Зов Башни

Глава 1. Смерть и рождение

Такой день, как сегодня, выпадал всего несколько раз в долгой и кровавой истории Империи Астара. Выпуск из Академии Стратегии, к которому Квинт шел долгие годы, совпал со смертью Императора. По суровому своду законов Астара церемонию выпуска офицеров отменить было невозможно: уже на рассвете следующего дня каждый из них должен был отбыть к месту несения службы в самые глухие и опасные уголки империи.

Вчера утром два тяжелых, утробных выстрела из пушек на крепостной стене объявили народу Астары, что Император Тутмос XXVI готовится к отбытию к Золотому горизонту. В империи это означало лишь одно — смерть правителя. Квинт был искренне расстроен, и не только потому, что именно при Тутмосе, благодаря невероятной, почти сказочной случайности, он попал в стены Академии. Сам покойный владыка был, в сущности, неплохим человеком и мудрым правителем, но правил он недолго. Всего двадцать лет Империя Астара наслаждалась хрупким миром. Потерпев позорное и сокрушительное поражение от Касты Ра, император затаился в тени, по крупицам собирая силы для реванша, который теперь ляжет на плечи его преемника.

— Эй, Квинт, чего нос повесил? Сегодня же выпускной, ночь великих приключений и дешевого вина! — Это был Маркай, единственный и лучший друг Квинта.

— Да я не грущу, — Квинт заставил себя улыбнуться, хотя на сердце было тяжело. — Просто странное чувство, Маркай.

— Что странного, дружище? — Маркай по-свойски хлопнул его по плечу, выбивая пыль из мундира. — Император умер, да здравствует император! Порядок вещей неизменен.

Через несколько часов над замершим городом разнесся голос глашатая. На главной площади, под звон колоколов, было объявлено, что сын почившего взошёл на престол, приняв тронное имя Тархулар XLV.

— Просто похороны совпадут с вручением наших мечей, — негромко сказал Квинт, глядя на суету внизу.

— Да плюнь ты на это! Зато какое зрелище увидим, Квинт! — Маркай восторженно вскинул руки к темнеющему небу. — Такого люди ждут столетиями. А ты, друг мой, — Маркай вдруг понизил голос и склонился к самому уху Квинта, — без обид, но безродный парень вроде тебя о таком зрелище и мечтать бы не мог, если бы не случай. Не обижайся за «безродного».

— Я и не обижаюсь, — Квинт гордо выпрямился, и в его глазах блеснул холодный огонь. — Сегодня этот безродный получит офицерские погоны и личное оружие.

— О да, дружище, ты у нас поистине уникален! — Маркай коротко заржал, скрывая за смехом неловкость.

— Потом обязательно выпьем, обмоем так сказать погоны, улыбнулся Квинт.

Он слишком хорошо помнил тот серый, пропитанный гарью день, когда империя принимала свои разбитые, окровавленные полки. Тогда на полях сражений осталось столько офицеров, что командовать выжившими солдатами стало просто некому. И тогда сломленный, но не сдавшийся император издал свой знаменитый закон — «Закон Золотого Дублона». Суть его была по-солдатски проста и жестока: Верховный Стратег армии лично объезжал города и на главной площади бросал в толпу золотую монету. Любой юноша или мальчишка, сумевший поймать её или отбить у других, автоматически зачислялся в Академию Стратегии, куда простолюдинам путь был заказан веками. Дворянство, конечно, повозмущалось, запахло мятежом, но пара отрубленных голов самых крикливых лордов быстро остудила их дворянский пыл.

Стратег приехал и в тот маленький захудалый городишко на окраине, где на грязных улицах выживал маленький Квинт — голодный, оборванный ребенок без будущего. Согласно закону, Стратег бросил в толпу первый золотой дублон… и ничего не произошло. Изможденные горожане со скукой и скрытой ненавистью смотрели на холёного чиновника в золоченой броне, мечтая лишь о том, чтобы он поскорее убрался в свою столицу. Четыре монеты одна за другой улетели в дорожную пыль, оставшись незамеченными. Стратег смотрел на это сборище с нарастающим обречением и брезгливостью. А вот пятая монета, сверкнув на солнце, упала прямо к ногам грязного пацана. Тот молниеносно накрыл её ладонью и, расталкивая локтями взрослых, протиснулся к помосту.

Увидев в заскорузлой, покрытой цыпками руке заветное золото, Стратег выдохнул с облегчением.

— Тебя как звать, малой? — спросил он, приглядываясь к волчонку.

— Сам ты малой! — огрызнулся мальчишка, и толпа взорвалась хохотом. — Нет у меня имени. Просто пацан.

Стратег внимательно посмотрел в эти недетские, злые глаза и объявил на всю площадь:

— С этого дня даю тебе имя Квинт и зачисляю волей императора в Академию Стратегии! — Он протянул руку мальчишке. — Идем, Квинт, тебя ждет великое будущее.

— А там кормят хоть? — с подозрением спросил оборвыш, не спеша принимать ладонь вельможи.

— Ты будешь офицером армии Его Величества Императора. Голодать тебе больше не придется.

— Ладно, веди меня, дядька, в свою богадельню. Посмотрим, что там за каша.

Толпа с немым изумлением смотрела, как столичный важный чин посадил грязного заморыша в роскошную карету с гербами и покинул город. С тех пор прошло долгих пятнадцать лет. И сегодня Квинт должен был стать лейтенантом. То, что к мечу прилагалась возможность со временем выслужить дворянство, Квинта мало волновало — его душа жаждала настоящей службы, романтики дальних гарнизонов и приключений, о которых он читал в библиотечных свитках.

Вечер мягко, как черный бархат, опустился на столицу. При свете сотен пылающих факелов во дворе Академии началось торжество. Верховный Стратег, изрядно постаревший, с глубокими морщинами у глаз, начал вручение. Квинт стоял в самом конце списка, но ожидание его не тяготило. Когда назвали его имя, он четким шагом поднялся по ступеням и замер напротив Стратега. Тот едва заметно улыбнулся, узнав в статном, широкоплечем молодом офицере того самого дерзкого пацана.

Стратег вручил Квинту диплом из телячьей кожи и тяжелый короткий меч — клинок из личного арсенала покойного властителя.

— Служи Империи! — негромко, но веско произнес Стратег.

— Пусть будет Вечной Империя! — голос Квинта прорезал тишину двора.

Меч приятной тяжестью лежал как влито в руке Квинта. Идеально сбалансированное оружие ещё блестело новым блеском, отполированное имперским оружейником.

И в этот миг в ночном небе над Академией величественно и страшно проплыл колоссальный Флагман императорского звездного флота. Огромная тень закрыла звезды — это был летящий саркофаг властителя. Его сопровождали десять эсминцев, выстроенных в безупречный боевой клин. Команды этих кораблей состояли из личных гвардейцев — Серой Претории, лучших воинов государства. Все они, согласно древнему обряду, находились в стазисе, сопровождая своего господина в его последнем посмертном путешествии к Золотому горизонту. Молодые офицеры, как один, обнажили сталь своих мечей, отдавая честь мёртвому Богу и тысяче его преданных воинов.

Траурная армада стремительно набирала скорость, готовясь к прыжку по координатам, которые заложил в интеллект кораблей лично Тутмос перед смертью. Вспышка — и корабли ушли в гиперпространство, оставив после себя лишь тающие фиолетовые волны в черном небе. И тут же воздух разорвал рев турбин: в небе появились звенья истребителей класса «Голодный Хищник». Это было праздничное приветствие новой смене. Квинт смотрел, как машины закладывают виражи, и чувствовал, как внутри всё сжимается от предвкушения.

Верховный Стратег подошел ближе и протянул Квинту запечатанный конверт.

— Открой и посмотри, — спокойно сказал он.

Квинт сломал тяжелую сургучную печать.

— Застава 01, — прочитал он вслух. — Где это, господин Стратег? И номер странный... таких же не бывает.

— Бывают, мой юный друг. Просто мало кто знает, что значат эти цифры. Давай-ка пройдемся, подышим, — Стратег кивком головы указал в сторону темного парка, уводя Квинта прочь от ликующей толпы выпускников.

— Я хорошо помню нашу первую встречу, Квинт. Я держал этот конверт до последнего, решая, кому его отдать. И сегодня, увидев тебя на плацу, я понял.

Он остановился под сенью древних деревьев и вложил в руку Квинта еще один пакет — точно такой же, но с другой печатью.

— Здесь мало информации, но для тебя сейчас и её будет слишком много. Послушай, меня внимательно, мальчик. История нашей Астары началась намного позже, чем были заложены девять Застав. Их номера начинались с нуля, и сегодня в строю остались лишь две — Первая и Пятая. Где они и что именно они охраняют, ты узнаешь из этого письма.

— Но почему бумага? Почему не защищенный кристалл? — Квинт был искренне озадачен.

— Потому что я не могу доверить эту тайну изнеженным вырожденцам из высшей знати. Дворянство изжило себя, оно прогнило. От существования этих застав зависит судьба миров, Квинт. Лети туда. Через год мы увидимся, и я надеюсь, что не ошибся в тебе.

— Я не подведу вас, господин Стратег, — твердо пообещал Квинт.

— Конечно, — холодно и немного печально улыбнулся старик. — Ведь у тебя теперь просто нет выбора.

Глава 2. Какие странные совпадения...

Квинт не стал праздновать с другими выпускниками. Шумные попойки и пафосные тосты дворянских сынков всегда казались ему чем-то чуждым, наносным. Однако Маркай все-таки выловил его в одном из темных коридоров Академии, когда Квинт пытался бесшумно проскользнуть к себе.

— Ты сегодня, дружище, невыносимо нудный! — громко провозгласил Маркай, едва не сбив Квинта с ног.

Маркиз де Ора был в ударе: он обнимал за талии двух девиц в кричаще ярких платьях, по виду — очень определенной и древней профессии. От Маркая пахло дорогим табаком и крепким вином.

— Что такого тебе нашептал этот древний чинуша, что ты на себя не похож? Бросай кислую мину, сегодня ночь принадлежит нам!

Квинт, отшучиваясь и кое-как выпутавшись из медвежьих объятий друга, ретировался. Заперевшись в своей тесной комнате, он почувствовал, как тишина давит на уши. Куралесить настроения не было. Почти всю ночь он провел в размышлениях, перелистывая страницы редких справочников, которые ему удалось найти в имперской базе библиотек. Он искал хоть какое-то упоминание о «Заставе 01».

К его великому разочарованию, официальные хроники молчали. Заставы начали появляться еще на заре Империи Астара. По мере расширения границ строились новые аванпосты, старые забрасывались или превращались в города. Сейчас в реестрах их числилось несколько тысяч, но ни слова о девяти заставах с номерами, начинающимися на «ноль». Как будто кто-то мастерски, слой за слоем, выскоблил эти записи из имперских архивов.

Лишь в самых древних, полусгнивших свитках он наткнулся на странную заметку о военных кораблях, отправленных с особыми миссиями и бесследно исчезнувших в пустоте. Обычно имперские хроники писались дотошно: можно было найти родословные всех капитанов до третьего колена. Но об этих судах упоминалось вскользь — ни целей миссии, ни имен экипажей. Только голые факты исчезновения. Но самое странное, что заставило сердце Квинта биться быстрее, — этих кораблей было ровно девять.

Посреди ночи в комнату ввалился вусмерть пьяный Маркай. Не раздеваясь, он рухнул на свою кровать и мгновенно захрапел, наполняя помещение густым перегаром и ароматом дешевых духов.

Утром, стараясь не греметь сапогами и не разбудить друга, Квинт собрал свои нехитрые пожитки. В коридоре ему встретился молодой офицер с погонами младшего фельдъегеря.

— Господин лейтенант, — козырнул он Квинту, — не подскажете, где мне найти маркиза де Ора?

— Дрыхнет в той комнате, из которой я вышел, — отозвался Квинт.

«Папочка-маркиз явно пристроил сына в теплое местечко на тихом фронтире, — подумал он, — где единственное развлечение — гонять мелких пиратов».

В канцелярии Квинта ждали два конверта. Один — с имперским гербом и его именем, а второй — с такой же плотной, темно-красной сургучной печатью, как вчера.

— Устная просьба Верховного Стратега, господин лейтенант, — сухим голосом произнес секретарь. — Не вскрывайте второй конверт до посадки в транспорт.

