Звезда Амонтильера. Девочка из ордена

Глава 1

Идиотская затея, идиотские традиции, идиотские законы!

Иллис насупленно посмотрела на двухцветные флаги, вьющиеся между шпилей академии.

Идиотская конспирация! Это именно ради нее сейчас в каждом учебном заведении для дворянских сыновей появится выпускница Ордена. Чтоб она провалилась, эта Звезда, прямо карху в задницу!

Одно утешает. Другие девчонки ее выпуска сейчас точно так же стоят у ворот всех высших дворянских учебных заведений в стране и шепотом клянут судьбу.

Ну обалдеть же! Закончить обучение в Ордене, стать мастером-рейнджером, иметь за плечами несколько боевых выходов на темную территорию… и вдруг на тебе. Идите, девочки, еще поучитесь! Так нужно для конспирации, чтобы никто не догадался, в какой именно академии прячут наследника. Это ж всего годик, а вы крутые мастера Ордена, вы справитесь.

Тьфу!

Тради-иция… требование Звезды… рядом с наследником всегда должен быть мастер-рейнджер. А то, что в последние тысячу лет мастерами-рейнджерами становятся только женщины, — вопрос десятый. Положено так, и все. Вот и поехали девушки вживаться в дружные мужские коллективы… на радость всем. Зато даже торк не вычислит, в какой именно академии надо искать наследника.

Иллис вздохнула. Эх! Учеба еще ладно. А как быть с тем, что предстоит быть единственной девчонкой в мужской академии, и при этом ни одну заразу нельзя будет покалечить?!

* * *

На этаже старших царило оживление. Конечно, никто не носился по гулким коридорам, не норовил огреть приятеля учебником по голове и не прятался в засаде за резными колоннами. Здесь не было адептов и тем более мальков-первогодок. Выпускники — люди серьезные. Ар’гарды. А это уже означает, что после окончания курса можно претендовать даже на офицерский чин, если кто-то решит делать военную карьеру.

Но сегодня привычное деловое общение старших перед уроком было нарушено.

В класс просочилась новость. Да какая!

— Новенький? На седьмом курсе? Тебе сопровождение не нужно, Дин? К лекарю!

— Может, и нужно, — добродушно усмехнулся высокий шатен, доставая из добротной кожаной сумки учебник по высшему исчислению и пристраивая его на угол парты. — Только тогда и ректору требуется сходить в том же направлении.

— Что? Он тебе сам, что ли, сказал? Не может быть!

— А что, если это сам наследник? Потерянный?

— Точно! — после потрясенной тишины выдохнул кто-то в заднем ряду. — Его все это время прятали, а сейчас БАЦ — и к нам!

И все заговорили разом, торопясь поделиться друг с другом предположениями.

— Да ну, сплетни все это! Известно, что никто из королевской семьи не выжил!

— Угу, вдруг это я наследник?!

— Скорее уж Кейрош! — выкрикнул кто-то. — Или Норриан! Смех смехом, а эти двое лучшие по всем показателям. Тоже совпадение?

— Если слухи про чудом выжившего наследника верны, то Кейрош может оказаться того... в пролете… Бедняга! Вот уж кто точно корону примеряет. Какой удар! — Придержи язык, пока этот удар тебе в морду не прилетел, — посоветовали с задней парты. — Угу, за Кейрошем не заржавеет.

Кириан Эса ди Кейрош — тоже ар’гард-выпускник — действительно всю дорогу строил из себя наследника, хотя никогда не говорил об этом прямо. Большая часть учеников Рандарской академии тоже была в этом уверена.

Но что, если все же не он?

— А Норрова четверка-то вообще в курсе, что у них прибавление? — быстренько сменил тему Дин. — Свободное место только в их спальне, если что.

Все перевели взгляд на дверь.

Упомянутая четверка, точнее ее часть, только что ознакомленная с интересной новостью, была в курсе… и не в восторге.

Трое ар’гардов вошли в класс, а их предводитель где-то задержался.

— Сто пудов еще один Кейрош! — фыркнул высокий, немного нескладный и похожий на слегка всклокоченного ворона брюнет, метнув косой взгляд в конец коридора. Как раз туда, откуда неспешно приближался еще один персонаж: высокий стройный блондин с красивым и надменным лицом. — Кого еще могли так экстренно взять? Небось, связей у такого выскочки до торка рогатого.

И тут же получил ответный взгляд, полный холодной насмешки. Обладатель шикарной белокурой прически и безупречно-ленивых манер одним движением плеча заставил расступиться группу однокурсников и неспешной походкой двинулся в класс.

— Я слышал, вам несказанно повезло, господа? — Кириан Эса ди Кейрош, седьмой год с гордостью носивший имя «Князь», тонко улыбнулся, бросив издевательский взгляд налево, где за своей партой немного торопливо устраивались двое из «Норровой четверки». — Новый сосед? Придется выкинуть твой хлам из чужого шкафа, ди Реар?

Естественно, все моментально забыли о каком-то там новеньком и азартно принялись следить за перепалкой вечных врагов. Противостояние с переменным успехом длилось все семь с лишним лет и даже стало чем-то вроде местной традиции. Пару раз даже тотализатор устраивали, но потом всем здорово нагорело, и теперь за очередным цирком народ предпочитал наблюдать молча и со стороны.

— Я думаю, это не твое дело, Кейрош.

Услышав этот спокойный негромкий голос, уже покрасневший от злости вороненок-брюнет и его сосед по парте, миловидный блондин с густой вьющейся шевелюрой, похожей на одуванчик, разом успокоились и занялись тетрадями, учебниками, карандашами… и прочей учебной канцелярией, необходимой на уроке. Вроде как нету никакого Кейроша, пустое место.

— А ты, я вижу, ничуть не озабочен вмешательством в личную жизнь вашей команды? — Кириан подпустил яда в голос. Его взбесило то, что высокий синеглазый блондин со спокойными, полными сдержанного достоинства манерами в очередной раз не дал своим придуркам-друзьям купиться на провокацию.

— Меня вообще редко заботят глупости. Это ты по какой-то неизвестной мне причине считаешь их важными для себя, — невозмутимо отозвался Норриан ди Майрис, уже седьмой год носивший почетный титул Серебряного Принца академии и главного соперника Кириана-Князя.

Звон сигнального колокола поставил точку в этом раунде. Все замолчали и уставились на дверь в ожидании преподавателя.

