Звезданутые

Тиана ди Сонрэ, свободный разведчик. Часть 1

От автора

Эта история – попытка отвлечься от угрожающей реальности. Мне это удалось, надеюсь, получится и у тех, кто ее прочтет. Хотя бы ненадолго.

Если вам нравится – не поленитесь поставить лайк и написать комментарий. Мне будет не только приятно, но и полезно.

Да, и по поводу единиц измерения: конечно, один из героев понятия не имеет ничего о наших метрах, километрах и градусах. У нее они свои, но я их придумывать не стал, чтобы никого не путать. Световые годы такие же, как и у нас.

На этом замолкаю, приятного чтения, наилучшие пожелания и всё такое.

Тиана ди Сонрэ, свободный разведчик. Часть 1

Фиолетовые струи жесткого излучения прошли справа, слегка царапнув ее огромный серый бок. Вспышка боли прошла по краю сознания – некогда обращать внимания на такие мелочи. Споро изогнувшись, она резко сменила направление, уходя от новых ударов. Неповоротливым металлическим кораблям техно-фанатиков никогда не добиться такой маневренности, даже умей они объединять сознания. Еще немного довернув и ускорившись, Тиана оказалась в непосредственной близости от одного из противников. Среагировать он не успел. Невидимый и неостановимый удар гравитационного когтя вспорол бок технофанатика, прошелся по всей длине и задел один из двигателей. Грохнул взрыв, и черная громада чужого корабля закрутилась бесконтрольно, потеряв управление.

Тиане некогда порадоваться маленькой победе. Врагов слишком много и повреждение одного корабля для них ничего не значит. Как и сам корабль вместе со всем его содержимым. Сзади уже подбираются три громадных по сравнению с ней крейсера. Берут в клещи. Вокруг них во множестве появляются ярчайшие точки кинетических снарядов. Их траектории пересекаются на ней. И уходить в сторону нет смысла – слишком много смертоносного металла. Многоголосый писк за спиной все сильнее нарастает. Короткий взгляд назад только подтверждает услышанное. На секунду показалось, что она не внутри аномалии, а в обычном космосе – столько ярких звезд появилось за спиной. При ее скорости она не успеет выйти из области поражения. Это уже не писк, а скорее гул, какой бывает летним утром в лесу, если окажешься на пути пчелиного роя. Только рой, если его не трогать, пролетит мимо, а эти металлические пчелы хотят ужалить именно ее.

Испуганный разум мечется в поисках шанса спастись, и решение приходит. Тиана ди Сонрэ ускоряется так, что ее собственный стон звучит в унисон с криком боли ликса. Короткий прыжок, и еще более резкое торможение. Тиана почти зависла на месте, прикрывшись подбитым технофанатиком. И именно в этот момент снаряды догнали ее. Большая часть пролетела мимо. Другие прошили корабль, за которым она скрывалась – Тиана прижалась к нему очень близко, почти вплотную, и этим спаслась. Вот только не учла, что корабль технофанатиков – это все-таки не каменная глыба. Каким бы прочным он ни был, несколько раскаленных металлических снарядов пронзили его насквозь и попали в нее. А потом взорвался сам корабль. Ощущения, будто она получила мощнейший пинок в спину. Боль так сильна, что она на секунду забывает, как дышать. Однако, как бы больно ей ни было, этот удар оказался ей на руку. Придал ускорения, которое она еще увеличила. Вырваться из окружения удалось, осталось только успеть улететь за пределы дальности их пушек, затеряться и скрыться. Где-то в спине засели злые раскаленные занозы, но это ничего, она потерпит. Главное, удалось вырваться.

Она уже почти поверила, что ей удалось ускользнуть. Вражеский флот остался позади… Только, как выяснилось, не весь. Она-то гадала, почему они не выпускают легкие перехватчики! Оказывается, уже выпустили. Они просто прятались все это время в туманных глубинах аномалии. Тиана даже теперь не обманывалась. Это не ловушка. Просто случайное стечение обстоятельств. В аномалии она оказалась случайно, атаковать родной мир отсюда невозможно, как и сконцентрировать большие силы. Просто так сложилось, что в одной точке пространства оказался свободный разведчик Тиана ди Сонрэ и небольшой флот технофанатиков. Случайность. Вот только ей от этого не легче, и, похоже, ускользнуть не получится. Перехватчики слишком быстры на коротких дистанциях, и выскочили из-за темной области они слишком неожиданно. И слишком близко, чтобы она успела уйти в сторону – мелкие, как москиты перехватчики уже окружили ее с трех сторон, а сзади напирают крейсера.

Тиана ди Сонрэ – опытный разведчик. Не в её правилах складывать руки, но в какой-то момент она чуть не поддалась отчаянию. Спас, как ни странно, ликс. Будучи в сопряжении, она почувствовала его обреченную тоску и страх – межзвездный тихоход не хуже Тианы понимал, что шансов у них нет, и уже приготовился броситься в последнюю, самоубийственную атаку. Вряд ли удастся захватить с собой много врагов, но молча покориться было бы неправильно. И тогда в душе разведчицы взметнулось возмущение. Погибнуть просто так, по нелепой случайности, бессмысленно… нет. Москитами технофанатиков даже не управляют живые разумные, лишь искусственные программы! Она бы не пожалела жизни, если бы защищала что-то дорогое, или если бы знала, что ей удастся нанести врагу значительный ущерб, но вот так нелепо сгинуть в мелкой стычке с осколком технофлота, который даже не несет серьезной угрозы ее цивилизации…

Тиана решительно повернула в ту единственную область пространства, которая не занята кораблями врага. Черное пятно. Центр этой злосчастной аномалии, в которую она зачем-то сунулась. Природу этого явления ученые до сих пор так и не разгадали, как и принципа его действия. Известно только, что подобные аномалии куда-то ведут. Куда-то в неведомые дали. Возможно. По крайней мере, одна из них. Причем узнали это не благодаря ученым исследователям, а благодаря одному старому ликсу. Он исчез в районе подобной аномалии более тысячи лет назад, при обстоятельствах, до боли напоминающих ее, Тианы ди Сонрэ. Вернулся тот ликс всего пятьдесят лет назад. Один, конечно же. Соплеменники Тианы живут долго, но тысячелетие даже для них слишком много. Они просто умерли от старости, так и не успев найти дорогу домой. А вот ликс в конце концов смог, и благодаря ему теперь у Тианы была небольшая надежда сохранить жизнь.

Черное пятно перед ней занимало уже большую часть области зрения. Непроглядное ничто, даже хуже, чем невнятно-туманная взвесь материи, что окружает саму аномалию. Угрожающее зрелище, но Тиана больше не боится. Технофанатики не рискнули сунуться вслед за ней, и, хотя они продолжают палить из всех калибров, это уже бессмысленно – вся эта куча злого металла пролетит мимо, потому что меньше чем через минуту она встретится с неизвестностью.

Сам момент перехода Тиане не запомнился. Черное пятно надвинулось, заполнило все видимое пространство, а затем она провалилась в небытие.

Сознание возвращалось медленно. Сначала она почувствовала боль в ребрах. Вспомнила о резких маневрах во время боя. Ускорение во время маневров было слишком сильным, вот и получились травмы, несмотря на заботу ликса. Потом сообразила, что раз уж она чувствует эту боль, то сопряжение разумов оказалось разорвано во время перехода. И, наконец, вспомнила о самом переходе. Это воспоминание заставило сознание проснуться окончательно. Разведчица распахнула глаза и попыталась оглядеться. Боль вспыхнула по всему телу – если раньше, пока она была неподвижна, дискомфорт доставляло только дыхание, теперь дали о себе знать и все остальные мышцы. Сдержав стон, Тиана все-таки заставила себя повернуть голову. По крайней мере она все еще внутри ликса, и судя по тому, что она еще жива, с тихоходом все тоже более-менее в порядке. Вот только в себя он придет еще не скоро. Насильственный разрыв сопряжения разумов для ликса стресс гораздо более сильный, чем для пилота.

Это плохо. Пока тихоход не придёт в себя, она полностью слепа и глуха. Даже экраны, на которые он транслирует убогую по сравнению с той, что в слиянии, картинку внешнего мира сейчас пусты. Для взаимодействия с техникой ликс должен быть в сознании. Звуки космоса и вовсе без слияния недоступны. Да и не звуки это, просто дополнительные сигналы, которые за неимением нужных для восприятия органов ликс конвертирует для Тианы в звук. Мучительным усилием разведчица поднялась с пилотского кресла, и побрела прочь из кабины. Раз уж узнать, где она находится невозможно, нужно заняться лечением ликса. В бою она на это внимания не обращала, но запомнила болезненные уколы злого железа в спину и задницу. Ну и резкий ожог от излучения, но его ликс зарастит самостоятельно, а вот избавиться от инородного металла тихоход не сможет при всем желании. Нужно выковырять их самостоятельно. А уж потом и собой заняться.

Биотехнический скафандр последней версии превратил ее из шатающейся развалины в просто очень больного человека, впрыснув в кровь комплекс из обезболивающих и стимулирующих препаратов. Жалкая замена медицинской капсулы, но все равно гораздо лучше, чем без него. К тому времени, как выбралась на поверхность ликса, разведчица чувствовала себя уже более-менее живым человеком, готовым жалобно застонать от любого движения. Выбралась и замерла.

Первые мгновения ужаса тут же сменились облегчением, а потом и недоумением. Показалось. Это только показалось, что она по-прежнему в полной пустоте. На самом деле – нормальный космос. Обычный и привычный, за тем исключением, что звезд вокруг неизмеримо меньше, чем она привыкла. Насколько Тиана могла судить, это не межгалактическое пространство. Звезды вокруг все-таки есть, вот только гораздо дальше друг от друга, чем обычно. Окраины. Похоже, ее просто выбросило на дальние окраины галактики. Да уж. Вернуться отсюда будет очень сложно. Не удивительно, что тот ликс, о котором ей рассказывали в летном интернате смог вернуться только через тысячу лет. Удивительно скорее, что ему это вообще удалось! Или его выбросило куда-то поближе?

Тиане захотелось тряхнуть головой, чтобы отогнать бессмысленные сейчас размышления. Сдержалась – она не в лучшем состоянии для резких движений. Искусственную гравитацию на своей поверхности ликс может поддерживать только в сознательном состоянии, так что пришлось воспользоваться когтями, вживленными в скафандр, чтобы не улететь случайно. И, конечно, она не забыла зацепить себя тросом на всякий случай. За все время, что она занимается свободной разведкой, выходить в таких условиях в пространство Тиане приходится впервые, но правила безопасности в летном интернате вдалбливали накрепко. Хотя страшновато. Гораздо страшнее даже, чем на первой практике подобного рода. Тогда, по крайней мере, она знала, что с ликсом на самом деле все в порядке. Да и такой зияющей, зовущей, всепоглощающей пустоты вокруг не было. Область пространства, занятого их цивилизацией, находится гораздо ближе к центру галактики. Оказывается, когда тебя окружают мириады звезд, находиться в пустоте гораздо уютнее.

Обойти четырехсотметровую в длину тушу тихохода – задача сложная. Особенно если приходится периодически останавливаться и работать сначала клещами, чтобы отогнуть поврежденный хитин, затем буром и щупом, чтобы вытянуть осколки, глубоко зарывшиеся в плоть. Немного полегче стало, когда ликс пришел в себя – сначала в динамиках шлема послышались невнятные, полные паники восклицания, потом, когда она откликнулась, появилась гравитация. К тому же пришедший в себя ликс стал указывать конкретные места, где у него болит. Правда, в отличие от Тианы, не желал пропускать ни царапины, и стонал так печально, что ей приходилось заливать заживляющей пеной даже самые мелкие повреждения, на которые она предпочла бы плюнуть. Если бы успела вернуться внутрь до того, как он придет в себя, тихоход ни за что не решился бы выгонять ее наружу снова.

Наконец, тяжкая работа была закончена, весь лишний металл собран и отправлен тому же тихоходу в пасть. Приличная получилась прибавка к рациону. Ничего, сойдет как награда за страдания, да и элементы на восстановление покрова нужно откуда-то брать.

- Духи космоса, Тиана! Ты почему не сказала, что ранена! Ведь я думал, что ты сначала вылечила себя! – возмущенно закричал ликс, когда она забралась вовнутрь и стянула с себя скафандр. – Как мне стыдно! Немедленно в капсулу!

- Нужно попытаться определить, где мы находимся, - буркнула Тиана, – И как будем возвращаться.

- Я этим немедленно займусь. Твое присутствие вовсе необязательно! Пожалуйста, поспеши. Я наверняка знаю, что твои кожные покровы не должны иметь столь насыщенный синий цвет! Да и форма лица у тебя изменилась сильнее, чем после драки с Мирой ди Тарро на последнем курсе летного интерната!

Убедиться в правдивости слов ликса Тиана смогла уже через пять минут, когда добрела-таки до медицинской капсулы, разделась и залезла внутрь. Поверхность крышки оснащена, помимо систем управления еще и экраном, на который она вывела изображение с камеры. Правда, тут же выключила. Очень уж печальное зрелище она собой представляла. Пожалуй, даже соученицы из интерната не смогли бы узнать в этом синем узкоглазом чудовище дорогую сестру по оружию. Хорошо, что до лечения ликса она не стала себя подробно рассматривать, не то непременно поддалась бы слабости и залезла в капсулу, не выполнив самого важного. Зато теперь можно с чистой совестью отдыхать. Впрочем, интенсивная терапия не помешала Тиане контролировать заживление ран ликса – из капсулы это можно сделать. Немного отрегулировать действие организма, где-то подстегивая регенерацию, а где-то пока придерживая, экономя ресурсы. Однако несмотря на скормленный тихоходу металл, уже ощущается нехватка некоторых элементов. Нужно, очень нужно как можно быстрее найти какую-нибудь звездную систему. Естественное пополнение потраченных припасов может затянуться на десятки лет, особенно в условиях необходимости куда-то двигаться.

Десять часов лечения в трудах и заботах пролетели незаметно, и разведчица, посвежевшая и бодрая, выбралась из капсулы. От многочисленных гематом и прочих повреждений остались только воспоминания и легкая скованность движений, которая пройдет без вмешательства в течение нескольких часов. Наведенной бодрости надолго не хватит, но прежде, чем лечь спать, нужно все-таки определиться со своим положением в пространстве и наметить ближайшую цель.

Тиана ткнула в панель конвертора, выбрала двойную порцию стандартного мясного салата с овощами, привычно подавив чувство вины за любовь к варварской пище, добавила стакан горьковатого тонизирующего сока. Мясо в салате, конечно же, не натуральное. Выращено искусственно в конверторе. Но все равно стыдно. Представителю такой просвещенной и гуманной цивилизации не пристало поощрять в себе животные инстинкты далеких предков, занимавшихся настоящей охотой и, - о ужас! – добывавших это самое мясо из настоящих живых существ. Большинство нормальных соплеменников Тианы относятся к тем, кто потребляет мясо, с ужасом и отвращением. В том числе и за это к пилотам и солдатам относятся пренебрежительно и, порой, даже отказываются принимать в приличном обществе. Но что поделать, если растительную диету, какой бы сбалансированной она ни была, так и не смогли довести до совершенства? Тем, кто до сих пор вынужден заниматься тяжелым физическим трудом, а также подвергаться серьезным стрессам необходимы животные белки. И никакие витаминные комплексы так и не смогли их заменить. Некоторые из воспитанников летного интерната поначалу отказывались возвращаться к варварскому рациону, однако рано или поздно все они оставляли свои убеждения. Когда замечали, что в отличие от менее принципиальных соучеников, начинают плохо успевать на практических и теоретических занятиях.

Размышления о собственной неполноценности не помешали Тиане добраться до рубки, и только там приняться за обед. Или ужин – со временем еще тоже только предстояло разобраться.

- Ну что, как у нас успехи? – стыдясь удовольствия, которое она получает от трапезы, разведчица поспешила заняться делом. – То, что мы очень далеко от родных мест, я уже поняла. Но мы хотя бы знаем, в какую сторону двигаться?

- Увы, - в голосе ликса слышалось искреннее огорчение. – Даже если предположить, что это все еще наша галактика, мы находимся на слишком далеких окраинах, чтобы хотя бы примерно определить нужное направление. Сектор в сорок градусов с вершиной в том месте, где мы сейчас находимся – это слишком много. Даже моей жизни не хватит, чтобы исследовать его весь. Да и сам сектор по большей части гипотетический. Я не нашел ни одной знакомой звезды. Космос здесь пахнет не так, как дома. Он по-другому выглядит и иначе звучит. Мы очень далеко от дома. А еще хочется кушать, - неожиданно закончил тихоход. И, как бы извиняясь, пояснил: - я потратил много массы на восстановление. Тяжелые злые куски металла, которыми меня искусали я уже переработал, но этого мало. И пища плохая. Многого нужного в ней не хватает.

Тиана кивнула. Глупо стыдиться ликса, но на мгновение ей стало неловко, что она насыщается, а тихоход голодный. «И ведь понимаешь, что нельзя проецировать на него свои чувства, - сердито подумала девушка, – Он не может испытывать тех же эмоций, он не чувствует голод так же, как я, и уж точно не завидует тому, что я сейчас ем!»

- Тогда давай прежде всего попробуем найти что-нибудь, чтобы восполнить тебе дефицит материалов. Уже присмотрел подходящее?

- Здесь трудно ориентироваться, - печально вздохнул ликс. – Расстояния слишком большие... До меня доносятся только жалкие отголоски запахов… До ближайшей системы не так уж далеко, всего четыре года. Но я предпочел бы ту, что немного дальше от центра галактики. Мне она кажется более перспективной в плане пропитания. Если ты не против.

Тиана возражать не стала. Где лучше насыщаться, ликсу лучше знать – это во-первых. А во-вторых, раз уж они затеряны в неизведанных территориях, лишние пару дней на поиски не имеют особого значения. Разведчица всеми силами гнала от себя мысль о том, что вернуться, скорее всего, вообще не получится. Потому что если это признать, то нужно признать и тот факт, что ей вообще больше никогда не удастся встретить разумных существ. Остаток жизни она обречена провести в полном одиночестве, медленно сходя с ума от отсутствия общения с себе подобными. Так можно и о встрече с технофанатиками начать мечтать…

А еще, если уж совсем откровенно, Тиану очень давила пустота вокруг. Огромное черное пространство. Звезд так мало, и они так далеко, что почти не считаются. Девушка поймала себя на мысли, что в этом месте ей страшно будет сопрячь сознания с ликсом. Окунуться в эту пустоту не через обзорные экраны даже, а всей своей сущностью, ощутить его каждой клеточкой огромного тела тихохода. Чтобы немного отвлечься, Тиана начала проверять расчеты тихохода, вручную сравнивая результаты с наизусть затверженными ориентирами. Бесполезно. Несмотря на то, что ее память и разум, в отличие от ликса, гораздо лучше заточены на такие вещи, спустя три часа она могла с уверенностью подтвердить его выводы. Действительно, ничего знакомого. Ей даже не удалось определить, сколько времени заняло путешествие в эти неизведанные дали – просто не за что зацепиться, чтобы сравнить. Вся электроника на борту во время перехода через аномалию выключилась, они с ликсом потеряли сознание, а механических часов у нее, в нарушение инструкций, с собой не было. Потеряла где-то еще в самом начале карьеры свободного разведчика, потому что – «ну кому может пригодиться этот пережиток древности!» Впрочем, даже теперь уверенность в этом если и поколебалась, то не сильно. Ну какая разница, сколько прошло времени с тех пор, как они с ликсом ускользнули в эту черную область? Сейчас почти ничего не имеет значения.

Тиана ди Сонрэ, свободный разведчик. Часть 2

Закончив расчеты и разочаровавшись в них, Тиана отправилась искать эти клятые механические часы. Уже откровенно бестолковое занятие, однако нужно было как-то отвлечься и привести мысли в порядок. Хотя бы из сострадания к ликсу. Сам прыжок провести самостоятельно тихоход не сможет, пока жива Тиана. Это ведь не его природная способность, а функция, которую обеспечивают технические приборы. На них и установлено это ограничение, которое отменяется только в случае подтверждения смерти последнего живого хозяина. Соплеменники Тианы не опасались бунта ликса, тут скорее дань традициям – когда-то очень давно такие устройства ставили на взрослых ликсов, диких. Отловленных в межзвездном пространстве. Не то чтобы такие ликсы очень возражали против отлова. Им, по большому счету, все равно, куда и зачем двигаться в своем бесконечном путешествии. Просто в отличие от выращенных с младенчества, их разум, логику и реакции порой бывало трудно спрогнозировать, они могли неожиданно сорваться в прыжок, совсем не запланированный пилотами – кому такое понравится?

- Пустая трата времени! – вслух воскликнула Тиана. Лукавила, конечно. Расчеты и поиски (безрезультатные) помогли отвлечься хоть немного, в ожидании пока ликс подготовится к прыжку и наберет достаточную скорость. В кресло пилота садилась слегка раздраженная, но уже не готовая покончить с собой от безысходности разведчица. Вполне рабочее состояние и настроение. Короткий импульс сопряжения разумов, легкое головокружение, и вот она больше не двуногое нелетающее существо поверхности.

Со стороны, Тиана знала, ее огромное тело выглядит неуклюжим, медленным, неповоротливым. Это ложное впечатление, благодаря которому тихоходы получили свое название. На самом деле ни один корабль технофанатиков сравнимых размеров никогда не сможет догнать ликса по скорости и маневренности. Досветовой скорости, конечно же. Впрочем, в гиперпространстве ликсу ориентироваться гораздо проще, чем искусственному интеллекту, благодаря чему и здесь он зачастую выигрывает даже у рукотворных кораблей с более мощными внепространственными двигателями.

Сейчас, на фоне неестественной пустоты она казалась себе крохотной затерянной… даже не песчинкой. Атомом. Ликсы предпочитают более насыщенные материей центральные области галактик, хотя и в пустоте особого дискомфорта не испытывают. Тем не менее тихоход разделял ее ощущения затерянности и собственной незначительности. Ему тоже было неуютно.

Долго привыкать к новым ощущениям Тиана не стала. Нужная скорость набрана, направление задано верно, остается только сделать короткое усилие, и провалиться в гипер, зафиксировав в голове координаты, запах и мелодию цели. Все. Можно немного ослабить контроль. Здесь ликс справится гораздо лучше. Да, у диких ликсов нет собственного органа, отвечающего за внепространственные перемещения, однако они достаточно часто пользуются естественными норами – как-то умеют их почувствовать. А уж в самом гиперпространстве они ощущают себя почти так же свободно, как в обычном космосе.

Многие ученые с ее родины даже утверждали, что ликсы – это изначально гиперпространственная форма жизни, которая со временем перешла в трехмерный космос и благодаря эволюции обросла здесь плотью. Другие наоборот, предполагают, что ликсы – местные жители, которые со временем полностью перейдут в гипер. Тиане это было не очень интересно. Главное, что здесь, вне обычного пространства, ей самой ориентироваться слишком сложно. Сознание просто не может достаточно четко интерпретировать получаемую информацию, даже будучи сопряженным с разумом ликса. А вот у него самого это выходит на практически инстинктивном уровне, так что ему и управлять перемещением. Благо оно будет длиться совсем недолго, и тихоход не успеет по-настоящему устать.

Все, что остается делать самой Тиане – это не давать своему сознанию слишком сильно углубиться в познание изнанки. Дурацкое свойство. Её одно время хотели исключить даже из летного интерната, как совсем негодную ни к чему личность. Угроза исключения сохранялась до тех пор, пока девушка не научилась себя контролировать. У других ее соучеников такой проблемы не было. Говорили, что ее эмоциональный фон слишком нестабилен, гормональный контроль ослаблен, а воображение чересчур живое, именно поэтому ей при переходе начинают слышаться потусторонние голоса, она начинает видеть запахи и звуки, слышать цвета и ей кажется, что она вот-вот познает нечто недоступное обычному разуму. Она научилась справляться, не терять себя в этой какофонии образов, даже научилась скрывать это свое состояние от контролирующих. Но на самом деле оно никуда не делось.

Возвращение в реальность, как всегда резкое и грубое, моментом выбило из головы трансцендентные образы. Тиана немного полюбовалась системой, в которую они прибыли. По сравнению с межзвездной пустотой здесь было уютно и будто бы тепло. Чувства ликса позволили подробно осмотреть, прослушать и обнюхать систему. Удивительно богатая звезда. Целых два астероидных пояса, восемь или девять планет. Да, пожалуй, ликс был прав, здесь ему действительно удастся гораздо быстрее залечить свои раны. А может, сможет даже и размеры увеличить – судя по некоторым оттенкам запаха, которые Тиана немного научилась интерпретировать, где-то во внутреннем поясе астероидов достаточно много тяжелых металлов, так что, возможно, скоро и у нее появятся дополнительное жизненное пространство!

Тиана уже собралась отключаться, когда вдруг почувствовала возмущение, обиду и недоумение. Не её – ликса. Мысленно задав вопрос, тут же получила ответ, который ее так взволновал, что она забылась и заложила мертвую петлю. Тихоход возмущался тем, что она не обратила внимания на самое главное. Третья планета, по всей видимости, занята технофанатиками! А она не «не обратила», она просто не настолько хорошо интерпретирует чувства ликса, чтобы сходу различать такие тонкости.

Новость просто ошеломила. Технофанатики здесь! Неужели они знали, куда ее загоняют? Получаются, их ученые знают гораздо больше об аномалиях, чем соплеменники Тианы? И, значит, та стычка была все-таки подстроена? Но почему тогда её не встречали на выходе? Или не знали, куда точно её приведет этот проход, но были уверены, что она сама придет в их руки?

Растерянность не мешала разведчице действовать. Разгоняться она начала сразу после своей позорной мертвой петли, и почти на пределе возможностей ликса и своего тела, замершего где-то внутри тихохода. Первый порыв поскорее убраться из системы она подавила сразу же. Бессмысленно – если ее действительно ждут, то найдут во всех ближайших окрестностях, а долго болтаться в межзвездном пространстве ликс не сможет. Он и так голоден после той битвы и перехода через аномалию. Сейчас она почти на пределе скорости двигалась к то ли мелкой планете, то ли крупному астероиду, за которым собиралась спрятаться от наблюдателей. Система почти пуста, что совсем нехарактерно для локаций, занятых технофанатиками. Ни следящих станций, ни оборонительных крепостей, ни заводов по добыче… если бы это все было, она бы заметила. Так что есть, есть немаленький шанс, что, если она быстро спрячется возле массивного тела, ее не заметят.

Всего за два часа ликс разогнался до предела своей скорости – треть от световой. Технофанатикам никогда не достичь такого ускорения, которое она развила. По крайней мере, тем кораблям, которые пилотируют живые пилоты. Если попытаются, просто погибнут. Это ее тело сейчас почти что срослось с плотью ликса – настолько плотно он обволакивает ее снаружи и внутри. Тонкие молекулярные нити пронизывают плоть так густо, что непонятно, где заканчивается ее тело и начинается плоть ликса – таково сопряжение разумов. Многие ее соплеменники даже брезгуют пилотами именно за такой тесный контакт. Как это – позволять какому-то животному, пусть и разумному, слиться с твоим телом? Они, видимо, находят в этом какой-то сексуальный подтекст, хотя прекрасно знают, что природа слияния с инстинктами продолжения рода не имеет ничего общего. При этом ханжи почему-то совершенно не стесняются подсаживать себе в мозг гормональных контролеров, расширителей памяти и других симбионтов. Видимо их смущает размер существа и тот факт, что тихоходы разумны. Тиана считает эту избирательность нелогичной и в целом идиотской. Если не пользоваться слиянием, тихоходу придется очень сильно ограничить максимальное ускорение. Гораздо сильнее, чем сейчас, потому что способность поддерживать внутри себя комфортную гравитацию у ликсов ограничена. Возможно, следующие их поколения с помощью биотехнологов смогут избавиться от этого недостатка, но пока результаты откровенно скромные.

Планетки она достигла еще за два часа. Не будь у нее необходимости тормозить и уравнивать свои скорости с небесным телом, справилась бы гораздо быстрее. Но и так неплохо – её, вроде бы, никто не заметил. Полная тишина. Ликс помог сосредоточиться, но никаких переговоров, никаких импульсов связи она так и не расслышала. Мертвая тишина, будто и нет в системе никаких разумных. Между тем, чувствам ликса Тиана доверяла полностью. Если он сказал, что на третьей планете есть технофанатики, значит они там есть. Только какие-то странные – это ощущение ликса она смогла осознать. Послушав еще немного, Тиана все-таки обнаружила какие-то признаки связи, что только сильнее обескуражило. Нечеткое, прерывистое, едва различимое шуршание, писк… Точно. Именно так звучат радиоволны. Радиосвязь? В системе? Что за анахронизм? Да одно сообщение до получателя на другом конце системы будет идти час! К тому же для того, чтобы его получить, необходимо очень четко фокусировать передачу, что с радиоволновой связью сделать не так-то просто, да и все равно потери на таком расстоянии могут быть просто чудовищными!

Тиана даже не попыталась расшифровать сообщения. Это просто бессмысленно – она слышит лишь невнятные отголоски, случайно долетающие сюда, и только благодаря чувствительному ликсу. Ситуация становится все более непонятной. Сейчас совершенно очевидно, что ее здесь никто не ждет – иначе уже нашли бы. В немедленном бегстве нет необходимости. А вот понаблюдать за технофанатиками в их естественной, так сказать, среде обитания не помешает. Мало ли, вдруг удастся понять, что они здесь делают, а может и выяснить, как отсюда вернуться в родное пространство? Было бы неплохо найти карту здешних мест или хотя бы маршрут до основных систем технофанатиков. Уж оттуда она точно найдет дорогу домой. Сколько раз уже находила.

«Нужно подобраться поближе и понаблюдать, - решила Тиана, – Только осторожно». Судя по всему, следить за мной здесь действительно нечем, но лучше перестраховаться. Мало ли, вдруг технофанатики изобрели наконец такой способ маскировки, который позволяет скрыться от вездесущих ликсов? Последняя мысль вызвала совершенно очевидное и неприкрытое недовольство тихохода. Он был уверен, что никакие наземные существа никогда не смогут изобрести что-то такое, что позволит им скрыться от его вездесущего взгляда.

Расстояние, которое она могла бы пройти часов за шестнадцать, Тиана в этот раз преодолевала больше двух суток. Кралась и таилась так, будто находится на заднем дворе у врага. Собственно, так оно и было – находиться в системе технофанатиков вообще довольно опасное приключение. Она выбрала такую траекторию, чтобы не перекрывать своим телом свет звезд для наблюдателя с третьей планеты. Конечно, полностью этого избежать невозможно, а в ее родных местах бессмысленно даже пытаться, но здесь, на задворках галактики, вполне можно не тревожить хотя бы свет самых ярких звезд. В отсутствие грави-радаров и детекторов ментальной активности такой способ – единственный, которым ее можно обнаружить. Ни первого, ни второго в системе нет, она бы почуяла, а вот чужие взгляды через обычные оптические системы или ту же радиолокацию она может и не заметить.

Удивительно, но её так и не обнаружили. Тиана зависла над необычно большим спутником третьей планеты так, чтобы её не было видно. Подождала пару часов, просто чтобы убедиться. Нет. На нее действительно не реагируют. До последнего разведчица боялась, что видит лишь ложную картинку, что на самом деле ее давно уже ведут, и стоит только приблизиться на достаточное расстояние, как из ниоткуда выскочит вражеский флот, чтобы пленить ее или уничтожить. Ничего из этого так и не произошло. Космос все так же спокоен. Мелодия окружающих небесных тел гармонична. Если, конечно, не считать металлических артефактов, что в великом множестве вращаются вокруг планеты. Тиану поначалу пугали эти железки, разведчица все ждала от них подвоха, пока не заметила, что за редчайшим исключением вся эта груда техники следит не за космосом. Подавляющая ее часть направлена на планету. Они осматривают чуть ли не каждый квадрат поверхности, отслеживают любые изменения. Странно. Это следует обдумать. Именно поэтому Тиана решила спрятаться за спутник, отдохнуть и обдумать новую информацию. Двое суток в сопряжении разумов – это не рекорд, но все равно очень выматывает. Ликсы никогда не спят, и Тиана все время, пока связана с тихоходом не спит тоже, а ведь ей сон по-прежнему необходим.

Короткое мгновение темноты, и вот она снова сжимается до крохотного по сравнению с тихоходом тела. К этому ощущению привыкнуть даже сложнее, чем к самому слиянию. Первые минуты тело кажется чужим, слишком маленьким, подслеповатым и глуховатым. Это быстро проходит, особенно если не концентрироваться на ощущениях, но разведчица слишком устала и предпочла растянуться в кресле, которое автоматически приняло горизонтальное положение и закрыть глаза.

Несколько часов сна пошли ей на пользу. Объяснение всех странностей третьей планеты, затерянной на неизвестных задворках галактики пришло к ней во сне, без долгого анализа и раздумий. Стало понятно, почему в системе так пусто, почему технофанатики следят за планетой больше, чем за внешним миром, откуда на планете такое огромное количество жителей - она еще в пути успела оценить примерное количество, и откровенно ужаснулась. От пяти до восьми миллиардов. Столько, сколько существует ее соплеменников, которые равномерно расселены по пяти десяткам систем - и всего на одной планете! Технофанатики ютятся друг у друга на головах и отчаянно пытаются выжить в такой скученности. Да и для откровенно устаревшей техники на орбите нашлось объяснение.

- Это тюрьма, - вслух произнесла разведчица. – Планета, на которую ссылают неугодных и оставляют их вариться среди себе подобных.

- Не похоже на тюрьму, - с сомнением протянул с экрана ликс. – Вроде бы все так же, как у обычных жителей поверхности.

«Ну конечно», - мысленно хмыкнула Тиана. – «Кому, как не тихоходу лучше знать, как обычно живут жители поверхности». Вслух язвить не стала, просто пояснила:

- Нет, не так уж и похоже. Где это видано, чтобы кто-то согласился на такие ужасные условия? Причем, судя по всему, возвращение в цивилизованный мир для заключенных не предусмотрено. Контроль рождаемости отсутствует и, может быть, даже запрещен – от технофанатиков можно ожидать и таких зверств. Так что помимо новых заключенных, здесь множество так сказать аборигенов. А чтобы не взбунтовались – за ними просто необходимо следить. Сам видишь, как много тут всякой следящей аппаратуры. Как только заметят какой-нибудь непорядок, сюда прилетит флот метрополии и умиротворит бунтовщиков. Хотя я подозреваю, единственное, что им здесь запрещено – это улетать с планеты. На остальное технофанатиком совершенно наплевать. И устаревшая техника здесь потому что другой и не нужно. Что могут противопоставить ей местные обитатели, в отсутствие производственных мощностей и… чего там им еще нужно, чтобы строить свои корабли.

- Как скажешь, - протянул ликс, и Тиана поняла, что так и не убедила звездного странника. Порой он проявляет несвойственное его расе упрямство. Почти бракованный экземпляр – потому и достался ей. Подобное к подобному. Ей ведь тоже едва удалось стать пилотом.

- Что ты собираешься в связи с этим делать? – полюбопытствовал ликс после небольшой паузы.

- Тебе по-прежнему требуется восполнить запасы, - пожала плечами разведчица. – Думаю, мы легко сможем большую их часть получить на этой планете. Обмануть этот примитив совсем несложно. Просто опустимся на ночной стороне, ты сможешь хорошенько подкрепиться. И заодно возьмем в плен кого-нибудь из местных. Вдруг получится выудить из него координаты родных миров? Тогда наше возвращение многократно упрощается.

Герман Лежнев, бывший начальник IT-департамента. Часть 1

Что делает взрослый, разумный, здравомыслящий человек, когда его жизнь идет под откос? Если он в одночасье превращается из успешного человека в главного фигуранта по уголовному делу с одной стороны, объект пристального и нездорового интереса бывшего работодателя – с другой. Без единого шанса как-то вывернуться из сложной ситуации. Если любимая женщина вдруг исчезает с солидной суммой, оставив только издевательскую записку, в которой слово неудачник повторяется шесть раз? Если половина друзей резко перестает брать трубку, а у тех, кто все-таки берет, голоса одинаково виноватые и извиняющиеся? Взрослый, разумный и здравомыслящий человек в этом случае непременно напивается. Вдрызг, в хлам, в стельку, до поросячьего визга. После протрезвления повторить. Кое-кто из таких разумных и здравомыслящих повторяют цикл столько раз, насколько хватает денег. Или, если денег много – до тех пор, пока за ними не придут.

Герман себя разумным и здравомыслящим с некоторых пор не считал – иначе бы не попал в такую ситуацию. Однако к делу подошел со всей ответственностью. Единственное исключение – местечко подобрал глухое, тихое. Практически вымершая деревня на самой границе областей. Из жителей – пятеро стариков, давно потерявших связь с реальностью. Количество домов в деревне всего втрое больше: пятнадцать. Вот в одном из них и поселился Герман. И пребывает уже месяц. В запое, правда, такое долгое время не продержался. Хватило всего на неделю, дальше организм взбунтовался и отказался принимать антидепрессант.

Открыв глаза, молодой человек уже привычно уперся взглядом в невысокий деревянный потолок избы. Привычный утренний ритуал самокопания и попыток понять, как он дошел до жизни такой. Удивительное дело. Тогда, устроившись на последнюю свою работу, Герман слегка ошалел от больших денег. Он и раньше не бедствовал, благо программистов зарплатой не обижают. Но тут денег стало как-то неприлично много. Герман, в общем, сначала удивлялся. Откуда такая, совсем уже европейская зарплата в абсолютно российской компании? Пускай большая часть в конверте. Задачи, конечно, сложные и довольно интересные, но не сказать, чтобы прямо уникальные. Пришлось освоить смежную профессию системного администратора – но так, по верхам, ерунда. Ничего экстраординарного. Однако задумываться долго не стал. Решил – ценит работодатель хорошего специалиста, ну и замечательно. Нужно просто оправдать его доверие и сделать так, чтобы все работало идеально. Ну и старался. Работы было много, порой головы поднять некогда, не то что вчитываться в документы, которые иногда подсовывала на подпись милая секретарша Светочка. Потом уже, спустя год, когда вдруг начались какие-то непонятные шевеления вокруг конторы и конкретно его персоны, слегка отрезвел. Начал разбираться. Вспомнил про непонятные документы. И ужаснулся. Какие-то акты выполненных работ, да на очень приличную сумму…

Полез в свою должностную инструкцию, из которой узнал, что, оказывается, не только имеет право, но и обязан эти самые акты проверять. Вот и получается, что злонамеренный начальник IT-департамента подписывал откровенную липу, из-за чего теперь на одном объекте обрушилось три лестничных пролета – уже сданном, между прочим. На другом подрядчик в качестве утеплителя использовал дешевую стекловату вместо нормальной изоляции, на третьем еще что-то в этом роде. Нарушений общим счетом больше чем на миллиард и лет на десять.

Дураком, Герман не был. Наивность и некоторая оторванность от жизни – это да, было такое, но не глупость. Поэтому став обладателем подписки о невыезде, обращаться за разъяснениями к работодателю не пошел. Однако появившееся внезапно острое желание сделать кому-то что-то очень неприятное подавить Лежнев не сумел.