Квинт коротко кивнул и вышел к дилижансу. Запряженный четверкой тяжелых коней, транспорт покатил в сторону космопорта. «Проклятые традиции, — злился Квинт, подпрыгивая на жестком сиденье и глядя, как мимо с тихим гулом проносятся скоростные грави-платформы. — Империя летит к звездам на лошадиной тяге». Он поправил меч на поясе. Странное, древнее оружие. Никто из выпускников толком не умел им владеть, хотя уроки фехтования были обязательными. Квинт, в отличие от остальных, в них преуспел — холодная сталь всегда привлекала его.

Космопорт встретил его хаосом звуков: ревом взлетающих дюз, скрежетом погрузчиков и непередаваемым запахом жженого топлива и озона. Бесконечное взлетное поле уходило за горизонт.

Квинт вскрыл первое предписание: «Явиться на причал 12а».

Он побрел сквозь толпу, невольно любуясь мощью Империи. Огромные транспорты класса «Мамонт», способные сожрать целый штурмовой легион. Дальние разведчики «Гепард» с их хищными, изломанными линиями. Тяжелые штурмовики «Носорог» стояли бок о бок с изящными гражданскими яхтами класса «Лань» и пузатыми торговыми «Лисами». Империя была на взлете.

У двенадцатого причала, прямо на бетонных плитах, сидел Маркай. Опершись спиной на рюкзак, он выглядел помятым, но довольным.

— Вот так встреча! — заорал он, завидев друга. — Будешь?

Маркай протянул банку пива. Квинт отрицательно качнул головой.

— А я буду.

Маркиз с сочным хлопком вскрыл жестянку и, обливаясь пеной, выпил её залпом.

— Ты как здесь оказался? — спросил Квинт, глядя на это явление.

— О-о, хорошо пошло... — пробормотал Маркай с блаженной улыбкой. — Ты не поверишь, дружище. Утром меня чуть не пинками поднял какой-то фельдъегерь. Сунул в зубы конверты и сказал: «Собирайся». А я ж еще не в себе... такие девочки были! В общем, погрузил меня в глайдер и через полчаса выкинул здесь. Еще и пива оставил, дай боги ему здоровья!

Квинт взял его конверты. Они были абсолютно идентичны его собственным. Те же печати. То же назначение.

— Слушай, Квинт, а что вообще происходит? Куда это нас отправляют вместе?

Квинт задумчиво посмотрел на пустые взлетные полосы.

— А черт его знает, Маркай.

В этот момент на причал мягко опустился легкий транспортник «Коршун». По трапу сошел капитан логистики.

— Господин капитан, нам, похоже, к вам, — Квинт протянул документы.

Офицер с понимающей усмешкой глянул на похмельного Маркая.

— Что, выпускной удался?

— Не то слово, — отозвался тот, открывая вторую банку.

Капитан вскрыл конверт, и его лицо мгновенно стало каменным. Он бросил тревожный, почти сочувственный взгляд на лейтенантов и расстегнул верхнюю пуговицу кителя, словно ему стало нечем дышать.

— Ребятки... а во что вы встряли?

— В смысле? — напрягся Квинт.

— Это причал двенадцать. А вам нужно 12а. Понимаете?

— Не совсем, — честно признался Маркай.

— Ну, может, оно и к лучшему, — загадочно бросил капитан. — Вам вон туда, к техническому лифту. Пятый уровень под землю. Причал 12а. Ох, ребятки...

Капитан развернулся и быстро зашагал прочь, даже не оглянувшись.

— Я вообще не понял, что это было, — пробормотал Квинт. — Пошли, маркиз.

— Не называй меня так! — ощетинился Маркай. — Знаешь же, что не люблю.

— Извини. — Квинт хлопнул друга по плечу. — Давай свое пиво.

— Это по-нашему! — улыбнулся Маркай, протягивая банку.

Лифт ухнул глубоко вниз. Когда створки разошлись, друзья замерли. В огромном, залитом мертвенно-белым светом подземном ангаре стоял корабль. Изящный, вытянутый, как наконечник серебряного копья.

Маркай медленно потряс головой.

— Это мне снится... Это же «Стерх»?

— Похоже на то, — прошептал пораженный Квинт.

Крейсер класса «Стерх». Легенда. Технологии его брони и двигателей считались утерянными вместе с цивилизацией планеты Кадеш, погибшей в войне с Кастой Сета тысячи лет назад. Империя тогда не успела на помощь. Таких кораблей в строю оставалось не больше десятка, и все они принадлежали Серой Претории, чей герб — стилизованный череп в терновом венце — красовался на борту.

— Мы куда вляпались, Квинт? — Маркай провел рукой по лицу, мгновенно протрезвев.

— Не знаю. Но становится всё интереснее.

С трапа сошел высокий офицер в темно-серой, почти черной форме Претории. Его взгляд был холодным и пронзительным, как лазерный луч.

— Ваши рекомендации, — сухо бросил он.

Друзья суетливо протянули кристаллы с личными делами. Офицер едва взглянул на них.

— Рекомендации! — повторил он жестче.

— Уточните, пожалуйста, — раздраженно отозвался Квинт. — Нам приказано явиться на причал 12а. Мы здесь.

Офицер смотрел сквозь них, словно они были из прозрачного пластика. В этот момент Маркай, вытаскивая документы, случайно выронил второй конверт. Сургучная печать гулко стукнула о бетон.

Взгляд преторианца упал на герб. Атмосфера мгновенно изменилась.

— Проходите, господа, — он вежливо, но властно указал на трап. — Разрешите представиться: Центурион Пентаур. К вашим услугам.

— Целый Центурион! — Маркай, снова обретая наглость, уставился на офицера.

— Да, господин лейтенант. Целый и единственный.

— Это как? — не понял Квинт.

— В Серой Претории только один офицер на каждое звание, — вежливо пояснил Пентаур. — Идемте, я покажу каюты. Путь неблизкий.

Коридоры «Стерха» не были похожи на стандартные имперские отсеки. Здесь не было выступающих проводов или лязгающих переборок — всё было гладким, матово-серебристым, словно вылитым из единого куска металла.

— Мы вылетаем немедленно, — произнес Центурион, когда они дошли до жилого блока. — Откройте конверты, как только покинем атмосферу. Это прямое указание Императора.

— Самого... — начал Квинт.

— Не перебивайте! — повысил голос Пентаур. — На корабле только мы втроем. Вам придется нести вахты вместе со мной. Миссия абсолютно секретна. Вся информация — на кристаллах в ваших каютах. Вопросы?

— Куда мы летим? — спросил Маркай.

— На Заставу 01. Крейсер идет со скоростью в четыре раза выше стандартного гиперперехода. Через десять дней будем на месте.

— Но это же за пределами Диких Фронтиров! — воскликнул Квинт. — Там неизученные сектора!

— Для большинства граждан Империи они не изучены, — спокойно ответил Центурион. — Считайте, что вам оказана великая честь.

— Ломиться к черту на кулички — та еще честь, — съязвил Маркай.

— Вы против?

— Упаси меня древние боги! — замахал руками маркиз. — Я обеими руками за приключения.

Пентаур коротко кивнул и исчез в сторону мостика.

— У меня такое чувство, — сказал Квинт, глядя на закрывшуюся дверь, — что мы сначала вляпались, а теперь и встряли по самые гланды.

— Да уж, — кивнул Маркай. — Зато не скучно. И не называй меня маркизом, а то будем драться.

— Договорились, — улыбнулся Квинт. — Доставай свое пиво. Нам явно нужно подготовиться к этой «чести».

Интерлюдии. Тархулар XLV

— Император ждет вас, господин.

Слуга склонился в глубоком поклоне. Верховный Стратег расправил плечи и вошел в личные покои правителя.

Тархулар XLV сидел в глубоком кресле с бокалом вина и перебирал четки, сделанные из крупных изумрудов. В комнате звучала приятная музыка, и император едва заметно покачивал головой в такт.

— Проходите, друг мой, — он небрежно махнул рукой.

— Ваше Величество...

Император остановил его резким жестом и закрыл глаза.

— В этой симфонии это мое самое любимое место.

Он что-то промычал под нос, словно подпевая невидимому оркестру.

— Волшебно, не правда ли?

— Да, Ваше Величество, безукоризненно, — ответил Стратег.

— Ах, вы, старый льстец! — засмеялся Тархулар. — Знаете же, что мне медведь на ухо наступил! Присаживайтесь, берите вино. Отличное, рекомендую.

Стратег опустился в кресло и налил в бокал ароматную жемчужную жидкость.

— Ну, как там наши детишки? Ну, эти двое... — Император перебирал в воздухе тонкими пальцами, будто стряхивая с них невидимую пыль.

— Квинт и Маркай, Ваше Величество.

— О! Точно. Как они?

— Уже летят на заставу. Их сопровождает ваш офицер Серой Претории.

— Ах, точно. Этот, как его... — Пальцы императора снова заплясали в воздухе.

— Пентаур, Ваше Величество.

— Ну конечно, Пентаур! Вечно забываю его имя. Ох, послушайте вот этот фрагмент...

Музыка переливалась высокими нотами. Стратег терпеливо ждал, пока император дирижировал невидимым смычком.

— Истинное наслаждение, друг мой, — умиленно проговорил Тархулар. — А почему вы выбрали в спутники нашему «заморышу» этого... как его...

— Маркиза Де Ора, Ваше Величество.

— Фи, всего лишь маркиз, — на лице императора промелькнула брезгливость. — Как мелко.

— Они лучшие друзья, — пояснил Стратег.

— Ну и ладненько, — рассмеялся император, — пусть развлекаются. Даруем им графские титулы... или княжеские. В общем, повысим детишкам статус, когда придет время.

— Ваше Величество, ваш отец хорошо подготовился и ввел вас в курс дела. Задействованы все ресурсы, и я надеюсь, что расчеты были верны.

— Не сомневаюсь, мой друг. Ни на мгновение. Папенька вложил в это дело изрядно сил и умений. Все получится.

Император внезапно бросил четки на стол. Он посмотрел на Верховного Стратега в упор. В глазах пылал недобрый огонь, а лицо превратилось в застывшую маску. Голос Тархулара изменился — теперь он напоминал скрежет стали, выходящей из ножен:

— Потому что если мы допустили хотя бы одну крошечную ошибку... от этой галактики останется лишь куча вонючего космического пепла.

Бокал в его руке громко лопнул, заливая всё вокруг жемчужным вином, похожим на кровь призрака.

Глава 3. За пределами ойкумены

«Стерх» плавно оторвался от пола, и Квинт почувствовал, как под ногами завибрировала мощь, не похожая на надсадный рев обычных движков. Это был низкий, едва уловимый гул, от которого волоски на затылке встали дыбом. Корабль скользнул в шлюз — длинный, освещенный тусклым багровым светом туннель, который изнутри действительно напоминал нарезной ствол циклопического орудия.

Квинт и Маркай поднялись на мостик, стараясь не споткнуться. Здесь всё было иначе: вместо громоздких рычагов и россыпей тумблеров — матовые сенсорные панели и парящие в воздухе голограммы. Центурион Пентаур сидел в капитанском кресле, его пальцы порхали над консолью, отдавая команды дроидам. Механические пилоты со стрекотом вращали манипуляторами, их линзы бесстрастно отражали бегущие строки кода.

Корабль вырвался из шлюза на свободу, но вместо того, чтобы уйти в зенит, он прижался к самой земле, несясь над пустошами на безумной скорости. Пыль и сухая трава за бортом превратились в сплошную серую полосу.

— Может, нам всё-таки... ну, немного вверх? — Маркай, вцепившись в поручень, старался сохранить беззаботный вид, но его костяшки побелели.

Пентаур даже не повернул головы. Перед ними стеной выросла высокая горная гряда — острые, как зубы дракона, пики, окутанные вечными ледниками. Квинт открыл рот, указывая на скалы, но центурион лишь едва заметно шевельнул рукой, осаживая лейтенанта.

— Давно пора, — пробурчал Маркай, когда «Стерх» начал круто задирать нос. — А то я уж решил, что вместо полета мы займемся альпинизмом на полной скорости.

И тут реальность сошла с ума. Вместо того чтобы перевалить через хребет, корабль резко накренился и, словно сорвавшись с гребня невидимой волны, почти вертикально понесся прямо в гранитное основание скал. Квинт замер, его зрачки расширились от ужаса — до столкновения оставались доли секунды. Рядом громко и непечатно начал икать Маркай.

Экраны внезапно затянула серебристая дымка, по глазам ударила ослепительная вспышка, и буквально в десяти метрах от камня «Стерх» просто перестал существовать в этом измерении.

— Идеально, — раздался спокойный голос центуриона в наступившей ватной тишине. — Мы открыли окно гиперперехода внутри планетарной атмосферы, используя гравитационную тень гор. Теперь нас не отследит ни один радар. Миссия слишком важна для протоколов безопасности.

