Зов смерти

Глава 1

Покосившееся от времени, заброшенное одноэтажное здание стояло мрачной тенью на краю города. Тёмные силуэты метались по облупившимся стенам, скрип половиц перекатывался эхом по пустым комнатам. Воздух был настолько спертым, что было тяжело вздохнуть полной грудью, хотя в оконных проемах уже давно не было стекол. Порыв ветра ударил в приоткрытую дверь — она с грохотом захлопнулась, поднимая в воздух многолетнюю пыль и частички бетона.

Силуэт незнакомца скользнул в полумраке, словно тень, вырываясь из мрака в тускло освещённый коридор. На тыльной стороне его ладони засветились замысловатые узоры печати, и в руку тут же упал небольшой планшет. На мгновенье голубая мерцающая вспышка осветила помещение и на экране появилась надпись: «Александр Яковлевич Снегирёв. Год смерти — 1898». Незнакомец бросил лишь мимолётный взгляд на текст. Ему было не важно как зовут или когда умер тот, за кем он пришел, это всего лишь очередное задание, рутина, повторяющаяся изо дня в день, из года в год.

Он не успел убрать планшет - с грохотом рухнула потолочная балка, в этот же момент что-то с неистовой силой ударило его в грудь, и мужчину отбросило на два метра назад. Стена, принявшая на себя его полёт, не выдержала силы удара, треснула и рухнула, погребая незнакомца под бетонными обломками.

Тонкий, скрежещущий голос эхом прошёлся по пустым коридорам дома, превращаясь в низкий рык, заполняющий всё вокруг. На месте где стоял мужчина, тени ожили, собираясь в единую массу, которая внезапно взметнулась вверх, преобразившись в жуткую фигуру с искажёнными чертами лица. Впалые глаза существа, светились мрачным серым огнём, взгляд устремился на незваного гостя. Без предупреждения, вихрем темной энергии оно бросилось вперёд, стремясь уничтожить всё на своём пути.

Из-под обломков показалась рука, сжимающая серебристую капсулу. С большим усилием мужчина бросил ее в сторону существа. Со звоном капсула упала на пол, распыляя вокруг себя густое облако газа. Влетев в него, существо издало душераздирающий вопль и заметалось по коридору. Когтистые руки царапали стены, с противным скрежетом оставляя глубокие борозды. Тело его словно рябило, распадалось на тысячи теней, которые тут же сливались обратно в жуткий силуэт.

Шатаясь, незнакомец медленно выбрался из-под обломков. Не обращая внимания на торчащий из плеча обломок арматуры и ручеек крови, пропитавший всю одежду вокруг раны, он направился в сторону разъяренного противника. Газ должен был ослабить существо, но оно лишь на мгновение потеряло ориентацию. Зато его ярость росла. Откинув полу пальто мужчина выхватил из висящей на поясе кобуры пистолет и направил в сторону врага. По стволу побежали голубые искры, обвивая рукоять, как живые, проявляя древние печати.

Выстрел. Существо взвыло, на мгновение замерло, а затем снова рвануло на человека. Его искаженная гримаса выражала дикую ярость и жажду крови. Ещё один выстрел. И ещё. Пули вылетали трассерами, растворяясь в теневом облаке, будто попадали в пустоту. Существо приблизилось, сотканная из множества теней когтистая рука взметнулась вверх и зависла над головой человека.

Выстрел… и тело существа разрывает на множество фрагментов, которые через мгновенье рассыпаются пылью и оседают на пол.

Мужчина убрал пистолет в кобуру, сжав зубы потянул за кусок арматуры, который до сих пор торчал из его плеча. Из раны хлынула кровь, но через пару ударов сердца кровотечение остановилось. Он небрежно смахнул с плеча остатки бетона — скорее по привычке, чем с целью очистить одежду. Пальто и брюки были безнадёжно испорчены. Подобрав планшет, который выпал во время полета, он не оборачиваясь направился к выходу.

Глава 2

— Вот же чёрт! — громко вздохнул Алексей, едва сдерживая раздражение. — До конца смены пятнадцать минут! Пят-на-дцать! Дежурный мог бы и передать этот вызов кому-нибудь из дневной смены, они всё равно уже на месте. Но нет же... — Он махнул рукой, явно не надеясь на понимание со стороны напарника.

— Добро пожаловать в мир настоящей полиции, парень, — усмехнулся Роман Фёдорович. Посвятив 25 лет свое жизни полиции, он уже давно не удивляется неожиданным вызовам. А еще он знал, что полиция — это не работа, а образ жизни. От неё не убежать, даже если до конца смены остаётся всего ничего.

