Звезда Единорога. Шут.

ПРОЛОГ

Заволновались ангелы:

– Eще немного и Жизнь на Земле, во всех ее трех мирах, прекратится!

– Что-то нужно сейчас делать! Иначе будет поздно и ничего более нельзя будет исправить!

– Нам нужно лететь за помощью!

– К кому? Кто может помочь?

– Нам нужно найти одного из небесных старцев и просить дать совет и поддержку!

Разлетелись ангелы в разные стороны на поиски одного из мудрецов.

Небесный старец сидел под огромным священным дубом. И созерцал миры. Он видел, что неладное происходило в измерениях, что Тень накрыла их плотным покровом. Она не пропускала Свет на Землю. Нет, солнце не погасло, оно светило, как и раньше. Но закрылись сердца живых тварей для Света и Добра. Но что он, старец, может сделать? Итак, он иногда нарушал Закон, ограничивающий вмешательство в дела измерений. Это происходило в те моменты, когда он уже не мог мириться с несправедливостью…

И все равно жестокость и коварство процветали во всем живом мире. Основной закон выживания теперь звучал так: «Каждый сам за себя и против всех». Сильный пожирал слабого, а потом и сам погибал. А губили его либо более сильный, либо убежденность в собственной непобедимости, которая неизменно расслабляла и делала достаточно легкой добычей того, кто обладал меньшей силой, но большей хитростью. Растения губили друг друга. Они отбирали у соседей воду и свет, отравляя своими ядами всю округу, не подпуская к себе иных живых существ. Животные больше не собирались в стаи и стада, люди не создавали семьи. Каждый сам искал для себя пропитания и не думал обзаводиться потомством: зачем нужна лишняя обуза? И когда появлялось светлое доброе существо, как было не вмешаться?! И старец нарушал Закон…

Но рано или поздно придется предстать перед Творцом и держать ответ за все сделанное! И тогда… Он не знал, как накажет его Творец, но наказание будет!

И тут прилетели ангелы:

– Великий! Мы не знаем, что делать! Eще немного и Жизнь на Земле, во всех ее трех мирах, прекратится! Никто не слышит нашего голоса! Сердца живых тварей закрыты! Подскажи, что нам делать!

Поднялся небесный старец на ноги и сказал:

– Подождите немного! Я принесу вам ответ!

И грустно улыбнувшись, направился мудрец, убеленный сединами, в Великий небесный Храм. Вот и пришло время держать ответ перед Творцом за все сделанное и самому задавать вопросы!

Но после исповеди услышал:

– Возьмешь ли ты на себя труд праведный, быть Защитником всякому и Заступником за каждого? Согласишься ли принять на себя грехи мира?

Удивился старец, что не наказывает его Творец, а возлагает особую Миссию. И тут страшно стало мудрецу, но скрепил он свое сердце и не поддался искушению убежать и остаться праведным.

– Да, Господи, если есть на то Воля Твоя.

– Тогда держи эту Звезду, – старец увидел возникшую ниоткуда великолепную золотую семиконечную Звезду и принял ее в руки, – Этот светоч должен соединиться с кровью Небесной Кобылицы, праматери всех Единорогов, пасущихся на небесных полях.

И снова старцу стало страшно. Что хочет от него Творец? Неужели он должен своей рукой убить священную Небесную Кобылицу, чтобы в ее крови искупать драгоценную звезду? Или Творец просто испытывает его, проверяя на какие жертвы ради Жизни он готов пойти? В замешательстве покидал мудрец Великий Храм.

Встретив ангелов, старец велел позвать табун небесных единорогов во главе с их Праматерью. Сам же стал готовиться к неизбежному, к той Жертве, что потребовал от него Творец.

Вскоре ангелы собрали всех единорогов там, где приказал им старец. И вот пришел тот, кто нес теперь на себе Бремя, возложенное на него Творцом. Он передал Великой Праматери единорогов высшую Волю. Небесная Кобылица должна была сама решить, стать ей Жертвой или нет.

– Малодушием только умножаешь Тень, – сказала Великая Праматерь и оглянулась на свой народ: – Я согласна с Волей Творца! И если для спасения Жизни требуется моя Жертва, пусть так и будет!

Она подошла к алтарному камню и легла на него. Звезда дернулась в руках Старца, вылетела и, как кинжал, вонзилась между глаз Небесной Кобылицы. Двадцать две капли крови упали на Землю…

Тут на глазах у всех начались превращения. Рог Кобылицы, ранее белоснежный, как она сама, засиял золотом. Тело ее стало более изящным, уже ослепительно искрились и ее копыта и густая длинная грива. А на спине развернулись два великолепных сильных ангельских крыла. Звезда горела во лбу древнейшей из единорогов, уничтожая своим светом Тень там, где она ее настигала.

С тех пор Небесная Кобылица летает по небу над мирами в предрассветный час и уничтожает Тень, разгулявшуюся за ночь. А там, где упали двадцать две капли крови, родились двадцать две девочки, разбросанные по всем трем мирам и разным эпохам Земли.

Глава 1

– У нас не получится приехать на пати вместе. Ну, я думаю, встретимся там, – накладывая косметику, сказала Наташа своей сестре.

Как и все сестры, Наташа и Катя были «не разлей вода», но довольно часто ругались из-за мелочей. Они были на редкость не похожи друг на друга. Наталья – светловолосая, высокая, спортивно-подтянутая, с большими темными глазами на белоснежном лице, в одежде предпочитающая классику и офисный стиль. Екатерина – не выше среднего роста, с волосами непонятного цвета, не то русыми, не то каштановыми, слегка полноватая, с серыми глазами на лице, покрытом веснушками. Причем веснушки были везде, не только на носу, но и на подбородке, и на лбу. Одевалась Катя ярко, смешивая стили, создавая образы на грани приличий и вкуса. Она любила экспериментировать и эпатировать. Мама девушек, обладательница отменного вкуса, видя стремление младшей дочери к экспериментам, взяла с нее слово, что та ограничится только одеждой, переводными “детскими” татуировками и смывающейся разноцветной тушью для волос, и не сделает ничего необратимого в своих порывах.

Старшая из сестер была спокойная, уравновешенная, крайне пунктуальная. Она не терпела беспорядка ни в чем. Младшая же была очень активна, эмоциональна. Она часто впадала в крайности. То была с чем-то непримирима, то готова простить всем и все. Она часто увлекалась всем сразу, а потом ей все это надоедало, после чего Катя долго не могла определиться с интересующими ее вопросами. В ее вещах, как и в жизни в целом, не было порядка.

Пунктуальная Наталья ехала на работу в офис департамента маркетинга крупной компании. Она уже четко представляла, что будет делать через пять, через десять лет. Каких высот сумеет добиться, а каких еще нет. Ее амбиции были уравновешены ее же способностями. Она оценивала себя совершенно адекватно: понимала, чем одарила ее природа и каких качеств ей не хватает. Одним словом, Наталья четко осознавала, что хочет от жизни, и что ждет ее «завтра».

Екатерину размеренность и распланированность жизни не устраивала. Она жила «сегодня» и наслаждалась жизнью. Девушка не боялась «завтра»: оно естественно переходит в «сегодня» с наступлением следующего дня. Ее увлечения были сумбурными и, как вся ее жизнь, зависели от эмоций и слабостей. После долгих сомнений и метаний, она решила, что станет журналистом.

Катя всегда легко излагала свои мысли на бумаге, была подвижна, обладала цепким умом, умела подмечать мелочи. Анализировать, сопоставлять факты и делать выводы было любимым занятием обеих сестер. С детства вместе они делали политические, экономические прогнозы, предсказывали развитие житейских ситуаций в жизни знакомых и по настоянию педантичной Натальи записывали их. Когда спустя время снова перечитывали выводы, сделанные год, два, три назад, девушки сначала посмеялись совпадениям, а потом поняли: это не случайность. Они могут и любят прогнозировать. Поэтому Наташа и выбрала для себя карьеру бизнес-аналитика. Катя же, поразмыслив, решила остановиться на журналистике. Что-что, а завтрашний день журналиста предугадать сложно.

Катя поступила на журфак и сейчас вела свое очередное журналистское расследование, которое ляжет в основу ее еще одной курсовой работы. Тему она выбрала сложную (Катя никогда не искала легких путей), но интересную. И сегодня ехала подобрать материалы, опубликованные на эту тему в прессе разных лет. Ее также интересовали научные исследования. Еще со школьной скамьи Екатерина заметила: чтобы говорить и рассуждать с людьми разных социальных слоев, надо знать или хотя бы представлять, на каком «языке» они говорят и что могут думать об обсуждаемом вопросе.

Глава 2

До библиотеки Катя добралась без приключений, взяла заказанные заранее материалы, нашла свободный стол и села работать. Современному человеку трудно представить себя без Интернета. Катя тоже частенько «зависала» в сети, искала и находила множество нужной и не очень информации. Но, несмотря на всю сумбурность ее интересов и увлечений, прекрасно понимала: чтобы в современном информационном поле создать что-нибудь интересненькое, отличное от общих шаблонов и штампов нужно серьезно покопаться в старых запыленных книгах и газетах разнообразных библиотек и архивов, а потом еще и «вживую» пообщаться с людьми.

Работалось легко. Тема была интересная. Екатерина выбирала имена и фамилии оппонентов-исследователей, занимающихся интересующей ее проблемой, сопоставляла их взгляды и записывала вопросы, которые хотела бы задать каждому из них.

– Извините, можно? – услышала Катя мягкий женский голос.

Девушка подняла глаза. Рядом с ней стояла довольно колоритная молодая женщина, возраст которой Катя определила бы в районе 25-30. Но по своему опыту будущая журналистка знала, что если девушка 18-19 лет сменит юношеский макияж на более изысканный и строгий, соответственно оденется, то будет выглядеть лет на 25; с другой стороны, на примере матери и ее подруг, если женщина 35-43 лет не ленится, следит за своим телом, занимается фитнесом, посещает салоны и т.д., то она может выглядеть чуть моложе 30 лет и без всяких пластических операций.

«Таким образом, – Катя сделала вывод, – ей где-то от 18 до 43 лет. Возраст женского безвременья», – вспомнила девушка, как, шутя, называла этот возраст мама.

Прямые волосы, похожие на дорогой парик, возможно, и свои, но очень тщательно прокрашенные черным цветом и хорошо ухоженные. Длинное черное облегающее фигуру платье с серебряной цепочкой-поясом на бедрах, такие носили в 9-10 веках в Европе, и в наше время возродили моду любители готического стиля. На шее множество серебряных цепочек с кулонами, похожими на амулеты.

Женщина держала в руках стопку очень старых книг и улыбалась, но холодный взгляд зеленых глаз делал эту улыбку искусственной. Екатерина видела перед собой живое воплощение темной феи Морганы.

– Да, да, конечно… Садитесь, – будущая журналистка сместила разложенные книги и газеты четко на свою половину стола.

Женщина села слева от Кати и стала перекладывать книги, выбирая какую открыть. Девушка, как завороженная, смотрела на ее правую руку. Огромный перстень с черным камнем на среднем пальце приковал внимание. Рука была ухожена. Длинные ногти, похоже наращенные, были покрыты ровным черным лаком и усыпаны красными стразами, образующими спиралевидный узор. На ногте безымянного пальца красовался рисунок в форме черепа, а на запястье промелькнула небольшая татуировка в виде свернувшейся змеи.

Катя, сделав над собой усилие, собралась с мыслями и продолжила занятия по своей теме. Спустя какое-то время соседка повернулась к будущей журналистке и, улыбнувшись, попросила:

– Присмотрите за моими вещами, пожалуйста. Я должна на минуту-другую отойти, – и, не дожидаясь ответа, быстро встала и вышла из зала.

Девушке стало интересно, что может изучать такая дама. Названия книг не удивили Катю: «Кабала», «Мировые лучи», «Наука символизма». Но одно притянуло своей непонятностью – «Физиогнозия невидимого». Этот том был значительно моложе остальных. Девушка решилась заглянуть в книгу. Катя обычно любила открывать неизвестную литературу в середине. Так, ей казалось, она лучше поймет, о чем идет речь. Именно так она поступила и на этот раз и прочитала:

«Шабаш неприкаянных душ. При определенном положении Луны, которое достигается обычно на 15-ый день, и Лучей Силы, синергетические вихри во фрактальных зонах возвышенностей уплотняют энергетические субстраты вплоть до видимого диапазона. Наблюдатель указанного получает резонансную перегрузку психики из-за сущности поля как континуума, которое в сравнении с…»

– Ну как, это вас заинтересовало? – услышала Екатерина за спиной мягкий голос соседки.

– Извините, я просто увидела непонятное название и полюбопытствовала, что это такое, – смутившись, ответила девушка.

– Ну, и как?

– Если честно, то я не поняла, причем здесь шабаш, и что это за перегрузки психики, – Кате очень не хотелось признаваться, что из всего прочитанного ей знакомыми показались всего несколько слов.

– Если вам это интересно, то предлагаю немного передохнуть. Спустимся в кафе, выпьем чаю. А я вам объясню интересующие вас вопросы, – Фея Моргана мягко улыбнулась.

Катя согласилась: ее заинтриговала эта книга.

Маленькое, уютное кафе располагалось в двух шагах от библиотеки. Фонтанчик в вестибюле, обилие зеленых растений по всему помещению, да и сам интерьер создавали ощущение маленького уголка райского сада. В зале было много свободных мест: время обеда давно прошло, а для ужина было еще слишком рано. «Моргана» быстро прошла через зал, остановилась у столика в самом углу у окна, располагающегося под листьями огромной монстеры, и обернулась к следующей за ней Кате:

– Давайте познакомимся для начала. Меня зовут Лера. Я занимаюсь исследованием каббалистической философии и всего исходящего из нее. Пытаюсь разобраться, что является реальностью, а что порождено, перепуганным воображением средневекового обывателя. А кто вы?

Катя, еще не доверяя своей собеседнице, постаралась рассказать о себе так, чтобы не показаться скрытной, но дать о своей жизни минимум информации.

В этот момент официант принес две маленьких чашечки с ароматным напитком и поставил их перед девушками. Лера, поблагодарив парнишку, пригубила напиток и в задумчивости погладила спиральку змейки на запястье.

– Итак, вернемся к нашей теме. Что именно вас заинтересовало? Шабаш? Но насколько я знаю, даже самый последний двоечник понимает, что это такое.

– Нет, что такое шабаш ведьм я знаю, или мне кажется, что я знаю. Но причем здесь резонанс и перегрузки? Ведь если первое из области мифов, то второе явно из физики.

– Да, вы правы, – улыбнулась Лера. – Но не надо думать, что кабалистика интересовала только темных средневековых алхимиков и дремучих ведьм. Кстати, среди них были и выдающиеся ученые своего времени. В наше время есть так называемые паранаучные круги, которые переносят известные понятия кабалистики, магии, астрологии, алхимии на современный научный язык. То, что вы прочитали и есть современное толкование термина «Шабаш». А резонансные перегрузки, которые происходят на шабаше, – это потеря души живым человеком.

– Как потеря души? – Катя чуть не уронила кусочек сахара, который собиралась положить в свою кофейную чашку. – На шабаш, как я помню, слетаются ведьмы, намазавшиеся какой-то там мазью, и, если верить описаниям, это что-то типа средневековой тусовки, которую запрещали строгие дяденьки-священники и за которую очень серьезно наказывали, если попадались им в руки ее участники.

– Да, у тебя обширные познания в этой области, – рассмеялась Лера. – Не возражаешь, что я на ты? Ну, так слушай. Основным заблуждением является то, что шабаш представляется современному человеку, как вечеринка крутых, продвинутых дам, умеющих колдовать и не понятых современниками. И поэтому шабаш в наше время воспринимается как тусовка последователей культуры ведовства. На самом же деле в определенное место в определенное время (причем, определенное не кем-то, а конкретными условиями космических сил) слетаются неживые лица: вампиры, оборотни, ожившие скорлупы, умершие черные маги, их последователи… – Лера, увидев непонимающий изумленный взгляд Кати, осеклась и пояснила: – Одним словом, шабаш – это тусовка неприкаянных нечистых душ, не нашедших покоя после смерти.

– Но, если они уже мертвецы, то причем здесь потеря души человеком? – непонимание начало раздражать Катю.

– Подожди, не торопись. Космические лучи создают условия, когда эти нечистые души уплотняются, становятся видимыми и осязаемыми настолько, что оказавшийся рядом случайный прохожий воспринимает их, как живых. В этот момент эти существа могут завлечь к себе на шабаш случайно оказавшегося рядом живого человека, и именно его душа резонансными вихрями вырывается из тела…

– Какими вихрями, извините?..

Лера, улыбнувшись, пояснила:

– В резонанс входят душа живого человека и плотные, как бы физические, тела нечисти. Происходит это, когда человек вступает в общение с демоном, как в разных религиях именуют нечисть. Это общение может быть просто как увлекательный разговор, игра, в которую играют демоны и их гость. Самое страшное, что оттуда нет выхода. Человек всегда проигрывает. Его душа отдается на растерзание демонам. А физическое тело остается существовать в нашем мире до его физической смерти без души или используется одним из демонов.

– Как это тело без души? – небольшое раздражение Кати сменилось удивлением. – Я о таком раньше не слышала. А разве такое возможно?

– Ну, о возможности этих вещей я знаю чисто теоретически. Но если брать мифологию, то у наших предков даже существовало название таким существам «нелюдь». Знаешь, человек любую свою фантазию основывает на чем-то существующем. И если существуют мифы о нелюдях, значит на чем-то они основаны… – рассуждения Леры были прерваны трелью айфона.

Немного поговорив по телефону, Лера улыбнулась и сказала:

– Я сейчас должна ехать. Меня ждут. Я очень рада нашему знакомству. Если я тебе понадоблюсь, звони. Вот моя визитка.

Лера положила на стол перед Катей бордовый прямоугольник с золотым тиснением и вышла из кафе. Девушка взяла визитку в руки и прочитала: «Карновская Валерия Марковна. Кандидат технических наук, доктор психологических наук». Екатерина в легком замешательстве вышла из кафе, вернулась в библиотеку и проработала до вечера.

Глава 3

Странности начались уже по дороге на пати, где девушку ждала сестра. На выходе из библиотеки Катя чуть не наступила на окровавленное голубиное крыло, восемь перьев которого так и стояли у нее перед глазами, пока она при входе в метро не столкнулась со странной дряхлой старушкой. Черный платок, сгорбленная спина, темное длинное платье, подпоясанное витой веревкой, в руках толстый сук, исполняющий роль посоха-клюки, и огромная бородавка на носу. Не хватало только сидящего на сгорбленной спине черного кота, чтобы полностью довершить зловещий сказочный образ.

«Ведьма из сказки», – промелькнуло в голове у Кати.

Она вспомнила свои детские страхи. И как они с сестрой после прочтения страшной сказки про злую ведьму прятались в «заповедный угол», где, как им казалось, никто и ничто не могло их достать. Как наперегонки бежали из темного коридора под свои спасительные одеяла, накрывшись которыми, отгораживались от преследующих их страхов. Комок подкатил у девушки к горлу, но она одернула себя:

«Что за вздор! Я уже не маленькая девочка, чтобы бояться несуществующих ведьм! А бабушка просто очень старая…»

Старуха внимательно с прищуром посмотрела на Катю и улыбнулась, оголив свой единственный зуб, оставшийся во рту, желтый, искривленный длинный клык. Девушка вздрогнула, а голос разума снова затвердил:

«Ведьм не бывает. Зуб выглядит неестественно длинным потому, что он один».

Старуха повела носом и, все еще глядя на Катю, прошамкала:

– Какая аппетитная курочка, – вздохнула и вошла в метро.

Екатерина остановилась, чтобы сбросить с себя это наваждение, подняла глаза и увидела палатку с надписью «Куры гриль».

«Ах, вот о чем говорила старуха», – выдохнула она с облегчением. Но какой-то комочек в груди сжался и не отпускал: «А разве в Москве такие палатки остались?». Она никак не могла вспомнить: видела ли эту палатку здесь раньше.

Современный человек имеет спасительную для него способность, столкнувшись с непонятным, оглянуться вокруг, найти первое попавшееся объяснение и, успокоившись, забыть о происшедшем. Наша героиня именно так и поступила. Войдя в метро, она быстро переключилась на его колоритную публику. К перрону подошел ретро-поезд, и Катя зашла в него.

В метро люди любят читать. Кто-то что-то смотрит в смартфоне, серфит соцсети, проглядывает новости, играет в игры, пролистывает электронную книгу. Реже кто-то просматривает газеты, любитель бумажных изданий пробегает глазами по строчкам книги, студент листает лекции, ученик пытается читать учебник. Екатерина любила наблюдать за людьми. Вот женщина напротив нее развернула газету. Будущая журналистка ожидала увидеть раздаваемые на всех станциях листы «Metro» или что-нибудь в этом роде. Но на развороте красовалась черная фигурная надпись «Глас Оракула». Катя отвела взгляд и наткнулась глазами на красочную обложку с окровавленной мордой волка. Юноша, держащийся за поручень, читал книгу «Кровавый след оборотня».

Чтобы отвлечься от мистической тематики, Екатерина заглянула в конспекты девушки, сидящей слева от нее. В тетради красивым почерком были записаны химические формулы. И у Кати отлегло от сердца. Студентка сосредоточенно провела по строке своим наманикюренным черным с золотыми иероглифами ноготком и сместила руку. Глазам Екатерины открылась надпись: «Противоядие к приворотному зелью». Девушке стало не по себе.

«Это уже слишком! Сколько же людей занимается всей этой мистической ерундой, как им не жаль времени?! Или они во все это верят? Нет, средневековая чушь! Все знают, этого не существует!»

И тут же возник робкий голосок сомнения: «Точно не существует?..»

От этих мыслей Катю отвлек голос из динамика: «Станция Чистые пруды. Переход на станцию Тургеневская…» Наконец-то! Катя вышла на платформу и быстро пошла к эскалатору. В центре зала внимание девушки привлекла группа подростков в черных балахонах и остроконечных шляпах, увешанные какими-то кулонами. «Похоже, это сбор ролевиков» – решила она и поторопилась к выходу. Времени у нее было мало, а ей предстояло еще найти особняк, в котором намечалась вечеринка и который так красочно описала ей сестра.

На выходе из метро Екатерина отметила, что опасения насчет толкучки не оправдались. Она была совершенно одна у станции метро, что несколько странновато для центра Москвы в час пик. Удивившись безлюдью, Катя не придала этому особого значения и продолжила свой путь. Наташа очень хорошо описала, в какую сторону идти, в какой двор заходить, какую дверь открывать. Екатерина направилась по описанному маршруту.

Навстречу ей по странно безлюдной улице вальяжно шла черная кошка. Она посмотрела Кате прямо в глаза, выгнулась, потянулась, села и стала язычком расчесывать угольную и без того лоснящуюся шкурку. Когда же девушка дошла практически до кошки, та беспокойно мяукнула, с места, как пружина, прыгнула поперек дороги и села с другой стороны, продолжая наблюдать за Катей. От неожиданности девушка отступила назад. Справившись с легким замешательством и сказав себе: «Все приметы – ерунда», Екатерина пошла дальше. И это почему-то расстроило кошку. В том, что кошка огорчилась, сомнений у Кати не было.

Вот, наконец, и дворик. Девушка вошла в арку дома. Во дворе должен быть особняк, памятник архитектуры, отреставрированный его новыми хозяевами. Подруга Наташи, устраивающая мероприятие, была из очень состоятельной семьи. Эти люди могли себе очень многое позволить. В том числе бесконечные путешествия по миру и обучение дочери в дорогом известном частном университете. Наташа познакомилась с этой девушкой еще школьницей на языковой олимпиаде. С тех пор девочки дружили.

Катя шла через небольшой скверик, ожидая увидеть старинный дом. Густая зелень, потрескавшиеся асфальтовые дорожки, покрытые прошлогодними листьями, шуршащими под ногами – все это вызывало легкое недоумение юной москвички. «Такой сквер в центре Москвы? Это невозможно!» Но она шла по этому невозможному скверу, причем шла довольно долго.

Вот, наконец, Катя увидела дом. По словам сестры, она это точно помнила, особняк недавно отреставрировали. Дом же, у которого стояла Катя, явно старинный, но находится в плачевном состоянии. Лепнина, которой когда-то был украшен этот дом, частично обрушилась и валялась здесь же, у фундамента. Некоторые окна были разбиты, на старых деревянных рамах облупилась краска. Штукатурка местами отвалилась, по фасаду шла глубокая трещина, пересекающая полуосыпавшееся граффити: руку, держащую истекающее кровью сердце, из нутра которого вылезают черви.

Увиденная Катей картина навевала ощущение разрухи и тленности. Она передернула плечами, пытаясь скинуть пронзивший ее озноб и странное неприятное давящее ощущение, возникшее в солнечном сплетении.

Внутрь дома вела дверь. Но таких дверей не бывает в домах богачей! Фанерная, растрескавшаяся, она висела на одной петле. Катя еще раз взглянула на номерную табличку дома. Все правильно, именно этот адрес ей дала сестра…

«Наверно, это розыгрыш», – решила для себя Катя, чтобы хоть как-то объяснить происходящее. Она слышала, что есть люди, которые любят разные экстравагантные розыгрыши и ролевые игры. Похоже, ей предстоит стать участницей чего-то такого.

Екатерина вздохнула и подошла к двери дома, которую страшно было трогать (а вдруг отвалится), но не успела взяться за ручку, как дверь распахнулась. Навстречу ей, улыбаясь, шла высокая рыжеволосая девушка. И что-то с ней было не так. В легком замешательстве Катя стояла на пороге.

– А это, похоже, наша Катюша. Здравствуй, очень много о тебе наслышана, проходи, – с этими словами девушка почти силой втянула Катю в дом.

Екатерине все это очень не нравилось: слишком многое не соответствовало ее представлениям. Но, увидев Наташу в конце коридора, она успокоилась и пошла к сестре.

Не дожидаясь, пока Катя к ней подойдет, Наталья вошла в открытую дверь комнаты в конце коридора. Екатерина удивилась, но поспешила следом.

Глава 4

Комната была еще более странной, а точнее она полностью соответствовала состоянию дома. Большое пространство, на потолке – одинокий шнур, на котором когда-то висела лампочка. У стены – две голые металлические кровати с панцирными сетками. Между ними расположилась старая рассохшаяся тумбочка с облупившейся краской. Под ногами – мусор, обрывки обоев и осколки стекол.

В комнате было довольно много народу. Кто-то сидел на кроватях, кто-то на тумбочке, кто-то на подоконниках. Люди весело болтали, обсуждали светские новости и сплетничали об отсутствующих. Босая девушка в венке, одетая в художественно оборванное белое платье, внесла в комнату канделябр с пятью горящими свечами.

«Точно, розыгрыш», – успокоила себя Катя. Но что-то ей во всем этом ужасно не нравилось.

– Ну, и как тебе наш дворцовый интерьер этого зала? – услышала Катя за спиной голос «Хозяйки бала».

Девушка решила подыграть шутке.

– Он великолепен! Я никогда не видела столько золота и хрусталя в одном месте, – намекая на мусор и осколки стекол под ногами, произнесла она.

«Хозяйка» улыбнулась и удовлетворенно кивнула.

И тут Катя поняла, что ей не понравилось, когда она вошла: в «зале» не было Натальи, хотя девушка видела, как сестра сюда вошла. Екатерина обернулась к «Хозяйке», чтобы задать вопрос о местонахождении Наташи. Но слова замерли у нее на губах. Катя краем глаза увидела, как один из гостей, сидящих на окне, оторвался от подоконника, повис в воздухе и, раскланявшись с собеседником, перелетел на кровать. Не совсем доверяя увиденному, будущая журналистка решила проверить, так ли это. Она внимательно посмотрела на подоконник. Девушка обладала великолепной тренированной зрительной памятью, занятия с сестрой не прошли даром. Она сразу увидела, что на подоконнике пустует место странного усатого господина в котелке, а сам он уже сидит на кровати, весело болтая с соседкой.

«Куда я попала? Разбираться будем потом, а сейчас надо отсюда уходить», – промелькнуло в голове будущей журналистки. Ее профессиональное любопытство еще не взяло верх над осторожностью. Увидев, что «Хозяйка» отвлеклась на «гостей», Катя осторожно стала продвигаться к выходу.

– Куда же вы? Неужели даже в игру с нами не сыграете? – услышала она хриплый голос за спиной.

Екатерина обернулась. Перед ней стояла молодая красивая женщина с уставшими глазами. Ком сжался в груди Кати, девушка пристально посмотрела в глаза молодой особы и у нее перехватило дыхание: черты лица женщины поплыли, и та за несколько мгновений превратилась в ту самую старуху, что она встретила у метро.

– Она все видит, как есть! – закричала ведьма. – Начинайте игру, она не должна отсюда уйти!

Катя услышала, как у нее за спиной «Хозяйка» спешно начала задавать какие-то вопросы, а «гости» на них стали отвечать. Девушка не стала вслушиваться в то, что творилось в комнате. Она одним прыжком достигла двери и, отрываясь от хватающих ее рук, ухватилась за косяк. Отчаянным рывком она вывалилась наружу. Здесь уже не было коридора, а была прохладная вечерняя улица.

«Мне нужно добраться до спасительного метро», – только эта мысль крутилась в голове убегающей девушки.

Как ни странно, за ней не было погони. По дороге гуляли редкие прохожие. Они не торопились домой после работы, не спешили по делам, а именно гуляли. Катя спросила, в каком направлении метро. Прохожий махнул рукой вниз по улице и добавил:

– Увидите подземный переход. Это и будет вход в метро. Табличку сняли, ее должны будут заменить, – увидев, что Катя собирается сказать «спасибо», быстро произнес, – благодарить не стоит, – и спешно удалился от удивленной девушки.

Катя продолжала бежать, хотя, вроде, за ней никто не гнался. Просто люди, проходившие мимо, вызывали у нее то же ощущение, что и «Хозяйка бала», и ее «гости». Девушка стремилась убежать из этого кошмара.

«Как в кино с ужасами или в кошмарном сне», – промелькнуло в голове будущей журналистки.

Она не понимала, что именно происходит, но откуда-то очень хорошо знала, что попала в очень дурную историю, из которой как-то надо выбираться. Увлеченная своими мыслями, девушка не заметила пару, шествующую ей навстречу, и врезалась прямо в нее. Извинившись, она глазами встретилась с женщиной, мило и очень грустно ей улыбнувшейся. Девушке показалось, что женщина ей хотела что-то сказать. Но мужчина, грубо и крепко схватив спутницу за предплечье, увлек ее, оборачивающуюся на Катю, за собой.

Вот, наконец-то, и метро. Откуда-то появилась старая знакомая – угольно-черная кошка. Она снова посмотрела Кате в глаза, мяукнула и прошествовала, задрав хвост, отрезая путь от входа в метро.

– Милая киска, ну зачем ты? – чуть не плача, прошептала девушка.

Она уже начинала верить, что не всегда черная кошка переходит дорогу просто так. Похоже эта черная красавица хотела опять предупредить Катю об опасности. Или нет? Но девушка еще не научилась быстро отказываться от своих старых надежд. А потому стремительно сбежала по лестнице ко входу в метро.

Глава 5

Очутившись под землей, Катя поняла, о чем предупреждала ее кошка. Вокруг были такие же «люди», как «Хозяйка» и ее «гости». Девушка стремилась как можно быстрее уехать с этой странной станции.

Когда Катя подошла к краю платформы, электричка остановилась и открыла двери. Она прыгнула в подошедший вагон, даже не обратив внимания, что первый вагон был перед ней, на середине платформы, а не на остановке первого вагона…

Девушка услышала голос из динамика:

– Осторожно, двери закрываются. Следующая станция в Москве-реке. Разъясняю людям: ничего сделать нельзя. Все, кто находится в этом поезде, утонут. Счастливого утопления!

– Дорогой, как интересно! Я уже горела, задыхалась в газе, но не тонула. Это так здорово!

Катя обернулась на говорящую и замерла от удивления. Теперь она поняла, почему за ней никто не гнался. Все: «Хозяйка бала», «гости», «прохожие» и даже та самая парочка, в которую она врезалась, – были здесь, в вагоне. И все смотрели на нее.

«Может, я и вправду сплю, и вижу кошмарный сон?» – подумала Катя. Но она хорошо знала, что это не так.

«Это общение может быть просто как игра, в которую играют демоны и их гость. Самое страшное, что оттуда нет выхода. Человек всегда проигрывает. Его душа отдается на растерзание демонам», – вспомнила Катя дневной разговор с Лерой.

«Вот почему старуха кричала: «Начинайте игру!», – Катя, гася панику, стала дышать и раскладывать факты. – Но я сейчас нахожусь под землей, а не на высоком месте. Хотя, если выживших нет, то кто мог дать исчерпывающее объяснение, где может, а где не может проводиться шабаш? Или все-таки выжившие были?»

Катя четко знала одно: нельзя играть по их правилам. Откуда было у нее это знание, она не имела представления, но она ЗНАЛА. Хорошо, если ей суждено погибнуть, то она погибнет не так, как они хотят.

Катя бросилась к автоматическим дверям вагона, просунула ключ от домашнего замка между створками, повернула его, в образовавшуюся щель просунула папку с конспектами и, поднатужившись, открыла одну створку дверей. Не оглядываясь, девушка вывалилась из движущегося вагона в темноту.

Глава 6

Катя стояла в просторном холле очень светлого здания. Свет, казалось, излучали и потолок, и стены, и пол, хотя нигде не было видно ламп. Мимо нее торопливо проходили какие-то люди в странных свободных одеждах. «Я, что, попала в рай?» – недоумевала девушка.

– Здравствуйте, вы, наверное, пришли на просмотр изобретений наших учеников? – услышала Катя бархатный женский голос, заставивший ее обернуться.

Перед ней стояла обычная женщина в свободной белой тунике, перетянутой на поясе широким ремнем серебристого цвета. Отсутствие украшений на белоснежном одеянии создавало ощущение сходства с больничными халатами врачей. Катя видела, что такие же туники только с поясами других цветов носили и многие проходящие мимо них люди. «Возможно, это униформа» – промелькнула в голове мысль. Женщина, обратившаяся к Екатерине, конечно же, не была ангелом, но и демоном не была тоже.

«Значит, я не в раю, но уже и не на шабаше. Тогда где?»

Понимая, что от нее ждут ответа, Катя улыбнулась и ответила:

– Да.

– Тогда следуйте за мной. Вы родственница одного из наших учеников или представитель Экспертного Совета промышленников?

Катя не решилась на самозванство:

– Нет, я как частное лицо.

– Хорошо, только вы должны помнить, что использование разработки в коммерческих целях допустимо только с разрешения ее создателя и Экспертного Совета промышленников. Конечно, вы это знаете, но я обязана про это напомнить согласно инструкции функционирования. Я – андроид нового поколения. Модель PXR15428.

«Куда меня занесло? Зачем я здесь? Значит, я не погибла… Хоть одна хорошая новость», – с этими мыслями девушка следовала за машиной, ужасно похожей на человека.

Катя внимательно вглядывалась в лица идущих навстречу, пытаясь понять: кто из них человек, а кто – андроид. Но особой разницы не чувствовала, и это ее удивляло: как можно спутать машину с человеком? В конце концов, она же сумела отличить демонов от людей!

Ведомая женщиной-андроидом Екатерина прошла ряд таких же, как и холл, пустых и светлых коридоров и зашла в конференц-зал. Помещение было создано по принципу амфитеатра и очень напоминало лекционные залы старых университетов. Удивительным было то, что зал разделялся по цветовому признаку на три части: красная, зеленая, синяя. Андроид показала на синий сегмент:

– Прошу, вам сюда?

– Скажите, а другие сектора?.. – не удержалась от вопроса Катя.

– Красный – для представителей Экспертного Совета промышленников, зеленый – для родных и близких участников, синий – для частных лиц. Если вам понравится разработка, нажмите кнопку на пульте рядом с креслом, – посчитав инструкцию исчерпывающей, андроид развернулась и пошла к выходу, похоже, на поиски еще одного заблудшего посетителя.

Катя прошла в синий сектор, выбрала себе место и села, осматривая пульт у кресла. Девушку приятно удивило, что при желании можно перекусить прямо здесь. На пульте, кроме кнопки с надписью «голосование», красовались «кофе», «обед» и еще одна не совсем понятная «услуги». Но опробовать пульт девушка не решилась.

В течение последующих пары часов Катя выслушала с полдюжины проектов разных разработок. С детства интересуясь всякими техническими штучками, постоянно читая научные и технические журналы, Екатерина считала себя достаточно осведомленной в части новинок науки и техники, но то, что она слышала и видела сейчас, практически ею не воспринималось. Законы физики, на которых основывался принцип работы той или иной разработки были ей либо неизвестны, либо в них присутствовали поправки, о которых она никогда не слышала. «Что я здесь делаю?» – сейчас это был единственный вопрос, интересовавший ее.

Вот на кафедру вышел следующий разработчик. Это был малыш лет 6-7. Катя с удивлением смотрела на него: что может дельного изобрести такое чудо?

Малыш серьезно, со знанием дела стал объяснять:

– Я работаю над проблемой мгновенного перемещения в пространстве тел живой и неживой природы на любые расстояния. То, что древние называли телепортацией. Сегодня я хочу вам представить свой прибор из промежуточного звена разработок, позволяющий мгновенно переместиться на несколько метров. В отличие от предыдущей модели этот прибор обладает искусственным интеллектом, успешно прошедшим тест Тьюринга и позволяющим рассчитать безопасную точку перемещения объекта. Практическое применение представленного прибора – экстренный выход из любого вида транспорта: наземного, подземного, воздушного, водного, подводного – кроме, конечно, пока еще космического и океанического. Способ применения, как и у предыдущей модели. Приставить к стене транспорта, нажать силиконовую кнопку, идентифицирующую по геному человека или андроида. После прибор перенесет его в заданном направлении в безопасное место.

В отличие от предыдущих это выступление не вызвало бурной реакции зала. Катя же поняла все, о чем говорил малыш. Но она еще поняла и то, что каким-то образом, выпрыгнув из той страшной электрички, попала в далекое будущее.

Девушка видела, что малыш чуть не плачет, хотя и неплохо держится. (И этого она тоже никак не могла ожидать от ребенка этого возраста!) Мальчик стойко выслушивал критику дяденек из красного сектора, которые почему-то даже и не пытались дать скидку на возраст разработчика. Катя оглянулась на присутствующих в зале: люди равнодушно смотрели на малыша и внимали критике экспертов. Тогда, чтобы поддержать будущего великого изобретателя, Екатерина решительно нажала кнопку «голосовать». Кресло, на котором сидела девушка, издало звук, отдаленно напоминающий звук финальной сирены футбольного матча, и засветилось, создавая вокруг Кати светящийся столб. Если бы девушка знала о том, какой эффект будет от нажатия, ни за что бы не решилась тронуть кнопку! Но дело было уже сделано: она привлекла к себе внимание огромного зала. Будущая журналистка увидела, как загорелись глаза малыша. И это стоило ее “минуты позора”. Юный изобретатель сорвался с места и бросился к ней, неся в руках свой «промежуточный образец».

– Возьмите, пожалуйста, я его испытал сам. Он работает! – с гордостью проговорил малыш, протягивая Кате свое детище.

Девушка взяла изделие юного дарования. Она не могла не поддержать надежду и азарт мальчика. Ребенок, счастливый от того, что его труд нужен хоть кому-то, побежал в зеленый сектор, где похоже за него волновались родители. Катя же, растерянно вертя в руках полимерное средство передвижения, подумала: «Надо возвращаться назад». И вернулась… с «промежуточным образцом» в руках.

Глава 7

Катя снова была на том же перроне, с которого ушел поезд на «утопление». На рекламном баннере известный по телешоу шеф-повар рекомендовал использовать набор из девяти ножей.

Вокруг сновали демоны. То, что это были демоны, принявшие человеческое обличье, больше у Екатерины сомнений не вызывало. Существа суетились вокруг Кати, не замечая ее. Нечисть больше ею не интересовалась: видно они посчитали ее погибшей.

Но здесь на перроне шла охота. В воздухе витал азарт. Катя была уверена, что она его учуяла. Оглянувшись, девушка увидела жертву. Это был молодой человек чуть-чуть за 20. Классический «ботаник»: волосы всклокочены, на носу очки, мятые брюки, неизвестно когда видевшие утюг, серый бесформенный пуловер, возможно доставшийся еще от дедушки, поверх полосатой рубашки с воротником давно ушедшей моды. В довершении ко всему он, даже стоя на перроне, не мог оторваться от конспектов.

К перрону подошел поезд. Парень нырнул в первую попавшуюся дверь, не отрываясь от мелко исписанной общей тетради. Катя понимала, что ожидает беднягу. Она вспомнила про «промежуточный образец» и бросилась следом за рассеянным студентом. Двери электрички закрылись у нее за спиной.

Голос динамика произнес:

– Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – катастрофа. Разъясняю людям: ничего сделать нельзя. Все, кто находится в этом поезде, погибнут в катастрофе. Нам навстречу по этим же путям уже идет встречный поезд!

Катя поймала испуганный непонимающий взгляд студента, приклеила на стекло перед ним «промежуточный образец», показала кнопку и, приказала:

– Жми!

Растерявшийся парень, ничего не понимая, машинально выполнил указание и исчез вместе с «образцом».

Впереди блеснули фары идущего навстречу поезда. Все! Катя поняла, что не успеет ничего более изменить. Но страха уже не осталось.

«Господи, прости и помоги мне», – подумала девушка. И вдруг ей вспомнилось откуда-то:

«Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради ближнего, тот обретет ее…»

Глава 8

Катя стояла у метро, где встретила странную старуху. Девушка внимательно огляделась. Палатки «Куры гриль» нигде не было. Теплое, ласковое солнце, заканчивая свой дневной бег, клонилось к западу. На асфальте сидела маленькая одинокая птичка с длинным подергивающимся хвостом. Смартфон в сумочке Екатерины надрывался от звонка. Этот звук вывел девушку из оцепенения. Катя достала телефон:

– Да, я слушаю… – хрипло произнесла она, теряясь в догадках: где она опять и как сюда попала.

Из трубки доносился настойчивый голос сестры, возвращающий девушку в реальность:

– Катька, ты где? Ты куда пропала? Здесь уже все, только тебя и ждем!

– Я буду минут через пятнадцать, – машинально ответила Екатерина.

Она взглянула на часы, высветившиеся на дисплее: пять минут назад она вышла из библиотеки. Пять минут – это время на дорогу от подъезда библиотеки до входа в станцию метро.

«Видно, мне все привиделось», – успокоила себя Катя.

Но какая-то часть ее точно знала, что не привиделось и началось именно отсюда с той самой странной бабушки, говорящей про аппетитную курочку.

Девушка зашла в метро. Она внимательно наблюдала за людьми. Но ничего особенного вокруг не происходило. Все было, как всегда. На выходе было многолюдно. Толпа медленно двигалась в обе стороны. Но теперь Катю это даже радовало. Девушка быстро нашла описанный сестрою особняк. Маршрут был практически тот же, но ориентиры, данные сестрой, привели Катю в другой двор с проходом через другую арку. Дом был именно такой, каким и описывала его сестра: великолепным отреставрированным особняком конца XVIII века. Вскоре Катя познакомилась и с подругой Наташи. Это была темноволосая девушка невысокого роста с азиатскими чертами лица – ничего общего с «Хозяйкой».

Глава 9

На следующее утро Катя решила вернуться на то место, где вчера стоял странный дом. Ей всю ночь не давал покоя вопрос: «Что со мною произошло? Или не было ничего, а я просто попала под гипнотическое влияние мистических образов после встречи с Валерией Карновской?»

День был солнечным и теплым. В метро и на улице было много народу: кто-то торопился по делам, кто-то просто гулял… Будущая журналистка снова обратила внимание на то, что ее больше не раздражает большое скопление людей.

Девушка быстро нашла ту самую арку, ведущую во двор со странным домом. За ней Екатерина увидела и небольшой скверик, по которому шла вчера. Но сейчас это было очень ухоженное место: каждое дерево стояло отдельно от других, пустое пространство между деревьями было засеяно густой газонной травой, кусты, идущие вдоль чисто убранных дорожек, покрытых новой брусчаткой, были ровно пострижены. Вдоль аллеи стояли лавочки. На одной из них сидела пожилая женщина, скорее всего местная жительница. Странного дома в обозримом пространстве не было. В конце аллеи просматривались дома, уже выходящие на улицу, ведущую на бульвары. Катя подошла к старой женщине, кормящей двух обнаглевших толстых голубей:

– Здравствуйте, извините за беспокойство, возможно вы мне подскажете? Здесь раньше стоял старинный дом. Что с ним произошло?

– Милая девушка, этого дома не существует уже лет пятнадцать – двадцать, а зачем он вам? Его снесли, когда вы только родились, – женщина оторвалась от своего мирного занятия.

– Я интересуюсь архитектурой, нашла его на старых планах и хотела посмотреть, – соврала Катя, пытаясь объяснить свой интерес.

– Не знаю, архитектура вас интересует или еще что, – женщина высыпала из пакета все крошки, на которые как голодные набросились те же голуби. – Но говорили, что дом тот плохой был. Много странностей, и много нехорошего было в том доме. И, несмотря на всю его историческую ценность, его снесли после череды странных пожаров, от которых едва уберегли соседние дома. Милочка моя, послушайте доброго совета повидавшей жизнь старухи: не ищите этот дом больше, его нет, и лучше вам сюда без дела больше не приходить. – С этими словами женщина встала, собрала свои пакетики и тихо пошла в сторону одного из подъездов.

Катя посидела на лавочке еще пару минут, обдумывая услышанное.

«Действительно, – решила она, – Мне здесь больше делать нечего. То, что произошло со мной вчера, похоже было на самом деле. В этом я убедилась. Значит, Валерия была не права, и у человека выход все-таки есть», – она вспомнила, как в самую трудную минуту обратилась мыслями к Богу.

Девушка вышла не в арку, а на улочку в конце аллеи. Ей непреодолимо захотелось зайти в церковь, тихо помолиться и поставить свечку, что она и сделала в маленькой церквушке на бульваре. И после Катя не поехала в библиотеку, а долго гуляла по улицам Москвы, наслаждаясь почти летней погодой уходящей весны. Она чувствовала легкость и радость оттого, что вокруг были люди. Пусть недружелюбные и замороченные своими проблемами, но люди.

Проезжающий мимо водитель поливальной машины что-то перепутал в управлении, и на Катю обрушился короткий шквал воды. Девушка инстинктивно дернулась в сторону, где сразу получила толчок от велосипеда. Хорошо, что проходящий рядом молодой человек не позволил Кате упасть.

– Спасибо! – прошептала девушка, завороженная глубоким синим цветом глаз спасителя.

– С Вами все хорошо? Вас может подвезти куда? – смысл вопросов едва доходил до Кати.

– Нет, спасибо! Я немного посижу на солнышке. Погода хорошая, я быстро обсохну! Вы не дали мне превратиться в хрюшку, а вода быстро высохнет!

Молодой человек вежливо проводил Катю до лавочки и быстро ушел к припаркованному неподалеку дорогому внедорожнику.

…

У Великого Небесного Храма под раскидистым Вечным Дубом сидел Светлый Старец и наблюдал, как разбаловавшиеся ангелочки кидают камешки в Фонтан Судьбы. Он видел, как от каждого упавшего камешка расходятся круги. Старец остановил строгого Архангела, желающего приструнить малышей:

– Не трогай их, пусть. Не помешает разбавить предопределенность в жизни людей случайностями. А какими они будут: счастливыми или нет – зависит от того, урок или награда требуется человеку, с которыми они произойдут.

Глава 10

Когда солнце оказалось на западе, Катя решила, что пора возвращаться домой. Она чувствовала, что что-то в ее жизни безвозвратно изменилось. И как ни странно, это не пугало.

По пути домой девушка зашла на небольшой рынок выходного дня у метро. Катя не спеша шла через оранжевый павильон мимо торговых рядов, ничего не собираясь покупать. Где-то ругались люди, кто-то громко смеялся. После приключений среди нечисти ей было приятно наблюдать за суетящимися людьми.

Вдруг из-за очередного лоточка вынырнул чумазый мальчишка. Он ловко открыл сумочку торгующейся с продавцом женщины, выхватил оттуда кошелек, отскочил и практически налетел на Катю. Девушка схватила его за руку, еще держащую кошелек. Мальчишка выронил чужую вещь и, пытаясь вырваться, увлек Катю в сторону.

– Ты что меня видишь? – испуганно прошипел мальчишка.

– А почему я тебя не должна видеть? – недоуменно спросила Екатерина.

– Как? Ты ведь не…– тут глаза мальчишки округлились и наполнились ужасом, – Ты – охотница?!..

Задать вопрос, что это значит, девушка не успела. Мальчишка превратился в огненный столб, часть которого Катя крепко держала рукой. Девушка в ступоре смотрела на пламя и удивлялась, почему оно ее не обжигает. Но что с этим столбом делать дальше? Не стоять же здесь на месте до скончания веков! Вдруг чья-то рука подхватила горящего демоненка, и Катя смогла разжать пальцы.

Девушка растерянно обернулась на неожиданного помощника и увидела странно одетую женщину экзотической внешности: несколько татуировок на очень смуглой коже лица, черные волосы, туго стянутые на затылке в пучок и ложащиеся из центра него на плечо конским хвостом. Завершали образ плащ и кольчуга эпохи рыцарей.

– Я рада, что ты сама поняла свою суть, не испугалась и приняла ее. Прежде, чем мы будем разговаривать, надо завершить начатое тобой дело, – и незнакомка взмахнула рукой.

У Кати от происходящего закружилась голова, но она быстро взяла себя в руки. Перед ней разорвалась реальность и из неровного провала вышли два монаха в серых рясах под черными плащами. Девушка не могла отвести глаза от места, где проявился, оплавив пространство, портал, словно выжег дыру на пленке старого диафильма. Монахи молча забрали «огненный столб», после чего снова вернулись в разрыв реальности, сразу закрывшийся за ними. Мелодичный голос незнакомки вырвал девушку из ступора:

– Давай знакомиться. Магистр Ордена Звезды Единорога Тана Груга Венари Эльх. Можешь звать меня Таной.

– Екатерина Святославовна Стрижарова, просто москвичка, - в тон женщине представилась Катя, – и, да, можешь звать меня Катей.

Дерзостью речи девушка прикрывала растерянность от происшедшего: вчера она выдержала противостояние демонам, умудрилась выбраться из ситуации, из которой, как убеждала ее Лера, «нет выхода», а теперь еще и эта череда странных встреч… Было от чего растеряться! Катя смотрела Тане Груге Венари Эльх прямо в глаза: «Эта женщина – не демон. Это ясно. Но тогда кто? И что это еще за Орден Звезды Единорога? Хотя мало ли было Орденов в Средневековой Европе…»

Женщина, оценив достоинство ответа Екатерины, рассмеялась:

– Со вчерашнего дня ты уже не просто москвичка. И сегодня, поймав существо Тени, ты доказала, что ты, как и я, человек Ордена Звезды Единорога.

– Я ни в какой орден не вступала и вступать не собираюсь, – четко и медленно выговаривая каждое слово, девушка утверждала свое решение оставаться независимой от всей этой мистической ерунды; она словно обрубала саму возможность возврата на шабаш ведьм: – В эти игры я никогда не играла и начинать не думаю. Я – свободный человек, – Катя резко повернулась и хотела уйти.

– Хорошо, только твое путешествие во времени, в будущее, не было случайным.

Катя развернулась лицом к Тане, и та продолжила:

– Вспомни, как отреагировали существа Тени, когда поняли, что на тебя не действуют их чары, и ты все видишь, как есть.

Перед глазами Кати встала картина, как молодая женщина в заброшенном доме на ее глазах за несколько секунд превратилась в старуху, и она снова услышала ее крик:

– Она все видит, как есть! Начинайте игру, она не должна отсюда уйти!

Действительно, эти существа в тот момент сильно, очень сильно испугались.

– Ты, молодец, не вступила в их игру и не отдала им душу. Ты не согласилась умереть так, как они тебе предписали, а боролась до конца, не поверив в полную предопределенность событий – и снова твоя душа оказалась для них недосягаема. Но ты прошла и последнее испытание: рискуя собой, ты спасла душу незнакомому человеку, излишне проявившему интерес к миру Тени.

– «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради ближнего, тот обретет ее…» – процитировала неожиданно для себя Катя всплывшие из глубин памяти слова.

– Да, Евангелие от Матфея глава 16, стих 25, – закончила за удивленную Катю Тана.

– Как я поняла: я побывала на шабаше и осталась жива. И это все потому, что я принадлежу Ордену Звезды Единорога? – задала Катя волнующий ее вопрос.

– И да, и нет. «Да» – потому, что тебя охраняло внутреннее знание и чувствование истин, которые тебе еще предстоит постичь. «Нет» – потому, что забрать душу у любого человека можно только с его согласия. Наивно полагать, что демон подойдет и скажет: «Отдай мне свою душу». Нет, он не задаст прямого вопроса, а создаст ситуацию, в которой человек, не ведая о том, сам добровольно отдаст ее. А потому и существует миф о невозможности противостояния потере души. В верующем обществе демонам тяжело – люди соблюдают и чтят заповеди божьи. В вашей же эпохе они на славу разгулялись.

– А Лера, Валерия Карновская. Она кто?

– Просто человек. Но человек, шагающий по острию бритвы. Она – исследователь и однажды ей понадобится твоя помощь. – Тана замолчала, оглянулась по сторонам, потом словно к чему-то прислушалась и, улыбнувшись, произнесла: – Все! Мне пора, но мы еще не раз встретимся. Прощай!

За спиной Таны разорвалась реальность. И магистр Ордена Звезды Единорога, махнув рукой, исчезла в разрыве.

Глава 11

Во Мраке Тени, вне измерений Земли, там, куда никогда не приходит рассвет, на высокой скале, в черном замке, уходящем во тьму всегда черного неба, на своем каменном троне сидел в полусне грозный Темный Старец.

Много тысяч лет этот Старец служит Тени. Она дала ему бессмертие, вынеся за пределы земных измерений, и неограниченную власть над судьбами живых существ, но отобрала свободу и душу. Ни о том, ни о другом Старец не жалел. Свобода… Это только простым смертным кажется, что они свободны. А на самом деле все в этом мире предопределено. И он, Темный Старец, этим предопределением и занимается. А душа? Что это такое? Он так и не смог ответить. А как можно жалеть о том, чего не знаешь?

Старец не был убелен сединой. Когда его на службу к себе призвала Тень, он был еще молод. Тысячелетия за плечами просто утончили его черты, высушили кожу, сделав ее матовой, чуть-чуть восковой. Лицо было гладким, на нем появилась только одна морщина на переносице от сосредоточения, вызванного борьбой со Светом…

Сейчас Темный Старец отдыхал. Все, что мог, он уже сделал, и Тень накрыла все миры. Его уединение никто не смел нарушить. Так шли годы.

И вдруг:

– Господин, на Землю упали капли крови Единорога. Там, где они упали, Свет уничтожил Тень. Что нам делать, господин? – слуга, дрожащий от осознания своей дерзости, стоял в поклоне перед Темным Старцем.

Старец медленно открыл глаза, грозно посмотрел на ожидающего ответа слугу, окинул взглядом полутемную комнату, в которой стоял трон. Это было его любимое помещение во всем огромном замке. За прожитые в этих стенах тысячелетия он так и не почувствовал себя дома. В комнатах замка всегда стоял полумрак, и в них не было приятного человеку уюта… Только в этой мрачной библиотеке он ощущал, что добился всего, чего мог желать еще при жизни: на полках, уходящих на много этажей ввысь, были собраны все книги, когда-либо созданные человеческим гением и существами Света, Тени и Тьмы. Абсолютное Знание было у него в руках. В тиши, появившейся от осознания исполненного Предначертания, ему стало скучно изучать книги, он перестал ценить Знание ради Знания. Даже эта единственная его страсть, пришедшая вместе с ним из мира людей, в вечности предала его, уступив место унынию и разочарованию. И вот теперь скука скинута с плеч. Казалось, что и не было проведенных в полудреме тысяч лет. Старец видел, что слуга раболепно ждет его указаний.

– И много этих капель?

– Ровно двадцать две, господин.

Старец задумался: «Двадцать два – число, разрушающее предопределенное. Все изменения во всех трех мирах на Земле проходят под этим числом. И где его влияние благоприятно, оттуда и начинается новое».

– И какова судьба этих капель среди людей?

– Там, где они упали, родились двадцать две девочки, разделенные разными мирами и эпохами, – этот ответ заставил встревожиться Старца.

Что его смутило в происшедшем, он пока еще не знал. Но чувствовал, что нечто очень хрупкое, слабое, но уже способное ему противостоять ускользает из-под жесткого контроля.

– Дай мне Книгу Создания!

Слуга взлетел под потолок огромной замковой библиотеки. С одной из верхних полок снял огромный тяжелый том, завернутый в бордовую ткань. Казалось, это не он несет книгу вниз, а фолиант, как тяжелый якорь, опускает демона на землю. Впрочем, так оно и было. Слуга несколькими взмахами кожистых крыльев задержал свое стремительное падение и осторожным движением положил драгоценный сверток на подставку у кресла Темного Старца. Демон хотел услужить господину и тронул покрывало. Свет, ударивший из-под съехавшего края ткани, заставил существо взвыть от боли и отскочить в сторону. Слуга осторожно подкрался к книге и поправил покрывало, пряча страшные лучи.

– Я говорил тебе: если не знаешь, что там, не трогай. Уйди, так для тебя будет лучше!

– Но, господин… – волнение заставило слугу забыться.

– За меня не бойся. Свет для меня не страшен: я когда-то был человеком.

После ухода демона Старец аккуратно раскрыл драгоценный сверток. Комната, давно не видевшая Света, озарилась сиянием. Темный Старец почувствовал, как что-то стало жечь в его груди, как свинцом налился затылок. Но он не придал этому значения и стал внимательно, страница за страницей изучать древний манускрипт. Его интересовало число двадцать два, и все, что с ним связано. После долгих изысканий уставший от борьбы со своим телом, впитавшим Свет, практически больной Темный Старец закрыл книгу, завернул ее опять в непроницаемое для Света покрывало и позвал слугу. Демон тут же явился на зов:

– Слушаю, мой господин.

– Мы не можем изменить то, что случилось. Но можем направить действие в нужное нам русло. Принеси шкатулку, которая стоит в черном шкафу. Она нам поможет. Да, если не хочешь повторения ситуации с книгой, не смей ее открывать.

Демон мгновенно исчез. Через секунду раздался леденящий кровь вопль. Старец понял: демон нашел шкатулку и не удержался, заглянул внутрь.

«И когда этот слуга поймет, что не везде для демона безопасно совать свой длинный нос?».

В следующую секунду посреди зала библиотеки появился и несчастный демон, сильно пострадавший из-за своего любопытства. В лапах он принес причину своего увечья – красивую резную шкатулку красного дерева – поставил ее на стол и с жалобами и стонами удалился прочь, волоча за собой опавшие крылья. Старец не стал его задерживать и отчитывать, слуга и так получил сполна. Темный Старец встал с кресла и неспешно приблизился к шкатулке. Он знал, что открывать ее сейчас для него небезопасно: сегодня он уже получил изрядную порцию Света, и Тень, живущая в его теле, не скоро затянет все бреши, прожженные в нем лучами. Но медлить было нельзя. Он открыл шкатулку. Свет вновь развеял полумрак библиотеки. И снова он ощутил болезненное жжение в груди. Слегка поморщившись, Старец заглянул внутрь шкатулки. Там, разделенные на две колоды, каждая в своем отсеке, лежали карты Таро, свидетели древнейшего Знания:

– Мы забрали вас у людей много веков назад. Мы хотели, чтобы вы перестали им освещать путь и показывать расставленные нами ловушки. Нам было нужно, чтобы вы замолчали навек. Но, теперь пришло время, чтобы вы послужили Тени. Раньше люди знали, как с вами правильно обращаться, а теперь забыли. Раньше вы были мудрыми советчиками, а теперь вы – судьи, выносящие приговор. Да будет так! Тень заставит людей верить в предопределенное вами. Люди боятся отвечать за свои поступки. Этот страх и есть оплот Тени в сердцах людей. А теперь вы возьмете на себя ответственность за поступки людей и их будущее, а они будут слепо верить вам и идти за вашим предсказанием. И Мудрость предков превратится для людей в проклятие. Да будет так во имя Тени!

По мере того, как Темный Старец говорил Свет, исходящий от карт таял, пока не превратился в слабое свечение, способное разогнать Тень лишь около карт. Этого свечения хватит, чтобы человек разглядел правдивость предсказания, но никак не хватит, чтобы разогнать Тень в сердце и душе вопрошающего. Старец хотел бы загасить и это свечение полностью, но это ему никак не удавалось.

«Ну, что ж, это даже и к лучшему – рассудил он. – Чем лучше человек разглядит истинное в предсказании, тем безоговорочней он будет верить картам, тем легче будет вести его путем Тени…». Старец смотрел на карты вполне довольный исполненным.

Теперь надо действовать. Темный Старец взял в руки Старший Аркан – ровно двадцать две карты. Каждая – это Судьба для рожденной из капли крови Единорога. Медленно перетасовав колоду, он стал раскладывать пасьянс рубашкой вверх. Судьба каждой девочки будет подчинена той карте, которая ей будет назначена. Старец не знал, кому из рожденных детей что выпадет, но это его совсем не волновало. Судьба сама предопределит их жизнь. А он, Темный Старец, найдет, как этим воспользоваться, чтобы разбить страшное для него число: двадцать два.

Разложив судьбоносный пасьянс, Темный Старец, взмахнул покрывалом, накрывая стол. Он не хотел, чтобы остатки Света, которые не удалось загасить, продолжили причинять боль и нести разрушение его верному слуге. Это была забота не о верном существе, а о привычном образе жизни: попробуй, найди еще одного такого преданного, исполнительного и сообразительного помощника. Темный Старец кликнул слугу.

Несчастный демон не замедлил явиться. Он еще не успел оправиться от ущерба, нанесенного ему светоносными лучами. Старец знал, что раны, которые получил его слуга, уже не заживут никогда, а однажды станут и причиной его гибели. Но пугать верного слугу он не хотел, а в предупреждениях не видел смысла: ни демоны, ни люди никогда им не следуют, а, наоборот, ускоряют ход событий. И потому просто, без сострадания сказал:

– Хватит стенать! Приводи себя в порядок, на сколько сможешь сейчас, и принеси мне Кристалл Судьбы.

Глава 12

Кристалл Судьбы – еще одна вещь, отобранная Темным Старцем у Хранителей Древнего Знания…

Несколько тысячелетий назад Старец, находясь в начале своего пути служения Тени, объявил войну Хранителям Древнего Знания. После столетий войны один из двенадцати, соблазненный Тенью, предал своих собратьев и помог Темному Старцу опустошить Хранилище. Тогда они вдвоем уничтожили всех верных своему долгу Хранителей Древнего Знания, но перед гибелью те успели разделить непроницаемой преградой три мира Земли. И путешествие из одного мира в другой в пределах измерений стало недоступным ни для людей, ни для существ Тени, ни для существ Света. После победы и разграбления Хранилища трофеи, разделенные между сообщниками, какое-то время служили им обоим. Бывший Хранитель боялся смерти, но не захотел уходить за земные измерения: он так и не доверился Тени. А когда пришел его час, то не смог удержать жизнь после смерти, отказавшись принять демоническую суть. Он был сильный маг, но обладал магией охранения, а не повеления, да так и не принял помощи существ Тени. После его смерти Темный Старец забрал себе почти все предметы из Хранилища, но некоторые были утеряны, и ждали своего часа в руках несведущих, но жадных. Старец не торопился: он знал, что волшебная вещь, попав в руки любознательного, рано или поздно проявит свою суть, – тогда он ее найдет и заберет, чтобы использовать по своему усмотрению…

Вот, наконец, Кристалл Судьбы лежал перед Темным Старцем. Сколько раз он пытался этот Кристалл разрушить. Однажды он срезал грань и вложил ее в рамку, так он получил Зеркало Пророчеств, вещающее о судьбах, а точнее показывающее один из вариантов Судьбы того, кто вопрошает. Но Кристалл не перестал действовать, не изменилась его суть, мало того, даже масса его не изменилась. Другой раз он расколол Кристалл, разгладил его ребра и получил Шар Предсказания Судьбы, хотя многовариантность жизни, видимой в Шаре, и замаскировалась, но не исчезла. А Кристалл опять оставался как нетронутый. Зеркало и Шар Старец выбрасывал не раз в мир измерений, на Землю. Там они делали свое дело, убеждая людей в предопределенности всего, что происходит с ними, а затем возвращались на свое место в сундуки Черного замка, чтобы через какое-то время оказаться снова в мире измерений. Кристалл же продолжал говорить о многовариантности всех судеб, невзирая на все попытки хозяина замка изменить его назначение.