Ректор Грарард вошел в аудиторию, окинул ничего не выражающим взглядом дружно вскочивших и вытянувшихся по стойке смирно ар’гардов и движением руки усадил группу на места.

— Представляю вам нашего нового ученика, — без долгих церемоний пророкотал он густым басом, заслышав который, даже самый завзятый хулиган мгновенно становился примерным. Весь класс дружно уставился ему за спину и так же дружно уронил челюсти на парты.

— Ресса Иллис ди Рианн с этого дня будет учиться в нашей академии, — ректор указал на единственный свободный стул в классе. — Можете занять это место. Отныне и до выпуска оно ваше. Ваш сосед, Кириан Эса ди Кейрош, один из лучших учеников нашей академии, окажет вам любую необходимую помощь, пока вы не освоитесь, — ректор бросил на блондина внимательный взгляд и дождался ответного учтивого кивка.

— Девчонка! Это же девчонка! — покатился от парты к парте запоздалый шепот изумления.

Дин фыркнул и незаметно пихнул своего друга Алекса локтем:

— Вот тебе и наследник по крови…

Алекс, опасливо покосившись в сторону преподавательской кафедры, смешно поднял плечи и передернул ими, демонстрируя высшую степень недоумения и любопытства.

Между тем стройная фигурка, затянутая в форменный китель, выдвинулась из-за грузной ректорской спины и легким уверенным шагом проследовала в направлении свободной парты. Где и столкнулась с насмешливым взглядом Князя.

Свой «титул» Кириан Эса ди Кейрош получил не просто так и безмерно им гордился. У него была собственная свита. У него был особый статус. Его голос имел немалый вес в Совете ар’гардов. Его боялись, наконец.

Он занимал лучшее место в столовой, лучшее место в спальне и лучшее место в учебном зале — в первом ряду, у окна. Второе место рядом с ним пустовало, потому что он так хотел. До сегодняшнего дня.

Пока остальные переглядывались и бросали косые взгляды на самого неожиданного сокурсника, которого только можно было вообразить себе в этом заведении, Князь, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди, открыто и беззастенчиво рассматривал девушку с ног до головы.

Если он и был удивлен, то по его внешнему виду этого никак нельзя было сказать. Напротив, казалось, что ситуация его до крайности забавляет.

Что ж, ничего впечатляющего. Даже жаль. Обычное лицо, не слишком правильные черты, волосы зализаны и стянуты в косу, даже цвет не разберешь, просто темные. Все какое-то бесцветное, невзрачное, взгляду зацепиться не за что. Пожалуй, только глаза. Глаза живые и смотрят без тени смущения, скорее с любопытством.

Иллис действительно не отвела взгляд, пристально изучая соседа, рядом с которым ей предстояло провести весь учебный год.

У Кириана было породистое лицо с правильными чертами и четко очерченным подбородком. Острые скулы. Брови вразлет над льдисто-серыми глазами и неожиданно пухлые, капризные губы. Он был красив и определенно об этом знал.

В легком прищуре глаз, в движении бровей, в частых лениво-снисходительных гримасах сквозила фамильная надменность, холодность и презрение ко всему миру.

Иллис мысленно скривилась. Про таких красавчиков их наставница по рейнджерскому делу говорила: «Копчиком чую, что этот цветочек на отборном навозе рос. Поскреби лепесток — и вони не оберешься».

В звенящей тишине отчетливо скрипнул отодвигаемый стул. Не обращая внимания на двадцать девять пар глаз, готовых прожечь в ней дыру, девушка села на указанное место. Ее лицо выражало только сосредоточенное спокойствие. Ха! Да подумаешь, пялятся они с любопытством и насмешкой. Нашли чем напугать.

Забавная. Князь подождал, пока ректор удалится, и только тогда заговорил. Тихо, так, чтобы не услышал учитель, который тем временем чертил что-то на доске, но услышала Иллис.

— Рад приветствовать вас на новом месте, ресса… — тут он запнулся, будто забыл ее имя, — ресса Лилс?

И сделал театральную паузу, выжидая, известно ли ей значение этого слова — «куколка, игрушка», причем в довольно пошловатом контексте.

Очевидно, перевод с древнего ей был известен, во всяком случае она ничего не переспросила, только глянула искоса, непонятно, то ли удивленно, то ли с вызовом.

— Ваш приезд большая радость! — как ни в чем не бывало продолжил Кириан. — А то, знаете, в академии иногда такая скука… очень не хватает женского общества. Если вы понимаете, о чем я говорю… — и похабненько улыбнулся.

Глава 2

— О да, прекрасно понимаю, — невозмутимо откликнулась девушка, мельком глянув на Кириана так, что ему мгновенно захотелось проверить, не вымазан ли у него нос чернилами, или что похуже. Это было непривычно, обескураживающе.

А невзрачная выскочка продолжила насмешливо-сочувствующим тоном:

— Судя по вашим манерам, мужчины очень быстро дичают без женского общества и начисто забывают, как надо правильно общаться с дамами. Даже привыкают безнаказанно говорить пошлости. То ли суровая чисто мужская дружба этому способствует, то ли кобыла на конюшне, с которой, как видно, вы привыкли развлекаться, давно не давала вам копытом по губам.

— О, а вы претендуете на ее место? — не остался в долгу Кириан, добавив яду в голос. — Хотите попробовать… дать?..

Ответить Иллис не успела. Разговор прервал мастер Варнессар, преподаватель математики:

— Кириан! Вы, должно быть, уже знаете тот материал, который я объяснял только что. Ну что ж, тогда пожалуйте к доске и решите нам эту задачу.

Князь неторопливо поднялся и, бросив еще один презрительно-насмешливый взгляд на девушку, небрежной походкой отправился к доске. Хотя задача была довольно сложной, отвечал он блестяще. Выводил на доске цифры ровным четким почерком, таким же красивым, как он сам, на вопросы отвечал без запинки и с лёгкой иронией, будто его спрашивали о вещах, понятных даже малым детям. Мастер Варнессар смотрел на него из-под приопущенных век, и в его взгляде читалось нескрываемое удовлетворение.

— Отлично, Кириан, отлично. И все же это не дает вам права разговаривать на занятиях.

Князь пожал плечами с самым невинным видом.

— Именно это я и пытался объяснить нашей новой сокурснице, но мы с ней слегка… не сошлись во мнениях.

— Имейте в виду, — продолжил мастер, — еще один раз — и я запишу вам взыскание! Обоим. Можете сесть на место. Запишите условие следующей задачи, — обратился он к классу.

