Звёздная Кровь. Изгой V

207.

— Жив? — радостно выкрикнул Соам, спрыгивая с седла своего гиппоптера. Широкая улыбка здоровяка растянулась от уха до уха. Массивная фигура крылатого кавалериста выделялась на фоне догорающего заката, где умирающие лучи Игг-древа смешивались с серым дымом сражения.

— Невредим, — улыбнулся я в ответ, ощущая, как усталость отступает под напором радости от встречи с друзьями. — Рад вас видеть, друзья!

Хрупкая фигурка Ви, с копной блондинистых волос, вихрем налетела на меня без предупреждения и повисла на шее. Её глаза блестели слезами облегчения, а веснушки на носу казались ещё ярче на запылённом лице.

— Как мы волновались за тебя, небесный! — горячо выпалила девушка мне в лицо, её дыхание обдавало жаром.

Неуклюже обнял в ответ, ощутил тонкие её руки на своих плечах. От волос пахло полевыми цветами и дымом — странное сочетание, наполнившее сердце теплотой.

— Я когда увидел, как вы гроздьями посыпались на ваших птичках, тоже думал, убьётесь... — признался я, отпуская Ви и встречаясь взглядом с Соамом.

— Убьёмся? Убьёмся! Ха-ха-ха! — захохотал он, его грудной смех прокатился над полем, поднимая настроение всем вокруг.

— Слышала? — обратился он к Ви. — Ха-ха-ха!

Соам порылся по карманам своей потёртой длиннополой шинели и извлёк трубку. Закурив, он выпустил кольцо дыма, которое мгновенно растворилось в ветре, приносящем запах гари и тлеющей земли.

Вокруг легионеры «Дохлых Единорогов» собирались группами, обсуждая недавний бой. Их лица были измазаны потом и грязью. Над нашими головами кружили гиппоптеры, удивительные крылатые создания вихрем проносились над головами, их тени скользили по земле, напоминая о чудесном спасении.

— Вы не представляете, что здесь творилось, — сказал я, оглядываясь вокруг. — Мы уже думали, что это конец, примкнули штыки и пошли в последний и решительный...

— Да уж, ля, вид у вас был неважный, — согласилась Ви, поправляя выбившуюся прядь волос за ухо. Её глаза внимательно изучали моё лицо, словно пытаясь убедиться, что я действительно цел.

— Как вообще вы здесь оказались? — спросил я, переводя взгляд с неё на Соама.

— Это долгая история, — махнул рукой Соам, затягиваясь трубкой. — Но, думаю, у нас есть время рассказать.

Мы отошли в сторону от шумной группы легионеров, присев на поваленное бревно у края военного лагеря. Недалеко от нас раскинулось поле боя, усыпанное обломками техники, телами врагов и союзников. Запах крови смешивался с ароматом полевых трав, создавая странную, гнетущую атмосферу.

— После того как мы расстались, — начала Ви, скрестив ноги и обхватив колени руками. — Мы направились на патрулирование. Во время одного из облётов мы засекли парусник «Золотой Дрейк», приказали остановиться.

— Оказалось это аркадонский патентованный наёмник, который двигался прямо к месту сражения. Ну, сам понимаешь, мы люди служивые, доложили как положено. Кронк сказал, чтобы ждал до выяснения, — усмехнулся Соам, выпуская струйку дыма. — Хотели даже доставить наёмника в штаб для допроса.

— Капитан, попытался объяснить, что наёмники имеют право свободно передвигаться, — продолжила Ви. — Но его задержали.

— «До выяснения», — закончил Соам, пожав плечами. — Пока генерал ван дер Киил не вспомнил про него.

— Генерал ван дер Киил? — переспросил я нахмурившись.

— Обычный бардак, — улыбнулась Ви. — Ваши центурии пошли в наступление, не получив приказа, его отменяющего. Он понял, что вы попали в ловушку.

— И тут он вспомнил про корабль, — добавил Соам, постукивая трубкой по сапогу, выбивая пепел. — Поручил ван дер Кронку возглавить операцию по вашему спасению.

— Погрузили турму крылатой кавалерии ему на борт под командованием ван дер Кронка, — сказала Ви.

— Так вот почему вы появились так вовремя, — протянул я, осознавая цепочку событий. — И наёмник согласился вам помочь?