Темный Старец и не думал, что снова обратится к Кристаллу, но уже не как испытатель, а как вопрошающий. Он стремился узнать о судьбах девочек, рожденных из крови Небесной Кобылицы. Он очень хотел сам выстроить им судьбу, которая заставит их служить Тени. Здесь он лукавил даже сам с собой, он не мог, да что он, сама Тень не могла заставить любого человека подчиниться своей воле. Воля – это ключ к Душе, а Душа любого смертного – это тот лакомый кусочек, ради которого и была заварена вся каша борьбы Тени за Землю. Вот только если волю обмануть, заставить верить, что нечего дергаться, что все предопределено заранее, тогда сам человек с готовностью раба отдает свою Душу. Темный Старец все это знал, но упорно делал вид, что ему подвластны Судьбы. Он делал это в течение нескольких тысячелетий и в результате сам поверил в миф о собственной судьбоносности.

Для Темного Старца, наконец-то, впервые за много столетий нашлась интересная работа: найти в линиях жизни девочек, жриц Храма Звезды Единорога, бреши для ударов сил Тени. И здесь возможна была только помощь Кристалла с его всевероятностью. Но сейчас ему нужно отдохнуть… Слишком много сил ушло на борьбу со Светом, исходящим от предметов из Хранилища Древнего Знания. Он осторожно закрыл стол. Он не боялся опоздать: это невозможно. Все, что происходит во всех измерениях и во все времена, происходит одновременно, и изменения, происшедшие в одной точке, эхом отдаются во всех остальных, даже если происходящее в пределах измерений воспринимается, как далекое будущее или прошлое… И еще он надеялся на карты: они не раз должны ему дать шанс изменить происходящее в пользу Тени.

«Судьба… Люди боятся будущего, ищут способы узнать, что будет с ними, с их детьми, с далекими потомками… – обрывки мыслей путались в тяжелой голове, и вдруг возникла ясная мысль: – Нужно заставить людей поверить в безрадостную картину будущего на все времена! Это предсказание будет мешать исполнению иного варианта жизни, и приведет к новой победе Тени!» Идея придала Старцу силы. Он вернулся к Кристаллу и осторожно снял покрывало. Ну что ж, он опять не исследователь, а вопрошающий: «Кто?» И он увидел…

Глава 13

…Мишель тяжело опустился на огромный деревянный стул. Вот уже он около года в Провансе исполняет работу врача, пытаясь доказать, что, невзирая на юный возраст, его умения и навыки значительно лучше, чем у местных лекарей. Пусть для врача это вообще не возраст: 21 год. И цех врачей очень долго не хотел принимать чужака, почти мальчишку, имеющего наглость сравнивать их методы со своими. Черная смерть накрыла земли юга Франции внезапно. Те, кто пытался бежать от ведьмы-чумы, все дальше разносили заразу. Многие лекари, забыв свой священный долг, искали убежище в уединении. И именно в этот страшный момент оставшиеся врачи призвали Мишеля на помощь и признали за своего коллегу.

Молодой врач закашлял. Он уже днем заметил у себя первые признаки болезни, но не бросил нуждающихся в его помощи. И вот сейчас, пока есть минута свободного времени, он осознаёт, что болен. Значит, он теперь тоже опасен, но это только для здоровых, а больным он еще нужен. И он будет работать, пока сможет держаться на ногах. Сколько времени ему осталось: день, два или больше? Мишель знал, что каждый человек имеет свой срок в этой болезни. Здоровое тело может сопротивляться и до недели! Но лекарь не лукавил сам с собой: его конституция всегда была слабой, и ему не под силу долго сопротивляться болезни. Мишель снова закашлял, пламя свечи дрогнуло и потухло. Врач ощутил, что тело покрылось липким, холодным потом. Значит, еще меньше времени…

Огонь в камине практически погас. Только несколько угольков еще тлели красными звездочками. Мишель устало смотрел на угасающий камин и чувствовал: у него нет сил подняться и снова раздуть пламя. Свою экономку он сегодня отпустил. За нее он был спокоен: она пьет лекарство, которое он сам смешал. Чума должна пройти мимо нее. Почему он сам не стал пить? Он глупо надеялся, что болезнь не тронет лекаря: люди считают врачей чуть ли не служителями дьявола, заговоренными от всех напастей. Он сохранял лекарство в надежде, что оно сможет спасти еще одну жизнь. И оно действительно спасло, и не одну. Если бы он выпил его сегодня, когда только почувствовал, что заболел… Но тогда было не до того, а теперь поздно… Усталость, накопившаяся за месяцы борьбы с черной смертью, была помощницей страшной болезни, которая быстро разливалась по его телу. Мишель хотел подняться и перейти на кровать, но, слегка привстав, понял: силы его на исходе, и он не может сделать то, что задумал. «К утру мое тело утащат на погребальный костер», – подумал он, но ему не хватило сил даже пошутить на эту тему. Он знал, что умрет достойно лекаря: чума стала отступать. И в этом божьем промысле есть и его заслуга. Мишель закрыл глаза и провалился в забытье, чувствуя, как холод смерти потихоньку сковывает его тело…

Глава 14

Темный Старец оторвал взгляд от Кристалла и позвал верного слугу:

– Принеси мне Зеркало Пророчеств!

Демон мгновенно исполнил приказ хозяина. Старец, прижав к себе драгоценную ношу, взмахом руки разорвал реальность и шагнул в измерения…

…Мишель очнулся от внезапного тепла. Огонь в камине вспыхнул с новой силой. Юный врач испугался, что это экономка вернулась, не подозревая об опасности, и раздула угли заново, посчитав, что хозяин уснул от усталости. Он позвал ее, но никто не откликнулся. Теперь в свете каминного огня была видна вся комната, где сидел Мишель. Это было просторное помещение, служившее прежним хозяевам гостиной. Мишель не любил, когда его отвлекали от работы праздные визитеры, а потому он переделал комнату в свой рабочий кабинет. Это было удобно и самому молодому врачу и его посетителям. Простор бывшей гостиной позволил сделать здесь же и библиотеку, и лабораторию. Мишель был юн, и его по-мальчишески забавлял тот суеверный страх, который испытывали обыватели от вида колб и реторт с разноцветными жидкостями. И если бы он не работал ежедневно серьезно над созданием лекарств, то выставил бы весь этот антураж ради смеха, чтобы попугать добропорядочных, но невежественных соседей.

Больной оглянулся. Очаг согрел его и дал новые силы. Мишель стал смотреть, как прыгают веселыми столбиками язычки пламени. Он вспомнил, как в детстве любил сидеть у камина и слушать, как читает отец какую-нибудь книгу о приключениях в дальних странах. Все это было интересно, но мальчика особенно увлекали описания мест, растений, животных. Ему казалось, что пламя рисует перед ним картины, в которых он видит то, о чем читает отец. Мишель очень любил огонь и не понимал, почему так боятся Геенны огненной, когда намного страшнее пронзающий холод ледяной зимы без возможности припасть к горячему камню растопленного камина.

«И тело примет не земля, а огонь», – попробовал иронизировать умирающий от черной смерти доктор. Спасительное тепло придало врачу силы настолько, что возникла мысль: «Возможно, это и не последняя ночь, как я подумал ранее».

И именно сейчас, достаточно ожив, Мишель почувствовал, что здесь, в его кабинете, был кто-то еще.

– Кто здесь?

– Ну что ж, лекарь. Я вижу, что сейчас вы себя чувствуете намного лучше. Признаться честно, я уж думал, что опоздал, – на Мишеля, не мигая, смотрел незнакомый мужчина, вышедший из тени на освещенное каминным огнем пространство.

– Вы кто? Зачем вы приехали в город? Здесь опасно… Черная смерть не щадит никого.

– Знаю, но я не боюсь ни черной, ни какой другой смерти… Впрочем это не важно. А кто я? – незнакомец усмехнулся: – Как хотите, так и зовите – мне без разницы. Вы, люди, мне, итак, уже дали много имен… Одним больше, одним меньше… – в глазах посетителя отразились язычки пламени.

– Если так, то вы… – догадка была настолько страшна, что молодой врач не решился окончить фразу, замершую у него на губах.

– Да, да, да! – нетерпеливо перебил Старец. – И не тратьте зря силы, молодой человек: у вас их немного осталось. А я не успею завершить то, зачем пришел, до прибытия нашей дорогой гостьи. А она сейчас задерживается немного: у нее в этом году в вашем городе очень много дел, – незнакомец наклонился над креслом, и у Мишеля возникло ощущение, что он навис над ним, как скала: – Я предлагаю вам жизнь. – Медленно и тихо, но очень четко произнес гость.

– А что взамен? Моя душа? – рациональный мозг юного одаренного лекаря стал просчитывать, скольких он сумеет тогда еще спасти. А если сохранит душу?.. То, сколько еще умрет, забранных черной смертью? А справятся ли без него его коллеги? Ведь основа их успеха – его лекарство!

Незнакомец наблюдал за молодым врачом. Воскового цвета лицо гостя не проявляло никаких мыслей и эмоций. Он смотрел на Мишеля, как смотрит судья на представшего на его суд преступника, беспристрастно взвешивая меру его вины. Когда Мишель принял решение согласиться на любые условия ради будущих спасенных им жизней, незнакомец усмехнулся и произнес:

– Мне не нужна твоя душа. Я принес тебе Зеркало, – гость достал из-под плаща прямоугольный предмет. – Я хочу, чтобы ты написал книгу о том, что ты увидишь в нем. Это зеркало покажет тебе будущее человечества до последних времен. Когда ты начнешь писать, я приду и посмотрю. Это и будет твоя плата мне, – с этими словами незнакомец исчез, оставив на столе прямоугольное зеркало в дорогой оправе.

Мишель почувствовал себя значительно лучше, поднялся с кресла и прошел в спальню...

Утром в солнечном свете дня он подумал о странном сне, приснившемся ему накануне. Прислуга вернулась, из кухни доносились приятные запахи ее стряпни. Молодой человек прошел в столовую, там уже накрывала для завтрака стол его экономка, немолодая женщина, заботящаяся о юном враче, как родная мать.

– Сир, вы опять просидели за работой почти до утра. Не отпирайтесь, я знаю. Когда я утром вернулась, угли в камине еще были теплыми. Вы и без этого устаете, вам нужен отдых!.. А кто принес то красивое зеркало, что лежит на вашем рабочем столе? Я никогда раньше не видела такой изящной оправы… Господи, да что это с вами? Вы так побледнели! – экономка бросилась к врачу, уже успевшему взять себя в руки.

«Значит, то был не сон… И я заключил сделку с самим дьяволом…» – Мишель почувствовал, что его прошиб холодный пот, но это был не симптом вчерашней болезни, а проявление ужаса от совершенного.

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке грозный Темный Старец наблюдал за юным врачом в Кристалле Судьбы. Слуга стоял у него за левым плечом и был готов в любую секунду исполнить малейшее желание господина. У этого слуги был один недостаток: он был слишком любопытен. Демон долго мучился и, наконец, когда любопытство превысило страх, спросил раболепно:

– О, господин мой, не гневайся на верного и слабого раба своего, но ответь, почему ты не забрал его душу, которую он был готов тебе отдать?

– Глупец, на эту удочку и ловят вас, демонов, люди. Да, он готов был отдать свою душу во спасение других. А это значит, что она, все равно уйдет к Свету и не достанется Тени. Теперь же, сохранив свою душу, он приведет нам тысячи. Да и сам не пройдет мимо нас…

Глава 15

…Мишель закрылся в своем кабинете. Черная смерть отступила. Его чествовали как одного из величайших лекарей. Сам Генрих Король Франции даровал ему титул и звание королевского лекаря. Но ему не давала покоя плата, которую он должен будет внести за свою жизнь. После появления Зеркала Пророчеств в его доме, он ни разу не посмотрел в него. Мишель боялся... Раньше он никогда ничего не боялся: ни темных чердаков и подвалов в детстве, ни кладбища в лунном свете. Его не страшили ни заразные болезни, ни отцы Инквизиции, постоянно крутящиеся рядом и задающие свои бесчисленные вопросы. Все эти вещи были рядом, здесь, и они были объяснимы и понятны, даже если несли в себе смерть: рано или поздно кончается все. А этого стекла в оправе он серьезно боялся.

Мишель решил бежать из этого города подальше. Он собрал вещи в небольшой саквояж – этого на первое время должно хватить. Оставил на столе увесистый кошель с золотом (экономка должна как-то существовать, а оставить ее без благодарности он не мог, и так бедная женщина будет обижена его внезапным, без предупреждения, отъездом). Вышел из дома и пошел прочь из города. Он шел весь остаток дня, всю ночь и весь следующий день. Он проходил мимо полей, лесов, деревень, городков. Шел и шел, не останавливаясь. К концу второго дня он решил переночевать на постоялом дворе. Тем более, что пустой желудок был явно возмущен невниманием хозяина.

На краю маленького городочка стояла небольшая двухэтажная таверна. Неопрятная стряпуха возилась у очага. В грязном зале практически не было посетителей. Мишель всегда был очень аккуратен и, будь он менее уставшим и голодным, предпочел бы иное заведение. Но сейчас он не был привередлив. Молодой человек кивнул появившемуся хозяину. Тот с готовностью подбежал:

– Что изволите?

– Поесть и комнату до утра! – и путник бросил на стол золотую монету.

Трактирщик засуетился. Мишель видел, как он подбежал к стряпухе, что-то ей сказал, как подозвал девчонку-служанку и послал наверх, видимо, готовить комнату. Молодой человек взирал на все это равнодушно, он ужасно хотел только двух вещей: поесть и спать.

Мишель подкрепился на славу. Как ни странно, стряпуха оказалась отменной поварихой. Девочка-служанка принесла таз с водой и полотенце. Мишель с удовольствием вымыл руки от остатков пищи и хотел было подняться из-за стола, как услышал уже знакомый голос:

– Молодой человек, не спешите. Я надолго вас не задержу. Я пришел напомнить вам о вашем долге. Право, вы можете путешествовать, где хотите, как хотите, но от меня вам не укрыться даже в самых заповедных местах, куда не ступала еще нога человека. Возвращайтесь домой, там вас ждет дело, которое и закроет ваш долг передо мной, – немигающий взгляд ночного гостя гипнотизировал Мишеля, проникал в душу, – Кстати, ваша бесценная книга будет известна, ее будут читать и трактовать все то время, покуда будет длиться человеческая история. Так что, не теряйте зря времени. Сейчас вам, действительно, стоит поспать. А завтра вы наймете лошадей и вернетесь домой. Вам нравится ваша соседка, дочь булочницы, я рекомендую вам просить ее руки. И помните, со мной не играют: для вас я слишком могущественен. – Собеседник Мишеля снова исчез в никуда.

Молодой человек провел ночь в трактире, а к вечеру вернулся домой на радость доброй экономки, которая уже и не знала, что и думать. На следующее утро Мишель выполнил и рекомендацию кредитора: посватался к соседке, а, закончив с делами, взялся за работу, выполнение которой должно было дать ему свободу. Он подготовил бумагу, запасся перьями и чернилами и стал смотреть в магическое зеркало. Он видел череду эпох, несущих людям эпидемии, войны, голод, разрушения. Все, что он видел, он записывал. Ему хотелось предупредить всех людей о грядущих несчастьях, хотелось, чтобы нашлись те, кто сможет остановить весь этот исторический ад.

Иногда появлялся его кредитор. Он мягко правил работу Мишеля, убирая даты и делая описания более размытыми. Темный Старец помнил о многовариантности жизни, а люди должны были удостовериться в предопределенности событий и находить черты предсказанного, если не в одном, так уж точно в другом событии. Только один раз кредитор сделал исключение и оставил предсказание адресным: это было предсказание для королевской семьи. Темный старец знал, что этот случай создаст особую репутацию предсказателю.

За работой шли годы. Мишель продолжал заниматься медициной, кроме этого, он увлекся еще и алхимией, у него появились ученики. Он стал знатным и известным. Женился он очень удачно. Жаль только, что брак был омрачен отсутствием детей. Его супруга была серьезно больна. Она не могла иметь детей и жила последние годы лишь благодаря лекарствам, которые Мишель специально для нее готовил. Как врач, он знал: его жена обречена, ей уже мало осталось; но, как любящий муж, не хотел с этим мириться. Но природа неумолима, и то, что должно умереть, умирает. Похоронив жену, Мишель продолжил писать свою книгу пророчеств.

А зеркало показывало все новые и новые эпохи. И снова за работой пролетали года. Темный Старец видел, что его подопечный сам стал писать в нужной манере, и все меньше требуется его участие в создании книги пророчеств.

Мишель снова женился. Теперь его дом наполнился детским смехом. Он был уже убелен сединой, хотя еще был далеко не стар, но в нем уже трудно было узнать того дерзкого, самоуверенного юношу, который в 21 год сумел укротить чуму. Мишель все еще продолжал лечить людей и создавать лекарства, но основным его занятием стало смотреть в зеркало. Теперь без этого стекла он не смог бы жить, как пьяница без вина. А зеркало продолжало рассказывать о будущем.

И вот однажды пришел кредитор и сказал:

– Ты должен издать свою книгу!

– Но, сир, она еще не готова… Зеркало показывает многое, что я не успел еще записать.

– Допишешь потом. А сейчас ты должен издать то, что есть.

Мишель раньше никогда не испытывал страх, а теперь он боялся и этого Черного человека, который если и просил, то любая его просьба была равносильна приказу, боялся и Святейшей Инквизиции, которая не простит ему издания труда, пророчествующего о будущем. Но Мишель вновь выполнил приказ своего кредитора и обратился к издателям. Выпуск книги прошел на удивление быстро и гладко. Да и Святейшая Инквизиция почему-то не предала анафеме его труд. Он стал известен, к нему стали обращаться за созданием гороскопов и личных предсказаний. Но Мишеля такая слава не устраивала: она мешала работать. Он нанял секретарей, которые и создавали все эти предсказания для простых обывателей. Из всех обратившихся к нему он лично отвечал только королеве. И продолжал смотреть в зеркало…

Снова за работой пролетали годы. Он дополнил старые предсказания, добавив множество новых пророчеств. И, наконец, зеркало показало ему последние времена. Он записал их. Эти последние строчки его книги, кажется, забрали все его жизненные силы. Он был еще молод по годам, но стал стариком раньше, чем это дано человеку природой. Зеркало выпило его до дна и, исчерпав его жизнь, исчерпало свои пророчества. Он попросил жену отвезти издателям свой новый труд. И умер, получив в руки томик второго издания пророчеств, еще пахнущий краской и клеем…

Во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке грозный Темный Старец оторвался от своих наблюдений в Кристалле Судьбы.

– Ну, что ж, дорогой мой слуга, он поверил мне, что никуда не денется, – говорил с усмешкой Хозяин Черного замка стоящему у него за спиной демону. – Этот глупец согласился играть по моим правилам, и совершил то, что я от него хотел. Действительно, я не ошибся в нем: он был добр, искренен и талантлив, а оттого еще опаснее для простаков, поверивших в открывшийся ему вариант событий. Как легко управлять людьми, когда они знают только один коридор судьбы! Он сам попался на эту удочку и, сам не ведая того, помог мне выстроить этот коридор событий для тысяч, миллионов поверивших ему жителей Земли до скончания времен. А теперь, верный мой раб, принеси мне Зеркало Пророчеств сюда. Незачем ему пылиться в мире людей без толку. А то, как бы кто-нибудь другой ненароком не заглянул в него и не испортил нам всю игру… – Темный Старец окончил свою речь в полном одиночестве: слуга уже умчался исполнять волю хозяина.

Демон получил указания, что именно он должен сделать, а вот зачем – это его совсем не волновало. Через минуту верный раб уже стоял перед господином, в поклоне подавая Старцу Зеркало Пророчеств.

Глава 16

Тишину лекционной аудитории разорвал рингтон мобильного.

«Ну вот, опять забыла выключить звук перед лекцией, растяпа!» – мысленно отругала себя за забывчивость Катя. Студентка Стрижарова извинилась и быстро скинула вызов.

Вслед за звонком, оказавшимся так некстати, в мессенджер пришло сообщение от Валерии Карновской, с предложением встретиться в их любимом кафе за чашечкой чая. В этом не было ничего удивительного, но Катя сквозь сухие строчки почувствовала очень сильное волнение собеседницы. Она подружилась со странной женщиной, которая знала очень много интересного о невидимом мире.

Катя почему-то так никому и не рассказала о происшедшем с ней тогда, в старом доме, а через некоторое время и сама все случившееся стала воспринимать, как странный сон. С памятной встречи с Таной Гругой Венари Эльх прошло больше года. Ничего особенного за это время не происходило. Девушка продолжала учиться в университете, встречалась с друзьями, ходила в клубы, играла в настолки. Одним словом, вела самую обычную студенческую жизнь.

Однажды, в самом начале дружбы с Лерой Катя сказала подруге:

– Знаешь, мне кажется, что нельзя верить в то, что точно потеряешь душу, если ее захочет отобрать демон. Если бы мы были совершенно беззащитны перед ними, то остались бы одни нелюди вместо людей.

– Но древние книги… авторы их утверждают, что человек не может справиться с предопределенным.

– Такое может точно утверждать лишь тот, кто сам прошел через такое испытание. Ссылки на знакомого соседа или друга двоюродного брата очень похожи на утверждение: «Я сам этого не видел, но то, что говорят, это точно, я знаю». Мне кажется, что все эти описания и имеют цель создать ощущение, что никуда ты не денешься. А это опасно именно тем, что ты слепо в это веришь.

Этот спор они так и не закончили до сих пор. Лера не хотела поверить, что книги могут ей хоть в чем-то солгать, а Катя не соглашалась с жесткой предопределенностью происходящего в области невидимого. Каждая встреча подруг возвращала их к этой теме.

И вот по окончании лекций Катя поехала в кафе, где увидела Валерию, уже заказавшую чай на две персоны. Это было странно: обычно приходилось довольно долго ждать немного рассеянную, всегда опаздывающую подругу. Лера не заметила прихода Кати, что-то усердно печатая в ноутбуке, и голос девушки заставил ее вздрогнуть.

– Привет, что-то случилось? – спросила подошедшая Катя, садясь за стол и придвигая к себе чай и тарелочку с двумя круглыми миндальными печеньями.

– Нет… – рассеянно ответила Лера, но потом поправилась: – То есть, да. Помнишь, я тебе говорила, что прочитала о существовании Книги Грез. Она была написана не то в XVII, не то в XVIII веке двумя сестрами, которых некоторые ученые считают вымышленными персонажами народного фольклора. Так вот, сегодня мне должны привезти эту книгу!

Катя никогда еще не видела Леру такой взволнованной: девушка привыкла к Валерии спокойной и ни при каких условиях не теряющей самообладания.

– Как такое возможно? Ты же говорила, что был чуть ли не единственный экземпляр этой книги и что его сожгли, когда что-то там с кем-то случилось, – Екатерина чувствовала какой-то подвох в сложившейся ситуации.

– Да, поговаривали, что из-за этой книги пропадали люди или что-то в этом роде, – поморщилась Лера. – Но как, скажи мне на милость, может куда-то деться человек из-за простой книги? Возможно, что она содержала какие-то описания, заставляющие прочитавших срываться с места в поисках чего-то. Это так бы и осталось загадкой, но, оказывается, эта книга цела! Хотя, может, она была не в единственном экземпляре, и на площади в Гальсбурге сгорел только один из них… – Карновская задумалась, но через пару секунд, словно сбросив с себя морок, бодро продолжила: – Представляешь, я через Интернет познакомилась с одним старичком, нашим соотечественником, внуком эмигрантов первой волны, ну, тех, что бежали от революции. Так вот, в его библиотеке был один экземпляр этой книги. Вчера прилетел нотариус моего пожилого друга, он привез скорбное известие о кончине старого князя и о том, что он передает мне эту книгу по завещанию. Сегодня вечером нотариус вручит мне это сокровище. Я очень хочу, чтобы ты была вместе со мной на этом важном событии. – Лера взглянула на наручные часы. – Да, до встречи с нотариусом осталось всего полчаса. Пойдем, пройдемся пешком – здесь рядом, а заодно и прогуляемся.

Катя не захотела расстраивать Леру и, несмотря на усталость после трудного дня, не стала отказываться. Вскоре подруги пришли в кабинет нотариуса, российского коллеги приехавшего, и в течение получаса были оформлены все необходимые документы о передаче права собственности на антикварную вещь обеих стран.

– Поздравляю Вас с получением ценной книги, обладание которой равносильно огромному состоянию. Но я вас очень прошу быть с ней крайне осторожной. Что именно с этой книгой не так, я не знаю. Только мой умерший друг настоятельно рекомендовал даже не заглядывать под обложку. Просто владейте, если будет необходимость – продайте, но не открывайте ее, а тем более не читайте, – при прощании сказал нотариус старого князя.

Выйдя на улицу, Валерия почти насильно запихнула Екатерину в свою машину, несмотря на попытки Кати отговориться усталостью:

– Нет, ты не можешь сейчас меня бросить. Честно говоря, мне страшно самой открывать эту книгу, а до завтра я не утерплю. Я понимаю, что все это средневековый бред, и не верю разным предостережениям. Но мне будет спокойней, если со мной будешь ты. Ведь не существует никого, кто бы понимал меня так же, как ты. Ой, но у меня дома пусто и ничего нет к чаю…

– Давай сделаем так, – откликнулась Катя, – ты меня высадишь у ближайшего к твоему дому супермаркета, я наберу все, что нам нужно, а ты тем временем поставишь чайник. Но без меня эту книгу не открывай, я, конечно, тоже не очень-то верю всем этим предостережениям, но чем черт не шутит… Да, и потом мне тоже интересно.

Глава 17

Во Мраке Тени, вне измерений Земли, там, куда никогда не приходит рассвет, на высокой скале, в черном замке Темный Старец перебирал свои сокровища. Много тысяч лет волшебные вещи – артефакты служили ему. Сколько раз он выбрасывал их в миры измерений, а потом, когда они среди людей выполняли свою задачу, забирал обратно и запирал в своем Хранилище. Жадность, глупость и подлость людей помогали Темному Старцу множить силу Тени. Но случалось и так, что вещь обретала своего Хранителя, тогда вернуть артефакт в Сокровищницу замка не представлялось возможным. И оставалось только ждать, когда Хранитель проявит слабость или Хозяин вещи окажется ее недостоин…

Сокровищница была полна, но некоторых вещей Темный Старец недосчитывался в своей коллекции. Он тяжело вздохнул, устало оглядел зал, заставленный ровными рядами бесчисленных ларцов, полных золота, драгоценных камней, искусных изделий самых лучших мастеров, живших когда-либо среди людей. Все это совершенно его не волновало даже при земной жизни, а теперь и подавно. Старец аккуратно опустил крышки сундуков, заточающих в себе артефакты – единственные стоящие, с его точки зрения, вещи во всей необъятной сокровищнице, и вышел из подземелья. Здесь, во Мраке Тени, он мог не бояться воров, но приобретенная при земной жизни привычка запирать все замки, а ключи держать при себе даже вне измерений Земли не подводила его. С грохотом и скрежетом закрылась огромная каменная дверь, окованная медью. Звон ключей и щелчок замка многократным эхом прокатились по черному замку, разбудив задремавших в отсутствие хозяина демонов.

Поднимаясь по крутой винтовой лестнице из подвалов замка, Старец думал о том, что давно люди не изобретали ничего достойного его коллекции. Он сожалел о тех временах, когда наиталантливейшие из атлантов, стремясь сравняться могуществом с титанами, создавали удивительные вещи, способные творить чудеса. После гибели Великой Атлантиды люди человеческой расы сотворили некоторое количество артефактов, но их мощь была ограничена либо силой веры самих людей, если этот предмет был связан с каким-нибудь культом, либо силой демона, которого привязали заклятием к предмету. Эти артефакты Старец тоже добавил в свою коллекцию, но, изъяв их однажды у людей, обратно в измерения не возвращал – много мороки, а толку чуть. Но была в его коллекции пара вещей, созданная искренними светлыми людьми… Эти вещи он лелеял и берег, в них была заключена Сила, неведомая даже самым великим атлантам-магам…

Старец вздохнул: «Времена уже не те, да и люди… – и тут же одернул себя: – Что это? Старость? – он поежился не то от неожиданной мысли о старости, не то от холодной сырости замковых коридоров: – Нет! Какая может быть старость здесь, вне измерений?!». Но малюсенький комочек страха перед неумолимостью времени затаился где-то в груди…

Гоня от себя мысли о конечности всего сущего, Темный Старец зашел в библиотеку, единственное место во всем огромном замке, где он чувствовал себя уютно. Здесь была воплощена мечта его земной жизни – величайшее собрание книг, вмещающее в себя все творения человеческой мысли, созданные когда-либо во всех трех земных мирах.

Мысль о сотворении нового артефакта не покидала Старца. Он оглядел многоэтажные стеллажи книг и позвал слугу. Демон не замедлил явиться.

– Дай мне Книгу Создания!

Слуга взлетел под потолок огромной замковой библиотеки. С одной из верхних полок снял огромную тяжелую книгу, завернутую в бордовую ткань. Наученный собственным горьким опытом, демон осторожно спускался с книгой в руках, боясь лишний раз пошевелиться, чтобы не потревожить покрывало, плотно облегающее книгу. Наконец, встав твердо на пол, слуга осторожно положил книгу на стойку и спешно удалился.

Старец помнил, что еще до конца не оправился от прошлой встречи с лучами Света, но его крайне волновал один вопрос. А потому он подошел к книге и отбросил покрывало. Комната вновь озарилась сиянием. Темный Старец снова почувствовал знакомое болезненное жжение в груди, и опять, как свинцом налился затылок. Но он, пересилив себя, стал внимательно, страница за страницей изучать древний манускрипт. После некоторых изысканий Темный Старец закрыл книгу и завернул ее в непроницаемое для Света покрывало.

Он снова чувствовал себя больным. Почему? Он помнил времена, когда ему, как и любому человеку, были нипочем Светоносные лучи. Но не теперь… Когда же Тень успела завладеть всем его естеством? И как он этого не заметил? И снова из глубины груди выкатился неуспокоенный комочек страха…

Стряхнув с себя будоражащие мысли, Темный Старец вернулся к Кристаллу Судьбы. Ну что ж, он опять не исследователь, а вопрошающий: «Кто? Кто настолько чист и силен, что может создать новый артефакт?»

И он увидел двух маленьких девочек, живущих в бедной полуразвалившейся хижине посреди дикого леса – два юных светлых, чистых создания, непомнящих зла и обид, но обладающих великой Силой, а потому и изгнанных невежественными людьми в темную глушь дремучего леса. Темный Старец долго наблюдал за девочками, но так и не смог придумать: как можно заставить их служить Тени. Но он не торопился, он ждал: каждый человек время от времени встречается с выбором остаться на стороне Света или уйти под покров Тени.

Глава 18

…Особые способности сестры-близнецы стали проявлять еще в раннем детстве. Они остро чувствовали приближение беды и стремились предупредить людей. Но соседи все истолковывали по-своему. Людям казалось, что бедствие приходит потому, что близнецы его позвали. Девочки умели чувствовать болезнь и способ ее исцелить. Но соседи принимали их стремление помочь за порчу, которую они, якобы, насылали на человека, сообщая ему про хворь, затаившуюся в его теле. Их дом в поселке люди стали обходить стороной. А когда девочки стали постарше, кто-то поджег их кров. Еле успели выбраться, добро сгорело, но никто не погиб. Близнецы знали, кто это сделал, но обвинять и требовать наказания для него не стали. Тут к ним пришла другая беда: мама умерла, надорвавшись непосильным трудом и простудившись холодною зимою. После ее смерти девочек выгнали из деревни, нимало не заботясь об их дальнейшей участи. В лесу малышки нашли заброшенный дом угольщика. Полная бед и лишений нищенская жизнь изгоев в деревне научила девочек самих добывать огонь, находить съедобные корешки, собирать и есть улиток, лягушек. Теперь эти навыки помогли девочкам выжить в лесу.

Однажды на их хижину набрел нищий. Он был уже очень старым, но добрым человеком, и девочки, пожалев его, уговорили остаться у них: «Хотя бы зиму переждать». Старик после некоторых колебаний согласился. Он старался помогать девочкам, чем мог. Вечерами при свете лучины он учил их читать. Он рисовал буквы на золе, называя их, и рассказывал разные истории. К весне обе сестры стали читать уже довольно неплохо.

Когда сошел снег, высохла и окрепла земля, старик засобирался в дорогу. На прощанье он пообещал им: чтобы с ним ни случилось, он обязательно по осени к ним вернется.

Лето замечательная пора, но пролетает быстро. Наступила осень. Девочки стали ждать своего дедушку, к которому привязались всем сердцем за предыдущую долгую зиму. Когда холодный осенний ветер стучал им в дверь ветвями деревьев, они подбегали к порогу и выглядывали, проверяя не дедушка ли пришел и стучит. Но день шел за днем, неделя за неделей, вот уже и снег накрыл покрывалом землю, а старика все не было…

Глава 19

Темный Старец оторвал взгляд от происходящего в Кристалле и поморщился: какой прок от пустых обещаний, если не знаешь, что с тобой случится завтра?

Он решил разыскать «дедушку», и Кристалл, повинуясь вопрошающему, показал умирающего на дороге старика, у которого не было сил не только, чтобы дойти до хижины маленьких ведьм, но даже утолить мучившую его жажду у ручья, протекающего в двух шагах от него…

Старец отвлекся от Кристалла и задумался: этот шанс упустить нельзя. Он оглянулся на стеллажи с книгами, твердой быстрой походкой подошел к одной из полок и достал книгу. Темный Старец погладил золотой с серебром переплет, усыпанный самоцветами, и усмехнулся своей задумке, его глаза недобро блеснули. Хозяин Черного Замка, прижав к себе драгоценную ношу, взмахом руки разорвал реальность и шагнул в измерения…

Умирающий старик лежал в дорожной пыли. Мимо проходили равнодушные к чужим страданиям люди, торопящиеся добраться до дома из города засветло. Темный Старец склонился над умирающим и дал утолить несчастному жажду удивительным напитком, дающим силы. Но это было сделано не из милосердия, Темному Старцу просто нужно было опередить Костлявую Сестрицу: смерть подошла к старику уже слишком близко.

– Прошу тебя, добрый человек, – зашептал из последних сил старик. – Отнеси моим внучкам весточку о моей смерти и скажи им, что их дедушка не забыл о них, что я просто не успел обмануть смерть…

Темный Старец усмехнулся: давно его не называли «добрым человеком». Но умирающий видел в нем милосердного прохожего, что ж, тем лучше:

– Нет, я не могу потратить время, чтобы навестить девочек, о которых ты говоришь. Но я могу тебе дать одну ночь, чтобы ты сам попрощался со своими любимыми названными внучками. Мало того, я дам тебе Книгу, которая поможет девочкам выжить и набраться мудрости. Сегодня, уже умерев, после заката солнца, ты сможешь их посетить. У тебя будет только одна ночь! Ты согласен на все это?

– Да! – старик закашлялся, потом перевел дыхание и прошептал: – Ты кто? Ангел или дьявол? – и, не получив ответа от собеседника, умирающий усмехнулся: – Хотя какая разница, если ты помогаешь мне! Ради внучек я готов потерять и душу…

Это были его последние слова… Слуга Тени склонился над бездыханным телом старика и вложил ему в руки драгоценную ношу…

Вернувшись в свой замок, Темный Старец застал верного своего раба за наблюдением в Кристалле Судеб:

– И что такого особенного произошло в мое отсутствие? – насмешливый голос Хозяина Черного замка заставил вздрогнуть демона.

– Господин, а зачем вы ему отдали одну из своих драгоценнейших книг?

– Жадность и глупость – это те пороки, благодаря которым мы ловим тысячи душ в мирах Измерений. И не пристало нам самим эти пороки иметь! Запомни: не жадничай, и будешь иметь, то, что тебе нужно! Эта книга – страшное оружие в руках наивного, но способного ее прочитать и использовать. Нам еще предстоит собрать хороший урожай, посеянный этой ночью! – и Темный Старец вернулся к своим наблюдениям.

Он уже знал, что должно произойти, но он обязан был удостовериться, что все прошло именно так, как он представил.

Глава 20

…Вечером кто-то постучал в дверь лесной хижины. Близнецы бросились открывать – это, действительно, был их долгожданный дедушка. Он обнял их, поцеловал. Но почему он такой холодный?

– Дедушка, ты замерз? Тебе холодно? – засуетились девочки. – Давай, садись поближе к очагу! Выпей горячего отвара целебных трав!

Но старик только улыбался и грустно качал головой. Он принимал их заботу, но был какой-то отстранено чужой. Таким его девочки никогда раньше не видели. Он рассказывал им про далекие страны, про чудеса и про мир, где можно иметь все, стоит только захотеть. Он достал из-за пазухи книгу и сказал:

– В этой книге собрана премудрость веков. Здесь вы сможете прочитать, как приблизить этот чудесный мир. Ничего не бойтесь. Это мой последний подарок вам.

Девочки слушали дедушкины рассказы и не заметили, как заснули. Ранним утром Анна проснулась от холода. Дверь в хижину была открыта, ветер нанес снег в комнату, стол и лавки были покрыты инеем. Девочка разбудила сестру. Сара потянулась и спросила:

– А где дедушка?

На месте, где вчера сидел их любимый дедушка, иней застыл в форме знака: такими символами язычники в древности отмечали места смерти.

– Так вот почему дедушка был такой странный, вот почему он был такой холодный! Он умер, но пришел к нам, сдержав свое слово! – закричала Сара, срываясь на рыдания.

Анна закрыла дверь, затопила очаг и стала выметать снег. Сара, справившись с собой, принялась помогать сестре. Когда комната достаточно согрелась, девочки молча позавтракали и сели рассматривать подарок, который принес им дедушка. Это была древняя книга, пахнущая кожей. Девочки постигали премудрости, описанные в книге, строка за строкою, страница за страницей. Наконец, спустя месяцы, добрались и до заклинания, открывающего волшебный мир, о котором рассказывал дедушка – мир первозданного хаоса…

Глава 21

…Люди окрестных деревень боялись юных лесных ведьм, но когда беда приходила к ним, шли к девочкам с поклоном. Сестры, не помня зла, помогали всем страждущим. Они уже не боялись голода, холода и иных неудобств – мир, открытый им книгой, снабжал их всем необходимым. Но не только девочки могли пользоваться услугами того мира, но и животные, и растения, с которыми сестры поделились доступом к этому щедрому на дары миру. Особенно этот мир понравился деревьям: с его помощью они могли расти не там, куда упало в свое время зернышко, а там, где хочется, могли менять свое место жительства, как заблагорассудится. Вскоре близняшки поняли, какую оплошность допустили, но исправить ничего уже не могли. Так возник Лес Грез.

Деревья передавали свое знание от корня к корню, и этим миром заражалась все большая территория. Люди в массе своей редко знают, чего хотят, а потому стали попадать в ловушки, сотворенные их же сознанием. Так, идет человек по лесу в дождь и клянет, на чем свет стоит, воду, льющуюся с неба, и холод, пробирающий его до костей, и хочется ему много солнца, сухости и, чтобы не было ни капли воды. Открытый мир хаоса реагирует немедленно на это желание, и оказывается этот бедолага в жаркой пустыне с палящим солнцем, где по его заказу нет ни капли воды.

Шли годы, наконец, какой-то умник придумал: надо лес уничтожить, не будет деревьев – не будет проблемы. Началась варварская вырубка. Сестры переживали, а ничего сделать не могли: и так люди во всех бедах, что с ними происходят, лесных ведьм винят. А скоро юные ведьмы почувствовали надвигающуюся на них беду: костер инквизиции. Не думали они раньше об инквизиторах, а теперь, похоже, их очередь настает. Решили сестры тогда книгу создать, где запишут все, что сами познали, что природа им подсказала. Нашли в книге, дедушкином подарке, рецепт изготовления бумаги, стали срубленные деревья таскать, бумагу варить. Люди лес рубили, но особенно не торопились. Крестьяне – народ хозяйственный. Пока срубленный лес в очагах не сгорит, дальше не рубят. А потому вырубка леса растянулась на годы. Сестры работу свою тем временем и закончили. А как закончили, решили перечитать, что получилось…

Открытая книга осталась лежать на столе, но ее создательниц словно и не было. Вместе с ними исчез и последний дедушкин подарок. Его Сара держала в руках, когда они с сестрой принялись за чтение собственного труда.

Немного времени спустя в хижине появились люди, сумевшие добраться до ведьминого логова, прорубив широкую просеку в лесу. Вместе со смельчаками-дровосеками пришел и святой отец в черной, как смоль, рясе. Он велел обыскать весь дом, чтобы найти ведьм-лиходеек. Но поиски не увенчались успехом. Тогда внимание священника привлекла лежащая одиноко на столе открытая книга. Он взял неприглядный внешне рукописный труд в руки и попробовал разобрать несколько слов на странице… Потом, выступая в инквизиционном суде, дровосеки говорили, что священник растворился воздухе, как дым, а книга, которую он держал в руках, упала на пол и закрылась.

С небывалой предосторожностью манускрипт, созданный ведьмами, был доставлен инквизиторам. Вскоре прибыл вызванный из Ватикана специалист очень высокого духовного сана, который и должен был решить участь этого книжного творения. Но утром в запертой келье у раскрытой книги никого не оказалось.

После всех этих событий было решено: книгу прилюдно сжечь, как бесовское творение, а до исполнения приговора запереть ее в темнице, приготовленной для содержания ведьм…

Глава 22

Темный Старец, усмехнувшись, оторвался от созерцания событий, отражающихся в гранях Кристалла. Взмахом руки он подозвал слугу:

– Книга Грез не должна так просто кануть в небытие из-за неспособности невежественных людей понять ее ценность! Иди, мой верный раб, и принеси мне эту книгу!

Через минуту демон уже предстал перед господином и подал ему драгоценное творение в подобострастном поклоне.

Старец принял новый артефакт в свои руки, погладил его:

– Отдохни пока в моей Сокровищнице от глупости людей. А когда придет пора, ты снова отправишься в мир Измерений, чтобы послужить мне! – он прижал рукописный труд к груди и, как величайшее сокровище, понес по лестнице вниз туда, где сохранял самое ценное…

…Недремлющий страж инквизиционной тюрьмы поежился от налетевшего ледяного ветра. Он поплотнее закутался в теплый шерстяной плащ. Странно: днем стояла ужасная жара, даже тень не спасала от раскаленного солнца, а сейчас этот ветер очень явно напомнил, что летняя жара скоротечна, что скоро придет и время холода, о котором совсем не хочется думать летним жарким днем. По луне проскользнула какая-то тень. Видавшему виды стражнику вдруг стало не по себе, и он, нарушая все инструкции, решил заглянуть в подземную келью, где к осиновому столу была прикована «ведьминская» Книга Грез – единственная узница, охраняемой им тюрьмы.

К ужасу стражника, книги на месте не оказалось. Он быстро прошел по коридору в комнату, где отдыхал монах, приставленный к книге до исполнения приговора суда. Это был еще совсем молодой юноша, почти мальчик, он еще не успел познать жизнь, и, возможно, если они не найдут книгу, не успеет…

Сон мгновенно слетел с глаз юного монаха. Страх смерти на секунду сковал его сознание. Но изворотливый ум быстро подсказал выход: пока никто не знает об исчезновении книги, можно подобрать ей замену, тем более что серебряный переплет книги не отличался ни особым чеканным рисунком, ни специфической выделкой кожи, а что внутри книги – никто не знает и проверять не будет. Парень быстро вскочил на ноги и помчался в близлежащую книжную лавочку, чтобы подобрать подходящий экземпляр. Он разбудил лавочника, выбрал внешне похожий на пропавшую книгу том и вернулся в тюрьму. Вскоре на осиновом столе лежала прикованная книга, словно она никуда и не пропадала. Юноша не боялся, что стражник проболтается – страх смерти висел и над этим немолодым человеком. Он только молил бога, чтобы настоящая Книга Грез не появилась слишком скоро, тогда, глядишь, люди и не свяжут всплывшую где-то настоящую Книгу Грез с книгой, сгоревшей на костре в небольшом городке по приговору суда инквизиции…

Глава 23

Закупив продукты к ужину, Екатерина поднялась к Лериной квартире. Дверь оказалась открытой. Это ничуть не удивило Катю, но она про себя отругала Леру за такую беспечность. Девушка вошла в квартиру, позвала подругу, но та не откликнулась. Екатерина прошла на кухню, где во всю свистел кипящий чайник, выключила газ. Она снова позвала Леру, но в ответ доносилось только тиканье часов. Катя, пройдя по комнатам, так и не нашла пригласившую ее Карновскую.

Екатерина зашла в гостиную, уютную комнату, немного перегруженную разными статуэтками и амулетами. Лера была любительницей таких сувениров, из всех своих поездок она стремилась привезти вещи, связанные с мифами той страны, в которой побывала. Здесь на журнальном столике лежала открытая книга. Это был тот самый фолиант, который они сегодня получили у нотариуса. Катя осторожно взяла том в руки и закрыла его.

«Неужели исчезновение Леры связано с этой книгой? Нет, бред какой-то. Она, скорее всего, вышла к соседке или вспомнила о каком-нибудь деле. Дверь оставила открытой, чтобы я смогла здесь ее спокойно дождаться. Не буду без нее смотреть книгу!» - но странное беспокойство продолжало теснить грудь.

В ожидании прошел час, другой. Тревога продолжала расти: «Уже поздно. Куда она могла запропаститься?». Девушка в беспокойстве металась по комнате. Иногда одергивая себя и стараясь успокоиться, она рассматривала предметы, хранившиеся здесь. Внимание Кати привлекли стоящие на подставке три ножа для бумаги, выполненные в виде изящных стилетов, пронзающих яблоко. Этот образ вызвал подсознательный страх за подругу, заставляющий не сидеть на месте, а действовать.

Катя решила зайти к соседке: «Может, там что-нибудь случилось, и Лера не может вернуться?» Но ни у соседки, ни у кого другого в подъезде пропавшей не оказалось. Катя думала уйти домой, но не могла оставить открытой квартиру. Девушка позвонила сестре, объяснила ситуацию и пообещала сразу же приехать, как только подруга объявится. Но прошла ночь, новое утро осветило город, а Валерия Карновская не появилась. Девушка нашла телефон и записную книгу Леры и стала обзванивать ее знакомых в надежде, что окажется она у кого-нибудь из них. К полудню у Кати был только один результат: Лера исчезла, никто из ее знакомых не знает, где она может быть, ее нет ни в моргах города, ни в больницах. Телефон лежит дома, машина стоит у подъезда, а хозяйки нет.

«Может и вправду эта книга не такая уж безобидная?» – Катя взяла том в руки с намерением начать чтение. Вдруг она почувствовала, что рядом с ней на диван кто-то опустился. Девушка повернула голову и увидела свою старую знакомую - угольно-черную кошку с желтыми глазами.

– Откуда ты здесь? – Катя знала: эта кошка не может быть питомцем Карновской. Лера очень любит животных, жалеет всех бездомных собак и кошек, однако страдает сильной аллергией на шерсть. – Как ты здесь очутилась?

Факт очередной встречи с этой кошкой вселил уверенность, что исчезновение Леры связано с книгой. Катя без колебаний открыла фолиант. Прочитав несколько слов, она почувствовала, что реальность вокруг нее стала медленно рассеиваться, а ее сознание стал затягивать какой-то водоворот. Вдруг она ощутила резкую боль в руке. Водоворот исчез, реальность восстановилась, а из царапины, оставленной когтистой лапой, появились две рубиновые капельки.

– Милая киска, значит действительно все дело в этой книге…

Катя разволновалась и, несмотря на неприятно саднящую царапину, была очень благодарна кошке, не давшей ей исчезнуть из реальности, провалившись во что-то иное. Девушка интуитивно провела над книгой круг по часовой стрелке правой рукой и завершила действие крестом по диагонали. Ощущение возникшего сквозняка из книги исчезло. И тут она вспомнила ту странную встречу с женщиной с татуировкой на лице. Катя как бы снова услышала ее:

«Она исследователь и однажды ей понадобится твоя помощь».

Тана Груга Венари Эльх говорила о Валерии Карновской. И сейчас действительно только Катя знает, куда запропастилась Лера, и никто не поверит, если рассказать. Но девушка поняла и другое, что ей самой не справиться. А где взять подмогу? Катя была в отчаянии.

Кошка потянулась и вдруг с невероятной изящностью вспрыгнула на камин, на котором стояла очень красивая статуэтка единорога. Великолепный белоснежный жеребец с мощным витым рогом во лбу поднялся на дыбы над колышущейся у копыт травой. Черная красавица стала громко мурлыкать и тереться об изваяние прекрасного мифического животного.

– А ты права, киска! – вдруг поняла Катя, что ей хочет сказать эта удивительная кошка, которая не могла оказаться рядом с ней случайно в сложный момент, - Ты права, Орден Звезды Единорога! Тана пришла оттуда, значит, есть кто-то, кто сможет мне помочь сейчас! Так? – девушка задала этот вопрос животному.

Раньше она сама посчитала бы такое поведение безумием. Но и эта подсказка, и то, что кошка спасла ее от необдуманного губительного шага, и прежние предупреждения умного животного сделали невозможное: девушка поверила не только в разумность этого существа, но и в то, что эта черная красавица знает ответы на многие вопросы, касающиеся ведовства. Кошка не оставила вопрос девушки без внимания. Животное мяукнуло, громко замурлыкало, мягко спрыгнуло к Кате на колени и стало тереться об ее руки. Девушке даже показалось, что мурлыканье моментами складывается в слова: «Пррррравильно, прррравильно».

– Ах, милая киска, почему ты не умеешь разговаривать? Возможно, ты бы рассказала мне, что надо делать дальше, – Катя видела, как живо кошка реагировала на все ее слова: прогнула спину под рукой девушки, заглянула ей в глаза, спрыгнула вниз на пол и поднялась на задние лапы, а передней махнула, будто пытаясь разорвать невидимую штору. Катя вспомнила, как Тана взмахом руки разрывала пространство и уходила в этот разрыв.

– Точно, милая киска, Тана говорила, что я такая же, как она. Если у нее получается так перемещаться, то и я смогу так же найти того, кто мне поможет.

Девушка, повторив жест Таны, увидела, как разорвалась реальность, и шагнула в этот разрыв.

Глава 24

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке Темному Старцу не давало покоя число 22. Он не привык к беспокойству, которое поселилось и теперь ворочалось в груди. Да, карты Таро заложили коридоры судеб рожденных из крови Единорога, но этого было мало. Пора разбираться с каждой картой отдельно. Хозяин Черного замка подошел к покрывалу, закрывающему пасьянс, и откинул его. Вот они, теперь уже его слуги, лежат рубашкой вверх, едва излучая Свет. Старец провел рукой над картами и выбрал одну. Не переворачивая, он придвинул ее ближе. Пора определить, кто рядом и кто может помешать Тени перетянуть на свою сторону рожденную из крови Единорога или повести ее по гибельному пути.

– Вот и ваша очередь пришла послужить мне, – обратился Старец к Придворному, младшему, аркану карт Таро, – расскажите мне, кто окружает эту персону.

Он разложил четыре придворные карты вокруг выбранной ранее из Старшего аркана. Вопрошающий внимательно вглядывался в пасьянс. Сейчас важны были те, кто рядом. А это две карты – слева и справа. Он взял карты малого аркана и повторил расклад уже для выбранных придворных карт. Теперь стало ясно, что нужно убрать ту, что слева от Рожденной из крови единорога, ведь она может помешать. Старец подошел к Кристаллу, держа в руке придворную карту, которой вынес приговор. Он опять был вопрошающим: “Кто?” – теперь он смотрел и думал.

Через некоторое время хозяин Черного замка позвал слугу:

– Принеси Книгу Грез – и, получив ее от склоненного в раболепном поклоне демона, шагнул в измерения. Ему был нужен умирающий от старости внук его должника. Если долг не был стребован при жизни, обязательства переходят на наследников. Этот удобный для Темного Старца закон люди придумали сами.

Глава 25

Войдя в образовавшийся разрыв реальности, Катя оказалась в роскошном саду. Близился вечер. Солнце уже мягко ласкало обитателей земли, но раскаленная почва под ногами свидетельствовала о его дневном безграничном испепеляющем правлении. В саду росли великолепные раскидистые невысокие деревья, усыпанные не очень крупными оранжевыми плодами: «Абрикосы» – узнала Катя любимое лакомство. Вдоль дороги, идущей через сад, били фонтаны, приятно обрызгивая холодной водой проходящих людей. Катя пошла вперед за гордо поднявшей хвост кошкой, которая явно чувствовала себя в этом мире как дома. Вдруг черная красавица быстро ринулась вперед, и Катя услышала женский голос приятного низкого тембра. Он говорил на неизвестном Кате языке, но девушка четко осознала, что хорошо понимает, о чем говорит его обладательница:

– Здравствуй, дорогая кошечка. Ты снова пришла. Что-то случилось? Ты говоришь, что кто-то пришел с тобой? А где она?

Катя зашла в заросли растений, из которых слышался голос, и оказалась в уютном местечке, закрытом со всех сторон растениями. По середине полянки стоял небольшой шатер, у распахнутых шторок которого лежали изящные черная и белая собаки с золотыми шлейками, создающими ощущение словно их только что спустили с упряжи. Животные даже не шелохнулись, увидев кошку, лишь слегка дернулись хвосты, приветствуя ее. В шатре сидела, как показалось Кате, ее ровесница. Незнакомка, увидев гостью, поднялась. Одета она была в просторные голубые шаровары, сверху был накинут халат небесного цвета, отделанный вышивкой золотой нити по краям, талию стягивал массивный пояс из солнечного металла, увешанный бесчисленными подвесками, сбоку на искусно сплетенной цепочке висела небольшая изящной работы чернильница, отделанная сверкающими в лучах солнца драгоценными камнями, и здесь же, на поясе, специальными креплениями держались несколько тростниковых палочек. Образ довершал небольшой тюрбан на голове, с пристегнутой к нему прозрачной вуалью, которая прижималась к лицу тонкой ниткой мелкого жемчуга. «Героиня из «Тысячи и одной ночи» – промелькнуло в голове Кати.

– Здравствуй, я рада тебя видеть. Катя, ты, помнится, мне рассказывала, что… – кошка, не давая договорить ожившей героине из сказок Шахерезады, громко мяукнула и прыгнула, выгибаясь между девушками, таким образом что-то пытаясь сказать. И восточная красавица быстро ее поняла. Она улыбнулась Кате и сказала:

– Зови меня просто Салимой. Мое полное имя очень сложно и витиевато. А потому оставим его для дворцовых церемоний, которых не будет между нами. Что-то случилось, и ты пришла за помощью?

Салима взяла Катю под локоть, проводила в шатер, усадила на подушки и жестом предложила фрукты, лежащие в великолепной серебряной чаше, стоящей здесь же на невысоком столике. Видя, что девушка не притрагивается к фруктам, восточная красавица сама сняла золотистую, будто наполненную медом, горсть винограда и подала гостье.

– Да, – несколько робко ответила Катя.

Она шагала в разрыв реальности, даже не пытаясь предугадать, что именно тут встретит, и немного растерялась от такого гостеприимного приёма.

– Да, – повторила Катя, справившись с первым замешательством, и продолжила: – Я действительно пришла за помощью. А разве мы знакомы? Ты говоришь так, будто давно знаешь меня.

– Просто мы действительно хорошо все знаем друг друга, но об этом позже, – успокаивающе произнесла восточная красавица и тут же задала вопрос, возвращая Катю к причине ее прихода: – Что у тебя случилось?

– Понимаешь, у меня есть подруга. Она – ученый, – Екатерина с трудом подбирала слова, стараясь объяснять так, чтобы человек другой эпохи и другой страны мог понять ее: – Ну, ученый – это человек…

– Не трать свои силы на объяснения этого слова, я очень хорошо знаю, что такое «ученый», – немного резко оборвала Салима гостью и, примирительно улыбнувшись, сказала: – Когда-нибудь я расскажу тебе свою историю, тогда ты поймешь, насколько мне знакомо это понятие.

Глава 26

– Так вот, ей недавно завещали одну вещь, книгу. Раньше моя подруга рассказывала мне легенду, согласно которой этот фолиант сожгли, но он оказался цел, – скороговоркой произнесла Катя.

– Не торопись, – улыбнулась Салима. – Рассказывай все по порядку: у тебя есть время говорить, а у меня – слушать. Помни, что от того, сколько ты находишься в иной эпохе: год, месяц, день, секунду – место и время возвращения в твою эпоху не изменяется: ты возвращаешься в тот же самый момент и в то же самое место, из которого ушла. Поэтому соберись с мыслями и расскажи, что случилось, не торопясь. И еще, сначала подробно расскажи ту легенду, это очень важно. Как я понимаю, с твоей подругой случилось что-то очень нехорошее именно из-за этой книги.

– Да, – И Катя начала рассказ, удивляясь насколько подробно она помнит каждую мелочь из рассказанного Лерой: – Легенда гласит, что где-то не то в XVII, не то в XVIII веке в центре Европы, на стыке Германии и Франции жили две сестры. Кто они были по национальности, никто точно сказать не может. Но поговаривали, что они были ведьмы. Вокруг них происходило много непонятных вещей. Путники, проезжающие по лесу, где стоял дом этих сестер, рассказывали разные ужасные истории про те места. И через некоторое время все близлежащие городки и деревни почувствовали влияние зачарованного леса. Люди стали бояться выходить на любое пространство, где можно было оказаться между тремя деревьями. Жители в буквальном смысле плутали в трех соснах. Те, кому удалось вернуться, рассказывали о невероятных местах, где они оказались, пройдя между деревьями. Кто-то попадал в глухой, неведомый лес, долго плутал по нему, а потом почему-то снова оказывался на краю своей деревни между тех самых трех деревьев, с которых и начался его путь. Другие рассказывали про горячие пески и ужасно сильно палящее солнце, третьи – про безбрежный океан, который они пытались переплыть. Одним словом, все оказывались в невероятных местах и плутали по каким-то иным землям. И все было бы хорошо, если бы не внезапность происходящего. Если бы люди хоть как-то могли это контролировать то, скорее всего они бы начали пользоваться особенностями этого зачарованного места, которое и стали называть между собой «Лес Грез». Люди долго не знали, как защитить себя и своих близких от страшного зеленого монстра, который все наступал: уже нельзя было выйти в сад, три дерева даже в собственном саду уже были ловушкой. Наконец, кто-то предложил вырубить все эти опасные деревья: и сам Лес Грез, и в садах оставить лишь те стволы, между которыми нет пустого пространства, образующего треугольник. Так зачарованный лес был вырублен и практически весь сгорел в очагах холодными зимами. Произошло это не в один день и даже не за месяц, а за несколько лет. Но люди не учли, что две ведьмы, чей дом стоял в этом лесу, потихоньку крали срубленные деревья и, используя только им ведомый способ, варили бумагу. Из этой бумаги они сделали книгу, из кожи и серебра создали переплет, и стали записывать в нее что-то. И вот, когда люди смогли добраться до дома ведьм по пустому пространству, оказалось, что сестры исчезли. Инквизиторы, вызванные местными священниками, выказали недовольство тем, что их беспокоят из-за страшных сказок, которыми впору пугать только маленьких детей. Но томик, найденный в доме ведьм, прихватили с собой. Когда же наутро исчез монах, взявшийся читать ведьмин труд, дабы определить «степень его бесовства», то, недолго думая, книгу прилюдно сожгли на площади. И вот спустя несколько столетий именно эту книгу передали моей подруге Лере Карновской по завещанию старого князя. Как такое может быть, я не знаю. Похоже, что на площади сгорел либо другой том, либо рукописный труд сестер был в нескольких экземплярах.

Глава 27

– Да, обычная история для зачарованной вещи, – пожала плечами Салима: – Создатель становится первой ее жертвой. А что случилось с твоей подругой, Лерой, кажется?

– Да, Лера, – Катя снова ощутила внутренне волнение и опять с трудом подбирала слова, из-за чего ее рассказ снова стал скомканным: – Она не дождалась меня и открыла книгу несмотря на предупреждение человека, передавшего ей эту вещь. Когда я пришла, ее уже не было. Я решила, что Лера могла уйти, и стала ее ждать. Утром я начала разыскивать ее, но никто ничего не знает. Тогда я решилась открыть эту книгу сама. И если бы не наша замечательная кошечка, сидела бы я в этой книге, как и все, кто совал в нее свой нос. Вот, в общем, и вся история, которая привела меня сюда.

– Ситуация ясная, – Салима поднялась, прошлась по шатру к открытому пологу и посмотрела на небо: – Книгу эту, скорее всего, действительно сожгли. Людям кажется, что если что-то непонятное сжечь или по-другому уничтожить, то оно исчезнет навсегда. Но это не всегда так, есть вещи, которые возвращаются. Похоже, этот фолиант из таких вещей. Все дело в том, что эта книга – серьезная ловушка для любопытных, и чем больше душ оказывается запертыми в таком предмете, тем меньше шанса его уничтожить или сделать безопасным для окружающих, – восточная красавица снова повернулась к Кате: – Души, находящиеся внутри этого предмета, а точнее в иной реальности, сохраняют дверь открытой изнутри в надежде выбраться. Хотя именно эта надежда и является тем, что держит открытым проход в то пространство. Но, как правило, это путь в одну сторону. И наличие открытого прохода и является гарантией, что этот предмет будет существовать если не вечно, то очень долго, до тех пор, пока пленники будут внутри. Были мудрецы, закрывающие такие предметы заклинаниями из нашего мира, но всегда найдется умник в той или иной эпохе, который снимет печать, наложенную мудрецом, – горько усмехнулась Салима.

– Ты так говоришь, будто уже не один раз имела дело с такими предметами, и тебе есть, с чем сравнивать, – удивленно констатировала Катя.

– Конечно, есть. Но об этом потом. Я думаю, нам нужен будет страж, – Салима быстро вернулась на свое место.

– Это кто?

– Страж – это человек, животное, любое существо, которое не позволит никому прикоснуться к предмету, пока мы внутри него, – с заговорщицким видом продолжила Салима. – Иногда бывает очень важным не трогать предмет, чтобы у того, кто попал внутрь, был шанс выбраться. А это значит, что если мы хотим не просто разобраться с этим предметом, но и спасти твою подругу, то и переносить в иное, более удобное и безопасное место, книгу нельзя. Кстати, по своему опыту знаю, что когда нельзя трогать предмет, то обязательно найдется умник, который заберется в самое невообразимое место и возьмет этот предмет. И именно по этой причине нам не обойтись без сторожа. Подумай, кто в твоей эпохе сможет выполнить эту работу. Не так легко противостоять искушению любопытства. И еще один момент, который надо серьезно продумать. Я думаю, что в вашей эпохе люди такие же любопытные до чужих дел, как и во все иные времена. А поэтому надо придумать для них оправдания вашего с Лерой отсутствия и присутствия в этом месте стража.

– То есть ты знаешь, что делать? И сама мне поможешь? – с удивлением спросила Катя, неверяще смотря на кивающую ей новую подругу.

Глава 28

Салима хлопнула в ладоши, из-за растений появился раб и поклонился. Девушка приказала, как Катя поняла, подать еду.

– Зачем?

