Зря я не убил попаданца

Глава 1

Я устал.

Устал от войны, дворцовых интриг, бестолковых заседаний магического совета, подхалимства слуг и постоянного напряжения на должности Первого Щита империи.

Откуда мне было знать, что четыре года в магической академии, пять лет на передовой и три года в личной охране Императора могут превратить мужчину в самом расцвете сил в морального старика?

Я сполна хапнул жизни активного гражданина. Теперь меня интересуют лишь покой и умиротворение.

Поэтому при первой же возможности я покинул столицу и отправился в единственное место, где могу ощутить себя простым человеком.

Я отправился домой.

Тем более что по традиции моего древнего ордена пришла пора сменить своего наставника на посту стража ещё более древних руин забытого города. Непыльная работёнка для того, кто является мастером охранных искусств.

Остаётся открытым лишь вопрос: возможно ли расслабиться в мире, куда постоянно норовит кто-то вторгнуться?

Можно ли снова стать простым человеком, если война превратила меня в ходячий рефлекс на опасность?

***.

— Наконец-то заслуженная пенсия… — со вздохом счастья промурлыкал я и лениво зажмурился, перекатывая соломинку во рту.

Чириканье птиц, стрёкот сверчков и отдалённый звук кузнечного молота действовали на меня умиротворяюще.

Но я даже не успел закинуть ноги на чайный столик, как входная дверь дома скрипнула.

— Пенсионер? И всего-то в тридцать три года?! — раздался голос матери, вытиравшей руки о мокрое полотенце. — Чем дальше будешь заниматься, оболтус? — Она напустила на себя самый грозный вид, на какой была способна женщина, дождавшаяся сына с семилетней войны.

Я открыл один глаз, посмотрел на неё. Невысокая, в простой и грубой крестьянской одежде. Но рассмотреть её лица мне не удалось. Летнее солнце с самого утра светило ярко и даже слепило, но не пекло.

Тут же зажмурился и снова расслабился.

Уже к обеду для подобной лени станет невыносимо жарко. Вот я воспользовался моментом, лёг на веранде, подставив своё довольное лицо его лучам.

Меж тем мать продолжила причитать:

— Я уже молчу про внуков. Пенсионерам вроде тебя так-то трудно найти молодуху, которая рожать будет.

Её ворчание звучало для меня странно и непривычно, и я только сейчас понял почему. За годы службы никто не смел на меня повышать голос. Но мать — единственная должность с особым приоритетом.

Лениво вытянув ладонь, я сделал рунический жест пальцами и создал зеркальный щит. Тень накрыла нас двоих, и я мог больше не щуриться, а его вогнутая поверхность отражала ещё и тепло, даря прохладу.

Практично и эффективно.

— Ну, ма-а… — на моём лице заиграла самая безобидная улыбка. — Ты опять за вчерашнее? Я всего лишь второй день дома. Неужели «Первый щит» империи не имеет права на заслуженный покой?

— В тридцать три года? Заслуженный покой? Пенсия? — она изогнула бровь и насупилась.

Мимические морщины прорезались сильнее, и я вдруг понял, что за годы моей службы в личной охране императора родители сильно постарели.

— Да, заслуженный. Мы так-то победили в последней войне с вторженцами из иных миров.

Маман недовольно хмыкнула:

— А я вот сегодня на рынке слышала, что в наших краях опять подозрительные личности объявились. Странные какие-то, в обносках и «квест» у людей какой-то просят.

Я скривился:

— А мой заслуженный покой тут причем? Пускай с сумасшедшими стражники разбираются. Сейчас я хочу как следует отдохнуть и спокойно заняться тем, чем всегда хотел.

Мама упёрла кулаки в располневшие бока:

— И чем же?

Я пожевал соломинку:

— Император выделил мне землю и поместье. Скоро я отправлюсь туда и наконец стану простым фермером. Хочу растить урожай, пасти скот, а по вечерам отдыхать у огня, — я сделал несколько коротких вдохов и почуял приятный запах дыма. — Вот, чуешь? Чуешь?! Дымком тянет… классно же.

Блаженно вздохнув, я откинулся на спинку, наслаждаясь приятной тишиной и запахами деревни, так сильно отличающейся от суеты и смрада имперской столицы.

— Первый щит императора хочет стать фермером? — в интонации мамы не звучало издёвки, какая была у отца, которому моя идея показалась смешной.

Я кивнул:

— Каждый имеет право на мирную жизнь. За это мы и сражались, — в моём голосе звучала гордость выполненного долга.

Несколько секунд маман молчала. Явно обдумывая сказанное мной.

— Йар, едрить твоё коромысло! — внезапно закричала она. — Горим!

Я распахнул глаза и сразу же активировал свою защитную ауру. Отточенные до безупречности рефлексы обнаружили две опасности. Первая — в мою голову летело мокрое полотенце маман. Вторая — сеновал, откуда я ранее взял соломинку, занимался огнём.

Дальше я действовал как на первых уроках боевого контр-мага.

Первое — личная защита.

Она уже была активирована и прекрасно справилась с угрозой. Мокрое полотенце врезалось в барьер и с влажным шлепком упало на пол в полуметре от меня.

Второе — контрдействия.

Соответствующие опасности знаки силы вспыхнули в голове. Мир на секунду потерял привычные краски, а руки молниеносно прочертили руны.

«Исток, Рлье, вектор, усиление, контур».

Раздался беззвучный хлопок ворвавшейся в наш мир магии — и вот сеновал накрыт куском ледяного щита размером с весь сеновал.

Третье в методике обороны — обнаружение источника опасности. И я его нашел.

— Твою мать… — прошипел я, когда понял, что мой зеркальный щит, способный отразить атаку служителя Аина, вовсю отражал солнечный свет на ветхую постройку.

Пламя потухло. Огромный прозрачный айсберг переливался всеми цветами радуги от направленных на него лучей. Ледяная магия мелодично потрескивала от разницы температур и слегка начинала подтекать в месте, куда падал пучок света.

Моя рука сделала жест, и зеркальный щит исчез.

— Вот и всё. Не надо паники.

— М-да, наворотил ты делов, сына… — она тяжело вздохнула и раздосадованно покачала головой.

Её реакция была для меня странной. Казалось, что она совсем не рада тому, что я спас хозяйство от пожара. Я нахмурился, так как ожидал другого.

— А что не так?

Маман продолжала ошарашенно смотреть на глыбу льда.

— Да всё! — гневно выпалила она. — Щит изо льда — это, конечно, здорово. Никто из наших сельских ведунов такого и в жизнь не наколдует, даже если мозги из ушей потекут. Только не надо было так...

— Как? — недоумённо спросил я.

— Так масштабно, — пояснила она.

Из груди вырвался нервный смешок от того, что кто-то решил поучить меня магии:

— Назови тогда самый быстрый способ потушить огонь.

— Эх, сынок, — без злобы и уже с теплотой произнесла женщина, — тебе только кажется, что стать фермером — это проще пареной репы. Тут, как и в твоей треклятой магии… думать наперёд надобно.

Мои брови сошлись на переносице. Я снова посмотрел на идеальные контуры, на мощный слой чистейшего льда без единого пузырька воздуха. Настоящий шедевр высшей магии, способный остановить даже зачарованную сталь.

— А что не так? Я справился идеально. Пожар потух за секунды. Пламя не перекинулось дальше. А лёд, так он к вечеру растает. Ну-у, может, к завтрашнему вечеру… — на последнем мой голос слегка дрогнул.

Мама вздохнула:

— В том-то и дело. Сено ведь промокнет, пока щит таять будет. А мокрое, оно ведь загнивать начнёт. Придётся его раскидывать и снова сушить. И то после просушки оно силу потеряет и в солому выжженную превратится, а значит, не таким питательным будет для скотины.

Я захлопал глазами. Всю жизнь я обучался тому, чтобы реагировать самым коротким и действенным способом. У мага, специализирующегося на защите, меньше времени, чем у нападающего. Второй шанс для нас — это роскошь. А годы службы превратили меня в ходячий рефлекс на опасность.

Вот и сейчас я поступил ровно как воин — быстро и максимально эффективно. Без оглядки на будущие последствия.

Видимо, досада от моего радикального тушения отразилась на лице. Мама подошла ближе и легонько потрепала волосы на моей голове, до которой дотягивалась с трудом.

— Ладно, сына, не волнуйся ты так. Я понимаю, что боевые рефлексы на то и боевые. Была угроза, и ты её устранил. А вообще, огонь и вправду мог дальше перекинуться, так что ты молодец.

— Но как же... — договорить я не успел, мама словно прочитала мои мысли.

— А сено — Еггог с ним. Просто запомни, что фермер о хозяйстве думает постоянно. Наверное, чаще, чем ты о защите. Но ничего страшного. Раз стал лучшим защитником императора, то и с грядками справишься. Успеет ещё крестьянская жизнь надоесть. Помяни моё слово.

Фраза матери подействовала на меня как заговор, и я улыбнулся:

— Спасибо, ма…

— Будет тебе. Ты мне лучше вот чего скажи: ты свои магические штуки сдал аль с собой притащил? — заметив мой вопросительный взгляд, она пояснила: — Просто не хочу, чтобы меня испепелило, когда я твои пыльные вещи стирать буду.

— Сдал, — коротко ответил я.

— Вот и славно, — мама заметила, как соседи стали выходить из домов и глазеть то на глыбу льда, то на нас. Она изобразила перед ними извиняющийся жест, после чего повернулась ко мне: — Ступай на площадь, найди фермера Мэггота. Закажи у него сена нового. Он знает наше хозяйство, так что лишнего не втюхает. А я пока обед приготовлю. Тебе ведь нужны будут силы, когда ты эту глыбину разбирать будешь, — её лицо вмиг стало серьёзным, — без всякой магии. Это тебе моё наказание, Йар. Теперь топай.

— Хорошо, мам, — с улыбкой ответил я.

Похлопал себя по карманам, убедившись, что кошелек со мной и двинулся на выход.

Прежде повседневными делами, будь то готовка, уборка или поход на рынок, у меня занимались подчиненные. Теперь, пока я снова не нанял слуг, такими мелочами придётся заниматься самому. И этот факт меня даже порадовал.

Пускай потрачу время на тривиальные задачи, но смогу быстрее вспомнить, что значит быть простым человеком.

Калитка скрипнула, когда я уже практически вышел, но тут же замер.

— Ма-а!

— Ну чего орёшь?

Я обернулся и увидел, что она так и не сдвинулась с места, провожая сына взглядом. Это заставило меня улыбнуться ещё шире.

— Это, мам, ты лучше не трогай моё кольцо. И плащ тоже не стоит. А к посоху вообще не касайся. Короче, я сам приведу вещи в порядок, ладно?

Женщина нахмурилась и показала мне кулак:

— Вот сволота какая! Наврал мне, что всё сдал! Знает же, что я до усрачки боюсь магии.

Я махнул рукой в ответ и пошёл дальше, стараясь не обращать внимания на деревенских пацанов, державшихся на почтительном расстоянии. Те с открытыми ртами глазели на лучшего мага империи и на глыбу льда, появившуюся в его дворе. Мой взгляд зацепился за то, как они стали заговорщицки перешёптываться между собой.

На службе я бы не упустил такой жест из виду, но здесь и сейчас я был дома. Потому я заткнул паранойю, напомнив себе, что теперь нужно привыкать к мирной жизни.

«Первый щит императора! А чуть не получил по голове мокрым полотенцем от старухи… не зря вышел на покой», — подумал с усмешкой я, но тут же осёкся. «Как же сильно постарели родители. Я слишком долго был на войне».

***.

Первое впечатление о торговой площади, если так вообще можно сказать о месте, где бывал сотни раз, оказалось странным.

Во-первых, она не была такой большой, как мне помнилась. Её сложно было сравнивать с рынком в имперской столице, где имелись товары со всех материков и в одном ряду могло стоять несколько караванов.

Во-вторых: здесь всё было куда скромнее. Торговые лавки, повозки и просто тканевые подстилки со всякой всячиной обступили небольшим кольцом раскидистый дуб в самом центре.

И этому месту больше подходило слово ярмарка, нежели рынок.

Однако, народа здесь оказалось гораздо больше, чем я ожидал! Для деревни с населением около тысячи человек такое столпотворение в несколько сотен зевак можно было считать народными гуляниями.

Я захотелось узнать, в чём дело, но сперва решил отправиться на поиски старины Мэггота, чтобы закрыть вопрос с сеном.

Сухенький старик за двенадцать лет моего отсутствия дома нисколько не изменился. Он всё так же стоял на привычном месте со своей повозкой с экзотическими фруктами и специями, которые растил у себя на участке, используя семейные секреты.

— Кого я вижу! — кустистые брови фермера взметнулись вверх от удивления. — Первый щит империи!

— День добрый, — ответил я. — Зачем так официально обращаться, вы же знаете, как меня зовут? — я слегка улыбнулся.

— Шутишь, парень, ты местная достопримечательность! Тут каждый знает, что именно наш земляк служил личным телохранителем императора!

Я повернулся в сторону и заметил, как несколько молоденьких девушек звонко захихикали и стыдливо отвернулись, когда я посмотрел на них.

— М-да, — со вздохом произнёс я и улыбнулся. — Странный повод для гордости.

Но такая реакция односельчан была мне вполне понятна.

Даже в самой столице большинство граждан знали меня в лицо и наслышаны о моих подвигах, что уж говорить о тех, с кем я вырос. Через меня, у них имелась возможность хоть как-то ощутить сопричастность великому делу императора.

Да и моя история вполне поэтичная.

Простой сельский парень развил талант в магии. Своим умом поступил в академию и окончил её с отличием. По первому же зову вступил в армию. Сделал командирскую карьеру, стал героем битвы у Грохочущих врат и смог приблизиться к самому императору!

Но я прекрасно понимал, что эта история для односельчан легко может быть как поводом для гордости, так и предметом зависти.

— Чем могу быть полезен? — спросил Мэггот, когда я закончил любоваться румяными девчонками. — У меня много экзотического товара. А если поискать, то может найдется и парочка чудных эльфийских штучек. Хотя, вряд ли я тебя удивлю своими приправами и ингредиентами.

Я покачал головой:

— Да мне это, сено обычное нужно.

— Сено? — переспросил фермер.

— Угу, — я нахмурился, ощутив странное.

На краткий миг мне показалось, что моего посоха в доме кто-то коснулся. Но ощущение так же быстро исчезло. Я по привычке большим пальцем потер указательный.

«Кольцо тоже дома оставил», — с досадой подумал я.

— Эй, парень. Что ты там про сено говорил? — снова спросил он.

Я отмахнулся от ощущений, списав их на простую паранойю.

— Да. Запасы нужны на хозяйство наше. С сеновалом неприятность получилась.

Старик нахмурился:

— Что за неприятность?

Я отмахнулся:

— Да так, неудачно потушил, и теперь там глыба льда размером с весь сеновал.

Старик рассмеялся и покачал головой:

— Маги, понятно всё с вами... Так, — он достал счёты и стал вслух перечислять. — У вас две коровы, одна лошадь и десять овец, — мелодичный стук деревянных костяшек защёлкал, — это примерно шестьсот восемьдесят тюков на зиму. Ага, — он снова щёлкнул, — с тебя один золотой и восемь серебра, если сам перевозить будешь. Два золотых, если я привезу.

Я присвистнул:

— Теперь понятно, чего маман в меня полотенцем запустила. Сумма немаленькая.

Мэггот пожал плечами:

— Так это запас на всю зиму.

— Понимаю, — со вздохом ответил я. — Давай с доставкой, — я вытащил из внутреннего кармана увесистый кошель с монетами.

Фермер принял золото и расплылся в улыбке:

— Сделаю, — после этого он потянулся к своему прилавку и взял оттуда какой-то сушёный корень и протянул его мне. — Держи, это бесплатный бонус за то, что торговаться не стал.

Я взял его в руки и понюхал. Ингредиент имел резкий, но приятный запах с горчинкой. Мои брови сошлись на переносице, когда я вспомнил его «особые» свойства по восстановлению энергии и мужской силы:

— Зачем мне Лошадиный корень?

Мэггот подмигнул и кивнул в сторону девушек, чьи взгляды я ощущал даже спиной:

— Бери, лишним не будет. Уверен, скоро пригодится, — его улыбка стала ещё шире.

— Ну, от подарков не отказываюсь, — я сунул его в карман. — Как говорил мой второй учитель: «лучше иметь и не нуждаться, чем нуждаться и не иметь». Я окинул взглядом сборище людей позади нас: — Слушай, а ты не в курсе, чего народ на площади собрался? Гуляния какие?

— Нет, не гуляния. К нам прибежал мужик с соседней деревни и вопит про каких-то культистов или вторженцев.

— Вторженцев? — удивление застыло на моём лице.

Мэггот отмахнулся:

— Да, но я не верю. Наверняка парень обожрался мухоморов, вот и несёт пургу. Ты сам знаешь деревенских. Им только дай повод о чём-то эдаком посудачить или поглазеть на очередного блаженного.

Я кивнул, ещё раз поблагодарил фермера и, заинтересованный собранием, двинулся к площади.

Народ сгрудился возле мужика, стоявшего на бочке. Доходяга в промокшей от пота и побелевшей от соли одежде вещал на всю округу. Моё внимание привлёк странный предмет, который тот держал в руке и периодически поднимал вверх на всеобщее обозрение.

— …я бежал сюда от самого Нижнереченска, — кричал мужик. — Мой брат остался, чтобы задержать вторженцев. Ох, Многоликий. Они взорвали нашу хибару!

Толпа ахнула.

Послышалось причитание в духе: «Куда смотрит империя?».

Мне стало интересно, потому я осторожно протиснулся вперёд, чтобы расслышать лучше. Однако моё появление не осталось незамеченным.

— Йар! — крикнула старушка, узнавшая меня. — Тут Йар! — она попыталась зачем-то схватить меня за руку, но я вовремя увернулся.

По толпе снова пронеслась волна голосов.

За считанные секунды внимание земляков полностью переключилось на меня. Со всех сторон обрушилась лавина вопросов: «Что случилось? У нас опять вторжение? Тебя прислали, чтобы защитить нас? Как будет действовать император?».

Я собирался уже что-то ответить, как раздался голос, привыкший затыкать толпу.

— Что здесь происходит?! — к площади подошёл невысокий, тучный старик с растрёпанными волосами. — Я спрашиваю, что здесь происходит?!

Старейшина.

Я узнал его сразу. Глава посёлка и по совместительству мой первый учитель защитных искусств. За годы моего отсутствия дома он, казалось, уменьшился в росте на голову и раздался вширь на парочку размеров.

Но, несмотря на рост ниже среднего, старейшина всегда производил впечатление человека, способного смотреть на остальных сверху вниз, даже когда собеседник был выше его самого.

Он одним своим появлением раздвинул толпу так, что в центре осталось только трое: я, он да мужик на бочке. Последний поспешил слезть с импровизированной трибуны.

Вулдим первым делом двинулся ко мне. С каждым шагом улыбка на его красном лице становилась шире. Он подошёл вплотную и взял меня за плечи.

— Йар, мальчик мой, наконец-то ты вернулся!

— Учитель, — я улыбнулся и почтительно поклонился.

Старейшина отмахнулся от принятых в среде магов норм этикета и сгрёб меня в свои медвежьи объятия. Он стиснул меня так сильно, что я не смог вздохнуть. А после ещё несколько раз хлопнул по спине, выбив остатки воздуха.

— Я так рад, что ты вернулся, — прошептал он. — Наконец-то у меня появилась достойная замена!

Старейшина наконец соизволил меня выпустить.

Сделав живительный вздох, я постарался выдавить из себя улыбку.

— Я тоже рад вернуться домой, учитель.

Он отмахнулся от почтительного обращения, как от надоедливой мухи:

— Оставь манеры для столицы. Тут все свои, — он на секунду задумался, поправив висящий на его шее амулет с бриллиантом. — Нам с тобой многое нужно обсудить. Но это подождёт. Нужно понять, чего этот горлопанит, — Вулдим кивнул на мужика в потной одежде.

— Старейшина Вулдим, — произнёс доходяга, подняв предмет в руке. — Именно вы мне и нужны. Вы же понимаете в магии. Вот, — он протянул его вперёд.

— Что это? — старейшина кивнул на артефакт в руках мужика, явно не спеша брать его в руки.

— Я смог стащить это с одного из вторженцев.

— Вторженцев? — переспросил я, нахмурив брови. — Никаких вторженцев не осталось. Имперские легионы вырезали последних возле Грохочущих врат.

Мужик проглотил комок и отрицательно покачал головой:

— Нет, господин, это новые…

По толпе пронеслась волна шёпота. Люди ненароком придвинулись ближе, чтобы расслышать детали нашего разговора. Я почувствовал на себе пристальные взгляды. Даже учитель ожидал от меня реакции.

— Что значит «новые»? Давай всю историю и по порядку, — твёрдо потребовал я.

Бедолага кивнул:

— Работал я с семьёй в поле. Ну как с семьёй — с братом и бывшим шурином. Он развёлся с сестрой…

Я поднял ладонь вверх, перебив его рассказ:

— Без таких подробностей. По существу, — спокойно произнёс я, видя, что мужик и впрямь в шоке, раз несёт околесицу про родственников.

— Да, господин, — он на секунду замолчал, собираясь с мыслями. — Значит, работали мы в поле. Собирали рожь. Тут в посадке что-то громыхнуло. Мы не сразу поняли, что это такое. Пошли посмотреть. Подошли ближе и видим, как оттуда выходят несколько человек. Ну, не все человеки эти люди. Один эльф, второй орк, третий человек и четвёртый какой-то полурослик. Странные, одетые в лохмотья. Лица у них блаженные были, будто не поняли, где находятся.

Мужик остановился, немного отдышался, после чего попытался изобразить выражение лиц незнакомцев.

— Что дальше? — спросил я, остановив его пантомиму.

— Подходят они, значит, к нам и говорят: «Давай задание!». Мы переглянулись с мужиками, мол, какое ещё «задание»? А они говорят: «Квест какой-то, мол, давай, и всё». А мы ипём, какой им квест нужен? Видим, что компания странная для наших краёв, да и выражаются как-то странно. Вот мы их послали куда подальше с их квестом. Мало ли культисты какие, а нам проблемы с церковниками не нужны.

Я задумчиво почесал подбородок, снова и снова прокручивая в голове странное слово «квест». Заметив, что мужик остановил рассказ, я жестом велел ему продолжать.

— Дальше.

— А дальше, — мужик снова сглотнул, — они пошептались меж собой и набросились на нас. Эльф выпустил огненную вспышку, брата моего подпалил. Второй, орк, с рёвом кинулся на шурина бывшего. Стал лупить того кулаками. Ну, я его и вилами заколол. Правда, не с первого раза. Шкура у него плотная оказалась, аж с хрустом пошло, только потом получилось пробить. Человек и полурослик увидели это и сбежали с воплями и криками о помощи у каких-то Гм-ов.

— Гномов? — переспросил старейшина.

Бедолага отрицательно покачал головой:

— Не-а, гм-ов. Я чётко это расслышал и запомнил. Гм-ов, — снова повторил он и приподнял странный артефакт в своих руках. — А эту херовину мы уже с другого сняли.

Я наконец смог более детально разглядеть предмет. С виду то был стальной наруч с ремешками, в который был вставлен странный прямоугольный камень чёрного цвета. Его поверхность отражала солнечный свет, но даже так я смог рассмотреть, как на камне мелькали символы, испускавшие слабый свет.

— Поверни его, — потребовал я.

Мужик развернул артефакт в руках. Солнце перестало падать на плоский чёрный камень, отчего символы проступили более отчётливо. Увидев их, старейшина отпрянул в сторону, а я тут же усилил защитную ауру да так, что воздух вокруг меня задрожал, как в жаркий день.

Символы на камне были начертаны на языке Первых и мерцали красным.

— Это, это... — затараторил учитель и сотворил жестами защитную руну.

— Да... — тихо прошептал я.