И все занялись делом. Задача была из разряда трудных — мастер Варнессар любил «поломать мозги» своих учеников нестандартными заданиями. Однако скоро девушка отложила ручку и с интересом глянула в окно.

— Ресса, вы зря ищете решение там, — как и другие преподаватели, Варнессар принял новую ученицу без восторга. — На заборе такие вещи не пишут. Лучше напрягите мозги, если они у вас есть.

Церемониться с девчонкой он не собирался. За спиной Иллис послышались сдержанные смешки.

— У меня готово решение, — вставая, как и положено, ответила девушка, ничем не показывая, что ее задевает такое отношение.

— Как? — не поверил мастер и стремительно подхватил ее тетрадь со стола. — Хм… — Когда он поднял глаза, взгляд его был совсем другим. Таким потрясенным мастера Варнессара не помнил никто.

— Надо же! Наша маленькая ресса, оказывается, умеет писать циферки! Впрочем, неудивительно. Чем еще заниматься девушке с такой внешностью?.. — полный ехидства шепот Князя снова вызвал тихие смешки, которые тут же смолкли, потому что мастер подошел почти вплотную.

На самом деле Кириан, который за это время успел пройти только половину решения, был шокирован и взбешен, хотя самому себе в этом не признавался.

— Потрясающе! Нет, это просто потрясающе! — повторял преподаватель, снова уткнувшись глазами в тетрадку своей новой ученицы. — Кто научил вас этому методу?

Наконец он окончательно убедился, что ему не померещилось, и обратился к классу:

— Кто-нибудь еще справился с задачей? Нет? Ну что ж, тогда попросим… э…

— Иллис ди Рианн, мастер.

— Ах да! Попросим рессу Иллис написать решение на доске. Прошу вас, — он вернул девушке ее тетрадь.

— Мышь ученая! — Иллис не видела, кто из мальчишек прошипел это ей в спину. И ничем не выдала, что слышала. Ха, а то она не знает, что обращать внимание на таких шептунов — последнее дело! Только покажи слабину, затравят! И ничем, оказывается, мальчишки не отличаются от девчонок… Хотя нет. При желании они могут быть еще противнее!

Ну а что? Да с самого начала было понятно, что парни примут ее в штыки, хоть она изображай тупенькую куколку, хоть покажи реальные мозги. Просто в первом случае еще и презирать начнут, так что торку под хвост такую маскировку. Не захотят нормально дружить — пусть уважают. Хотя, конечно… разбежались они уважать, ага.

Она за всю свою жизнь не получала столько подколок, ехидных замечаний и нелестных эпитетов, как за этот день. Но вывести ее из себя не получилось ни у кого. А старались! Ух как старались. И уже в том, что у них ничего не вышло, Иллис чувствовала маленькую, но победу. Говорила ей Сюзз — учись держать себя в руках, нельзя быть такой взрывной. И она научилась.

М-да, судя по всему, за этот год вообще предстоит стать гением выдержки.

Хорошо хоть, красавчик-сосед по парте после первого занятия от нее отстал, сделав вид, что вообще не замечает. Но торков хвост в заклад, что это временно, слишком многообещающие взгляды он бросает исподтишка, когда думает, что она не видит.

День тянулся и тянулся, как жевательная смолка, прилипшая к башмаку на жаре. После занятий в канцелярию, где ей тоже никто не рад. Ну, кроме ректора… но это не в счет. Получить оставшуюся форму, постельное белье, учебники. И сюрприз.

Хорошая шутка, нечего сказать!

Иллис вывалилась из дверей канцелярии настолько ошарашенная, что даже не сразу сообразила, куда идти дальше. Хорошо, коридор был пуст, ставшие вездесущими курсанты разбежались по каким-то своим делам.

А ей предстояло подняться на третий этаж в южном крыле и обживать свое спальное место… в одной комнате с четырьмя совершенно незнакомыми парнями. Торк.

Это что вообще? Месть выскочке? Издевательство? Прямой намек — терпи или убирайся, нам тут не нужны девицы, и особых условий вроде отдельной комнаты им не положено? Скорее, все вместе…

Спрашивается, вот какого торка? Ведь все руководство академии в курсе, что Иллис тут не по своей воле, что это сделано по необходимости, что это даже не просто дань традициям, а отвлекающий маневр… Легенды о том, что наследник выжил при покушении и инкогнито давно обучается в одной из академий Амонтильера, ходят вот уже много лет. Выпускники этого года — из всех учебных заведений разом — в полном составе должны будут пройти испытание Звездой. И там станет ясно, правдива ли легенда о наследнике, или древний артефакт выберет родоначальника новой династии, поскольку представитель прежней в день своего совершеннолетия не вступит на Звездный Луч. Но в любом случае рядом с наследником или избранником должен быть мастер-рейнджер.

Все это знают. Все получили соответствующие инструкции. И?!

Это что, саботаж? По глупости, из спеси и нетерпимости? Или здесь кроется нечто большее?

Иллис сжала зубы и упрямо выпятила подбородок, поудобнее перехватывая стопку белья. Не дождетесь! Надо будет — сама этих четверых подвину!

Если бы она знала, что парни опасаются ее не меньше, ей, наверное, стало бы капельку легче. А может, и нет.

А те самые мальчишки тем временем тоже пребывали в замешательстве.

— Дела-а-а-а… — Майс резко затормозил на пороге их общей спальни. Дальняя, всегда свободная кровать в углу сейчас была загорожена высокой деревянной ширмой, выкрашенной в приглушенно-зеленый цвет. Это сооружение появилось в комнате, пока все были на занятиях, и, надо сказать, неприятно удивило парней. Как-то… ну, бесцеремонно это все: поставили ширму, вселили девчонку.

Хоть головой об эту деревяшку подойти и постучи — ну представить себе! ДЕВЧОНКА! В их комнате! Ни расслабиться теперь, ни в трусах походить, и вообще...

— Ну чего встал! — Габриэль, Майсов черноволосый носатый сосед и лучший друг, недовольно пихнул застывшего в спину. — Дожили. Еще трюмо сюда и пуфик с кружавчиками, совсем будет…

Он бухнулся на свою кровать и закинул длинные ноги в начищенных сапогах на ее спинку.

— …Школа благородных девиц! Еще небось вещей три чемодана, — закончил за него Майс. — Повезло нам, рессы ар’гарды, ничего не скажешь. Гай, подъем! У нас задание по философии, забыл?