– Мой опыт подсказывает, что на голодный желудок внутрь зачарованной книги лучше не соваться. Неизвестно, сколько времени мы пробудем там, и, что печальнее всего, неизвестно, сможем ли мы вообще оттуда вернуться. Когда дело имеешь с волшебным предметом, никто не знает, чем это все может закончиться. Как правило, от таких предметов люди ждут исполнения всех желаний, а о ловушках и коварстве никто и не думает.

Несколько рабов принесли вкусно пахнущие сладости. Собаки поднялись, прошествовали к столику и на расстоянии внимательно принюхались к содержимому блюд, но, не заметив ничего подозрительного, снова спокойно улеглись у ног хозяйки. Катя посмотрела на Салиму, которая после демарша собак стала брать маленькие кусочки лакомств руками, и присоединилась к трапезе. Спустя какое-то время вошла служанка, несущая большую чашу с водой и плавающим в этой воде лимоном. Животные снова поднялись, но спустя пару мгновений снова равнодушно легли на прежнее место. Служанка сначала пошла к Кате, но Салима окликнула ее и велела подойти к ней. Хозяйка сказочного места опустила руки в воду, сполоснула их, а кусочком лимона смазала кончики пальцев, которыми брала сладости. Катя повторила все действия новой знакомой в точности и была новой подруге очень благодарна за понимание и подсказки. Салима перехватила благодарный взгляд гостьи и засмеялась:

– Пойми, мы встречаемся в разное время на протяжении нашей жизни. Есть встречи, которые в моей жизни уже были, а тебе до них жить еще несколько лет. И будет наоборот. Когда мы с тобой встретились, ты очень хорошо знала, как надо себя вести в таких ситуациях. Я тогда тебя спросила, где тебя научили дворцовому этикету. Ты засмеялась и сказала, что всему научилась у меня. Тогда я не поняла, что ты имела в виду, а теперь вижу, что действительно, сама всему тебя учу.

Те же самые рабы заменили блюда со сладостями на необыкновенно вкусно пахнущие мясные блюда. Катя слышала, что арабская кухня особая, но представить приготовленное мясо с медом она не могла.

– А это, кстати, твое любимое блюдо, – с этими словами Салима пододвинула к Кате большой поднос с очень странным содержимым. Если бы ни эти слова Салимы, которой девушка начала безраздельно доверять, Катя предпочла бы оставить это блюдо нетронутым. Вкус действительно оказался сказочным, в нем все было в меру: в меру сладкое, в меру кислое, в меру острое.

– Действительно, очень вкусно. В наше время много говорят о гармонии, так вот у этого блюда гармоничный вкус. Я теперь знаю образец гармонии, – Катя осеклась, потому что услышала громкий смех сотрапезницы.

Салима хохотала от души:

– Оказывается, и это твое название этого блюда «Гармоника» ты придумала здесь.

Это высказывание Салимы полностью разрядило обстановку. Катя рассмеялась и расслабилась. Она чувствовала себя в полной безопасности. Девушке стало казаться, что они с Салимой очень давно знакомы. Когда обед подошел к концу, восточная красавица взяла стоящее чуть в стороне блюдо с кусками сырого мяса, подозвала собак и поставила блюдо перед ними. После чего снова хлопнула в ладоши, давая знак слугам, которые расторопно убрали остатки обеда и принесли фрукты. Салима что-то тихо сказала рабу, тот поклонился и исчез за деревьями, через некоторое время он появился вновь, неся в руках небольшую переметную сумку, и подал ее госпоже. Салима, улыбнувшись, поблагодарила его и, обернувшись к Кате, сказала:

– Вот теперь, я думаю, мы можем идти. Давай, веди меня в свою эпоху.

Глава 29

Катя немного растерялась: когда она открыла проход в эпоху Салимы, то думала о помощи; а из далекого будущего она вернулась вообще как-то неожиданно, о чем она подумала тогда, не смогла бы наверно вспомнить и под гипнозом. О чем же думать сейчас, чтобы безошибочно оказаться в своем времени? Девушка оглянулась, вопросительно глядя на обретенную подругу-соратницу.

– Ты еще не путешествовала между эпохами?

– Мое первое путешествие произошло спонтанно, а сейчас я не знаю, как вернуться.

– Это просто: прими решение «Пора возвращаться», и ты в своей эпохе.

Катя справилась с волнением, представила, что Лере очень нужна ее помощь, и твердо решила: «Пора возвращаться».

Девушки оказались в Лериной комнате, а за спиной прозвучал одиночный удар каминных часов, отбивший первые полчаса после полудня. Катя вспомнила, что, когда она разорвала пространство, часовой механизм заурчал, собираясь отмерять временную веху. Значит, все ее путешествие действительно уместилось в мгновение начала боя каминных часов. Черная кошка, изящно изогнув спину, ловко запрыгнула на стол и села рядом с закрытой книгой. Девушка вопросительно взглянула на сопровождающую ее подругу.

– А теперь позови того, кто сможет стать нашим стражем, – спокойно сказала Салима, сев на диван и подобрав под себя ноги. – Я думаю, что с этим нельзя медлить: чем быстрее мы окажемся в книге, тем больше шансов выжить у твоей подруги.

Катя связалась с сестрой по телефону. Наташа была на работе, но через минуту перезвонила:

– Что случилось?

– Я прошу тебя срочно подъехать по одному адресу, мне очень нужна твоя помощь, причем безотлагательно.

Наташа очень хорошо знала свою сестру: она может быть немного ветреной, но никогда легкомысленной – поэтому девушка, не задавая лишних вопросов, согласилась. В ожидании «стража» Салима засыпала Катю вопросами о вещах ее эпохи. Девушку приводили в восторг разные электронные и механические штучки, которыми напичкан дом любого жителя начала XXI века. Екатерина терпеливо и обстоятельно, насколько могла, отвечала на восторженные вопросы гостьи.

Наталья не заставила себя долго ждать, она позвонила в дверь квартиры чуть раньше, чем ожидала Катя.

– Привет! Что случилось? – с порога спросила старшая Стрижарова.

– Наталка, то, что ты здесь сейчас увидишь, не совсем обычно… Ну, точнее совсем необычно, – с этими словами Катя провела сестру в гостиную, где их ждала Салима. – Понимаешь, моя подруга Лера, помнишь, я о ней тебе рассказывала, попала в жуткую историю. И теперь я и вот эта девушка, Салима, должны отправиться ее выручать.

Наташа внимательно осматривала наряд незнакомой девушки, сидящей на диване в позе очень неудобной для европейца, но так любимой народами Востока.

– Вы что, собираетесь на костюмированный бал? Сейчас несколько рановато для таких мероприятий! – слегка прищурившись спросила Наталья, которой очень не нравилась вся ситуация. – Или вы только вернулись с такой вечеринки?

– Ни то и ни другое. Натка, я тебе говорю, что все это дело более чем просто необычно. Я сейчас тебе ничего рассказывать не буду, боюсь, санитаров вызовешь. Но я тебя очень прошу: доверься мне, – Катя умоляюще смотрела на сестру, надеясь, что любовь и доверие к ней перевесит рациональность Наташи. – От тебя требуется, во-первых, не сойти с ума после того, что ты здесь увидишь, а во-вторых, не трогать самой и не позволять никому трогать вот эту книгу. Она будет лежать именно здесь и именно так. Это нужно, чтобы мы смогли вернуться. Прошу тебя, отложи все свои дела до нашего возвращения.

– Так, давай по порядку, – включилась Натальина педантичность, – Кто эта девушка? Куда вы собрались? Как долго вас ждать: десять минут, час, день, год? И, наконец, почему нельзя трогать книгу?

– Я понимаю, что весь наш разговор выглядит очень абсурдно, – Катя снова с трудом пыталась подобрать слова так, чтобы сестра ей поверила, но очень надеялась, что Наташа почувствует ее искренность и даст ей шанс. – Ответов на вопросы: куда и как долго – у меня нет. Эта книга является порталом, но пока в одну сторону. Поэтому ее трогать нельзя. Это наш единственный возможный путь назад, в этот мир. Помнишь, как в детстве мы играли. Представляли, что за занавеской сказочный, полный чудес и опасностей мир. Так вот, пусть тебе это и кажется бредом сумасшедшей, эта книга и есть такая занавеска. Там действительно иной мир, и мы не знаем, что там нас ждет. Тебе открывать ее нельзя, потому что тогда и тебя придется искать где-то там. Кто такая Салима, я расскажу тебе несколько позднее, когда вернусь. Не хочу говорить «если». Но эта книга – очень серьезная ловушка, и пока из нее никто не вернулся.

– То есть, ты хочешь сказать, что можешь совсем не вернуться? – с волнением спросила Наташа и тут же категорически произнесла: – Прости, но я, как старшая сестра, не могу отпустить тебя туда одну…

– Как старшая сестра, возможно, – Катя ей не дала договорить: – Но как человек, которому я всецело доверяю и от которого будет зависеть возможность моего возвращения оттуда, ты будешь меня ждать здесь. И я знаю, что ты сделаешь это в любом случае, даже если будет новый потоп! – И видя, что сопротивление сестры сломлено, младшая Стрижарова продолжила: – Я долго думала о причине твоего нахождения здесь, в квартире Валерии Карновской, для окружающих людей: соседей, знакомых. У нее нет семьи, нет животных, забота о которых может заставить постороннего человека находиться постоянно в ее квартире до появления хозяйки. Но у Леры есть экзотические растения, требующие особого ухода, и ценности, которые надо охранять. Всем ее знакомым представляйся специалистом по растениям и человеком, следящим за домом на время отсутствия Леры, вдобавок, что сама ты действительно любишь заниматься цветами и, помнится, в свое время была членом ботанического кружка при оранжерее. И я думаю, если кто-нибудь тебя захочет поймать на лжи, ты сумеешь выкрутиться, да и растения за время нашего отсутствия не погибнут. Если все пройдет успешно, то и сама Лера подтвердит твои полномочия у нее в доме. И еще, всем говори, что Лера срочно уехала в экспедицию. С ней такое периодически случается, и она всегда очень переживает за свои растения. А экспедиция пусть будет по поиску следов древних цивилизаций…э-э… на берегах Белого и Баренцева морей. Это сейчас очень модная тема в эзотерических кругах. Ее знакомые должны поверить. Все! Нам действительно пора!

На этих словах Салима взяла Катю за руку, открыла книгу, сосредоточилась, как для чтения и исчезла вместе с Катей и кошкой, которая в самый последний момент вскочила на стол и прижалась к девушке всем телом. Изумленная Наталья видела, как книга, пролистнув страницами, самостоятельно закрылась. Ноги у девушки подкосились, и она опустилась на стоящий рядом стул.

«Надо рассуждать здраво. То, что произошло, просто невозможно. Но Катя и говорила, что происходящее совсем невероятно. Если представить, что мне все это привиделось, как тогда объяснить, что в воздухе еще присутствует запах Катиных духов, смешанный с пряным ароматом Салимы? – Вдруг у Наташи возникла мысль, которую она, как здравомыслящий человек, никогда бы ранее не допустила. Однако события последних минут настолько изменили ее рациональное представление о реальности, что это предположение показалось единственно возможным объяснением происшедшего, – так, может быть, эта Салима – джин, дивия, или как их там еще называют в арабских мифах?»

Девушке ужасно захотелось почитать восточных сказок, чтобы с одной стороны отвлечься, а с другой, найдя хоть какое-то объяснение происшедшего, утвердиться или опровергнуть свою догадку. Наташа встала со стула и стала осматриваться в чужой квартире, в которой ей придется существовать какое-то время. Девушка внимательно осматривала стеллажи с книгами: такое разнообразие литературы, связанной с мифами, традициями, культами и религиями Наташа видела впервые. Наконец, она увидела интересующий ее томик со сказками из сборника «Тысяча и одна ночь», аккуратно сняла его с полки и, удобно расположившись на диване, начала читать.

Глава 30

Мир, в котором они оказались, привел Катю в шок. В нем не было ничего постоянного, было не за что зацепиться не то, что физически, просто вниманием. Она никак не могла понять, что он из себя представляет. В этом полном круговороте хаоса чувственного восприятия вдруг возникла протянутая человеческая рука. Девушка уцепилась за нее и… оказалась на маленьком островке твердой земли, на которой в своей удобной позе спокойно сидела Салима с кошкой на коленях.

– Где мы? – глядя на спокойную Салиму, Кате показалось, что подруга знает ответ на этот вопрос.

– Если не ошибаюсь, то мы в мире первоначальной данности. В мире хаоса, из которого Бог создал мир.

Катя в недоумении смотрела на подругу, пытаясь осознать сказанные ею слова.

– Тише, тише! Прошу тебя успокойся, присядь на травку, и давай поговорим, пока у меня есть силы удерживать этот твердый островок. – Салима прервала Катины попытки понять происходящее.

Катя послушно села, глубоко вздохнула, закрыла глаза, почувствовала под ногами твердую, каменистую почву, не задумываясь пока, почему использует образ именно камня, и села удобно перед Салимой, не позволяя себе открыть глаза. Ей показалось, что они находятся на теплой поверхности прогретого за день летним кавказским солнцем горного склона. Она четко почувствовала неповторимый аромат тех самых горных трав со склонов настоящих гор Кавказа. Каково же было изумление Кати, когда она, открыв глаза, действительно обнаружила привидевшийся ей горный склон и даже рассмотрела возвышающийся вдали до боли знакомый с детства знамений горный кряж.

– Как мы оказались на Кавказе? – удивленно осматриваясь и не веря своим глазам, спросила Катя и с ужасом увидела, как «поплыла», по-иному сказать было невозможно, реальность, теряющая привычные очертания: так тает снежный ком, попав на горячую печь. Этот образ тут же воплотился в окружающем мире, только вместо снега на горячей земле оказались они, попавшие в этот непонятный мир девушки.

– Катя, я еще раз прошу тебя, взять себя в руки. Пойми, от этого как никогда ранее зависит наша безопасность. Еще раз закрой глаза и представь, прочувствуй безопасное место, - не стала Салима дожидаться, куда приведет их следующая спонтанная ассоциация Кати.

Екатерина закрыла глаза. Ее подсознание выдало далекий образ детства, когда они с Наташкой оказались в деревне. Деревенский мир для них городских девочек был непонятен и наполнен разными выдуманными и не выдуманными опасностями. Родителей тогда вызвали по работе в город, и дети остались вдвоем на попечении дальней сельской родственницы. Под сараем они нашли лаз, ведущий в потайной угол сеновала, в который нельзя было попасть иначе, чем через этот лаз или перевалившись через все сваленное на сеновале сено. Катя снова ощутила сладковатый запах свежего сена и доносившиеся с улицы кисловатые запахи скотного двора. Девушка открыла глаза, они действительно сидели на том самом сеновале. Салима, не давая прийти в себя Кате и не дожидаясь, когда подруга начнет сомневаться в том, что видит вокруг себя, начала быстро объяснять происходящее:

– Ты никогда не задумывалась, что значит фраза, что человек создан «по образу и подобию божьему»? Не думаю, что вы христиане считаете, что у Бога есть также голова, руки, ноги. А подобие вот в чем. Хотя я не богослов. Когда я в первый раз столкнулась с первозданным хаосом, я его восприняла, как божий дар. В тот момент рядом со мной был дервиш, который легко извлекал из хаоса все, что ему нужно было для жизни. Он умел контактировать с первозданным хаосом, живя в пещере в мертвых горах, где даже не водятся горные козы, и всегда радовался тем дарам, которые давал ему этот мир. Он научил меня, что хаос очень чутко реагирует на человеческую мысль, ведь мы, вслушайся, «образ и подобие Божие». Как Бог создавал наш мир из первозданного хаоса, как он творил его, представляя, каким тот будет, так и мы можем здесь своей мыслью строить любые миры. Этот мир может дать нам все, а может и погубить. Аллах – великий творец. Он создал мир, в котором миллионы и миллиарды сомневающихся людей не могут вернуть созданное Им в хаос. Хотя даже в нашем мире, дающем нам полное ощущение стабильности, существует опасность возвращения к первозданному хаосу, об этом много говорят пророки разных религий. Не смотри на меня так, я уже не та девочка, которая в начале своей жизни была убеждена, что весь мир – это пустыня и небольшой городок-оазис в центре него.

– Подожди, ты хочешь сказать, что этот мир реагирует на наши эмоции и мысли, воплощая их в реальность? Хотя действительно, я только что все это видела в действии. Знаешь, а я хочу большое красное яблоко, - Катя закрыла глаза, протянула руку, на которой мгновенно возникло гигантских размеров яблоко, и от восторга засмеялась, – Знаешь, а мне здесь начинает нравиться!

– Не торопись с выводами. Да этот мир готов дарить подарки. Но готова ли ты встретиться со своими глубинными страхами и подсознательными желаниями, в которых ты сама себе предпочитаешь не признаваться? Ладно, не буду тебя пугать, возможно, все не так ужасно. Но знай, расслабляться нельзя. Ну, не смотри на меня так. Всех этих умных словечек вашего времени я нахваталась именно от тебя, но не сегодняшней, а той, которая будет через несколько лет, если сумеем выбраться.

– Ну, если в твоем прошлом мы уже беседовали с тобой, и я была на несколько лет старше, значит, все будет нормально.

– Не все так просто. Как говорят твои современники, настоящие события идут в режиме реального времени: их просто еще не было. И вероятность выжить не сто процентов. Правильно я строю фразы? Если что, поправь меня. Хорошо?

– Хорошо, – машинально откликнулась Катя. То, что она сейчас услышала, полностью разрушало ее представление о причинно-следственной логике, но девушка быстро взяла себя в руки, помня, как любая мысленная или эмоциональная неустойчивость делает этот мир зыбким. – Если этот мир такой, каким его представляешь то, как нам вести поиск? Просто представить, что мы встретились с нужным человеком?

– Катя, ты не забывай, что не только мы с тобой обладаем в этом мире правом видеть его таким, каким хочется. Это право принадлежит любому существу, возможно даже и не только человеческому, – Салима с многозначительным видом погладила кошку. – Поэтому получить предмет неодушевленный – пожалуйста, а встретить человека или животного – похоже, нужно спросить, а входит ли в его планы такая встреча. И если нет, то что? Если человек не хочет, чтобы его нашли, то, как этот мир будет решать такое противодействие двух волеизъявлений?

Кошка мягко спрыгнула с колен Салимы, потянулась, села и сладко зажмурилась. Она всем видом показывала, что этот мир ей очень нравится. Вдруг пушистая красавица вскочила, слегка изогнула спину, подняла хвост и сделала несколько замысловатых прыжков, как бы играя с чем-то. Через несколько мгновений это что-то проявилось, и девушки увидели огромных размеров колбасу-сосиску, с которой, весело подпрыгивая, продолжала играть кошка. Через пару минут, наигравшись, животное с громким урчанием принялось уминать дар этого мира. Вопрос, только ли люди могут пользоваться дарами этого мира, нашел свой ответ.

Глава 31

– А сейчас, когда ты поняла, что за мир нас окружает, пора подумать, как мы будем искать твою подругу. И, если она того хочет, то у нас должно получиться.

– Знаешь, а у меня есть идея. Возможно, этот мир нас приведет к Лере, если представить, что между ней и нами проложена дорога. Эта дорога приведет нас к ней даже, если моя непоседливая подруга, изучая этот мир, не сидит на месте, а постоянно путешествует.

Катя сосредоточилась. Она представила длинную ленту дороги, в конце которой ждет их Лера. Она открыла глаза и замерла от изумления: они стояли на дороге, вымощенной желтым кирпичом.

– А что это за желтый кирпич? Я в вашем времени не видела желтых дорог, – услышала Катя настороженный голос Салимы.

– Дорога из желтого кирпича – это образ из моей любимой детской сказки, книги, которую мы с сестрой зачитали практически до дыр. Там девочка Элли с друзьями путешествовала по волшебной стране именно по такой дороге из желтого кирпича. Эта дорога должна была привести ее к цели.

– И много опасностей встретила эта Элли по дороге? – осторожно спросила Салима.

– Ну, сначала им попались огромные страшные саблезубые тигры, потом Элли угодила в лапы людоеда, потом… - Катя не успела закончить перечисления потому, что в ближайшем лесу послышался грозный одиночный рык, на который тут же откликнулись другие существа этой же породы.

Катя почувствовала, что теряет самообладание: на дорогу по одному из леса стали выходить огромные полосатые животные, что-то среднее между медведем и тигром, с великолепными бивнями, как у слона. Именно такими саблезубых тигров рисовало ее воображение, когда она была маленькой.

– Салима, что делать? Если даже сейчас и сбежим от этих чудовищ, то как потом справляться с великаном-людоедом?

– Успокойся… - голос Салимы потонул в звуке моторчика маленького вентилятора, пронесшего человечка над головами девушек, – Катя, это еще кто?

Салима смотрела на подругу округлившимися глазами: Катя просто согнулась от смеха.

– Это еще один персонаж из сказок моего детства. Твое слово «Успокойся» напомнило мне о нем – это он всегда, в любой ситуации любил говорить: «Спокойствие, только спокойствие» или «Пустяки, дело житейское» – передразнила Катя персонажа любимого мультфильма. – Но, что нам делать с этими тиграми?

Полосатые животные сгрудились на дороге, явно не желая пропускать людей, но и не торопясь нападать. Салима смотрела на незваных гостей, что-то прикидывая.

– Слушай, а если я сейчас представлю другую дорогу: они наверно исчезнут, – неуверенно предположила Катя, и стала вспоминать наиболее безопасные дороги своей жизни. В ее воображении нарисовалась узкая лесная тропинка, ведущая к их любимым ягодникам.

Девушка открыла глаза: они действительно стояли на тропинке в тихом приветливом лесу. Но полосатые животные не исчезли, а только больше сгрудились. Они уже не были такими грозными, как на желтой дороге, и теперь казались потерявшимися большими котятами.

– Этого я и боялась больше всего. Они созданы живыми, со своими желаниями и мироощущением. Так что, Катя, это твои детища в этом мире, которые останутся его обитателями до конца времен, и тебе с ними надо договориться. Они как новорожденные, ничего не знают и пока не определились с тем, кто и какие они есть. И то, какими им быть добрыми или кровожадными, решать только тебе. Забудь тех животных из сказки – эти существа ждут твоего решения, они настоящие.

Катя уже мысленно сравнила этих огромных животных с котятами. Она снова подняла эту мимолетную волну ощущения их растерянности и беззащитности перед людьми. Девушка почувствовала, что эти существа чего-то очень хотят, но пока не могут определить своего желания. И Катя подумала о еде: «А что будут есть эти животные?» Мир, в котором предстояло жить новому виду животных, был очень щедр к своим питомцам. Катя представила огромную кормушку растущую прямо из земли и полную сухого кошачьего корма. Их четвероногая спутница сразу поняла, что Катя хочет от животных, и своим примером показала, зачем перед ними образовалось это сооружение. Когда животные насытились, они как послушные котята сгрудились вокруг путешественниц. Эти огромные существа были совершенно ручными, и девушке очень не хотелось, чтобы их доверчивость сослужила им в дальнейшем плохую службу.

– Давай, возьмем их с собой, – предложила она Салиме. – Я думаю, они нам пригодятся, а заодно мы научим их жить в этом создавшем их мире.

Салима кивнула. Девушка предпочитала не строить планов: кто знает, какие неожиданности им преподнесет этот мир, из каких глубин их внутреннего сознания он сумеет достать очередной сюрприз. Путешественники продолжили свой путь уже по безопасной лесной тропинке. «Саблезубые тигры» постепенно из неуклюжих превращались в более ловких и достаточно юрких животных. Поначалу было немного смешно наблюдать, как огромные звери своими большими бивнями цеплялись за ветки кустов, как путались в высокой траве. Частенько девушкам приходилось помогать этим огромным новорожденным выпутываться из травяных и веточных силков. К вечеру «тигры» уже хорошо освоились в лесных просторах. Они поняли, какие лесные заросли являются для них ловушками, научились с помощью тех же самых бивней расчищать себе и своим спутникам дорогу. Временами по пути попадались кормушки, точные копии созданной Катей. Видно проголодавшиеся животные желали уже знакомого корма, а услужливый мир давал им его.

Сколько путники двигались по этой лесной тропинке, никто из них определить не мог. Привычных ориентиров, какими человек пользуется обычно, в мире первозданного хаоса не было: свет был, но не было светила на небе, совершающего свой дневной путь и вечером заканчивающего своим заходом день; не было и теней, падающих от предметов, собственно, не было и направлений. Была только тропинка, окруженная лесом и великолепными полянами, по которой уже много часов двигались путешественники. Но и эта временная протяженность была зыбкой, потому что опиралась на не очень-то надежные внутренние часы человека.

Глава 32

Когда путники порядком подустали, они решили сделать привал. Местечко для лагеря выбрали очень красивое и удобное. Мир старался и создавал для девушек ожидаемую ими реальность со множеством приятных сюрпризов. Удивительные полосатые «тигры» резвились на этой поляне, как котята, всегда довольные жизнью. Салима раскрыла свою переметную сумку:

– Знать бы, что за мир ждет нас в книге, можно было ничего с собой не брать. Но уж если взяла, то нужно и воспользоваться, – с этими словами Салима достала сверток шелковой ткани, подняла прямой крепкий сук и раскинула удобное подобие шатра, но без одной из стен. – Занавеску, я думаю, делать не стоит. В этом мире мы можем не отказывать себе в удобстве.

Катя наблюдала, как спутница буквально «выткала» в воздухе узорчатый ковер, из ниоткуда достала несколько разноцветных подушек, очень хорошо по расцветке гармонирующих с шатром, и разбросала их по шелковому полу и ковру, потом оттуда же достала невысокий столик и стала заставлять его разными яствами.

– Вот так, я думаю, нам будет удобнее отдыхать – через некоторое время, любуясь сделанным, сказала Салима. – Нам нельзя упустить этот мир. Нужно, чтобы кто-нибудь его продолжал… как это сказать: продолжал думать о нем, но это не совсем точно. У вас есть слово более точное, ты мне его раньше, в наши предшествующие встречи называла и объясняла, что это значит.

– Медитировать?

– Да, точно, медитировать этот мир, пока другой человек отдыхает. Когда мы спим, мы не можем контролировать реальность. А на сколько в этом мире опасна спонтанность ты, я думаю, уже поняла. Сначала ложись отдыхать ты, а я буду сторожить этот мир, чтобы с ним ничего не случилось. Потом мы поменяемся.

После ужина Катя с большим удовольствием растянулась на мягких подушках. Когда Салима предложила ей первой отдых, девушка хотела возразить, но теперь она была благодарна подруге, предоставившей ей право первого отдыха. Екатерина хотела что-то еще сказать Салиме, но, как только голова ее коснулась подушек, усталость моментально сморила ее крепким сном. Во сне Катя плутала по странному лесу: она куда-то шла, заходила за очередное дерево и… опять попадала в первозданный хаос и снова и снова выстраивала реальность – дорогу, ведущую к цели путешествия.

Катя проснулась сама. Ей казалось, что спала она целую вечность и, если можно было что-то проспать, она уже все проспала. Девушка подняла голову и осмотрелась. На поляне в безмятежном сне развалилась полосатая компания. Среди них растянулась черная красавица-кошка, чувствующая себя в полной безопасности при таком соседстве. В этом сонном царстве было только одно не спящее существо – Салима. Девушка обзавелась белым шелком и кисточками. Она что-то самозабвенно вырисовала на ткани.

– Я думала, что у мусульман не принято рисовать.

– Почему же? Нам запрещено рисовать портреты людей или пытаться изобразить Бога. Но рисовать то, что окружает человека: цветы, травы, деревья, камни, горы, ручьи, птиц, зверей и рыб, – можно и нужно. Их создал Бог, чтобы человек наслаждался их красотой. И эта красота может быть запечатлена кистью или воспета в стихах. Кстати, это занятие очень помогло мне удержать этот мир, пока ты спала. По тому, что происходило здесь во время твоего сна, я могу сказать, что ты все время боролась с хаосом внутри себя.

– Да, ты права, я все время даже во сне восстанавливала нашу дорогу, ведущую нас к концу нашего путешествия. Но я спала достаточно долго, поэтому не теряй зря времени и иди отдыхать. Желаю тебе приятных снов. А я постараюсь найти для себя занятие, чтобы скоротать время твоего отдыха и продолжить удерживать этот мир.

– Надеюсь, что мой сон тоже серьезных проблем нам не принесет, – с этими словами Салима поднялась и пошла в шатер, но, сделав несколько шагов, девушка обернулась – Если что, буди меня. Я не знаю, что может выудить из моих воспоминаний или детских фантазий мой сон. Если не будешь справляться, буди, не затягивай. Хорошо?

– Договорились! – Катя почувствовала легкое беспокойство, которое на мгновение сменило ее безмятежность, а затем просто переросло в настороженность: мало ли что.

Оставшись одна, Катя внимательно стала рассматривать рисунок Салимы по шелку. Подруга просто рисовала пейзаж. Рисунок не передавал точно то, что видел художник: это была искусная стилизация, создающая сказочный туманный мир, но несущая основные очертания оригинала. Катя взяла было кисть в руки, но, подумав, отложила ее в сторону. Нет, она не будет портить работу подруги, а попробует создать свой пейзаж. Екатерина сосредоточилась, достала из ниоткуда лист белой бумаги, простой карандаш, ластик, подумала немного, установила мольберт, также любезно предоставленный ей первозданным хаосом, и начала свою работу над графическим рисунком. Творчество увлекло Катю. Она не считала часы, проведенные за рисунком, просто отвлеклась, когда почувствовала, что серьезно проголодалась.

Глава 33

Екатерина подошла к столу, еще уставленному остатками их «вечерней» трапезы, взяла крупный красивый плод неизвестного ей растения, разрезала его, уложила на тарелку. Девушка хотела вернуться тут же к прерванному занятию, но, подняв глаза, замерла от удивления: над лесом нависло нечто. Это было именно НЕЧТО, потому что у него не было четкой формы, нельзя было определить, что это – животное, растение или что-то еще: оно все время изменялось, теряя прежние очертания и приобретая новые. Но оно БЫЛО. И это Нечто поедало эту созданную ими реальность: оно просто откусывало от их реальности куски, как от пирога. К такому Катя не была готова. Девушка попыталась изменить реальность. Реальность изменилась, но Нечто осталось.

«Ничего себе! Оно еще и обладает собственным сознанием! Похоже, теперь мы серьезно влипли», – пронеслось в голове девушки: «Пора будить Салиму. Извини, подруга, но твой сон сейчас сожрет эта тварь».

Катя, усилием воли восстанавливая съеденные куски реальности, разбудила Салиму и молча показала на Нечто.

– О, Всевышний, это ж Мокшхум!

– Это еще что за зараза?

– К болезням Мокшхум не имеет никакого отношения, – удивленно и даже немного обиженно ответила Салима. – Это демон ночи, пожирающий мир, пока солнце спит. В это верили мои предки, пока не пришел Мухамед и не рассказал им об Аллахе. Когда я была маленькая, меня часто пугали Мокшхумом, говорили, что он придет и съест меня, если не буду слушаться. Я верила в это и очень боялась, а по ночам пряталась в дальний угол повозки, зарывалась в войлок, и засыпала, уверенная, что Мокшхум ни за что не найдет меня. Я и представить не могла, что мой сон выпустит мой детский кошмар и превратит его в реальность.

– Демон ночи! Хорошо, что хоть не пожиратель душ, – фыркнула Катя и задумчиво спросила: – Только что с ним теперь делать? Я так понимаю: коли мои «тигры» слушались только меня в первые часы жизни, и именно я задавала им характер, то твой Мокш…, как там его…

– Мокшхум…

– Так вот, я думаю, этот Мокш…хум тоже еще не очень то страшный. Но тебе с ним нужно будет договориться, пока он не съел всю нашу реальность и нас вместе с нею. Только, вот как это сделать? Слушай, а почему он все время меняется? – спросила Катя, продолжая наблюдать за трансформациями Мокшхума.

– У нас не принято рисовать существ божественной или демонической сущности, – пояснила Салима, продолжая кутаться в плед, словно замерзла. – Когда я была маленькой, Мокшхум казался мне схожим с вечерним туманом. Казалось: он, как туман, не имеет четкого образа, может принимать различные очертания и так же исчезает-рассеивается с приходом солнца.

– Одним словом, если мы не найдем способ, как его приручить, то у нас уже есть способ, как от него избавиться, – оптимистично резюмировала Катя: – Просто нужно для этого мира создать солнце, причем оно должно быть разумным, чтобы никто и ничто не могло его уничтожить. Но это на крайний случай. Ты можешь почувствовать Мокшхума?

– Не знаю. Если честно, мне очень хочется сейчас спрятаться где-нибудь и переждать пока пройдет ночь, как когда-то в детстве, – робко ответила Салима.

Глава 34

– Но мы с тобой хорошо знаем, что ночь-то не пройдет, и тогда твой демон слопает все, что сможет в этом мире. – Катя не узнавала подругу: куда делась волевая, жизнерадостная и деятельная спутница, знающая ответы на все вопросы – перед ней была перепуганная девочка, боязливо кутающаяся в покрывало и готовая расплакаться от страха. – Салима, это твой страх, значит – это твоя битва. Ты помнишь, когда и как ты перестала бояться этого демона ночи?

– Да, когда попала в дом Сахиба, – восточная красавица смотрела рассеянным взглядом, словно окунулась в свое прошлое: – Он был ученый и объяснил мне, что Аллах сжег всех демонов, чтобы те не докучали правоверным. Он говорил так убежденно, что я ему сразу поверила и больше никогда не боялась демонов.

– Твой Сахиб был прав! – Катя заговорила убежденно и твердо: – Демонов не существует! А то существо, что ты видишь, только похоже на вашего демона ночи. Но это не он! Как оса похожа на пчелу, но мед носить не может; как Луна похожа на Солнце, но светить сама, не отражая света Солнца, и греть землю не может. Так и это существо похоже на демона ночи, но это не тот, кем тебя пугали и кого ты боялась. Ведь того уже нет, его сжег Аллах, – тщательно подбирая выражения, продолжила девушка XXI века уговаривать Салиму, как маленького перепуганного ребенка: – А этот – он плод твоего воображения, твое творение в этом мире, в котором ему теперь предстоит научиться жить. И каким он будет, зависит только от тебя. Прими ответственность за то, что сотворила, и помоги этому новорожденному существу, – Катя продолжала говорить, чувствуя, как исчезает растерянный испуг, как постепенно возвращается знакомая уверенная в себе Салима.

– Спасибо тебе, подруга, – твердо произнесла восточная красавица, словно скинув с себя морок: – Я, действительно, непростительно расслабилась и чуть не погубила нас. Ты права: мало ли чем меня пугали в детстве. Сейчас мы имеем дело только с моим страхом, а не с тем, что его вызывало. Прости, из-за меня мы потеряли время и ничего еще не придумали. А оно, это существо, постепенно крепнет и утверждается в своих действиях в этом мире.

– Не упрекай себя. Это испытание – всем испытаниям испытание. Люди с не меньшей внутренней силой сходили с ума, столкнувшись и с менее явными воплощениями их внутренних страхов. Так что, не корить, а поздравлять я тебя должна. Но наша проблемка похоже начинает множиться, – Катя кивнула в сторону Мокшхума, который почему-то стал раздуваться.

Через какое-то время вздувшийся нарост отделился от Мокшхума, и появилось второе такое же существо.

– Господи, да оно размножается почкованием! – в голосе Кати послышались панические нотки: – Да еще как быстро! Салима, надо что-то срочно придумывать, а то мы очень быстро получим огромное количество этих существ. Их численность растет с геометрической прогрессией!

– Это как?

– Ты знаешь такую игру «шахматы»? – вспомнив прочитанную историю, спросила Катя.

– Конечно, у нас любой образованный человек должен уметь играть в эту игру, – ответила Салима не без гордости.

– Замечательно, а легенду о награде, которую запросил ее создатель с царя, ты слышала? – продолжила допытываться Катя.

– Это что-то про зерна, – задумчиво протянула Салима: – Да, на первую клетку мудрец попросил положить одно зерно, на вторую – два и на каждую следующую клетку в два раза больше зерен, чем было на предыдущей. Знаешь, я тогда так и не поняла, почему царю не хватило всего зерна его земель, чтобы расплатиться с мудрецом.

– Это потому, что количество зерна с каждой клеточкой увеличивалось с геометрической прогрессией и общий итог оказался огроменным, – пояснила Катя. – Это же ждет нас с твоими мокшхумами, если только ты не найдешь решения проблемы. Сейчас их два, скоро будет четыре, потом восемь, шестнадцать, тридцать два, шестьдесят четыре и так дальше. Мы еще не успеем найти Леру, а их уже будет больше тысячи.

– А ты уверена, что он так и будет размножаться? – вдруг совершенно спокойно спросила Салима, похоже, девушка сумела полностью взять себя в руки.

– Стопроцентной… Ой, полной уверенности у меня нет, – поправилась Катя. – Но опасения, что такое возможно, есть. Сейчас тебе надо взять под свой контроль каким-то образом все, что происходит с мокшхумами.

– Знаешь, а я, кажется, знаю, как это сделать, – Салима сделала глубокий вдох и, закрыв глаза, запела.

Ее громкий грудной голос заполнил пространство красивыми низкими гортанными звуками, сливающимися в причудливую узорчатую мелодию. Произнеся так несколько фраз, девушка раскинула руки и пошла в сторону оторвавшихся от своей трапезы мокшхумов. Трансформация животных, прообразом которым послужил демон ночи, стала подчиняться ритму песни Салимы. Мало того, до настоящего момента туманно-прозрачные тела мокшхумов стали переливаться разными цветами радуги. Катя, как завороженная, смотрела на это великолепное действо. Смысл песни, как ни старалась, девушка так и не уловила. Салима тем временем продолжала идти к мокшхумам. Существа, как две огромные толстые гусеницы, поползли навстречу заклинательнице. Когда девушка и животные встретились, мокшхумы стали двигаться вокруг поющей по кругу, постепенно сужая его. Салима постепенно сводила разведенные в стороны руки, а ее голос переходил в пении на более высокий диапазон. Катя смотрела на это действо, затаив дыхание и боясь сделать хоть одно движение. Она четко видела, как вокруг Салимы сужается круг. Это очень беспокоило девушку, но крикнуть, предупредить, или как-то еще нарушить ритуал Катя не решалась: опасность, которую она видит, может быть кажущейся, а вмешательство может нанести действительный и, возможно, непоправимый вред. Девушка очень надеялась, что Салима знает, что делает, хотя и понимала, что подруга действует по наитию. Именно так действовала она сама, когда разбиралась со свойствами этого мира и когда училась общаться с «тиграми».

Тем временем действо разворачивалось. «Гусеницы», сузив максимально круг, стали свиваться между собой над головой Салимы, образуя винтовой конус, уходящий к небу. Салима продолжала свою песню, звучащую уже на верхних нотах, которые возьмет не всякая оперная певица. Конец действа настал неожиданно, хотя все, что случилось, было логическим продолжением происходящего. Девушка, вскинув соединенные руки над головой, взяла самую высокую ноту своей песни и выдержала ее несколько секунд, «гусеницы» максимально свились между собой, уже паря высоко в воздухе над головой заклинательницы. Когда оборвалась последняя нота, Салима без сил опустилась на траву, а с высоты также обессиленные упали мокшхумы. Девушка усилием воли поднялась, взяла голову ближнего мокшхума, погладила ее и что-то произнесла на том же гортанном языке, потом она также повторила и со вторым животным.

Несмотря на попытки, Катя не смогла понять, что же именно говорила Салима. Это было более чем странно, девушка с детства привыкла, что речь любого языка ей понятна, и с тем, что люди не понимают друг друга, говоря на разных языках, просто стала считаться, чтобы ее не принимали за ненормальную. Она использовала это свое свойство, чтобы быстро изучать иностранные языки. Но этот язык для Кати звучал, как просто набор звуков.

– На каком языке ты пела? Что за народ сумел создать такой невероятный язык? – спросила Катя, когда подруга немного отдохнула и окрепла благодаря молчаливой заботе спутницы.

– О, это удивительный язык, – нараспев заговорила Салима, словно входя в медитацию. – В нем нет слов, несущих обычный смысл. Только звуки, несущие в себе чувства, эмоции, гармонию и красоту. У него нет смысла, есть только передача истины, передача желания, причем не сиюминутного, а внутреннего пронзающего все естество человека. Этим языком говорят скалы, когда в них залетает ветер, на этом языке сирены поют песни морякам и сводят их с ума. Я тебе говорила, что у меня был учитель, который жил в горах и использовал дары первозданного хаоса. Именно он научил меня этому языку, языку заклинателей стихий и духов. Есть вещи, которые нельзя произносить, есть те, которые произносить можно, но очень осторожно. Этот язык на грани этих двух категорий вещей. В одной из пещер тех гор располагается удивительный Храм, в нем собраны все стихии. Кто, когда и зачем создал его, мой наставник не мог ответить, но он сумел разбудить его, используя этот язык.

– А что с мокшхумами? Что теперь будет с ними и с этим миром?

– Мокшхумы поняли и согласились с моим желанием, чтобы все в мире было в гармонии, – улыбнула Салима. – Они согласны на ту роль, которую они могут играть в этом мире: возвращать в первозданный хаос любую застывшую форму, но уже потерявшую свою первоначальную роль, и не трогать то, что создается мыслью разумного существа и еще используется ее творцом или иными существами, населяющими сотворенную реальность. Иными словами, они будут мусорщиками этого мира, которые хорошо сумеют отличить ветхие лохмотья, валяющиеся в грязи, от новенького халата на плечах прохожего.

– А как же быть с их почкованием? – снова вспомнила Катя обеспокоевшее ее явление. – Геометрическая прогрессия, как ты понимаешь, вещь серьезная, а в данном случае и опасная.

– Ее опасность, как и все в этом мире, вещь относительная, – улыбнулась Салима. – Мокшхумы в своем прежнем виде были опасны только для мира, сотворенного нами, потому что сами являлись порождением нашего сознания. Кстати, создание второго мокшхума, это дело первого, которому стало одиноко, и он, увидев, что других существ по несколько, решил исправить эту несправедливость. А желания мыслящих существ в этом мире первозданного хаоса священны. Так что, никакого глобального размножения не будет.

Глава 35

После небольшого отдыха путешественники продолжили свое движение по заветной дороге, которая вела их к цели. Очередной поворот тропинки вывел путников на просторную поляну, в центре которой возвышалось странное сооружение, напоминающее модель серого панельного дома, памятник архитектуры 60-70-х годов ХХ века. Вся поляна была усыпана пустыми стеклянными банками разных форм и размеров. Приглядевшись чуть внимательнее, Екатерина поняла в чем дело: на крыше странного панельного сооружения расположился уютный маленький домик с небольшим мезонином. Легендарный герой сказки вскоре дал о себе знать веселым жужжанием пропеллера.

Маленький человечек, сделав замысловатый пируэт в воздухе, чтобы пришедшие успели налюбоваться его ловкостью, медленно опустился на край крыши рядом с маленьким домиком.

– Приветствую вас, посетители моей поляны! Кто вы и что мне принесли? – пафосно произнес он.

Катя еле сдерживала смех, глядя на помпезное выступление человечка с пропеллером. Салима же отнеслась очень серьезно к громкой и пафосной фразе этого странного и нелепого существа:

– Салима, принцесса…

Ее ответное слово было прервано нетерпеливым возгласом летуна, которого совершенно не интересовало, кем являются его гости:

– Ну, давайте же скорее гостинцы! Что там у вас: конфеты, пирожные, торты, мороженое?! – от нетерпения непоседа с пропеллером взлетел на небольшую высоту над своей «крышей».

Катя представила огромный куль конфет в праздничной блестящей упаковке: когда-то в детстве ей казалось, что именно так должен выглядеть идеальный новогодний подарок от Деда Мороза, и то количество конфет, которое они с сестрой находили под елкой, всегда казалось Кате недостаточным. Теперь «достаточный» подарок был у нее в руках, и она его протянула подлетевшему хозяину поляны.

– Ну, хоть немножко! Вы, что, решили меня здесь с голоду уморить? – заворчал сказочный герой, подхватывая тяжелый куль с конфетами, сразу потянувший его к земле.

Салима внимательно наблюдала за поведением невоспитанного человечка с пропеллером. Время от времени она посматривала и на Катю. Девушка видела, что подруга относится совершенно спокойно к выходкам этого невозможного существа, мало того, все, что он делал, просто не вызывало раздражения у Кати: девушка реагировала немного задумчивой улыбкой на все его выходки. Тем временем сказочный человечек почти разделался с кулем конфет. Он молниеносно и виртуозно освобождал конфеты от оберток и ел их, заталкивая их в рот одну за другой. К пустым банкам, завалившим всю поляну, добавились горы разноцветных фантиков.

– Ну, давайте, что у вас еще есть! А то ведь я так и умру здесь от голода! – маленький человечек картинно завалился и стал стонать, изображая умирающего.

– А что ему нужно? – тихо спросила у подруги Салима.

– Сладости. Он их очень любит и ест в невероятных количествах.

В руках у Салимы образовался огромный серебряный поднос, на котором горой лежали изысканные сладости на разный вкус.

– Отведай, о несравненный, этих недостойных тебя яств...

Ее речь была снова прервана нетерпеливым человечком:

– А это еще, что такое? Ну, ладно, давай! Научишься с вами есть всякую гадость, – ворчливо закончил он свою речь, запихивая в рот сладости горстями.

Но на подносе гора сладостей нисколько не уменьшалась. Катя вопросительно посмотрела на подругу.

– Люди всегда мечтали иметь то, что они любят, в нескончаемых количествах. И в этом мире вещи, на которых никогда не заканчивается что-то, вполне возможны, – немного загадочно улыбнулась Салима. – Ему придется научиться контролировать свой неуемный аппетит. Но это его урок, а не наш с тобой. Он не забавен, а невоспитан. Мне он не нравится. – И уже обращаясь к хозяину поляны, продолжила. – Скажи, о почтеннейший, зачем ты оскорбляешь этот мир и приютившую тебя поляну, превращая их в пристанище твоего мусора?

– Что? А это? – герой мультфильма пожал плечами, даже не отрываясь от поедания сладостей, – Подумаешь, дело житейское!

Девушка подозвала мокшхумов, что-то им шепнула. Животные моментально принялись за дело, освобождая поляну от мусора.

– Этот твой «забавный» человечек без мокшхумов очень опасное существо, – сделала из своих наблюдений Салима. – Он напакостит, но никогда не возьмет на себя ответственность за то, что совершил. А так, хоть есть кому за ним убрать.

– Знаешь, люди моей эпохи такие же безалаберные во многих вопросах, как и он, – со вздохом произнесла Катя. – Жаль, что мокшхумы не могут выбраться с нами в наш мир. Некоторые мировые глобальные проблемы были бы решены с их помощью. Например, загрязнение океана или утилизация пластика.

Через несколько минут путешествие продолжилось.

Последующие часы «дня» и «ночи» не принесли новых приключений. Девушки уже очень хорошо освоились с удержанием этого мира, и даже во сне не позволяли себе расслабляться. И потому мир пока больше не преподносил им сюрпризов.

Глава 36

Следующий день начался также без неожиданностей. Все, что происходило, подруги знали заранее: мир просто реагировал на то, на чем они сосредотачивались. Катя понимала, что эта кажущаяся легкость и определенность этого мира, также зыбки, как и все, созданное ими здесь пространство, и только стоит расслабиться, как стабильность и спокойствие исчезнут, и мир снова начнет преподносить не всегда приятные сюрпризы. Широкая лесная тропинка временами выводила их на великолепные пейзажи лесных холмов, озер и полян. Через несколько часов пути дорога привела их к огромной черной скале из какой-то очень плотной каменной породы.

– Это ты увидела в своем воображении эту скалу? – рассматривая, ощупывая и обходя по кругу черную каменную глыбу, спросила Салима.

– Нет, я даже не представляла, что такие бывают… – задумчиво глядя на уродливое дополнение реальности, ответила Катя.

– Странно, до настоящего момента мы сталкивались лишь с тем, что знали или хотя бы представляли, – произнесла Салима, что-то прикидывая. – Но если это не мое и не твое, то чье? – девушка обеспокоенно оглянулась на подругу.

Катя тоже очень внимательно и осторожно стала рассматривать каменную глыбу. Эта черная скала совершенно не вписывалась в пейзаж леса, по которому они двигались уже несколько дней. Чья мысль могла создать ее, и почему они пришли к ней? Катя помнила основной принцип этого мира: ты можешь найти только то, что ищешь, и только если нет другой мысли противодействующей твоему желанию. Они хотели найти Леру и, по возможности, тех, кто раньше Леры попал в эту книгу. Так чья же мысль создала этот камень? Екатерина обходила скалу, изучая ее сантиметр за сантиметром. Она не знала, что ищет, но другого способа получить ответы на встающие вопросы не видела.

– Катя, смотри! – услышала девушка взволнованный голос подруги.

Екатерина бросилась на зов. Она увидела, что Салима что-то рассматривает и трогает руками, какой-то небольшой выступ на скале, каких тысячи. Девушка подошла поближе и пригляделась. Выступающий предмет из камня был ничем иным, как подошвой сапога, вросшей в камень.

– Я думаю, что хозяин этого сапога там, в скале, – констатировала Салима с бесстрастием исследователя. – Страх – это очень сильное чувство. Зачастую человек, даже погибнув, продолжает удерживать волей то, чего сильно боится. Так возникают привидения на местах трагедий.

– Ты говоришь об этом так спокойно. Как можно? – возмутилась Катя.

– Пойми, в мою эпоху смерть воспринимается так же, как восход солнца: неизбежно и обыденно, – пожала плечами Салима. – Только смерть близких и дорогих нам людей нас ранит. Ваша эпоха не менее кровавая, но вы содрогаетесь от смерти любого подобного вам существа и спокойно перешагиваете через погибших животных. Я не имею права судить ваши нравы, но и вы не можете судить нас. Этот человек погиб, он не прошел своего урока. Возможно, он даже не понял, что случилось. У него был только страх, и этот страх осуществился.

Катя смотрела на сапог, и у нее родилась мысль.

– Постой! У человека в последний момент могло возникнуть желание дышать. И этот мир должен был осуществить желание жить, хотя бы потому, что нет более естественного и инстинктивного не только для разума, но и для тела. Возможно, нам только кажется, что он мертв. А если он жив? И ему очень хотелось, чтобы кто-нибудь его нашел. Мир, учитывая его желание и наше встречное желание отыскать попавших в книгу, мог устроить так, чтобы мы его действительно нашли.

Салима удивленно взглянула на подругу:

– Слушай, а ты, возможно, права. Нам нужно вытащить его каким-то образом оттуда, – девушка, внимательно рассматривая, обошла скалу еще раз. – Знаешь, можно попробовать. Катя, будем работать вдвоем. Ты сосредоточься на удержании окружающего мира, но без этого уродливого камня, а я попробую достать бедолагу. Если вдруг реальность слишком сильно поплывет, и ты не сможешь ее держать, толкни меня. Хорошо?

Катя, согласно кивнув подруге, сосредоточилась на окружающей их реальности. Девушка обратилась к своим ощущениям: она чувствовала плотность земной тверди, мягкость травы, безграничность неба, ощущала, какой твердой и шероховатой была кора стоящих в лесу деревьев, старалась увидеть каждый листочек, каждую былинку, каждую песчинку в этом необъятном мире. Краем глаза девушка видела, как плыла реальность вокруг Салимы: черный камень слегка забурлил и стал таять, как огромный кусок льда: с него сначала маленьким ручейком, а потом бурным потоком понеслась черная вода, в которую он превращался. Действо продолжалось до тех пор, пока вода не обнажила тело мужчины в одежде мастерового человека средины XVIII века. Как он попал в эту злосчастную для него реальность? Салима склонилась над человеком:

– Ладно, подруга, хватит бездельничать. Помоги мне!

Вдвоем девушки стащили грузное тело на поляну. Мужчина действительно был жив, но без сознания. Салима быстро, используя свойства этой реальности, соорудила шатер, куда девушки уложили бесчувственное тело.

– Похоже, ему нужен врач, – осматривая спасенного, констатировала Катя.

– Лекарь? Нет, я не думаю. Этот человек слишком долго был во власти своего кошмара, и если он выжил и не сошел с ума, то должен сам выкарабкаться. Немного трав и обтираний, и, я думаю, все будет в порядке.

– Но ты же не врач, чтобы лечить самой!

– Хочешь сказать, что со всякой мелочью в ваше время принято обращаться к лекарю? – пожала плечами Салима. – Насколько я помню, некоторые рецепты и советы мне давала именно ты. Хотя, возможно, до этой нашей встречи ты и не думала заниматься мастерством лекаря, – задумчиво произнесла восточная принцесса, а потом добавила, – Пойми, в нашей эпохе позволить позвать к себе лекаря может лишь очень богатый человек. Остальные пользуются знаниями, переданными от бабушек и прабабушек. Многие ученые: астрономы, математики – тоже становятся лекарями. Это позволяет им всегда иметь кусок хлеба. Поэтому у нас люди знают, что если ты умеешь читать, значит, ты умеешь лечить или хотя бы делать мази и притирания. Я росла в доме ученого человека, много видела и многому научилась от своего учителя. Поверь, я много знаю из тайн лекарского искусства моей эпохи.

Катя наблюдала, как Салима со знанием дела достала из своей переметной сумки несколько маленьких глиняных кувшинчиков, горлышки которых были залиты сургучом, вытащила маленькую глиняную мисочку, куда всыпала по малой толике порошка из разных кувшинчиков. Смешала содержимое мисочки специальной лопаткой, после чего с повышенной осторожностью открыла горшочек, отличающийся от прочих размером и формой, добавила из него в смесь порошков несколько капель какой-то жидкости. Все это снова тщательно перемешала. После чего, подплавив сургуч, плотно запечатала все вскрытые кувшинчики и убрала их обратно в переметную сумку. Закончив все приготовления, Салима полученную мазь нанесла на виски спасенного человека, затем, расстегнув ворот рубахи, стала втирать мазь в грудь. Через какое-то время таких процедур человек застонал и пошевелился. Салима внимательно посмотрела в лицо найденного, тронула какие-то точки на его теле, как фокусник достала из ниоткуда чашу с каким-то варевом, пахнущим терпко и не очень приятно, приподняла голову больного и влила часть жидкости ему в рот. Мужчина закашлялся, вздрогнул и открыл глаза, хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Он удивленно вытаращился на девушек и через минуту заснул младенческим сном.

– Ну что ж, с ним все в порядке. Если он не потерял рассудок, когда был в камне, то будет полностью здоров, когда проснется, – деловито заключила Салима, явно довольная своей работой. – А теперь и нам следует подкрепиться и отдохнуть после треволнений этого дня.

Пока девушки ждали, когда человек проснется, они успели несколько раз поесть и по очереди хорошо отоспаться. Мокшхумы внимательно изучили остатки черной глыбы и, решив, что пребывание черной скалы в этом мире более не целесообразно, постепенно стали ее поедать.

Глава 37

Мужчина открыл глаза и резко сел на своей постели.

– Эй, где я? Кто вы? – человек явно говорил по-английски, но несколько необычно.

– Видно староанглийский, – тихо шепнула Катя подруге и, уже громко, немного, в стиль мужчины, изменяя речь, произнесла: – Не волнуйтесь, Вы среди друзей. Кто вы и как вас сюда занесло?

– Я плохо помню, что со мной случилось, – рассеянно ответил собеседник.

– Попробуйте вспомнить, где вы родились, кто были ваши родители, как вас зовут, – продолжила «допрос» Катя.

– Мое имя… Жан? Нет, хотя я, кажется, откликался как-то на это имя, – растерянно оглядывался мужчина вокруг, словно ища подтверждения или поддержки в окружающем пространстве, – Джозеф? Тоже нет, хотя и это имя кажется мне немного моим. Томас? Да, да, точно меня звали Томас. Я помню, как мама меня звала: «Том, Томас».

Пока Катя сосредоточилась на ответах собеседника, Салима, отойдя немного в сторону, контролировала все изменения, происходящие в окружающем их мире. Она знала, что растерянный человек, пытающийся найти в своих обрывочных сумбурных воспоминаниях опору, является разрушающей угрозой для их уютного мира пострашнее самого сильного землетрясения в горах, где девушка провела часть своей жизни.

– Я помню, как к отцу приходили люди и называли его «мистер Хантли». Да, точно, мое имя – Томас Хантли эсквайр. Только почему-то путаются еще имена Жан Бердье и Джозеф Мале.

– Не волнуйтесь, если вы вспомнили, как вас зовут и кто ваши родители, то немного погодя вы вспомните и все остальное. Давайте знакомиться. Я – Катя, а вот эта девушка – Салима.

– Она сарацинка? – удивленно вытаращился на восточную принцессу спасенный.

– Можно сказать и так. Видите, вы помните намного больше, чем вам кажется, – отреагировала на вопрос подходившая к беседующим Салима. – А теперь, я думаю, вам надо как следует подкрепиться, чтобы мы могли продолжать свой путь.

Мистер Хантли попытался встать на ноги, но, сделав маленький шаг, пошатнулся и упал лицом вниз на траву. Он ударил кулаками по земле, потом присел, опираясь на одну руку, другой прикрыл на секунду глаза, провел по лбу, словно что-то обдумывая и произнес:

– Если вы торопитесь, то отправляйтесь в путь без меня, и не заботьтесь ни о чем. Мне нужно отлежаться, чтобы я смог продолжить свое путешествие. Если вы соблаговолите мне оставить питье, еду и хотя бы нож, чтобы оборониться от дикого зверя, я буду вам очень благодарен. Пока наберусь сил, я думаю, смогу вспомнить, зачем и куда шел, а если нет, то выйду на ближайшее человеческое жилье и наймусь в работники, до тех пор, пока не вспомню все. Вам незачем больше тратить на меня время. Вы и так сделали для меня больше, чем это было возможно. Я очень вам благодарен, если жизнь нас еще сведет, то готов буду вам отплатить, даже если цена той платы – жизнь. А если я больше с вами никогда не увижусь и не услышу о вас, то буду вспоминать вас в своих молитвах, и если бог мне даст детей, то заповедую и им молиться о вас.

– Все это замечательно и благородно, – ответила на речь Томаса Катя, подавая собеседнику большое блюдо с едой, которое ей поднесла Салима: – Но вы не знаете, где очутились, а мы знаем. И потому вас мы не оставим. Идти не можете? Не беда. У нас для вас транспорт найдется. А сейчас будьте добры поесть, как следует. И заначки на черный день делать не нужно, ибо этого черного дня, если сами его не позовем, не будет.

После обеда начались приготовления к путешествию. Катя, вспомнив, как выглядят повозки, соорудила нечто похожее на телегу. Салима, придирчиво осмотрев «чудо техники», внесла свои небольшие изменения. Екатерина позвала «тигров» и впрягла пару в повозку. Томас Хантли, увидев «чудовищ», сначала наотрез отказывался от путешествия на таком транспорте. Но девушки сумели переубедить его, показав несколько раз, что все это очень безопасно. Спустя примерно час путешествие по лесной дороге продолжилось.

Путники шли по нескончаемой тропинке, петляющей по чаще леса. Несколько часов дороги каждый коротал по-своему. Девушки внимательно наблюдали за созданным ими миром, отслеживая даже малейшие изменения, время от времени они советовались вполголоса о том, что происходило вокруг них. Мистер Хантли то спал, то напевал песни, рассматривая разворачивающиеся пейзажи.

– Скажите, а что это за безлюдная провинция? За целый день ни одного жилья. Или я проспал что? – наконец спросил он, устав от молчания.

– Мистер Хантли…

– Лучше просто, Томас, – поправил Катю собеседник.

– Хорошо, Томас. Мы просто едем в обход всех городов и деревень, – сказала первое, что пришло в голову, Катя.

– Вы скрываетесь от кого-нибудь? – приподнявшись на локте, чтобы лучше видеть своих собеседниц, спросил Хантли.

– Нет, скорее скрываем вас! – подмигнув подруге, продолжила свою версию Катя. – Вы не помните четко, кто вы, называете несколько имен. И что нам, простите, думать? А потому мы идем по объездной дороге, чтобы никто лишний вас не узнал. Кстати, а вы не вспомнили ничего больше о себе?

– Кое-что есть, – буркнул мужчина.

– Расскажите, и время в пути быстрее пройдет, и, глядишь, вспомнится все, – вступила в разговор Салима.

– Не знаю, на сколько это все интересно для юных прекрасных барышень, – попытался уйти от ответа Томас. – Все, что я вспомнил, слишком обыденно и недостойно ваших хорошеньких ушек.

– Ну, как знаете, – пожав плечами, откликнулась Салима на слишком явное нежелание говорить мистера Хантли.

Снова воцарилось молчание: девушки были слишком заняты, чтобы заниматься праздной болтовней. А как расценит их замкнутость мистер Хантли, их мало волновало. Томас, похоже, решил, что девушки обиделись, но раскрывать свои секреты не торопился. Так, практически в полной тишине, процессия прошла еще несколько часов.

Глава 38

– Катя, смотри, – разорвал тишину голос Салимы, когда дорога открыла перед ними очередную полянку.

На лесной поляне паслись самые настоящие коровы.

– Это ты заказала этих животных хаосу? – спросила Катя подругу. – Ты, что, собираешься их доить? А не проще было заказать крынку молока?

– Вообще-то, это не я, – Катя услышала в голосе Салимы нотки обиды.

– Не ты? А кто?

Девушки дружно оглянулись на Томаса. Мужчина крепко спал в своем возке.

– Может, он? Во сне увидел коров – они и появились, – робко предположила Катя.

– Вряд ли, – спутница с сомнением посмотрела на спящего. – Чтобы что-то возникло в этом мире, мало это представить, нужно это либо желать, либо бояться, либо быть связанным с этим какой-нибудь другой эмоцией. Хотя кто его знает, что он любил или ненавидел в своей жизни. Но мне кажется, что кто-то еще должен быть здесь рядом. Коли есть коровы, должен быть пастух или пастушка, – заметила Салима.

Путники продолжали двигаться по своей дороге, не сворачивая с нее. Но лес потихоньку стал меняться. Было видно, что к образу, который все это время видела и удерживала Катя, стали добавляться черты иного леса, с иными деревьями. Мокшхумы изменили свое поведение: они теперь постоянно изучали пространство вокруг девушек, время от времени они останавливались и что-то съедали. Это значило, что в этой реальности уже были отработавшие свое, но еще плотные предметы. Их реальность явно пересеклась с чужой, созданной намного раньше их прихода в этот мир. Девушки шли осторожно: кто знает, с какими существами им предстоит встретиться реальности, созданной чужим разумом. Мистер Хантли проснулся, он тоже, похоже, заметил изменения в пейзаже.

– Ба, мы никак вышли к какому-то селению! – услышали девушки его возглас.

Действительно, их тропинка заканчивалась. И вела она на порог добротного крестьянского дома. Большое светлое строение с белеными стенами стояло на просторной поляне, над которой порхали бабочки и стрекотали кузнечики. Тот, кто построил это жилище, очень постарался, чтобы все в этом мире было так же, как там, на его родной земле. Путники были уже рядом с домом, когда на крыльцо вышла женщина среднего возраста. Сколько ей было реально лет, определить было невозможно. Она была в простом сером платье без изысков, украшенном только белым кружевным воротничком.

– Здравствуйте, что-то гости к нам в последнее время зачастили! – немного иронично, но по-доброму приветствовала она гостей.

Девушки переглянулись: «Дошли? Или нет?»

– Здравствуйте, почтенная, – обратилась к женщине Салима. – Мы ищем женщину по имени Лера. Нет у вас ее?

– Как же нет? Есть! Только что ж вы ищете, выручать пришли?! А как сами выбираться думаете?! Вы ж сюда насовсем попали! Нет выхода! Мы с сестрой уж как его искали, не нашли. Не действуют здесь заклинания! – не то причитая, не то отчитывая пришедших, говорила женщина. – Ладно уж, проходите! На нашей поляне места много: еще не один дом поставить можно. Так проживем как-нибудь.

– Как это нет выхода? Где я? Куда вы меня привезли, ведьмы?! – в ужасе закричал Хантли.