— А куда он денется? — хмыкнул Соам. — Предложили ему контракт. Поторговался для приличия и согласился.

Я еле сдержал улыбку.

— Да и оплату ему предложили щедрую, — подмигнула Ви, её улыбка стала хитрой. — Так что его выгода была очевидна.

Я кивнул, обдумывая услышанное. Генерал ван дер Киил принял мудрое решение, и благодаря этому мы всё ещё живы. Но были ли это просто совпадения, или за всем этим скрывалось нечто большее?

— Кстати, вон он... «Золотой Дрейк», — сообщил Соам, вставая и стряхивая пыль с одежды. — Смотри...

Это действительно было величественное и грозное зрелище. Над недавним полем боя плавно и обманчиво медленно скользил тёмный силуэт парусника.

— Кир? Приём? Соболь на связи, — раздался голос, транслируемый Вокс на слуховой нерв, — Готов подняться на борт? Есть срочный разговор. Выслать шлюпку за тобой?

— Соболь, я здесь. Шлюпку не надо, меня подвезут.

В нескольких словах я объяснил своим друзьям суть всего происходящего и попросил меня подбросить.

— Он хотел с тобой поговорить? — пожал могучими плечами Соам. — Конечно, доставим тебя на борт.

— Тогда не будем терять времени, — сказал я, также поднимаясь на ноги. — Броган!

Мой штаб-сержант подошёл ко мне. Его кираса была иссечена в бою, а на форме были видны тёмные брызги, но он держался прямо как и всегда, впрочем.

— Чего изволите, первый офицер? — спросил он, устало глядя на меня.

— Я временно передаю командование вам, — сказал я. — Я скоро вернусь.

— Считайте, что уже сделано, офицер, — коротко ответил Броган кивнув. — И командир...

— Да?

— Я горд, что мы сражались вместе, — его суровое лицо на мгновение смягчилось.

— Спасибо, Броган, — кивнул я. — Для меня честь иметь под началом такого воина, как вы.

Он отправился по своим новым делам. Я повернулся к Соаму и Ви.

— Ну что, как мы доберёмся до корабля? — спросил я, оглядываясь на величественный силуэт «Золотого Дрейка», парящего над полем.

— Обижаешь, — отмахнулся Соам.

— Конечно, — кивнула она, поправляя ремни на плечах. — Увидимся на борту!

Она легко вскочила на своего гиппоптера и, расправив крылья, взмыла в небо. Я залюбовался на мгновение её грациозностью, прежде чем Соам хлопнул меня по плечу.

— Давай, не отставай! — подзадорил он.

Мы забрались на его гиппоптера, и я крепко ухватился за страховочные ремни. Соам взял поводья, и через секунду мы взмыли в воздух. Ветер хлестал по лицу, холодные потоки обдували нас, но это было невероятное ощущение свободы после тесноты окопов и вони медицинской палатки.

Поднимаясь всё выше, я смотрел вниз на поле боя. Отсюда всё казалось таким маленьким и неважным. Но сердце сжималось при виде пламени, догорающего вдалеке города, и крошечных фигур санитаров, собирающих раненых.

— Тяжёлый был бой, — прокричал Соам сквозь ветер, словно читая мои мысли.

— Да... — ответил я, стараясь перекричать свист в ушах. — У пехоты потери чудовищные.

«Золотой Дрейк» приближался. Его массивный корпус с золотыми орнаментами ювло ни с чем не спутать. Паруса были свёрнуты, а по бортам маячили немногочисленные фигуры матросов, готовящихся принять нас.

Соам аккуратно посадил нас на палубу, и я соскочил, чувствуя, как сердце всё ещё стучит от впечатлений полёта. Соболь уже ждал нас. Высокий, с холодными серыми глазами и шрамом через правую бровь и с имплантом, выглядел так же, как я его помнил. Его аугментированный глаз светился красным, а на поясе висел массивный техно-меч.

— Кир, дружище! — воскликнул он, подходя ко мне с разведёнными руками. — Давно не виделись!

Мы обнялись по-братски, похлопав друг друга по спине.

— Рад тебя видеть, Алексей, — сказал я, отстраняясь и внимательно глядя ему в глаза. — Спасибо, что пришёл на помощь.

