ледяные смерчи. От его руки сегодня погибло не меньше тварей, чем от лука Стива.

Вернувшийся на пост Дорифор выглядел так, словно всю ночь пролежал в брюхе мёртвой лошади. А запах был... будто лошадь сдохла не меньше недели назад.

Усталые воины, вырезав трофеи из частей мерзких тел, возвращались к Древу, что-то грубо обсуждая на незнакомом языке.

Осторожно обходя покрывшегося кровавой корой Дорифора и не обращая внимания на испуганных ребят, они направились в свой шатёр. И наконец настала долгожданная тишина, освещённая проснувшейся любовью.

Глава 26

Сидя в своём доме на любимом кресле, Линда держала на коленях младшую сестру. Её измазанное в подобии макияжа лицо было сосредоточено на рисовании солнышка в тетрадке.

— Сестричка, скажи, а ты всегда будешь рядом? — она подняла на Линду большие выразительные глаза. — Мне снился страшный сон. Как будто что-то совсем непонятное подкралось ко мне из темноты. Хотело ущипнуть... — сестра грустно подобрала нижнюю губку. — А я... я хотела предложить ему поиграть вместе. Обнять его и согреть. Пыталась пошевелиться, но не могла... — девочка уронила фломастер и вцепилась в Линду, дрожа всем телом.

— Не потеряй меня, родная, — прошептала Линда, прижав сестру к груди. — А я тебя согрею.

Она открыла глаза и, развернувшись, нежно обняла Древо. Прижалась к кроне щекой и, не обращая внимания на брызнувшие на кору слёзы, нежно погладила её пальцами и быстро прошептала:

— Тебя никто и никогда не ущипнёт, малышка, слышишь? Я всё сделаю, чтобы не потерять тебя. Я... умру за тебя! — она рывком сорвала с шеи оберег Баретта. Затем, осторожно обвязав цепочку вокруг молодой ветви, обернулась на взгляд.

Идущий в сторону ночного поля боя низкий мужчина остановился, как вкопанный, глядя на девушку.

— С'Ална? — прошептал он и, рухнув на колени, с трепетом прикоснулся к синей капле на лбу.

Но подоспевший Б'АноСа рывком поднял его с колен. И, держа его на вытянутой руке над землёй, что-то громко рыкнул на непонятном рваном языке.

Мужчина сморщился, страшась гнева лидера, втянул голову в плечи и быстро закивал.

А коснувшись земли, побрёл дальше, всё ещё украдкой оглядывался на ту, кем мечтали стать все девочки его септы.

Архив Аур Ларена. Хранителя резервного домена народа Ваолар.

882 год с момента Утраты.

"Они ничего не хотят слышать. Смотрят на меня, видя что-то иное. И поклоняются мне, как Ей когда-то. Впервые мне по настоящему страшно".

Глава 27

— Опять сон? — Дэвид с тревогой вгляделся в стеклянные глаза Линды.

— Я боюсь говорить. Слов... недостаточно.

Парни переглянулись и тактично промолчали.

Больше в это утро к ним никто не подходил. Надсмотрщик вместе с низким мужчиной снова потрошили дымящиеся трупы насекомых. Б'АноСа упражнялся с новым оружием — длинной чёрной алебардой.

Мастерски владея мощным телом, он передавал оружию свой могучий дух. Лёгкое движение поясницы мгновенно отзывалось по всему древку, заставляя его жить, вибрировать и свистеть в едва уловимых круговых движениях.

— М-м? — замычал Ричард, глядя на появившееся из ниоткуда круглое колеблющееся окно. Сквозь дымку угадывались очертания нескольких деревьев, за которыми уходила вдаль стена частокола.

Стоящий рядом Б'АноСа что-то кричал на непонятном языке. Его подчинённые синхронно повернули головы в сторону низколетящей в их сторону точки.

Дэвид улыбался, грязно матерясь.

Ричард качал головой, закусив губу.

Линда прикрыла лицо руками.

Спустя минуту-другую винтокрыл приблизился и показал брюхо, демонстрируя боезапас под массивными импеллерами.

Люди Б'АноСа бежали к порталу и, ругаясь, входили в него. Уходящий последним надсмотрщик, виновато улыбаясь, развёл руками и отправил Линде воздушный поцелуй, делая шаг в молочную дымку.

Портал схлопнулся.

Винтокрыл слегка набрал высоту. Затем по нисходящей спирали в контролируемом штопоре совершил агрессивный заход на посадку. Ребята заметили, как сидящая за гаусс-турелью девушка-стрелок внимательно крутила головой. А члены штурмовой группы, слушая кричащую что-то женщину, сквозь иллюминаторы наблюдали за обстановкой для грамотного распределения секторов при высадке.

— Садимся! — донёсся глухой рёв пилота.

Первые четыре бойца, вылетевшие из противоположных бортов, резко перекатились в разные стороны, присели и упёрли приклады в плечо. Сразу за ними в сторону Древа спрыгнул ещё один боец, а в противоположную — высокая красивая женщина в тяжёлом доспехе без каски. Это была настоящая красотка с ярким макияжем и густыми рыжими волосами. Ещё во время своего прыжка женщина закричала:

— Взлёт!

Затем также припала на колено, застыв рядом с ревущей машиной.

Лишь на секунду зависнув на высоте около метра и, словно выплюнув из своего пузатого корпуса шестерых закованных в земную броню бойцов, земной винтокрыл типа «Клюван» мгновенно взлетел снова.

Резко набрав высоту, он облетал зону высадки, контролируя местность, словно земная хищная птица.

И вдруг... небо запело. Под музыку времён ещё до периода Утопии старый хриплый голос, разрывая пустошь, пел всего несколько слов, которые проникали в самое сердце: «Fear of the dark...»

Воздух дрожал от рёва гитар, ударных и металлического крика. Казалось, что это сам винтокрыл возвещает о долгожданном пришествии мира людей в эти забытые богами места. Ребята, открыв рты, смотрели на небо. И будто не верили своему присутствию здесь.

Несколько секунд никто не двигался. Затем высокая женщина взглянула на ревущий винтокрыл, развернулась в сторону Древа и бросила команду:

— Держать позицию. Вы, не двигаться! — затем посмотрела на повернувшегося в их сторону Дорифора. — Экзо не провоцировать! — и решительно направилась в сторону ребят.

— Серебряный воин Наблюдателя?! — грубо спросила она, показав белоснежные зубы. — Да это просто подарок судьбы! — но, оценив на внешний вид Экзо, слегка поёжилась. Заляпанный кровью Дорифор гордо стоял с поднятым вверх клинком правой руки, салютуя творческому безумию кружащей в небе птицы, будто найдя в этом представлении что-то близкое.

Казалось, этим жестом он или кто-то более могущественный говорил: «Я вижу вас. И то, что вы делаете — достойно».

Один из бойцов, держа винтовку над головой, нелепо переваливался с одной ноги на другую в такт музыке. Сквозь забрало его шлема Дэвид разглядел глубокий, грубо сшитый шрам, будто делящий лицо надвое.

Глава 28

Некоторое время женщина стояла, задрав голову. Пока не услышала тихий голос Дэвида:

— Мы сильно истощены. Морально и физически.

— Поняла. На музыку внимания не обращайте, у нас пилот слегка...

— Психопат! — послышался грубый смех.

— Я Лора. Лора Дэвис.

Она пристально вгляделась в измученные лица. Затем в окровавленные камни рядом. И, причмокнув, спросила:

— Лысые не пытали? И где Баретт?!

— Они убили Баретта на наших глазах.

— А мальчики?!

На этот раз ответил Ричард:

— После фионтара старый Стив не сдержался. Их быстро развалили... и меня тоже. Вокс всё записал.

— Эти гады пришли сразу после битвы. Баретт был измотан, — добавила Линда.

Лора отвернулась.

— Все слышали? Эти ублюдки лысые должны кровью умыться!

— Нас увидели — сразу свалили, твари дикие, — проворчал крупный мужчина, лежащий неподалеку на снайперской позиции.

— Доложу, пусть думает, — снова взглянув на винтокрыл, сказала Лора и перевела взгляд на Дэвида: — Помимо червей какие-то угрозы в Круге есть?

— Несколько мин, возможно, не взорвались, турели стоят. Они вообще не работали почему-то. Больше ничего.

— Возможно, дебилы что-то оставили. Прочешите пока радиус в сто метров, — отдала она команду бойцам и присела на корточках рядом с ребятами. — Ранения, переломы, сильные ушибы есть? Медицинская помощь нужна?

В отсутствии ответа она достала из криптора литровую бутылку воды и пакет аварийного рациона.

— Мы сейчас подготовим небольшую палатку на два места. — Она слегка развела руками. — Отдохните там. А вечером подходите ко мне. Побеседуем. — Тяжёлой бронированной рукой она аккуратно потрепала Линду за плечо и, вздохнув, поднялась.

Глава 29

Разбуженная маленькой пчёлкой, севшей на лоб, Линда открыла глаза. Всплыли воспоминания вчерашнего дня. И робкая улыбка надежды впервые за последнее время озарила её лицо. Несмотря на весь ужас пережитого — искра в груди разгоралась.

Осторожно, не тревожа сопящих рядом друзей, она поднялась и отодвинула ткань палатки.

Рядом выросли несколько таких же палаток. А между ними разместилась центральная — самая крупная. Над головой светил фонарь, висевший на длинной металлической штанге. Несколько таких же штанг стояли по периметру — в круге диаметром около ста метров.

Неподалеку на четырёх опорах расположилось толстое брюхо винтокрыла. От него доносился слабый гул, а в кабине, задрав ноги, и накрыв лицо бейсболкой, спал какой-то мужчина.

Четверо бойцов, переодевшись в синюю рабочую одежду, укрепляли начатую Ричардом и Дэвидом стену. Она стала несколько шире и заметно длиннее. На земле рядом с Древом блестел кривой жёлтый круг безопасности, нанесённый спреем. Линда сдержанно прыснула, увидев такую же линию вокруг Дорифора.

Она сделала несколько шагов, и человек в винтокрыле скинул с лица бейсболку, вглядываясь на панель. Затем повернулся к Линде, доброжелательно помахал ей и указал в сторону большой палатки.

— Надеюсь, ты хорошо отдохнула и готова к диалогу. Повторюсь, я Лора. А твоё имя? — быстро и безэмоционально проговорила женщина.

— Меня зовут Линда Свен. — Она опустила глаза, чего-то смущаясь.

— Скажи, Линда, когда ты приземлилась?

— Около трёх недель назад. У нас была трёхместная капсула, — осматривая широкий раскладной стол, стопку бумаг и две кружечки зелёного чая, ответила девушка.

— Вы что, шведская семья?

— Ну, нет...

— Да я шучу, извини. — Лора сделала глоток. — Ладно. Где капсула? И почему вы ещё живы?

Яркий луч света из прохода разрезал помещение надвое. Наблюдая за ним отсутствующим взглядом, Линда заговорила:

— Капсула в той стороне, откуда приходят пауки. Мы живы, потому что нам помог Дорифор. Наверное, он мой друг. Он убил настоящего мерзавца, который... Он выпустил ему кишки. Много чего произошло. И большую часть я хочу забыть.

Женщина встала, обошла стол и, присев на корточки, опустилась на уровень глаз Линды:

— Мы сейчас поговорим, и примем решение. И хотя руководство Фригольда планирует полностью перебраться в этот круг, я склоняюсь к тому, чтобы отправить вас троих в наш фригольд ближайшим рейсом. Там намного безопаснее. Вы сможете восстановиться. Как сказал твой друг: морально и физически. — Она встала и, возвращаясь на свое место, спросила вернувшимся казённым тоном:

— Расстояние до капсулы?

— Эм… около полутора километров. Показать я вряд ли смогу. Слабо помню, как мы шли.

— Найдём. Куда ведёт стрела? — неожиданно спросила она. Линда не думала, что стрелу так быстро обнаружат.

— В комнату. У нас там было что-то вроде дома, — ответила она и подумала о том, как хорошо было бы жить здесь без постоянных набегов червей и безумных лысых рабовладельцев.

— Сколько тварей было в прошлой волне? Они всегда приходят со стороны вашего крушения?

— Да. Где-то около двухсот. Небольшие в основном, как собаки. Но бесстрашные, бегут прямо в огонь, — поёжилась Линда.

— Не успевают вырасти. Приходят с какой периодичностью? — Лора записывала всё важное на листе бумаги, несмотря на то, что на виске у неё висел Вокс.

— Около трёх дней.

— Крылатые были? Большие, как танки? Слышали крик, от которого лопается голова? — спросила Лора, делая ударение на последние слова.

— Один большой был и всё. Дорифор открутил ему голову.

Возвращаясь в палатку и толкая ногами выросшую между камней траву, Линда облегчённо вздохнула: люди.

Следующим Лора вызвала Дэвида, сразу обрадовавшись его медицинскому образованию. Хотя специализация в области спортивной медицины была не самым лучшим вариантом для колонии.

На все вопросы Дэвид ответил практически слово в слово со сказанным Линдой за исключением количества червей. По его прикидкам, во время прошлой атаки их было в полтора раза больше. Он уточнил:

— Вы уверены, что удержите оборону? Их всё больше и больше...

Лора встала и, прогуливаясь по помещению, ответила:

— Мин мы взяли много, для одного фланга хватит на несколько атак. Клюван перед отлётом хорошо пройдётся над ульем. Да и мы не простые люди, Дэвид. — Она усмехнулась. — Мы как пожарные, только наоборот. Я со своими людьми зачистила три улья. Я знаю их слабые места, знаю, где ставить феромоны, где бурить и куда кидать алюминиевый пирогель. Все мои люди — Восходящие. — Она развернулась и с хищной улыбкой тихо произнесла: — Мы тоже в какой-то степени дикари, Дэвид.

Вызванный следующим Ричард, довольный развитием событий, зашёл с козырей:

— Хочу такую же броню.

— Послушайте, молодой человек, вы не в той переговорной позиции, — осадила его Лора. — Сначала ответьте на вопросы. А потом, если я не посчитаю вас идиотом, поговорим о вступлении в колонию и о дальнейшем распределении вас на подходящую должность. Специализация, образование?

— Нет конкретной специализации, по образованию: машинист буровых установок. В межвахту... любил активный отдых. Парашют, вингсьют. Дадите прыгнуть с Клювана?

— Думаю, дадим, — злорадно усмехнулась она.

Остальные ответы совпали с предыдущими, и женщина со спокойной душой направила ребят к мобильному очистителю на долгожданные гигиенические процедуры.

Глава 30

Запущенный на закате Клюван огласил окрестности ровным гулом импеллеров.

Лора что-то кричала пилоту, отходя от машины:

— Сади... только за ... ом ... пару ...кунд, удачи!

Винтокрыл уверенно взлетел, слабо отражая последние лучи дня своим толстым бортом. Описал круг, слегка задрал хвост и на небольшой высоте полетел в сторону капсулы.

Ребята ничего не стали спрашивать, глядя на хмурые лица стоящих неподалеку бойцов.

Подошедшая Лора выдала два пакета продовольствия и молча ушла в сторону строящих стену мужчин.

— Ты должна лететь, — буркнул Дэвид между делом, жуя гречневую лапшу. Линда отпрянула, будто защищаясь:

— Я никуда не полечу...

— Просто подумай об этом. Главное — выжить.

Ричард откинулся на стуле и заговорил куда-то в потолок:

— Мы котята, Линда. Мы не смогли защитить тебя даже от грёбаного деда... Посмотришь, как они разобрали меня и пацанов? Скинуть вам? — воксы мигнули, получив входящий поток.

Толстый огненный трассер. Поворот головы вслед за стрелой. Её удар о блеснувшую кожу старика. Его улыбка. Крик Джона: «Стив, нет!» Молниеносный забег Джона в сторону врагов. Падающее и будто растекающееся тело Стива. Голос Ричарда: «Мама, я в телевизоре!» Рывок в сторону ближайшего лысого. Прямой удар ногой в грудь, сбивший его с ног. И сразу нырок — под хук справа. Таз разворачивается, толчок носком правой ноги... Темнота.

— Полетели со мной, — вздохнул Дэвид.

Линда кивнула и выдавила сквозь зубы:

— Если я умру... расскажи там, во Фригольде... что здесь жила девушка Линда. И она говорила с Древом.

— Обещаю. Я тоже видел сон. И всех тех людей, которые тут жили. Но такого тёплого чувства, как у тебя, я не испытываю. Для меня это... добрый фонарь, что ли.

— Пойдём, поможем со стеной? Спать не хочется, — предложил Ричард.

И следующие несколько часов они уже добровольно строили свой оборонительный рубеж.

Глава 31

«Высоко. Хочется выбраться! Упасть вниз, искать. И сразу жрать! Внизу вкусно. Хочется сожрать их всех! Но Боль приближается. Терзать, мучить Боль! Долго... Расти. Повелевать...»

——

Дэвид открыл глаза на рассвете и прислушался к звукам выбегающих из соседних палаток людей. Он ткнул Ричарда в плечо и тихонько, чтобы не разбудить Линду, поднялся. Уже на улице, повернувшись в сторону удаляющихся бойцов, он увидел низко летящий Клюван. К узлу подвески в хвосте карабином был прикреплен трос, удерживающий сеть, внутри которой билась в агонии какая-то тварь.

— Ха-а, языка взял! Ну, Бэрт! Получит... — выкрикнул на бегу высокий боец, надевая шлем.

Дэвид с Ричардом побежали следом.

— На хрена ты притащил это дерево, Бэрт? Что за дурость! — услышали они голос стоящей под винтокрылом Лоры. Она упёрла руки в пояс и, подняв голову, скептически смотрела на дергающуюся сколопендру.

— Ладно, садись помалу.

Упав на грунт, тварь в гневе грызла жвалами металлические тросы, оглашая окрестности мерзким всечастотным визгом. Выскочивший из винтокрыла пилот в повёрнутой назад бейсболке с улыбкой отрапортовал:

— Дали метку, прорядили! Нашли лёжку, бахнули и кинули три патрона! Потом ещё один. Покружили, заметили эту прелесть. Не знаю... Почему нет? — пожал он плечами, глядя на дёргающийся в сетке костяной клубок.

— Скажи, Бэрт. Ты же не включал свою музыку во время атаки? — процедила Лора.

Тот опустил голову.

— Штраф — бронза. Сейчас!

Они провели странные манипуляции руками.

— А что включил? — шёпотом спросил здоровяк в шлеме.

— «Sonne».

Мужчина представил кружащий над ульем Клюван, в рубке которого команда хохочущего Бэрта стальным дождём приучала тупых тварей к тяжёлому земному року. И глубоко вдохнул вытянутыми губами.

— Тихо! Что вы как дети?! А... — Лора махнула рукой и ушла. — Делайте с ней что хотите...

Дэвид с интересом разглядывал этого молодого пилота в кепке. Одет в чёрный кожаный костюм, среднего роста, лет двадцать пять. Гладко выбрит, аккуратные черты лица. «Действительно, психопат, — подумал Дэвид. — Надо же, притащить тварь к Древу, потому что «почему нет?» И как с ним лететь?»

Внутренний диалог прервал Ричард, присевший у барахтающейся в сети сколопендры.

— Зубастая... А приручать не пробовали? На цепь посадить и пусть охраняет. Уав! — выдал он.

Сколопендра заверещала.

— Попробуй, — предложил Бэрт, оставив рот открытым. Он прикусил губу и тихо зарычал.

— Надо... огнемёт? — Ричард почесал затылок.

— Бэрт, остынь... — возмутился крупный мужчина в шлеме, поднимая стекло.

— А чё? Не с первого раза, так с третьего. Вон он какой... любознательный. Тебя как зовут, кинолог?

— Э-э... Рич, — смутился он, силясь понять смысл сказанного.

— Окей, Рич, держи меч, — Бэрт протянул короткий, слегка погнутый меч, похожий на римский гладиус.

— Ты же выбрал ему оружие просто из-за рифмы? — уточнил мужик в шлеме.

— Выбрал не я, а случай! — поднял Бэрт палец вверх.

— Бэрт... ты психопат в натуре, тебе правда лечиться, надо.

— Дак! Я сейчас увезу эту тварь обратно, и никакого кино не будет!

— Да ладно, — поднял тот руки. — А что за приз ты пацану придумал?

— Будет вам ядра вырезать.

— Ты так не шути... — вставил стоявший рядом невысокий мужчина с густыми рыжими усами, который ранее не произнёс ни слова.

— Это не шутка, Билла никто не забудет, — посерьёзнел Бэрт.

— Да ладно, пацан обоссытся. Видно, что бравада, — заключил большой Дак.

— Чего? Ну, выпускай её! — крутанул Ричард мечом. Он немного вышел из себя из-за такого пренебрежения.

——

«Убить. Убить! Выбраться и сожрать Боль... Много тёплых, подарю Боль! Много Боли. Разорвать каждого изнутри! Выбраться. Убива-а-ать...»

——

— Ну, встаньте поближе к Древу. Будете забором. Ты! — показал он на Дэвида — За ними. Ты! — на Ричарда. — Стой здесь... Ну хоть помаши мечом, потренируйся. Пока я музыку включаю.

Под очередную древнюю дикую мелодию в пятне от прожектора Ричард встретил летящую в него шестидесятикилограммовую визжащую тушу и успел выставить вперёд меч перед тем, как она воткнулась в него мордой, сбила с ног и вцепилась в горло. После чего её оттащили за хвост. И на том же месте, будто от холодного удара в грудь, он очнулся и резко подпрыгнул. Тварь кто-то проткнул длинной пикой, пригвоздив к земле. Она была... в бешенстве.

— Первый раз не считается! — крикнул сидящий на краю грузового люка Бэрт, держа какую-то тёмную бутылку. Дернул рукой, и пика поднялась в воздух, освободив монстра.

Ричард понял, что его сейчас очень эффективно вылечили, и что смерть здесь крайне маловероятна. Он кулаком оттолкнул сухую почву, оцарапав костяшки, встал в стойку и снова встретил летящую тварь своим лицом, отрубив ей перед этим несколько ног в передней части слева. После чего проснулся. Смахнул с груди полстакана своей крови и первый бросился на противника. Отпрыгнул влево и со всей силой всадил клинок ей в спину — поближе к голове. Тварь ударом хвоста рассекла трицепс левой руки, отбросив его назад, и поползла в атаку, оставляя борозду торчащим снизу мечом. Ричард слегка запаниковал и просто прыгнул на неё сверху, пиная пяткой меч и ломая сколопендре внешний скелет. Она, защищаясь, хотела свернуться клубком, но Ричард вырвал меч и под безумие динамиков несколькими ударами отсёк её мерзкую голову. Подошёл к голове и направил струю крови с левой руки ей в морду.

— Жри, мразь, ты этого хотела...

Жвала шевельнулись, и он до хруста хитина надавил ногой на голову. Бросил меч, сел на землю и, глядя в одну точку, тихо сказал:

— Ну вы и уроды.

Глава 32

— Что за музыка играла ночью? Устроили «open-air»? — натягивая ботинок, спросила Линда у предусмотрительно стоявшего к ней правым боком Ричарда.

— Ага... Потанцевали, — посмотрел он на сглотнувшего Дэвида.

И они втроём направились к Лоре на завтрак.

— Дэвид, будь у машины, через два часа вылет. На время полёта ты в распоряжении Бэрта. Он капитан, и все его команды должны выполняться. Всё понял? — сурово выпалила Лора, что-то фиксируя в журнале.