Девушки сделали вид, что не слышали его возгласов. Они понимали: Томасу Хантли требуется время, чтобы все понять и успокоиться. А пока им остается только удерживать мир от разрушений, которые он может нанести своим смятением.

Через минуту на крыльцо выбежала Лера. Она бросилась к Кате:

– Зачем? Ну, зачем ты пошла сюда за мной? – плача, обняла Лера Катю. – Я и не представляла, что такие миры действительно существуют. Мое любопытство сгубило меня, а теперь еще и ты. Это я виновата, что втянула тебя во всю эту историю.

– Успокойся. Я сознательно пошла сюда за тобой. Возможно, у нас есть выход. Правда, мы еще не знаем какой, но, скорее всего, он есть. Логика проста: если есть вход, то должен быть и выход. И если так, то мы его найдем, – успокаивала Леру Катя. – Кстати, познакомься, мой добрый друг и учитель в некоторых вопросах – Салима. Лера, посмотри, а это наши творения в этом мире. Они немного необычны на вид, но все добродушны и полезны. Вот это мои «тигры», а это мокшхумы. Эти твари необычайно полезны для этого мира, потому что убирают отработавшие свое застывшие формы. Правда есть еще одно существо: помнишь человечка с пропеллером из мультфильма нашего детства? Он тоже теперь живет в этом мире. Но его безалаберность, которой мы все так умиляемся, оказывается довольно опасная штука!

На крыльцо вышла еще одна женщина почти точная копия той, что встретила путников на пороге дома.

– Вот это да, сколько у нас сегодня гостей. Здравствуйте! А это у нас кто? – с этим вопросом женщина спустилась с крыльца и направилась в сторону животных, пришедших с путниками.

Животные отреагировали очень дружелюбно на такое внимание к ним незнакомого человека. Они доверчиво подошли к женщине, обнюхали ее и всем своим видом показывали, что очень рады знакомству.

– Ой, прошу вас, знакомьтесь. – спохватилась Лера. – Это мои спасительницы в этом мире: Анна и Сара, создательницы Книги Грез. Никогда не думала, что могу столкнуться с людьми, родившимися за триста лет до меня, – и уже обращаясь к сестрам-ведьмам, добавила, – А это моя подруга Катя и ее спутники: Салима (Я правильно поняла?) и... – Лера замялась, сообразив, что не знает, кто этот мужчина, приехавший в повозке.

– Позвольте представиться, Томас Хантли эсквайр, – справившись со своей первой реакцией, отрапортовал Томас и добавил с рациональным спокойствием, присущим только англичанам: – Как я понимаю, мы все – жертвы этого мира, попавшие сюда и не имеющие возможности отсюда выбраться. Что ж, это не плохо – это просто ужасно. Но нужно продолжать жить. Леди, прошу вас рассчитывать на меня во всех своих планах и мероприятиях, как только я смогу держаться на ногах.

Путники, воспользовавшись гостеприимством двух сестер, провели в домике остаток «дня». После обильного сытного ужина сестры, создательницы Книги Грез, рассказали гостям свою историю о детстве проведенном в изгнании в лесной глуши, о знакомстве с Миром Хаоса, о возникновении Леса Грез и создании фолианта.

– Когда закончили создание Книги Грез, решили прочитать то, что получилось, и попали сюда, но в последний момент Сара и дедушкин подарок, книгу, с собой прихватила, – продолжила повествование Анна. – Маялись мы первое время, познали, что такое ад наяву, потом приспособились, но попыток вырваться из плена этого мира долго не прекращали, после неудачной, может быть тысячной попытки, смирились и стали жить, выстраивая свой рай. Долго, очень долго не видели человека. А однажды к нам постучала измученная, грязная женщина. Это и была Лера. Но радость встречи с живым человеком была омрачена пониманием, что Лера создала в этом мире свой кошмар – оборотня.

– Теперь наше стадо коров постоянно в опасности: оборотень уже загрыз несколько животных, – посетовала Сара.

Глава 39

– Оборотень? А давно он ходит по вашей реальности? – спросила, насторожившись, Салима.

– Да уж порядком. Мы здесь отмеряем дни по своему ритму: проснулись – утро, пообедали – день, захотели спать – вечер, – откликнулась на вопрос одна из сестер – Погодите, а ведь Сара ведет записи каждого «дня», так что можем сказать, насколько давно. Сара, покажи гостям!

– Подождите, Анна. Здесь не важно точное время. Оборотню, насколько я помню, нужна полная луна. Она есть в вашем мире? – остановила ведьму Катя.

– Наверно, нет… - робко ответила Сара.

– То есть, вы не знаете точно, – насторожилась Салима.

– Не знаем, ночью мы спим. Оборотня мы не видели по той же причине, утром просто находим следы его пребывания, – ответила Анна, не понимая, как можно спрашивать о таких естественных вещах.

– Так значит, вы даже не пытались выяснить, кто режет ваш скот? – рассмеялся Томас и уже серьезно добавил – Сегодня ночью я буду охранять дом и выслежу эту тварь. Будьте спокойны, она вас больше не потревожит.

– Нет, мой дорогой Томас, – резко осадила бахвальство мужчины Салима. – Если вы пойдете выслеживать монстра, этот мир создаст его специально для вас. Мы все это время держали вас в неведении, чтобы вы ничего не натворили здесь лишнего. Этот мир дает человеку все, на чем тот сильно завязан: что любит, что ненавидит, чего боится и чего хочет в данный момент. Ваше преследование монстра просто приведет к новой проблеме. Он будет создан, а мы будем думать, как с ним справляться дальше. Именно так у нас получились и «тигры», и мокшхумы, а у Леры возник оборотень. Разница лишь в том, что мы успели справиться со своим страхом и сумели приручить существ, созданных нашим страхом, а Лера и не подозревала о такой возможности. Оборотень просто полностью по характеру соответствует ожиданиям своего создателя. Кстати, Лера, расскажи о своих приключениях в этом мире. Возможно, это как-то поможет решению проблемы.

– Когда я приехала домой, в ожидании прихода Кати поставила чайник на огонь. Несколько минут ходила вокруг книги, как кот вокруг сметаны. Потом решила, что ничего страшного, если я без Кати достану книгу из пакета, в котором мне ее передали, – женщина виновато взглянула на подругу и продолжила: – Вытащила сертификат, нашла для него место, решила, что утром съезжу на рынок, куплю рамку. Книга лежала на столе в защитном коробе. Я решила, что ничего страшного не случится, если я без Кати рассмотрю переплет книги. Достала книгу из короба и стала рассматривать переплет из кожи и серебра. Ожидание для меня в тот момент растянуло минуты на часы. В конце концов, что может случиться, решила я, если я без подруги загляну в книгу одним глазком, а чтобы Катя не обиделась, я ей об этом ничего не скажу. Рассуждая так, я открыла книгу, где придется, и стала разбирать вязь письма. Через секунду все вокруг поплыло, я почувствовала какой-то водоворот. У меня в этот момент возникло сравнение: затягивает, как в болото. И я обнаружила себя в трясине. Мне стало ужасно страшно. Я захотела найти твердый длинный сук, который ляжет на кочки, и тогда я смогу себя вытащить. Как ни странно, я обнаружила его тут же, словно кто-то подбросил мне этот сук по заказу: он был точно такой формы, такого размера и точно той крепости, которые были мне нужны. Я очень обрадовалась и выбралась из трясины. Теперь у меня был один только страх: не заблудиться в бескрайнем болоте. И я заблудилась. Когда я устала до невозможности, до темноты в глазах, у меня осталось только одно желание: выбраться на твердую почву. И я выбралась. Выбралась и уснула сном без сновидений. Сколько я так спала, не знаю, только проснулась от ужасного чувства голода. Почему-то вспомнила бабушкины сухарики в холщовом мешочке, повернулась и обнаружила этот самый бабушкин мешочек рядом с собой. Поев сухого хлеба, мне очень захотелось пить. Я находилась в лесу и была уверена, что где-то рядом должен быть родничок. Я почему-то видела его своим мысленным взором на небольшом взгорке посреди лесной поляны, и именно там я его нашла. После вернулась к месту своего отдыха, чтобы забрать остатки сухарей, и обнаружила, что там, где я спокойно спала, теперь протекает ручей, впадающий в болото. Я задумалась, но решила, что просто что-то перепутала, забрала сухари и пошла искать человеческое жилье. О том, как попала в эти непроходимые леса, я предпочитала в тот момент не думать. После нескольких часов путешествия по непроходимым чащам я решила присесть и немного отдохнуть. Достала сухари, поела и вспомнила, как когда-то в детстве очень боялась леса. Лет в шесть-семь я увидела свой первый фильм ужасов. Не помню совершенно его содержания, но некоторые сцены из него остались в моем сознании навсегда. Там был человек-оборотень, высматривающий свою жертву из зарослей леса. На меня произвели особое впечатление несколько сцен: голодное существо набрасывается на беззащитное животное: козу, корову – разрывает его своими зубами и почему-то всегда оставляет тело не съеденным. После этого фильма я очень долго не могла ходить в лес, да что там лес, обычный городской парк навевал на меня панический страх. И тут, в непроходимом лесу, этот страх проснулся, я каждой клеточкой кожи чувствовала, что страшное существо смотрит на меня из-за ветвей. Больше я не могла позволить себе отдыхать и рванула вперед, пробиралась сквозь заросли и небольшие болотца. Я хотела уйти от преследователя и найти людей. Не знаю, сколько я так шла. В конце концов, выбралась на поляну, где меня встретили и приютили эти добрые женщины. Они мне все и пояснили про этот лес. Вот, наверно, и вся моя история.

– Погодите, барышни, вы сказали, что «тигры» и эти… мокшу… мокшхумы, тоже были своего рода кошмарами, и вы с ними справились. Тогда, что мешает Лере договориться с оборотнем жить с нами в мире? – выказал свое непонимание проблемы Томас.

– Не все так просто! – Салима постаралась донести до сознания мистера Хантли законы этого мира. – Характер созданного живого существа формируется ожиданиями создателя в течение нескольких первых часов, а дальше существо уже само начинает определять, что ему нравится, а что нет. Мы изменили свое отношение к своим созданиям до истечения срока, тогда, когда они полностью еще зависели от нашего их восприятия. Катя увидела своих подопечных «тигров», как больших беззащитных котят. И в результате мы имеем шесть веселых безобидных существ, очень остро реагирующих на добро. Их создательница очень хотела, чтобы никто не воспользовался их доверчивостью, а потому ей захотелось, чтобы они чутко реагировали на зло, и могли дать отпор ему в любую минуту. А мокшхумы… Слышите? Там что-то происходит! – Салима обратила внимание собеседников на шум, исходящий с улицы.

Глава 40

Все выскочили на улицу и увидели забавную картину. Тигры с рычанием окружили странное лохматое существо что-то среднее между обезьяной и небольшим медведем. «Наверно таким людям представляется снежный человек», – пронеслось в голове Кати. Между тем испуганный оборотень, поджав хвост, сжался в комок в центре круга. Тигры отреагировали на его страх по-своему: они просто спокойно улеглись по кругу. Существо, которое они поймали, больше не излучало агрессию, и оно просто перестало интересовать этих больших полосатых животных, которым хотелось спать. Оборотень, поняв, что его никто не собирается есть, начал осторожно продвигаться по кругу, ища выход и очень боясь задеть мирно отдыхающих животных.

– Лера, я думаю, сейчас пора что-то делать с твоим оборотнем, – обратилась к подруге Катя, понимая, что такого шанса больше у них может не быть. – Он не так страшен. Ты боялась только его взгляда, а потому он только смотрел на тебя, не нападая. На тебя произвели впечатление кровавые сцены с животными, вот и он пожирает только животных. Не надо от него ожидать больших неприятностей, чем он уже причинил. Этот мир каждому существу дает то, что тот жаждет. Если ему предоставить корм, созданный хаосом, возможно, и не потребуется его убеждать больше не трогать коров: просто он мог не знать иного способа, как насытиться. Но прежде, ты сама должна понять, что это существо скорее несчастное, чем страшное.

– Сейчас, когда я его увидела и все про него поняла, я и сама это почувствовала, – ответила Лера, спускаясь по ступенькам крыльца вниз к полосатому кругу, в котором, как в заточении, между лениво-равнодушными животными метался перепуганный оборотень, жалобно поскуливая.

Все, затаив дыхание, ждали развязки ситуации. А если действительно, оборотнем движет не желание убивать, а желание просто поесть? А если нет, то возможно Лера сейчас подвергает себя смертельной опасности? Эти вопросы сеяли в их сердцах и надежду, и сомнение. Они очень хотели получить на них ответ сейчас и очень боялись этих ответов. Салима и Сара переглянулись, они обе четко почувствовали, как волнение людей за судьбу Леры покачнуло устоявшийся было мир. Они отошли от своих друзей и сосредоточились на своей обычной работе – удержании созданной реальности.

Лера между тем уже подошла к кругу полосатых зверей. Ближайший к ней «тигр» встал, слушаясь воли человека, желающего пройти. Он сел у Леры за спиной в расслабленной готовности. Катя чувствовала, что это огромное животное бесстрастно и внимательно наблюдает за оборотнем. Его расслабленность и лень были обманчивыми: «тигр» был готов в секунду сорваться с места и придушить оборотня, если тот проявит хоть каплю агрессии. Лера вошла в круг. Темное мохнатое существо, почувствовав, что его жалеют, прижалось к ногам молодой женщины. Валерия подняла его мордочку, заглянула в глаза, что-то сказала и погладила по голове. «Тигр», сидевший на «боевом посту» за спиной Леры, успокоился и лег на траву. Катя почувствовала эту перемену в состоянии «тигра» и спустилась на поляну, поближе к подруге, гладящей и разговаривающей с «оборотнем». Екатерина очень хотела накормить животных, и представила огромную кормушку размером с небольшой сарайчик. Этот мир, как всегда, не подвел: он предоставил то, о чем его просили. «Тигры» вальяжно стали подниматься и, потянувшись, пошли к гостинцу. «Оборотень» принюхался и, сообразив, что именно перед ним, с визгом бросился к кормушке. Он зарывался в корм, заглатывал его, не забывая рычать и показывать зубы «тиграм», которые совершенно не претендовали на первенство в еде. Огромные полосатые животные снова равнодушно разлеглись на траве, спокойно ожидая, когда насытится это странное суматошное существо. Наконец, «оборотень» наелся и с довольным урчанием отошел от нежданного вкусного подарка. С сытым спокойствием он сел немного поодаль и стал наблюдать, как поглощают корм «тигры». Немного погодя и мокшхумы решили, что этот предмет более никому не нужен и только портит вид.

Катя подошла к своим полосатым «деткам», погладила их, похвалила и попросила охранять стадо коров.

– Ему надо что-то рвать на части – это его природа – задумчиво сказала Лера. – Он считал, что коровы – его добыча. А когда я ему объяснила, что их нельзя трогать, он растерялся.

– На, держи! – Салима подала большую похожую на надувную игрушку, изображающую не то пухлого пони, не то медведя. – Это можно рвать.

Счастливый «оборотень» схватил подарок в зубы и умчался с ним подальше ото всех. Там он с упоением начал раздирать игрушку. А когда закончил, разбросанные части по поляне стали сближаться друг с другом, образовывая целую словно не тронутую фигуру.

«Оборотень» недоуменно посмотрел на ставшую целой игрушку, что-то проворчал и снова разорвал ее на части, а после внимательно наблюдал, как она снова становится целой. На морде существа отразилось сначала удивление, а затем какое-то озарение. Он снова разорвал игрушку, а та опять стала целой. Удовлетворенный опытом «оборотень» лег на траву, обнял свою “добычу” и стал ее вылизывать.

Глава 41

Люди счастливые и возбужденные вернулись в дом. В таком состоянии о сне речь не шла. Сара накрыла стол для чая. Все сели, обсуждая происшедшее.

– Стойте, как я понял, все вы попали в этот мир через книгу. Но как меня сюда занесло, если я никакую книгу не трогал? – задал вопрос Томас Хантли.

– Может все-таки, расскажите нам свою историю? – с веселым прищуром спросила Салима: – Этот мир не таков, как тот, из которого мы пришли. Даже, если мы найдем выход из этого мира, то нас разнесет на столетия друг от друга. В такие моменты нет проку от чужих тайн.

– Да, вы правы. И нижайше прошу извинить меня и не сердиться что я тогда на дороге отказался вам рассказать свою историю. – Хантли встал и поклонился собеседницам. – Тогда я еще думал, что это будет предательством моего господина, – с этими словами Томас распахнул камзол и приподнял рубаху, под которой все увидели железный пояс, состоящий из отдельных пластин, пояс плотно облегал тело Томаса Хантли. – Этот пояс мой господин надел на меня, когда однажды я спас ему жизнь, отказавшись от большого кошеля денег, предлагаемого его убийцами. Хотя лучше я все расскажу вам по порядку. Родился я в маленьком предместье городка Дептфорда, что недалеко от Лондона, в семье потомственного каменщика мистера Энди Хантли. Мне тоже прочили именно эту карьеру. В те годы я носился по улицам города с другими детьми мастеров. Несколько раз мы видели проезжающие процессии монахов-иезуитов. Взрослые, встречающие эту процессию, сплевывали через левое плечо, как при встрече с чертом. И это было не удивительно: все мы были детьми англиканской церкви. Мальчишки придумывали про иезуитов страшилки, одна страшнее другой, но на меня в свое время подействовал рассказ про черный замок, где монахи замуровывали в камень невинных людей. Мое сознание, объятое ужасом, рисовало некую черную массу, которая заливала человека и застывала камнем. Конечно, потом я узнал, что замуровывают людей иначе. Но у ребенка свои представления о мире. Когда я подрос, меня отдали в подмастерья к каменных дел мастеру. Но тут выяснилось, что с камнем у меня нет дружбы: мои легкие слишком слабые, чтобы выдерживать каменную пыль. Родители помаялись со мной, а потом сняли меня с обучения. Скоро приехала тетушка, дальняя родственница моей матушки. Она была вдовой чиновника какого-то министерства и жила в Лондоне. Узнав от моих родителей суть проблемы, она принялась устраивать мою судьбу. Через несколько недель ее хлопот меня взяли помощником лакея лорда Миллеса. Милорду очень понравилась моя расторопность, и он приставил меня слугой к своему сыну, сэру Генри, который был меня на два лета моложе. Эту службу я и нес до последнего моего момента нахождения в том мире. Я не буду вдаваться в подробности моей службы, это не очень интересно и, если честно, то я не всегда знал, зачем я выполняю то или другое поручение моего господина. Но он верил мне, а я служил ему верой и правдой. Молодой лорд окунулся в политические интриги. Мы с ним часто бывали по делам королевства в Европе и не всегда под своими именами. Какое-то время я носил имена и Жан Бердье, и Джозеф Мале. Однажды в Париже ко мне подошли люди в черных плащах и масках, и несмотря на то, что это было белым днем практически в центре города, никто из горожан и бровью не повел, что вооруженные люди могут так запросто прижать человека к стене и потребовать от него что-то. Их условие было однозначно: они мне платят большие деньги, а я хитростью завожу моего господина в западню, после чего меняю имя и становлюсь богатым. В тот момент я согласился, получать удар ножом в живот никак не входило в мои планы. Но, как только я вырвался из цепких рук наемных убийц, сразу предупредил сэра Генри, и мы обманными путями покинули сначала Париж, а затем и пределы Франции. Как–то вечером сэр Генри позвал меня в свой кабинет. У него на столе лежал вот этот пояс, что на мне, для тайных депеш. И с того дня я стал хранителем тайных бумаг. Когда этот пояс на меня надели, меня предупредили, что снять его с человека можно только тремя способами: первый – с помощью ключа, второй – мастерством кузнеца и третий, которым, скорее всего, смогут воспользоваться враги – с мертвого тела. Сэр Генри старался показать всем, что его слуга, то есть я, ужасный болван, что он не доверяет мне, и даже о несекретном предпочитает говорить, когда меня нет рядом. Этот маскарад очень хорошо работал. Никто из наших врагов меня не считал опасным, никто из них и не подозревал, что я могу быть хранителем тайн, об открытии которых они мечтают и наяву, и во сне. Так было до нашей последней миссии в Берлине. Мой хозяин где-то прокололся и был арестован контрразведкой Фридриха. Такого поворота никто не ожидал, но у нас было заранее обговорено, что я делаю в такой ситуации. Я стал двигаться по заранее спланированному маршруту. Через пару дней я заметил, что меня незаметно сопровождают трое мужчин. Мне это не понравилось. Из подслушанного мною разговора я понял: они знают про железный пояс. Это кто-то из близких предал моего хозяина. Тогда я попытался уйти от них, но за мной началась открытая погоня с собаками. Моя лошадь пала в лесу недалеко от границы с Францией. Я стал уходить от преследователей пешком. Но вы, я думаю, можете представить, какие шансы у пешего беглеца, когда его преследуют верховые с хорошо обученными гончими. Я старался сбить собак со следа, двигаясь по ручьям, и пролезая через валежники, но все было напрасно. Я чувствовал, что преследователи уже близко, а сил у меня все меньше и меньше. Наконец, совсем обессилев, я решился на отчаянную попытку спрятаться. Посреди большой лесной поляны стоял старый дуб. Видно, когда-то в него попала молния, огонь которой выжег нутро этого старожила леса. Но жизни в этом дереве было столько, что эта трагедия не убила его, а только образовала в его чреве огромное дупло, в которое я и попытался влезть. Обессиленный я едва влез на дерево и, перевалившись через край дупла, свалился вниз. Летел я слишком долго. Теперь я понимаю, что это дупло похоже и стало для меня входом в этот мир. Но тогда мне стало страшно, я почему-то вспомнил черный замок и замурованных в нем людей. Через секунду я понял, что меня именно так и замуровывают, как мне казалось это в детстве. Последняя мысль, мелькнувшая у меня в голове: «Я буду жить, пока дышу». Я находился в беспамятстве все это время, пока мои спасительницы не нашли меня. Сейчас меня огорчает только одно: ведь если мы не имеем, возможности выбраться отсюда, то я не смогу доставить эти важные бумаги в Лондон. Но меня успокаивает то, что шпионы Фридриха упустив меня, не смогут обвинить моего господина ни в чем, потому что все улики здесь, – и он похлопал по поясу.

– К сожалению, я не знакома с историей тайных войн и не смогу сказать о судьбе твоего господина ни в Германии, ни в Англии, – задумчиво произнесла Лера, ей очень хотелось хоть как-то успокоить товарища по несчастью, но она не знала, как это можно сделать.

– Скажите, это точно случилось недалеко от границы с Францией? – спросила взволнованно Анна.

– Да, точно. Я свой маршрут знал закрытыми глазами. Много раз двигался по нему по карте, находя для себя разные ориентиры. Так я с одной стороны коротал время, когда мне было нечего делать, а с другой именно это знание местности и позволило мне так долго водить погоню за нос даже без лошади.

– Сара, сестра, ты понимаешь, что все это значит?! – Анна смотрела на сестру счастливыми, наполненными слезами глазами: – Наш Лес Грез не погиб весь! Остались деревья, помнящие путь в этот мир! – и, обернувшись к мистеру Хантли, произнесла: – Томас, пойми, этот дуб отреагировал на твое желание сбежать и дал тебе эту возможность. Но не сердись на него: ибо сделал он это насколько смог.

– Утро вечера мудренее, как говорит народная мудрость, – вступила в разговор Катя, – Сейчас давайте спать, а «утром» поговорим обо всем. Возможно, совместными усилиями мы найдем выход из этого мира. Я повторяю и, если нужно, то повторю еще не раз, нельзя отчаиваться: если есть вход, то должен быть и выход. Просто мы его пока не видим. И это только пока.

Наконец, полный волнующих событий день закончился. Салима с Сарой вышли на крыльцо, они взяли на себя первое дежурство, чтобы не упустить реальность и вовремя отреагировать на изменения, происходящие в этом мире. К ним присоединилась и черно-угольная красавица-кошка.

Глава 42

Несмотря на долгий и трудный «день» Катя никак не могла заснуть. Получалось, что Лера могла стать реальной жертвой собственного страха – оборотня, если бы до сознания ребенка дошли более четко образы фильма ужасов. Но впечатлительный ребенок запомнил второстепенные, малозначащие сцены, а сути происходящего на экране не понял полностью. Или бдительные родители вовремя заметили, что именно смотрит их дитя? Катя понимала, что ответ на этот вопрос она вряд ли получит, и благодарила высшие силы, что все обернулось именно так. Теперь девушке очень хотелось вернуться в свой настоящий мир. Не построить его полную иллюзию здесь, как это сделали сестры, а именно вернуться.

За всеми этими мыслями Екатерина не заметила, как уснула. Ей снился белоснежный мир. Нет, это не был заснеженный мир. Просто там было все соткано из света, белого и золотого. Она увидела великолепного крылатого единорога, который приветствовал ее, а потом взвился в небесную высь. Катя шла по странному миру своего сновидения и ей казалось, что ее тело каждой клеточкой впитывает свет, струящийся отовсюду вокруг. Вдруг она увидела старца. Он сидел на краю белокаменного колодца и о чем-то думал. Девушка остановилась, Старец приподнял голову, увидел ее и улыбнулся: «Ты ищешь выход в свой мир? Так открой дверь!» Катя увидела перед собой белую дверь с золотой ручкой, из-за которой рвался в этот мир желтый свет. Она ухватилась за ручку. Все закружилось… И девушка проснулась.

Она не сразу поняла, где находится. Когда ее мысли пришли в порядок, и она немного отошла от впечатления сна, Катя, наконец-то, сообразила, что находится в доме сестер-ведьм, создательниц Книги Грез. Но впечатление, полученное ото сна, никак не отпускало ее. Девушка, чтобы не потревожить отдыхающих людей, тихонько вышла на крыльцо. Там, удобно расположившись на узорчатом восточном ковре, на подушках сидели Сара и Салима. Они что-то бурно обсуждали, рассматривая книгу, и не заметили приближающейся к ним Кати.

– Привет, а о чем спор? – спросила, подойдя близко, Катя.

Кошка отреагировала на Катин голос громким мурлыканьем. Животное поднялось на лапки и потянулось, оно всем видом показывало, что очень радо видеть Катю.

– Да, вот, твоя подруга привязалась к ничего не значащим аллегоричным стихам, – проворчала Сара, которой похоже уже порядком надоела настырность Салимы.

– Катя, ты только послушай! И это ничего не значащие стихи? Да это же прямое указание, как выбраться отсюда! Надо только понять их истинный смысл! Ну, послушай:

Страх ловушку тебе построит,

Ключ желанья замок откроет.

В дверь к мирам скорей ступай,

Иль обретёшь ты ад и рай!

Ну, и как тебе? Страх для всех нас строил ловушки, желания – это ключ к нормальному существованию в этом мире. Этот мир для человека и ад, и рай. Все зависит от его желаний, страхов, эмоций. Но есть еще дверь. Надо просто понять, о какой двери говорит книга!

– Сара, пожалуйста, не обижайтесь. Но Салима похоже права. Я сейчас видела сон. Там был белый старец. Он мне так и сказал: «Ты ищешь выход в свой мир? Так открой дверь!».

– Тогда, где эту дверь искать? – язвительно спросила Сара.

– Как где? Надо пожелать, чтобы эта дверь появилась. Пожелать так, как желали, когда строили эту реальность, – высказала свое предположение Катя.

– Неужели ты думаешь, что мы с сестрой не пробовали открывать дверь, чтобы оказаться в своей комнате, в своем доме. Эта реальность просто создавала для нас эту комнату за дверью! Именно так в результате мы и выстроили наш дом таким большим, – возмущалась Сара непонятливостью девушек.

– Сара, прошу вас, не обижайтесь, – примирительно заговорила Катя, садясь рядом с женщиной на ковер. – Мы с Салимой ничего не хотим сказать плохого. Просто слишком много указаний на дверь. И я, кажется, знаю, в чем была ошибка. Старец мне сказал: «Хочешь попасть в свой мир?». Понимаете? Не в комнату, не домой, а в свой мир. Наше восприятие объединяет эти понятия: дом, свой уголок, свой мир. А этот мир совершенно однозначен. Вы захотели свой дом – вы его получили, вы хотели открыть дверь в свою комнату – вы ее открыли. Только дом, комната – это не весь мир, а очень малая его часть, которую легко создать здесь. А как повторить весь мир? Это не под силу даже такому универсальному творцу, как хаос. Он может только воссоздать для нас малый уголочек, который мы хотим видеть. Так что, я думаю, стоит попробовать. А вдруг получится? А если нет, то, как у нас в народе говорят, за спрос денег не берут. Просто получим еще один уютный уголочек, добавление к этому уютному мирку.

За завтраком Сара рассказала о предполагаемой возможности создания выхода.

– Но, дорогая сестрица, ведь ты же знаешь, сколько раз мы пытались воспользоваться разными способами, чтобы покинуть этот мир, в том числе и открыванием двери. И все напрасно! – возразила на доводы Сары Анна.

– Понимаешь, возможно, все дело в желании, – Сара с грустной улыбкой смотрела на сестру. – После разговора с девочками я долго думала о том, что с нами происходило после того, как мы попали сюда. Куда мы хотели уйти из этого мира, если сами призвали его в наш дом? Что мы хотели видеть? Свой лес и свою хижину? Да вот они, вокруг нас. Мир выполнил наш заказ! В том мире мы жили в лесу. Еще в детстве мы с тобой решили: раз миру людей нет до нас дела, то нам тоже он не нужен. С этим девизом мы выросли и прожили много лет в одиночестве. Так, что же еще нам может предоставить этот мир, мир, исполняющий желания? Только невозможность возврата. А что в нашей жизни изменилось? Практически ничего. Только мы научились смотреть своим страхам в лицо. В этом мире жизнь менее сурова, здесь не нужно собирать хворост, ежечасно заботиться о еде, а ведь это то, что у нас там занимало почти все время. Здесь нет инквизиции, нет человеческого осуждения несуществующих грехов. Этот мир нам дал все, что мы искали.

– Но там, хоть люди не любили и боялись нас, но шли к нам, если случалась беда. А здесь? Кому можем помочь мы здесь? – чуть не плача, потерянно произнесла Анна.

– Как кому? – чуть не поперхнулся Томас, – Да таким бедолагам, как я! Сомневаюсь, что я единственный угодил в эту ловушку. Возможно, что по всему этому миру разбросаны горемыки, которым требуется ваша помощь.

– А ведь это верно, сестра! – изумилась Анна простоте решения.

Глава 43

После завтрака решили попробовать создать дверь, ведущую на Землю. Катя представила ту, что видела во сне. На поляне перед домом появилась белая дверь, обрамленная косяками. Томас обошел ее по кругу:

– Она же никуда не ведет! Здесь, с другой стороны, она такая же, как и спереди!

Катя подошла к двери, взялась за золотую ручку и открыла дверь. Ее закрутила какая-то волна, мир рассеялся… И она оказалась в комнате Леры. Солнечный луч заглядывал в комнату и отражался в хрустальных подвесках бра, образуя на стене над головой сестры венок из девяти радужных бликов. Наташа удивленно смотрела на Катю, оторвавшись от чтения книги.

– Ты так быстро? А где твои спутники? – спросила сестра, справившись с изумлением.

– А сколько времени прошло? – настороженно спросила Катя.

– Точно не знаю, но, наверное, минут пятнадцать-двадцать.

– Значит, выход мы действительно нашли! Пора возвратиться туда, чтобы сообщить приятную новость всем, – и Катя открыла Книгу Грез.

Она уже хорошо знала тот мир, и желала сразу появиться перед своими друзьями, чтобы не тратить больше времени. Действительно, все так и получилось. Катя снова стояла на поляне перед домом, но двери больше не было.

– А куда делась дверь? – задала Катя вопрос и увидела изумленные взгляды на себе.

– Скажи, получилось или нет? – задала волнующий всех вопрос Салима.

Катя оглядела всю компанию и кивнула головой:

– Получилось! Я была в квартире Леры и разговаривала со своей сестрой, – девушка не скрывала своего восторга, но, натолкнувшись на недоверчивые взгляды присутствующих, продолжила убеждать: – Все в порядке! Мы действительно нашли выход! И книга, и старец дали нам верную подсказку! Но ответьте мне, куда делась дверь?

– Понимаешь,– вступила в разговор Лера,– как только за тобой захлопнулась дверь, и Томас не обнаружил тебя с другой ее стороны. Мокшхумы подлетели к ней, обнюхали ее, другого слова их действиям подобрать не могу, и слопали, откусывая от нее, как от пирожного. Мы настолько были удивленны их действиями, что предпринять ничего не успели, а от двери тем временем осталось пустое место. Ты посмотри, что они теперь творят, – с этими словами Лера показала в небо.

Катя подняла голову и увидела веселый «полет». Мокшхумы, как летные асы, выделывали в вышине головокружительные пируэты. Их тела сейчас не только переливались всеми цветами радуги, что выдавало их крайнее душевное волнение, но и вспыхивали разноцветными ослепительными огнями.

– Что это с ними? – растерянно спросила Катя.

– Как что? Видно, вместе со съеденной дверью им досталась энергия перехода, – сделала вывод Лера, – и теперь они пытаются ее укротить.

Через несколько минут иллюминация танца закончилась. И по прошествии еще некоторого времени мокшхумы снова вернулись в свое обычное спокойно-размеренное состояние.

– Получается, что дверь имеет разовое применение, – сделала вывод Салима, – иначе мокшхумы ее бы не тронули. Катя, пожалуйста, расскажи, как ты создала нужную дверь.

– Понимаете, я эту дверь видела в том же сне, в котором разговаривала со старцем, – начала рассказ девушка и продолжила, тщательно анализируя свои мысли и действия: – Когда я открывала дверь, то думала, что хочу попасть в свой мир, в комнату, где ждет меня моя сестра. Все так и получилось. А потом, когда открыла Книгу Грез, чтобы вернуться в этот мир, я опять воспользовалась этим же ориентиром: оказаться там, где вы меня ждете. Получается, что можно легко вернуться туда, где тебя ждут, и что чье-то ожидание более четкий ориентир для хаоса, чем какой-либо образ…

– Я думаю, в моем времени меня ждут. Точнее, там ждут документы, спрятанные в моем поясе, – задумчиво проговорил Томас. – Значит, сейчас я должен представить дверь, которая приведет меня к лорду-протектору, ожидающему эти документы?

Перед глазами его сотоварищей возникла массивная дубовая дверь, окованная металлом, с огромным железным кольцом в пасти литого из меди льва.

– Если честно, то я не знаю, что мне ждать в том мире, – заволновался Томас Хантли, делая робкий шаг в сторону двери, – если бы не слово, данное мною сэру Генри, я бы предпочел остаться здесь.

– Ну, так решай, чего ты хочешь! – не выдержала его колебаний Салима. – Это твоя жизнь. Быть одновременно в двух мирах, ты, как и любой другой человек, не можешь.

– Погоди, – оживилась Анна, – у меня есть лист дерева из нашего Леса Грез. – С этими словами женщина достала старую деревянную шкатулку, вытащила из нее две скрепленные между собой дощечки, раскрыла их, и все увидели засушенный лист дуба, а одна из создательниц Книги Грез продолжила: – Томас, возможно, он поможет найти тебе путь сюда, если не понравится, какие сюрпризы тебе приготовил мир людей. Мы с сестрой будем ждать твоего возвращения. Так что, исполняй свой долг и, если что, возвращайся. Пойми, если ты сейчас просто откажешься от своего слова, то потом очень-очень долго не сможешь себе этого простить, так ты обретешь ад.

Томас, поблагодарив за подарок, исчез за дверью. Мокшхумы словно только этого и ждали. Они в мгновение ока оказались у двери, и через несколько секунд она исчезла так же, как и ее предшественница. После чего снова началась «пляска» с иллюминацией высоко в небесах. Но людям уже было не до этого необыкновенного зрелища.

Глава 44

Из леса на огромной скорости, широко ощерив пасть, летел невероятных размеров черный пес. Он несся прямо на их красавицу-кошку. А она изогнула спину и повела себя, как маленький котенок, который еще не понимает, что от такой опасности лучше сразу уносить ноги, что здесь бесполезно шипеть, пытаясь показать свое недовольство. Все решали секунды. Салима бросилась к кошке, подхватила ее на руки и отвернулась от летящей собаки, закрывая собой перепуганное животное. «Так делать нельзя», – учили ее в детстве опытные люди, когда она также спасла маленького котенка от своры собак: «Иначе собаки растерзают и тебя. Так и котенка не спасешь, и сама погибнешь не за грош». Салима помнила эти слова, но уже в который раз нарушала этот запрет: иначе поступить она просто не могла. Но провидение и в этот раз не оставило ее. «Тигры» вовремя заметили опасность и встали между людьми и грозным псом. Собака, сбитая с толку, остановилась, было видно, как по ее телу прошла нервная дрожь, и животное без сил свалилось на землю.

– Похоже, перед нами кошмар нашей милой кошечки, – когда напряжение спало, заметила Анна.

Салима продолжала успокаивающе гладить кошку, всем телом прижавшуюся к спасительнице. Девушка что-то шептала животному. Кошка внимательно ее слушала, потом вдруг встрепенулась, давая понять, чтобы Салима ее отпустила, и, оказавшись на земле, затрусила к обессилевшей собаке. Все с удивлением наблюдали, как небольшая черная кошечка подошла к огромному страшному псу, ткнула его своей мордочкой, как пес приподнял голову, завилял хвостом и лизнул кошку прямо в нос. Черная красавица чихнула и села умываться.

– Вот вам еще один обитатель для этого мира. Я думаю, он не будет здесь лишним. Но нам пора, – Катя обернулась к сестрам-ведьмам и поклонилась им земным поклоном, как это было принято встарь. – Спасибо вам за теплоту, за доброту и ласку. Не поминайте нас лихом, если чем обидели.

Тут уже заволновались сестры:

– Добрый путь вам, пусть беды и несчастья бегут с вашего пути, а их место заступают удача и добро.

– Спасибо вам, за доброе слово, милые женщины, – Салима склонила немного голову, коснувшись рукой сначала лба, а затем и груди.

– «За доброе слово не благодарят, в нем один прок: что сказано. А как дело повернется, так слово и возвернется», – так говорил нам наш дедушка. А мы его заветам до сих пор с сестрой верны, – задумчиво проговорила Анна.

– Подождите, мы еще не решили один вопрос. Книга Грез, она осталась в вашем мире. А это значит, что кто-то по неразумению своему может попасть к нам сюда и натворить бед и для себя, и для нас, – спохватилась Сара, – Надо что-то придумать с этой книгой! Может быть, вам сжечь ее или как-то иначе уничтожить?

– Придумывай – не придумывай, но ее уже сжигали, а она все равно целехонька. – вступила в разговор Салима. – Эта книга относится к тем вещам, которые возвращаются. Только вот появиться вновь она может в очень неподходящем месте. Для таких вещей есть только одно проверенное надежное средство – Хранитель. Сама судьба распорядилась, что права собственности на эту книгу принадлежат всем нам хорошо известной Лере, а, значит, ей и быть ее Хранителем. Вдобавок она знает, чем этот мир опасен, как искать попавшего сюда и как отсюда возвращаться назад. Лучшего варианта я просто не вижу. А как хранить волшебную вещь, я Лере подскажу.

После недолгих прощаний девушки, забрав с собой и кошку, ушли во вновь созданную белую дверь.

Глава 45

Девушки стояли в комнате, где их ждала Наташа.

– У нас все получилось! Я попыталась изменить реальность, но все осталось прежним! Значит, мы, действительно, в нашем мире! – взволнованно произнесла Салима.

– Мы, действительно, дома? И эта комната никуда не денется, как только я перестану о ней думать? – неуверенно спросила Лера, опускаясь на диван.

– Конечно, нет. Мы в своем мире! – радостно ответила Катя.

– И все-таки, где вы были? – сгорая от нетерпения, спросила Наташа.

– В книге, точнее в том мире, который скрывается за ней, – отмахнулась Екатерина от вопроса старшей сестры, ее очень беспокоило состояние Карновской.

– Катя, ты говорила, что там может быть опасно, и вы можете не вернуться оттуда. Но вы очень быстро вернулись. Пробыли там меньше часа.

– Меньше часа? – тихо повторила Лера, недоуменно смотря на подруг.

– Ну, ты то пробыла там примерно на полсуток больше по времени этого мира, – ответила Катя ошарашенной этим открытием подруге, – конечно, это все равно несоизмеримо меньше, чем по твоим ощущениям. Поверь, так бывает. Ты исследователь, и я думаю найдешь объяснение этому феномену.

Лера в изумлении продолжала крепко прижимать к груди кошку. Катя посмотрела на подругу и решила отвлечь ту насущным:

– А где твоя аллергия?

– Что? – Валерия с недоумением посмотрела на животное, сидящее у нее на руках, и растерянно ответила; – Не знаю…

– А что это за зверь такой «ал-лер-гия»? – с трудом выговорив незнакомое слово, спросила Салима.

– Это не зверь, а болезненное реагирование на что-нибудь, – начала объяснение Катя, имеющая представление о данном вопросе лишь из многочисленных научно-популярных передач на эту тему. – У людей аллергию вызывают разные вещи: пыль, пыльца растений, продукты питания и многое другое. Вот у Леры, например, была аллергия на шерсть животных: собак, кошек. Она всегда беспрерывно чихала, столкнувшись с кошкой или собакой. Но самое страшное, что если не обращать на аллергию внимания, мол, подумаешь чихание, то через некоторое время она переходит в более серьезные болезни, причем даже может вызвать смерть.

– Интересно, а вы всегда умеете определить, на что у человека аллергия? – продолжала задавать Салима вопросы, было видно, что эта тема ее очень заинтересовала.

– Да, почти, – Катя попыталась вспомнить все, что знает на эту тему. – Источниками раздражения может быть что угодно. Но, если тебе это интересно, можно найти более детальное разъяснения в специальной литературе или в интернете.

– А что тебя так заинтересовало? Разве ты не встречалась с этим явлением или хотя бы не слышала о нем? – удивленно спросила Наташа, до этого момента внимательно прислушивающаяся к разговору.

– Понимаешь, у нас необычная реакция человека на обычные вещи или просто неизвестно на что относятся к порче, – пояснила свой интерес Салима. – И лекари, как у вас, этим не занимаются. Человек, пораженный порчей, или его родственники обращаются к мулле, который проводит обряд очищения. Но он не всегда срабатывает. А точнее, я знаю только один случай, когда он помог, хотя сталкивалась с такой порчей несколько раз.

– Слушай, а ты откуда? – задала волнующий ее вопрос Наташа.

– Сестренка, пожалуйста, не надо столько вопросов, – Катя попыталась уговорить сестру оставить эту тему разговора. – Поверь, это очень далеко. И многое я пока не могу тебе объяснить. Прости, но это не моя тайна. Но поверь мне, что первым человеком, кто получит полные мои разъяснения, когда придет время, будешь ты. Я очень тебя прошу, не обижайся.

– “Не обижайся!” – передразнила Катю Наташа. – С моей сестрой происходят невообразимые вещи, среди ее знакомых появляются непонятные личности, слушание ваших разговоров похоже на просмотр программы «Что, где, когда» с пропуском вопроса телезрителя, а я… “Сиди и помалкивай”? Так что ли? Нет, уж, сестренка, если втянула ты меня в эту историю, то будь добра все объяснить!

– Катя, все нормально, – вступила в разговор Салима. – Наташа, понимаешь, наши страны разделяют не только расстояния, но и столетия. Я понимаю, что это даже в ваше времени звучит более чем странно. Но поверь мне. Мы еще с тобой увидимся и о многом поговорим. А пока не досаждай Кате вопросами, она многого еще сама не знает, а то что знает сама тебе расскажет. Лера, где книга? – обратилась Салима к Карновской, которая никак не могла прийти в себя после всех происшедших с ней приключений.

Лера растерянно оглянулась вокруг, она искала какую-то опору и поддержку и, похоже, не совсем понимала, что происходит.

– Да, нам очень трудно дается понимание, что мир сложнее, чем нам казался раньше, – Салима грустно улыбнулась и, повернувшись к старшей Стрижаровой, продолжила: – Наташа, видишь в каком состоянии Лера? Я не хочу говорить с тобой сейчас не потому, что пренебрегаю твоей способностью понимать, а потому, что человеку очень сложно отказываться от старых проверенных знаний и принимать, то, что не всегда доказуемо. Ты просто должна уложить у себя в голове сначала то, что ты видела сегодня, и позже мы с тобой это обсудим. Катя, – теперь Салима обратилась к немного растерявшейся подруге. – Леру сейчас надо напоить горячим настоем. Мы уже не в мире первозданного хаоса и здесь я не могу вытащить его из неоткуда, а потому мне нужна твоя помощь.

Катя быстро вышла на кухню и поставила чайник на огонь. Через пол часа девушки пили горячий чай с медовым печеньем. Лера, выпив приготовленную Салимой микстуру, потихоньку приходила в себя. В какой-то момент женщине стало зябко, и сейчас она сидела на диване укутанная в теплый плед и пила крепкий душистый чай в обществе подруг.

– Теперь нам нужно подумать, как держать Книгу Грез закрытой. И что делать, если на нее покусятся воры, – напомнила после чаепития Салима об оставшемся у них срочном деле.

– Может быть просто заварить ее серебряный переплет? – робко предложила Лера. – Тогда никто не сможет в нее заглянуть...

– Этот вариант не годится! – отмела восточная принцесса предложение Леры, которое другим показалось здравым. – Если создан проход между мирами, значит, он должен быть. Книгу Грез, как ты помнишь, сжигали, но она вернулась, значит, этот проход нужен нашему миру. Поэтому ты и стала Хранителем. Цвет грез – фиолетовый. Нужна фиолетовая ткань, чтобы обернуть книгу. Так мы погасим исходящую от нее энергию хаоса. И…– вдруг Салима встала, разорвала реальность, исчезла в проеме и через секунду вернулась, неся в руках кованый ларец, тонкой персидской работы. – Вот то, что нам нужно!

Девушка открыла ларец. Внутренние стенки были испещрены красивыми узорами, которые при более детальном рассмотрении оказались арабскими письменами. На дне ларца лежала тонкая фиолетовая ткань, очень мягкая и приятная на ощупь.

– В эту ткань завернешь книгу, положишь в этот ларец и закроешь вот этим ключом, – Салима сняла с пояса связку ключей и отдала Лере один из них. – Этот ларец не простой. Его сработал великий мастер для хранения волшебных вещей. Где я его взяла, расскажу как-нибудь позже. А сейчас мне пора, дела моей эпохи больше не могут ждать меня, – с этими словами Салима, обняла на прощание подруг и, разорвав реальность, ушла в свое время.

– Мы точно в нашем мире? – неуверенно спросила Лера, когда разрыв реальности закрылся за Салимой.

– Да, ты дома. Не сомневайся! Теперь нужно сделать то, о чем просила Салима. Лера, это твоя работа! – деловито заметила Наташа, она уже твердо решила, что не оставит без поддержки Валерию, пока та окончательно не придет в себя.

На место рядом с Валерией прыгнула черная красавица и, муркнув, снова полезла к Лере на руки, требуя ласки. Этот маневр кошки показался очень знакомым.

– Ну, совсем как Багира! – рассмеялась Наташа.

– А как ее зовут? – гладя кошку спросила Лера.

Катя пожала плечами:

– Она всегда появляется в сложный момент и помогает, а над именем для нее я даже и не задумывалась!

– Вот пусть и будет Багира! Она словно уменьшенная копия пантеры, такая же изящная и женственная! И тоже всегда помогает! – рассудила Наташа и позвала мурчащую на руках у Леры кошку, – Багира, пойдешь ко мне?

Кошка, громко мур-мявнула, заглянула в глаза Леры, словно спрашивая: “Ты не обидишься?” – и, сладко потянувшись, изящно перебралась к Наташе.

– Вот видите, она согласна быть Багирой! – весело резюмировала старшая Стрижарова.

Вечером, как только сестры оказались вдвоем в своей квартире, Наталья внимательно посмотрела на Катю и строго сказала:

– А теперь, дорогая сестренка, расскажи, куда ты влезла и как давно. Кто все эти окружающие тебя сейчас люди?

– Наташ, помнишь, я немного опоздала на пати к твоей подруге… – и Катя впервые рассказала сестре подробно и о первой встрече с демонами, и о Тане, и о книге Грез, и о походе за Салимой, и о путешествии в мире первозданного хаоса.

Сестры просидели за разговором всю ночь. Этот день изменил не только отношение сестер, которые стали близки как никогда. Он изменил мироощущение и понимание своего места в мире у Натальи. Девушка взяла слово с сестры, что та более не будет скрывать от нее происходящее в ее жизни, и рационально принялась встраивать открывшуюся сторону реальности в их с сестрой жизнь. Теперь Стрижаровы постарались постоянно поддерживать Леру и не оставлять ее надолго одну. Карновская с трудом справлялась с обретением спокойствия после крушения ее представлений об окружающем мире. Так прошло чуть больше месяца.

Однажды, когда подруги сидели втроем в гостиной у Леры, вдруг разорвалась реальность и вошла Салима. Катя внимательно смотрела на гостью из прошлого: была ли в ее жизни их встреча с путешествием в Книге Грез или еще нет. Наташа и Лера радостно встретили подругу, они то не знали о возможности таких временных петель во взаимоотношениях Магистров Ордена Звезды Единорога. По тому, как Салима ответила девушкам на приветствие, Катя поняла: путешествие было.

– Что-то случилось? – спросила Екатерина у прибывшей.

– И да, и нет. Просто Лере пора овладевать мастерством Хранителя, – улыбнувшись, ответила Салима.

– А что, разве недостаточно того, что Книга Грез спрятана в ларец, и ее без моего ведома никто не сможет взять? – испуганно спросила Лера.

– Пойми, не все так просто, – Салима испытывающе посмотрела Лере в глаза и, что-то уловив, сказала: – Только, похоже, зря мы возлагаем на тебя эту ответственность. Если ты не чувствуешь сил заниматься тем, что тебя интересовало все последние годы, тогда подожди немного, и мы найдем другого человека, который сможет нести этот груз. Только скажи, что ты для себя выбираешь?

– Я… я не знаю, мне надо подумать… – растерянно оглядываясь, будто ища поддержку, ответила Лера.

– Хорошо, у тебя еще есть время, думай! Только помни, этого времени не так много, как хотелось бы. Девочки, до встречи. Прошу вас, оставьте Леру до утра одну, ей нужно будет серьезно подумать, – с этими словами Салима разорвала реальность и исчезла в разрыве

Глава 46

После ухода Салимы сестры попрощались с подругой и ушли. Лера осталась в квартире одна, если не считать черной красавицы-кошки, которая после всех приключений последнего времени решила обосноваться в ее доме. Валерия, к их обоюдной радости, больше не испытывала неудобств от присутствия рядом питомца, а потому исполнению желания Багиры не препятствовала. Животное наконец-то обрело свой дом.

Как только дверь закрылась за сестрами Стрижаровыми, Багира, мяукнув, мягко прыгнула на диван рядом с Лерой. Молодой женщине показалось: ее любимица очень хорошо понимает, что с хозяйкой сейчас происходит, какая дилемма стоит перед ней. Лера гладила кошку, разговаривала с ней, ища ответы на мучающие ее вопросы, и не заметила, как уснула.

Проснулась Лера в сумерках от того, что Багира зло урчала и шипела. Женщина протянула руку и включила светильник. В центре комнаты стояла странная темная фигура, закутанная в черный плащ.

– Что за маскарад? Кто вы? – Карновская резко села диване.

– Приглуши свет, – услышала женщина глухой голос.

Лера встала и накрыла абажур лампы сверху скатертью. В доме воцарился полумрак. Пришелец распахнул черный плащ. Перед Лерой стоял внешне еще молодой, но по ощущениям очень древний человек. Его восковое лицо было беспристрастно, а глаза смотрели взглядом змеи: пристально, не мигая.

– Вы не ответили. Кто вы такой? – Лера почувствовала, что к ней вернулись прежние силы.

Молодая женщина понимала, что перед ней реальный враг. Откуда у нее было это знание, она не задумывалась, но это был враг, серьезный и беспощадный. Лера смотрела на него твердо и ждала ответа, но и пришедший тоже чего-то ждал.

– А ты подумай. Ты так жаждала встречи с существами Тени, чтобы разобраться, что правда, а что ложь в рассказах о них. И думаю, тебе будет не сложно понять, кто я, – шелестел голос позднего гостя.

Лера почувствовала, некую догадку, зарождающуюся в сознании, но она отринула ее:

– Я не собираюсь здесь гадать. Не я, а ты пришел ко мне. Так что будь любезен, назови себя. – Лера говорила твердо, и гость сдался:

– У меня много имен, за тысячелетия моей жизни мне их надавали множество. Но я тот, кто может исполнить любое твое заветное желание. Ведь ты чего-то хочешь? – пришелец из грозного и надменного повелителя вдруг превратился в просителя.

У Леры что-то вроде жалости шевельнулось к этому человеку, но она подавила эту слабость: враг играет с ней, как кошка с мышкой.

– Желания есть у всех людей, – женщина усмехнулась и вступила в торг: – А что ты захочешь взамен? Существа твоего сорта ничего не делают просто так.

– О, я не ошибся в тебе! – Темный Старец подался немного вперед, предвкушая быструю победу. – Ты знаешь правила игры. Мне нужна сущая безделица, которая случайно попала к тебе в руки. Человек, который взял ее у меня на время, не вернул ее мне. А теперь она у тебя, и я должен забрать ее. Я мог бы забрать ее у тебя и так, но я не хочу тебя обижать…

– И что же это за «безделица», ради которой такое существо снизошло до положения просителя у жалкой смертной? – Лера чувствовала, что какая-то неведомая ей до этого момента сила наполнила ее, и пришедшее к ней существо здесь ни причем.

Она видела, как гость теряется, осознавая, что она, немного подыграв, не поддается на его уловки, как он всматривается в ее лицо, пытаясь поймать ее чувства.

– Не придавай этому большого значения, – Темный Старец чуть не растекался перед собеседницей, усиливая тем схожесть с подбирающимся к добыче лиса. – Я тебе говорю: эта вещь – моя, я могу забрать ее и без твоего позволения. Только я не хочу…

– Меня этой лирикой не проведешь, – резко прервала его Лера, которой надоело играть в “Кошки-мышки”. – Я знаю цену человеческому желанию. Если можешь, так попробуй, забери, и катись к черту или куда там еще. Я тебе эту вещь брать не позволяю!

Пришедший подошел к секретеру, открыл его, достал персидский ларец и протянул руку к Лере. Ключ, висевший у женщины на шее, шевельнулся, приподнялся и, сорвав цепочку, полетел к гостю. Волна ужаса начала сковывать женщину. Карновская видела, как пришедший открыл ларец и протянул руку за книгой. Она усилием воли сбросила с себя оцепенение, не зная зачем, сложила руки крестообразно на груди и прошептала, вкладывая в слово всю свою волю:

– Прочь!

Черный гость завертелся волчком и… исчез. Лера осталась в комнате только вместе с кошкой, и, если бы не открытый ларец, она решила бы, что ей все это приснилось.

На рассвете в комнате Леры появилась Салима. Она, удобно подобрав ноги, расположилась в кресле, ожидая пробуждения подруги. Багира мягко прыгнула ей на колени и, мурча, стала укладываться у девушки на руках. Салима гладила черную красавицу, о чем-то задумавшись, слушала ее громкое мурлыканье, а затем произнесла:

– Значит, приходил, говоришь, а она не отдала?

Кошка резко вскинула голову и заглянула в глаза девушке, как бы говоря с укором: «Как ты можешь мне не верить?»

Глава 47

После пробуждения Лера с удивлением посмотрела на открытый ларец и пробормотала:

– Значит, это не было сном?

– Не было. Сегодня ночью ты встретилась с самим Темным Старцем, – услышала Лера голос ожидающей ее пробуждения Салимы. – Но ты молодец, не поддалась искушению сомнения и выдержала то, в чем была уверена. Так что, поздравляю тебя с победой в первой, но, к сожалению, не последней битве.

Тело затекло от неудобной позы, но Лера не помнила, как заснула после исчезновения ночного гостя. Женщина сбросила с себя плед и села на диванчике.

– То есть, если я соглашусь стать Хранителем, эти битвы будут продолжаться?

– Будут, – спокойно констатировала Салима, раскладывая на столе головоломку из шести маленьких серебряных фигурок, похожих на наконечники копий, – Только теперь у тебя уже нет выбора. Книга Грез сама выбрала тебя своим Хранителем. Это она придала тебе дополнительные силы и подсказала, что делать в нужный момент. Обычно необходим специальный ритуал, чтобы волшебная вещь признала Хранителя. Но эта Книга сама сделала свой выбор. Теперь только Хозяин сможет забрать ее у тебя.

– Хозяин? А это еще кто? – недоуменно спросила Лера.

– Самозванцев на волшебную вещь всегда много, – Салима собрала копийки, сложила их мешочек на поясе и продолжила рассказ: – Людям кажется, что заполучить артефакт легко, надо только забрать себе и почувствовать, что он твой. Но у каждой волшебной вещи есть именно ее Хозяин. Ему она подчинится, даже нарушая все заклятья, наложенные на нее. Хранитель не имеет такой власти над волшебной вещью, он только хранит ее и позволяет воспользоваться ею кому-либо по своему усмотрению, об этом мы еще поговорим с тобой. А Хозяин… Когда придёт Хозяин Книги Грез, ты сразу поймешь это. Книга даст тебе понять, что это именно он. Ему ты ее и отдашь.

– А если он появится лишь через тысячу лет? – неуверенно спросила Лера, пытаясь услышанное уложить у себя в голове.

– Значит, отдашь через тысячу лет, – пожав плечами, ответила Салима, – Для тебя теперь обычное время не имеет значения. Ты стала жить иным измерением времени: иногда это столетия, а иногда и доли секунд. И справляться с этими мгновениями ты и должна теперь научиться. У Хранителей есть своя магия, и именно ее теперь тебе и надо познать. Ни мне, ни Кате, ни кому другому, не несущему особой отметки Хранителя, эта магия недоступна.

– Но если вокруг меня нет ни одного Хранителя, то как я смогу научиться? – паника начала накатывать на Карновскую, – Кто передаст мне это тайное знание? Вряд ли я найду в библиотеках книги на эту тему…

– Насчет библиотеки и книг, я ничего тебе сказать не могу, возможно, и стоит поискать. У тебя теперь времени достаточно. А вот у кого… Есть у меня одна мысль. Но сначала, закрой ларец и забери ключ, – рационально заметила Салима и, после того как растерянная Лера выполнила указания подруги, продолжила. – Ты уже поняла, что мы с Катей можем перемещаться во времени?

– Как, и Катя тоже? – Лере снова показалось, что мир вокруг снова поплыл.

– Да, и Катя тоже. От тебя уже нет смысла это скрывать, ты и так скоро узнаешь очень многое. Катя, также как и я, несет в себе кровь Единорога. Поэтому мы именуемся Жрицами Храма Звезды Единорога или Магистрами Ордена Звезды Единорога, точного названия нет, да и не может быть, главное – смысл. Итак, мы можем переноситься во времени и брать с собой в иную эпоху то, что нам нужно, или того, кого нам нужно. В Древних Эпохах есть те, кто создал магию Хранителей. Думаю, что лучше их тебе об искусстве Хранителей не расскажет никто, – с этими словами Салима взяла Леру за руку, другой рукой взмахнула, разрывая пространство, и шагнула, уводя в разрыв за собой нового Хранителя.

Глава 48

Катя и Наташа, как и договорились, встретились у дома Карновской. Сестры с трудом узнали открывшую им дверь Леру. Изменения происшедшие с подругой, как внутренние, так и внешние очень удивили сестер. Куда делась нарочитая готичность ее облика? Волосы из иссиня-черных превратились в белоснежно-белые, словно седые. Но это не придавало Лере возраста, наоборот подчеркнуло молодость кожи и утонченность черт. Не осталось готичности и в одежде. На Лере была удобная длинная белая туника с золотыми геометрическими спиралями в греческом стиле, подпоясанная ремнем светло-золотистой кожи, ремешок в этом же стиле перехватывал волосы на лбу. Было трудно представить, что расстались они только вчера, казалось, между их встречами лежали годы.

– Катя, это невероятно, но я столкнулась с мифическими существами огромных размеров: титанами и атлантами, – после короткого приветствия сказала Лера. – Мне всегда казалось, что они обитали только в воображении людей, а не в реальной истории. Я столько узнала от них нового и интересного и на многие вопросы нашла у них ответ. Всего не расскажешь. Для тебя с нашего расставания прошло несколько часов, а в моих ощущениях – не одно тысячелетие.

– А что с книгой? – вдруг спросила Наташа, не понимая, при чем тут какие-то титаны и атланты. – Ты станешь Хранителем или нет? Что ты решила?

– Я уже Хранитель, – вдруг рассмеялась Лера, понимая, что то, что для нее было века назад, для Наташи произошло вчера и еще не закончилось. – Девочки, все уже решено. Книга сама выбрала меня своим Хранителем. Оказывается, и такое бывает. Так что, все в порядке. И пошли пить чай!

Лера, взяв у Наташи коробочку печенья, открыла ее и так поставила на стол. Взгляд младшей Стрижаровой задержался на ровном ряду из десяти золотистых печенек.

Не сразу Катя и Наташа привыкли к новому облику Леры. Но в изменении имиджа не было ничего сверхъестественного для жителя XXI века. Через какое-то время жизнь вошла в свое привычное русло, а путешествие через книгу стало казаться сном. Катя снова предпочла бы забыть обо всем происшедшем и окунуться в обычную круговерть дел. Но Салима, в очередной раз навещая подруг, просмотрела кучу материалов по школам единоборств, известных в XXI веке и настояла, чтобы Катя записалась в секцию айкидо. А Валерия и Наташа каждый раз напоминали девушке об их приключениях и о том, что где-то есть еще и Орден Звезды Единорога.

Карновская же не только хорошо освоилась с ролью Хранителя, но и стала частой гостьей сестер-близнецов, создательниц Книги Грез. И через некоторое время Лера поделилась новостью: назад в мир первозданного хаоса вернулся Томас Хантли.

Когда эсквайр открыл дверь в свое время, он оказался в ночных коридорах Управления, куда и должен был по приказу господина доставить бумаги. Томас тихонько пробрался по пустым коридорам до нужного кабинета, хозяин которого работал частенько даже по ночам. Нужный человек был на месте. Хантли постучал и вошел к удивленному лорду в кабинет. Оказалось, что его уже считали пропавшим. От ищеек Фридриха не уходил никто, кроме него. На вопрос лорда, как ему удалось так быстро прибыть в Лондон, Томас ответил, что провидение не оставило его и предоставило ему соответствующие пути, но о них он предпочтет умолчать. Лорд снял с Томаса стягивающий его пояс, достал бумаги, а затем вызвал капитана охраны, который был неприятно удивлен, увидев незнакомца в кабинете лорда. Приказ чиновника капитану охраны заставил изумиться уже Томаса, который торопился исполнить свой долг. Мистер Хантли никак не мог поверить, что его арестовали и везут в Тауэр. В крепости его ждала еще одна новость: он стал заключенным без имени. Это означало одно – ему никогда не выйти за крепостные стены. Единственно о чем Томас попросил тюремщиков, это оставить ему старый сухой лист – память о добром друге. Надзиратели выполнили просьбу осужденного: не звери же они, чтобы отбирать у человека последнее утешение, да и ценности никакой не было в этом старом сухом древесном листе, только сантименты. Оставшись в камере один, Томас достал лист, пожелал вернуться к сестрам-близнецам и у него это получилось. В той жизни у него ничего больше не было, кроме холодной сырой камеры в старом замке и тюремщиков, вынужденных проводить свою жизнь рядом с государственными преступниками. Томас познал сполна благодарность сильных того мира и более не хотел в нем оставаться. Мир первозданного хаоса был единственным, который с радостью встретил беглеца из своей реальности.

Глава 49

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке Темный Старец был недоволен. Книга Грез обрела Хранителя. И эта девчонка действительно знает правила игры. Давно его так не изгоняли! А теперь она попала под защиту Книги. Не хватало еще, чтобы снова собрались двенадцать Хранителей! Ну ничего! Что-что, а ждать он умеет. Появится хозяин Книги, заберет ее. Вот тогда и получится разделаться с этой Хранительницей.