Директор подходил на роль жертвы просто идеально, возможностей у Германа выше крыши, так что тем же утром заявление об уходе по собственному лежало на столе у начальника. А вечером успешный бизнесмен обнаружил, что нежно лелеемый счет, открытый на подставное лицо, и на который поступали уже отмытые деньги, пуст. Бумажки с паролями на мониторе – это очень удобно, но, порой, довольно опасно. И это был не единственный удар, потому что буквально через час после неприятного открытия за директором пришли удивленные, и очень радостные люди в штатском. Впрочем, не за ним одним – строительная компания разом лишилась всего топ-менеджмента.

Немного остыв, Лежнев в своем поступке разочаровался. Если раньше он хотя бы сам про себя знал, что честный человек, который по неопытности попал в неприятную ситуацию, то теперь, получается, он ничем не лучше того директора. Кроме того, деньги – это вовсе не решение всех проблем, скорее даже наоборот. Первое, что приходит в голову после того, как сорвешь большой куш – это сбежать куда-нибудь подальше, за границу, и прожить остаток жизни обеспеченным человеком, ни о чем не заботясь. Но тут есть немного чисто технических сложностей. Подписка о невыезде никого из опытных мошенников никогда не останавливала, а вот если ты в целом законопослушный гражданин и только-только вступил на скользкую дорожку, может подрезать крылья прямо на взлете. Парень с грустью признался, что поступать так, как поступил он – недальновидно даже с чисто практической точки зрения. Что для начала не помешало бы подготовить пути отступления. Впрочем, после такого потрясения действовать разумно для неподготовленного человека сложно. Немудрено поддаться порыву.

Девушке своей о проблемах Герман рассказал. И о подписях злополучных, и об уголовном деле. И об очень приличной сумме, с которой он не знает, что делать. Про моральные терзания тоже рассказал, но тут особого понимания не встретил. Девушка заявила, что поступил он правильно, как настоящий мужчина. Сочувствовала, целый вечер гладила буйную головушку и обещала, что они со всем справятся. Утром, радостная и довольная, сообщила, что у ее подруги есть какие-то знакомые, которые непременно помогут покинуть страну за небольшую комиссию. Так же подруга порекомендовала способ вывести деньги на счет в иностранном банке, и даже выдала примерный расклад, сколько это будет стоить.

- То есть ты ей все рассказала? – Герман поверить не мог, что все это происходит с ним.

- Ой, ну конечно же нет! Я так, намеками, завуалированно! – защебетала девушка, и Лежнев отчетливо понял: выложила все, со всеми подробностями, и даже диалоги передала в лицах. Она же не раз упоминала, что от лучшей подружки секретов нет. Только парень почему-то надеялся, что она про себя говорит, но, видимо, его, Германа, секреты, тоже уже проходят по категории лично ее, любимой.

«Что знают двое – знает и свинья». Герман целый день проходил в ожидании, что за ним придут прямо сейчас, потом его немножко отпустило, и он окончательно понял – деньги эти ему не нужны. И за границу он не поедет. Судьба Остапа Бендера его совершенно не прельщала, а на что-то более оптимистичное рассчитывать было бы совсем уже глупостью. Все директорские деньги ушли на благотворительность. Несколько приютов для животных по всей стране теперь имеют возможность кормить своих питомцев мраморной говядиной из серебряной посуды.

Девушка, когда узнала о случившемся, довольна явно не была, но в целом решение Германа поддержала. А на утро исчезла, прихватив содержимое тумбочки с деньгами и обнулив кредитку, а взамен оставила обидную записку. Заканчивалась записка словами: «Тупым дибилам и ниудачникам деньги ни нужны. Пращай и ни ищи меня». Герман даже не удивился и воспринял это не как очередной удар судьбы, а как закономерное развитие событий. В своей способности оценивать людей и подбирать друзей он уже успел разочароваться, на серьезные страдания сил не было.

Период апатии с уходом любимой почему-то прекратился. Уже утром Германа в городе не было. Насчет директора парень не обольщался. Либо откупится, либо просто скостит срок, а вот добрых чувств к бывшему начальнику IT-отдела точно испытывать не будет. Была мысль пойти в органы и во всем чистосердечно признаться, но Герман откровенно побоялся. В тюрьму не хотелось, особенно теперь, когда у него появились взбешенные недоброжелатели, которым если что и в тюрьме его достать не проблема.

Однако несмотря на то, что жизнь, как считал Герман, загублена окончательно и полностью, расставаться с ней ему все равно не хотелось. Денег у него все еще оставалось прилично – ну, по его меркам конечно же. Хватило бы, чтобы убраться куда-нибудь на Гоа и прожить там пару лет, не работая и ни в чем себе не отказывая. Если фрилансить, пребывание в тропическом раю можно продлить до бесконечности. Одна заковыка – Герман еще только вступил на скользкую дорожку афериста и преступника, и потому понятия не имел, как выехать из страны имея на руках подписку о невыезде. Поэтому и пытаться не стал.

Решил залечь на дно и дождаться, когда все хоть немного уляжется. Подумать, а потом уже решать – идти ли с чистосердечным признанием в органы, или придумать что-то более оригинальное. Главное, больше не действовать импульсивно. Деревеньку для залегания на дно выбрал по карте – совершенно произвольную. Электричка довезла до станции, потом еще час автостопом, пара часов пешком по проселочной дороге.

Деревня с незатейливым названием Михайловка опознавательных знаков не имела. Даже дорожного знака. Ближе к центру домики еще выглядели жилыми, ну а те что на краю по большей части смотрели на мир заколоченными окнами и укрывались от непогоды провалившимися крышами.

- То, что нужно, - пробормотал молодой человек. – Даже если не смогу договориться о постое, заночую в какой-нибудь из этих хибар, а потом пойду дальше.

Вокруг, в радиусе пятидесяти километров было два перспективных варианта – правда, чуть менее подходящих чем Михайловка – не таких депрессивных и умирающих. Однако скитаться не пришлось. Всего через час Герман познакомился с одноногим ветераном афганцем, который без долгих разговоров разрешил ему поселиться в соседнем доме.

- Брательник у меня там жил, младший, - пояснил, как он представился, дядя Максим. – Помер год назад, нах, а жена с племянниками еще десять лет назад в город уехали. Буен был Лешка, когда выпимши, а не выпимши я его как раз те десять лет и не видел. Нах. Так что заселяйся да живи, мне не жалко. Да и денег особо не надо – только за электричество плати – вы, молодые, дохрена электричества тратите.

Сам дядя Максим тоже не гнушался выпивки и очень обрадовался появлению собутыльника, так что за следующую неделю Герман так и не побывал в арендованном доме. И только на восьмой день, когда проснулся, понял, что если так и продолжится, то никаких бандитов не потребуется. Помрет сам и без всякого насилия.

- Ну, отошел, значит, оттаял, нах. - Пожал плечами хозяин, когда Герман признался в своих опасениях. – Тогда идем, нах, покажу дом да с соседками познакомлю. Так хоть заскучаешь – поможешь старухам, нах. Я-то, сам видишь, только по мелочи. Забор там поправить, или вскопать чего – это пожалуйста, а вот ту же крышу подладить – тут уже не ко мне. С лестницами у меня беда, нах.

Так и повелось. Физический труд на свежем воздухе Германа неожиданно увлек, благо несмотря на офисную профессию, руки у парня росли из плеч. По утрам, как только оправился от тяжелого похмелья, бывший айтишник отправлялся на помощь очередной одинокой бабке. За работу парень получал ворох жизненного опыта старшего поколения и домашнюю кормежку, которая с непривычки казалась божественно вкусной. Тем более тут включилась конкуренция: каждая из бабок старалась переплюнуть соперницу. Вечером приходил дядя Максим, с которым они подолгу играли в третьих героев. Старику игра неожиданно зашла, он увлекся, да так, что и опытному Герману порой не удавалось выиграть. Правда, партию доигрывали редко – за разговорами забывали делать ходы.

По ночам смотрели на звезды. Удивительные звезды вдали от города. Яркие, крупные. Порой кажется, что даже разноцветные, как на фотографиях Хаббла. Иллюзия, конечно, с земли, да невооруженным взглядом такого не разглядеть. Но все равно, любоваться звездами было очень интересно. Вспоминалось детство, когда вот так же смотрел в небо на далекие мигающие огоньки и мечтал, что когда-нибудь к ним полетит.

- Что, парень, такой-то красоты в городе нет? – спрашивал дядя Максим. – Там своя красота, знаю. Суетная. Ты-то молодой еще, а мне она претит. Скучной кажется, нах.

Скучной жизнь в деревне Герману не казалась. Наоборот, неожиданно очень нравилась. Да, поначалу непривычно без телефона и интернета, но уже через пару дней он с удивлением заметил, что рука больше не тянется проверить сообщения, а информационный голод с успехом утоляет библиотека на ноутбуке. Пару раз с тем же дядей Максимом выбирались в лес за грибами. Оказалось, что их достаточно много даже в июне, главное, знать, какие можно собирать. Если бы не постоянное ожидание неприятностей, было бы совсем хорошо, но лучшее враг хорошего. Когда дядя Максим впервые отправился в райцентр на своем мотоцикле – за свежей прессой, и другими мелочами для всех жителей поселка, Герман чуть не поддался слабости. Уже открыл рот, чтобы попросить узнать последние новости, но сдержался. Сам не знал, почему. Побоялся, или, может, просто не хотел знать. В следующие поездки желание быть в курсе событий поутихло. Герман решил – пусть будет, что будет.

Неизвестно, сколько могла бы продолжаться идиллия. В какой-то момент бывший айтишник совершенно уверился – о нем все забыли. Потеряли и искать больше не будут. Да кому он нужен, мелкая сошка! Так что можно спокойно жить вдали от цивилизации до упора. Хоть до конца жизни. Благо деньги в деревне по какой-то причине решительно не желали тратиться. Продуктами жители обеспечивали себя сами, пенсий хватало на оплату счетов и мелких радостей жизни. Такими темпами суммы, которую прихватил с собой парень могло хватить на пару десятилетий тихой жизни. И Лежнев уже был совсем не против – очень уж благотворно сказывался на психике деревенский быт. Как-то забылись проблемы с начавшим было шалить здоровьем - так хорошо Герман себя давненько не чувствовал. Да и отражение в старом, резном зеркале с каждым днем радовало все больше. Исчез намечавшийся живот, плечи раздались, лицо посвежело и помолодело. В общем, он уже придумал себе этакую идиллию, этакий маленький кусочек рая, но реальность, как всегда, внесла свои коррективы.

Предвестником резких изменений в жизни, как водится, стало небесное явление. Они с дядей Максимом, как обычно вечером сидели на завалинке и рассматривали звезды, неспешно обсуждая только что закончившуюся партию в Героев. Внезапно дядя Максим прервался на полуслове, вскочил, и ловко прыгая на протезе выскочил из-под навеса.

- Во, глянь, какая дура падает!

Дядя Максим показал на особо крупный метеор. Герман во все глаза уставился на него. Непонятно. Во-первых, он не гаснет. Обычный метеор промелькнет быстро и исчезнет, оставив на секунду яркий росчерк, а тут… И след бледнее обычного, но зато будто бы больше, шире. Да и не заканчивается он. На секунду даже показалось, что упадет прямо на них, но нет. Яркая линия уперлась куда-то в лес и погасла. До наблюдателей донесся отчетливый, пробирающий до печенок гул – как будто от сверхзвукового самолета, только, пожалуй, мощнее.

Герман Лежнев, бывший начальник IT-департамента. Часть 2

- И часто у вас тут такие метеоры? – полюбопытствовал Герман, удивленно разглядывая мощный, ярко-оранжевый след, быстро тающий в ночном небе.

- Таких еще не видал. - удивленно ответил дядя Максим. – НЛО какое-то, нах. Сходить, что ли, посмотреть, куда оно упало?

- Думаешь, это чего-то материальное? В смысле, не сгорело в атмосфере? – удивился Герман.

- Сам же видел, прямо в лес упало. Наверное, в болото, но, может, и не долетело. Может, и не рассыпалось. Сходим посмотрим, только в город съезжу. Дозиметр купить надо, а то поймаем дозу, нах.

Герман решил, что непременно поучаствует в исследовательском походе. На следующий же день отправился провести рекогносцировку - не то чтобы хотел опередить дядю Максима, просто не терпелось. Звал с собой старика, но тот отказался.

- Не буду торопиться. После завтра в город поеду, дозиметр куплю, тогда. И ты не торопись. Если эта дура там лежит – она от нас никуда не денется, нах.

Герман не послушался – пошел сам. Добрался до самого болота, а дальше идти один побоялся. И болото страшное, да и вообще как-то неуютно стало. Появилось ощущение, что за ним наблюдают, да с каким-то недобрым интересом. Будто бы даже гастрономическим. Никогда прежде за Лежневым не случалось ни мистических озарений, ни обостренных приступов интуиции, а тут поди ж ты, как будто прямо чувствовал недобрый взгляд между лопаток. Тем не менее само болото Герман оглядел тщательно, постоянно сопротивляясь желанию убраться как можно дальше и как можно быстрее. Не верил он во всякую мистику и не желал идти на поводу у разыгравшегося воображения. Только в само болото не соваться говорил обычный здравый смысл, а не мнительность, так что глубже Герман лезть не захотел. Без опытного проводника в лице дяди Максима. «Прав был дядя Максим, - с некоторым разочарованием подумал парень, – Без подготовки лучше не соваться», - и с облегчением поспешил обратно в деревню. Чем сильнее он удалялся от болота, тем более нелепыми и глупыми казались парню воображаемые страхи, так что скоро он о них и думать забыл. Как и о самом метеорите – на следующий день завалилась теплица у одной из соседок, и стало резко не до исследований. Лежнев с удовольствием взялся ее ремонтировать, слушая привычную уже болтовню старушки.

Дядя Максим из давно запланированной поездки в город вернулся раньше, чем планировал. Вид имел недовольный и встревоженный. Обычно он шел сначала к себе, потом разносил заказанные соседками покупки, и только потом шел к постояльцу, но тут сразу заявился к Герману. У того как раз был «выходной» - по большей части потому что все самые животрепещущие проблемы местных жительниц он уже благополучно уладил. Крыши течь перестали, треснутые стекла в окнах заменены, колодцы подправлены. Нельзя сказать, что делать совсем нечего – в деревне работа есть всегда. Недавнее происшествие с теплицей тому примером. Просто теперь можно немного расслабиться и предаться лени, чем Герман и занимался. Ну, не совсем. Лежать и пялиться в потолок было бы скучно, поэтому он продолжил мастерить себе арбалет. Совершенная ерунда и абсолютно не нужная вещь, но вот захотелось. Точнее хотелось с детства, да то некогда было, то лень. Потом, когда появились деньги, о смешной детской мечте уже и забыл. А теперь вот вспомнилось почему-то. И времени сколько хочешь. Так почему бы и не попробовать? На самом деле с игрушкой Герман возился уже довольно давно, неоднократно спрашивал совета дяди Максима, который к увлечению постояльца отнесся снисходительно. «Ерунда все это. Не для того умные люди порох придумали, чтобы с этими игрушками развлекаться, нах», прокомментировал он, но тем не менее помогать не отказался и советы давал дельные. Так что в этот день Герман планировал только навести лоск и провести «приемочные испытания». Но не сложилось. Дверь распахнулась, и в комнату стремительно прохромал дядя Максим. Ничего не объясняя ветеран ухватил рюкзак Германа и принялся складывать туда пожитки постояльца. Какие под руку попадались.

- Сдается мне, валить тебе надо, парень, нах. Был сегодня в райцентре, так там какие-то хмыри на черной гробовозке разъезжают. Аж морды от важности трескаются, нах. И твою фотку всем кажут. Так бы оно и ничего, но ты же баб знаешь, нах. Наверняка всем знакомым и родственникам уже растрепали, какой у них зыкий помощник образовался. Так что хмырям этим тебя не долго искать. Как пить дать сюда заявятся, если по дороге не застрянут, нах. Так что сгоняй-ка ты за грибами, нах. Нам-то ничего, чо с нас взять. Старых я предупрежу, они скажут, что был тут заезжий мажор да съехал дня три как. Думаю, походят они тут и уедут. А вечерком возвращайся.

Новость оглоушила. Как поленом по затылку. Герман подскочил, принялся метаться по комнате, собирать разбросанные вещи, даже еще не осознав слов хозяина.

- Да не мельтеши ты, сам соберу нах! – рявкнул дядя Максим. – Оденься давай. Да не в цивильное, нах! – Это он заметил, как Герман схватился за джинсы.

Парень послушно бросил джинсы и схватился за штаны цвета хаки, еще недавно высмеянные хозяином. Тот, помнится, ржал над постояльцем. Дескать, от кого в лесу маскироваться собрался, от белок с кабанами? Или от спасателей, которые искать будут если заблудишься. Теперь вот выясняется, что не зря он обзавелся такой экипировкой. Если его и будут искать, то не спасатели. Пока одевался, дядя Максим закончил сборы, и куда-то вышел. Герман снова рылся в собранной соседом сумке, когда тот появился на пороге комнаты. Подняв голову, парень удивленно распахнул глаза и продекламировал:

- Но вскоре он вернулся, с ружьем наперевес. Друзья хотят покушать, идем, приятель, в лес!

- Чего бормочешь, нах? – не расслышал инвалид. – Не важно. Вот, прихвати на всякий пожарный. Мало ли что. Пользоваться-то хоть умеешь? – И протянул Герману двуствольный обрез, переделанный из горизонталки двенадцатого калибра.

- Бери-бери. Нигде не зарегистрировано. От прадеда моего еще осталась. В гражданскую с ней озоровал. Даю тебе на всякий случай, и вот, на десяток патронов еще. Смотри только не просношай, нах.

Первым порывом было отказаться, но Герман не стал. Не из надежды защититься с помощью обреза, а просто из желания прикоснуться к красивой игрушке. Очень уж грозно и внушительно выглядело оружие. Внушающе. К тому же пользоваться не обрезом, но ружьем Герман умел. Быстро переломил ствол, бросил взгляд на латунные донца гильз, вернул все в прежнее положение.

- Значит, могешь, - кивнул себе дядя Максим. – В патронах дробь – для тебя лучший вариант. И на вот тебе пирожков с собой. Воду не забудь, нах. И все, давай отсюда. Отойди на пару километров, к вечеру вернешься. Понял, нах?

- Дядя Максим, я вот решил деньги свои у вас оставить. – Неловко улыбаясь протянул Герман. – В лесу-то они мне точно без надобности. А если со мной чего, так хоть не пропадут, и не этим достанутся. Вы не подумайте, это честные деньги. Мои заработки.

- Деньги давай, возьму на сохранение, - кивнул инвалид. - А по поводу «если со мной чего», ты давай мне без этого, нах! Сплюнь вон через плечо и по дереву постучи. Кто ж так беду кликает? Все, пшел отсюда, нах.

Герман и пошел. В голове пустота, поджилки трясутся – чего не пойти? Правда, дойдя до опушки, наконец начал немного соображать. «Стариков, конечно, не тронут. Кому они нужны? Не захотят пачкаться, точно не захотят. Да, если что наверняка отмажутся. Но и проблем поиметь на ровном месте не захотят». Звучало очень логично, но Герману все равно было неспокойно. А вдруг все-таки что-нибудь сделают? В деревне парня приняли как родного. Впервые за долгое время бывший айтишник почувствовал себя по-настоящему дома – и все благодаря жителям умирающей деревушки. Отплатить за добро, наведя на них бандитов было бы как-то совсем некрасиво. Герман решил остаться на опушке и понаблюдать. В конце концов, убежать он всегда успеет. И заметить его здесь никто не сможет. Зато у него вся деревня как на ладони – до леса от околицы метров тридцать. Полей вокруг нет уже лет тридцать, вот и вырос подлесок.

Долго лежать в траве не пришлось, но парень успел испугаться, успокоиться, решить, что дяде Максиму просто показалось, потом наоборот – что старика обманули, проследили, и сейчас подбираются к Герману со спины. Неизвестно, что еще придумал бы Лежнев, если бы гости задержались. Однако повезло – гости появились всего минут через пятнадцать после того, как парень устроился на лежку. У Германа снова слегка затряслись поджилки. Ведь едва успел ускользнуть, получается. Чуть-чуть бы промедлил, и вот он – бери тепленького.

Черный гелендваген проехал к дому дяди Максима, оттуда шустро выскользнули трое. Одеты все без лишних претензий. Обычный прикид чуть выше среднего. Дорогая джинса, пиджаки поверх рубашек, блестящие туфли. Кэжуал вроде бы, вот только сомнений в социальной принадлежности почему-то все равно не возникло. Слишком нагло себя ведут. Водитель постучал кулаком по калитке, затем добавил пару раз ногой.

- Эй, селяне! Давай, выходи, разговор есть! - нетерпеливо прокричал визитер.

Дверь дома открылась, и на крыльцо вышел дядя Максим. Если бы Герман не знал точно, что это он, не поверил бы своим глазам. Самой точной ассоциацией, которая возникала при взгляде на инвалида, была бы фраза «Пьяное чмо». Ветеран едва ковылял по дорожке, раскачивался из стороны в сторону, иногда даже пару шагов назад непроизвольно делал. Терпения гостей надолго не хватило – двое из них распахнули калитку, подхватили под руки инвалида и практически подтащили к третьему. В отличие от гостей, дядя Максим говорил тихо, потому его слова приходилось угадывать. Все-таки расстояние приличное.

- Чего надо, нах?

- Слыш, инвалид, - рявкнул один из визитеров. – Водки хочешь?

- Кто ж ее, родимую, не хочет, нах?! – слегка повысил голос дядя Максим. – Ее, родимую, любой захочет. А сколь ее у тебя?

- Короче, говорят, тут у вас хмырь один поселился, - приезжий вопрос старика проигнорировал, - Нам бы с ним поговорить. Показывай, где он тут, а то нам по вашей помойке шерстить впадлу.

- Ну был, да, - пожал плечами дядя Максим, отчего его повело в сторону, и он упал бы, если бы не подстраховали «помощники». - Лехой, что ли, зовут. Или Серегой? Только он съехал недавно. Дня три уж. А чего вам надо-то?

- В смысле съехал?! – разозлился собеседник. – Ты, отец, чего лепишь мне?! Ты меня за наивного посчитал?! Так я те щас объясню.

Словами пришелец не ограничился. Из-под куртки появился пистолет, которым мужчина грубо ткнул деда в лоб. Герман все это разглядел отчетливо. Несмотря на то, что лежал, почувствовал, как задрожали ноги. Да и не только ноги – все тело будто ослабло от ужаса. Между тем, события продолжали разворачиваться стремительно. Дядя Максим в ужасе распахнул глаза, дернулся чтобы отступить, но гость не дал – ухватил за грудки и крепко держал.

- Эй-эй, ты чего шалишь? – пьяно возмутился старик.

- Где эта шкура мелкая! – рявкнул бандит. – Ну! Ща я тебе мозги вынесу, пенек старый!

Страшно. До безумия страшно. А еще очень противно. Дядя Максим ему помог. Сильно помог. А он, спокойно смотрит, как хорошему, безобидному старику угрожают расправой и ничего не может сделать. Совсем. Герман крепко зажмурился, до кругов в глазах, пытаясь сбросить противную слабость. «Нет уж», - подумал парень. «Я, может и трус, но не сволочь».

Лежнев медленно за ремень подтянул обрез. Прицелился. Он так и не смог навести ружье на человека – руки начинали противно дрожать. Так и не решился, хоть и злился на себя. Прицелился в машину, в стекло и, не давая себе времени на раздумье, потянул спусковой крючок. Бахнуло, больно толкнуло в кисть – приклад у обреза тоже был обпилен до «пистолетной» рукоятки, а отдача-то вполне ружейная. Однако на боль Герман внимания не обратил – он смотрел, как катается по земле, держась за ногу один из бандитов. Впрочем, заднее стекло гелендвагена тоже осыпалось, так что можно считать, что он все-таки попал... Глупо, да. Обрез не предназначен для стрельбы на дальние расстояния. Осыпь получается слишком большая, даже в упор, а уж на пятидесяти метрах о прицельной стрельбе можно совсем не беспокоиться. Герман, паникуя, об этом забыл. И вот результат – хорошо еще дядю Максима не задел.

Герман выбрал отличный момент, чтобы оценить свои действия и подвести итоги. Противники такой рассудительностью не отличались, зато некоторый опыт у них имелся. Поэтому, пока парень переваривал впечатления от первого выстрела по человеку, оставшиеся на ногах быстро определили откуда стреляли, – примерное направление понять было не сложно, - и рванули навстречу. Причем предводитель не постеснялся пальнуть несколько раз из ПМа. Примерно «в ту сторону», и даже близко не по Герману, но тому этого хватило, чтобы прийти в себя. Выстрелить второй раз было совсем не сложно. Как и целиться. Почему-то теперь, когда в него стреляли, Герман без труда навел оружие на человека. Правда, не попал, но бандиты слегка поумерили прыть. Парень же решил, что все, что мог он уже сделал, и теперь пора бы и честь знать. Подхватился и побежал в лес, подгоняемый азартными криками. Его заметили, и даже попытались подстрелить, но тоже не попали. Зато оказалось, что звуки выстрелов за спиной очень помогают избавиться от слабости в коленках, да и скорость позволяют развивать запредельную. Герман очень пожалел, что рюкзак с пожитками застегнут на груди – иначе бы скинул с плеч, и значительно ускорился. А вот обрез так и не бросил, почему-то даже в голову не пришло. Так и бежал, сжимая в одной руке цевье, а другой отводя хлещущие по лицу ветки, каждую секунду ожидая, что в спину ударит пуля.

Повезло, в него так и не попали. И даже догнать не смогли – видимо удалось прийти в форму за месяц деревенской жизни, бежалось Лежневу легко, несмотря на рюкзак. Правда, и преследования бандиты не прекратили. По крайней мере, так казалось Герману. Он перестал слышать крики загонщиков, стрелять они прекратили еще раньше, но парень был уверен, что в покое его так и не оставили, поэтому продолжал бежать куда глаза глядят. Стоило остановиться, и прислушаться, как начинали чудиться чужие шаги или отголоски разговоров. Умом Герман понимал, что ему кажется. Его уже давно потеряли, да и искать столько времени в лесу бандиты его не станут. Гораздо проще дождаться, когда он сам выйдет или найти в одной из окружающих деревень. Однако ноги сами несли все дальше и дальше, и он уже не очень понимал, куда его занесло, и далеко ли он от «родной» деревни.

Здравомыслие начало возвращаться, когда наступили сумерки. Несмотря на летнюю погоду слегка похолодало, а под ногами все чаще стало неприятно хлюпать. Сегодня болото, в отличие от прошлого посещения не пугало, но и не привлекало совсем. «Пора останавливаться, где посуше», - со всей определенностью решил Герман, «Назад все равно до ночи не вернусь. Да и не надо – ждут меня там, скорее всего». Ночевка в лесу его не слишком пугала. Одну-то ночь точно переживет без особых проблем, благо за спиной рюкзак, набитый вещами на любой случай. И еды достаточно. Нужно только найти более подходящее место для ночевки, да развести костер. На этой мысли Герман увидел страшное чудище, на долю секунду обмер от ужаса, напружинился, чтобы бежать, а потом потерял сознание.

Тиана ди Сонрэ, потерянная во вселенной

Операция по посадке на планету прошла штатно. Тиана заранее выбрала подходящее место – глубокое болото, в котором ликс нашел все ему необходимые вещества и даже сверх того. Много лакомой органики, растворенной в воде, да и неорганических элементов достаточно – все в одном месте, будто специально. Только тяжелых металлов там не оказалось, но их и нужно было ничтожное количество, которое ликс и без того найдет в поясе астероидов. Конечно, на планете их тоже хватало, но там, чтобы их добыть, потребуется погружаться глубоко в почву, а это долго и нерационально.

Болото находится поодаль от скопления разумных жителей планеты, но не совсем в безлюдных местах, что тоже неплохо. Тиана твердо решила, что ей необходим пленник. Вряд ли на планете – тюрьме можно найти кого-то достаточно образованного, чтобы назвать точные координаты, но разведчица надеялась узнать дорогу хотя бы по косвенным сведениям. В том, что это планета-тюрьма Тиана уверилась полностью. Ну как еще может получиться такая странная организация жизни? Огромное количество спутников, следящих за поверхностью планеты отслеживали буквально каждое движение жителей, чутко следя за тем, чтобы заключенные не имели возможности объединиться, консолидировать силы и вырваться за пределы своего узилища. При этом, несмотря на тотальный контроль, никто не предотвращал конфликтов. А они явно случались, причем такие кровавые, каких Тиана и представить себе не могла! Внимательный ликс еще до того, как они решили спуститься, показал ей несколько сценок, разворачивавшихся на планете. Аборигены воевали яростно и самозабвенно уничтожая друг друга с помощью архаичной техники и какого-то примитивного, но от того не менее действенного оружия. Совершенно очевидно, что происходят эти стычки от нехватки ресурсов. Неудивительно что преступники не могут договориться, а пытаются отобрать друг у друга необходимое силой! Впрочем, долго наблюдать Тиана не стала – слишком сильное отвращение и неприятие вызвали у нее эти картины. Если у нее и было до этого какое-то уважение к технофанатикам как к противнику, то после такого оно улетучились без следа.

Для посадки разработали целую операцию. Ликс несколько дней следил за выбранной точкой, вычисляя время, когда она не будет под наблюдением. В нужный момент Тиана вошла в сопряжение, и резко, на пределе возможностей своего тела скакнула в атмосферу. На такой скорости ликс начал быстро разогреваться, и чем ниже они спускались, тем сильнее. Об этом Тиана думала заранее, но решила, что скорость важнее. Высокие температуры ликсу не страшны – он и в корону звезды может ненадолго заглянуть, так что быстрый спуск переживет и вовсе без труда.

Перед посадкой резко затормозила, чтобы не устраивать взрыва, и мягко нырнула в теплое, вкусное болото. Не учла только, что болото водяное, а ликс изрядно раскалился, так что столб пара, поднявшийся над местом посадки вырвался огромный. Если бы ликс был еще немного горячее, взрыв бы и получился, но обошлось. Тиана вышла из сопряжения, оставив тихохода блаженно погружаться в лакомую субстанцию. Следующие пару дней прошли в борьбе со скукой и любопытством. Изголодавшийся ликс, дорвавшись до вкусной еды перестал выходить на контакт. Полностью сосредоточился на насыщении, и даже за округой следил минимально, только чтобы не пропустить какую-нибудь опасность. Можно было его отвлечь, но Тиана не стала. Пусть быстрее наестся, а то все равно будет отвлекаться. Осмотреться и найти будущего пленного можно и попозже.

Сама же Тиана несколько дней, пока ликс не насытится, посвятила обследованию ближайших к месту посадки окрестностей. Лес ей очень понравился. Несмотря на то, что находился в заселенных технофанатиками местах, он оставался практически нетронутым. Даже диким. Слегка непричесанным и таинственным. На родине Тианы таких не осталось – там давно даже деревья растут в соответствии с проектами дизайнеров и садоводов. Пускай так гораздо красивее, но эта девственная дикость, оказывается, имеет свою прелесть. Да и ходить по такому лесу интереснее. Тиане нестерпимо хотелось снять скафандр, но она не рискнула нарушить инструкции. Все-таки опасно – неизвестная биосфера, мало ли какие звери тут водятся. Кроме того, она знала - один раз дашь себе поблажку, другой… и вот уже ты не свободный разведчик Тиана ди Сонрэ, а бродяга и дезертир, о котором с презрением будут отзываться потомки. Вообще-то лично у Тианы потомков пока не предвидится, но она на таких мелочах не зацикливалась.

Первый выход надолго не затянулся. В соответствии с правилами она вернулась на ликса уже через час. Выгрузила набранные образцы в лабораторию и едва смогла дождаться результатов исследований. Ничего необычного анализы не показали – даже удивительно. Микрофлора обычная для планет подобного типа. Есть интересные образцы, но ни для нее, ни тем более для ликса опасности не представляют. В стальном все тоже совершенно обычно. Понятно, будь здесь квалифицированные биологи, они бы нашли повод поудивляться причудам изолированной эволюции, но разведчица ничего необычного не нашла. Все в рамках нормы. Поэтому можно, соблюдая меры предосторожности гулять дальше, чем Тиана и занялась.

Следующие несколько дней она возвращалась на ликса только чтобы поспать и перекусить, все остальное время посвятив изучению нового мира. Правило про обязательную герметизацию скафандра было отброшено по очень «уважительной» причине – динамики скафандра не позволяют в полной мере передавать внешние звуки, и поэтому их нужно отключить, чтобы не пропустить чего-нибудь важного. Тиана сама понимала, что это очень натянутое объяснение, но старательно ему верила.

Поселение аборигенов она обнаружила на третий день. Вышла на поляну, увидела непонятные сооружения, сообразила, что это жилища, варварски построенные из срубленных деревьев. Поспешно натянула шлем и включила маскировку. Селение выглядело почти покинутым, но мало ли. Быть обнаруженной заключенными этой планетки она уж точно не стремилась.

Тиана принялась наблюдать. Было скучновато, но разведчица не жаловалась. Необходимо узнать как можно больше об их повадках и обычаях, чтобы потом, когда возьмет языка, сразу выбрать правильную модель поведения. Впрочем, то, что она видела ей не слишком нравилось.

Аборигены в селении проживали откровенно пожилые. Возраст большинства, судя по облику, приближался к трем столетиям. Но какие же они были запущенные! Некоторые передвигались-то с трудом, используя деревянные подпорки для ходьбы, при этом их совершенно точно никто не собирался лечить! «Неужели они тут настолько отрезаны от основной цивилизации?» - думала Тиана. «Ну ладно, биотехнологии у техников не развиты. Но ведь они активно пользуются протезированием! Чего уж проще заменить суставы и поставить титановые позвонки взамен истершихся?! Простейшая же операция! Или это часть наказания для пожизненных заключенных?»

Впрочем, вялыми и бездеятельными были не все жители поселения. Один, тот что помоложе, был довольно активным. Правда, судя по всему, он оказался скорбен разумом. По крайней мере, Тиана так и не смогла понять смысла в выкапывании в земле ямы. Точнее, не в выкапывании, а углублении. Что он надеялся получить, Тиана так сообразить и не смогла. Некоторое время думала, что он ищет там какие-то полезные ископаемые, но, уточнив вечером у ликса убедилась, что ничего такого, чего бы не было на поверхности там нет. Просто засыпай в сепаратор, не важно, технический или биологический, отделяй нужное от ненужного, и будь доволен.

Остальные жители дурачка явно жалели – хвалили его, давали еду. Удивительная толерантность по отношению к скорбному разумом. И интересный факт. Раньше Тиана была уверена, что технофанатики таких утилизируют, разбирая на запчасти. Мозг, например, используется как вспомогательный в системах обработки информации – какой бы идиот он ни был, а все равно вычислительные мощности высокие. Варварство, конечно. У нее на родине скорбных разумом нет, им просто не дают рождаться, выявляя еще на ранней стадии беременности.

Наблюдение за поселком ужасно угнетало. Группа изгоев, медленно угасающих в диких условиях без смысла и цели. К тому же Тиана все никак не могла решить, кто же из них лучше подойдет на роль пленника. Брать стариков не хотелось. Судя по их состоянию, они могут не пережить потрясения, а убивать просто так разведчице не давало воспитание. Вроде бы положено относиться к ним как к врагам, но не получалось. Слишком они все несчастные и беспомощные. А некоторые еще и жалкие, вроде того молодого, хорошо сложенного и деятельного парня, который при этом очевидно сумасшедший. И все равно Тиана склонялась к тому, чтобы захватить именно его. Она видела, что он способен поддерживать разговор с соплеменниками, причем, судя по всему, говорит достаточно развернуто. То есть вполне вероятно, что интеллект у него не затронут болезнью. Значит, сможет ответить на интересующие ее вопросы. С чувством удовлетворения от принятого решения Тиана отправилась на ликса. Готовиться к захвату пленного. Проводить акцию по захвату разведчица решила следующей ночью. Однако планы пришлось резко поменять.

Утром, когда разведчица пришла к знакомой уже опушке, девушка заметила в поселке некоторое оживление. Появились новые действующие лица, приехали они явно на каком-то допотопном кустарном средстве передвижения. От колесной машины чем-то ужасно воняло, но никого это, кажется, не удивляло. Видимо так и задумано. Прибывшие вели себя грубо и вызывающе. Тиана смотрела, как один из пришельцев схватил престарелого аборигена и начал тыкать ему в лицо какой-то железкой. «Оружие!» - сообразила разведчица. - «Угрожает! Он же его сейчас убьет!»

Нападающий чуть отвел оружие от лица старика, что-то нажал, звонко хлестнуло. Тиана сохраняла неподвижность. Внутри все дрожало от желания действовать, вот только что делать? Разборки между заключенными технофанатиками ее не касаются. Они все враги! Смотреть, как угрожают беспомощному было отвратительно. Она была уверена, что старика сейчас убьют, но вмешаться… значит, выдать себя!

От дальнейших моральных метаний разведчицу избавил грохот, раздавшийся совсем рядом. От неожиданности Тиана подскочила, направила нейроподавитель на звук, и только потом увидела, что обстановка в селении изменилась. Один из нападавших упал и катается по земле от боли, вокруг на земле видны брызги крови, да и стекло в машине осыпалось осколками. Все это Тиана заметила походя, мельком, пока пыталась найти источник грохота. Нашла – это был тот самый заключенный, которого она наметила себе в пленники. Оказалось, он все это время был совсем рядом. Тиана мысленно выругалась – вот как она могла его не заметить?! Разведчица, называется. Что с того, что он одет в какую-то маскировочную одежду? Она гораздо менее совершенна, чем ее скафандр. Она даже не меняет свой рисунок в зависимости от окружающего фона! Правда, именно здесь, в густой зелени, рисунок запечатленный на ткани, довольно хорошо размывает очертания. Однако Тиану это совершенно не оправдывает!

Пока Тиана ругала себя, события продолжали развиваться. Будущий пленник выстрелил еще раз из своего оружия, но в этот раз неудачно – никого из бегущих к нему пришельцев не задело, только колесная машина в очередной раз вздрогнула и на ней появилось несколько новых отверстий. «Чем же он стреляет?» - не вовремя задумалась Тиана. Пленник тем временем подскочил и опрометью кинулся прочь, вглубь леса. И очень вовремя, потому что нападающие не замедлили выстрелить в ответ, да не один раз. Будущему пленнику выстрелы никак не повредили, а вот Тиану больно ударило сначала в руку, а потом в грудь, от чего она чуть не упала. Вбитые тренировками рефлексы не подвели – девушка замерла и приготовилась применять нейродеструктор, одновременно оценивая повреждения, которые автоматически высветились на внутренней поверхности шлема. Ничего страшного, всего лишь легкие ушибы. Чем бы ни стреляли заключенные, скафандр разведчицы им оказался не по зубам. Однако демонстрировать то, что она невредима, Тиана не спешила. Сейчас технофанатики подойдут поближе, чтобы провести контроль или захват, тогда она им ответит!