На камне было имя древнейшего зла: ЕГГОГ.

— Если это то, о чём я подумал, то, Йар, твоя пенсия откладывается. Ровно, как и моя.

Глава 2

– Эта хрень проклята?! – завизжал бедолага и бросил артефакт на землю.

Он отскочил в сторону. Толпа односельчан с испугом отшатнулась вслед за ним. Старейшина мельком посмотрел на перепуганных людей, но ни слова не сказал. Было видно, что ему самому сейчас страшно.

– Ну, Йар, что скажешь? – тихо спросил он, но услышали вопрос все. – Видел когда-нибудь такие штуки?

Я отрицательно покачал головой и протянул руку над артефактом.

Призвав энергию, мир для меня посерел.

«Исток, Эрд, вектор, контур».

Наруч поднялся с земли и завис в воздухе, подчиняясь силе притяжения моей магии. В состоянии сосредоточения, когда для мага привычные краски отступали на второй план, красная надпись на плоском камне засветилась ещё сильнее, что говорило только об одном:

– Источник силы артефакта магический, – отрешённым голосом произнёс я очевидное для обладающего даром наблюдение. – Наложенных проклятий я не вижу, – наруч сделал несколько оборотов вокруг своей оси. – Материал мне не знаком. Принцип работы тоже. Внешне напоминает камни Рагданы, встроенные в простой наруч, но лишь внешне. Структура артефакта на первом уровне концентрации не проступает. Тут нужно более детальное изучение с погружением на более глубокие уровни.

– Артефакт Первых? – спросил учитель, и его голос прозвучал для меня как на небольшом отдалении.

Я пожал плечами и равнодушно ответил:

– Следов магии Первых не вижу. Но они могут быть скрыты глубже.

Развернув кисть, я позволил заклинанию притянуть артефакт к ладони. После этого развеял чары, однако оставил включённой магическую защиту. К моему удивлению, защитная аура никак не реагировала на соприкосновение с неизвестным предметом, что говорило о том, что он для меня магически нейтрален.

Вулдим подошёл обратно. Старейшина развеял свою магическую защиту. Видимо, учитель так же уловил, что моя аура никак не реагировала на артефакт.

– Ты сможешь его изучить? Что-то мне подсказывает, что моих способностей будет недостаточно.

– Да, учитель, – ответил я. – Сегодня же вечером погружусь в транс и изучу артефакт на всех уровнях. А пока нужно узнать остальные подробности, – я повернулся к побледневшему мужику, – что было дальше?

Бедолага с опаской скосился на артефакт и нервно вытер руки об одежду, словно это могло спасти его от сглаза:

– Дальше? Ну да, дальше. Потом я потащил брата в дом, чтобы ожог обработать. Дошли мы до хибары, значит, и тут хрясь! – он громко хлопнул в ладоши. – Прямо перед нами стена взорвалась и исчезла! А в дыре человек. Такой же, как те, в посадках. В обносках и с энтой херовиной на руке. Смотрит на нас, мы на него. И всё, хрясь! – он снова хлопнул в ладоши. – Хибара не выдержала и завалилась прямо на него, и раздавила обмудка! Там-то мы и поняли, что вторженцы энто. Мне бабка, упокой её Многоликий, рассказывала, что так они и появляются в нашем мире.

У меня снова возникло ощущение, что на меня направлены сотни взглядов. Люди на площади ждали именно моей реакции на историю мужика. Я понял, что если ляпну лишнего, то мои слова, как Первого щита императора, могут посеять панику.

– Смуту наводить не нужно. Пока у нас слишком мало знаний, чтобы делать выводы о вторжении. С этим нужно разбираться детальнее, – мой взгляд сместился на старейшину, – но безопасность прежде всего. Я бы собрал несколько отрядов дружинников и отправил патрулировать подходы к деревне. Людей с полей я бы тоже вернул, пока мы не узнаем, что на самом деле происходит.

Вулдим кивнул:

– Хорошо, Йар. Сделаем. Что-то ещё?

– Оповестите всех. Если они встретят незнакомца, то пускай никак не вступают с ним в контакт. При малейшем же проявлении незнакомой магии или странном поведении сразу же сообщать мне. Смотрите в оба. Пока этих мер достаточно.

Старейшина снова кивнул, повернулся к толпе и стал раздавать соответствующие приказы. Я же взял наруч, пристегнул его к поясу и в глубокой задумчивости двинулся в сторону дома.

А подумать было о чём. Описание незнакомцев из посадки и способа их появления были очень похожи на вторжение, случившееся ещё в молодость моих родителей. Тогда в наш мир пришла волна студенистых существ. Они имели при себе странное оружие, стреляющее раскалёнными сферами. Эти снаряды с лёгкостью прожигали даже сталь.

Но у них была слабость – их доспехи. Благо справиться с вторженцами не представляло никаких трудов. Малейшее повреждение их брони — и воздух, которым они дышали в своих доспехах, улетучивался, и слизни задыхались.

Сложнее было в последнее вторжение.

Империя столкнулась с достойным противником. Рагданы были искусными магами и хорошими воинами. Если бы не таланты моего ордена, то людям на нашем материке грозило бы полное уничтожение. После войны император с головой ушёл в политику и мне при дворе особой работы не нашлось.

Чем дольше я погружался в воспоминания, тем отчётливее всплывали события минувших сражений. Казалось, что я даже слышу звон стали о сталь. Чувствую магические вибрации вражеских колдунов.

Кулаки сжались, дыхание участилось. Подняв голову, я невольно окинул местность на наличие опасности.

Однако передо мной всё так же был пейзаж мирной деревни. Но вот звон стали остался.

– Что за?.. – вслух произнёс я.

Ускорив шаг, я сорвался на бег, когда понял, что звук доносится со стороны, где находился мой дом. Пробежав сотню метров, снова замедлился. Из двора доносились кряхтение, хохот и голос отца, подначивающего какого-то Карла.

Я уже догадался, что увижу.

Во дворе собрался с десяток мужиков. Каждый из них глазел на то, как очередной «силач» пытался разбить ледяную глыбу. На скрип открытой калитки обернулись все.

– День добрый, – поздоровался я с соседями.

– А вот и он! – воскликнул отец. – Первый щит императора! Мой сын.

Меня передёрнуло от его слов.

Я никогда не любил выпячивать свой статус перед окружающими. В том не было необходимости. Ведь в прошлом всё внимание на себя перетягивал император. Я лишь стоял подле и постоянно следил за окружением, пресекая малейшие попытки покушения. Реже выступал советником в решении вопросов, связанных с магией. И меня подобное положение вполне устраивало.

– Бать, тут и так все знают меня, давай без званий, – я серьёзно посмотрел на своего старика.

– Не скромничай, – с улыбкой ответил он.

Я кивнул на мужика с киркой в руке, стоявшего возле глыбы льда:

– Что задумали?

Отец ухмыльнулся:

– Это, да так, соревнование. Пытаемся выяснить, кто сможет разбить лёд. Как видишь, у нас пока не вышло, ты слишком прочный щит создал! – он кивнул на отдельную группу мужчин, отдыхавших в теньке после безуспешных попыток справиться с глыбой.

Сосед, державший кирку, передал её новому желающему проверить свои силы:

– Бестолку, – заявил тот, – простая железяка не берёт. Придётся ждать, когда растает, – он скосился на меня, – может, Первый щит сам попробует разбить свою же поделку? – эту идею тут же поддержали остальные.

Кирка перешла мне.

Я ухмыльнулся:

– Мне кажется, это не совсем честно, – однако возвращать кирку не поторопился.

– Да давай! – подбодрил меня отец. – Покажи этим деревенщинам, как надо!

После этих слов я заметил, что не всем по душе такое откровенное бахвальство отца. Потому решил не выпячивать свои умения ещё раз. Хватило и этой горы льда. Схватившись покрепче, я с размаху ударил по прозрачной поверхности. Осколки крошева полетели в разные стороны. Меня аж скривило от невероятной отдачи. А глыбе на мои старания было всё равно.

Удар оставил лишь маленькую ямку.

Сбоку раздались смешки.

Однако смеялись не надо мной, а над отцом. Что-то мне подсказывало, что, пока меня не было, тот рассказывал всем, что я смогу справиться чуть ли не с первого удара. И, возможно, сделал ставки. Для чистоты эксперимента я ударил ещё несколько раз, отколов небольшой кусочек.

Но не более.

– Сын, ты чего? – удивлённо и расстроенно спросил отец.

Я пожал плечами:

– Бать, я ж маг, а не воин. Чего ты ожидал?

Он почесал затылок:

– Я думал, ты сейчас расколешь её как орех.

Повернувшись к этому айсбергу, я прислонил кирку:

– Я бы мог, но маман наказала разбирать её без магии. Так что самое лучшее, что мы сейчас можем сделать, — это пойти пить чай и ждать.

– Жаль, – раздался голос соседа. – Если бы можно было расколоть её на куски, то такой ледник пригодился бы в погребе. С ним продукты хранить можно.

Дверь дома распахнулась, и оттуда вышла мама, держа в руках кувшин и несколько кружек:

– Кому квас? – спросила она, и к ней тут же подошло несколько желающих.

Махнув ей рукой, я произнёс:

– Ма-а, тут соседи хотят лёд по погребам растащить. Может, я его того, расколю, да пускай забирают?

Женщина вздохнула. Она уже успела убедиться в том, что даже толпа мужиков с кирками не способна справиться с глыбиной:

– Ладно.

Я кивнул и облегчённо улыбнулся от ощущения удачного избавления от «наказания».

«Какое наказание, Йар? Тебе не десять лет! Твоим наказанием стало два золотых!» – пронеслось в моей голове.

Отбросив мысли, я сосредоточился на рунах.

Руки стали повторять знаки, одновременно задавая движение для потоков энергии.

«Исток, Рлье, связь, форма, омут, поток, течение, форма».

Ледяной щит задрожал, став напоминать желе. После этого от глыбы стали отваливаться пласты и застывать ровными слоями, словно бы его нарезали огромным невидимым ножом.

Я скривился.

Оказалось, я снова не учёл долговременный эффект. Половина сеновала, не выдержав насилия над собой, стала разваливаться по частям вместе со льдинами.

– Йа-а-ар! – закричала маман. – Да что тебе этот сеновал сделал-то?!

Соседи рассмеялись. Но, к моему удивлению, тут же заверили женщину, что помогут отремонтировать его завтра. Это немного сбавило её пыл. А я лишь виновато развёл руки в стороны.

В этот момент громыхнуло.

Да так, что льдины задрожали. Я резко обернулся в сторону звука в поисках угрозы.

– Что за чёрт? – произнёс стоявший рядом отец.

– Не знаю, – ответил я.

– Это со стороны речки! – крикнул кто-то из мужиков.

Я сразу же вспомнил рассказ бедолаги с площади. И уже было побежал с остальными, но опыт сразу же напомнил, что без оружия бежать не стоит. Сорвавшись с места, я побежал в дом. Залетев внутрь, я кинулся туда, где лежали мои вещи. Плащ и кольцо находились ровно там, где я их и бросил, а вот посоха нигде не было видно.

– Какого?.. – спросил я сам себя, попутно накидывая рубиновый плащ и надевая перстень. – Ма! Где мой посох?!

В дом забежала перепуганная женщина.

– Что? Что случилось?

– Долго объяснять, где посох? Он был здесь, – я указал на полку рядом с раскрытым окном.

Женщина нахмурилась:

– Ничего я не трогала. Где бросил, там и ищи!

Я в мгновение стал серьёзен:

– На площади я ощутил касание к нему. Ты его трогала? Вспоминай, куда положила.

Мама, впервые увидев гневное выражение лица повзрослевшего сына, быстро захлопала глазами.

– Йар, да ничего я не трогала. Ты же знаешь, что до усрачки боюсь этих магических штук.

И тут я понял, что допустил грубейшую ошибку – я расслабился. Связь с артефактом подсказыва, что его коснулся посторонний, а я списал это на паранойю.

– Проклятье, – со злостью на самого себя прошипел я.

Но тут же одёрнул себя от лишних эмоций. Разум – вот самое сильное оружие мага. Если я потеряю и его, то всё – считай, калека.

– Никуда не выходите с отцом. Сидите в доме и никому не открывайте, пока я не вернусь.

Мама снова захлопала глазами:

– Может, всё-таки объяснишь, что происходит?

– Позже, – отрезал я. – Делайте, как вам велено.

С этими словами выскочил на улицу и побежал вперёд, нагоняя мужиков, что побежали к речке.

---

Невысокие домики остались позади, и теперь приходилось бежать по узкой тропинке, ведущей вниз. Пару раз ветки с хрустом ломались о мою активированную защиту, а заросли высокой травы разлетались в пыль.

Оказавшись на пригорке, я увидел, что пасшаяся на лугу скотина разбежалась в разные стороны, а также небольшую группу деревенских мальчишек, столпившихся возле одного из своих друзей. Рядом с ними было большое выжженное пятно земли.

Подгонять меня не пришлось. Добежал я до пацанов одновременно с остальными соседями. Бесцеремонно распихав всех в стороны, я увидел зарёванную ребятню. Они стояли рядом с белобрысым товарищем лет десяти.

Вид его был ужасен.

Белые волосы практически сгорели. Левая половина лица пузырилась от ожогов. Шея, рука и половина торса так же были опалены огнём. Он прерывисто дышал. Тело била дрожь, а из горла вырывался хрип. Было видно, что он цепляется за жизнь.

Сдержать эмоции от этого зрелища мне, повидавшему на войне всякого, всё равно было непросто. Одно дело, когда ты видишь раненых солдат, но вот дети…

Выключив эмоции, я перешёл к действию.

Сосредоточился.

Мир для меня потерял целых четыре цвета спектра.

Вдох.

– В сторону, – холодным, но властным голосом произнёс я.

Никто рядом со мной не стал оспаривать приказ.

«Исток, Эрд, Рлье, вектор, Эрд, контур…»

Мои руки обвели поляну вокруг. И в этот момент из растений стал вырываться сок. Жидкость принялась закручиваться по спирали, тогда как иссушённые стебли скукоживались и становились хрупкими.

Я поднял левую руку. Поток продолжил закручиваться уже возле неё. Правую направил на мальчонку, сканируя его ауру. В моём бесцветном мире она вспыхнула жёлтым овалом с багряным искажением с левой стороны. Точки энергии в груди и, что самое страшное, в темени были повреждены.

Но, к счастью для парня, они не были уничтожены.

Опустив левую ладонь с соком трав, я осторожно коснулся им точки в груди. Меня тут же скривило от жгучей боли, но я не позволил себе потерять контроль. Разделяя боль мальчонки, продолжил медленно выстраивать линию от груди к горлу, глазам и к самому темени.

Сок растений повторил путь, ложась на обожжённую плоть.

Мне только и оставалось, что продолжать концентрироваться на собственном солнечном сплетении, терпя боль и замещая её накопленной телом энергией.

Когда потоки энергии в теле мальчика стали стабильными, я завершил поддержку. Теперь малец был стабилен.

Встать с колен у меня не получилось. Силы покинули меня, голова кружилась, а в груди до сих пор горело.

Я посмотрел на парня.

Сок трав покрыл ожоги. Дыхание выровнялось, а тело перестало биться в агонии.

– Жить будет, но шрамы останутся, – тяжело произнёс я.

Магия лечения всегда давалась мне с трудом и лучшим в ней я точно не был.

– Что тут случилось?

Мой вопрос повис в воздухе. Люди до сих пор с молчаливым удивлением смотрели на подобное врачевание. Потому мне пришлось спросить ещё раз.

– Что тут случилось?

Один из мальчишек прекратил всхлипывать и, заикаясь, начал рассказ:

– Мы с ребятами после того, как появилась та ледяная громадина у вас во дворе, увидели, как какой-то мальчишка залез к вам во двор. Мы сперва не поняли, кто это был. Решили за ним проследить. Тут к вам пришли взрослые и начали кирками махать. А тот пацан выбежал с заднего двора с какой-то палкой.

– Да-да, это тот мальчишка стащил посох, – затараторили остальные.

– Вот, - мальчишка всхлипнул, — и побежал он значит сюда. Мы подумали, что он хочет в колдуна поиграть. Вот я и захотел его остановить.

– Не ври! – перебил его другой звонкий голосок. – Ты тоже хотел поколдовать!

– А вот и не вру я! – оправдался первый.

– Всё он врёт! Он тоже хотел.

– Дальше! – грубо перебил я ребяческий спор. – Что было дальше?

Пацан рукавом вытер сопли:

– Потом этот воришка побежал сюда. Мы его догнали и оказалось, что это вообще не мальчик, а дядька! Только маленький.

– Чего? – с сомнением переспросил я. – Маленький дядька…

– Ну, ростом он как мы, – он поднял ладонь и примерно указал его высоту. – Только лицо взрослое, как у подростка. Вот. Значит мы его догнали и поняли, что он не из наших. Стали говорить, чтобы он вернул ваш посох, что вы будете ругаться. А он. А он… Он Вано обжёг магией и сбежал, – мальчишка не выдержал и заплакал навзрыд.

Я нахмурился. Думать было тяжело. Магия лечения, в отличие от других школ, требовала сил самого врачевателя. Потому я ощутимее страдал от опустошения.

– Это полурослик, - я повернулся к остальным ребятам. – Вы можете ещё что-то про него вспомнить? Какая-то деталь. Кроме роста.

Конопатый мальчонка нахмурился и вытянув руку указал на мой пояс:

– Эта штука. У него тоже была эта штука, только на руке.

– Ясно. Будем разбираться.

Тяжёлый вздох вырвался из груди. Я с трудом поднялся и был совершенно не против того, что кто-то из мужиков помог мне сохранить равновесие.

– Сперва нужно доставить раненого мальчика к старейшине. Мой учитель прекрасный лекарь, он сможет о нём позаботиться. Мне нужно зайти домой и выпить какой-нибудь отвар, чтобы восстановить силы. Проку от меня не будет, если я прямо сейчас брошусь в погоню, – я посмотрел на соседей, взглядом отыскал самого жилистого. – Беги в деревню, собери охотников с собаками. Посох наверняка ещё хранит мой запах, так что на след этого ублюдка мы точно выйдем.

– Я тоже охотник, – отозвался тот, – но я тебя понял, соберу отряд.

– Хорошо, без меня не выступайте. Ваших оберегов не хватит, чтобы защититься.

Глава 3 дайте квест

Добрался до деревни я уже без посторонней помощи. Мальчишку понесли к старейшине, а остальные мужики разошлись собирать поисковый отряд. Я же двинулся к себе, чтобы заварить какой-нибудь тонизирующий отвар и прийти в себя.

Проходя мимо глыбы, я споткнулся о кирку, которую сам же и прислонил ранее.

— Ай. Блин! — я пнул её в сторону, и она отлетела чуть дальше. — Разбросали всякого.

Поднявшись по ступеням, я толкнул дверь дома, но она оказалась запертой. Улыбнувшись, постучал. Мне никто не ответил, и я постучал ещё раз:

— Ма-а, это я!

— Кто я?

— Ну, я. Сына не узнаешь?

— Мне сказали никому не открывать. Как докажешь? — ответил настороженный голос матери. — Вдруг ты оборотень какой?!

— Мам, у меня нет времени шутки шутить, открывай.

Изнутри послышалось шебуршание и короткая перепалка между родителями. Как обычно отец был скептиком, но его мнение смолкло в недовольном шипении матери.

— Так. А ну расскажи мне. При каких обстоятельствах ты обнаружил у себя магический дар?

Я опешил.

Неожиданный вопрос сбил меня с толку. На фоне того, что я только что вытащил мальчонку из лап Многоликого, потерял посох и в наш мир снова случилось вторжение, ситуация казалась абсурдной. Мне захотелось вышибить дверь. Занёс руку для удара, но тут же заставил себя остановиться.

«Йар, ты сам напугал родителей, а мать так вообще боится магии, так что не кипятись», — мысленно приказал я сам себе.

— И? Как ты обнаружил у себя дар?

— Я сбежал со службы, чтобы поиграть с собакой. Когда ты вернулась домой, то решила всыпать мне розгой. Ты начала меня бить, но больно мне не было. Оказалось, что я невольно создал щит на пятой точке.

Я услышал, как мама подошла ближе к двери:

— А ты что делал, когда я тебя лупила?

Я закатил глаза:

— Притворялся, что мне больно. Ты только позже поняла, что я придуривался, так как я слишком перестарался с актёрской игрой и кричал громче обычного.

Дверь распахнулась.

Мама молча стояла возле входа и сверлила меня взглядом. Всем своим видом она показывала, что не приглашает меня внутрь и вообще мне здесь не рады.

Я растерянно посмотрел на отца, ища объяснений. Тот лишь виновато пожал плечами. Затем осмотрел комнату на всякий случай. Мой взгляд опустился вниз, и я хмыкнул. Перед порогом имелась белая полоса, прочерченная мелом.

Низкоранговая сельская магия по борьбе с призраками и нечистью вызвала у меня улыбку:

— Теперь понятно, в кого у меня склонность именно к защитной магии, — с усмешкой ответил я и переступил порог.

— Сына! — воскликнула мама, наконец признав. — На тебе лица нет, что случилось?! — как ни в чём не бывало спросила она.

— Ма, поставь чайник, пожалуйста, — отмахнулся я и двинулся к своим вещам.

— Йар, — раздался голос отца, закрывшего за мной дверь, — ты нас напугал, расскажи, что случилось на речке. Что за грохот был?

Остановившись возле походного мешка, я стал рыться внутри в поисках своей сумочки для алхимических ингредиентов. Наружу полетели грязные портки, рубахи, книги и сувениры из столицы, которые я хотел подарить родителям, но напрочь забыл об этом. Статуэтка башни Красного золота с надписью «Я был в Кире, но всё, что оттуда привез — эту дурацкую безделушку» закатилась под кровать. Я вывернул мешок, потряс.

Пусто.

Сумки с ингредиентами нигде не оказалось.

«Похоже, сдал», — пронеслось в голове.

— Как же не вовремя, — вслух сказал я.

— Что не вовремя? — переспросил отец.

Тяжёлый, выжидающий взгляд родителей давил на спину, я понимал, что предстоит тяжелый разговор. Но не знал как его начать.

В голове до сих пор был туман.

Вздохнув, я стал хлопать по карманам в поисках запасных зелий. Но пальцы нащупали лишь лошадиный корень, который дал мне старый фермер. В перечень его свойств, помимо «жеребячьего» желания, входило также восстановление внутренних сил — как физических, так и магических.

Увы, в моём состоянии выбора не было, требовалось как можно скорее прийти в норму. Потому я решил заварить его.

— Мальчика ранили, — начал я рассказ. — Вано его, кажется, звали. Обожгли пол-лица и тела. Мне удалось вовремя оказать ему помощь. Он поправится, но шрамы останутся на всю жизнь.

Послышался металлический звук открываемого чайника.

— Ужас какой! Кто его ранил? — спросила мама, наливая воду.

Тяжёлый вздох вырвался из моей груди. Мне до конца не хотелось признавать очевидное, но тот бедолага с площади оказался прав.

В наш мир снова вторглись.

Опустив голову, я принял для себя тот факт, что моя отставка заканчивается.

— Какой-то полурослик. Он пробрался к нам в дом и украл посох.

— Полурослик? — нахмурившись, переспросил отец. — Кто он такой? Откуда им тут взяться?

— Всё намекает на то, что это был вторженец.

Чайник выскользнул из рук матери и со стуком упал на пол, расплескав воду.

Повисла звенящая тишина.

Казалось, что время в доме разделилось на до и после. Лишь гомон и спор про какую-то морковку, доносившийся с улицы, давали понять, что мир снаружи продолжил своё существование.

Я повернулся в сторону перепалки с улицы, но окна не выходили в заднюю часть двора и я не увидел говоривших.

Мне показалось каким-то бредом обсуждать урожай, когда в деревне творится чёрте что, но думать ещё об этом у меня не было сил.

— Вторжение? — голос отца дрогнул. — Снова?