Слуга Тени все никак не мог успокоиться. Давно эмоции настолько не беспокоили его. Немного пометавшись по библиотеке, Старец вернулся к Кристаллу и разложенным рядом с ним картам. Да, из окружения рожденной из крови Единорога не получилось убрать эту… Он не мог подобрать слов. Все, что приходило на ум касалось существ Тени, а как обозначить ругательством Светлого Хранителя он никогда и не задумывался. Итак, пусть будет – стерва – осталась. Однако в окружении Рожденной есть и другие лица, которых она знает и которым доверяет, и будут те, кто придёт в ее жизнь.

Старца заинтересовала основная карта Старшего аркана, вокруг которой раскладывался пасьянс. Интересная карта с номером 0! Ноль – особое число одновременно отражающее всё и ничего. Итак, здесь карта “Шут”.

Книгу Создания сейчас лучше не трогать: бреши, прожженные Светом в прошлые разы, еще не затянулись. Старец открыл свои записи. Как давно он сюда не заглядывал! Он листал свою тетрадь и вспоминал, как еще молодым и алчущим знаний записывал каждую крупицу того, что удавалось найти. Вот и запись о Картах Таро:

“Шут (светлая сторона). Если вопрошаете о человеке, то человек тот как малое дитя, смотрит на мир с открытыми глазами, все ему интересно, и не видит он сложностей и опасностей, а ощущает силу и радость, ведь его впереди ждет столько интересных и увлекательных приключений. Возможно, ему предстоят неожиданности и незапланированные события, но это не страшит его. Как и всех любознательных детей, Судьба хранит человека со знаком Шута от фатальных ошибок и дает ему учителей и наставников.”

Темный Старец поморщился и задумался. От одного наставника, которого Рожденной подарила Судьба, он так и не сумел избавиться и пока не выйдет. Он снова почувствовал, как волна раздражения проснулась в глубинах его тела. Старец вдохнул и выдохнул, прогоняя непрошенные чувства. Все-таки быть живым и чувствовать – не очень хорошо, мешает думать. Пока наставников он не тронет. А вот учителя… Те, кто подают уроки и даруют испытания. Надо посмотреть, кого приведет Судьба в окружение Рожденной. И он снова обратился к раскладу. Теперь его интересовала Придворная карта, что легла внизу.

И снова Старец с картой в руках подошел к Кристаллу, и снова его волновало: “Кто?”

…Женька смотрела на себя в отражении витрины. Как же здорово, что у нее такая внешность! Она худощавая, высокая, подстрижена коротко. Вот оделась в немного мешковатую куртку и джинсы. И кто теперь скажет, что она не парень? В школе девчонки красуются друг перед другом, у кого грудь больше, а ей такого не нужно – большую грудь сложно спрятать.

В отражении девушка наблюдала за двумя лузерами. Она давно их приметила. У одного толстый такой лопатник, он его все в задний карман сует. Но второй, как специально, все время оглядывается, словно чего-то ждет или боится. Что ж он беспокойный-то такой? Она уже полчаса потеряла, кружа вокруг них так, чтобы себя не выдать, поджидая удачный момент. “Ну, фарт, не подведи!”...

Глава 50

Как ни странно, после того приключения с демонами в метро, Катя не стала бояться подземки. Наоборот, этот вид транспорта стал ей роднее что ли. Она и раньше любила наблюдать за людьми, а теперь еще наслаждалась, тем что вокруг просто люди, а не демоны.

Со стороны казалось, что Катя дремлет, но она продолжала прислушиваться к своему ощущению окружающего пространства. Почувствовав, что что-то неуловимо изменилось Рожденная из крови Единорога открыла глаза. Ее внимание привлек парнишка, бегущий через вагоны. Девушку накрыло четкое понимание: демоны здесь, рядом, и охотятся. Когда беглец поравнялся с Катей, та ухватила его за рукав, и разорвав пространство, утянула за собой.

Они выпали в предрассветную темноту на какую-то дорожку в неизвестном им времени.

– Ты кто? Ты зачем? А куда? – стал, нет, стала задавать вопросы новая жертва демонов.

– Все ответы потом, сейчас просто спрячься.

Преследователи не заставили себя долго ждать. Они материализовались рядом прямо из воздуха, но на их пути была Катя. Девушка, пользуясь навыками, отточенными двумя годами занятий айкидо, быстро уложила и спеленала их же одеждой обоих беснующихся и шипящих демонов. И что дальше? В прошлый раз ей помогла Тана, они просто увели демоненка куда-то. А что теперь ей делать с этими двумя?

В этот момент еще невидимый простым глазом первый луч солнца разрезал темноту. Демоны, попавшие под него, взвыли, заискрились и… остались лежать притихшие на дорожке. Только ощущения от этих двоих уже были другие. Катя больше не чувствовала их как демонов. Это были два обычных растерянных парня.

– Эй, а где это мы? И почему ты нас связала? Ты маньячка, да? – задал вопрос тот, что помельче. Его здоровый собрат просто таращился, пытаясь что-то осмыслить.

– Ничё себе! А ты крута! Ты из этих… как их... людей-икс что-ли? – услышала Катя за спиной голос “мальчишки”.

Екатерина оглянулась, на выползающую из-за огромного валуна и еще не успевшую подняться девчонку, и обратилась к парням:

– У вас есть претензии к… нему? – она чуть не сказала “к ней”, но в последнее мгновение решила подыграть спасенной.

Парни дружно замотали головами:

– Мы его не знаем! Какие претензии! Нет никаких претензий…, – засуетился щуплый.

Катя стала освобождать парней от пут.

– Слышь, ты это… Ты точно уверена, что они больше драться не полезут? – заволновалась девчонка.

– Ты это, малой! Базар то фильтруй, мы может и не короли Талсы. Но детей и девок не трогаем! – отозвался здоровяк.

Катя, усмехнувшись, продолжила освобождать горемык. После этого она позвала девчонку:

– Иди сюда, давай свою руку и бери его за руку. Да не бойся, уже не тронет! А у меня третьей руки нет. Возвращаемся!

И они снова оказались в том же вагоне, из которого ушли. Пол мгновения отсутствия – и никто из находящихся в полном поезде метро ничего не заметил. И даже если кто краем глаза приметил какое-то движение, то оглянувшись не увидел перемен.

На перроне они вчетвером вывалились из вагона:

– Эй, ты как это сделала?

– Что сделала? – “недоуменно” пожав плечами и похлопав глазами, спросила Катя. – Мы просто вышли из электрички. Пока, мальчики! – и она потянула за собой упирающегося “мальчишку”.

– А теперь рассказывай, почему они за тобой гнались! – Катя посадила девчонку на лавочку в ближайшем к метро сквере.

– Ну, они же сами сказали, что никаких предъяв нет! – попыталась отвертеться спасенная.

– А ты не поняла, что это были уже просто люди? А гнались за тобой очень страшные существа. Что им от тебя было нужно? – насела Стрижарова на спутницу.

– Вот! – девчонка, немного помявшись, протянула Кате бумажник, – Я думала там деньги или, на худой конец, карты. А там вот это… – она достала из бумажника идеальный диск из черного резного камня сантиметров десять в диаметре. – Что это такое я не знаю. Но, наверно, очень дорогое, если они так за мной сорвались.

Катя взяла в руки необычную вещицу и почувствовала, что она гудит, будто провода, наполненные электричеством.

– Как тебя зовут? – спросила Стрижарова, понимая, что здесь самой не разобраться и нужно просить помощи.

– Женька.

– Так вот, Женька, нам нужен тот, кто ответит на все вопросы про этот диск. Пойдем!

– Куда?

– Туда, где есть тот, кто может нам помочь. А меня, кстати, Катя зовут.

И тут Екатерина почувствовала приближение не одного, а многих демонов. Видно, этот артефакт им очень нужен, если они так быстро его почуяли.

– Держи диск. Ты сейчас снова уйдешь в разрыв времени. И сразу беги, меня не дожидайся. На тебя сейчас идет охота. Я отвлеку демонов. Найдешь меня там. Я буду где-то рядом. Тогда и решим, что делать дальше. Ты меня поняла?

– Да, только…

Катя разорвала пространство в эпоху, где она знала есть маячок ее собственного ожидания, и толкнула в разрыв девчонку. Теперь Женька должна найти Екатерину там, а это значит, что Катя, та из будущего, уже ждет ее прихода.

Мимо лавочки проходили люди. Девушка видела, что вон та парочка, и вон тот парень и вон та благородная старушка, и вон тот, и та, и тот… – это демоны. Их было много. Катя благоразумно сидела, стараясь себя не выдать. Демоны покружили вокруг, но потеряв путеводную нить диска, постепенно растворились в толпе спешащего домой с работы народа.

В эти несколько минут Рожденная из Крови Единорога поняла, что с одним или двумя такими демонами сумеет разобраться, но ничего не может противопоставить этой страшной армии, когда их много. Ей вспомнились слова Таны: “В вашей же эпохе они на славу разгулялись”.

Глава 51

“Пип-пип-пип” – будильник прервал сон.

– Здравствуй, новый день! – Катя привычно улыбнулась, потянулась, соскочила с кровати, быстро сделала несколько разминочных упражнений.

– Вот никогда не понимала сов, – подмигнула своему всклоченному отражению Екатерина, вылетела из комнаты и недоуменно остановилась: – Наташка что-ли опять до утра заработалась?

На кухне горел свет.

– Ой, привет! А ты что здесь делаешь? – Катя, щурясь от яркого света, смотрела на девчонку, которую три дня назад спасла от демонов.

– Привет! Так ты сама меня сюда отправила и сказала: “сидеть и ждать”. Что я и делаю! – хитро блеснув глазами, скромно отозвалась гостья.

– Я? Да? – Катя судорожно пыталась вспомнить, как зовут ее собеседницу. Какое-то имя пригодное и мальчику, и девочке: “Санька? Нет! Женька? Да, кажется так”.

– Женя, – осторожно, словно идя по минному полю, начала Катя. – Я так понимаю, ты меня нашла там, в той эпохе, верно?

– Да, нашла, – улыбаясь, ответила Евгения.

– Но рассказывать ничего не будешь, потому что я тебе запретила это делать? – неуверенно выдала предположение Екатерина.

– Да, именно так! – рассмеялась Женька. – И я рада этому! А знаешь почему?

– Почему же? – у Кати немного озябли конечности, и она влезла на кухонный диванчик, поджав ноги и закутавшись в плед.

– Да, ради того, чтобы увидеть тебя такой: немного заспанной и растерянной, можно было еще пару часиков подождать! Теперь я точно знаю, ты – тоже человек, а не какая-то там “божественная”.

– Божественная? А… Это тоже оттуда? – еще более растерянно спросила Катя, и, увидев, что Женька откровенно над ней потешается, бросила в гостью диванной подушкой. – Ах, ты…

Евгения, смеясь, подхватила подушку и отправила в обратный полет.

– Ого, у нас гости в такой ранний час? – на кухню зашла Наташа, вернувшаяся с пробежки. – Сестренка, иди приводи себя в порядок, а то так и уснешь заново под пледом.

Катя снова перевела взгляд на гостью:

– Ты побывала в другом времени. Сколько там прошло, спрашивать не буду. Но ты вернулась другая! Где твои “Чо”, “ Крутая”, “Ну, ты это”. И не говори, что это я научила тебя правильно говорить.

– Ну, ты, это, не кипишуй! – отозвалась Женька, и, рассмеявшись, добавила: – Понимаешь, я не всегда была “трудной девочкой из бедного района”, – и, посерьезнев, с горечью добавила: – Раньше я была “папиной принцессой” и даже посещала элитную школу.

– И что случилось? – Наташа прошла в глубь кухни, поставила на огонь чайник, достала продукты и стала готовить бутерброды.

– А папахин нас предал, – и на мгновение перед сестрами снова возникла “плохая девочка”. – Завел себе любовницу, а мама их застукала. Все, как в любовных романах пишут! Только маме счастья почему-то после этого не привалило, как этим гг в их историях. Мама, когда от отца ушла, только меня и младшего брата забрала, даже вещи все свои оставила. Ни копейки она от папахина брать не стала, даже на нас. И нам запретила с ним общаться. А судьба решила ей еще добавить! У мамы рак нашли. На операцию даже никуда ехать не надо: наши врачи хорошо справятся! Мама, конечно, в очередь встала. Но планово – слишком долго ждать, а на срочную – деньги нужны! Не, мы не бедствуем. живем в бабушкиной квартире, хоть без евроремонта, но нормально. Мама пока себя хорошо чувствует, вот и работает. Она – переводчик, знает шесть языков, сопровождает деловые переговоры, на выставках работает и книги для издательств переводит. Я ей иногда с переводами помогаю. Но на операцию собрать не получается. Да и долго копить! Отец, скорее всего, денег даст, но мама об этом и слышать не хочет! Вот я и решила, найти деньги, как могу, и подрезала тот злосчастный лопатник!

– Значит, вы у родителей вдвоем, ты и брат? А еще родственники есть? – Катя осторожно перевела разговор с опасной темы.

За беседой Наташа незаметно накрыла на завтрак и сейчас разливала манящий ароматом чай. Две кружки она пододвинула Кате и Женьке, а третью взяла в руки и встала чуть в стороне, опираясь спиной на кухонный шкаф.

– У меня два брата! Только мама старшего брата тоже предателем посчитала потому, что тот от отца не отвернулся. Ярик все время пытается с ней поговорить и помириться, но она и слышать не хочет! – со вздохом ответила Женька.

– А у старшего брата как с деньгами? Чем занимается? – Катя поймала взгляд сестры.

– У него свой бизнес. Отец ему дал деньги на стартап лет пять назад. Они там какие-то станки разработали. Вроде дело пошло. Он в каких-то тендерах участвовал, договоры заключал. Но я точно не знаю… Когда Ярик рассказывал, меня больше волновало, как мой маникюр сочетается с новым платьем, чем какие-то там производства. Это я сейчас знаю, что те мои проблемы ерунда! Но тогда казалось, что ничего важнее нет: и сломанный ноготь равен смертельному приговору, а надетое платье из прошлогодней коллекции – несмываемому позору! – с горькой усмешкой произнесла Евгения.

– Поговори с братом! – включилась в разговор Наташа. – Не забывай, что вы – родные люди! У родителей может быть все, что угодно! Но вас одна мать родила, и проблемы должен решать он, а не ты, “подрезая лопатники”. Если в тюрьму загремишь, кто о матери и младшем брате позаботится? – Наташа пододвинула к гостье бутерброды. – А теперь просто на секунду представь самый страшный исход, что из-за денег пропустили сроки, и операцию сделали слишком поздно. Как твоему брату потом жить с таким грузом: имел возможность помочь матери, но не помог, потому что не знал и никто не сообщил? Сможет он себя простить? А тебя? Вот и думай!

– Не простит ни меня, ни себя! Он такой же, как мама! Отец его всегда за прямолинейность и твердую принципиальность ругал, говорил, что так нельзя, что надо всегда обходные пути искать, – горько произнесла Женька и, улыбнувшись Наташе, продолжила: – И я уже поняла, как сглупила тогда! Но, с другой стороны, демонам не достался важный артефакт! И я с Катькой познакомилась! Так что можно считать, что меня ангел по краю за руку провел!

– Ого, какое выражение! Это откуда? – заинтересовалась Катя.

– А, из переводного, – отмахнулась Женька. – Мне мама пыталась объяснить, что это значит, но я тогда не поняла. А вот сейчас до меня дошло, что только чудо мне помогло удержаться и не свалиться в пропасть.

Глава 52

В течение следующей недели Женька каждый день бывала у Стрижаровых. Сестры нашли в бывшем “трудном подростке” родственную душу. Девочка отличалась здравыми рассуждениями и острым умом. Возраст юной знакомой компенсировался сложным жизненным опытом и умением делать быстрые, но при этом совсем не поспешные выводы. Кроме того, Евгения стала посещать тренировки по айкидо вместе с Катей, удивляя тренера упорством и несколько нестандартным подходом к занятиям.

В один из дней сестры Стрижаровы встретились с подругой в кафе.

– А я с Яриком по телефону общалась, – уткнувшись в стол, тихо произнесла Женя, – Не смогла ему про маму сказать… Не знаю, как говорить про нее… Она ведь мне запретила! Если скажу, она потом обидится и со мной разговаривать перестанет, как с ними! – девочка шмыгнула носом.

– Ты ведь понимаешь, что с братом нужно поговорить? – Наташа подсела на диванчик к новой подруге и обняла ту за плечи, – Время не терпит. По мне, пусть не разговаривает, но будет жива!

– Да, я понимаю! Но тогда я совсем одна останусь… Ну, может, с Яриком, – шмыгнув носом, прошептала Женька, после чего подняла голову и, внимательно посмотрев на сестер, сказала: – А с отцом я поссорилась… Нахамила ему, когда он ко мне в новую школу приходил. Но после этого ребята из класса стали ко мне нормально относиться. Я, когда отцу хамила, по сторонам не смотрела. Зато они все видели, на телефон засняли и в интернет выложили. Хорошо, что мама к компьютеру настороженно относится, использует только по необходимости и в соцсетях не сидит.

– Так, давай, не куксись! – Наташа слегка толкнула подругу. – Ты недооцениваешь любовь родителей. Я уверена, что твоя мама в тайне наблюдает за жизнью твоего брата. А отец всегда поможет, если ты к нему обратишься.

– Мне бы твою уверенность, – пробубнила Женька, а потом вскинула голову и посмотрела прямо в глаза младшей Стрижаровой. – Кать! Ты меня подстрахуешь на встрече с братом? Боюсь, я опять не смогу ему сказать про маму. А Наташа права время уходит…

– Хорошо! – Катя не могла отказать, понимая как это важно для ее новой знакомой. – И когда ты думаешь с ним встретиться?

– Сегодня! – Женька виновато взглянула на подругу. – Он в последний год открыл несколько баров. Может слышали “Сила Бахуса”? В одном из них он проводит вечер, контролируя работу. Сегодня он будет в том, что на соседней улице.

Глава 53

Девушки подошли к бару, который располагался в подвальном помещении сталинского дома. На кованной решетке в виде виноградника висела черно-белая вывеска с надписью “Сила Бахуса” в окружении венка из виноградной лозы. На входе девушек встретили два огромных накачанных парня, не то охранники, не то вышибалы:

– Малолеткам нельзя! – преградил им вход один из них.

– Нам – можно, – вскинулась Катя. – И я не малолетка.

–Так хорошим девочкам тут тоже делать нечего, – усмехнулся второй.

– Позовите Ярослава Громова. Он – мой брат. Мне нужно с ним поговорить! – потребовала Женька.

– Малышка, ты бы что-нибудь пооригинальнее придумала, – рассмеялся тот, что заступил им дорогу. – Здесь каждая вторая приходящая пытается представиться его сестрой или невестой. Вот матушек и тетушек мы пока не видели! – он заржал в голос.

Катя обернулась к подруге:

– Жень, у тебя телефон Ярослава есть? Позвони ему! А то так и будем здесь стоять. Им мы ничего не докажем!

– Ярик, привет! Ты говорил, чтобы я заходила, что ты по четвергам в этом баре. А меня тут на входе не пускают, говорят маленькая, – наябедничала Женька, набрав номер брата.

Через полминуты зазвонил телефон у одного из охранников. Выслушав говорившего, парень молча подал знак напарнику и отошел в сторону, пропуская девушек.

Бар встретил посетительниц приглушенным светом и громкой, но не давящей на слух музыкой. Небольшие столики на 2-3 человека окружали возвышение в центре. Посетителей пока было мало. Около стойки стояли три официанта и о чем-то переговаривались с барменом, который протирал и расставлял фужеры разных форм. Взгляд Кати привлек оригинальный герб, висящий за спиной бармена: поле разделено по диагонали на две половины виноградной лозой, в верхнем углу расположилась латинская “V”, а в нижнем “Х”. Один из официантов быстро подошел к девушкам:

– Пойдемте, Ярослав Александрович вас ждет, – и пошел вперед, показывая путь.

– Простите, – Катя не смогла не удовлетворить свое любопытство, – А что это за герб?

– А, этот? – официант кивнул на заинтересовавший Екатерину предмет , – так у Ярослава Александровича десять баров, наш пятый.

Они прошли в следующее помещение, располагающееся за тяжелой портьерой. Здесь тоже стояли столики, а на стене висел огромный экран, который сейчас транслировал происходящее в соседнем зале. Им навстречу поднялся из-за одного из столиков высокий темноволосый парень спортивного телосложения. Он сделал пару шагов навстречу и обнял Женьку:

– Привет, сестренка! Я очень рад, что ты выбралась навестить меня! Ну что, бунт на корабле закончился и ты вспомнила, что ты девочка? – услышала Катя приятный голос с небольшой хрипотцой, показавшийся ей смутно знакомым.

– Ярик, ты опять меня дразнишь? – с возмущением произнесла Женька, на что ее брат по-доброму рассмеялся.

– Ладно, присаживайтесь. Поить не буду, а то меня мать убьет, а вот накормить могу. Что хотите? И представь мне свою подругу! Я думаю, это ее мы должны благодарить за твое возвращение к нормальному человеческому виду?

Катя смутилась от пристального внимания, которым одарил ее брат Женьки.

– Да, конечно, знакомься: это моя подруга Катя. А это мой несносный брат Ярослав, как я думаю, ты уже догадалась, – не смогла не покривляться Женя.

Катя улыбнулась:

– Очень приятно! – и вот опять этот внимательный взгляд синих глаз показался ей смутно знакомым, но вспомнить откуда она никак не могла.

Они прошли за стол, за которым сидел ранее Ярослав. Хозяин клуба быстро собрал бумаги в папку и отодвинул на край стола. Он взял телефон, набрал номер и сделал заказ: кофе и пирожные. После чего повернулся к сестре:

– Давай выкладывай, что такого случилось, что я тебе понадобился!

– Ну почему? Я что, не могу просто так к брату прийти? – нахохлилась Женька.

– Просто так? Ты?! – рассмеялся Ярослав. – Ты даже маленькая подлизывалась ко мне только тогда, когда тебе было что-то нужно!

– Вообще-то нужно не Жене, вашей маме, – вторглась в их шутливую перепалку Катя, – Расскажи ему все, Жень. Он должен знать!

– Что случилось? – вдруг подобрался Громов, его взгляд из веселого стал внимательным и колючим. – Мама так и не отвечает ни на мои звонки, ни на мои сообщения в мессенджерах. Я думал, если молчит, значит все хорошо…

– Да, ничего не хорошо! – Евгения перебила брата, едва сдерживая накрывающую ее истерику. – У мамы рак… Ей операцию надо… А у нас денег нет…

– В какой больнице она обследовалась? – Ярослав стал сухо и четко задавать вопросы сестре, делая пометки на оказавшемся перед ним листе.

Катя отметила, как мгновенно изменился брат Женьки, превратившись из балагура в серьезного внимательного мужчину, готового решать сложные проблемы, как четко и точно задает вопросы, как его уверенное спокойствие с внимательной собранностью успокаивает и вселяет надежду в Женьку, что все будет хорошо. В этот момент Катя по-хорошему позавидовала подруге, что у той такой замечательный брат.

– Я знаю, что Ярик здесь! – прозвучал веселый мужской голос за портьерой. – Не волнуйся, меня он захочет увидеть!

И в комнату быстрым шагом вошел светловолосый парень:

– Привет, злодей! Ты, я смотрю, обзавелся верными псами, несущими службу и неподпускающими к тебе посторонних! О! Да ты не один! Я, надеюсь, ничему интересному не помешал! Представишь меня красавицам?

Ярослав, поморщившись, встал и протянул вошедшему руку:

– Добрый вечер! Знакомься, моя сестра Евгения и ее подруга Екатерина! Девочки, позвольте…

– Подожди, старик, я – сам! – прервал Громова знакомый и пафосно, вытянувшись в струнку, легко кивнул головой и щелкнул каблуками, явно подражая офицерам царской армии, как их показывают в фильмах: – Позвольте представиться, Брудовский Семён Иванович.

Катя как завороженная смотрела на красивого блондина, словно материализовавшегося принца из ее детской мечты о волшебной сказке.

Глава 54

Ярослав Громов.

Это было невероятно! Женька пришла не одна. Она привела ЕЕ! Ту самую девчонку, которую он встретил мимолетно, но которую так и не смог забыть, искал все это время и уже отчаялся когда-либо увидеть.

Нет, тогда он не заметил ее сразу. Просто шел к своей машине. А тут этот нелепый случай: вода облила идущую немного впереди девушку, она дернулась и чуть не попала под проезжающий мимо велосипед. Он не собирался никого спасать. Просто реакция тренированного тела не подвела и в его руках оказалась ОНА. Он не назвал бы ее красавицей: просто миленькая, немного нелепая со своими веснушками и вздернутым носиком. Но ее серые глаза, цвета грозового неба, удивленно распахнутые, кажется смотрели в самую душу.

– Спасибо! – скорее прочитал по ее губам, чем услышал.

Он сбросил с себя наваждение и спросил:

– С вами все в порядке? Вас может подвезти куда? – сказал скорее из вежливости, уже ругая себя за то, что придется менять планы.

Но в ответ услышал невероятное:

– Нет, спасибо! Я немного посижу на солнышке. Погода хорошая, я быстро обсохну! Вы не дали мне превратиться в хрюшку, а вода быстро высохнет!

Такая реакция была неожиданна. Он привык, что женщины любого возраста всегда с охотой шли на контакт. Да, он знал, что далеко не урод, и тренажерный зал не забрасывает несмотря на свою занятость. Девушки всегда смотрели на него с интересом. Он не любил пускать пыль в глаза, но в тот день шел со встречи с очень важными людьми, а потому его внешний вид просто кричал о его достатке. Но эта странная незнакомка даже не подумала оценивать его и не ухватилась за его предложение подвезти, как это бы сделала любая другая на ее месте.

Он вежливо проводил девушку до лавочки и быстро ушел к припаркованному неподалеку своему внедорожнику. Уже сев в машину, Ярослав отметил, что незнакомка сидела на лавочке и, запрокинув голову, позволяла солнечным лучам целовать себя.

– Не удивительно, что у нее столько веснушек, – хмыкнул Громов.

Было видно, что девушка не лукавила, отказавшись от его услуги, и у нее не было цели его заинтересовать. Она просто наслаждалась жизнью.

В тот раз он быстро уехал, а потом ругал себя, что не сразу понял, что за девушку встретил. Нужно было хотя бы взять ее координаты, телефон, чтобы знать где искать, или имя спросить.

На следующий день он вернулся на это же место, долго сидел на лавочке вглядываясь в толпу. Но его незнакомки не было. Он приезжал туда как на работу два месяца. А она так там больше не появилась.

Однажды Ярослав снова долго сидел на лавочке. Он уже перестал верить, что снова встретит ее. На улице было немноголюдно, он опустил глаза и заметил, что что-то блеснуло в солнечных лучах. Он поднялся со скамьи, подошел к газону и увидел в траве монету, похожую на десятирублевую. Он поднял ее. Это была сувенирная монетка для гаданий, с одной стороны которой было отчеканено “Да”, а с другой – “Нет”.

Усмехнувшись, он задал монетке вопрос:

“Встречу ли я ее когда-нибудь?”

“Да”, – ответила монета.

“Здесь? На этом месте?”

“Нет”, – получил ответ.

Больше он на то место не приезжал. Но искать ее не перестал.

Уже позже он понял, что еще его поразило в его незнакомке. Это случилось, когда он, познакомившись с очередной “светской львицей”, повел ту в дорогой ресторан. Как ее звали? Таня? Ира? Не важно! В ресторане молоденькая официантка уронила стакан воды, когда его спутница толкнула девушку, и несколько капель упали на дорогую юбку. Сколько визгу было! Он смотрел на эту безобразную сцену: “светская львица”, вереща, кроет всех матом; бедная официантка, чуть не плача, извиняется, пытается объяснить, что это просто вода – и вспоминал: “Вы не дали мне превратиться в хрюшку, а вода быстро высохнет!” – сказанное тихим спокойным голосом. Спокойным!

В ситуацию в ресторане он вмешался, когда прилетел управляющий и громко заявил, обращаясь к официантке: “Ты уволена!”

– А почему вы решили уволить девушку? – Ярослав, прищурив глаза, смотрел на обрюзгшего мужчину, примерно своего ровесника.

– К-как почему? – оторопел управляющий и заморгал, вызывая у Громова ассоциацию с “сумасшедшей лягушкой” из старого клипа.

– Слава! Ты что не видишь? Она испортила мою юбку! – ринулась в бой “светская львица”.

Ярослав поморщился, он терпеть не мог, когда его называли так. Но об этом знали только близкие, а эта кукла была ему больше не интересна.

– Вода не могла испортить твою юбку! Это не вино или что-то другое! И девушка не виновата, ты сама ее задела. А из-за твоего визга у меня пропал аппетит! Я отправляюсь домой! Можешь остаться здесь и поужинать, а потом возьми такси, – Громов открыл бумажник, вытащил несколько купюр и вложил в руки красавицы, которая открывала и закрывала рот, словно рыба выброшенная на берег.

Он искал свою незнакомку долгих три года. Его друзья, соратники в работе и основные помощники в поисках Алексей и Серега уже в бесчисленный раз повторяли ему, что невозможно в многомиллионной Москве найти девушку, не зная о ней ничего. А под описание внешности подходят тысячи, если не миллионы девушек. Это в Москве! А вдруг она просто была в городе проездом? То как ее по всей России искать? Но Громов стоял на своем, и они втроем шерстили соцсети в надежде наткнуться на нее; искали художников, чтобы по описанию нарисовали похожий портрет. О, сколько у него уже скопилось этих портретов! Но ни одного ЕЕ.

И вот, наконец, он ее встретил. Она оказалась подругой его сестры! Вот как такое возможно?! Он не торопился показать свою радость, боялся спугнуть удачу!

Но ветренная фортуна все равно отвернулась от него. Явился Брудовский.

Глава 55

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке Темный Старец снова взял в руки карту “Шут”. Его заботил один вопрос: как заставить рожденную из крови Единорога проявить темную сторону Души? Любая карта имеет две стороны: светлую и темную. Старцу стало интересно, как Тьма отражается на характере человека под картой “Шут”. Он снова не решился открыть Книгу Создания. Раны от лучей ее Света не торопились затягиваться. Темный Старец опять обратился к своей старой видавшей виды тетради.

“Шут (темная сторона). Эта карта указует на человека, начинающего много дел сразу и не доводящего их до конца. Сталкиваясь с уроками жизни, он предпочитает менять обстановку и уходить от удручающих его людей и ситуаций, прятаться за пороком и пустыми мечтаниями. Человек этот глуп, почти безумен, слаб и ленив, совершает странные необдуманные и неосторожные поступки, не ценит время и дары, посылаемые ему Высшими силами, не благодарен и все время жалуется на Судьбу. Он не слышит своих наставников и бежит от учителей. Провидение преподносит ему события, которыми невозможно управлять”.

Такой “Шут” больше нравился Старцу: его легче привести к Тени. Пока Рожденной удается балансировать на краю, удерживаясь на светлой стороне карты. На краю? Значит нужно найти того, кто ее столкнет в пропасть. Темному Старцу понравилась эта идея. С усмешкой, он снова обратился к Кристаллу: “Кто?”

Он увидел веселую компанию праздных молодых людей и усмехнулся: “Ну, конечно! “Золотая молодежь” и их прихлебатели!”

Он продолжил наблюдать и заметил среди них Тьму. Она была белокурой красавицей, весело щебечущей ни о чем, но все в этой компании застряли в ее паутине и каждый был ее рабом. Они не были существами Тени и не несли ее в себе. Но они все подчинялись Тьме!

Старец вернулся к картам и снова разложил пасьянс вокруг “Шута”. Одна из карт его обеспокоила. Надо срочно вмешаться, иначе и в этот раз все сорвется. Он снова вернулся к Кристаллу:

– Покажи, кто из них!

Старец внимательно смотрел на то, что показывает ему древний артефакт. Затем он подозвал своего верного слугу:

– Иди и передай Лилит, что есть лакомая дева, и я отдаю ей ее в жертву. Пусть направит одного из своих вассалов за ней! Смотри, вот этого!

И он указал на отраженного в гранях статного блондина, похабно высмеивающего отсутствующих в их компании девушек.

Глава 56

Катя с подругами выходила из Университета. Сегодня они защищали свой очередной проект. Чуть меньше года назад профессор Гориславцев настоял, чтобы студенты работали с информацией группами. Но на защите, каждый должен был показать свою часть работы и доказать ее важность для коллективного творчества. Катя всегда с людьми сходилась легко, но также легко и расходилась. Ее отношения были всегда необременительными и не создавали ни с кем глубокой эмоциональной привязки.

Но в этот раз все было по-другому. Девушки, с которыми Катя оказалась в группе, были ответственны, и каждая внесла свой незаменимый вклад в их проекты. За время работы они хорошо сдружились, и Екатерине уже не верилось, что раньше она отделывалась лишь незначительными фразами в общении и судила о них поверхностно. Беззаботная Катя, легко хватающаяся за новые идеи и невидящая преград; вдумчивая и серьезная Светлана, их староста и отличница; застенчивая и скромная “серая мышка” Полина, легко находящая общий язык с любой техникой; и постоянно строящая из себя дурочку красавица-блондинка Анжелика, все время провоцирующая мужское население и беззастенчиво пользующаяся “тягловой силой самцов” – все они как нельзя лучше дополняли друг друга.

Выйдя из дверей Университета, Катя споткнулась. У основания лестницы стоял серебристый спортивный автомобиль, на капот которого опирался Брудовский. Он явно кого-то ждал. Катя встряхнула головой и, сделав вид, что не заметила парня, громко рассмеялась очередной шутке Анжелики.

– Катя! Ну наконец-то! – окликнул ее Семен – Я уже думал, что состарюсь тут, дожидаясь тебя.

Катя с удивлением смотрела на своего “принца”: он ждет ее? Это правда? Сзади присвистнула Анжелика:

– Во, а притворялась скромницей! Ну, подруга, удачи! – блондинка слегка подтолкнула Катю в спину. – Ну, ты там не теряйся! Давай, до завтра! Девочки пошли!

Семен галантно открыл дверцу спорткара, дожидаясь пока Катя спустится с лестницы и подойдет к нему.

Брудовский вел себя очень предупредительно: передавая Кате воду, он приоткручивал крышку бутылки, чтобы та легко открывалась; когда выходили из машины, открывал дверцу и подавал руку; все время придерживал ее; обращался так словно Катя была из хрусталя. Они много рассуждали на разные темы, и Семен внимательно выслушивал все, что говорила спутница. Девушка чувствовала себя как в сказке. Она даже не заметила, как пролетело время, и они на Поклонной горе встретили рассвет.

Брудовский отвез спутницу до дома. И, только зайдя в подъезд, Катя вспомнила, что так и не позвонила Наташе чтобы сказать, что задерживается. Но в квартире было тихо, сестра спокойно спала. Это очень удивила Катю. Позже девушка узнала, что еще вечером Анжелика позвонила Наташе и предупредила ее о свидании сестры.

Глава 57

Всю неделю Катя летала, как на крыльях. Брудовский встречал девушку у Университета, и они ехали гулять. До рассвета они больше не загуливались, но вместе проводили много времени. Отношения были как в сказке, Семен вел себя очень галантно, дарил цветы, угощал разными вкусностями и даже не заикался о более тесном общении. Кате это нравилось. Она где-то давно вычитала, что если мужчина не тащит девушку сразу в постель, то ему нужна она и он ее бережет. Для Кати была не важна ее девственность (в наше время она уже не является ценностью), но и торопить сама события девушка не спешила. Она просто наслаждалась легкими, ни к чему не обязывающими отношениями.

В субботу Брудовский позвал Катю и ее подруг на природу. Они остановились у деревянного кемпинга с оборудованным местом для приготовления шашлыка. Но там оказалось занято… Как выяснилось немного позже, это Громовы, брат и сестра, приехали чуть раньше оговоренного времени.

Мужчины, как полагается, занялись основным угощением – шашлыком, а девушки остались резать овощи и фрукты.

– Кать, прости, но из этих двоих я на твоем месте выбрала бы Громова, – наблюдая за парнями, сказала Анжелика.

– Почему? – заинтересовалась Светлана.

– Понимаете девочки, опыт моей мамы и старшей сестры говорит, что большинство особей мужского пола – козлы. Я пока росла, поняла, что их надо проверять. Вот всех своих младших сестер, я выдала замуж после проверки – не повелся на меня, значит, нормальный парень.

– А причем здесь мой брат? – спросила Женька.

– Он на меня не ведется, – пожала плечами Анжелика и снова повернулась к Кате: – А вот Брудовский твой – парнокопытное! Это я тебе точно говорю.

– Да ладно тебе, нет… – не хотела верить Катя. – Ты просто очень красивая, и все тобой любуются! – попыталась она защитить Семена.

– Ну, ты – наивная! – фыркнула Анжелика. – Учти, я тебя предупредила! Но готова служить жилеткой, когда поймешь, что я права!

– Девочки, а можно я займусь Громовым? – не спуская взгляда с объекта разговора, протянула Светлана. – Вы ведь не против?

– Я думаю, Катя пока не против, – усмехнулась Анжелика. – Но, Свет, ничего не получится. Он видит только Катю. Такие, как кремень, если запали ничем не отвернешь. Будет молча страдать, но на других не посмотрит.

Когда Света и Катя отошли к мангалу, помочь парням. Женька подсела к Анжелике.

– Ты правда думаешь, что Ярик запал на Катю? – задумчиво произнесла младшая сестра объекта обсуждения.

– Какая ты еще маленькая! – улыбнулась Евгении Анжелика. – Внимательно посмотри, какие взгляды твой брат бросает на Катю, особенно в те моменты, когда она на него не смотрит. Кстати, сравни с тем как смотрит на нее и этот блондинистый козел. И все поймешь! Учись на чужих ошибках, глядишь, и своих не сделаешь!

Вскоре вся компания, весело перешучиваясь, приступила к трапезе.

Глава 58

Ярослав Громов.

Он смотрел на Екатерину и видел, что та счастлива. Для него было важно, чтобы у нее все было хорошо. Он надеялся, что Брудовский все же изменился. Ярослав видел, как поменялась его сестра. Она перестала изображать оторву, но и не вернулась к прежнему, кукольному, образу. Сегодняшняя Женька ему очень нравилась: с ней было о чем поговорить и даже поспорить. И это влияние его Кати! А потому, желая ей счастья, он очень надеялся, что и Семен изменился.

В какой-то момент Ярослав перехватил взгляд Брудовского, который вглядывался в его лицо, словно пытаясь что-то понять. Это насторожило Громова. Это что, опять то глупое соперничество, которое преследовало его все детство? Надо поговорить с Семеном!

Брудовского он знал очень давно! Еще в раннем детстве их родители решили, что мальчикам нужно дружить. Но дружбы не получилось, как теперь понимал Ярослав, из-за разного подхода родителей к воспитанию.

Старший Громов воспитывал своих сыновей по-спартански. Много работай – и все получишь! Еще в раннем детстве Ярослав усвоил: что бы что-то получить надо потрудиться. Да, отец платил за “работу” своих сыновей значительно больше, чем та стоила. Но это давало возможность им ощутить радость победы. И это был триумф не над конкурентом, а над собой! Поэтому, когда в Университете жизнь его свела с парой отличных головастых ребят, первое, о чем он задумался – свое дело! Вместе они разработали станки. Да, какие! Таких нет даже у прославленных производителей! Но в продвижении все оказалось значительно сложнее, чем в учебниках. И тут воспитание принесло первые плоды: они работали, забывая про все; он успевал быть и на производстве, и проводил две-три встречи в день с потенциальными клиентами, убеждал, доказывал, добивался. И в какой-то момент все сдвинулось с мертвой точки. А потом понеслось! Только успевай поворачиваться!

А в семье Брудовских были другие порядки. Сын получал все, что хотел, и даже больше. Тетя Альбина всегда добивалась для сына привилегированного положения даже среди детей одного с ними круга. А мальчик скучал. Ему не интересно было учиться, он ничего не хотел, и всегда все имел. В какой-то момент Семен принялся соперничать с Ярославом. Громову такое соперничество было не интересно, у него были другие цели. Он шел к ним и добивался. А Брудовский стремился не только получать все тоже, что есть у Ярослава, но перебежать тому дорогу, перехватив ненужное ему, но интересное Громову.

Эти воспоминания всколыхнули в груди беспокойство. А что, если Семен заметил его интерес к Екатерине, и теперь обхаживает ее в пику ему? Ярослав одернул себя: ну, нет, детство позади! Не идиот же Брудовский и не подлец, вроде, чтобы играть чувствами другого человека! Надо поговорить с ним!

Глава 59

В воскресенье Семен заехал за Катей вечером, предупредив заранее, что они едут в очень дорогой модный клуб. Екатерина была счастлива. Она бывала в клубах, но рангом пониже, там, где тусовались студенты, и никогда не задумывалась ни о каких элитных заведениях. Но с Брудовским все было по-другому. Катя полдня потратила на подбор одежды для посещения клуба. Наташа, посмеиваясь и подшучивая над волнующейся сестрой, подсказывала и помогала той собираться. К назначенному времени Екатерина была в полной готовности.

Семен, как всегда, встретил Катю у машины и открыл перед ней дверцу. Они подъехали к знаменитому клубу. Брудовский сразу провел Катю мимо охраны в VIP-зону. Затемненный зал, плитки пола которого вспыхивают разноцветным светом, реагируя на шаги гостей, мелькающие яркие неоновые краски, громкая музыка и за стеклом танцпол полный обычной публики, не подозревающей, что за ними наблюдает словно за рыбками в аквариуме публика из VIP-зоны.

В другой раз Катя, возможно, и полюбовалась бы, но сейчас ей было не до красот зала. Рожденная из крови Единорога зябко передернула плечами: вокруг было слишком много демонов. Даже тогда, когда существа Тени охотились на артефакт, случайно оказавшийся у Женьки, их было в разы меньше. Здесь же на небольшом пространстве темных существ было слишком много.

Девушка оглянулась на сопровождающего:

– Давай уйдем отсюда. Мне здесь не нравится.

Но Семён, вопреки своей прежней внимательности и предупредительности, сделал вид, что не услышал ее. Это обескуражило Катю. Он же подхватил девушку под локоть и потащил к одному из столиков, где сидела шумная компания.

– Привет всем! А вот и мы! – радостно провозгласил Катин ухажер и усадил спутницу на маленький свободный диванчик на трех человек.

К ним сразу подсела яркая ухоженная блондинка с внешностью модели. На Катю смотрели большие синие наивные глаза:

– Какая ты хорошенькая! – промурлыкала красавица, – Я – Лиля.

Милый облик не обманул Екатерину, она чувствовала рядом с собой демона острее и сильнее, чем когда-либо.

– Эй, Гордый, это и есть тот невинный птенчик, про которого ты говорил? – спросил у ее друга высокий парень, словно сошедший с обложки глянцевого журнала.

В нем девушка не чувствовала Тень, но взгляды парня ей не понравились, как и ухмылка Семена. А разум зацепился за прозвище:

– А почему Гордый?

– Вон, видишь, парень в очках? – мурлыкнула красавица рядом с Катей, – Это Виталик. Он у нас умный, кандидатскую по истории защитил. А теперь раздает всем исторические прозвища и судьбы. Был такой московский князь Симеон Гордый. Вот и нашему Сене перепало его прозвище и не только. Семен – Симеон, – пропела девушка.

– Как это, судьбы? – снова зацепилась за слово Катя.

Возлюбленный взял ее за руку:

– Не обращай внимания! Они прикалываются! А вообще, они классные ребята! Расслабься!

– Конечно, надо расслабиться! – мурлыкая, протянула соседка и придвинула стакан с градиентом от лимонной до изумрудной жидкостью, украшенный кусочком неочищенного ананаса с листьями, – Вот выпей! Это не алкоголь, – сразу сказала она, опережая возражения.

Катя смотрела на напиток, зацепившись почему-то за перья ананаса. Они сейчас напоминали ей острия пик или кинжалов. И их было ровно восемь. Внутренний сторож просто вопил, что нельзя пить ЭТО, что нужно уходить отсюда. Но Катя оказалась заперта между Семеном, Лилей и столом.

– Мне нужно в дамскую комнату! – пискнула Катя, пытаясь уйти из напрягающей ситуации.

– Пойдем, я тебя провожу! – подхватила Лиля убегающую жертву.

Едва они отошли от компании, Катя услышала смешок красавца, снова обратившегося к Семену:

– Ну, коли Лиля занялась твоей малышкой, не долго ей быть невинной! Ставлю на то, что Лиля приобщит ее ко взрослой жизни уже сегодня! Виталик, принимай ставки!

За спиной раздался смех и возник какой-то ажиотаж, но Катя уже больше не вслушивалась. В груди стало тяжело и больно, а образ прекрасного принца, созданный девичьим сознанием в детстве, покрылся трещинами.

Глава 60

В дамском туалете было пусто. Катя подошла к умывальнику и через зеркало стала наблюдать за демонессой.

– Ты мне нравишься! Ты такая сладкая! – на ухо Кате с придыханием произнесла Лиля, мгновенно преодолевшая разделяющее их расстояние и обнявшая ее сзади. – Расслабься! Эти мужланы ничего не понимают в настоящей нежности и любви! Ну, малышка, доверься мне! Я подарю тебе блаженство!

Катя не стала слушать дальше. Она разорвала пространство и шагнула в предрассветную мглу случайной эпохи, утаскивая под первый луч солнца демонессу.

– Кто ты такая?! – взревел монстр, в которого обратилась миловидная спутница, когда на нее упал первый луч. – Как ты это сделала?

Катя с ужасом смотрела на двухметровое существо с ярко-алой кожей, с витыми черными рогами, выглядывающими из непокорной гривы угольных волос, одетое в обрывки брендовой одежды. Однажды в ее руках уличный воришка также превратился в столб пламени, но тогда ей помогла Тана. А сейчас? Не отпуская чудовище, Катя снова разорвала пространство и прыгнула в эпоху, где ей смогут помочь.

Екатерина и сопротивляющийся демон вывалились в странном полукруглом пространстве, разделенном по полу небольшой возвышенностью, на которой стояли две женские фигуры в обтягивающих светлых комбинезонах.

– Помогите! – крикнула Катя, из последних сил удерживая демона, обернувшимся женщинам.

– Проникновение! – равнодушным голосом констатировала одна.

– Я разберусь! Свободна! – вторая быстро шагнула к вторгшимся в ее пространство, а первая, мигнув, исчезла.

Демонесса в ужасе отскочила от Кати и с грохотом упала на колени перед приближающейся темнокожей женщиной:

– Великая! Прости, что не распознала твою посланницу! Можешь покарать меня за это! Ты в своем праве! Я клянусь своей силой служить тебе верой и правдой до конца времен!

Катя с ужасом переводила глаза с одной на другую. Что происходит? Куда она попала, стремясь за помощью? Кто это перед ней?! Мозг лихорадочно искал ответы и не находил. И так не хотелось верить, что привычный путь за помощью оказался ловушкой. Девушка судорожно анализировала свои ощущения, но в помещении был только один демон, и его притащила сюда она сама.

– Я принимаю твою клятву! – властный голос вырвал Катю из прострации, – Моя воля с этого момента для тебя, демон, закон! А покарать тебя я всегда успею! Сэнди! – мигнув, рядом с хозяйкой этого странного пространства появилась ее прежняя собеседница. – Отведи… Кстати, как твое имя? – снова обратилась она к демонессе.

– Лилит Ар-Ойсс, о Великая! – немного заикаясь, все еще стоя на коленях, выдавила из себя демонесса.

– Аристократка значит, дочь князя, – усмехнулась хозяйка, – Сэнди, отведи Лилит в красную каюту! Пусть ждет меня там!

Как только за ними закрылась полусферическая вогнутая дверь, которая стала видна лишь тогда, когда отъехала в сторону, пропуская странную помощницу-служанку и демонессу, хозяйка этого места обратилась к Кате:

– Екатерина, как я поняла по твоей реакции и ужасу в твоих глазах, ты сейчас видишь меня в первый раз. Так?

– Кто ты? – Катя пыталась уловить свои ощущения, но Тени в собеседнице она так и не ощутила.

– Расслабься, – улыбнулась женщина. – Мы с тобой одной крови. Зовут меня ИнканьезИ ЙокуфА. Знаешь, что сегодня тебе повезло? Ты встретила хоть и аристократичную, но не очень злую демоницу. Демоны сладострастия настроены на соблазнение, на порок, они мягки в общении и редко бывают агрессивны. Любое существо Тьмы придет в ярость, если у него забирают его добычу. Ты же не поддалась искушению, повела себя не так, как она ждала, а потому перестала быть для Лилит жертвой. Но есть и другие демоны. Соприкосновение с некоторыми смертельно для любого живого существа. Научись различать Тень и Тьму. Мы ощущаем их немного по-разному. С Тьмой ты пока не готова воевать, обходи ее существ стороной и уводи тех, кто рядом. О Тьме мы поговорим немного позже. Существ же Тени не бойся, с ними ты справишься.

Катя глубоко вздохнула от облегчения. Оказывается, она в ожидании ответа затаила дыхание.

– Но почему демонесса так отреагировала на тебя? Кровь Единорога она не почувствовала во мне. А тебя по-настоящему испугалась, – Катя начала задавать возникшие у нее вопросы.

– Погоди! Не сейчас! На все вопросы у тебя будут ответы, но немного позже. Пока ты к ним не готова, – женщина устало потерла виски. – Этот мир значительно сложнее, чем может показаться на первый, да и на второй взгляд. Если встретишь Лилит снова, не удивляйся, значит она в твоем времени по моей воле и действует по моему поручению. Единственно, ее жертвы с ней и останутся. Это был их осознанный выбор: стать пищей демону. Хотя, возможно, они не понимали тогда и до сих пор не поняли, на что согласились, – Инканьези горько усмехнулась и устало продолжила: – Я думаю, что они сами давно зависимы от нее и без нее угаснут. А ты просто держись от них подальше.

– Но…

– Давай все вопросы позже. Мы увидимся с тобой еще не раз. Для тебя эта встреча первая. Сейчас ты должна просто понять, что есть Свет, есть Тень и есть Тьма. Люди ошибаются, соединяя Тень и Тьму. Свет Звезды Единорога убивает Тень и проявляет существ Тьмы. Что и произошло в этот раз. Еще раз тебя прошу, научись различать Тень и Тьму. Вспомни, как ты ощущаешь Тень, и что ты почувствовала, встретив Лилит. И, повторяю, держись пока от существ Тьмы на расстоянии.

Глава 61

Катя вернулась в свою эпоху одна. Стоя у зеркала, она собиралась мыслями. Девушка помнила, как отнеслись к их уходу в компании, как смалодушничал Семен. И ей совсем не хотелось ни разбираться, кто что думает, ни объясняться, куда делась прекрасная Лиля. Сердцу было больно, но образ прекрасного принца не выдержал столкновения с реальностью. Для Кати сейчас было два выхода: убедить себя, что Семен просто ничего не понял и он хороший, или согласиться с тем, что Брудовский не тот, за кого она, наивная дурочка, его приняла, и ему от нее что-то нужно. Но вот что? Этого она пока понять не могла. Хотел бы легкой победы, давно затащил бы ее к себе в кровать, но он красиво ухаживал и даже не намекал на нечто большее.

Взгляд девушки зацепился за небольшой рисунок помадой на стекле зеркала: букетик из пяти сердечек-шариков. Екатерина усмехнулась и, стряхнув с себя излишние размышления, быстро покинула сначала дамскую комнату, а потом и сам клуб. У выхода она снова столкнулась с человеком, вызвавшим у нее ощущение демона. Нет, не демона, а существа Тени. Она четко уловила разницу. Катя сделала вид, что споткнулась, оперлась на руку одержимого Тенью и утянула его в разрыв пространства под первый луч восходящего солнца. Пара мгновений и воздух привычно засеребрился, а на нее смотрел ничего не понимающий парень. Катя улыбнулась ему, вернулась с ним назад, в то же мгновение, и, извинившись за неловкость, ушла не оборачиваясь.

Почти летние, майские, сумерки постепенно накрывали город, включилось уличное освещение, в окнах домов стал загораться свет. Катя не торопилась домой. Она снова шла по улицам родного города, перебирая в памяти происшествия этого вечера. Сердце еще болело, но встряска от столкновения с существом Тьмы вытеснила другие чувства. Казалось, что прошли дни, недели, месяцы, с момента, когда она поняла, что принц оказался “картонным”. На улицах благоухала сирень, но это не приводило Катю в восторг, как еще сегодня утром. Ей было очень грустно. Это где-то внутри плакала маленькая девочка от того, что разбился светлый образ Сказки созданной ею, мечтающей быть Золушкой, или Спящей красавицей, или Прекрасной Аленушкой, или любой другой сказочной героиней и встретить своего принца.

В какой-то момент Кате показалось, что она ощутила отдаленное присутствие существа Тьмы. Девушка оглянулась по сторонам, но никого опасного не заметила, да и ощущение демона, слегка коснувшись ее, пропало. Этого оказалось достаточно, чтобы исчезло мечтательно-созерцательное состояние, и Екатерина заторопилась к метро, чтобы поскорее оказаться дома.

Глава 62

В этот день Катя возвращалась из института очень поздно. Она засиделась с руководителем дипломного проекта, обсуждая практическую часть ее диплома. Осталось совсем немного, в конце июня начнется преддипломная практика, а в декабре у нее защита.

Тихо, стараясь не потревожить сестру, девушка зашла в квартиру. На кухне горел свет и раздавались приглушенные голоса. Катя осторожно на цыпочках хотела пройти в свою комнату, когда до нее долетел возмущенный голос сестры:

– У тебя может быть любая из окружающих тебя девиц! Что тебе нужно от Кати?!

– Может я ее люблю? – услышала Катя мужской голос.

Семен? Откуда он здесь? Катя с того вечера избегала с ним встречи, а он как специально все время попадался у нее на пути и ей приходилось выстраивать маршруты, чтобы с ним не пересекаться. Когда она в первый раз после того злополучного похода в клуб увидела его недалеко от основного входа в Университет, порадовалась, что внимательно следит за окружающим пространством из-за того, что все время возникает намек на присутствие демона где-то неподалеку – появится и тут же исчезнет. Зато теперь она знает все черные ходы Университета и наладила отношения со всеми вахтершами, которые сначала ворчали, а потом стали поддерживать Катю, ругая преследующего ее ухажера. А девушка, видя его настойчивость, стала задумываться: может она поспешила с выводами, и он все-таки ее принц, да и маленькая девочка внутри поддакивала с надеждой. И вот теперь этот “принц” у них дома. А на кухне продолжался жаркий спор:

– Когда любят не смотрят с чувством собственного превосходства на объект обожания! – резко перебила Семена Наталья. – Не уходи от темы! Что тебе от нее нужно? – теперь она повторила вопрос, акцентируясь на каждом слове.

– А может мне нужна ты? И я через нее к тебе подбираюсь? – проникновенно произнес ловелас, подойдя вплотную к Наташе и приобняв ее за плечи.

Кате стало не приятно. Да, она сама не хочет с ним встречаться, но вот такое пренебрежение очень сильно задевало и поднимало в душе какую-то темную волну. Девушка хотела проявить себя, показать, что она здесь и все видит. Но…

– Отстань от нее! – Наташа резко отскочила от “принца”, одарив того уничижающим взглядом.

– А то что? – парень снова подошел к сестре, но уже угрожающе навис над ней с высоты своего роста. – Расскажешь, что мне она и даром не нужна? Давай! А я расскажу, что ты мне с самого начала проходу не даешь, и не хочешь видеть нашей любви, потому что сама влюблена в меня как кошка!

– Это же неправда! Да как ты так можешь?! Это же подло! – глаза Натальи наполнились слезами, и Катя видела, что сестра до последнего держится, не позволяя себе расплакаться.

– Это жизнь, детка! Ты такая же наивная дурочка, как и твоя сестренка! Давай иди, говори ей! И посмотрим, кому она поверит! – засмеялся Семен.

Этот смех вонзал в сердце Кати острые ножи. Ей очень не хотелось сейчас столкнуться с Брудовским, и она тихо зашла в свою комнату.

После эпического выступления ловелас развернулся и, насвистывая какой-то мотив, покинул «поле битвы». Наталья тяжело опустила на стул и дала волю слезам.

Как только входная дверь за Семеном закрылась, Катя тихонько вышла из своего укрытия, подошла к Наташе и обняла ее. Младшая Стрижарова давно не видела сестру в слезах. Ей бы сейчас самой разреветься после услышанного, но Наталья плакала, и кто-то должен был ее утешить. Екатерина заперла свою боль глубоко и стала успокаивать сестру:

– Наташ, ты чего? Было бы из-за кого плакать! Мы с тобой всегда вместе! Сколько раз ты меня из разных передряг вытаскивала! У меня же никого нет ближе тебя! И вообще, говорят, первая любовь всегда несчастная! Так что переживу! На нем свет клином не сошелся! И на нашей улице перевернется КамАЗ с пряниками!

Глава 63

Июнь подходил к концу У Кати закончилась последняя сессия. Осталась преддипломная практика и защита диплома. Профессор Гориславцев, руководитель дипломного проекта, собрал четверых подруг у себя в кабинете:

– Ну, что ж, красавицы, вы вышли на финишную прямую. С каждой из вас мы обсудили выполнение практической части проекта. И у меня есть к вам предложение. За последний год ваша группа хорошо сработалась и разлучать такую слаженную команду было бы кощунством, а потому я, посоветовавшись с ректором и деканом, решил предложить вам объединить дипломы и создать грандиозный общий проект.

– Профессор, а разве можно работать над одной темой вчетвером? – задала один на всех вопрос Светлана, на что профессор ответил:

– Вместе вы создадите шедевр, а по отдельности просто хорошие работы. Я выбираю шедевр, а чтобы ни у кого не вызывал ваш труд вопросы: каждая из вас рассмотрит аспекты общей деятельности со своей стороны и именно о них будет говорить на защите.

И вот теперь девушки вчетвером ехали на северную окраину Томской области, в некий городочек, где неподалеку, по словам профессора, его друг занимался раскопками древнего поселения.

Ехать им предстояло на поезде. Можно было бы отправиться и самолетом, но методист кафедры их от полета отговорил: время они вряд ли смогут сэкономить, а вот тяготы дороги узнают по полной. Поэтому девушки изучили маршрут и взяли билеты на поезд.

Ехали они в одном купе. И почти двое суток пути пролетели за разговорами быстро. Кроме того, Катя, легко сходящаяся с людьми, разговорила пожилую проводницу на странные случаи в дороге.

– А вот еще одна история была. Уж, наверно, лет двадцать с тех пор прошло, – начала рассказывать очередную байку раскрасневшаяся от удовольствия, что ей уделяют столько внимания, немолодая полная проводница. – На ночной остановке заходила большая компания людей. Мы там стоим обычно минуты две. Вот я их впустила сразу всех, не проверяя билеты. И то, последний из них заскакивал уже в тронувшийся вагон! У меня-то за годы работы, глаз ого-го как натренировался! Умела бы рисовать, по памяти портреты всех своих пассажиров нарисовала бы. Ну, так вот. С этой компанией села молоденькая девушка с ребеночком на руках. Я еще подумала, что надо к ней подойти и узнать, когда кормит, сама кормит или смесь делает. Если смесь, то мне к ее кормлению кипяточку нужно будет ей сделать. Да и с пеленочками у нее что? При ней-то вещей не было, ребеночек один. А может ее вещи ребята занесли. Кто ж знает?! Ну, так проверила я у молодежи билеты, и спрашиваю. “Молодая женщина с ребеночком с вами была. Где она?” А мне отвечают: “Какая женщина? Вот мы все тут, никого больше не было!” И тут девчонка из их группы говорит: “Да, на перроне далеко стояла женщина с грудным ребенком на руках. А когда в вагон садились, она с нами села. Я еще подумала, как это она умудрилась так быстро до нас добежать и даже не запыхаться”. Тут ребята начали: “Что ты придумываешь! Опять ты видела то, что никто кроме тебя!” Мне не по себе стало и говорю ребятам: “Но я ее тоже видела! И даже помогла подняться на ступеньку. Так что девушка была!” Тут самый бойкий из парней и говорит: “Раз была, мы ее быстро по вагону найдем! Ребята, пошли!” И они пошли по вагону. Искали везде, в том числе и в тамбурах, и в соседних вагонах. Но она как сквозь землю провалилась. А на утро у трех пассажиров поднялся жар аж под сорок. На следующей остановке к нам зашли медики, болезных в больницу отправили, а нас закрыли на карантин. Наш вагон в тупике посередине степи почти месяц простоял. Там какая-то давно забытая смертельная зараза оказалась. А про ту девушку я потом от старых проводников узнала. Еще до революции, в начале ХХ века, кто-то снасильничал или обманул девку, вот она и родила, а потом зашла на поезд и спрыгнула с него на полном ходу вместе с ребеночком. А теперь по полнолуниям приходит в поезда на том перегоне и забирает на тот свет всех, кого сможет. Особенно мужикам достается, они первыми болеть начинают.

Девушки записывали за словоохотливый женщиной ее байки, а войдут ли они в их общий диплом, или куда еще потом пригодятся подруги подумают позже.

Глава 64

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке Темный Старец был недоволен: Рожденная не поддалась искушению, а демоница легко переключилась на более легкую добычу.

– В мое время демон боролся до конца за отданную ему душу! Как же измельчали нравы за прошедшие тысячелетия! Расслабились, избаловались! – ворчал он, ни к кому не обращаясь. – Где же это видано, чтобы демон отказался от жертвы?!

Старец чувствовал, что он что-то упускает, что его рассуждения где-то дают сбой, и он не видит всю картину происшедшего. Именно это вызывало у него глухое раздражение.

– Мне надоела эта карта! Надо с ней решать! Не хочет служить Тени? Хорошо, не надо! А значит остается только второй путь – гибель!

Он снова взял свою тетрадь и продолжил читать о карте:

“Шут (благоприятный). Если спрашиваете о ситуации – это появление новых, рискованных проектов и моментов. Все происходящее наполнено игрой и авантюрой, и все решения принимаются сходу, без дум о последствиях.

Шут (неблагоприятный). В делах сулит большие проблемы. Собственная глупость, неумение слышать голос холодного разума и интуиции, а также безрассудство приведут к потере чего-то важного. Это могут быть отношения, деньги, имущество, достоинство, честь и даже жизнь. Рано или поздно Шут сделает последний шаг и упадет в пропасть, по краю которой он движется”.

Дочитав последние строки, Темный Старец задумался.

– Надо ускорить события, – решил он – Нужны новые ситуации? Будут! Именно те, что нужны мне!

Он снова подошел к Кристаллу Судьбы:

– Ну, покажи, что может ее погубить! Покажи, какие людские глупости могут привести к гибели в том числе и эту девчонку! – вопрошая, он смотрел в грани.

И ему было все равно, сколько судеб оборвется и как закончатся жизни людей… Важно было одно, чтобы исчезла одна несуразная девчонка, которая бросает вызов всемогущей Тени просто своим существованием.

Кристалл Судьбы листал жизнь Рожденной как книгу, давая разные варианты. И Старец зацепился за пьяный разговор в грязной подворотне:

…Расположившись поудобнее на старых пластиковых ящиках у забора из сетки-рабицы на задворках единственного в городке магазина, трое случайных собутыльников рассуждали о жизни. Один из них в грязном, местами порванном, но ранее дорогом костюме был возбужден более других и все норовил пожаловаться на свою жизнь, но двое других все время его перебивали своими: “Нет, ты послушай меня…”

Наконец, после открытия трудно сказать какой по счету бутылки его сотоварищи дошли до нужной кондиции и превратились в идеальных слушателей, ибо собственный язык уже не ворочался.

– Ну, так вот! Нам наводочку кинули, что мол есть холм какой-то странный. Он тут у вас недалеко.

– И давно? – прервал повествующего один из собутыльников.

– Что давно? – не понял сказитель.