Он встал, расправив складки безупречного мундира, и прошел мимо застывших, как статуи, лейтенантов.

— Жду вас в кают-компании на брифинг. И мне кажется, — он бросил мимолетный взгляд на Маркая, — кому-то стоит сменить штаны.

— Мне, — честно поднял руку Маркай, густо краснея, и пулей выскочил с мостика.

— Я его не виню, — бросил Пентаур Квинту. — У гражданских после такого маневра бывает и похуже.

И тут произошло невозможное: уголки губ Пентаура дрогнули. Он улыбнулся — холодно, но искренне.

В кают-компании пахло озоном и старым пергаментом. На полированный стол легли два кристалла, мерцающих внутренним светом.

— Информация на них самоликвидируется после загрузки в вашу память, — начал Пентаур. Над столом развернулась голограмма: бесформенные каменные монолиты, висящие на орбитах. — Это Башни. Мы не знаем, кто их воздвиг, но знаем, что они — константа угрозы. Девять локаций, девять Башен. Все попытки исследовать их провалились.

— Почему? — Маркай уже сменил гардероб и теперь жадно разглядывал проекцию.

— Поля неизвестной природы. Ни один зонд, ни один человек не смог подойти ближе чем на лигу. Башни появились еще при Юстиниане Первом. По его тайному слову были основаны...

— Заставы с номерами на «0», — закончил за него Квинт.

— Именно. Наставления Императора называют их «посланниками из другой реальности». Тысячи лет наши лучшие умы бессильны перед их загадкой.

Квинт недоверчиво хмыкнул:

— И за столько веков — ни одного прорыва?

— Технологии всех известных нам цивилизаций разбиваются об их молчание, лейтенант. Ваша задача — поступить в распоряжение командира Заставы 01 на планете Да Хет. «Красная скала» на языке местных.

— Теперь ясно, почему это такая тайна, — задумчиво произнес Квинт.

— А мне не очень, — признался Маркай, почесывая затылок.

— Ну ты и балбес, — беззлобно отозвался Квинт. — Башни — это живое доказательство того, что Империя не всесильна. Если подданные узнают, что над их головами висят объекты, которые сам Император не может даже поцарапать, вера в престол рухнет.

Пентаур кивнул:

— Планета класса Бета-12. Аборигены в железном веке. Мирные, но суеверные. Поклоняются Башне, как верховному божеству. И помните: огнестрельное оружие при контактах запрещено. Только сталь.

— Вот твоё фехтование и пригодится! — Маркай пихнул Квинта в бок. — А то я всё думал, зачем нам эти железки на поясе.

Дни потянулись один за другим. «Стерх» несся сквозь подпространство с невероятной скоростью. Квинт часами изучал записи с кристалла. Картина вырисовывалась пугающая: первый Император получил свои знания именно от Башен, или через них. Это был технологический прыжок из грязи в космос, цена которого не была названа в хрониках. Библиотеки были вычищены безупречно, остались лишь намеки на то, что Башни «проснутся, когда придет срок».

На десятую вахту Квинт стоял у панорамного экрана. К нему неслышно подошел Пентаур.

— Мы проходим через владения Касты Атум, — негромко сказал он. — Не волнуйтесь, на этой скорости мы для них лишь тень тени.

Квинта передернуло. Атум — падальщики, религиозные фанатики, оставляющие после себя пепелища и кости.

— Советую вам анализировать всё, что увидите, лейтенант, — продолжал центурион. — Император нервничает. Он чего-то ждет. И держите в узде вашего маркиза. Слишком шустрый для таких секретов.

— Он хороший парень, хоть и дворянин, — улыбнулся Квинт.

Пентаур посмотрел на него с сарказмом:

— Маркиз? Его титул — из самых низов, купленный предками за поставки провизии. А вы, лейтенант, вообще «с улицы», но в вас нет той гнили, что у дворцовых.

— А вы, господин Пентаур? Из какого сословия будете?

— Вы удивитесь, — центурион посмотрел Квинту прямо в глаза. — Я из Касты Ра.

У Квинта глаза полезли на лоб. Выходец из самой могущественной и опасной касты — в рядах Серой Претории?

— Я офицер Претории прежде всего, — пресек вопросы Пентаур. — И лично обязан Стратегу. Вы забавны, когда удивляетесь так искренне.

В этот момент «Стерх» вздрогнул и вышел из прыжка. Перед ними открылось зрелище, которое невозможно было описать словами. На орбите рыжей планеты висел гигантский монолит. Его поверхность была истерзана кратерами, словно он дрейфовал в пустоте миллиарды лет, но под определенным углом проглядывали идеальные геометрические линии. Вокруг него мерцала едва заметная, прозрачная аура — защитное поле, искажающее свет звезд.

— Добро пожаловать на Красную Скалу, — сухо произнес Пентаур. — Застава 01 уже заждалась вас.

Глава 4. Сюрпризы на каждом шагу

«Стерх» летел достаточно низко над поверхностью, чтобы можно было подробно рассмотреть незнакомый мир. Вся планета была изрезана огромными глубокими каньонами и древними кратерами, похожими на незаживающие шрамы на теле космоса. Красноватый, ржавый цвет земли наверху сменялся буйством красок в глубине: в ущельях и каньонах, куда не дотягивался испепеляющий жар, виднелась густая растительность — изумрудная, багровая и даже ядовито-фиолетовая. Некоторые низины были залиты голубоватой водой, образуя неподвижные зеркальные озёра. Если на поверхности царила мертвая пустошь, то в каньонах и ущельях жизнь не просто теплилась, она буквально кипела.

— Как интересно этот мир устроен! — прильнув к экрану, восхитился Маркай. — Сверху — ад, внизу — сад.

— Да, мир довольно оригинален, — согласился центурион, не отрывая взгляда от навигационной панели. — Вся жизнь сконцентрирована, по сути, под землей. Солнце этой системы довольно молодое и агрессивное, оно выжигает поверхность радиацией, а в каньонах, в тени и влаге, природа взяла своё. Кстати, сама застава находится на гребне старого кратера, и основные её помещения скрыты в скальной толще.

— А как происходит снабжение заставы? — спросил Квинт, вглядываясь в бесконечные рыжие пески. — Я не вижу здесь ни космопортов, ни торговых караванов.

— Вы будете удивлены, господа, но — никак.

Маркай оторвался от экрана, в его глазах читалось недоумение:

— Это как так — «никак»? Мы что, будем питаться святым духом и песком?

— Очень просто. В подземном комплексе есть всё необходимое для генерирования ресурсов. От биоферм с синтетическим белком до цехов по печати оружия и оборудования. Застава полностью автономна. Империя создала здесь замкнутую экосистему.

— Ну, вы же посещаете эту планету? В конце концов, должна быть ротация персонала, отпуска? — Квинт почувствовал, как в груди поселился холодок.

Центурион бросил на него странный, тяжелый взгляд.

— Нет никакой ротации, господа. Персонал и личный состав пополняется только после естественной убыли.

— Чего?! — не выдержал Маркай, едва не подпрыгнув на месте.

— Убыли, господа. То есть — смерти, — буднично пояснил Пентаур.

— И вы хотите сказать, что нет желающих отсюда свалить? Чтобы кто-то отслужил срок и улетел домой, к цивилизации?

— Вы удивитесь, но нет, — отрезал центурион.

Друзья недобро переглянулись. В словах Пентаура чувствовалась какая-то скрытая, неправильная правда.

— Но вы можете быть спокойны, господа лейтенанты, — добавил он, заметив их замешательство. — Юридического запрета на ротацию нет. По вашему желанию раз в полгода корабль может вас отсюда увезти. Если, конечно, вы сами захотите.

Квинт саркастично прищурился:

— То есть вы хотите сказать, что за столько времени существования заставы никто не покинул её по собственному желанию?

— Именно так, — кивнул центурион. — Ни разу.

Маркай нервно хохотнул:

— Поистине волшебное место. Просто рай на краю бездны.

— Да, персонал так считает, — безразлично ответил Пентаур, переводя управление в ручной режим.

В этот момент их глазам открылась поистине грандиозная картина. В гигантском кратере, защищенном от ветров высокими стенами, раскинулся город. Это не были лачуги дикарей: дома в несколько этажей, правильные площади, зеленые пятна парков. На улицах было много существ, издалека очень похожих на людей. В самом центре города возвышался огромный монолит, достигавший по высоте краев кратера. От его плоской вершины к скалам тянулись широкие полотна, сплетенные из толстых канатов и мелких сетей. Это титаническое сооружение создавало полупрозрачный зонт, дробящий беспощадные лучи солнца в мягкий, рассеянный свет.

— Ух ты! — восхитился Маркай. — А вы говорили — железный век. Тут инженерная мысль похлеще, чем в некоторых столичных секторах!

— Ну, откровенно говоря, — понизив голос, сказал Пентаур, — префект Юст, командир заставы, немного «подтолкнул» аборигенов в развитии.

Мимолетная, почти человеческая улыбка мелькнула на лице центуриона.

— Всё равно сюда никто не прилетает, кроме Серой Претории, а мы закрываем на это глаза. Империи нужен порядок, а какими методами Юст его поддерживает — его дело.

Внизу стали видны фонтаны, бьющие в каждом квартале, и небольшие храмы, вырубленные прямо в стенах кратера.

— А вот, собственно, и застава, — центурион указал на край кратера.

Несколько приземистых строений из серого бетона и полупрозрачных куполов были окружены высокой стеной из толстых прутьев. На территории виднелась посадочная площадка с парой пыльных глайдеров, автоматические турели, лениво водящие стволами на возвышениях, и хозяйственные постройки. Все это было укрыто мерцающим силовым полем, которое искажало воздух, как марево над костром.

— Запрашиваю коридор для посадки, отправляю идентификацию.

Центурион быстро пробежал пальцами по панели, и вереница цифровых кодов устремилась вниз.

— Коридор в поле через двенадцать секунд, — отозвался сухой механический голос из динамиков.

Над заставой в мерцающей пелене появилась брешь, и «Стерх», плавно пройдя сквозь нее, мягко опустился на бетон причала. Двигатели издали прощальный вздох и замолкли.

— Наше путешествие, господа, подошло к концу. — В голосе Пентаура впервые послышалась искренняя радость. — Вы доставлены к месту назначения.

— Спасибо, — Маркай отвесил шутливый поклон. — Удачная доставка в рай.

Центурион коротко кивнул.

— Простите мою нескромность, — обратился к нему Квинт, когда они уже стояли у выхода. — А как ваше настоящее имя? Мы ведь так и не узнали.

— Зачем вам это, лейтенант? — Офицер на мгновение замер.

— Просто интересно. Впереди долгая служба, никогда не видел никого из Касты Ра

Центурион на минуту задумался, глядя на закрывающийся шлюз.

— Моё имя — Пентау Ра.

Квинт удивленно вскинул брови. Фамильное окончание не оставляло сомнений.

— То есть вы... из династии?

— Да, лейтенант. Я из правящей семьи, поэтому у меня такое «простое» имя, — грустно улыбнулся Пентаур. — Даже не знаю, почему я вам это сказал. Наверное, атмосфера этой планеты расслабляет. Надеюсь, это останется нашей тайной.

— Конечно. Слово офицера, — отчеканил Квинт.

Возле трапа их встречал невысокий, совершенно седой человек в поношенном кителе старого образца со знаками различия префекта. Его лицо, изрезанное морщинами, светилось какой-то домашней, совсем не военной добротой. Маркай и Квинт мгновенно вытянулись в строгом приветствии.

— Лейтенанты Квинт и Маркай де Ора прибыли в ваше распоряжение! — отчеканил Маркай так громко, что пара местных птиц сорвалась с ограды.

— Ой, да бросьте вы эту уставщину, ребята! — старик замахал руками. — Идемте знакомиться.

Друзья удивленно переглянулись и молча последовали за смешно семенящим префектом.

— Сейчас освоитесь, расселитесь, подкрепитесь, и будем знакомить вас с вашими новыми товарищами.

— Так точно, господин префект!

— Ой, ну опять эти фразы... Хотя, если вам так удобнее — не смею запрещать.

Они прошли через входной шлюз с тяжелыми железными дверями, на которых виднелись следы старой коррозии. На входе их встретили боевые дроиды — угловатые, со следами многочисленных починок.

Маркай толкнул Квинта локтем:

— Посмотри на этот металлолом! Таких моделей ни в одном каталоге нет. Сколько же им лет? Пятьдесят? Сто?

— Оборудование старое, но вполне рабочее, — подтвердил префект, не оборачиваясь.