Я молча покачал головой и невидящим взглядом уставился на лужу воды, растекающуюся по полу.

— Храни нас Многоликий, — прошептала мама. — Опять война…

В этот момент в дверь громко и настойчиво постучались. Папа уже собрался было открыть, но я жестом велел ему остановиться. Направив остатки энергии в защитную ауру, я решил сделать это сам.

Скрип петель разрезал тишину.

В проём тут же протянулась рука.

Я ошарашенно уставился на сочную зелёную ботву молодой морковки. Она полностью скрывала лицо незнакомца, потому я мог видеть лишь тонкие пальцы, сжимавшие пучок. Рука резко опустилась, и я увидел улыбающееся конопатое лицо.

Эльф.

Точнее эльфийка. Молодая, но с эльфами в плане возраста всегда непросто. Стройная девушка с луком за спиной улыбалась лучезарно, сощурив карие глаза.

— Добрый день! — радостно воскликнула она. — Мы за наградой!

Тишина в доме стала ещё гуще.

Мои магические щиты едва слышно потрескивали, готовые отразить что угодно, но точно не улыбку!

Я оценивающе посмотрел на девушку. На комья грязи, падавшие на пол с незрелой морковки. Перевёл взгляд ей за спину. Там стояло ещё двое — стройная снежная эльфийка и огромный, широкоплечий северянин.

— Эй! Вы чего молчите? — эльфийка прекратила улыбаться. — Вы меня вообще понимаете? Повторяю, мы за наградой за квест. Собрали ваш урожай и теперь вам нужно заплатить начинающим авантюристам! — она потрясла пучком морковки.

И тут я заметил на её предплечье точно такой же наруч, который сейчас висел на моём поясе.

Глаза расширились. Мир посерел.

За два биения сердца я оценил обстановку.

«Эльф, оборванцы на улице, квест, наруч, полоса мела на пороге, рука с морковкой внутри дома».

Вторженцы.

После непростительно долгой заминки я среагировал.

«Исток, Ауо, вектор».

Простейшее заклинание магии воздуха вытолкнуло вторженку из дома как пробку. Эльфийка пролетела несколько метров, после чего кувыркнулась через голову и, раскидав морковку, смачно впечаталась в льдины.

— Вторженцы! — крикнул я родителям.

Мои руки заметались.

«Исток, Эон, усиление, контур, Хао, контур, Эрд…».

Воздух близ меня задрожал, смазав силуэты других оборванцев на улице. Я только и успел заметить удивление на их лицах, когда магический щит, способный поглощать огромное количество урона, возник между нами.

Замерев, я ждал удара, чтобы понять, с кем имею дело, а после контратаковать.

Чувства обострились. Тело напряглось до предела. Мир провалился в монохром, а перед глазами мерцали руны контрзаклинаний, отработанных до рефлексов. Я полностью был готов к тому, чтобы показать вторженцам, на что способен Первый щит императора!

Тишина.

Никто не сдвинулся с места. Только протяжный стон лесной эльфийки, стоявшей на карачках, отдалённым эхом пробивался сквозь ревущий шёпот силы в моём разуме.

«Они ждут моего хода? Хотят оценить угрозу…», — мелькнула мысль в моей голове.

— Умно, — прошипел я. — Но только не против меня.

Я выдвинул щит вперёд, оставив место для манёвра. Руки заметались с такой скоростью, что невозможно было разглядеть, какие руны чертят пальцы.

«Ауо, вектор, усиление, Хао, контур…»

«Слишком медленно. С посохом выходит быстрее» — подметил я.

Ещё два полупрозрачных щита с концентрированной магией воздуха и расширения возникли с каждой стороны от оцепеневшей парочки. Я специально использовал ослабленную, но одновременно увеличенную в размерах версию заклинаний. С такой расстановкой для них должно было сложиться впечатление, что я попросту хочу размазать противника в магических тисках.

Опытный воин или маг сразу бы ретировался при виде созданной мной ловушки. Но на этот случай у меня оказался внезапный козырь — магический лёд позади вторженцев. Высшая магия, пускай и порубленная на пласты, только и ждала приказа обернуться в колья и пронзить цель.

Увы, сеновал снова бы пострадал. Однако это не важно.

Битва шла на время.

…и враг им не пользовался!

В груди ёкнуло. Да так сильно, что я чуть не потерял контроль над сложной сетью заклинаний.

«Они не бегут. Ломанутся прямо на поглощающий щит?! — промелькнула догадка. — Безумцы или полубоги?» — подумал я, когда увидел, как вторженцы стали медленно поднимать руки.

«Сдаются? Точно нет. Тогда зачем? Млять, я вам шутка какая-то?!» — я с трудом подавил вспышку гнева.

— Плевать, — прошипел я.

Пальцы стянули нити рун. Я резко ударил сжатыми кулаками друг о дружку. Два воздушных щита сорвались с места. Раздался хлопок. Вторженцев ударило с двух сторон.

Поток сжатого воздуха раздался в разных направлениях. Вперёд, прямиком в порубленный сеновал. Льдины задрожали и съехали в стороны, окончательно доламывая постройку.И назад, столкнувшись с поглощающим заклинанием и крышей дома.

Порыв со звоном сорвал целый ряд черепицы. Мой же щит лишь слегка дрогнул, но тут же восстановился.

Я приготовился к ответному удару.

Левая рука вонзилась в щит тьмы передо мной. Правая опустилась вниз.

«Ома, вектор, контур».

Пласты земли разорвали пол, окутав мои ноги.

Я замкнул потоки энергии. Соединил землю и тьму, добавив устойчивости. Теперь даже всем магам Совета придётся постараться, чтобы сдвинуть меня с места!

Тишина…

Секунда, другая.

Мои глаза округлились от ужасной догадки.

Я понял, что вторженцам каким-то чудом удалось пробиться и теперь они готовились ударить в тыл. А позади только дом и родители. Но если они боевые маги, то для них нет никаких проблем разобраться с первым и тем более со вторыми.

«Какое коварство… бить в самое уязвимое место! — я готов был закричать на самого себя за такую непредусмотрительность. — Тыл всегда должен быть прикрыт!».

Отпустив правую руку, я разорвал усиление через землю, но сделал второй щит.

«Хао, усиление, вектор, контур».

Магический хлопок раздался позади. Я услышал, как он разорвал стену дома, став её частью и надежно закрыв тыл.

«Уж лучше дом пострадает, чем поставить родителей под удар», — подумал я, слыша грохот падающих брёвен.

Но тут сказалось моё опустошение.

Лечение мальчика отняло много собственных сил. Концентрироваться становилось всё сложнее. Поглощающий щит дрогнул, да так сильно, что я смог рассмотреть сквозь него, что творилось перед домом.

— Какого? — одними губами произнёс я и вытащив лошадиный корень закинул его в рот и не жуя проглотил.

На траве валялось три силуэта. Два женских и один мужской.

Вторженцы…

Я опешил. Увиденное полностью поставило меня в тупик. Оказалось, что удара ослабленной версии воздушных щитов хватило, чтобы уложить эту троицу! А весь дальнейший бой, к которому я готовился, призывая щиты, был только в моей голове.

— Ты их победил! — восторженно произнёс отец. — Вот это мой сын! Давай, добей их.

— Что? — отстранённо спросил я.

Мой голос показался мне чужим. Концентрация давила на эмоции, потому в голове шёл анализ случившегося. Я мысленно подводил итоги боя, и для меня они оказались ужасными.

«Как я мог забыть про тыл? Привык, что в охране императора ты был не один?».

— Как что? — отец удивлённо уставился на меня. — Добей их. И дело с концом.

Я развеял теневой щит. Стало легче, но опустошение никуда не делось. Мне срочно нужно было восстановить силы.

— Вторженцы… это они, — тихо прошептал я, глядя на этот позор захватчиков, не догадавшихся, как сбежать или выставить блок.

— Это и есть вторженцы? — тихо спросила мама, испуганная до полусмерти.

Я слегка кивнул:

— Да, победил… вот только как-то это слишком легко было. Странно.

Мама подошла ближе и взяла за руку отца:

— Что теперь делать будем?

— Как что?! — воскликнул отец. — Добить их надо, покуда не очнулись.

— Тебе лишь бы добить. А как же пытки? Сперва нужно узнать всё как следует.

— А вдруг они…

— Что вдруг?..

Перепалку родителей я слушал вполуха. Сейчас я был полностью погружён в раздумья.

Вид поверженных врагов, оглушённых простейшим заклинанием, ставил меня в тупик. По опыту я мог с полной уверенностью сказать, что вторженцы — опаснейшие противники. Захватчики из иных миров всегда отправляли в наш мир самых сильных и подготовленных воинов, которые должны обеспечить основным войскам надёжный плацдарм.

— А тут… такое позорище. Странно, — озвучил я мысли вслух. — Нужно с этим разобраться.

— Вот! Слышал, что сын сказал? — восторженно сказала мама.

Спустившись со ступеней, я стал плести заклинание «купол» вокруг них. Причём решил сделать сразу три контура магической защиты. Первый — самый слабый, второй — средний, а уже третий — сильный. Так я мог бы проверить, на что способны вторженцы, когда они захотят выбраться из клетки.

— Сюда, все сюда! — донеслись крики соседей.

Подняв голову, я увидел за забором мелькающие макушки бегущих к нам на помощь. Калитка с грохотом распахнулась, и внутрь завалил десяток вооружённых вилами мужиков. Они по инерции пробежали ещё несколько метров, но, заметив переливающийся белым и фиолетовым купол энергии, остановились.

Вперёд вышел самый рослый из них, дядя Рорик, наш кузнец:

— Соседи! Какого… — пробасил он, посмотрев на то, как несколько черепиц съехало с крыши и звонко разбилось о пол веранды. — Так это и есть вторженцы, про которых народ судачит? Чёт я нихрена не понял. Хирд, — обратился Рорик к моему отцу, — выкладывай, что тут происходит.

Папа пожал плечами и обеими руками указал на меня:

— Вот. Тут это. Как бы. Ну. Сын вам лучше объяснит, — решил выкрутиться отец, которого до сих пор трясло от пережитого.

Мужики уставились на меня.

Я не стал тратить время на подробный рассказ. Деревенская молва наверняка уже донесла до всех о событиях на реке и о том, что случилось вторжение. А спрашивали соседи лишь потому, что хотели узнать всё из первых уст.

— Дядь Рорик, объяснять долго, — сипло обратился я к кузнецу. — Но если кратко, то это вторженцы. Хочу допросить их. Мне кандалы нужны, три пары. Желательно на руки и ноги. Есть такое?

По собравшимся пронёсся шёпоток: «вторженцы…».

Кузнец почесал затылок. Его красные щёки раздулись и с шумом выдохнули:

— Да откуда? Ты ж знаешь, у нас в деревне суд быстро происходит. В плену никого не держат. Тут либо побьют, либо розги старейшина всыпет, ну или камнями забьют, если человек совсем гнилой. — Чтоб кандалы смастерить, время нужно.

«Да-да…» — подтвердил гомон мужиков.

— Могу верёвки принести, — отозвался отец.

— Веревки не надо, — я кивнул кузнецу. — Тогда делайте кандалы. Сталь заговорить проще, и руны на них надёжнее зачарование дают.

Рорик кивнул и, растолкав остальных, сразу же двинулся к своей кузне.

— Тебе ещё помощь нужна какая? — спросил сосед, живший через два дома от нас.

— Да, — ответил я. — Старейшину на подмогу мне позовите. А остальные, — я обвёл их взглядом, — собирайте муку и соль. С каждого дома по мешку. Хочу барьер поставить вокруг деревни. От вторженцев не спасёт, но если кто тайком забраться захочет, то магия их выдаст.

Мужики закивали и двинулись прочь, оставив меня с родителями наедине с бессознательными пленниками.

— Ужас какой… — стала причитать мама. — Что делать теперь?

Я уселся напротив магической клетки:

— Мне остаётся ждать и заодно проверить этот странный артефакт, а вам… — я немного замялся. — Не знаю. Привести дом в порядок.

Казалось, только сейчас родители обратили внимание на тот погром, что я учинил несколько минут назад. Папа присвистнул, а мама негромко заматерилась.

— В порядок?! Да там стены не хватает! — прокричала мама.

Я пожал плечами:

— За стену извиняюсь. Я хотел обезопасить вас. Было бы совсем худо, если бы вторженцы напали с тыла.

Мама хотела что-то возразить, но пока не нашла что, и потому, зажав губы, стала тихо закипать.

Отец, более тонко чувствовавший намерения и повадки этой женщины, решил принять огонь на себя:

— Дорогая, ты же давно хотела ремонт сделать. Вот, считай это поводом. Пойдём, не будем мешать Первому Щиту императора заниматься своей работой, — он нервно хихикнул и потянул её за собой в дом.

Мама хмыкнула, но всё же решила добавить:

— Вот за это люди и не любят магов. Ты же мог не ломать стену! Йар, если ты такие фокусы будешь вытворять, то какая девка с тобой жить захочет? Сваха вообще никого не найдет тебе.

— Так, Соня, — оборвал её отец, — не мешай сыну. Ему и без жены проблем хватает. Хотя если бы я выбирал — вторжение или бабы, то выбрал бы вторжение. Пошли.

Мама усмехнулась и ударила мужа в плечо, а после продолжила негромко возмущаться. Но скорее из приличия и чтобы успокоить нервы. Последнее, что я услышал перед тем, как они вошли в дом, — это её коронная реплика:

— Когда я за тебя выходила, Хирд, то сделала это только потому, что ты самый обычный мужик. Без дара, без магии. А этот у нас как получился? Так и знала, что свекровь нам не ту настойку дала!

Отец в ответ нервно хихикнул и затолкал её в дом.

Вздохнув, я посмотрел на пленников:

— Что может быть хуже вторженцев? Правильно, женщины-вторженцы.

Я внимательнее посмотрел на троицу и заметил кое-что странное. Все они были невероятно красивы. Даже широкоплечий северянин имел точёную фигуру и аристократические черты лица без единого шрама. А вот девушки… Стройные, невероятно привлекательные даже по эльфийским меркам. Казалось, что их внешность создавалась талантливым художником.

Смешок вырвался из моей груди. Тут я понял, что подарок Мэггота — лошадиный корень — начал действовать. Магическое опустошение отступало, тело наливалось силой, но и особый эффект тоже проявил себя после пристального взгляда на девушек. Однако улыбка тут же сошла с лица.

— А вот это уже интересно, — прошептал я.

Затаив дыхание, я стал наблюдать за тем, как северянин медленно, чтобы я не заметил, потянулся к кирке, которую я так «удачно» пнул по возвращении домой.

И в этот момент раздался звон кузнечного молота из кузни Рорика.

Глава 4 первый скилл

Магическая клетка мерно переливалась сочетанием разных спектров. Силуэты пленников внутри неё искажались как в кривом зеркале, становясь то больше, то меньше.

Однако я всё равно отчётливо видел, как рука северянина медленно тянется к кирке. Мне не хотелось останавливать его. После того, как слабейшего удара воздушными щитами хватило, чтобы оглушить вторженцев, я не сомневался в том, что барьеры выдержат.

Любопытство, присущее большинству магов, взяло надо мной верх. Я включил актерскую игру на максимум и всячески делал вид, что не замечаю, как пальцы мужчины сомкнулись на рукояти кирки. Его рука напряглась, тугие мышцы набухли и в следующий момент он подскочил с места.

На моём лице появился наигранный испуг.

Северянин, заметив мою реакцию, победно оскалился, затем выкрикнул что-то невнятное. Его руки окутал магический ореол, и он со всего размаху ударил по барьеру.

Я ощутил, как первое и самое слабое заклинание клетки дрогнуло. Купол слегка замерцал, и я увидел брешь в рунической вязи оставленной ударом.

«Произнес заклинание?» — мелькнуло у меня в голове первое наблюдение. «Странно для воина».

Нахмурившись, я продолжил смотреть.

Северянин ударил снова.

К моему удивлению, подопытный не воспользовался ослабленным местом купола. Для меня оно выглядело как тёмное пятно, плавающее по поверхности мыльного пузыря.

Вместо этого воин снова закричал. Руки вновь окутало свечение и он ударил туда же, куда метил и в первый раз.

Удар вышел хорошим.

Я прошипел от ощущения разорванной связи с заклинанием.

Первый купол магической клетки развеялся. Это ощущалось как давление на уши, какое бывает при погружении на глубину. Силуэты пленников стали более четкими. Мне даже удалось увидеть торжествующую улыбку на лице воина.

«Похоже он использует боевую технику вместе с заклинанием. Как интересно и необычно».

Мускулистые руки северянина вновь окутала волна света, и он ударил с новой силой о следующую преграду.

Кирка скользнула по поверхности и соскочила.

Тут пришла моя пора ухмыляться, но состояние концентрации давило на эмоции и я остался равнодушным.

Второй барьер клетки был устроен хитрее, чем первый. Контур мог за доли секунды определять куда будет совершена атака и направлять в точку удара всю энергию, какую я заложил в его сплетение. Чтобы развеять это заклинание требовалось несколько сильных ударов в разные стороны.

Однако вторженец, вёл себя как большинство воинов и в нашем мире.

«Их души в одном омуте что ли делают?» — саркастично подумал я.

Меж тем, северянин уже рычал от злости. Он с остервенением долбил в одно и тоже место, в надежде, что он справиться с преградой точно так же как и с предыдущей.

— Воины.., — с усмешкой произнёс я, заметив, что его вопли разбудили валявшихся эльфиек.

Девушки с удивлением осмотрелись вокруг. Несколько секунд они потратили на оценку происходящего. Заметив меня, они стали злобно пялиться на мою персону.

— Очухались, — произнес я. — Отлично. Теперь можно перейти к допросу.

Поднявшись с места, я пристально наблюдал за тем, как девушки пытаются неловко встать. Они теряли равновесие и забавно шлепались на задницу, пока воин не помог им наконец принять горизонтальное положение.

В этот момент я почувствовал, что встало и ещё кое-что.

Положительный эффект Лошадиного корня дал о себе знать.

Я ухмыльнулся.

Лет так десять назад подобный конфуз показался бы мне забавным и даже смешным, но я уже был достаточно зрелым, чтобы не хохотать в голос с сортирного юмора.

— Тут тебе понадобиться помощь, — подсказал я воину, поправив штаны. – Этот барьер не получиться разрушить с одного удара.

Вторженец уставился на меня глазами полными злобы:

- Мужик, что за дела? Зачем ты на нас напал? Ты какой-то скрытый босс в этой локации?

Я опешил. Последний вопрос северянина поставили меня в тупик.

- Босс локации? – переспросил я, пытаясь проникнуть в смысл новых для себя слов.

- Да. Что за квест у тебя? Что нам нужно сделать, чтобы ты нас отпустил? У тебя есть какое-то задание для нас?

Мои брови сошлись на переносице:

- Чего, блин?! Какое задание?

В этот момент эльфийки коснулись ладонями второго барьера. Тот издал слабое свечение в местах, где были их ладошки.

«Очень, очень опрометчивый поступок», — сделал я второе наблюдение.

- Клифф, что происходит? – спросила снежная эльфийка, поправив локон белоснежных волос.

«Арт Снежной эльфийки».

- Похоже, это босс локации, — он киркой указал в мою сторону. — Он нас в клетку запер, прикинь! Я уже разрушил первый барьер, но со вторым пока не справился, — северянин вытер проступивший пот на лбу.

Лесная эльфийка бегло осмотрелась двор и не заметив ничего интересного, стала буравить меня карими глазами.

«Арт Лесной эльфийки».

После чего она поправила растрепавшееся каре каштановых волос:

- Этот дядька что-нибудь сказал?

Мужчина нахмурился:

- Да. Сказал, что мне понадобиться помощь, чтобы отсюда выбраться. Второй барьер в одиночку не сломать.

- О! я поняла! – воскликнула она, слегка подпрыгнув на месте. – Ребят, это типа проверка! Проверка на работу в команде.

- Тани, - обратилась к ней снежная эльфийка, - ты реально думаешь, что разрабы решили никак не отмечать квесты?

- Мари, - ответила ей вторая, подняв лук с земли, - ну конечно же да! Полное погружение оно на то и полное, что в нём нет дурацких стрелочек и подсказок. А это, - она небрежно махнула в мою сторону, — это просто скрытое задание, - её пухлые губы растянулись в блаженной улыбке. – Теперь нам нужно одновременно атаковать барьер, чтобы выбраться! Это должно сплотить нашу команду. Осталось решить какими скилами нам нужно воспользоваться.

— Самыми мощными, — скупо пробасил северянин.

Мари отрицательно покачала головой:

— Нет, Клифф. Мы можем ранить друг друга. Помнишь описание перед погружением?

— Да, точно. Френдли файер, — он тяжело вздохнул.

Троица замолчала, погрузившись в свои мысли. При этом они никак не обращали на меня внимания и периодически тыкали пальцами в свой странный артефакт.

Я же, наблюдая за их умственным трудом, пытался понять – толи я слишком сильно ударил их головами, толи ребята и до удара были не в ладах с разумом.

— Кажется я понял, - произнёс Клифф, - раз это командное задание, то и удары по барьеру должны быть особыми!

- И какими же? – поинтересовалась Мари, поправив непослушный локон белоснежных волос.

Северянин поднял руку, где находился его магический наруч:

- Посмотрите у вас в навыках должен быть удар, без урона по площади.

Вторженцы стали усерднее тыкать пальцем в свои артефакты.

Тани подпрыгнула на месте от радости:

- Нашла! У меня есть навык пробивающего выстрела. Для этого мне нужна простая стрела. На неё я могу наложить это заклинание и оно даст мне плюс пятьдесят процентов к урону. А у тебя, что, Мари?

Снежная эльфийка нахмурила идеальные брови:

- Есть заклинание молнии. Это вроде как для одной цели, но я надеюсь разрабы не заморочились с тем, чтобы сделать удар током уж слишком реалистичным. Не хочу, чтобы вас зацепило. Так что отойдите подальше от меня.

- Выбора у нас особо нет, - пожав широкими плечами, сказал Клифф. – Надеюсь награда за этот квест нормальная будет, а то уж слишком больно нас приложил этот деревенщина.

- Согласна, - протянула Тани, потерев ушиб на ноге, - ух ты! – неожиданно воскликнула она. – Глядите, у него на поясе тоже есть смарт-наруч! Кажется мне, что это и будет нашей наградой.

Я сам скосился на артефакт, что до сих пор висел у меня на поясе. Чёрный плоский камень продолжал светиться красными буквами «ЕГГОГ». Нахмурив брови, сделал третье и самое безумное наблюдение — они искали свои боевые техники в этом наруче.

- Смарт-наруч? – переспросила Мари. – Зачем нам ещё один? У нас и так у каждого свой есть.

Воин почесал затылок:

- А вдруг на нём какое-то задание особое или же скин на интерфейс другой? Прикольно будет, если тему основного меню сменить можно. Ладно, девчонки, хватит трындеть, пора выбираться.

Троица рассредоточилась по разные стороны, затем картинно и чуть ли не синхронно встала в стойку.

Воин замахнулся для удара, зарычал как зверь и его руки окутал небольшой ареол света. Лесная эльфийка натянула тетиву с поломанной от падения стрелой, на кончике которой заплясали изумрудные огоньки. А снежная выставила ладонь и меж тонких пальцев заплясали искры.

Я невольно напрягся от предвкушения их прорыва. Пальцы машинально задвигались ожидая, когда я начну сплетать новое заклинания.

- На счёт три! – скомандовал Клифф. – Раз, два…

У меня в голове уже всплыли руны силы, ожидающие, когда я дам им выход.

- Три!

Мощный удар воина, пробивающий выстрел лучницы и разряд молнии волшебницы обрушились на барьер!

Заклинание дрогнуло. Вязь линий подернулась рябью.

Однако купол выдержал. Оказалось, что сложенных вместе сил пленников не хватало, чтобы проделать в нём малейшую брешь.