— Да, всё понятно, — спокойно ответил Дэвид, не ожидая от этих команд чего-то сверхъестественного.

— Угощайтесь. — Она выложила на стол три пакета. — Ты сегодня опять на стене, — оценивающим взглядом пробежалась по Ричарду.

— А сколько лететь? — осмелился уточнить Дэвид.

— Пятнадцать суток. Мы вылетели на пару дней раньше выхода Барретта. Но часть пути он прошёл стрелами, а мы так. Не догнали... — сжала губы, поднялась и вышла.

— Встаём кучнее, ну чего вы! Улыбаемся! Линда, надень на Экзо кепку, ну! Дэвид, возьми Рича на руки! Поднимай, сказал, я капитан! Так! Раз... два... три...

Именно такие редкие мгновения восторга грели сердца этих людей. И лишь Ричард, сидящий на руках у товарища, думал о другом. В каждой вспышке камеры он видел бездну.

После седьмого снимка Лора прервала пилота и, толкая его в спину, отправила запускать Клюван.

— Дэвид, я буду скучать! Спасибо тебе. Расскажи про нас! — крикнула Линда, перебивая шум винтов. Одной рукой она держала волосы, другой — прикрывала глаза от песка.

Ричард молча, без улыбки, смотрел на друга.

— Да вы сами всё расскажете и покажете! Я постараюсь вернуться. — Он замялся.

Все поняли, что Дэвиду неловко. Он и улетать-то уже не хочет, но решение принято.

Дэвид сел в кресло и в раздумьях повернулся к иллюминатору.

«Прощу ли я себе, когда буду вспоминать о них? Или сойти?»

— Пристегнуться! — хлопок ремней и резкий рывок.

«Уже поздно. Летим».

Глава 33

— Нормально ты вчера отжёг, пацан, — обратился к Ричарду усатый мужичок, который вчера осадил Бэрта.

Теперь они вместе укладывали на стену обмазанные глиной камни.

— Рич, да?

— Рич.

— Я Джозеф, можно просто Джо. На Бэрта особо не сердись, он псих. Но план сработал, да?

— Не знаю... А когда я вступлю к вам?

— Честно, я бы не советовал. Мы мрём как мухи. Живи лучше со своей девочкой, — рассмеялся он.

— Да у меня от спокойной жизни депрессия. И вопросы лишние в голове. Я, наверное, тоже псих, — заключил Ричард.

— Ты не спеши, Рич... Забирайся, сверху будешь класть.

Стена постепенно превращалась в длинный широкий вал. На него переносили турели и устанавливали дополнительное освещение. Ричард глубоко вздохнул, наблюдая изменившийся ландшафт. «Даже несколько человек могут изменить условия жизни, баланс сил и, в общем-то, будущее целого региона. Наверное, это и есть цивилизация».

Глава 34

Расположившись в десантном отсеке, Дэвид вступил в переговоры с совестью. Он старался доказать себе, что принял единственно верное решение.

«Дышать, думать, созидать, любить — это обязанность человека. А сознательно превратиться в сандвич для пары безумных тварей — настоящее предательство сотен поколений предков. Они сквозь ужасы древности передавали свои гены не для того, чтобы я просто так расстался с жизнью».

— Перебирайся к нам! Четвёртым будешь! — услышал он звонкий женский голос.

— Прыгай на место второго стрелка. Э-э... Экипаж, слушай мою команду: всем представить, что у нас есть вторая турель, — сухим голосом передал Бэрт по внутреннему микрофону.

«У-у-у, началось», — подумал Дэвид.

— Подлётное время: пять минут, — доложил штурман, молодой парень лет девятнадцати с полностью белыми короткими волосами.

— Стрелки́, готовы?!

— Первый готов! — отрапортовала курносая девушка лет двадцати и положила руки на джойстик.

Все раздражённо повернулись в сторону Дэвида.

— Готов... — смущённо прошептал он, подняв брови.

— Руки! — прикрикнула коллега.

Он быстро повторил её движения. Все отвернулись.

— Две минуты!

Дэвид увидел на ранее тёмном экране жёлтую, слегка дымящуюся горку с бегающими вокруг красными силуэтами.

— Go-o-o-o-od morning, Vietnam! — заорал Бэрт во внешний микрофон.

В такт нарастающей ритмичной музыке он перехватил управление ракетной установкой и выпустил по дымящейся горке пакет «ведьм» из-под левого крыла.

— Стрелки́! Ориентируясь по целеуказателю! Короткими очередями! Огонь!

Дэвид, неловко бегая глазами, двигал руками в такт движениям первого стрелка.

— Кучнее! Мажешь! — подлила масла в огонь довольная девушка.

«Ещё одна чокнутая», — он непроизвольно качал головой под мелодию, попадающую в такт ударным волнам.

После пяти минут мучений Дэвида последовала команда:

— Прекратить огонь!

Далее они по целеуказанию штурмана, зависнув над кучей, скинули в её центр четыре оставшихся пиропатрона. Дэвид услышал дикий визг. На мониторе отражалось множество уцелевших силуэтов, бросившихся в сторону очага возгорания. Куча превратилась в подобие вулкана, извергающего расплавленную породу. Одна сторона очага растаяла и выплеснула волну магмы в сторону бежавших в глупую атаку тварей.

— Ну всё, зажгли вулкан. Жаль, что награды не будет. Сэм, дотянешься до Лоры?

— Уже нет.

— Ладно, домой. И накинь камуфляж, чего мы светимся.

Спустя четверть часа, оставляя за собой пылающий ад, Клюван поднялся на полтора километра и тихо ушёл в темноту.

Глава 35

— Вот, это тебе, — Ричард, присев у лежанки, протянул широкий золотой браслет.

— Это что? Где ты это взял? — возмутилась Линда, покрутив браслет в руках. На его внешней стороне виднелись три камня, один из которых блестел жёлтым.

— Я думаю, это защитный артефакт, — ответил Ричард. И после паузы добавил: — Снял с руки того старого урода.

— Фу, это неприятно. Но если он защитный...

——

— Хорошая бронза, с усилением, — удивлённо заключила Лора. И посмотрела на Ричарда. — Возможно, тебе пригодится. Дак о тебе спрашивал. Предлагает взять тебя. Так сказать... на стажировку. Что думаешь? — она переводила взгляд с быстро кивающего парня на отрицательно качающую головой девушку.

— По-другому быть не может, — спокойно ответил Ричард.

— Рикс однажды сказал мне: «Путь обретается в смерти». Он уже мёртв. И ты, и ты, — отвела Лора взгляд, как будто вспоминая что-то. — И я. Подумайте об этом. Ричард, сегодня вечером к Даку. Идите.

— Случай предоставил тебе опыт работы с мечом. У меня нет полномочий спорить с ним. — В сторону Ричарда рукоятью вперёд полетел полуторный меч. Он кое-как со страшной гримасой перехватил его и опустил, держа двумя руками прямо перед собой.

— Осторожно, могу поранить!

Дак вздохнул.

— Начнём сначала. — Он опёрся рукой о дымящуюся тушу сколопендры, подвешенную на осветительном столбе.

— Дистанция... Вытянутый меч плюс один шаг. Всегда. Никаких шуток, игр, ты отвечаешь за меч. Стойка... Меч на противника, нога вперёд, колени согнуты. Хват... Не мёртвый, а умеренный, собранный, как рукопожатие. Удар... секрет в ногах. От них усилие волной передаём на бедра и так далее. — Он откуда-то достал огромный двуручный меч и медленно продемонстрировал два удара сверху.

— Значит так. Древние мастера на Земле годами закаляли тело, чтобы оно выдерживало длительные тренировки. Но у меня есть руна Волны восстановления... Помогает при лёгких повреждениях. Поэтому ты должен сегодня до ночи МЕДЛЕННО нанести две тысячи идеальных ударов. Перезарядка руны два часа, так что каждые пятьсот ударов — я буду приходить, стирать твои слёзы и поправлять локти. Не забывай: весь импульс от ног. А руки только направляют удар.

Ричард сбился со счёта сразу. Но исправно рубил извивающийся труп, похожий на драный гнилой кукурузный початок. Брызги ядовитого ликвора разъедали комбинезон и текли по телу, оставляя гноящиеся ожоги. Он и правда вытирал слёзы лишь в редкие моменты облегчения — когда долгожданная целебная волна восстанавливала повреждённые волокна и эпителий. И вновь позволяла телу, не оглядываясь на боль, доводить верные движения до автоматизма.

Медленно произведя последний удар, полоснувший по оголившемуся органу твари, он дрожащей рукой передал меч Даку.

А ночью, пытаясь уснуть, в моральном истощении слушал, как бойцы Линды, перебивая друг друга, кричат во сне. И понимал, что скоро присоединится к этому хору.

Глава 36

Рано утром Ричарда разбудили приглушённые голоса. Он протянул руку и потрогал холодную простыню — Линды не было. Накинул перешитую куртку и выглянул из палатки, сразу обратив внимание на компанию, галдящую вокруг фонаря.

В кругу сидела и Линда, и его новый знакомый — усатый Джо, и даже Лора. Она хохотала и хрюкала рядом с могучим Даком. На подходе Ричард услышал часть истории, в которой Бэрт на Грифоне утащил у лысых огромную чёрную корову вместе с дояркой.

— ... Да отпустили её, конечно. Довезли до границы, рацион выдали. Только корову обратно везти он отказался. Вообще ни в какую!

Ричард присел.

— Да, Бэрт... Через месяц будем ждать, — вздохнул мужчина лет тридцати пяти с рассечённым лицом. — Продержаться бы.

Лора по-кошачьи зашипела и угрожающе потянулась красными ногтями в сторону покалеченного лица.

— Не нагнетай ты, Алекс! Обычная командировка. У тебя на Земле таких не было?

— Были и сложнее.

— Ну вот, а если постараешься, через триста лет здесь будут легенды рассказывать о музыканте с кривой рожей.

— А все девчонки Фригольда по очереди присядут на твою вавку. На морде, — уточнил Дак и виновато посмотрел на удивлённую Линду.

— Маргиналы, — отозвался Алекс.

— Сочинил что-нибудь? Ну давай, доставай свою пианину, — прикрикнула на него Лора.

У Алекса в руках появился небольшой музыкальный инструмент, похожий на трёхструнную гитару. Он мягко накрыл струны ладонью, будто отгородившись от веселья. Поднял голову:

— Это про Него.

Сильный голос тянул и переливал гласные в разной тональности. А три струны лишь изредка добавляли красок в композицию, привлекая к себе внимание живности, кружащей вокруг фонаря.

О, времена!

Когда Искуснейший укрывал слабых.

Те далёкие времена.

Когда купался мир в сиянии вечном.

Те дни!

Когда Ты с нами Сидел рядом.

Вот когда.

Когда люди славную жизнь жили.

Вот когда.

В печах пели Истока тигли.

Вот когда!

Когда Творящая приняла Имя!

Вот когда!

Защитник нам явил Силу!

Ведь тогда

В нашу стену уже били...

— Ну ты загнул! — перебила его Лора. — Пропагандируешь тупые легенды местных? Ты как вообще запомнил эти имена? Я тебе на полигоне три недели формации вбивала!

Она поднялась, достала откуда-то крупное яблоко и со всей силой запустила им в лоб Алексу.

Под хруст разлетающегося фрукта Дак молча закинул бьющуюся в истерике девушку на плечо и понёс к большой палатке. Она ещё что-то кричала и даже предлагала Алексу побриться налысо, но вскоре затихла в палатке.

Никто не комментировал её истерику. Они так и сидели вокруг фонаря, слушая древнейшую поэзию — написанную на забытом языке, давно утерянную. Но воскресшую вновь. И, сквозь тысячелетия, в новом виде всё ещё актуальную.

Ричард прямо смотрел в блестящие глаза Линды. И думал о том, что его путь — сражаться вместе с этими безумцами. Не за выживание, а за право на вот это — на песни у костра, на дружбу. И на память.

Глава 37

Постепенно Дэвид привык к монотонному гулу импеллеров стальной птицы, летящей сквозь мёртвое пространство. Но время от времени он вздрагивал от новых звуков — тревожные щелчки совпадали с появлением объектов на экране локатора, а чавкающему во сне капитану, казалось, нет до этого никакого дела.

Дэвид решился перебить его храп:

— Что за объекты внизу?

Девушка вгляделась в монитор:

— А, я называю их «змейки». Им холодно, и они присасываются к тёпленькому. — Увидев, тревожный взгляд пассажира, добавила: — Но они глупые, обычно не замечают нас под камуфляжем. Да и летают низко, не переживай.

Она вздохнула и повернулась к тёмному иллюминатору:

— Я Мари. Нам ещё долго лететь. Работать на винтокрыле так скучно. Я уже половину земных шоу пересмотрела... А Бэрт всё время спит. В сутки часов пятнадцать может проспать, представляешь? Но лучше так. Мы с Сэмом успеваем прийти в себя! — рассмеялась она. — Сэм постоянно играет в свой Вокс, — скривилась, глядя на закатанные глаза парня. — А я эти игры не понимаю. Глупость какая-то.

Дэвид вгляделся в её лицо. Тусклый свет выделял курносый носик и пятнышки веснушек под большими глазами. «Красота», — подумал он, потеряв нить разговора.

— А почему твои друзья не улетели?

— Почему?.. — Дэвид попытался разобраться в эмоциональной каше.

— Я думаю, что Линда не захотела бросать Росток. Вот. А Ричард её очень сильно любит, — заключила девушка.

— Да, наверное...

— А ты третий лишний, получается, — хихикнула она.

— Всё именно так, — с улыбкой подтвердил Дэвид. — Мари, расскажи о Фригольде, пожалуйста.

— Ну... это надолго! Нас там уже почти тысяча человек. Сорок два Восходящих. Осталось. Но Рикс хочет довести число до шестидесяти. — Она заговорщицки подмигнула. — Чтобы и Росток защитить, и от лысых отбиться, если что. Я не люблю лысых. Они берут в плен всех наших, кто падает на их земле. У них большая территория и много Восходящих. Древний народ. Наверное, потому и одичали. — Она задумалась, глядя на экран с пролетающим внизу синими полосками. — Видел их татуировки? Похоже на синяки. Как будто кружку в лоб кинули, — прыснула со своей же шутки, наблюдая за реакцией мужчины. — Вот такие у нас соседи. Но они живут ближе к Древу, а мы на периферии. Почти в тени — вне теплиц вообще ничего не растёт. Потому Рикс и хочет перевезти всех к новому Ростку, — подняла она пальчик вверх.

— Слушай, что это за планета вообще?

— Ну, это сложно, я не объясню. В моих шоу этого нет, ха-ха-ха! Вот, возьми брошюрку, мне приказали выдавать её всем, кого подбираем.

Она протянула небольшую открытку с разноцветными картинками. На первой был нарисован полый шар в разрезе. Внутри него тускло блестело голубое веретено.

Дэвид взглянул на вторую картинку. Здесь была изображена внутренняя часть шара со множеством звёздочек по всей поверхности.

На третьей — от одной из звёздочек исходила стрелка, которая, судя по всему, указывала на карту Круга. В центре находилась небольшая гора. На её вершине сияло огромное белое Древо с подписью «Эц-Шамаим». А восточнее, несколько расширяя круг, в окружении зелени находилось Древо поменьше с подписью «Эц-Тохилет». Дэвид заметил пунктирные линии, которые делили всю область на несколько земель. В центре ровная круговая линия выделяла земли Народа Шамаим. Они занимали около сорока процентов всей освещенной области. Восточнее, полумесяцем огибая земли центрального народа и, заходя на освещённую часть моря, находились земли Народа Малого Древа. Юг был укрыт туманом — Дэвид решил, что люди ещё не добрались до этих мест. Запад, вероятно, был за народом лысых, так как рядом с красной подписью «С'Ално'Са» была карикатурно нарисована злая лысая голова. Северные земли жёлтым шрифтом были обозначены как «Тхары». На северо-западе, в тени, расположилось небольшое пятно с надписью: «Фригольд «Воля».

— Мари, кто такие Тхары? — спросил Дэвид.

— А, это ещё одни вредные соседи. Экзарх круга изъял у них и у лысых часть теневых земель, чтобы дать нашему Риксу возможность основать Фригольд. И оба эти народа плохо к нам относятся. Только лысые очень грязно себя ведут, а Тхары просто отказываются с нами разговаривать. Мы даже к Древу можем пройти только по их общей границе. Не лучшее место нам выделили. И го́лоса на Тинге у нас нет, и не растёт там ничего, и черви из темноты постоянно лезут. — Она вздохнула. — Конечно, не как у малого Древа. Там, говорят, из моря сам Страх выползает... бр-р.

«Из моря тоже? Как здесь вообще люди живут?»

— В общем, пока держимся за счёт технологий. Но нужно потихоньку перебираться к Ростку. Думаю, трёх больших циклов хватит, чтобы всех перевезти и построить там укрепления. Но сейчас лысые видели нас. Даже и не знаю, что дальше будет.

Больше Дэвиду не хотелось ничего спрашивать об этом мире, он понимал, что ничего хорошего не услышит.

— Ты такая молодая. Как попала в проект?

— Мне двадцать! — подняла она подбородок. — Поступила в лётную академию, потому что любила одного офицера. А на втором курсе он меня бросил... Ну я и записалась. — Мари виновато улыбнулась, пожав плечами: — И вот...

«Тоже заблудилась. А почему такая весёлая?»

— Актриса... — прошептал он вслух.

Мари подняла бровь.

— Да чтоб тебя! — выругался сзади Сэм.

«Проиграл».

Глава 38

В пустыне бесконечной холодной тьмы юная звезда любви и света медленно, но неуклонно приобретала свой привычный зелёный оттенок новой жизни. С каждым новым днём растительность Круга отвоёвывала новые и новые площади.

В стороне, которая находилась за Древом, вокруг палаток сухие веточки плодовых саженцев, формируя очертания будущего сада, превращались в компанию маленьких пушистых кустиков.

Лора регулярно заглядывала к Линде — обсудить расположение посадок и просто поболтать о будущем этого места и их самих.

— Расскажи... чего ждать? — спросила Линда в один из таких моментов, пропалывая заросшую грядку.

— В плане безопасности? Ну... Судя по тому, что червей нет уже целую неделю, Бэрт их хорошо поджарил.

— Но мне мало верится в то, что угроз больше нет... — покачала головой Линда, вспоминая неожиданные повороты, подкинутые судьбой за эти несколько недель.

— Этот мир огромный, я даже не могу представить эти расстояния и мощь местных. Сильное серебро, золото... это божественные возможности. Но я считаю, что на данном этапе нам больше всего угрожают обычные люди. — Лора присела рядом, вздохнув:

— Хорошо, что они закрыли портал. Боялись полноценно воевать под Древом. А мы ещё не научились создавать порталы... Но и червей, кстати, списывать рано. Придут. Они всегда приходят.

Лора указала на большую палатку:

— Но после развёртывания здесь будет неплохая оборона. Фригольд выделил систему «Барьер» с боевым гамма когитором! Я, признаюсь, с таким ещё не работала. Скоро мы его разбудим, — злорадно улыбнулась она.

— Лора, есть предложение, — перебил ее размышления подошедший Дак. — Мы тут уже неделю просто сидим. Выделишь пару человек? Двинем туда, руны соберём. Может, что осталось. Добьем мамашу. В перспективе... кто-то атрибуты закроет.

— Ты заскучал?! Предлагаешь мне отправить малую группу из трёх человек в гнездо? — она поднялась, откусывая морковь и, жуя, продолжила:

— Важна общая эффективность, Дак! Решения касательно проекта принимаются не тобой и не мной. Эти три лысых урода ушли не просто так — они и не планировали здесь оставаться, потому что знают... что здесь будет. А мы зашли в игру. Хотя и не с лучшими картами, но в этом случае риск оправдан. И мы не можем распыляться на хотелки нескольких Восходящих. Потеря даже одного из вас ставит под угрозу вообще всё. Ты понимаешь, что свой Круг — это как свой континент — дикая перспектива? — она взмахнула морковкой, как указкой. — Рикс ожидает помощи от экзархов соседних Кругов. Это игра по-взрослому, которая выводит нас наверх. И мы уверены, что Наблюдатель не бросит Росток, а с ним и нас. — Кивнула в сторону Дорифора. — Может, и золото какое-то мимо пролетит... примет задание. Так что сиди на месте и жди приказа. Не переживай, мы с тобой ещё успеем сдохнуть в Улье. — Дак кивнул и развернулся было, но Лора продолжила: — Как там пацан твой? С ума не сойдёт? Неделю тренировать один удар...

— Моя методика. Экспериментальная... Сегодня планирую начать отработку второго удара. — Он направился к Ричарду, который уже в полуобморочном состоянии выводил атакующий пируэт у разлагающегося куска хитина.

— Ну, поздравляю. Ты теперь специалист в области опускающегося удара. — Он похлопал Ричарда по плечу. — Пора разучивать удар снизу.

Глава 39

Время в летящей сквозь тьму машине представлялось Дэвиду вязким густым туманом, который дурными воспоминаниями брал с него плату за проход.

Дэвид не слишком любил замкнутые пространства, никогда раньше не участвовал в столь длительных перелётах и при отсутствии смертельной угрозы ни за что бы не согласился провести столько времени в кабине с малознакомыми людьми. Но общение с молодой красавицей Мари позволяло ему отвлечься и от физических неудобств, и от противного чувства вины перед ребятами. Той вины, что без конца давила на диафрагму, будто он снова дышал сквозь кислородную маску в тёмной мёртвой пустыне.

— Скоро прилетим, — шепнул довольный Сэм, приоткрыв дверь в десантный отсёк. — А что вы тут делаете?

Услышав эти слова, Мари резко застегнула блузку, встала, и, краснея, убежала в рубку.

— Я... показывал Мари упражнения. По восстановлению краниосакрального ритма. У тебя, кстати, тоже неверное положение головы. Нужно поставить атлант и устранить функциональные нарушения, — выпалил Дэвид и кивнул в сторону раздвинутого кресла.

— Да... Как доиграю, подойду, — ответил растерянный парень.

Довольный своей находчивостью, Дэвид включил старую запись стрима знаменитого популяризатора истории. Говорилось о том, как событие Импакта ценой чудовищных жертв поможет нашей цивилизации справиться с безумием терминальной стадии рентьерского капитализма. «Корпоративный голем» с помощью средств цифрового контроля полностью захватил умы, ресурсы и даже мотивацию практически всего населения планеты, реализовав проект кульминации отчуждения. Его суть была в полном отчуждении человека от результатов его труда. От своих мыслей и целей. И даже от других людей, превратив всё общество в безотказный инструмент для безумных идей меньшинства.

Но пришествие Чёрной Луны и связанные с этим катаклизмы — наводнения, землетрясения и глобальная война с захватчиками — позволят человечеству мобилизоваться, справедливо перераспределить ресурсы и сделать шаг в сторону новой эры технодемократии.

Дэвид, слушая эти сказки, лишь усмехнулся: «Да просто установят военную диктатуру над выжившим населением и всё. Ограничат права и свободы ещё сильнее, начнут социологические и генетические эксперименты, а в итоге сами сгниют изнутри, снова дойдя до каннибализма. Очевидно». И вернулся к просмотру своей любимой лекции: Кризис и Падение Римской Республики первого века до н. э. Коррупция, неравенство, популизм и глупая борьба элит этого периода, гражданские войны и убийство Цезаря в сенате захватывало Дэвида.