Он резко остановился, так что Квинт едва не налетел на него. Старик обернулся и заговорщицки улыбнулся:

— И вот что... ничему не удивляйтесь. Мы здесь давно живем по своим правилам, хоть и служим Империи.

— Постараемся, господин префект, — ответил Квинт и едва снова не отдал честь.

— Вот уж лучше не надо, — заметив движение руки, усмехнулся старик. — А то козырять всё время — рука устанет.

Они миновали длинный коридор с тусклым освещением и оказались в круглом зале, от которого лучами расходились другие тоннели.

— Вам, ребятки, вон туда. Там жилые отсеки, выбирайте любые. Застава рассчитана на сто человек, а нас здесь всего семеро... ну, теперь девять.

Друзья снова переглянулись.

— Всего семь? Но как это возможно? По уставу гарнизон такого объекта...

— Ну опять про устав! — раздраженно бросил префект. — Мы здесь несем службу очень давно, и здесь почти ничего не происходит. Скука — наш главный враг.

— Но ведь нас прислали заменить двух «выбывших», — заметил Квинт. — Мы думали... что они погибли в бою.

— Ха! Погибли! — хохотнул префект, и этот смех прозвучал немного жутко в пустом зале. — Ну да, погибли. От солнца, излишков алкоголя и глубокой старости. Ха-ха! Погибли... ну рассмешил! Ладно, идите обустраивайтесь.

В этот момент из коридора жилого модуля донесся звук открываемой двери и громовой хохот. Ему вторили тонкие, мелодичные женские голоса. Послышались тяжелые шаги и звон разбитого стекла.

— А, проклятье! Последняя бутылка была!

Из коридора появилась колоритная троица. Высокий, широкоплечий бородатый детина в расстегнутом кителе шел в обнимку с двумя девушками. И девушки эти были необычными. Стройные, с кожей темно-красного, терракотового цвета, они обладали удивительно красивыми чертами лица. Их длинные волосы были заплетены в сотни косичек с блестящими бусинами. Яркие одежды и обилие украшений заставляли глаза рябить. Образ дополняли длинные заостренные уши с очаровательными кисточками на концах.

Маркай издал какой-то странный звук — у него с плеча соскользнул рюкзак, а челюсть медленно поползла вниз.

— О, пополнение! — проревел детина, заметив новичков. — Сейчас провожу этих волшебных созданий и будем знакомиться!

Он шутливо, двумя пальцами, коснулся виска.

— Милашки, вам пора. — Обняв обеих девушек, он нетвердыми, но уверенными шагами направился к выходу.

— Вот гуляка! — наигранно сокрушался префект, хотя в глазах его прыгали искорки. — Но вообще он хороший служака, просто немного «устал» от службы. Какой, кстати, день сегодня?

— Пятница... — пробормотал Маркай, не в силах отвести взгляд от удаляющихся «кисточек».

— Ну точно! Он по пятницам обычно вот так и устает, — весело подытожил префект.

Вскоре из коридора снова послышались шаги. Гигант вернулся один, вытирая руки о штаны.

— Ну что, молодняк, давайте знакомиться. Меня зовут Скард де Морн. Можно просто Скард.

— Простите, а звание? — официально спросил Квинт.

— Да кому они нужны здесь, эти звания? — весело отмахнулся тот.

— И все же. Лейтенант Квинт и лейтенант Маркай де Ора.

— Дворянчик? — Скард вдруг перестал улыбаться, в его глазах блеснул опасный огонек. — Давно у нас дворянчиков не было. Ну что, «голубая кровь», есть что против простых солдат?

— А вы что-то имеете против моего происхождения? — глядя в упор на гиганта, спросил Маркай. Его голос больше не дрожал.

— Ох, какой злой дворянчик! — Скард подошел вплотную, обдав Маркая густой волной перегара. — Еще и смелый, как я погляжу...

— Не начинай, Скард! — прикрикнул префект.

— Да я познакомиться хотел просто!

Скард развернулся, сделал шаг прочь, но вдруг резко крутанулся на месте. Огромный кулак, похожий на пивную кружку, полетел прямо в челюсть Маркая.

К удивлению Скарда, Маркай даже не моргнул. Сработали годы тренировок: лейтенант неуловимым движением уклонился, сделал шаг в мертвую зону и нанес короткий, профессиональный удар снизу в подбородок. Без замаха, используя всю массу тела.

Скард с видом крайнего удивления грохнулся на пол.

— Отставить драку! — рявкнул префект. — Он капитан, между прочим! Ты ударил старшего по званию!

Поверженный капитан тряхнул головой, поднялся на четвереньки и медленно встал. Его огромные кулаки то сжимались, то разжимались. Он посмотрел в глаза Маркаю, потер челюсть и вдруг... широко оскалился.

— А ты мне нравишься, мелкий наглец! Отличный удар. Я даже протрезвел... к сожалению.

Он сгреб опешившего лейтенанта в охапку, чуть не раздавив ему ребра.

— Всё, забираю его себе. Буду учить жизни!

Префект вздохнул и махнул рукой:

— Учи, балбес великовозрастный. Похоже, вы друг друга стоите.

— Так, мелочь, пошли селиться! — Скард потащил Маркая в жилой блок. — А удар у тебя знатный, до сих пор звезды перед глазами.

— Ну что же, Квинт, — префект повернулся к оставшемуся лейтенанту. — Похоже, ты пока без наставника, но это поправимо. Скоро познакомишься с остальными.

— А остальные... тоже такие же «веселые»?

— По-разному, — прищурился старик. — Ты, я вижу, парень серьезный. Не то что твой друг. Я подумаю, к кому тебя приставить. А пока иди отдыхай.

Квинт подхватил рюкзак и двинулся вслед за Скардом, из коридора уже доносились громкие голоса и смех.

— Эй, Скард! А тут все девушки такие... красивые? — донесся голос Маркая.

— Да, малой, этот мир — просто рай! Тут такие красотки, а вино — закачаешься!

— Не называй меня малой! А то что — ударишь опять?

— Я второй раз не пропущу!

— Уверен?

— Конечно! Наливай! Эй, Квинт, ты где? Иди скорее, я тебе тоже налил!

Глава 5. А не такой уж и рай

Изрядно набравшись вина, все расползлись по своим отсекам. «Рай» баюкал новичков теплом и ощущением безопасности, но сон длился недолго.

Сирена истошно заорала под самое утро, вгрызаясь в мозг почище любого похмелья. Квинт с трудом разлепил веки, несколько секунд не понимая, где находится. Стены дрожали от глухих ударов снаружи. Несмотря на жуткую тошноту, он вскочил и бросился в коридор. Мимо, не замечая его, пронеслись Скард и Маркай — оба были босыми, но с оружием в руках.

Квинт замешкался, и в ту же секунду чья-то костлявая ладонь стальной хваткой вцепилась ему в шиворот.

— Новичок! — прошипел резкий голос над ухом. — За мной, быстро, если не хочешь стать кормом!

— Что случилось?! — вскрикнул Квинт, едва поспевая за незнакомцем, который тащил его по коридору с неестественной силой.

— Граки, — коротко бросил тот. — Я Вал. Делай, что скажу, или сдохнешь.

Они влетели в круглое помещение огневого поста. Тяжелые бронедвери скрежетали, раздвигаясь в стороны и открывая широкую бойницу. В лицо ударил холодный предрассветный воздух. В центре на самодельном лафете стояло нечто чудовищное — гибрид тяжелого пулемета и автоматической пушки.

— Тащи магазины! Вон там, на стеллажах! — Вал прыгнул в кресло стрелка, на ходу натягивая шлем с прицельным сканером.

Квинт бросился к ящикам. Схватив сразу два, он едва не рухнул — они были неподъемными.

— По одному, дурак! Надорвешься! — крикнул Вал. Лязгнул затвор. — Будь готов менять, когда я выжгу ленту. И подтаскивай еще!

— Кто такие граки?!

— Сейчас увидишь, пацан. Не обделайся только.

В этот миг в бойницу со свистом влетел длинный черный шип. Он вонзился в дальнюю стену, насквозь пробив один из ящиков с боеприпасами. От шипа повалил едкий белый дым, а металл вокруг начал плавиться, как воск.

— Ох, как их много сегодня!

Пулемет Вала захлебнулся яростным лаем. Каждый пятый заряд был трассирующим, и в серое небо потянулись кроваво-красные нити. Квинт прильнул к краю бойницы и похолодел. В небе кружили сотни тварей. Двухметровые существа с кожистыми крыльями и частоколом черных шипов, идущим от затылка до поясницы. Они напоминали крылатых дикарей в грязных лохмотьях. Грак на лету выдергивал шип из собственной спины и с силой метал его в сторону заставы.

Их было слишком много. Пулемет Вала поливал небо свинцовым ливнем, разрывая существ на куски, но на место каждого упавшего тут же прилетало двое новых.

— Берегись шипов! — заорал Вал, не прекращая огонь. — Там не только кислота, там яд! Сразу сдохнешь! Магазин! Живо!

Квинт, обливаясь потом, вырвал пустой короб и впечатал на его место новый. Ствол пулемета наливался бордовым свечением.

— Ствол перегрет! Хватай ручной пулемет, прикрывай, пока я меняю!

Квинт сорвал со стены запасной ствол и открыл огонь по тварям, которые уже пытались вцепиться в края бойницы. Вал здоровенными клещами выдернул раскаленный металл, и на его место с шипением встал свежий ствол.

На город в кратере падал жуткий дождь из крови и кусков разорванных тел. Квинт едва успевал менять магазины на своем ручном оружии.

— Меняю ствол! — Вал снова схватился за клещи, и в этот момент двое нападавших буквально влетели внутрь помещения.

Одного Квинт срезал короткой очередью, но пулемет в его руках лязгнул — патроны кончились. Вторая тварь приземлилась прямо перед Валом, который стоял спиной к бойнице. Оскаленная морда грака издала торжествующий рев. В трехпалой лапе был зажат шип, занесенный для удара.

Квинт не думал. Длинный прыжок — и его короткий меч по самую рукоять вошел в затылок врага. На Квинта хлынула вязкая, горячая кровь. Тело грака дернулось и безвольно повисло на бойнице.

Вал резко обернулся, его янтарные глаза сверкнули.

— Молодец, пацан. Спасибо.

Пулемет снова ожил. Когда третий ствол начал плавиться, Квинт закричал:

— Всё! Больше нет магазинов!

— Под стеллажом! Огнемет! — проорал Вал.

Квинт отшвырнул пустые ящики и схватил тяжелый баллон. Последняя волна граков неслась на заставу, закрывая собой небо. Квинт выждал, когда они будут в десяти метрах, и нажал на спуск. Ревущая стена огня накрыла нападавших. Пронзительные крики и запах паленой плоти заполнили огневой пост. Два горящих тела влетели внутрь, катаясь по полу, но Вал встретил их своим длинным кривым ножом, беспощадно прекращая их муки.

Внезапно наступила тишина. Лишь далекие хлопки турелей догоняли улетающих остатков роя.

Квинт и Вал стояли посреди хаоса, залитые черной кровью. Звякнул нож, выпавший из ослабевших пальцев Вала.

— Отработали на славу... — тяжело дыша, прохрипел он. — Лет десять такого не было. Копили силы, твари.

Квинт попытался разжать пальцы на рукояти огнемета, но рука его не слушалась. Вал подошел и силой разжал его кулак.

— А ты ловко его мечом... Еще секунда — и мне хана. Спасибо, пацан.

— Я не пацан... — Квинт сполз по стенке на пол. — Я лейтенант Квинт.

— И всё? Офицер и не дворянин?

— Закон Дублона. Я из простых.

— Понимаю... — Вал протянул ему руку. — Ну, это роли не играет. Все равно молодец. Штаны не обделал?

— Некогда было.

Вал усмехнулся:

— Я Вал Атум Галло. Будем знакомы.

— Атум? — Квинт замер, не донеся руку. — Каста Атум? Мистики-падальщики?

— Да. Не пялься, не в зоопарке.

— Прости, я просто...

— Да знаю я, — Вал устало улыбнулся. — Никто не видел живого Атума и не выжил. Можешь любоваться.

Они оба обессиленно рассмеялись.

— Что это за твари? — Квинт кивнул на гору трупов.

— Граки. Вторая раса этого мира. Тупиковая ветвь, недоразвитые, но дико агрессивные. Если бы не мы, города в кратере уже не было бы.

— Значит, мы молодцы? — Квинт слабо ударил себя в грудь.

— Мы просто монстры, лейтенант.

В проеме показалась закопченная физиономия Маркая.

— Вы живые?!