Мой вздох разочарования был слышен, пожалуй на всю деревню.

Однако пленники даже не успели понять, что не справились. И тут я понял, что могу продолжить свое наблюдение. Для этого мне нужно было подыграть им. Подбодрить, как малых детей.

Я специально развеял второй барьер. Рисковый шаг, но моя натура волшебника и исследователя взяла верх над эмоциями. Теперь для меня это были не столько вторженцы, сколько подопытные зверьки, требующие изучения.

А они и вели себя как зверьки.

Ведь в среде магов никто и никогда..., даже не так. А вообще НИКТО И НИКОГДА не озвучивает свои умения при посторонних! Такое общение происходит исключительно между учеником и учителем и зачастую после заключения контракта. Но ни в жизнь я не сталкивался с тем, чтобы свои секретные техники обсуждались при потенциальном противнике.

- Получилось! – воскликнула Тани и полезла обниматься к своим компаньонам.

Троица дружно рассмеялась и стала подбадривать друг друга, периодически вознося хвалы своему богу, которого, как я понял, зовут Разраб.

- Ну всё! – воскликнула лучница, с вызовом посмотрев на меня. – Теперь точно готовь награду! И не забудь про морковку, не зря же я её собирала.

- Да… точно… - подтвердили другие.

Я почесал подбородок и приблизился к магическому куполу:

— Это какой-то бред.

Троица замолчала и уставилась на меня.

Меж тем я продолжил:

- Ну выберетесь вы, а что дальше? Неужели вы думаете, что сможете справиться со мной?

Улыбки исчезли с их лиц.

- Мужик, - обратился ко мне Клифф, - мы не собираемся с тобой драться. Нам бы просто выполнить квест и свалить дальше.

- Куда? – мои брови поднялись вверх от удивления.

- Как куда? Искать основной сюжет, - северянин усмехнулся, словно я спросил сущую нелепицу.

- Сюжет? – я снова ничего не понял.

Мари вздохнула, поправив белоснежную прядь:

- М-да, похоже здесь ИИ подкачал. Эта непись слишком тупые вопросы задаёт. Похоже, - она обвела рукой третий купол клетки, — это действительно проходной квест. Толку с ним болтать нет. Уверена, как только мы выберемся, то у него включиться основной скрипт и мы сможем узнать больше. Давайте разбираться со следующим барьером.

Троица снова забыла о моём существовании и в открытую принялась обсуждать идеи как им можно пробиться через барьер.

И пускай в своей речи они использовали странные слова: «Скилл, талант, резист, дамаг», я всё равно смог понять суть их замысла. Дело в том, что эти вторженцы не придумали ничего лучше, чем ударить из всего, что у них есть.

Очередная картинная стойка и…

Естественно, у них ничего не вышло.

Я хмыкнул. Четвертое наблюдение напрашивалось само собой.

«Вторженцы не разбираются в основах магии».

Они в упор не видели узлы рун и контуры сопротивления моего магического конструкта. Из этого я сделал пятое наблюдение — «их способ контроля энергии отличается от нашего».

После шести безуспешных попыток, когда лучница потратила все стрелы и ей ничего не оставалось, кроме как долбить своим оружием о барьер, до пленников дошло, что им нужно поменять подход.

Вот только похоже, что они перепробовали весь свой арсенал.

«И это на глазах у врага в моём лице!» — со злорадством подумал я.

- Ничего не понимаю, - пробубнил Клифф. – Не может же быть такого, что нам не удастся выбраться отсюда.

Лесная эльфийка устало опустила лук:

- Скорее всего этот дядька, — она злобно сверкнула на меня глазами, — этот колхозник какой-то скрытый босс. И нам нужно прокачаться, чтобы потом с ним справиться.

Мари поправила свои обноски вместо одежды:

- Может нам просто перезагрузиться? Я лично манала такие сложности на начальных левелах.

Северянин расстроенно кивнул:

- Похоже ты права Маш.

Снежная эльфийка толкнула его в плечо:

- Я же просила называть меня Мари.

- Извини, - оправдался тот.

Она покачала головой:

- Эх, даже здесь мне не получается отвлечься от обычной жизни. Нужно было стартовать с Вилли, те хотя бы отыгрывают нормально.

Лесная эльфийка, которая не обращала внимание на перепалку своих товарищей, стала тыкать пальцем в свой артефакт на предплечье. Миловидное лицо девушки мрачнело с каждой секундой.

Мне самому стало интересно, что она там так упорно пытается прочитать, потому я сделал несколько шагов вперёд, пытаясь взглянуть на странные символы.

- Ребят, - голос Тани дрогнул, - я почему-то не могу выйти из игры.

- Что? – с удивлением переспросила Мари.

Клифф нахмурился и посмотрел на наруч лесной эльфийки:

— Это странно. Может ты не там искала? – он уткнулся в свой артефакт. Умственное напряжение проступило на волевом лице. – Ничего не понимаю. А где тут выход?

Снежная эльфийка так же хмурила лоб, что-то читая на своём артефакте:

- В меню ничего нет. Да и настройки пропали. Как это возможно? Как мы тогда должны выйти из игры?!

Дверь моего дома скрипнула, и я уж было подумал, что родители решили узнать, как проходит допрос. Однако чутье подсказало, что происходит что-то неладное.

Так оно и было…

Резко обернувшись, я увидел, как родителей вытолкнули из дома.

— Эй, деревня! Спасибо, что сам разобрал стену. А теперь отпусти этих игроков!

Позади, направив вилы в спины отцу, стояли двое орков. В обносках и с точно такими же наручами, как у пленников.

- Глухой, что ли? – окрикнул меня второй орк. – Если не отпустишь, то мы насадим твоих предков как шашлык на вертел.

Я подавил вспышку гнева и быстро оценил ситуацию.

А ситуация скверная.

Создать щит и закрыть им я успевал только маму. А вот отцу уже упирались в спину вилы. Чтобы спасти родителей мне нужно было чуть больше расстояния.

— Хорошо, - громко произнёс я, поднимая руки.

В этот момент я посмотрел на отца и слегка кивнул тому головой, молясь Многоликому, чтобы тот понял мой знак.

Первый орк хмыкнул:

- Держишь нас за дебилов?! Отпускай сначала пленников!

— Эй, ребят, — окрикнул пленный северянин. — Родителей не надо вмешивать. Я понимаю, что это игра, но как-то мерзко так делать.

— Дебил, — отозвался орк. — А у тебя есть другой способ выбраться? Глядя на вас я вижу, что никто красноречие не вкачал.

— Да и вообще похер на этих неписей. Мы пришли сюда не за добряков отыгрывать, – он вытянул вилы вперёд, слегка уколов ими маман.

Она вскрикнула.

Отец злобно оскалился, но дважды моргнул мне. Не мешкая, он схватил маму за руку и резко потянул вниз за собой.

- Сзади! – только и успел крикнуть он мне.

Я слишком поздно услышал позади тихие шаги, но оборачиваться уже не успевал. Отточенными движениями, я создал вокруг родителей щит, отрезав их от орков. И тут же поплатился за неосторожность.

В плечо с силой ударило. Но защитная аура выдержала.

Пошатнувшись, я завалился, но успел вложить в щит возле родителей достаточно энергии. Падая, я обернулся и увидел, что позади меня стоял третий вторженец.

Им оказался темный эльф.

Он злобно оскалился. Колун в его руках уже заносился для нового удара. Эльф на секунду задержался, чтобы точно так же как и северянин рыкнуть свое заклинание для усиленного удара.

Этого мгновения мне хватило, чтобы перестать подпитывать связь с магической клеткой и усилить ауру до предела.

Удар эльфа вышел что надо.

Лезвие остановилось лишь в паре сантиметров от моей головы. Защитная аура просела, но выдержала. А я снова увидел зеленый свет, что значило потерю четвертого уровня концентрации.

Я больше не мог подпитывать два щита одновременно.

Не долго думая о выборе, я ухватился за тот, что прикрывал родителей. Троица пленников окончательно получила свободу. Сам же я сделал прием, которым должен владеть каждый маг в совершенстве.

Перекат.

И как раз вовремя. Туда, где я находился секунду назад снова обрушился колун для рубки дров. Но это уже было не важно. Скинув с себя контроль клетки, я мог создать новое заклинание.

Уже изготовившись испепелить наглого тёмного эльфа и всех вторженцев вместе с домом и участком, я замер.

В расстановку сил вмешалась третья сторона.

— Какого хрена? — моя бровь изогнулась от удивления.

Темного эльфа сбил с ног северянин!

Тот самый, что мгновение назад находился в развеявшейся магической клетке.

— Ты че творишь, — завопил эльф. — Чужих мамок жалко?!

Клифф злобно зарычал.

Он сильнее навалился на противника и выбил из его хватки оружие. Завязалась борьба, где мой неожиданный союзник пытался заломить руки эльфа.

В это же самое время, его две прекрасных спутницы, получив свободу, со всех ног побежали к оркам. Но не для того, чтобы помочь им разрушить щит!

— Стойте! — хором заверещали девушки. — Вы чего делаете? – они с кулаками набросились на них. — Отпустите мирных.

— Отвали, — так же хором ответили орки, вошедшие в раж и с силой ударили им под дых.

Эльфийки сложились пополам. И ошарашено уставились на зеленокожих.

Орки завыли волком. И я понял, что случилось.

У клыкастых на лицо были все признаки перехода в состояние берсерка. Они замычали, забились от судорог, а с выступающих клыков полилась слюна. Словом, они превратились во взбешенных зверей.

Один из них переключился на девушек, второй продолжил молотить щит. Северянин продолжал бороться с эльфом.

Какой бы странной не была эта ситуация, она дала мне несколько секунд на концентрацию.

Я сделал выдох.

Затем перевёл себя на четвёртый спектр погружения. Орки, трава, листва превратились в серую массу. Мир для меня потерял зелёный оттенок. И лишь мельчайшие вспышки других цветов, источаемые отдельными предметами, подсказывали об их природе.

В отличие от боевой ярости, как у орков, - концентрация мага, это совершенно иное состояние вибраций. В нем эмоции не являются источником, а лишь мешают соединению с изначальным потоком. Разум мага должен быть кристально чистым, а восприятие пустым от эмоций. Это помогает лучше проводить и трансформировать хаотичные силы эфира. Если маг будет зол или испуган, то может принять в себя энергию не той частоты.

Вдох.

И я снова полностью контролировал эмоции, магические щиты и свой разум. Ещё и всплеск адреналина не прошел даром. Восприятие времени для меня на краткий миг замедлило бег.

Полезный навык для опытного мага.

Побочным эффектом состояния погружения для обладающего даром – это потеря одного из семи спектров света. От красного к фиолетовому. Чем выше спектр, тем монохромнее и темнее становиться мир. Но пребывая в этом состоянии можно увидеть, что заклинания, как свои, так чужие, так же источают свой особый свет.

Потому я сразу же увидел, что за забором нашего двора полыхает пожарище энергии.

— Учитель, — произнес я, когда узнал знакомые вибрации третьего, желтого спектра.

Однако его магический щит никуда не двигался, а всё так же находился на месте.

«Почему не помогает и не вмешивается?» — сразу же возник в голове вопрос.

Но и логичный ответ пришёл так же стремительно.

«Учитель похоже полагает, что у меня все под контролем и он не вмешивается, чтобы не показывать вторженцам, что в деревне есть ещё один маг».

— Разумно, — вслух прокомментировал я его предосторожность.

Поднявшись с земли, я окинул взглядом битву, какую и не мог себе вообразить. Бывшие пленники и напавшая на родителей цветнокожая банда устроили настоящее сражение.

- Вот это поворот…

Глава 5 награда

— Вот это поворот, — снова повторил я, с удивлением глядя на происходящее.

Никогда.

Вообще никогда я не видел, чтобы вторженцы сражались друг с другом. Конечно, стычки между отдельными представителями случались. Разведчики империи иногда доносили подобную информацию до командиров, но, чтобы сражаться отрядом на отряд, да ещё и в присутствии обитателей нашего мира… никогда.

Но самое поразительное — это причина их столкновения!

Вместо того, чтобы объединить усилия с другими вторженцами и всем скопом броситься на меня, троица пленников решила вступиться за моих родителей.

Этот факт полностью поставил меня в тупик.

Убедившись в том, что созданный щит вокруг меня и родителей выдержит любую из атак, я снова повернулся вторженцам.

Схватка стремительно набирала силу и теперь они сражались уже как заклятые враги, а не союзники.

Северянин, несмотря на свои габариты, изловчился. До хруста вывернул руку тёмного эльфа, после чего мощно пнул противника, уступающего ему в массе. Эльф пошатнулся и упал, но Клифф не оставил ему шанса подняться. Схватив кирку, он прокричал, что-то про «мамку» и одним ударом размозжил его череп!

Тем временем на веранде дома продолжалось противостояние эльфиек и орков.

А точнее одного орка и девушек.

Оказалось, что первый орк, окончательно поддался состоянию берсерка. В беспамятстве он без оглядки на происходящее, молотил руками щит, прикрывавший родителей.

А вот второй орк решил помериться силами с двумя девчонками. Откинув свои вилы в стороны, он с воем бросился на снежную эльфийку и на полном ходу двинул той кулаком в лицо. Мари, плюхнулась задницей на пол веранды. Но, к моему удивлению, волшебница оказалась не такой хрупкой, какой была на вид. Резко сев, она выставила руку и прокричав: «Молния!», шарахнула разрядом зеленокожего.

Орка трясло несколько секунд.

Однако он смог устоять. Не обращая внимание на чёрный след обугленной плоти, оставленный от попадания заклинания волшебницы, клыкастый взвыл ещё яростнее и ринулся вперёд.

Но было уже поздно.

Тани успела воспользоваться заминкой орка, пока того трясло и схватила вилы, которое тот выбросил. Перегородив ему путь, лесная эльфийка сделала выпад. Надо отдать должное глазомеру лучницы — удар получился столь точным, что все четыре зубца прошли насквозь грудной клетки, не задев при этом рёбра.

Противник завалился на спину. Его тело забилось от предсмертных судорог. Из груди вырвался булькающий хрип, и он стал захлёбываться собственной кровью, но второй орк даже не обратил внимание на смерть товарища.

Ему было абсолютно безразлично, что его союзники пали. Полностью отдавшись своему состоянию берсерка, зеленокожий продолжал упорно и безрезультатно молотить в мой щит, прикрывавший родителей. Он уже разбил свои кулаки и теперь удары оставляли кровавые разводы на прозрачной поверхности. Но видимо боль лишь сильнее раззадоривала его.

Трое бывших пленников ошарашенно уставились на слепую ярость.

Для меня это тоже было странным. С виду орк был вполне половозрелым, а к этому возрасту они уже умеют контролировать и использовать свою ярость в нужном направлении. Но этот зеленокожий так не мог. Зверь внутри окончательно вырвался на свободу.

Я заметил, как отец внутри защитного купола накрыл собой мать, чтобы бедная женщина не видела того ужаса, что развернулся в её собственном дворе.

Сопереживание к родителям не смогло пробиться через давящий на меня поток энергии, который мне приходилось постоянно контролировать. Потому мне оставалось лишь гадать какой шок они испытывают. Но одно я чувствовал ясно – я устал от этой нелепой бойни.

Пришла пора положить конец этому столкновению.

«Хао, контур, усиление…»

Руки с каллиграфической точностью прочертили руны. Нить воздушной энергии отделился от щита, превратившись в шип, и со свистом навылет пробил грудь зеленокожего. Вихревые потоки от изменившегося давления в тончайшей области устремились следом за моим заклинанием.

Выглядело это кроваво.

Смятые лёгкие и сердце со свистом словно вытянуло в трубу. Кровавые ошмётки пролетели метров десять и с влажным шлепком врезались в окно, оставив на стекле бурые разводы.

Последний противник пал.

Я развеял свой щит и двинулся к родителям, попутно опускаясь в спектрах магии. Всё же я лишь пожевал корень, а не выпил полноценное зелье. И опустошение могло накатить с новой силой.

— Фух, — пробасил рядом со мной Клифф. — Отбились. Девчонки, — окликнул северянин эльфиек, — вот и наше первое ПВП! Мы затащили эту катку, – он отбросил кирку и встав в стойку показал двойной бицепс спереди.

Те лишь нервно кивнули ему, пытаясь совладать с дрожью.

– В-вот это погружение, - заикаясь произнесла Тани.

Я подошёл к защитному барьеру с родителями. Отец во всю пытался успокоить разрыдавшуюся маму. Жестами показав ему, чтобы они пока были здесь, я наконец повернулся к вторженцам.

— Ну, мужик, — обратился ко мне северянин, — теперь ты заплатишь начинающим авантюристам? Спасение твоих родителей достойно награды? И я великодушно могу забыть о том, что ты нас взял в плен.

Мне понадобилось время, на то, чтобы понять шутит они или нет. Однако его простодушная белоснежная улыбка и даже щенячий взгляд красноречиво намекали, что он сейчас искренен.

— Да, конечно, — спокойно ответил я. – Я благодарен тебе, вторженец. Ваше вмешательство было своевременным.

Погружение на третий спектр всё ещё подавляло эмпатию, потому я не до конца проникся героическим поступком пленников.

— Отлично, давай, — он растянулся в улыбке ещё шире и протянул руку.

— Клифф, — окликнула его Тани, — Клифф!

— Чего визжишь, малая?

Лесная эльфийка повернулась к нам, и на заляпанном кровью лице я увидел настоящий ужас. Смуглая кожа стала бледной настолько, что она теперь походила на свою компаньоншу — снежную эльфийку.

— Почему они не исчезают? — прошептала она синюшными губами.

— Что? — нахмурившись, переспросил северянин, опустив ладонь.

Тани сглотнула ком в горле:

— Почему они не исчезают? — её дрожащий пальчик указал на трупы орков. — Они же должны были исчезнуть. Почему они всё ещё здесь?

Я посмотрел на неё как на умалишённую. Обойдя северянина, я ненароком толкнул того в плечо восстановившейся защитной аурой, но воин не придал этому значения. Поднявшись по ступеням веранды, я изучающе склонился над трупами.

— Почему? — уже обратившись ко мне, спросила Тани. — Они мертвы?

Я хмыкнул. Посмотрел на неё, на растерянного северянина и на Мари, которая застыла как мраморная статуя.

— Конечно мертвы, – пояснил я.

– Как? Как это возможно, дядь?! – её голос сорвался на всхлип.

Эмоции постепенно возвращались ко мне, и теперь мне стало даже немного жаль этих ущербных вторженцев. Они были так растерянны, что напоминали мне зелёных рекрутов, которых без подготовки сунули в самое пекло.

— Ты сейчас серьёзно? — с тенью улыбки ответил я и слегка дотронулся до рукояти вил, торчавших из груди орка.

Тани смогла лишь нервно кивнуть:

— Да…

— Ну ты и дурочка, — беззлобно ответил я и повторил жест. Вилы стали слегка покачиваться из стороны в сторону. — Он мёртв, потому что тыкать острыми предметами в сердце — опасно для здоровья.

Мой юмор остался без их внимания, а жаль. Редко кому из магов удаётся даже паршивая шутка в состоянии концентрации. Ведь для контроля энергии нужно следить за своими эмоциями.

Тут Мари наконец сбросила с себя оцепенение и, сделав шаг вперёд, произнесла:

— Вы не понимаете. После смерти игроки перерождаются. Следовательно, тело этого игрока должно было исчезнуть и появиться в точке респауна.

— Какие ещё игроки? — нахмурившись, спросил я.

Девушка потупила взгляд голубых глаз:

— Эти. Орки и тот тёмный эльф. Я, Клифф и Тани — мы тоже игроки.

Теперь настало моё время полного непонимания происходящего:

— Вы — игроки? Что это значит?

Клифф решил не оставаться в стороне и двинулся к нам:

— Ну да, мы игроки. Играем в игру. У вас же тут есть игры?

Я напрягся, когда он подошёл ближе. Память о том, как воин тёмных эльфов боевой техникой сбил меня с ног, была слишком свежей. Потому я сразу же припас защитный приём на случай, если весь этот разговор окажется постановкой и северянин решит внезапно атаковать.

— Конечно есть, — настороженно ответил я. — В карты играем, кости, лапту и много чего ещё.

Клифф нервно хохотнул:

— Мужик, да у тебя, похоже, блок стоит на самосознание. Мы игроки, а ты непись. Все, что тебя окружает тоже игра, понимаешь? — он с секунду молчал, глядя на мою молчаливую реакцию. — Так и знал. По глазам вижу, что не понимаешь. Твоя давать мне награду за спасение родителей. Вот это понимать?

Мари серьёзно посмотрела на компаньона:

— Клифф, да подожди ты со своей наградой. Тани права. Что с телами? Почему они ещё тут? Так не должно быть. Аватары игроков должны исчезать.

Я сощурился, услышав знакомое слово «Аватар». Оно как-то попадалось мне во время учёбы в академии. В одном из древних фолиантов о природе спектра связи было несколько глав о возможности переноса души в новое тело в ином мире. Эдакая проекция души из переплетения энергии.

Упоминалось даже о вторжении таких аватаров, но это больше походило на миф о мифе.

— Тогда почему они всё ещё тут? — с опаской спросила Тани.

Северянин отмахнулся:

— Да фиг его знает, честно. С этим пускай разрабы разбираются. Не может же быть такого, что мы в другом мире оказались? — он развернул руку, продемонстрировав свой наруч. — Система навыков работает. Значит это все игра.

— Ладно. Поняла. Это всё не реально, не реально… — произнесла Тани, с шумом выдохнув.

В моей голове начинала складываться картина происходящего. Похоже вторженцы после смерти должны были отправляться на перерождение. Увы, для окончательного вывода мне не хватало ответов. Потому я решил вопросами вытянуть из них недостающие знания:

— Я так понимаю, вы считаете меня ненастоящим, верно?

Клифф расхохотался:

— О, алгоритмы заработали! – северянин посмотрел на меня так, словно я только что подошёл к ним. — Да. Ты всего лишь непись.

Поджав губы, я по интонации понял, что слово «непись» звучит как-то оскорбительно. Потому сразу же решил уточнить.

— Что такое непись?

Клифф вздохнул и сделал снисходительный вид, словно собирался объяснять ребёнку почему огонь горячий.

– Ни что, а кто… Непись, мой друг, — это неигровой персонаж. Тот, кто запрограммирован на шаблонные ответы. Делает одно и то же каждый день. Да и вообще не существует в реальности! Набор единиц и нолей. Компьютерный код. Код, который должен выдать награду, но это я на всякий случай напоминаю тебе, – он подмигнул и снова протянул ладонь.

Мне понадобилась секунда на осознание, чтобы уловить суть его слов. После этого пришла моя очередь хохотать во всё горло из-за чего я спустился аж до первого спектра концентрации.

— Аха, вы думаете, что это всё не реально? Не существует меня, моих родителей, этого воздуха, земли и неба?

Мой смех эти «игроки» не оценили. Мари хмуро скосилась на Клиффа, после чего уже серьёзно вперилась в меня:

— Да. Мы в игре. Мы игроки. Мы те, кто своим присутствием создаёт всё вокруг себя. Этот мир не настоящий. Ты не настоящий, и эта деревенская дыра тоже.

Я расхохотался ещё сильнее, и на этот раз я услышал смешок и за забором. Учитель, подслушивавший наш разговор, не смог сдержать свои эмоции. Теперь и он спустился на красный спектр.

«Опасно так расслабляться» – подумал я, снова взяв контроль над эмоциями. «Но если вторженцы решили атаковать нас шутами, не знающими первооснов мироздания, то у них это неплохо получается».

Отсмеявшись от души, я вытер слёзы и серьёзно посмотрел на волшебницу:

— Дорогуша, так можно сказать про любой мир, бороздящий просторы сна Многоликого. Мир — это иллюзия. Да. Но это такая же истина, как и одновременно такая же ложь. Мир — не иллюзия. Оба этих варианта одинаково верны и неправильны.