Время от времени переслушивая эту запись, он снова и снова приходил к выводу о том, что природа разума в поисках безопасности гонит человека: от бедности к богатству. От богатства к власти. А от власти — к безумию.

И этого не изменить.

Если только не начать с конца...

Глава 40

Тихие, спокойные дни, озаряемые задорным светом маленького чуда, позволили команде немного перевести дух. И Линде, наконец почувствовавшей себя в безопасности, вновь приснилась младшая сестра из прошлой — земной жизни.

Малышка, сидела на скамье в парке, положив голову Линде на плечо. На её коленях прыгала птица — задорно щебетала и била крыльями.

— Сестричка, а что ты мне подаришь?

— Подарю... а что за праздник?

— Вообще-то, у меня скоро день рождения, — пробормотала девочка себе под нос.

— Ну, карандаши?

— Карандаши. Ну ладно.

— А что ты сама хочешь?

Большие глаза распахнулись.

— Мне так скучно и одиноко... Можно мне белочку и... кролика, и собачку, и кошечку, и курочку...

Линда рассмеялась:

— А мама не будет против?

— Мама? Она очень обрадуется. Она любит всяких зверьков. И людей. Вот ты ей очень нравишься. И мне тоже.

— А сколько тебе будет годиков?

— Я не считала...

— Да, Софи, ты у нас такая выдумщица.

Девочка в ответ подняла свои длинные ресницы, и пространство вздрогнуло. Её глаза ударом молнии проникли в самую душу, заставив Линду хрипеть в немом экстазе. А слова разорвали сон громовым раскатом:

— Зови меня Ауэль...

Глухая вибрация этих слов безукоризненной нотой билась в воздухе, пронзая время и пространство.

Линда открыла глаза, дрожа всем телом от соприкосновения с абсолютным величием, и глубоко, хрипло вздохнула. А затем долго наблюдала, как вязкая сладость этого голоса медленно затихает, превращаясь в далёкое эхо настоящей жизни. Эхо, которое отныне жгучей искрой разгоралось в её груди. Наблюдала за тем, как свет за окном постепенно набирал новую силу, неумолимо расширяя свой Круг.

«Можно мне собачку?

Можно тебе — меня...»

— Пришло интересное задание Наблюдателя... — обронила Лора, вырвав между делом один из сорняков.

— Мне тоже. У Ауэль скоро день рождения, и она хочет, чтобы мы подарили ей зверюшек: кролика... кошечку... э-эм... собачку и, кажется, курочку, — ответила Линда, загибая грязные пальцы, и посмотрела в округлившиеся глаза Лоры.

— Ты что, вступила с Древом в контакт? Как?!

— Она мне снится иногда. Такая... чудесная. — Девушка с восторгом взглянула на Древо.

— Я буду рапортовать о том, чтобы тебе при первой же возможности дали стигмат... У нас в Круге есть всего одна Говорящая с Древом. Там целая династия, большой храм. Люди приходят туда поклониться, пожертвовать и передать Древу своё желание.

— Хм…

— Да, удивляешь... А моё задание не такое точное. Просто: принести в новый Круг несколько животных.

— А что за стигмат ты упомянула?

Лора показала шляпку гвоздя на запястье:

— После установки ты сможешь использовать интерфейс Восхождения. Развивать своё тело и личность. А в момент смерти стигмат станет якорем для души и не отпустит её за грань. Он будет хранить её до передачи в храм Вечности, — она указала на голубое веретено в небе. — Там, говорят, другая реальность. Много миров. И нет смерти.

— Звучит как полная хрень... Моя душа будет принадлежать какому-то храму, а потом её запрут в этой штуке? А смысл?

— Ну... я всего лишь рубака с десятком серебряных атрибутов, поэтому расскажу, как смогу. Наш Рикс посмотрел одну сагу... там говорилось, что когда-то давно человечество столкнулось с тотальной угрозой. Предки этих червивых тварей, которые сейчас не дают тебе спокойно заниматься земледелием, пришли неизвестно откуда и чуть всё здесь не сожрали. Тогда какой-то гений... в общем, они построили этот мир, как огромную крепость. И внедрили систему восхождения, по которой некоторые души развивались в нечто большее, способное противостоять тварям. А сейчас... наши учёные не видят признаков того, что появляются новые такие души. Поэтому мы, люди Земли, должны пройти этот путь! — гордо завершила она свою речь.

— Да тут и учёным быть не обязательно. Это Восходящие на моём лице хотели расписаться в своей же деградации... Это они хотели унизить меня, показав своё падение. Так что оставьте, наверное, ваши гвозди себе, а я хочу умереть свободной.

Глава 41

Архив Аур Ларена. Хранителя резервного домена народа Ваолар.

Год 3 791 с момента Утраты.

Домен памяти, служения и ожидания превратился в жерло тирании.

Они жрут друг друга. Счастливые.

Дэвид, укрывшись одеялом с головой, лежал на широком разложенном кресле. Он вновь пытался уснуть, чтобы сократить время полёта.

«Как же достал этот гул... Уже почти две недели грёбаные винты не дают мне спокойно жить. Когда мы уже сядем, и я забуду эти лица? Достал придурок Бэрт, его дебильный дружок игроман Сэм, эта тупая курица Мари. Она что, меня обнимает? Какая же она мерзкая... Отдалась почти сразу, грязная тварь. Сейчас я открою глаза и задушу сучку».

Он откинул одеяло. Пренебрежительно сбросил руку девушки со своей груди и, отстранившись, открыл глаза. Но рядом лежала не Мари, а отвратительная гусеница, похожая на ту, что давным-давно прикончил Ричард.

— Фу, тварь, бэ-э... — Дэвид толкнул её ногой и сел. Гусеница что-то недовольно пропищала и тоже начала подниматься.

Дверь рубки ударом распахнулась. И под странные вопли когитора вывалились сцепившиеся между собой мерзкие создания. Дэвид не сразу понял, где начинается одно и заканчивается другое.

То, что побольше, имело вид тёмного волосатого пятна. Выплёвывая на пол сгустки крови, оно кричало:

— Как же ты воняешь, тварь! Дэвид, он воняет!

Второе создание было похоже на скользкого водянистого кальмара. Оно что-то булькало и кусало противника за волосатую шею. Внезапно гусеница подползла и больно укусила Дэвида за бедро. Он вскрикнул и со всей силой сверху вниз ударил кулаком по её отвратительной морде.

Захотелось пойти в рубку и разломать там всё. Тогда винтокрыл рухнет, и Дэвиду можно будет сбежать из этого сумасшедшего дома.

Щелчок. В отсеке выключился свет. Металлический голос когитора нёс какую-то чушь про ментальное воздействие и срочный набор высоты.

— Да отстань ты, мерзость! — Дэвид освободил ногу от лап гусеницы и направился к мигающей красной точке впереди. Она сводила с ума... Хочется вцепиться в неё зубами...

«Что за чушь у меня в голове?»

Звук металлического голоса непрерывно разрывал перепонки:

— Капитан, фиксирую ментальное воздействие аномально высокого ранга! Немедленно примите снотворное!

Включился свет. Бэрт лежал в крови и ссадинах. На его шее были следы от зубов Сэма, он часто дышал и хлопал волосатыми губами. Сэм лежал рядом и хрипел от боли в неестественно вывернутой скользкой конечности. Очевидно, его плечевая кость сломалась от резкого вращательного момента.

Дэвид встряхнул головой, возвращая ясность сознанию, резко повернулся влево и увидел лежащую Мари. Бедняжка тихо стонала, её правый глаз не был виден из-за огромной гематомы на пол-лица, она шевелила мерзкими усиками, пытаясь что-то произнести.

— Это я? — тихо вздохнул Дэвид, поднеся ко рту руку, сбитую в костяшках.

«Так, соберись, у Сэма, возможно, повреждена артерия».

Дэвид открыл настенную аптечку, упал перед Сэмом на колени, вколол ему обезболивающее, зафиксировал голову и провёл иммобилизацию скользкой, будто нереальной, конечности. Затем бросился к Мари, погладил её по голове:

— Милая, ты помнишь своё имя?

Ответа не последовало. Он наложил ей давящую повязку с гелем от ушибов и переключился на капитана.

— Где болит? Дышишь нормально?

— Я! Боосс! — ответил волосатый безумец.

Дэвид проверил ребра на предмет переломов и пневмоторакса, и, не найдя особых проблем, рухнул на пол.

Слова когитора вдруг снова обрели смысл, линии расплывчатых чудовищ стёрлись, остался лишь хрип живых людей и металлический запах крови. В приступе нахлынувшего отрицания Дэвид выпил наконец таблетку успокоительного и затих.

Через неопределённое время шепелявый и больной голос лежащего на полу Бэрта перебил гул винтов.

— Гамма, высота.

— Четыре пятьсот, капитан, — ответил металлический голос из потолка.

— Признаки наличия любых сущностей за бортом.

— Мы удалились от группы из пяти теплокровных на расстояние около ста десяти километров.

— Это они атаковали? — не закрывая кровоточащий рот, пробурчал Бэрт.

— Оцениваю вероятность, как очень высокую.

— Озвучь свои действия.

— Зафиксирован необоснованный конфликт всех членов экипажа. После признания действий капитана неадекватными ситуации мной было принято решение о пуске двух управляемых ракет по расположению вероятного источника ментального воздействия. Затем инициированы стандартные маневры уклонения, отправка визуальных ловушек и резкий набор высоты. Параллельно проводились многочисленные безуспешные попытки восстановления контакта с капитаном и экипажем.

Бэрт откинул голову на пол и глубоко вздохнул.

— Слушай мой приказ: при наличии подобных угроз... в целях спасения экипажа и машины разрешаю снижать уровень кислорода до критического.

— Принято, капитан.

— Цель была поражена?

— Удар зафиксирован.

— Отправь ещё один Овод. Наведение по тепловизору.

— Ушёл.

Бэрт повернулся в сторону Дэвида и Мари:

— У-у, это ты её?

Посмотрев на смущённое разбитое лицо девушки, Дэвид познакомился с настоящим, бесконечным чувством вины. Он встал на колени, расцеловал её руку, обнял её хрупкие плечи. И под звуки шмыгающего носика у своего уха долго про себя повторял, что те злобные мысли в его голове были чужими.

— Дэвид... А если это была не атака, а контакт? Может, они просто… хотели поговорить?

Глава 42

В небе сияло скупое светило. Юное Древо тихо засыпало в гуще любознательных пчёл. Под ними копалась Линда, выбирая камни из своего огорода. Дорифор, уже неделю не двигаясь, словно античная статуя охранял всеобщее спокойствие.

Далеко, уже за пределами видимости, дежурная команда из трёх человек совершала обход своих секторов световой зоны. Параллельно людям периметр облетали четыре круглых беспилотника, которые являлись частью хвалёной системы «Барьер» — безоружными глазами боевого Гамма когитора. Он представлял собой чёрный чемоданчик с двумя антеннами и раздвижным монитором. Только Лора имела допуск к взаимодействию с ним. И Ричард, проводя очередную атаку, услышал, как она грубоватым тоном вводит когитор в курс дела.

— Цель: совместно с моей группой не допустить проникновения на подконтрольную территорию враждебных объектов. С людьми вступаешь в бой только после их агрессии или по моему приказу.

Из динамика донёсся стальной безэмоциональный мужской голос:

— Условия будут соблюдены.

Ричард взглянул на основную ударную силу системы — пусковую установку, недавно собранную бойцами. Она мерно раскачивалась на четырёх худых лапах. Над корпусом она имела вращающуюся пусковую установку из шестнадцати метровых труб. Сзади крутился небольшой локатор. А спереди, походя на длинный нос, двигался спаренный крупнокалиберный пулемёт с двумя ящиками боезапаса. Ричарду этот зверь показался карикатурой на собаку с рюкзаком, набитым петардами.

Представив, как эта псина рычит, прыгает по развалинам и отправляет ракеты в скопления червей, он удовлетворённо покивал головой.

«Ладно, не отвлекаемся! Справа, слева, справа, слева. Я просто рублю. Я просто убиваю. Я длань правосудия. Я небесный огонь. Я — это апокалипсис! Хочешь убить меня? Это я тебя убью. Я уничтожу весь твой род!» — минуты, часы, дни... Ричард медленно сходил с ума.

Его окружила стая золотых пчёлок, и в порыве гнева он разогнал её взмахом меча.

– Грёбаные черви! Вы часть мира?! Да мне плевать... Это я мыслю! Это я живу!

Новый взмах меча разрубил труп сколопендры надвое.

— И это я решил, что вы не достойны. Я сам вас сожру...

Дак наконец-то заметил, что ученик быстро усваивает технику, и сократил время отработки приёмов.

— Бить научились, — довольно подметил он. — Переходим к защите.

Ричард несколько утомительных часов, хрипло дыша, с трудом отбивал медленные атаки Дака, закрепляя новый навык.

«Как же это тяжело... Вот так всю жизнь машешь мечом, а потом в тебя стреляют из лука», — думал Ричард, вспоминая, как на лекциях ему было жалко французских аристократов времён столетней войны, которые познакомились с английским длинным луком.

— Так, упражнение: контакт-контроль. Старайся сохранить контакт наших клинков и параллельно проводи медленные атаки.

Дак был бронзовым Восходящим и, казалось, совсем не уставал — думал о своём, иногда посмеивался, что-то вспоминая. Он даже не вспотел за этот вечер. Ричард, напротив, промок с ног до головы и, если бы не лечебная руна, свалился бы уже давно.

Однако его, как и любого новичка, переполняла детская радость от долгожданной работы с партнёром. Ведь он уже две недели об этот мечтал, выбивая дурь из дымящегося мешка с костями на пыльной утоптанной площадке.

И сегодня Ричард наконец почувствовал свою принадлежность к чему-то сильному, мужскому, настоящему. Клинок в его руке был связью и с новым другом, и с бесконечной, безумно глубокой системой тело-меч, и с медленно просыпающимся самоосознанием.

Глава 43

— Пристегнуться! — послышался грубый окрик Бэрта.

Просиявшая от этих слов Мари мгновенно спрыгнула с кресла и пропала в рубке. Дэвид решил проследовать за ней — там и обзор лучше, и что-нибудь интересное можно услышать. Скука двухнедельного полёта сильно давила на его любознательную натуру.

Оглянувшись на звук, Бэрт поднял руку и возмущённо провёл большим пальцем по указательному — мол, когда 'скрип' закончится, ты сядешь пристёгнутым, или пожалеешь. Мари фыркнула. Дэвид успел. И, посмотрев вниз, отметил, что летят они очень низко.

Тьма куда-то ушла, и в пятидесяти метрах внизу наконец-то можно было разглядеть местный пейзаж: овраги и возвышения, остовы огромных построек и небольшие кратеры неизвестного происхождения, сухие трещины в почве и редкие тёмные силуэты мелких растений.

— Дом... — прошептал довольный Сэм, вызывая протест у Дэвида внутри.

«Это что за гетто? Да лучше под землёй жить с лампочками! Безопаснее. Да... их поимели местные дворяне, а мне теперь что делать?»

Проходя очередной экзистенциальный кризис, Дэвид всматривался в картину мрачного, инопланетного пейзажа. Он не понимал причину странного поведения экипажа.

Бэрт стучал пальцем по панели в такт едва слышной весёлой мелодии, доносящейся из внутренних динамиков.

Сэм, прервав очередную игру, показал наконец свои зрачки. Более того, улыбаясь, он усиленно работал ими, переводя взгляд с иллюминаторов на панель управления.

Мари также, довольная, усиленно крутила красивой головой, держа в руках джойстик управления огневыми системами. Бэрт первым делом вылечил её синяк, будто извинившись этим за весь мужской пол. Она смотрела влево, затем вглядывалась в локатор, который периодически постукивал, вырисовывая небольшие жёлтые силуэты, переводила взгляд вправо, и так по кругу.

«Нелегко», — подумал Дэвид и переключил внимание на горизонт.

Ярко белое зарево нехотя демонстрировало частицу своего великолепия. Чистым молочным морем оно омывало тёмное побережье его нового дома.

— Живут же люди.

— Да, молочные реки и всё такое, — ответил Бэрт. — Пошли они... У нас же теперь своя ёлочка, так?

— Нехорошо они с нами обошлись, — подтвердила Мари. — Могли бы выделить землю хоть немного поближе.

— Ну хоть что-то выделили, — возразил Сэм. — Много лет люди падали, как неприкаянные. Добыча. Даже не представляю, сколько судеб это сломало.

Мари с жаром повернулась, вступая в спор:

— Сейчас ситуация ненамного лучше. Половина круга — наших в рабстве держит. А люди всё падают... Якобы мы не Народ. А они Народ? Сволочи!

— Так, успокоились! — рявкнул Бэрт. — Сэм, расстояние до Шрама!

— Двести десять. Низко летим. — Связь примерно через одиннадцать минут.

Дэвид разрывался: он следил за часами на панели, ожидая увидеть заветные восемнадцать ноль пять, и параллельно созерцал ландшафт безжизненной тёмной пустоши. Изредка отмечал зелёные пятна мха, тихо сидевшего на рваных поверхностях, направленных в сторону молочного сияния. Но в основном пейзаж походил на бесснежную зимнюю степь, которая в сумерках боролась со сном, не в силах даже редким зелёным деревцем поприветствовать дорогих гостей.

И вот заветная шестая минута пошла, ничего не изменив. Дэвид вопросительно посмотрел на Сэма.

— А гд...

Что-то на панели запищало, перебивая глупый вопрос. Замигали непонятные символы на мониторе. И сквозь фоновый шум послышался далёкий мужской голос:

— ...мми, Шрам ...ём. Лэмми, Шр... при...

— Шрам, Лэмми, слышу вас, приём, — отчётливо проговорил Бэрт.

— Лэмми, ...жите ...тус объе... при...

— Шрам, объект цел, растёт. Группа на месте. Уры пять, пушка сто тридцать, повреждений нет, приём.

— Лэм... ...жите ...ри, при...

— Шрам, группа Баретта потеряна в полном составе, приём. Не успели... — тихо добавил Бэрт.

Повисла минутная пауза — все на борту понимали, насколько эта информация шокировала собеседника. Дэвид вспомнил Баретта — жёсткого, как рельс. Его молодых, честных и верных парней. Вспомнил, как они втроём спасали всё, что было у Дэвида в этом мире. Вспомнил подлое прибытие врагов. Хруст лицевых костей. Смерть пацанов... последующее унижение. В голове вновь прозвучали пророческие слова: «Не скучай по погибшим, сын. Скоро мы все умрём здесь».

Дэвид посмотрел на мокрые глаза Мари, она это заметила и резко отвернулась. «Мы все умрём здесь... Умрём. Здесь.»

— Лэм... ждём вас, при...

— Шрам! В тёмной зоне! На расстоянии шесть тысяч! Попали под ментальную атаку. Экипаж и пассажир предприняли по отношению друг к другу агрессивные действия. Когитор совершил манёвр, ответил огнём и набрал высоту, снизив мощность атаки. На данный момент симптомов нет, но требуется обследование, возможно — карантин. Приём.

— Лэмми, посадка у нас, как понял? Приём.

— Шрам, посадка у вас, конец связи, — произнёс Бэрт в привычную тишину работающих импеллеров, вздохнул и откинулся в кресле.

Глава 44

Снова вингсьют? О, нет — круче. Он летел сквозь бытие. Сквозь причину и следствие. Летел вниз — к великой идее. Которая сама решает, кем ей быть. И её шёпот наполнял:

— Я вижу тебя. Дитя. Я вижу, что ты. Хочешь. Не опускай меч ненависти. Дитя. И ты будешь на вершине. Славы. Примии этот даар, МОЙ.

——

Проснувшись на мокрой кровати, Ричард понял, что больше не боится ничего. Совсем.

— А насчёт стигмата... ты ещё подумай, — нарушила Лора паузу в разговоре, прикоснувшись к зелёному нектарину под небольшим деревцем.

— Когда увидишь нашего Экзарха — а он, к слову, Золото! — поймёшь, о чём я. Вроде, обычный мужик, но, во-первых, ему уже лет двести! А во-вторых...

Линда скептически подняла взгляд, подкидывая в руке крупную картофелину.

— Думаешь, я мужиков не видела? — она рассмеялась и подкинула плод в сторону женщины. Лора встретила его внешней стороной ладони, резко перевела руку в горизонтальное положение, пару мгновений удерживая его. Затем картофель со звоном ударился о стенку ведра. Лора улыбнулась:

— Ему бы подошло имя Зевс. — Прижала палец к виску и резко развернулась.

— Принято. Пока в контакт не вступать!

Оглянувшись на звук сервоприводов Барьера, шагающего в сторону, противоположную от стены, Линда увидела вдалеке серую точку. В воздухе между Древом и этой точкой завис круглый беспилотник. Видимо, он и обнаружил новых гостей.

— Боевая тревога. Условный запад. Алекс, Джо: встречаем. Остальные: рассредоточились, крутим головой. Ты... — Лора сверху вниз взглянула на девушку: — Бегом к стреле!

Линда раздражённо надула губы, нахмурилась, встала и пошла за ней.

Стоя спиной к засыпающему Древу и наблюдая за тремя такими разными спинами, она услышала шаг Дорифора и ласково погладила его по плечу.

— Назовитесь! — крикнула Лора.

— Пропустите путников, бегущих от тьмы... — послышался едва различимый хрип одного из гостей. Он сделал шаг вперёд, двое сопровождающих последовали за ним.

— Назовитесь?! — повторила вопрос Лора.

— Тьма поглотила Круг путников. Только они спаслись. Идут на свет нового. Пропустите путников. Это ваш священный долг. — Линде эта речь показалась странно безразличной.

— Слышишь, дед! Ты мне зубы не заговаривай! Я из твоей черепушки похмеляться буду! Говорите имена!

Справа от Лоры стоял Алекс. Он медленно потянул руку за спину.

Дак находился по другую сторону. Он, широко расставив ноги, опирался на двуручный меч.

— Тьма поглотила многих... — мужчина сделал ещё два шага.

Алекс размял шею. Помимо позвонков, щёлкнул предохранитель импульсной гранаты за его спиной. Дак, услышав звук, выпрямил наклоненную голову и удобнее перехватил эфес меча.

— Тупые уроды... — разочарованно буркнула Лора и резко, снизу вверх по направлению к говорящему вскинула правую руку.

Тот быстро защёлкал зубами, издавая мерзкие громкие щелчки, когда половина разрезанного наискось торса сползала вниз. А существа, стоявшие по бокам, заревели в безумном, нечеловеческом крике.

Линда потеряла сознание сразу.

Стоявший справа от Дорифора Ричард под действием норадреналина сделал шаг вместе с ним. Но сразу же выронил меч, рухнул на колени и схватился за уши, пытаясь кричать.

Сзади послышались две короткие очереди. Они заткнули визжащих полулюдей.

Следом прогремел взрыв, разметавший в разные стороны их тела и оторванные конечности.

Дак рванул ко всё ещё шевелящейся слева кровавой туше. Но перед тем, как он с размаху отрубил голову, туша провела манипуляцию оставшейся рукой, являя рядом двух огромных членистоногих тварей.