— А мне нравится, — неожиданно усмехнулся Льен, самый неприметный и немногословный член их компании. — Зеленый цвет умиротворяет… Когда я смотрю на эту ширму, то мне представляется лес, шумящий в лучах утреннего солнца… речка и запах цветов… — по его выражению лица, как обычно, невозможно было определить, говорит он всерьез или тихо веселится. Вот он повел носом, радостно добавив: — И правда приятно пахнет… Милый парфюм, не находите?

— Чего? — Габриэль с размаху хлопнул себя по лбу, принюхался и скривился. — Только этого не хватало! Провоняем ее духами, нам же проходу не дадут!

— О! Торк! — взвился Майс, чья кровать была ближе всех к ширме. И отскочил от нее в сторону, как от прокаженного.

— И вообще, зачем ей душиться, этой зализанной вешалке все равно не поможет, — проворчал он, распахивая окно. — Она страшная!

— Так… — веско сказал вошедший последним Норриан, аккуратно перешагивая через сваленные у кровати Майса железки. — Предлагаю не обсуждать внешность дамы, а всем пойти в библиотеку, пока тут… проветрится как следует…

— От запаха, которого нет, — подмигнул Льен и ухмыльнулся, оглядев вытянувшиеся физиономии друзей. — Какие вы внушаемые, однако… оппа! Промазал, — он метнул подушку обратно в Габриэля. — Ладно, ар’гарды, строевым шагом на выход.

Пока шли, внешне невозмутимый Норр про себя успел подумать, что переговорит с мастером Варлеем, курировавшим седьмой курс, и попросит для этой… Иллис, кажется, отдельную комнату. Куда это годится — четверо парней и девчонка! Нонсенс какой-то.

Глава 3

Когда затихли шаги и голоса, за открытым окном качнулась одна ветка, шелестнула густая листва другой — и на подоконник легко скользнула тень.

Иллис спрыгнула на пол и с удовольствием потянулась. Хмыкнула, осмотрев ширму в углу комнаты.

Денек выдался веселый — в кавычках. Хорошо, что это дерево так удобно растет — ветка всего в метре от подоконника, с ее подготовкой — чуть ли не ковровая дорожка выстелена по запасному пути. И хорошо, что она услышала соседей заранее, — успела выскочить.

Правда, зачем ей это понадобилось — сама не поняла, тело сработало раньше, чем разум, на инстинктах. Она что, выслеживать мальчишек из засады собралась? Вроде нет… Хотя разговорчик интересный подслушался. Нечаянно. Ага-ага.

— Сам ты вешалка, — сказала она мстительно, посмотрев в сторону одной из кроватей. — Вот возьму и брызну тебе… куда-нибудь. Только духи надо будет у Анеллы попросить, те, которые ей поклонник с фермы подарил. Они в прошлой жизни явно были клопомором, так что сгодятся! А то подумаешь… — незлобиво ворча себе под нос, она прошла за ширму и стала раскладывать вещи по местам.

Торк, все оказалось сложнее, чем она себе представляла. Подруги в Ордене давно рассказывали, что Рандар — место, где собраны отпрыски самых знатных родов Амонтильера. Что аристократы все снобы и на голову ушибленные, в чем она сегодня лично убедилась. Ко всем, кто не из их круга, относятся как к людям второго сорта. М-да… И как-то придется с ними общаться. Наверное. Во всяком случае уживаться в одной комнате точно.

Иллис хихикнула, вспомнив напутственное слово Миллис перед самым отъездом: «Считай это разведвылазкой на территорию врага».

Нет, ну не врага, конечно. Не кархи же они все-таки, люди...

Правда, она не ожидала, что эти люди будут такие… странные. Иллис не раз бывала в егерских лагерях на границе, достаточно много общалась и даже дружила с их обитателями, но это были взрослые мужчины, и они… они были совсем другие.

Тоже не всегда понятные и местами чудные. Но в целом с ними можно было иметь дело, и они уж точно не имели обыкновения шушукаться у нее за спиной и смотреть свысока и с нездоровым любопытством, как на экзотическую зверюшку. А здесь... как в сказке: чем дальше, тем страшнее.

Иллис в очередной раз вздохнула. И конфет нет, чтобы хоть как-то поднять себе настроение!

Не удержалась и слопала все, что на прощанье надарили подруги, еще до того, как приехала в Рандар. И карманных денег тоже не будет до конца месяца… и как жить дальше, спрашивается?

Ладно, хватит ныть! Надо закончить с вещами и успеть позаниматься. Новоявленная хозяюшка ловким движением застелила свежезаправленную постель серым казенным покрывалом, отошла на шаг и тут же споткнулась о непонятную железяку. Ойкнула, схватившись за ногу, и зашипела — тяжелая какая! Что это вообще? И зачем оно торчит из-под ее кровати?

Девушка подумала немного и подняла покрывало. Опустила.

— У них тут склад тяжелой артефакторики, или как? — озадаченно спросила она в пространство. — Ну и порядки. Уй… бедная моя нога… — поминая тихим незлым словом хозяина особо торчащей штуковины, Иллис выползла из-за ширмы и не поленилась, обошла все другие четыре кровати, методично заглянув под каждую. Ну мало ли, может здесь так принято — спать на железе.

Еще один склад, куда более богатый, обнаружился под кроватью кудрявого блондина, того самого, который «вешалка». Ну теперь хоть понятно, кому адресовать мысленные ругательства…

Так и не решив, как реагировать на скопление чужих игрушек под своей кроватью, Иллис взялась дальше распаковывать вещи. Ну хоть Анелла завтра приедет!

А значит, и тренировки возобновятся. Слава Хелесс, это ей позволено делать по собственной программе! Презрительные взгляды и откровенно насмешливая снисходительность местного учителя боевых искусств — мастера ди Хасса — злили почему-то больше всего. Даже пренебрежительные смешки парней ее не так задевали. Но у нее уже есть идея, как разобраться с этим вопросом… Завтра, все завтра…

С этими мыслями девушка взяла стопку своей тренировочной формы и пошла к своему шкафу. Ну, то есть возле каждой аккуратно заправленной кровати с одной стороны стояла приземистая тумбочка, похожая на комод, а с другой — узкий и высокий одностворчатый шкаф. И у нее за ширмой был такой же, и она логично предположила, что вполне может им распорядиться.

Не тут-то было!