— Дядь, что-то я вас не поняла, — робко произнесла Тани, вытерев руки краем своих обносков.

Я фыркнул:

— Вторженцы мельчают с каждой новой волной. Милочка, если вы пропускали уроки первооснов, то как вас вообще допустили до того, чтобы нападать на нас? Мир, который вас окружает, настоящий и ненастоящий одновременно. Вот для них, — я указал на трупы, — мир кончился. Они вернулись в сон Многоликого, где всё выглядит как иллюзия. А для нас он продолжает реальное существование. Понимаешь?

Её карие глаза округлились:

— Боже, Боже… получается, я только что убила человека?! — девушка судорожно приложила ладони к лицу, размазав брызги.

Я поморщился, но не от вида крови на милой мордашке, а от реакции вторженки на происходящее. Тем более, что в состоянии концентрации из восприятия мага исчезают цвета и то, что должно быть бурыми разводами, виделось мне как серые пятна.

Мари подошла к ней и обняв за плечи стала успокаивать, попутно приговаривая о том, что они напишут целую петицию разработчикам и засудят тех за невероятный уровень жестокости игрового процесса. И чтобы она не обращала внимание на забагованого персонажа.

Я опешил. Такая странная реакция вторженцев не была мне понятна, однако я уже мог испытывать эмоции и мне даже стало немного жаль девушку. Потому мне захотелось её как-то успокоить:

— Человека? Нет. Ты не убила человека. Это же орки, — я усмехнулся. — Ты убила орков. Нечего переживать из-за такого пустяка. В королевстве Эрол тебе за это даже спасибо скажут, — кривая улыбка застыла на моём лице.

Троица посмотрела на меня как на умалишённого. Словно я сказал, что убийство комаров это ужасное преступление. Снежная эльфийка оценивающе окинула меня взглядом и высокомерно фыркнула:

– Похоже, у мистера колдуна опять скрипт включился. Вот видишь, Тань, всё работает как надо. Даже этот вещает игровую дичь. А кнопка выхода скоро появится. Я уверенна.

Северянин бодро улыбнулся:

— Да, я уверен, что скоро всё починят. Это просто какое-то недоразумение.

Я хмуро посмотрел на троицу. Их упрямое нежелание признавать очевидное злило. Но больше меня злило то, какой ущерб для родительского дома принесло их появление.

— Ваша троица на моём пороге — вот что такое недоразумение. Вы, вторженцы, только и можете, что разрушать.

Северянин хмуро посмотрел на меня:

— Эй, не нападали мы на вас! Мужик, ты вообще-то первый начал.

— Правда? А кто в дом ко мне ворвался? — я кивнул на трупы орков, — А это как называется?

На лице воина проступило умственное напряжение:

— Это, ну, это баг или же ошибка.

Мари, отпустила подружку и подняв руку, принялась ходить взад-вперёд, тыкая в свой наруч:

— Нужно срочно связаться с ГМ-ами. Может, здесь просто не ловит связь?

Клифф повернулся к ней и хохотнул:

– Прикалываешься? Какая связь? Мы же погружены в виртуальную реальность. Ты слышишь меня, я тебя. Мир вокруг не пингует, так что со связью всё в порядке, — он вдруг замер. — Я понял! Может эти трупы не исчезают только для нас?

— Что ты имеешь ввиду? – вытерев слёзы, спросила Тани.

— Как, что? – северянин хмыкнул. – Полное погружение. Мы выиграли в ПВП и для нас всё должно соответствовать реальности. Вот почему эти мудаки до сих пор здесь валяются, – он пнул носком мертвеца.

Я посмотрел на снежную эльфийку, которая одобрительно кивала тому бреду, что говорил Клифф.

– Да, он прав. Это очень реалистично.

Тани скривилась отвращения:

– Уж слишком всё это выглядит по-настоящему. Мне такое не нравиться. Я хочу домой. Когда уже появиться эта дурацкая кнопка? – она стала тыкать пальцем в свой странный артефакт. – Да как выйти из этой долбанной игры? Я хочу забыть эту деревню и этот мир как страшный сон.

— Погоди, — остановил её Клифф. — Я никуда не уйду пока не получу своей награды от этого деревенского мага. Просто не хочу, чтобы прогресс слетел, когда мы выйдем, — он решительно повернулся в мою сторону. — Мужик, повторяю в сотый раз. Мы спасли твоих предков. Это достойно благодарности. Плати, — он вытянул руку для наглядности.

В этот момент я понял, что уже перестал считать сколько новых наблюдений сделал для себя из нашего разговора. Однако их всё равно не хватало для ответов на главные вопросы: «Как и для чего они вторглись».

Мне срочно требовалось узнать больше. Потому я решил подыграть им, дабы и дальше вытягивать из них знания через болтовню. Напустив важный вид, я одобрительно кивнул:

— Да, это достойно награды. Ты прав, воин.

— Воооо! — он хлопнул в ладоши и быстро потёр их друг о друга. — Другой разговор.

— Итак, лучшее, чем может отплатить маг за столь благородный поступок, это поделиться своими знаниями.

Клифф застыл от предвкушения:

— Огонь. Давай сюда твои знания.

Я зловеще оскалился:

— Раз ты воин, то лучше всего вы усваиваете знания и боевые техники через сражения и преодоление себя. Сражение ты выиграл. Теперь преодоление. Вижу, что в твоём отряде царит непонимание, я помогу это исправить.

— Ошалеть! — он повернулся к спутницам. — Девчонки, непись заработал как надо. Значит и кнопка появиться скоро. Ну, я готов! Вещай.

— Я научу тебя преодолевать иллюзию. Покажу в чем разница между реальностью и миром грёз.

Клифф довольно зашипел:

— Ништяяяк. В чем секрет?

Я хмыкнул, предвкушая процесс передачи знания:

— Самый простой и верный метод распознать иллюзию — это дыхание.

— Дыхание? — в голосе воина прозвучало сомнение.

— Угу, именно так. Если ты находишься в иллюзии, наваждении или мороке, то тебе не нужно дышать. Но самое главное, Клифф, необходимо всегда помнить, что тебе нужно дышать.

Северянин наивно улыбнулся:

— Что значит — помнить?

Хищная улыбка заиграла на моём лице:

— Сейчас всё поймёшь. Но предупреждаю. Если попытаешься отступить, или пробиться силой, или твои спутницы попытаются тебе помочь, то ты покойник. Готов получить награду?

— Давай уже! Готов с рождения.

— Не забывай, что тебе нужно просто дышать. А теперь, держи свою награду.

«Исток, Азж, контур, вектор, контур, Ауо…»

Мои руки заметались вокруг воина, выстраивая потоки энергии.

Огненный вихрь скрыл тело воина. Эльфийки с визгом отскочили в сторону.

Я продолжил.

Сила огня и ветра заплясала, подчиняясь моей воле. Изменчивые стихии то и дело норовили вырваться из-под контроля. Требовалось особое мастерство и чувство баланса, дабы создать контур, который не схлопнется и не взорвётся от противоположно направленных сил.

Но у меня имелось и мастерство, и чувство баланса.

Эльфийки, открыв рты, наблюдали за тем, как широкоплечая фигура окончательно скрылась в огненном вихре вокруг него.

В этот момент я почувствовал, как по защитной ауре посыпалась дробь ударов. Девушки яростно забили кулаками.

Я невольно улыбнулся. Эти ощущения напомнили мне капли дождя, бьющие по плащу.

— Ты чё творишь?! — завизжала Тани.

— Вытащи его немедленно! — требовала Мари. — Он помог тебе, а ты! – она отвела руку в сторону, на пальцах заплясали искры.

Распрямив плечи, я повернулся и злобно посмотрел на девушек. Те оторопели.

- Ударишь меня. Вихрь схлопнется. Тогда вы точно не увидите своего друга.

На их лицах застыл страх.

И неудивительно.

Я знал, как выгляжу со стороны. Перед ними сейчас был не Йар, дружелюбный сосед. На них взирал Первый Щит императора. Тот, кто давно потерял счёт убитым вторженцам.

— Воин просил награду. Он её получил, — пророкотал я. — Он не помрёт, если сможет выиграть в сражении с собой. И вам это тоже послужит уроком. Сможете убедиться, что наш мир реален. А сейчас стойте здесь, если не хотите закончить как этот, — я кивнул на орка с дырой в груди. — И даже не пытайтесь сбежать. Только устанете перед смертью.

Схватив под руки родителей, я повёл их прочь со двора, туда, где находился мой учитель.

Глава 6 первый щит

Калитка протяжно скрипнула, когда мы вышли на улицу. Я ахнул. Оказалось, что на шум в нашем дворе собралась чуть ли не вся деревня. На меня с родителями устремились сотни взглядов.

К моему удивлению, практически все односельчане были вооружены. Чем попало, но готовность набить морду вторженцам «за наших» читалось на каждом лице. Я даже невольно сглотнул, осознав, какую народную бурю смог затормозить старейшина, раз, ему удалось сдержать такое количество разгневанных людей.

— Йар, — прорычал Вулдим. – Хвала Многоликому вы в порядке.

Я коротко кивнул и повернулся к родителям:

- Ма, Па, побудьте с соседями, пока мы не разберёмся.

Мои слова расслышал только отец. Он хотел похлопать меня по плечу, но его рука смогла коснуться лишь защитной ауры. Из его груди вырвался одобрительный смешок:

- Береги себя сын, - хмыкнув, он добавил, - Первый Щит императора, - после взял под руку маман и двинулся к людям.

– Что там у тебя происходит?! – не унимался учитель.

— Вторженцы, — скупо ответил я.

Он отмахнулся:

— Да это я и так понял. Почему ты не вывел их сюда? Мы тут им быстро покажем, где раки зимуют.

После его слов по толпе пронёсся одобрительный гомон, мой взгляд зацепился за прыщавого подростка, с пушком под носом вместо усов. Однако он с решимостью наматывал стальную цепь на свой кулак. А рядом его товарищ нервно перехватывал оторванный от забора штакет.

— Не думаю, что это хорошая идея, — нахмурившись, тихо произнёс я. – Эти вторженцы какие-то болтливые.

– Что значит болтливые? – учитель подтянул штаны и кивнув мне в сторону отошёл чуть дальше, чтобы нас не было слышно.

Народ уже хотел было подойти ближе, дабы лучше слышать нас, но сурового взгляда старейшины хватило, чтобы односельчане остались на месте.

Подойдя к наставнику, я в пол голоса начал:

– Они странные. Но не похоже, что вторженцы хотели меня убить. Даже за моих родителей вступились и напали на своих.

Вулдим дождался пока гомон односельчан стихнет:

– Действительно странные. Удалось узнать что-то полезное?

Кивнув, я склонился к нему и шёпотом произнёс:

– Я хочу понять, как они оказались в нашем мире и в чём источник их силы. Слово «игроки» тебе о чём-нибудь говорит?

Вулдим нахмурился:

– Кто, Ибрагим?

– Да нет же. «Игроки».

Он с шумом выдохнул, пригладил жиденькую бородёнку:

– Нет. По крайней мере я никак не могу связать это с вторжениями.

– А слово «аватар» знакомо?

Вулдим отстранился и хмуро посмотрел на калитку моего двора:

– Звучит знакомо, только память у меня уже не та, не могу вспомнить, где его встречал.

Вздох сожаления вырвался из моей груди:

– Жаль. Единственное, где я находил подобное, так это в работе Калиосто про… - я молча показал учителю восемь пальцев.

Он изменился в лице:

– Храни нас Мать… дело дрянь. Но раз нужно узнать значение странного слова вторженцев, то тогда следует отправиться в резиденцию нашего ордена. Хранитель знаний сможет дать ответ.

– Угу, – хмыкнул я, – но он в Речном городе. А знания мне нужны здесь и сейчас. Вот я и хочу как можно больше вытянуть из этих идиотов.

– Но, у меня нет времени на допрос, нужно руководить подготовкой обороны. А если ты останешься их допрашивать, тогда как быть с поисками вора твоего посоха? – старейшина кивнул в толпу. – Я не отпущу наших охотников без магической защиты.

Я посмотрел в ту же сторону и увидел, как раздвигая зевак к нам двигался отряд мужиков, готовых пуститься по следу полурослика.

Понизив голос до шёпота, я ответил:

– Тогда мне придётся взять их с собой. Опасности для меня и отряда эта троица не представляет. А оставь я их тут, даже в кандалах, то кто-нибудь из наших вспомнит прошлые вторжения. И хазочет отомстить за убитого родственника.

Учитель кивнул:

– Понимаю. В таком случае мы можем упустить что-то важное о новой волне вторжения. Но будь осторожен, Йар. И всегда помни о защите.

Я кивнул:

– Кстати об этом. Я уже распорядился, чтобы соль и муку раздобыли. Сможешь её заговорить?

Вулдим одобрительно кивнул и так же тихо ответил:

— Без проблем. Это ты хорошо придумал. Посыпем ей вокруг деревни, так сможем узнать если к нам кто сунулся. Собак то вы почти всех забрали. Тогда вот как поступим, - он подмигнул мне и повернулся к односельчанам, — Значит так! Слушать всем сюда! – гомон народа стих. – Йар сейчас отправляется с отрядом охотников на поиски вора. Заодно он забирает живых вторженцев с собой, чтобы узнать, есть ли у них магические болячки! А мы сейчас займёмся обороной.

Из толпы робко поднялась женская рука:

– Старейшина…

– Да, Хельга, - устало ответил тот.

–Так если окажется, что вторженцы заразны, то зачем нам отправлять вместе с ними наших охотников?

Вулдим на секунду опешил. Вопрос и впрямь был логичным. Магические хвори точно так же, как и обычные болезни могли распространяться через контакты с больными или носителями. Молчание старейшины плохо сказывалось на настроении взволнованной толпы, потому я сразу же решил прийти на выручку.

– Я Первый Щит императора. Не волнуйтесь, я смогу защитить отряд, если такая болезнь действительно существует.

— Слышали его. А теперь все к ратуше. Там я быстро разделю вас по заданиям. Живо-живо! — он замахал руками, словно прогонял стаю надоедливых голубей.

На улице остался лишь отряд охотников.

Потёртые кожаные доспехи красноречиво говорили об их старой службе в рядах легионов. Вооружению могли позавидовать даже регулярные войска. Арбалеты и луки, кто-то держал рогатины. У одного был с собой даже слабенький посох на несколько выстрелов ледяным шипом. И каждый охотник имел по несколько охотничьих псов. Мокроносые с шумом дышали, вывалив языки, и нетерпеливо перебирали лапами в ожидании погони.

Мы ещё какое-то время смотрели на разбредающихся людей, затем одновременно поморщились, когда сильный порыв ветра бросил в лицо придорожную пыль. Отплевавшись через левое плечо, наши взгляды устремились к горному хребту, откуда и подул холодный ветер.

- Погода меняется, коленями чувствую. Не нравиться мне это, - учитель посмотрел в сторону, где находилось Шепчущее ущелье. – Йар, я хочу, чтобы после поимки ублюдка ты ещё посмотрел на состояние охранных печатей.

- Думаете, что здесь замешано нечто большее? – мой голос предательски дрогнул.

- Ты сам видел имя на артефакте вторженцев. Да, здесь что-то нечисто.

Вулдим кивнул и с силой сдавил моё плечо. И начал что-то говорить, но воспринять я это не смог.

Я был обескуражен.

Всё моё внимание было приковано к его руке на моём плече!

— Йар! — громче произнёс он, тряхнув меня сильнее. — Я, говорю возьми вот это.

Вулдим аккуратно снял с шеи золотой амулет с бриллиантом внутри. После чего протянул его мне.

– Бери, он твой!

— Это же… — только и смог произнести я, глядя на руническую вязь вокруг драгоценного камня.

— Ты готов. Я видел сегодня уровень твоей силы и уверен, что это даже не половина, — ни один мускул на его лице не дрогнул, но, заметив мою растерянность, он смягчился и слегка улыбнулся. — К тому же он пригодится тебе, когда пойдёшь к руинам. Я уже старый, чтобы скакать по горным тропинкам.

Я проглотил комок в горле:

- Учитель, для меня это великая честь, клянусь с…

Он поморщился и отмахнулся от ритуала передачи поста хранителя:

– Сынок, я же говорил, что давай без вот этого этикета. Тут все свои.

— Хорошо, учитель, я всё сделаю. Присмотри за моими родителями.

— Как и за каждым в нашей деревне, — с улыбкой ответил Вулдим.

Я хотел уже было идти, но всё же решил остановиться:

— А, и ещё кое-что.

— Чего?

— Учитель, как ты это сделал?

Глаза старейшины хитро сощурились:

— Что сделал?

— Смог коснуться моего плеча? Моя защитная аура, она должна была тебя остановить.

Он пригладил бороду:

— Вот появится у тебя свой ученик, тогда многое переосмыслишь и узнаешь. А теперь ступай.

Я повернулся к отряду охотников, наблюдавших за тем, как в деревне только что произошла смена хранителя руин. По традиции я должен был произнести длинную клятву перед народом, однако смог сказать лишь:

— Мужики, сейчас вторженцев заберу и выступаем.

***.

Я вошёл обратно во двор. Заклинание огненного вихря давно рассеялось, и воин стоял на коленях, жадно хватая ртом воздух и приходя в себя. Рядом с ним сидели эльфийки и растерянно смотрели на товарища.

— Ты псих! — закричала Тани.

Она подскочила и резко швырнула в меня осколок черепицы.

На одних рефлексах мне удалось увернуться.

«Меткая», — подумал я, но тут же понял, что недооценил ещё и расчётливость лучницы.

Воздух со свистом рассекал второй осколок. Оказалось, что эльфийка предугадала мои движения и уклон. В этот раз увернуться не получилось — я попросту не успел. Обожжённая керамика летела точно в голову. Однако защитная аура замедлила его движение.

Я неспешно протянул руку и отвёл осколок в сторону. Покинув пределы ауры, тот снова стремительно набрал скорость и, просвистев в воздухе, разбился о закрытую калитку.

— Метнёшь ещё один — пожалеешь, — процедил я сквозь зубы.

— Ты его чуть не убил! — выкрикнула Мари. – Что это за награда такая?

Пожав плечами, я ответил:

— Но не убил же. Эй, здоровяк, как себя чувствуешь?

Клифф простонал что-то нечленораздельное. Потом сделал над собой усилие и попытался сглотнуть пересохшим горлом:

— Нормально.

Я подошёл к глыбе льда, двумя пальцами отколол от неё солидный осколок. Он стал меняться в моих руках, превращаясь в чашу. Когда я подошёл к пленникам, внутри неё уже плескалось несколько глотков воды:

— На, попей. Полегчает.

Северянин схватил чашу и с жадностью припал к ней губами. Эльфийки же удивлённо смотрели на простейшее заклинание конфигурации.

— Зачем ты это сделал? — уже спокойным тоном спросила Мари.

Я посмотрел в её растерянные голубые глаза:

— Ты же маг. Я не понимаю сути твоего вопроса. Для тебя должна быть очевидна цель моего урока и награды для воина, — я указал на приходящего в себя северянина.

— Награды?! — воскликнула Тани. — Какая же это награда?

На её эмоцию я лишь отмахнулся, продолжив буравить взором снежную эльфийку:

— Воины становятся сильнее только в сражениях. И свои навыки оттачивают в битвах. Особенно в битвах против самого себя. У магов иначе. Но это ты и без меня знаешь.

Мари отвела взгляд и сложила руки на груди.

Этого жеста мне хватило, чтобы понять всё. Волшебница ничего не смыслит в силах эфира.

— Это варварство, — фыркнула Тани.

Я нахмурился:

— Да что вы за вторженцы такие? Как вы собираетесь захватывать мир?

Клифф поднялся с земли и, распрямив плечи, посмотрел на меня:

— Мы игроки, а не вторженцы. Кажется я начал понимать. Благодарю за награду.

Его спутницы с удивлением уставились на воина:

— И что же ты понял? — хором спросили девушки.

Северянин сделал ещё глоток воды и с тяжёлым вздохом произнёс:

— Может мы не можем выйти из игры, потому что это другая реальность?

— Чего?! — карие глаза лучницы округлились, а зрачки расширились, как у кошки.

Мари прыснула смехом:

— Ты, похоже, перегрелся. Это же хрень какая-то. Магии не существует. Да и ты сам говорил, что интерфейс до сих пор работает, а это значит, что мы в игре.

Девушки стали припираться и утверждать противоположное.

Тут пришла моя очередь открыть рот от удивления.

Пока троица спорила между собой, я пытался переварить услышанное. Меня поразили слова эльфийки, которая может испускать молнию из рук, но утверждает, что дара не существует.

— Тишина! — крикнул я.

Они удивлённо уставились на меня. Удостоверившись, что я полностью завладел их вниманием, произнёс:

— Значит так. На обычных вторженцев вы не похожи. Слишком слабые, слишком растерянные и… — я замялся, подбирая слова, — слишком наивные. Если вы утверждаете, что не пришли захватывать наш мир, тогда заключим сделку.

Мари сощурила голубые глаза:

— И какую же?

— Простую. Вы сейчас пойдёте со мной. Я ищу одного вора и по пути вы расскажете мне всё о вашем мире и как здесь оказались. А я поделюсь с вами знаниями о том, как не умереть здесь в первый же день.

Лучница прыснула смехом:

— Если твои знания будут выглядеть так же, как награда для Клиффа, — она указала на воина, — то мне такое нафиг не нужно. Сама как-нибудь разберусь.

Я криво ухмыльнулся:

— Вы узнали важное. Наш мир — не иллюзия. Моим словам вы не поверили, потому пришлось вам показать. Решайтесь быстрее, у меня нет времени ждать вашего ответа.

Троица переглянулась. Растерянность, отчаяние и слабая надежда отражались на их лицах. Но самое главное — я видел их страх.

— Мы согласны, — за всех решил Клифф.

— Эй, а нас забыл спросить? — Тани ткнула его кулачком в бок.

— Действительно, — ответила Мари, — тебе не кажется, что это просто глюк системы? И вообще, зачем нам нужно идти с этим колдуном?

Я тяжело вздохнул и указал рукой за забор:

– Потому, что если останетесь, то наверняка с вами захотят поквитаться те, кто потерял своих сыновей в последнем вторжении. Конечно, можете и дальше стоять здесь и проверить гостеприимность к вторженцам убитых горем родителей. Либо пойти со мной и узнать, что вообще происходит. Выбирайте…

---

Погоня.

Так можно было охарактеризовать нашу беготню по лесу. Отряду то и дело приходилось продираться через кусты, заросли ежевики и малины, огибать небольшие овраги, подниматься в гору и спускаться по крутому склону.

Можно конечно было взять лошадей, но тогда мы бы не смогли пробраться там, где проходил полурослик. Пришлось бы объезжать и снова искать след. В какие-то моменты мне казалось, что вор специально выбирал труднопроходимые места, чтобы запутать свой маршрут.

Это давало надежду на то, что мы скоро его нагоним.

Однако вор был полуросликом. Я знал, что для этой мохноногой расы непроходимые лесные дебри превращались в лабиринт из тропинок. Пользуясь своим преимуществом в росте, они могут перемещаться без проблем.

Не многие расы способны похвастаться такой проходимостью.

И такой персонаж был в нашем отряде. Лишь лесной эльфийке беготня по лесу давалась легко и, кажется, приносила удовольствие.

Среди деревьев Тани чувствовала себя как рыба в воде. Её гибкая фигура уворачивалась и извивалась в плотных зарослях с грацией кошки. Я смог поймать себя на том, что несмотря на всю подозрительность к той троице, всё равно невольно восхищаюсь плавными движениями девушки.

Усилием воли я оторвался от грациозного создания, осознав, что сделал ещё одно очень важное наблюдение.

Тани и полурослик так ловко перемещалась в лесу, словно они всю жизнь провели под кронами деревьев. Орки, напавшие на родителей, впали в ярость и потеряли контроль над собой — ровно, как и все представители этой расы, не прошедшие строгое племенное воспитание.