– Ну, холм тот давно тут? или там? – попытался уточнить собутыльник.

– Не знаю, но он и сто лет, и двести был… – задумался рассказчик.

– А чего он кому-то странным показался сейчас именно? – прервал его другой собутыльник.

– А шут его знает! – отмахнулся рассказчик и продолжил: – Ну, так вот академик наш нас собрал и потащил на тот холм. И давай копать! Нашли одно городище, а что за период не понятно. Попадаются вещи и из раннего Египта, и из Персии.

– А что есть разница? И то, и то древнее! – вновь перебил его собутыльник.

– Да это же разные эпохи! – возмутился рассказчик. – Мы тогда решили: будем потом разбираться. Материала много, на диссертации всем хватит. Ну, ладно, одно городище хорошо, но буквально в десяти километрах практиканты еще на одно городище случайно наткнулись. И что их туда понесло?

– А это ясно! – перебил один из слушателей. – Небось по пьяни не знали, чем себя занять! Я всегда по пьяни куда-нибудь влезаю, а потом думаю: и чего это меня туда понесло!

– Возможно, – немного призадумался рассказчик, а потом продолжил: – Вот бы тогда насторожиться, что все слишком странно, ан нет. Понесло нас дальше.

– Ну, вот я и говорю: по пьяни! – снова прервал его тот же собутыльник.

– Что по пьяни? – не понял рассказчик.

– Понесло! Несет не пойми куда всегда по пьяни! – выдал глубокую мысль собутыльник.

– А!.. – снова призадумался рассказчик и, собравшись с мыслями, продолжил: – Ну, так вот, господин академик закусил удила и давай выдавать на-гора распоряжения.

– А он чего? Лошадь что ли? Удила закусывать? – удивился второй собутыльник.

– Да, нет! Он хотел, чтобы мы всю округу изучили, каждый камешек проверили, – пояснил рассказчик и добавил возмущенно: – Но где ж это видано, чтобы в экспедиции все практиканты, младшие и средние научные сотрудники местность прочесывали? Вот делать нам было нечего! Но нет, поперлись, как же высокое начальство требует! Тьфу ты! И ведь надо же нашли-таки третье городище! Немного в стороночке, но ровнехонько по десять километров от каждого из ранее найденных. Восторгу, восторгу то было! Мировое значение – ага! Нобелевская премия – ага! И здесь еще фольклорист этот. Мол, треугольником запретное место закрывали, надо серединку проверить.

– А почему треугольником? – снова встрял один из собутыльников.

– А шут его знает! – снова отмахнулся говоривший и продолжил: – Так вот, наши дурни и полезли проверять. Проверили… Эх! И где теперь это ваше мировое открытие? Ну нашли там странный курган, а в нем гробница. Радоваться надо, да только все рунами исписано, и неправильными.

– Как это неправильными? А кто сказал, что они неправильные? – оживился второй собутыльник.

– Да, такие руны на камнях и раньше находили, – махнул рукой рассказчик и проникновенным тоном добавил: – но еще сто лет назад признали, что это чья-то мифистифи… мюстици… Тьфу! Обман в общем! Вот здесь мы и напоролись на них. Нет бы на том и закончить, но нет – полезли дальше. А там мумия лежит…

– Иди ж ты! – ахнули слушатели.

– На груди у нее, – рассказчик оглянулся и перешел на шепот: – золотой медальон с зооморфным рисунком льва и меч, странный такой: столько лет под землей и ни пятнышка ржавчины нет. Рядом свитки … с лубками… Приехали! Все же знают, что лубок только в 16 веке появился!

– Я не знал, – снова встрял в рассказ один из собутыльников.

– И я, – поддакнул второй.

– Эх, да и какой лев в этой местности? – не обратив внимания на реплики товарищей, удрученно продолжил рассказчик. – Ясно же все это – мифисти… мистифю… Подделка одним словом! Только кому это нужно было в безлюдном месте делать? В толк не возьму! Да, все лето на смарку!..

Темный Старец оторвался от Кристалла Судьбы:

– Мумия, говорите? Запечатанная Львом и Нетленным мечом? Да еще закрытая в Тайном месте? Очень интересно! Кого же вы нашли, мои дорогие?

И снова он обратился к Кристаллу:

– Покажи!

И он увидел темное складское помещение, где были свалены не имеющие исторической ценности по мнению авторитетных лиц предметы. Саркофаг стоял здесь же. Его небрежно установили на лавку, даже не обратив внимания на то, что крышка съехала немного в сторону, открывая неприглядную картину тлена. Но даже этого открытого участка мумии Старцу оказалось достаточно, чтобы понять, КОГО ему преподнесла Судьба, и то, что на ней больше НЕТ печатей. Ну, что ж, Рожденная, жди подарочек!

Глава 65

Выйдя из вагона, подруги огляделись. Полустаночек, где останавливаются не все проходящие составы, да и те что останавливаются стоят от силы пару минут. Вот и поезд, на котором девушки приехали, отдал прощальный гудок и прогрохотал, скрываясь за холмом. Рядом с полустанком небольшое здание, играющее роль вокзала и зала ожидания. На перроне кроме них немолодая женщина, похоже исполняющая обязанности и начальника станции, и кассира, и всего остального персонала, который бывает на крупных железнодорожных узлах.

– А вы, девоньки, к кому хоть приехали? – окликнула подруг женщина, когда они поравнялись с ней.

Катя, как ответственная за связь с общественностью в их группе, откликнулась:

– Здравствуйте! А мы на практику! У вас тут ученые раскопками занимаются, так нас к ним и прислали!

– Ученые? Это “кроты” что ли? Они нам тут все холмы перерыли! Проход закрыли! Мы теперь вокруг ходим, а это как-никак десять километров! А напрямки – три было! Вредительство – все это! А какие красивые холмы были, особенно по весне! Все подснежниками усыпанные! А теперь, что? Одни рытвины да ямы! И все в каких-то флажках да лентах, как в ментовских сериалах. Ох, горе-ученые! А вам что к ним, тоже копать будете? – с подозрением прищурилась смотрительница.

– Нет! – Кате очень нравилась эта женщина своим искренним и неравнодушным отношением к происходящему. – Мы будущие журналисты, статьи будем писать, о том, что они нашли, фотографировать.

– Неужто они важное что нашли, что журналисты из самой Москвы приехали?! – всплеснула руками смотрительница. – Это что ж и про меня написать можете?

– Конечно, можем! – рассмеялась Катя. – Чаем напоите и расскажите про свое житье-бытье? Может, и что интересное вспомните! У нас с подругами идей много, куда-нибудь пригодится. А как напечатаем, вам обязательно экземпляр пришлем!

Полина достала фотоаппарат и сделала несколько снимков женщины: с флажком и форме (такую они ее и встретили), потом в обычной одежде у крыльца и в доме за столом с огромным самоваром. Женщину звали Анна Гавриловна. Девушки провели у нее весь остаток дня. Гостеприимная смотрительница рассказала им, кажется, всю свою жизнь, жизнь своих родителей и дедов с бабками. Показывала фотографии, некоторыми она особенно дорожила, там были люди, которых она не знала, но о которых память передана от отца с матерью – погибшие в Отечественную родственники. Хоть Сибирь и далеко была от территорий, охваченных военным пожаром, но сибиряки воевали наравне с другими. И в сибирских городках и деревнях в каждой семье есть о ком память хранить поколениями.

Кроме фотографий Анна Гавриловна достала заветную шкатулочку. Здесь перемешались артефакты разных поколений: бирочка из роддома сына Анны Гавриловны; ключ от свадебного замка, который она должна хранить, как свекровь, по народным приметам; венчальные свечи самой хозяйки и ее покойного мужа; письма отца к матери, когда тот уезжал в командировки; заветные фронтовые треугольники, пожелтевшие от времени; серебряный нательный крестик одного из прадедов…

На утро Анна Гавриловна, провожая девушек на автобус до ближайшего городка, сунула им пирожки, которые успела с утра напечь, и взяла с них слово, что обязательно до отъезда они ее еще навестят.

– Вот, честно, Кать, как это у тебя получается? – изумлялась Светлана, когда девушки ехали в автобусе. – Чужой неприветливый человек, а сейчас, как тетушка родная стала! Когда ты про чай заговорила, я готова была сквозь землю провалиться. Думала, она нас пошлет!

– А я уже не была удивлена, – Анжелика пожала плечами. – Вспомните, как она Варвару, проводницу, разговорила! После этого я ничему не удивляюсь!

Автобус в очередной раз повернул, и глазам открылся вид на городок, с одноэтажной застройкой и садами. На въезде лежал большой валун, на боку которого какой-то шутник нарисовал череп и кости…

Глава 66

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке настроение Темного Старца улучшилось. Давно он не чувствовал себя таким молодым и, как в юности, он предвкушал получить удовольствие от новой проказы.

Старец подозвал своего верного слугу. Демон мгновенно оказался рядом с хозяином и согнулся в поклоне, готовый выполнить любое поручение своего господина:

– Видишь ее? – Темный Старец показал на мумию в саркофаге, отражающуюся в Кристалле. – Нужно, чтобы кто-нибудь из людей пролил на нее воду. Можно несколько капель. Все остальное она сделает сама. Ты меня понял? Иди исполняй!

Демон исчез, а Темный Старец стал внимательно наблюдать за событиями, разворачивающимися в Кристалле. Он радовался глупости людей, снявших печати с темного существа, плоть которого медленно, но неуклонно восстанавливалась.

Он увидел, как в каморку вошла уборщица с полным ведром воды и, чертыхнувшись, что перепутала дверь, стала разворачиваться. Верный помощник Темного Старца не подвел и подкинул ей под ногу шкурку какого-то желтого фрукта.

Уборщица поскользнулась и, падая, пролила почти все содержимое ведра в приоткрытый саркофаг. Неудачливая женщина, ругая на чем свет стоит всех, особенно пришлых ученых, разбрасывающих мусор, стала вставать, но так и застыла в ужасе: крышка саркофага съехала полностью и открыла поднимающуюся, но еще до конца не восстановившуюся фигуру.

– Воды! Мне нужна вода! – прохрипел монстр.

– Т-т-там! – махнула уборщица рукой в сторону открытой двери и, закашлявшись, стала захлебываться кровью, резко пошедшей у нее горлом.

Существо, теряя истлевшую одежду, подошло к умирающей, наклонилось к ней и, прохрипев: “Вода!”, стало впитывать в себя вытекающую уже из мертвого тела кровь. Оставив в комнате ссохшуюся мумию, чудовище вышло из кладовой, принюхалось, ища воду. В этом полуподвальном помещении был сделан неплохой ремонт, скрывший водопровод от взгляда случайных посетителей за гипсокартоном и штукатуркой, имитирующей дорогую каменную отделку. Монстр быстро разыскал вожделенную воду, его ничуть не смутили преграды в виде казавшейся прочной стены и пластика труб.

В этот день на станции водоканала городка был зафиксирован катастрофический перерасход воды.

Глава 67

Городок оказался маленьким, всего четыре улицы. По меркам XXI века это скорее было сельское поселение, но оно получило гордое звание города еще в XVIII веке и так продолжало именоваться. Основными достопримечательностями были недавно отреставрированный Храм, в советские времена служивший Домом Культуры, и небольшая площадь в центре городка с памятником Великому Вождю строителей коммунизма, окруженная сквером. За благоустроенной озелененной территорией по периметру площади находились здание Управы, во времена основания города – дом градоначальника; местный театр, он же музей и библиотека, в дореволюционные времена – дом местного капиталиста; единственная гостиница, памятник архитектуры 70-х годов ХХ века; и небольшой магазин, постройки того же периода, что и гостиница, где продавалось все и сразу, и который гордо именовался “Торговый центр”.

По приезду подруги натолкнулись на глухое раздражение местных жителей, которое быстро развеивалось, как только люди узнавали, что девушки не очередные ученые, а просто студентки-журналистки. Не видевшая преград Катя умело разговаривала самых неприступных. Это позволило девушкам поселиться в хорошем номере гостиницы на четверых, хотя на входе им было заявлено: “Мест нет!”, а потом и быстро найти академика Нестерова, который обосновался в небольшой каморке при музее-библиотеке. Это был сухощавый старичок невысокого роста: словно знаменитый полководец Суворов сошел с портрета, не хватало только всем известного парика с косичкой и генеральского мундира.

– Сударыни, очень сожалею, но писать не о чем! – безапелляционно заявил академик, как только девушки оказались на пороге его каморки. – То что казалось мировым открытием, оказалось пшиком! Да, такое бывает в научном мире!

– Но, подождите, вы же все равно что-то нашли! – не унималась Катя и продолжала убеждать Нестерова: – Пусть это фальсификат! Так давайте об этом так и напишем! Если показать все как есть и привести доводы, почему вы считаете это подлогом, потом не будет спекуляций на эту тему!

Профессор задумался и согласился:

– Возможно, вы правы. В последнее время развелось слишком много “разоблачителей”, спекулирующих на отсутсвии информации о таких находках, как эта. Хорошо, я предоставлю материалы по раскопкам и дам свои доводы по фальсификации, но обещайте мне, что покажете то, что у вас получится до защиты, и используете в дипломе материалы только после моего разрешения.

Так началось сотрудничество девушек с этим непростым человеком. Подруги жаловались на предвзятость и требовательность профессора. Катя же видела увлеченного своей работой человека, досадующего, что приходится тратить свое время на фальсификации, а не двигаться дальше в познании.

Глава 68

Катя любила общаться с людьми. Она считала, что хороших людей большинство, только заботы и тревоги их заморачивают, что надо каждому дать раскрыться. При общении ей нравилось видеть, как расправляется складка на сосредоточенном хмуром лбу, как загораются веселые искорки в глазах, как появляется светлая добрая улыбка. И люди не оставались в долгу: привечали, здоровались, открывали сердца, делились историями и воспоминаниями, угощали – кто как мог отвечал на ее внимание.

Но в какой-то момент словно боль отразилась на лице Кати. Это приметили подруги:

– Что случилось? – забеспокоилась, почти всегда молчавшая и редко участвующая в их разговорах, Полина.

– Девочки, не посчитайте меня сумасшедшей, но я чувствую очень сильного демона, – Катя смотрела на подруг и видела сомнения, написанные на их лицах. – Он где-то недалеко. Давайте договоримся, как только я скажу, быстро собираемся и уходим.

– Ладно, – Анжелика слегка поджала губы. – Не замечала за тобой тяги к мистике. Но как скажешь, я тебя поддержу.

Полина просто кивнула, а Светлана пожала плечами.

На следующий вечер Катя немного задержалась, общаясь с рабочими экспедиции, и возвращалась одна в гостиницу. Практическая часть их диплома вырисовывалась интересной и необычной, и она торопилась поделиться своими идеями с подругами.

Вдруг за спиной Катя уловила какое-то движение. А через секунду тренированное тело ушло с линии атаки, а девушка к земле прижимала накачанного парня. Точным нажатием на точку на шее, она отключила сознание нападавшего. И вовремя! Краем глаза заметив движение тени, Катя откатилась в сторону, не заботясь о чистоте и сохранности одежды, и с размаху вскочила на спину второго парня, который собирался нанести ей удар по голове камнем. Отключив второго нападавшего, девушка поднялась и оглянулась, вглядываясь в темные аллеи сквера рядом с гостиницей.

– Кать, что случилось? – Из дверей их местного пристанища выскочили подруги.

– Помните, я говорила, что чувствую сильного демона? – Катя внимательно оглядела подруг.

– Это они? – робко спросила Полина, смотря на парней с ужасом.

– Нет, это обычные парни. Но сейчас я вам покажу кое-что необычное. То, что недоступно другим. Думаю, вы понимаете, что об этом надо будет молчать? – уточнила девушка, пристально глядя на подруг. – А сейчас держитесь за меня и прихватите наших незадачливых ухажеров, и… – Катя разорвала пространство и вывалилась вместе со всей компанией в какой-то эпохе.

– Кать, а мы где? – подруги с удивлением оглядывались вокруг.

– Точно – не знаю, но тут нам никто не помешает, – Катя внимательно оглядела своих пленников.

– А зачем они тебе? – Светлана с любопытством заглядывала через плечо Кати.

– Хочу узнать, с чего это они решили на меня напасть, – усмехнулась Катя. – Просто девушек им не хватает или им нужна была конкретно я? А если нужна я, то почему и зачем?

– А ты у нас оказывается не оранжерейный цветочек, – Анжелика подошла к парню, которого Катя уложила первым и слегка пнула носком тенниски. – Слушай, а где ты так научилась драться? Я тоже хочу!

– Да, Кать, и нас тоже не забудь! Это же надо, как круто! – поддержала подругу Света.

– Слушайте, девчонки! Вы мне сейчас подыграйте! А потом я вам все подробно расскажу и объясню. Раз уж мы попали в такую переделку, я не хочу, чтобы вы были слепые, как котята, – Катя снова наклонилась над парнями, и связала им руки и ноги: – Так будет надежнее. Внимание! Я их бужу, – с этими словами она снова нажала какие-то точки на их шеях.

– В-вы кто? – проблеял тот, что напал с камнем.

– Как кто?! Вы что, не знали на кого нападаете? Очень недальновидно с вашей стороны, – Светлана вошла в образ строгой учительницы.

– Ой, какие уте-пусики! – Анжелика подошла к Светлане, – А можно я в них поиграю? – она сложила молельно руки, пытаясь поймать взгляд “строгой воспитательницы”.

– Сестра, не стоит, – Катя подошла к пленникам, отмечая, как те побледнели. – Еще потом будут жаловаться на пытки, как те, в которых ты прошлый раз играла. Опять от старших сестер ковена придется выслушивать, что с простыми людьми так нельзя.

– Ну, пожалуйста, – канючила Анжелика. – Я аккуратно: они не сломаются! Я обещаю!

– Нельзя! Хотя… – она замолчала, словно что-то прикидывая, а Анжелика в предвкушении запрыгала, хлопая в ладошки, – Нет, в котел на ведьминское зелье не пойдут! Слишком крупные, а расчлененка дело грязное и хлопотное. Я лучше как обычно… кошечку или собачку поймаю, вот с ней и поиграешь, а потом зелье сварим! – подвела итог рассуждений Катя.

– Да, ладно, вам девочки, – в круг вошла Полина. – Посмотрите на них: мальчики уже все осознали и поняли, как были не правы. Ведь так? – и, когда парни усердно закивали головами, добавила: – Они нам все сейчас расскажут. Да? И больше никогда девочек и женщин обижать не будут, ведь так? Смотрите, какие хорошие мальчики!

– И с чего это вы решили на меня напасть? – Катя приступила к допросу.

– Нам высокий такой блондин заплатил, чтобы мы тебя… вас украли, а потом бы он пришел и спас…

– Какой блондин? – сердце Кати екнуло, – Как его зовут?

– Он не местный, в той же гостинице живет. Он все время старался вам на глаза не попадаться. Его Семеном зовут, – ответил тот, что напал первым.

– Да и он не один. С ним красивая блондинка такая… Как из американских фильмов, у нас таких нет, и еще два парня, – добавил второй. – Мы больше ничего не знаем. Можно мы пойдем?

– Пойдете, и забудете все, что здесь было, кроме одного: женщин обижать нельзя. Может аукнуться! – Светлана продолжила играть роль строгой воспитательницы.

– Девочки, в круг! – позвала Катя. – И страдальцев прихватите! Возвращаемся!

Они снова были у входа в гостиницу. Катя нагнулась к парням, разрезала путы. И те не поднимаясь, отпрянули от нее, а после вскочили и дали стрекача.

Подруги рассмеялись, но потом все замерли, смотря на Катю:

– Мы ждем объяснений! – высказала общее ожидание Светлана.

– Я тоже! Вы знали, что Брудовский отправился за нами? И откуда он знает, где должна проходить наша практика? – Катя внимательно смотрела на подруг, а те отводили глаза.

Наконец, Анжелика не выдержала:

– Да, знали! Но тебя не хотели расстраивать. Он у наших парней из группы вызнал, куда и когда мы едем. А в этом городке только одна гостиница. Так что долго искать не пришлось. Только мы не ожидали, что этот парнокопытный решит рожки почесать!

– Хорошо! – Катя стряхнула с себя подозрительность. В конце концов девчонки уже не раз доказали, что на них можно положиться. – Пойдемте в наш номер! Все расскажу!

Подруги развернулись и собрались заходить в гостиницу.

– Катя! – раздался окрик очень знакомого голоса.

– Женька?! Ты здесь! Но, как?

Глава 69

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке Темный Старец продолжал свои наблюдения в Кристалле Судьбы. Он хотел убедиться, что не ошибся, и перед ним действительно Мара, Темная дочь Древних богов, давно забытых людьми.

…Существо Тьмы, напившись воды, возвращается назад в кладовку, и внимательно смотрит на мертвую уборщицу, рассматривает ее одежду. В ней уже сложно узнать ожившую мумию, теперь это болезненно худая темноволосая женщина невысокого роста. Она оглядывает помещение и видит висящий на вешалке на двери синий рабочий халат, такой же как на первой увиденной ею женщине, надевает его, смотрит на свои голые ноги и опять возвращается к уборщице, рассматривая ее прическу и обувь. Недолго думая, она снимает с мертвого тела растоптанные мокасины, надевает их и взмахом руки отправляет иссохшее мертвое тело в свое прежнее пристанище. После этого Мара выходит на улицу. Она еще слаба, а день ясный солнечный. У нее пока мало сил и их не хватает, чтобы закрыть это ненавистное солнце мраком. Ей нужны ее ларец и ее слуги. Она оглядывается, чтобы понять, куда ей теперь идти.

Вдруг ее слуха касается заветное слово: «кошмар». Его произнес вон тот невзрачный паренек. Она подлетает к нему:

– Где?

– Что? – шарахается испуганно парень.

– Где мой ларец? Где Кошмар?

– Это сумасшедшая! – шепчет друг парню. – Придумай, как ее отвлечь! И деру! От таких надо держаться подальше! Она буйная!

– А вы про кошмар? Так это нас препод запряг… Зачет ставить не хочет, а тут еще у него курсовик защищать. Вот я и говорю: кошмар!

– Нет! Где мой Кошмар? Где мой ларец?

– Ларец? – испуганно моргает глазами парень и растерянно мямлит: – Какой ларец? Не знаю никакого ларца!

– А… Вы про ларец? – спешит на помощь другу другой парень. – Так он у вас дома! Дома он, ваш ларец! Так, где же ему еще быть?

– Дома? Где Храм?

– Храм? Это вы про церковь что ли? Так это вам туда! – махнув рукой вдоль улицы, отвечает расторопный парень.

Мара умчалась в указанном направлении.

– Побежа… – на полуслове парень обрывает свое обращение к другу. – Эй, ты что?

Он растерянно смотрит на сползающего на землю синеющего товарища, покрытого крупными бордовыми пятнами. В этот момент он чувствует, как трудно дышать, тело горит и на нем то там, то здесь стали появляются багровые пятна с копейку величиной. Недолго думая, он выхватывает мобильник. В этот момент он благодарит вечно волнующуюся мать, что заставила его записать номер скорой не просто в книжку мобильного, но и вывести на быстрый набор. Услышав: «Алло, скорая помощь, слушаю вас…», он быстро, пока хватает сил, выкрикивает ориентиры их местоположения и что им плохо и падает без сознания рядом с другом…

Мара движется вниз по улице к Храму и, попав на святую землю, шипит, рычит. Святая земля жжет ей ноги. Мокасины немного смягчают боль. Но ей нужен ее ларец и она, вырвавшись со святой земли, снова пускается на его поиски…

Глава 70

Друзья сидели в гостинной двухкомнатного номера, который занимали практикантки. К компании девушек присоединились брат и сестра Громовы. Они обсуждали происшествия за день. Катя покосилась на Ярослава. Итак очень много народу уже в курсе ее особенности, и не хотелось множить этот список. Женька словно почувствовала сомнения подруги:

– Кать, прости, но я Ярику все рассказала. Даже то, что ты еще не знаешь и у тебя будет потом… – повинилась она. – Но ты сама мне разрешила, ты, та из будущего…

– Как это из будущего? – насторожилась Светлана.

– Девочки, я вам сегодня обещала открыть свой секрет. Я бы никогда не стала этого делать, но боюсь, что без предупреждения вы можете попасть в смертельную ловушку.

– Только мы? – прищурив глаза, спросила Анжелика. – Или все?

– Конечно, не только вы, – поправилась Катя. – Это опасно для всех, кто находится сейчас на территории этого городочка. Я так понимаю, что намечается что-то грандиозное, иначе я, та из будущего, не дала бы разрешение Женьке поделиться всем с братом.

– Ты тогда не сказала, что это будет Ярик. Ты сказала, что я могу рассказать все, что знаю и что видела, тому человеку, который будет меня удерживать. И сказала еще прихватить вот это: – и Евгения достала из рюкзака странные бусы с крупными толи хрустальными, толи стеклянными бусинами с грецкий орех величиной. В середине каждой бусины теплился едва заметный огонек, придающий бусинам намек на радужный окрас.

– Вау, – Анжелика не смогла не потянуться, чтобы тронуть необычное ожерелье. – Что это?

– Как мне сказали, я сама пойму, когда нужно будет их использовать. А что? Я расскажу потом, когда все закончится!

– А что должно закончиться? – поджав губы, с пробивающимися истеричными нотками спросила Светлана, переводя взгляд с Кати на Женю и Ярослава. – Кто-нибудь объяснит? Кать, неужели нельзя было сразу предупредить, что здесь будет опасно? Тем более, что то, за чем мы здесь, оказалось “пшиком”, как сказал академик Нестеров. Я думала, мы подруги! А получается, что ты подставила нас! Это все твоя безалаберность! Ты никогда не думаешь о последствиях!

– Кать, ты знала, что нас здесь ждет? – спросила Анжелика, слегка прищурив глаза.

– Хватит вам! Не знала она ничего! – возмутилась Женя. – Мне в принципе было разрешено поделиться только с Яриком, и только тем, что я сама знаю! Та Катя, из будущего, все это уже прошла, но ничего не рассказывала и запретила мне рассказывать себе сегодняшней о наших приключениях! Иначе события могут пойти по катастрофическому сценарию, и не удастся задержаться на краю! И я не знаю, что нас здесь ждет! Но я должна быть с вами, это я знаю!

– Ладно, девочки, слушайте. Кроме меня в этой комнате никто не знает об этих событиях, – и Катя, стряхнув с себя обиду на незаслуженные обвинения, начала рассказывать свою историю, начиная с шабаша, на который ее привело первое знакомство с миром Тени, вскользь упомянула про Орден звезды Единорога, предупредила об опасности путать Тень и Тьму. Девушка только ничего не рассказала про Книгу Грез и ее нового хранителя, считая эту информацию не нужной для их сегодняшнего испытания. – И вот, здесь и сейчас, я четко чувствую Тьму. Не Тень, а именно Тьму, сильную и страшную. Я не знаю, где она находится. Если побежим сейчас, то не факт, что не столкнемся с ней по дороге. Но, когда пойму, где она, я вас предупрежу… И тогда без лишних вопросов – собираемся и уходим!

Затихли последние слова Кати, и в комнате воцарилась полная тишина. Все присутствующие серьезно задумались об услышанном.

– Ладно, Катюх, утро вечера мудренее! Как говаривала моя любимая сказочная героиня, на которую я в детстве мечтала быть похожей, – прервала общее тяжелое молчание Анжелика не удавшейся шуткой, – Давайте спать ложиться, а то свалится нам на голову какая-нибудь проблема, а мы сонные. И ждем отмашку от тебя, подруга!

Глава 71

Ярослав Громов.

Он крутился: завод, бары, больницы, бесчисленные врачи, которые осматривали маму, смотрели ее анализы и подтверждали страшный диагноз. Он добился, чтобы ее положили на курс общей терапии на восстановление, чтобы в дальнейшем организм выдержал и операцию, и последующую химию.

И вот теперь, кажется, можно вздохнуть. Но тут он заметил, что сестра куда-то собралась ехать и прижал ее. И то что, он от нее услышал не укладывалось ни в какие разумные рамки. Это была полная психбольница! Но что он понял однозначно: Женька и его Катя попали в какую-то нехорошую историю, возможно, секту, и девчонок нужно вытаскивать. А потому он, не говоря лишних слов, сел за руль своего автомобиля и поехал с сестрой по имеющемуся у нее адресу чуть ли ни через всю необъятную Россию, туда, где была его Катя.

В дороге Женька очень нервничала, все боялась опоздать. Поэтому они почти не останавливались. Так, только на шесть часов, чтобы поспать. Ярослав пожалел, что не взял одного из друзей: Алексея или Серегу – быстрее бы добрались. Но тут же одернул себя: это он здесь прохлаждается, а они там работают, в том числе и за него. Он вспомнил своих армейских друзей, вот, кто был бы ему сейчас полезен. И он к ним обратиться, если совсем туго будет. Тем более Антоха там, можно сказать, рядом, где-то в четырестах киломметрах от точки, куда они едут.

В городок въезжали уже поздним вечером. В сумерках тускло горели фонари. Вот уже и конечная точка маршрута – местная гостиница. Эх, сейчас бы горячего сладкого чаю и спать! Он надеялся, что в этой гостинице есть бар, кафе или ресторан.

Около крыльца местного отеля стояла группка девушек. И там, чувствовалось какое-то напряжение.

– Смотри! Там Катя! – весело сказала Женька и, выскакивая из остановившегося автомобиля, закричала:

– Катя!

– Женька?! Ты здесь! Но, как? – его девочки обнялись.

Ярослав вышел из машины, подхватил их с сестрой рюкзаки и пошел за девичьей стайкой в гостиницу. Словоохотливая молодящаяся администраторша быстро оформила им номер на двоих. И, извиняясь, сказала:

– С большой кроватью у нас только полулюксы, но сейчас они оба заняты. Я надеюсь, вы будете к нам снисходительны. Мы все-таки не пятизвездочный турецкий отель. И обычно такие номера, как полулюкс, у нас стоят пустыми.

– Спасибо, меня все устраивает! Не волнуйтесь! – Ярослав улыбнулся женщине и оставил небольшие чаевые.

– Ой, спасибо! Вы, если что нужно, говорите! Ну, там, чайку или еще что… – засуетилась администраторша, говоря все это ему вдогонку.

Они поднялись на свой этаж.

– Ярик, а можно я сразу к девочкам? – канючила Женька.

– Нет! – Ярослав не хотел отпускать от себя сестру, пока не разобрался, что происходит, и по-деловому обозначил план действий: – Приводим себя в порядок с дороги. Надо хотя бы душ принять! И через полчаса – мы у них.

Он бы и Катю сейчас держал рядом с собой. Но кто ж ему позволит? А разобраться в том, что происходит нужно!

Спустя полчаса они сидели у девочек. Всю компанию Ярослав знал, встречались не раз. Из всех катиных подруг только Светлана продолжала делать ему знаки и посылала намеки, что не против более тесного общения. Но он все это игнорировал. Она – не Катя, и не была ему интересна. Он жил по принципу: “там, где живут, не гадят”. Он перевел взгляд на яркую блондинку – Анжелика… При первой встрече она пробовала на нем свое женское очарование, это было привычно и совсем его не привлекало. Когда она это поняла, то сразу изменилась: перестала строить из себя дурочку и оказалась умной и открытой. Это хорошая подруга для его Кати. Полина – это вообще темная лошадка: почти всегда тихо сидит в сторонке, в разговорах не участвует, что у нее на уме непонятно. Он даже не знает, какого цвета у той глаза – никогда она не смотрела на него прямо. Возможно, раньше, до встречи с Катей, он бы и заинтересовался, но не сейчас. Его больше не заводили чужие загадки и тайны. Не хочет общаться – не надо, это не его девушка!

Светлана, раздосадованная его невниманием, стала нападать на Катю:

– А что должно закончиться? Кто-нибудь объяснит? Кать, неужели нельзя было сразу предупредить, что здесь будет опасно? Тем более, что то, за чем мы здесь, оказалось “пшиком”, как сказал академик Нестеров. Я думала, мы подруги! А получается, что ты подставила нас! Это все твоя безалаберность! Ты никогда не думаешь о последствиях!

Ярослав поморщился, его раздражала эта женская манера не говорить о реальной проблеме, а цепляться к другим мелочам. Да, возможно, тоже важных. Но не волнующих, как основная причина.

А дальше Катя начала рассказывать про свои “приключения”. Это его Катя, и он найдет лучших врачей, которые ей помогут! А потом он предложит ей записывать свои фантазии. Она журналист? Переквалифицируется в писателя, а он сделает все, чтобы она стала известной. Это ж надо какой интересный и логичный сюжет!

Глава 72

Катя проснулась от того, что шершавый язык вылизывает ей лицо.

– Что? – она с удивлением смотрела на отскочившую от нее Багиру. – И ты здесь! Что-то случилось?

Кошка соскочила с кровати, подпрыгнув, скинула вещи со стула и стала загребать их лапой.

– Ты хочешь сказать, что надо собираться и уходить? – Катя, получив утвердительный кивок от животного, оглянулась.

Девочки крепко спали. Катя подошла к Анжелике и потрясла ее, но это было бесполезно. Сон был словно наведенный – очень крепкий. Екатерина подхватила кувшин с водой. Хорошо, что Светлана следила, чтобы на ночь он был всегда полный, а то захочешь пить и ищи полночи воду. Катя отмерила стакан воды и вылила подруге на голову. То же самое она проделала, будя других подруг:

– Кать, ты офигела!

– Девочки, срочно собираемся и уходим! Я не знаю пока, что за напасть, но Багира никогда просто так не приходит. Это она говорит, что нужно собираться и уходить!

– Ладно, раньше бы я решила, что ты сбрендила! Но после вчерашнего… Девочки собираемся быстро! – Светлана взяла управление процессом на себя.

– Соберите, пожалуйста, и мои вещи, а я пока Громовых разбужу! – и Катя, вылетев из номера, побежала к лестнице.

Номер Громовых находился на третьем этаже, на этаж выше, чем обитали девушки. Туда Катя добралась быстро. Дверь была заперта изнутри. Катя стала колотить и громыхать, пытаясь достучаться до Громовых. Но все постояльцы спали и не реагировали на громкие звуки. В другой момент такое поведение Кати подняло бы всю гостиницу, но сейчас только одна дверь в конце коридора открылась и оттуда выглянула заспанное личико рыжеволосой девушки:

– Что случилось?!

– Надо всем уходить! Но все спят, а я не могу добудиться друзей! – чуть не плача, отозвалась Катя.

Девушка скрылась в своей комнате. Катя обнаружила, что рядом нет Багиры. Через мгновенье она услышала рев Громова в комнате и снова заколотила в дверь. Через пару секунд дверь распахнулась, на пороге стоял Ярослав. Через его плечо наискосок проходила глубокая царапина от кошачьих когтей. Катя немного смутилась, она не ожидала увидеть Громова раздетым, только в одних трусах, но быстро взяла себя в руки и произнесла:

– Все очень крепко спят, надо собираться и уходить. Я не знаю, что будет, но здесь опасно. Буди Женьку и спускайтесь!

Катя направилась к лестнице. Разбуженная незнакомка как-то очень быстро и безапелляционно поверила Кате, и уже выходила с вещами из своего номера:

– Куда идем? – бодро спросила она.

– У нас есть животное, которое подскажет, где сейчас безопасно! – ответила Екатерина и посмотрела на идущую впереди кошку.

Багира шествовала очень важно, не спеша, высоко задрав свой хвост.

На выходе из гостиницы их ждала только Светлана.

– А где девчонки? – волнуясь, спросила Катя.

– Сейчас будут! Анжелка опять мудрит, – ворча, откликнулась Светлана.

Через пару минут к ним присоединились и Анжелика с Полиной и Громов, несущий на руках сестру и их рюкзаки. А гостиница огласилась звоном и предупреждением пожарной сирены.

–Это что? – Катя с удивлением смотрела на подруг.

– Мы с Полинкой решили, что шанс на спасение должен быть у всех, – пожала плечами Анжелика. – Мы в раковине в туалете подожгли рекламные проспекты, что были в холле. Вот сигнализация теперь и орет. Может, кто еще спасется… Или пожарные приедут и разберутся с тем, что тут должно произойти.

– И куда мы дальше? – спросила Светлана.

Кошка подбежала к машине Громова, легко вскочила на капот и села. Хозяин машины понял намек:

– Моя машина, конечно, большая, но не резиновая. Так что давайте ваши вещи в багажник, а сами забивайтесь в салон, как утрамбуетесь, – произнес Ярослав, усаживая спящую сестру на переднее сидение. – До Москвы так не доедем, но отсюда точно выберемся.

Глава 73

Беглецы остановились у домика смотрительницы.

– Да, что ж это делается то? – запричитала Анна Гавриловна, завидев девушек. – Сегодня по связи объявили, что у нас здесь карантин. В городке в гостинице почти все мертвы, живые по сирене выскочили и находятся в полевом госпитале.

Слушатели переглянулись.

– А что произошло? – задала волнующий всех вопрос Катя.

– Подозревают чуму. Больше ста лет о ней слышно не было! И вот на тебе! Не уехать теперь, не приехать! Войска подняли, все оцепили. Поезда на полном ходу через наш полустаночек теперь идут, никто не останавливается. Мне приказано станцию закрыть, принять санитарный поезд, а после сидеть дома.

– Анна Гавриловна, а вы не подскажете, где можно переждать это бедствие? – Катя подошла к растерянной женщине и обняла ее.

– Как не подсказать, подскажу. Тут недалече есть заимка. Там уж давно никто не живет. Но дом добротный, большой. Пойдем, провожу вас.

– Так мы на машине, вы можете на карте показать? – включился в разговор Громов.

– На карте не покажу, а вот проводить могу, – задумалась Анна Гавриловна. – А пусть девчата здесь побудут, а мы быстро съездим! Заодно посмотрим, что в доме из провианта есть. Охотники там специальный схрон делали с консервами, с крупой. Вот заодно и глянем, чего не хватает. Катенька, давай с нами. А вы, девчата, пока располагайтесь, мы скоро!

– А можно и я с вами? – робко спросила примкнувшая к ним рыжая девушка.

– Место есть – садись! – быстро решил Громов.

Катя улыбнулась незнакомке, когда та села в машину:

– Как тебя зовут?

– Карина. Карина Лукинина. Я в местную библиотеку на работу приехала. Учусь в СФУ на архивное дело.

– А меня Катя зовут. Это - Ярослав. А спящая красавица – его сестра Женя. И Анна Гавриловна - наш ангел хранитель. А как ты так быстро поверила мне, что уходить нужно?

– У меня амулет есть – мне его тетка отдала, – девушка вытащила из-за пазухи цепочку с кулоном. – Он мне сразу показал, что тебе доверять можно. Есть в тебе что-то, что амулет, как Свет определяет.

– Скажи, а с чего это тебе такой амулет дали? Ведь не просто так! – насторожился Ярослав.

Карина вздохнула и прошептала:

– Не просто так. Я – хранитель “черного ларца”. Я еще не знаю, что с этим всем делать, и что за напасть в этом городке приключилась. Но что-то мне подсказывает, что не случайно мы все оказались в одном месте…

– А что за “черный ларец”? – заинтересовался Громов.

– Это мы его называем “черный ларец”, чтобы настоящее название не произносить… Когда тетка мне его передавала, она сказала, что в нашем роду по женской линии он оставлен на хранение. И мне нельзя допустить к нему древнее темное божество. В фольклоре ее называют Марой. Если она доберется до этого ларца, то получит огромную силу и ее только светлые боги остановить смогут.

– И где он? – деловито спросил Громов.

– Здесь, со мной, – прошептала Карина и, чуть не плача, добавила: – А куда мне его девать? Тетка умерла, мне ничего толком и не рассказала. Вот теперь таскаю его с собой. Он со мной в общаге был, и сюда я его привезла, потому что на работу устроилась.

За разговором подъехали к заимке. Среди леса стоял крепкий добротный дом за высоким забором. Калитка была привалена бревном, чтобы не открывалась. Анна Гавриловна быстро нашла ключ от замка дома, который был спрятан под крышей крыльца. В кладовой оказалось достаточно припасов, но хозяйственная женщина пообещала напечь пирогов. А то “как же без хлеба – не по-людски это!”.

Громов сгрузил сестру на диван в холле, девушка все не просыпалась. И это уже начинало волновать и Катю, и Ярослава.

Екатерина с Кариной стали постепенно обживать пространство, убирая пыль и готовя обед на скорую руку. Анна Гавриловна принесла с улицы охапку можжевеловых веточек:

– Пройдите по дому с зажженными веточками, каждый уголочек обкурите. Так моя бабка делала, когда опасность вмешательства темных сил была. Берегите себя! Ой, что-то неспокойно мне! – сказала женщина напоследок.

Ярослав с Анной Гавриловной отправились в обратный путь.

– Катя, а ты точно уверена, что девочкам можно полностью доверять? – вдруг спросила Карина.

– Да, они надежные! – не сомневаясь, ответила Катя, на что Карина только пожала плечами:

– Все равно не говори им пока про ларец! Хорошо? – и немного потупившись, призналась. – Мой амулет в их присутствии нагревается. А это плохой знак!

Глава 74

Пара дней пролетела за хозяйственными делами. Женька проснулась, но еще какое-то время ходила как привидение. На заимке было спокойно, один раз приехала бригада медиков, всех осмотрела, взяла анализы и велела никуда не уходить с этого места. Подруги спорили о дипломе, боясь принять идеи Кати, которые казались им очень экстравагантными. Екатерина убеждала, что так они и задание выполнят, и привлекут внимание аттестационной комиссии:

– Вы же хотите в аспирантуру? Так значит, и магистерская работа должна быть великолепной!

К концу второго дня у дома остановилась экспедиционная машина. Во дворе послышался какой-то шум, и дом вошел академик Нестеров:

– И где тут мои практикантки? А то Гориславцев мне уже весь телефон оборвал, как его звездочки, живы ли!

– Ой, Андрей Сергеевич, здравствуйте! Проходите, присаживайтесь! – Анжелика взяла на себя роль заботливой хозяйки. – Чайку будете? А мы тут с девочками обсуждаем наш проект. И думаем, о чем стоит писать, а о чем умолчать.

– Медики поняли, откуда чума пошла? – резко спросила Светлана, – Они уже догадались, что это все из-за ваших раскопок?

– А почему вы считаете, что это из-за раскопок? – Нестеров внимательно оглядел присутствующих и остановился взглядом на Карине, точнее на ее медальоне. – Это у вас откуда? Кто вы?

– Я – будущий архивариус, – ответила Карина. – А пока на работу приехала в местную библиотеку. А это мой медальон, - девушка прикрыла плжвеску рукой. - Он у нас в роду по женской линии передается. Мне вот от тетки достался!

– Вот смотрите, – академик достал из нагрудного кармана свою записную книжку раскрыл и показал рисунок. – Это было на груди мумии, когда мы ее нашли. Ваш медальон точная уменьшенная копия этого диска.

– Печать солнечного льва, – Карина внимательно посмотрела на академика, – Это одна из семи печатей, закрывающих древнюю демоницу. В народе про нее страшилки рассказывают и называют Марой. А еще должны были быть венец забвения, нетленный меч, саван с особым узором, руничные столбы, цепи особого сплава и укрывающий круг из трех храмов.

– Венец и меч были, – начал припоминать именитый археолог, – саван истлел, остались только невразумительные фрагменты, руничные столбы и остатки цепей, не переживших время, были на входе в гробницу. И три города мы нашли, а в городах, как водится, были храмы. С них-то все и началось. Но руны-то эти признаны подделками.

– Подделывают тогда, когда это кому-то выгодно. А смысл подделывать, если впоследствии прятать и не использовать? – глубокомысленно изрекла Анна Гавриловна, которая целые дни проводила на заимке, помогая девушкам управляться с хозяйством.

– Там еще лубки были! Я все велел отфотографировать! Сейчас запрошу! У вас тут можно будет уголок для работы найти? – Нестеров оглянулся и, обращаясь к Карине, произнес: – А вас я очень прошу рассказать мне про эти печати, все что вы знаете. А то в музее этом черте-что делается! Какие-то шутники мумию подменили, водопровод разворотили! Никто ничего не видел и не знает! В тех кладовых ничего ценного не было, поэтому там на черном входе даже камера не стояла! Так, муляж один. Но право слово, не сама же она все разрушила, нашла себе замену и ушла!

Глава 75

Катя с Анжеликой работали над записями проекта. Полина перебирала отснятый материал, в том числе и пересланный фотографом экспедиции по поручению академика Нестерова. Сам академик что-то обсуждал с Кариной. Ярослав и Женька играли в шашки. В эту идиллию ворвалась Анна Гавриловна, таща за собой Светлану.

– Вы только поглядите, что эта стервь делала! – женщина со всего размаху бросила на стол какие-то серые обрывки тряпок и усадила практикантку на свободный стул у стола.

– Это я желания загадывала, – не сдавалась пойманная.

Катя с ужасом смотрела на “тряпки”: от них очень явно тянуло Тенью. Лохмотья на столе почему-то ассоциировались у нее с острыми пиками, десяток которых направлен на каждого из находящихся в комнате.

– Да, за такие желания у нас лет пятьдесят назад мужики чуть пришлую не сожгли, – Анна Гавриловна всплеснула руками. – Да только наш местный участковый вмешался и ее куда-то люди в штатском увезли! Мне бабка тогда про эти лоскутки сказала, что они нечисти дорогу прокладывают и ведут к жертве! А я смотрю, куда это она вечером в лес уходит. Ладно бы наша, а то городская, мало ли, что случится! Вот и решила посмотреть. А она схрон в дупле на опушке леса нашла вот с этими тряпками и давай тропинку ими обозначать!

Светлана волком смотрела на присутствующих.

– Свет, зачем? – только и смогла выдавить из себя Катя.

– А ничего, что все здесь происходит – это из-за тебя? – взвилась Светлана. – Я умирать из-за твоей вражды с Тенью не собираюсь! Ты в очередной раз уйдешь, а нас тут на корм нечисти оставишь?! Нет уж, я лучше им к тебе дорогу покажу, а сама жива буду! Тень всемогуща, они обещали мне и почет, и славу.

– Свет, опомнись! – Анжелика от волнения встала и зашла за свой стул, опираясь на спинку. – Ты сейчас обвинила Катю, что она нас предаст! Хотя за то время, что мы здесь, именно она нас спасла от участи погибнуть в той гостинице! И именно ты была недовольна нашей с Полиной затеей устроить пожарную тревогу, которая хоть кого-то еще выручила!

– Ой, кто заговорил! – Светлана, сощурившись, смотрела на Анжелику. – Ну да, ты ж своими куриными мозгами не можешь понять, что это за ней монстр приходил. И что, если бы не она, те люди могли бы остаться живы!

– А ты своими “просветленными” мозгами, не ту жертву нашла, – Карина подошла к Анжелике и встала рядом с той, положив свою руку поверх пальцев красавицы, сжимающей до белизны костяшек спинку стула. – Когда выявлен враг, я могу точно сказать: Мара приходила за мной, точнее за вещью, которая находится у меня. И предупреждение Кати тогда спасло всех, кто остался жив, от более страшной участи! А сейчас мы разбираем лубки и руны с Андреем Сергеевичем, чтобы понять, как исправить сделанное. Спасибо, дорогая! – Карина отвесила земной поклон Светлане, – Теперь, я понимаю, благодаря тебе у нас есть только пара часов чтобы подготовиться!

– Ничего у вас не получится! Сегодня лунное затмение, сила Темных будет в своем пике! – злорадно рассмеялась Светлана. – А что можете противопоставить им вы?! И да, девочки благодарю вас за вклад в мою магистерскую работу! Вам она после сегодняшней ночи больше не понадобится, а я воспользуюсь по полной! Не волнуйтесь, о вас я упомяну в предисловии, я ж не плагиатор! И буду рассказывать на интервью, какие у меня были замечательные, талантливые сокурсницы, но не выжили!

– Ладно, ты обвинила во всем Катю! – откликнулась из своего угла Полина. – А я? А Анжелика? Мы же здесь оказались на тех же условиях, что и ты!

– Ты?! – Светлана резко повернулась к бывшей подруге. – Ты всегда была моей тенью! С первого курса! Я всегда знала, что ты меня поддержишь, поможешь! Но как только появились они, – разъяренная девушка махнула в сторону Кати и Анжелики, – тебя словно подменили! Ты просто во всем стала поддерживать их! И кого? Безалаберную Катьку, которая не видит препятствий, не думает о последствиях и которой все все преподносят на блюдечке! Или эту дуру Анжелику, у которой мозгов хватает только на то, как своей задницей перед мужиками вертеть! Так что, Полиночка, это ты меня первая предала! И да, Анжел, – Светлана снова повернулась к стулу, за которым стояла Анжелика, – Давно хотела тебя спросить: и как спать с таким старым хрычом, как Гориславцев? За сколько минетов он тебя в нашу группу пристроил?

После последних слов Светлана обмякла, а над ней стояла Женька, которая, пожав плечами, сказала:

– Ну, наконец-то отключилась. Я думала, она нас затопит своими ядовитыми помоями! Нет, не смотрите на меня с таким ужасом! Жива она, жива! Только в отключке. Не даром мы с Катей у одного мастера занимаемся! И, пожалуйста, придите в себя! У нас очень мало времени!

– Слишком мало! – Катя с ужасом чувствовала, как сужается круг существ Тени вокруг их пристанища, но что ее еще больше напугало это надвижение очень сильного существа Тьмы. – Мара близко! – почти пискнула Катя.

То, что произошло пол мгновения спустя можно назвать “побегом”. Да, Катя знала, что вернется в свое время в ту же секунду, что и ушла. Но… Она сбежала… Можно делать вид, что ушла, чтобы подготовиться, чтобы получить передышку и решить, что делать. Но не стоит обманывать себя, она сбежала. Страх выгнал ее в чужое время и чужую реальность, и даже не зная, что ее ждет в новой реальности, девушка была готова остаться здесь навсегда!

Глава 76

Екатерина оказалась в комнате со стенами из грубого серого камня без штукатурки и каких-либо иных изысков. Единственным украшением помещения служило потемневшее от времени распятие, располагающееся на середине одной из стен. На противоположном конце комнаты грубо сколоченная лавка, на которой лежали тонкий матрас и серое не то покрывало, не то одеяло. В углу около узкого окна стоял ставец с лучиной. Рядом со слабым источником света была открыта конторка, на которой лежала огромная открытая книга с красной, почти бордовой закладкой, единственным ярким пятном в этой унылой комнате.

– Где это я? Это что – келья? – удивленно оглядывалась Катя.

Скрипнула дверь, и девушка услышала строгий женский голос, говоривший на северном диалекте староитальянского языка:

– Иди, отдыхай, сегодня ты хорошо выполнила свой урок! Мать-настоятельница довольна тобой! И не забудь, что сегодня ты и сестра Марта стоите полночную!

Катя повернулась к входящей и увидела, невзрачную, немного блеклую девушку: светлые волосы, туго стянутые в пучок, прямое платье с маленьким белым воротничком из серой грубой ткани, большие серые ботики.

– Здравствуй! – произнесла Екатерина скорее на автомате, чем сознательно начиная разговор.

– Кати?! Здравствуй! – улыбка преобразила невзрачное лицо незнакомки, делая его красивым.

– Мы знакомы? – сорвалось у Кати, и тут же она себя одернула. – Да, конечно, ты меня знаешь, значит с тобой в твоей жизни мы уже встречались. Только для меня это первая встреча…

– Я – Грета. Проходи, присаживайся, – хозяйка кельи махнула рукой в сторону лавки. – Здесь можно сидеть только на кровати, что обычно не поощряется. Обитатели монастыря проводят все время на ногах и садятся только во время трапезы, – девушка внимательно посмотрела на Катю. – Я никогда не видела тебя такой потерянной. Что произошло?

– Я предала тех, кто мне доверился… – прошептала Екатерина и подняла глаза полные слез на сестру по крови Единорога. – Они остались там, лицом к лицу с существами Тени и одним грозным сильным демоном. А я… – гостья всхлипнула. – А я сбежала. Права была Светлана: бросила всех! Предала!

– Подожди! Ты ушла, когда все уже произошло? – спросила Грета и, получив отрицательное мотание головой от Кати, продолжила. – Тогда не переживай не все еще потеряно! Ты вернешься и все получится! Именно ты мне в свое время говорила: “Не боится только дурак или сумасшедший! А смелый идет через страх и делает!”. Так что возвращаю тебе твои же слова!

– Но что я могу? – сквозь рыдания спросила Екатерина. – Как мне бороться с таким количеством существ Тени? И что я могу противопоставить существу Тьмы, просто присутствие которого убивает все живое?

Хозяйка кельи встала, откинула тонкий матрас, и Катя увидела, что то, что она приняла за плохо обработанные доски, оказалось ларем, в котором аккуратно были сложены немногочисленные чистые вещи Греты.

– Сейчас ты переоденешься в одно из моих платьев, причешешься, как послушница, – Грета деловито стала доставать вещи из ларя. – И мы с тобой пойдем к одной очень мудрой женщине, пережившей не одну встречу с существами Тени и Тьмы. Она, я думаю, может подсказать тебе, что делать дальше.

Глава 77

Катя с Гретой шли по монастырским коридорам.

“Как тут вообще можно жить?” – удивлялась Екатерина.

Ее ноги замерзли от сквозняков, гуляющих по переходам монастыря. Везде серый невзрачный камень, глазу не за что зацепиться. Вот очередной поворот, и Грета стучит в одну из десятков одинаковых дверей. Как тут не заблудиться?

Дверь им открыла немолодая женщина с очень внимательным, цепким взглядом:

– Я рада снова видеть тебя, Екатерина.

– Кати, познакомься, это аббатиса Анна, настоятельница нашего монастыря, – представила Грета женщину и, уже обращаясь к ней, сказала: – Матушка, вы знаете наш Орден, и знаете, что мы приходим на помощь друг другу. Но и мы обращаемся за помощью в трудный момент. Это та и не та Катя, которую вы знаете. Та, была мудрой и опытной, эта сама пришла к нам за знанием.

– Так что же привело тебя, дитя, в наше время, в наш монастырь? – женщина махнула рукой, предлагая пройти в келью и сесть на скамью у массивного стола.

Келья настоятельницы не была настолько аскетичной, как обиталище Греты. Здесь было много вещей: мягкие подушки лежали на скамье, пол был покрыт шерстяным ковром, у стены стоял массивный сундук, крышка которого была отброшена и открывала бесценные книги в дорогих переплетах и свитки, стены были завешаны гобеленами.

Катя нерешительно посмотрела на Грету, та подбадривающе улыбнулась и кивнула. И тут гостью прорвало! Екатерина рассказала этой внушающей доверие женщине практически всю свою историю: от первого знакомства с Тенью до предательства подруги и своего малодушного побега.

– Твоя реакция в этой ситуации вполне нормальна! Главное ты сама осознаешь причины своих поступков! Вот, если бы ты начала сейчас искать себе оправдание, то это была бы первая зацепка Тени в твоем сердце, которая как ржавчина, постепенно разъела бы твою Душу, – резюмировала услышанное настоятельница.

– Аббатиса Анна, – начала Катя, но ее тут же перебила хозяйка монастыря:

– Зови меня матушкой, как Грета. Ты много сделала для нас, хоть сейчас этого не помнишь. Многие сестры тебя знают и любят. Не пугай и не обижай их своим беспамятством. Грета тебе подскажет. Я сегодня подумаю, как тебе помочь. Займешь свою келью, она у нас так и стоит пустая. Грета, ты сегодня ведь стоишь полуночную? Возьми Екатерину с собой! Ей это будет полезно.

Глава 78

Катя вернулась в свое время с решимостью и готовностью действовать. Теперь она знала, что существа Тьмы уязвимы. И пусть их нельзя убить, потому что смерть это одна из сторон их существования, но можно ослабить и закрыть.

– Мара идет сюда за ларцом, – Екатерина сразу развернула активную деятельность. – Надо сделать ловушку и пусть ларец станет приманкой.

– Но, это опасно! – испугано возразила Карина.

– Не опаснее, чем бегать все время от демона. Во втором случае Мара рано или поздно настигнет тебя и заберет свой ларец. Делаем так… – и рожденная рассказала план, продуманный вместе с Гретой и аббатисой Анной.

Все сразу взялись за работу. Во дворе дома расчистили круглое пространство, где начертили два концентрических круга. В малый круг поставили ларец, а Женька по кругу стала рисовать какие-то значки и раскладывать шары из ожерелья. Академик Нестеров заинтересовался и стал задавать вопросы, но его перехватил Ярослав и утащил на “мужские работы”. Анна Гавриловна возглавила отряд девушек по сбору можжевеловых веток, из которых соорудили третий круг. Ветками рябины украсили дверные и оконные проемы, а в косяки воткнули острые предметы: ножи, вилки, иглы. Когда Женя закончила разрисовывать второй круг, Катя дала знак, чтобы все уходили в дом.

Нестеров заволновался:

– Я расшифровал до конца записи на лубке, нам нужен гребень солнечного льва и дева с копьем в спине. Дев, конечно, у нас хватает, но кто воткнет копье в спину? И как в таком состоянии бороться с демоном?

– Гребень у меня есть и копье в спине тоже. У меня после травмы поставлен имплант в позвоночник в виде маленького копья, – отозвалась Карина. – Значит мне и завершать битву!

Катя сосредоточилась на армии существ Тени. Мара слишком сильная Темная сущность, живым носителям Тени рядом с ней нет места. А вот неупокоенные души и иная нечисть сопровождали демоницу, увеличивая ее силы. И задача Рожденной была, погрузившись в некое подобие транса, мысленно выстроить преграды и “световые” ловушки-коридоры, которые должны удерживать бестелесных существ Тени до первого смертоносного для них луча солнца. И в этот момент Катя чувствовала благодарность за науку Грете и матери настоятельнице.

Вдруг на ее плечо опустилась рука, Катя вздрогнула и обернулась. Рядом стояла Грета:

– Твоя роль в этой битве другая. Ты должна быть в другом месте, там без тебя могут не справиться. А здесь я построю свое и поддержу созданное тобой. Нежить не пройдет! Иди твой бой там!

Глава 79

Все ждали прихода Мары, но все равно вздрогнули, когда тень Земли стала закрывать лунный диск и воцарилась почти полная мгла. Мимо дома побежали дикие животные, стремящиеся укрыться от чего-то более страшного, чем люди. Поднялся ветер, и возникло ощущение надвижения чего-то огромного и опасного, словно огромный великан шел к ним, не выбирая дороги. Небольшой костерок во дворе потух. Ну, что ж началось!

Женька, Катя и Карина вышли на крыльцо.

В воротах двора стояла темная фигура.

– Мара, я разрешаю только тебе пройти во двор! – твердо произнесла Катя.

Темная фигура сделала несколько шагов и бросилась вперед. Мара нашла свой ларец! И в этот момент Женька активировала созданное ею заклинание. Рисунки в обоих кругах засветились, а шарики начали взрываться, создавая световое поле вокруг ларца и теряющего силы демона.

Девушки с удивлением слушали незнакомый певучий язык, с вплетающимися в речитатив цоканий, щелканий и стуков. Катя, как ни вслушивалась, не могла уловить смысл произносимых слов.

В этот момент Карина бросилась в круг, но демон среагировал быстро, и нападающая девушка улетела от удара в сторону, выронив гребень. Катя кинулась на помощь. Надо закончить начатое! Но перед ней мелькнула тень, подхватившая гребень и воткнувшая его в волосы Мары. С жутким хрипом древний демон повалился на землю, а рядом с Катей, истекая кровью, билась в кашле уже знакомая красная демоница.

– Лилит, ты? Но как? Почему? – Катя опустилась на колени рядом со старой врагиней.

– Ты нашла хорошее оружие против нас… – прохрипела Лилит через кашель, слизывая с губ кровавую пену. – Ты смогла остановить Мару… А я… выполнила приказ Великой… не дала тебе погибнуть! Отнесешь меня к моей госпоже?

– Да, конечно! – и Катя разорвала пространство, ориентируясь на ожидание Инканьези Йокуфа. В том, что та ждет, девушка не сомневалась.

Глава 80

– Можешь мне объяснить, почему ты помогла существу Тьмы? – спросила Инканьези, когда они остались с Катей наедине. – Почему ты не дала лучам полностью лишить сил Тьму, чтобы потом уничтожить ее? А вместо этого, перенесла ее сюда?

– Мне трудно это объяснить, но я решила, что так будет правильно! – задумалась о своих действиях Екатерина. – Она спасла нас, и я посчитала, что будет неблагодарным бросить ее без помощи.

– Но она не могла не выполнить мою волю! – Инканьези внимательно смотрела на собеседницу. – А я ей дала четкое задание, смотреть и предотвращать опасности для тебя от существ Тьмы любой ценой. Так что она просто не могла поступить иначе!

– Во-первых, я не знала, о твоем приказе ей! – Катя вздернула носик и сощурила глаза. Ей не нравился этот разговор: она не понимала, что хочет от нее сестра по крови Единорога, и это раздражало. – Я вообще не знала, что Лилит вернулась в мое время! Хотя теперь понимаю, почему у меня все время после нашей встречи возникало ощущение демона где-то рядом. Появится и пропадет. Это была она…

– А во-вторых? – чернокожая собеседница явно провоцировала Катю на что-то.

– А во-вторых... Какая разница, почему человек, прости, существо совершает такой поступок, почему жертвует собой! Важно то, что он оказался способен на этот шаг, и будет неправильно после такого бросить его умирать!

– И кто же определяет, что правильно, а что нет? – продолжила провокацию Инканьези.

– Для меня важно, как это чувствую я! Мне все равно, как отреагируют на то, что я помогла сегодня существу Тьмы! Я знаю, что сделала правильно! – экспрессивно ответила Катя.

– Ты права, – расслабилась Йокуфа. – И я рада, что тебя никто не учил такому отношению. Это позволяет мне принимать тебя как равную. Недостаток опыта, как показывает жизнь, быстро восполняется. Цивилизация людей полна предрассудков, и как только им чуть приоткрывается другая сторона событий, они бросаются в противоположность. Сначала считали за скот, делали рабами, обыденно убивали, – слова черной женщины наполнились горечью, словно она лично столкнулась с этим явлением, – а спустя столетия бросились целовать ботинки разнузданным гопникам, лишь на основании того, что те потомки униженных людей… – Инканьези поморщилась. И было во всем этом столько личной усталости! – Сначала возвели на пьедестал и во имя совершали безумства, а потом снесли памятники и скульптуры, обвинив прежнего кумира в своих же деяниях. Это продолжается уже много тысячелетий. И мне было важно понять, что двигало тобой, когда ты спасала демоницу.

– Я бы это сделала для любого существа, оказавшегося на месте Лилит, – спокойно и уверенно ответила Катя.

– Кстати, Лилит подставилась под светоносные лучи осознанно, хотя и была серьезно ослаблена. А это значит, что она, спасая тебя, не рассчитывала выжить, – Инканьези встала с кресла подошла к прозрачной стойке и что-то набрала на виртуальной клавиатуре.

Из пола поднялся столик, на столешницу которого как по лифту выползли два стакана с фиолетовой жидкостью. Хозяйка пространства подала Кате один из них:

– Это сок. Название фрукта тебе ничего не скажет, его выведут только через триста лет после твоей эпохи. Но он очень полезен и хорошо произрастает в космосе, в отличие от многих культур Земли, которые так и не смогли пока приспособить к космическим условиям.

Катя приняла стакан и задала вопрос, возвращаясь к прежнему предмету разговора:

– Что значит, Лилит была ослабленной? Что случилось?

– Демоны иногда заигрываются, – Инканьези усмехнулась каким-то своим мыслям, сделала очередной глоток и после небольшой паузы продолжила: – Они чувствуют себя равными богам. Но расплата за гордыню всегда приходит, и чаще всего в самое неподходящее время. Лилит доигралась с судьбой. Имя – это не просто звук. Недаром в древности предпочитали имя свое не отрывать. Для окружающих существовали лишь прозвища, а имя знали только те, кому было положено: мать, жрец, глава рода, ну, может, еще пара тройка людей. Так вот, Лилит заигралась с соединением имен и судеб.