— Да брось, — отмахнулся он. — Мы же команда...

— Всегда были и будем, — кивнул я.

Он оглядел меня с головы до ног, оценивая состояние.

— Паршиво выглядишь. Устал и измотан, — заметил он. — Пойдём, выпьем чего-нибудь, поговорим.

— Не откажусь, — признался я, ощущая, как усталость вновь наваливается на плечи.

Мы вчетвером прошли по палубе внутрь корабля. Внутри всё было как прежде: массивные балки, украшенные резьбой, мягкое освещение ламп, работающих на солнцекамне. Матросы с интересом смотрели на нас, проходя мимо.

— Как ты вообще оказался здесь? — спросил я, когда мы уселись в капитанской каюте. Стены были увешаны картами и оружием, а посреди комнаты стоял тяжёлый резной стол.

— Об этом позже, дружище, — ответил Соболь, разливая тёмный янтарный напиток по стаканам. — Если коротко, я искал тебя. Генерал ван дер Киил предложил неплохую сделку.

— И ты согласился?

— Альтернативы не было, — он пожал плечами. — Да и мне нужно было срочно поговорить с тобой.

Я сделал глоток напитка — какой-то коньяк или бренди, крепкий, обжигающий, но придающий сил, ароматный, вкусный.

— Звучит, как авантюра, — усмехнулся я.

— Разве было иначе с момента попадания в Единство? — поднял бровь Соболь, и мы оба рассмеялись.

В голове роились вопросы, сомнения, но сейчас я просто радовался тому, что мы снова вместе.

— Так, зачем ты искал меня? — спросил я. — То, что ты хотел срочно поговорить, это я уже понял. Чем могу помочь?

— Ты уже достаточно помог, Кир. И мы с Лис благодарны тебе за это, — серьёзно ответил он. — Я здесь, чтобы помочь тебе.

— Звучит интригующе, — кивнул я, поднимая стакан. — За друзей и взаимовыручку!

— За друзей! — поддержали тост всё.

— Кир, после того как получили твоё письмо, я сразу направился за кораблём. Местные Благородные Дома... С ними нужно держать ухо востро. Стоит зазеваться, обдерут как липку. Можно и без штанов остаться.

— Это точно, ля, — поддержала моего товарища Виториа. — И не только без штанов, но и без головы.

Алексей серьёзно кивнул соглашаясь.

— А что потом было? — попросил я Алексея продолжать.

— Я полетел по твоим координатам в Разбитую Пустошь, к нашему десантному боту...

— И как там? — вспоминая про своё золотое задание. — Всё нормально?

— А что там, может, быть ненормально? Пустошь она и есть Пустошь. Помнишь, мы с тобой запаковали в Руну РИ-батарейку?

— Конечно, — улыбнулся уголками губ я.

— С её помощью я сумел запустить резервный генератор нашего бота, — продолжил Соболь. — Увы, наша птичка больше никогда и никуда не полетит.

— Печально, — пожал плечами я. — Но мы вроде уже решили пускать корни в Аркадоне. Так что... Нормально.

— Кир, ты не понял, — улыбнулся Алексей. — Сенсорный блок работает отлично. Получилось засечь координаты спасательного модуля Светланы.

Я вскочил со стула.

— Это правда?!

В ответ Соболь кивнул и расцвёл в радостной улыбке. Я перевёл взгляд на Ви. В её глазах стояли слёзы.

— Простите, — извинилась она. — Мне нужно на воздух.

Девушка стремительно выскочила, хлопнув дверью. Соам с кряхтением встал и, словно извиняясь произнёс:

— Присмотрю за Ви, — и тоже вышел.

— Твоя новая подружка, похоже, не особо-то и рада? — хмыкнул Алексей. — Но мы можем отправляться за Светой хоть сейчас.

208.

Броган молча чистил свой карабин. По штату ему был положен револьверный карамультук «Метла», производившийся «Аркадонскими оружейными мануфактурами». Помимо достоинств, заключавшихся в калибре под одиннадцать миллиметров и, соответственно, высокой останавливающей способности пули, скорострельности и точности боя на умеренных дистанциях, эта проверенная веками конструкция обладала рядом недостатков, к коим относились: солидный вес, резкая отдача, и долгая перезарядка откидного барабана. Но все эти минусы ей прощались за феноменальную надёжность.