Девушка ждала минуту, другую, но ничего не происходило. Она слышала возбужденные голоса нападающих, потом пару раз выстрелили… «Да ведь они в меня не целились!» - сообразила, наконец, разведчица. «И даже не видели! Просто случайно попали!» Девушка вскочила и бросилась догонять нападавших. «Как бы там ни было, они напали на меня. Теперь я точно имею право защищаться!» Бандиты совершенно не умели передвигаться по лесу. Тиана нашла обоих всего за пять минут. Один импульс нейродеструктора широким лучом, и оба мягко падают на лесную подстилку.

Тиана ди Сонрэ с сомнением рассматривала лежащие перед ней тела. Вот, вроде бы и пленники. Сразу двое, даже больше, чем нужно. Только толку с них теперь никакого, и это полностью ее вина. Разведчица еще раз взглянула на показатель мощности своего оружия. Вот что ей помешало вовремя выставить нужное значение? Только уверенность, что применять его по назначению придется еще не скоро. Как поставила при первом выходе на максимум, так и забыла. И теперь вместо двух полезных источников информации перед ней лежат два маленьких ребенка во взрослых телах, которых нужно заново учить ходить, есть столовыми приборами и говорить. Полное разрушение всех нейронных связей, отвечающих за навыки, опыт и знания, полученные за время жизни. Просто идеально! Случалось, на ее родине так поступали с пленными технофанатиками. После чего их можно было легко интегрировать в общество, не опасаясь сложностей с чуждым мировоззрением. Только ей-то сейчас нужно совсем другое! С другой стороны, остается ведь еще тот ненормальный, которого она планировала пленить с самого начала. Тиана быстро утешилась этой мыслью – зачем зря переживать, если планы, в общем-то никак не изменились? Свои ошибки нужно непременно учитывать и стараться больше не повторять, но и зацикливаться на них нельзя.

Тряхнув головой, разведчица бодро зашагала по лесу. Будущий пленник успел убежать довольно далеко, но, включив и настроив сканер биологических объектов Тиана его легко обнаружила. Догнать тоже труда не составило. Можно было сразу и брать, но разведчица решила немного понаблюдать. Просто любопытно было, куда же он направляется.

За следующие несколько часов девушка окончательно утвердилась в мысли, что имеет дело с не совсем нормальным разумным. Его действия просто не имели смысла. Парень ходил по лесу большими кругами, без всякой системы. Иногда останавливался, к чему-то прислушивался, а потом снова целеустремленно двигался в никуда. Одно хорошо: несмотря на бессистемность, общее направление его движения примерно совпадало с необходимым. Ну, то есть он постепенно приближался к ликсу, что было очень неплохо – ей меньше проблем. «Все-таки он точно дефектный», - думала разведчица. - «Иногда действует вполне разумно, как например утром. Видимо заранее знал, что приедут враги, и устроил засаду, причем довольно грамотно. А потом раз, что-то переклинило – и все. Интересно, ему можно помочь? Если это физическое поражение мозга, можно будет положить его в медицинскую капсулу, такое она сможет устранить! Впрочем, только после того, как я его допрошу, а то еще нарушится что-нибудь!»

С этой мыслью Тиана, еще раз проверив, что мощность нейродеструктора выставлена на минимум, подошла к беглецу поближе и вырубила его. Просто они уже находились максимально близко к ликсу, и разведчица опасалась, что он снова начнет от тихохода удаляться, так что тянуть не стоило. Парень, правда, успел ее заметить, но это его не спасло.

Герман Лежнев, пленник

Герман проснулся. Герман открыл глаза. Герман удивился. Вроде бы чувствует себя хорошо, почти ничего не болит, руки-ноги на месте, но при этом память отсутствует напрочь. Правда, голова немного болит, как будто с похмелья. Но ведь не пил! Парень отлично помнил, все вплоть до встречи с неведомым лесным чудищем, а вот потом – как отрезало. Но что-то явно происходило, потому что теперь Герман находится вообще непонятно где. Комната. Или иное какое-то помещение. На вид будто бы из розового мрамора с прожилками. Этакая гробница или шкатулка. Только стены не гладкие и холодные, а слегка пружинят и чуть теплые. Дальнейшие исследования показали, что, лежит он на чем-то вроде того же мрамора, только мягче, это во-первых, а во-вторых – он голый. И одежды поблизости не наблюдается. Несколько минут не вставая рассматривал окружающее, пытаясь сообразить, где находится. Предположений не возникло. На больницу не похоже, на тюрьму – тоже. И вообще, если уж совсем откровенно, похоже это либо на какую-нибудь локацию из игры Doom 2, только не такую мрачную, либо вовсе на внутренности какого-нибудь животного.

- Да уж. Даже если вас сожрали, у вас остается два выхода, - пробормотал Герман и решил, что разлеживаться больше не стоит.

Поднялся, без труда поборов легкое головокружение. Осмотрелся, но ничего нового не увидел. Окон нет, дверей – тоже. Как и одежды. Последнее как-то особенно неприятно. Потопал по полу, пощупал стену. В стене открылась ниша.

- Я понимаю, что ситуация хреновая. Но чтобы настолько буквально?! Эта дырка мне что то напоминает! – опять-таки вслух воскликнул Герман, радостно доставая из ниши одежду. – Да какое там «напоминает». Это она и есть! Признаю, я оказался в жопе. Есть вопросики. Это одна огромная задница или много задниц поменьше? И с какой стороны я нахожусь?

А чего стесняться. Его сюда явно кто-то злонамеренно перетащил. Возможно, следят, хотя никаких камер он так и не нашел. Скрывать Герману нечего, так что говорить будет все, что придет в голову. Одежда, к слову, тоже не его и какая-то странная. Материал очень сильно тянется, при этом довольно прочный и к телу приятный. Застежек нет, но практика показала, что они и не нужны. Отверстия появляются там, где это необходимо, и исчезают, как только в них отпадает нужда. Будто зарастают. Герман быстро оделся, но все равно остался недоволен. Нет, комбинезончик удобный, но чересчур облегающий.

- Как-то слишком откровенно. Я вам что, стриптизер?

Ответа не последовало, как и другой реакции.

«Ладно, пока оставим» - подумал парень. «Но хотя бы шорты нормальные поверх этого безобразия раздобыть необходимо».

Успех с добыванием одежды мотивировал парня на дальнейшие эксперименты. Вдумчивое простукивание стен привело к тому, что загадочная ниша открылась еще раз, только теперь внутри обнаружился поднос с непривычно выглядящей едой и напитком в высоком стакане. Даже о столовых приборах не забыли, правда, ограничившись только ложкой. Отказываться парень не стал. Блюдо из каких-то мелко нарезанных овощей и мяса оказалось довольно вкусным; правда, и овощи, и мясо были сырыми. Завтрак у Германа был по меньшей мере двенадцать часов назад, так что он не стал капризничать. Напиток тоже выпил, и даже с удовольствием. Нечто совершенно незнакомое и непривычное, похожее на сок. Только фрукты, из которых этот сок был выжат, определенно он раньше не встречал.

- Итак, что мы имеем, - после еды парня снова потянуло на разговоры. – Комната без окон и дверей. Материал необычный, похож на очень плотную кожу или мягкий хитин. Можно было бы подумать, что меня сожрала какая-нибудь неведомая херня, но в желудке у неведомых херней не кормят. И одежду не дают. Одежды я такой в сельских магазинах не видел, и в сети даже не читал. Это не значит, что такой не существует – мало ли какие разработки ведут в секретных лабораториях империалистов. Да и у нас, уверен, секретов хватает. Однако вместе странностей слишком много. Какой из этого вывод? Очевидно, меня похитили инопланетяне!

И сам расхохотался от нелепости вывода. В самом деле, ну какие зеленые человечки? У него тут, на минуточку, криминальная драма, и бандиты и менты охотятся, и вдруг – инопланетяне. Тем не менее, правдоподобных вариантов почему-то не придумывается. Неправдоподобных – вагон и маленькая тележка, а вот чтобы в собственные предположения верилось – это не очень. Ну серьезно, правительственный эксперимент? Ересь. Галлюцинации на фоне отравления болотными газами? Герман был искренне уверен, что ни во сне, ни галлюцинируя человек не в состоянии испытывать удивление. А этой эмоции у него сегодня хоть отбавляй. На всякий случай даже ущипнул себя, хотя, как раз в этот способ проверять реальность не верил ни на грош. Ну глупость ведь, боль-то человек вполне может и во сне испытывать, а уж подогнать сновидение под впившийся в бок сучок, например, для мозга вообще никаких сложностей не представляет.

Пока Герман не торопясь пережевывал пищу, – к слову, на время из пола рядом с кроватью вырос небольшой столик, так что обед прошел в комфортных условиях, - его никто не беспокоил. А вот как только тарелка и стакан опустели, столик тут же исчез, причем вместе со столовыми приборами. Зато на потолке появился… глаз. Ну, так показалось парню. Потом-то, когда на «глазу» стали появляться загадочные символы, он сообразил, что это такой необычный экран. Впрочем, и символы вполне очевидные. Даже не символы, картинки. Что-то вроде комикса или инструкции из мебельного. Вот шлем и рядом человечек, потом снова тот же человечек с широкой улыбкой надевает на себя шлем.

- Ага, понятно. Головной убор, значит, надеть надо. А где? Хотя вижу, вижу.

На стене, теперь рядом с «кроватью» опять появилась ниша (Герман упорно гнал от себя сравнение «раскрылась жопа». Очень уж неприятное сравнение). В нише, естественно, нашелся шлем. Опять из непонятного материала, и кроме того, в отличие от картинок на экране, шлем оказался связан со стеной чем-то вроде пуповины. Ну, по крайней мере, именно такая ассоциация возникала. Надевать эту непонятную хрень себе на голову не хотелось. А ну как его сейчас какими-нибудь альфа-мозговыми волнами поработят? Или в овощ превратят? Или эта штука ему к голове присосется, прирастет, и станет он частью вот этого вот неведомого непонятно чего.

- Часть команды – часть корабля, так что ли? – пробормотал парень, задумчиво подергав пуповину. Пуповина отрываться не желала. Ни от шлема, ни от стены. – А с другой стороны, чего уж ломаться-то? Хотели бы, давно сами на меня эту штуку надели.

Решившись, натянул на голову чуть теплую, - это уже начинало раздражать, - конструкцию, и уставился на экран. Комикс на экране предлагал расположиться на кровати поудобнее, а когда Герман выполнил указания, начал показывать всякие картинки, одновременно произнося непонятный набор звуков. «Ну точно, какому-то языку обучает» - понял парень.

Процесс обучения захватил. Сначала были картинки, описывающие какие-то простые предметы и действия. Каждая дублировалась голосом, после чего требовалось несколько раз повторить слово, чтобы запомнить. Постепенно становилось сложнее, появились абстрактные понятия, определения, которые неведомый учитель пояснял уже изученными словами. Герман не следил за временем, и только почувствовав бурчание в животе, осознал, что прошло несколько часов. При этом усталости не ощущулось, а все изученное за день легко всплывало в голове, стоило чуть напрячься.

- На сегодня урок окончен, оборудование для обучения лучше снять, - экран неожиданно погас, но голос, несколько часов втолковывавший парню тонкости чужого языка, никуда не исчез. – Вам следует пополнить силы. Ужин ждет вас.

Герман снял шлем, который тут же втянулся в стену. В нише на противоположной стене ждал тот же набор, что и «утром», столик тоже уже вырос рядом с кроватью.

- Может, скажете, где я нахожусь? И зачем вы меня украли? – поинтересовался Герман, ковыряясь в тарелке. Вроде и вкусно, но хотелось бы горячего, да и есть сырое мясо… Сочное, жуется легко, но поджаренное было бы значительно вкуснее.

- Вы находитесь в плену у представителя цивилизации киннаров. Все вопросы свободный разведчик Тиана ди Сонрэ задаст вам лично, когда вы освоите язык в достаточной степени. Тогда же и вы сможете получить пояснения.

- Понятия не имею, кто такие киннары, и чем я могу быть полезен их разведчику, - пожал плечами Герман. – Эльфов знаю, гномов еще и орков, а про киннаров не слышал. Да я и про свою цивилизацию не очень-то много знаю. Так что тут свободный разведчик промахнулся. Как хоть они выглядят, эти киннары? Небось зеленые и с большой головой?

- Киннары выглядят так же, как вы, - пояснил голос. - Насколько мне известно, вы с ними принадлежите к одному виду разумных существ и враждуете вот уже несколько тысяч лет из-за различий в мировоззрении.

- Ни с кем мы не враждуем, - отмахнулся Герман. – То есть враждуем, конечно. Врагов у нас полно. Англичане, американцы, мусульмане, евреи вот еще, говорят. Хотя с последними непонятно, как и с мусульманами. То враждуем, то нет. С англичанами еще недавно друзья были, а еще до этого они нас в крымской войне победили. Да и с американцами все непросто. Меньше ста лет назад очень сильно с фашистами враждовали. Эти вот вообще сволочи были, но теперь их вроде нет больше. Победили мы. А вот с киннарами не враждуем. Наверное, если бы мы знали об их существовании, враждовали бы… а может, наоборот, тут ведь никогда не угадаешь. Так что ошиблись вы.

Ответа на данный спич Герман так и не услышал, но сдаваться не стал.

- К слову ты сам-то кто?

- Я так же принадлежу цивилизации киннаров, однако мой народ называется ликсы.

- Угу. Ну хоть ты-то зеленый? И зовут тебя как?

- Я благородного, темно-синего цвета снаружи, а внутри нежно-розового, - гордо пояснил ликс. – Тиана ди Сонрэ зовет меня ликс.

- Странные у вас отношения, - хмыкнул Герман. – А имя у тебя какое?

- У нас нет имен, - сказал ликс, и парню послышалось некоторое сожаление в голосе. Надо же, до этого говорил бесстрастно, равнодушно, а тут впервые какая-то эмоция прорезалась.

- Не, так дело не пойдет, - покачал головой Герман. – Как же без имени? У нас вон у любой собаки имя есть. Так что давай тебе тоже придумаем.

Следующие несколько минут ликс молчал. Как показалось Герману – растерянно. «Чего это с ним, завис, что ли?» - подумал парень. «Еще не дай бог оскорбится! Мало ли, какие у них традиции? Вдруг у них имена только всяким уродам дают?» Хотел уже спросить, не обидел ли чем собеседника, но тот уже сам отмер:

- А какое?

- Ну, тут придумывать надо, - протянул парень. – Я даже не знаю, как ты выглядишь! Имена же они не просто так! Одно дело, когда тебе имя при рождении дают. Там, значит, родители исходя из благозвучности выбирают, или чтобы качества характера у человека описывали, которые родители хотят, чтобы были ему присущи. А если имя дается во взрослом возрасте, то оно должно описывать уже существующие качества. Так что для того, чтобы дать тебе имя, я должен тебя получше узнать.

- А как зовут тебя? – немного подумав, поинтересовался ликс. – И что означает твое имя?

- Меня зовут Герман Лежнев, - торжественно представился парень. – Имя Герман – это личное имя. На одном из древних языков оно означает близкий, родной. А на другом – воин. Второе имя, Лежнев, это родовое имя. Такое носили все мои предки. Оно означает, что мы довольно ленивые. Тут уж что есть, то есть, - вздохнул Герман. Не знаю, как мама с папой, они умерли, когда я был маленьким, а вот дед у меня был тот еще лентяй. Да и я не сильно люблю трудиться, хотя и борюсь с этим недостатком.

- Когда же ты сможешь меня получше узнать? – спросил ликс. – И как это будет происходить?

- Думаю, в процессе общения, - пожал плечами парень. – Но для начала ты хотя бы покажись. Должен же я представлять, с кем разговариваю?

Герман думал, что в комнату, наконец, кто-нибудь зайдет, но вместо этого на потолке над кроватью снова появился экран с изображением… да, пожалуй, это было похоже на насекомое. Герман попытался вспомнить, где видел похожее, и, наконец, сообразил. Тихоходка! Очень похожа, только конечностей вроде бы побольше. Кое-где на коже виднелись шрамы и рытвины. Глаз не наблюдалось, как и ушей.

- Да, брат, потрепала тебя жизнь, - пробормотал Герман на русском, имея ввиду вовсе не шрамы. – А чего сам не зайдешь? – это уже на том языке, который он весь день учил.

- Как же я зайду, если ты находишься внутри меня? – удивился ликс.

Вот теперь пришла очередь Германа озадаченно молчать. Хотелось громко выругаться и куда-нибудь убежать, но ругаться он постеснялся – мало ли, вдруг этот ликс знает русский. А бежать, похоже, просто некуда.

- Это ж какого ты размера? – выдавил, наконец, Герман.

- Примерно двести пятьдесят твоих ростов в длину, и сто пятьдесят – в диаметре, - гордо ответил ликс. Но я буду еще расти, если доведется хорошо питаться, и могу вырасти даже до двадцати тысяч твоих ростов в длину, и, соответственно, двенадцати тысяч в диаметре.

Герману стало плохо. Тридцать пять километров в длину. Исполинская, получается, тихоходка.

Мысли в голове метались как тараканы под включившейся лампочкой. Как-то резко навалилась усталость и потянуло в сон – должно быть, от нервов.

- Знаешь, давай-ка мы пока прервемся, - предложил Герман. – Что-то меня в сон потянуло.

- Это потому, что комплекс витаминов и биологически активных веществ, стимулирующий твою память и способность к концентрации, который ты выпил, когда проснулся, прекращает свое действие. Представителям твоего вида нужен регулярный сон. Ты можешь ложиться спать, а потом мы продолжим твое обучение.

Герман согласился, что это отличная идея и вернулся на кровать. Несмотря на навалившуюся усталость, засыпать парень не спешил. Хотелось, но нужно было обдумать, что же с ним произошло. Чувство некоторой нереальности происходящего за день не только не уменьшилось, а наоборот, усилилось. Какие-то киннары, разведчик, который принял его за представителя вражеской цивилизации, гигантская тихоходка внутри которой он находится… Бред полный. Хотя все вроде бы звучит достаточно непротиворечиво. Самое неправдоподобное – это то, что он за день изучил новый язык. Пока словарный запас по ощущениям Германа где-то на уровне десятилетнего ребенка, но все равно прогресс фантастический. И ведь даже задумываться почти не приходится перед тем как сформулировать мысль. Он сейчас этот киннарский знает лучше, чем английский, который учил со школы.

Если отбросить мысль, что у него все-таки галлюцинации, или что он попал в лапы каких-нибудь спецслужб и это все мистификация, то получается его действительно похитили инопланетяне. Хотя нужно все-таки уточнить, инопланетяне ли. Может, это пришельцы из других миров? И где он сейчас находится? Еще на Земле, или уже… где-то? Надо будет завтра побольше пообщаться с этим ликсом, расспросить поподробнее. Он, вроде, легко на контакт идет, и относится невраждебно, так что надо пользоваться моментом, и наладить отношения с существом, внутри которого находишься. А то еще неизвестно, как к нему отнесется загадочный свободный разведчик. Может, допросит, поймет, что Герман вообще бесполезен, да и выкинет в открытый космос за ненадобностью. Не хотелось бы, и нужно постараться подобного исхода избегать. В целом же, Герман вполне благосклонно воспринял приключившуюся с ним оказию. Ничего непонятно, но очень интересно. В принципе, даже если его вообще не вернут на место, он сильно не расстроится. К бандитам возвращаться не хочется, а если они успокоятся, то все равно жизни ему не будет. Дело-то по-прежнему не закрыто, и он по нему проходит как обвиняемый. В тюрьму не хочется. Правда, здесь он тоже вроде как заключенный… но Герман надеялся, что недоразумение разрешится, и его все же выпустят. Можно где-нибудь на оживленной планете, на которой он устроится каким-нибудь космическим дальнобойщиком, или, еще лучше, исследователем. Мечта! Эта мысль стала последней перед тем, как его окончательно сморило. Следующий день стал повторением предыдущего. Проснулся, позавтракал. Некоторое смущение вызвала необходимость оправиться. Туалет и умывальник в нашлись в очередной, открывшейся волей ликса нише, но как назло Герману приспичило полюбопытствовать:

- Слушай, ликс, а тебе не противно, что я тут, находясь внутри тебя отправляю, кхм, естественные надобности?

- Ничуть. Мы слишком разные, чтобы я воспринимал твои отходы как нечто неприятное, Герман. Цивилизация киннаров приспособила роевых животных, чьи отходы чрезвычайно вкусны и питательны – и никому не приходит в голову ими брезговать. Твои отходы тоже не пропадут, они пойдут на восполнение потраченных мной материалов. Конечно же это всего лишь доля процента от необходимого мне, но и разбрасываться ценным материалом не пристало.

- Ну, в принципе логично, - признал парень. – У нас вот тоже пчелы есть…

«Все равно стремно. Он, получается, это все даже не выбрасывает, а переваривает!»

Не забыл Герман и уточнить, где они находятся:

- До того, как будет принято решение о дальнейших передвижениях, мы будем находиться на планете, - с готовностью пояснил ликс.

- А когда будет принято решение о дальнейших передвижениях? – уточнил Герман. – И что будет со мной после принятия этого решения?

- Маршрут будет построен после того, как ты в достаточной мере освоишь язык и сможешь ответить на интересующие свободного разведчика вопросы. Что будет с тобой я не знаю, свободный разведчик Тиана ди Сонрэ примет решение о твоей дальнейшей судьбе по результатам вашей беседы. Однако могу заранее успокоить – твоей жизни, скорее всего, ничего не угрожает. Тиана ди Сонрэ предпочитает без нужды не отнимать жизнь у врагов. Скорее всего, тебя обработают нейродеструктором, и ты вернешься на планету.

- Понятия не имею, что такое нейродеструктор, но звучит угрожающе.

- Это очень гуманное средство обороны и нападения, которое так же можно использовать для стирания памяти. Безусловно, в отличие от точных устройств, им невозможно ювелирно удалять воспоминания индивида, однако в некоторых пределах варьировать воздействие все-таки удается. Например тебя обработали этим средством на минимальной мощности, и ты лишь потерял сознание, и возможно несколько часов жизни. На средней мощности ты лишишься воспоминаний за несколько месяцев или лет. Это большая потеря, но гораздо лучше, чем смерть. Физически ты будешь здоров, только несколько дней промучаешься головной болью.

- Да уж, ребята, я до глубины души поражен вашей гуманностью. Всего-то несколько лет, какая ерунда! – широко улыбнулся Герман. Оптимизма у парня как-то резко поубавилось. Нельзя сказать, что последние несколько лет он был феерически счастлив, но терять эти воспоминания не хотелось совсем. Сомнительный гуманизм получается, особенно в его ситуации. Парень предствил, что он оказался дома в розыске с амнезией и с бандитами за плечами, и ему поплохело. Как такого исхода избежать в голову не приходило, поэтому сосредоточился на обучении. Только уже не так старался, надеясь затянуть развязку. Сильно это не помогло. Под воздействием непонятного коктейля знания заскакивали в голову будто сами, и упорно не стремились оттуда выветриваться. К середине третьего дня обучения они с ликсом уже перешли к чтению, которое освоилось еще быстрее, а потом почему-то к астрономии. Ликс объяснял, как вычислять собственные координаты в привязке к известным небесным телам, потом – как вычислять координаты этих небесных тел, а дальше пошло и вовсе заучивание известных точек. Что именно находится в этих точках не объяснялось. Точнее, объяснялось – например «самый яркий голубой гигант в галактике», или «самая плотная в галактике туманность», но к чему эти знания, и для чего они нужны Герману ликс так и не пояснил.

- Скажи, ликс, а откуда ты такой появился? – Утренний разговор все никак не шел из головы, из-за этого любопытство изрядно угасло. Расспрашивать ликса уже не хотелось. Но надо. Единственное, что он сейчас может – это добывать информацию. Возможно, удастся за что-нибудь зацепиться и улучшить свои перспективы. Возможность заполучить искусственную амнезию не радует, и Герман пообещал себе, что сделает все возможное, чтобы избежать такого исхода.

- Как и все прочие существа, был рожден от родителей.

- То есть вас таких много? Не сочти за обиду, но для меня ты довольно необычен, и поэтому интересен.

- Конечно много! Тысячи лет мои соплеменники живут с киннарами и помогают им летать в пустоте.

- А что вы получаете за свою помощь? – полюбопытствовал парень.

- Прости, я не понял вопрос, - после короткого молчания ответил ликс.

Теперь уже озадачился Герман:

- Ну… Если что-то делаешь для кого-то, можно рассчитывать на ответную услугу. Это довольно логично с моей точки зрения. Иначе получается нерационально – бессмысленная трата времени и усилий. Ну, если, конечно, это не добро ради добра, но такое тысячами лет не делают. Конечно, я не говорю о родных и близких друзьях, людей, которых ты считаешь своими и готов помогать им просто потому, что для тебя важно, чтобы им было хорошо. Но у меня сложилось впечатление, что вас со свободным разведчиком связывают именно деловые отношения, а не дружеские…

- Ах, кажется, я понял. Ты, видимо воспринимаешь меня через призму своих представлений о людях. И ждешь от меня такого же поведения. Но я не принадлежу к вашему виду. Мои дикие сородичи вообще не разумны, моя способность размышлять – это результат работы биологов и генетиков народа киннаров. Тем не менее, несмотря на наличие разума, я остаюсь ликсом. Мы довольно спокойные существа. Мои дикие сородичи всю жизнь проводят, медленно дрейфуя от одной звезды к другой, делая долгие остановки для того, чтобы попастись на астероидных полях или отложить на подходящей планете кладку. Мой характер от них мало отличается – мне, по большому счету, все равно где находиться, лишь бы не голодать. Правда, благодаря наличию разума я очень любознателен, и благодаря свободному разведчику моя жажда новых знаний и впечатлений с лихвой утоляется. Поэтому мне не нужно ничего взамен. Меня устраивает лететь туда, куда скажет свободный разведчик, потому что я знаю, что мне обязательно будет интересно.

- А если тебе хочется полететь куда-нибудь не туда, куда хочет свободный разведчик?

- Но у меня нет никаких конкретных устремлений, - терпеливо пояснил ликс. – Если мне требуется пополнить запасы вещества, я сообщаю об этом, и свободный разведчик решает эту проблему.

«Нда. Совершенное отсутствие инициативы. Сильные у этих киннаров генетики. Что-то мне подсказывает, что диким сородичам все не так фиолетово, как он думает!» Однако сдаваться Герман не собирался.

- Но вот представь себе такую ситуацию: Ты видишь что-то очень интересное для тебя. И, естественно, тебе хочется это получше изучить. А свободный разведчик говорит, что необходимо куда-то срочно лететь. Такое ведь возможно?

На этот раз молчание было значительно дольше.

- Пожалуй, да. Такая ситуация действительно возможна. – Подтвердил ликс.

- И что ты будешь делать?

Ликс молчал минут пять – Герман решил, что он уже и не ответит, так что слова ликса прозвучали неожиданно:

- Я попрошу своего свободного разведчика дать мне возможность изучить это интересное.

- А если он откажется?

- Ты задаешь слишком сложные вопросы. Мне нужно подумать, чтобы ответить тебе на них. Давай продолжим этот разговор позже. К тому же тебе стоит выспаться. Или, если ты еще не удовлетворил свою потребность в общении, мы можем поговорить о чем-нибудь другом.

Герман великодушно сообщил, что потребность в общении он уже удовлетворил.

- Не стану тебе мешать, дружище. Мне, знаешь ли, тоже нужно немного подумать. Я ведь обещал дать тебе имя. Мне кажется, можно уже начинать выбирать!

Тиана ди Сонрэ, диверсант. Часть 1

Захват пленника прошел откровенно не по плану. Тиана чувствовала некоторую досаду. Наследила. Поддалась эмоциям, действовала опрометчиво и в результате сама себя подвергла опасности обнаружения. Небольшой, все-таки свидетелей не осталось, но двое обработанных нейродеструктором и один пропавший – это уже след и повод насторожиться. Одна надежда, что заключенные не страдают шпиономанией и им не до поисков преступника. Но и ей надеяться на чужую беспечность не стоит. Сначала она решила убраться с планеты сразу же. Было немного жаль – Тиане здесь понравилось. Красивая природа. С тех пор, как она стала свободным разведчиком, она почти не спускалась на поверхность, все время проводила в рейдах. Иногда от этого действительно устаешь, и возможность подышать свежим воздухом, побродить под натуральным солнечным светом она очень ценила. Однако безопасность – прежде всего, и она бы свои желания проигнорировала. Было бы идеально отправиться на противоположную планете сторону спутника. Мертвая зона, вокруг небольшой планеты вообще нет наблюдающих устройств технофанатиков, поэтому все, кто находится на противоположной стороне от планеты, могут не опасаться чужого внимания.

Упущение, вообще-то. Странно, что обитатели системы оставили здесь такую дыру. Тиана догадывалась, почему – найти это место почти невозможно даже случайно, система находится так далеко и так хорошо спрятана, что технофанатики считают бессмысленной трату ресурсов на хорошую защиту от внешних наблюдателей. Зато за своей планетой наблюдают очень плотно.

Разведчица не была уверена, что им с ликсом удастся так же незаметно подняться с планеты, как приземлились. А еще ведь нужно будет второй раз спуститься, чтобы высадить пленного. Нет уж, слишком много действий и слишком опасно. Лучше подождать, пока пленный будет готов для допроса здесь, в болоте. Тем более ликсу здесь нравится. Он освоил уже несколько десятков тонн вкусного бульона из органических и неорганических веществ. Так, глядишь, наберет достаточно, чтобы подрасти еще немного. Тиана была бы рада. Все же чем больше ликс – тем больше в нем свободного пространства!

Что ж, ей от этого даже лучше. Хорошее место чтобы спокойно дождаться отлета. Тиана рассчитывала, что обучение языку займет несколько недель, или, может быть, месяц – в случае, если он кроме того, что сумасшедший, еще и недоразвит.

Сама разведчица для начала занялась каталогизацией ярких светил и прочих примечательных небесных тел в ближайшей округе, картографированием системы, в которую ее занесло – в общем, тем, чем обычно и занимается свободный разведчик. Отслеживать передвижение вражеских флотов и выявлять промышленные и добывающие предприятия за неимением таковых не требовалось. Правда, уже на следующий день стало ясно: действия Тианы незамеченными не остались. Ликс, которого она попросила внимательнее посматривать за происходящим вокруг, рассказал о появлении в поселке сначала нескольких разумных, а потом, когда они нашли ее пускающих слюни и плачущих жертв, число визитеров увеличилось в несколько раз. И они начали прочесывать лес.

Игнорировать такое было бы недальновидно. Теперь улететь незаметно точно не получится – слишком много народу вокруг, даже если взлет не зафиксируют техническими средствами, кто-то да увидит. Наверняка информация дойдет до тюремной администрации, и за ней отправят погоню. Однако, как раз отсутствие технических средств у местных дает ей неплохие шансы избежать обнаружения будучи на земле. Нужно всего лишь проследить, чтобы кто-нибудь случайно не набрел на место стоянки, а уж о причинах пропажи и потери памяти пусть гадают сами. Отличить работу нейродеструктора от потери памяти по естественным причинам невозможно, ведь это и есть самая естественная причина.

Подробно принципа работы своего оружия Тиана не помнила, но совершенно точно знала, что основной элемент в нем – это тщательно изолированная от внешней среды колония микрогрибков с одной из планет этих самых технофанатиков. Все остальное – это питательное вещество для плесени, устройство фокусировки луча, да система раздражения. При нажатии на спуск колония микрогрибков чувствует тепло, будто рядом находится хищник, от которого необходимо защищаться. Ну и защищается, выпуская луч, разрушающий нервные волокна высших организмов. Столь интересный грибок несколько сот лет назад обнаружили на отбитой у технофанатиков планете, так что для местных не должно стать большим сюрпризом появление здесь подобной живности.

Тиана ненадолго вошла в сопряжение с ликсом, чтобы выяснить, где сейчас находится противник, зафиксировала положение на карте, и отправилась в ту сторону. Естественно, включила маскировку на максимум, так что не слишком опасалась обнаружения. Если не размахивать руками прямо перед лицом аборигенов, никто ее здесь не увидит.

Через час легкого бега по лесу обнаружила противника. Технофанатики шли цепью на расстоянии прямой видимости друг от друга, периодически перекрикиваясь. Что, или, точнее, кого они искали догадаться было не трудно. А вот сами поисковики Тиану озадачили. Часть из них была в какой-то странной форме. Можно было бы подумать, что это сотрудники тюремной администрации, только форма была абсолютно нефункциональна. Чисто декоративные функции. Даже та одежда, в которой был пленник, когда она его захватила, и то лучше – она, по крайней мере, помогала в маскировке. Здесь же ни защиты, ничего. «Может, это заключенные сами какую-то службу организовали?» - предположила девушка. – «В конце концов, даже для такого уровня требуется сотрудничество. Судя по всему, метрополия местных не слишком балует достижениями цивилизации, так что им приходится выживать практически полностью самостоятельно!»

Какое-то время Тиана следовала в некотором отдалении от противника, следя за его действиями. Было скучно и хотелось снять шлем. Система кондиционирования справлялась отлично, просто Тиана уже соскучилась по свежему ветру. Заключенные все так же бродили по лесу, время от времени перекрикиваясь. А может, звали пленного, кто знает? Они все больше забирали в сторону болота, и это разведчице не нравилось. Нет уж, не нужны нам такие гости.

Тиана еще раз проверила мощность нейродеструктора, тщательно прицелилась, и выстрелила в того, кто был к болоту ближе всего. Человек молча упал. Все остальные продолжали идти, как будто ничего не произошло. Это Тиану не устроило, и она вырубила еще одного, в центре цепочки. Вот теперь они зашевелились! Кто-то что-то закричал. Все, остававшиеся на ногах, бросились к упавшему, принялись его тормошить, как будто надеялись, что это просто обморок. А может, в самом деле так и думали? Минут пять они суетились вокруг потерявшего сознание, потом один, видимо главный, воспользовался средством связи. И тут, наконец, они обнаружили, что нет еще одного из группы. Поразительная неорганизованность! Двое остались, остальные шестеро направились на поиски. Причем искали из рук вон плохо. Проходили мимо упавшего буквально в двух шагах, и не видели! Тиану это ужасно бесило. В конце концов она не выдержала. Подошла к телу, включила внешние динамики, отрегулировала так, чтобы было слышно и громко застонала. Дальше в обратном порядке – быстро выключить динамики, отойти на несколько шагов и спрятаться в кустах. Отлично! Теперь нашли, наконец. «Вот так-то, а то что, прикажете мне его самой на опушку вытаскивать?», - мысленно радовалась девушка.

Довольная своей маленькой победой, Тиана направилась домой. Поиски на сегодня закончились, это было очевидно. Обоих пострадавших сейчас будут вытаскивать из леса, потом станут разбираться, почему они потеряли сознание… Как минимум до следующего утра никто их с ликсом больше не побеспокоит. Да, может, и больше – зная, какая опасная плесень завелась где-то на болотах, местные наверняка отправят в метрополию просьбу о помощи, а сами постараются избегать опасного места до тех пор, пока тюремная администрация не выжжет зараженное место – о методах работы технофанатиков с «биологическим загрязнением» Тиана была наслышана. В таком случае несколько недель на то, чтобы спокойно дождаться, когда пленник будет готов к допросу у нее есть. А там… кто знает, кто именно будет чистить загрязнение. Если непосредственно тюремная администрация – это одно, а вдруг кто-нибудь из метрополии прилетит? Судя по параноидальной системе безопасности, у местных может и не быть никакого действенного оружия. Даже у представителей властей. И тогда сюда прилетят откуда-то из метрополии… Ликса, заранее затаившегося, совершенно невозможно заметить, тут уж никакие современные сканеры не помогут. А вот тихоход вполне может и засечь параметры прыжка корабля, который прилетит наводить порядок. В сочетании с полученными от пленного данными, вероятность выбраться из неизведанных территорий значительно повышается!

Тиана уже мысленно размечталась, представляя, как триумфально возвращается домой с кучей новых сведений. Этак, пожалуй, можно будет и на награду рассчитывать! Девушка даже зажмурилась от удовольствия, мысленно находясь на торжественном построении на дворцовой площади столичного города столичной планеты… и плевать, что пилотов в такой торжественной обстановке не награждают. Помечтать-то можно?

Как оказалось, не стоило. Потому что если бы разведчица не отвлеклась, наверняка бы заметила это здоровенное животное заранее! Что это был за зверь Тиана, естественно, не знала. Однако поведение его, в отличие от прочих встреченных на планете зверей, было очень даже агрессивным. Животное сначала ткнулось носом ей в колени, - именно тогда-то она его и заметила, раззява! – а потом, видимо поняв, что прокусить скафандр не удастся, начало издавать очень громкие и крайне угрожающие звуки. Не рычание, а крики что ли? Пасть у животного была очень угрожающая – таких клыков Тиане видеть еще не доводилось. Ничего удивительного, на самом деле – на планетах народа киннаров опасные животные уже давно отсутствуют. Не уничтожены, конечно, просто в их геном введены изменения, которые делают их более безопасными.

В общем, Тиана растерялась. Животное продолжало шуметь, широко раскрывая зубастую пасть, прыгало вокруг и отчаянно размахивало хвостом из стороны в сторону. Несмотря на наличие скафандра, девушка на секунду испугалась и впала в ступор. Опомнилась разведчица быстро, и тут же выстрелила в агрессора из нейродеструктора. Промазала! Слишком узкий луч, да и животное, почуяв опасность, ловко уклонилось. А потом еще подпрыгнуло, и всей массой ударило Тиану в грудь, отчего девушка упала на спину.

Зверь скакал у нее на животе, и, похоже, пытался укусить за лицо – обслюнявил языком все забрало. Самое ужасное во время падения разведчица выронила нейродеструктор, и теперь никак не могла себя защитить. С трудом спихнув с себя животное, она шустро поползла к оружию. Зверь, между тем, все продолжал кричать и скакать вокруг, правда, прижать к земле уже не пыталось, но от этого легче не становилось. Наконец нейродеструктор у нее в руках. В этот раз девушка не сплоховала. Бесшумный выстрел, существо, недоуменно посмотрев на нее, опало на траву. Но ужасные звуки не прекратились! Только теперь Тиана заметила, что животное было не одно! Такое же коричнево-черное, и такое же страшное. Она уже подняла руку, чтобы вырубить и второго, но не успела. На звуки явились местные.

Разобрать, что кричали, Тиана, конечно не могла. Но то, что ее видят, было очевидно. Попыталась было убежать, но животное не отставало, так и продолжало виться вокруг, издавая свои то ли крики, то ли слишком громкие выдохи. И попасть, как назло, не получалось. Слишком узкий пучок, слишком маленькая мощность! А вот в нее очень даже попадали. Несколько громких хлопков, пару раз ее в ноги что-то больно ударило. Девушка метнулась в одну сторону, в другую – бесполезно. Преследователей слишком много, ей никак не удается затаиться хоть на секунду. В такой ситуации даже выдающиеся маскировочные свойства скафандра не помогают – ее уже видят, пусть она и представляет сейчас для преследователей неясный силуэт, ее отлично видят. И, очевидно, очень хотят убить.