— Ты не понимаешь! — возмущённо продолжал Алексей, следуя за напарником к выходу. — У меня на сегодня были большие планы. А тут... — Он посмотрел в телефон, на экране которого появилось новое уведомление из мессенджера, а на аватарке красовалась довольно симпатичная девичья мордашка.

— Лёша, — Роман бросил на него понимающий взгляд, — в нашей работе планы всегда идут к чертям, как только на них рассчитываешь. Суть в том, чтобы не рассчитывать.

В этот момент двери полицейского участка с тихим скрипом открылись, и в помещение зашёл высокий человек в чёрном пальто. Точнее, это пальто когда-то было чёрным, а сейчас оно было покрыто плотным слоем грязи, на которой выделялось большое багровое пятно. Уверенной походкой он прошёл мимо полицейских.

Алексей, заметив его, резко прекратил свою тираду.

— Это кто? — полюбопытствовал он, подталкивая локтем напарника и пристально разглядывая незнакомца.

Роман посмотрел в сторону мужчины и, слегка приподняв брови, усмехнулся.

— О, Шинин. Макс, ты к нам? — прокричал он, делая ударение на первую «и», как бы по привычке, но с лёгким оттенком насмешки. — Слушай, давай после смены к нам, пивка попьём! Лёха проставляется.

Максим, не замедляя шага и не поворачивая головы, лишь коротко бросил через плечо:

— ШинИн, — с акцентом на вторую «и», — и нет.

Алексей, сделав большие глаза, смотрел вслед удаляющемуся Максиму.

— Э-э… и что это было? — спросил он, всё ещё не понимая, что только что произошло.

— Ха, ну вот, Лёха, считай, проиграл. Я ж говорил тебе, что есть у нас чудики, которые против общения с коллегами вне рабочего времени, — Андрей с усмешкой хлопнул напарника по плечу. — Мы же тебе говорили, а ты не верил. Максим никуда с коллегами не ходит. Он как отшельник — ни с кем не трётся.

— И почему? — не унимался Алексей. На днях он перевёлся из другого отделения и еще не всех здесь знал. Поведение Максима вызывало у него недоумение.

Роман снисходительно ухмыльнулся и бросил взгляд на дверь, за которой исчез Максим.

— Ну, раньше он работал тут, в отделе, как все. Только молчал, как рыба. Говорил по делу, и то если кто-то к нему обращался. Потом этот новый отдел открыли — по особо важным делам, знаешь. Так его туда и перевели. С тех пор с него слова не вытянешь.

Выйдя на улицу, Алексей взглянул на здание полиции и задумчиво потер подбородок. Он уже слышал о таком отделе, но лишь мельком. Во время отпуска, заехав к своему приятелю в столицу, они, как обычно, перекидывались служебными историями, и тогда его друг и посетовал на нововведение. Оказывается, участок, в который он перевёлся, не является таким уж уникальным — отделы по особо важным делам открыли в каждом городском центральном отделении полиции при условии, что население города составляет не менее 300 000 человек. Но это всё, что Алексей знал на данный момент, поэтому решил продолжить расспросы.

— И чем там вообще занимаются? Что за особо важные дела такие?

Роман фыркнул и развёл руками.

— Да кто их знает! Скорее всего, занимаются там чем-то... ну, особо важным. — Последние слова он произнёс с явной иронией, закатив глаза. — Никто из нас даже толком не знает, что они там творят. В отделении их почти не видно и не слышно, иногда приходят на вызовы, походят, посмотрят — и уходят. Вот что может быть особо важного в смерти старушки? Да, на неё упала люстра и зашибла насмерть — необычно, но не особо и важно.

Они сели в машину. Новенький УАЗик быстро завёлся и тронулся с места. После того как открылся новый отдел, полицейский участок преобразился. В нём наконец сделали ремонт, обновили автопарк и даже появилась новая пристройка, где открыли отделение судебной экспертизы.

— Слушай, а этот... ШинИн, — наслаждаясь управляемостью новенького авто, продолжил допытываться Алексей, — он всегда такой?

— Всегда, — уже более серьёзно подтвердил Роман. — Будто ни живой, ни мёртвый.

— Хм, странный он, — вздохнул Алексей.

— Привыкай, Лёша. В нашей работе таких полно.