– Да? – Катя растерянно покрутила стакан в руках и сказала: – Когда мы познакомились, Лилит говорила, что Семену перепало и имя, и судьба Симеона Гордого.

– А ты не поинтересовалась, что за судьба была у этого князя? – грустно улыбнулась Инканьези.

– Я тогда просто перестала общаться с Семеном, и, если честно, забыла о том разговоре…

– Сэнди! – крикнула в никуда хозяйка помещения и как только, мигнув, материализовалась перед ними женская фигура, произнесла: – Сэнди, какую смерть принял московский князь Симеон Гордый?

– Симеон Гордый умер от неназванной в летописи болезни, позднее исследователями было высказано предположение, что причиной смерти князя и членов его семьи была чума, – спокойным размеренным тоном ответила голограмма.

– Спасибо! Свободна! – Сэнди снова мигнула и пропала, а Инканьези снова обернулась к Кате и, уловив любопытство собеседницы, махнула рукой: – Это цифровой разум зоны моего прибывания. Очень удобно, есть ощущение присутствия рядом существа, и нет никого постороннего в личном пространстве.

– Подожди, – страшная догадка коснулась Катиного разума. – Ты хочешь сказать, что Семен умер? – и девушка сама ответила на свой вопрос: – Да… Ведь с Марой в городок пришла чума.

– Да, умер. Он и все, кого он считал своей семьей, только Лилит избежала этой участи. Просто она не была человеком, – Чернокожая собеседница снова вернулась в свое кресло. – Но и она пострадала. Помнишь я говорила, что ее жертвы с ней и останутся. Она питалась их добровольно отданной силой. А в момент их смерти нити, связывающие ее с ними, оборвались и Лилит получила, как у вас говорят, откат. То есть лишилась и части своей силы. Ты сегодня столкнулась с нетипичным поведением существа Тьмы. И я хочу, чтобы ты помнила, что пока вы (как это у вас говорят?) по разные стороны баррикад. Да, именно так.

Глава 81

Катя вернулась и сразу бросилась к Карине, рядом с которой уже хлопотала Женька. Амулет спас юную хранительницу от энергии темного существа, но не от удара. Кости вроде были целы, но Анна Гавриловна, осмотрев девушку, запретила ей двигаться:

– Пусть врачи посмотрят, а то мало ли, – многозначительно произнесла женщина.

– Давайте займемся нашей гостьей, – произнес Нестеров, подойдя к лежащей сломанной куклой Маре.

Этот момент в их плане был продуман отдельно. Используя знания о бактериологической опасности, мужчины надели респираторы, за неимением военных, строительные, а также брезентовые плащи, резиновые перчатки и сапоги. Все это богатство нашлось на заимке.

В специально сколоченный осиновый гроб уложили потемневшее тело существа Тьмы.

Карина, смотря на происходящее со своего места, стала перечислять:

– Первая печать – гребень солнечного льва. Вторая печать… – девушка оглянулась.

– Распятие, сделанное из особого сплава серебра, – произнесла Катя, достала полученную от аббатисы Анны реликвию и передала ее Ярославу.

– Клади на грудь, будет вместо нетленного меча, – продолжила Карина. – третья печать…

– Шары с первым лучом солнца и заклинание, не пропускающее Тьму, – подошла Женька, протянула длинный лист бумаги, склеенный из обычных немного пожелтевших листов писчей бумаги, которую они нашли на заимке, с уже знакомым рисунком заклинания и достала второе ожерелье, близнец которого сгорел этой ночью в ловушке для демона.

– Это будут третья и четвертая печати вместо печати солнечного льва и рун. И пятая печать осиновый гроб, вместо савана с особым узором.

– Надо решить, где будем ее хоронить, и как будем это место защищать, – серьезно сказал Ярослав.

– У меня есть одна мысль, – произнесла Катя, – Но мне нужна здесь моя знакомая, Валерия Карновская.

– Валерия Карновская? Такая готическая дама? – спросил академик Нестеров и, получив подтверждающий кивок от Кати, продолжил: – Встречались, интересный субъект… Да-с. Точно без нее никак? Хотя, да, она может. Одну минуту, – академик достал спутниковый телефон. – Владимир Алексеевич! Да, это Нестеров! У нас тут на заимке небольшой несчастный случай. Девушка неудачно упала. Медиков бы нам! Да, и мне для работы требуется консультант по культуре! Нет, в Москве он! Есть такая доктор Карновская. Да! Я буду вам премного благодарен, если вы привезете ее!

– Пусть книгу, про которую знает единорог, с собой прихватит. Она поймет, – шепотом подсказала Катя.

Нестеров, повторив пожелание Стрижаровой, отключил телефон и стал распоряжаться:

– Убираем гроб в подпол, чтобы никто случайно не наткнулся, и ждем гостей.

Медики приехали через полчаса, внимательно осмотрели Карину, особых повреждений не нашли и перед отъездом посоветовали быть осторожнее.

Глава 82

Леру привезли на следующий день. Катя выбежала встречать подругу. Багира, мурлыкая, уже сидела на руках Хранительницы.

– Привет! Что случилось и зачем была нужна Книга? – спросила Валерия, гладя кошку.

– Пойдем, я тебя познакомлю со всеми, а потом мы тебе расскажем последние происшествия, – потянула Катя приехавшую в дом.

– Зная тебя, – Лера подозрительно прищурилась, – могу предположить, что простой эта поездка не была, и ты вновь влезла в какую-то историю с тонким миром!

– То, что произошло здесь тонким миром не назовешь, а вполне реально осязаемым! – хохотнул Нестеров, встречая девушек на пороге. – Добрый день, коллега! Вы так переменились с нашей последней встречи на симпозиуме, я бы и не узнал вас. Но выглядите великолепно! Прошу вас! – и он пропустил Леру и Катю в гостиную.

Немного погодя, когда все перезнакомились и поделились происшедшим, Катя обратилась к Лере:

– Понимаешь, нам надо спрятать Мару так, чтобы невозможно было ее найти. Поэтому у меня появилась мысль, что сделать мы это можем только в мире Хаоса. В нашем мире, как показывает практика, рано или поздно все печати слетают и есть опасность нового возрождения демона. Мы нашли мистера Хантли замурованным в черный камень. Я думаю, что нам такой камень с рунами, препятствующими поиску, и подойдет. Он будет шестой печатью вместо рунических столбов.

– Подожди, – Карновская задумалась, а потом передала кошку Кате и продолжила: – прежде всего надо поговорить с сестрами-близнецами и с Томасом Хантли, как-никак они обитатели того мира, и мы не можем без их согласия это делать. Подождите несколько минут, – и Лера, открыв книгу, растворилась в воздухе.

Через пару минут, в которые обитатели гостиной в ступоре взирали на место исчезновения Карновской, пытаясь осознать случившееся, в середине комнаты появилась и открылась дверь, из которой вышла Валерия:

– Все нормально! Они согласны, поэтому мы можем действовать, – обыденно-деловито сказала пришедшая.

В гостиной царило молчание. Все с удивлением смотрели на Леру, за спиной которой дверь сначала сама закрылась, а потом и растворилась в воздухе.

– Гм, Копперфильд отдыхает, – прокомментировал Нестеров.

– Итак, мы определились в шестью печатями, – попыталась вернуть всех к прежней теме разговора Екатерина, у которой Лера по возвращении забрала кошку. – У кого какие соображения по седьмой, последней, печати?

– А седьмой печатью должен быть полог, – добавила Карина, все еще смотря на место, где только что растворилась дверь.

– Пологом может служить заклинание трех хранителей с цепями, но где нам взять третьего? – ответила Лера. – Ой!

Кошка, сидящая на руках у Карновской, вдруг укусила ту за руку и тут же стала зализывать место укуса.

– Мне кажется, Багира хочет что-то сказать, – прокомментировала Катя действия пушистой красавицы.

Животное спрыгнуло с рук Леры и потерлось о ноги Екатерины.

– Ты хочешь сказать, что ты мой хранитель? – удивленно спросила Катя у Багиры.

Кошка снова начала тереться о ноги девушки и опять, как и раньше, Екатерина услышала в ее громком мурлыканьи:

“Пррравильно! Пррравильно!”

– Вот и третий хранитель нашелся! – улыбнулась Карина, тоже не устоявшая перед обаянием кошки, и протянула руку, под которую сразу поднырнула черная спинка.

– Кого оставляем за сторожа? – Лера обернулась на притихших обитателей дома.

– Я думаю, правильнее всего будет оставить Анжелику и Полину, – задумчиво произнесла Катя.

– А почему нас? – возмутилась красавица блондинка. – Нам с Полькой тоже интересно!

– Девочки, тут не в интересе дело, – вмешалась Анна Гавриловна. – Я думаю Катя рассудила по функционалу. Мужчины несут гроб. Не девчонкам же его в конце концов тащить! Евгения нужна, чтобы отследить свои печати, Катя, как организатор действа, чтобы все проконтролировать, Лера, Кристина и Багира. чтобы наложить оставшиеся печати. Остаемся мы: я – надо обед сварить, да вы вдвоем. Кроме книги, еще нужно и нашу болезную сторожить. Так что, все правильно, нам и оставаться, – рассудила женщина.

– Анна Гавриловна, – улыбнулась Катя. – Вы все правильно рассчитали! – и, обернувшись к Валерии, продолжила: – Только нам нужно будет и мистера Хантли позвать, а то, я боюсь, мы тот камень сами и не воспроизведем! И давайте спустимся в подвал: сразу пойдем оттуда.

Дружная команда переместилась в подпол и исчезла вместе с гробом, только книга упала на пол, перелистнула страницами и закрылась.

Глава 83

Ярослав Громов.

Следующие сутки после приезда изменили полностью все представления о мире. Происходящее казалось чем-то нереальным. Было ощущение, что из-за ближайшей елки выпрыгнет известная медийная личная личность и возвестит: “Улыбайтесь, вас снимает скрытая камера! Это новое ток-шоу “Экстремальное поведение”. Но время шло и ничего подобного не происходило.

Сначала эти странные разговоры про “черный ларец”, принадлежащий какому-то демону. Потом эти можжевеловые ветки, которые, по словам Анны Гавриловны, нужно жечь. И довершении этого предательство Светланы, которая завязывала в лесу какие-то грязные тряпки. Ощущение сюрреализма нарастало.

А потом резкая перемена в его Кате: вот она как испуганный заяц смотрит на весь мир с ужасом и паникой в глазах, одно мгновение и перед ними уже другая Катя, уверенная, спокойная, имеющая четкий план действий. Ее предложение кажется абсурдом, но та непоколебимость, с которой она излагает его, продуманно и логично отвечает на все вопросы и возражения, словно не один час обдумывала и готовилась к этой встрече. Он-то мастер деловых переговоров знает, как сложно и долго дается такая уверенность и готовность.

Организовали все быстро, дольше обсуждали. Удивило, что сестренке отведено во всем этом действе чуть ли не центральное место, рядом с Катей и Кариной.

Ярослава отвлек академик. Андрей Сергеевич считал, что им срочно нужен липовый гроб. Пришлось искать липу, пилить доски, делать ящик. Нестеров оказался классным мужиком, умеющим многое делать собственными руками. Когда разбирались с инструментами, наткнулись на небольшой ящичек, где аккуратно были сложены пара брезентовых плащей и две пары резиновых сапог больших размеров. Видно, схрон кого-то из охотников. В этой же кладовой на полке нашли строительные респираторы и резиновые перчатки.

– Ты в армии то служил? – спросил у Громова академик и, получив подтверждающий кивок, продолжил: – Что про биозащиту знаешь? Считай, у нас тут бактериологическая война. Надо будет демона паковать, и не допустить распространения заразы.

Пока делали и собирались, во дворе все закончилось. Ярослав волновался за своих девочек, но серьезно пострадавших не было. Анна Гавриловна хлопотала вокруг Карины, создавая той удобное место до приезда врачей и запрещая Хранительнице черного ларца двигаться. При этом сама же утверждала, что все нормально, но нужно дождаться медиков, чтобы подтвердили. Мужчинам же пришлось взять на себя самую грязную работу: запечатывание демона. Когда они укладывали существо в гроб, сложно было представить, что оно само могло дойти до заимки.

А потом пошли печати. И опять Ярослав удивился не последней роли сестры. Возможно, зря он вполуха слушал бредни о каком-то путешествии сестры во времени, где она встретила Катю из будущего. Надо будет извиниться перед Женькой и попросить еще раз все рассказать. А то что-то напрягают его эти путешествия когда и неизвестно где.

Следующим потрясением была знакомая Кати – Валерия Карновская, которая сначала пропала почти с середины комнаты, а потом появилась. Вот не знай он досконально всю заимку, и будь она чуть больше времени в доме, решил бы, что это хорошо продуманная иллюзия, великолепный фокус для шоу.

Но потом они все переместились в странное место. И там встретились еще с тремя людьми. Мужчина представился Томасом Хантли. Все новые знакомые говорили на странной смеси французского и немецкого. И Ярослав, немного поднапрягшись, стал хорошо понимать, что они говорят. Спасибо матушке: вбила в их неразумные головы языки.

В том мире они оказались на краю обрыва. Глубину бездны невозможно было оценить – внизу были облака. И другого берега у этой пропасти не было: вдаль, насколько хватало глаз, простирались все те же облака. Если бы существовал “Край земли”, то, наверно, он так бы и выглядел.

Гроб поставили на странный черный постамент и отошли. Откуда полилась черная вязкая субстанция, которая стала формироваться в антрацитовую скалу, Ярослав так понять и не смог. Но вот гробница из цельного черного камня готова. Валерия подошла к скале и стала наносить на нее светящиеся руны. Академик Нестеров следовал за ней по пятам, что-то записывая в свой блокнот. Немного погодя к Валерии присоединились Карина и, как ни странно, черная кошка. Ярослав потер плечо, где еще саднила, не желая заживать, отметина от когтей. Громов не понял, что делали три хранительницы, но сначала на черном камне проступили опоясывающие его цепи. А потом скала постепенно стала прозрачной и исчезла.

Возвращались дружной толпой через непонятно откуда взявшуюся дверь. которая открылась в центре гостиной на заимке.

– Надо деактивировать как-то заразу, – Ярослав обернулся к Нестерову.

– Не нужно. Все уже сделали там, – и академик махнул в сторону места, где пару минут назад стояла дверь.

Глава 84

Москва окунулась в предновогоднюю кутерьму. Люди торопились закупиться подарками, по всему городу появились елочные базары. На улице незнакомые люди улыбались друг другу и то тут, то там слышалось:

– С наступающими!

У студентов последнего курса магистратуры журфака была жаркая пора: на понедельник была запланирована защита. Но, как всегда, в последний момент вспоминается, что тут чуть-чуть не доделал, и там бы надо пару предложений дописать, и вот это хорошо бы добавить в практическую часть, и еще хотел немного подправить доклад, а еще нужно бы попробовать предугадать вопросы комиссии и т.д, и т.п.

– Ну что, готовы? – собрал вокруг себя своих подопечных профессор Гориславцев, когда этот страшный понедельник наступил.

– Кажется, да, – не очень уверенно отвечают студенты.

– Выше головы, комиссия – не звери! Так, немного понадкусывают, но не съедят! – подшучивал профессор, видя растерянность завтрашних магистров.

Защиты коллективных работ, а таких оказалось три, стояли первыми. И спустя полчаса Катя с подругами уже стояла в холле и рассказывала боящимся экзекуции товарищам, как прошла защита их проекта.

Все в группе заметили, как изменилась Светлана после практики. Девушка стала очень тихой, стремилась быть незаметной, хоть и продолжала исполнять обязанности старосты, но в ее деятельности не было былого огонька. По началу одногруппники пытались выяснить, что случилось, но Светлана отмалчивалась, да и девчонки из их четверки не желали отвечать на такие вопросы. Вот и сейчас их староста не участвовала в общем разговоре, а просто стояла, немного отрешенно смотря на сокурсников.

– Свет, а ты теперь в аспирантуру? – спросила невысокая бойкая девчушка Галинка, которая всегда влезала во все своим остреньким носом.

– Нет, – равнодушным тоном ответила староста.

– Как же так, ты ведь хотела? – зашумели одногруппники.

– Расхотела, – неожиданно резко ответила Светлана. – Есть вещи поважнее!

– И что же? – не унималась Галинка. – Чем теперь будешь заниматься?

– Чем заниматься? Долги отдавать! – усмехнулась староста.

– Какие долги? Ты что в кредиты влезла? – заволновались товарищи.

– А что, разве долги только денежные бывают?! – Светлана с горькой усмешкой оглядела одногруппников. – Деньги заработаешь и отдашь. Банк от получения назад займа не откажется. А что делать с другими долгами? Особенно, если кредитор тебя знать не желает, – с этими словами староста покинула группу.

Анжелика подхватила Катю и Полину и, пожелав одногруппникам легкой защиты, повела подруг в их кафе, где, заняв любимый столик, похвасталась:

– Ой, девочки, мне родители с окончанием университета кругосветку подарили. Отбываю второго, и четыре месяца будем видеться только онлайн.

– А я подала заявку в Новосибирский университет на курсы по искусственному интеллекту, – улыбнулась Полина. – Так что, сразу после каникул отбываю в центр Сибири. Меня не будет подольше, курсы рассчитаны на девять месяцев.

– Девочки, я очень за вас рада, – улыбнулась Катя.

– А ты, подруга, здесь без нас замуж не выскочи! – Анжелика подмигнула Кате, – Не забывай, мы – подружки невесты!

– Ну, у нас с Ярославом пока до свадьбы далеко, – улыбнулась Катя, с теплотой вспомнив ненавязчивое внимание и заботу Громова, –Тем более, что они с Женькой улетели вчера где-то на полгода. Так что пока я и с ними – онлайн!

– Куда? Зачем? – всполошилась Анжелика. – И почему без тебя?

– Они решают семейные проблемы, а я – не семья, – попыталась отмахнуться Катя.

– Так, подруга, рассказывай! – стала наседать красавица, чутьем журналиста чувствуя “сенсацию”.

– У них мама больна, – начала рассказ Катя. – Пару месяцев назад ей сделали операцию. Все прошло хорошо! Потом курс химии. Сейчас вроде зафиксировали ремиссию, но теперь требуется реабилитация. А лучший центр на Кубе. Там еще в советские времена его построили. Советский Союз туда в свое время большие деньги вложил, но и потом они не стояли на месте, а продолжали развивать это направление. Только изоляция, в которую попала Куба, тормозит использование этого ресурса мировым сообществом. Отец Громова по своим связям договорился о размещении в центре их мамы, и теперь они всей семьей улетели на остров Свободы, как Кубу называли в советские времена.

– Ничего себе! – протянула Полина. – Кать, а хочешь, я тут останусь, перейду на курсах с оффлайн режима на онлайн?

– А может и мне тогда тоже никуда не ехать? – задумалась Анжелика.

– Спасибо, девочки! – засмеялась Катя. – Но не нужно! У меня тут сестренка, Лера и Карина! Не пропаду! Давайте решим, как Новый год праздновать будем!

– Ну, Карина еще где! Практически, как и мы – онлайн! – протянула Анжелика.

– Не скажите, – и Катя перешла на шепот: – Мне Лера по секрету рассказала, что академик Нестеров предложил Карине должность лаборанта в своем институте, а как она получит вышку, то и в аспирантуру скорее всего возьмет! Так что ждем Карину в Москву!

Глава 85

Утро было обычным. Размеренным, как и последние несколько недель. Кате стали нравиться такие спокойные минуты, подчиненные распорядку. Она не перестала любить неожиданности и неопределенности, но начала ценить четкость планов. После пробежки Катя приняла душ, выпила кофе, отключила телефон и уже собиралась сесть за ноутбук, как рядом с ней разорвалась реальность.

Девушка смотрела на вышедшую к ней совсем юную чернокожую красавицу. Волосы гостьи были спрятаны под большим тканевым тюрбаном, монисты и бусы на шее, платье, искусно вытканное из белых, рыжих и красных нитей, было украшено мелкими шнурочками и плетеными из них сложными узорами, лежащими поверх ткани. Изящные руки были унизаны множеством тонких разноцветных браслетов. Остроконечные сапожки из тонкой резной кожи завершали образ.

– Здравствуй! Я – Катя, ты что-то хотела?

Рожденная из крови Единорога помнила свою растерянность, когда вот также, выйдя из разрыва, стояла перед Салимой. Гостья хмурилась, словно собираясь с мыслями, а потом поднесла руки ко лбу и, склонив голову, произнесла певучим голосом на совершенно незнакомом языке слова, сложившиеся в просьбу:

– Сожалею, о божественная Катия, что пришлось потревожить тебя, но мне нужно понять, как спастись и как быть дальше.

Екатерина взяла девушку за руку и усадила рядом с собой на диван:

– Давай ты мне прежде всего расскажешь, как тебя зовут и кто ты.

– О божественная… – снова начала гостья.

– Нет, – перебила ее Катя. – Опусти, пожалуйста, все эти пространные речи. Я такая же, как и ты. В нас течет кровь Единорога. Считай, что мы – сестры, поэтому обращайся ко мне просто Катя. Ты меня поняла?

– Да, я – Далли-ил Леу-на, Несущая Божественную кровь. Ко мне сегодня пришли убийцы, а я ничего сама не могу, – девушка расплакалась, – мои нянюшка и верная служанка убиты, куда делась моя охрана я не знаю.

– То есть в твоей эпохе тебя ждут убийцы? – Катя задумалась: “Если она пришла ко мне, значит именно я и могу ей помочь”, и вспомнила, как она такая же растерянная оказалась перед Гретой. Девушка сбросила нахлынувшее воспоминание и обратилась к пришедшей:

– Ты голодна?

– Нет…

Катя стала накрывать на чай, не замечая, что гостья смотрит на нее с округлившимися глазами.

– Если ты такая же как я, то почему, ты оскверняешь свои руки недостойными тебя делами? Где твои рабы, чтобы ухаживать за тобой?

– В моей эпохе нет рабства. Здесь все люди равны, независимо от социального положения, цвета кожи и много чего другого. И осквернить свои руки делом нельзя, а только бездельем. Но ты пришла не для того, чтобы говорить со мной о моей эпохе. О ней ты подробнее узнаешь немного позже, а сейчас давай разбираться с твоей проблемой. Скажи мне пришло сколько убийц? И чем они убивают?

– Я видела двоих. Они ворвались неожиданно, рядом были нянюшка и Вул-ил – мои руки. Их убили сразу, а я так испугалась, что попала сюда, – всхлипнула Леу-на.

– Да, ты как Рожденная из крови единорога, можешь ходить между эпохами, но сколько бы ты ни провела в других временах, в свою эпоху ты вернешься в то же мгновение, в которое ее покинула.

– А можно мне не возвращаться? Они меня убьют, они для этого пришли… – испуганно пролепетала гостья.

– Вернуться придется, – произнесла Катя, снова удивляясь сходству ситуации, и, заметив, как снова наполнились слезами глаза и задрожали губы Леу-ны, поспешила её успокоить: – Но не сейчас. А когда ты будешь готова. Ничто не приводит мысли в порядок лучше, чем монотонный физический труд. Так что, пожалуйста, помоги мне убрать посуду со стола своими божественными ручками.

Глава 86

Как же сложно, когда рядом с тобой находится, вроде взрослый, но совершенно не приспособленный к жизни человек. Хотя, поначалу это казалось забавным.

– А что ты делаешь? – поинтересовалась Леу-на, наблюдая как Катя достает постельный комплект из бельевой корзины в ванной комнате.

– Вот, собираюсь немного освежить белье, постирать его, – пояснила хозяйка квартиры.

– А-а-а, так ты на речку идешь! – прояснилось личико гостьи. – Мне не разрешали смотреть, как работают люди. Но я иногда сбегала, чтобы понаблюдать. Женщины, когда стирали, раскладывали одежду на песке у реки, поливали ее водой и зачем-то потом били ее палками. Я спросила тогда у нянюшки, но она меня только отругала, что не достойно девочки с божественной кровью смотреть на низменные дела людей. А ты также делать будешь?

– Нет, у нас для этого есть специальная машина. Она постирает и высушит белье.

– Я думаю, у вас все-таки есть рабы. – убежденно заявила Леу-на, — Только это не люди, а ма-ши-ны.

– Здесь ты права, – улыбнулась Катя, - Но мы предпочитаем их называть помощниками.

Все приводило Леу-ну в восторг: как убирает пылесос, как разогревает еду микроволновка, как работают телевизор и компьютер. Она восхищалась каждой привычной для нас мелочью и вела себя как маленький любознательный ребёнок. И мороки с ней было столько же. Именно поэтому сестры Стрижаровы не оставляли Леу-ну одну ни на минуту.

Наталья очень скрупулезно и ответственно отнеслась к созданию из гостьи гармоничной и самодостаточной личности. Девушка собрала по статьям в Интернете разные методики и стала планомерно внедрять их в жизнь. Она настояла на постоянных физических тренировках. По телевизору, в режиме нон-стоп шел канал “Дискавери”, в определенные часы сменяющийся на блоги создания поделок своими руками, которые Леу-не приходилось повторять.

Гостья постепенно стала осваиваться. После трех потопов девушка уже была в состоянии самостоятельно наполнить и принять ванну. Сама одевалась в просторную одежду без застежек XXI века, но со своими платьями пока справиться не могла – слишком неудобными они были и очень много шнурочков нужно было завязать на них. Но девушка усердно пыталась освоить макраме, и это давало надежду.

Иногда приходила Лера. И тогда девушки часами сидели, обсуждая эпоху Леу-ны, традиции и язык.

– Катьк, тебе же тоже нужно будет пойти с ней в ее эпоху? А ты не думала, что надо обратиться к нашим модельерам с этими сложносочиненными тряпками, чтобы и тебе сделали нечто подобное, только не стесняющее движение и без затрат времени на все эти завязки? – как-то заметила старшая сестра, рассматривая развешенное в гардеробной облачение Леу-ны.

– Слушай, а хорошая идея, – встрепенулась Катя. – И… у тебя уже кто-то есть на примете?

– Помнишь на пати была рыжая такая девчонка?

– Ее вроде Марина… Нет, Ирина звали… – припомнила Катя экстравагантную полненькую девушку.

– Да, Ирина Ткачева. Она начинающий модельер и ей нужны новые идеи. Одежда Леу-ны очень необычная и может заинтересовать ее, а если еще будет конкретный заказ, что именно ты хочешь, и пояснения нашей чернокожей подружки, что значит каждая мелочь… Она должна загореться. Я тут подумала: с твоими путешествиями тебе нужен будет целый гардероб, соответствующий эпохам и странам.

Катя многократно задумывалась о возвращении Леу-ны и каждый раз четко понимала, что та сама не справится. Долго же находиться в XXI веке нелегально не получится: первая же проверка документов приведет к серьезным проблемам. Но и самой Кате не очень хотелось подставляться под убийц. Девушка постоянно расспрашивала гостью о вооружении, которое было у ее охраны, у воинов и наемников. Оказалось, Леу-на неплохо рисует. Девушки долго сидели в Интернете, стремясь найти все виды оружия, с которым можно встретиться в эпохе Леу-ны.

На тренировках айкидо Катя озадачила тренера:

– Мастер, вы учили уходить от удара ножом и палкой. А как можно уйти от удара мечом?

– С чего такие вопросы? – удивился тренер. – Вряд ли тебе это понадобится.

– Да я поспорила с “ролевиками”, что с айкидо смогу выстоять и против меча. Поможете? – умоляюще смотрела на наставника Катя.

– Ну, давай подумаем, как это может выглядеть, – мастер подошел к ноутбуку, что-то напечатал в строке поиска и, пригласив Стрижарову присесть рядом, вывел на экран битву джедаев.

Так для Кати начались новые тренировки. Она усиленно тренировалась, оттачивая уходы от ударов разных видов исторического холодного оружия, которые девушка, как бы невзначай, подкидывала тренеру, подогревая его азарт исследователя. Единственно о чем сожалела Екатерина – это об отсутствии Женьки рядом.

Глава 87

Как-то вечером после работы Наташа протянула сестре картонные прямоугольники и возвестила:

– 29-го апреля идем на показ Ирины Ткачевой. Вот билеты. Леу-на, ты у нас по программе обмена. Мы – твоя принимающая семья. Если не будешь знать, что отвечать на вопросы переходи на свой язык, или говори “не понимаю”.

Леу-на смутилась и тихо возразила:

– Но, Ирина знает меня, мы с ней много обсуждали мою одежду.

– Я говорю не про Ирину, – отмахнулась Наталья. – Там будет много людей, ты заинтересуешь их своей необычностью.

В назначенное время сестры Стрижаровы и Леу-на зашли в зал презентации коллекции. Наталья сразу стала раскланиваться со знакомыми и потянула спутниц в толпу. Внутреннее чутье подсказало Екатерине: здесь существо Тени, но оно – одно. Девушка оглянулась и наткнулась на колкий взгляд стоящей около кадки с интерьерным деревом красавицы.

Катя тронула за рукав Наташу:

– Ты знаешь, кто это?

– О, это гвоздь сегодняшней программы. Восходящая звезда подиума. Появилась словно ниоткуда полгода назад. Как Ирине удалось ее заманить на свой показ, ума не приложу! Но она это сделала! Это Светлана Барановская. Ей пророчат мировую карьеру. Говорят, недавно она заключила какой-то жутко дорогой контракт.

Катя еще раз украдкой взглянула на манекенщицу и заговорщицки прошептала сестре:

– Познакомь меня с ней.

Девушки направились к означенной персоне. Катя, немного не дойдя до Светланы, сделала вид, что споткнулась и ухватилась за руку будущей звезды подиума.

Разрыв реальности. И они вдвоем вывались в предрассветную мглу какой-то эпохи. Существо Тени зашипело:

– Ты кто? Ты что сделала? Куда ты меня перенесла? Как это у тебя получилось?

В этот момент первый еще невидимый глазом луч солнца разрезал пространство. В предрассветной тьме раздался оглушающий крик, а на землю осело бесчувственное тело Светланы.

Катя, волнуясь, проверила пульс девушки: жива. Рожденная из крови Единорога, изгоняя Тень из человеческих тел, каждый раз переживала:

“А что, если существо успело съесть душу?” – но пока обходилось.

Будущая звезда подиума стала приходить в себя. Девушка открыла глаза:

– Ты кто? Где мы? – вопросы вроде бы и те же, но задаются совсем с другой интонацией.

– Я – Екатерина Стрижарова. А ты – Светлана Барановская.

Манекенщица села на земле, опираясь на руки, и явно старалась сфокусировать внимание на разбегающихся мыслях:

– Д-да, подожди, мне нужно домой, у меня мама болеет.

Смутная догадка промелькнула у Кати, и она решила уточнить:

– А какое сегодня число?

– 25-ое сентября… – непонимающе глянула на собеседницу Светлана.

“Появилась ниоткуда полгода назад” – прозвучал в голове Екатерины голос сестры.

– Подожди, сейчас 29 апреля. Что с твоей мамой, мы узнаем немного позже. А сейчас у нас показ мод – люди надеются на тебя. Ты не можешь подвести!

– Показ мод? – ошарашенно уточнила Света. – У нас в библиотеке?

– Нет, на самой модной площадке Москвы.

– Москвы? Но я живу в Новосибирске! – запаниковала Барановская.

– Успокойся, прошло полгода, – Катя взяла собеседницу за руку и, заглядывая ей в глаза, ласково, как ребенку, сказала: – Представь, что ты просто оказалась в своем будущем.

– Как попаданка в фэнтези? – девушка понемногу начала успокаиваться.

– Да, только у тебя есть бонус: два-три человека, которые знают о тебе все. Мы тебе поможем, – Катя встала на ноги и подала руку Свете. – А сейчас, выдохни – мы возвращаемся.

Они снова оказались у той же кадки с интерьерным деревом, а Катя повисла на Светлане, избегая падения:

– Ой, простите, пожалуйста! Я такая неловкая. И еще эти неудобные туфли, – запричитала Рожденная из крови Единорога, играя на публику. И, уже тихо, чтобы слышали только Наташа и Леу-на добавила: – Светлане нужна помощь, она не помнит последние полгода.

Наталья с удивлением посмотрела на Барановскую, и та, робко улыбнувшись, кивнула головой, подтверждая слова Екатерины. И это никак не вязалось с привычным всем образом звезды-стервы.

Среди гостей Катя заметила Леру. Показала жест “Нужна помощь” и указала на Светлану. Хранительница мимикой показала удивление, но кивнула, подтверждая принятую информацию.

Как ни удивительно, но показ прошел гладко. Существо Тени выжимало из тела Светланы максимум, тренируя его, и мышечная память не подвела.

Глава 88

Вечером в квартире Стрижаровых собралось совещание.

– А вы уверены, что она не врет, и действительно потеряла память? От человека, которому наплевать на свою мать, все можно ожидать, – рвала и метала молодящаяся полноватая женщина лет 45-50.

Лера на встречу с подругами и их протеже пригласила Софью Игоревну Любимову, известного агента в модельном бизнесе. Барановская была её подопечной.

– Вы работаете со Светланой, продвигаете ее. Как вы так можете? – возмутилась Катя.

– Дорогуша, я – профессионал. И личное с делом не путаю. Как агенту – мне плевать, какая она, – резко парировала Любимова. - А вот от такого человека, я бы держалась подальше!

– Хорошо, если, так – произнесла Наташа, – Но Светлана действительно потеряла память. Кстати, Свет, а что последнее ты помнишь?

Модель на секунду задумалась, невидящим взглядом буравя травяной узор на обоях, а потом начала рассказ:

– Я сидела на лавочке и плакала. Мне в больнице сказали, что маме нужна дорогостоящая операция в Израиле. Назвали сумму. Я не знала за что хвататься. Наша квартира в центре Новосибирска стоит примерно треть от необходимой суммы на операцию, а ведь есть еще реабилитация. Тут ко мне подсела старая женщина и заговорила со мной ласково, стала расспрашивать. Я ей все рассказала. А она говорит: “Я помогу тебе, дам деньги на операцию. Но это за плату. Ты крепкая, здоровая, мне как раз такая нужна. Согласна?” Конечно же я согласилась, тем более помощь предлагалась не просто так, ничего подозрительного, я была готова работать и погасить долг.

– Софа, а что сейчас с мамой этой девочки? – задала вопрос Лера.

– В мае в Израиле сделали операцию, но что-то пошло не так. И женщина сейчас в искусственной коме. Я подняла все свои связи, договорилась с институтом неврологии о приеме на лечение. А эта… – взвилась было женщина, но одернув себя, продолжила – Одним словом, она сказала: “Оплати содержание в клинике, и мне больше нет до нее дела!” Оплаченные пять месяцев скоро подойдут к концу.

– Деньги от демона никогда не идут впрок. Даже добрые дела извращаются! – поучительно кивнула Хранительница.

– А ты уверена, что сейчас об этом стоит говорить? – и Наташа многозначительно посмотрела на Любимову.

– А почему нет? – улыбнулась Лера. – Я очень давно ее знаю. Наши семьи дружат много лет. Бабушка Софьи была известной ведьмой, к которой обращались даже высшие чины государства Тем более, что последствия именно Софе разгребать, – и, повернувшись в сторону подруги, спросила: – Катя, я правильно понимаю, что ты изгнала демона?

– Да, – Катя не стала поправлять Леру, что это было существо Тени, этот нюанс ничего не менял, а только бы отвлек от сути происходящего. – И теперь у Светланы выпал из жизни кусок длиной в полгода. С двадцать пятого марта до сегодняшнего дня.

– Боже мой, вы не разыгрываете меня? – Софья растерянно сгорбилась на стуле, – Мне бабка моя рассказывала про демонов, хотела научить их видеть и изгонять. Но я, дура молодая, отмахнулась тогда, посмеялась…

Женщина на секунду замолчала, но тут же решительно произнесла:

– Значит так, Светочка, начинаем работать с завтрашнего дня. Подъем в пять утра. Так что не засиживаемся! И что делаем с договоренностями в институте неврологии?

– Как что? Конечно же, перевозим маму! Спасибо вам! – и Барановская в слезах повисла на шее своего агента.

Глава 89

Наташа в очередной раз нервно принялась пересматривать содержимое Катиного рюкзака:

– Ты все взяла? Ничего не забыла? Знать бы, что тебя там ждет! Может стоит взять еще и консервы?

– Наташка, не волнуйся! – Катя улыбнулась, нежно обняла сестру и аккуратно забрала из ее рук свой рюкзак. – Ничего лишнего не нужно! Я вернусь буквально через мгновение, ты же это знаешь. Далли-ил Леу-на, ты готова? Пошли!

Разрыв пространства, и Катя, оттолкнув Леу-ну в сторону, сама немного не успела уйти от удара. Рукав пропитался кровью. Царапина, а неприятно. Уход, поворот. Девушка отточенными движениями уложила на пол убийцу, для задержания которого использовала его же меч, нажала на оружие слегка, надрезая кожу. Внезапно противник захрипел и начал синеть, через минуту он был уже мертв. Его напарник, увидев это, бросил свою секиру, и с криком: “Демон! Демон!” – сбежал.

Леу-на бросилась к подруге, стараясь помочь с раной. Пока девушки возились, в комнату вбежала охрана. Леу-ну оттеснили от Кати, и чужачку взяли в круг. Следом за охраной зашел полный и, судя по одеждам и манере держаться, влиятельный человек. В этот момент Екатерина почувствовала существо Тени.

– Слава богам, Сиятельная не пострадала! – запричитал толстяк и, махнув рукой в сторону гостьи, сурово приказал: – А эту – в темницу!

– Стойте! – в комнату быстро вошла женщина, сопровождаемая воинами, и с низким поклоном произнесла: – О, Сиятельная Далли-ил Леу-на, расскажи, что здесь произошло и кто эта необычная девушка, богиня или демон?

Куда делась знакомая скромная Леу-на? Катя с удивлением смотрела, как преобразилась подруга. Она распрямила спину, кажется даже стала выше, вздернула подбородок и посмотрела на всех, в том числе и огромных стражников, свысока:

– Что произошло? Я думаю, измена! Где была моя охрана, когда сюда ворвались двое убийц? И, если бы не божественная Катия, я бы лежала здесь, рядом с нянюшкой и моими руками, вместо вот этой падали! – и девушка ткнула сапожком мертвого убийцу.

– А я могу сказать, кто изменник, – произнесла Катя, глядя на побледневшего толстого человека, и, не давая шанса сбежать, ухватила его за рукав, разорвала пространство и вывалилась в предрассветную темноту случайной эпохи.

В этот раз “экзорцизм” прошел значительно быстрее. Но на земле вместо испуганного живого человека осталось лежать бездыханное тело – существо Тени давно съело душу того, чью бренную оболочку занимало. Катя печально вздохнула и переместилась в комнаты Далли-ил Леу-ны вместе с мертвым вельможей.

– Вот он, изменник. – кивнула Екатерина на тело. - Если бы его совесть была чиста, он остался бы жив.

Охрана опустилась на колени перед Катей:

– Только божественное существо может убить одним прикосновением, – проговорил с почтением старший охранник.

Девушка попыталась возразить, но ее взгляд зацепился за мертвого убийцу:

– Объясните, отчего умер этот человек! Я не собиралась его убивать!

Один из охранников поднялся, взял меч, и принюхался к лезвию:

– Слезы смерти! – уверенно констатировал он.

– Что? – растерялась Катя.

– Слезы смерти! – повторил охранник и, округлив глаза, снова пал ниц. – О, божественная! Слезы смерти – страшный яд, смертельный для всего живого, кроме несущего божественную кровь.

А вот этого Катя предвидеть не могла. Получается не будь у нее крови Единорога, она была бы уже мертва, и ни о каком возращении через мгновение в свою эпоху речи бы ни шло? Эта мысль неприятно царапнула, отозвавшись волной холода где-то в солнечном сплетении.

Дали-ил Леу-на заметила перемену в настроении подруги и поторопилась выпроводить лишние уши, сославшись на необходимость отдыха. В тот момент, когда из комнат выносили тела, Светлейшая остановила рабов, уносящих ее нянюшку. Девушка наклонилась к умершей, что-то тихо прошептала, погладила ту по волосам, а потом сорвала со своей одежды одну из подвесок и вложила ее в еще теплую руку.

Когда девушки остались одни, Катя попросила:

– А теперь рассказывай, кто есть кто в этом дворце, и как кого зовут.

– Катя это в твоей эпохе у каждого есть имя, – пояснила Леу-на. – Здесь – по-другому. Человек получает имя, только совершив что-то значимое или заняв определенную должность. Все воины и охранники – ак-ин – разящие, все служанки – вул-ин – руки.

– Получается, мы не должны были сокращать твое имя? – смущенно уточнила Катя.

– Да, у нас это не принято, ведь имя – великая ценность. Но в твоей эпохе все по-другому, поэтому я не стала заострять на этом внимание, – успокаивающе улыбнулась Далли-ил Леу-на.

– А эта женщина, кто она? – решила уточнить Катя, вспомнив так вовремя уверенно вошедшую в комнаты.

– Сему-ил Там-ин – мать наследника и следующей передающей кровь.

– Жена правителя? – неуверенно предположила Катя.

– Нет, она – передающая кровь. Сестра царя.

Катя на секунду задумалась, вспоминая обычаи монархов известной ей истории:

– Получается, у царя нет сыновей?

– Почему нет? – удивилась такому вопросу Далли-ил Леу-на. – Трое. Старший Сарис-ил Аг-ин, Повелевающий Огнем, уже в Совете Жрецов. Средний под руководством Величайшего из воинов Ерма-ила Ак-ина осваивает воинскую науку, чтобы потом возглавить войска, но пока он просто ак-ин. А младший еще слишком мал, он еще пад-ин – принадлежащий утробе.

– А почему тогда сестра царя является матерью наследника? В известных мне культурах в том числе и древних в нашем мире, как правило, власть передается от отца к сыну.

– У нас важна чистота крови. Женщина сохраняет кровь и передает ее. Мужчина принимает решения и защищает. Следующей Сему-ил Там-ин станет дочь сестры царя, когда ее брат взойдет на престол.

– Ладно, достаточно! – подняв ладонь, остановила подругу Катя.

От переизбытка информации у нее закружилась голова. Или в этом виновата начинающая ныть рана?..

Глава 90

– Вета-ил Кера-ин, почему она все еще без сознания?! – произнёс знакомый девичий голос.

– Сиятельная Далли-ил Леу-на, кровь божественной борется с ядом. Слезы смерти убивают даже демонов. Я долго живу на свете, многое видел. То, что сейчас происходит со Светлой Катией, очень похоже на то, как змееловы готовят своих детей к укусам змей. Они капают змеиный яд на царапину. Ребенок после этого теряет сознание, болеет, но выздоровев, уже учится ловить этих змей и не боится их укусов.

Далекий разговор едва коснулся сознания Кати и растворился в темноте.

В следующий раз Екатерина очнулась от зверского чувства голода. Она открыла глаза. В свете танцующих отблесков факелов девушка разобрала сгорбленный силуэт старой женщины, что-то перебирающей в мисках.

– Простите, – хрипло произнесла Катя и сообразила, что сказала это по-русски.

Женщина же бросилась к двери:

– Божественная пришла в себя, несите воду, еду, питье!

После этого старуха кинулась к Кате.

– О божественная, как же ты нас всех напугала. Слава великим богам их дочь жива и скоро будет совсем здорова. – причитала женщина, помогая девушке сесть, суетливо подкладывая подушки под спину.

Тут под руку Кати просунулась голова черно-угольной кошки:

– Привет, Багира, и ты здесь? - обратилась Катя к животному по-русски, и уже спрашивая у старухи: – Как она здесь оказалась?

– Илу-ин – дух, который ходит сам, не считаясь ни со временем, ни с расстояниями, – нараспев произнесла женщина. – Твоя илу-ин верная, пришла, когда тебе плохо стало. Она отогнала Бога Смерти. Илу-ин могут воевать с другими богами за своего божественного хозяина и, если требуется, отдать одну из своих жизней ему, оживив. Илу-ин – это благословение богов.

Спустя бесконечных два часа, пока вул-ин обмывали, переодевали и кормили Екатерину, в комнату быстро вошел седой мужчина. Он был стар, но полон сил.

– Доброго светлого духа тебе, о божественная! – он потрогал ее лоб, посмотрел глаза, прощупал пульс. – Твоя божественная кровь справилась с ядом. Теперь ты должна окрепнуть.

Несколько дней Екатерина просто общалась с обитателями дворца. Все члены царской семьи, с которыми она познакомилась, были добрыми, приветливыми и совсем не заносчивыми. Хотя, возможно, такому обращению способствовал тот факт, что они считали ее полубогиней, пришедшей к ним на помощь.

Общаясь с самой влиятельной семьей эпохи Далли-ил Леу-ны, Катя пыталась объяснить, что рожденные с кровью Единорога нуждаются в умении противостоять демонам: существам Тени и Тьмы. И эта школа очень нужна их воспитаннице.

– А тебе, о божественная? – спросил ее как-то Сарис-ил Аг-ин. – У нас есть Храм Тафнут на дальних рубежах. Жрецы его борются с демонами пустыни, не давая им захватывать новые земли.

– Да, я бы хотела посмотреть, на ваших защитников от демонов! – поддержала идею Катя. - Я правильно понимаю, что они просто люди?

– Да, – кивнул старший сын царя, – Но они служат богине по многу лет. Как только ты окончательно окрепнешь и Вета-ил Кера-ин позволит, мы совершим поездку в Храм Тафнут. Тем более, что нам с братом не мешало бы навестить еще и гарнизон, находящийся при Храме.

Несколько дней Катю еще не выпускали из дворца, хотя девушка и пыталась объяснить, что с ней все уже хорошо. И это вынужденное заключение закончилось, когда к ней зашел ак-ин, средний сын царя:

– Божественная, на рынке поймали девчонку-воровку с цветом кожи, как у тебя. Она не знает нашего языка, а мы не смогли подобрать ей толмача. Никто не понимает, что она говорит.

– Где она? – встрепенулась Катя, – Веди меня к ней! Она ищет меня! Я слишком долго болела!

– Божественная, мы приведем ее к тебе! Не волнуйся! – и воин ушел.

Следующие несколько минут Екатерина давала распоряжения вул-ин: принести еду и воду для купания. Нашла свой рюкзак, в который еще дома положила дополнительный брючный костюм от Ирины Ткачевой по мотивам платья Леу-ны, рассчитывая встретить здесь Женьку.

Как только с приведенной “воровки” сняли кандалы, та бросилась на Катю с кулаками. Екатерина аккуратно уложила на пол взбунтовавшуюся девушку, движимую слепой местью и обидой, и подала знак ак-инам не приближаться.

– Женечка, успокойся! Ты меня нашла, и это самое главное. Теперь все будет хорошо! Я сейчас тебя отпущу, и мы поговорим. Договорились?

Женька что-то промычала и кивнула головой. Ак-ины устроились на полу у входа, отказываясь оставлять божественную с этой бешенной наедине.

На протяжении следующего часа Катя рассказывала о своих приключениях в этой эпохе, и снова просила прощения, что сама не искала Женю.

– Ну, ты это, ладно… Проехали, – неловко махнула рукой Женька, не привыкшая к извинениям. – Все ж норм!

Катя понимающе улыбнулась и уточнила:

– Кстати, ты диск, из-за которого весь сыр-бор, не потеряла?

– Не-а, вот он! – и Женька вытащила из внутреннего кармана куртки черный камень.

– Прости нас, посланница богов! – раздалось от порога и послышался глухой стук падающих тел.

– Они чего? Сбрендили? – подскочила Женька, ошеломленно глядя на упавших на колени воинов.

– Что случилось, уважаемые? – настороженно спросила Катя. – Вы знаете этот диск?

– О, божественная, – с благоговением ответил ближайший к ним ак-ин, поднимая голову: – Такой же диск, Печать Бесстрашных, находится в Храме Себека. И подчиниться может только величайшим воинам. Каждый год в первое новолуние от летнего солнцестояния собираются ак-ины в надежде, что он признает их. Последний, кто смог взять в руки Печать Бесстрашных был Ерма-ил Ак-ин. Это было почти двести восемьдесят лун назад.

В этот день, в очередной раз осмотрев Катю, строгий Вета-ил Кера-ин разрешил небольшие прогулки за пределы дворца, но пока еще возражал против длительного путешествия. Девушки с большим удовольствием воспользовались предоставленной возможностью и занялись изучением города.

Глава 91

– Как же меня задолбали эти верблюды! – возмущалась Женька на третьи сутки их путешествия в Храм Тафнут.

Изнеженной Далли-ил Леу-не этот переход тоже дался сложно. Она с ностальгией вспоминала повозки из Катиной эпохи, такие удобные и быстрые. Екатерина же относилась к сложностям путешествия философски. В конце концов поездка на верблюдах – это не сплав на байдарках по порогам.

Но любая дорога имеет свойство заканчиваться. И в свете закатного солнца на горизонте показались монументальные постройки храмового комплекса. Вдруг от силуэта зданий отделилась и стремительно начала приближаться к путешественникам черная фигура.

– Быстрее! Быстрее! Все в храм! – услышали они крик спешащего навстречу человека, закутанного в черную ткань.

Караван значительно ускорился. Погонщики пустили верблюдов в галоп. Как только караванные животные остановились у стен Храма, кошка спрыгнула с колен Кати и исчезла в тени монументального сооружения. Прибывшим помогли быстро спешиться и провели в храм, закрывая двери. На улице остались два младших жреца, чтобы позаботиться о животных.

– Что случилось? – отряхиваясь от песка, спросил у встречающих жрецов Сарис-ил Аг-ин.

– В этом году демоны пустыни активизировались значительно раньше! – обеспокоенно пояснил служитель богини Тафнут.

– Почему в Совет жрецов не сообщили? – вступил в разговор ак-ин, средний сын царя. – Как давно все началось?

– Так уже пол луны бьемся с ними. Ведь не сезон, – развёл руками жрец. – Вот и думали каждый раз, что все, утихомирилось. А на следующий день опять!

Мужчины прошли в глубь Храма, продолжая разговор. Катя прислушивалась к беседе и с любопытством оглядывала величественное сооружение, в котором они оказались. Разноцветные фрески на стенах, вдавленные надписи на песчанике, ставцы с горящим огнем, резные и расписные колонны – все это казалось смутно знакомым. Словно она уже видела нечто подобное ранее.

– Что-то еще необычное было? – голос второго сына царя вернул Катю в реальность.

– Иногда с демонами люди приходят, – кивнул жрец. – Из-за этого больше потерь среди ак-инов. И цер-инов мы теперь тщательнее охраняем. Повелевающие звуком и письмом теперь волнуются. Их сила не может убить живого врага.

– Среди “говорящих” есть потери? – обеспокоено спросил старший сын царя.

– Да, двое в самом начале, – опустил глаза служитель. – Никто не ожидал, что из тени появятся люди вместе с демонами. После этого мы изменили наши боевые построения.

– Плохо, что Совет жрецов не получил от вас весточки, – нахмурился Сарис-ил Аг-ин.

– Наш гонец передал все известия через Лепесток Триединого, – возразил жрец. – Третий советник должен был рассказать всем, кому знать положено.

– Третий советник был уличен в измене и сейчас мертв, – поморщившись резко произнес средний сын царя.

Было видно, что ему неприятно вспоминать о своем провале.

– Нифига себе! - присвистнула Женька, проходя вдоль фресок и обернувшись к Кате, продолжила: – Мы с папахиным видели похожее, когда лазили по развалинам в Египте, только там не было таких надписей, – “пацанка” показала на табличку вдавленного в песчаник текста. Рисунок состоял из полукружий палочек и точек и создавал ощущение единого узора, словно сплетенного умелой кружевницей. – А вот эту кошку я знаю! Она типа крышует богатство и типа того, – перешла она к следующему изображению.

На Катю с фрески смотрела богиня с головой кошки.

– Это пресветлая богиня Тафнут, в Храме которой мы находимся! – возмутилась Далли-ил Леу-на. – И она не крышует, а покровительствует всему светлому.

Благостное созерцательное состояние Кати сменилось напряжением, прямо сейчас стало чувствоваться приближение существ Тени, надвигающихся на Храм огромной массой. Девушка оглянулась на сестру по крови Единорога:

– Ты что-то чувствуешь?

– Да, – кивнула Далли-ил Леу-на. – Раньше, когда я сталкивалась с Третьим советником, также внутри все скручивалось. Я думала, что это была его особенность и уже привыкла к этому ощущению. А теперь он мертв, но кто-то огромный с такой же силой сейчас движется к Храму.

Катя кивнула и, повинуясь нарастающему беспокойству, стала готовиться к защите от существ Тени. Она махнула рукой Леу-не:

– Иди сюда, садись рядом. Давай возьмемся за руки!

– Ай, блин, зараза! – выдергивая из медитативного состояния, раздался вопль Женьки.

– Что случилось? – мгновенно отреагировала Екатерина.

– Этот камень, зараза, раскалился и теперь обжигает даже через одежду! – пробурчала Громова, пытаясь вытряхнуть из внутреннего кармана своевольный диск.

– Ого, а ты оказывается можешь и нормально разговаривать! – усмехнулась Катя. – Давай его сюда, клади между мной и Далли-ил Леу-ной. Не просто же так он воинов выбирает. Пусть помогает!

И Екатерина продолжила раздавать указания, понимая, что именно им предстоит. Рожденная из крови Единорога вспомнила уроки Греты и аббатисы Анны. И теперь именно этому она научит сестру по крови Единорога: создавать световые стены, не пропускающие тварей Тени, не имеющих тела. С остальными разберутся ак-ины.

– Так, Далли-ил Леу-на, закрывай глаза и представляй, все что я буду говорить.

– А мне что делать? – перебила Женька.

– Нам не мешать, – строго посмотрела на неё Катя, – Пока сами не закончим. И никому не давать это сделать. Хоть потоп, хоть битва, хоть сам царь – никто и ничто не должно нам помешать! Ты меня поняла?

– Оки, все будет чики-поки! – откликнулась, кривляясь, подруга.

Катя усмехнулась новой клоунаде Женьки. Все-таки классная она девчонка, хоть и маскируется. И снова сосредоточилась на своих ощущениях. Девушка учила сестру смотреть мысленным взором и выстраивать для существ Тени ловушки, в которых те просидят до первого луча солнца – Света Звезды Единорога.

– Нет, до Света богини Тафнут, – поправила Катю Далли-ил Леу-на. – Это ее силой наполнен глаз бога Солнца Атума, сжигающий врагов наших богов, – поправила Катю Далли-ил Леу-на.

– Да, до Света богини Тафнут! – приняла Екатерина поправку сестры, в очередной раз удивившись сходству нюансов верований разных народов и эпох.

Глава 92

Несколько последующих дней Катя посвятила изучению особого искусства – плетения заклинаний от демонов. Цер-ины с благоговением и радостью делились своими умениями. Никто не смог девушке ответить, откуда эти знания, но ими Храм Тафнут пользуется уже много веков. Молитвы, которые вплетаются в красивый ковер соединенных между собой букв. Каллиграфия – как магия! Через какое-то время Катя начала играться, соединяя каллиграфию и методы, которым училась у других Рожденных. Нашла несколько устойчивых форм, которые можно создать как заготовки заранее, чтобы потом меньше времени тратить на общий ковер. Находками девушка сразу поделилась с храмовниками. Им пригодится.

И только спустя чуть меньше недели девушка оглянулась на спутников, любопытсвуя, кто чем занят. Далли-ил Леу-на зарылась в древних свитках и что-то обсуждала со служителем Храма. Женьку гоняли ак-ины, учили, наставляли. Во время битвы с демонами пустыни девушка, даже не зная языка, не позволила никому приблизиться к находящимся в трансе носительницам божественной крови. А когда та страшная ночь прошла, за нее взялись местные воины, тренируя и передавая ей секреты воинского мастерства. И сейчас Екатерина видела, откуда Женька позаимствовала тот нестандартный подход в тренировках, который удивлял их наставника по айкидо.

– О божественная Катия… – услышала девушка старческий голос.

– Катя, смотри, что я нашла в древних манускриптах! – перебила Далли-ил Леу-на склонившегося в низком поклоне древнего жреца.

– Уважаемый, пойдемте! – Стрижарова поддержала старого человека и медленно повела его туда, куда уже ускакала Далли-ил Леу-на.

Екатерина усадила на каменную скамью старика, все время пытающегося опуститься на колени:

– Сидите здесь, вы своим долгим служением богам уже обрели право сидеть в их присутствии.

– Ну, Катя, смотри! – едва не подпрыгивала от нетерпения Далли-ил Леу-на, протягивая подруге свернутый пергамент. – Тут схемы и описание.

Катя развернула свиток. Манускрипт был посвящен богине Тафнут и давал полное описание, как можно поймать и сохранить тот самый луч солнца, опасный для демонов. На пергаменте был четко прорисован посох, в навершии которого жук-скарабей с раскрытыми птичьими крыльями держит золотой обруч. Катя повернулась к древнему жрецу:

– Уважаемый, вам знаком этот посох?

– Да, он в хранилище солнцеокой богини. Когда я был совсем юн, его везде с собой носил Главный жрец храма. Мудрый старик каждое утро ходил ловить взгляд Тафнут. После его смерти преемники отправили жезл в хранилище, и все забыли о нем.

– Что тут у вас? – позади раздался голос Сарис-ил Аг-ина, старшего сына царя.

– Оружие против демонов, которое просто забыли в хранилище, – отозвалась Катя.

Мужчина взял из рук девушки свиток и внимательно стал его рассматривать.

– Когда я был маленьким, слышал, как старый ак-ин рассказывал молодым про древнего жреца, который ловил взгляд Тафнут и собирал его в свое ожерелье из шаров из горного хрусталя. Я думал, что это все пустые байки, которыми опытные, прошедшие многое мужи любят потчевать молодняк.

– Подобное ожерелье, если оно реально, не помешало бы Далли-ил Леу-не, – задумчиво произнесла Катя и, вспомнив битву с демоном, темным воплощением богини Смерти, тихо добавила: – Я бы и сама не отказалась от нескольких таких шаров.

– Не знаю, получится ли у нас, – внимательно рассматривая манускрипт, проговорил Сарис-ил Аг-ин. – Но жрецы храма Тафнут попробуют повторить ритуалы, описанные в этом свитке. Нас же ждет путь до Храма Себека. Надо туда добраться до сезона бурь и разобраться, что за диск у твоей ак-ин, божественная.

– Ак-ин? – удивленно переспросила Катя.

– Да, божественная, – подтверждающе кивнул царский сын. – Она доказала, что является твоей ак-ин, когда защищала тебя и Сиятельную в ночи демонов.

На закате караван снова двинулся в путь к Храму бога Себека, где должна была открыться тайна артефакта, за которым охотились существа Тени.

Глава 93

Этот переход был ужасен, хотя длился всего две ночи. Две ночи навстречу восходящему солнцу. Если бы Катю спросили, что ей запомнилось, она бы ответила:

– Песок. Песок – везде: и в еде, и на зубах, и в одежде, и вокруг. А еще жара, сменяющаяся жутким холодом, как только пустыня остывает. И только тепло верблюда не дает сойти с ума от пронизывающей стужи холодного ветра.

Утром после второй ночи перехода караван не стал останавливаться на привал, а продолжал идти по все более раскаляющейся пустыне. В какой-то момент Кате стало казаться, что еще немного и она сварится заживо вкрутую. Ветер кидал в лицо раскаленный песок. И когда очередной порыв ветра принес легкие брызги свежести, девушка не поверила своим ощущениям.

– Мы близко к оазису? – спросила она у ближайшего ак-ина.

– Нет, до небольшого оазиса мы должны добраться к полудню.

– Тогда откуда ветер принес свежесть?

– Тебе померещилось, божественная, – пожал плечами старый воин, и успокаивающе добавил – На жаре и не такое бывает!

Но спустя небольшой отрезок времени Катя снова почувствовала дуновение свежести. Девушка послала волну благодарности ветерку и почувствовала его отклик. Он звал ее за собой куда-то.

Екатерина ускорила своего верблюда и, нарушив цепочку животных, устремилась в начало каравана. Там ехал Сарис-ил Аг-ин. Катя хотела поделиться своими ощущениями и услышать мнение человека, в разумности которого она уже не раз убедилась.

– Помоги мне доказать, что ты не мираж, и тогда мы сможем пойти за тобой, – уговаривала она нового знакомца.

В какой-то момент девушка почувствовала, что дружелюбный ветерок улетел, но она продолжила движение в начало каравана, все равно намереваясь посоветоваться с Сарис-ил Аг-ином. Вскоре она увидела фигуру старшего царского сына. Жрец о чем-то разговаривал с братом. Катя ускорила верблюда и поравнялась с сыновьями царя.

– Что-то случилось, божественная?

– Меня зовет за собой ветерок, который откуда-то несет прохладу.

– Ты уверена в этом? – осторожно начал выспрашивать второй сын царя.

– Да, он был рядом, правда… – и тут она почувствовала, что ветерок вернулся и кинул им в лицо новую порцию легких прохладных брызг, – Это он! И он снова зовет за собой!

– Ты точно знаешь, что это не демон пустыни заманивает в свою ловушку? – обеспокоился Сарис-ил Аг-ин.

– Я не чувствую демона! Спросите Далли-ил Леу-ну, она тоже умеет чувствовать демонические сущности! – с нетерпением Катя ждала решения и не знала, как поступит, если они откажут.

– Ночью мы прошли самое гиблое место пустыни и сегодня уже достаточно отдалились от него, – кивнул старший сын царя. – Я думаю, стоит дать отдых людям и животным. А мы вместе с божественной проверим, куда ее зовет пустынный дух.

– Эй, а куда это вы собрались без нас? – отделившись от распадающегося каравана, к ним подъехали Женька и Далли-ил Леу-на.

Вопрос был задан на русском. “Ак-ин божественной” ничуть не смущалась незнания языка и без зазрения совести пользовалась услугами Далли-ил Леу-ны как переводчика.

Небольшой отряд двигался по пустыне. Свежий ветерок вел путников к огромному бархану.

– Божественная, он ведет нас в гиблое место, ему нельзя верить!

Но Катя упорно не хотела мириться с тем, что она ошиблась, доверившись новому знакомцу.

– Принес же он нам брызги воды, значит должен быть источник! – упрямо повторяла девушка, скорее убеждая себя, чем окружающих.

Ноги верблюдов стали вязнуть в песке, утопая уже по колено.

– Уходим! – крикнул Ак-ин, средний сын царя.

Но было уже поздно. Песок пришел в движение, утягивая за собой непрошенных гостей.

Глава 94

Серфинг на верблюдах закончился в пещере под песками.

– Все живы? Все целы? – Сарис-ил Аг-ин внимательно оглядывал весь отряд.

Животные и люди были напуганы, но увечья никто не получил. Можно сказать, что обошлось благополучно. Осталось только понять: где оказались.

Как ни странно, здесь не было темно: пространство освещалось мягким белым светом.

“Словно диодные лампы горят где-то в вышине. Но в этом времени их не может быть”, – Катя поднялась и стала оглядываться.

Они оказались в пещере с очень высоким сводом, и там под куполом свет проникал через небольшие отверстия. Лучи отражались от кристаллов, расположенных на стенах и по сложной, явно рукотворной, системе спускались вниз, создавая это мягкое освещение. На каменных стенах девушка увидела вдавленные рисунки, созданные мастерами древней неизвестной цивилизации.

“Вот бы сюда академика Нестерова. Он бы разобрался откуда это все”, – подумала девушка, вспомнив неутомимого археолога, любившего исторические загадки.

Ветерок игриво кружил вокруг Кати, подталкивая девушку в определенном направлении.

– Катьк, а мы где? – раздался оклик Женьки. – А там, по-моему, вода льется!

За поворотом пещеры действительно слышался шум большого быстрого потока.

– Давай, глянем! – и Женька скрылась за поворотом, – Ни че себе! Кать, ты где там застряла? Иди сюда!

В следующем зале открывалась грандиозная картина. Из-под потолка с грохотом падала вода в большой круглый бассейн. По середине пространства величественного размера стояла толстая колонна, увитая лианами. В противоположной от водопада стороне располагалась огромная каменная чаша.

– Храм Стихий, – благоговейно прошептал Сарис-ил Аг-ин. – Дух пустыни привел нас в священное место. Божественная, прости нас, что мы засомневались!