Вот только дело в том, что эти вторженцы не из нашего мира, но при этом их тела соответствовали коренным расам. Это наталкивало меня на новые вопросы.

Но беготня не лучшее место, чтобы вспомнить подходящее знание.

Отряд ломанулся вбок и исчез в молодой поросли. Через пять ударов веток по лицу я выскочил на большую поляну. На ней уже находились все десять охотников и, разумеется, Тани.

Пробежка по лесу явно пошла ей на пользу. Она сейчас выглядела гораздо лучше, чем после битвы с орками. Видимо природа помогла ей отвлечься от тяжёлых мыслей, либо она снова стала оценивать все происходящее как игру.

Когда речь заходит об эльфах, всегда становится сложно.

— Привал! — крикнул Нао, старший охотник.

— Наконец-то… — тяжело дыша, произнёс я.

Силы после лечения мальчишки так и не успели окончательно вернуться ко мне.

Рядом со мной раздался хруст ломающихся кустов. Из чащи, как медведь вывалился северянин:

— Фух, твою мать, — пробасил он. — Ненавижу бегать.

— Согласен, — прошипел я, порадовавшись тому, что не мне одному было так хреново.

— Если честно, Йар, то твой фокус огненным смерчем был лишним, — на измученном красном лице мелькнула улыбка.

— Что? — вымученно спросил я.

— Ну… фух… просто нужно было сразу отправить меня на эту, млять, пробежку… — он снова вздохнул и устало плюхнулся в прохладную траву. — Тут тоже нужно заставлять себя дышать.

— А-а-а.

Он вымученно улыбнулся:

— Теперь я больше верю, в то, что твой мир настоящий. Я ни в одной игре так не уставал. Стамина просела аж на тридцать процентов.

Воин раскинул руки в стороны и плашмя повалился в траву.

С завистью посмотрев на то, как северянин распластался на земле, я тяжело побрёл к поваленному дереву. Остатки гордости и статус не позволяли мне последовать примеру воина. Со вздохом опустившись на землю, я прислонился к стволу спиной.

В этот самый момент из зарослей вышла Мари. Снежная эльфийка пришла на поляну последней. Но это лишь потому, что в отличии от лесной, старалась окончательно не перепачкаться и беспокоилась о том, чтобы колючки не цеплялись к волосам.

Бегло осмотревшись по сторонам, она взглядом отыскала меня и тоже двинулась к дереву.

— У нас привал? — спросила она, смахнув грязь с бревна.

— Угу. Нам повезло. Полурослик воняет сильно. Собаки хорошо его след держат.

Мари оценивающе посмотрела на то, как я раскинул ноги на траве, хмыкнула и села на дерево.

Отчего стала смотреть на меня сверху вниз:

— И неудивительно. Без мытья мы тут все скоро вонять начнём.

Лёгкая улыбка мелькнула на моём лице:

— Тебе это не грозит.

— Что не грозит? — она нахмурила идеальные брови.

— Вонять, — пояснил я.

— Это ещё почему? — она нахмурилась ещё сильнее.

Я пожал плечами:

— Насколько я помню, снежные эльфы не имеют запахов, доступных человеку. Собаки тебя, конечно, выследят, но запаха пота не будет.

Девушка с секунду обдумывала мои слова, после чего слегка улыбнулась пухлыми губами:

— Прикольно.

— Да… прикольно… — повторил я новое для себя слово.

Мои глаза сузились. В голове возник странный вопрос: «Почему она не знает таких элементарных вещей о своей расе?». Но озвучить я его не успел.

— Господин Йар, сюда! — крикнул один из наших охотников.

— Что у вас? — прокричал я, не желая вставать с места по какому-то пустяку.

— Вам следует это видеть.

Я вздохнул, осознав, что мой привал окончен:

— Пошли, посмотрим, что у них там.

Мари грациозно поднялась с места и сделала то, чего я ну никак не мог ожидать. Она протянула мне руку, чтобы помочь подняться.

Заметив мою заминку, она хихикнула:

— Мистер великий колдун испугался руки? Или он не привык, что женщины тоже могут помогать мужчинам?

— Эм… а… — не найдя, что ответить, я всё же воспользовался её помощью.

За секунды, пока я поднимался, успел обдумать десять способов самообороны.

Но ничего не пригодилось. Девушка на самом деле просто помогла мне подняться.

Когда её прохладная ладонь легла в мою, я не почувствовал ни магии, ни подвоха. Только касание к нежной коже.

Это ставило в тупик сильнее, чем морковка в дверном проёме.

— Может уже отпустишь? — её бровь вопросительно изогнулась.

— Что? Ах, да, конечно, — до меня дошло, что до сих пор держу её ладонь ожидая подвоха.

Разжав пальцы, я резко повернулся в сторону, чтобы она не заметила смущения на моем лице, вызванного хронической подозрительностью.

Мы двинулись к краю поляны, туда, где кусты густой гурьбой цеплялись за самый её край, чтобы не сорваться со скалистого обрыва.

При моём приближении несколько охотников раздвинули заросли, чтобы мне стало лучше видно то, что они хотели показать.

Внизу, на каменистом берегу извилистой речушки лежало несколько обугленных тел. Застыв в неестественных позах, они казались тёмными пятнами, и опознать их с такого расстояния практически не представлялось возможным.

— Наши? Или вторженцы? — коротко спросил я.

Нао отрицательно покачал головой:

— Похоже, вторженцы. Вон, видите на руках блестят их особые наручи? — он ткнул пальцем в силуэты, словно от этого я бы смог рассмотреть лучше.

Я сощурился.

Мой взгляд не был таким зорким. Годы в академии за муштрой свитков при свечах немного притупили зрение.

Рассмотреть наруч, сливающийся с камнями, мне было очень трудно. Разумеется, я бы мог создать кристально чистый изогнутый кристалл льда и с его помощью увеличить изображение. Но светить своими навыками перед кем бы то ни было — дурная привычка.

Как любил повторять мой второй учитель: «Страх перед магией работает не хуже, чем сама магия. Не стоит показывать, на что ты способен, без особой на это причины».

— Вы уверены, что это не наши? — уточнил я.

— Да, это точно игроки, позволишь? — Нао жестом попросил меня отойти вбок, чтобы под другим углом я увидел металлический отблеск на руке трупа.

Тани тяжело вздохнула:

— Эти тоже не исчезли… неужели Клифф прав.

— Ахренеть, — пробасил подошедший северянин, который так же не захотел пропускать такое собрание. — Этих игроков убили с помощью твоего посоха?

Я отрицательно покачал головой:

— Не похоже. Слишком большая площадь возгорания. Хорошо было бы спуститься и посмотреть детальнее, но у нас нет на это времени.

Старший охотник кивнул:

— И собаки нас не привели к ним, значит вора там не было, — он повернулся к северянину, — а что за игроки?

Клифф тяжело вздохнул и скосился на меня:

— Там долгая история…

— Объясню позже, — пояснил я.

— Йар, — старший охотник настороженно посмотрел на вторженцев, — можно тебя на пару слов?

Я кивнул и указал на бревно.

Отделившись от группы, он в пол голоса спросил:

— Слушай, а тебе не кажется… — начал он, но я жестом остановил его.

Мои пальцы прочертили несколько рун:

«Исток, Ауо, контур».

Нао оценивающе посмотрел на то, как я сотворил заклинание.

Простейший воздушный купол окутал нас. Радиус заклинания был ничтожно мал. Его сложно было назвать полноценным щитом. Он относился к разряду бытовой магии и частенько использовался теми, кто не обладал сильной связью с эфиром. С его помощью можно было слегка охладиться в жаркий день, но не более.

— Тяжко поход даётся? — с усмешкой спросил он меня, увидев знакомое заклинание.

— Ага, хочу остыть, — ответил я, снова вспомнив слова второго учителя про секретность магии.

Прелесть воздушного купола была ещё и в том, что он приглушал слова. Нормально разобрать на расстоянии, что говорится внутри, практически невозможно.

Пускай мы и отошли подальше от пленников, но лесная эльфийка уже наглядно продемонстрировала, что не уступает сородичам из нашего мира во врождённой ловкости. Может и слух тоже соответствовал.

— Ну так и что за вопрос?

— Йар, я не понимаю, зачем ты вытащил из деревни этих вторженцев. Может лучше было их сковать и оставить под стражей? Мужики нервничают. Перешёптываются. Не понимают с чего ты вдруг стал доверять тем, кто вторгся в наш мир.

Я хмыкнул:

— Неужели они тебя испугали? Нао, ты же вояка, — я смерил его взглядом.

Охотник был на десять лет старше меня. В моих детских воспоминаниях он казался мне нереальным громилой и тем подростком, который мог построить остальных. Однако сейчас я видел в нем уже взрослого мужчину.

— Это было двадцать лет назад. Я бывший вояка, — так же с усмешкой ответил он. — Но остальные растеряны. Они не понимают, как щит императора может так спокойно иметь дела с вторженцами.

– Мне нужно изучить их подробнее, чтобы узнать слабые места.

Нао нахмурился:

– А не проще это делать, когда они в кандалах и с раскалёнными иглами под ногтями?

Мы одновременно обернулись, когда по поляне рассыпался звонкий женский смех. Рядом с обрывом Тани каталась по траве, пока свора охотничьих псов, виляя хвостами, облизывала свою новую подружку.

— Я тоже бывший вояка, Нао. Семь лет мои руки были по локоть в крови. Я устал от скорой расправы. Оборвать жизнь легко. Сохранить её сложнее.

Охотник хитро посмотрел на меня:

– Мне кажется здесь дело в другом.

— Что ты имеешь в виду? – спросил я.

Нао коротко улыбнулся:

— Ты нисколько не поменялся. Помнишь, когда Тоби Майер, задира с улицы на бугре, хотел избить Эда Лира, сына коневода?

Я нахмурился, вспоминая события из детства:

— Что-то припоминаю…

— Тогда ты единственный из мелких кто вступился за Эда. И не побоялся того, что Тоби надерёт тебе задницу.

Я рассмеялся:

— Вспомнил. Так он тогда и поколотил меня. Я потом три дня от родителей с синяками прятался. И если бы ты не вмешался, то и конюху тоже бы прилетело. Но к чему ты это?

Он кивнул:

— Ты уже тогда был щитом.

Я отрицательно покачал головой:

— Не, мне тогда лет десять было. А дар у меня позже проявился.

— Дело не в магии, Йар. Характер у тебя такой был. Защищать. Вот и сейчас ты поступаешь так же.

Я отвёл взгляд в сторону:

— Тогда ты понимаешь, почему я взял их с собой.

Нао поднялся с бревна:

— Чудесные создания собаки. Верные и тонко чувствующие. Хорошо, я поговорю с остальными мужиками. Думаю, они тоже доверятся тебе, как и я. Хотя после такого, — он указал на лучницу, которая вовсю тискала ищеек, — мужики немного выдохнут. Животные видят всё без масок.

— Вот и славно, — я тоже поднялся с места.

— И последнее, Йар, — лицо старшего охотника стало серьёзным, — мне не нравится, куда ведёт след. Я видел, как Вулдим отдал тебе медальон. Я знаю, что ваш орден охраняет что-то жуткое в горах уже тысячи лет. Но… Как бы тебе это сказать.

Я нахмурился:

— Говори как есть.

— Тебе не кажется, что старейшина знал, куда отправится вор?

— Возможно… — с тяжёлым вздохом ответил я.

— Угу. Если вор проникнет в руины Первых, то что будем делать?

Я повернулся в сторону возвышающегося над нами горного массива. Чёрный хребет рассекал опускающиеся облака острыми, похожими на клыки пиками белыми от снега.

Порыв холодного ветра ударил по моему воздушному куполу, окончательно развеяв низкоуровневое заклинание.

— Простым смертным туда ходу нет, — я поправил золотой амулет, который словно потяжелел. — Если вор идёт туда, то вы отправитесь обратно в деревню.

— Храни нас Многоликий, — прошептал Нао, когда тяжёлое грозовое облако перекрыло солнце.

Я ощутил, как волосы на руках встали дыбом от неестественно холодного порыва ветра. Хохот эльфийки стих. А собаки тоскливо заскулили, поджав хвосты.

— А знаешь что? Оставь мне собаку, лук и стрелы для лучницы и идите обратно. Дома вы сейчас нужнее.

— Как же ты? — запротестовал было старший охотник.

— Я Первый Щит империи. А это что-то да значит.

Нао неохотно кивнул:

— Храни тебя предки, Первый Щит, — сменив ходьбу на лёгкую трусцу, он побежал к остальным, на ходу выкрикивая команды.

Поджав губы, я нервно поправил перстень на пальце:

— Что-то да значит…

Глава 7 зря я не убил вторженцев

Нао был прав.

След вора действительно вёл к руинам.

Я понял это, когда мы двигались по высеченным на камнях древним оберегам, призванных сдержать тёмные силы. И если судить по нашему маршруту, то вор пользовался предостережениями как дорожными столбами.

«Намеренно или по глупости?» — подумал я, справедливо решив, что оба варианта опасны.

Через полчаса подъёма вверх по склону лес кончился. Облака окончательно опустились со склонов. Густой туман стал настолько плотным, что различить тропу было практически невозможно. Мы оказались в сплошном сером мареве без возможности сориентироваться.

Если бы не собака, оставленная охотниками, то мы бы окончательно заплутали. Чуткий нос без проблем находил дорогу даже среди камней, покрытых лишайником.

— Стрёмно здесь, — тихо произнесла Тани.

— Согласна, — ответила Мари.

Северянин пожал плечами:

— А, по-моему, прикольно. На Сайлент Хилл похоже.

Лучница ткнула его кулачком:

— Ну тебя. Это последнее место, где я бы хотела оказаться. А вообще было бы хорошо понять куда мы идём и кого преследуем?

Снежная эльфийка тихо выругалась, когда её стройная нога подвернулась на скользком камне:

— Эй, господин великий колдун! — она недовольно сверкнула глазами. — Может уже наконец просвятишь нас куда мы идём. Мы уже достаточно далеко от деревни. И охотников рядом больше нет. Если ты хотел нас убить без свидетелей, то сейчас самое время. Не хочу помирать, как ты говорил, уставшей… Если не планируешь от нас избавиться, то мы требуем объяснений, — она слегка топнула, отчего снова чуть не поскользнулась.

— Осторожно, — буркнул Клифф, поймавший её за руку.

— Да, было бы интересно знать кого мы преследуем, — добавила Тани.

Я вздохнул и обернулся. Троица выглядела растерянно и деморализовано. Я, в какой-то мере, разделял их чувства. Белая и холодная пелена тумана так же давила мне на нервы.

— Тише. Не стоит так орать. Но, наверное, ты права. Пора бы нам выполнить условия сделки. Я преследую такого же «игрока», как вы. Он пробрался в деревню, украл мой посох и сильно ранил одного из мальчишек. Мне едва удалось вытащить пацана из сна Многоликого.

— Какой ужас, — тихо произнесла Тани.

Я кивнул:

— Именно поэтому мне нужно знать как можно больше о вас, чтобы понять с кем имею дело. Итак, я задаю вопрос, вы даёте ответ. Потом наоборот. Но прежде, — я остановился.

Выдохнув, я развёл руки в стороны и стал творить заклинание. Выбор пал на силу воздуха и расширения. Это не самая лучшая защита в густом тумане, где может скрываться кто угодно. Но так оставалось возможность видеть куда двигаться дальше.

Я сосредоточился и поднялся лишь на второй уровень спектра. Тоже рисково, но если сделать щит более прочным, то мои эмоции опять задвинуться на второй план. В таком состоянии мне будет труднее понять говорят ли вторженцы правду.

Да и не стоит преждевременно тратить концентрацию. Маги тоже люди и умеют уставать.

«Исток, Хао, контур, Ауо…».

Повинуясь жестам и руническим символам, прозрачный купол, похожий на плотный пузырь, накрыл наш квартет. Он раздвинул пелену на несколько метров в сторону. Мелкая морось стала собираться на внешних стенках заклинания и стекать вниз тонкими дорожками как по оконному стеклу.

Собаку я оставил снаружи, чтобы магический барьер не сбил её со следа.

Оставшись снаружи, пёс с интересом наблюдала за тем, как прозрачная искажающая пелена размыла наши силуэты.

— Так-то лучше, пять минут перерыв и двинемся дальше, — уже спокойным голосом произнёс я. — Дружок, сидеть, — обратился я к псу.

Тот повернул голову вбок. На морде отразилось непонимание, и он снова забавно повернул голову.

— Проклятье, — прошипел я. — Пёс меня почти не слышит.

Тани, вышла вперёд и несколько раз отрывисто свистнула, после чего опустила открытую ладонь вниз.

Ищейка тут же уловила команду. Вильнув хвостом, она села в ожидании дальнейшего приказа.

— Недурно, — с искренним удивлением произнёс я.

Девушка коротко хихикнула:

— У меня всю жизнь были собаки.

— Собаки? — с интересом переспросил я. — Ты в этом уверена?

— Ну, да, конечно. С чего бы мне быть в этом не уверенной? Были ещё и кошки, конечно, но я их не очень люблю.

— Кошки… — вздохнув, я по-новому посмотрел на троицу. — Игроки. Вторженцы. Или как вас там зовут. Вот мой первый вопрос к вам. Кто вы, нахрен, такие?!

Ребята переглянулись и хотели уже было ответить, но я их обрывал решив добавить.

— Я проясню. Ты, — я ткнул пальцем в северянина, — чтобы сын льдов шёл в компании эльфов. Такое возможно только если эти самые эльфы тащат его на плаху. Люди и эльфы очень редко ладят. Теперь ты, — я перевёл палец на Мари. — Волшебница, которая называет меня колдуном, очевидно ты не знаешь разницу между колдунами и магами. Да к тому же считаешь, что магии не существует! Я уже молчу про такие детали как запахи у снежных эльфов.

Тани и Клифф с интересом и лёгкой улыбкой посмотрели на подругу, намереваясь узнать у той какие конкретно запахи я имею ввиду.

— Теперь наконец Тани. Лесные эльфы всегда находят общий язык с животными. Но вот собаки в качестве питомцев? Это странно. Я бы поверил если ты сказала про обезьяну или скарлета. На худой конец ручной леопард. В общем любая животина, что легко лазит по деревьям. А тут собаки и кошки. Такое только у людей распространено. Потому я спрошу ещё раз. Кто вы на самом деле?

Воцарилась тишина. Ребята переглянулись между собой, а я невольно скрестил пальцы на случай если они решат меня атаковать прямо сейчас.

— Ну, я первый, — северянин опустил голову и стал ковырять киркой мелкие камни. — Моё имя Константин. Двадцать пять лет. Игровой ник Клифф. Мерчендайзер в гипермаркете. Учусь на архитектора. В игру попал случайно. У меня есть богатый товарищ, который улетел с подружкой на острова. На свою голову я выклянчил у него виар капсулу. Вот и всё. Скучная у меня жизнь, вот я и играю.

— Я Таня, — подхватила лесная эльфийка. — Двадцать три года. Студентка института маркетинга. У меня очень состоятельные родители. У них гостиничный бизнес. Сеть пятизвёздочных отелей в туристических точках по всему миру, — она грустно рассмеялась. — Но несмотря на это из дома я редко выбираюсь. Родители до сих пор ищут мне достойную пару. Так что игра для меня стала бегством из золотой клетки. Тут я хотела попутешествовать и не от отеля к отелю, а нормально. Насколько этого можно ожидать от игры. Наверное, потому я и выбрала лесную эльфийку.

— А ты? — я посмотрел на Мари.

Девушка кивнула.

— Как ни трудно догадаться, меня зовут Мария. Мне тридцать лет. Работаю научным сотрудником в НИИ нейробиологии. В игре оказалась потому, что провожу исследование. Хочу понять какие связи возникают в мозгу, когда человек в виртуальной реальности использует «магические» навыки, — она изобразила пальцами кавычки.

Я нахмурился, напустив на себя самый серьёзный вид, чтобы троица не заподозрила меня в том, что я ни слова не понял.

— Ты сказала, что исследуешь человека. Исследуешь его мозг.

— Угу. Знаю, звучит скучно.

— Это звучит ужасно, — я скривился от отвращения, чем вызвал искреннее удивление спутников. — Вскрывать людские головы, чтобы изучать их. Какое варварство. Не думал, что снежные эльфы склонны к столь низкосортному источнику знаний. Ведь есть же кристаллы спектра.

Мари оторопела от моего ответа. На белоснежном лице впервые появился румянец:

— Ты неправильно понял. Ничьи головы мы не вскрываем. Нет, ну это тоже конечно делаем. Но исключительно тех, кто уже умер. А так хватает и снимков МРТ. Да и вообще, я никакая не снежная эльфийка. Просто аватар такого выбрала.

— Аватар? Что это значит? — с наигранным непониманием переспросил я.

— Ну да. Мой игровой аватар. Персонаж, который как бы я, но не я настоящая. Блин, я не знаю, как объяснить колдуну, простите магу, такие определения слов, — она виновато пожала плечами.

Я задумчиво почесал подбородок.

— То есть, ты не снежный эльф? — пришлось приложить усилие, чтобы не выдать волнение.

Ребята дружно рассмеялись. И продолжили гоготать, когда увидели, что я полностью растерян.

— Нет, Йар, — пробасил северянин. — Мы обычные люди. Костя, Таня, Маша. Никакие не лесные, снежные эльфы и не сыны холодного севера, — последнее он пробасил нарочито громко.

Я с удивлением осмотрел троицу. Никогда бы не подумал, что человек может изменить природу своей расы. Теперь мне точно требовалось узнать какой магией они пользовались. И ключевым здесь было слово «аватар». Это сильно сужало поиски нужных знаний.

— Странно. И вы не воины? Не пришли захватывать наш мир?

Троица снова рассмеялась, заметив моё смятение:

— Нет конечно! Сколько раз об этом повторять...

Несколько секунд я оценивал их реакцию на подлинность:

— Тогда почему этот полурослик напал на мальчишек?

— Да кто ж его знает! — ответила Тани. — Псих какой-то. В играх хватает фриков, — снова заметив смятение на моем лице, она пояснила, — фрики это юродивые. Ну, или душевнобольные, одержимые. Я не знаю, как вы их тут называете.

— Так, наша очередь, задавать вопрос, — Мари поправила слипшиеся от влаги белоснежные волосы. — Я первая спрошу. Ты называешь нас вторженцы. Что это значит?

Я жестом показал им, что нужно идти вперёд. Тани свистнула псу. Мохнатый подскочил с места, припал к земле острой мордой и двинулся дальше по следу.

— Постараюсь объяснить кратко. Наш мир находится на перекрёстке нитей спектров. Вторженцы, ну, они вторгаются.

Воин хмыкнул:

— А можно чуть проще изъясняться. Мы не все понимаем. Что ещё за нити спектра.

Кивнув ему, я перешагнул через валун:

— Нити спектра — это силы, пронзающие эфир. Их природа хаотична, но имеет определённое проявление. Будь то огонь, вода, воздух, земля и другие. С их помощью можно пересекать пустоту снов Многоликого.

— А можно ещё проще? — с улыбкой спросила Тани.

Вздохнув, я задумался:

— Представь себе дорожный тракт. Один из брусчатки, другой из щебня, третий из деревянного наста. Они разные, но выполняют одно и тоже назначение. Так вот нити — это дороги для спектров. А наш мир стоит на таком перекрёстке.

Клифф помог Мари перепрыгнуть через расщелину и нахмурившись спросил:

— Получается ваш мир это логистический хаб? — заметив смятение на моём лице, он пояснил. — Такое место, удобное для путешественников и их грузов.

Я хохотнул:

— Никогда ещё не слышал такого снисходительного сравнения с захватчиками. Многие цивилизации и народы хотят заполучить себе такой «хаб», — я решил использовать новое слово, чтобы им стало понятнее. — Но в общих чертах ты прав. Я один из тех, кто защищает наш дом от подобных вторженцев. Ведь не всем по нраву, когда в их дом влезают всякие. Даже если это симпатичная эльфийка с морковкой, — я подмигнул застеснявшейся Тани.