***

Максим вошёл в свой кабинет и снял с себя изрядно испачканное пальто. С сожалением осмотрел его. Химчистка уже не поможет — грязь и кровь, может, ещё можно вывести, но от сквозной дыры так просто не избавиться. Слегка поморщившись, он небрежно бросил пальто в мусорное ведро. Затем открыл шкаф и достал новое — абсолютно идентичное предыдущему, как будто такие инциденты случались с ним регулярно.

— Хорошо быть запасливым, — пробормотал он себе под нос с лёгкой иронией.

Максим собирался сесть за рабочий стол, когда в кармане брюк завибрировал телефон. Он вытащил мобильник и ответил.

— Да? — коротко бросил он, не проявляя энтузиазма.

— Шинин, на месте? — голос начальника звучал буднично, но нетерпеливые нотки всё же проскользнули.

— Да, только пришёл.

— Отлично. Зайди ко мне, надо обсудить одно дело.

Максим уже направился в дальний угол кабинета, но начальник, оставшись на проводе, тут же снова подал голос:

— Через дверь, Шинин. Просто зайди через дверь.

Сбросив звонок, Максим вздохнул и вышел из кабинета. Ему вовсе не хотелось идти через весь участок, привлекая к себе лишние взгляды или, что хуже, слушать очередные "остроумные" шутки коллег. “Эй, Шинин, тебя КАМАЗ сбил? Ты в щеподробилку упал?” — стандартный набор неуместных подколок. Это раздражало, и он выбрал единственную верную, как ему казалось, тактику — не обращать внимания и как можно реже попадаться на глаза коллегам.

Максим открыл дверь в кабинет начальника, коротко кивнув на входе. Сергей Николаевич Климов, сидел за столом с чашкой кофе в руке, чарующий аромат которого заполнил всё помещение. Климов был мужчиной лет пятидесяти на вид, крепко сбитым, широкоплечим и явно сохранившим отличную физическую форму. Густые седые волосы подчёркивали его возраст, а лёгкая небритость и глубокие морщины на лбу придавали его образу суровый вид. В его синих, как бездонное море, глазах отражался живой и острый ум.

— Ну, как всё прошло? — спросил Климов, глядя поверх очков.

— Пустотник, — коротко ответил Максим, закрывая дверь за собой. — Сильный… и очень злой. На объекте можно спокойно продолжать работу, больше никто не помешает.

Сергей Николаевич кивнул, прихлёбывая из своей чашки, и усмехнулся:

— Отлично. Остаётся только придумать правдоподобную версию для строителей, чтобы закрыть дело по их заявлению. А то дорогостоящая техника сама по себе, видите ли, не ломается.

В таких делах самой большой проблемой было закрыть дело так, чтобы не вызвать подозрений. На днях поступило заявление от строительной компании о том, что кто-то намеренно портит их строительную технику. В дело вмешались даже городские власти, тактично попросив разобраться с вредителем как можно быстрее, поскольку строительная бригада уже начала выбиваться из графика, а строительство не только не началось, но даже не приступили к сносу старого здания, на месте которого вскоре должен появиться новенький жилой комплекс коттеджного типа. Потусторонняя сущность на роль подозреваемого точно не подойдёт.

— Ваш отдел с этим справится, — спокойно бросил Максим.

Климов фыркнул, убирая в сторону отчёты, которые лежали на его столе, и прищурился.

— Конечно, справимся, — сказал он, явно довольный результатом. Хлопнув ладонью по столу, он продолжил. — Поступил новый вызов. Придётся тебе выехать на место.

Максим вздохнул, собираясь уже уходить, но Климов остановил его жестом, бросив внимательный взгляд на его изрядно испачканный внешний вид.

— Макс, — сказал он, с явной насмешкой, — я, конечно, понимаю твоё желание побыстрее отправиться на тот свет, но таким способом ты вряд ли туда доберёшься. Ты как после боя с танком. Приведи себя в порядок, прежде чем на вызов ехать.

Максим слегка усмехнулся и кивнул.

— Хорошо, приведу, — коротко бросил он и направился к выходу.

Он уже потянулся к ручке двери, готовый выйти, но оклик начальника заставил его остановиться.

— Шинин, ты кое-что забыл, — с широкой ухмылкой бросил Климов, будто зная, что его следующая фраза Максиму очень не понравится.

Максим замер. Обернувшись, он хотел что то сказать, но не успел. По правую руку от начальника материализовался призрак. Молодой парень, на вид лет двадцати трёх, в простых джинсах и яркой футболке, выглядел как типичный представитель современной молодёжи. Волосы немного взъерошены, словно он только что встал с постели. На лице сияла улыбка, а глаза весело блестели. Вся его сущность буквально излучала неуемную энергию.