Правда, попадают нечасто. Вообще как-то бестолково ее ловят. Будто боятся не меньше, чем она. Отчаявшись выскользнуть из окружения, Тиана бросилась прямо на одного из преследователей. Тот как-то тоненько завизжал, и принялся беспорядочно палить из своего нелепого оружия. В Тиану попала всего одна пуля, а вот тот, что бежал за ней вдруг вскрикнул и упал. Разведчица на это внимания не обратила. Удалось-таки убраться от технофанатиков. На бегу выставив режим нейродеструктора на широкий пучок, она, наконец, вырубила сначала стрелявшего в нее человека, а потом и назойливого зверя, который все никак не хотел отставать и чудом до сих пор не был подстрелен одним из своих.

Затеряться в лесу удалось без труда. Тиане хватило выдержки не бежать к ликсу сразу. Дождалась, когда суета в лесу успокоится, проследила за технофанатиками. Поисками они больше не занимались. Собрали всех пострадавших – и животных, и людей, и вытащили на опушку леса, где уже ждала машина со смешной мигающей сине-красным иллюминацией и какие-то люди. Тоже в костюмах, только других.

«Это у них и своя медицинская служба, получается», - поняла разведчица. – «Ну да, было бы странно, будь иначе. А вообще эти технофанатики не такие уж отвратительные. Нам на уроках рассказывали, что больных они предпочитают просто убивать. Или они поэтому и заключенные, что так отличаются от основной массы? Надо будет расспросить немного пленника и об этом». Девушка изо всех сил гнала от себя мысли о собственном феерическом провале. Так подставиться – это суметь нужно! Вопиющий непрофессионализм! Отвлеклась, замечталась. Привыкла, что местные животные предпочитают избегать встреч с людьми. Да и кто мог предположить, что технофанатики попытаются использовать животных! Уму непостижимо. Их культура полностью отрицает любое взаимодействие с иными живыми существами. Нормальные планеты технофанатиков со временем превращаются в унылые серые шары, закатанные в металл, бетон и стекло. На планете-тюрьме порядки совсем иные, похоже. Надо же! Приспособили каких-то зверей для поиска и нападения! Все. Весь ее хитрый план насмарку. Никто теперь не будет ни перекрывать, ни выжигать эту местность. Наоборот, количество технофанатиков здесь уже через несколько часов удвоится и утроится. Ее будут искать. Может быть, действительно прилетят корабли с метрополии, только ей от того не легче. Теперь, зная, что она здесь, ее не выпустят. Нужно уходить, срочно.

Полной темноты дожидаться не стала. Чего уж теперь-то таиться? Сразу, как только вернулась на ликса, упала в слияние, и выскочила сначала за пределы атмосферы, а потом, не останавливаясь, ушла на самый край системы, где и примостилась на небольшой унылой планетке. Здесь пока не найдут. Несколько часов или даже пара дней у нее есть, пока за нее не возьмутся всерьез. До того момента нужно убраться как можно дальше из системы. А сначала решить, что делать с пленным.

Изначально Тиана планировала навестить свой источник информации через неделю после пленения: проверить, как идет процесс обучения, попытаться оценить адекватность и готовность к сотрудничеству. С технофанатиками никогда нельзя знать заранее, как он себя поведет – слишком неоднородное у них общество. Хотя гражданские как раз обычно сильно не запираются, так что есть надежда, что и здесь все пройдет гладко. До сих пор Тиане пленников допрашивать не доводилось. Как и вообще иметь с ними дело. Специальный курс в летном интернате, посвященный способам противостояния допросу она посещать не стала, потому что он был необязательным и потому что об обучении на этих лекциях ходили ужасные слухи. Немногие будущие пилоты, которым пришла в голову идея посетить курс, обычно бросали его после первого же занятия, не выдержав ужасов, которые там преподавались. Вообще предполагалось, что свободному разведчику не требуется лично контактировать с врагом. Как и попадать в плен. В случае последнего проще отдать симбионту команду на погружение в глубокую кому или даже смерть, и пусть делают с телом что хотят. Так что и знать, что могут сотворить с узником большинство курсантов считало вовсе необязательным. Да и самостоятельно захватывать пленника – уже из ряда вон выходящая ситуация для свободного разведчика. Предполагается, что если такое произошло, все дальнейшие процедуры с ним будут проводиться в специальных медицинских лабораториях, куда этот пленный будет непременно доставлен. В общем, Тиану все сильнее беспокоила мысль, что она будет делать, если тот просто откажется говорить? Сумасшедшие опасны и непредсказуемы – кто знает, возможно этот решит запираться?

Тиана ди Сонрэ, диверсант. Часть 2

Было бы преувеличением сказать, что Тиана боялась предстоящего допроса, но определенные опасения она точно испытывала. Опасения, которые смешивались с любопытством – до сих пор ей не доводилось говорить ни с одним из технофанатиков. От этого дурацкого сочетания эмоций разведчица не находила себе места, и работа, по большому счету бесполезная в нынешних условиях, ситуацию ничуть не спасала. Еще и ликс, будто утратив свое обычное безразличие, принялся изводить ее дурацкими вопросами.

Еще после первого дня обучения тихоход вдруг стал интересоваться, чему нужно будет учить пленника после того, как он изучит язык.

- Ну читать его научи, - отмахнулась тогда Тиана лишь бы отстал. Она была уверена, что до этого не дойдет. Хорошо бы он хотя бы язык выучил во вменяемое время, что уж тут мечтать о большем.

- А потом? - Не отставал ликс.

- А потом будешь астронавигации его учить, - уже начала раздражаться Тиана. – Сначала ориентиры, потом методы расчета маршрута без использования технических средств!

- Хорошо, - кротко согласился ликс.

«Как будто годами собирается его тут держать!» - раздраженно подумала Тиана.

На следующий день ликс вдруг спросил:

- Тиана, а что ты будешь делать с этим пленником, когда допросишь его?

- Как что? – даже удивилась разведчица. – Обработаю нейродеструктором и верну где взяла!

- А если я попрошу его оставить?

- Что за глупости?! – возмутилась девушка. – Зачем нам враг на борту?! Не ждала от тебя таких глупых капризов!

На вопросы ликса разведчица особого внимания не обращала – тогда. Очень уж не вовремя он с ними влез. Тиана только-только избежала пленения и выбирала момент, чтобы взлететь с планеты, не продемонстрировав себя слишком большому количеству наблюдателей - до пленного ли? Теперь вот задумалась. «Что-то с ликсом странное творится. Вопросы какие-то непонятные задает. При этом сам, наоборот, более молчалив, чем раньше. Наверное, устает от общения с пленным. Нужно посмотреть, как проходит обучение».

Заходить к технофанатику посчитала ниже своего достоинства. Будет выглядеть так, как будто у нее не хватает терпения дождаться результатов. Конечно, на мнение врага ей наплевать, а ликсу и вовсе все равно, но это не повод терять достоинство. Поэтому Тиана вывела изображение с экрана в каюте пленника. Несколько минут вглядывалась в формулы. Выключила экран.

- Ликс, отвлекись от обучения, у меня вопрос.

- Что случилось, Тиана? – слегка недовольно поинтересовался тихоход.

- Можешь объяснить, почему ты показываешь пленнику материал со второго курса летного интерната вместо того, чтобы обучать языку?

- Выполняю твое указание. Позавчера утром ты велела учить Германа письменной речи, а потом астронавигации. Ты разве не помнишь?

- Хочешь сказать, он уже знает язык и даже умеет читать?

- Да, он очень способный. Астронавигация идет даже быстрее, чем язык, хотя и медленнее, чем чтение. Я предполагаю, что такая скорость связана с отличным начальным образованием, полученным без использования стимуляторов и биологически-активных добавок. Его мозг привык учиться в обычных условиях, преодолевая природную лень и нежелание тратить энергию, так что теперь, когда этой энергии на запоминание тратится намного меньше, время на усвоение тоже значительно уменьшается. Хотя тут еще играет роль интерес к знаниям. У меня сложилось впечатление, что Герману очень интересно осваивать искусство прокладывания космических путей. По моим прогнозам, курс астронавигации летного интерната мы освоим за пять дней. И я хотел спросить – что я должен буду преподавать ему после этого?

- Ничего, - буркнула Тиана. – Мне нужно было только, чтобы он знал наш язык. Твой позавчерашний вопрос я восприняла как чисто теоретический. Ты должен был еще вчера сообщить мне, что пленник уже готов к допросу!

- Прошу прощения, - немного обиженно протянул ликс. – Ты не говорила, что обучение должно ограничиться именно языком.

Тиана отмахнулась, задумчиво уставившись в потолок. Пленный, очевидно, готов к допросу. С одной стороны – замечательно. Гораздо быстрее, чем она рассчитывала. Не нужно ждать еще несколько недель, чтобы, наконец, получить нужные сведения. Эх, если бы ликс вовремя сообщил о том, что уже выполнил задание! Можно было бы допросить на планете и высадить сразу, а теперь… Теперь возвращение пленного превращается в настоящую проблему. Ее будут ждать, это точно. Опасно, очень опасно. Впрочем, о том, чтобы от пленного избавиться думать рано. Для начала было бы неплохо получить нужную информацию. Хотя выговор тихоходу сделать нужно непременно – потом, после допроса. А пока…

Методики допроса Тиана не изучала. Поленилась или, точнее, побрезговала. Однако и совсем уж неподготовлена свободная разведчица не была. Есть у нее один интересный состав. Конечно, он гораздо более слабый, чем тот, что используют в специальных лабораториях. Говорят, то, специализированное средство превращает человека в послушного робота, который четко, конкретно, и максимально подробно отвечает на любые вопросы без единой возможности уклониться. Только после этого допрашиваемый нуждается в квалифицированной медицинской помощи, в противном случае непременно умрет или же превратится в пускающего слюни идиота без перспективы восстановить интеллект. Именно поэтому свободным разведчикам такого не полагается. Тиана была с такими правилами полностью согласна. Все равно не смогла бы хладнокровно уничтожить разумную личность вот так, походя. Тот препарат, что есть у свободных разведчиков, действует гораздо мягче. Слегка растормаживает сознание, поднимает настроение, веселит. Вызывает инстинктивное доверие ко всем окружающим. Неподготовленный человек под действием препарата с готовностью выложит любые сведения, как будто говорит с лучшим другом. То, что нужно, в общем. Отличное средство и последствий для допрашиваемого никаких.

- Ликс, завтра утром вместо коктейля номер пять выдашь пленному шестнадцатый. И не вздумай ему об этом разболтать! – строго велела девушка.

Ликс обещал.

Спала разведчица плохо. В предвкушении завтрашней беседы вся извелась, а когда ненадолго проваливалась в сон, снился откровенный бред – то пленный отказывается говорить несмотря на спецсредство, то говорит, но заводит ее в ловушку… Промучившись несколько часов, Тиана ненадолго погрузилась в медитацию и с помощью симбионта занялась чисткой организма от лишних гормонов.

Утром в каюту пленного девушка шла совершенно спокойно, хотя некоторое предвкушение все-таки чувствовалось. Сейчас все решится. Она, наконец, узнает, где находится, и сможет определиться с маршрутом.

Тиана вошла в каюту без предупреждения, но пленный уже явно ее ждал: стоял напротив входа и с интересом смотрел на своего похитителя. Судя по изумленно вытянувшемуся лицу, чем-то он оказался обескуражен. Тиана не собиралась разбираться хитросплетениях эмоциональных проблем пленника. Так даже лучше, чем больше он растерян, тем проще.

- Ты меня понимаешь? – спросила разведчица.

Пленник кивнул.

- В таком случае пришло время нам поговорить. Ты согласен?

- Конечно согласен! – немного нервно улыбнулся пленный, и почему-то поспешил сесть на свое ложе. Неужели боится? Очень уж шустро подошел к кровати и уселся на нее, обхватив колени руками. Закрытая поза – и это несмотря на действие препарата!

Хотя, возможно, препарат только начал действовать? Все-таки она поторопилась с допросом. Нужно было подождать хоть немного.

- Тогда для начала расскажу о себе, - разведчица решила немного потянуть время. – Мое имя Тиана ди Сонрэ, я – свободный разведчик.

- А чем занимается свободный разведчик? – полюбопытствовал пленный. Странно… неужели не знает даже таких простых вещей? Киннары с переменным успехом воюют с технофанатиками уже не одно тысячелетие. Нельзя сказать, что противники знают друг о друге все, но базовые и самые простые вещи – наверняка.

- Мы отслеживаем передвижения противника, ищем занятые им системы, места концентрации флота, логистические цепочки. Иногда в составе флота участвуем в обороне наших систем как вспомогательные единицы. В общем, все то же самое, что и ваши разведчики.

- Супер! – восхитился пленный. – Интересно, наверное!

- Да-да, - Тиана постаралась улыбнуться располагающе. – Очень интересная работа, но, порой, достаточно опасная. Так вот и получилось, что я оказалась в вашей системе. Судя по всему, она очень далеко от вашей основной агломерации, правда?

- Нашей агломерации? – удивился пленный. – Ну да, наверное, далеко.

- Расскажи мне, что это за система? Я так понимаю, это тюрьма. Скажешь, за что тебя осудили? – спросила Тиана. Разведчица пыталась говорить непринужденным голосом, но сама чувствовала, что получается не очень. Ей совсем не интересно, за что пленный оказался в тюрьме. Нужно просто расположить его к себе. Когда разумный говорит о своей персоне, он невольно проникается к собеседнику доверием. Действие препарата должно усилить это чувство.

Пленный начал подробно рассказывать о причинах, по которым оказался в тюрьме. Откровенно говоря, Тиана не слишком вслушивалась, да и не совсем четко понимала, в чем же он провинился перед своими властями. Должно быть, слишком серьезные различия в общественном устройстве. Однако весть о том, что имеет дело не с матерым убийцей, а всего лишь мелким мошенником ее успокоила. Не хотелось иметь дел с настоящим негодяем. Тем более он утверждает, что ни в чем не виноват… впрочем, любой преступник будет говорить так же, тут она не сомневалась.

Терпеливо дослушав разглагольствования пленного, девушка решилась. Пора переходить к делу – клиент уже, кажется, дозрел.

- Возмутительная несправедливость, - посочувствовала девушка. – Я вот тоже оказалась в очень неприятной ситуации. Представляешь, до вашей системы я добралась не своим ходом, а через аномалию. Так что видишь ли, немного заблудилась. Смешно, правда? Вот бы узнать, где я нахожусь!

- Пожалуйста, мне не сложно, - улыбнулся пленник. - Солнечная система, галактический рукав Ориона, галактика Млечный Путь, Местная группа галактик, скопление Девы, сверхскопление Девы, сверхскопление Ланиакея, галактическая нить Рыб-Кита. - И смотрит честными глазами.

Тиана помолчала несколько секунд. Просто чтобы не сказать чего-нибудь лишнего. Ликс не обманул, этот технофанатик действительно успел выучить язык. Даже акцента нет, не говоря уже о том, что пленный правильно строит фразы. Значит, несмотря на легкую девиацию, он достаточно разумен. Тогда что это за бред он сейчас выдал? Девушка еще раз посмотрела в честные, слегка пьяные глаза пленного. Да ведь он, похоже, над ней издевается! – вдруг сообразила разведчица. Неужели все это время он лишь изображал, что подвержен действию препарата?!

- Очень интересно, - наконец отмерла разведчица, продолжая лихорадочно размышлять, как вести диалог дальше. - Скажи, как ты видишь ситуацию, в которую сейчас попал?

- Если коротко – то я в полной заднице! – радостно констатировал пленный. – Меня с неизвестной целью похитила прекрасная инопланетянка. Чего ты от меня хочешь, я не понимаю, что ждет меня впереди – тем более. Ничего не понятно, но очень интересно!

- Ммм, не совсем верно, но близко, - снова улыбнулась девушка. И сама чувствовала, что улыбка все более напоминает оскал, но ничего с собой поделать не могла. Да и не хотела. Этот ненормальный начал ее по-настоящему раздражать. Его мнимая открытость, дурное веселье… скорее всего у него в голове установлено некое устройство, которое отфильтровало все действующие вещества препарата, и теперь он над ней смеется. Ничего. Тиана еще посмотрит, кто будет смеяться последним.

- Мне кажется, сейчас у нас договориться не получится, - продолжила девушка. – Но, думаю, когда ты хорошенько обдумаешь свое положение, ты изменишь свое поведение.

- Да я с удовольствием, - всплеснул руками пленник. – Только не знаю, как! Вы, свободный разведчик, как-то все слишком завуалировано спрашиваете. Ни вопросов нормальных, ни предложений.

- Что ж, хочешь вопросов – вот вопрос. Мне нужны координаты системы, в которой мы находимся. Допускаю, что ты их не знаешь – точные координаты тюрьмы вряд ли есть в широком доступе. В таком случае меня устроит любая информация. Сколько времени продолжался путь, какие системы встречались на пути. Где были пересадки. Любая информация. Еще раз повторяю – мне нужны координаты.

- Всем нужны координаты, - хмыкнул пленник. – Ты приходишь ко мне и говоришь – мне нужны координаты. Но ты просишь без уважения. Ты не предлагаешь мне дружбу. Ты даже не называешь меня Крестный отец... впрочем, о чем это я? – Пленный мастерски изображал опьянение препаратом. Будто действительно знал, как он должен действовать. Под конец мысли начинают путаться и подопытный начинает нести полную околесицу, забывает, о чем говорил и где находится. Все, как у пленного. Но Тиана ни на секунду не поверила. Он так ничего толком и не сказал, а, значит, препарат уже нейтрализован.

- Очень правдоподобно, - терпеливо констатировала девушка. – Однако я уверена, ты скоро изменишь свое мнение. Не люблю прибегать к силовым методам воздействия, но, видимо, придется. Помни – ты либо идешь на добровольное сотрудничество, и тогда я верну тебя на твою планету, лишь стерев память за последние несколько месяцев, либо… а другого варианта и нет. Рано или поздно ты согласишься, поверь.

Разведчица стремительно вышла из каюты. Давно она не ощущала такой ярости и возмущения. Этот дикарь посмел насмехаться над ней. Какой-то сумасшедший заключенный с планеты-тюрьмы на дальних задворках вселенной, жалкое ничтожество, пытается играть с ней! Свободным разведчиком! А самое ужасное, она понятия не имеет, как может его заставить! Применять пытки она не будет. Просто не сможет переступить через себя. Да, она знает, что у технофанатиков это обычное дело, но намеренно причинять боль беспомощному... После такого она перестанет быть собой.

Остаются только угрозы. Она отчетливо видела – парень ее опасается, вот только позволит ли сумасшествие действовать разумно? Может быть, в самом деле поместить его в медицинскую капсулу? Видно ведь, что по большому счету он довольно разумен. «Пожалуй, даже умен», - неохотно признала девушка. По крайней мере учится аномально быстро. Странные вещи порой творит природа. Предположения тихохода о причинах такой быстрой обучаемости Тиана отбросила сразу. Ей достоверно известно, что технофанатики не хуже киннаров умеют ускорять процесс обучения, только используют более грубые, технические методы. От этого, кстати, способность к самостоятельному обучению у них значительно уступает таковой у киннаров. Здесь скорее флуктуация, уродство, вызванное сумасшествием. Мозг человеческий штука удивительная. Если где-то дефицит способностей, значит в другом месте они усилены многократно.

И все же нет, слишком опасно. Капсула не рассчитана на столь тонкие операции. Ранения, переломы, гравитационные и компрессионные повреждения, всевозможные инфекции, даже аутоимунные болезни, но не тонкие манипуляции с мозгом. Слишком велик шанс окончательно доломать то, что у него там надломлено.

Тиана ворвалась в свою каюту и улеглась на кровать.

- Ликс, что сейчас делает пленный? – спросила она.

- Лег спать, как только ты ушла, - ответил тихоход. – Я думаю, это результат действия коктейля, который ты велела ему дать.

- Глупости! Ты разве не понял, что он как-то нейтрализовал его действие? – возмутилась девушка. – Этот негодяй хитер и изворотлив! Но ничего, меня он не проведет. Ты запомнил, какую бессмыслицу он выдал вместо координат?

- По-моему очень поэтичный адрес, - немного мечтательно протянул тихоход. – Мне кажется, их цивилизация предпочитает давать имена сущностям, которые их окружают. Он и мне дал имя! Я теперь Кусто, представляешь?

- Этот бред заразен! Что ты несешь, какие имена, какая поэзия! Он пытался запудрить мне мозги, а тебе уже с успехом запудрил. Немедленно выкинь из головы эту ерунду. Этот пленный – враг. Ничего хорошего он делать не станет. И да, хочу высказать тебе официальное неудовольствие. Ты должен был сообщить о том, что пленный выучил язык сразу, как только он был готов коммуницировать на общем! От того, что ты преподал ему основы навигации нам никакой пользы, только лишняя потеря времени!

- Но Тиана, ты же сама велела это сделать!

- И что? Как будто ты не видел, что я занята, спасая нас от обнаружения друзьями этого скользкого негодяя!

- Прости. – Повинился ликс. - Просто он рассказывал столько интересного! И дал мне имя. Мне нравится иметь имя. Наверное, я правда не хочу, чтобы ты его возвращала. Он интересный.

«А его теперь так просто и не вернешь», - вспомнила Тиана обстоятельства, при которых они покидали планету. Все наперекосяк. Самое неприятное, что пленный так и не намекнул, чего добивается. Разведчица не верила, что он всерьез отказывается от сотрудничества из чувства патриотизма. Только не заключенный планеты-тюрьмы. Тогда чего же ему нужно? На секунду у Тианы в голове возникла яркая сценка, очень подробно описывающая, что может потребовать от нее дикарь в качестве платы, от чего девушка глубоко покраснела. «Хорошо, что я не в сопряжении с ликсом! Вот уж стыд бы был!» - мысленно хихикнула девушка. «Однако странные у меня фантазии. Нужно срочно проверить работу симбионта». Тиана погрузилась в медитацию и несколько часов тщательно отслеживала процессы в своем организме. Все почти в норме. Гормональный фон снова слегка повышен, но причин такого сбоя Тиана так и не нашла. Симбионт по-прежнему настроен на блокировку резких пиков, держа уровень гормонов чуть ниже естественного природного. Все по рекомендациям врачей в интернате – работа организма в целом не нарушается, однако голова остается ясной и мозг работает в оптимальном режиме. Видимо треволнения последних дней вызвали чересчур сильный всплеск, и симбионт не может сразу выводить излишки. Выйдя из медитации, Тиана в очередной раз мимолетно пожалела, что симбионт не в состоянии усиливать выработку гормонов. Немного эндорфинов для спокойствия и безмятежности ей бы сейчас не помешало. И тут же мысленно себя отругала. «Этак можно сделать себя вечно пускающей от счастья слюни идиоткой! Нет уж. Буду добиваться своих целей без костылей, тогда и спокойствие придет! И с пленным разберусь. Пусть посидит пару дней в ожидании кары, может, станет сговорчивее. И ликсу запретить его кормить – поголодает немного, будет более покладист!»

Герман Лежнев, торговец информацией

Утро после допроса Герман встретил со слегка больной головой и паршивым настроением. Сам допрос он помнил отлично, а вот свое поведение объяснить мог только отчасти. Нет, в целом, вроде бы, ничего не накосячил, но ерунду всякую нес не переставая. Да и ощущения странные. То ли пьяный, то ли под чем-то, ощущения как будто всадил разом стакан водки и добавил сверху еще чего-то запрещенного! Впрочем, догадаться что с ним такое было не сложно – подпоили чем-то, сволочи. Сейчас, на свежую голову, Герман сообразил, что от него хотела эта Тиана ди Сонрэ. Заблудилась, надо же! А от него, значит, требуется объяснить, куда лететь, чтобы выбраться с задворок. «Причем меня, походу, принимают за какого-то технофанатика, а старушку-Землю за планету-тюрьму. Феерическое заблуждение, вот только развеивать его я, пожалуй, не хочу. Впрочем, это пока не важно. Свободный разведчик, блин. Не могли сказать, что это девушка! Самое важное сейчас – надо срочно добывать себе нормальную одежду. Чуть конфуз не случился!» - раздраженно думал парень. «Интересно, эти киннары и в обычной жизни это безобразие носят? Им самим-то как, нормально?»

Германа опять передернуло. Всю дорогу ликс говорил, что парень похищен свободным разведчиком, а то, что этот разведчик – девчонка почему-то не упомянул. Впрочем, чего уж удивительного. Наверняка для ликса это без разницы. Если вдуматься, Герман и сам не знает, внутри кого уже который день находится – мальчика или девочки? И все же о таких вещах лучше узнавать заранее. Парень несколько дней готовился к серьезному противостоянию с суровым военным, и тут вдруг такое. Светловолосая девица ростом ему по плечо, коротко стриженная, с фиолетовыми глазами и с веснушками. Этакий ангелочек, которого хочется обнять и пожалеть. Это если в глаза не смотреть, потому что взгляд у ангелочка суровый и холодный. Как у арийской бестии. Только в глаза он особо и не смотрел, потому что бестия заявилась в такой облегающей одежде, что… такой же, как у него, в общем. Герман начало разговора откровенно слил. Сначала боролся с шоком, потом сообразил, что смотрит свободному разведчику вовсе не в глаза, почувствовал, что реагирует совершенно неадекватно обстоятельствам, запаниковал.

А ведь день хорошо начинался. За ночь удалось придумать и обосновать имя для ликса. Причем, на взгляд Германа, получилось очень подходяще. С латинского переводится как хранитель – очень похоже на то, чем является ликс для своего пилота.

- А еще у нас совсем недавно жил один мужик по имени Кусто, - объяснял ликсу парень. – Он занимался тем, что исследовал морские глубины. Плавал там везде под водой, изучал. Мне кажется, это похоже на тебя. К тому же он пацифистом был.

- Кто такой пацифист? – поинтересовался ликс. Парня он слушал очень внимательно. Если бы это был человек, Герман сказал бы «затаив дыхание».

- Пацифист это тот, кто уверен, что насилие ничего не решает. Тот, кто считает, что любой конфликт можно разрешить мирным путем, не развязывая войны.

- Мы, ликсы, никогда ни с кем не воюем, - довольно подтвердил Кусто. – Правда, если на меня нападают, я обычно бью в ответ. А иногда предпочитаю напасть первым, чтобы меня не убили.

- Ну, если честно, мне эта идеология тоже не очень близка, - согласился Герман. – Если тебе дали по зубам, объяснять противнику, что он не прав, лучше, когда он лежит с заломленными руками. Впрочем, это не важно. В целом-то имя тебе нравится? Как считаешь, подходит?

- Очень нравится, - после недолгого размышления согласился ликс. – Я буду теперь Кусто.

- А я тебя, получается, окрестил. – Хмыкнул парень. – Забавно.

- Что значит окрестил? – живо заинтересовался ликс.

- Окрестил, значит дал имя. Поскольку обычно имя у нас дает отец, то я для тебя крестный отец. Впрочем, не обращай внимания, - постарался замять тему Герман. – Я понимаю, что наши традиции у вас не котируются. Со своим уставом в чужой монастырь не лезут…

- А что такое монастырь? – не упустил момента ликс.

Герман представил, куда их могут завести вопросы религии, и поспешил напомнить приятелю, что пришло время обучаться премудростям космической навигации. Тут надо хорошенько продумать, что говорить. И так вон слегка исказил значение сочетания крестный отец. Герман представил, как крестит Кусто по православному обычаю, и едва сдержал хохот. Картинка получилась сюрреалистическая.

Главное, дружеские отношения с ликсом практически получилось наладить. Герман надеялся, что мнение живого корабля для пилота будет иметь какое-то значение, так что хоть какой-то союзник в чужом коллективе ему сильно не помешает.

И вот, такой важный разговор со свободным разведчиком, и так нелепо прошел. Теперь его стоит очень тщательно обдумать. Но сначала:

- Слушай, Кусто, а куда вы дели мои вещи? – невзначай поинтересовался парень. – Или выкинули за ненадобностью?

- Вовсе нет. Твоя одежда и другие вещи продезинфицированы и теперь хранятся в отсеке для образцов, - с готовностью объяснил ликс.

- А нельзя ли мне их получить? – с замиранием сердца спросил парень.

- Нет, прости, Герман. До распоряжения свободного разведчика я не имею право тебе их выдать. И мне кажется, если я сейчас попрошу их тебе выдать, она не согласится. Тиане не понравилось, как ты отвечал на ее вопросы.

- Это уж точно. Как ты говорил ее зовут? Тиана ди Сонрэ была нашим общением очень недовольна. Да еще и кары какие-то обещала. Слушай, ты насчет них меня не просветишь? Как-то мне не по себе.

- Я не знаю, - печально вздохнул ликс. - Вообще-то по законам киннаров применять пытки к разумным существам запрещено, – кажется, Кусто был смущен. – Но ситуация у нас очень необычная. Тиане нужно возвратиться домой, а она понятия не имеет, как. Искать самостоятельно слишком долго. Ее жизни не хватит. Возможно, даже моей не хватит. А ты почему-то не хочешь подсказать. Зачем-то придумал какие-то названия – как будто не догадываешься, что нам они ничего не говорят. Поэтому Тиана ди Сонре велела для начала тебя не кормить. Вот почему ты не хочешь рассказать, где мы находимся?

«Ага, конечно», - подумал Герман. – «Вам только расскажи – и сразу высадите меня. И ладно бы просто высадите, так еще и без памяти оставите. Представляю, как мне весело будет болтаться на родине среди бандитов и ментов, которые меня активно ищут, и при этом нихрена не понимать, чего им от меня надо!» Собственно, так он и сказал Кусто:

- Понимаешь, дружище, я жутко не хочу память терять. А если совсем честно, то и домой возвращаться тоже не сильно стремлюсь. Так что голодовку я пока переживу. И даже наоборот, объявляю официально, что буду отказываться от пищи до тех пор, пока мои условия не будут выполнены. Меня дома ничего не ждет, тем более, если окажусь без памяти. Убьют, скорее всего.

- За что? – удивился ликс. Герман, как мог, объяснил, но Кусто, кажется, так до конца и не понял.

- Вот как-то так. – Парень закончил рассказ. - Ну хорошо, раз уж с завтраком у нас напряженка, вернемся к разговору об одежде. Понимаешь, мне срочно нужны штаны. Вот прямо очень.

- Зачем? – удивился ликс. – У тебя же есть одежда.

- Да знаешь, брюки мне как-то привычнее, - сказал Герман. Ну не рассказывать же истинную причину?

- Странно, - удивился ликс. – Костюм, который ты носишь сейчас, разрабатывали лучшие ученые киннаров. Он отлично выполняет защитные функции и защищает твое тело как от кинетических, термических, так и в какой-то степени от радиационных повреждений. Он даже может недолгое время использоваться как скафандр для открытого космоса. Правда, только в экстренных случаях, потому что ни видеть, ни слышать в нем ты не сможешь, он закроет твое тело полностью. И еще в этом случае ты лишишься волосяного покрова на голове – я знаю, что люди предпочитают его сохранять. Дело в том, что он питается твоими волосами и омертвевшими частями кожи, что, кстати, избавляет тебя от необходимости ежедневного мытья.

- Да уж, это я уже заметил, - пробормотал Герман. - В первое же утро, когда в туалет пошел. Хорошо, догадался в чем дело, а то бы подумал, что он меня совсем сожрет! В общем, я уже понял, что костюм крайне полезный и очень нужный. Не спорю. Но все-таки я бы хотел что-нибудь более свободное. Можно даже поверх этого комбинезона. Хотя бы штаны. Уж штаны-то мне можно передать? В них точно нет ничего опасного или вредного!

- Прости, - изобразил тяжелый вздох ликс. – Нельзя. Но я мог бы сделать для тебя простую ткань в конверторе. Нужно только задать правильные параметры.

- Отлично! – обрадовался Герман. – Сойдет. Давай хоть так.

- Все-таки скажи, зачем тебе эта одежда? – спросил ликс после четвертой неудачной попытки. Ткань-то получилась с первого раза, а вот придать ей нужную форму никак не удавалось.

- Если можно, на этот вопрос я не стану отвечать. Это очень личное. Но поверь, без просторных штанов мне будет очень морально тяжело. Очень. Считай это культурными заморочками.

- Как скажешь, - послушно согласился Кусто, и начал очередную попытку. В этот раз, кстати, получилось почти нормально. Шорты так и не вышли, скорее юбка. Герман решил, что это будет шотландский килт, хотя никакой клетки на ткани не было. В приличное общество в таком не выйдешь, но, например, на какой-нибудь выставке современного искусства или на неделе высокой моды он бы выглядел вполне органично.

- Я тебе очень благодарен, дружище! – обрадованно воскликнул Герман, примерив обновку. – Прямо гора с плеч!

- Хорошо, что тебе понравилось. Тогда может быть расскажешь мне, что такое монастырь? Помнишь, ты отложил этот вопрос.

- А учиться дальше не будем? – улыбка на лице парня немного поблекла.

- Нет. Свободный разведчик Тиана ди Сонрэ запретила мне тебя дальше обучать.

- А разговаривать со мной не запретила?

- Про разговоры она ничего не говорила. Возможно, она не знает, что мы разговариваем. Но я не стал ей об этом сообщать.

«Да уж, такое определенно требует поощрения», - подумал Герман. - «Эх и достанется бедолаге, когда эта Тиана догадается…»

Объяснение, что такое монастырь плавно перешло на описание религий вообще и христианской в частности, а там дошло до концепции высших сил и богов, добра и зла, загробной жизни и воздаяния за грехи… В общем, насыщенный выдался денек. Герман уже успел сообразить, что ликс крайне любознателен, испытывает некоторый дефицит общения, а еще наивен как ребенок. Пожалуй, парню без труда удалось бы запудрить существу мозги настолько, чтобы тот стал последователем какой-нибудь религии. Может быть, даже только что выдуманной. С верховным жрецом в лице Германа. Но настолько некрасиво поступать с ликсом парень не захотел. Как-то совсем некрасиво получится. Кусто к нему и так неплохо относится, и ломать ему психику было бы черной неблагодарностью. Нет, в целом Герман ничего против религий не имел, особенно против Зороастризма. Но сам предпочитал держаться от них подальше.

- Так что на самом деле никакого абсолютного зла и абсолютного добра не существует, - подытожил импровизированную лекцию доморощенный теолог. – Для каждого индивида они разные, как и для каждого народа и культуры. И боги или бог если и существуют, то до смертных им дела нет. Поэтому я предпочитаю жить, руководствуясь собственными представлениями о том, что хорошо, а что плохо. Чего и тебе советую. И вообще, сдается мне, на дворе уже ночь и спать пора.

- Вообще-то мы сейчас на солнечной стороне небесного тела. Так что технически сейчас день. Но ты прав, наше внутреннее время уже даже не вечернее, а ночное. – С сожалением протянул Кусто.

- Стой-стой, подожди, - ошеломленно поднял руки Герман. – Мы что, уже не на Земле?

- Да, мы покинули твою планету еще до того, как Тиана ди Сонрэ к тебе приходила вчера, - подтвердил ликс.

- А почему я ничего не почувствовал? Как же, я не знаю там, перегрузки и все такое?

- Ничего удивительного! – горделиво пояснил ликс. – Я умею поддерживать внутри себя стабильную гравитацию. Перегрузки ты можешь почувствовать только если мы будем разгоняться очень-очень быстро.

- Здорово, конечно. А что за небесное тело, на котором мы находимся?

- Я не знаю, как оно называется у вас. Это небольшая планета, десятая, если считать от светила. Ее орбита немного не совпадает с плоскостью эклиптики.

- Вот тебе и огромный шаг для человечества, - расстроенно протянул Герман. По описанию он узнал Плутон. Было немного досадно. Такая веха в жизни, а он даже ничего не почувствовал. Но развивать тему не стал. Этак можно и спалиться, а Герман твердо уверился, что возвращаться не хочет. Побывать в космосе, увидеть другие планеты… Детская мечта сбывается! Нет уж. Нужно постараться быть для них ценным. Хотя бы казаться… Поэтому парень твердо решил держать морду кирпичом и изображать, что он все знает, но ничего не скажет. Так долго, как только получится. Чтобы возвращать его на Землю стало невыгодно и слишком далеко. Эта Тиана вроде приличная дама, уж не станет убивать, когда все вскроется? В крайнем случае как-нибудь отработает проезд. Герману совсем не было стыдно, что он собирается обмануть свободного разведчика. Он не сам к ним пришел, его похитили. Против воли. Тот факт, что он, в целом, очень даже за, ничего не меняет. Как с ним, так и он. Да и потом – мог бы помочь – помог, наверное. «А на Земле мне жалеть нечего», - подумал парень. – «Родителей нет, детей нет, девушка бросила. Даже собаку не завел, хотя всю жизнь хотел. Пожалуй, только дядю Максима жалко. Надеюсь, с ним ничего плохого не случилось». К старику, да и к прочим жителям деревни Герман успел привязаться. Хорошие люди, терять их было жаль. Впрочем, оставленных денег старикам должно хватить надолго.

Герман все никак не мог заснуть. В то, что они уже не на Земле парень поверил только после того как Кусто на мониторе показал, как бросается камешками и песком. Было чуть не до слез обидно, что такое событие проходит как-то буднично, и вообще – мимо него. Хотелось если не побывать снаружи, то хотя бы посмотреть через стекло, а не через экран. Ощутить настоящую гравитацию планеты. Хоть что-то, чтобы убедиться: это происходит на самом деле, а не искусный обман. Или, что еще хуже – галлюцинации. «Доберемся куда-нибудь в цивилизованные места, куплю себе свой корабль», - решил парень. «Пусть даже не такой крутой, как ликс, а технический. Буду летать, куда хочу и останавливаться где хочу». Как они доберутся, на что он будет покупать, и как управлять кораблем, Герман не думал. Это и не было планом – скорее фантазией, чтобы успокоиться и заснуть, наконец.

Утро никаких новостей не принесло. Тиана ди Сонре так и не появилась, как и завтрак в нише.

Нельзя сказать, что Герман был обескуражен или сильно расстроен. Пару дней поголодать… вполне можно потерпеть. Вот неделю уже сложнее, но он точно справится. Питался в последние месяцы хорошо, здоров, полон сил. «Переживу как-нибудь», - подумал Герман. - «Еще посмотрим, кто первым сдастся. Если это самая серьезная пытка, которую она придумала – значит точно «склонению к сотрудничеству» эту Тиану не учили. Интересно, кстати, почему – уж разведчик-то должен такие вещи уметь!» Тем не менее демонстрировать свое равнодушие Герман посчитал излишним.

- Странно, что у таких просвещенных существ как киннары, считается нормальным морить пленных голодом, - в продолжение вчерашнего разговора сказал он Ликсу. Это же нарушение всех конвенций!

Кусто, ожидаемо, заинтересовался, что за конвенции. Герман объяснил, как смог.