— Вроде да. А у вас как?

— Скарда зацепило в рукопашной, но он уже матерится, значит жить будет. Удачно мы в этот мир заглянули, дружище. Не соскучишься.

В коммуникаторе на стене ожил тонкий женский голос:

— Эй, воины! Вы там как?

— Привет, Зигма, — Вал подошел к панели. — Твоя пушка отработала на двести баллов.

— Рада слышать. Дадите потом отчет для модернизации. У нас, кстати, новенькие?

— Да, двое.

— Я вне себя от счастья, — иронично отозвалась Зигма.

В коридоре послышались шаги — прибежал префект Юст, сам в копоти и грязи.

— Так, что тут у нас? Ох, добрались-таки сволочи... — Он оглядел тела внутри поста. — Вал, Квинт, вы молодцы.

Префект одобрительно хлопнул Квинта по плечу. Волна острой боли прошила тело лейтенанта. Он пошатнулся, глядя на свое плечо: там зияла рваная рана от шипа, края которой стремительно чернели.

— Вал! Тащи его к Доку быстро! Похоже, яд попал! — крикнул Юст.

Вал, не тратя слов, взвалил Квинта на плечо и бегом бросился вниз, в медотсек. Квинт чувствовал, как мир начинает расплываться. Его бросили на холодный железный стол.

— Док, раненый! Яд грака! Быстрее!

Из соседней комнаты вышел человек в белом халате. Совершенно лысый, с металлическими имплантами на черепе. Его пальцы ниже середины переходили в тонкие, изящные манипуляторы, шевелящиеся словно щупальца.

— Доктор Синтакс к вашим услугам, — голос врача был лишен эмоций. — Будет больно, лейтенант, но по-другому никак.

Синтакс подкатил аппарат с иглами и манипуляторами.

— Вал, держи его. Анестезия не успеет, надо резать сейчас, иначе через две минуты сердце встанет.

Вал прижал Квинта к столу, вставив ему в рот рукоять своего кривого ножа.

— Зажимай и ори, если хочешь.

Доктор быстрыми движениями срезал одежду.

— Поехали... — пробормотал он.

Манипуляторы-щупальца заработали с бешеной скоростью, срезая чернеющую плоть прямо до кости. Квинт закричал, вгрызаясь в нож. Брызги крови летели на прозрачный щиток врача.

— Еще немного, воин... Вал вовремя тебя притащил... Хорошо...

Мир начал тонуть в серой мгле. Последнее, что увидел Квинт — как странный доктор снимает окровавленный щиток и бросает его на пол.

Пробуждение было вязким. Квинт открыл глаза в мягком приглушенном свете. Над его раненой рукой натужно гудел какой-то сложный аппарат.

— Проснулся, герой? — Синтакс подошел к нему. — Как ты выжил с такой дозой яда в крови — даже я не понимаю.

— Что с рукой? — вяло спросил Квинт.

— Жить будешь. Часть плоти пришлось заменить искусственными мышцами, Зигма постаралась. Сейчас наращиваем структуру.

Возле головы Квинта послышался скрежет. Маленький металлический паук вылез из-под стола, выпустил камеру и уставился на него.

— Живой? Герой... — послышался голос Зигмы из динамика паука. — Как ощущения?

— Ничего не чувствую.

— Это хорошо. Я на тебе новую технологию испробую, ты же не против?

— А у меня есть выбор?

— Нет, конечно. И это чудно! — весело ответила Зигма. — Лечись, я пошла.

Паук спрыгнул и скрылся.

— Не волнуйся, лейтенант. Зигма Амон Морнэ — очень умная девочка, — сказал Синтакс.

— Она... из Касты Амон? — Квинт удивленно посмотрел на доктора. — Как вы все здесь уживаетесь? На одной заставе собраны все враждующие касты...

— Уживаемся. Спасибо префекту, — Синтакс коснулся пальцами-щупальцами шеи Квинта. — Отдыхай, герой.

И Квинт снова провалился в сон

Глава 6. Неожиданные знакомства

С каждым пробуждением Квинт чувствовал, как жизнь возвращается в тело. Доктор Синтакс, ворча под нос медицинские термины, обильно кормил его, накладывал тугие повязки и категорически запрещал вставать.

— Как там рука, док? — раз за разом спрашивал Квинт, пытаясь пошевелить пальцами.

Вместо ответа Синтакс лишь хмуро качал головой, вкалывая очередную дозу снотворного.

В один из дней Квинт открыл глаза и с трудом навел резкость. Рядом, склонившись над кроватью, стояла девушка. Её лицо, довольно миловидное, имело странный, почти серый оттенок, а светлые волосы были небрежно стянуты на макушке в «хвост». Тонкие пальчики осторожно касались раненой руки. Она что-то шептала себе под нос, едва заметно улыбаясь. Почувствовав на себе взгляд, девушка подняла глаза — глубокого, почти неестественного изумрудного цвета — и помахала Квинту крошечной ладонью.

— Приветики! Как делишки?

Квинт невольно улыбнулся пересохшими губами:

— Ты — Зигма? Это ты спасла мне руку?

— Я спасла, — девушка гордо кивнула. — Экспериментик сработал!

— Спасибо тебе.

— Да не за что! А ты милашка, — она наклонила голову, бесцеремонно рассматривая его.

Зигма была совсем крохотной, одетой в яркие многослойные тряпки явно местного пошива, пахнущие сухими травами и машинным маслом.

— Ты потерпи чуток, я закончу осмотр, хорошо, герой?

— Квинт. Меня зовут лейтенант Квинт.

— Ну, кто я — ты уже догадался, — она снова склонилась над рукой.

— Зигма, а что ты сделала... чтобы меня вылечить?

— Ой, сущие пустяки! — весело отозвалась она. — Тебе просто подселили живые ткани караха.

Квинт замер.

— Это еще кто такой?

— О, это местный хищник, довольно страшненький. Здесь он второй после граков по ядовитости и опасности. Красавчик, правда?

— Ты вживила в меня часть местного монстра?! — Квинт попытался сесть, но слабость придавила его обратно.

— Ага! — радостно подтвердила девушка. — Здорово я придумала?

— Я просто захлебываюсь от восторга, милая... — зло бросил Квинт.

— Ой, не захлебнись! И не называй меня «милая», не нравится мне это.

Девушка выпрямилась и достала из складок одежды потемневший пузырек. Когда она откупорила пробку, над горлышком поднялось маленькое желтое облако. Зигма жадно вдохнула его и тут же закрыла флакон.

— Тебе, герой, пока не предлагаю, но вещь забористая... Ух, проняло!

Квинт смотрел на неё во все глаза.

— Это не наркотик, — отрезала она, заметив его взгляд.

— Да я и не думал...

— Подумал-подумал, я же вижу. Это сильный стимулятор. Мне нужно восстановить орудийные системы до второй волны, а она уже на подходе.

— Опять прилетят? — Квинт почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Конечно прилетят! — почти весело ответила Зигма. — То была лишь разведка боем. Но я кое-что придумала. Отбьемся! Так, вставай, герой, только плавно.

— Ты что удумала?! — воскликнул подошедший Синтакс. — Он еще слаб!

— Пусть разгоняет организм, — не оборачиваясь, бросила Зигма, — иначе начнется отторжение.

Квинт медленно сел. Впервые он увидел руку без бинтов. Там, где врач вырезал пораженную ядом плоть, теперь красовалась новая кожа — чернильно-черного цвета, с едва заметным матовым блеском. Пальцы слушались идеально, а «заплатка» обладала странной, обостренной чувствительностью.

— Ну давай, Квинтик, ножками, ножками!

— «Квинтик» — это смешно, — проворчал он, осторожно вставая на пол.

Голова кружилась, словно он выпил литр дешевого пойла, но ноги держали. Квинт согнул руку в локте — механика и биология работали как единое целое.

— Пошли за мной, герой! — Зигма махнула рукой и выскочила из медотсека. — Догоняй!

Спустившись на уровень ниже, Квинт оказался в просторном зале, заставленном диковинным оборудованием, проводами и медными трубками. Но самым странным было обилие зелени: в каждом свободном углу стояли горшки с причудливыми растениями.

— Это мое царство, — провозгласила девушка. — Проходи. Присаживайся, ручку вот сюда...

Квинт послушно сел.

— Ты пойми, герой, избавиться от яда грака тяжело. Я ввела тебе токсин караха и подсадить его клетки. Один яд нейтрализовал другой. Ну, а потом док выводил тебя из общего отравления.

Зигма поставила перед ним маленькую медную рюмочку.

— А если бы я умер?

— Так ты бы и так умер, глупенький! — весело отмахнулась она, наливая в рюмку прозрачную жидкость из фляги. — Пей. Надо разогнать кровь.

— Опять яд?

— Да нет, это алкоголь. Обычный спирт.

Квинт одним махом опрокинул рюмку.

— Ай, только осторожненько... — Зигма запоздало закрыла лицо ладошками.

Внутри у Квинта взорвалась плазменная граната. Огненная волна ударила в затылок, из глаз брызнули слезы, а пальцы свело судорогой.

— Это... что... за смесь? — прохрипел он, когда к нему вернулась способность дышать.

— Моя настойка из местного корня. Природный антисептик. Ой, забыла сказать... у неё крепость около четырехсот градусов по старой шкале. Ты там живой?

— Не делай так больше... изверг ты мелкий, — прошептал Квинт.

— За «мелкого» я запомню! А теперь вставай и ходи. Сейчас у тебя кровоток как водопад. Идём, покажу кое-что.Квинт, пошатываясь, брел за ней вглубь лаборатории. Тепло настойки разливалось по жилам, сознание стало пугающе ясным.

— А ты симпатичная, — вдруг выдал он, глупо улыбнувшись.

Зигма резко обернулась, прищурив изумрудные глаза.

— Ты что, герой, решил за мной приударить? Обидеть меня хочешь?

— Ой, прости... я не это имел в виду.

— Так-так, а вот сейчас второй раз обидно было!

— Я просто хотел сделать комплимент спасительнице!

Зигма, сморщив носик, посмотрела на него снизу вверх:

— Я тебе нравлюсь? Отвечать быстро!

— Да! Но без пошлостей всяких— выпалил Квинт.

Девушка развернулась и показала три пальца:

— И третий раз обидно было!

— Фу-у, я сам запутался... — он провел рукой по лицу, чувствуя, как горит черная кожа на плече.

Они подошли к большой клетке в тени стеллажей. Внутри сидело существо, похожее на гиену, но в три раза крупнее. Длинные желтые клыки выступали из пасти, на загривке топорщились черные костяные шипы, а мощные передние лапы нервно скребли металл пола.

— Это карах. Из его клеток я синтезировала ткани для тебя.

Квинт подошел ближе.

— Осторожно! Он может плюнуть ядом или перекусить руку, не подходи!

Но Квинт не слышал. Он смотрел в глаза жуткой твари — желтые, с вертикальным зрачком. Зверь не отводил взгляда, шумно втягивая ноздрями воздух.

— Эй, лейтенант, ты чего застыл? Посмотрели — и пошли дальше! — тревожно позвала Зигма.

Квинт медленно опустился на пол прямо перед клеткой. Карах пристально наблюдал за человеком, шипы на его загривке тихо вибрировали, издавая сухой шелест. Зверь просунул морду сквозь широкие прутья.

— Ну хватит, Квинт! — уже серьезно сказала девушка. — Это опасно!

В следующее мгновение Зигма икнула и побледнела. Квинт протянул руку и уверенно погладил жуткую, покрытую жесткой шерстью морду хищника. Карах замер, а затем, утробно рыкнув, лизнул его пальцы длинным раздвоенным языком.

— Спасибо, — тихо сказал Квинт зверю. — Я твой должник.

Монстр наклонил голову, издал звук, похожий на ворчание, и снова лизнул гладящую его ладонь.

— Увидимся, друг. Я приду еще.

Квинт медленно встал. Карах проводил его взглядом и убрал морду в тень клетки.

— Ты псих, лейтенант, — шепнула Зигма, уводя его под руку. — Это самый опасный хищник этого мира...

— Похоже, не для меня, — спокойно ответил он. — Можно я буду приходить к нему?

— Я вообще хотела его усыпить... Но пусть пока живет. Его, кстати, Ордо поймал по моей просьбе.

— Кто это?

— Он с Титом сейчас на аванпосту, на другой стороне кратера. Лучший охотник заставы. Скоро познакомитесь.

Квинт обернулся у выхода — карах всё еще смотрел ему вслед.

— Ну ты даешь, лейтенант... Я реально испугалась.

— Даже испуганная ты выглядишь чудесно.