Лежащая напротив Лоры верхняя часть «человека», что ещё не разучился говорить, неестественно широко открыла рот. И прямо в лицо девушке вылетел рой гудящих чёрных мух, мгновенно окрасившихся алым.

Его же лицо дернулось под блеском клинка, скользнувшего мимо Дорифора. И медленно сползло вниз, оголяя хирургически чётко разрезанный череп.

Под звук пулемётных очередей робот таким же образом рассёк надвое головы остальных вторженцев.

Пока Лора в туче красных мух каталась по земле, сдирая ногтями лоскуты кожи со своего лица, Дак и Алекс танцевали адские танцы с вызванными только что членистоногими тварями.

Противник Алекса разорвал брошенную стальную сеть, увернулся от трёх ледяных игл и мгновенно сократил дистанцию. Он поднял Алекса на своём длинном клинке, занося второй — для контрольного удара, получая очередь прямо в хитиновый бок. Но его отрубленная конечность ещё висела в воздухе, когда из костлявой черной пасти выглянул клинок Дорифора, зашедшего в спину.

Робот снова ломал планы атакующих — пусть даже и запасные. Он потерял интерес к мёртвой твари и в рывке слегка пнул в спину последнего противника. Из-за этого не сумевший вовремя отклонить корпус боевой квазиорганизм Червей получил горизонтальный размашистый удар мечом Дака в голову, от чего мгновенно скончался. Затем Дорифор под дикий крик Лоры, сдирающей с лица кровавую шевелящуюся маску, слегка, но явно умышленно, толкнул плечом Дака. И, полукругом стряхнув с клинка кровь, будто сквозь красный портал, шагнул обратно к Древу — навстречу запоздало бегущим бойцам.

Глава 45

Находиться в отсеке было невыносимо. Полёт, который теперь казался бесконечным побегом от смерти, давил всё сильнее.

«Время реально? Куда движется: вперёд или назад? Будущее уже существует? Или есть только бесконечное прошлое?»

Бэрт кашлянул в такт отдалённому глухому звуку.

«Какова роль вероятности? И какая карта выпала мне? Точнее, какую вытянул я сам?»

— О, дышащая жизнь! Убереги нас от незрелости не пребывать в настоящем... Дэвид бросил взгляд на иллюминатор и от неожиданности ударил ладонью по синяку на бедре.

За бортом угадывались очертания горной гряды. На протяжении нескольких километров почва была вспахана гигантскими бороздами. Две высокие горы были разделены широким провалом, по бокам обрамляясь оврагами поменьше. Всё это образование походило на след гигантских когтей, редко покрытый жёлтой порослью.

Судя по всему, Фригольд устроил серьёзный аванпост на самой границе световой зоны для наблюдения за тёмными землями.

Одна из пузатых гор в центре гряды с высоты около полукилометра бросала вниз лучи мощных прожекторов, будто хвастаясь своим сухим мёртвым подножьем с редкими проплешинами мха.

Винтокрыл приблизился и задрал нос, резко набирая высоту. Дэвид разглядел местные укрепления — вмурованные в скалу капитальные доты с несколькими огневыми точками разных калибров и направлений.

Тяжёлый и не по годам злой голос Бэрта вырвался из внешних динамиков:

— Ну чё вы, андердоги?!

Дэвид заметил внизу, на краю скалы, два силуэта. Один тянул в небо средний палец. Второй, спустив штаны и неестественно скалясь, усердно тряс своим хозяйством.

«Перфоманс безумия на гнилой помойке», — заключил Дэвид, взглянув на Мари. Она сморщилась, будто физически страдая от увиденного.

Винтокрыл сделал круг и ненадолго завис над центром лагеря. Экипаж и пассажир с интересом рассматривали агрессивный горный пейзаж и освещённые фонарями белые цветки круглых зданий. Расположенные полукругом бетонные доты и двадцатиметровую антенну ретранслятора на пике хребта.

Из внутренних динамиков раздался отчётливый голос:

— Лэмми, посадку разрешаю. Не забудь про турбулентность с подветренной стороны. Площадка чистая, освещена. Приём.

— Да, дёргает, — буркнул капитан.

Борт немного покачивало. На основном мониторе непрерывно мигали сигналы стабилизации и позиционирования.

Дэвид вцепился в поручни и повис на локтях, чтобы снизить возможный удар при посадке. Затем снова взглянул на спокойную Мари, смутился, попытался расслабиться и неожиданно для себя ощутил лёгкое касание земли.

Бэрт щёлкал тумблерами, экипаж ёрзал в креслах, ожидая сигнала, а на площадке собралась галдящая компания. Одеты они были как попало. Кто-то с голым торсом, кто-то в трусах и бронежилете, двое в боксерских перчатках. А женщина в вечернем платье вообще казалась голограммой. И только её армейские ботинки помогли быстро моргающему Дэвиду проглотить этот парадокс.

Когда звук импеллеров стих окончательно, капитан ударил рукой по колену и рявкнул:

— Чё сидим? На выход!

Первой, конечно же, выскочила Мари. И с криком: «Земля!» с ногами запрыгнула на высокого мужчину в годах. Затем отцепилась от него и побежала делать долгожданную разминку. Следующим сошёл Сэм, присел на колено и похлопал по скальному грунту ладонью:

— Всем привет, рад вас видеть!

— Привет, Сэм! — хором ответили местные.

Их перебил раздраженный Бэрт:

— Это вы, идиоты, так карантин соблюдаете? — он высунулся из двери.

— Да вот, пришли посмотреть на тебя, больной ублюдок! — пожимая плечами выпалила женщина в платье.

— Нарядилась ещё... — Бэрт закатил глаза и под хохот зрителей скрылся в кабине.

— Салют! — мужчина в трусах и бронежилете выстрелил из пистолета в землю.

— Можешь не выходить, — покачал головой Бэрт, повернувшись в сторону растерянного пассажира.

Дэвид всё же решил выйти, поздороваться:

— Добрый день или вечер...

— У нас всегда ночь, малыш, — ответила женщина.

— Да ты заткнёшься?! — выкрикнул седой мужчина, на которого ранее запрыгнула Мари. Женщина фыркнула и отвернулась, подняв подбородок.

— Я Дед, — протянул он руку.

— Просто дед? — уточнил Дэвид, пожимая широкую дубовую кисть.

— Так меня зовут... — он отпустил руку и отвернулся от трясущего кистью парня.

Бэрт спрыгнул с подножки, театрально оглядел контингент:

— Вы моетесь хоть?

— Виктория, посмотри, что там у него в башке, — приказал дед.

Женщина в вечернем чёрном платье продефилировала к Бэрту и положила ладони ему на виски. Бэрт поднял подбородок и открыл рот, потеряв контроль. Женщина слегка качала головой и притоптывала носком. «Похоже, это её работа, рутинная операция», — подумал Дэвид.

Внезапно Виктория закрутила головой, глубоко задышала, тело выгнулось словно борясь с чем-то. Люди тревожно переглядывались. Мужчина в бронежилете хотел что-то сказать, но Дед, затыкая всех, поднял палец вверх. Тот нахмурился, вытащил обойму и доснарядил её недостающим патроном.

Через минуту Виктория рывком вдохнула и силой оторвала руки от висков Бэрта. Он рухнул на колени.

— Опасности нет... — произнесла она, смотря стеклянными глазами в землю. — Но больше я туда не полезу. Мало того, что у него явный птср и адаптивное расстройство личности... туда сверху ещё и ментально нагадили, — она ткнула пальцем в голову поднимающегося пилота.

— Сжечь ведьму... — проворчал недовольный Бэрт.

Виктория перевела усталый взгляд на Дэвида:

— Свеженький... — провела руками по изгибам своего тела. Затем окинула гостей взглядом: — Чтобы понимали: вас ментально трахнул малый червь... После такого редко выживают. Мне жаль. Скажите Риксу, что Виктория рекомендует психотерапию.

Повисло минутное молчание, после которого сначала Дед, затем сама Виктория и все вокруг громко расхохотались, а кто-то в истерике даже завалился на землю.

Дэвид взял за руку Мари. И они осторожно, боком, обошли сумасшедших, забрались в винтокрыл и пристегнулись.

— Куда вы меня привезли?

— На край мира. Здесь выживают.

Глава 46

Дак и Линда всю ночь простояли перед Лорой на коленях. Её перенесли под самую крону Ауэль в надежде, что утром Древо вылечит женщину. Или хотя бы приостановит попытки Лоры расцарапать себе горло. Её руки привязали к ремню, чтобы на лицевых костях хоть что-то осталось. К утру догадались ввести женщину в медикаментозный сон и залили всё лицо регенерирующим гелем. Пена быстро окрасилась в чёрный цвет, завоняла экскрементами, и её сдули из кислородного баллона, снова проявив пузырящуюся чёрную массу с выступающими костями скул.

— Про́клятая руна червей... Я не знаю, что делать, — пробасил Дак.

Линда подумала о Дэвиде: «Он бы сейчас пригодился».

Дак поглаживал запястье Лоры. Он поник и уменьшился, прячась в себя.

Линда старалась мыслить трезво, но такое резкое превращение прекрасной женщины в гнилую маску не давало покоя. Она постоянно дёргалась, гладила своё чистое бархатное лицо и кусала губы. Рядом лежал Алекс, глядя на разгорающиеся широкие листья над головой. Все остальные, даже Ричард, дежурили на периметре.

— Может, сделаем её руной? — тихо прошептал Алекс в сторону Дака.

— Сколько у тебя уже существ?

— Два. Сорока и болотный котик.

— Вот ты и ответил на свой вопрос.

— Да я и сам не горю желанием. Есть варианты? Предлагай!

— Может, Древо вылечит... Или просто лицо коркой покроется, а следующим рейсом отправим её во Фригольд.

— Ладно.

— А как это: сделать руной? — осторожно спросила Линда, дождавшись окончания разговора.

— Если речь о человеке, то нужно произнести клятву верности хозяину и согласиться стать его руной. Хозяин сможет вызвать её когда угодно. А время между вызовами она не ощущает.

— Умник пока что только на зверюшках пробовал. У нас во Фригольде людей в руны заточать запрещено. Потому что, если хозяин руны умирает, она переносится куда-то неизвестно куда — мы ещё не разобрались. И что там будут делать с нашими людьми — большой вопрос.

— В этом мире всё сводится к рабству? — повысила голос Линда.

— Да.

— Нет.

— Сама разбирайся, — подытожил Алекс и перевёл взгляд на лицо Лоры, с которого в целебном свете поднимался лёгкий дымок.

— И правда, сейчас коркой встанет.

Дак порылся у неё в карманах, нашёл маленькое зеркальце и положил в свой криптор.

— Зеркала всем спрятать! — рявкнул он.

Линда в который раз осознала картину перед собой: «Кто придумал эту руну? Такого не должно быть. Никогда и ни с кем. Это насмешка над всеми нами. Над красотой. Над любовью».

Лора дёрнулась, попыталась освободить руки и зарычала сквозь оголённые зубы. Дак склонился, и непривычно ласковый голос вырвался из его уст:

— Лорочка, это Дак. Всё будет хорошо, ты в безопасности. Ты слегка пострадала, но я решу вопрос, обещаю тебе, даю слово!

Она короткими рывками, будто рыдая, вздохнула и едва слышно прорычала:

— У...ей.

Дак встал, добела сжал кулаки и молча ушёл. Линда рухнула на Лору, обняла её и заплакала вместе с ней.

Мау.

Линда почувствовала маленькую пушистую головку, трущуюся о плечо.

Мау.

Небольшой рыжий котик обошел её кругом, понюхал голову Лоры, улёгся и положил свою усатую мордочку на липкий чёрный лоб.

Мау.

Это утро было особенно жарким. Ауэль тёплыми лучами и ласковым ветерком благодарила людей за ночной подвиг, за маленькое пушистое чудо и старалась помочь бедной Лоре. Линда всё утро просила Ауэль вылечить бедняжку, и она старалась — чёрная маска перестала пузыриться и причинять женщине боль. Лицо от самого лба и до подбородка покрылось плоской коричневой коркой с тонким кривым разрезом для дыхания.

Вернувшийся с ночной вахты Ричард присел погладить кота, которого Алекс, кстати, освободил из руны:

— Привет, киса, и как тебя зовут?

— Мау. — Котик перевёл взгляд на приближающегося Дака.

Он был одет в новую броню полного цикла с элементами экзоскелета и нёс под мышкой технологичный шлем. Встал напротив компании и пробасил:

— Перед лицом Наблюдателя клянусь! — коротко кивнул сам себе. — Я в одиночку зачищу Улей!

Внезапный низкий звук гонга пронзил всё пространство вокруг.

Затем Дак подошёл к Дорифору и склонил голову на его грудь:

— Дружище, я знаю, ты всё понимаешь... Передай Наблюдателю, что в награду я прошу одно: серебряное лекарство. Для моей Лорочки.

Все молча переглянулись. Бывшая красавица, а ныне урод и калека протестующие мычала и била кулаками о землю. Линда присела на колено, сжимая руку женщины.

Дак повернулся к ним:

— Клятва принята, господа. Теперь Алекс за старшего. Барьер понял, что Лора выведена, и я предоставил доступ.

Подняв сжатый кулак, он уже собирался развернуться, когда поднялся Ричард.

— Вообще-то, я иду с тобой. Будешь на меня червей ловить! — заявил он, демонстрируя фирменную улыбку.

— Нет, парень. Это моё слово и моё сэппуку. А ты... не бросай тренировки, — по-отечески осадил его Дак и, проминая тяжёлыми ботинками грунт, медленно побежал в сторону условного востока — навстречу своей клятве и гибели.

Ричард с облегчением вздохнул и вспомнил картинки из битв с червями. «Кто он, чтобы выжить там? Мог бы бросить эту женщину. На Земле я бы так и сделал».

Все смотрели вслед этому удивительному человеку. Даже Дорифор, будто сломавшись, без конца поворачивал корпус от Лоры к спине бегущего Дака. Услышав шаги, Лора прекратила рвать ногтями землю, замерла и рывком поднялась на колени. Прижала к сердцу грязный кулак и долго стояла, направив чёрную маску вслед своему мужчине. А Дорифор наконец застыл, поднеся ладони к месту, где когда-то было его лицо.

Ричард обратился к шраму Алекса:

— У нас была парная работа, контакт контроль...

Глава 47

Ностальгия о спокойной жизни на Земле и столь ранее подведение её итогов помогли Дэвиду отвлечься от безумного визита в Шрам.

Он вспоминал скупую, но такую искреннюю любовь отца и бесконечную заботу матери. Это её беспокойство и поселилось внутри, став оберегом. Силой и слабостью одновременно. «Психотерапией стоило заняться ещё на Земле, — усмехнулся он. — Хотя плакаться в ухо незнакомой женщине в дорогом костюме... чтобы после сеанса она позвонила подруге и обсмеяла мои чувства?» Подавив мысль о том, что недоверие также является частью его оберега, Дэвид вернулся к изучению тёмного ландшафта внизу за окном.

Жёлтая растительность упорно боролась за жизнь в этом холодном краю. Местами сухая трава сменялась выжженными площадками, проявляя следы применения огневых систем. «Не экологично».

Бэрт храпел. Сэм снова увлекся какой-то игрой.

— Мари, а здесь всегда темно?

— Я слышала, что двадцать лет назад здесь была тьма и черви. Но Круг расширяется, так что ещё лет через двадцать Фригольд будет неплохо освещён. Может, придут дикие лошади и тауро — это такие местные буйволы.

Дэвид не ответил. Он любовался апокалиптичным сумеречным пейзажем на фоне молочного зарева. Казалось, белое солнце вот-вот поднимется из-за горизонта и подарит миру жизнь. Но нет — этому краю ещё долго ждать свой полдень.

Из внутренних динамиков послышался тихий хрип и далёкая неразборчивая речь. Бэрт подпрыгнул в кресле, наклонился над приборной панелью, вслушиваясь, и взглянул на Сэма.

— Двести тридцать ,— одними губами произнёс тот.

— Лэмми, Центр! На связи!

— Лэмми, ...ожите!

— Центр, иду в штатном режиме. Скорость пятьсот. Высота сто пятьдесят. Расстояние двести тридцать. Повреждений нет. Уры пять, пушка пятьдесят. Э-э... Объект цел, группа на месте. У меня пассажир, гражданский. Серый. В норме.

Послышался жёсткий голос мужчины постарше:

— Бэрт, это Миллер! Слышно меня?

— Так точно, сэр! — вытянулся пилот.

— Вика передала, что вас атаковали. Как там твоя башка?

— В норме, сэр!

— Точно в норме? Мне тут новые фионтары не нужны! Народу и так мало!

— Не повторится, сэр!

— Смотри мне! И не долбани там в палатку С'Ално'Сов, они говорить пришли. Вас ждём!

— Есть, сэр... — уже с меньшим рвением ответил Бэрт, и звук из динамиков затих.

Дэвид, вынырнув из гаммы нахлынувших воспоминаний, обратил внимание на заигравшие желваки Бэрта, его дергающийся глаз и подумал о том, что опасения командира не беспочвенны — при малейшей провокации Бэрт сорвётся.

— Сволочи, пришли шантажировать... — прошептала Мари с несвойственной ненавистью.

— А что они могут? — неожиданно вмешался Сэм. — Просто разбить Фригольд им не дадут, это наша законная земля.

— Кто их знает, — буркнул Бэрт, перехватывая систему управления огнём.

С горизонта навстречу винтокрылу двигался рой огней. Это Фригольд расстреливал сумерки своими прожекторами. Поселение выглядело крупным, но довольно компактным. Находилось на вершине скалистого холма, края которого были срыты и превращены в отвесный защитный барьер. Лучи мощных прожекторов отчётливо проявляли каменистый грунт вокруг поселения. А уже на подлёте экипаж и пассажир набирающей высоту машины разглядели крупный синий шатёр и стоящих рядом людей. Один из них махал рукой.

Дэвид, схватившись за поручни, смотрел на эту руку. «Садисты...»

— Центр, Лэмми, посадка на площади. Напоминаю: гостей не трогаем, вообще не думай о них. После посадки — к Риксу.

— Понял, Центр, захожу на посадку.

Фригольд выглядел просторным, светлым и чистым. Круг центральной площади был окружён цветками жилых, административных и производственных модулей. С одной стороны Дэвид разглядел яркую детскую площадку с баскетбольным кольцом, с другой — красную надпись «Бар». На площадке, показывая пальцами на снижающийся Клюван, прыгали мальчик с девочкой. А у бара подпирал стену пожилой мужчина. В одной руке у него была сигарета, другой он тянул к небу прозрачную бутылку, немного проливая содержимое. Но, заметив приближающуюся к площади фигуру, он бросил сигарету в урну и поспешно скрылся в помещении.

Касание земли. Вздохи облегчения. Взгляды, полные тихой радости.

Не успел Бэрт произвести отключение систем винтокрыла, как послышался настойчивый стук.

— Открывай! — кричал глухой властный голос.

Бэрт распахнул дверь.

— Гаси и идём! — хозяином голоса оказался мужчина восточной внешности, в парадной форме, возрастом около сорока лет. Он улыбнулся Мари и кинул на Дэвида пронзительный взгляд:

— Миллер. Рикс. Как вы себя чувствуете? — схватил Бэрта за рукав и отставил ногу для рывка.

— Дэвид, очень приятно. Всё отлично. Пока жив, сэр... — он попытался произвести впечатление ответом.

На слове «жив» Миллер выдернул Бэрта наружу.

— Все за мной. Кэп, доклад, тезисно.

— Доставил. Спугнул лысых. Забрал. Вылетел. Разбомбил улей. Попал под менталку. Добрался до Шрама. Отгрузил часть БК. Сел!

— Росток.

— Растёт.

— Большой круг? Чего лысые припёрлись, как думаешь?

— Метров девятьсот. Хотят выторговать Росток, договориться и кинуть.

— Что такое С'ална?

Они быстро шли через хорошо освещённую площадь. Миллер с Бэртом впереди, остальные трое догоняли.

Бэрт молчал, он не мог ответить.

— Э, можно сказать? — подал голос идущий в хвосте Дэвид.

— Да, заходите. У нас полчаса на беседу, потом у меня переговоры. — Миллер открыл дверь в крупный административный модуль у самой площади и указал на офисные стулья вокруг невысокого стола. — Рассаживайтесь. Слушаю вас.

Дэвид снова ощутил его цепкий взгляд, собранность, предельную концентрацию.

— Мы приземлились втроём: я, Линда и Рич. Кое-как доползли до Древа. Оно встретило нас... видением о своём прошлом. Там была цивилизация, тысячи людей. Линда начала регулярно видеть эти сны. О чём они — не знаю, говорила о глубоких чувствах. А однажды она проснулась, заплакала и обняла Древо. Повторяла, что никогда его не бросит. Это увидел один из лысых, упал на колени и назвал ее С'алной. Всё, что я знаю.

Миллер широко улыбнулся и протянул Дэвиду руку:

— Думаю, вы были первыми, поздравляю. А какие отношения у вас в коллективе?

Этот вопрос застал Дэвида врасплох. Но, встретив взгляд Мари, он взял себя в руки:

— Линда и Ричард пара. А я... был их другом.

Глава 48

День ухода Дака был очень тяжёлым для группы. Но Сат'Ауэль разгоралась всё сильнее, чувствуя потребность людей в утешении. И на лицах всё чаще появлялось умиротворение.

Лора ослабла и прекратила истерику. Линда бессменно находилась возле неё. Алекс назначил Ричарду нового учителя. Им оказался старый знакомый — усатый молчун Джо. Полдня они отрабатывали «липкие мечи», а затем перешли к «спаррингу с акцентом», доводя до автоматизма горизонтальные атаки и способы защиты от них. Тело Ричарда, закалённое тяжёлыми тренировками и ежедневным восстановлением тканей, кое-как выдержало длинную тренировку. Вечером, сидя у фонаря, и почему-то вспоминая дурацкий поступок Бэрта, Ричард чувствовал благодарность.

Сидящий рядом Алекс заметил, как пальцы Лоры нервно роют почву, и нарушил молчание:

— А знаешь. Я расскажу, наверное, что с Даком сейчас происходит. И ты не отвертишься от этого моего рассказа. Потому что я теперь командир. И не перебьёшь меня, потому что... ну попробуй, — рассмеялся он, получив два удара в грудь от обеих девушек.

— Думаю, что сейчас Дак демонстрирует предел человеческой физиологии. В военном училище у нас были безумные марш-броски: пятьдесят, шестьдесят километров. А потом нужно было вырыть и оборудовать позицию. Но на бронзе он может пробежать все двести! — Алекс встал и начал ходить из стороны в сторону, входя во вкус.

— Его новая броня проходит суперобкатку. Гидравлика шипит, подшипники скрипят. А система рециркуляции просто не справляется с огромным телом. Даку скорее всего жалко бросать эту броню в Улье, но выхода у него не было. Через две недели должно прилететь подкрепление. И он считает, что потеря брони, пары суворовых и одного бронзового Восходящего не будет критичным фактором для выживания Ростка. Из всей этой ситуации больше всего Дак грустит из-за вероятной утери шлема. Эта игрушка была его мечтой и любовью с первого взгляда. Ты знаешь — полноценный командный центр с активной защитой от быстро летящих целей, от любых типов волнового и светового воздействия. 3D навигация, сквозные стены, новейший прицельный комплекс и так далее. Для полного набора не хватает только когитора, пары беспилотников и нескольких таких же комплектов. Их интеграция превратит копьё в идеальное подразделение.