- Удивительно, - начал размышлять Кусто. – Получается вот только что вы еще воевали, и стремились друг друга убить, но вот ты ранил врага и обезоружил. И он сразу перестает быть врагом и становится членом общества, которого нужно кормить, лечить, и максимум что можно сделать – это ограничить его в передвижениях?

- Ну да, как-то так. Еще, вроде бы можно работать заставить.

- Не понимаю, - печально вздохнул ликс. – Одно дело, если враг сам сдастся. Но если его захватили силой? У киннаров это разные категории личностей. Правда, пытки запрещено применять и к тем и к другим. Обычно захваченных просто обрабатывают нейродеструктором и обучают заново, в любви и почитании своей новой родины.

«Жутковато, если задуматься», - ужаснулся Герман.

- Кусто, а если свой гражданин не очень любит свою родину, ему тоже личность перепрошивают? – спросил он. - И какая градация? Вот сейчас гражданин целиком поддерживает свое государство, а тут вдруг задумался и посчитал что государство взяло какой-то неправильный курс. И начинает об этом говорить. Ему что, тоже память стирают?

- Я не знаю, - подумав, ответил ликс. – Звучит довольно логично, но я очень мало знаю об обществе киннаров. Все же мы, ликсы – космические существа, а киннары – жители планет. Мы редко подолгу общаемся. Скажи, Герман, ты расскажешь Тиане ди Сонрэ координаты вашей планеты?

- Вот еще! – фыркнул Герман. – Не собираюсь поддаваться на шантаж и давление. Как я уже сказал вчера, я отказываюсь есть, пока мои условия не будут выполнены.

На этот раз Кусто замолчал очень надолго. Минут на тридцать, наверное. Герман успел слегка задремать от безделья.

- Не понимаю, - наконец выдал ликс. – Ты угрожаешь тем, что не будешь есть, если Тиана ди Сонрэ не выполнит твоих требований?

- Ну да, - подтвердил Герман.

- А она не собирается тебя кормить, пока ты не выполнишь ее требований.

- Именно так, - согласился Герман.

- Но это же абсурд!

- Ну и что? – парень пожал плечами. – Ты что-то имеешь против абсурда?

- Скажи, Герман, а зачем ты копал яму в земле? Когда еще был на своей планете и не был в плену. – Вдруг спросил ликс.

Герман удивился, но объяснил.

- То есть у вас даже нет конверторов, и вы таким образом добываете воду?

- Ну, не везде, в городах есть централизованное водоснабжение, но в таких вот деревнях – да, приходится пользоваться колодцами. А почему ты спрашиваешь?

- Просто было любопытно, - протянул ликс. – Нужно будет Тиане ди Сонрэ об этом рассказать.

Парень пожал плечами. Ничего важного он в этой информации не видел, так что просить ликса молчать не стал.

День прошел скучно. Ничему учить Германа вопреки запрету ликс не стал, да тот и не просил. Вместо этого расспрашивал о жизни ликсов и киннаров. Много удивительных вещей услышал. Действительно, до этих киннаров человечеству дальше, чем до Луны. Даже завидно. И при этом они явно в каких-то других областях развиваются. Оказывается, даже экран, с помощью которого ликс его учил, построен не на технических принципах. Чистая биология. Принципа действия Герман понять так и не смог, но очень впечатлился. Хотя и техникой киннары не брезгуют. Ничего удивительного. Их главные враги, к которым ликс с Тианой причисляют и его, Германа, пошли именно по техническому пути. За сотни лет вялотекущей войны не удивительно, что обе цивилизации понемногу перенимают друг у друга технологии. Правда, Киннары стараются любую технику повторить своими методами, с помощью генетики и биологии, но получается далеко не всегда.

О себе Герман старался не слишком распространяться. Кусто в любом случае передаст этот разговор Тиане, рано или поздно. Может, по каким-то деталям они догадаются, что Герман вовсе не тот, за кого его принимают. Тогда вся его задумка пойдет насмарку – рано еще. Вот уберутся подальше от Земли, тогда нужно будет признаться, а пока лучше молчать. Странно, на самом деле, что до сих пор не догадались. Герман уже успел столько всего наболтать, и очень вряд ли хоть что-то из этого совпадало со знаниями Тианы о технофанатиках. Впрочем, так бывает, когда человек слишком зацикливается на проблеме и не может взглянуть на нее отстраненно. Наверняка все выбивающиеся из логичной картины факты либо игнорируются, либо подгоняются так, чтобы перестать выбиваться.

Тиана ди Сонрэ, дипломат

- Повтори еще раз, что он сказал, - попросила Тиана.

- Он сказал, что отказывается от еды до тех пор, пока ты не выполнишь его требования, - послушно повторил ликс. – Сказал, что раз вы, свободный разведчик, нарушаете конвенцию о военнопленных, он больше не считает себя связанным законами чести и будет безусловно воспринимать вас как врага.

Тиана пораженно рухнула в кресло. Настроение, и без того омерзительное, рухнуло куда-то совсем уж во тьму. Переиграл. Это сумасшедшее чудовище ее опять переиграло.

Проснувшись рано утром, Тиана уже знала, что будет делать. Вчерашние размышления о том, как мотивировать пленника более сговорчивым сегодня оформились в конкретный план. Она просто перестанет давать ему пищу. Это же не пытка! Денёк поголодать даже полезно, зато, она была уверена, условия, на которых он предоставит информацию будут гораздо более мягкими, чем могли бы. А там и ей незазорно будет пойти на небольшие уступки. Решение казалось логичным, но все равно было ужасно противно от самой себя. За весь день она сама так и не смогла втолкнуть в себя ни кусочка еды. Тем не менее, разведчица стойко держалась. Занималась своими делами, и даже ни разу не спросила ликса, как себя чувствует пленник. Вечером, скрупулезно закончив все дела, она, наконец, поинтересовалась, как настроение у пленника. Ожидала услышать, что он пребывает в унынии. В крайнем случае – бодрится.

- Тогда перестань давать ему воду. – Злость позволила словам сорваться легко, хотя еще час назад она просто не смогла бы выдавить из себя такое предложение.

- Он сказал, что объявляет сухую голодовку. За целый день он не выпил ни капли жидкости. – Бесстрастно ответил ликс.

- Ясно. Ясно. И что он делает сейчас?

- Он спит.

- Так не давай ему спать! – в ярости воскликнула Тиана.

- Но так же нельзя! – Голос ликса звучал испуганно и ошарашенно. – Это уже настоящие пытки. Разве можно так с человеком? Ведь он ничего плохого не сделал! Командование прямо запрещает нам такие меры воздействия.

Где-то на краю сознания Тиана понимала, что не права. Но девушку душили ярость и возмущение. Та самая эмоциональность, которую она так и не смогла побороть до конца. Будто со стороны она слышала свой голос:

- С каких пор какой-то ликс будет оспаривать мои приказы?! – Яростно зашипела она. – Командование далеко. Сейчас я для тебя высшее командование, и другого не предвидится. Я приказываю не давать пленному спать. Приказываю хаотично менять гравитацию в его комнате в пределах, безопасных для физического здоровья, менять спектр освещения с высокой частотой, а также в случайном порядке использовать громкие звуки до отмены распоряжения. Не забывай, ликс, что ты полностью подчиняешься свободному пилоту. В случае неподчинения по возвращении ты будешь изгнан из состава флота и с территории цивилизации киннаров. Я не потерплю бунта.

- Будет исполнено, свободный разведчик, - рыдающим голосом ответил ликс. Тиана никогда ранее не слышала столь ярких эмоций в его голосе.

Тиана металась по своей каюте несколько часов – так ей показалось. Однако, взглянув на часы, она с ужасом обнаружила, что со времени приказа прошло всего сорок минут. Она не выдержала и закричала:

- Ликс! Спроси у пленника, что он теперь думает?

Через несколько секунд ликс ответил:

- Он говорит, что у него на родине военных преступников, издевающихся над пленными, вешают за шею. Это такой способ казни. Веревка под весом казнимого затягивается и перекрывает доступ воздуха, отчего казненный умирает от удушья. В случае, если казнимого сбрасывают с небольшой высоты, веревка ломает шейные позвонки и смерть наступает значительно быстрее. Это считается более гуманным способом.

- Какое у него настроение?

- Я не слишком хорош в определении человеческих эмоций, но по некоторым признакам он зол. Однако он старается не показывать своего гнева, и утверждает, что давно не катался на таком веселом аттракционе. Он называет это словом «дискотека».

Тиана несколько минут помолчала.

- Отменяю последний приказ. – Наконец сказала она. – И предыдущий – тоже. Можешь его накормить. Передай, что я зайду завтра обсудить цену за его информацию. Скажи, что, если он будет неумерен в своих аппетитах, приказ можно и повторить.

- Принято к исполнению, - ответил ликс.

- Скажи, почему ты его так защищаешь? – Тиана лежала с закрытыми глазами. Внезапно осознала, что за сегодняшний день вымоталась так, как, наверное, никогда раньше. А еще вспомнила, как ей отвечал ликс.

- Потому что вижу, что он не враг. Он интересный. Он со мной разговаривает. Дал мне имя.

- Да, я слышала, - вспомнила Тиана. – Только не запомнила. Раньше ты прекрасно жил без имени. Почему вдруг сейчас оно тебе понадобилось?

- Раньше я не задумывался о том, зачем нужно имя. Мы почти все время были с тобой одни. Если ты что-то говорила, было понятно, что ты обращаешься ко мне. Я не думал о том, что имя делает меня не таким, как все прочие ликсы. Нет, не так. Имя позволяет мне не забывать, что я не такой же, как любой другой ликс.

- Обозначает твою индивидуальность, - сформулировала Тиана. В летном интернате не рекомендовали давать имена своим ликсам именно из-за этого. Как и слишком много общаться с ними. Все же ликс предназначен для перемещения в пустоте. Индивидуальность транспортному средству не нужна. Впрочем, и не запрещали, но пилотам обычно и в голову не приходило нарушать эту рекомендацию. Зачем?

- Разочаровался во мне? – спросила Тиана. - Считаешь, что я преступник? Так оно и есть. В интернате говорили, что я слишком эмоциональна даже для того, чтобы быть свободным разведчиком.

- Нет, ты не преступник. – Ответил ликс. – Я думаю, ты хороший разведчик. Просто тебе тяжело. Как я могу быть разочарован в своем пилоте?! Ты всегда заботишься обо мне, лечишь и стараешься чтобы у меня было достаточно пищи. Но в последние дни я заметил, что ты воспринимаешь меня, как вещь. Механизм, как у технофанатиков. Мне это не понравилось. Кажется, я обиделся.

- Прости, - всхлипнула Тиана. И сама же удивилась. Она не плакала с раннего детства, с тех пор, как ее забрали в интернат. – Я так больше не буду.

- Хорошо, Тиана. Я больше не обижаюсь. – Ответил ликс.

- Так как же тебя зовут? – переспросила разведчица.

- Кусто, - гордо представился ликс. – Так звали исследователя подводных глубин. А еще это слово переводится как хранитель.

- Тебе очень подходит, Кусто.

- Почему ты плачешь?

- Злюсь на себя, что оказалась глупее какого-то безумного варвара с планеты-тюрьмы, - честно ответила девушка. – Чувствую себя жалкой и ничтожной. И еще чудовищем, потому что пытала живое существо.

- Знаешь, зачем он копал ямы в земле? – неожиданно спросил Кусто. – Так они на этой планете добывают воду. Она фильтруется, проходя через слои разных минералов, и поэтому становится достаточно чистой для питья. Интересно, правда?

«Значит, он не сумасшедший», - думала Тиана. Она поняла, зачем ей об этом рассказал ликс. Чтобы поддержать и приободрить. Неожиданно поддержка была очень приятна, но в целом девушке стало только горше. – «Наверняка и у других его странных действий было разумное объяснение, а я, вместо того, чтобы задуматься, считала идиотами окружающих. Ликс, между прочим, еще тогда высказывал сомнения. И в результате дурой оказалась я сама!»

Утром Тиана, только проснувшись, поспешила к пленнику. Только предупредила ликса, чтобы он тщательно отслеживал все его реакции и сигнализировал, если тот станет лгать. Давать себе время чтобы собраться с мыслями и подготовиться не стала – и без того ужасно не хочется, а если позволить себе сомнения станет и вовсе тяжело. Как ни крути, она оказалась слишком глупа и слаба, чтобы хитростью либо силой добиться того, что ей нужно.

Пленника застала за странным занятием – он отжимался от пола. При этом гравитация в его комнате оказалась повышена раза в полтора от нормы.

- Что ты делаешь? – вот опять, вместо того, чтобы как планировала потребовать сказать уже, что ему нужно, спрашивает совсем другое.

- Тренируюсь, - объяснил пленник, поднимаясь. – Чтобы мышцы в тонусе держать. Проходите, присаживайтесь. – Он указал на кровать.

- А это что такое?! – снова удивилась Тиана, разглядывая полосу материи, которую пленник зачем-то обернул поверх стандартного костюма. Откуда он ее взял разведчица и так догадалась – ликс помог.

- Юбка это. Килт, точнее, - проворчал пленник, почему-то старательно отводя глаза. – А что, нельзя?

- Мне все равно, я просто не понимаю зачем.

- Культурные особенности. И не о чем говорить.

- Хорошо, это не важно. – Тиана поджала губы. – Я пришла узнать об условиях, на которых ты согласен передать информацию о планете, на которой я тебя захватила и ее удаленности от метрополии.

- Условия на самом деле простые, - с готовностью сказал пленник. – Оставаться на планете я не хочу, поэтому пока побуду с вами. В связи с этим просьба вернуть мне часть моих вещей – особенно интересует ноутбук, и разрешить Кусто меня учить в свободное время. А, и еще хочу прогуляться по Плутону. Это планета, на которой мы сейчас находимся. Можно ведь это устроить? Недолго, полчаса буквально.

- Хорошо, - быстро согласилась разведчица. – И тогда ты все расскажешь?

- Нет, конечно! – возмущенно ответил пленник.

«Ну конечно! А я-то уже обрадовалась. Вот сейчас начнутся настоящае торговля!» А пленник продолжал:

- Чтобы уважаемая свободный разведчик Тиана ди Сонрэ сразу же после того, как я все расскажу, обработала меня этим своим нейродеструктором и выкинула в открытый космос?

- Я так не сделаю! – возмутилась девушка. – Это бесчестно!

- А добиваться от пленного показаний с помощью наркотиков, а потом моря его голодом и не давая спать – это прям образец чести и благородства, - фыркнул пленник.

- Я отменила свой приказ! Признаю, погорячилась. И не нужно изображать добродетель, которой у тебя нет. Я прекрасно видела, как ты из своего варварского оружия стрелял в человека. Да и вообще, в тюрьму просто так не сажают!

- Это к делу не относится, - скривился пленный. – Не я вас, свободный разведчик, в плен взял.

- Почему ты просто не хочешь рассказать все и вернуться на планету? – Воскликнула Тиана. Потом сама же себя мысленно обозвала дурой. Ну конечно, кто же захочет возвращаться в тюрьму? – Хорошо, и что ты предлагаешь?

- Ну, все просто. Мы летим куда вы там собирались, - ответил парень. – А когда находим удобное место, где мне понравится, я рассказываю все, что знаю. В этом случае вам, свободный разведчик, будет проще выполнить мои условия, чем устраивать какие-нибудь козни, так что я уже не стану опасаться за свою жизнь и здоровье.

- Ты все же болен головой! – возмутилась Тиана. – Объясню еще раз. Я заблудилась. Попала в аномалию и оказалась здесь, в почти пустом космосе, в котором расстояния между соседними светилами исчисляется десятками и сотнями световых лет. Я понятия не имею даже в какой стороне находится область пространства киннаров. Также, как и твоя родина. Как я полечу куда-то, если даже не знаю, куда лететь?

- Не верю, - покачал головой пленник. – Просто не верю, что свободный разведчик, можно сказать элита вооруженных сил, попав в нестандартную ситуацию не смог выработать какого-то плана. Вы наверняка прорабатывали какой-то маршрут на случай, если я откажусь сотрудничать. Вот и пожалуйста, следуйте ему. Считайте меня пассажиром, которому совершенно все равно, куда лететь. И не говорите мне, что припасов не хватит на двоих – если это так, можно пополнить недостающее на Земле.

- Но это не имеет смысла! – Возмутилась разведчица.

- Ну и что? – пожал плечами пленный. – Вот скажите, какая вам разница? Насколько я понимаю, там, на вашей родине ничего страшного не происходит. Войны по факту нет – так, вялотекущие пограничные стычки. То есть отсутствие одного свободного разведчика особой роли для вашего народа не играет. Кусто мне рассказал, что на родине у вас нет близких, которые будут скучать и ждать вашего возвращения, и даже начальство еще не скоро хватится вашего отсутствия. Так почему бы не получить удовольствие от неожиданного путешествия. Перед нами лежит вся вселенная. Огромная и незнакомая. А вдруг удастся найти что-нибудь интересное? Это же, в конце концов, просто весело!

Тиана почувствовала, как ее лицо вытягивается от удивления, и она ничего не может с этим сделать. Теперь она поняла, почему пленник так приглянулся ликсу. Точнее, Кусто – нужно привыкать, раз уж ему так нравится имя. Пленник в самом деле смотрит на привычные вещи совершенно нелогичным, абсурдным образом. Самое странное, Тиану действительно привлекла описанная пленником картина. О чем-то подобном она мечтала в детстве, когда выяснилось, что она станет свободной разведчицей. Летать среди звезд, открывать новые, удивительные системы, встречаться с инопланетянами… Это потом стало очевидно, что работа свободного разведчика далека от романтики. Она к этому привыкла, приняла, и продолжала свое занятие любить, но вот восторга больше не чувствовала.

- Договорились, - поборов растерянность, кивнула девушка. – Но имей ввиду, я все равно буду за тобой следить. Тебе не удастся подать сигнал своим или навредить мне каким-либо способом. И покажи, какое из твоих устройств называется ноутбуком. Я должна его проверить.

- Насчет сигнала можете не переживать. У меня, собственно, нечем его подавать. Вредить я тем более не собираюсь – во-первых, глупо поступать так с единственным человеком, который может руководить Кусто, во-вторых я, что бы вы там ни думали, врагом ни вас, ни вообще киннаров не считаю.

Последняя фраза искренне удивила разведчицу. Она даже подняла глаза к потолку, ожидая что вот сейчас ликс скажет, что пленник врет. Но тихоход промолчал, а, значит, либо пленный так хорошо контролирует свои телесные реакции, что может скрыть ложь, что для технофанатика, не улучшенного с помощью технических средств невозможно, либо говорит правду.

- А как же «ложный путь», «мерзкие носители паразитов», «грязные скотолюбы» и прочие эпитеты, которыми вы нас так любите награждать? Все эти речи, что только техническое совершенствование – единственно верный путь развития цивилизации?

- Как по мне нет вообще никакой принципиальной разницы, - пожал плечами пленник. – Какая разница, каким способом кто хочет развиваться? Если получается, то почему бы и нет. А что за паразиты, кстати?

- Вы так называете наших симбионтов, которые мы используем для самодиагностики и контроля гормонального фона, - буркнула Тиана.

- А, я-то думал глисты какие-нибудь. Нет, серьезно, мне совершенно плевать на подобные заморочки. Сам я предпочел бы обойтись без симбионтов – как-то неуютно, когда представляю, что придется внутрь организма что-то живое засовывать. Но если привыкли так – почему бы и нет? Полезная хоть штука?

Тиана удивленно покачала головой. Странный технофанатик. По-настоящему странный. Видела записи – в их культуре принято ненавидеть и опасаться все, связанное с природой. Любую свою планету технофанатики предпочитают закатывать в сталь, стекло и бетон, уничтожая все живые существа кроме тех, которых используют в пищу. Самые радикальные стремятся из самих себя вырезать как можно большее количество биологической материи, заменяя ее на искусственные органы. Где-то она слышала, что некоторые особо упорные оставляли от себя только мозг. Откуда такая ненависть к живому – неизвестно. Ходили предположения, что технофанатики изначально жили на очень суровой планете с крайне агрессивной фауной. Так целый народ и получил фобию, которая в дальнейшем только больше усиливалась. А здесь налицо полное отсутствие ненависти и страха перед живой природой – это и по отношению к ликсу видно. Хотя, о чем речь – достаточно вспомнить, на какой планете он проводил дни своего заключения. Очевидно, такой опыт неизменно меняет мировоззрение!

Встречу договаривающихся сторон Тиана на этом закончила. По большому счету она была даже довольна – ничего невыполнимого и даже сложного пленник не попросил. Немного неприятно, что возвращение домой откладывается, но в словах пленника действительно есть своя правда. Она оказалась в неизведанных местах, на территории, которая явно неисследована, вдали от проложенных дорог. Технофанатики по какой-то причине планету посещают очень редко, и по меньшей мере ближайшие окрестности в радиусе нескольких десятков, а то и сотни световых лет ими никак не освоены. Если бы было иначе ликс, натренированный чувствовать любые признаки присутствия врага уже бы почувствовал. А она все-таки свободный разведчик. Вот и займется пока поиском и разведкой. Это будет действительно интересно. К тому же, как бы странно это ни звучало, она теперь не одна. Пусть враг, но ей не грозит сойти с ума от одиночества.

Выяснив, какой именно предмет нужен пленнику, Тиана долго пыталась с ним разобраться, но без особого успеха. Пленник сказал, что это довольно продвинутая счетная машина, на которой хранится множество всевозможной информации – ничего опасного и вредного, но разведчица все равно хотела посмотреть сама. Вдруг у него там координаты хранятся, и он просто боится, что разведчица до них доберется? Тиана даже разозлилась на себя немного за то, что раньше не догадалась хорошенько пошарить в вещах пленника. Правда, оказалось, что жалеть особо не о чем. Разведчица нашла, где машина включается, увидела на экране какие-то символы – некоторые из них совпадали с теми, что на клавиатуре. Попробовала потыкать в клавиши, но ничего не произошло. Очевидно, машина требует ввода пароля. На всякий случай попросила Кусто проверить, не исходит ли из коробочки каких-то сигналов, но тот успокоил: сигналы исходят, в радиодиапазоне, очень слабые. Потеряются бесследно уже через несколько километров, и никакой чувствительной аппаратурой их не засечь. Это если пользоваться прибором вне ликса. Пока прибор находится внутри тихохода, он совершенно безопасен. Тиана почти без опасений передала предмет пленнику. Вероятнее всего координаты именно на нем, но для нее это совсем бесполезно – дешифровать их она никак не сможет, по крайней мере во вменяемые сроки и без специального оборудования. Так что пусть играется.

Затягивать со второй просьбой пленного так же не стала. Ей было очень любопытно посмотреть, зачем пленному понадобилось прогуляться по безжизненной поверхности планету, да и вообще стоило поторопиться. Раз уж возвращение на планету не предвидится, то и оставаться в системе дольше необходимого не имеет никакого смысла. Запасных скафандров у Тианы было целых три штуки – все по инструкции. В отличие от злополучных часов необходимость этих предметов она отлично понимала и регулярно их проверяла.

Пассажир искренне обрадовался своей технической игрушке, но как только увидел скафандр и сообразил, что это, ноутбук был мгновенно забыт. Похоже, он раньше был исключительно планетным жителем, или скафандры технофанатиков слишком сильно отличаются по своему устройству от тех, что были у Тианы, потому что процесс одевания занял непозволительно много времени. Нормативы были превышены раз в десять.

- Сними ты эту тряпку! – сказала Тиана, заметив, что эта дикая юбка так и болтается на поясе пассажира. – Иначе просто не сможешь надеть скафандр.

- Тогда отвернись! – потребовал пленник.

- Это еще зачем?

- Да культурные особенности у меня, я же говорил!

Тиана послушно отвернулась. Минуты две сзади слышалась непонятная возня.

- Просто позволь ему тебя обтечь! – теряла терпение Тиана. – Раскрой верх до конца, встань ногами в ботинки, а дальше он сам сработает!

Сзади что-то невразумительно промычали. Тиана не выдержала и оглянулась, а потом принялась хохотать как безумная. Такого она еще ни разу не видела. Пассажир, очевидно, зачем-то засунул в ботинки не ноги, а руки. Ну а скафандру на подобные мелочи наплевать, он не разумен. Система посчитала, что пользователь готов, и начала надеваться. К тому моменту как Тиана это безобразие пресекла, пассажир был «одет» где-то по плечи. Рукава пытались нащупать «руки» у столь нестандартного пользователя. Сам пленник ничего не видел, – не предусмотрено в скафандре прозрачных вставок в том месте, где у него сейчас была голова, - и бестолково размахивал руками, пытаясь избавиться от своенравного средства защиты.

- Стой! – крикнула Тиана, отсмеявшись. – Да стой ты, не шевелись!

Разведчица попыталась дотянуться до сенсора отключения, но пленный стоял в полный рост, и даже поднявшись на цыпочки она не достала. Более того, пассажир вдруг начал вырываться, отскочил, споткнулся, рухнул, потянув за собой Тиану. Тут-то она, наконец, дотянулась до нужного сенсора и скафандр выпустил страждущего. Тот, изворачиваясь ужом, выполз из-под девушки уселся, прижав колени к груди, и старательно не глядя на Тиану принялся приводить скафандр в исходное состояние.

- Все, я понял, как этой штукой пользоваться, - пробурчал он. – Спасибо, что спасла! Я думал, оно меня задушит!

- Глупости, - фыркнула разведчица. Ей все еще было смешно. – Давай, одевайся уже.

- Отвернись!

Тиана хотела было поспорить, но вид у пленного был такой непреклонный, что спорить она посчитала бессмысленным. Проще, действительно, отвернуться. На этот раз все прошло штатно, и пассажир через несколько секунд задумчиво размахивал руками и ногами, осваиваясь со средством защиты. Тиана тоже быстро облачилась. Она уже предвкушала развлечение, и не ошиблась – пленник устроил настоящее представление.

Сначала он долго привыкал к пониженной гравитации. Точнее, не привыкал – он ей наслаждался. Осторожно поднимал руки и ноги, восторженно комментируя, как медленно они опускаются. Чуть освоившись начал прыгать из стороны в сторону, пытался сделать сальто, бросался камнями. Он выглядел как радостный ребенок, выбравшийся на прогулку. Радовался так зажигательно, что Тиане и самой захотелось попрыгать и порезвиться. Но она, конечно, сдержалась – негоже опытной свободной разведчице вести себя как восторженная дурочка.

Нарезвившись, парень улегся на спину и долго любовался звездами. Когда Тиана уже хотела его поторопить, он сам подскочил, приняв вертикальное положение одним движением, подхватил с земли какой-то булыжник – на сувенир, как он пояснил.

- Ну все, я готов, - сообщил пассажир. – Теперь можно и лететь навстречу неизвестности.

Герман Лежнев, пассажир

Герман был в полном восторге и даже не пытался этого скрывать. Гулять по Плутону было невероятно интересно, и немного саркастические комментарии «надсмотрщицы» не могли испортить впечатления. Мечта сбылась – что может ее омрачить? Даже очередной крайне неловкий конфуз быстро забылся. Герман надеялся, что девчонка ничего не заметила. А если и заметила – сама виновата. Нечего прижиматься, будучи одетой в такое непотребство. Впрочем, скафандр тоже впечатлил. Жуть какая-то. В первый момент, когда прежде надежная вроде бы ткань вдруг начала течь вверх по рукам парень запаниковал, начал дергаться, отчего стало только хуже. Потом, правда, сообразил в чем дело, но было уже поздно. Без помощи Тианы, наверное, и не справился бы. «Но все равно могла бы и поаккуратнее как-то!» - возмущенно подумал парень. – «Я ж не каменный!»

Прогулкой по Плутону хорошие новости не закончились. Похоже, впечатление у свободной разведчицы о нем сложилось как о безобидном дурачке, потому что по возвращении никто загонять его обратно в свою каюту не стал. Тиана ди Сонрэ направилась в рубку управления, он – за ней, раз уж никто не одернул. Быстро скинув скафандр, девушка уселась в кресло – похоже, единственный предмет мебели, во всем ликсе, не являющийся его частью. По крайней мере, когда они вошли, кресло уже стояло. Герману ужасно захотелось в нем посидеть, но так сильно он наглеть не стал. И вообще решил быть посерьезнее, а то в самом деле, как восторженный щенок. Нет, когда тебя держат за дурачка – это где-то даже выгодно, но перебирать тоже не стоит.

Огромный экран перед креслом выглядел вполне привычно. Пока разведчица что-то там настраивала, парень все гадал – технический он, или на других принципах сделан? Какая-нибудь продвинутая биолюминесценция, может? Потом стало не до размышлений об устройстве биологического телевидения. Экран сдвинулся вниз, принял горизонтальное положение, а над ним появилась трехмерная карта. Не карта даже – там все-таки предусмотрены какие-то обозначения. А здесь просто картинка с россыпью ярких точек, и единственной красной в центре. «Вот тебе и привычный монитор», - подумал Герман. – «Прям как в звездных войнах! А красное – это типа мы, солнечная система».

Глядя на изображение, никаких мыслей по поводу того, куда лучше направиться, у парня не появилось. Ну, звезды. Много. Разноцветные. Масштаб непонятен. Понятно, что в световых годах исчисляется, но сколько именно? Герман вспомнил, что в радиусе пятидесяти световых лет от Солнца где-то около сотни звезд. На изображении было гораздо больше. Но точно не вся галактика. Память после «волшебных» эликсиров Кусто работает значительно лучше, поэтому после небольшого усилия он вспомнил, что видел на земле плоскую карту, на которой было нанесено больше шести тысяч звезд. Там радиус был, вроде бы две тысячи световых лет. Это несколько больше похоже на правду. Тут, если оценить беглым взглядом количество, кубик поменьше, со стороной лет тысячу. Получается тысячи две звезд. Это если примерно прикинуть, конечно. Некоторое время парень гордился своей проницательностью и эрудицией. Потом вспомнил, что на тех картах, что он рассматривал, указывались только звезды, гораздо более яркие чем Солнце. А общее количество в радиусе двух тысяч световых лет вовсе не шесть тысяч звезд, а что-то там в районе миллионов. То есть если здесь указаны все звезды, а не только самые яркие, то масштаб меньше, чем он рассчитывал. В общем, все это гадание на кофейной гуще.

- Какой масштаб у этой карты? - Не выдержал Герман. Немного опасался, что в рубке он оказался попущением, и сейчас Тиана расшипится возмущенно, но любопытство победило. Обошлось. Разведчица, хмуро взглянув на пассажира, ответила:

- Сторона квадрата – пятьсот световых лет. Здесь не все звезды, только те, что успел найти Кусто. Всего по моим оценкам в этом квадрате около четырех тысяч звезд. Оценки очень приблизительные. Более далекие звезды Кусто не видит.

- А с какой скоростью мы можем двигаться? – Герман решил, что раз уж ему отвечают, нужно пользоваться моментом.

- Максимальная длина прыжка – тысяча световых лет, по времени он занимает пять суток. – Гордо ответил Кусто.

- Мог бы и промолчать, - недовольно прокомментировала Тиана. – Вот зачем технофанатику знать наши характеристики?

- Но они же и так их знают? – удивленно ответил ликс. – У них ведь примерно так же!

- Откровенно говоря, я понятия не имел о твоих характеристиках, Кусто. – Признался Герман. – Просто слишком далек был всю жизнь от этих дел. Это получается галактику из конца в конец можно проскочить чуть больше, чем за год.

«Нифига себе у них скорости!» - мысленно восхитился Герман.

- Плохо считаешь, - хмыкнула Тиана. – Не больше года, а ровно три. Двести двадцать на пять не можешь умножить?

Герман прикусил себе язык и изо всех сил сжал кулаки, чтобы удержать пораженный возглас. Двести двадцать, значит. Насколько он помнил, Млечный путь имеет диаметр сто десять тысяч световых лет. Приблизительно. А вот Тиана говорит про двести двадцать. Похоже, разведчица заблудилась гораздо сильнее, чем думает. Получается, гостья-то не отсюда. Совсем не отсюда. Эк ее занесло-то…

- Да обсчитался просто, - быстро пробормотал Герман. – Бывает.

А сам быстро полез в ноутбук. Его уже кто-то успел разрядить, но внешний аккумулятор был заряжен еще на Земле. «Интересно, кто это такой любопытный?» - мысленно хмыкнул Герман. «Так, где-то у меня был атлас вселенной... Диаметр двести двадцать тысяч световых лет – это галактика Андромеда. Предположим, что Тиана у нас гостья оттуда. А расстояние до нее… впечатляет. Тридцать семь годиков только чтобы до нее добраться. Сдается мне, примерные координаты свободной разведчице я без труда назову. Может, конечно, ошибаюсь – мало ли какие еще галактики имеют такие размеры! Но вряд ли».

Герман с сочуствием посмотрел на разведчицу, продолжавшую сосредоточенно всматриваться в карту. Смысла в этих размышлениях никакого. Она, похоже, уверена, что ее родина здесь, в этой галактике. На секунду у парня возникло острое желание рассказать о своих выводах, но он от него отмахнулся. Возвращаться на землю он пока категорически не хотел, а в том, что его вернут, как только поймут, что он бесполезен не сомневался. «Да и какой смысл если я сейчас расскажу?» - успокоил себя Герман. - «Только лишу надежды. Потому что возвращаться своим ходом для Тианы явно не имеет смысла. Ну долетит она за сорок лет до соседней галактики... Хотя нет, не долетит. Ликсу питаться нужно, а в пустоте между галактик еды нет. Нереально. Если только искать способ вроде того, которым они сюда долетели»

Тиана между тем оторвалась от созерцания ярких точек звезд:

- Что, даже направление не подскажешь? – поинтересовалась она у Германа.

- Смысла нет, - пожал он плечами. – Да и зачем тебе? Разве не интереснее самой во всем разобраться?

Разведчица злобно нахмурилась. Выглядела она крайне мило, но Герман остался непреклонен.

- У меня есть идея, - тихонько сказал Кусто. – Точнее, информация.

- Рассказывай! – раздраженно рявкнула Тиана, не дождавшись продолжения.

- Я, пока осматривался случайно заметил одну крохотную техническую вещь на самом краю этой системы. Возможно, ее выбросил или уронил корабль, который отсюда улетал? Она удаляется от системы, правда, очень медленно. – Карта укрупнилась, и на ней появилась крохотная мигающая точка. Направление движения было указано стрелочкой.

- Хочешь сказать, если его выбросили в тот момент, когда разгонялись для перехода в гипер, то он продолжает лететь в ту же сторону? – продолжила Тиана. – А что, очень может быть! – она победно посмотрела на удивленного Германа. – Молодец, Кусто! Отличный план за неимением лучшего. Для начала посмотрим, что это за штука, а потом окончательно решим, раз уж пассажир не хочет ничего подсказать. Между прочим, мог бы и не тратить наше время зря! Я своего слова не нарушаю, и уже согласилась на твои условия.

- Я все-таки предпочту побыть осторожным, - кисло улыбнулся Герман. – Да и хочется посмотреть на свободного разведчика в естественных, так сказать, условиях.

- Знаешь, выглядит так, будто тебе все равно куда лететь, - догадалась вдруг Тиана.

- Ну да, - кивнул парень. – Я и не скрываю. Мне пока не хочется возвращаться на Землю, а в остальном – совершенно все равно.

- Что ж, не будем тратить время, - подытожила разведчица. – Из системы будем уходить максимально быстро, в сопряжении, поэтому ты, Герман, должен пройти в свою каюту.

Про сопряжение Герман до сих пор не слышал. Впрочем, Тиана быстро и внятно объяснила.

- Слушай, а может я так, на кровати полежу? – предложил парень. – Перспектива быть поглощенным ликсом его откровенно пугала.

- Скажи, ты знаешь, какое максимальное ускорение может выдержать пилот вашего космического корабля? – спросила Тиана.

- Не помню. Вроде бы обычный человек вполне может несколько минут продержаться при пятнядцати g.

- Глупости. - Обычный человек потеряет сознание уже при восьми. Ты от меня ничем не отличаешься, так что и ты тоже. Но я не про обычного человека говорю, а про пилота. У ваших пилотов есть множество телесных модификаций, а также специальные противоперегрузочные кресла и устройства искусственной гравитации, благодаря которым они выдерживают до пятисот g в течении продолжительного времени. Мы будем лететь с ускорением в полторы тысячи g. Если откажешься от слияния, то неминуемо умрешь. Впрочем, тебе вовсе не обязательно идти на такие жертвы, - хитро улыбнулась Тиана.

- В смысле выдам тебе координаты и свободен?

- Да, именно это я и предлагаю.

- Нет уж. Раз надо, значит надо. Это даже будет интересно.

- Ну ты посмотри, как это выглядит со стороны, а потом решишь, - ласково улыбнулась девушка. Подвох был виден невооруженным взглядом.

Герман приготовился увидеть нечто омерзительное. Тиана не торопясь разделась, села в кресло. Ухватилась за подлокотники. Кресло придвинулось к «стене», откуда в тело начали выстреливать сотни черных и очень тонких, едва заметных взглядом нитей. И прошивать его насквозь. Через несколько секунд девушку уже не было видно в этом коконе, а потом кокон вместе с креслом затянуло внутрь ликса.

- Ну что, не передумал? – спросил ликс голосом Тианы.

- Пф, ерунда какая, - хмыкнул парень. – Я-то думал, это что-то ужасное, а тут! Только это, мы там сознаниями не перемешаемся?

- Нет. – Слегка разочарованно ответила разведчица. – Ты не пилот, и ты не настраивался на Кусто. Во время слияния ты будешь без сознания.

- Ну и ладно тогда, - пожал плечами Герман, и направился в свою каюту. На самом деле спокойствие и пофигизм он скорее демонстрировал, чем чувствовал на самом деле. Сцена со слиянием его впечатлила, и повторять этот аттракцион вслед за разведчицей он откровенно боялся. Но не отказываться же из-за такого от мечты? Вернуться на землю к бандитам и тюрьме просто потому что побоялся слияния? Герман был уверен, что после такого сам себя уважать перестанет. Да к тому же показать слабость и трусость перед девчонкой, которая с той же операцией справляется легко и непринужденно Герману гордость не позволяла.

Деревянной походкой проследовав в свою комнату он разделся, и начал растерянно оглядываться.

- Просто ляг на кровать, - велел ликс голосом Тианы. Герману тут же захотелось прикрыться – он только сейчас сообразил, что Тиана теперь видит все глазами ликса. Сдержался – выглядело бы это глупо. Поэтому с независимым, как он надеялся, видом шагнул к кровати и улегся. Потолок резко скакнул вниз – так показалось вначале. «На самом деле это кровать поднялась», - понял Герман. Очень хотелось закрыть глаза, но он решил посмотреть представление до конца. Первую нить он не увидел и не почувствовал. Просто в какой-то момент осознал, что больше не может пошевелиться и даже не дышит. Даже глазами не может пошевелить. Затем на грудь навалилась тяжесть, тут же сменившаяся легкостью и... пустотой, что ли?