— Макс! Рад тебя видеть, много слышал о тебе! Я Никита, — сделав шаг вперед радостно начал он, словно они были давними друзьями. — Я просто обожаю это место, и, честно, так рад, что буду работать с тобой! Это будет шикарная стажировка, я тут уже немного освоился, но с тобой...

— Нет, — резко перебил его Максим, даже не дав договорить.

Улыбка на лице парня на секунду замерла и он бросил взгляд на Климова.

— Макс, ну ты чего так сразу? — Начальник, чуть подавшись вперёд, с неподдельным удовольствием от происходящего продолжил: — Стажировка для новых кадров — это дело серьёзное. Ты сам знаешь, что оперативники обязаны обучать стажёров. А наш новый кадр, кстати, парень толковый. Живой был — пацан что надо, и теперь толк от него будет.

Максим скрипнул зубами, потому что знал - “пацан что надо” на стажировку к оперативникам просто так не попадет. Да и вообще, в Службу Загробного Контроля, а по простому СЗК путь для призраков только один - отработка проступков, совершенных при жизни. Конечно речь не идет об убийцах, насильниках и прочих отморозках, те отправляются в Бездну, где они обречены на вечные муки, которые отражают их грехи или проступки совершенные при жизни. На своей шкуре они испытывают все то, что испытали их жертвы. Лишь единицам удается действительно признать свои ошибки и покинуть Бездну.

Он всегда избегал подобных обязанностей, увиливал от стажировок под любым предлогом. И дело даже не в том, что Шинин не доверял таким “стажерам”. Если этот малец попадет под дружественный огонь и развеется, по головке Максима не погладят. Причем такие случаи не редкость и он ой как не завидовал своим коллегам, которые потеряли стажера.

— Это приказ, — добавил Климов, его улыбка стала шире, как будто он наконец победил в затяжной игре.

Максим, открыв дверь, отрезал резко:

— Я в няньки не нанимался. Пусть возится с ним кто-то другой. — После чего вышел из кабинета.

Глава 3

— Скучаю по старой доброй расчленёнке, — бросил Роман, прикрывая нос рукой и высовывая голову в дверной проём. От посещения ванной комнаты с трупом он решил воздержаться. — А вот это... — он кивнул перед собой. — В последнее время слишком много желающих уйти на тот свет, да ещё и по своей воле. Это меня начинает пугать.

Максим стоял в ванной, облокотившись о дверной косяк, внимательно рассматривая малоприятную картину. На высказывание Романа Фёдоровича он решил не отвечать. Максим был категорически не согласен с упоминанием "старой доброй расчленёнки", из-за которой многие коверкали название города, но в чём-то Роман был прав. За последние три месяца это уже пятый случай. Но больше всего Максима беспокоило не количество самоубийств, а их причины. Причин попросту не существовало.

Опросы близких ничего не дали. Никто из родственников или друзей не замечал за умершими признаков депрессии или намёков на такие крайние меры. Записок тоже никто их них не оставил. Словно все эти люди просто бесследно вычеркнули себя из жизни. Их быт и окружение со слов знакомых оставались неизменными, а у некоторых наоборот, дела шли в гору.

Из коридора донёсся шум, отвлёкший Максима от размышлений. Он ещё раз обвёл взглядом комнату.

В наполненной до краев ванне лежала молодая девушка. Одна ее рука, обезображенная глубоким порезом, безжизненно свисала с края ванны. Аккурат под ее рукой, на изрядно окровавленном полу лежал кухонный нож. Остальное тело было полностью погружено в багровую воду. Не смотря на наличие трупа и обилие крови, что-то в этом было неправильное, но что именно, Максим понять не мог.

Он уже собирался уходить, но его беспардонно толкнули в бок. В ванную, цокая на высоченных шпильках зашла рыжеволосая женщина с увесистым чемоданчиком. Не обращая внимания на Максима она тут же принялась за осмотр тела, склоняясь так, что одно неверное движение — и её короткое облегающее платье откроет больше, чем следовало бы.

— Как думаешь, она сама это сделала? — спустя пару минут спросил Максим, стараясь не смотреть на то, что открылось перед его взором.

Сделал он это не потому, что ему не нравились девушки или из обыкновенного чувства такта. Дело в том, что Максим знал, кто она такая. И это знание заставляло его держать дистанцию от этого «прелестного создания».