В общем, такое богатство бросать нельзя, и это вторая причина для того, чтобы вернуться. Первая — это, конечно же, ты, Лора. Помнишь? Его перевели в копьё к молодой, подающей надежды Восходящей. Вы были деревом. Несколько твоих слов и смелый взгляд больших карих глаз в первую же минуту взяли его в плен и не отпускают до сих пор. Этих больших карих глаз больше нет. И Дак знает, как тяжело такой красотке без них. Он сразу понял твой протест и решил, как всегда, идти в авангарде. — Алекс помолчал. Лора потянулась к нему рукой, желая продолжения.

— Думаю, что примерно сейчас на экране визора развернулась карта с красными точками и указанием дальности.

А в голове сухой женский голос произнёс: «Обнаружены враждебные формы жизни. Выход на дистанцию через двести десять метров».

Дак щурится от удовольствия. Немногим из нас приходилось использовать такие технологии. Сейчас он ползёт и уже на точке достает из криптора снайперскую модификацию Суворова. Система делает поправки, и пара Имаго Скаутов падает, получая короткие очереди в ядро и голову. Он перекатывается, минуту-другую ждёт и бежит дальше.

— А сколько там вообще этих червей? — уточнил захваченный рассказом Ричард. — Штук триста?

— Мы сейчас в голове Дака... — напомнил Алекс. — Он прикидывает, что в Улье их было около пятисот, но, видимо, птичка скинула подарок. В идеале осталась серебряная мамка, её трахарь и штук пятьдесят охранников. Дак надеется не встретить серебряных секаторов, но кто-то из них, наверное, выжил. И это его смущает. Я думаю, он сейчас в километре от Улья. Хорошо окопался, выставил датчик движения и отдыхает перед атакой. Пожелаем удачи. Пусть Незримый даст ему возможность выпить за успех. А нам — за новое серебро Фри...

— Что?! — Линда раздражённо проверила свою одежду. — Чего вы так смотрите?

Мужчины глядели на неё, как на призрака. Они боялись. Её или того, что находится сзади. Повернув голову на блик металла на своей шее, она успокоилась — это рука Дорифора. Он обнимает!

— Чего, завидуете?!

Подняла взгляд выше. Позади неё, нежно положив руку ей на шею, стоял Дорифор. А на его плечах покоилась полуразложившаяся голова. Голова одного из недавних «гостей».

Линда дёрнулась, задев лезвие правой скулой. В панике замотала ногами и затихла, услышав выстрел. Перед ней стоял усатый Джо, держа на вытянутой руке дымящийся ствол револьвера.

Никто не двигался. И только клинок Дорифора красной венозной кровью Линды рисовал на грунте свой привычный рисунок. Внезапно робот сорвался с места и с бешеной скоростью побежал в след за Даком — в сторону улья. Как можно дальше от тех, на кого он так хотел быть похожим.

А подошедший Ричард молча схватил дырявый фрагмент черепа за липкие грязные волосы и со всей силой зашвырнул его куда-то вдаль

Глава 49

Архив Аур Ларена. Хранителя резервного домена народа Ваолар.

5 953 год с момента Утраты.

«Слишком долго. Даже для Экзо. А они? У них новый культ, новый бог, новая война».

На середине рассказа Дэвида в комнату вбежала невысокая девушка. Её развитую мускулатуру облачала новенькая чёрная броня. Над большими выразительными глазами темнело каре.

— Нервничают, торопят. Еле вырвалась, — дёрнула она плечами и улыбнулась Дэвиду.

— Адель. Фламиника. Моя жена.

Дэвид кивнул и продолжил рассказ. О смерти Баретта с сыновьями, о пленении, о помощи Дорифора и об эффектном прибытии группы Лоры. Но из всего этого Рикса заинтересовал только робот:

— Говорите, он услышал просьбу Линды — и просто выпотрошил человека? — Миллер повернулся к Адель, прищурившись.

— Всё так! Я думаю, он слышит и понимает всё вокруг. И обладает свободной волей!

— Ты что скажешь? — Миллер испытующе взглянул на Бэрта. — Было что-то странное в его поведении?

— Рассказ впечатляет. А в деле не видел.

Адель призадумалась, пожав губы.

— Интересный персонаж. Я бы посмотрела. Наблюдатель прислал модель уровня наших Бэта. А казнь — сигнал.

Она подняла пальчик вверх:

— Шедевр Творящей воскрес. И Наблюдатель не хочет грязи под его ветвями.

— Хорошо! С этим можно играть.

Миллер взял пилота за плечо.

— Жаль людей Баретта. Он один из лучших. Но мы должны действовать рационально. Думать головой! — повысил он голос.

Мари икнула. У Дэвида застучали зубы. Бэрт медленно кивнул, глядя Риксу в глаза.

Миллер хлопнул ладонями:

— Модель: капитуляция-провокация.

И с лисьим прищуром обратился к Дэвиду:

— Вы согласны присоединиться к нашему поселению?

— Конечно.

— Тогда за мной на переговоры, — махнул рукой Рикс, и, поднимаясь, добавил: — Экипаж, отдых сутки. Премиальные икс два.

Дэвид быстро шёл вслед за Миллером и Адель. Он почему-то решил идти не в ряд с ними, а немного сзади. И Рикс, оборачиваясь, проверял, насколько тот внимательно слушает:

— Держись естественно. Страх сейчас твой друг. Наша задача: обвинить их в убийствах и пытках.

Он замолчал, проходя мимо детской площадки.

— Дядя Миллер, смотрите, как я могу!

Девочка лет шести колесом прокатилась по песку и театрально поклонилась. Мальчик того же возраста, увидев это, подпрыгнул к перекладине, пытаясь подтянуться.

— Это кто у нас? Два новых серебра? Слушайте задание: полчаса охраняйте Лукаса. Передайте ему, чтобы выдал снаряжение.

Сзади послышался радостный визг.

— И ещё, Дэвид, не кори себя. Что сделано — сделано. Твои экзамены впереди.

Они шли вдоль небольших серых производственных корпусов. Со всех сторон слышались разнородные шумы репликаторов, треск сварки и стоны обрабатываемого металла.

Дэвид был рад, что наконец добрался до настоящего человеческого общества. Да и Миллер произвел на него впечатление разумного и компетентного лидера.

«С таким человеком у руля перемены не так и страшны. И лысые теперь представляются шайкой дегенератов».

Через несколько минут после выхода из проулка производственной зоны Дэвид увидел стометровую ломаную лестницу и резко остановился.

Внизу стояла та самая, синяя палатка. А рядом, полулёжа в странных креслах, отдыхали три человека. Сердце упало: среди них был надзиратель. Он, кажется, вытянулся вверх, плечи раздались, а молодое интеллигентное лицо приобрело новые, хищные черты.

Адель считала замешательство:

— Не переживай, так даже лучше.

Они торопливо спускались. Ступенька за ступенькой. Дэвид чувствовал эти взгляды и старался крепче держаться за полимерные перила. Но уже в самом конце пути не выдержал напряжения. Его ноги заплелись, и под ржание врагов он навалился на миниатюрную Адель. Она развернулась и подхватила парня за грудки.

Огромный лысый мужчина с уродливой синей татуировкой на лбу вальяжно лежал в необычном кресле цвета слоновой кости.

— Твой Рикс разумный человек, Фламиника! Возврат тупоголового трэля законным хозяевам. М-м... неплохое начало переговоров. Пните-ка его сюда! Пусть сидит возле нас... Не забыл позу покорности, трэль?!

Колени Дэвида слегка подогнулись. Ленивый уверенный тон лидера не допускал ослушания. И если бы Миллер кивнул, Дэвид вполне мог бы шагнуть в сторону кресел.

Но Рикс ответил:

— Этот человек Земли подвергся необоснованным пыткам со стороны Восходящих народа С'Ална'С. При всём уважении к вашим обычаям он требует извинений за причиненный ущерб.

Крупный лысый мужчина, лежащий в центральном кресле, слегка поднял голову.

— Ты что, несёшь, идиот? Ты меня провоцируешь? — он наклонил голову влево и, указывая на Миллера пальцем, неожиданно закричал: — Ты на моей земле, тупая грязная вошь!

Дэвид не поверил своим ушам. «Что они себе позволяют? Мы здесь цивилизация. А эти разукрашенные аборигены, вообще, знают число пи? Знают скорость света? Знают хотя бы, что такое биде?!» Он обернулся, проверяя наличие оборонительных систем. На скале находилось несколько крупнокалиберных турелей, но смотрели они в разные стороны.

Говоривший имел странный акцент. Чрезмерно глухой голос будто не был предназначен для разговоров.

— Признаюсь, я переоценил твои способности, Рикс. Ты, как и все люди Земли, мыслишь узко и медленно. Мне претит даже изъясняться на вашем пустом языке. Но мы с тобой найдем общий... язык огня. Если ты не уступишь мне С'алну и Древо, я сожгу твой Фригольд и возьму себе вместо троих — сто трэлей. А остальные пойдут на кожу. Из вас получаются неплохие кресла. — Он погладил подлокотник.

Дэвид опёрся о Миллера и, в ужасе качаясь, встал за его плечо. Лежащий по левую руку от лидера надзиратель, улыбнулся и пожал плечами, снова будто извиняясь за своего начальника:

— Дамы и господа! — он сделал длинную паузу. — Наш старый знаменосец видел слишком много битв... — Надзиратель достал костяные чётки на кожаном ремешке и начал неспеша их перебирать. — Поверьте, он в одиночку может разнести половину вашего Фригольда прямо сейчас. — Кинул пронзительный взгляд на Миллера: — Вы серьёзно думаете, что вам поможет Экзарх?

— Дорогие гости. — Миллер театрально потряс руками и прижал их к груди. — Между нашими народами с самого начала произошло досадное недоразумение. Осмелюсь предположить, что вы всё ещё не до конца понимаете, с кем имеете дело. Вы считаете, что можете испугать человека Земли кожаным креслом? Вот что я вам скажу, дорогие гости: иметь в качестве врага общество, состоящее из людей Земли — это приговор. Но я не желаю вашей смерти. И не жалею вам узнать, что Мы такое...

Дэвид кожей почувствовал вибрацию от последних слов Рикса.

— Поэтому благодарю за визит! И предлагаю перевести диалог в дипломатическую плоскость. Я, Рикс Фригольда Воля заявляю о намерении решить вопрос принадлежности Ростка Сат'Ауэль на малом Тинге под светом благословенного Эц-Шамаим.

Глядя на дёрнувшегося от гнева знаменосца, Миллер поднял указательный палец к небу. Трое поднялись со своих кресел, открывая блестящие серебром скрижали, но одновременно задрали лысые головы, открыли рты и присели от страха и неожиданности. Со стороны Фригольда над их головами с диким рёвом в сторону тёмной пустоши летело нечто, напоминающее небесную ярость предков из древних легенд.

— Глаза, — спокойно произнес Рикс, наблюдая, как одна из трёх имеющихся тактических ракет средней дальности заканчивает свой короткий спектакль. Дэвид и Адель закрыли лица ладонями.

Боеголовка взорвалась на минимально возможном расстоянии. И видимая глазу шарообразная ударная волна родила могучий огненный пион, вселяя ужас в сердца дикарей. Миллер шагнул вперёд и выставил руку в ожидании прихода ударной волны, другой рукой обнял подошедшую Адель и, глядя в небо, произнес:

— Представляю вашему вниманию... последнее эхо Импакта! — он качнулся от удара, но сразу выпрямился.

Стулья улетели в скалу, хрустнув костями. Только один из лысых удержался на ногах. Остальные валялись на земле, прикрывая лица от пыли и камней. Дэвид, засмотревшись на руку Миллера, встретил волну грудью и тоже завалился назад.

Через несколько десятков секунд пыль осела и гости, отряхиваясь, поднялись. Дэвид все ещё лежал, ощупывая рёбра.

— Господа! Благодарю вас за присутствие на испытаниях. Это один из лучших образцов нашего оружия. Смиренно прошу рассмотреть моё предложение о созыве малого Тинга.

Миллер сложил руки за спиной и склонился в лёгком поклоне, ожидая ответа.

— Через три малых цикла у Древа. Вошь... — выдавил знаменосец, открывая портал.

Рикс выпрямился и стряхнул с плеча пыль:

— А теперь идите. Кауравы.

Уходящему последним надзирателю он протянул толстую книгу:

— Для Рикса.

Адель в удивлении отшатнулась.

— История Европы. Пусть почитают о людях Земли. И подумают о том, кто здесь вошь.

Глава 50

Ругаясь сам на себя, Ричард снова и снова закреплял атакующие и защитные связки, отрабатывая «спарринг с акцентом». И звон его ударов по мечу Алекса металлическим водопадом заливал всю округу.

Сат'Ауэль наконец-то услышала просьбу Линды. Самые крупные листья разгорелись до красна и изменили положение, направив золотые живительные лучи на лицо Лоры. Тёмная пена пузырилась, выпускала едкий синий дым. И даже выплевывала во все стороны новые капли, будто стараясь зацепить новую жертву. Но вскоре чёрная маска отступила с лица девушки.

Теперь она, слегка успокоившись, знакомилась с новой кожей, ощупывая пальцами розовый тонкий слой, частично покрывший кости черепа.

Чрезмерно заботливую Линду она отправила заниматься огородом и остальными делами, тактично вытолкав с насиженного места.

Мау периодически куда-то убегала, но всегда возвращалась, требуя от Лоры внимания, ласки и выпрашивая что-нибудь вкусненькое.

Внезапный писк огневой системы Барьера нарушил спокойствие завершающегося дня. Пусковая установка развернулась и сделала несколько шагов в сторону Улья и капсулы, откуда пришли ребята.

— Оп! — поднял руку Алекс, приостанавливая тренировку. Коснулся вокса, разворачиваясь вслед за Барьером, и погрузился в себя, просматривая картинку с дрона.

— Какой-то столб лежит, светится. Надписи, руны...

Ричард удобнее перехватил меч, выдохнул, как перед стопкой алкоголя, и побежал в направлении опасности. Но, увидев в пяти метрах перед собой рябь открывающегося портала, он, стараясь не улететь в него, завалился назад и рухнул на пятую точку.

— Всем покинуть посты, прибыть к Древу! К бою! Барьер! У тебя работа по заданному алгоритму.

Ричард вскочил, подошёл к порталу и хотел было прыгнуть в него, но Алекс слегка осадил:

— Да хорош! Встань рядом, встречай. Сразу не руби, мало ли кто выйдет...

Четвероногая огневая система куда-то ускакала, заняв выжидательную позицию.

Лора поднялась, вскинув правую руку. Закачала головой, словно пытаясь рассмотреть окрестности пустыми глазницами. Но также была остановлена:

— Лора, если твои способности потребуются, я скажу. Пока присядь.

Через две минуты прибежал протирающий глаза усатый Джо в футболке и подштанниках, а затем остальные два бойца, снятые с дежурства.

Построившись полукругом, воины несколько минут вглядывались в золотистые очертания странных построек, угадывающихся сквозь дрожащее марево круглого портала.

— Чего ждём?

— Твою мамашу, — хмыкнул боец.

— Твоя не пролезет, — огрызнулся другой.

— Давай туда гранату кинем?

— Если нас до сих пор не убили...

— Тихо!

Рябь медленно обрела очертания небольшой детской головы. Она смело выглянула и, увидев отряд вооруженных людей, хотела вернуться назад. Но внезапный толчок в спину заставил маленького человечка вывалиться из портала. Он быстро поднялся и с полным досады лицом запрыгнул назад.

Сверху раздался шум листвы, и все кожей ощутили волнение, исходящее от Древа.

— Карлик?

Линда подошла к Лоре и тихо объяснила:

— Лорочка, открылся портал, оттуда вывалился какой-то маленький человечек и, увидев нас, спрятался обратно...

Лора в благодарность погладила руку Линды.

Алекс хотел было шагнуть вперёд, но снисходительно махнул в сторону Ричарда:

— Ладно, загляни. И сразу назад с докладом!

Ричард медленно подошёл к порталу. Слегка наклонился, вглядываясь в белое марево.

Перед его глазами мгновенно обрело чёткость огромное величественное здание, похожее на собор или европейскую церковь в неоготическом стиле. Кое-где стены поросли мхом. В некоторых витражах были выбиты стекла.

У подножия на заросшей мостовой резвились странные невысокие люди. Они гонялись друг за другом, беззаботно смеясь. Один из них догонял пробегающую мимо Ричарда девочку. Но, не успевая вовремя повернуть, со всех ног влетел прямо в гостя. От столкновения Ричард слегка покачнулся, человечек же отскочил назад и плюхнулся в траву. Кто-то из толпы расхохотался. Остальные подхватили, и через несколько секунд в ошарашенного Ричарда влетело ещё три человечка, пытавшихся повторить то же самое.

— Осторожно, детвора... — Ричард не успел договорить. И, почувствовав на своём плече тяжёлую руку Алекса, спиной вперёд вылетел из портала.

— Стоп! — остановил Ричард чью-то руку, уже откинувшую предохранитель импульсной гранаты.

— Тебя атаковали.

— Это игра, они ничё не соображают! Они какие-то странные... Сам посмотри, — кивнул Ричард на высунувшееся из портала довольное женское лицо.

— Я, кажется, начинаю понимать... — прошептал Джо, уверенно шагнув в портал.

Ричард увязался за ним, снова шагнув сквозь белую дымку. Представшая перед ним картина слегка удивляла.

Закалённый в боях Восходящий — человек войны, усатый Джо, присев на одно колено, с улыбкой протягивал миниатюрной девушке жёлтый цветок. Она смущённо покраснела, принимая подарок и немного постояла рядом, разглядывая бутон. Затем опомнилась, быстро поцеловала Джо в волосатую щеку и побежала к друзьям, что-то тихо лопоча.

После нескольких минут наблюдения за бессмысленными играми странных карликов мужчины вернулись обратно:

— Древний домен, забытый всеми. Автономный, с системой жизнеобеспечения, — пробормотал Джо. — Общество чистого гедонизма.

— Да, они точно безработные! Чтоб я так жил...

Глава 51

«Сколько времени я не просыпался в нормальной кровати? Не могу даже представить... Возможно, прошло лет сто».

Эти мысли накрыли Дэвида у свежей могилы. Он вместе с парой десятков колонистов стоял на холодной земле, глядя в тёмную бесконечность мёртвой пустоши.

На следующее утро после ухода гостей Миллер распорядился собрать останки людей Земли, которые враг использовал для устрашения, и похоронить их как полагается. Дэвид принял активное участие в поднятии этих «кресел» и отделении фрагментов тел от крепежа.

— Вряд ли мы были знакомы. — Адель сглотнула. И ненадолго прервалась, испугавшись своих слов. — Но вы жили, любили... плакали, смеялись. Как и я. Но сейчас вы вернулись в общество людей Земли. И эта стела — скромная благодарность за вашу великую жертву.

Она немного постояла, стёрла слезинку с глаза и молча ушла. Люди тоже потихоньку расходились.

— Вечный огонь! — прорычал невысокий, увешанный оружием пьяный мужчина, глядя на пустынное плато.

Но Дэвиду нравилось это место. Оно помогало ему. «Я как щенок, который не утонул. Смотрю на могилу своих братьев».

Стряхнув накатившую апатию, Дэвид развернулся и пошёл в сторону склада. За новой, чистой одеждой.

Открыв тяжёлую металлическую дверь покрытого дополнительной защитой ангара, он попал в слабо освещённое помещение, пахнущее машинным маслом и какой-то кислятиной. За высокой стойкой сидел мужчина в очках с толстыми линзами и лениво смотрел на возмущённого посетителя.

— Ну и сколько?

— Немало, — низким голосом ответил мужчина в очках.

— Ты мне мозги не дури! — возразил колонист в потрёпанной чёрной броне, положив руку на новенькую винтовку.

— Двести пятьдесят плюс четыреста...

— Ладно, заткнись! Спишешь.

Посетитель забрал винтовку, развернулся, бросив недовольный взгляд на Дэвида, и ушёл, хлопнув дверью.

— Здравствуйте, вы Лукас? — Дэвид подошёл к стойке.

Мужчина в очках ничего не ответил, что-то отмечая в складском планшете. Через несколько секунд он глубоко вздохнул и поднял глаза.

— Ещё один молокосос.

Дэвид даже не подумал возражать.

— Меня прислал Миллер. За вещами.

— Криптор где?!

— Его забрали. Неделю был в плену...

— А ко мне чего пришёл? За подарками? — сорвался он на крик. — Вот пусть Миллер и дарит!

Дэвид помолчал, осознавая эти слова, и повернулся к выходу.

— Роспись не забудь!

На стойку упал один комплект повседневной одежды, пять комплектов белья и набор гигиенических принадлежностей.

Дэвид смущённо приложил палец к экрану планшета, сгреб вещи и побрёл в жилой сектор — к своей койке.

Сектор представлял собой одноэтажный круглый модуль диаметром около тридцати метров, входящий в цветок таких же однотипных серых зданий. В комнате находились ещё три кровати. Судя по вещам, лежащим рядом с ними, места были обитаемы. Соседи, скорее всего, были на работе или на задании.

Дэвид переоделся, привёл себя в порядок, отдохнул и решил написать Мари. Она сразу ответила, указав на карте точку. Ещё немного полежав, он вышел на улицу.

Экипаж собрался на скамейке у пропасти. На горизонте виднелось белоснежное сияние засыпающего Эц-Шамаим. А вокруг Фригольда всё сильнее сгущались тёмные краски, отчётливо проявляя свет прожекторов.

— Мы часто тут отдыхаем на выходных. Ещё ходим в бар, но Бэрту теперь туда нельзя. Чтобы больше никого не убил.

— Кхэ, кхэ!

— Он решил сегодня не разговаривать и во всём слушаться нас. В этот раз без приключений, — добавил Сэм.

— Неплохое решение. Зрелое, — кивнул Дэвид и присел с краю, обняв Мари.

— Дэвид, послезавтра мы летим на Тинг. Миллер сказал, ты с нами.

Глава 52

Ближе к утру, сидя у портала, сонный Ричард лишь на мгновенье прикрыл веки. Но тут же проснулся от тяжёлого взгляда.

Уже светало. Чуть поодаль, скрестив руки на груди, стояли Джо с Алексом. А трое коротышек сидели вокруг Ричарда и глупо улыбались, ожидая его пробуждения.

— Хана тебе на тренировке, — констатировал Алекс, подходя к пришельцам.

Но попытки разговорить их не увенчались успехом. Им были интересны лишь догонялки, блестящие предметы и усы Джо. Также имела успех кошка Мау и розовая кожа Лоры, которых они облепили и тискали несколько минут. Но вскоре потеряли интерес, улеглись у Древа и тихо уснули.

Линда, раскапывая новую территорию, краем уха услышала разговор Алекса с Джо.

— Ты же видишь, я не тяну. Надо вытаскивать Дака. Ещё и робот свихнулся...

— Соберись. Работаем с тем, что есть. Хочешь рискнуть? Отправь в портал молодого. Может, найдёт чего.

— А если он закроется? Минус ещё один.

— Не должен закрыться. Думаю, он привязан к Древу — хитрая система. Они ждали новый Росток, но не думали, что это затянется на тысячи лет. В итоге деградировали. Потомки великих.

Ричард воспринял это задание как большую удачу. И в предвкушении новых впечатлений краем уха слушал инструкцию.