— Торк! — ошеломленная девушка едва успела подхватить посыпавшиеся на нее с полок запчасти, железки, резные деревяшки и камни. Для этого потребовалась поистине цирковая ловкость; Иллис уронила собственные вещи, но «камнепад» с полок сумела остановить и захлопнула дверцу. — Ну, погоди, «вешалка»! Хомяк несчастный! Интересно, почудилось или у него там действительно деталь от рунного концентратора?!

Девушка еще прошлась вдоль кроватей. Вздохнула. Вот бы здесь жили Ральке с Мил или, на худой конец, Марька-вредина. Можно было бы это богатство ей под одеяло напихать!

* * *

Тем временем в библиотеке, где старшие по обыкновению готовили уроки, вместо чинной тишины стоял гул растревоженного улья. Разговоры были об одном. Суть их сводилась, в общем, к одному: дама в мужской академии — беды не миновать. Четверке искренне сочувствовали, но и подтрунивать не забывали. Мол, будете вы теперь называться не «Норрова четверка», а «дамская комната» или «четверка в кружевах».

Габриэль откровенно злился, да и остальным было не до смеха. А тут еще пришел озабоченный Норриан, который откололся от них по пути. Он только что имел беседу с куратором, и беседа эта оказалась крайне неутешительной — эту Иллис никуда не отселят. Распоряжение ректора. Раз уж попала сюда — должна быть наравне со всеми. И точка. Выкручивайтесь, как хотите.

— Со всеми, значит… — зловещим полушепотом произнес Габриэль, наклонившись к приятелю. — Ну так мы ей устроим «наравне»… Мы ей такое устроим, что она сама от нас сбежит к мамочке с папочкой и до конца жизни больше от вышивания и романсов не оторвется!

На последней фразе он в запале непроизвольно повысил голос. Вокруг одобрительно загудели, предвкушая неплохое развлечение.

— Ну да, с такой внешностью, — хмыкнул Майс, — ей больше ничего и не остается. Физиономия выразительная как тарелка, волосы зализанные, не поймешь какого цвета. Тут хоть обыграйся романсами, ничего, кроме вышивания, не светит! — он откинулся на спинку стула, довольный своим остроумием. — О! — встревожился Габриэль. — Так, может, ее сюда на поиски мужа и наладили? Сразу стало тихо.

— Да ну, глупости! — стряхнул общее оцепенение Майс. — Так мужей не ищут. Этим вообще… другие занимаются, и вообще… вообще… — он не знал, как еще аргументировать свое мнение. — Глупости!

— А я бы не был столь категоричен, — задумчиво произнес Норриан. — Должна же быть какая-то причина ее появления здесь, и нельзя исключать…

— Стоп, ар’гарды, так нельзя! — тихо запротестовал Льен. — Как бы нам все это ни было не по душе, но ресса Иллис — девушка, и мы должны относиться к ней как к даме. Уважительно. Иначе какие же мы с вами…

— Девушка? — не дал ему договорить всколыхнувшийся Габриэль. — Не-ет, Льен, она не девушка. Девушки сидят дома за книжкой и чинно прогуливаются по улицам, опустив глазки в пол. Ну, максимум в женских пансионах учатся. А она в высшую академию приперлась. И пока она тут… — он сделал многозначительную паузу, — она — такой же курсант. Тем более нам дали понять, что она ничем не отличается от нас, уловил?

Глава 4

— Просто удивительно, что ее подселили именно к вам, — раздался очень знакомый голос с характерной манерой растягивать слова.

В дверях библиотеки, по-хозяйски прислонившись к косяку, стоял Князь, а за ним, как тень, маячил его вечный подпевала Вайрис. Как и положено главному приближенному к важной персоне, он всегда следовал за своим кумиром.

— Должно быть, это потому, что никого из вас не жалко отдать в мужья этой безликой вешалке, а?

— Зато подсадили ее к ТЕБЕ! — через секунду взбешенной тишины отозвался быстрый на язык Майс. — Тоже, видимо, чтобы поближе пригляделась!

— Какой сарказм, Майси. Я очарован. Вот только есть нюанс: сия милая ресса никак не дотягивает до того, чтобы породниться с высоким семейством Эса ди Кейрош. А вот для вас, ар’гард, она в самый раз.

Кириан прошел к своему постоянному столу и небрежно бросил книги. Глянул на притихшую компанию из-под ресниц и тонко ухмыльнулся.

— Я даже готов сочинить для вас брачное объявление: ресс «Ржавое корыто» ведет под венец рессу «Бледную поганку». Может быть, ваш род даже поднимется вверх на ступеньку и на вашем гербе будут изображать корыто с поганками.

По лицу Майса стало понятно, что Князь попал в точку. Он вообще славился умением находить больные места и бить точно в них. Майс происходил из захудалого дворянского рода, его семья еле сводила концы с концами и мечтала только об одном — найти удачную партию для сына и выправить тем самым свое положение. А оно было настолько незавидным, что денег не хватило даже на приличного художника — нарисовать фамильный герб, святая святых. Поэтому щит на их гербе выглядел странновато и в самом деле напоминал скорее корыто, чем элемент экипировки славного предка…

Последние два года каждые каникулы Майса оборачивались кошмаром — его родители, а также многочисленные тетушки, бабушки и сестры говорили только о будущей женитьбе и без конца таскали парня на смотрины. Слава Эйро, на вторую половину лета его приглашали к себе родители Льена, и хлопотливое семейство не могло устоять перед громким титулом ра Сайеш, столичным домом и тем, что в семье одного из самых богатых людей страны была еще и младшая дочь.

Так вот, пока семья думала, как бы поудачнее женить своего единственного сына, Майс бредил мечтой о судьбе военного инженера-изобретателя и о возможной женитьбе думал не иначе, как с отвращением. Будь его воля, он вообще никогда бы не женился, но, если уж семья решит, сопротивление бесполезно.

Понятно, почему от Кириана это был удар ниже пояса.

Майс, ничего не соображая от ярости, кинулся на обидчика, но Норриан успел его перехватить. И, крепко удерживая друга, глянул Князю прямо в глаза.

— Говорят, незаконнорожденных сыновей часто отдают в род жены… — негромко заметил он. Это было недвусмысленное предупреждение: поостерегись!

Норр знал, о чем говорил. Его род не уступал Эса ди Кейрош ни древностью, ни влиятельностью. Они даже приходились друг другу какими-то там дальними кузенами.