– Храм Стихий? – переспросила Катя. – А кто построил его?

– Никто этого не знает. Но я слышал, что временами в разных местах находят эти храмы и не все из них живы. Этот жив!

Катя смотрела вокруг. Да, это Храм, но заброшенный. И хоть нет тут давно служителей, само священное место еще живо, но его нужно разбудить, чтобы оно откликнулось людям. Девушка вспомнила как Салима укрощала мокшхумов. Она обернулась, нашла взглядом Далли-ил Леу-ну и позвала к себе.

– Мне нужна твоя помощь, – сказала Катя, беря подругу за руку. – Из твоего времени уйти и вернуться в это же мгновение можешь только ты. А мы идем в гости! – и Катя привычным движением разорвала реальность.

Глава 95

Девушки оказались на шумной площади средневекового восточного города. Утреннее солнце еще ласково грело, бросая на белые камни розовые блики. Вокруг сновали люди, кто-то перекликался, перекрикивая шум толпы, где-то от души ругались. Около резной беседки источника собралась стайка девушек с кувшинами. Ветер доносил веселый смех. Мимо проезжали повозки и проходили вьючные животные. Голоса погонщиков стремились перекрыть весь шум площади и друг друга.

Далли-ил Леу-на, не привыкшая к большому скоплению людей, инстинктивно прижалась к Кате. Мимо сквозь разноцветную толпу несколько крепких мужчин пронесли расшитый светло-салатовый паланкин. Екатерина оглядывалась, пытаясь понять, почему их занесло именно сюда.

– О, несравненные чужестранки, моя госпожа зовет вас к себе отдохнуть и насладиться ароматным чаем, – перед ними стоял в поклоне старик в белых одеждах.

Катя посмотрела ему за спину и увидела, что прошедшая мимо минуту назад процессия остановилась, а у паланкина слегка приоткрыта шторка. Девушка улыбнулась, похоже они нашли ту, к которой пришли:

– Веди нас, уважаемый, к своей госпоже.

– Катя, Далли-ил Леу-на, что у вас такого случилось, что вы пришли сюда вместе? – через пару минут, когда они разместились на подушках в паланкине, спросила Салима.

– Помнишь, ты мне рассказывала про Храм Стихий из твоей эпохи, в который ты ходила со своим наставником? – без лишних церемоний Катя сразу перешла к делу.

– Подожди, я только вернулась из этого путешествия и еще никому про него не говорила… – слегка прищурившись, ответила Салима.

– Прости, значит ты расскажешь мне о нем позже, – немного смутилась Катя, ругая себя, что забыла, о возможных петлях времени во взаимоотношении таких как они. – Но нам нужна твоя помощь. Мы в эпохе Далли-ил Леу-ны наткнулись на похожий Храм, но его нужно разбудить. И я знаю, что ты это умеешь!

– Да, умею. А ты что молчишь? Совсем на себя не похожа! – обратилась Салима к спутнице Кати.

– Но я тебя не знаю! – немного растерянно и одновременно возмущенно откликнулась Далли-ил Леу-на.

– Ой, прости, – опомнилась Катя. – Далли-ил Леу-на познакомься – это наша сестра Салима. И с ней ты можешь быть такой же, как со мной. Она много знает и у нее есть чему поучиться.

– Можно подумать, ты мало знаешь! – фыркнула смущенная Салима. – Да, кстати, Далли-ил Леу-на у меня почти закончились твои шары. Можно будет пополнить запас?

– Ты – о шарах с первым лучом? – уточнила Катя и, получив подтверждение, продолжила: – В том времени, куда мы идем, шаров пока нет. Мы только нашли свиток, и служители Храма Тафнут еще только учатся управляться с жезлом. Но, я думаю, как только получится, Далли-ил Леу-на не оставит нас без этого оружия. Ведь так? – и девушка шутливо пихнула подругу в бок. – А сейчас нас ждет Храм Стихий, когда можем отправляться?

– Идем прямо сейчас! – оживилась Салима. – Меня ужасно утомляют все эти церемониальные передвижения. Насколько проще и быстрее было бы добраться до места верхом или просто пешком, но этикет требует, – развела она руками. – Поэтому разнообразим скучную поездку небольшим приключением, – и подруги посмотрели на Далли-ил Леу-ну, в ожидании открытия прохода в её эпоху.

Глава 96

Оказавшись в Храме Стихий, Салима сразу отошла от спутниц и пошла оглядывать внутреннее убранство.

– Кто это? И как она здесь оказалась? – услышала Катя за спиной взволнованный голос Сарис-ил Аг-ина.

– Это наша сестра, – улыбнулась Катя, успокаивая жреца. – Она пришла нам помочь разбудить Храм.

– Катя, Далли-ил Леу-на, мне нужно будет ваше участие в ритуале, – позвала Салима. – Я боюсь, что у меня одной не хватит силы дозваться до него. Храм почти не откликается. Еще немного, и он бы умер.

– А что мы должны делать? Мы не знаем языка стихий, который знаешь ты, – Катя растерянно бросила взгляд по сторонам.

– Мой наставник говорил, что все живое знает этот язык. Он касается нашей души, ее божественной части. Люди слишком много думают и за шумом своих и чужих мыслей разучились слышать Мир и общаться с ним.

Салима, не обращая внимания на следящих за ней людей, стала вращаться сначала на месте, а потом и перемещаясь по только ей одной понятной траектории. Через какое-то время девушка остановилась, вскинула руки вверх и плавно их опустила:

– Катя, Далли-ил Леу-на, идите сюда! Давайте ваши руки, замкнем круг! Уже одно это мне сильно поможет. Если почувствуете необходимость отпустить голос, следуйте за своим чутьем, – Салима закрыла глаза и взяла первую ноту.

Ее громкий грудной голос заполнил пространство красивыми низкими гортанными звуками, сливающимися в причудливую узорчатую мелодию, в которую через некоторое время стал вплетаться звонкий чистый голос Далли-ил Леу-ны. Катя с удивлением смотрела на подруг, чувствуя, что ее голос застрял где-то в основании шеи и рвется наружу, но его словно приковало там тяжелыми цепями, не давая ему выйти.

Девушки, занятые общением с Миром и стихиями, не видели, как завороженные люди стали опускаться на колени, как повылазило из своих нор все живое от мала до велика, коего здесь оказалось немало: муравьи-бегунки, разные змеи, пауки, желтые и черные скорпионы, мыши, даманы и песчаные лисицы. Животные двигались в такт песни и образовали круг, отрезая творящих Разговор с Миром, от остальных людей, с благоговением и ужасом смотрящих на разворачивающееся действо. Змеи извивались, почти вставая на хвосты, мыши, даманы и лисицы поднялись на задние лапы и, вытягивая мордочки вверх словно обращаясь к Солнцу, попискивали и подтявкивали, поддерживая Песню. Оказалось, что в навершии колонны устроили поселение небольшие сине-зеленые птички. И теперь они летали по пещере, вплетая свои звонкие трели в общую молитву Миру. В какой-то момент и Катин голос, вырвавшись из клетки, вплелся в общую Песнь, придавая ей еще большую силу и усиливая резонанс с кристаллами, передающими свет из-под купола вниз по спирали. Многовековая пыль, искрясь стала опускаться вниз, очищая кристаллы. И свет вдруг поменял свою структуру на радужную сеть. Вдавленные рисунки древних призрачно засветились, создавая ощущение нереальности окружающего пространства.

Салима взяла самую высокую ноту. Звон кристаллов усилился. Три ярких луча солнца разрезали пространство. Водопад распался на тысячи отдельных закрученных струек подобно волосам водяного. И в чаше напротив вспыхнул огонь, поддерживаемый счастливым ветерком, резвящимся в пространстве пещеры.

Девушки устало опустились на пол, живность, которая только что активно участвовала в ритуале, поспешила укрыться в свои норы. И только растревоженные птицы все никак не могли успокоиться.

Глава 97

Из дальнего темного угла показалась старая знакомая – черная кошка. Мурча, Багира подошла к девушкам, ткнулась мордой в ладонь Кати, требуя ласки, прошла под рукой и потерлась о колени сидящей рядом Салимы.

– Ты хочешь нам представить своего друга? – удивленно спросила восточная красавица у умного животного. – И где же он?

Багира мявкнула, и на свет из тени вышел прекрасный грозный пятнистый зверь. Его появление вызвало переполох среди людей. Далли-ил Леу-на ухватила подруг за руки. Девушки услышали крики мужчин, требующих бежать к ним под защиту. Рядом звякнуло вынимаемое из ножен оружие подбежавших ак-инов.

– Стойте! – Салима поднялась на ноги и взмахнула рукой. – Этого зверя привела наша кошка. Он не опасен!

Восточная красавица плавным движением скользнула навстречу хищному зверю. Она присела перед ним, сравняв уровень взгляда и проговорила:

– Прости, но я не могу принять твое служение. Ты должен оставаться здесь и сейчас, а мне нужно уходить.

Гепард тяжело вздохнул и опустил низко голову, но Салима продолжила:

– Я не принимаю твое служение, но есть такая же как я, которой требуется защита.

Зверь поднял свою лобастую голову и что-то тихо рыкнул.

– Не волнуйся, она научится слышать тебя. Может не сразу, но научится. Ты только говори с ней. Пытайся достучаться до ее сознания. Считай, она – еще котенок. – Салима сняла с пояса одну золотую цепочку с подвесками и застегнула на шее гепарда, – Это знак того, что ты служишь одной из носительниц крови Единорога и теперь неприкосновенен для людей. Пойдем, я познакомлю тебя с той, кому ты будешь служить.

Говорящая с животным под настороженными взглядами присутствующих положила руку на холку зверя и подвела его к подругам:

– Далли-ил Леу-на, этот зверь изъявил желание служить крови Единорога. Он будет для тебя другом и опорой. Но ты должна научиться общаться с животными. Пока я здесь, мы с тобой попробуем говорить с ним.

– Как это говорить с животными? Разве такое возможно? Ты мне раньше не говорила о таком! – Катя с неверием и толикой возмущения смотрела на подругу.

Салима удивленно посмотрела на Катю, потом что-то для себя решив, ответила:

– Человек часто сам ограничивает свои способности и возможности, считая что-то неосуществимым, – и, хитро улыбнувшись, добавила: – Когда-то именно ты мне сказала об этом.

Снаружи послышались громкие крики погонщиков верблюдов. Это остальной караван подошел к открывшейся пещере. Мужчины расчистили вход в Храм, который оказался рукотворно сложенной стеной с резными рисунками и гигантским проходом, скрытым песчаными барханами. Люди расположились в первой пещере, куда Катя со спутниками попали сначала. Жрецы разбрелись по Храму, изучая его.

Девушки устроились в шатре и пытались общаться с животными мысленно. Салима, улыбаясь, следила за подругами. В какой-то момент Катя уловила сначала смутные, а потом и более четкие образы и понимание, что именно ей показывает ее постоянная спутница черная кошка, а немного погодя увидела, как округлились глаза Далли-ил Леу-ны. Та тоже что-то уловила из мыслей гепарда.

– Тана говорила, что так можно смотреть глазами любого животного. Надо мысленно найти живое существо и попросить разрешения смотреть его глазами. Но я сама никогда не пробовала это делать – не было необходимости. Тренируйтесь, а я пойду в свою эпоху, – Салима поднялась, намереваясь разорвать пространство.

– Божественные! – девушки, занятые попытками услышать своих зверей, не заметили в какой момент подошел к ним Сарис-ил Аг-ин. – Мы нашли ларь полный сфер из горного хрусталя. Я хотел бы, чтобы вы посмотрели на них.

Четверо жрецов с трудом поднесли древний деревянный ларь, сделанный из массива дерева и обитый сетчатым золотым узором, в центре которого красовалась фигура скарабея с раскрытыми птичьими крыльями.

– Это то, что я думаю? – Катя осторожно взяла в руки один из шаров в диаметре около четырех сантиметров с едва теплящейся искоркой в середине.

Она почувствовала гудение и ощутила стремление заключенного в сферу луча вырваться на свободу.

– Это они! Аллах даровал нам награду за правильные действия! – восторженно произнесла Салима, ловким движением достала ожерелье с круглыми кастами и крапанАми и вложила в оправы двенадцать шаров.

Получившееся у сестры по крови Единорога удивительное украшение, похожее на крупные бусы, у Кати почему-то ассоциировалось с Африкой. Восточная красавица оглядела изумленных сестер по крови Единорога и Женьку и, рассмеявшись, добавила:

– Катя, ты говорила: “Все свое ношу с собой”, – с этими словами она достала еще три таких ожерелья и передала подругам.

Девушки осторожно заполнили касты шарами, аккуратно зажав их крапанАми. У каждой теперь было по ожерелью, но в ларце шаров словно и не убавилось.

– Сарис-ил Аг-ин, Далли-ил Леу-на, ак-ин, – обратилась Катя к сыновьям и воспитаннице царя. – Это шары с заключенным в него взглядом богини Тафнут. Именно об их создании говорит тот древний свиток. Дайте цер-инам по несколько. Если ак-ины не справятся и люди, несущие Тень, или демоны во плоти, доберуться до них, пусть разобьют сферу у ног врага, – и, видя мысленным взором совсем другую битву в своей эпохе, когда без этих шаров они бы не выжили, добавила: – А еще лучше создадут тот узор, что я им показывала, вплетут в него эти шары и активируют, когда враг будет стоять на нем.

Теперь она точно знала, откуда Женька взяла эти удивившие ее в тот момент артефакты и что за заклинание та писала и проговаривала, и почему Катя не поняла тогда ни слова из произнесенного подругой. Для Громовой эта формула просто была порядком звуков, которые нужно было выговорить правильно.

А потому весь вечер и начало ночи Салима и Катя учили Женьку, а заодно и Далли-ил Леу-ну плести калиграфический узор, способный лишить сил существо Тьмы, нанизывая как бисер в заклинание шары со взглядом богини Тафнут.

Этой же ночью караван стал собираться в путь. Сыновья царя торопили людей: до Храма Себека надо добраться до сезона бурь – хабуба, иначе сгинешь без следа в пустыне. Когда началось движение один из жрецов упал на колени перед Сарис-ил Аг-ином:

– Великий, я прошу у тебя милости. Разреши мне служить в этом Храме, позволь остаться здесь!

Старший сын царя кивнул, остановил одного из погонщиков и дал распоряжения. Через полчаса караван ушел, оставив в Храме Стихий пять человек. А гепард и черная кошка растворились в темноте пустыни.

Глава 98

К полудню на горизонте показался оазис. Храм Себек располагался в озерно-болотистой местности, которую трудно было представить посреди пустыни. Удивлял размер оазиса и количество крокодилов разной величины. Эти зубастые твари были повсюду: и живые, и вытесанные из камня, и на фресках; на четырех лапах и как люди на двух.

Караван перестроился. Люди и животные оказались “в коробочке”, по периметру которой расположились ак-ины. Время от времени, тот либо другой ак-ин откидывал, не убивая, крокодилов, желающих попробовать гостей на зуб.

– Ну да, не каждый воин пройдет мимо этих зверюг, чтобы взять в руки артефакт, – ворчала Женька, ехавшая всю дорогу молча, погруженная в собственные размышления. – В одиночку тут явно ходить нельзя, сцапают и не подавятся, еще добавки просить будут.

– Мы не одни здесь, и с нами сильные воины. Так что, не переживай, в обиду не дадут, – смеялась Катя.

– Ага, – с сомнением произнесла Женя. – Главное, чтобы как жертвенную еду этим тварям не преподнесли.

– Катя, со мной кто-то пытается говорить мысленно, – вдруг с испугом произнесла Далли-ил Леу-на. – Он показывает, как маленькие крокодильчики, только вылупившись из яиц, бегут к воде. Там их уже ждут взрослые особи и съедают почти всех. А матери крокодильчиков погибают, пытаясь защитить своих детей. Только одному или двум удается сбежать, но это еще не значит, что их не съедят потом. Это так ужасно!

– А он не показывает, как они жрут несчастных, попавших в их заповедник? – едко спросила Женя.

– Жень, прекрати. Мысленно может общаться только животное, и оно передает свою боль, а ты со своим сарказмом, – осадила Катя разошедшуюся подругу, которая наконец перестала прятаться за образом “плохой девочки из нищего квартала”. – То, что не остается потомства и погибают самки, очень плохо для популяции, – задумалась девушка. – Далли-ил Леу-на спроси его: кто он, и готовы ли они служить людям, если мы решим эту проблему?

Царская воспитанница молча кивнула, сосредоточилась, к чему-то прислушиваясь, а потом произнесла:

– Он – патриарх. Самый древний из находящихся здесь крокодилов. Все они – его потомки. Если мы сможем помочь им, то он готов заключить договор на служение его крови людям.

– Хорошо. Попроси его подождать до утра. Попробуем реализовать один план. Если у нас получится, мы заключим договор, который решит проблему и будет выгоден обеим сторонам.

Катя мысленно прокручивала показавшееся ей удачным решение. Она вспомнила, как однажды среди интересных фактов им с Наташей попалась информация о наркоторговцах Колумбии, использующих аллигаторов, как сторожевых животных; и как они долго тогда спорили, может ли это быть правдой или нет.

Вскоре караван въезжал в ворота Храма. Здесь были только статуи и фрески крокодилов, живые остались за пределами Священного места.

Глава 99

Такое счастье окунуться в купель с водой после долгой дороги по песку! Катя, Женька и Далли-ил Леу-на весело плескались в небольшом бассейнчике на подземных этажах Храма. Вода подавалась по сложной системе каменных труб. И это задолго до римской империи! Пусть вода текла из водоема, находящегося выше, чем этот бассейн, и не нагревалась специально, сохраняя тепло солнца – это ничуть не уменьшало восхищение Кати от достижений цивилизации эпохи, которая зачастую в учебниках рисуется, как непроглядная гонка на выживание древних людей, обитающих без минимальных бытовых удобств.

Освежившись и отобедав фруктами, девушки отправились искать Сарис-ил Аг-ина. Катя про себя посмеивалась, представляя как жрец царских кровей воспримет новость о возможном договоре с зубастыми тварями. Встреченный ими ак-ин провел подруг в небольшое помещение, где кроме сыновей царя были еще три служителя Храма Себека. Один из служителей, увидев девушек, поморщился и отвернулся, не скрывая своего презрительного отношения.

– Место Несущей божественную кровь в доме опекуна, а потом в доме мужа, чтобы передать бесценный дар чистоты божественной крови потомкам, – пафосно начал говорить один из жрецов. – Ее дочь будет следующей Несущей божественную кровь. А сын станет или величайшим из воинов, или одним из советников царя и, возможно, его сочтут достойным стать мужем для Передающей кровь. Вам не следовало так опрометчиво брать Далли-ил Леу-ну в опасное путешествие. Мы прогневим богов, если потеряем их дар.

– Чтобы не потерять дар богов, его нужно еще суметь уберечь, – Катя придержала Далли-ил Леу-ну, готовую ответить жрецу.

– Уберечь – это задача ак-инов! – не унимался оппонент.

– Да-а?! Если бы они справились с этой задачей, нам не пришлось бы быть здесь, среди вас, и рисковать! – парировала Катя.

– Но, божественная, – вступился за соплеменников средний сын царя – Ты ведь знаешь, что то было предательство! Воины выполняли хорошо свои обязанности, но их отвлек Третий Советник! Они не могли его ослушаться…

– Когда в следующий раз одна из ваших носительниц божественной крови вновь столкнется с предателем, кто защитит ее? – перебила ак-ина Катя.

– Будете ждать, что придет кто-то со стороны с такой же кровью как у меня и будет подставляться под ядовитые ножи убийц? – подхватила Далли-ил Леу-на. – Но этого может не произойти! Мы сами должны уметь защищать себя и своих детей!

– И как женщина может защитить себя? Что она противопоставит умелому воину? – с усмешкой произнес тот жрец, что встретил их презрительной гримасой, – Как такой девушке, как ты, справиться с воином? Это всё – пустая болтовня и бравада! Защищать должны ак-ины, а женщина слушать, что ей говорят мужчины…

– И идти на заклание, как овечка, если мужчину кто-то отвлек, а сюда явились враги! – с сарказмом продолжила Катя тираду жреца. – А что может противопоставить женщина? Так свои умения! Выставляйте воина на поединок, я покажу, на что способна женщина при должной подготовке!

Глава 100

– Кать, ты серьезно? Ты собираешься с ними драться? Ты видела, как они круто дерутся? Пока они меня гоняли, я думала, что сдохну. Слушай, может не нужно? – Женька ходила рядом с Катей кругами, пока девушка переодевалась в брючный костюм от Ирины Ткачевой.

Еще при создании гардероба Катя обговорила с модельером, что вещи будут прочными, максимально удобными и не сковывающими движения. Как раз то, что нужно для поединка.

– Жень, ты пойми, это надо. Иначе они так и будут Далли-ил Леу-ну держать взаперти, ограждая от всего мира. Рано или поздно покушение удастся: убийцы тоже не сидят на месте, ищут возможности и в результате найдут.

Вскоре за девушками пришли ак-ины и проводили в ритуальный зал. Огромное пространство, отделенное от остального зала кругом из колонн, подходило к ступеням, ведущим к подножию огромного трона, на котором восседала фигура божества с головой крокодила. С двух сторон от лестницы на высоких подставках стояли глубокие чаши с горящим огнем.

– Это место ритуальных поединков. Здесь проводят бои, чтобы испытать воинов, стремящихся взять в руки Печать Бесстрашных, ту о которой ты спрашивала, божественная, – прозвучал рядом голос Сарис-ил Аг-ина.

Катя вошла в круг. Перед мысленным взором промелькнули сотни тренировок и соревнований. Сейчас девушка чувствовала себя такой же собранной и готовой к противостоянию, только проиграть и ошибиться нельзя. В круг вышел совсем молоденький ак-ин. Видно опытные воины решили, что и такого хватит, чтобы победить ее. Это несколько озадачило Катю: сыновья царя знают ее уровень. Они шуточно боролись еще в резиденции правителя. Возможно, стоит ждать подвоха или подлых приемов боя? Однако в честности сыновей царя Катя не сомневалась, поэтому пришла к выводу, что храмовые жрецы ей не поверили и выставили самого слабого воина.

Молодой ак-ин не стал затягивать бой и ринулся всей массой на Катю. Девушка едва заметным движением ушла с траектории атаки бойца. Дернув противника за руку, придала тому ускорение, используя инерцию его тела. Отправляя в падение противника, заломила в болевом приеме его руку, и довела прием до конца, до хруста кости, который отчетливо прозвучал в необычайно тихом зале, наполненном сотней людей.

Катя поднялась на ноги, а ее противник остался лежать на мозаичном полу, пугая своим посеревшим видом. Девушка наклонилась к поверженному и с силой дернула покалеченную руку, с хрустом вправив сустав. Молодой ак-ин, застонав, отполз в сторону, нянча свою уже вправленную конечность.

– Некоторое время ему следует поберечь руку. Лекари пусть проследят, – распорядилась Катя, уверенная, что все будет исполнено.

Наблюдавшие за действом старшие жрецы переглянулись, и один из них подал кому-то в толпе знак.

– Ну, мальца легко обидеть, а ты, девка, попробуй справится с опытным ак-ином, – в круг вошел коренастый воин с волчьим взглядом.

Этот не стал сразу бросаться на Катю. Они пару минут кружили, приглядываясь друг к другу. Девушке очень не нравилась кривая ухмылка противника, явно что-то задумавшего и не спешащего раскрывать свои козыри. Вот ак-ин, наконец, решился на атаку. Он выбросил руку вперед и в его руке блеснуло хитрое оружие: короткий цилиндр, из нутра которого вылетает на крепкой длинной тонкой цепи шипастый шарик. Катя поблагодарила высшие силы, что Далли-ил Леу-на была достаточно внимательна и этот смертоносный предмет был среди тех, к атаке которых ее подготовил тренер. Сколько же синяков она получила тогда от деревянного близнеца этого оружия! Но сейчас она была готова!

Катя ушла с линии атаки, учитывая особенности траектории шарика. Маленькая булава, не достигнув цели, возвращалась к хозяину, но опытный воин играючи увернулся, не позволив собственному оружию нанести ему урон, и отточенным движением поймал шипастый шарик в цилиндр, готовясь к новой атаке. Но ак-ин упустил пару мгновений, которые позволили девушке зайти за его спину. Катя ухватила кисть воина, держащую оружие, и слегка дернула вперед, вызвав инстинктивную реакцию на противодействие.

“Дальше дело техники: захваченную кисть сгибаем и используем силу противодействия противника для броска по широкой дуге,” – Катя будто услышала голос тренера, комментирующего ее действия.

Девушка, не переводя схватку в боевой вариант, по стелющейся траектории аккуратно уложила ак-ина на пол лицом вниз и, придавливая коленом лопатку, из вывернутой руки забрала оружие. Выкатив острый шарик, она накинула цепь на шею воина, слегка придушив, обозначая таким образом окончательную победу.

– Достаточно! – в круг вошел Сарис-ил Аг-ин, – Божественная доказала, что при необходимости может противостоять врагу. Я думаю, она права: нужно учить носительниц божественной крови умению побеждать врага. Но и воинам не следует забывать свои обязанности!

Катя посмотрела на подруг и добавила примирительно:

– Мы не отказываемся, чтобы нас защищали. Но наше умение постоять за себя нам нужно именно на тот случай, когда те, кто должен это делать, по той или иной причине не могут или… не хотят.

Глава 101

– Крокодил – это священное животное в культе бога Себека, – начала Катя презентацию договора с патриархом в том же небольшом помещении и в том же составе, что и до поединка. – Но сейчас проблемы обитающих у Храма крокодилов слишком большие. Прежде всего все инстинкты заглушает голод.

Не было больше презрительных взглядов и высокомерных ухмылок. Жрецы слушали внимательно и отвечали:

– Мы подкармливаем их ежедневно.

– Это хорошо, но проблемы это не решает, – девушка продолжила описывать всем известную проблему: – Храм не может прокормить всех, да и не должен. Крокодилы сами находят себе пропитание, но они съели уже всю местную живность. Другие животные уже не селятся в опасном месте, а если кто случайно забредет в оазис быстро оказывается ужином. Сейчас кроме крокодилов здесь остались только птицы, чьи гнезда недоступны для хищников. Еды нет, и крокодилы начинают поедать друг друга, сначала вылавливая самых маленьких и слабых. Разве это не привлечет однажды гнев бога Себека?

– Мы уже думали об этом. Ежегодно нам присылают подати в том числе и скотом. Мы стараемся кормить крокодилов, но им этого недостаточно. Все чаще от проходящих людей мы слышим о трудности прохода в Храм. Небольшие караваны уже давно не останавливались у нас.

– Ситуация волнует не только вас. Но и патриарха крокодилов. Он обитает в этом болоте очень давно. И сейчас его волнует судьба новорожденных крокодильчиков, у которых нет даже малейшего шанса выжить, – приступила к изложению решения Катя, но ее прервали:

– А как вы узнали о патриархе? Этот крокодил Воплощение бога Себека! Но он уже много месяцев не приплывал на кормление и мы думали, что его уже нет, и хотели провести отбор среди молодых.

– Я позову его, – Далли-ил Леу-на закрыла глаза на какое-то время. – Ему тяжело, но скоро он приплывет сюда.

– Светлейшая, ты можешь говорить с ним? У тебя с ним связь? – настороженно спросил один из жрецов.

– Он сам позвал меня. И да, мы с ним разговариваем, – смущенно ответила девушка.

– Светлейшая, прости нас, – жрец встал и поклонился. – В своей гордыне мы чуть не пропустили знаки. Боги мудры и посылают нам уроки и напоминания тогда, когда мы за ежедневной суетой забываем их заповеди. А сейчас пойдемте в ритуальный зал. Там находится бассейн, в котором мы всегда его видели и кормили.

Катя обратила внимание на то, как жрецы спокойно восприняли и безоговорочно приняли, что Далли-ил Леу-на может разговаривать с патриархом, и решила прояснить этот вопрос по дороге:

– Уважаемые! Вы знали кого-то, кто так же мог разговаривать с животными?

– Да, прежний главный жрец Храма, – охотно ответил Второй жрец. – Насчет других животных не знаю, но с крокодилами он всегда находил общий язык. Он называл их “мои детушки” и умел их звать, а они пропускали его в самое сердце своих болот и всегда помогали ему. Никто без него не мог пройти туда, а там находится источник огненного масла. Смерть главного жреца сделала невозможными наши походы в центр болот. Постепенно хранилища наши иссякли, и мы давно обходимся без огненного масла. А раньше у нас его покупали проезжающие торговцы, и к нам всегда шли караваны, – с невеселой усмешкой закончил он.

Катя пока не смогла разобраться с иерархией в этом Храме. Она видела, что три жреца вместе выносят решения, что двое всегда внимательно выслушивают говорящего собрата и в присутствии других никогда друг с другом не спорят. Для удобства девушка про себя стала их называть Первый, Второй и Третий, а всех вместе Тройкой.

Они вошли в большой зал. Здесь был грот в виде раскрытой пасти крокодила с круглым бассейном внутри. Все стены были покрыты фресками, отображающими сцены охоты крокодилов на животных и людей. От созерцания красот Катю отвлек громкий всплеск воды. Из под толщи воды показалась огромная голова рептилии. Жрецы сразу засуетились, со всеми предосторожностями с помощью огромного подъемного механизма поднося гиганту крупные куски мяса. Когда подношения эакончились, Далли-ил Леу-на спокойно подошла к бассейну, села на его край и рукой коснулась носа крокодила. Сердце Кати испуганной птичкой забилось в груди. Но это была скорее реакция тела, девушка знала, что ни одно животное не тронет “говорившую” с ним. Потом, на глазах разволновавшихся жрецов, Дали-ил Леу-на сняла с пояса маленький кинжальчик, надрезала руку и капнула кровь в открывшуюся пасть великана. Катя подошла к подруге, чтобы помочь справиться с кровотечением.

Наблюдавшие за всем происходящим Тройка и их подчиненные стали опускаться на колени.

– Божественные, перед лицом Воплощения бога Себека хочу принести искренние извинения за то, что мы не поняли сразу, кого нам привели боги, – произнес Второй жрец.

От разворачивающегося действа покаяния Катю отвлек голос:

“Ты выглядишь странно, но я чувствую в тебе ту же кровь, что и в моей малышке. Ты тоже хорошо строишь мысли, но ты чужая, и у тебя странные образы в голове. Но это ты придумала, как помочь моим малышам. Спасибо тебе!”

“Ты понял, что я хочу сделать?” – мысленно спросила Катя.

“Да, я увидел это в твоих образах. И я думаю, что это будет лучшим решением!”

“Меня смущает только одна деталь…”

“Как распознают крокодильчики своих хозяев? Да так же, как я теперь знаю кровь своей малышки и буду чувствовать всех, кто с ней связан кровно”.

“Просто дать каплю крови?”

“Да”.

– А еще мы знаем, – звонкий голос Далли-ил Леу-ны вырвал Катю из медитативного состояния, в котором она общалась с Патриархом, – как можно усилить защиту дворца, храмов и городов, ну и отдельных домов, если будет на то желание людей.

– Кроме этого, это вознесет культ бога Себека на новый уровень, – добавила Катя, вспоминая лекции по основам маркетинга. – Крокодилы, обитающие у Храма Себека, согласны послужить людям за еду и уважение к ним и к Храму.

– Патриарх, Воплощение бога Себека, – Далли-ил Леу-на вновь превратилась в высокомерную властительницу, – требует запретить убийство крокодилов, кроме случаев защиты жизни, но взамен согласен, чтобы его живые потомки служили народу Нооби в качестве охраны их жилищ и границ государства, а мертвые, умершие не по деянию человека, защитой телу воина и оружием. Люди должны будут заботиться о пропитании и месте обитания их хранителей. Все это будет действовать до тех пор, пока есть люди, соблюдающие договор!

О том, что по воле патриарха все эти рептилии будут подчиняться ей и ее потомкам, кому удасться перенять дар общения с животными, Далли-ил Леу-на предпочла умолчать.

На ночь царская воспитанница осталась у бассейна. Ей принесли удобную кушетку, столик с закусками и питьем. Катя предложила подруге свою компанию, но Далли-ил Леу-на отказалась:

– Нет, спасибо. Патриарх хочет говорить со мной. Ему есть, что мне показать и рассказать. Если он позволит, то я потом поделюсь с тобой.

Глава 102

Утром весь Храм был растревожен как улей. На рассвете жрецы пришли кормить Воплощение бога Себека и застали удивительную картину: Далли-ил Леу-на крепко спала, свернувшись на кушетке, а на бортике бассейна спокойно лежал гепард, рядом с которым из воды торчал нос гигантского крокодила. Увидев людей, гепард поднялся, потянулся, спрыгнул с бортика бассейна, подошел к кушетке и растянулся вдоль нее с обманчивым спокойствием, как бы давая понять, кому он служит и кого охраняет. Появление животного показало всем, что мир безвозвратно изменился, и, если есть разрешение Воплощения бога Себека, то путь до Храма становится безопасным.

– Светлейшая, Храм готовит обряд единения с крокодилом, – к Далли-ил Леу-не обратилась Тройка жрецов, – но нам нужно обсудить с тобой нюансы, которые обязательны для данного ритуала.

– Мы долго общались с патриархом. Единение будет проходить в два этапа. Возможно и больше, это решать вам. Но эти два с участием крокодилов обязательны. Первый – пройти по болоту мимо всех крокодилов. Навстречу выйдут крокодилы, готовые пройти единение с этим человеком. Второй этап должен проходить в Храме – это установление кровной связи пред ликом бога Себека.

– Хорошо, Светлейшая, мы учтем пожелания Воплощения бога Себека. Возможно у него есть и иные условия? – Третий, замерев в полупоклоне, внимательно наблюдал за девушкой.

– Первыми, кто должен пройти единение, должны быть жрецы, – Далли-ил Леу-не сложно давался этот разговор: ей приходилось передавать волю Патриарха много повидавшим и обладающим немалой властью мужчинам – это противоречило воспитанию, которое она получила.

Но царская воспитанница хорошо держалась, и было видно, что она уже взяла на себя ответственность за происходящее и теперь будет контролировать все, что связано с животными бога Себека. Катя же внимательно наблюдала за действующими лицами, стараясь и не вмешаться, и поддержать подругу. А Далли-ил Леу-на продолжала:

– Обязательно единение проходят члены Совета Храма, а в будущем все, кто желает получить в хранители рода крокодила и кого выдвинет Храм на высшие должности. Про остальных служителей думайте сами, кому можно и нужно предоставить такое право. Патриарх оставляет эти решения за вами. Но крокодилы могут отказаться проходить единение с человеком, если у них есть причина не доверять ему. Воплощение бога Себека требует оставить за ними это право. Но и Храму будет от этого польза: тот, кому не доверяют крокодилы, не достоин и доверия Храма.

– Значит, Воплощение бога Себека требует, чтобы мы первыми прошли через Единение, – глухо резюмировал услышанное Первый.

– Да, – Далли-ил Леу-на внимательно посмотрела на говорившего, – Патриарх и его дети ощущают, какой ужас они внушают людям. А потому человек должен чувствовать поддержку и благословение бога. Для этого надо создать амулеты, указывающие на защиту бога Себека. На болотах много скелетов умерших крокодилов, нужно собрать их зубы и сделать подвески для тех, кто будет проходить Единение.

– Амулетами можно заняться позже, – было видно, что Первый жрец справился с малодушием и принял решение, – Себек ждет ритуала для Совета Храма. Я верю своему богу без всяких амулетов!

– Да, сейчас усложнять ничего не нужно, – к обсуждению присоединился Второй. – Для нас ритуал пройдет по тем частям, которые обозначены Патриархом и теперь входят в Договор. О красоте, зрелищности и ощущении безопасности действа подумаем потом. Чем быстрее мы примем Единение, тем лучше. Люди увидят, что Договор вступил в силу, и бояться, если у тебя нет злых намерений, больше не стоит. Информация о происшедшем выйдет за пределы нашего оазиса, и самые смелые решатся проверить так ли это.

– Ну, что? Кидаем жребий? – хрипло произнес, усмехнувшись Третий, хитро взглянув на собратьев.

Глава 103

Девушки вчетвером расположились в просторном помещении, устланном шерстяными коврами и подушками. Четвертой была вул-ин, тихая девушка, почти всегда незаметная, но очень расторопная и, когда в ней возникает необходимость, моментально оказывающаяся рядом. Сейчас она сидела в темном углу, стараясь быть максимально незаметной, и вслушивалась в разговор, готовая в любой момент сорваться на исполнение прихоти госпожи и ее гостей.

– Кать, мне так интересно, как будет проходить испытание! Вроде все ясно, даже могу представить, – Далли-ил Леу-на в нетерпении металась по комнате. – Но страсть как хочется посмотреть, как же пройдет все на самом деле!

– Да ну?! Я не поклонница жутиков и кровь не люблю, а поэтому смотреть, как эти твари будут жрать наивных верующих, не хотела бы, – Евгения передернула плечами, по ее лицу читалось, что она уже видит все эти картины мысленным взором.

– Нет, Жень, ты не права. Жрецы пройдут сквозь болото и все будет хорошо! – примирительно произнесла Катя.

– Да-а?! И кто остановит этих прожорливых тварей? Каменный Себек, сидящий на троне? – ехидно спросила Женька.

– Нет! Не кто, а что! Договор! – резко ответила Далли-ил Леу-на. – И не усмехайся! Этот Договор – реальность! Мой Елд-ил Илу-ин не прошел бы по болоту, если бы не Договор!

– Ты дала имя своему гепарду? – удивилась Катя.

– А что тебя удивляет? – все тем же резким тоном, в котором соединились и нервозность ожидания, и возмущение скептицизмом подруг, произнесла царская воспитанница и, совладав со своими эмоциями, примирительно добавила: – Вы даете имена всему, что есть в вашем времени: даже холодильникам и стиральным машинам. Так почему я не могу дать имя своему зверю? Тем более, что он будет сопровождать меня везде. Люди должны знать, кто он, каковы его место и роль рядом со мной!

По храму прокатился удар гонга.

– Испытания начались. Как думаешь, кто сейчас проходит его? – заволновалась Далли-ил Леу-на.

– Слушайте, если вы такие крутяшки и можете разговаривать с животными, то что вам мешает посмотреть на все глазами крокодилов или птиц? – недоуменно спросила Женька. – Я помню, та девушка, что приходила в Храм Стихий, что-то про это говорила.

– Да! Точно! Надо попробовать! – подскочила Катя.

– А у нас точно получится? – неуверенно протянула Далли-ил Леу-на. – И как это смотреть глазами животных?

– Вспомни, что говорила Салима перед уходом! Надо мысленно найти живое существо и попросить разрешения смотреть его глазами. Давай попробуем! – и Катя сосредоточилась на своих ощущениях.

Через какое-то время девушка почувствовала, что кто-то откликнулся. И вскоре она мысленным взором увидела панораму с высоты.

По болоту по тонкой тропке шел Третий. Из воды вдоль зыбкой цепочки кочек торчали крокодильи глаза и наблюдали за человеком. На тропку перед жрецом выполз огромный крокодил и преградил проходящему путь. Третий остановился, оглянулся, оценивая ситуацию. Но пройти можно было только по этой тропке, перегороженной немаленьким зверем. Жрец опустился на колени и вознес руки к небесам, видно обращаясь к богу-покровителю Себеку. Крокодил некоторое время постоял перед человеком, а потом уполз с дороги, проплыл назад вдоль пути жреца, вновь выбрался на тропинку и мордой толкнул молящегося в спину, как бы говоря: “Иди уже дальше!” Третий поднялся, отряхнул грязный подол туники, оглянулся на крокодила, что-то сказал животному, развернулся к Храму и пошел по тропке, не оглядываясь. А огромный крокодил не отставал от выбранного им человека.

Катя открыла глаза.

– Ты это видела?! Он прошел и не испугался! – прыгала вокруг Кати Далли-ил Леу-на.

– Ему было страшно, но он доверился своему богу, и вера придала ему сил! – поправила Екатерина подругу.

– Так не честно! Это я вам напомнила, что вы так можете! – возмутилась обиженно Женька. – Вы ведь что-то видели?! А рассказать?

– Не обижайся! – Катя обняла нахохлившуюся подругу. – Сейчас пересказывать, что видела не буду, нет времени. А вот по проходу следующего жреца попытаюсь описать все в реальном времени. Я слышала, что в Советские времена как-то комментаторы умудрялись рассказывать по радио о происходящем на футбольном поле во время матча. Вот и я попробую!

Она закрыла глаза, снова стала искать живое существо, готовое предоставить ей свои глаза. Наконец, картинка появилась перед ее внутренним взором, но изображение было несколько странным, словно отражалось в калейдоскопе. Катя сосредоточилась на одной из граней и увидела, что следующий жрец уже начал свой путь по болоту:

– Второй участник испытания уже вступил в игру. Он прошел часть пути, и мы видим, как за ним внимательно наблюдают крокодилы из болотной пучины. Жрец быстро идет по тропинке, ловко передвигается по скользким кочкам. Из болота навстречу ему вылезает крокодил. Чудовище открывает пасть, показывая зубы. Но наш храбрый жрец не останавливается и продолжает движение в сторону крокодила. Болотный монстр не выдерживает психологического давления и уползает с дороги в сторону. Но что это? Еще один крокодил изъявляет желание проверить нашего участника? Монстр высовывает морду из тины и щелкает зубами у ноги, проходящего жреца. Но наш жрец не теряется и прыжком преодолевает пару метров. О нет! Он не удерживается на скользкой тропинке и падает в жижу рядом с дорогой! Но нашего участника так просто не сломать, он возвращается на тропинку и продолжает движение! За ним следуют два крокодила, избравшие его. Но что это? На дорожку выползает еще один, более крупный, зверь. Он не испытывает нашего участника, а просто следует за ним и собратьями. Вот наш жрец достигает территории Храма, а за ним ползут и все три крокодила! – Катя открыла глаза. – Не думала, что так сложно и смотреть, и рассказывать о происходящем.

– Катя, спасибо! – Женька обняла подругу. – Я словно тоже увидела, то о чем ты рассказывала! Но почему вылезли три крокодила? Разве так можно было?

– Патриарх говорит, что он согласился с выбором сородичей. И если они втроем хотят служить этому человеку, то пусть так и будет! Пойдем, сейчас будет часть церемонии, что должна проходить в Храме. Пока мы дойдем, появится и последний жрец со своим крокодилом… или крокодилами, – Далли-ил Леу-на неуверенно повела плечами.

В зале со статуей бога Себека уже проходила вторая часть ритуала. Девушки застали момент, когда прошедший через болото первым дал свою кровь сопровождающему его крокодилу. Грозное животное, как собачка, закрыв пасть и приподнявшись на передних лапах, потянулось носом за лаской к человеку, которого выбрало. Жрец, еще робея, аккуратно коснулся рукой бывшего болотного монстра. И все почувствовали в этот момент, что что-то произошло между этими двумя такими разными существами. Что-то, что останется тайной этих двоих.

Вокруг зашептались: “Бог Себек принял жертву и соединил человека и крокодила! Слава богу Себеку!”

Кто-то более смелый провозгласил громко:

– Слава богу Себеку!

И его поддержал стройный гул голосов:

– Слава богу Себеку!

В этот день еще не раз славили бога Себека его служители, пока каждый из Совета Жрецов обретал своего крокодила.

Глава 104

Поздно вечером, когда все утихомирилось. Катя с крыши храма смотрела вдаль, где за крокодильими болотами и зеленой растительностью у горизонта солнце, покраснев и раздувшись, словно показывая свою усталость от дневного бега, уходило на покой. В этот момент девушка как никогда чувствовала, что ей пора домой, что отпуск на просторах Царства Нооби затянулся. Но осталось одно дело, ради которого они с Женькой встретились тут. Тот самый странный артефакт, так привлекающий демонов в XXI веке. Девушка, проводив взглядом последний луч солнца, сделала шаг назад, еще смотря на горизонт, но уже собираясь уходить.

– Я вижу, что ты каждый день провожаешь бога Атума перед его путешествием по нижнему миру. Ты – женщина-воин, способная убивать даже бывалых ак-инов. Ты служишь Смерти? – услышала Катя за спиной скрипучий голос обычно молчавшего Третьего.

– Нет, я слишком люблю Жизнь, чтобы служить ее сестре Смерти, – девушка повернулась к жрецу, стоящему в тени колонны у выхода с крыши. – Я очень люблю Солнце и мне нравится смотреть, как оно просыпается и как уходит на покой. Это минуты Вечности, которые позволяют упорядочить суету мыслей. И да, возможно, я способна убить, – поморщившись, призналась Катя, вспомнив несчастного погибшего от яда на собственном мече и Третьего Советника, не вынесшего отделения вселенного существа Тени, – Но никогда не сделаю этого намеренно, если от этого не зависит жизнь, моя или того, кто рядом.

– Ты выбрала сложный путь великого воина. Пойдем, Печать Бесстрашных хочет видеть тебя. Она неспокойна все то время, что ты находишься в Храме.

– Спасибо за высокое доверие! – Катя приложила руку к груди и слегка наклонила голову. – Но я думаю, Печать беспокоится не из-за меня. Пойдемте, мы вам кое-что покажем! – и она быстро пошла по лестнице, ведя одного из Тройки в свои покои, где должны были ее ждать подруги. Следом за ними бесшумной тенью скользил зубастый побратим Третьего.

Екатерину и жреца покои встретили тишиной: Женька и Далли-ил Леу-на играли в шашки. Эта не очень затейливая игра, для которой легко найти фишки среди простых камешков, валяющихся под ногами, очень понравилась приемной дочери царя еще в эпохе Кати. Жрец подошел к играющим девушкам и стал внимательно наблюдать за их игрой. Его бровь приподнялась в удивлении:

– Что это, Светлейшая? – он взял один из камешков и поднес его к носу, а потом вернул на расчерченное углем по серебряному подносу поле.

– Это игра. Помогает хорошо думать, – входя в свой высокомерный образ, произнесла Далли-ил Леу-на. – А что тебе нужно в наших покоях, Великий? – и она царственно склонила голову перед жрецом.

– Это я попросила его прийти сюда со мной! – нарушила церемонию приветствия Катя, которую порядком раздражали все эти расшаркивания, и, не давая никому опомниться, обратилась к жрецу: – К моей ак-ин случайно попал один артефакт. Все это время он был с ней. Я думаю, что из-за него волнуется Печать. Жень, покажи, пожалуйста, Великому диск.

Евгения осторожно вытащила из внутреннего кармана тканевый сверток, в котором оказался тот самый черный камень, испещренный странными рунами, который привел неудачливую воровку в эту эпоху.

– Как? Это невозможно! – жрец подскочил и бросился к дверям покоев: – Срочно позовите Великих сюда! – он постоял с полминуты, не оборачиваясь к девушкам, а потом быстрым движением бывалого воина оказался рядом с Женькой, – Дозволь рассмотреть его из твоих рук!

Евгения кивнула, привычно выслушав перевод Далли-ил Леуны, и протянула диск жрецу.

– Брат, что случилось такого, что ты на ночь переполошил весь Храм? – в покои почти вбежали Первый и Второй.

Третий оторвался от созерцания диска в руке Женьки и махнул рукой вошедшим, подзывая их к себе.

– Брат, ты точно уверен, что это не Печать? – взволнованно спросил Первый, рассматривая диск.

– Печать лежит на своем месте! – безапелляционно произнес Третий. – Но она чувствует своего собрата и волнуется все то время, что он находится рядом. Я думаю, нужно этот диск поднести к Печати!

– Ты уверен? – Второй потер подбородок. – Не сделаем ли мы хуже? А если этот диск антагонист Божественного Света и, поднеся его к Печати, мы уничтожим Священную вещь, доверенную нам богом Себеком?

– Он не может быть антагонистом Божественному Свету! – горячо воскликнула Далли-ил Леу-на и, увидев, что все взгляды остановились на ней, смутилась, но тут же надела свою маску высокомерия и продолжила. – Он был нашим помощником в битве с демонами пустыни в Храме Тафнут. Тогда он делился с нами своим Светом. Об этом знает каждый, кто шел в нашем караване. Они все и жрецы богини Тафнут были свидетелями этого!

Глава 105

Ритуал встречи двух артефактов решили не откладывать и все необходимое подготовили в самые короткие сроки. В назначенный час Катя, Далли-ил Леу-на и Женя в сопровождении трех жрецов вошли в зал, где хранилась Печать Бесстрашных. В центре пространства располагался круглый белоснежный алтарь, на котором лежал артефакт из черного камня – притяжение всех воинов эпохи Далли-ил Леу-ны. Печать была освещена луной, так удачно заглядывающей через круглое отверстие в потолке над алтарем. Жрецы Храма и воины выстроились в две шеренги от дверей до алтаря, к которому сейчас и двигалась процессия.

Никто у Евгении не забрал черный диск, двойник Печати, заявив, что тот признал ее как Хранителя. “Ак-ин божественной” несла его на вытянутых руках, как бы показывая его выстроившимся служителям Храма и воинам. Катя и Далли-ил Леу-на щли за Женей, отстав от нее на пару шагов. Замыкали процессию пять крокодилов неотступно следовавшие за своими хозяевами – членами Совета Храма. В тишине под звук барабанов зазвучал голос Третьего из Совета:

– Великий дар богов, принимающий только храбрые сердца! Твой брат пришел в Храм и ждет встречи с тобой! Прими его и дай нам знак, как и кому хранить его! – под эти слова жрецы с трех сторон окружили алтарь, а с четвертой Евгения поднесла черный диск к его копии…

В одно мгновение засветились древние письмена на обоих артефактах. Два диска слились в один и взлетели на огромную высоту, вылетев из Храма через отверстие в потолке. И там, в вышине произошел сильнейший взрыв, словно загорелась сверхновая звезда. Взрывная волна ударила в алтарь и пробила дыру не только в нем самом, мгновенно сплавившимся с полом, но на бесчисленные метры вниз. Этот вновь образованный колодец стал быстро наполняться водой. Некоторое время спустя один из дисков вернулся назад, накрыв колодец и вплавившись в камень, и было невозможно сказать, какой из них вернулся: Печать бесстрашных или ее двойник, принесенный из будущего.

Люди были шокированы происшедшим. Все понимали, что здесь и сейчас они стали свидетелями и участниками некоего очень важного события, с последствиями которого еще предстояло разобраться. Воины, перестроившиеся по кругу вне алтарной ступени, когда Женька подошла к алтарю, теперь отступили на несколько шагов. Артефакт более не просто не давался в руки недостойным, он не позволял им стоять близко, не то что подойти к алтарю. И о достоинстве воина теперь можно было судить по тому, насколько близко он сможет приблизиться к Печати. Это было первым изменением, которое прочувствовали все.

На следующее утро девушки, резвясь в полюбившемся бассейне, заметили, что у каждой на коже левой ключицы возник золотистый рисунок, в котором намеком был обозначен глаз Атума, но сплетен он был из изображения водяной звезды. К обеду же выяснилось, что этот знак возник почти у всех свидетелей вчерашнего действа. Свет пометил своих последователей, давая им Силу, Благословение и Защиту.

Чуть позже обнаружилось еще одно изменение – дальние болота перестали гнить. Об этом Далли-ил Леу-не поведал Патриарх.

Вечером Катя подозвала Женьку и Далли-ил Леу-ну.

– Ну, вот, похоже наше путешествие подошло к концу… Мне кажется, что нам пора.

– Вы точно больше не можете здесь задержаться? – Далли-ил Леу-на смотрела на подруг сквозь слезы.

– Дорогая, ты же не думала, что мы будем все время здесь, в твоем времени? – Катя обняла сестру по крови Единорога. – Это твоя жизнь, а наша там, где ты у нас побывала в гостях, Я знаю, что встретимся мы еще не раз. Мы всегда поможем друг другу и придем на помощь, когда нужно! Не вешай нос! И приходи в гости!

– Лин, – Женька подошла к подругам, обняла их обеих и, шмыгнув носом, продолжила, – Знаешь у нас в стране был такой поэт Долматовский, и у него есть замечательные стихи:

И встречи редки, и длинны ожиданья,

И взгляды тревожны, и сбивчива речь.

Хотелось бы мне отменить расставанья,

Но без расставанья ведь не было б встреч.

В этот момент Катя поняла на сколько ей стали дороги эти две дечонки. И, да, она будет скучать по ним и тоже будет ждать встреч.

Глава 106

А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке Темный Старец пытался понять, как так случилось, что целая эпоха в одночасье очистилась от существ Тени, а проявившиеся существа Тьмы вдруг ослабли, и люди смогли избавиться от их влияний.

Кристалл Судьбы показывал слияние двух идентичных черных дисков. Но каждый артефакт уникален! И не может быть двух совершенно одинаковых!

И Старец раз за разом просматривал случившееся. Он перерыл всю свою библиотеку, стремясь найти ответ. И, наконец, искания его принесли плоды. Он нашел очень старый свиток, в котором говорилось, что если перенести во времени артефакт и соединить с ним же из прошлого, то Сила предмета усилится в сотни, а то и тысячи раз.

Это открытие подбросило ему идею, и он снова обратился к Кристаллу, как вопрошающий: “Покажи!”.

И он увидел один из немногих артефактов Тьмы, хорошо служивший демонам, но опасный для людей, увеличивающий их пороки и сводящий с ума. Очередной безумец потерял его в бескрайних болотах на юго-востоке огромной процветающей страны. Много сотен лет он лежал под слоем ила и торфа, пока искатели богатств недр земных не наткнулись на него. Они достали непонятный им предмет, еще не зная что это и что с ним делать. Но в одном из рабочих артефакт раздул огонь жажды маниакального убийства из маленькой искорки детской обиды.

Темный Старец позвал своего слугу:

– Видишь этот артефакт? Принеси мне его!

Получив заветную вещь, Старец отправился на те же болота в эпоху на пару сотен лет раньше, чем неудачливые рабочие раскопали этот предмет. Эта эпоха предшествовала процветанию огромной северной страны, которая должна была объединить разные культуры, религии и страны, сделать человечество единым и благополучным.

Он знал, где лежал этот артефакт, и велел своему слуге достать его из глубин болота. А получив, Старец соединил его с тем, что принес…

Объединенный артефакт вырвался из рук и взлетел высоко. За мгновение до взрыва все замерло, словно струна натянулась. А после ударила вспышка, ослепляющая смотрящих. Ударная волна трижды прошлась по земному шару. Все научные лаборатории мира зарегистрировали сейсмическую активность.

В древнем кургане рассыпались цепи, нарушая полог невидимости гробницы древнего демона. А будущее великой страны пошло по другому, кровавому, пути войн, революций, страха. Сто лет темных времен, когда господствует Тень. И через сто лет этой стране, возрождающейся из пепла, еще зализывающей свои раны, придется противостоять усиленной армии Тени, стягивающейся со всего Мира.

Такое будущее вполне устраивало Темного Старца. И он покинул измерения, намереваясь отдохнуть в своем замке.

Но изменения происшедшие во Мраке Тени вне измерений Земли поразили его. Одна из башен его замка обрушилась, а по основному зданию прошла глубокая трещина. Он чувствовал, как спящая тысячелетия Тень заворочалась и застонала от боли. А разбудил ее Свет, возникший словно из ниоткуда в полотне Тьмы, как звезды на ночном небе. Как это случилось? Почему резонанс темного артефакта дал для Тени такой разрушающий эффект? На этот вопрос у него пока не было ответа, но Старец намеревался обязательно его найти, заново перерывая библиотеку.

Глава 107

Верховный служитель закрытого Храма Звездного пути, Хранитель древнего Знания был недоволен. Опять пришлось ехать в холодную северную страну с бескрайними просторами. Для непосвященных он был главой крупной международной компании, расположившейся на берегах великой реки Ганг и приехал по делам бизнеса. Он устал от бесплодных поисков, но не сдавался.

Почему считают, что всем иностранцам нужно посетить Красную площадь? Он был на ней уже не раз. Да, красивая необычная архитектура, но это ничуть не приближает его к предмету его поиска. И вот опять он ступает на брусчатку мостовой сердца столицы северной страны.

Его внимание привлекает невысокая местная девушка, которая идет через площадь, настороженно оглядываясь, словно что-то ее беспокоит. Светоносная! Как редко можно встретить такую! Будь они дома, он бы вызнал из какой она семьи, из какой касты. Если несоответствующей ее крови, то они бы забрали ее сначала в Храм, а потом бы нашли ей мужа достойной касты, чтобы рожденные ею дети могли стать опорой развития и процветания их Родины. Но это чужая страна! Здесь другие законы! Как сложится судьба этой Светоносной?

Девушка, привлекшая его внимание, помахала рукой и подошла к высокому темноволосому парню и еще одной девушке. Они не были светоносными, но были отмечены Светом.

Верховный служитель закрытого Храма Звездного пути прислушался:

– Катя, наконец-то! Мы тебя заждались! – юноша обнял Светоносную, словно закрывая от напастей всего Мира.

И Хранитель древнего Знания выдохнул: воин Света не даст в обиду свое сокровище. У них будут сильные, красивые дети, которые будут строить благополучие этой страны, союзницы его Родины. И в Мире будет больше Созидания и Света.

Верховный служитель закрытого Храма Звездного пути отвлекся от Светоносной и ее спутников. Что-то резануло его чувства, а себе он привык доверять. Он беспокойно оглянулся и увидел стоящую неподалеку служительницу богини Кали, наблюдающую за Светоносной. Густая Тьма сочилась с фигуры, как в насмешку имеющей очень светлую кожу и волосы и одевающуюся в светлые одежды.

Он подошел к служительнице богини Кали и заговорил с ней на языке, требующем ответа от богов и демонов:

– Зачем ты преследуешь Светоносную? Это ведь тебя она опасается, вглядываясь в толпу!

Существо Тьмы внимательно посмотрела на Хранителя древнего Знания и ответила:

– Так хочет моя госпожа! Я не преследую ее, а охраняю!

– Прости, в эпоху Кали-юги мы забыли, что тьма – это щит и покров! Благодарю тебя, что не теряешь древнее предназначение! – Хранитель поклонился и отошел к своей группе.

Сегодня он обрел равновесие, пусть это и не приблизило его к предмету его поисков. Но он увидел чудо, обычное для Древних. И это чудо было здесь во внешне простых людях этой северной столицы.

К их группе подошла совсем молоденькая девушнка:

– Я так люблю вашу страну! В ней столько чудес и красок, не то что в нашей серой реальности! – восторженно щебетала глупышка, даже не представляя, что за настоящим чудом не надо далеко ехать. Оно здесь, всего в десятке шагов. Но это видел только он, Хранитель древнего Знания.

Эпилог

– Кариночка, когда закончишь, закроешь все? Поставишь на охрану? – суетилась немолодая высокая худая женщина, заведующая хранилищем института археологии.

– Не волнуйтесь, Маргарита Павловна! Все сделаю! Идите! – Карине Лукининой очень нравилась ее новая работа.

Документы, археологические артефакты, фотографии, фотопленки и кинопленки, книги, летописи, дневники – все это было пронизано тайной, которую хотелось разгадать, понять, как все было на самом деле. Вот и сейчас она засиделась, читая дневники офицера русской армии, рассказывающие о боевых тяготах русско-турецкой войны.

Академик Нестеров требует от нее определиться с временным периодом, чтобы начать научную работу. А как тут определишься, если все интересно?

Карина посмотрела на часы. Вот опять! Почему метро работает только до часу ночи? Придется снова ночевать в институте, а потом еще выслушивать и от Маргариты Павловны, и от Андрея Сергеевича о том, что нельзя так относиться к своему здоровью, что нужно полноценно отдыхать.

Девушка тяжело вздохнула и пошла ставить хранилище на охрану. Ей на глаза попался свиток, нарисованный Евгенией Громовой. То самое заклинание, которым они усмирили Мару. Карина взяла мел и стала повторять значки на полу по кругу, как когда-то это делала Женька, потом достала те самые шарики. Всего четыре штучки! Мало, конечно! Но, что есть! Девушка усмехнулась, вспомнив как выпрашивала их у Кати. И ведь выпросила же! Закончив композицию, Карина достала листочек с заклинанием. Она почти выучила его наизусть! Но сейчас она боялась его произносить: вдруг все активизируется и пропадет впустую! Девушка пошла за тряпкой, чтобы стереть мел. А то уборщица еще нажалуется Маргарите Павловне!

По возвращении Карина застала в хранилище странного человека, закутанного в плащ, и стоял он как раз в середине нарисованного ею круга.

– Вы кто? Как вы здесь оказались? – девушка недоуменно прикидывала, как может посторонний попасть в закрытое (в прямом и переносном смысле) хранилище.

– У меня много имен. А пришел я за своими артефактами! – прозвучал шелестящий голос.

– Много имен – это как? Вы запутались в фальшивых документах? Много паспортов на разные имена? – она чувствовала, как нагрелся ее медальон, но внешне, вспомнив Анжелику, пыталась играть дурочку.

– Отдай мне то, что служило печатями на темной дочери древних богов! – на нее, не мигая, по-змеиному смотрел нестарый еще человек с восковым лицом.

– А не подавишься? – и Карина без бумажки, по памяти активировала заклинание.

Лучи ударили в ночного гостя, тот взвыл и пропал.

– Вот только шары зря потратила! – вздохнула Карина.

Утром девушка связалась с Лерой и Катей и договорилась с ними встретиться.

В назначенный час они сидели втроем в кафе, и Карина рассказала о ночном визитере.

– Значит, и к тебе приходил, – барабаня по столу пальцами, произнесла Лера. – Вот что ему надо? Зачем ему нужны артефакты?

– Может у него просто фишка такая, а может коллекцию собирает, – высказала предположение Карина и, уже обращаясь к Кате, попросила: – Дай мне, пожалуйста, еще таких шариков! Все ж спокойнее будет!

– Хорошо! – сказала Рожденная из крови Единорога, поднялась из-за стола и, разорвав пространство, шагнула в иную эпоху.

*** А во Мраке Тени вне измерений Земли в Черном замке Темный Старец метался по библиотеке. Ему не давали покоя вопросы: Как это могло произойти? Когда еще одна Хранительница набрала Силу? Как он это упустил? И что за формулу она использовала? В прежние времена не было таких заклинаний! Откуда оно? Слуга Тени чувствовал себя ужасно. Тело горело в тех местах, где его коснулся Свет.

“Словно на костре побывал!” – пришло на ум сравнение.

Да, этот способ борьбы с Тенью люди придумали давно! Но и сам Старец использовал его против непокорных, не желающих подчиняться Тени. Как жаль, что во времена, когда оперилась эта Хранительница уже не горят костры, сжигающие ведьм! А то бы он натравил на нее инквизицию!

Слуга Тени вернулся к столу, на котором был разложен судьбоносный пасьянс. Снял покрывало и поморщился. Даже от этого небольшого Света, идущего от карт, ему сейчас плохо!

Он попытался взять в руки карту Шут, но та полыхнула, обжигая руки. Как? Когда эта девчонка успела стать настолько сильной?

Старец обратился к Кристаллу с этим вопросом. Но то ли не было карты в руках, то ли у Старца мало было сил, светлый артефакт остался нем. Его грани отражали туман.

– Не хотите помогать Тени? Ничего немного отдохну, наберусь сил… И вы будете служить мне! – Темный Старец взмахнул покрывалом, накрывая стол.

Он не хотел, чтобы остатки Света продолжили причинять ему боль и нести разрушение его телу. Конец покрывала скользнул по разложенным картам, зацепил одну из них и сбросил вниз. Карта соскользнула со стола, залетела в открытый ларь с древними свитками и затерялась среди манускриптов. Ничего не заметив, больной от борьбы со Светом Темный Старец с трудом добрался до своего трона. Он отдохнет немного. А потом выберет новую карту. У него все получится. Не может не получиться!

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

От Автора

Вот и закончилась эта Книга, но не история её героев. На Землю упали 22 капли, это была одна из них. Следующая история будет про другую каплю, но с Катей и её окружением мы ещё встретимся. Оставляйте своё мнение в комментариях. Мне важно знать, что получилось в это истории, а что не очень. Спасибо что остаётесь со мной и моими героями!