Вопреки объяснениям Тианы Герман сознания не потерял. Он ничего не видел, не дышал и не слышал, но паники почему-то не было. Возможно, оттого что где-то на краю сознания он чувствовал чужие эмоции. Чувствовал спокойного, немного медлительного и полностью довольного жизнью Кусто: ему нравилось место, в котором он находится, ему приятны были люди, с которыми он путешествует, и ему было интересно, что они увидят в своих будущих странствиях. Чувствовал Герман и Тиану. Легкое раздражение, любопытство, азарт – это в основном. А еще почему-то удивление и опаска.

«Интересно, а мои эмоции они чувствуют?» - подумал Герман. – «И что чувствую я?» Страха не было. Наверное, главное, что ощущал Герман – это всепоглощающее любопытство. Все, что с ним происходило было новым и крайне интересным. Он остро сожалел, что не может взглянуть на мир глазами ликса, хотя перед мысленным взором то и дело мелькали какие-то пятна, да и уши с носом будто бы улавливали непонятные звуки и запахи. Причем на самом деле было даже неясно, какой именно орган чувств какие сигналы принимает. Это было странно, но вполне приемлемо.

«Надо было хоть лсд попробовать. Судя по описаниям вот это вот со мной происходящее очень похоже на трип», - подумал Герман. А потом все резко прекратилось. Голова вдруг закружилась, перед глазами опять потемнело, и он обнаружил себя лежащим на кровати в своей уже привычной каюте. Двигаться больше ничего не мешало, да и вообще самочувствие каким было до слияния, таким и осталось. «Ну и нечего тогда лежать», - решил парень, и пошел одеваться.

- Слушай, Кусто, а обычного душа у вас тут нет? – полюбопытствовал он. Нет, чудо-одежда отлично справлялась с удалением загрязнений – кожа аж скрипела от чистоты. Но чисто психологически Герману очень не хватало ощущения воды на теле.

- Нет, Герман, прости, - повинился ликс. – Я ведь еще слишком мал. Мои более взрослые собратья выращивают внутри себя ванные комнаты и даже бассейны, но мне до такого еще далеко. Хотя посещение твоей Земли сильно ускорило мое развитие. Я сейчас в процессе увеличения своих размеров. Когда внешний каркас сформируется, я смогу немного увеличить твою каюту, если Тиана будет не против.

- То есть она должна быть больше? – уточнил Герман.

- Да. Помещение, в котором ты пребываешь сейчас было раньше кладовкой для не очень нужных вещей, которые в дальнейшем, однако, могут пригодиться. Если ты останешься с нами надолго, тебе нужно будет больше места для жизни. Скажи, Герман, что ты чувствовал во время слияния? – спросил ликс.

Герман объяснил.

- Поразительно! – удивился тихоход. – Я тоже чувствовал твои эмоции, но и подумать не мог, что слияние настолько полное, что ты видишь моими глазами.

- Да ничего я не видел, - признался Герман. – Так, пятна какие-то, звуки, запахи.

- Это всего лишь вопрос тренировки, - пояснил Кусто. – У тебя крайне редкая способность, присущая очень ограниченному числу людей. Твой мозг не требует настройки, чтобы войти в сопряжение с моим сознанием. Обычно это долгий процесс, обоюдный для ликса и его пилота, и связь образуется между конкретным пилотом и ликсом. Ты удивительно пластичен!

- Ну… Даже не знаю, что сказать, - протянул Герман. – Восприму за комплимент, в общем. Специально я этому точно не учился – нет у нас ликсов. Лучше расскажи, долетели мы куда хотели?

- Да, вот это устройство, - из потолка выдвинулся экран, на котором сквозь тьму летел знакомый каждому школьнику первый вояджер. – Ты не знаешь, для чего он нужен? Время от времени он испускает странные сигналы. Может быть маяк?

- В том числе, - кивнул Герман. – Еще вроде бы какие-то показатели собирает. Прости, я правда не в курсе. Что вы собираетесь с ним делать?

- Да ничего, собственно. Мы здесь для того, чтобы точнее выяснить его траекторию. Сейчас Тиана ди Сонрэ проверит не ошибся ли я в расчетах, и мы отправимся дальше.

- Все ясно, - кивнул Герман. – Дальше, так дальше. Но знаешь, я тут стесняюсь спросить…

- Что? – заинтересовался тихоход.

- Вроде бы мою голодовку отменили еще вчера, а поесть до сих пор не дали. Обед будет, в общем?

- Ох, прости, Герман. Я как раз хотел сказать, что раз твой статус перешел из пленного в пассажиры, свободный разведчик Тиана ди Сонрэ приглашает тебя разделить пищу с ней. Сейчас она закончит проверять расчеты, и можно будет приступать.

Герман согласился. В компании есть всяко приятнее, чем в одиночестве. Главное не забыть надеть килт.

Надежда, что еда окажется вкуснее или разнообразнее не оправдалась. В тарелке у Тианы был ровно тот же уже надоевший салат и кусочки сырого мяса неизвестного происхождения, что и у самого Германа. Это было печально. Очень хотелось чего-нибудь термически обработанного, а еще лучше наваристого супчика.

- Скажите, Тиана, чье это мясо мы едим? – спросил Герман только чтобы завязать разговор. Он был уверен, что животное ему незнакомо.

- Это мясо произведено из белкового концентрата в конверторе, - немного смущенно объяснила девушка. – Мы уже давно отказались от убийства живых существ ради пропитания. Большинство моих сородичей и вовсе не едят мяса, даже приготовленного в конверторе, однако создать сбалансированное меню для пилотов, солдат, и представителей некоторых других профессий, требующих значительных физических усилий без мяса невозможно, поэтому мы вынуждены поступаться принципами. Если тебе неприятно, я могу попросить ликса исключить мясо из твоего меню.

- Нет-нет, не стоит, - поспешно отказался Герман. – Наша цивилизация до таких высот гуманизма пока не дошла. От мяса я отказываться не хочу. Хотя не спорю, мне всегда было печально, что природа устроила таким образом.

Девушка немного подозрительно уставилась на Германа:

- Ликс говорил, что у на вашей планете нет техники, аналогичной нашим конвертерам.

- Так и есть.

- Откуда же вы берете мясо?

- Оттуда, откуда и ваши, Тиана, предки, - криво улыбнулся Герман, уже жалея, что завел этот разговор. «Кажется, меня сейчас выгонят из-за стола!»

Разведчица выглядела шокированной, смотрела на Германа с ужасом.

- Какие же варвары! Подвергать заключенных еще и столь изощренным моральным страданиям – это совершенно бесчеловечно!

- Признаться, особых страданий я не испытываю, - решил быть честным Герман. – Мне жаль животных, однако я считаю, что это слишком высокомерно идти против природы. Не знаю, как устроена жизнь на планетах Киннаров, а у нас для того, чтобы выжили одни, другие должны умереть. Люди – это вершина пищевой цепочки, но ведь и наши тела после смерти поедают черви и растения, которые в свою очередь дают пищу животным.

- В твоих словах есть логика, но принять ее мне трудно, - покачала головой Тиана.

- Это вовсе не нужно. Сейчас, раз есть возможность питаться из конвертера, я не планирую охотиться. Тем более тут нет объектов для охоты.

Судя по облегчению, проступившему на лице Тианы она действительно опасалась, что Герман потребует свежей убоины.

- Это всего лишь культурные различия, и я не собираюсь навязывать вам свое мнение, - парень сам не понимал, отчего его потянуло на высокий слог. Какая-то очень камерная обстановка сложилась в кают-компании, вот, похоже, и сработали ассоциации. – Но позвольте поинтересоваться еще одним аспектом вашей культуры. Скажите, у вас не принято перед потреблением термически обрабатывать продукты?

- У нас есть множество различных рецептов, и, конечно, большинство из них подразумевает термическую обработку! – возмутилась девушка. – Но, как видите, здесь нет квалифицированного повара. Поэтому приходится обходиться тем, что есть. К концу вылета такая диета обычно не успевает по-настоящему надоесть, тем более она полностью сбалансирована и благотворно влияет на организм.

«Вот это ни фига себе, - восхитился Герман, – Есть сырое мясо только потому, что на борту нет повара – это очень оригинальное решение!» Очень любопытно было, почему Тиана не захотела изучить несколько рецептов самостоятельно, но Герман решил повременить с дополнительными вопросами. Кажется, общение с ним разведчицу и без того изрядно шокирует, хотя ничего странного он вроде бы не спрашивает.

- В таком случае как вы смотрите на то, чтобы я попробовал к ужину что-нибудь приготовить? – все-таки поинтересовался парень.

«Черт, надо было промолчать», - подумал Лежнев. - «Зависла ведь девка». Тиана действительно уставилась на собеседника пустым взглядом, как будто он только что выдал нечто совсем выбивающееся за рамки нормальности. Надо как-то вывести ее из непонятного ступора, но Герману было не до того – он любовался.

Девушка выбрала очень удачную позу для того, чтобы выразить свое удивление, так что парень невольно замер. Хороша, чертовка. И ведь точно не специально подгадала – Герман уже успел увериться, что кокетничать Тиана то ли не любит, то ли не умеет, то ли не считает его достойным объектом для кокетства. То есть не пересекаются. «Бром она что ли лошадиными дозами лопает? Тогда и мне бы не помешало, а то я от таких модных тенденций в одежде скоро на стену полезу!»

- Похоже, какие-то языковые нестыковки, - отмерла, наконец, девушка. - Ты ведь говорил, что занимаешься программированием? В нашем языке нет такого слова, но из твоих объяснений я поняла, что программист – это человек, который составляет алгоритмы для технических устройств.

- Ну да. – кивнул Герман. – А при чем здесь готовка?

- Это я хотела спросить! – Тиана даже подскочила в своем кресле от возмущения. – Как ты собираешься готовить, если твоя профессия даже близко не касается поварского искусства?!

- Кажется, понял. – Дошло, наконец, до парня. – У вас, Киннаров, наверное, для приготовления пищи используются какие-то сложные устройства, управлению которым нужно учиться. А я, напомню, живу на планете, которая по сравнению с вами находится в каменном веке. Мы готовим на открытом огне из ингредиентов, которые произрастают на планете. Мы их, ну, не синтезируем в конверторе. Покупаем овощи, мясо и специи, и из них готовим. Каждый сам для себя. Так что вы от меня тоже не ждите именно поварского искусства. Просто знаю несколько рецептов и хотел бы попробовать адаптировать их под те продукты, что может сделать ваш конвертор.

- И все равно удивительно, - покачала головой Тиана. – У нас каждый индивид изучает свою профессию. В ней он совершенствуется, достигает мастерства. Иногда приходится осваивать какие-то навыки, присущие другим областям деятельности, но это не является нормой. В том, что не касается твоего дела нужно пользоваться плодами труда профессионалов!

- Это если профессионалы рядом, и у тебя есть деньги на то, чтобы эти плоды получить. Но у нас-то ситуация другая, - пожал плечами Герман. – Так почему бы не попробовать обойтись своими силами? Предупрежу только, что это не будет сбалансированное меню со «всеми необходимыми веществами, витаминами и микроэлементами». Просто немного разнообразия.

- Хорошо, - кивнула девушка. – Если хочешь, попробуй, конечно.

«Но я уверена, что ты только испортишь продукты,» - мысленно договорил за нее Герман. Уж очень у Тианы выражение лица было красноречивое.

Энтузиазм Германа неверие Тианы в его силы ничуть не пошатнуло. После ужина он развил бешеную активность по подготовке к будущему пиру. Очень уж надоел ему салатик с сырым мясом. Вкусно, конечно, но хотелось бы чего-то более привычного.

Проблем, впрочем, тоже оказалось более чем достаточно. Плиты, естественно, у Тианы не оказалось, как и функции нагрева в конверторе. Проблема на начальном этапе решилась просто – небольшой запас сухого горючего, как и металлическая подставка для разогревания у Германа были, в рюкзаке. Доступ к оному он получил без труда – Тиана выдала парню все его вещи, как только он завел об этом разговор. Кроме оружия, понятно. Откуда такое доверие Герман не понял, но выяснять не стал. Выяснилось так же, что конвертор поддерживает функцию копирования, так что можно не бояться, что запасы закончатся. На всякий случай парень сразу наделал побольше горючего, а также на пробу скопировал подставку. Получилось. Готовить такими походными инструментами – не самое легкое дело, но все это можно будет решить потом, сейчас Герману хотелось побыстрее выдать удобоваримый результат. Соль так же удалось скопировать без труда, правда, конвертор выдал ее одним куском, который пришлось дробить. С перцем оказалось значительно труднее. Сложные вещества устройство копировать тоже могло, но для этого требовалось разбираться в настройках. Ликс тут помочь не мог, он пользовался заранее предустановленными шаблонами, но зато Кусто мог дать доступ к этим настройкам.

- Давненько я не пользовался этой штукой, - умилился Герман, крутя в руках знакомый шлем. – Целых два дня, - закончил он, вспомнив точное количество времени.

Первые попытки вышли, ожидаемо, хуже некуда. Полученная масса, - почему-то тягучая, как патока, - по вкусу перец тоже не напоминала, хоть по утверждению Кусто имела идентичный состав. На то, чтобы получить требуемое ушло несколько часов, и когда все-таки получилось, Герман просто скакал от радости по своей кладовке, осторожно удерживая на пальце одинокую перчинку. На волне энтузиазма парень научился копировать все содержимое рюкзака, включая запасные патроны, выданные на всякий случай дядей Максимом. Получилось, правда испытать не вышло – негде. И все равно патронов парень на всякий случай наделал штук сто – про запас. На всякий случая. «Лишними не будут, нах» - прошептал Герман, вспомнив дарителя. Здесь пришлось прерваться на ужин. Тиана довольно ехидно спрашивала, где же обещанные новые блюда, но Герман и не думал обижаться.

- Да, задача оказалась сложнее, чем я думал, но основные трудности уже преодолены. Если не к завтраку, то к следующему ужину я вас удивлю!

Парень немного опасался, что эксперименты придется отложить, потому что свои загадочные расчеты Тиана уже закончила. Однако девушке похоже тоже было крайне любопытно, получится ли что-нибудь у пассажира, поэтому разгоняться для нового прыжка можно было не торопясь. Как объяснила разведчица – теперь, за пределами системы уже нет такой опасности обнаружения технофанатиками, поэтому так торопиться и напрасно тратить ресурсы ликса нет смысла.

- Так, теперь разберемся, что за салат, - пробормотал Герман, посчитав, что подготовительный этап закончен.

Разделить блюдо на отдельные ингредиенты оказалось не сложно, так что совсем скоро Герман задумчиво рассматривал поднос с несколькими кучками овощей.

- Так, ну вот ты будешь луком, - определил парень, прожевав кусочек чего-то бело-розового и горьковато-сладковатого. – А это, ясное дело, морковь.

- Что ты делаешь? – не выдержал Кусто. До этого ликс молча наблюдал за действиями Германа, благо из контекста было понятно, что он делает.

- Пытаюсь подобрать из ингредиентов аналоги к тем продуктам, к которым привык, - охотно пояснил парень. – Так, чтобы можно было сделать блюдо похожее на те, которые я знаю.

В итоге все необходимое было найдено, и Герман, наконец, приступил к священнодействию. Замахнуться решил сразу на святое – на плов. Для этого пришлось немного поколдовать над мясом, однако в конверторе получилось увеличить процент содержания жира. Сложнее всего было с рисом. Какая-то крупа в стандартном салате присутствовала, и даже по форме немного походила, но была слишком мягкой и при попытке ее сварить просто разваливалась. Однако упрямство способно сворачивать горы. Перетряхнув весь рюкзак Герман таки нашел несколько рисинок, завалявшихся там еще со времен увлечения походами. Года четыре они там пролежали, но на вид выглядели вполне прилично. Спустя полтора дня плов был готов.

Герман осторожно запустил в варево ложку. Попробовал.

- В целом неплохо, - вслух признал парень. – Даже вкусно, пожалуй. «Эх, вот бы выложить такой рецепт на каком-нибудь кулинарном форуме! И обязательно озаглавить «Настоящий узбекский плов». Найдут ведь, даже здесь. И жестоко убьют» На самом деле результат, конечно, имел крайне мало общего со знаменитым блюдом. Однако Герману, после вынужденной диеты было очень вкусно.

- Ну что, когда у нас там ужин?

Тиана ди Сонрэ, азартный исследователь. Часть 1

Свободный разведчик Тиана ди Сонрэ боролась с приступом паранойи. Откуда заключенный с планеты, находящейся в тысячах световых лет от ее родины, может знать точный рецепт традиционного бирьяни? Какие-то отличия во вкусе чувствовались, но в тех пределах, в которых блюдо, приготовленное человеком с одной планеты, отличается от блюда, приготовленного на другой. Ну и, конечно же, мясо. Про то, что оно вообще изначально было одним из главных ингредиентов блюда, разведчица узнала случайно, от одного знакомого повара. Тот рассказывал об этом с некоторым смущением. Объяснял, что современные составляющие подобраны так, чтобы компенсировать отсутствие мяса, и что блюдо только выиграло после модификации. Тиана поняла теперь, что напрасно. Ничего оно не выиграло – наоборот, версия пассажира обрела какую-то завершенность, стала весомой. В общем, намного вкуснее. «Совпадение», - мысленно уговаривала себя девушка, – «Это просто совпадение». Она подглядывала за процессом готовки. Не столько даже из недоверия, сколько из любопытства. Может ли у него получиться хоть что-нибудь, или это была пустая бравада?

Поначалу девушка была уверена, что пассажир просто не до конца представляет все сложности. Да, собственно, она вообще не поверила в его россказни про то, что он в принципе может что-то приготовить – наивность какая! Не тот у него склад характера. Это ведь очень сложное искусство, и выучиться ему может не каждый. Она была знакома с одним поваром у себя на родине. Ее тогда поразила педантичность и точность этого кулинара. Даже в обычной жизни – он будто бы точно отмерял каждое свое действие, каждое слово. Пассажир совсем не такой. Если бы она выбирала, кем он может быть, решила бы, что именно работа свободным разведчиком подходит ему лучше всего. Очевидно авантюрный склад характера, так же, как и у нее некоторая эмоциональность – может быть, даже излишняя. Иногда у нее возникала мысль, что пассажиру не помешало бы получше контролировать свой гормональный фон. И тут такое – он вдруг сообщает, что собирается что-то приготовить. И у него действительно получается.

Определенно, культурные различия их народов слишком велики. Гораздо больше, чем она могла себе представить. Такое ощущение, что знания о технофанатиках либо специально купируются руководством интерната, либо изначально не полны, потому что, по крайней мере, конкретно этот технофанатик не вписывается в нарисованный учителями образ от слова никак. Слишком гибкий, слишком легко воспринимает, - и принимает! – новое. Слишком спокойно относится к, как он сам выражается, «культурным особенностям». Собственно, фанатичного тут нет вообще ничего, а ведь ей говорили, что поклонение технике и ненависть к природе технофанатикам внушают с раннего детства!

Вообще, с тех пор, как она подобрала этого пассажира, жизнь стала слишком непредсказуемой. Тиана уже устала удивляться, устала от постоянной смены эмоций. Сначала злость, раздражение на пленника, отвращение к самой себе. Когда ей пришла в голову идея напугать пленника сопряжением, девушка была практически уверена, что он сдастся. Даже на секунду пожалела, что вновь останется одна – несмотря на все сложности, то, что рядом находится человек, здорово облегчало жизнь потерянной во вселенной разведчицы. Однако он не испугался, и даже почти не колебался. А потом она почувствовала его эмоции во время сопряжения. Это уже само по себе было невероятно. Сознание ликса… огромно. Непривычного человека оно подавляет. Во время обучения, после первых попыток сопряжения, Тиана даже представляла себе, что бы могло случиться, будь ликс враждебен. Вывод однозначен – он мог бы просто стереть ее. Вычеркнуть из реальности, уничтожив даже отголоски, так, как не справится ни один самый мощный нейродеструктор. Но даже будучи чрезвычайно добродушным и лояльным существом, ликс непривычного человека все равно подавляет. Пассажир этого давления даже не заметил. Она чувствовала отголоски его эмоций. Безмерное доброжелательное любопытство, азарт, и детская яркая радость, чуть разбавленная почему-то смущением. Чему так радовался пассажир, разобрать невозможно, а жаль – Тиане было бы очень любопытно узнать. Если бы не этот набор эмоций она бы, наверное, точно решила, что пассажир – не тот, за кого себя выдает. После того, насколько быстро он разобрался с конвертором и после того, как он приготовил традиционный бирьяни.

- Что это за блюдо? – невзначай спросила Тиана.

- Это плов. У нас его готовят из определенного мяса, да и овощи другие, но тут уж прошу прощения – делал из того, что было. Вкусно?

- Да, очень. У нас это блюдо называется бирьяни. – Ответила девушка. – Признаться, я даже подумать не могла, что когда-нибудь смогу попробовать что-то подобное, будучи в разведке.

- Ничего, вот я еще борщ сделаю! А там, может, и на пельмени замахнусь! – мечтательно зажмурился пассажир. – Вот это будет просто бомба, я уверен! Надо только с тестом разобраться.А для борща – свеклу нужно.

Тиана приготовилась услышать об особенностях блюда борщ, но пассажир, не меняя мечтательного выражения лица, резко сменил тему:

- А когда мы полетим дальше? Уже решили? И куда?

- Это я должна спросить куда! – возмутилась Тиана. – Я решила, что мы отправимся в ту сторону, куда летит этот аппарат. Не хочешь рассказать, что там?

- Да я понятия не имею, что там! – честно ответил Герман.

- В тысяче световых лет отсюда есть очень яркий сверхгигант, - недовольно ответила разведчица. – Вряд ли в этой системе есть что-то ценное, но как ориентир сойдет. Отправимся в ту сторону, а по дороге будем выходить из гипера во всех более перспективных системах. Вероятно, в одной из них есть какая-то ваша база или завод… в общем, какая-то система, которую судя по всему посещают твои соплеменники.

- Предположим, что это правда. Какой в этом смысл? – поинтересовался Герман. – Мы вроде бы тоже в системе, которую как ты говоришь, посещают мои соплеменники. Собственно, мои соплеменники в этой системе живут. Какая разница?

- Действительно не понимаешь, или придуриваешься? – сердито фыркнула девушка. – У вас же на орбите все старое, едва работает! И все внутрисистемное! Я представить не могла, что у технофанатиков такое огромное население, что они могут вышвырнуть из своего общества восемь миллиардов! Это нелогично и неестественно, но это есть, и ваша метрополия очень сильно заботится, чтобы у вас не появилось возможности выбраться!

- Да вообще! Никакой возможности улететь с планеты! – охотно согласился пассажир. – Передать не могу, как это угнетало!

В ответе было столько искренней досады, что Тиана в очередной раз уверилась, что не ошиблась в своих предположениях. Она представила себя на месте пассажира, и ужаснулась: застрять на планете, не имея возможности путешествовать… Более ужасной участи трудно себе представить!

- В том пункте, на который указывает маяк, наверняка нет никакой тюрьмы. Скорее всего, это какой-нибудь автоматический завод по добыче чего-нибудь ценного. По крайней мере я просто не вижу, ради чего еще могут твои соплеменники летать на такие задворки. Если я права, то там будут и современные автономные грузовики, которые добытое везут в метрополию. И тогда найти нужные координаты окажется совсем не сложно! – Гордо закончила Тиана, внимательно следя за реакцией пассажира. А он как-то опечалился и погрустнел, что еще сильнее убедило девушку: она права в своих предположениях. Пассажир боится потерять свою ценность.

- Не волнуйся, - снисходительно успокоила парня Тиана. – Если ты поможешь мне найти и дешифровать данные, я буду считать, что ты выполнил свою часть сделки. Хотя я по-прежнему не понимаю, почему ты до сих пор не желаешь рассказать, что знаешь сам и прямо сейчас? Боишься, что я нарушу свое слово?

- Нет, не боюсь, - кисло улыбнулся пассажир. – Но мне интересно наблюдать, как свободный разведчик решает проблемы, а куда лететь – абсолютно все равно. Кроме того, я уверен, что, если расскажу известное мне о координатах киннаров, это не сильно ускорит ваше возвращение. Так почему бы и не развлечься, раз такая возможность представилась?

Ликс опять никак не показал, что пленник лжет. Значит, действительно уверен во всем, что говорит. Странно, но не слишком. И наверняка он ей все еще не доверяет. Это немного задевает, но нужно признать, у пассажира действительно есть основания для такого отношения. Теперь, спустя время, Тиана и сама видит: то, как она поступила с пленником – преступление. Этот технофанатик вовсе не такой отвратительный тип, каким она его видела. Тиана почувствовала, что немного покраснела. Перед прыжком на окраины системы, когда он решался на сопряжение с ликсом, она поневоле рассмотрела пассажира во всех подробностях. Удивительно красив для технофанатика. Лицо грубоватое, но очень обаятельное, а сложен так, что даст фору самым породистым аристократам киннаров! «С этим определенно необходимо что-то делать», - в который раз сказала себе Тиана. «Кажется, с моим симбионтом что-то очень не в порядке. Гормональный фон опять пошел в разнос! Думать в таком ключе о презренном заключенном технофанатике – не нормально. Он вообще не должен вызывать у меня ничего, кроме жалости и отвращения! Вы очень низко пали, Тиана ди Сонрэ! Еще бы по имени его называть начала! Хотя надо отдать должное, как личность он довольно интересен. А уж готовит и вовсе превосходно».

Больше говорить было не о чем, так что оставшаяся часть ужина прошла в молчании. Больше вопросов пассажир не задавал, чему Тиана была очень рада. Не то настроение, состояние и обстановка, чтобы развлекаться беседами. Вежливо поблагодарив пассажира за прекрасный, - действительно, очень вкусно! – ужин, девушка объявила, что утром они прыгнут в гиперпространство.

- Тебе будет необязательно входить в слияние, а вот мне – необходимо. – Объяснила девушка. – Первый прыжок займет около суток – это совсем немного. Я хочу осмотреть систему красного карлика. Она не слишком перспективна, но лучше убедиться наверняка.

- Необязательно значит нельзя? – спросил парень.

- Почему же, можно, - пожала плечами Тиана. – Ты мне никак не помешаешь.

Пассажир предпочел слияние, чем в очередной раз удивил разведчицу. Даже среди Киннаров очень немного тех, кто согласен на столь противоестественную процедуру, этому технофанатику же как будто даже понравилось!

Ночью Тиана не могла заснуть. Непонятно откуда навалилась тревога и предчувствие беды. Никогда, даже в первый раз ей не было так неуютно перед прыжком в гипер. Отбросив безуспешные попытки заснуть, девушка проверила свой гормональный фон (как всегда в последнее время чуть повышен, но в пределах нормы), затем отправилась проводить внеплановую диагностику гиперпространственного модуля.

Целый час она тщательно проверяла все показатели, точно убедилась, что прибор работает идеально, но беспокойство так и не ушло. «Нужно просто убраться подальше от этой системы. Мы слишком засиделись здесь, нужно лететь дальше. Надоело». Тиана сама чувствовала, что немного лукавит. Планета пленника ей понравилась, и лес был хорош. Много морей опять же – в другой ситуации она бы, наплевав на все инструкции, непременно провела несколько дней на берегу, любуясь волнами и вдыхая соленый воздух. Но не сейчас.

Тиана усилием воли подавила волнение и решительно направилась в рубку. Лучше уж лететь сразу, чем провести еще несколько часов накручивая себя. Ничего, стоит только начать путь к выбранному для первой остановки красному карлику, и все волнение исчезнет.

- Кусто, буди пассажира. Он же вроде бы хотел посмотреть на гипер из слияния.

В этот раз, чтобы ничто не отвлекало, Тиана вошла в сопряжение уже после пассажира. А то в прошлый мысли сбивались даже в слиянии, что совсем никуда не годится. Да и перед ликсом неудобно, ведь в сопряжении он чувствует ее заинтересованность.

Разгон начала сразу же, как только осознала себя в теле ликса. Немного приободрило жгучее любопытство пассажира, теплой волной окутывающее ее собственные эмоции. Даже дурные предчувствия, предусмотрительно загнанные поглубже, чтобы не нервировать Кусто, будто бы совсем растворились. Прыжок ближний, большого разгона не требуется, поэтому уже через несколько минут Тиана усилием воли скользнула в гиперпространство. В этот момент и начали сбываться ее дурные предчувствия, но осознала этот факт Тиана значительно позже.

Тиана скользнула в гипер, привычно сосредоточившись на намеченной цели, но почти сразу отвлеклась. Что-то знакомое, до боли знакомое ощущалось на самом краю сознания. Так бывает, когда увидишь в скоплении народа лицо человека, которого определенно уже видел когда-то очень давно. Сначала ты отмахиваешься, но потом незнакомо-знакомый образ начинает все больше заполнять мысли, и вот ты уже не можешь думать ни о чем другом, кроме этого лица, пытаешься вспомнить, где и при каких обстоятельствах могла состояться прошлая встреча. Очень раздражающее и навязчивое ощущение.

Разведчица успела сама ужаснуться своей рассеянности. Ведь грубейшим образом нарушила инструкции! Даже если просто потерять на мгновение сосредоточенность, ведя ликса через гипер, уже может случиться беда – гиперпространство слишком чувствительно к устремлениям пилота. Тиана же не просто потеряла сосредоточенность, она захотела оказаться где-то совершенно в другом месте, чем планировала изначально. Причем точного места она не знала. Момент потери контроля длился всего долю секунды, но этого хватило.

Из гипера ее вышвырнуло резко, с маху, будто мягкую медузу на пляж. И ощущения похожи. Она будто катилась по раздирающим тело камням с огромной скоростью и никак не могла сориентироваться, затормозить, остановиться. Помог, что удивительно, пассажир. Рассеянное любопытство в его эмоциях после выхода из гипера сменилось удивлением, замешательством и отголосками ее боли. Ненадолго. Вместо страха и паники появилась сосредоточенность, стремление замереть, затаиться. Ему очень хотелось оценить обстановку, понять, что происходит, и только потом предпринимать дальнейшие действия. Тиана перестала судорожно дергаться и изо всех сил ухватилась за все окружающие предметы. Не короткими, неуклюжими материальными лапками, а мощными гравитационными когтями. Это помогло. Беспорядочное вращение не остановилось, но замедлилось, а, самое главное, тело почти перестали рвать новые вспышки боли. Теперь стало возможно хоть немного оценить свое положение. Тиана медленно, ювелирными движениями заставила свое тело выровняться, уравнять свою скорость с ближайшими камнями. Да, теперь стало понятно, что она находится в облаке астероидов – не слишком крупных, едва ли больше ее самой, но зато очень густо расположенных в пространстве.

Боль перестала терзать тело, и ей удалось сконцентрироваться на окружающем. Крохотная теплая звездочка за спиной – это солнце той системы, откуда они забрали пассажира. Недалеко же она продвинулась! Уже вне системы, но все еще очень и очень близко. И выпала как раз в блуждающий астероидный поток. Тиана присмотрелась чуть внимательнее. Вот тянется след из беспорядочно разлетающихся по сторонам камней. Это ее работа. Здесь она пролетела, расталкивая камни своим телом. До сих пор больно, хотя критических повреждений нет. После того недавнего боя с технофанатиками было хуже.

Тиана ди Сонрэ, азартный исследователь. Часть 2

Тиана, наконец, достаточно пришла в себя, чтобы вспомнить обстоятельства прыжка. Это не очень просто, и не только из-за бешеной скачки последних секунд. Воспоминания о происходящем в гипере после возвращения в обычное пространство становится будто подернутыми туманной пеленой. Как сон, только что очень ясный и логичный, начинает рассыпаться на отдельные несвязные фрагменты и быстро тускнеющие картинки, стоит только проснуться. Но главное вспомнить все-таки можно. Она почуяла что-то знакомое. Что-то, что ей встречалось раньше, но точно не часто. Может быть даже единственный раз в жизни.

Вспомнить все никак не получалось, но Тиана не отчаивалась. Ее не просто так выбросило в стороне от запланированного маршрута и гораздо раньше, чем планировалось. Гипер отреагировал на ее желание, и еще очень повезло, что ликс отделался такими относительно скромными повреждениями. Нерешительность, и тем более попытка разорваться на две цели в гипере может привести к очень печальным последствиям. В том смысле, что разорваться можно буквально, и не на две части, а распределиться равномерно по объему, скажем, в сотню световых лет. Чуть позже она непременно покается перед Кусто, а уж сама себя будет грызть еще очень и очень долго, но пока нужно все-таки сообразить, что заставило ее так ошибиться.

Тиана пристально вглядывалась в ближайшую округу. А ведь он не везде однороден, этот поток. Совсем недалеко, всего в нескольких тысячах километров, среди стройно летящих в одну сторону астероидов заметен еще один след! Что-то здесь пролетело совсем недавно и с гораздо большей скоростью, чем астероиды, пересекая направление потока под острым углом. Тиана быстро оценила направление, в котором пролетел неизвестный предмет – обладая чувствами ликса это сделать нетрудно. Где-то на краю сознания теплится недоумение тихохода тем фактом, что его не бросаются немедленно лечить, да и пассажиру это непонятно. Ничего, потерпят. Найти это нечто сейчас важнее.

Тиана принялась осторожно пробираться к краю потока. Приходилось сдерживаться, чтобы не получить новых повреждений. Ликс не поймет, и будет прав: на большой скорости успевать отбрасывать камни со своего пути она точно не успеет. Тихоходы – существа неторопливые, в природе они предпочитают курсировать между звездными системами медленно, без лишней суеты.

Около часа потребовалось, чтобы выбраться на простор, после чего Тиана ускорилась так, что краем сознания почувствовала боль своего тела, замершего где-то внутри ликса. Пришлось слегка снизить ускорение, хотя чувство, влекущее разведчицу на встречу с неизвестным объектом, требовало двигаться как можно быстрее. Девушка уже не пыталась высчитать направление – она его и так ощущала, без всяких расчетов и прикидок. Через два часа бешеной гонки среди пустоты пришлось начать тормозить – где-то вдалеке она увидела, услышала и почуяла тот знакомо-незнакомый объект, к которому так отчаянно стремилась.

Объект определенно был искусственного происхождения, хотя и был изготовлен из обычного камня. Судя по всему, его очень сильно потрепало временем и долгим путешествием в пустоте. Действительно долгим – множество кратеров на поверхности ясно показывают, что этот древний странник уже не одно тысячелетие несется из ниоткуда в никуда без цели и смысла. По крайней мере осмысленно двигающийся корабль точно не стал бы так бессистемно вращаться.

Тиана определенно помнила что-то о таких штуках. Вероятно, когда-то она видела подобные объекты – скорее всего на картинках. Почему-то вспоминался летный интернат: наверное, что-то из истории, которую все курсанты дружно забывали сразу же, как только сдавали зачет. Вот только вспомнить что это такое конкретно никак не получалось. Может быть, это один из первых межзвездных кораблей, которые использовались киннарами еще до того, как были приручены ликсы? Вроде бы нет, тогда их строили не из камня. Нет, бесполезно вспоминать то, что никогда толком не знала. Да и нужно ли? Если о подобных объектах что-то известно на родине, значит это след. Ниточка, ведущая домой. Нужно только высадиться на нем и хорошенько поискать – наверняка там найдутся координаты. Она чувствовала – корабль не совсем мертв, где-то в глубине теплится жизнь, а значит он точно записывал все свои перемещения. Нужно только в них разобраться, и билет домой у нее считай в кармане!

Ускорение при торможении разведчица рассчитала идеально – к моменту, когда они поравнялись с кораблем их скорости были практически одинаковыми. Остальное ликс сделает сам. Тиана выскочила из сопряжения, и тут же рванула к нише со скафандром, не дожидаясь, когда разум осознает возвращение в родное тело. Из-за неверных движений на обратном пути споткнулась и покатилась по полу.

- Вот оно как бывает, когда девушки сами падают к ногам! – раздалось над головой, а потом ее мягко подняли.

- Не мешай, я тороплюсь! – отмахнулась девушка.

- А куда? И зачем? У меня создалось стойкое впечатление, что полет наш прошел не по плану.

- Тиана хочет залечить мои раны, - жалобно хмыкнул ликс. – Они очень болят.

«Проклятье, совсем забыла», - вспомнила девушка.

- Нет, сейчас не до ран. Вот ты, – она ткнула пальцем в грудь пассажиру. – Надевай скафандр, и бери заживляющую пену, Кусто тебе выдаст. А мне некогда. Мы нашли что-то знакомое, только я не помню, что. И оно ждет. Я уверена, что там можно найти путь домой.

- С удовольствием помогу, но все равно не понимаю, что за спешка. И вообще, госпожа свободный разведчик, с вами точно все в порядке?

Тиана на секунду приостановилась. Если подумать, ее последняя фраза действительно прозвучала не совсем адекватно. Да и волнуется она как-то чересчур сильно. «Должно быть, опять что-то не так с симбионтом. Обязательно нужно им всерьез заняться по возвращении. Лягу в капсулу и хорошенько все изучу. А сейчас некогда!»

- Все потом, - отмахнулась девушка от отвлекающих мыслей. - Объясню, когда вернусь! – Она рванула было к выходу, потом вспомнила, что до сих пор держит скафандр в руках. Залезла в него, машинально проверила наличие нейродеструктора, вышла на поверхность ликса. Межзвездная пустота и в этот раз совсем не напугала – разведчица ее и не заметила. Вот он. Ждет.

Прямо над ее головой медленно поворачивался древний каменный корабль. Очень близко, она видела каждую трещину, каждый кратер на его поверхности. Холодный и вроде бы мертвый, но она чувствовала, что это не совсем верно. Его нужно срочно оживить. Тиана присела, напружинилась.

- Кусто, отключи гравитацию на поверхности, - велела она. Сама не узнала свой голос, так он охрип.

Почувствовав, что поверхность ликса ее больше не держит, оттолкнулась и полетела, на ходу разворачиваясь. Через секунду мягко приземлилась на камень, ловко зацепившись когтями на ладонях и коленях. Бросила взгляд на ликса, заметила пассажира, появившегося на поверхности. Промелькнуло опасение, не напрасно ли она позволила почти незнакомцу заниматься ранами ее ликса? Кусто – это ведь в буквальном смысле ее продолжение. Как можно доверять почти что себя какому-то технофанатику? Большинство свободных разведчиков даже не находясь в поиске никогда не позволяют чужим прикоснуться к своему ликсу, да и она сама до недавнего времени поступала так же! Не важно. Она побывала в слиянии с этим пассажиром, и точно знает, что он не желает зла. А у нее сейчас дело поважнее. Ее ждут.

Тиана направилась к входному шлюзу; она откуда-то знала, где он находится. Нажала на едва выступающую часть камня, скользнула в открывшуюся щель – люк застрял на половине пути, но закрыться за ней смог. Послышалось шипение, перед разведчицей открылась внутренняя створка. Разведчица сняла шлем и вошла внутрь. Воздух был неправильный. Слишком высокое содержание кислорода, слишком высокое давление. Девушка хотела надеть шлем обратно, но не успела. Перед ней появился обитатель корабля.