Что не мешало им враждовать, но давало Норриану некоторые преимущества. Он знал о Кириане больше других, хотя и пользовался своим знанием крайне редко — только если противник совсем выходил за рамки.

Глаза Князя чуть больше сузились, губы сжались чуть плотнее. Но только это и указывало на то, что слова Норриана достигли своей цели.

Мать Кириана, актрисулька из заезжего театра, сбежала сразу же после его рождения. Он знал, что для семьи он навсегда останется номером вторым после законного старшего сына. Он знал это, но откуда это мог знать Норриан?!

— Что ты можешь знать о том, что такое вообще семья? — спросил он, не сводя с Норриана своих серых глаз. — Насколько мне известно, у тебя ее никогда не было.

— Достаточно для того, чтобы кто-то придержал язык, если не хочет, чтобы вся академия обсуждала его собственную семью, — совсем тихо, подойдя вплотную, произнес тот. Норр был в бешенстве, хотя привычно этого не показывал. Любые намеки на собственное сиротство и попечительство дядюшки выводили его из равновесия надолго.

Резко отвернувшись от противника, он кивком позвал друзей, и все четверо покинули поле боя, на прощание обдав врага волной презрительных взглядов.

Князь постоял на месте еще с полминуты, выдерживая паузу, и с невозмутимым лицом прошел к книжному стеллажу. Выбрав нужную книгу и устроившись с ней за столом, он, казалось, погрузился в чтение. Но мысли его были в этот момент далеко от заданного урока. Откуда Норр мог узнать то, что никогда не произносилось им вслух? Откуда? Откуда?!

— Ну хватит уже, Майс! — в который уже раз повторял Норриан. — Ты же знаешь, что этот подонок специально нас провоцирует.

— Когда-нибудь я оторву его белобрысую башку вместе с его грязным языком! — свирепо пообещал Майс, который все никак не мог успокоиться. Он в сердцах толкнул дверь в комнату, да так, что она с силой стукнулась в стенку, и врубил освещение.

— Нет, ляпнуть такое! — продолжил он громко возмущаться. — Что я женюсь на этой невзрачной мокрице! Мало того, что она сюда притащилась, мало того, что ее поселили к нам в комнату!

— Как думаете, не станет же моя семья меня на ней женить? — добавил он с искренним опасением.

Но ответ на этот вопрос так и остался тайной, потому что в этот момент что-то хлопнуло, звякнуло, и стало темно…

«Ой, торк...»

Иллис у себя за ширмой натянула одеяло на голову. Ой, торк.

Весь вечер она провела за учебниками, а когда за окном сгустилась темнота — позволила себе махнуть рукой и дать волю усталости. День выдался непростой, а вставать завтра рано, очень рано.

Хорошо, что ей хотя бы разрешили пользоваться индивидуальной купальней в крыле преподавателей — там была одна свободная. Ну да, ну да, отправить ее в общую с парнями душевую — это был бы перебор для самого злостного сноба и саботажника.

Только вот бегать туда придется через весь корпус и каждый раз после купания одеваться как на парад — в халате не проскочишь. Ладно…

Соседей все не было, и она почти задремала в своем углу, а тут вдруг шум, свет...

Спросонок она забыла, что находится не в своей прежней общей спальне для девушек-рейнджеров, а практически во вражеском окружении. Ну и отреагировала привычным образом, прежде чем мозг окончательно проснулся и осознал действительность.

А подвернувшийся при уборке под руку чужой башмак, который так и остался пока лежать на тумбочке у кровати в ожидании хозяина, оказался отличным снарядом. Пролетел над ширмой и попал точно в нужное место, погасив лампу.

И тишина...

Ой… и чего? Так, главное, сделать вид, что все идет как надо!

— Спокойной ночи, отбой уже был! Час назад! — заявила девушка таким тоном, словно даже не сомневалась в том, что ее новые соседи правильно поймут намек.

И быстренько накрылась одеялом с головой.

Глава 5

С полминуты в комнате стояла тишина. Льен тихонько щелкнул ночником у своей кровати, и неяркий свет лег теплыми бликами на пол и на всерьез ошарашенных парней. Норр поднялся из боевой стойки, которую рефлекторно принял. Майс хлопал глазами, а Гай и Льен осторожно подошли поближе. И все четверо какое-то время настороженно смотрели на ширму, будто ждали, не вылетит ли оттуда еще что-нибудь. Первым очнулся Габриэль.

— Это что же, нам теперь и поговорить в своей комнате нельзя? — шепотом спросил он, поворачиваясь к остальным.

— Выходит, нельзя, — пожал плечами Льен, отходя в сторону, и тут же обо что-то споткнулся. — После отбоя вроде и незачем, м-м-м? А это что? Хм… любопытно… — сказал он, поднимая это что-то с пола.

— Это же мой ботинок! — удивился вдруг Майс. — Я его полгода назад потерял. Где он был, интересно?

— Вот тебе и кружавчики с духами… — отозвался Норр. — Дама-то у нас полна сюрпризов… Давайте-ка в самом деле спать, рессы ар’гарды, пока еще что-нибудь… не нашлось неожиданно.

Утренний колокол зазвонил как обычно, в семь утра. И как обычно же, еще пару минут после того, как стих оглушительный перезвон, в комнате царила тишина. Только потом началось какое-то вялое шевеление. Мальчишки просыпались, садились в кроватях, потягиваясь и зевая. Только Майс с мученическим стоном натянул на голову подушку и попытался поспать еще хоть пять минут.

Первым из постели выбрался Норр, со вкусом потянулся еще разик и стал быстро одеваться. Натягивая тренировочные штаны, он подошел к кровати Майса и хмыкнул:

— Ну конечно! — из-под нахлобученной на голову подушки торчали встрепанные светлые пряди и уголок потертой обложки.

— Вставай, читатель! — одеяло предательски улетело в утренние дали, а Норр безжалостно дернул подушку. — Я тебя по вечерам обыскивать буду, чтобы половину библиотеки не таскал в кровать!

— А! — Майс очумело заморгал сонными глазами. — Нет, не пойду замуж!!! Ни за что!

— Чего? — развеселился уже одевшийся Габриэль, а Льен просто захохотал, сидя на своей кровати.

— И не надейся, я на тебе не женюсь ни за какие коврижки, — Норр старательно сохранял на лице серьезное выражение. — Ты будешь отвратительной супругой, дорогой. Мало того, что по ночам читаешь, так еще начнешь сооружать из кровати катапульту! — Он не выдержал и засмеялся, показывая остальным обложку злополучной книжицы: «Старинные осадные механизмы».