— Первый выход — разведка. Включи запись, оцени размеры домена, население, продовольствие, вооружение. Ну и всё-таки попробуй войти в контакт с местными. Может, там будет кто-то поумнее пятилеток. К вечеру возвращаешься.

Портал встретил Ричарда знакомым прикосновением холодного тумана. Жители куда-то разбежались, и лишь примятая трава на пустой площади у громадного жёлтого здания напоминала о вчерашнем веселье.

Он огляделся. Сзади, за порталом зеленели невысокие аккуратные холмы. По левую руку километра на два рядами тянулись одноэтажные домики. По правую — грязный сухой фонтан с высокой женской статуей. Её отбитые руки лежали рядом, приветствуя гостя из-за бортика.

Ричард поёжился от сквозняка, несущего запах плесени и пыли, и перевёл взгляд за спину девушки. Некогда высокие здания рухнули, не выдержав испытания временем. На расстоянии в несколько километров два десятка уцелевших строений возвышались над поросшими зеленью руинами. Он сделал несколько шагов в сторону фонтана и вздрогнул от биения крыльев. Большая белая птица приземлилась на плечо девушки и впилась одним глазом в Ричарда.

— Ух, напугала! Где тут у вас столовая?!

Мелодичный женский голос прозвучал прямо у него в голове:

— Ал аум вайо.

Парень даже захотел вернуться под чистый и понятный свет Древа вместо того, чтобы слушать телепатический бред какой-то птицы.

— Непонятно, но интересно. Чего ещё расскажешь?

Но птица молча взмахнула метровыми крыльями и полетела к развалинам. Ричард почесал затылок, выдохнув сквозь сжатые губы:

— Пф-ф... Ну пойдём.

Поросшая травой площадь быстро закончилась, сменившись грудой покрытых мхом камней. Намотав на руку длинный платок, Ричард опирался на острые камни, чтобы не переломаться по дороге. Обливаясь потом, перелезая через остовы зданий, он услышал со стороны площади знакомые крики.

— Эти все радуются непонятно чему. Хоть тропинку бы натоптали...

Наконец он вышел на ровную поверхность меж двух уцелевших зданий и решил было заглянуть в одно из них. Но заметил кружащую вдалеке птицу. А голос в голове настойчиво повторил:

— Ал аум вайо!

— Да иду я! Что там у тебя случилось, коршун...

— Вайо!

Решив ничего не отвечать, чтобы в голову не ударила молния от случайно произнесённого заклинания, он стиснул зубы и пошёл дальше, с тоской глядя на целые с виду строения.

Наконец его взору открылась странная картина. Птица сидела на ветке слабо светящегося дерева. Его свет был холодным и пустым — не сравнить с тёплыми лучами их Древа. А внизу, подпирая его крону, полулежал сломанный синтетик. Точнее, его верхняя половина. Нижняя была с корнем вырвана, из груди торчали разорванные трубки, провода и мелкие механизмы. Когда Ричард присел рядом, синтетик открыл глаза, нелепо дёрнул руками, покрутил головой и, наконец обретя ясный взгляд, уставился на парня.

Синтетик на миг замер, словно сканируя гостя, затем захлопал губами, пытаясь что-то произнести. Ричард развёл руками. Синтетик ненадолго погрузился в себя и произнёс что-то нечленораздельное. Единственное, что пришло в голову Ричарду, — снять с виска таблетку вокса и вложить её в руку робота. Тот покрутил вокс в руке, слегка улыбнулся уголком рта и поднял взгляд на гостя:

— Добро пожаловать, Келл...

Придя в себя, Ричард ответил:

— Э... Я не Келл. Я человек Земли. Можно просто Ричард.

— Очень приятно, Ричард, человек Земли. Я Аур Ларен, хранитель этого места.

Робот развел кистями, окидывая взглядом окружающий хаос.

— Прости за то, что встречаю тебя в таком непотребном виде. А также за то, что не смог сохранить красоту храма некогда великого народа Ваолар. Мы слишком долгое время ждали тебя...

— Меня? Ты, по-моему, что-то перепутал.

— Взошёл ли Росток Сат'Ауэль, человек Земли? — спросил Аур.

— Да, — кивнул Ричард.

Птица сорвалась с ветви и огласила пустошь пронзительным криком.

— Мы с моей помощницей очень рады. Эта новость поздняя, но от этого не менее желанная. Найдётся ли под ветвями место для потомков народа Ваолар? — Аур замер.

— Думаю, да, но сейчас там небезопасно.

— Слуги Защитника всё ещё гоняют Червей по октагонам? — Аур склонил голову.

— Я не знаю, о чём ты... Но эти твари чувствуют себя довольно комфортно.

— Как видишь... наш народ был довольно воинственным. И в моих запасниках ещё осталось кое-что интересное. — Он улыбнулся уголком рта. — Может быть, я помогу вам. А затем мне нужно побеседовать с твоим Риксом и принять клятвы. Я не простой экзо, как ты мог подумать. А теперь будь любезен, нажми здесь... здесь... и здесь, — указал он.

После нехитрых манипуляций Ричард снял голову синтетика с плеч, а подлетевшая птица вцепилась в неё и подняла в воздух.

— Следуй за мной, человек Земли. Я кое-что покажу!

Глава 53

Архив Аур Ларена. Хранителя резервного домена народа Ваолар.

14 953 год с момента Утраты.

«Время смеётся надо мной. Вчера они окончательно потеряли рассудок. А я своё тело, надежду на выход и возможность умереть. Что всё-таки стало с вечным корнем, о котором писала первая Говорящая?»

Пока Сат'Ауэль открывала людям свои старые тайны, Дэвид сидел на скамье у кабинета Миллера. Три часа назад туда вошли Рикс, Фламиника и Знаменосец — огромный мужчина с волевым подбородком и грустным взглядом. Его одежда была расшита на груди, руках и бедрах. Дэвид решил, что это плод генетического эксперимента — на Хельге или ещё на Земле...

Дверь приоткрылась. Оттуда вытянулась женская рука, поманила пальцем и скрылась обратно. Его пригласили в центр комнаты, за круглый композитный стол. Адель и Знаменосец подвинулись, и Дэвид сел напротив Рикса.

— Этот мир тысячи лет живёт в войне, — вздохнул Рикс. — Чтобы и дальше жить здесь, мы должны принять эти законы.

Он посмотрел в глаза Дэвиду.

— Мы все здесь солдаты. Почему? Потому что даже мирного врача Незримый может насадить на такую вилку, в которой выбор делают за него.

Знаменосец прикрыл глаза рукой без ногтей.

— Но мы всё же проголосовали. И решением было задать тебе один вопрос.

Дэвид не выдержал:

— Я только прибыл, и вы сходу предлагаете мне убиться за какую-то идею?

Вступила Адель:

— Смерть маловероятна. Мы просчитали варианты. — Она постучала пальцем по виску. — И вероятнее всего, ты сойдёшь с ума.

Рикс продолжил:

— В общем, Дэвид. Если хочешь подарить людям Земли Древо, выступи свидетелем перед Экзархом Круга. И прими его решение.

— Вы, конечно, мастера загадок. А можно поконкретнее? От чего я сойду с ума?

Адель слегка поморщилась:

— Скажем так: без твоего свидетельства мы не докажем контрпродуктивных действий лысых у Древа.

Загремел Знаменосец:

— Только Экзарх отдаст тебя им!

— Возможно, — заметил Миллер.

— Вероятно! — отчеканила Адель.

Дэвид прикрыл глаза и тихо пробормотал, заваливаясь на бок:

— Секунду, психогенно...

Мгновение — и он дёрнулся, ощущая небывалую лёгкость во всем теле, тряхнул головой, поморгал:

— Так, а если и меня отдадут, как овцу, и вы Древо не получите?

— Тогда будет война. И мы все умрём, — ответил Рикс. — Вылетаем через час. Если тебя не будет у Клювана, я пойму.

Они поднялись и пошли к выходу. А Дэвид остался один в кабинете Миллера, уставившись на странную картину над его креслом.

Слепая толпа на большей части сцены занималась чем угодно, только не сопереживала маленькому человеку, несущему в гору крест из двух бревен. Спустя несколько минут старые настенные часы пропели механическую мелодию, сигнализируя о наступлении полудня. Дэвид встал, подошёл к картине. Едва заметная подпись «BRUEGEL» ничего ему не сказала. Опустив голову, он тяжело вздохнул и медленно побрёл к скамье у обрыва.

Одинокий. Лишний. Чужой. Видимо, был обеденный перерыв, и на улицы хлынули потоки людей. Разного возраста, разных профессий. Они улыбались, грустили, громко болтали. А потерянный Дэвид тихо шёл к своей скамейке навстречу потоку. Один мужчина, на голову выше других, что-то доказывая подруге, слегка задел его плечом:

— Аккуратнее, короткий!

Дэвид развернулся и встал на месте, смотря в глаза мужчине.

— Пойдём. Он какой-то странный. Новенький, наверное. Может, больной, — потянула девушка парня, и тот отвернулся, уходя. А Дэвид стоял и смотрел им вслед. Слеза скатилась по щеке, он рассмеялся.

«Да, за этого придурка я помираю. За него и за неё. Ладно, пойду уже к винтокрылу, а то ещё забудут меня».

Как только он приблизился к машине, импеллеры завыли, разворачиваясь в разные стороны — Бэрт проводил диагностику.

— Я Эд, — Знаменосец протянул свою дубовую пятерню. — Чтобы ты знал: я голосовал против...

— Спасибо, — кивнул Дэвид. — Вспомню перед смертью твоё лицо.

— Забирайся, шутник.

Сидящий в кресле Миллер, увидев Дэвида, вырвал лист из толстой тетради и принялся писать на новом.

Голос Бэрта, доносящийся из динамиков, оглушил десантный отсек:

— Пристёгиваемся, мать вашу! Или пешком пойдёте!

Ещё минута-другая — и Дэвид через иллюминатор наблюдал за Фригольдом, который, словно далёкий костер, тлел в окружающей темноте. Из него в небо вырвалась линия трассирующих огней.

— Тебе. От Адель, — буркнул Эд, отворачиваясь.

Дальше летели молча. Миллер потирал выбритый подбородок и писал, Эд храпел. А Дэвид считал последние минуты своей свободной и относительно безопасной жизни.

Тёмная пустыня медленно сменялась жёлтой степью. Становилось светлее, и он всё чаще замечал движение внизу. Массивные туши, напоминающие быков, раздвигали высокую траву, оставляя за собой длинные кривые борозды. Иногда они собирались в настоящие табуны, поднимая в воздух тучи пыли и уничтожая гектары зелени. Один из таких табунов возглавлял крупный бык с длинными рогами. А на его теле блестел силуэт человека.

Сейчас стадо переправлялось через реку в её узком месте. Пар от разгорячённых тел вызывал в небе радугу, а один рогатый зверь, схваченный хищником, окрасил вспененную воду алым.

— Калории считаешь? — Эд осклабился, показав белые зубы.

— Да, мощь...

— Тхары перегоняют свои табуны перед сменой большого цикла. Никто не знает, что принесёт новый знак.

Скорость винтокрыла была слишком высока, а высота совсем небольшая, и Дэвид не успел разглядеть итоги этой борьбы.

А спустя несколько часов полёта тёплый белый свет залил собой всё окружающее пространство. Он дарил жизнь бесчисленным животным внизу и соревнующимся в скорости птицам — в небе. Под мерный гул импеллеров Дэвид уснул.

Сон был странным: пугающим и вдохновляющим одновременно. Он стоял у подножия огромной неприступной горы. Её пик не был виден из-за облаков. Дэвид зачем-то решил подняться как можно выше, зная при этом, что скоро к подножию скатится его переломанный труп. Он сделал несколько шагов, споткнулся и упал, подвернув ногу.

Открыл глаза, посмотрел в иллюминатор: «Ну, рай...» Разноцветные ухоженные поля на холмах, аккуратные симметричные ряды зданий, каменные дороги, статуи и фонтаны. Перевёл взгляд по направлению полёта и поднял брови. Они летели в сторону мегаполиса. Здания в несколько этажей тянулись до горизонта, уходя выше — к холму, из вершины которого в небо тянулась могучая белая крона. Дэвид достал брошюрку Мари. ЭЦ-ШАМАИМ.

«Моя жертва более чем оправдана».

— Ремни! — заорал Бэрт.

Импеллеры ещё гудели, когда Миллер потянул Дэвида к выходу.

— Здесь побуду. Не понимаю я этого... — проворчал Эд, мотнув головой.

Они спрыгнули с подножки и оказались у круглого сооружения.

— Колизей? — Дэвиду не пришли на ум другие аналогии.

— Типа того. Традиции аборигенов... Хорошо, что мы успели. Иначе торчали бы здесь ещё сутки.

Они вместе с толпой таких же гостей этого города прошли мимо многочисленных прилавков с различными товарами, не обращая внимания на крики продавцов. И сели на тёплые каменные скамейки, глядя на круглую площадь в центре сооружения. Справа от Дэвида находился колчан с несколькими метровыми ржавыми пиками. Их концы были заострены и загнуты — судя по всему, для трудности извлечения.

Несколько минут ожидания — и в центр площадки вышел невысокий старик в синей рясе.

— Не переживай, я буду переводить, — шепнул Миллер.

Старик упал на колени и поклонился Древу. Поднялся, четыре раза кивнул зрителям в разные стороны и заговорил.

— Гости Народа Древа! Вас приветствует судья! И хранитель памяти великой битвы, прошедшей под этими ветвями. Великой битвы и великого предательства!

Он сделал движение рукой — и в десяти шагах от него появились двое. Юноша лет 19 и мужчина в годах.

— Взгляните на эти невинные, запуганные лица. Отец. Сын. Несколько веков назад они решили предать свой Народ. Предать священный свет цветка Творящей! Они открыли на этом самом месте портал для червивой орды! — Голос старика сорвался на визг. Он сделал паузу и, отдышавшись, продолжил: — Конечно, орда была разбита, а эти двое пленены и обращены в руны. Но мы помним предателей рода человеческого. И до скончания веков! Каждый день! Они будут умирать на этом песке в назидание всем малодушным и доверчивым глупцам! Возьмите в ваши руки оружие, гости!

В повисшей тишине слышалось шарканье ног уходящего с центра арены старика и беспорядочный лязг ржавого железа. Миллер взял пику и подбородком указал Дэвиду на его колчан. Дэвид сглотнул, вытягивая первую попавшуюся железку. Её кривой наконечник был измазан запёкшейся кровью.

— Да воздастся им за дела их!

Внезапно молодой парень сорвался в бег, а мужчина запрыгал, озираясь в поисках летящего в него оружия.

Миллер одним из первых отправил стальной прут с упреждением в сторону парня. И повернулся к Дэвиду. Тот смотрел на свою дрожащую руку и на кривую железку, лежащую в ней.

Миллер отряхнул руки и положил ладонь на его плечо:

— Без этого ты не попадёшь на Тинг, Дэвид.

Подняв взгляд на площадку, он увидел истекающего кровью мужчину и сидящего на коленях парня в окружении воткнутых в землю пик. Всё уже закончилось. Нелепо размахнувшись и хрустнув плечом, Дэвид отправил свой снаряд куда-то в сторону этих несчастных, вздрогнув от воображаемой картины попадания в голову парня. Но пика Дэвида упала в стороне от тел, что немного успокоило.

Он замер, вглядываясь в ревущую толпу. Ощутил волну непонятного гнева, резко встал и, не оборачиваясь, пошёл к винтокрылу.

Миллер также вернулся спустя несколько минут и молча сел, уставившись в потолок.

Тишину нарушил Эд:

— Не хочешь отдавать его? Так полетели назад!

Рикс, смотря на Эда, коснулся вокса:

— Летим к храму Норн.

— Оу... Поздравляю, Восходящий! — Эд протянул руку.

Выйдя из винтокрыла, Дэвид оказался у огромного золотого храма. Высокие арочные проходы пропускали через себя вереницы людей. Это место напоминало вокзал, возле которого трутся странные личности в окружении диковинных созданий, торговцы без прилавков тихо твердят странные названия своих товаров, у входа сидят нищие со взглядом господ, а в дверях высятся величественные статуи непонятных людей. Внутри храм был пуст. Шагнув на круг в центре зала, Дэвид и Рикс перенеслись в другое здание — во много раз больше и величественнее. Дэвид прикинул: они стояли на высоте более четырёх километров.

Панорамные витражи на окнах открывали вид на бесконечный золотой город, а интерьер зала поражал воображение. В центре стояла статуя улыбающегося человека, протягивающего пустые ладони. Рядом с ним находились и другие статуи — поменьше.

Миллер подошёл к высокому изваянию и вложил в его руку маленький серебряный гвоздь. Спустя мгновение гвоздь пропал, а на правой руке материализовался новый.

— Теперь ты. Возьми и вложи ему в руку.

Дэвид подошёл, положил стигмат в ладонь и оказался уже в другом месте — в сфере, сотканной из сияния, в центре которой стоял саркофаг с открытой дверью.

Статуя дёрнулась и заговорила:

— Приветствую тебя в Храме Вечности, незнакомец. Тебе выпала великая честь — стать бессмертным героем Единства и Вечности. Пройди сквозь врата в сердце Вечности и получи имя!

Дэвид взвесил все за и против и решил довериться Риксу — шагнул в саркофаг и провалился в сон.

«Что это было? Опять сон?»

Вывалившись из саркофага, Дэвид помнил, как вводил своё имя в строке идентификации и как слушал поздравления от проекции статуи. Огромный инопланетный город, чистейший воздух. Странные яркие сады, полные счастливых и прекрасных людей. И он — находящийся там, среди них.

Ощупав шляпку гвоздя на правой руке, Дэвид оглянулся. Теперь он находился в первом, небольшом храме — у Древа. Знакомые нелепые выкрики, запах пота и грубый смех вернули его в реальность. Идущие позади люди толкали в спину. Но Дэвид вновь был дезориентирован — появившимся в поле зрения интерфейсом. Интерфейсом Восхождения.

Глава 54

Архив Аур Ларена. Хранителя резервного домена народа Ваолар.

22 759 год с момента Утраты.

«Все животные мертвы. Даже бродячие стаи собак-людоедов истреблены и съедены. Разбито всё, кроме нескольких дозаторов пасты. Сначала Она. А теперь и они. Плачешь ли ты со мной, Незримый?»

Не отрывая взгляда от прекрасной птицы, кружащей в чистом голубом небе, Ричард наконец перебрался через развалины и вышел на ровную мостовую. Его закалённое бесконечными тренировками тело требовало активности. И он бежал, слушая Аур Ларена.

— Знаешь ли ты, человек Земли, что такое Звёздная кровь? — птица в бреющем полёте зависла над головой. — Звёздная кровь — это шанс. Наш шанс на путь. На жизнь и на некий паритет. Потому что окончательно победить в этой войне у нас не выйдет.

— В войне с кем?.. С этими тараканами?.. Да разбомбить их и всё... На Земле такое оружие было...

— Ты наивен, друг. Никакое оружие не убьёт серебро. О золоте говорить не стоит. Но что касается настоящих Червей. Тех, что явились из Бреши — каждый из них является великим и непостижимым. И если один из них просто обратит внимание на тебя. Или на меня. Это конец.

— Да как бы...

— Что как бы?

Ричард мгновенно вспотел. Ему вспомнилось детство — они с дедом выходили из леса, и дед весело объяснял ребёнку, как интересно им будет делать фигурки из птичьих яиц. А маленький Ричард молчал. Он никак не решался рассказать деду, что яйца в его руке давно превратились в колючее липкое месиво.

— Встречу, буду вежлив.

— Лучше умереть, — тихо ответила голова. — А знаешь ли ты, какова реальность Единства сейчас? И почему обитатели Вечности так её боятся?

Ричард не понял вопроса.

— Я скажу тебе. Из великого, совершенного бастиона наше Единство превратилось в выгребную яму. Но даже на такой почве наследие Творящей напоминает нам о том, ради чего живёт Человек!

Птица замерла у очередных развалин, и минутная пауза позволила Ричарду осмыслить сказанное, пока он смотрел на руины.

Некогда шикарное здание из огромных мегалитов давно было погребено под сводами тяжёлой крыши. А его стены плашмя разлеглись во все четыре стороны.

— Кажется, я погорячился насчёт запасников, — раздражённо проворчал Аур. — Придётся тебе поработать. Видишь плиту? Её нужно поднять.

— Как это — поднять?

— Молодёжь. Ну тогда копай!

Птица недовольно гаркнула, опустила голову робота на выступающий из земли пенёк колонны и взлетела.

Ричард, осмотревшись, нашёл плоский обломок черепицы и приступил к работе. Уже темнело, когда он, полностью погрузившись под плиту, нащупал толстое древко.

— Вот оно! Поздравляю тебя, Ричард, человек Земли! Ты откопал знамя народа Ваолар!

— А зачем оно нам? Откопать бы пару танков.

— Копай, дурак! Ты вообще не слушаешь, что я говорю?

Спустя ещё четверть часа Ричард достал четырёхметровое древко с развивающимся красным знаменем. На нём не было никаких знаков отличия. Метровый язык пламени бился в воздухе независимо от порывов ветра.

— Впечатляет? Черви от него в восторге! А теперь возьми это знамя и укрепи под ветвями малышки Ауэль. Я буду ждать тебя у портала.

Птица схватила голову и взлетела, хлопая крыльями.

Знамя весило не менее тридцати килограммов, и Ричарду стоило немалых трудов притащить его к порталу. Уже совсем стемнело, когда он заметил упругую, давящую энергетику, исходящую от этого языка пламени. Он прошёл мимо безрукой статуи, зачем-то поздоровался с ней и увидел открывающийся вновь портал. Птица отпустила хозяина, небрежно бросив его на землю, и мгновенно влетела в белую дымку.

— Спасай дитя, Ричард! — услышал он глухой голос робота.

Шаг в портал — и тёмные окрестности утонули в ярко-алом сиянии. Взгляд мгновенно отыскал выступающее из-за Древа белое плечо Линды.

Она стояла спиной к Ростку, обнимая его руками. В гримасе ненависти и торжества, считая эту секунду последней в своей жизни, она бешено ревела прямо в морду жуткому инсектоиду.

Таких тварей Ричард ещё не видел. Она чем-то была похожа на Дорифора: острые грани тела, рваные, дёрганые, еле угадывающиеся движения и занесённая в замахе длинная рука-клинок. Вторая конечность была отсечена.

Ощутив тяжёлый жар знамени, тварь мгновенно отскочила на несколько метров. И своими дёргаными движениями попыталась зарыться в каменистую почву. Но это не помогло — её конечности забурлили, превращаясь в лужу чёрного месива. А визг, тонувший в хаосе окружающей вакханалии, оборвался жалобным хлюпаньем.

Линда подбежала к этой бурлящей луже, нагнулась над ней. И, переминаясь на месте, продолжала кричать, прерываясь на новые вдохи. Но, придя в себя и услышав крик в небесах, она обернулась на неведомый источник огненного света и застыла с открытым ртом. Белая птица летала вокруг Ричарда, ругаясь на незваных гостей на своём птичьем языке.

Спустя некоторое время Ричард разглядел и Лору. Окружённая странной блестящей чешуёй, она прорывалась навстречу орде, размахивая двумя длинными горящими плетьми. Одинокая, слепая и про́клятая. Отдавая всю себя последней битве, мечась из стороны в сторону, она будто плавала в мясорубке.