Мы сидели в его палатке, освещённой тусклым светом лампы на солнцекамне. Сквозь щели неплотно закрытого клапана из грубой ткани пробивались слабые лучи далёкого Игг-древа, отбрасывая на наши лица резкие тени. Запахи оружейного масла и кислого порохового нагара витал в воздухе, их источала «Метла» Брогана после недавнего боя. За пределами палатки слышались приглушённые голоса легионеров, стук молотков и скрип телег — лагерь ожил после очередной стычки этой войны с Ордой ургов.

Броган, крепкий мужчина с квадратным подбородком, методично проводил ветошью по стволу оружия, не поднимая на меня взгляда. Его глаза, глубоко посаженные под густыми бровями, казалось, не выражали никаких эмоций, он был сосредоточен на работе или делал вид, что всецело поглощён этим важным для каждого солдата занятием. На нём была уже порядком выцветшая форма с нашивками штаб-сержанта, неотстиранные пятна копоти и брызги крови добавляли мрачных штрихов в образ моего заместителя. Его лицо оставалось неподвижным, только щека дёрнулась, когда он с силой провернул шпицрутен внутри ствола.

— Значит, вы, офицер, решили просить себе отпуск? — наконец произнёс он, не отрываясь от карабина. Его голос прозвучал ровно, но в нём чувствовалась тень напряжения.

Я кивнул, хотя он этого и не видел. Сидел на складном стуле напротив, держа в руках свою офицерскую шляпу. Пальцы невольно теребили края, ощущая потёртости материи. На мне была чёрная офицерская форма Иностранного Корпуса — мундир с медными пуговицами, начищенными до блеска. Эту форму я носил с гордостью, хотя она и казалась мне чужеродной и не слишком-то удобной.

— Да, Броган, — подтвердил я, стараясь выдержать спокойный тон. — Мне необходимо удалиться на поиски своей супруги.

Он, наконец, поднял на меня взгляд. Его спокойные глаза, казалось, проникали прямо в душу, изучая каждую мелочь. На лице не отразилось никаких эмоций, только морщины вокруг рта стали чуть глубже.

— Понимаю, — тихо произнёс он, откладывая карабин в сторону. — Трудное решение, командир.

В палатке повисла тишина, нарушаемая лишь скрипом кожаных ремней и шумом лагеря снаружи. Чувствовалось, как между нами нарастает напряжение, словно тяжёлый густой туман, обволакивая нас. Хотелось объясниться, но с первого раза слова застряли в горле.

— Я был военным ещё до попадания в Единство, — всё же начал я, глядя на свои руки. — Понимаю, как это моё решение выглядит со стороны. Бегство в разгар кампании. Предательство.

Броган медленно кивнул, продолжая молча заниматься своим карабином.

— Но я должен отправиться за ней сейчас, — продолжил я, голос дрогнул. — Если не я, то помочь ей будет некому.

Броган вздохнул, проводя рукой по лысой голове. На его лбу выступили капли пота, несмотря на довольно прохладный вечер.

— Семья — это святое, первый офицер, — наконец сказал он. — Я рад, что сейчас не на вашем месте. Потому что, не могу осуждать вас за такие намерения. Встань такой выбор передо мной, даже не знаю, как бы поступил. Тяжёлый выбор.

Я поднял взгляд и встретился с его глазами. В них читалось понимание и усталость мужчины, видевшего такое, чего многие за всю жизнь не увидят.

— Постараемся справиться без вас, — добавил он, кривовато усмехнувшись. — Это будет нелегко, так как вы Восходящий. Не знаю, кем вас заменит командование. Вероятней всего, таких у них больше и нет.

Глаза у него были интересные. Вроде бы обычные голубые, довольно холодные. Взгляд жёсткий, но внутри радужки, словно рисунок многоконечной звезды, ещё более светлого голубого цвета. Из-за этого они словно светятся этим голубым светом и притягивают взгляды. Сколько мы уже служим, а я только заметил эту особенность. Слишком сосредоточен на себе и своих проблемах? Быть может...