Зигма снова смешно наморщила носик:

— Комплимент засчитан. Мне правда приятно. Но думаю, дальше легкого флирта заходить не стоит, Квинт.

Он посмотрел на маленькую спутницу сверху вниз.

— Будет как будет, моя очаровательная спасительница.

Зигма улыбнулась.

— Идем, я тебе еще налью, кавалер ты мой внезапный. Только теперь выберем что-нибудь не такое убойное.

Вечером в каюту заглянул префект Юст.

— Как ты, лейтенант?

— Спасибо, господин префект. Выздоравливаю.

— Это отлично, — Юст потер руки. — Ты должен быть в строю через пару дней. Готовимся ко второй волне. Зигма переделывает турели, мясорубка будет похлеще прошлой.

— А мы справимся?

— Князь пришлет из города отряд лучников в помощь.

— Лучников? — недоверчиво переспросил Квинт.

— Именно лучников. Элитные снайперы. А луки для них Зигма подготовила... особенные. Набирайся сил. И вот еще что, лейтенант... Я не против отношений внутри заставы, но если обидишь девочку — я лично скормлю тебя гракам.

Квинт хотел было рассмеяться, но, встретив ледяной взгляд префекта, тут же осекся.

— И в мыслях не было.

— Не ври, было. Я вижу, как она с улыбкой орудия чинит. С чего бы это, а?

Юст не стал слушать оправданий и вышел, оставив за собой запах тяжелого табака.

С того дня Квинт завел ритуал. Утром и вечером он приходил к клетке караха, принося угощения с кухни. Он просто сидел напротив, смотрел в желтые глаза зверя и иногда поглаживал его морду. Он всегда здоровался и прощался, на что хищник отвечал тихим ворчанием.

Держа слово перед префектом, Квинт не позволял себе лишнего с Зигмой, хотя порой заставлял её краснеть от изысканных комплиментов. Маленькая спасительница смущалась, но было видно, что это внимание — самое светлое, что случалось с ней на этой пыльной заставе.

Дни шли. Граки не нападали. Застава застыла в зловещем ожидании.

И вот однажды карах встретил Квинта не ворчанием, а яростным, злобным рыком.

— Ты чего, друг? — спросил Квинт, подходя ближе.

Карах лизнул его руку, поднял морду к потолку и завыл — долго, тоскливо, по-звериному страшно.

— Ты их чуешь... — прошептал Квинт. — Спасибо, брат.

Он бросился к огневому посту. Грохнули стальные заслонки. На ещё ночном горизонте, застилая красное небо, в сторону заставы медленно двигалась сплошная черная армада. Вторая волна началась.

Глава 7. Побоище

Квинт с силой впечатал кулак в кнопку тревоги. Застава мгновенно содрогнулась от пронзительного, режущего уши воя сирены. Через минуту на пост вбежал Вал. Мгновенно оценив ситуацию на мониторах, он хлопнул Квинта по плечу:

— Пошли, лейтенант. Есть немного времени подготовиться.

Они спустились в арсенал. Проходя мимо «царства» Зигмы, Квинт услышал протяжный, дикий вой караха.

— Чего она его не усыпит? — возмущался Вал, проверяя затвор на ходу. — Опасное существо!

— Не надо его трогать, — ответил Квинт чуть громче обычного. — Он мне нужен.

Вал изумленно посмотрел на него.

— Лейтенант, ты меня не перестаешь удивлять. Зачем тебе этот монстр?

— Он друг, — коротко бросил Квинт.

Вал только покачал головой:

— Хотя чему я удивляюсь, собственно... — пробормотал он тихо, шагая дальше.

На третьем подземном уровне раскинулся обширный арсенал. Скард и Маркай уже грузили на транспортеры тяжелые ящики с боеприпасами. Вал остановил Квинта и внимательно посмотрел на него.

— Это ты что делаешь? — спросил лейтенант.

— Подбирать доспех будем, — отозвался Вал.

— Ты имеешь в виду броню?

— Нет, не броню. А доспех. Идем.

Они прошли вглубь арсенала к небольшой, незаметной двери. За ней открылось помещение, где на манекенах хранились артефакты, которые Квинт видел только в древних книгах.

— Этот подойдет, — Вал указал на доспех темно-синего, почти черного цвета.

У Квинта перехватило дыхание. Полный доспех имперского гвардейца времен становления Империи. Он осторожно прикоснулся к бронепластинам.

— Это не металл?

— Нет. Это чешуя ящеров с планеты Клум, — Вал на миг задумался, — её, кстати, очень давно не существует.

Дрожащими руками Квинт надел на себя древние пластины. Размер пришелся как раз впору, будто доспех ждал именно его.

— Он такой легкий... — невольно спросил Квинт, — а он выдержит хотя бы удар шипа?

— Не учат вас истории, — бросил Вал. — Я в таком сражался и ни одной царапины. Он выдержит прямое попадание плазменной пушки. И вот еще...

Вал протянул портупею, на которой висели два коротких меча.

— Ты здорово с мечом управляешься, пригодится.

Квинт смотрел на два клинка, отливающих странным красноватым свечением. Энергетические мечи «Кадеш». Сколько же им лет? И откуда всё это богатство?

— Не рассуждай, парень. С клинками осторожно — внутри лезвий антиматерия, не существует материала, который они не разрубили бы. Готов?

Квинт кивнул, надевая глухой шлем. В ту же секунду по внутренним экранам побежали символы на древнем языке Империи — доспехи подстраивались под нового хозяина.

Поднявшись на грузовом лифте вместе с платформами боеприпасов, они вернулись на пост. Там их уже ждали пятеро высоких воинов, сосредоточенно рассматривающих огромные луки.

— Вот это одеваете на предплечье, — объясняла Зигма, — этот прибор усилит мускулатуру. Вот это — прицел.

Она смешно встала на ящик с патронами и водрузила на голову воина обруч с экраном.

— Стрелы из титана, наконечники из вольфрама, внутри взрывчатка... и зачем я всё это рассказываю?

Воин осторожно взял девушку за талию и снял с ящика, ставя на пол. Положив на тетиву стрелу, он натянул лук до предела, целясь через экран, потом посмотрел на Зигму и коротко поклонился. Девушка махнула рукой:

— Ну, вроде понял всё. Остальным расскажи.

— Так, теперь вы, герои мои, — Зигма очаровательно улыбнулась Квинту и Валу, стягивая чехол с основного орудия. — Новая версия пушки! Теперь ствол менять не надо, я поставила систему охлаждения и увеличила скорострельность. Магазины теперь с лентами, они в два раза больше. На магнитной подушке — не надорветесь. Под пушкой два плазменных гранатомета. О, и вот еще...

Она стянула второй чехол:

— Генератор микронной сети.

— Это как? — спросил Вал.

— Пушка «печатает» сеть в тысячную долю микрона толщиной и стреляет ей. При выстреле сеть разворачивается и на скорости в половину скорости света превратит в мозаику всё на своём пути.

Зигма нежно погладила ствол:

— Вчера придумала.

Издалека послышался низкий, грозный рев.

— Начинается, — сказал Вал. — По местам!

Квинт осторожно отвел Зигму к выходу.

— Иди в свою лабораторию и будь на связи.

Девушка на секунду крепко обняла его.

— Только выживите, пожалуйста, — как-то по-детски сказала она. — И вот еще...

Она сунула в руку Квинту маленький флакон:

— Раздавить и вдохнуть. Это стимулятор.

Зигма выскочила с поста, и тяжелая дверь закрылась.

— Все готовы? — послышался в динамиках голос префекта Юста.

— Так точно! — хором ответил гарнизон.

— Приказ — отбиться и выжить. А то я разозлюсь!

Вал улыбнулся:

— Старик волнуется.

Граки разделились на три группы и пошли на штурм. Первая волна неслась на посты сплошной черной стеной, застилая небо. Первыми открыли огонь воины. Спокойно и размеренно они посылали стрелы в летящих противников. Их было так много, что стрелы пробивали по несколько тел навылет, и трупы граков дождем сыпались в пропасть. Заговорило орудие на другой стороне кратера, выкашивая целые ряды.

— Пора! — крикнул Вал, нажимая на гашетку.

Орудие издало жуткий вой, посылая вперед стену снарядов. Разорванные тела летели вниз, но это, казалось, совершенно не смущало орду.

— Магазин! — крикнул Вал.

Квинт быстро заменил пустой ящик. Несмотря на потери, граки смогли приблизиться очень близко к посту. Упал один из воинов, заливая пол кровью — черный шип торчал прямо из груди. Квинт направил сопло пушки с сетью и нажал на спуск. Блеснувшая на солнце сеть вырезала огромную брешь в рядах наступающих. Но на месте погибших тут же появились новые граки. Казалось, им нет конца.

Медленно нападавшие приближались к самой бойнице. Упал мертвым второй воин. Вал бросил взгляд на павших продолжая вести огонь. Шипы со звоном отскакивали от доспехов Вала и Квинта. Снаряды рвали волны наступающих, и на миг показалось, что их стало меньше, как вдруг первый грак на бешеной скорости влетел в бойницу, пробитый стрелой, но еще живой. Клацнул затвор — магазин был пуст. С десяток граков, рыча и мешая друг другу, полезли внутрь поста. Квинт успел сменить магазин за долю секунды до того, как враги прорвались.

Вал с криком сметал нападавших стеной огня. И всё же они прорвались. Когда их ряды стали редеть и казалось — ещё чуть-чуть, десяток тел ввалились на пост. Квинт выхватил мечи. Создавая перед собой полупрозрачный щит из крутящихся раскаленных клинков, он бросился вперед. Мечи почти не встречали сопротивления, кромсая тела врагов.

Опять клацнул затвор. Но поменять магазин было некому — последний воин упал под массой орущих тел. Вал и Квинт спина к спине отступали к двери, рубя на куски нападавших. Граки вытеснили их из зала. Теперь бой шел уже в коридорах заставы. Враги продолжали лезть через бойницу без остановки.

Квинт, разрубив очередного грака, крикнув:

— Бежим!

Они успели заскочить за дверь, ведущую внутрь заставы, и с трудом закрыли её.

— Вал, продержись пару минут! Есть идея!

Подперев содрогающуюся под ударами дверь спиной, Вал кивнул:

— Давай, пацан! Я задержу!

Квинт бросился в лабораторию Зигмы. Девушка открыла тяжелую дверь с ужасом в глазах.

— Не спрашивай! — крикнул Квинт и бросился к клетке с карахом. За ним тянулся кровавый след — кровь обильно стекала с доспехов. Подбежав к клетке, он одним ударом срубил замок и распахнул клетку.

Зверь высунул морду, втягивая пахнущий кровью воздух, и вышел наружу. Его голова была вровень с грудью Квинта, когти на лапах оставляли глубокие царапины на железном полу, чёрные шипы угрожающе зашелестели. Длинный хвост, увенчанный костяным наростом-булавой, постукивал по полу.

Квинт подошел вплотную и, глядя в желтые глаза монстра, погладил его морду. Карах обнюхал Квинта и, почуяв кровь врагов, яростно зарычал.

— Помоги, друг, — сказал Квинт. — Прошу.

Он развернулся и побежал обратно. Возле самой двери Квинт почувствовал, как его что-то обвило за пояс и подняло в воздух. Карах стоял сзади, держа Квинта в петле хвоста. Зигма с ужасом наблюдала за происходящим. Зверь осторожно поставил Квинта на пол и отодвинул его хвостом от двери, будто освобождая себе путь. Костяная булава легонько стукнула по шлему — словно дружеский жест. Прыжок — и монстр скрылся в проходе.

Квинт бросился за ним. В тот момент, когда дверь внутрь заставы рухнула, а Вал был отброшен сильным ударом, в коридоре появился карах. То, что произошло дальше, Квинт и Вал запомнили на всю жизнь. Зверь превратился в ураган ярости, разрывая граков на куски. Мощные удары лап не щадили никого, удары хвоста рассекали тела врагов пополам, заливая стены черной кровью.

Граки дрогнули. Шаг за шагом, пятясь от караха, они отступали к бойнице, но уйти не удалось никому. Карах утробно зарычал, добив последнего врага, и... принялся за еду, довольно урча.

Квинт и Вал осторожно прошли мимо пировавшего монстра и бросились к орудию. Зарядив магазин, Вал с опаской посмотрел на хищника и нажал на гашетку. Казалось, вой пушки совершенно не смущает караха.

Граки отступали под ливнем снарядов. Их осталось совсем мало. Остатки орды, тяжело взмахивая крыльями, улетали прочь от заставы.