От нахлынувших чувств Ричард хлюпнул носом, покрепче ухватился за древко и пошёл в её сторону. Длинный язык пламени высоко над головой бешено хлестал воздух, бился, словно молодой небесный жеребец. И каждый его удар отдавался в руках, заставляя покачиваться, останавливаться и припадать на колено.

Этот свет не был похож на мирное касание лучей Ауэль. Ричард кожей чувствовал дух настоящего древнего оружия, участника давно забытых битв и друга великих героев. Он вернулся. И это место теперь под его защитой.

Подножие Древа было очищено. Все, кто мог — сбежали, спрятались за стеной, забрались в кучи трупов сородичей или погибли, воняя и дымясь.

Ричард спиралью обходил Древо, уничтожая нечисть и вглядываясь в тьму. Мимо него пролетел силуэт четвероногой огневой системы Барьера. Она на лету выпустила в разные стороны десяток снарядов и снова скрылась из виду. Очередь взрывов разметала часть тварей, расширив свободное пространство.

Пытаясь удержать порывы знамени, Ричард с облегчением заметил просеку в гуще врагов. «Вернулся, безумец». Дорифор шёл сквозь них, как винт, раскидывая во все стороны части чёрных тел и поднимая фонтаны червивого ликвора.

Внезапно Ричард услышал лязг металла, увидел искры от встречи робота с кем-то равным, но не испугался.

— Прими этот дар мой.

Опустив подбородок, он направился на помощь. По дороге прогнал нескольких бесформенных костяных уродов, казавшихся теперь такими жалкими и от этого ещё более отвратительными. И остановился в нескольких метрах от боя.

Экзо плавно танцевал вокруг трёхметрового инсектоида — увеличенной копии того, что недавно замахнулся на Линду. Широкий торс, могучие конечности и длинные клинки говорили о том, что это следующая стадия эволюции. Он лениво отмахивался от назойливого робота, не подпуская того на дистанцию атаки. Но, внезапно мигнув, переместился за спину Дорифора и наотмашь рубанул того по груди. Экзо отклонился, защищаясь, но левый клинок червя тут же вонзился в его бок.

Как раз в этот момент Ричард подскочил ближе и на секунду дезориентировал тварь, выжигая ей глаза. Дорифор едва заметным взмахом снизу вверх рассек её от брюха до морды, снова принимая любимый кровавый душ. Встречным движением клинков он отрубил обожжённую голову и толкнул ногой валящееся назад тело, освобождаясь от дымящегося клинка.

— Ричард! — голос Линды вырвал его из этого боя. — Алекс!

Пытаясь удержать непослушное знамя, он кругом обошёл его. Линда указала на вершину стены — Алекс бежал по ней в окружении трассеров турелей навстречу вползающему наверх крупному паукообразному существу. Паук вздрагивал от испепеляющего света, в панике перебирая лапами, но не мог отступить. Он плюнул в Алекса чёрной паутиной и резко вжался в стену. Силуэт померк, и его черты растворились в окружающей обстановке.

Алекс же почти увернулся от летящей сети, но паутина задела плечо и мгновенно сменила вектор движения, полностью облепив всё тело. Он споткнулся, упал на колени, и паук молниеносно запрыгнул сверху.

Ричард успел сделать лишь шаг, и тварь вонзила жало, что-то торжественно вереща. Содрогаясь от пуль и обжигающего света, она припала вперёд, откусывая голову Алекса. Его кисть расслабилась, тихо щёлкнул взрыватель, и плазменная вспышка разорвала тварь вместе с жертвой.

«Ещё один друг и учитель. Сколько людей погибнет здесь?»

Отбросив замешательство, Ричард стиснул зубы и шагнул к стене. По грубой узкой лестнице забрался на уцелевшую часть стены, давая знамени возможность проявить себя.

Поддавшись порыву, крепко встал и вскинул в небо сжатый кулак.

Знамя перестало биться. Теперь оно сияло. Тотально и бескомпромиссно.

Сквозь плотное красное марево Ричард заворожённо смотрел на кружащую вокруг белую птицу. На корчащихся червей, пытающихся уползти в тень. На жадное небесное светило. И на такой робкий, новый рассвет.

Над головой сверкнула молния. Холодное, бодрящее одеяло дождя накрыло всё вокруг. И сквозь водяную пелену он разглядел сидящую на коленях Линду. Подняв свои руки вверх, она любовалась мелкими каплями, бьющими по ладоням. Они капали на её грязные пальцы, омывали плечи, текли по волосам и, смешиваясь со слезами, собирались в ручьи, унося с собой следы ночного кошмара Ауэль.

Под глухие раскаты грома Ричард ощутил новое, неведомое ранее чувство нежного уважения к этой женщине.

— МОЯ.

А Росток тем временем просыпался — туго потягиваясь ветвями и по-детски дрожа от первого в своей жизни дождя.

Глава 55

Яркие, молочно-белые лучи, бьющие сквозь проём огромной арки на выходе из храма Норн, будоражили и горячили кровь Дэвида.

Он стоял в окружении шумящей толпы и отстранённо любовался эстетикой трёхмерных глифов, возникших перед глазами.

Слева висел глиф свитка, ведущий в пустую скрижаль для рун. «Это нам пока не надо».

В центре — силуэт человека цвета дубовой коры. На нём блестели три точки атрибутов. К удивлению Дэвида, два атрибута уже были развиты.

Тело — 1. Разум — 4. Дух — 2.

«Выходит, моё восхождение началось намного раньше. Ещё на Земле?»

Он перешёл ниже, к подразделу Навыки. Открыв его, обнаружил единственный, но такой родной, навык:

Анатомия человека. Дерево 8.

Третьим глифом — справа был Атлас, включающий в себя интерактивную карту местности и другие разделы: с титулами, клятвами и заданиями.

Дэвид активировал мигающий значок.

«Задание Наблюдателя Единства:

Восходящие! Защита нового Ростка великого Древа Сат'Ауэль является приоритетом вашего Круга. Необходимо обеспечить выживание Ростка и заселение малого Круга».

Награда: руны ранга серебро и золото.

Наказание за игнорирование: позор.

Наказание за отказ: смерть.

— Играешься? — голос Миллера вернул в реальность. — Идём к винтокрылу. Пока нам здесь что-нибудь не продали. — Он с силой оттеснил потрёпанного старика, выскочившего из-за угла, и шагнул сквозь пятно белого света.

У Клювана их ждала Мари.

— Ты теперь Восходящий! Я рада! А что такой кислый?

Этот вопрос застал врасплох.

«Не могу же я сказать, что Миллер продаст меня сегодня на Тинге».

— Потому что Восхождение — это не игрушки, Мари, — отрезал Рикс, пропуская Дэвида к отсеку винтокрыла. Девушка надула губки и отвернулась.

— О... Герой! С гвоздём! Открывай скрижаль, — воскликнул Эд.

— Отставить делиться! Эти суки выпотрошат.

— Тогда навыки? Но на дереве я даже не знаю. У меня ничего такого нет.

— Уже открыт один навык. Анатомия человека, 9 звёзд, — вставил Дэвид.

— Удобно. Рычаги, суставы, — крутанул руками Эд.

Скрижаль Миллера широким полукругом повисла в воздухе, заливая отсек светлым металлическим блеском.

Дэвид обратил внимание на переливающийся текст:

Теодор Миллер

Восходящий

Фригольд Воля

Титул: Рикс

Ранг: Серебро

Содержит звёздную кровь

Перевёл взгляд на Знаменосца.

Эд _

Восходящий

Скрыто

Скрыто

Скрыто

Содержит Звёздную кровь

— Принимай: навык Единого языка. Языка С'Ална'С. И Ускоренный метаболизм. Никакие ментальные барьеры не помогут. Захотят сломать — сломают. И вот тебе одна звезда звёздной крови для имплантации. Разберёшься. — Миллер коснулся вокса: — Машину не покидать. Ждать моего сигнала.

Коротким поворотом головы указал на Эда:

— Пора.

По пути к подножию Эц-Шамаим Дэвид распаковал звезду, получив 12 капель Звёздной крови, и имплантировал два новых навыка, просто коснувшись их вниманием. Имплантация ускоренного метаболизма вызвала жар, головокружение и страшный голод, с которым справилась только большая порция шашлыка, купленная Миллером у какой-то старухи под каменным сводом моста. А вот навык Единого языка отозвался лишь лёгким зудом в голове. Но беспорядочный гвалт окружающих голосов сразу же принял форму понятных речевых оборотов.

Теперь он с лёгкостью мог вычленить смысл фраз, проходящих мимо людей с их ссорами и умиротворением, радостью и страхами. В основном люди говорили о бытовых вещах. В первую очередь их интересовали цены на продукты. Но также были новости об ужасных червях, которые выползают из моря и нападают на Малое Древо. И, конечно, обсуждали предстоящий Тинг.

Дэвид слышал упоминания о Народе С'Ална'С и о людях Земли, но ничего конкретного всё-таки не смог уловить. Спустя несколько часов путешествия по дышащему жизнью центру этого странного мира они вышли к подножию Эц-Шамаим.

Отвесная стена белой кроны, искалеченная длинным угольным шрамом, заслонила собой половину горизонта. Густые ветви над головой не давали возможности оценить высоту этого грандиозного создания. На них кипела своя жизнь — золотистые точки, похожие на огромных стрекоз, без конца суетились в лучах молочного сияния. Их не интересовали три человека Земли, которые пришли сюда торговаться за судьбу своего народа.

Дэвид, Эд и Миллер стояли у входа в выросший из кроны Древа полукруглый амфитеатр. В центре уже собрались люди. Они устроились за овальным столом из чистого золота, где прекрасные официанты расставляли сотни различных блюд.

Вход был свободный, и простая публика уже рассаживалась по своему статусу на нисходящих степенях амфитеатра. А из высокой ложи и партера за развитием событий наблюдали более утонченные и расслабленные лица.

Дэвид заметил у стола в центре высокое кресло, больше похожее на трон. Рядом стояли два кресла поменьше. Места справа и слева были заняты группами Восходящих, и людям Земли пришлось расположиться в самом конце — у входа.

Они втроём, гремя стульями и посудой, молча уселись на места. И в гнетущей тишине, под взглядами, полными злорадства и превосходства, начали поглощать местные деликатесы. Единственные из всех присутствующих, они спокойно ели, по-простому орудуя ножами и вилками. А сидящие за столом люди вздыхали, переглядывались и прятали лица.

Эд нарушил тишину, гаркнув на Дэвида на Едином:

— Пока всё не съешь, из-за стола не выйдешь!

Редкие зрители оценили этот смелый жест людей Земли, которые, не зная элементарных обычаев Круга, принялись за еду на малом Тинге и не постеснялись пошутить над царящим здесь лицемерием.

Но тяжёлые шаги троих Восходящих заставили публику притихнуть. И только шёпот: «Экзарх идёт», «смотри, наш Экзарх», «тихо, Экзарх!» слышался с разных сторон амфитеатра.

Все встали. Люди Земли тоже вытянулись, вытирая салфетками руки и рты и робко поглядывая на необыкновенную троицу у противоположного края стола.

Слева — высокая прекрасная девушка. На вид — лет девятнадцати. Эти милые румяные щёчки и пухлые красные губки заставили Дэвида смущённо втянуть голову в плечи несмотря на то, что их разделял стол диаметром добрых десять метров. Одета в голубое обтягивающее платье. Её мягкая аура укрывала весь амфитеатр умиротворением и спокойствием. Дэвид прочёл:

Алани Сет

Восходящая

Народ Шамаим

Титул: Фламиника

Ранг: серебро

Содержит Звёздную кровь.

Справа — пожилая недовольная женщина, небрежно завернувшаяся в кусок золотой ткани:

Тала Сет Эц-Шамаим

Восходящая

Народ Шамаим

Титул: Говорящая

Ранг: Серебро

Содержит Звёздную кровь.

Она надменно смотрела сквозь людей, сканируя пространство в ленивых поисках чего-то, известного только ей.

А центре, подняв скучающий взгляд вверх, стоял невысокий мужчина с аристократическими, немного женскими чертами лица, тонкими руками и длинными пальцами. Он словно прервал фотосессию для модного журнала, чтобы уделить полчаса скучной работе.

Мейлор Сет-Второй

Восходящий

Народ Шамаим

Титул: Экзарх Круга

Ранг: Золото

Содержит Звёздную кровь.

Дэвиду было больно смотреть на этого человека. Это был бог, сошедший с небес. Это была сама власть.

Золотой Экзарх и Говорящая синхронно отодвинули стулья и сели. А юная Алани Сет развернула ладони к небу и звонким колоколом на весь город произнесла:

— Тинг.

Она постояла так несколько секунд, затем изящно заняла своё место за столом, выгнув длинную шею и с любопытством разглядывая сидящих людей.

Экзарх лениво осмотрел собрание. Усмехнулся, глядя на Дэвида. И глубоко, устало вздохнув, произнёс:

— Приветствую Риксов Круга и всех присутствующих на малом Тинге.

Перевёл взгляд налево, в сторону трёх лысых мужчин.

— Мне доложили, что мы собрались здесь по инициативе Рикса С'Ална'С. — Экзарх говорил настолько отстранённо и скучно, что Дэвиду стало его жалко. — Убийцы Небесного Дракона и отца трёх сотен детей — Б'Ено'Сата. Он обвиняет людей Фригольда Воля в захвате нового Ростка. — Экзарх протяжно втянул носом воздух. — А также в пленении Говорящей с Древом...

В воздухе повисла гнетущая тишина.

— Это весьма серьёзные обвинения. И пока я во всём не разберусь, никто из присутствующих не выйдет из-за этого стола.

Он жестом указал на Рикса С'Ална'С:

— Говори, Б'Ено'Сат.

— Благодарю, светлейший, — Рикс низко кивнул. — По заданию Наблюдателя я лично выбрал своего сильнейшего сына и отправил его с лучшими воинами и опытным проводником к новому свету. И вот под юными ветвями мы нашли новую С'алну в сопровождении троих безумцев. Один из них внезапно стал оскорблять наших людей, наши традиции и священные татуировки. Он был честно убит на Фионтаре. Остальные — напали после. И также были быстро и великолепно убиты.

— Ложь! — не выдержал Дэвид.

За что получил от Миллера очень сильный удар локтем под дых.

— Как видите, к людям Земли нельзя в полной мере отнести идеи о чести, уважении к старшим и даже об элементарной субординации. Их вообще сложно назвать людьми. Мы исследовали мозг одного случ...

— Давай к делу, Б'Ено...

— В общем, С'ална, или, по-вашему, «Говорящая» с радостью вошла в состав нашего великого Народа. А двое вшей, ползающих рядом, стали нашими трэлями. Это, кстати, один из них.

Он резко повернулся в сторону Дэвида и ткнул пальцем в его лицо.

— Сидит здесь. Нагло. Без намордника. Жрёт серебряные мидии.

Экзарх вытянул губы в трубочку и прикрыл глаза:

— Юный Рикс Фригольда Воля. Господин Миллер. Позвольте порекомендовать вам нашу библиотеку. Там вы сможете более обстоятельно изучить традиции Круга. В том числе закреплённые документально правила поведения на собраниях, подобных этому малому Тингу.

Миллер кивнул.

— Прекрасно, продолжим. Слово Риксу Фригольда Воля. Что скажете в ответ на обвинения, господин Миллер?

— Ничего.

— Хм... — мило усмехнулась юная Алани Сет.

Экзарх укоризненно взглянул на неё, заставив опустить большие зелёные глазки. Глубоко задышал, стиснув зубы. И, изо всех сил сдерживая себя, подался вперёд.

Тяжёлый, вязкий воздух пришёл в движение, расталкивая звенящие, как колокольчики, столовые приборы. В сторону Миллера двинулась волна могучего гроулинга, заставившая сидящего рядом Дэвида закрыть лицо руками:

— Хочешь поиграть? У меня большие планы на вечер. Но я не желаю тебе стать их частью!

Рикс поднялся, взглянул на публику. На сидящих Риксов. И, глядя на свой указательный палец, с улыбкой ответил:

— А ты посмотри сам. — Палец дернулся в сторону Дэвида. — В его голове.

Дэвид почувствовал движение своего черепа. Он против воли разворачивался на сто восемьдесят градусов.

«Услышу хруст С1-С4 или уже не успею?»

Но внезапно всё замерло. Он видел застывших вокруг стола людей и так же, как и они — не мог пошевелиться. Только Экзарх рывком поднялся с трона и с гневом обратился к Риксу С'Ална'С:

— Б'Ено'Сат. Ты говорил о субординации? Об уважении? Но решил убить свидетеля прямо за моим столом.

Он подошёл и наотмашь ударил Рикса по лицу. Тот сломал сиденье и прокатился по площадке, наполовину зарывшись в песок.

Мейлор направился к Дэвиду. Положил ладонь на его лоб, и сознание обратилось вспять. Перед глазами, как в немом кино, пронеслись сцены... эффектный прилёт группы Лоры. Вонь от кишок деда-садиста. Муки плена. Грязный фионтар Баретта, проведённый сразу после битвы с Червями, хруст его лицевых костей. И наконец — появление лысых у Древа.

Экзарх мягко убрал ладонь и с улыбкой умиления отвернулся.

Постепенно возвращалась возможность моргать, двигать пальцами, дышать. Люди за столом опасливо озирались. Кто-то тряс головой. Кто-то помогал Риксу С'Ална'С. И только Миллер с Эдом молча сидели, ожидая развития событий.

— Юная Говорящая получила дар, уже будучи трэлем. Это нонсенс и дипломатический инцидент. Она свободна. Она и её муж. Хм... Насчёт Ростка. Что скажешь, Тала Сет?

— Дитя должно расти в любви. Нужно дать им шанс.

— Я тоже склоняюсь к этому варианту.

Б'Ено'Сат снова подал голос, уже сидя на новом стуле. Вместо его татуировок вся голова теперь являла собой большую синюю гематому.

— Мы великий народ! Один из древнейших! Мы ждали почти тысячу лет. Нам нужно это Древо. — Он помолчал, ожидая реакции Экзарха. — Малое Древо было подарено пришлым. А сейчас вы хотите отдать Росток Великого Дыхания каким-то мелким вшам? После того, как отдали им наши древние земли? — Он снова затих, но никакой реакции не последовало. — Они даже не народ! Я хотел помочь, но из сотен трэлей рождается лишь один Человек! — тряхнул он кулаком. — Я прошу Вас подумать о выживании нового Древа! Новый Круг! Он может стать мостом в другие миры. Вши ничего не знают, ничего не понимают и ничего не могут! — Он встал и заговорил тише: — а Сат-Ауэль однажды уже была сожрана вместе со своим Великим Народом. — И, оглядывая трибуны, закричал: — Они не удержат его!

Миллер наконец нашёл трещину:

— Как известно Экзарху, фригольд Воля первым выдвинулся и заявил свои права. — Он по-кошачьи лениво потянулся. — Люди Земли первые его обнаружили и даже вступили в контакт... — и очень быстро заговорил короткими манифестами: — Фионтар был проведён сразу после битвы с Червями. В которой С'Ална'С не принимали участие. С'Ална'С не помогли защитить Росток. Они пришли убивать, пленить и грабить. А затем сбежали, собрав добычу.

— Ложь! Мы убили около тысячи тварей!

— После того, как подло расправились с нашими Восходящими. Ослабленными битвой. И пленили наших людей. Включая даже Говорящую.

— Всё было честно. Слабый погибает. Вошь давят. Ну, конечно же, мы не трогали С'алну. Она жива, цела и чиста!

Мейлор сморщился и отклонил голову назад, словно почувствовав неприятный запах:

— Тихо! Вы в своей ненависти не оставляете мне выбора. У нас в Круге свой Росток! Грядёт кризис. Скоро здесь будем кровь лить! Все вместе! А вы лаетесь между собой! Это плохая почва. Мое решение! — громом огласил он трибуны: — Говорящая принадлежит Фригольду Воля. Её муж с ней. Третьего С'Ална'С могут забрать себе. У меня нет законных оснований дарить ему свободу...

Он одним мизинцем отмахнулся от ледяного взгляда Миллера и поднял подбородок, смотря Дэвиду прямо в глаза. Тот сглотнул, дрожа всем телом и почувствовал, как серебряные мидии поднимаются по пищеводу. Медленно опустил голову вниз, пытаясь сдержать позыв, но не смог — под хохот зрителей его вырвало в едва заметную полупрозрачную тарелку.

«Никогда не поздно сойти с винтокрыла».

Экзарх закатил глаза и, снова вздохнув, начал лениво декларировать решение, словно читая длинный скучный текст:

— До конца большого цикла люди Земли полностью покидают земли Круга и перемещаются к Ростку. С'Ална'С получают обратно все земли Воли. Даже отнятые ранее у Тхаров. Воля назначается не хозяином, но хранителем Ростка. Под моим руководством... да. Воля платит С'Ална'С по пятьдесят звёздных монет каждый большой цикл до конца своего существования. Или пока Экзарх этого круга не изменит решение. Миллер, мой Восходящий полетит на вашей птице к Сат-Ауэль и установит портал прямо сюда. Этот портал будет открыт всегда. Через него сможете перевезти своих людей к Ростку. А я помогу, когда это потребуется. Всё. Не подведи своего Экзарха, новый Малый Народ, — закончил он с некоторым раздражением.

Трибуны взорвались аплодисментами, а пожилая Говорящая встала и низко поклонилась сыну.

— Это мудрое решение, мой Экзарх.

— Спасибо, мать. Садись. Ну, кто-то готов оспорить решение? Или есть ещё вопросы?

Миллер поднялся:

— У С'Ална'С много наших людей в качестве рабов. Можем ли мы, как Малый Народ, выкупить их?

— Пять монет за вошь! — выкрикнул Б'Ено'Сат под редкие смешки с трибун.

— Сколько у вас людей Зёемли, Б'Ено?

— Пятьдесят четыре головы.

Мейлор снова приступил к быстрому декларированию скучного, по его мнению, текста:

— Моё решение! С этой минуты Малый Народ Земли имеет право требовать выкуп своих людей, пленённых другими народами. По цене пять монет за человека. Другие народы не имеют права отказать в этом требовании. С этой минуты пленение людей Малого Народа Земли мной не рекомендуется и порицается. Всех найденных людей Земли, упавших с неба, рекомендуется направлять к порталу. За помощь, оказанную в транспортировке людей Земли к порталу, Фригольд Воля обязуется выражать благодарность, а в особых случаях — выплачивать компенсацию на Большом Тинге. Да, и ещё... Говорящая Великого Древа Эц-Шамаим поможет вашей малышке найти общий язык с Сат'Ауэль. Всё, Малый Тинг закрыт, все свободны! — ударил он ладонью по столу.

Встал, отрывисто кивнул, развернулся и в сопровождении двух женщин быстро покинул площадку. Риксы других Народов также быстро расходились.

Миллер вышел навстречу Б'Ено'Сат:

— Требую освободить Дэвида, вот твои пять монет!

Рикс С'Ална'С прошёл мимо, грубо взял Дэвида за волосы и опустил на колени:

— Выкупишь. Вместе с остальными.