Вспомнила. Тиана, наконец, вспомнила, где видела такие каменные корабли, и что за содержимое они несли. Чувствуя чужое облегчение оттого, что не нужно больше тратить силы на контроль, она сорвала с пояса нейродеструктор и несколько раз нажала на активацию. Бесполезно. Муравей будто не заметил воздействия. Подошел к ней и нежно коснулся пахучим усиком лица. Тиана послушно опустила оружие и отправилась вслед за проводником. Медленно, мелкими шагами, чтобы случайно не разорвать контакт. Сколько бы ни сопротивлялась, девушка ничего не могла сделать. Даже задержать дыхание – ее контролировали полностью.

«Я действительно недостойна быть свободным разведчиком», - отстраненно думала девушка, механически шагая за муравьем. – «Как можно было с такой готовностью попасть в их ловушку?» Это была одна из первых попыток цивилизации киннаров освоить космос. Выйти из колыбели, оторваться от крепко держащей за ноги материнской планеты. Да, одна из первых попыток. Величайший провал и величайший позор расы киннаров. Создание взбунтовалось против создателей. Война с муравьями откатила цивилизацию киннаров на много столетий назад. Некоторые достижения до сих пор не удалось повторить, как, например, лианы-телепорты. Растение, в свое время обнаруженное случайно. Эффект, так до конца не получивший исчерпывающего объяснения. Киннары после той войны едва не свернули на путь технологического развития. Спасла, как ни странно, встреча с технофанатиками, которые наглядно показали, что и у этого пути есть свои минусы.

Муравейники были очень перспективны. Есть особи, которые перерабатывают углекислый газ в кислород, практически исключив необходимость в баллонах. Есть особи, которые отвечают за искусственную гравитацию и за движение. Есть даже особи, которые отвечают за размножение. Нет, древние киннары не были дураками. Они исключили возможность самостоятельного размножения колоний. Матка не может рождать новых особей, если у нее есть определенное количество детей. Только восполнять убыль по естественным причинам или от несчастных случаев. Новая матка может появиться только с помощью представителя киннаров.

Ее учителя были уверены, что муравейники уничтожены полностью. Все до одного. Именно поэтому о них так мало и вскользь рассказывали на лекциях. Неприятно вспоминать свой позор. Да и сама она тоже не слишком старательно изучала столь далекие исторические хроники. Вспомнила, только когда увидела муравья – вот их ни с кем перепутать невозможно. Только поздно. И нейродеструктор не поможет, даже если она сможет сбросить управление муравья. У насекомого просто нет областей мозга, на которые воздействует нейродеструктор. Впрочем, не важно - она не сможет сбросить управление. Тело не подчиняется.

Теперь Тиана точно чувствовала, что ее вели всю дорогу. С того самого момента, как она вошла в гипер. Это еще одно утерянное умение. Связь в гипере. Тиана попыталась вспомнить все, что об этом слышала. Очень и очень немного. Сильно ограниченный радиус действия – всего несколько световых лет по меркам обычного пространства. «Почему я не почувствовала их на пути сюда?» - задумалась девушка. – «Происки пассажира? Нет. Хотелось бы, но нет. Симбионт!» Разведчица вспомнила, как несколько раз за последнее время стимулировала его действие. Увеличила ему питание. Симбионт – это тоже очень старая технология. Как раз из тех времен, когда создали муравейники. Тогда ученые киннары очень увлекались экспериментами с роевыми насекомыми. И симбионт вроде бы тоже имеет к ним отношение.

Да, теперь это очевидно. Она сама проложила им дорожку в свой разум. Связь в гипере – прерогатива маток. Значит этот разведчик – не единственный сохранившийся осколок. Где-то есть матка. Где-то далеко. Размеры не позволяют ей находиться на разведчике-сеятеле (надо же, она смогла вспомнить тип корабля!). Разведчик – это лишь часть матки. Как рука или нога для человека. Вот откуда это безмерное облегчение, которое испытала Тиана перед тем, как к ней подошел муравей. Это были не ее чувства, а того, кто ее вел. Это матке пришлось приложить очень много усилий, чтобы незаметно вложить в голову разведчицы новые мысли. А может, она еще и сделала что-то, чтобы их правильно выкинуло из гипера. Но теперь можно расслабиться – пленник уже в ловушке, и больше не нужно его удерживать самостоятельно. Имея прямой контакт, справится и простой рабочий.

Удивительно, как много можно вспомнить, если сосредоточиться и не отвлекаться. Окончательно определив для себя, что происходит, Тиана попыталась войти в медитацию. И у нее даже получилось, несмотря на начавшееся онемение пальцев, туман в глазах и головокружение от слишком высокой концентрации кислорода в атмосфере. Медленно и осторожно она начала отключать питание симбионта... Не успела. Они дошли.

Комната в самом центре каменного массива. Это давит на психику. Забавно, в ликсе Тиана никогда такого эффекта не ощущала, а здесь чувствуется. Или это потому, что она здесь в плену? В центре небольшой постамент. Выглядит как мясистый лист какого-то тропического растения, поднятый над полом. Только почему-то серого цвета. Хороший образчик устаревшего оборудования. В дальнейшем соплеменники Тианы предпочли обходиться без лишних природных мотивов в своих изделиях. То, что за основу той или иной вещи взято живое существо, вовсе ведь не значит, что эта вещь должна быть на него похожа. Тиана уже догадалась, что видит. Телепорт. Впрочем, чему удивляться? Название уже обо всем говорит. Разведчик-сеятель. В задачу входит разведка и десант. В случае столкновения с противником на земле или в космосе, такие разведчики идут на абордаж, а потом через них вливаются тысячи солдат и фуражиров с корабля матки.

Муравей заставил Тиану подойти к управляющему стеблю с краю листа. Медленно, борясь с собой Тиана протянула ладонь и прикоснулась к области активации. Ничего не произошло. Все замерли минут на пять, но потом какое-то решение видимо было принято. Тиана начала медленно раздеваться. Ну да, конечно же. Прикладывать нужно ладонь, а не перчатку скафандра. Как это она сама не сообразила? Да и матка тоже, судя по всему, сообразительностью не отличается. Раздевание – действие гораздо более сложное, чем просто ходьба, и Тиана отчаянно пыталась сопротивляться. Дело шло очень медленно, пальцы соскальзывали, каждое действие, каждое движение становилось для поводыря настоящим испытанием – Тиана чувствовала, что муравью приходится тяжело. Но он все-таки пересилил. Сняв скафандр, девушка снова приложила ладонь к стеблю. Сначала ей показалось, что опять не сработало, но вот в центре листа загорелась зеленая точка. Через несколько секунд точка превратилась в кружок.

«Да ведь он не запитан!» - сообразила девушка. – «Ему нужно накопить энергию на передачу. Почему же они не включили его раньше?» И сама же удивилась глупости своего вопроса. Чтобы активировать портал, нужен киннар. Это потом, после активации им можно пользоваться сколь угодно долго... Но, видимо, не тысячелетиями – это слишком долго. А может, портал был отключен из экономии энергии – брать-то ее здесь, на разведчике-сеятеле неоткуда. Судя по скорости, с которой увеличивается зеленое пятно, стоять ей так ей по меньшей мере два часа. Скучно и страшно. Отравление кислородом почти лишило ее сознания. Она еще может стоять на ногах (хотя изо всех сил пытается упасть, чтобы оторвать ладонь от активатора портала), но уже не может управлять симбионтом. В глазах темно, сознание плывет. Как же глупо и обидно все получилось!

Герман Лежнев, спасатель

Герман задумчиво рассматривал каменную сигару, в которой исчезла разведчица. Что-то знакомое. Кажется, фотография этой штуки совсем недавно мелькала по всему интернету. Оамуама, что ли, или Оумуамуа.

- Надо сказать, настроение у свободного разведчика Тианы ди Сонрэ переменчиво как погода в горах. То метель, то жара, то еще какая напасть. И все в один день.

- Раньше она себя так не вела, - голос Кусто звучал в шлеме недоуменно и обиженно.

- Ну не расстраивайся. Постараюсь сделать не хуже, - ответил Герман, и направился к ближайшей ране.

Рана выглядела как глубокая рытвина, внутри темно-красным светилась плоть ликса, и парень уже примеривался как будет заливать в нее пену, но тут Кусто снова закричал:

- Полундра! Тиана сняла шлем!

Про полундру – это Герман ему как-то рассказывал про парусный флот и пиратов. Кусто очень понравилось. Наверное, только и ждал, когда удастся применить словечко. Герман, однако, не понял сначала, что в этом плохого:

- Ну, значит там атмосфера нормальная, - пожал он плечами. Ты же можешь отслеживать, жива ли она?

- Жива! Скафандр передает, что атмосфера там не подходит для человека. Слишком много кислорода. Но шлем обратно она не надевает, и моих вопросов не слышит! И все это не важно, потому что снимать шлем в незнакомых местах категорически запрещено! Она это правило раньше никогда не нарушала! С ней точно что-то не так. Я не верю, что Тиана могла сойти с ума, но сейчас она действует абсолютно неадекватно.

Паника в голосе ликса оказалась заразительной. Герману тоже стало не по себе.

- Лады. Тогда я, пожалуй, схожу посмотрю, что там происходит. Только подготовиться надо. Ты как потерпишь пока без лечения?

- Я могу легко обойтись вообще без него, раны не критичные.

Герман забрался обратно в ликса.

- Давай мне остальные мои вещи.

- Это ведь оружие, - протянул ликс.

- Угу.

- Тиана запрещала выдавать тебе оружие.

- А вдруг там враги? И вообще, как-то мне без ружья не хочется в незнакомое место идти.

- Ружье – это что-то вроде нейродеструктора?

- А то! – Хмыкнул Герман. – Очень угнетающе действует на мозговую активность. Особенно если в голову попасть.

- То есть его можно назвать нелетальным оружием?

- Угу. – «Любое оружие можно нелетальным назвать»

- Хорошо. – Неохотно согласился Кусто. – Только Тиане не говори.

- Не скажу.

Пришлось, правда, быстро соорудить себе в конверторе некое подобие пояса, потому что скафандр наотрез отказался удерживать незнакомые предметы, как это было с нейродеструктором у Тианы. Запас патронов для обреза Герман изрядно пополнил пока учился готовить плов. Вот и пригодилось! Собственно, весь рюкзак пришлось собирать обратно. Герман решил, что запас – он никогда лишним не бывает.

Страха почему-то не было. Парень поймал себя на мысли, что после того как его похитили, он так и не может всерьез воспринимать происходящее с ним. Как будто уже умер, и больше ничего страшного с ним произойти не может. Или в игрушку попал. Раньше Герман ни за что не полез бы в место, где кто-то уже пропал по невыясненным причинам, а сейчас… Ну, страшно, конечно. Но в то же время любопытно.

- Ну все, я пошел. – Объявил «спасатель», глядя вверх на каменюку. В отличие от Тианы прыгать без страховки он побоялся, так что сейчас к нему тянулся длинный трос. – Деус вулт, епта.

- Герман…

- Что?

- А что, если ты тоже не вернешься? – спросил Кусто после того, как парень отцепился от троса и побрел к тому месту, где Тиана залезла внутрь каменной сигары.

- Ну… подожди пару дней, а потом разнеси эту каменюку на атомы. Ты ведь можешь? А потом все, Добби свободен. Можешь летать один среди звезд, или еще кого-нибудь себе в напарники подобрать. У нас на Земле, например. Вот дядю Максима рекомендую, он в том поселке единственный мужик, так что не перепутаешь.

- Я не могу разнести этот корабль на атомы. Я не несу такого серьезного оружия. Могу только разломить на несколько крупных кусков.

- Сойдет, - кивнул Герман.

- Но там же будете вы с Тианой.

- Если мы через пару дней не вернемся – значит, нас там уже нет. В смысле мы мертвые.

- Давайте вы лучше вернетесь? – попросил Кусто.

- Сделаю все возможное. – Нервозное настроение тихохода начало передаваться и Герману.

- Герман… - еще через минуту сказал Кусто.

- Ну?

- А что такое деус вулт?

- Я тебе потом объясню, ладно? – попросил Герман. – И про Добби тоже, ладно? И вообще, помолчи пока.

«А в следующий раз буду за языком следить».

- Слушай, Кусто, а как оно должно открываться? – через некоторое время спросил Герман. До люка он все-таки добрался, а вот как его открыть сообразить не мог. Разведчица там что-то нажимала, и он, кажется, даже нашел кнопку, но она на нажатия никак не реагировала.

- Когда там нажимала Тиана, оно открывалось. Может, ты что-то не так делаешь? – Неуверенно предположил тихоход.

- Как можно неправильно нажать кнопку?! Похоже, меня просто пускать не хотят! Я ее уже и плавно нажимал, и резко, и с размаху, и даже сигналом SOS. Не работает. И, предупреждая твой вопрос – про сигнал SOS я тебе потом расскажу!

- Ну ладно, - послушно согласился Кусто. – А как ты узнал, что я хотел спросить?

Герману очень захотелось сказать грубость. Или вернуться на ликса и хорошенько его пнуть.

- Давай мои способности к предвиденью обсудим попозже? Как мне здесь дырку-то сделать?

Кусто ненадолго замолчал, а потом выдал целых два варианта:

- Я могу попытаться проделать аккуратное отверстие гравитационным когтем. Но не уверен, что получится точно. Или у Тианы есть вибромеч. Только он – летальное оружие. Его тебе нельзя.

- Ерунда, - отмахнулся Герман. – Это для нас не вибромеч, это будет виброрезак для проникновения на вражеские суда. Вообще не оружие, а инструмент. – Ему вдруг очень захотелось вибромеч. Ну а кому бы нет?

- Тиана меня накажет, - печально вздохнул Кусто. Он уже был на все согласен.

- Если нам не удастся ее спасти – некому будет хвалить тебя за соблюдение инструкций. И вообще, победителей не судят!

За вибромечом пришлось возвращаться на ликса. В этот раз Герман цепляться к тросу, который так и болтался над поверхностью астероида, не стал. Прыгать оказалось не так уж страшно. По дороге тихоход, на которого от нервов похоже напала словоохотливость, рассказывал про вибромеч.

- На вооружении у киннаров такого негуманного и жестокого оружия нет. Его Тиане как сувенир подарили. Он трофейный, от технофанатиков. Причем такие тоже уже очень давно не используются, так что он еще ужасно древний.

- Чего ж не в музее тогда? – хмыкнул Герман, роясь в кладовке, в которой этот меч должен был находиться.

- Исторической ценности не имеет, - охотно пояснил Кусто. – Технофанатики тогда решили сменить тактику и сделать упор на абордажи. Как ты можешь догадаться, она оказалась неудачной, так что подобных трофеев очень много. Киннары тогда чуть совсем не победили, и, если бы не отсутствие наземных армий, могли бы победить полностью.

- Это в смысле? – даже приостановился на секунду Герман. – Они чего, только флотом воюют?

- Ну да.

- А у технофанатиков наземная армия есть?

- Конечно, есть!

- Тогда почему киннары себе не заведут?

- Потому что отнимать жизнь – это антигуманно, и противоречит основным принципам просвещенного общества, - как по писанному объяснил Кусто.

- Чистоплюи какие, - хмыкнул Герман. Он, наконец, откопал искомое. – Охренеть. Да тут уже не Деус Вулт. Тут, прямо скажем, «отвага и честь»! Или, скорее, луперкаль. Кусто, даже не думай спрашивать. Потом расскажу.

Меч в самом деле выглядел один в один как в Вархаммере. Только размеры не такие титанические, под человеческую руку.

- Ладно, чего тянуть-то. Пошли снова на этот Оумуамуа. Посмотрим, что он может противопоставить этой игрушке.

Астероид противопоставить ничего не смог. Меч действовал превосходно. После активации он чуть-чуть засветился по кромке – в темноте выглядело очень красиво. Камень он резал без труда. Уцепившись когтями скафандра за поверхность, Герман в несколько взмахов вырезал люк и спустился вниз.

- Ага, еще один люк. Атмосфера там есть, помнится. Кусто, а если я сейчас второй открою, меня напором воздуха в космос не вынесет?

- Вынесет, - Согласился тихоход. – Но у тебя есть небольшой баллон с заживляющей пеной. Она входит в штатный комплект скафандра.

- Ни слова больше! – понял задумку тихохода парень. Быстро разобрался, как достать из недр скафандра плоский баллон, и старательно запенил вход. – Хорошая штука.

Пена мгновенно затвердела и выглядела довольно прочно. Да и объем, вырвавшийся из небольшого баллончика, впечатлял.

- Ну чо, деус вулт. Нах. – Глубоко вздохнул Герман, и четырьмя росчерками прорезал себе вход.

Как только заслонка выпала внутрь, забрало шлема тут же залепило чем-то непрозрачным. Следом ударило в грудь. Запаниковав, Герман несколько раз отмахнулся мечом, и явно попал. Воодушевившись, парень продолжил вертеть зубастым дрыном, как мельница, одновременно левой рукой пытаясь отчистить забрало. До конца освободить обзор так и не удалось, но хотя бы общее направление стало понятно – по пятну света на месте входа. Туда парень и рванул. Кто-то его там встречал. Кто именно понять так и не удалось, потому что в него снова плюнули, и опять стало ничего не видно.

- Аааа, твари! Кровь для бога крови! Черепа ко трону черепов! – заорал парень, и принялся вертеться с удвоенной скоростью. Что-то било в плечи и грудь, но Герман крепко держался на ногах, изо всех сил размахивая мечом. Иногда во что-то попадал. Динамики шлема передавали какие-то звуки, но явно не человеческие голоса. Где-то на фоне панически причитал Кусто, оповещая парня, что он ничего не видит, и требуя сказать, что происходит.

- Всех убью, один останусь!

Кто-то схватил за ноги, Герман повалился на спину, руку с мечом прижали к полу. Левой нащупал на поясе обрез, выстрелил раз, другой. Рука освободилась. Удалось подняться. Герман снова закрутил свою карусель, но меч все реже встречал сопротивление. Тогда парень снова принялся оттирать пакость, залепившую шлем. Обвел взглядом мутноватую, в разводах панораму.

- Это ни хрена не вархаммер, - ошеломленно протянул Лежнев. – Это самый натуральный дум. Я брежу.

- На тебя тоже начало действовать? Возвращайся! Я не хочу остаться один! Мы придумаем что-нибудь другое! – Заверещал в наушнике Кусто.

- Что начало действовать?! – не понял Герман.

- То воздействие на психику, благодаря которому Тиана попала в плен!

- С чего ты взял?

- Ты же сам сказал, что у тебя галлюцинации и бредовые видения!

- Да господи, Кусто, ну нельзя же все воспринимать буквально. Отстань! Не видишь, я сам нихрена не понимаю? Лучше бы вгляделся повнимательнее, и объяснил, что это за твари?

- Я не знаю. Похожи на каких-то насекомых. Я таких раньше не видел. Твой скафандр утверждает, что секрет, которым они тебя облили очень едкий, так что не снимай шлем.

- Прекрасно, - кивнул сам себе Герман. – На насекомых, да. Я тоже заметил. Большие такие мураши, только очень уж агрессивные. Тогда другой вопрос. Где мне искать Тиану? Эта гребаная каменюка изрыта ходами как муравейник?

- Судя по данным моего локатора она находится где-то в центре этого корабля.

- Уже лучше. А как добраться до центра?

- Я не знаю, Герман, - извиняющимся голосом сказал тихоход. – У меня нет схемы.

- Ладно. Тогда пойдем наугад. А ты через каждые десять минут будешь говорить, приближаюсь я к Тиане, или наоборот. Договорились? И вот еще что, все вопросы потом, особенно если я с кем-то дерусь. Очень отвлекает, знаешь ли. Просто отвечай на мои вопросы, а свои запоминай на будущее.

- Хорошо. Прости, что отвлекал.

- Тогда я пошел. Думаю, левый коридор будет хорош.

Герман потянулся к рюкзаку, чтобы перезарядить обрез, и только тут сообразил, что рюкзака у него больше нет. После недолгих поисков его остатки нашлись, как и рассыпанное по полу содержимое. «Кислотой разъело», - сообразил парень. – «Надо будет потом попросить Кусто сделать мне рюкзак из чего-нибудь более стойкого. И патронташ, определенно». От съестных припасов остались только неаппетитные ошметки, а вот патроны были целы, что не могло не радовать. Пришлось ненадолго снять шлем, и оттянув горло скафандра, засовывать все сохранившееся за пазуху. Скафандр был ужасно недоволен, и поначалу пытался ужаться до нормальных размеров, но потом как-то успокоился. Кусто за все время процедуры весь изнылся от ужаса. Грозил Герману всевозможными неприятностями, начиная от отравления и заканчивая порабощением инопланетным разумом. Обошлось, хотя запашок в комнате стоял сногсшибательный. Вешать оружие обратно на пояс не стал – чудо, что во время драки удалось его нащупать. Второй раз так может не повезти.

«Всех, что ли, перебил?» - думал Герман, осторожно бредя по извилистому коридору. Новых противников действительно все не появлялось, и парень начал постепенно расслабляться. И как раз в тот момент, когда цевье дробовика опустилось к полу, появился муравей. И сразу плюнул. На этот раз, правда, Герман увернулся.

Живой муравей впечатлял гораздо сильнее, чем порезанный на куски. Особенно жвалы.

- Ну на хрен! Ну ты видел? Видел? – возмутился Герман, нажимая на спусковой крючок. Муравья разнесло на составляющие. – А хотя ладно. Не так страшен черт, как его малюют.

Герман отставил меч, отстегнул шлем, и полез внутрь скафандра за новым патроном. В этот момент все и началось. Услышав дробное цоканье впереди по коридору, Герман поднял глаза. На него надвигалось сразу... да черти его знает сколько муравьев. Герман не смог посчитать. Обрез в левой руке будто сам собой выстрелил, и первые три мураша бежать перестали, превратившись в неаппетитные туши. Еще и собратьям дорогу перекрыли, подарив парню лишнюю секунду на то, чтобы вытащить из-за пазухи руку и ухватиться за меч. А вот шлем надеть он уже никак не успевал.

- Аааа! – Герман успел только заорать от ужаса. Но надеялся, что прозвучало достаточно грозно. Впрочем, муравьям было плевать – они жаждали добраться до вкусного мяса в обертке, и то, что мясо против, их совсем не смущало.

Дальше Герман не запомнил. Он рубил, уклонялся, снова рубил, что-то кричал... Муравьев было много. Штук пятьдесят. Коридор не позволял им обступить жертву, но наседали они упорно. Герман постоянно отступал, размахивая клинком. Муравьи распадались на куски, но перли и перли, будто не боялись смерти.

Осознавать окружающее Лежнев начал далеко не сразу, как все закончилось. Сначала, сообразил, что у него ужасно жжет голову над ушами и на лбу, потом осознал, что он вообще-то уже с минуту не двигается, и при этом на него никто не нападает, потому что некому. Коридор на десятки шагов вперед покрыт месивом из хитина и внутренностей, но никто больше не шевелится. Попытался ощупать голову и чуть не зарезался мечом. Попробовал левой рукой, и обнаружил на ней голову муравья. Вцепился так, что даже после смерти жвалы не разжал. Срезал голову муравья мечом, свою протер перчаткой. Стало только больнее. Только тогда Герман соизволил обратить внимание, что весь покрыт кислотой и внутренностями муравьев. Включая перчатки.

Нащупал непослушными пальцами утолщение на шее. Шлем накрыл голову. Тут же зазвучал плачущий голос Кусто:

- Герман, ответь. Ну пожалуйста. Герман, ответь. Не оставляй меня тут одного! Герман...

- Да тут я, - Лежнев сам не узнал свой голос, такой он был хриплый и скрипящий. – Как тут аптечку включить? А, все, сама включилась.

По экрану шлема, слегка помаргивая и дергаясь из стороны в сторону, поползли оповещения о повреждениях. Раньше такого не было, а тут, видимо, из-за затекшей в нежное нутро скафандра кислоты что-то там повредилось. Но в целом работало, и, список случившихся с парнем неприятностей выдавало исправно. Вроде ничего страшного. Ожоги в области темени, лба и ушей. До глаз не дотекло – парень вспомнил, как он несколько раз смахивал капли со лба. Поэтому, собственно, лоб и пострадал больше всего. Обезболивающее уже подействовало, так что жжение почти утихло. Судя по отчету, на поврежденные места уже побрызгали какой-то деактивирующей и заживляющей дрянью, так что в ближайшее время смерть ему не грозит. А вот «косметическое восстановление поврежденных покровов» возможно только в медицинской капсуле.

- В общем, как ты, наверное, догадался, меня застали врасплох со спущенными штанами. Поэтому теперь я выгляжу, как чудовище Франкенштейна. Чувствую себя, кстати, тоже не очень, наверное, кислородом надышался. Но в целом нормально, жить, вроде, буду. Как там Тиана? Далеко?

- Вас разделяет около пятидесяти метров. И ты приближаешься, правда, явно не по тому коридору. Ты движешься не так, как шла она.

- Так что ж ты молчал, если знаешь, какой дорогой шла она? – возмутился Герман.

- Мне кажется, они как-то закрыли проходы. За десять минут до последней стычки ты прошел мимо места, где Тиана свернула, но камеры показали, что там нет прохода.

- А сказать об этом сразу?! – возмутился Герман.

- Ты велел молчать и только отвечать на вопросы. – Обиженно ответил Кусто. – Ты выглядел раздраженным, и я не счел нужным обращать твое внимание на информацию, которая никак не изменит твое дальнейшее продвижение.

Герман помолчал несколько секунд. «Он же совсем наивный, ты знаешь», - убеждал он себя. – «На таких срываться – себя не уважать!» Помогло.

- Знаешь, ты лучше спрашивай. Только пока я не вернусь, то только то, что относится к делу. Хорошо?

- Хорошо, - радостно согласился Кусто. – А шотландские воины, трусы и английские псы к делу относятся?

Герман, как раз копавшийся среди разбросанных по коридору частей насекомых в поисках обреза, удивленно моргнул.

- Это где ты такое услышал?

- Ну, как же. Ты пел «Шотландские воины носят юбки, под которыми нет трусов». И еще, что они прогонят английских псов.

- Серьезно? – удивился Герман вывертам своего подсознания. – Не важно. Это просто песня такая. Я тебе ее даже включу, если заряда хватит. Но пока к делу не относится.

Обрез нашелся шагах в десяти впереди. Рядом был навален особенно крупный вал из трупов насекомых. Подобрав двустволку Герман прицепил ее к чудом сохранившемуся ремню. Заряжать не стал – снова снимать шлем было страшно. А ну как опять набегут в самый неподходящий момент? Он, в принципе, и мечом справляется. Правда, руки очень болят несмотря на обезболивающее, особенно левая. Жвалы у муравьев очень мощные, даже через скафандр повреждения наносят. Герман только теперь увидел на стекле забрала сообщение, что у него еще и трещина в левой руке. «А хорошее обезболивающее тогда. Без него болело бы гораздо сильнее.»

Герман вернулся еще на несколько шагов.

- Здесь она свернула? – спросил он, глядя на чуть отличающийся по цвету участок стены.

Ликс подтвердил.

Герман рубанул по стене мечом. Появился разрез. Он ударил еще несколько раз. Пробка оказалась надежная, и, хотя куски камня послушно отваливались, чтобы прорубиться ушло несколько минут. Зато результат порадовал – открывшийся в результате коридор вел прямо к Тиане. Так, по крайней мере, обещал Кусто.

Лежнев шел осторожно и не торопясь. Не хотел пропустить нападение. И не зря. В этот раз твари решили подготовить ловушку. Впереди появился одинокий муравей, и не приближаясь начал оплевывать парня. Целился в лицо, но Герман, не желая терять обзор, теперь тщательно следил за чистотой забрала и старательно уклонялся.

- Герман, справа! – крикнул Кусто, и парень машинально отскочил влево.

Очень вовремя – часть стены обрушилась, и, если бы не его проворство, он был бы завален. Вдобавок из открывшейся щели полезли муравьи, правда с ними удалось справиться быстро – их и был-то всего десяток. Хотя и Герман уже устал. Да и не долеченные толком раны давали о себе знать. Справившись с основной угрозой, Лежнев повернулся к вредной твари, которая его заманила, но этого муравья уже не было.

- Очень они не хотят, чтобы мы дотуда дошли. – Пробормотал Герман. – Или хоть задержать пытаются. Надо поторопиться. Он постарался ускориться, при этом не в ущерб бдительности. Ждал нападения в любой момент, но все без толку. Население каменюки будто вымерло. Последние тридцать метров прошел без происшествий. Закрытый проход был без труда вырезан. Сразу за ним обнаружился и сбежавший муравей – он опрыскивал камень над стеной, отчего тот стекал вниз. Но доделать свою работу мураш не успел, был зарублен. И тут Герман увидел Тиану. Девушка, почему-то обнаженная, стояла на каком-то светящемся зеленым постаменте, а к ней тянул свои угрожающие жвалы очередной муравей.

- Ах ты сука! – рявкнул Герман, и одним прыжком достиг платформы. Из-за усталости и боли в натруженном и побитом теле координация немного нарушилась, и вовремя остановиться парень не смог. Врезался в Тиану, одновременно развалив угрожавшего ей мураша. Тиана куда-то отлетела, парень рухнул на платформу, неловко поджав под себя пострадавшую руку, и на секунду потерял сознание. В следующее мгновение он подскочил, озираясь по сторонам безумным взглядом, но ни Тианы, ни останков муравья больше рядом не было. Да и комната была другая. А вот других муравьев, еще живых и дивно активных было много.

- Убью, на хрен! – заорал Герман, и принялся крошить всех, кто под руку попадался. В лицо уже полетели ядовитые плевки, посыпались удары. – Когда ж вы кончитесь, твари членистоногие?!

Герман бил и получал удары. Дыхания уже не хватало, рука еле поднималась, по забралу густо стекал едкий секрет, и он ничего не видел, кроме красных надписей, сигнализировавших о неполадках в работе организма. Хотя и без них было понятно, что долго ему не продержаться. Еще до того, как началась драка, парень успел заметить несколько ходов, ведущих из комнаты, и теперь пытался пробиться хоть к какому-нибудь из них. Только как к нему пробьешься, если ничего не видно? Вспышка боли в левом плече – от очередного толчка одного из муравьев, он на что-то налетел. Вот и стена. Развернувшись спиной, Герман побрел в сторону, буквально прорубая себе дорогу. Рано или поздно там будет проход. А в проходе их больше трех одновременно не собирается. Еще несколько шагов, и опора за спиной исчезает.

Герман падает на спину, сверху наваливаются муравьи. Подняться удается только на колени, встать уже не получается – просто не хватает сил. Герман бьет, и бьет, беспрерывно, как механизм. Сломанный механизм, у которого отсутствует предохранитель. Который будет работать, пока не перегорит окончательно. Мысли в голове давно потеряли связность, боевой задор исчез. «Сдохну… Ненавижу муравьев… Да уже побыстрее бы! Устал.» Но он все равно поднимал меч и бил. Иногда меч проваливался в пустоту, и тогда вспыхивала надежда, что это был последний, но тогда удар получал уже он. Спустя бесконечно долгое время удалось выкроить секунду, чтобы стереть жижу с забрала. В инфракрасной подсветке перед ним высилась слабо светящаяся груда рубленой плоти. «Вот почему они реже нападают», - отстраненно подумал Герман. – «Проход завалили…» Следующего муравья он не рубил, а колол, причем не дожидаясь, когда тот спустится с груды тел товарищей. И еще одного, и еще. А потом муравьи кончились, потому что проход оказался окончательно завален.

Лежнев устало повалился на спину. Минуты три лежал, с хрипом втягивая воздух. Потом со стоном поднялся, заколол очередного муравья – они, похоже, пытались разобрать завал и несмотря на отсутствие хватательных конечностей у них это получалось. Так что Герман восстановил целостность баррикады и побрел по коридору. Куда идти он не знал. Кусто больше не отзывался. Так что Герман просто брел, с трудом переставляя ноги, сворачивал в какие-то проходы. «Если встречу сейчас хоть одного – точно ничего не смогу сделать». Но муравьи куда-то исчезли. Спустя полчаса бессмысленных блужданий Герман нашел какой-то узкий отнорок с неровными краями. Похоже, изначально здесь было небольшое отверстие, - он такие уже встречал несколько раз, - но по какой-то причине отверстие было расширено. Или, скорее, стену чем-то проломило, после чего камни аккуратно утащили, а пролом оставили как есть. Никаких признаков, куда может вести проход не было, но парню он понравился. А что, узкий, длинный. Изгибается. Поднять меч все-таки удалось. И даже отколоть несколько крупных кусков от края коридорчика, так что еще полчаса нечеловеческих усилий были вознаграждены относительно надежной преградой.

- Неплохо бы и с другой стороны так же, но все. Бобик сдох. – Вслух сказал Герман, и улегся прямо на пол. Заметил, наконец, трубку, которую скафандр последние пару часов настойчиво пытался просунуть ему между губ и с наслаждением к ней присосался. Вода! Прохладная, чуть подсоленная. Какое блаженство! От радости и умиления Герман заснул.

Тиана ди Сонрэ, запятнавшая звание разведчика

Тиана так и не потеряла сознания. В глазах была темнота, перед которой плавали круги и звездочки, но крепкий, тренированный организм, подстегнутый симбионтом, не желал отключаться. Иногда, во время просветлений, она видела лист телепорта, на котором стояла. Диаметр зеленого пятна неумолимо увеличивался, заполняя его почти до краев. Она не сдалась, пыталась что-то сделать. Хотя бы отключить симбионта. Пусть после этого ее непременно убьют, лишь бы не стать ответственной за возрождение цивилизации старого врага. Именно эту участь ей уготовила матка. После того, как Тиана начала активацию портала, матка снова смогла к ней подключиться. Образы, навеваемые нечеловеческим разумом, были неясны и сложны для интерпретации, но Тиана поняла.

Ей обещали почет и долгую жизнь, в течение которой она станет со-матерью тысяч новых маток. Эта матка уже стара. Очень стара, она живет десять тысяч лет, периодически впадая в долгую спячку, пытаясь продлить свое существование. Но теперь ее долгая служба закончится благодаря Тиане. Муравьи никогда не желали смерти своим создателям. Их создали для того, чтобы вести цивилизацию киннаров к славе и величию, и муравьи всегда старались выполнять свое предназначение. Ведь всем очевидно – истинного величия можно достичь только консолидацией всех сил цивилизации, каждого индивидуума! Наиболее полно воплотить этот план может именно муравейник, в котором каждый член многомилионной семьи сложил свою индивидуальность на алтарь коллективной пользы. Создания всегда желали своим создателям только добра, но они видели их несовершенство. И готовы помочь исправить его. Под прямым управлением маток цивилизация киннаров станет гораздо эффективнее. Она распространится на всю галактику, нет, на всю вселенную, и примет в себя любых встреченных индивидов. Великолепные ученые киннаров помогут осуществить этот план.

Картина, нарисованная маткой, ужаснула Тиану до глубины души. Вот какой участи избежала ее цивилизация на заре становления! И теперь она, Тиана, пустит прахом ту победу. Она не сомневалась – содержимое ее головы не останется тайной для матки. Эту планету тюрьму, на которой она подобрала пленника, муравьи захватят первой и очень, очень быстро. Восемь миллиардов людей. Да, большая часть будет убита во время захвата, но, если они смогут интегрировать в свою цивилизацию хотя бы миллиард… киннары не справятся. Даже если каким-то чудом заключат союз с технофанатиками. Впрочем, последних тоже ждет незавидная участь. А виновата во всем будет Тиана. Ее имя проклянут. Задача свободного разведчика – отводить опасность от родного мира, а не наоборот.

Печальные размышления были прерваны самым неожиданным образом. Тиану что-то ударило, да так, что вышибло дух, она слетела с платформы и больно стукнулась головой об пол, отчего ее стремление потерять сознание чуть не воплотилось в жизнь. Вот только теперь желание сменилось на строго противоположное. Ее тело снова было в ее власти. Даже навязчивый шепот матки исчез из головы, хотя разведчица была уверена, что теперь, зная его природу, смогла бы игнорировать чужое внушение. Тело начало стремительно терять вес.

Встать Тиана не смогла бы все равно, даже под угрозой смерти, но она могла ползти и с каждой минутой это становилось все легче. Выплеск адреналина, такой мощный, что его не смог бы заблокировать даже симбионт, позволил зрению ненадолго проясниться. Напрягая все силы, девушка поползла к валявшемуся с другой стороны платформы скафандру. Каждую секунду Тиана ожидала, что контролирующий ее муравей вернется, но его все не было. Из последних сил дотянувшись до ткани, девушка подтянула ее к себе, ткнула ступнями в ботинки, и облегченно откинулась на спину, чувствуя, как плоть скафандра медленно затягивает в себя ее тело.

- Герман, где ты? Тиана! Ответьте, не бросайте меня одного! Я не хочу возвращаться обратно на Землю, я боюсь незнакомых людей! Пожалуйста, ответьте! Почему вы меня бросили?!

- Я здесь! – прокаркала Тиана. – Я жива.

- Тианочка! – Даже через динамики крик ликса оглушил. – Деус вулт! Луперкаль! Счастье-то какое! А где Герман?

- Не знаю. Это он меня спас? Я вообще ничего не видела. Только что пришла в себя.

- Да. Он пошел за тобой, а тут на него напали какие-то существа, похожие на насекомых муравьев, только очень крупные. Они нападали на Германа, а он их всех убил и пел песню про каких-то воинов и псов, а потом он нашел тебя, убил последнего муравья, и пропал. У меня с ним больше нет связи.

Тиана оттолкнулась от пола и легко приняла вертикальное положение. Нашла взглядом разрубленного муравья, посмотрела на лист портала. Зелень исчезла, он был полностью серым. Даже бледнее, чем когда разведчица увидела его впервые. Похоже, энергия закончилась полностью. Ее хватило только на один переход. Поэтому и гравитация исчезает – генератор тратит последние крохи энергии, и скоро здесь воцарится невесомость.

- Его здесь нет. – Подытожила Тиана. – Его перебросило на основной муравейник. Там, где матка.

Ликс молчал, переваривая новость.

- И ничего нельзя сделать? – Голос у Кусто был такой жалобный. – Мы не сможем его найти?

- Если я правильно понимаю, это он спас меня. – Мрачно констатировала Тиана. – Это я должна была попасть к матке, и это я должна была стать тем, кто наплодит сотни новых. Я не знаю, можем ли мы его найти, но мы должны. Возможно, он уже мертв. Для него это еще не самый плохой исход. Гораздо хуже, если его схватят живым.

- Его не схватят и не убьют! – категорично отрезал Кусто. - Он настоящий шотландский воин и носит юбку! Он никогда не позволит каким-то членистоногим переросткам себя схватить! Правда, у него сломано два ребра, левая рука, ушибы внутренних органов, гематомы и химический ожог на голове, но он справится.