Перебираясь через груды тел, Квинт и Вал вышли в коридор заставы. Оба тяжело опустились на пол, прижимаясь спинами к стене.

— Кажется, справились, лейтенант... — проговорил Вал, снимая шлем.

— Сколько же их было? — спросил Квинт.

— Похоже, все, — натужно засмеялся Вал.

В этот момент в коридоре показалась морда караха. Он подошел к сидящим людям и бесцеремонно отодвинул Вала хвостом. Лизнув в лицо Квинта своим раздвоенным языком, он сладко рыгнул и улегся рядом с Квинтом.

Послышались торопливые шаги, и в коридоре появился префект Юст. Он резко остановился, будто налетел на стену, увидев лежащего монстра. Вал поднял руку:

— Не стреляй.

— Как такое возможно? — прошептал префект.

— Знаешь, командир, я вот сейчас вообще ничего не понимаю, но это милое создание только что спасло заставу. Идем, пожалуй, — Вал с трудом поднялся. — Пусть отдохнут.

Они осторожно удалились. Квинт сидел на полу, закрыв глаза и слегка погружаясь в дрему, а на его коленях покоилась голова спящего сытого караха.

Глава 8. Зов Башни

Карах оказался на редкость сообразительным существом. Он, казалось, понимал каждое слово Квинта, внимательно вглядываясь в глаза своими янтарными зрачками. Обследовав всю заставу и мимоходом перекусив пополам пару дроидов-уборщиков, зверь обустроился в каюте Квинта. Тот притащил туда огромный матрас, на котором монстр уютно сворачивался клубочком .

Питание в столовой станции его тоже вполне устраивало: пищевые принтеры теперь то и дело натужно гудели, печатая огромные куски синтезированного мяса. Но у Караха была странная привычка — он начинал есть только тогда, когда Квинт сам отрезал кусочек от его порции и начинал жевать. Однако больше всего зверю нравились яблоки. Стоило ему увидеть плод или просто почувствовать сладковатый аромат, как шипы на его загривке начинали мелко шелестеть, а длинный язык активно облизывал клыки. Поэтому теперь Квинт всё время таскал в карманах мундира пару яблок.

По утрам зверь обязательно совершал обход территории заставы, грозно порыкивая на сервисных дроидов, которые теперь обходили его по десятой дуге.

— У нас появился очень ответственный охранник, — шутил префект Юст, глядя, как массивная туша скрывается в очередном коридоре. — Ты бы ему имя дал, что ли, лейтенант. А то как-то неправильно — боевой товарищ и без имени.

Квинт призадумался.

— Ну и как мне тебя называть? — спросил он у сидящего рядом зверя, поглощающего очередную порцию мяса.

Тот проглотил последний кусок, облизнулся и выдал утробное:

— Ррррах...

— Отличное имя, — заметил подошедший Вал. — Коротко, звучно и ему подходит.

— Будешь Рах, — Квинт погладил зверя по жёсткой шерсти затылка.

— Рррах! — еще раз произнес зверь и… засмеялся.

Точнее, звуки, исходившие из его пасти, больше походили на хрип умирающего вперемешку со скрежетом металла, но морда была явно довольной.

— Рах, рах! — рычал он, выходя из столовой на обход.

— О боги... — тихо произнес Вал, провожая его взглядом. — Похоже, ему понравилось.

Из коридора еще долго доносился жуткий, вибрирующий смех Раха.

Застава постепенно приходила в себя. Дроиды до блеска драили залы, смывая следы недавнего побоища. Зигма безвылазно возилась в мастерской, воплощая очередную гениальную идею. От князя города на заставу прибыл целый обоз со свежими продуктами, так что про синтезаторы все на время забыли.

В один из дней из аванпоста вернулись Ордо и Тит. Зайдя в столовую, они вросли в пол, увидев Раха, развалившегося рядом с Квинтом.

— Несвятые небеса! — вырвалось у одного из них.

Больше он ничего сказать не успел. Рах тенью метнулся к нему, сбив с ног мощным ударом лап в нагрудник. Ордо — а это был он — с грохотом рухнул на плиты пола.

— Нет! Назад! — крикнул Квинт.

Страшные клыки замерли в сантиметре от горла центуриона. На острие зубов блеснули янтарные капли яда.

— Рах, не трогай!

Зверь замер, но добычу не отпускал, продолжая давить массой. Квинт подошел и положил руку на загривок монстра:

— Не надо, друг. Он тебе не враг.

Зверь с утробным рычанием медленно отступил, но напоследок всё же чувствительно стукнул хвостом поверженного соперника по ногам.

— Это что за дичь вообще? — прохрипел ошеломленный Ордо, поднимаясь.

— Ты, наверно, тот самый охотник, который его поймал? — спросил Квинт, протягивая руку.

Ордо Сет Гарр кивнул, отряхивая пыль с брони.

— А я Тит Ра Раух, — представился второй, пожимая руку Квинта и хлопая его по плечу. — Наслышаны о твоих подвигах, лейтенант. Но чтобы эта зверюга так свободно разгуливала... по-моему, это перебор.

— Его зовут Рах.

— Уже и имя придумали... — Ордо потер шею, где еще ощущалось дыхание хищника. — Ты, парень, имей в виду: он еще совсем молодой. Он будет расти.

— Он спас заставу. Без него мы бы все здесь полегли, — отрезал Квинт. — Давайте лучше выпьем за встречу.

— Отличная идея! — хором ответили оба.

Квинт заметил, что и Тит, и Ордо были одеты в странную броню — тяжелую, с гравировками. Чем-то очень древним и величественным веяло от этих металлов. Усевшись за стол, Квинт разлил по рюмкам настойку Зигмы.

— О, я вижу, ты с девахой подружился, раз она тебя своим «зельем» снабжает, — подмигнул Тит. — Это правильно, она отличная девчонка.

Выпив за встречу и утерев выступившие от крепости напитка слезы, все немного расслабились. Только Ордо нет-нет да поглядывал на Раха.

— Как тебе удалось его приручить? — спросил Тит. — Это же самый коварный зверь в этих широтах.

Квинт коротко рассказал историю о ранении и о том, что ему пересадили клетки караха.

— Ну, теперь понятно, — кивнул Ордо. — Он тебя за своего принимает. По запаху, по крови.

— Он просто умный, — возразил Квинт. — К нему нужен подход.

— Ну да, подход к людоеду, — пошутил Тит, и тут же из угла донесся жуткий смех Раха.

Оба центуриона вздрогнули, а Квинт рассмеялся:

— Не обращайте внимания, он понимает, что вы говорите.

Тит провел рукой по лбу:

— Вот еще не хватало, чтобы меня зверюги понимали...

— Ра-а-ах! — донеслось с пола.

Тит, сделав большие глаза, не выдержал и засмеялся:

— Хорошо, Рах, буду звать тебя по имени. С тобой, похоже, лучше дружить.

Несмотря на то что оба воина носили звание центурионов и принадлежали к разным кастам, ладили они отлично, понимая друг друга с полуслова.

— Как разные касты уживаются здесь? — спросил Квинт. — Дома это почти немыслимо.

— Скажи спасибо старику Юсту, — ответил Ордо. — Он нашел подход к каждому из нас.

— Да и знакомы мы, кажется, уже вечность, — Тит хлопнул по столу.

В этот момент в коммуникаторах зазвучал голос префекта:

— Всем собраться в столовой. Есть приятные новости.

Когда гарнизон был в сборе, Юст объявил:

— Нас всех пригласили во дворец князя Гау Таха. Нас хотят поблагодарить за защиту сектора. Всем нам нужно немного отвлечься от крови и пыли.

— Отлично! — Скард радостно хлопнул в ладоши. — Там такие девушки!

— Ну, кому что, а Скарду — женщины, — рассмеялся префект.

— Я тоже не откажусь от новых знакомств, — добавил Маркай.

— Вы, парочка, нашли друг друга, — фыркнула Зигма.

— Значит так: всем привести себя в порядок. Оденьтесь нормально, — префект строго посмотрел на Тита и Ордо. — Парадный мундир усвсех в шкафу висит. Вечером выезжаем. Разойтись!

Все разбрелись по каютам, но Квинт заметил, что Зигма сегодня сама не своя. Он подошел к ней и осторожно приобнял за плечи.

— Ты чего такая грустная?

Девушка подняла на него глаза, в которых застыла тревога.

— Я слышу её.

— Кого ты слышишь?

— Башню, — Зигма указала пальцем в потолок. — Она со мной говорит. Очень давно такого не было.

— Может, это твой стимулятор? — попытался пошутить Квинт.

— Плохая шутка, — отрезала она. — Я правда слышу Башню. Особенно сейчас, после нашествия граков. Она зовет меня... и этот шепот сводит с ума.

— Может, к доку? — предложил Квинт.

Девушка обреченно махнула рукой и вдруг начала оседать. Квинт подхватил её на руки и бросился в медотсек.

— Док, Зигме плохо! — закричал он с порога.

Врач появился мгновенно:

— На стол! Быстро!

Уложив девушку, Квинт спросил:

— Такое уже бывало?

— Бывало, но очень давно. Она говорит, что Башня её зовет... может, это галлюцинации?

Доктор поднял взгляд от приборов:

— Нет, лейтенант. Не галлюцинации.

— Тогда я не понимаю...

— Помоги-ка мне. Сейчас диагност её просветит. Держи вот этот сканер.

Док внимательно вглядывался в графики.

— Ну, доли мозга слегка увеличены, но это норма для её касты... импланты в порядке... — бормотал он. — Не вижу ничего физического. Просто устала. Слишком много на себе тянет.

— А как же Башня? — не отступал Квинт.

Доктор замолчал, подбирая слова.

— Ну чего вы молчите, док?

— Молодой человек... Башня здесь со всеми разговаривает. Просто вы здесь недавно.

— И все знают об этом? И молчат?

— А что говорить? И, главное, кому? — печально улыбнулся врач. — То, что это совпало с эмоциональным всплеском после атаки... вполне прогнозируемо.

— Простите за бестактность, док... а что вам лично Башня говорит?

— Она зовет. Только не словами, а образами. Появляется непреодолимое желание прыгнуть в челнок и лететь к ней на орбиту. Но это — верная смерть. Прецеденты уже были.

Зигма открыла глаза, слабо потирая виски.

— Что со мной? Голова раскалывается...

— Ничего страшного, переутомление, — успокоил её доктор. — Сейчас вколю снотворное, поспишь пару часов глубоким сном.

— Док, я хочу поехать со всеми...

— Поедешь, не волнуйся. Но нам же не нужны обмороки на приеме у князя?

Зигма едва заметно кивнула:

— Коли, док...

Квинт погладил её по ладони:

— Отдыхай. А вечером я буду сражаться со всеми за право быть твоим кавалером.

Зигма слабо улыбнулась:

— Да, я тут нарасхват... не знаю, кого и выбрать.

Тонкая игла коснулась кожи, и девушка мгновенно провалилась в сон.

— Будет как новенькая, — пообещал врач.

— Так что же с этим зовом, док?

— Знаешь, лейтенант... я долго изучал этот феномен. Ответов нет. Мы не знаем природы Башен. Но одно точно: они влияют на всё живое на планете. Словно кто-то запустил сценарий. И этот зов усиливается в моменты важных событий.

Как и обещал доктор, через два часа Зигма проснулась бодрой. Квинт, уже облаченный в парадный черный мундир с серебряным шитьем, помог ей встать.

— С пробуждением, миледи.

— Ох, какой ты красавчик, — прищурилась она. — Просто загляденье.

— Будьте моей леди сегодня? — Квинт галантно поклонился.

— По-дружески? — уточнила Зигма.

— По-дружески, — подтвердил он.

Возле транспортёра офицеры, разодетые в парадное, весело переговаривались. Появление Зигмы под руку с Квинтом вызвало шквал аплодисментов. Девушка была в строгом темном платье, которое подчеркивало её хрупкую фигуру.

— Хорошая пара, — громко сказал префект. — Не правда ли, господа?

Шутки посыпались с новой силой, заставив Квинта невольно покраснеть.

— Ну что же, нас ждут при дворе. Выдвигаемся. И прошу вас — не посрамите честь мундира!

Уже по пути, глядя в иллюминатор на удаляющуюся заставу, Квинт внезапно почувствовал тяжесть в затылке. На секунду мир поплыл. В голове начали всплывать видения: бесконечный полет среди звезд, холодная Башня в космической пустоте и яростное, дикое желание оказаться ТАМ прямо сейчас.

Зов Башни добрался и до него.