Удерживая его голову на уровне пояса и не обращая внимание на попытки идти самостоятельно, Рикс потащил напуганного Дэвида к выходу. Он, сбивая локти в кровь, в последний раз взглянул на зрителей: «Смеются, презирают. Значит, всё идёт, как надо... Будет у наших Древо, и будет Миллер золотым Экзархом, а Линда — Говорящей».

Пинок под дых заставил его согнуться. И под крик толпы: «У-у-у…» Дэвид боком поехал к выходу, оставляя на песке малого Тинга кривой грязный след.

Глава 56

Выйдя из вагона метро в окружении спешащих людей и мерцающих рекламных голограмм, Линда поднялась по белым мраморным ступеням на одну из длинных улиц агломерации и направилась в сторону офиса компании.

По традиции сбавила шаг у открытой двери кондитерской, с грустью вдохнула запах выпечки и пошла дальше. На ходу открыла самую неприятную папку, касанием взгляда активировала иконку под названием «Сучий тайминг» и, наговаривая задачи, по привычке любовалась пульсирующими рядами слов:

— Десять минут кофе, двадцать — почта, тридцать минут зайти к безумцу Бену, пять — пропесочить Лили, час... нет... полтора часа внести правки Бена в концепт, тридцать минут снова зайти к Бену. Ну, минут, наверное, семь плакать в туалете, двадцать обед...

Она остановилась. Сквозь постепенно тускнеющие розовые буквы на неё смотрели два круглых глаза младшей сестры.

— Ты что это тут делаешь?! А где мама?

— Не те вопросы.

Линда оглянулась. Машины остановились, люди замерли. Даже флаер завис над головой, как на фотографии.

— Я же...

Девочка прерывисто вздохнула, прижала руки к груди и уткнулась Линде в живот.

Линда смотрела на свои ладони. Такие чистые, мягкие. Острые разноцветные ногти ярко бликовали на солнце. Прокручивая в памяти вчерашний день, она осторожно обняла сестру и услышала сбивчивый голос, переходящий в рыдания:

— Сестричка, ты вчера так кричала! Я проснулась и увидела, как ты злишься на тёмное пятнышко... Ты боялась, но всё равно защищала меня. Ты сдержала слово. И теперь по ночам мне не будет страшно. Я знаю, что... что моя Говорящая со мной!

Ауэль подняла голову и робко, сквозь слёзы произнесла:

— Купишь пирожное?

Мир рывком пришёл в движение. Звенящая тишина сменилась гулом импеллеров, шумом колёс и какофонией сотен голосов. Кондитерская встретила знакомым запахом выпечки, шоколада и сливочных кремов.

Они сидели у окна. Линда любовалась Ею. А Она — длинным ореховым рулетом на тарелке.

— Знаешь, когда я проснулась. Я была совсем одна. Ничего не помнила. И ничего не знала. Как ты.

Линда стёрла салфеткой шоколадный крем с довольного детского лица.

— Ты пришла из огромного мира, здесь столько людей, столько животных! Как ты могла быть так одинока? Так бедна. Так пуста. Даже лучшему другу ты не могла ответить взаимностью.

Линда прижала ко рту салфетку и опустила взгляд.

— На Земле мы говорили: нет ресурса.

Девочка звонко рассмеялась. Молоденькая официантка недовольно фыркнула, а крупная женщина за соседним столиком буркнула что-то про детский сад.

Ауэль подняла вверх вымазанный шоколадом пальчик. Это был не ребёнок. Линда ощутила на себе осмысленный взгляд древней святой монахини, которая понимает всё.

— Сестричка, твой ресурс — это любовь и искренность. И он поможет тебе вырваться из скупого одиночества навстречу другим. Пойдёшь со мной в мир свободы?

Минутное молчание.

— Да.

Ауэль отодвинула пустое блюдце.

— С этого дня в тебе всегда будет моя любовь и моё тепло. Я тебя выбрала. Ты будешь моими глазами и моим голосом. Да, лучше сделать это во сне.

Она щёлкнула пальцами, и грудь Линды выгнулась от нестерпимого жара. Лёжа на полу рядом с опрокинутым стулом, она отстранённо наблюдала за потоками золотистой энергии, проходящей по всему телу. Вдоль всего позвоночника разгорались костры, вызывая боль, слёзы и судороги.

— Я знала, что у тебя получится.

Ауэль держала её за руку и гладила по мокрой голове.

— Поздравляю, сестричка. Ты напилась звёздной крови. Открыла каналы эо. Не пугайся. Я дарю тебе свой свет...

Ауэль поднялась и, выходя из кондитерской, обернулась:

— А теперь поплачь, Говорящая с Древом, ибо сегодня мы сожгли твою прошлую жизнь.

——

Пламя погребального костра плясало под звуки трёхструнной гитары Алекса. Это Лора гладила посечёнными пальцами струны, проявляя свои чувства к ушедшим друзьям. Она выжила благодаря странной полупрозрачной чешуе, покрывшей всё тело при первом контакте с врагом. Но её команда была мертва.

Ричард, сжимая четыре стигмата, обнял женщин, сквозь огонь взглянул на поле чёрных трупов и произнёс:

— Лучшая пожарная команда. Дала огня перед смертью и сама ушла в него.

Так они стояли, слушая корявые аккорды слепого командира мёртвого копья. И думали каждый о своём.

Линда — о горящем в груди пламени, которое рвалось наружу, чтобы согреть всех и вся.

Ричард — о том, что опоздал на каких-то пятнадцать минут. Без конца вспоминая свой путь, он корил себя за каждую остановку.

А Лора — о том, что Бэрт неплохо держится. В сотню раз проще прямо сейчас пустить пулю в висок и упасть к своим людям — в этот самый костёр, чем всю оставшуюся жизнь зашивать дыру в груди серыми нитками одиноких, пустых дней.

Глава 57

Предупреждение: финал содержит сцены жестокого насилия, унижения и физиологически тяжёлые эпизоды.

——

Время тянулось медленно. Дэвид в позе покорности сидел на цепи у храма Норн и слушал, как люди С'Ална'С нервно обсуждают итоги малого Тинга.

На всю округу гремели театральные заявления о невежестве и слабости людей Земли. Что им нельзя доверить даже поле злаков. Что годятся они лишь на дешёвые сувениры и на мешки для отработки ударов.

Но возмущения быстро сменились подсчётом выгоды: двести семьдесят пять звёздных монет за всех трэлей плюс пятьдесят монет каждый большой цикл — звучит очень неплохо. Это цена золотой руны, которую потомки будут передавать поколениями, вспоминая мудрость и силу предков!

Да... Рикс С'Ална'С удачлив и мудр. Пусть под Ростком подыхают глупые люди Земли. Их же Народ будет и дальше пасти тучный скот на великих Равнинах. А через пару десятков лет Эц-Шамаим зальёт эти поля таким светом, что охота из необходимости превратится в развлечение!

Дождавшись троих новых Восходящих, вышедших из храма, Б'Ено'Сат открыл портал. Игнорируя цепь, он схватил Дэвида за волосы и швырнул в белую дымку.

Земли С'Ална'С встретили нового трэля мягкой влажной травой, смягчив падение. Он проехался лицом по этой траве, не обращая внимание на новые ссадины. Шея, плечи, скулы дрожали от напряжения. Сзади послышался топот и радостные возгласы.

Под звон своей цепи Дэвид вдохнул вкусный растительный запах и открыл глаза.

Из-за высокого деревянного частокола выглядывали несколько соломенных крыш. Рядом текла река, где женщины стирали бельё, а мальчишки острогами били рыбу. Но, увидев портал, они бросили это дело и побежали в его сторону. Ворота распахнулись, демонстрируя пару убогих средневековых зданий, и навстречу вышел невысокий смуглый мужчина с плетью на поясе.

Б'Ело'Са

Восходящий

Народ С'Ална'С

Титул: Хейр

Бронза

Содержит звёздную кровь

Дэвид натянул цепь, боясь выдать свой страх её звоном.

Рикс развёл руками:

— Б'Ело'Са, принимай ещё одного! Отойдём.

Они удалились, что-то обсуждая. Б'Ело'Са, по-видимому, был раздавлен новостями. Отчётливо послышалось:

— Ну и что теперь?!

Где-то на периферии мелькнула тень. Дэвид обернулся и выставил правую руку, защищаясь. В него летела рогатина. Восторженный ребёнок подался вперёд по инерции броска. Он застыл, прикусив губу, и в азарте ожидал попадания.

Удар, боль, кровь. Радостный крик ребёнка.

Ещё одна рогатина, промах. Удар плетью. Крик Дэвида.

Властный, гортанный голос Б'Ело'Са:

— Открывай скрижаль!

Дэвид стиснул зубы от боли и открыл пустую скрижаль.

Ещё несколько ударов плетью.

— Дай мне цепь.

Он подполз, взял конец цепи и протянул мужчине. Тот больно дёрнул её, срывая кожу на шее, и пошёл в сторону ворот.

Довольные мальчишки снова похватали рогатины и пустили их в пленника. На этот раз не попала ни одна.

За несколько минут его провели через всё поселение, загнали в гнилой вонючий ангар с двумя десятками деревянных клеток.

Какие-то прутья были покрашены, клетка убрана, внутри стояла простая кровать и даже столик.

А кто-то сидел в натуральной конуре: на полу, рядом со своими экскрементами, пустыми глазами глядя на новичка. Вот в такую клетку Дэвида и поместили. Он некоторое время тупо глядел на сухую кисть, привязанную к ржавому крюку.

— Ну ты попал!

Его новый сосед, представитель элиты, обладатель кровати, ведра и чистого пола, с улыбкой рассматривал кровавые пятна.

Дэвид присел на корточки, облокотился о стену и начал пальпировать поврежденную руку.

— Что тут творится? — спросил он, шипя от боли.

— Да ничего особенного. Работай — и позволят нормально жить. Вот, прутья покрасишь для начала, потом ведро дадут, и будешь как сыр в масле...

— А что делать надо?

— Ну, разное... Смотря какое у Б'Ело'Са настроение...

— Не слушай эту мразь, — пробормотал человек, сидящий на полу рядом со зловонной кучей.

— Ой, да заткнись! Поройся лучше в дерьме! Ты это любишь!

Открылась дверь. И в ослепляющем свете возникла фигура хозяина. Он плёткой указал на Дэвида и на сидящего в грязи мужчину. Послышался властный голос:

— Ты, ты, на выход!

Сосед запрыгал, заверещал, забился о прутья:

— Господин! Господин! Этот новый раб хотел сбежать! Подговаривал и меня на побег, господин! Он не достоин жить среди нас! Можно, я его казню, господин!

— Заткнись.

Дэвид толкнул калитку, удивившись тому, что она не заперта. Кивнул вышедшему из противоположной клетки вонючему худому мужчине и направился к выходу, держа в руках свою цепь.

Сосед к этому времени уже лёг на кровать и накрыл лицо тряпкой.

Они шли за Б'Ело'Са, поглядывая друг на друга. Дэвид подумал, что если они выживут, то станут друзьями.

На ровной площадке у ангара хозяин резко остановился, достал плеть и принялся жестоко избивать худого мужчину. Тот сначала упал на колени, затем завалился на бок и потерял сознание. Какая-то толстая женщина молча облила его из деревянного ведра и присела на лавочку, подперев рукой подбородок.

Придя в себя, пленник попытался подняться на ноги. Упал. Снова попытался. Он падал, но не бросал новые попытки.

— Видишь, какая скотина? Гордый. Ладно, ты у нас доктор. Будешь лечить. У него насморк. Вот тебе инструмент. Реши вопрос. Или... Я тебя изнасилую прямо сейчас. А потом убью вас обоих. И закопаю.

Он отшагнул в сторону и топнул ногой:

— Здесь.

И протянул длинный охотничий тесак. Пленник, увидев это, кое-как встал на колени и поднял подбородок, глядя в глаза Дэвиду.

Тот принял нож хозяина. Часто задышал. Подкинул его в руке, ощущая тяжесть. И посмотрел на небо.

«Не существует никакой безопасности. Это иллюзия для дураков. Дорога страха привела меня сюда. И это моё восхождение. Да, слишком короткое, но я сделаю его ярким. В свою последнюю минуту я презираю страх. Видишь меня, Наблюдатель?! Вот так!»

Он шагнул к Б'Ело'Са. Облизывая пересохшие губы, спросил на языке С'Ална'С:

— Любишь красивые сцены?

И со всего размаху вогнал тесак себе в горло, сразу дёрнув его назад. Ноги подогнулись, опуская тело на землю. Дэвид упёрся ладонями о колени, взглянул на этот нож, тонущий в красной луже, и усмехнулся, смакуя языком металлический вкус артериальной крови.

— Нетипично для вши! — медленно произнёс бывший хозяин.

«Пф-ф-фр» — кровавые брызги долетели до Б'Ело'Са. Он цыкнул, стряхивая капли со штанины, и подошвой стопы толкнул в лицо умирающего трэля.

В темноте угасающего сознания блеснула исцеляющая вспышка. И сквозь пелену небытия послышался голос нового друга:

— Ему бы ещё отдохнуть...

Дэвид лежал в своей конуре. Сквозь щель в стене бил яркий луч света, в котором плясали пыльные тучки мерзкого барака.

Он услышал тяжёлое дыхание и обернулся. На него сверху вниз смотрел крупный пёс с мордой земного ротвейлера. Хозяин держал его на поводке, широко улыбаясь.

— Думал, просто сдох и всё? Малыш, что я обычно делаю с идиотами?

В тишине барака раздался звонкий смех соседа.

Открылась калитка.

— Бучер... взять! — крикнул Б'Ело'Са.

«Не критично», — подумал Дэвид и сунул левое предплечье в открытую пасть. Хохот соседа-идиота, запах уличной псины, крик нового друга и едва заметная улыбка хозяина — всё это неважно. Туннельное зрение под действием норадреналина ограничило всё его мировоззрение, весь прошлый опыт, весь его путь — до размеров узкой клетки в гнилом амбаре забытой Незримым деревни.

И только интерфейс Восхождения блестел новым сообщением:

Атрибут Духа повышен до 4.

Мир качнулся, обретая невиданную ранее резкость. Лёгкое жжение в груди придало уверенности. В голове прозвучал голос Миллера: «Потому что Восхождение — это не игрушки, Мари».

Секунда. Вдох. Взгляд на голодного пса, отрывающего предплечье.

«У собак нет пресса, аккуратнее. А ещё — они всегда берегут глаза», — зачем-то сказал отец очкастому первокласснику, глядя на бегающего в парке бульдога.

Зубы сжали плечо, и мышечно-кожный нерв бицепса отозвался яркой вспышкой. Дэвид подобрал ноги, схватил пса за голову и резко вонзил отросший грязный ноготь большого пальца в левый глаз животного. Окровавленная морда издала резкий жалобный скулёж, и пёс пулей вылетел из клетки.

Изумление на лице хозяина сменилось гневом:

— Ты ещё не понял, куда попал, урод?! Завтра утром он будет грызть твою башку!

— Делай, что хочешь, урод. Потому что я уже мёртв. Я сдох, ты понял?! И ты сдохнешь. Но не так, как я. Ты умрёшь по-другому...

Атрибут Духа повышен до 5.

Глава 58

Распухшая левая рука не давала уснуть. А мерзкий лепет соседа вызывал не страх, а горечь.

«Это место достойно огня».

Сквозь полузакрытые глаза, лёжа на холодном полу, Дэвид краем глаза наблюдал за новым странным другом, который в полуобморочном состоянии возился в своей же куче.

Сквозь частое дыхание слышался тихий шёпот:

— Завтра ты заработаешь на ведро. Вступишь в клуб. Ха-ха, он любит, когда брыкаются.

Глаза закрылись, и Дэвид провалился в грёзы земного прошлого.

Кушетка, грустный пациент — мужчина лет сорока. Сидя за столом, доктор диктует на Вокс мужчине программу реабилитации:

— Понимаете, лонная кость — это чрезвычайно важный для репродуктивной системы узел. А ваши симптомы абсолютно подходят под рефлекторный спазм тазовой диафрагмы. Это и острое жжение внизу живота, и безрезультатные позывы к мочеиспусканию, и дисфункция. Мы сейчас же проведём исследования для того, чтобы исключить другие варианты, но на будущее скажу вам: берегите свою лонную кость и будьте аккуратнее на велосипеде.

— Просыпайся, красавица! — закричал мужчина на кушетке и потянул Дэвида за штанину.

Новые грани боли пронзили его руку, зацепившуюся за прут клетки — в глаза ударила яркая вспышка, и сознание вновь отключилось.

Дэвид проснулся, лёжа в центре амбара. Свист плети отозвался жгучей болью в груди. Он попробовал подняться, но был мгновенно отправлен в нокдаун прямым ударом руки. Левый глаз заплыл. Правый — с удивлением отметил восхищённый взгляд безумца, спустившего штаны. Он уже разрывал одежду Дэвида, слегка присев.

— Мне нравится, как ты дёргаешься.

Сейчас.

Три пальца правой руки бьют точно в область прикрепления глубоких мышц тазового дна. Со стороны это выглядит, как нелепая возня, заведомо проигранная борьба жертвы с насильником. Но Дэвид прочёл во взгляде Б'Ело'Са всё, что нужно.

Острая, простреливающая боль в уретре, жжение и резкий позыв к мочеиспусканию отбили всё его желание. Это был уже не хозяин. Он упал на колени, держась руками за свой срам, с бульканьем опустошил кишечник и зашипел от боли.

Короткий удар основанием ладони в носовую перегородку опрокинул его на спину.

— Казнь! Казнь! Казнь! А-а-а! — забил ладонями по решётке потерявший себя человек Земли. Он широко раскрыл беззубый рот, высунул чёрный язык и закашлял от напряжения.

«Вот и всё. Сейчас меня будут убивать», — подумал Дэвид, глядя на кровавую гримасу боли.

Под тихий скрип открывающейся калитки хлыст Б'Ело'Са от рукояти до раздвоенного кончика налился дрожащим пламенем. Лёжа на спине, Б'Ело'Са размахнулся, озаряя тёмное помещение тусклым смертельным огнём. И Дэвид, видя, как его бедный друг вытягивает из кучи собственного дерьма ржавый металлический прут, раскинул руки и шагнул навстречу летящему огненному хлысту.

Архив Аур Ларена. Хранителя резервного домена народа Ваолар.

43 564 год с момента Утраты.

Я давно перестал записывать их имена. Ведь через каких-то семьдесят лет они будут мертвы. Но сегодня я запишу имя. Глупый мальчишка с еле заметным клеймом Червя. Убью его при первой же возможности.

Глава 59

Кап.

Виски пульсируют вслед за протестующими ударами сердца. Голова сейчас лопнет от этого давления. Пальцы нелепо ощупывают каменный пол внизу.

Кап.

Тяжёлые шаги нарушают звук кровавого метронома.

Кап.

— Ты предал меня.

До боли знакомый голос. Его голос.

— Предал маму. Оставил нас умирать на Земле.

Кап.

— Предал Линду, Лору. Жертву Баретта и Чудо Творящей.

Из щели над правым глазом едва пробивается свет.

— И ты считаешь, что можешь зваться человеком?

Кап.

— Нет, папа.

— Правильно. Ты всегда был дерьмом. И к чему тогда весь этот цирк? Снова хочешь казаться?

Кап.

— Нет, папа.

— Хочешь. Чтобы на тебя смотрели. О тебе говорили.

Щекочет щёку. Это его жест, без сомнения. Тяжёлая слеза катится ко лбу — снизу вверх.

— Ты плачешь от боли и страха. А должен плакать от ничтожества рода своего.

Кап.

— Мне больно, папа.

— Жестокости не будет, если сдаться сразу. Но не будет и жизни.

Кап.

— Что ты здесь делаешь?

— А ты?

— Я борюсь.

— Правильно. Ты в домене первого страха, сын. Разговор с мёртвым отцом — вот твой главный страх. Лишь это похвально.

Слезы льются ручьём, смывая спёкшуюся кровь.

— Они думали, тебя здесь сожрут крысы или фантомы червей, но ты выше.

Он садится на колени, вытирая слёзы со лба.

— Я лишь наставлю. Не будь дерьмом, Дэвид. Не глотай его, не прикасайся. А комфорт тебе противопоказан.

Рука тянется к лицу. Нужно открыть этот чёртов глаз! Пусто. Вокруг лишь тьма.

Секунда, и окружение меняется — всё тот же гнилой ангар, незапертые клетки с деревянными прутьями и пустые лица вокруг. Кроме одного — в метре напротив вниз головой висит его друг и что-то шепчет себе под нос.

«Я такой же жалкий?»

— Надо же, дышит. Как ты, парень?

Поднятая бровь Б'Ано'Са заставляет сжать кулак.

— Что ты тут строишь из себя? Ты просто всплыл. И они выбрали тебя Восходящим?

Ощупывает бедренную кость, скептически качая головой.

— Да, у меня для них плохой прогноз. Ты знаешь, что не выйдешь отсюда?

— Да.

— Правильно. Вши, ко мне.

Кап.

— Он не подчинился господину. Кто не ударит его, умрёт.

Они спешат. Б'Ано'Са улыбается. Друг, глядя на них, рыдает.

——

— Ну что? Чьих восхищённых взглядов ты искал?! В этом мире есть только Ты, запомни.

Атрибут Духа повышен до 7.

Б'Ано'Са обрезает верёвку, и сознание гаснет на миг.

— ... скажешь перед отправкой в Домен первого страха, субъект?

— Пеге..й Ми..е..у, ...то мяс...ик мё..тв. Ря...вой Ст...н, ПЕР!... ВЫЙ! ЛЕ!... ГИ!... ОН!

— Ныряй.

Лёгким движением глаз Б'Ано'Са посылает мощную волну, которая горящим костром и бешеным зудом возвращает телу здоровье и целостность.

— Возьми, срежь путы с ног.

Ржавый армейский штык-нож звенит на каменном полу.

Дэвид спокойно поднимает его, сидя на холодном камне. Режет верёвку, глядя на всё ещё синие стопы. Встаёт и одним прыжком оказывается сбоку от врага, занося руку для удара.

— Бей! Давай! Да!

Плечо звонко хрустит в провалившемся выпаде. М-м-м-м... Приходится припасть на колено. Издевательская пощёчина жжёт щёку. Но резкий, отчаянный взмах ножа достаёт плечелучевую мышцу, раня мягкую ткань огромной руки.

— Это всё?! Ты боишься убить меня, тряпка? Жизнь не настолько важна, как кажется!

Мокрая от пота и крови, рваная, исполосованная плетью одежда лохмотьями развивается вокруг, снижая обзор. Б'Ано'Са одними переходами ног едва ли даёт шанс на атаку.

Тёмная дымчатая воронка растёт между ними, заставляя Дэвида отпрянуть. Б'Ано'Са с усмешкой заглядывает в неё.

Мужская костлявая рука тянется, касаясь его лица.

— Не-е мо-ой... — шепчет безумный голос. Острые черты лица. Чёрная копна волос. Птичий глаз.

— Хороший был человек. Злой. Айве.

Воронка схлопывается, оставляя на полу завёрнутое узлом мёртвое тело.

— Почти, — давит Б'Ано'Са, аккуратно поднимая его.

«Их кровь смешалась».

— Пойдём хоронить твоего легионера.

Дверная петля, как обычно, скрипит.

Б'Ано'Са поворачивает голову с той же ухмылкой:

— Ты же понимаешь, что вши не выходят отсюда?

— Да.

— А кто выходит?

— Человек.

Конец первой книги.