Троица негромко рассмеялась.

— Теперь мой вопрос, — я остановился возле почерневшей скалы.

На поверхности камня имелись следы копоти, какая оставалась от огненной вспышки. Проведя пальцами, я растёр сажу и поднёс к носу. Она имела резкий, кислотный запах. Такой оставался только после драконьего дыхания.

Мне стало не по себе.

Сражаться с огнедышащей гадиной один на один не самое приятное занятие. И сейчас я даже был рад туману. В такую погоду эти твари редко летают.

Свои опасения я решил оставить при себе. Нечего пугать вторженцев, от которых не будет прока в схватке с рептилией. Только мешаться будут, если паниковать раньше времени станут. Потому задал следующий вопрос:

— Вы сказали, что наш мир для вас игра. Значит в вашем мире есть магия, способная переносить вас в миры грёз. Верно?

— Что за грёзы? — спросил Клифф.

— Такая магия иллюзии. Она даёт человеку возможность осуществить неосуществимое в обычной жизни.

— Технология, не магия, — поправила меня снежная эльфийка. — В нашем мире нет магии. Есть только наука и техника.

Я с сомнением посмотрел на неё:

— В любом мире есть магия. Без магии, без источника, жизнь невозможна.

— Возможна, — твёрдо возразила она.

Я отмахнулся от её возражения:

— Глупости. Такого не бывает.

— Бывает, — с грустью возразила Тани. — Наш мир обычный, скучный и без всякой магии.

Мари кивнула:

— А тут, в этой игре есть то, чего нет в реальности. Вот и очень многие люди хотят отвлечься от повседневности и побыть кем-то другим. Стать тем, кем хочешь.

— Наш мир не игра. А то, о чем ты говоришь, называется голос предков. Желание прожить жизнь так, как велит тебе сердце. Если ты не слушаешь его, то всю жизнь будешь терзаться. Не находить своего места, потому что твоё предназначение в ином.

Троица посмотрела на меня и грустно улыбнулась. Было видно, что я задел больную для всех тему.

Мари по-новому посмотрела на меня. Ей захотелось что-то сказать, но девушка запнулась и после секундной заминки произнесла:

— В любом случае в нашем мире не бывает чудес. Такое есть только в играх, книгах, фильмах. Там, где есть полёт фантазии.

Я отрицательно покачал головой:

— В жутком мире вы живете. Но, что-то мне подсказывает, что вас обманывают. Магия реальна, — я ухмыльнулся, — Если бы это было не так, то как бы вы оказались здесь, в нашем мире? И в совершенно иных телах. Ладно. Это не то, что меня сейчас действительно волнует. Мне нужно знать, чем вы, игроки, занимаетесь в грёзах похожего толка?

Клифф перестал опираться киркой на камни и закинул импровизированное оружие на плечо:

— Как что? В играх всё просто. Нужно ходить в рейды, сражаться с бандитами, данжить подземелья. Теперь мой вопрос. А как у вас обстоят дела с…

— Стоп, — оборвал я его. — Что значит данжить?

Клифф обиженно нахмурился, на то, что я его перебил, но ответил:

— Данжить, это значит заниматься исследованием, зачисткой там от монстров в поисках лута. Лут это сокровища, чтобы понятнее было.

Эмоции взяли надо мной верх.

Картина событий сложилась целиком и от этого мне стало не по себе.

Я тут же опустился до уровня красного спектра. В этом состоянии маг все ещё способен использовать заклинания, но их источником служит сильная эмоция и в расход идёт накопленная телом энергия.

Творить сложные заклинания становится невозможным, а самые простые могут обернуться катастрофой даже для самого мага.

Мой барьер дрогнул. Нити сложного заклинания порвались, и защита рухнула. Холодный ветер затрепал мой плащ.

— Вот дерьмо, — прошипел я.

Троица удивлённо смотрела на рушащийся щит и на испуг, застывший на моем лице.

— Что-то случилось? — пискнула Тани.

— Случилось, — я посмотрел на окутывающий нас туман.

Теперь мне стала ясной резкая смена погоды, и понятен порыв холодного ветра на поляне. Магический барьер, который я использовал, чтобы приглушить разговор с Нао, притупил эффект от сорванной печати. И вот почему амулет старейшины прибавил в весе.

Это были знаки.

Мой взгляд сместился на вторженцев. Теперь они не казались мне организованной угрозой. Они были куда хуже — взрослыми детьми, уверенные в своих силах и безнаказанности.

— Йар, что происходит? — требовательно спросила Мари.

Мои кулаки сжались:

— Такой же наивный дурак, как и вы, решил, что ему нужен данжить. Неужели вам не объясняли, что лезть куда не попадя, опасно? Времени почти не осталось. Бежим!

Мне пришлось приложить усилия, чтобы снова взять над собой контроль. Увы, это сложно сделать, когда понимаешь, что идиот с могущественным посохом сейчас рвётся к древним руинам, где запечатан осколок того, кто воплощает изначальный хаос.

Собака, словно ощутив нашу спешку рванулась вперёд. Мне приходилось постоянно лавировать и проявлять чудеса ловкости, чтобы не подвернуть ногу на скользких камнях и не покатиться кубарем вниз.

Перед глазами все чаще мелькали охранные камни, испещрённые рунической вязью. Огромные валуны, воздвигнутые здесь эпоху назад в любой другой момент, вселили бы в меня благоговейный трепет. Истинное значения наложенных на них заклинаний были практически утрачены и сохранились только внутри ордена хранителей.

Моего ордена – «Стражи Границы».

Вулдим стал тем, кто посвятил меня в тайны седых веков и ужасы творившейся тогда магии. И пробегая мимо очередного валуна я словно ощущал, что теперь и у меня появятся седые волосы.

Троица, едва поспевала за мной. Впереди бежал Клифф, за ним Тани, а после уже Мари. По-хорошему мне следовало замедлить темп, чтобы прикрыть их щитом, но я не останавливался.

Ужасы из детских воспоминаний, когда старейшина обучал меня магии и рассказывал о силах, заточенных в горных хребтах, лезли наружу. Сейчас я винил себя за то, что не сразу отправился к руинам, а потратил время на лечение мальчика, разборки с вторженцами и спасение родителей.

Ведь если я опоздаю, то спасать уже будет некого.

«Зря я сразу не убил вторженцев», - промелькнула злая мысль.

Пелена тумана расступилась внезапно.

Словно из небытия передо мной появились гиганты. Огромные каменные силуэты статуй выплыли из серого марева. То были первые Стражи Границы, сурово смотрящие вперёд. Их руки из гранита навечно застыли в останавливающем жесте. А от одной только строчки рун, выбитой на мантии их плащей, у меня волосы становились дыбом.

Раздался гулкий звук ветра и на секунду мне показалось, что эти гиганты способны дышать. Я невольно замер, не в силах сразу же воспротивиться той упреждающей силе, что была заточена в камне.

Эта заминка стоила жизни.

Вспышка огня ударила в нескольких метрах впереди меня.

Багровое пламя разлилось в стороны и устремилось вверх черными клубами дыма. Нестерпимый жар развеял часть тумана, и я увидел, как бедный и верный пёс, бежавший впереди всех, исчезает во вспышке на широких ступенях. Его догорающие останки ещё мгновение пузырились, но уже в следующий миг превратились в языки огня и черную золу, смердящую резкой кислотой.

Серое марево снова стало застилать обзор. Но мне всё же удалось увидеть огромную, багряную тень вверху ступеней.

Я оторопел.

Огромные глаза твари осознанно смотрели на меня чёрной пустотой. И даже заволакивающий туман не смог скрыть той тьмы, что плескалась внутри взгляда.

Клыкастая пасть приоткрылась, с шумом и свистом втягивая воздух. Грудная клетка расширилась, готовясь к новому выдоху.

Стоило бы подумать о том, откуда здесь взялся дракон, но это позже.

— За пса ответишь, — прошипел я в унисон закипающему дыханию крылатой твари.

— Берегись! — хором завизжали эльфийки позади, но было уже поздно.

Их голос утонул в рёве бушующего пламени.

Глава 8 баффы

В своей жизни я по-настоящему ненавижу лишь две вещи — драконов и лестницы.

И пускай первые ещё могут быть полезны, хоть и тупые как пробка. Перелёт по воздуху экономит время, и с охраной замка они справляются. Даже с их рептильной ненавистью ко всему съедобному можно бороться и при должном подходе направлять в нужное русло.

А вот лестницы…

В отличие от крылатых ящериц, они убивают тебя тихо. Медленно и постепенно. Они незримо крадут время, оставляя взамен больные колени, спины и хроническую усталость.

И неудивительно, что в самый неподходящий момент я столкнулся с драконом на лестнице.

---

Облако горячего пара с грохотом раздалось в стороны, словно воду плеснули на раскалённые угли. Кислотное дыхание дракона ударилось о ледяной щит. Рука задрожала от напряжения, а я поморщился от боли. Холод от мощного потока спектра Рлье заломил кости.

«Без посоха управлять потоками больнее, тело проводит гораздо больше энергии», - промелькнула мысль.

У меня оставалось несколько секунд прежде, чем тварь перейдёт в новую атаку. Не теряя ни мгновения, я выставил правую руку, коснувшись скалы сбоку.

«Ома, контур, связь…»

Руническая вязь заклинания, вырывавшаяся из моего разума через руку, переплелась с реальностью. Холодный камень под ладонью стал вязким, и пальцы начали тонуть в скале, как в зыбучем песке.

«…контур, сеть».

В голове мерно загудело. Я почувствовал, как мысли замедляются и тяжелеют. Скала сопротивлялась моему вторжению в свою природу и норовила сломить наглого мага. Мне пришлось сузить сеть.

Полегчало.

Раскрыв глаза, я ощутил себя частью скалы. Ощутил дуновение ветра, влагу тумана и колоссальное притяжение, какое на меня оказывала земля.

Миг концентрации.

Без своего оружия мне пришлось дополнительно защитить своё сознание. Я вцепился в ощущение инородного давления на мою поверхность. Это был дракон. Я чувствовал, где он сидит. Это было похоже на тяжесть от лёгкой одежды. Требовалось дополнительно сосредоточиться, чтобы замечать её вес.

— Попался… — одними губами прошептал я.

Сжав пальцы, я услышал, как запечатанная временем кристаллическая решётка пластов скалы с мелодичным звоном хрустнула. Вибрация отдалась болью в костях, словно они ломались вместе с камнем. Но…

Моя воля была прочнее.

Я рванул правую руку к центру своей ауры. Со стороны жест напоминал простой блок в кулачном поединке, но для обладающего даром — момент наивысшего напряжения.

Мой собственный крик утонул в рокоте скалы, менявшей форму по моему приказу. Огромный пласт отделился от основного горного хребта и с неотвратимостью камнепада ударил в огнедышащую бестию.

Мир задрожал. Звенящий рокот ломающейся скалы слился с рёвом боли в теле, которую посох забирал на себя. Тяжёлую, по меркам людей, тварь смахнуло с поверхности, как назойливую муху. Вся эта мешанина осколков и извивающейся рептилии рухнула в пропасть, сокрытую туманом. Падающий дракон выпустил ещё несколько вспышек пламени из сдавленной валунами груди. Огненные шары с шипением прочертили алую полосу в сером мареве и растворились в неизвестности.

Битва была окончена.

Но сражение только начиналось.

И если я вышел победителем в схватке с драконом, то вот моему злейшему врагу я уже проигрывал. Я всё ещё стоял на подступах к лестнице, тратя драгоценное время.

- Вперёд! – охрипшим голосом крикнул я.

Не дожидаясь, когда мои спутники придут в себя после увиденного, я побежал вперёд на негнущихся ногах. Я бы зарычал от злости, что мне приходиться тратить время на то, чтобы прийти в себя после работы с магией земли. Но четвёртый спектр концентрации давил эмоции.

Мелкая щебёнка на ступенях, оставшаяся от камнепада, хрустела под подошвами. Я несколько раз нелепо оступился, споткнувшись на влажном камне, однако упрямо бежал вверх.

У меня появилась слабая надежда на то, что крылатая гадина сожрала вора вместе с посохом и печать на древних руинах осталась нетронутой. Однако, как говорил мой учитель по алхимии: «Мечтай одной рукой, а запивай другой. Всё равно болеть будет голова».

Через сотню метров стремительного бега вверх моё дыхание уже сбивалось, а в груди начинало гореть. Позади натужно пыхтела троица. Они едва поспевали за мной, но меня сейчас это не заботило.

Увы, из всех присутствующих только я знал цену потраченному времени.

Потому, если бы даже позади бежали родители или сам император, то я бы не остановился, чтобы в случае опасности защитить их. Ставки были слишком высоки.

Приближение ко входу я ощутил раньше, чем его увидел.

Мощный поток холодного ветра ударил в лицо, затормозив бег и прогнав серую завесу. Я вдохнул его, чтобы восстановить дыхание и понял, что на месте.

Воздух.

Здесь он был особенным в том, что не имел в себе ничего. Полная стерильность. Ни запаха луговых цветов у начала каменной лестницы, ни сырости от облаков.

Ничего.

Только мощный поток выходящий из узкого, длинного ущелья, разгонявший плотное марево тумана.

- Храни нас Многоликий, - прошептал я.

Остатки надежды на благоприятный исход были разбиты, точно так же, как и печати.

Обереги из звёздного обсидиана рассыпались по земле мириадой фиолетовых осколков. Одни оплавились и походили на бусины из дёгтя. Другие напоминали битое стекло.

Если бы не концентрация, тренированная годами, то я бы наверняка впал сейчас в отчаяние.

Труд Первых стражей уничтожен.

Чтобы ни произошло дальше, я опоздал.

Проход был свободен. И я, единственный представитель ордена Стражей Границы, стоял на пути у дремлющего зла, ежесекундно рвущегося из плена мирных эпох.

Я бросил взгляд на Шепчущее ущелье.

Метров десять в ширину. Вздымающиеся вверх отвесные скалы тонули в свинцовых облаках. Изнутри, вместе с воющим потоком холода, выходил неестественный шелест. Похожий на бессвязный шёпот призраков, он исходил от бесчисленных ручейков воды, стекающих по черному граниту.

Проход к древним руинам напоминал пасть шипящей змеи, готовой проглотить любого, кто осмелится войти внутрь.

Я ощутил, как в солнечном сплетении потеплело.

Амулет хранителя нагрелся, прогоняя из меня холод сомнений.

Я вдохнул глубже и без тени страха посмотрел вперёд и тут же осознал. Что мне, Йару, новоиспечённому старшему стражу руин и Первому Щиту империи выпала великая честь. Первым, за несколько эпох, пройти той же дорогой, что ступали герои древности. И сразиться со злом, которое я поклялся сторожить.

— Азж, вектор, контур, связь, — вслух произнёс я и коснувшись груди выбросил кулак вперёд.

Огненная вспышка на миг окутала руку и рыжей кометой устремилась в черный провал ущелья. Пляшущее пламя, отражаясь от влажных скал по бокам, скрылось в темноте ущелья.

«Магических ловушек нет», - понял я.

Я уже собирался сделать первый шаг, как позади раздалось столь тяжёлое дыхание, что я сперва принял его за вернувшегося дракона.

— Фуххх, твою мать, — прорычал Клифф. — Как будущий архитектор, — он снова тяжело вздохнул, — со всей полнотой компетенции заявляю — на лестницах должны быть перила. А то можно свалиться как та ящерица, — воин замер, увидев вход в руины. — Ох, ёб... Ничего себе. Это ж невозможно.

— Наконец-то догнали, — простонала Тани. — Чего у вас тут? Опять дракон? Тащите его сюда. И предыдущего можете позвать. Я ему за пёселя отомщу!

Последней поднялась Мари. Снежная эльфийка бегло осмотрела отвесные скалистые своды и, казалось, побледнела ещё сильнее:

— Это же невозможно. Такое ровное ущелье не может существовать.

Я повернулся к ним в пол оборота и громко произнёс:

— Дальше вам дороги нет. Ступайте прочь. Живите мирно и сможете остаться незамеченными. Наша сделка расторгнута. Мне больше нет прока от ваших знаний.

Мари мотнула головой, безуспешно пытаясь поправить на ветру слипшиеся от влаги белые волосы:

— Чё он сказал? Я походу скипнула случайно, пока на эту тёмную щель втыкала.

Клифф улыбнулся:

— Да всё как обычно. Сказал, что нам кранты, если дальше пойдём. И что-то пафосно про расторгнутую сделку.

Тани прыснула смехом и двинулась вперёд:

— Прикалываешься, дядя волшебник? Нас в тумане чуть ящерица не сожрала. А мало ли ещё что там водиться. К тому же обратную дорогу без собаки мы все равно не найдём. Так что пофиг, - проходя мимо меня, она попыталась по-дружески ударить меня кулачком, но у неё ничего не вышло.

Моя аура остановила её руку в десяти сантиметрах от тела.

Заметив это, она сощурила карие глаза:

— Значит не показалось.

– Что показалось? – спросил подошедший Клифф.

Тани снова попыталась ударить, но у неё ничего не вышло:

– Тогда во дворе я запустила в Йара осколками черепицы. От первого мистер волшебник увернулся, а от второго не должен был. Но смог.

Мари нагнала товарищей и в отличии от них с интересом рассматривала ущелье:

- Итак, это и есть тот самый данж?

– Угу, – Клифф закинул кирку на плечо. – Не сильно то впечатляет. Больше шума было.

– Да… - подтвердила Тани. – Я видела гораздо круче в…

- Молчать! – оборвал я их. – Неужели вы не понимаете где находитесь? Повторю вам ещё раз, бегите отсюда, если хотите жить!

Тишина стала мне красноречивым ответом. Сомнения отразились лишь на лице Клиффа, который более остальных сомневался в иллюзорности нашего мира. Потому я посмотрел именно на него:

– Скажи этим дурочкам, что они могу здесь погибнуть.

Воин хотел уже было что-то ответить, но Тани его опередила, сделав первый шаг в темноту ущелья:

– Я же уже сказала, что думаю на этот счёт. Пора бы вам дядя волшебник прекратить повторять всё по несколько раз.

Мари двинулась следом:

– Если завершение этого квеста откроет способ выхода из игры, то меня устраивает.

Я повернулся к воину:

– Это всё по-настоящему.

Клифф сжался под моим взглядом:

– Может и так. Тогда в таком случае точно не стоит бросать девчонок одних. Я пойду. Надо же за ними присмотреть пока ты будешь сражаться с чем там тебе предстоит сражаться, - кривая улыбка заиграла на его лице, и он виновато пожал плечами.

Я коротко кивнул, оценив его безумное благородство. В любом случае даже эти слабые вторженцы могут сослужить точно так же, как и пёс. Принять на себя первый удар и дать мне дополнительное мгновение на реакцию.

– Плевать. Я вас предупреждал. Главное не мешайтесь, — вслух ответил я, ощутив, что в груди сжалось от плохого предчувствия.

Нагнав эльфиек, мы двинулись дальше, вглубь горного хребта.

***.

Древние руины.

Узкое ущелье осталось позади. Миновав его, мы оказались на широкой скальной площадке, с которой открывался вид на плато.

Плоское, со скудной растительностью, оно было окружено высокими пиками со снежными шапками.

Но нашим вниманием сразу же завладело строение в самом её центре.

Я признал в нём типичную архитектуру Первых.

Огромный купол из серого камня был единым монолитом, выточенным из горного пика. Вокруг строения на одинаковых отрезках располагалось двенадцать башен, посвящённых спектрам.

Целыми осталось только четыре. Остальные превратились в груду обломков.

Сам купол так же местами осыпался, открывая проход внутрь того, что скрывал этот каменный саркофаг размером с город.

— Ух, ты! — с восторгом произнёс Клифф. — Какая громадина.

Мари фыркнула:

— А я ожидала большего. Выглядит серовато. Где же высокие шпили, мощные стены или бастионы? Да и этот шарик не особо похож на укрепления или крепость. Как в таком оборонялись от захватчиков? — она повернулась ко мне, ожидая пояснений.

Я серьёзно посмотрел в её голубые глаза:

— Руины строились для обороны изнутри, а не снаружи.

Северянин хмыкнул:

— Вот сейчас стало не по себе. Девчонки, может и вправду повернём назад. Данж точно не для наших уровней.

Но они не обратили внимания на его слова.

Порыв ветра заставил поёжиться от холода. Здесь на высокогорье, температура была куда ниже, чем в деревне.

— Вон он! Тот полурослик! — неожиданно воскликнула Тани, указав вперёд. — Я вижу его. Пробирается к разлому.

— Где? — спросил я, подметив что не только ловкость, но и зрение Тани было сопоставимо с зоркостью лесных собратьев.

— Он возле того пролома, рядом с целой башней. Заходит внутрь, – она прижалась ко мне ближе и стала вести пальчиком так, чтобы я мог проследить за линией её взгляда.

Я напряг зрение, но лишь едва смог разглядеть крошечный силуэт. Он мелькнул лишь на секунду, а после скрылся в черном провале осыпавшегося купола.

«Опоздал», - подумал я. «Теперь поздно. Остаётся лишь сразиться с тем, кто жаждет вырваться на свободу», - подумал я, устало опустив плечи. «И что-то мне подсказывает, что бой будет не равным».

Но выбора у меня не было. Долг Стража обязывал меня встать на пути и задержать зло даже ценой своей жизни.

- Там можно спуститься, - окрикнула нас Мари.

С площадки вела извилистая дорожка, спускающаяся вниз прямо на плоскогорье, и мы тут же отправились по ней.

Когда мы наконец добрались до того же места, где был замечен отряд вора, то прошло около четверти часа. Я сам, да и мои спутники поневоле начинали уставать.

Однако я забыл о такой мелочи, когда оказался вблизи древних руин.

Огромный, из серого камня, купол давил на нас своей массивностью и размерами. Рукотворная громадина чужеродно смотрелась на фоне пиков горного хребта, отчего производила ещё большее впечатление.

Я повернулся к троице:

- Хочу, чтобы вы знали. Мне не ведомо, что случиться с нами, когда мы окажемся внутри. Но в одном я убеждён наверняка – вряд ли мы оттуда выберемся. Но даже если такое чудо случиться, то привычный мир для нас не станет прежним.

– Почему? – нахмурив брови, спросила Мари.

– Первые изучали мир на столь тонком уровне и владели таким могуществом, что способны были менять реальность. А то, что по преданиям, запечатано здесь, выходило даже за рамки их возможностей. Так что самое время вам повернуть назад.

Снежная эльфийка закатила глаза:

– Да-да-да. А чем ещё может заниматься Первая раса, кроме как нагибать мироздание? Ох уж мне эти сценаристы, которые забыли про эволюцию. Если что, то первая раса скорее всего сидела с голой задницей и стучала камнем о камень.

– Ты слишком грубая, – Тани надула губки, – человек так-то во всё это верит. Не стоит окончательно ломать мир бедолаги. Мы и так ему четвертую стену неплохо сломали своим рассказом о том, что мы простые люди. Давай пройдём с ним этот квест до конца. Что-то мне подсказывает, что развязка близка.

Северянин опустил голову:

– Девчонки, а что, если это не игра? Уж слишком всё реалистично.

– Камон, - возразила Мари, - сам отследи цепочку событий, это же стандартная завязка для второсортного приключения. Деревня, колдун, нападение, мальчик с ожогом как движок мотивации, погоня, древние руины.

Таня сняла лук со спины и весомо добавила:

- Ты забыла про дракона на лестнице. Эта тварь убила пёсика. Если она уцелела, то я поквитаюсь с ней.

- Какие же вы глупцы, - со вздохом произнёс я. – Стойте и не двигайтесь, я наложу на вас обереги от контроля разума. Надеюсь, этого хватит.

Тани хлопнула в ладошки и быстро потёрла их друг о дружку:

– О-о-о, баффы понеслись, это круто. Давай. Надеюсь, мне выпадет дополнительный урон по нежити.