— Наверняка пришлют кого-нибудь на замену. Но аркадонские господа, всё больше выбирают безопасные методы Восхождения или отказываются от него. Перестали они видеть врага на поле боя. Оттого им кажется, что никаких опасностей нет. Ван дер Киил и ван дер Кронк — исключения, таких ведь очень мало. Расслабились аркадонцы, погрузились в пьянство, блуд и обабились.

Я с удивлением посмотрел на штаб-сержанта, внезапно выдавшего такой глубокий взгляд на текущее положение вещей.

— Так что вы должны понимать мои настроения, первый офицер. Я очень сомневаюсь, что к нам пришлют кого-нибудь, кто вполовину окажется также хорош, как вы.

— Спасибо, Броган, — тихо ответил я, сгорая со стыда. — Для меня это очень важно.

Мы посидели ещё несколько минут в молчании. Затем он встал, протянул мне руку. Я крепко пожал её, ощущая твёрдое рукопожатие.

— Берегите себя, Кир, — сказал он серьёзно. — И возвращайтесь.

— Обязательно, — кивнул я. — Легион навсегда.

Броган приложил кулак к груди в районе сердца.

— Легион навсегда.

Покинув его палатку, я направился к своему шатру. По пути мимо проходили мои легионеры, занятые своими делами. Кто-то чинил снаряжение, кто-то катил какие-то бочки, кто-то хлопотал по кухне, кто-то гонял новобранцев из пополнения. Их лица не были красивы или возвышенны — это были простые люди, защищавшие свою родину, какой бы кривой-косой она ни была. Те, кто откликнулся на зов истекающего кровью Отечества. И я чётко осознавал, что оставляю их в трудный момент, но сердце рвалось к Светлане.

Войдя в свой шатёр, я остановился на мгновение оглядываясь. Здесь было тесновато, но уютно. На раскладном столике лежала карта. В углу стоял мой сундук. Запах кожи и металла смешивался с ароматом высушенных трав, которые Леона когда-то расставила по углам для освежения воздуха.

Я снял шляпу и бросил её на походную кровать и начал приводить в порядок форму. Зеркала не было, но я на ощупь поправил мундир, разгладил складки. Рукавом провёл по медным символам моего звания. Испытывая внутреннее волнение, я нахлобучил широкополую шляпу. Надев её, почувствовал, как она придаёт уверенности, словно я стал кем-то другим.

Пока приводил себя в порядок, мысли невольно вернулись к Леоне. Она была лучшим ординарцем, который только у меня был, и верным другом. Её улыбка всегда поднимала настроение, а умение помогать мне во время операций, сложно было переоценить. Потеряв её в том хаосе, я ощутил, как часть меня самого ушла вместе с ней.

Теперь без её поддержки, всё казалось сложнее. Бумаги на столе лежали небрежно, снаряжение требовало ухода, а я едва находил в себе силы справляться со всем этим в одиночку.

Стиснув зубы, с тяжёлым сердцем я направился к штабной палатке. Ноги словно налились свинцом, каждый шаг давался с трудом. В голове крутились мысли о предстоящем разговоре с генералом ван дер Киилом. Раз за разом я прокручивал фразы и подбирал слова, но ни один из этих вариантов не казался мне достаточно убедительным.

Подойдя к палатке, я остановился, глубоко вздохнул. Легионеры у входа не пропустили меня, оставив снаружи дожидаться, когда наш командующий освободится. Меряя шагами свободное пространство перед шатром, я понял, что только накручиваю себя, перебирая в голове варианты убедительных слов.

Вскоре шатёр покинуло несколько посетителей и меня пригласили пройти. Внутри было светло и просторно. За большим столом сидел генерал — высокий, статный мужчина с резкими чертами лица и проницательными серыми глазами. Его волосы были аккуратно зачёсаны назад, а форма сидела безупречно.

— Первый офицер, — произнёс он, поднимая взгляд от документов. — Проходите. Что случилось, Кир?

— Благодарю, генерал, — отозвался я, подходя ближе.

— Что привело вас ко мне? — его голос был спокоен, но в нём ощущалась скрытая сила.

Я собрался с духом.

— Я пришёл просить вас о временном отпуске, — начал я, стараясь говорить чётко. — Мне необходимо покинуть действующую армию по неотложному личному вопросу.

— В самом деле? — удивился Витор ван дер Киил. — Можно полюбопытствовать, какое личное дело вы ставите выше, чем военную кампанию?