— Да ну вас! — окончательно проснувшийся Майс неохотно слез с постели. — Мне всю ночь кошмары снились! Про… — тут он запнулся и настороженно уставился на зеленую ширму.

Остальные мальчишки последовали его примеру. За ширмой царила безмятежная тишина.

— По-о-о-одъем!

Подскочившие от неожиданности парни возмущенно уставились на Габриэля.

— Десять минут назад был! — невозмутимо-ехидно заявил тот, копируя вчерашнее выступление новой соседки.

Однако из-за ширмы по-прежнему не слышно было ни звука. Подождав еще минуту, Норр пожал плечами:

— Не наше дело. Но и на цыпочках ходить я не собираюсь!

— Ах, ну да! Как же я мог забыть? У рессы особая программа подготовки, — голос Гая сочился ядом.

— Везет же некоторым! — искренне позавидовал Майс и потер красные от недосыпа глаза, после чего душераздирающе зевнул.

— Читать надо меньше по ночам, — Норриан швырнул в Майса его же штанами, как всегда валявшимися под стулом. — Живее, а то схлопочем дополнительный кружочек за опоздание, я тебя собственноручно в раковину головой макну!

Еще через пять минут хлопнула дверь, и тишина вернулась в комнату. Пугливо и осторожно она выползла из углов и вольготно разлеглась на пустых, аккуратно заправленных кроватях. В том числе и на той, что стояла за зеленой ширмой…

Когда парни, переодетые в тренировочную форму, вышли во двор, до начала занятий оставалось минут пять. Они обменялись уже не одной парой шуток по поводу специальной программы тренировок для «истинной рессы». Были тут упомянуты и упражнения для ресниц, и стрельба глазами, и разные другие характерные упражнения, подходящие женскому полу.

Сами они гордились своей боевой подготовкой и, хотя прекрасно понимали, что до профессиональных боевиков им как до неба, потому что Рандар — не военная академия, а светская, считали, что гоняют их на совесть. Не то что некоторых… ресс.

Наконец, мастер ди Хасс построил всех для традиционного приветствия, и занятия начались. Сразу стало не до разговоров. Ди Хасс всегда заставлял выкладываться по полной, и это утро исключением не стало.

И все равно парни есть парни — они довольно быстро вошли в ритм и начали поглядывать по сторонам. Никто не произнес этого вслух, но всем было до смерти интересно, когда же появится «ресса сплюшка» и как она будет тренироваться. Если будет, конечно… Должна. Нормы по физической подготовке входили в обязательную аттестацию, без которой не давали допуска к экзаменам.

— Постойте-ка… А это кто? — шепотом выдал вдруг Майс, слегка запыхавшись после серии разминочных упражнений. — Еще одна?!

Со вчерашней беседы в библиотеке Майс относился к появлению женского пола несколько нервно. Предмет его волнений сидел под раскидистым деревом чуть в стороне от тренировочной площадки. Одет он, вернее она, был в обычный тренировочный костюм, почти такой же, как у остальных во дворе. Но то, что это не мужчина, понятно было сразу. Длинная, иссиня-черная коса, строгое красивое лицо и весьма… женственные пропорции.

Долго любоваться новым явлением не дал мастер. Разминка закончилась, и он объявил, что сегодня день зачетных спаррингов.

И естественно, в первую пару мастер ди Хасс поставил двоих самых сильных — вечных противников, Князя и Серебряного Принца.

Поставил их, значит, друг против друга, все остальным велел смотреть и учиться, а сам направился к сидящей поодаль женщине. Парни тут же как по команде навострили уши, даже те двое, кому сейчас предстояло сойтись в тренировочном поединке.

— Я так понимаю, ваша ученица начинает тренировку сразу за обедом. С ложкой? — мастер ди Хасс не скрывал своего отношения к «бабскому нашествию». Изменить он уже ничего не мог, но и молчать не собирался.

Женщина неторопливо и спокойно оторвалась от созерцания шелестящей кроны и посмотрела на незваного собеседника.

— Моя ученица вернется с пробежки к побережью через несколько минут, — она грациозно поднялась со скамьи. — У нас принято начинать день с рассветом, уважаемый мастер.

— К побережью? — грозно выкатил единственный глаз ди Хасс. — Дурацкие выдумки! Это в трех милях отсюда!

— Совсем рядом, вы правы, — пожала женщина плечами. — Зато можно хорошо размяться в воде, заплывы по утрам полезны для общей формы. К тому же ваш повар обрадовался такой оказии, а Иллис любезно согласилась захватить на обратном пути какие-то особенные водоросли, без которых он жить не может.

Пока мастер ошеломленно разевал рот, чтобы достойно ответить на эту чушь, женщина оживилась:

— Ну вот и она. Почти вовремя.

Глава 6

Закончившие разминку парни во дворе разрывались надвое: всем хотелось послушать такой интересный разговор, тем более что эту новую рессу под деревом не оглядел только ленивый. Но не пропускать же из-за него бой «титанов». Князь и Принц — эти могут показать класс! А если втихую поставить на возможного победителя — еще и денег можно срубить влегкую. Вот только как угадать? Они оба хороши, каждый в своей манере.

Вот досада, так и косоглазие можно заработать!

Зрелище и впрямь было достойное внимания. Противники не уступали друг другу ни в силе, ни в ловкости, ни в умении, ни в упорстве. Бой шел до первого пропущенного удара.

Оба выкладывались по полной, и Кириан напряженно искал брешь в защите противника, применял одну хитрость за другой.

Вот зар-р-раза! Как всегда!

Норриан разгадывал все его выпады и успевал не только парировать, но и сам атаковать.

Они слишком хорошо знали друг друга.

И вдруг случилось странное — Норриан раскрылся. Глупо и совершенно необъяснимо. Всего на мгновенье, но этого оказалось достаточно. Идеально, как по учебнику, Князь провел завершающий прием, который долго готовил. Остановил движение в последний момент, обозначив удар, и отступил, не скрывая торжествующей усмешки.

Есть! Давно, давно-о-о-о победа не давалась ему так легко.

— Что, ваше высочество, замечтались? — ядовито начал он, отступая к краю круга, и вдруг понял, что его не только не слушают, но даже не смотрит никто! Ни противник, ни зрители… Да они даже не заметили его победы! Торк! Какого...