«За время общения с пленником словарный запас Кусто очень сильно пополнился. Интересно, кто такие шотландские воины? Он же говорил, что всего лишь программист?» Многочисленные следы побоища, которые она встретила, пробираясь к выходу с проклятого разведчика, доказывали обратное. Неровно нарубленные муравьи, капли кислоты и сгустки внутренностей медленно плавали над полом – гравитация, пока она шла, отключилась окончательно. Судя по следам, здесь была настоящая мясорубка. Не так прост ее пленник, если смог после такого остаться в живых. Может, в самом деле сможет какое-то время продержаться на матке. Тиана прошла мимо двух таких «полей битв» - одно неподалеку от помещения с телепортом, одно возле шлюзовой. Похоже, разведчик-сеятель был законсервирован почти полностью, муравьи на нем находились в спячке и матка не смогла разбудить их одновременно.

Выбраться с чужого корабля оказалось не так-то просто. Инструмента у Тианы не было, а заживляющая пена, которой пассажир запечатал внешний проход, уже успела затвердеть.

- Кусто, постарайся аккуратно выбить пробку. Только меня не зацепи. Хотя я отойду поглубже.

Не слушая опасений ликса, разведчица прошла чуть дальше по коридору и уцепилась когтями скафандра за стену.

- Начинай! И не тяни. Чем дольше ты решаешься, тем меньше у Германа шансов вернуться!

Это подействовало. Ликс замолчал, потом стены и пол чужого корабля вздрогнули, затряслись, и Тиану потянуло к выходу вырывающимся воздухом. Когти выдержали, и когда напор ослаб, она поплыла к выходу. «Хорошо, что гравитация отключилась. С ней я провозилась бы намного дольше. Пришлось бы ползти», - подумала разведчица. «Странно, что мне так плохо. И это несмотря на стимуляторы. Скафандр показывает избыток кислорода и все». Она мягко приземлилась на ликса, забралась внутрь. С трудом дошла до медкапсулы и, раздевшись, перевалилась через бортик.

- Я буду в норме через полчаса, а потом вернусь на чужака, - сказала она ликсу. – Там энергия на нуле. Телепорт включить мы не сможем, у нас просто недостаточно переносных источников. Но я постараюсь найти координаты доставки Германа. Думаю, это будет несложно.

Ликс не понял, откуда такой оптимизм – пришлось рассказывать все, что знала о противнике.

- Так что по крайней мере язык и система счисления там привычные, - подытожила Тиана. – Главное, чтобы получилось подать хоть немного энергии на расчетный центр портала.

Ликс воспрянул духом. Тиана была рада за него, но не разделяла приподнятого настроения тихохода. Ей предстояла крайне неприятная и тяжелая операция с неясными результатами. Она бы ни за что не решилась – еще несколько дней назад ей бы даже не пришло в голову это сделать, просто потому, что такие манипуляции не для свободного разведчика. Это все Герман со своей способностью с энтузиазмом разбираться в вещах, которые выходят за рамки его профессии. Взял и приготовил вполне приличное блюдо. Тиана просто не могла уступить ему. Тем более теперь, когда от этого столько зависит. Страшно. Симбионт был у нее с раннего детства, помогал и направлял развитие организма, сглаживал эмоциональные пики, защищал тело от отравления, делал ее более стойкой, сильной. Останется ли она той же Тианой, если избавится от него? Интересно, можно ли установить технический аналог на планете Германа, или таких технологий у них нет? Глупости, конечно. У них же дети рождаются, значит как-то эту проблему точно решили!

С симбионтом расставаться было не просто жаль – страшно, до ужаса. Но и оставлять его, собираясь сунуться в логово насекомых было бы форменным безумием. Это придется пережить. Но не сейчас. Сначала она достанет координаты – чтобы хотя бы ликс смог отправится за Германом. Если что-то пойдет не так во время операции. Она ведь не доктор, и медицинская капсула у нее не самой продвинутой модели.

Тем временем приведение в порядок закончилось, и Тиана бодро выбралась из капсулы. Собрала все возможные источники питания, которые смогла найти – и биологические и технические, даже на принципе термоядерного синтеза. С некоторым сомнением покрутила в руках штуку, которой Герман заряжал свою счетную машину, но решила не рисковать. Неизвестно, какой у этой штуки принцип действия, но очень вряд ли он имеет что-то общее с древними технологиями киннаров. Кроме того, решила вооружиться. Тут-то и узнала, как пленник вооружился.

- Он не собирался использовать меч как оружие. Герман сказал, что меч нужен для проникновения на корабль, так что это не вибромеч а виброрезак, и летальным оружием его считать нельзя, - оправдывался ликс. – Я счел объяснения логичными. Еще он забрал что-то из своих вещей, но он так же уверил меня, что это оружие для самозащиты, нелетальное. И Герман сказал, что победителей не судят. Я, правда, не слышал о таком пункте в законодательстве киннаров. Наверное, это только у технофанатиков так.

Тиана несколько секунд раздумывала, стоит ли наказывать Кусто за нарушение инструкций – все же она прямо запретила вооружать пленника, а тихоход, по факту, проигнорировал ее распоряжения. С другой стороны, если бы он этого не сделал, Тиана была бы сейчас где-то на корабле-матке, порабощенная муравьями, и уж точно могла не надеяться на спасение. У Германа шансов разобраться в работе телепорта точно не было. Так что решение ликса ее, можно сказать, спасло. Любовь к порядку, субординации и соблюдению инструкций против благодарности долго не продержалась, так что Тиана махнула рукой.

- Спасибо, это решение спасло мне жизнь, - призналась она. – Только ты все равно старайся к моим приказам так вольно не относиться. С таким же успехом Герман мог бы направить оружие против меня.

- Ты что! – Возмутился ликс. – Он бы никогда так не сделал! Он же был с нами в слиянии, и ты тоже чувствовала, что в нем нет враждебности!

- Чувствовала, - согласилась девушка. - Но вдруг у него есть способы управлять эмоциями? Или, скажем, нам бы не так повезло, и это был бы не Герман, а кто-то другой, не такой лояльный?

Для себя девушка выбрала споровый автомат. У него есть режим, во время которого снаряды выстреливаются из сопла не очередью, а одновременно по несколько десятков. Скорострельность при этом, конечно, значительно падает – между выстрелами проходит полторы секунды, но Тиана решила, что площадь поражения будет важнее. А при необходимости и режим можно переключить. Использование этого оружия руководством разведчиков крайне не поощрялось. Каждый случай рассматривался дисциплинарной комиссией и далеко не всегда выносился оправдательный вердикт. Все из-за исключительной жестокости подобного оружия. При соприкосновении с любой поверхностью, споры взрывались, рассыпая во все стороны прочные иголки-семена. Очень прочные. От такого даже скафандр не защитит. Тиана не слышала о существовании личной защиты, способной сдержать такой удар, поэтому чаще всего, после его использования остаются только трупы. Вне боевых действий использовать споромет вовсе запрещено. Но девушка решила, что ее случай исключительный. Нейродеструктор против насекомых полностью бесполезен.

Попытки хоть частично реанимировать древний телепорт затянулись на сутки. Только на то, чтобы найти гнездо для подключения резервного питания ушло несколько часов. Затем девушка долго искала хоть какие-нибудь обозначения, указывающие параметры питания. Когда нашла, ужасно разочаровалась. Ни один из элементов, притащенных к телепорту, не подошел. Пришлось комбинировать, а потом еще сооружать кустарный переходник. Справилась. Подняв взгляд на часы, высвечивающиеся на внутренней поверхности забрала, ужаснулась потраченному времени. А ведь еще нужно как-то вытянуть нужные данные! Пришлось в очередной раз заставить скафандр впрыснуть в кровь дополнительную порцию стимулятора. Скафандр был категорически против, сигнализируя о вреде для здоровья и последствиях в виде долгого лечения в медкапсуле, но девушка только отмахнулась. Ей и так придется скоро в нее лезть.

Найти и разобраться в координатах оказалось легче, чем провести подготовку. К сожалению, координаты не глобальные, и никаких сведений о родных мирах в них не нашлось. Только относительно матки. Что ж, уже неплохо. По крайней мере, она теперь знает где эту матку искать.

- Нашла, - довольно оповестила она ликса. – Триста лет отсюда. Около полутора суток пути.

Девушка прикинула, что за сутки бы как раз успела провести запланированную операцию.

- Кусто, ты сможешь двигаться в гипере без сопряжения со мной? – спросила Тиана. Вообще-то она знала, что сможет. Это переход без слияния совершить невозможно, а вот двигаться чисто теоретически ликсу ничего не мешает. Оставаться сосредоточенным на цели он может не хуже пилота, да и если ошибется... Она вот тоже ошиблась.

- А зачем? – осторожно переспросил Кусто. – Ты не переживай, пожалуйста. Это ведь не твоя вина, что в последний раз чуть не случилась авария.

- Не в этом дело, - отмахнулась девушка. – Мне нужна операция и она займет около суток. Не хочу из-за этого опоздать.

Услышав об операции ликс ужасно возбудился. Начал выяснять, что у нее болит, и почему она не сказала раньше. Тиана напомнила об обстоятельствах ее порабощения, и о причине тоже.

- Я должна обезопасить себя от повторения подобного. – Мрачно подытожила девушка.

- О, прости, я совсем не подумал. Тогда, конечно, я справлюсь сам, не переживай. – Заверил ликс.

«И все?» - удивилась Тиана. – «Ни «как ты будешь теперь жить», ни «это же ужасно опасная операция!» Чего это он так спокоен?»

- Ты как-то слишком спокоен, - не выдержала разведчица.

- Я просто думаю, что симбионт тебе не нужен. Природа создала человека без подобного существа, и до их появления вы прекрасно справлялись самостоятельно. Значит это противоестественно. У меня вот нет внутри существа, управляющего мной... То есть я хотел сказать неразумного существа. И ты мной не совсем управляешь, я просто подчиненный.

- Ну да, ну да. – Улыбнулась девушка. – Только если руководствоваться твоей логикой, мне не нужно пользоваться одеждой и предметами быта, питаться тем, что поймаю и жить на планете. Потому что природа создала меня именно такой!

«Глупости, конечно. Даже технофанатики себя модифицируют. Я слышала, что наши ученые сейчас ведут разработку новых симбионтов для освоения планет с повышенной силой тяжести. Возвращаться в дикость – вот, что противоестественно. Может, еще и от бактерий-симбионтов отказаться? Этак я просто умру...»

Страшно. Тиане было очень страшно лишаться привычного симбионта. Даже злиться начала на Германа, потому что, если бы не он, не было бы необходимости спешить. И тогда можно было бы еще немного оттянуть операцию. «Ты готова думать о чем угодно, лишь бы не об операции. Если бы не Герман, тебе бы вообще не потребовалась ничего делать. Ты бы послушно отдавала свое днк, чтобы производить все новых и новых маток!»

Больше тянуть Тиана не стала. Вспомнила было, что уже больше суток не ела, но отмахнулась от этой мысли. Даже лучше, если ляжет в медкапсулу голодной. Быстро прошла к пилотскому креслу, вошла в сопряжение. Разгон, прыжок. «Удачи!», - мысленно пожелала девушка то ли себе, то ли ликсу, и вышла из сопряжения.

Капсула, после того как Тиана в нее легла, вывела на внутреннюю поверхность длинный список необходимых мероприятий для восстановления здоровья после неумеренного приема стимуляторов. Тиана послушно согласилась со всеми пунктами, кроме тех, которые предполагали введение седативных препаратов. А потом взялась планировать операцию. Нужно сделать разрез над позвоночником, пережать и зашить ответвления сосудов, ведущих к симбионту. Удалить крепления, которыми он удерживается в черепе, и, наконец, отрезать все связи с нервными узлами в позвоночнике и мозге. Вернуть все на место и запустить процесс регенерации.

Девушка была счастлива, что сумела найти шаблон похожей операции в памяти капсулы. На случай ранения в голову. Врачи, комплектовавшие память, предусмотрели даже такое, за что Тиана была им очень благодарна. Сама она представить ситуацию, в которой при ранении разведчик остается жив и способен добраться до капсулы, но при этом поврежден симбионт, не смогла – очень уж она выглядит неправдоподобной. Или это для более крупных экипажей, когда есть помощники? В любом случае, не будь этого шаблона, она бы не решилась на полное удаление. Постаралась бы только пережать кровоток, чтобы надежно лишить питания симбионта, и закапсулировать его тело, чтобы минимизировать попадание в ее организм продуктов распада. Минимизировать, но не исключить совсем, так что пришлось бы регулярно проводить детоксикацию. По крайней мере до возвращения в цивилизованные места.

Судорожно вздохнув, девушка активировала старт. Запустила обезболивающее и вырезала из черепа круглый лючок. Пока все правильно. Судя по структуре кости, именно здесь было проделано отверстие в прошлый раз, когда симбионта подсаживали. Теперь аккуратно. Чуть раздвинуть ткани. Вот и симбионт. Похож на мясное семечко диаметром миллиметра три. Если честно, довольно мерзко. Во время медитаций симбионт всегда представлялся ей белым пушистым шариком. Тиана нашла взглядом артерию, к которой подключен отвод на симбионта. Пережала ее. На секунду показалось, что симбионт возмущенно дернулся, а потом... из семечка появилась стрекательная нить, и принялась ощупывать окружающее пространство.

Тиана запаниковала. Этого не было в сведениях! Им всегда говорили, что симбионты не имеют собственных конечностей. Что за тварь такая у нее в голове?! Стараясь не поддаваться панике, Тиана начала срочно вносить изменения в план операции. Обрезать стрекательную нить и, пока он не выпустил новую, обернуть симбионта стерильной пленкой. Той самой, которую она планировала использовать, пока не нашла шаблон. На краю зрения светятся красным возмущенные надписи о нарушении плана. Только отвлекают!

Почему о такой активности симбионта ничего не сказано в инструкции? Ну конечно же, это ведь шаблон на случай критических повреждений или смерти симбионта! Тогда он точно не попытается защищаться! Теперь крепления. Первое, второе, третье. Симбионт продолжает сопротивляться. Пытается выбрасывать новые крючки, зацепиться за кость. «Да когда ж ты сдохнешь?! Я ведь пережала артерию! Тебе тоже нужен кислород!» Тиана обернула симбионта в еще один слой изолирующей пленки. Предыдущий он уже прорвал. Так, теперь отцепить от позвоночника чужие нервы. Слишком резкое движение зрачка, вспышка боли. Хорошо, что двигательная активность отключена полностью, включая дыхание! Кислород в кровь доставляет автоматика капсулы. Если бы не это, Тиана бы сейчас дернулась и умерла. Или необратимо повредила бы мозг.

Останавливаться нельзя. Не обращая внимания на боль, девушка продолжила – только постаралась быть аккуратнее. Еще четыре вспышки боли – на этот раз гораздо более слабых. А теперь извлечь симбионта. Быстрее. Сразу в утилизатор. С мстительным удовольствием Тиана проследила, как огонек утилизатора сменился с красного на зеленый. Все, от этой мерзкой штуки остался только невесомый пепел. Оставшуюся часть операции Тиана проводила очень тщательно. Не хотелось упустить что-нибудь важное. Диагност на мониторе показывает, что все в пределах нормы. Она нигде не напортачила. С мозгом тоже вроде бы все в порядке – раз уж она по-прежнему может думать и завершает операцию. Осталось только убедиться, что она не нарушила никаких связей с телом.

Тиана приладила на место кусочек кожи, закрывающий «лючок», и запустила одновременно регенерацию и выведение блокатора двигательной активности. Десять минут мучительного ожидания. Крышка капсулы открывается, и девушка легко из нее выбирается. Все получилось! Только теперь Тиана сообразила взглянуть на время. Три часа. Операция заняла всего три часа, вместо суток. По спине у девушки пробежали мурашки размером с тех муравьев, которых так браво крошил Герман. А ей казалось, что она наоборот сражалась с проклятым симбионтом гораздо дольше, чем рассчитывала. Да, основные этапы пришлось проводить буквально с дикой скоростью...

- По краю прошла. Перекрыла норматив медицинской сестры в два раза. Если вернусь – смогу претендовать на аналогичную должность и забыть о свободной разведке.

Девушка представила себе, что придется расстаться с космосом, с Кусто... Нет уж. Быть медицинским работником, конечно, гораздо почетнее, чем свободным разведчиком, но ей что-то не хочется.

Герман Лежнев, психонафт

Очнулся Герман самостоятельно, судя по часам скафандра спустя шесть часов после того, как окончательно вырубился. Все тело болело нещадно. Благодаря поддержке медицинской системы трещины в ребрах и руке уже немного зажили, последствия ушибов внутренних органов тоже смягчены. Но до полностью здорового состояния Герману было далеко, хотя бы потому, что скафандр изо всех сил сигнализировал о повышенной температуре тела, но сделать с этим ничего не мог. Жаропонижающее не сильно-то помогало, а антибиотиков, как понял парень, в медицинском модуле скафандра предусмотрено не было. А еще, несмотря на жар, сильно хотелось есть. Даже, скорее, жрать.

Поскольку его до сих пор так никто и не побеспокоил, Герман решил, что может себе позволить ненадолго лишиться защиты скафандра, и разобраться с самой насущной проблемой. И это вовсе не голод и не жар. Голод – всего лишь вторая по насущности проблема. Заодно ощупал пострадавшую от кислоты голову, о чем сильно пожалел – боль вспыхнула несмотря на коктейль из анальгетиков плавающий в крови. Решив так больше не экспериментировать, Герман совершил то, ради чего изначально снимал скафандр и поспешно оделся. Потом, правда, пришлось отойти на несколько десятков метров вглубь коридорчика, в котором оказался, но и там никаких опасностей не нашлось, поэтому Герман снова снял шлем и достал из-под скафандра все, что осталось от его некогда шикарно скомпонованного туристического рюкзака. Первым делом зарядил, наконец, обрез, а потом занялся инвентаризацией прочего сохранившегося имущества.

- Так, плоскогубцы, котелок, огниво, горючее… о, иголки с нитками! Офигеть, как сейчас мне все это нужно и полезно!

Из еды сохранилось аж два пакета лапши быстрого приготовления.

- И где она была, когда я мучился с пловом? – озадачено крутил Герман в руках ярко-красные пакетики с обозначением в виде трех острых перчиков. – И, главное, где мне теперь воды взять, чтобы это запарить?

Воду удалось добыть из скафандра – он потихоньку конденсировал ее из окружающей атмосферы и с самого Германа. Сухого горючего сохранилось много – после экспериментов с конвертором-то! В общем, завтрак получился просто божественным. Лежнев мысленно похвалил себя за то, что когда отправлялся на поиски Тианы слишком поторопился, и схватил рюкзак как есть, не пытаясь выкинуть лишнее. А ведь жалел потом, что котелок только место занимает – в чем бы теперь бич-пакет заваривал? Герман с большим трудом удержался от соблазна сожрать все запасы сразу.

- Итак, какие у нас планы, - бодро начал Герман, закрыв шлем, а то что-то за время еды ему поплохело. – А планов никаких. До пятницы я совершенно свободен!

Если вдуматься, положение было аховое, и парень это прекрасно сознавал. То, что он уже не на той каменюке, с которой спасал разведчицу, Герман понял еще во время бегства от насекомых. Видно, тот листик там не просто так зеленел. Очевидно, нынешняя локация находится достаточно далеко. Скорее даже очень далеко, иначе Кусто бы не пропал со связи.

- Если быть реалистом, то с Кусто и Тианой мы попрощались.

Сомнительно, что они смогут его найти. А может, Тиана и не захочет. Сдался он ей! Уж наверно сообразит, что проще вернуться за источником информации на Землю, чем искать несговорчивого пассажира в неведомых далях и вытаскивать его из неведомой задницы.

- Нет, я, конечно, надеюсь, - пробормотал Герман. – Но исходить надо из того, что я здесь надолго робинзонить остался. Так что первым делом пытаемся разобраться, что это вообще за место и ищем пропитание. Точнее даже наоборот. Сначала пропитание. Если я не хочу пойти по стопам Кобейна. Благо у меня обрез вместо ружья. Удобнее.

Сохранять бодрое присутствие духа было тяжеловато, но Герман рассудил здраво: впасть в отчаяние никогда не поздно. А пока вокруг куча интересного – он же, в конце концов, первый человек, контактирующий с расой насекомых! И плевать, что никто не узнает. Хотя без напарника стремно.

Для начала Герман решил разведать, что там дальше в конце извилистого коридорчика. На нечто часто используемое проход не был похож. Пыльно, следов лап нет. Да и узкий он какой-то. Герман даже не был уверен, что нормальных размеров муравей сможет здесь протиснуться.

Ход оказался длинным. Герман полз, полз, иногда останавливаясь, ненадолго, чтобы отдохнуть. Ответвления встречались, но совсем узкие. Вели они в такие же коридоры, как и тот, из которого в «кишку» попал парень. «В случае чего в этих местах можно будет пройти», - думал Герман. – «Немного поработать мечом не проблема. Если окажется, что по этой кишке никакая тварь кроме меня не ползает – вообще здесь жить останусь!»

Следующие несколько часов Лежнев потратил на исследование кишки. Точнее, поисков ее начала. Герман все время выбирал главный ствол, только оставляя пометки на будущее – чтобы не заблудиться. Главный ствол – это, понятно, так Герман решил. Вообще-то никакой разницы с ответвлениями не было, разве что стоило повернуть в оно из таких, небольшой уклон из отрицательного становился очень даже положительным. То есть вверх. А «главный», как обозвал его Герман, ствол, шел именно вниз. Причем шел уже часов двенадцать, и все никак не заканчивался. По данным скафандра Герман за это время собрал коленями пыль с пяти километров тоннелей. Когда мысль плюнуть и выбраться наружу через одно из ответвлений стала уже совсем привлекательной, Герман, наконец, нашел начало прохода. В инфракрасной подсветке скафандра было видно очень просторное, темное помещение, в котором росла и возделывалась плантация грибов. По крайней мере так для себя определил Герман эти растения. Судя по показаниям скафандра было здесь еще теплее, влажнее, и насыщеннее кислородом, чем в остальной части корабля.

- А вот и ужин, - радостно пробормотал Герман, разглядывая грибы. – Если они не съедобные, то это будет совсем уже несправедливая подстава!

С этими словами парень спрыгнул вниз, тяжело приземлившись на пятки и тут же повалившись назад. Гравитация в этих пещерах и переходах поддерживалась чуть ниже земной, а высота в полтора человеческих роста и при нормальной силе тяжести не стала бы для Германа проблемой, но не после несколько часов «поползновений» в полусогнутом состоянии. Естественно, муравьи-садовники проигнорировать явившегося в их вотчину неприятеля не захотели, так что Лежнев едва успел утвердиться на ногах, как тут же пришлось отмахиваться от назойливых насекомых. Благо их и было-то всего десяток – с таким небольшим количеством Герман справился уже привычно и спокойно. После чего подошел к ближайшей грядке. Грибы своим видом напоминали шампиньоны, только размерами побольше. Растерев между пальцев мякоть одного, Лежнев нашел в меню скафандра пункт «анализ». Спустя несколько минут в наушниках неприятно запищало и моргнуло красным. Герман уже начал расстраиваться, но не успел прочитать надпись, как она моргнула и на стекле забрала ровно зазеленело: «Ядовитых веществ в опасных для носителя концентрациях нет. Для более точного анализа воспользуйтесь стационарной лабораторией».

- Воспользуюсь, непременно воспользуюсь! – радостно протянул Герман. – Как только ее найду, так сразу и воспользуюсь! А пока и так сойдет. Жареные грибочки... – Парень мечтательно зажмурился. – Еще бы картошечки, и было бы совсем чудесно.

Собрать в кое-как связанную из остатков рюкзака сумочку грибов много времени не заняло. Герман даже снял на полминуты шлем, чтобы затолкать добычу за ворот. Помнутся, конечно, грибочки, ну да ничего, он и мятые сожрет с большим удовольствием! Справившись с задачей, Герман уставился на одного из убитых муравьев. Отщипнул кусочек мяса из-под хитинового панциря, запустил анализ.

- Ты ведь не разумный, правда, дружок? – спросил он у муравья. – Конечно, неразумный! Был бы разумным так глупо не помер. А у нас вот в Камбодже очень муравьев уважают. Говорят, вкусные...

С этими словами Герман схватил половину муравья, и кое-как уложил ее на плечи, после чего, придерживая одним плечом добычу, чтобы не свалилась, полез обратно в свое убежище. С когтями на коленях и ладонях влезть обратно было вполне выполнимо, правда, меч пришлось сначала наверх закинуть. С муравьем так не вышло, слишком тяжелый, а рубить его на куски было некогда, потому что откуда-то с дальнего конца зала уже слышались подозрительные звуки. Нового героического превозмогания на голодный желудок Герману было совсем не нужно, поэтому он предпочел поторопиться.

Уже оказавшись наверху, парень выглянул наружу, и тут же с воплем отшатнулся назад. В следующую секунду в проеме показалась страшная, щелкающая жвалами пасть. Герман яростно ткнул мечом в морду – раз, другой. Клинок оставлял глубокие раны, но этот муравей на повреждения внимания не обращал, да и подыхать не собирался. Впрочем, и раны были не такими глубокими, как Герман привык. Сопротивляться вибромечу полностью эта броня не могла, но явно была значительно крепче, чем у привычных противников. Только пятый удар стал фатальным. Туша муравья вывалилась. Герман осторожно выглянул, и чуть не словил в лицо плевок кислотой. Судя по тому, как поплыл камень прохода, кислота тоже была значительно мощнее «рабочего» аналога. Неизвестно, выдержит ли ее скафандр.

- Вот и солдаты подоспели… - пробормотал Лежнев, шустро работая локтями и пятками. Следующий противник заслонил пятнышко выхода из шахты, когда нарушитель спокойствия был уже слишком далеко. Попытки доплюнуть до него кислотой ни к чему не привели, и муравьи, вроде бы, успокоились, однако Герману даже в голову не пришло вернуться и убедиться точно. Муравьи-солдаты ему совсем не понравились. Раза в полтора больше обычного рабочего, броня крепче, жвалы – вообще устрашающие.

- У них еще и когти на лапищах, - перечислял Герман, продолжая ползти. – И плюются дальше. Скафандр у меня, конечно, чудный, но подставляться под эту дрянь я не рискну. Надо бы поосторожнее, получается. Интересно, почему мне раньше эти твари не встречались? Вопрос повис в воздухе, предположений у Германа не было.

Возвращаться на место прежней стоянки смысла не было – все пожитки Герман таскал с собой. Так что более-менее успокоившись парень остановился, и принялся за готовку. Котелок пошел вместо сковородки. Кое-как накромсав куски муравьиного мяса, парень поджарил сначала их, потом добавил грибы. Добавил немного соли.

- Эх, маслица не хватает, - переживал повар, старательно перемешивая жарево – чтобы не пригорело. – А то бы совсем славно было.

Помня о том, что надолго снимать шлем в этой атмосфере лучше не стоит, Герман терпеливо дождался, когда все будет готово. Осторожно принюхавшись, парень судорожно сглотнул слюну. Пахло одуряюще вкусно. Котелок опустел за минуту, и Лежнев удовлетворенно откинулся на спину, не забыв опять надеть шлем.

- Ладно, - довольно прокомментировал парень, потягивая водичку из трубочки. – Значит, как минимум с голода я тут не подохну. Осталось выяснить, нельзя ли как-нибудь из этого муравейника убраться. И вообще, где он находится? Если под Землей, то, может, мне на поверхности больше понравится?

Настроение после вкусной трапезы неудержимо поползло вверх. Собственно, туда же, вверх, и решил направиться Герман.

- Тесные туннели мне просто надоели! – пропел парень, и решительно пополз к ближайшей дырке, напевая под нос какую-то песенку. Пара ударов мечом, и он, наконец-то в нормального размера коридоре. И муравьев ни одного, что Лежнева даже разочаровало немного. Размяться не помешало бы. Герман выбрал направление, и, пританцовывая под играющую в голове песню, потопал на поиски приключений. Время будто остановилось – коридоры не менялись и были все так же пусты. Музыка в голове играла все громче и явственнее, тело переполняла энергия. Герман уже не шел, а кружился в танце, дирижируя мечом под звуки Зова Ктулху Металлики. Симфонической версии, разумеется. Спустя какое-то время муравьи все-таки появились, только почему-то переливающиеся радужными всполохами и напевающие тот же мотив. Лежнев немного потанцевал с ними, но недолго, потому что муравьи разлетелись радужными пузырями и унеслись куда-то вверх. Герман им очень позавидовал, потому что помнил, что ему тоже нужно вверх, но не расстроился – он их скоро догонит. Вот только потанцует еще немного с другими муравьями, которые пришли на смену унесшимся в неведомые дали. Танцор обозначил ударные сорванным с пояса обрезом, и продолжил танец. Новые партнеры были куда как лучше предыдущих, и композицию они дотанцевали вместе, потеряв по дороге всего двоих.

Герман не успел расстроиться тому, что музыка закончилась, потому что заиграли ирландские Дропкик Мерфи.

- Под панк не танцуют! Слэм, пацаны! – рассмеявшись объявил партнерам по танцу.

Слэм муравьишкам не понравился, и они тоже вознеслись к небесам, а Герман остался в одиночестве.

- А грибочки-то непростые оказались, - весело проорал парень во время короткого просветления. – Волшебные грибочки.

Музыка снова заиграла громче – теперь это был Король и шут.

- Темный, мрачный коридор, я на цыпочках, как вор… - весело подпевал Лежнев.

Хотя пробираться не приходилось. Коридоры были очень даже широкие и просторные, а редко встречающиеся муравьи почему-то больше не желали разделять восторга и спешили убраться с дороги. Но Герман не расстраивался. Веселая прогулка под любимую музыку – что может быть лучше? Спустя несколько часов, - или дней? Или лет? – в музыку вплелись еще голоса. Герман досадливо поморщился – они немного мешали.

- Герман, Герман… Что Герман? Цыц, глюки! Вот зачем портить удовольствие? Когда я еще послушаю Горшка на фоне звезд и туманностей? – Он действительно таки достиг своей цели. Ну, может быть, не самого верха, но встретив единственную закрытую дверь без сомнений ее раскурочил. Это оказался огромный ангар, в самом углу которого совсем небольшой, по сравнению с размерами ангара, но все равно гигантский стоял зеленый огурец. Немного сосредоточившись, парень все-таки смог определить, что это не огурец вовсе, а такой же каменный астероид как тот, с которого он в этот муравейник попал. Только не такой побитый и более правильной формы. В противоположном конце ангара наблюдались циклопические ворота, которые Герман даже в таком помраченном состоянии ковырять не стал. Ясно, что это совершенно бесполезно – слишком толстые. Но в гигантских дверях нашлись еще и несколько небольших, вполне подходящих под его размеры.

Вот их Лежнев вырезал без труда, сначала внутренние, а потом и внешние. Тяжеловато, конечно пришлось, но под бодрую музыку, пусть и перемежающуюся периодически назойливыми голосами галлюцинаций, работа спорилась. И вот теперь Герман стоял на поверхности то ли малой планеты, то ли большого астероида, а может и самостоятельного корабля, и любовался звездами. Звезды в ответ улыбались Герману, складывались в забавные рожицы и другие интересные фигуры.

- Когда ж меня отпустит-то? – устало протянул Лежнев.

- Тебя кто-то захватил? Держит в плену? – снова активизировался голос.

- Галлюцинации меня захватили! – огрызнулся Герман. – И ты – самая назойливая из них!

- Мы не галлюцинации, глупый варвар! – возмутился голос, теперь другой, девичий. Чем-то знакомый. Точно, Тиана же!

- Если бы это было так, то могло бы быть, а если бы это могло бы быть, оно бы так и было. Но так как это не так, этого и нет. Простая логика. – Ответил Герман цитатой из Алисы в стране чудес. В нынешнем состоянии он очень глубоко чувствовал истину в этой фразе. До слез прямо.

- Он окончательно рехнулся, - печально сказала галлюцинация голосом Тианы.

- Судя по показаниям скафандра у него начиналось заражение крови, с которым медицинский модуль справиться не мог. Начался сильный жар. А потом в крови появились неизвестные вещества, которые, по всей видимости, обладают психоделическим эффектом. Наверное, он что-то съел. – На этот раз галлюцинация говорила голосом Кусто.

- О да, как будто ты не знаешь, что я наелся грибов с муравьятиной, - захихикал Герман.

- Глупый варвар, ты галлюцинируешь! – теперь опять Тиана. Голос холодно-возмущенный, прямо как в реальности. Но Лежнев все равно ни на секунду не поверил. – Постарайся собраться. Мы не можем высадиться на муравейник, у них слишком хорошая оборона. Нас просто расстреляют на подлете.

- Ну да, ну да, - весело хихикнул Лежнев. – Именно поэтому. А может быть, потому что вас тут просто нет, и вы мне кажетесь? Знаете, дорогие призрачные Кусто и Тиана, у меня в голове играет чудесная музыка. А вы не даете мне ее слушать!

- Герман, сосредоточься! Постарайся отделить галлюцинацию от реальности. Иначе тебя просто убьют муравьи. Я вообще удивлена, почему ты еще жив.

- Вот ты и спалилась, глупая галлюцинация! – Обрадовался парень. – Настоящая Тиана ди Сонре никогда меня по имени не называла!

- Просто вернись внутрь корабля, найди безопасное место и попытайся поспать, - раздраженно велел голос. – Мы подождем, пока ты не придешь в себя.

- Я не хочу спать! – капризно воскликнул Герман. – Вот вообще ни в одном глазу! Меня все еще кроет, и я хочу веселиться! Только почему-то смешные муравьишки совсем не хотят больше со мной танцевать. Убегают.

Галлюцинация озадаченно замолчала. По всей видимости, просто не могла сообразить, что сказать.

- Хорошо, я галлюцинация, - наконец сдался голос. – Но ты ведь не станешь отрицать, что галлюцинация – это твое подсознание. А подсознание не станет желать плохого собственному носителю.

- Скажи это идиотам, которые, накурившись, в окошко шагают, потому что им так голоса велели, - хмыкнул Герман.

- Да что ж он упрямый-то такой! – возмутился голос.

- С его точки зрения все звучит довольно логично, - печально подытожил второй, который Герману напоминал Кусто.

- Ну ты хотя бы можешь сказать, что ты собираешься делать?

- И тогда вы от меня отстанете? – уточнил Герман. – Да без проблем. Я понятия не имею, что я собираюсь делать. Надеялся, что оказался на какой-то планете и хотел сбежать из этого смешного места куда-нибудь еще, но теперь, видно, все. Идти больше некуда. Поэтому пойду найду где здесь главных, и напинаю им по самое не балуйся.

- Очень хорошо! – радостно воскликнула галлюцинация опять голосом Тианы. – Именно это нам от тебя и требуется. Только мы хотели посоветовать, как это лучше сделать.

- Ну-ну, - вздохнул Герман. – Даже интересно послушать, что вы там насоветуете.

- Нам нужно, чтобы ты отвлек матку. Она не сможет полноценно защищаться внутри и снаружи.

- Логично, - согласился Герман. – Значит, тут и матка есть.

- Конечно есть, она тут всем управляет. Но добраться до нее будет сложно. До сих пор ты встречался только с рабочими муравьями. Матку охраняют солдаты – они наверняка намного сильнее!

- Да, я заметил. В общем, галлюцинация, ты все правильно говоришь. Про матку. Хреново только, что я не знаю, где она находится.

- Я подскажу! Но сначала ты должен дождаться, когда закончится действие галлюциногенов!

Герман снова расхохотался.

- Если я дождусь окончания действия галлюциногенов, вы исчезнете. Но это бы даже ладно, ерунда. Важно, что без этих чудных грибочков я уже даже шевелиться не смогу толком. Вон, скафандр показывает, что у меня куча переломов и трещин в костях, правда, некоторые уже малость поджили. Но это фигня, обезбол рулит. А вот то, что у меня температура пиретическая[1]. Если я протрезвею, то превращусь в жалкую развалину, которая даже встать не может! Так что грибочки – наше все.

- Тиана, он прав, - согласилась галлюцинация-Кусто. – Его состояние критическое. В течение трех суток он, скорее всего, умрет.

Галлюцинация-Тиана в ответ злобно зарычала – такого Герман еще не слышал. Звучало очень забавно.

- И все равно было бы значительно легче, если бы он понимал, что мы настоящие! Почему ты даже мысли не допускаешь, что мы можем быть реальными?

- Потому что настоящие свободные разведчики понятия не имеют, куда меня перенесло. Так же, как и я. И потому что вернуться на Землю и взять другого пленного гораздо проще, чем искать меня. Они-то не знают, что это так же бессмысленно! Все, я пошел. Надо подготовиться, пока меня чутка отпустило, а там подзаправлюсь и пойду матку побью.

Галлюцинации тут же принялись пытать Германа по поводу бессмысленности новых пленных, но парень только отмахнулся. Окружающее почти перестало постоянно менять форму и цвета, музыка в ушах почти затихла, и только голоса пока звучали четко и ясно. Заодно снова начала чувствоваться слабость и вялость, так что Герман решил поторопиться с воплощением своей идеи. Ее нужно осуществлять, пока он соображает – и это еще предстоит разобраться как!

Впрочем, идея пришла Герману как только он вернулся внутрь муравейника. Оказалось, безжалостно вырезанное им отверстие во внешнем люке совсем не устраивает население муравейника, и они активно с ним борются. По крайней мере дырка уже оказалась почти заделана муравьями – рабочими, которые героически бросились на ликвидацию аварии. Несколько трупиков уже вынесло наружу потоком вырывающегося воздуха, зато остальные почти заляпали лишнее отверстие какой-то быстро твердеющей кашицей, которую они отрыгивали на края.

Возвращению агрессора рабочие совсем не обрадовались, и активно пытались Германа не пустить, но верный меч им никаких шансов не оставил. Герман с трудом протиснулся в уменьшившееся отверстие. Потыкал пальцем в самый свежий слой кашицы. Отверстие не затягивалось.

- А это мысль! – радостно воскликнул Лежнев, и принялся соскребать еще не застывшие части и цеплять их себе на пояс. Удовлетворившись результатом, достал из ружья использованный патрон и натыкал в застывающем на талии «поясе» глубоких отверстий. Навстречу уже бежали новые муравьи, но их Герман трогать не стал. Пусть заделывают, раз им так хочется. Все равно им не жить – Герман заметил, что те муравьи, которых он не перебил при возвращении, двигались совсем вяло – явно уже умирали. Ясно дело, паршиво без воздуха.

Для того, чтобы найти выход в полюбившийся вентиляционный колодец, потребовалось прорваться через еще один перекрытый проход, но Лежнев справился, хотя ему снова было крайне паршиво, да еще не замолкающие голоса на фоне утихающей музыкальной какофонии ужасно раздражали.

Последний патрон аккуратно улегся в гнездо патронташа. Герман подпрыгнул, наклонился и удовлетворенно выдохнул.

- Ну чисто ковбой! Только шляпы не хватает.

Повод для гордости был существенный: теперь у него не два выстрела, а все тридцать - столько патронов уместилось в самодельный патронташ. Оставшуюся половину грибов Герман уже тоже съел, прямо сырыми, и теперь с нетерпением ждал, когда ему опять полегчает.

- Эй, голоса, вы тут? Может, посоветуете, как найти эту самую матку?

[1] Высокая, 39-41 градус