Выставив руки, я направил ладони на них и стал тихонько шептать заклинание.

«…ритм, связь, контур…»

Ауры вторженцев засветились, когда я воззвал к их магии. Они не сопротивлялись моим потокам энергии и это упрощало наложение чар в разы.

Закрыв глаза, мне стало легче видеть их энергетические тела. Я намеревался усилить их защитную ауру, наладить энергетические потоки, чтобы ускорить реакцию и снять усталость. Возможно даже, помочь снежной эльфийке перейти на новый уровень владения спектром и открыть той доступ к новым силам.

Но тут я обнаружил для себя странность.

Их тела.

Вторженцы не были похожи на тех, кто родился! В их телах совершено отсутствовала связь с энергией предков. Ни в одном энергетическом узле не было записанной истории. Пусто, начиная от таза, заканчивая макушкой, ничего… это означало только одно – их родителей не существовало.

– Невозможно… – прошептал я, продолжив изучать их ауру.

Оказалось, их тела имели другую особенность – они прекрасно действовали по заложенным в них природным циклам. То есть само тело вторженца подсказывало им как поступать и как действовать. Примитивный, даже животный механизм.

Я скривился от отвращения.

Словно сейчас препарировал на спектрографе неразумную зверушку.

Однако в отличии от бессловесных, эти твари имели энергетический мост от разума к телу. То есть они осознавали позывы тела, но при проявлении концентрации могли сопротивляться его природе. Это показалось мне странным, и я увеличил для себя место соединения, находящееся у них в горле. И увиденное повергло меня в трепет.

– Эй! – я ощутил слабый толчок от удара в собственную ауру. — Ты задушить меня захотел? — пробасил северянин, но тут же улыбнулся. — Огненного вихря значит не хватило?

Открыв глаза, я обнаружил, что вытянул руки к горлу воина, словно пытаясь его задушить.

– Увлёкся, прости, – отстранённым голосом произнёс я. – У вас странные тела. Не похожие на наши. Кажется, я понял, что значит слово «аватар». Сейчас сделаю.

Руки расчертили руны усиления. Я вплёл вязь заклинаний в верхний слой странной ауры вторженцев и услышал облегчённые вздохи.

Убрав их усталость, я усилил защиту разума и добавил сил. Слабый вариант магической поддержки, но я боялся повредить незнакомые на энергетическом плане тела.

— Готово, — я открыл глаза. — Как только мы ступим в этот купол, то я не гарантирую вам защиту. Мне не ведомо с чем мы можем там столкнуться. Но вы сразу должны знать, что я связан клятвой и обязан защитить барьер любой ценной.

Тани сняла лук со спины и проверила натяжение тетивы:

— Защитить от чего?

Вздохнув, я отвязал от пояса наруч и показал им надпись «ЕГГОГ» на плоском камне.

— От него.

Троица нахмурилась и тут Клифф прыснул смехом.

— Так это же просто…

Глава 9 Еггог

Я оторопело уставился на северянина:

— Тебе знакомо это имя? — если бы не магическая концентрация, мой голос наверняка бы дрогнул.

Клифф скосился на протянутый наруч:

— Это не имя, Йар. Это ошибка.

Я нахмурил брови:

— Что это значит?

Он пожал плечами:

— Да откуда же мне знать. Скорее всего, этот наруч сломался.

Я раздражённо выдохнул и едва не ткнул артефактом вторженцев ему в грудь:

— Что здесь написано? Ты сказал, что знаешь!

Он сделал шаг назад:

— Эй, спокойнее, мужик. Здесь написано — Error. Переводится как «ошибка».

Я опустил руку, после чего пожевал губу:

— Переводится… интересно.

Мари подошла ближе, чтобы лучше рассмотреть надпись:

— Ну да, написано «эрор». Ошибка. А где вы его взяли, этот наруч?

Я рассеянно посмотрел на девушку:

— К нам в деревню принёс его один крестьянин. На них напали вторженцы, а это… Эту штуку они сняли с мертвеца.

— Угу… — она нахмурилась. — Тогда всё понятно, — снежная эльфийка с облегчением вздохнула. — Похоже, наруч просто глюченный. Вот он и показывает ошибку. Теперь понятно, почему в нём нет кнопки выхода. У этих умников из ИнтерРоб, как обычно, слетел софт, и теперь мы не можем выйти из игры!

— Ты уверена? — вкрадчиво спросила Тани. — Ошибка могла появиться и по другим причинам. Например, из-за того, что отсутствуют жизненные показатели пользователя.

Тяжело вздохнув, я понял, что ничего путного не услышал. Возможно, имя Еггог просто неправильно переводилось на язык вторженцев. А пока я стоял здесь и ломал голову, треклятый полурослик пробирался к тому, что ни в коем случае не должно получить свободу.

«Или вторженцы специально заговаривают мне зубы и тормозят, чтобы я не успел вовремя предотвратить пробуждение древнего зла?» – мелькнуло у меня в голове привычное подозрение.

***

Своды купола уходили так высоко, что терялись в темноте. Несмотря на близость опасности, меня не отпускало странное чувство: я ступал по руинам, которые несколько эпох назад воздвигли Первые. Будто проникал в тайны, недоступные простым смертным.

И пускай я принадлежал к ордену стражей, никому из нас не было позволено проникать внутрь подобных строений.

Теперь пришла моя очередь почувствовать себя вторженцем.

— Ну и темно же здесь… — недовольно буркнула Тани. — Обычно в подземельях есть хоть какой-то источник света.

— Да, странно. Как тогда смог здесь ориентироваться тот воришка? Кстати, мистер колдун, а зачем строить такую громадину? Если ваш злодей покоится под землёй, то не проще было бы просто завалить проход?

— Полурослик может видеть путь, потому что мой посох может служить и факелом. А отвечая на второй вопрос – если бы хватало того, чтобы засыпать вход, то никто бы не стал строить купол.

— Блин, — прошипела Тани, — ну тогда наколдуй какой-нибудь фаербол, и побежали за ним!

— Не стоит торопиться. Вор уже внутри. Я не успел его остановить. Теперь придётся сражаться с тем, кто пробудился.

– Отлично, наваляем этому монстру, – радостно произнесла Тани.

Я поднял руку. Пальцы стали плести новое заклинание.

«Аин, контур, связь, форма».

Над ладонью появилась светящаяся сфера.

— То, что находится здесь, невозможно убить. Его можно лишь ограничить. А то, что вы видите, — не просто купол. — Я поднял руку, и светящаяся сфера стремительно поплыла вверх. — Это конструкция для иллюзии. Древнее зло должно видеть тот же сон, что видит Многоликий.

Набрав высоту, она столкнулась с потолком и растворилась. Через мгновение купол стал плавно разгораться, и пространство вокруг залило светом.

Троица восторженно ахнула.

Мириады крошечных искр разгорелись холодным светом, став точной копией звёздного неба. Я и сам поднял голову, не в силах устоять перед удивительным творением древних.

— Это планетарий? — восторженно спросила Тани. — В детстве я была в таком.

— Очень похоже, — ответила Мари.

Северянин нахмурился:

— Блин, выглядит как будто знакомо. Только вон там и вон там есть пробелы, — он указал в сторону.

Я посмотрел туда и увидел чёрные провалы в обрушившимся своде:

— Похоже, какая-то часть потолка осыпалась со временем. Идём дальше.

Создав новую светящуюся сферу, мы двинулись дальше.

Ориентироваться здесь было нетрудно. На пыльном полу остались отчётливые следы полурослика.

— Интересно, а зачем ваши Первые создали здесь карту звёздного неба? Это что, какая-то обсерватория, космическая станция? — с интересом спросила Мари.

Я улыбнулся, слово «обсерватория» было мне знакомо, но вот второе нет:

— Что такое космическая станция?

Ребята хмыкнули:

— Ну, как бы тебе проще сказать, — ответил северянин, продолжавший таращиться на потолок, — это такой корабль, который может покинуть пределы планеты и зависнуть на её орбите в открытом космосе. Но сомневаюсь, что ты поймёшь, о чём я.

— Ты прав. Я не всё понимаю, о чём вы говорите. Но кое-что мне знакомо.

— Смотрите! — воскликнула лучница, указав в сторону.

Она пробежала несколько метров и подняла с пола крупный камень. На нём, как и на куполе, точно так же были крошечные светящиеся точки.

— Похоже, это тоже была часть потолка, — с интересом прокомментировала её находку Мари. — Только почему она продолжает светиться?

— Что там у вас? — спросил я, вглядываясь в неясные тени на полу, метрах в тридцати от нас.

— Светящийся камень, — пояснила лучница.

Клифф взял этот осколок в руки и распахнул глаза от удивления:

— Это не просто светящийся кусок, подруга… это же наше созвездие…

Договорить он не успел.

Неясные силуэты на полу резко подскочили. Из темноты донёсся противный скрежет кости о кость.

Новая светящаяся сфера поднялась выше и разгорелась, оттесняя мрак. На самой границе света и тени мы увидели с десяток оживших мертвецов.

Древние, давно истлевшие скелеты в проржавевших доспехах нелепо покачивались из стороны в сторону, пытаясь сохранить равновесие. Их черепа одновременно повернулись к нам, словно их пустые глазницы смогли нас увидеть. Челюсти криво съехали в стороны и раскрылись в беззвучном крике.

Я нахмурился, признав в их броне отличительные черты из разных армий нашего мира и даже из разных эпох.

— Проклятье, ненавижу скелетов, — произнесла Тани, накладывая стрелу на тетиву.

Мари нервно усмехнулась:

— Ещё хуже только гигантские пауки.

— Отлично! — пробасил Клифф. — У меня как раз есть скилл для подобного случая, я ж паладин! — он вышел вперёд и, выставив руку, громко произнёс: — Лезвие света! — крикнул зачем-то он и с его руки сорвалась светящаяся дуга.

Переливаясь белым и жёлтым, она долетела до поднятой нежити и ударилась об их ржавые доспехи. Послышалось шипение, скелеты пошатнулись, после чего остатки истлевшей плоти и одежды воспламенились.

— Стало только хуже, — произнесла Тани, – теперь это ещё и горящие скелеты.

Нежить пришла в движение. Подняв оружие, десяток мертвецов устремился в нашу сторону. Противный скрежет заполнил собой всё пространство.

— Мощный выстрел! — выкрикнула лучница, отпустив тетиву.

Она пронеслась золотистой вспышкой, точно попав в первое порождение тёмной магии. Раздался хлопок, и белёсые кости разлетелись в разные стороны, как от взрыва.

— Молния! — крикнула Мари, выпустив разряд тока.

Ослепительный всполох ударил во второго мертвеца, перебив тому позвоночник. Туловище покосилось и с хрустом отделилось. Ноги скелета сделали пару нелепых шагов и рухнули на пол, подняв клубы пыли.

Клифф решил не отставать от своих подруг. Грозно зарычав, он ринулся в атаку на оставшуюся нежить. Его руки окутал ореол, и размашистым ударом он перебил сразу несколько врагов.

Скелеты, словно скошенная трава, осыпались грудой костей, но на их место уже шагнули другие. Над головой Клиффа взметнулась секира. Воин попытался нырнуть в сторону, но было слишком поздно.

Второй противник опускал оружие ровно туда, где он должен был оказаться.

Если бы не очередная вспышка молнии в исполнении волшебницы, секира достала бы северянина. Мари тут же начала создавать новый разряд, но остальные скелеты уже приблизились вплотную.

Насмотревшись на сумбурную тактику игроков, я вступил в схватку.

Огненный купол, закручиваясь против часовой стрелки, накрыл меня и девушек. Подоспевшие скелеты рассыпались от одного касания с барьером.

Но я не остановился. Точными движениями я изменил форму заклинания, сжав его в диск, после чего резким движением рассёк связующий круг.

Раскрученный диск порвался, превратившись в огненную плеть. Растягиваясь и двигаясь по инерции, она хлёстко ударила по всей остальной нежити.

Благо, северянину хватило мозгов, чтобы успеть пригнуться, иначе он бы на деле почувствовал, что с ним было бы, коснись он вихря у меня во дворе.

Кости со звоном посыпались на каменный пол.

Не задерживаясь на этой маленькой победе, я двинулся вперёд.

— Воу, — протянула Тани, — это было круто!

Девушка нагнала меня и хотела уже что-то спросить, но я жестом остановил её.

— Нет! — все тут же обернулись на мой голос. — Не делай этого! — я строго посмотрел на Клиффа, тянущегося к ржавому мечу скелета.

Воин поднял руки:

— Ладно, ладно. А что такого? Я просто лутом разжиться хотел.

— Этих скелетов здесь не должно быть. — Я указал на груды обожжённых костей. — И уж тем более они не должны были подняться из мёртвых. Здесь замешана тёмная магия и что-то ещё. Если предмет вовлечён в магическую сеть, одного прикосновения иногда достаточно, чтобы подхватить проклятие. Например, если это оружие нежити, — я стиснул кулаки. — Не нравится мне всё это. Идём дальше.

Клифф поднялся с места и с сожалением вздохнул:

— Жаль, мне бы пригодилось оружие серьёзнее, чем простая кирка.

— Не тебе одному, — отозвалась Тани. — Это нашим магам везёт, им ничего не нужно, чтобы атаковать врагов.

— Кстати об этом, — произнесла Мари, — мистер волшебник, а зачем тебе посох? Ты вроде бы и без него можешь справляться?

Я переступил через тлеющие останки и двинулся дальше по следу вторженцев, ведущему в самый центр этого строения.

— Посох для мага — не просто оружие. Это физический проводник энергии. С ним гораздо легче концентрироваться. Да и заклинания становиться легче контролировать и их создание требует гораздо меньше времени. Кстати, о концентрации. Хватит трепаться. Мне нужно сосредоточиться.

— Капец, — прошипела Тани, — получается, мы этот данж не залутаем?! Так ещё и инфы лорной не узнаем. Отстой…

Я шикнул на девушку и, не обращая внимания на причитания, двинулся вперёд.

Миновав первую залу, мы начали долгий спуск по широкой лестнице.

«Ненавижу лестницы», — как обычно, мелькнуло у меня в голове.

Стены спуска были испещрены вязью защитных рун и оберегов. Меня поразило то, что за минувшие эпохи форма заклинаний нисколько не изменилась.

Выходило, что Первые владели той же магией, что и мы. Пытливая часть меня всё ещё жаждала проникнуть в тайны первой расы, но чем дольше я смотрел на знакомые связки, тем меньше находил здесь нового.

Через пару сотен ступеней, когда зрение свыклось с повторяющейся вязью заклинаний, боковым зрением я заметил кое-что странное.

В сети заклинаний появились едва заметные отличия. Стоило отвести взгляд, и вязь будто меняла структуру, словно одно заклинание состояло из множества других, непрерывно перестраивающихся.

Ещё через сотню метров подозрение переросло в уверенность. Вязь действительно менялась. Но стоило посмотреть прямо на руны, как строки замирали и складывались в чёткую, правильную последовательность.

— Странно, — произнёс я.

— Что-то случилось? Что ты увидел? — растерянно спросил Клифф, отпрянув от стены с испугом.

Он остановился только возле резных перил, с облегчением положив на те руку.

— Заклинания, они меняются, — тихо произнёс я.

Мари фыркнула:

— Так это же магия. Изменчивая и непостоянная стихия. Или Первый Щит империи об этом не знал?

Я нахмурился и посмотрел на волшебницу, которая наконец запомнила, как ко мне обращаться:

— Знаю… конечно, я всё это знаю…

В этот момент лесная эльфийка сняла с плеч лук:

— Вот почему я больше доверяю простым и надёжным вещам. Таким, как этот лук, — её тонкие пальчики вытащили из колчана стрелу.

Тани плавно изогнулась, с хрустом натягивая тетиву. Я почему-то задержал на ней взгляд дольше обычного. Заметив это, девушка застенчиво улыбнулась и отвернулась, но позу не изменила.

Светящаяся сфера вдруг потускнела. Тени вытянулись, а холодные блики легли на смуглую кожу Тани почти лунным светом. Мари подошла к ней и ласково обняла подругу за талию.

— Убери оружие, милая. Здесь нет никаких врагов.

В этот момент я ощутил, как мою грудь обожгло. Я приложил ладонь и ощутил под пальцами раскалившийся амулет хранителя.

«Попался, так просто…» — мелькнула мысль в моей голове.

***

POV от лица игроков.

В это же самое время.

— Эй, а чего он замер? — Тани подошла к магу и поводила рукой перед его лицом.

Клифф с сожалением отвернулся от оружия, которым сражалась нежить:

— Кто замер?

— Да он! Наш Сусанин! — лучница снова помахала рукой.

— Это странно, — тихо ответила Мари.

— Ничего странного! — бодро произнёс кто-то у них за спиной.

Тани пискнула от страха, Клифф чуть не выронил кирку, а Мари резко обернулась.

Позади стоял невысокий лысый мужичок в голубой рубашке и брюках. Он бросил растерянный взгляд на застывшего мага, подтянул засаленный галстук и поправил очки с огромными линзами, за которыми его косые глаза казались почти карикатурными.

— Ты кто такой?! — с удивлением произнёс северянин, сильнее стиснув кирку.

— Прошу прощения, я не представился, меня зовут Егор Лисицын. Я администратор сервера. От имени компании ИнтерРоб я приношу вам свои извинения за техническое неудобство.

Троица секунду переваривала услышанное, а затем на администратора обрушился гвалт вопросов. Мужичок примирительно поднял руки:

— Простите, я не смогу ответить всем сразу, — Егор грустно улыбнулся, — у меня просто концентрации не хватит.

Тани подошла ближе и чуть ли не в лицо прокричала:

— Где чёртова кнопка выхода?!

— Конечно, конечно, — он выставил ладони перед собой и сделал несколько шагов назад. — Сейчас всё организуем, — Егор сделал несколько жестов пальцами, и позади игроков открылся портал.

Тани облегчённо улыбнулась:

— Ну наконец-то! А то я уже так устала, и кушать хочется.

Мари брезгливо фыркнула, смерив рост коротышки взглядом:

— Готовьтесь к досудебной претензии, господин Ли-си-цын! В вашей игре слишком детализированное насилие, а рейтинг всего лишь 16+. Не говоря уже о том, что вы выпустили забагованную игру.

Егор виновато улыбнулся и кивнул:

— Разумеется, Маргарита Викторовна. Вы имеете на это полное право. Свяжитесь с отделом поддержки сразу, как выйдете из игры.

Клифф с подозрением посмотрел на Егора, затем скосился на волшебницу:

— Почему ты нам не сказала, что тебя зовут не Мария?

Снежная эльфийка вздрогнула как от удара током. Развернувшись, она злобно посмотрела на администратора, который покрывался потом от волнения. Сощурив глаза, она ткнула в него пальцем:

— Ещё и за разглашение личных данных мне заплатите! Пошли, Тань, меня уже начинает бесить этот потный тип.

Северянин остался на месте. Сомнение на его лице сменилось настороженностью. Он склонил голову, понюхал подмышку, нахмурился и снова коротко вдохнул. Потом поднёс к носу ладонь.

— Потный… Это странно… Вот дерьмо! — глаза воина округлились.

Тани, наблюдавшая за ним. с усмешкой произнесла:

— Что, успел куда-то вляпаться?

— Нет, просто…

Договорить он не успел.

Мари надоело препираться, схватив лучницу за руку, она потащила её к порталу. Не оборачиваясь, волшебница прощально помахала:

— До встречи в суде!

— До встречи, — растянувшись в улыбке, ответил Егор, поправив свои очки.

Клифф с шумом вздохнул и так же шумно выдохнул. Затем бросил короткий взгляд на застывшего волшебника.

— Млять!

Он сорвался с места и рванул к порталу. Перегородить девушкам дорогу он уже не успевал. Зарычав от злости, Клифф грубо пихнул обеих в сторону, и эльфийки повалились на пол.

— Ты чего творишь, дубина стоеросовая? — Тани подорвалась с места и толкнула воина, перегородившего им путь.

— Серьёзно, Клифф, — нахмурившись, произнесла Мари, — что за прикол?

Воин молча уставился на них, надув щёки. Он что-то промычал, указав на своё лицо.

— Ты головой ударился? — Тани усмехнулась.

— Ммм, ммм, — он указал на застывшего мага, затем на себя, — ммм, ммм!

Волшебница закатила глаза:

— Давай ты напишешь мне в телеге, что хотел сказать, лады? Меня уже тошнит от этой игры. Хочу на свою скучную работу.

Воин с силой выдохнул:

— Да млять, девчонки! Вам сейчас дышать нужно? Вот мне — нет! А запахи? Где долбаные запахи?!

Эльфийки переглянулись:

— Что ты имеешь в виду?

— А то и имею! — Северянин ухватился за кирку и со всего размаху швырнул её в администратора.

Мужичок ловко уклонился в сторону:

— Эй! Константин, не стоит разбрасываться. Прошу вас, покиньте игру, чтобы мы могли починить интерфейс, — он указал на портал позади игроков.

Воин сжал челюсть так, что проступили желваки:

— Это всё иллюзия. Помните урок Йара с огненным смерчем? Нам не нужно дышать, — он снова надул щёки, демонстративно задерживая дыхание.

Мари нервно хохотнула:

— Бред какой-то.

— Да? — бровь воина поползла вверх. — Тогда зачем администратору пришлось уклоняться от кирки?

Девушка схватилась за голову:

— Рефлекс у человека, понимаешь? Так, всё, с меня хватит непроработанной игры и слишком вжившегося в роль мерчендайзера! Тани, ты со мной? — она посмотрела на растерянную лучницу.

Лесная эльфийка быстро взглянула на потного администратора, на серьёзного Клиффа, злую Мари и застывшего мага. Вздохнув, она молниеносно выхватила лук, натянула тетиву и…

— Мощный выстрел!

Друзья не успели среагировать. Стрела лучницы светящимся росчерком пронеслась несколько метров и влетела точно в портал.

— Что за хрень? — оторопело произнесла Мари.

Северянин ухмыльнулся:

— Сама смотри.

Он указал на стрелу. Та зависла в магической ауре, будто в вязком киселе, и медленно распадалась, словно внутри портала за секунды проносились столетия.

— Что за? — Мари тряхнула белоснежной копной. — Ну, анимация переноса просто. Егор, скажите уже этим двум ролевикам, что это просто игра!

— Господа, — дрожащим голосом произнёс администратор, — прошу вас, проследуйте к выходу. Мне ещё нужно столько игроков уведомить о перезапуске сервера. Прошу, не тратьте время.

— Вот, что вам ещё нужно? — Снежная эльфийка указала на потного коротышку. Увидев, что остальных его слова не убедили, она тяжело вздохнула. — С меня достаточно этого театра абсурда. — Мари уже шагнула к порталу, но остановилась.

— Анимация? — возразил Клифф. — Ты уверена, что разработчики стали бы заморачиваться с такой мелочью? Распадающуюся стрелу сделать смогли, а кнопку выхода — нет? Зачем им тратить на это время?

Нахмурив идеальные брови, девушка снова сделала вдох, а затем медленный выдох.

— Время… — задумчиво произнесла волшебница. — А почему не использовать массовую рассылку? Это же экономит кучу времени. На худой конец можно воспользоваться аварийным отключением. Такое теперь во всех VR-играх делают после тех несчастных случаев…

Клифф торжествующе улыбнулся:

— Дошло наконец? — он повернулся к лучнице. — Танюша, организуй, пожалуйста, хэдшот этому клерку, посмотрим, как он увернётся в этот раз.

– Ты уверен? — голос лесной эльфийки дрогнул. — Вдруг он умрёт как те орки?

Воин с тоской посмотрел на своё оружие, валявшееся в паре шагов от администратора:

— Что-то мне подсказывает, что всё не так просто.

Егор устало вздохнул. Снял свои очки и зацепил их за карман. Троица ахнула, когда оказалось, что линзы на самом деле не увеличивали его косые, выпученные глаза:

— Ох, детишки, ну чего вы всё брыкаетесь…