И этот придурок тоже! Принц, дыру ему под ноги. Куда они все вытаращились?!

Да вообще хоть кто-то обратил внимание, как красиво сделали этого торкова ди Майриса?!

И с чего у всех на лице такое выражение, словно во двор строем входят привидения прекрасных девственниц?

Князь резко развернулся, и…

Что-то перелетело через дальний, внешний забор. Что-то странное!

Через секунду Кириан приоткрыл рот и распахнул глаза ровно так же, как и вся остальная мужская братия во дворе.

Тренировочный двор был расположен в низине между двумя холмами — на одном из них, за спиной ребят, громоздились каменные бастионы древней крепости, а на соседнем — сторожевые вышки и внешняя линия ограды, после которой надо было еще спуститься к воротам по широкой дороге, открытой всем ветрам и стрелкам.

И вот по этой дороге, хорошо освещенной утренним солнцем, стремительно летела… девушка с длинными, чуть рыжеватыми волосами, флагом полыхавшими на солнце. На плечах у бегуньи ровно лежало деревянное коромысло с тяжело покачивающимися ведрами, дорога сама словно стелилась под ноги, и вообще вся эта картина была настолько нереальная, что пара человек даже протерла глаза.

Мгновение — и видение исчезло, тропинка нырнула вниз, за вторую, внутреннюю ограду. И через секунду вновь возникло, еще более ошеломляющее.

Девушка взмыла над закрытыми воротами академии, словно ее с той стороны подбросили катапультой. Коромысло с полными ведрами стремительно вращалось на вытянутой вверх руке. Словно играючи, небрежным перекатом, прыгунья скользнула к земле, вскочила на ноги, и непонятно как удерживаемое коромысло было аккуратно поставлено возле стройных, обтянутых узкими штанами ног.

Все это выглядело столь же невероятно, как если бы во дворе академии появилась, например, летающая лошадь с золотыми крыльями.

Первым опомнился мастер ди Хасс. Откашлялся и уже хотел что-то сказать своей собеседнице, но она опередила его быстрой улыбкой:

— Извините, но моей воспитаннице пора немного размяться.

Женщина привычным жестом вытащила откуда-то из-за спины широкий кинжал и дагу и неожиданно с силой метнула их прямо в остановившуюся посреди двора девушку, как раз снова поднявшую свое коромысло и отдавшую его помощнику повара.

Все ахнули, но испугаться как следует не успели. Невероятно гибким движением перехватив оба предмета, Иллис ослепительно улыбнулась наставнице:

— Что, прямо тут танцуем?

— Ну раз ты решила так выпендриться, кто я такая, чтобы тебе мешать? — невозмутимо ответила женщина, подходя почти вплотную. — Долго репетировала?

Иллис смешно наморщила нос и хихикнула:

— Да с полуночи почти… зато скажи, я звезда?

— Звездее не бывает. Ничего глупее придумать не могла?

— Пф-ф-ф-ф!

— Только попробуй сейчас схалтурить: на глазах у этих твоих новоявленных поклонников по заднице надаю, как девчонке-салаге, поняла? Поехали!

После этих слов наставница резко разорвала дистанцию, и в ее руках сверкнули собственные дага и кинжал.

В следующий момент картинка словно смазалась, настолько быстро двигались две женские фигуры. Только коротко звякнул отбитый кинжал, и снова все замерло. Иллис и ее противница, словно в танце, медленно двинулись по кругу, не прекращая поединка взглядов.

— Кстати, ты почти опоздала, — как бы вскользь заметила старшая женщина.

— Пришлось ждать, пока готовили посылку для повара, — Иллис снова улыбнулась. — Не страшно, водичка сегодня чудесная.

Светская беседа совершенно не вязалась с действиями соперниц: медленное кружение внезапно сменялось свирепыми и стремительными атаками, вихрем солнечных зайчиков в начищенном оружии и звоном стали.

Они кружили по двору, кружили… словно нарочно давая всем желающим рассмотреть Иллис во всех подробностях.

Сейчас ее лицо никто не сравнил бы с тарелкой, а саму девчонку с вешалкой. Горящие азартом и весельем глаза, завораживающе гибкие, кошачьи движения и брызжущая буквально во все стороны энергия. Впечатление усиливалось чуть влажными после купания волосами, небрежно и быстро собранными в хвост на затылке, чтобы не мешали. Все это делало Иллис такой… нет, не красивой, но яркой, живой, притягивающей, что от нее невозможно было отвести глаз. Ну и пусть она не была похожа на томных столичных ресс, что считались эталоном красоты, и фигура у нее скорее мальчишеская, и нос в веснушках…

Все равно все смотрели не отрываясь.

Даже мастер ди Хасс, правда выражение его единственного глаза было скорее задумчивым.

И вдруг, так же внезапно, как начался, поединок прекратился.

— Опять руку щадишь, — наставница одним движением отправила оружие в ножны. — И нижние защиты надо еще доработать. Не расслабляйся, девочка. И поменьше выпендривайся.

— Да, мастер Анелла, — коротко кивнула Иллис, возвращая оружие наставнице. — Сейчас и займусь, — она посмотрела на приделанный в развилке двух деревьев турник чуть в стороне от основной тренировочной площадки.

Их разговор прервало деликатное покашливание. Подошедший к девушкам ди Хасс выглядел непривычно без своей вечной едкой нахумуренности.

— Полуденный? — коротко спросил он у старшей. И, получив утвердительный ответ, словно сам себе и сказал: — Теперь понятно…

Он отступил на шаг и неожиданно глубоко, уважительно поклонился, прижав сжатую в кулак правую руку к груди.

— Имею честь представиться. Старший мастер Первого Егерского, Ариард ди Хасс, к вашим услугам, рессы. Разрешите выразить вам свое глубокое уважение.

— Старший мастер-рейнджер Анелла Кордейл, — так же уважительно склонила голову наставница.

— Младший мастер-рейнджер Иллис ди Рианн, — повторила ее поклон девушка, но сопроводила это такой лукавой и непосредственной улыбкой, что старый вояка не выдержал и улыбнулся в ответ.

Вот это точно было уже из разряда небывалых чудес. Ди Хасс улыбнулся?! Что дальше? У всех присутствующих вырастут крылья Эйро и прямо во дворе академии зажжется новая Звезда Амонтильера?!

Нет, ну а что… события примерно одинаковой вероятности же!