Интерлюдия. Визит Сущности

Симфония была божественна. Император наслаждался каждой нотой произведения древнего композитора, позволяя музыке заполнять пространство огромных покоев. Непроизвольно дирижируя тонкими пальцами, он перебирал в воздухе невидимые струны, словно сам ткал это полотно звука.

Внезапно свет ламп стал тусклым, болезненно-желтым. Музыка не смолкла, но теперь она казалась искаженной, будто доносилась из-под толщи воды. Вокруг появился вязкий, грязный туман, больше похожий на застоявшийся сумрак. Из этой мглы начала рождаться фигура — нечеловеческая, угрожающая, пульсирующая, словно само воплощение первобытного страха.

Император застыл с поднятой рукой. Туман сплел призрачное кресло, в точности копирующее то, в котором сидел правитель, и зловещий гость не торопясь опустилася в него.

— Вы стали слишком часто меня навещать, — Император заставил себя улыбнуться — наигранно и беззаботно, хотя внутри ледяными иглами кололся мерзкий ужас.

— Время... — послышался приглушенный голос, вибрирующий где-то на грани слышимости. — Приходит время выполнять обещанное.

— Я вам лично ничего не обещал, — отрезал Император.

Фигура медленно подняла конечность, в точности скопировав позу человека с застывшей в воздухе рукой.

— Твой предок дал слово и получил желаемое. Приходит время ответного жеста, — прошелестел бесцветный голос.

— Ответный жест уничтожит галактику! — зло бросил человек.

— Это лишь малая часть грядущего...

— Я ничего вам не должен! — повторил Император, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.

Сущность издала звук, похожий на тихий смех — сухой и безрадостный.

— Конечно должен. Вы очень предсказуемые существа. Ты ведь чувствуешь элемент *нас* внутри себя, не так ли?

По лицу Императора пробежала волна судорожной злобы.

— О да, человек... чувствуешь. Мы возьмем то, что принадлежит нам по праву.

— У вас нет никаких прав на эту реальность и на это время! — Император вскочил с кресла, сжимая кулаки.

Снова этот тихий, вкрадчивый смех.

— Ну конечно есть, человек. Всё, что тебя окружает, создано с нашей помощью. Мы просто хотим свою часть.

Император почувствовал, как глубоко внутри него, в самых темных закоулках сознания, просыпается нечто жуткое, древнее и невыносимо могущественное. Это существо внутри него шевельнулось, узнавая гостя. Пока у него хватало сил противостоять этому зову крови, но барьеры истончались.

— Я не буду вашей игрушкой!

— Ты не игрушка. Ты — инструмент.

— Зачем вам всё это?! — сорвался на крик Император. — Зачем?!

— Это не важно, — фигура плавно встала с призрачного кресла. — Мы заключили договор и возьмем своё. У тебя еще есть немного времени, человек. Мы уже в пути.

Туман начал стремительно рассеиваться, и фигура растворилась в мягком свете свечей. Музыка композитора снова зазвучала чисто, но теперь в ней слышались только похоронные мотивы. Император закрыл лицо руками. Он чувствовал их приближение. Сущности, создавшие величие его предков, шли, чтобы забрать долг.

Глава 9. Тиая

Транспортёр неспешно спускался по серпантину, вырубленному прямо в отвесных скалах. Квинт завороженно наблюдал за пейзажем, созданным руками этого удивительного, трудолюбивого народа. Каждый скальный уступ, на котором могла удержаться хотя бы горсть земли, был превращен в оазис. Крошечные, ювелирно ухоженные грядки с лекарственными травами, вырубленные в камне чаши для сбора дождевой воды, или одинокое, скрюченное ветрами деревце, бережно подвязанное к скале на высоте птичьего полета. В этом мире ценили каждый сантиметр жизни.

Зигма сидела рядом, тесно прижавшись к Квинту. Она переплела свои пальцы с его ладонью и положила голову ему на плечо. Когда Квинт внезапно вздрогнул от очередного укола в затылке — первого предвестника Зова, — она лишь сильнее сжала его руку и тихо погладила по предплечью.

— Ну вот, теперь и ты в нашем клубе, — печально произнесла она.

— Ты... как ты поняла? — Квинт обернулся, стараясь унять дрожь в пальцах.

— Поняла. Просто почувствовала, — её глубокие изумрудные глаза смотрели на лейтенанта с бесконечной нежностью и грустью. — Знаешь, Квинт, ты мне очень нравишься. По-настоящему. Я не строю иллюзий, но мне так спокойно сейчас, когда ты рядом... со своим грозным монстриком.

Квинт в замешательстве посмотрел на девушку, не зная, что ответить.

— Так в чем же дело? Если я тебе нравлюсь...

— Нет-нет, красавчик, — Зигма горько усмехнулась, перебив его. — Я ни на что не рассчитываю. Да и выбрось из головы этот меланхоличный бред. Моя каста... мы вырождаемся. Мы потеряли способность дарить жизнь очень давно. Ни один мужчина не захочет навсегда связать судьбу с женщиной, чей род заканчивается на ней самой.

— Не может быть. А как же медицина, генетика? — Квинт был искренен в своем шоке.

— Вот наука нас и погубила, — едва слышно ответила Зигма, отвернувшись к окну. — Один из экспериментов в далеком прошлом дал необратимый эффект. Через пару сотен лет от моей касты не останется даже пыли.

Квинт мягко обнял её за хрупкое плечо, притягивая к себе.

— Слушай меня. Во-первых, я не хочу, чтобы ты сегодня думала о смерти. А во-вторых — в этой чертовой вселенной не бывает безвыходных ситуаций. Мы что-нибудь придумаем.

— Прости меня за эти сопли, — шмыгнула носом Зигма. — Просто когда Башня начинает звать, оптимизм вымывается из души первым.

Тем временем транспортёр въехал в город. Маленькие двух- и трехэтажные домики были сложены из местного красного камня. Каждое здание сияло яркой краской, а стены были расписаны замысловатыми узорами — от изображений Башен до простых полевых цветов. В каждом квартале обязательно был общественный бассейн и крошечный тенистый садик. Местные жители — рослые, статные — приветливо махали им руками. Девушки стыдливо прятали улыбки, опуская длинные ресницы.

— Красивая раса, — невольно вырвалось у Квинта.

— Это точно. Не зря Скард так за ними увивается, — улыбнулась Зигма, легонько ткнув его локтем в бок. — Ты присмотрись, лейтенант. Служить нам тут долго, а развлечений на заставе маловато.

Транспортёр остановился у дворца правителя. Это было величественное круглое здание с просторным внутренним двором, в центре которого пел прохладой фонтан. У массивных ворот замер почетный караул с богато украшенными луками. Князь Гау Тах встречал гостей лично. Высокий, поджарый старик в свободных шелковых одеждах. Его борода была заплетена в две аккуратные косички, а в ушах поблескивали тяжелые золотые серьги. На поясе висел короткий меч — судя по гравировке, старый подарок с заставы. Рядом стояла невысокая, очень изящная женщина в богатом наряде.

— Это его сестра, Аи Тах, — шепнула Зигма. — Тут традиция: князя выбирают на десять лет, и он обязательно должен быть холост и иметь сестру, которая ведет хозяйство.

— Мудро, — хмыкнул Квинт.

Князь широко развел руки:

— Приветствую вас, небесные воины! Наши защитники и братья.

Юст вышел вперед, соблюдая этикет:

— Пусть в твоем доме, князь, всегда будет в достатке воды и солнца.

Вожди обнялись, как старые друзья.

— Прошу, дорогие гости, в мою скромную обитель!

Во дворе, прямо вокруг фонтана, уже были накрыты низкие столы, буквально ломившиеся от диковинных фруктов и жареного мяса. Гости расположились на мягких подушках. Гау Тах поднял кубок:

— Пусть начнется праздник! Мы все заслужили этот вечер.

Зазвучала легкая, мелодичная музыка.

— Ой, сколько тут вкусностей! — Зигма уже вовсю орудовала приборами.

— А это точно можно есть? — Квинт с подозрением потыкал вилкой в фиолетовый плод.

— Ешь, не бойся. Анатомически они почти наши близнецы, — успокоила его Зигма. — Налетай!

Спустя час атмосфера накалилась. Офицеры, расслабившись от местной настойки, поскидывали парадные кители и вовсю отплясывали с местными красавицами. Скард и Маркай соревновались в том, кто соберет вокруг себя больше девичьих улыбок. Ордо и Тит, громко хохоча, травили байки о сражениях. Префект и князь вели степенную беседу, попивая из кубков.

В какой-то момент Квинт почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он огляделся, но в пестрой толпе гостей было невозможно понять, кто за ним наблюдает. Зигма весело кружилась в танце, и Квинту было тепло на душе от того, что её мрачное настроение испарилось.

Внезапно боль в затылке взорвалась с новой силой. Резко, до тошноты. Перед глазами поплыло. Квинт увидел странные, полупрозрачные фигуры, идущие по призрачной дороге прямо в небесах. Они махали ему, звали за собой. Громадный монолит Башни за мерцающим силовым полем пульсировал в такт его пульсу. И вдруг в этом поле открылся проход, а тихий, вкрадчивый голос шепнул прямо в мозг:

— «Приди и возьми то, что твое по праву...»

Квинт вскочил и, никем не замеченный, почти выбежал из дворца. На улице царила благословенная прохлада. Сквозь защитные сети кратера мерцали звезды и... Башня. Огромная, непостижимая, она висела в пустоте, словно указующий перст бога. Квинт глубоко вдохнул ночной воздух, и боль начала медленно отступать. Он снова почувствовал взгляд.

Обернувшись, он увидел силуэт, отделяющийся от тени колонн. К нему подошла стройная девушка в простом сером платье. В руке она держала кубок, от которого шел легкий пар.

— Выпей, и станет легче, — негромко сказала она. Голос был мягким, как бархат.

— Ты говоришь на нашем языке? — Квинт был поражен.

— Да, я учила. Зигма помогала, она удивительный учитель.

Квинт с опаской взял кубок.

— Что это?

— Настойка из горных трав. Она погасит боль и прогонит образы.

Квинт вздрогнул.

— Откуда ты знаешь про образы?

— Просто выпей. Не бойся меня.

Он присмотрелся к ней. В свете звезд её лицо не казалось классически красивым, как у придворных дам, но в нем была какая-то магнетическая сила. Квинт не мог заставить себя отвернуться. Сделал глоток — на языке расцвел сладковатый вкус мяты и хвои. Еще глоток — и туман в голове рассеялся.

— Меня зовут Тиая, — представилась она.

— А меня...

— Тебя зовут Квинт. Это знают все. Тот самый охотник, что приручил монстра-караха.Честно говоря, я до сих пор не верю, что это возможно.

— Придется поверить.Это правда, — Квинт присел на ступеньки, она опустилась рядом. От нее пахло травами и свежестью ночного горного воздуха

— Так смотреть неприлично, — смутилась девушка под его пристальным взглядом.

— Прости... я просто задумался.

— Ты допей всё. Видения оставят тебя на несколько дней.

— Но как ты поняла, что я вижу их?

— Это несложно, — Тиая на мгновение коснулась его лба прохладными пальцами. — У тех, кого зовет Башня,над головой горит аура. Очень тяжелая, темная, давящая. Я её вижу.

— Лейтенант! Ты где пропал? — раздался звонкий голос Зигмы. Она выскочила во двор и тут же притормозила. — Ой... кажется, я не вовремя. Извините.

— Привет, Зигма, — улыбнулась Тиая. — Мы вот как раз познакомились.

— Тиая? Ой, я тебя в темноте и не признала сразу!

Девушки защебетали о чем-то своем, а Квинт застыл, не слыша слов. Он смотрел на новую знакомую и чувствовал странную, необъяснимую тягу. В ней не было пафоса, только тихая внутренняя мощь.

— Ладно, я побегу, там Скард уже второй кувшин допивает, — Зигма быстро обняла Тиаю и упорхнула обратно.

— Она такая светлая, — тихо сказала Тиая. — Всегда помогает всем вокруг, ничего не прося взамен.

— Да, она замечательный друг, — согласился Квинт.

— Друг... — как-то странно повторила девушка, глядя ему прямо в глаза. — Надеюсь, мы еще увидимся, Квинт.

— Ты уже уходишь?

— Да, пора. Мама будет волновать. Вот, возьми, — она протянула ему небольшой кожаный мешочек. — Здесь травы. Если станет совсем плохо — завари щепотку. И приходи в гости... я буду рада.

Квинт взял мешочек, словно драгоценный артефакт.

— А как я тебя найду? Где твой дом?

— Здесь, — она махнула рукой в сторону дворцовых пристроек. — Не заблудишься.

И она исчезла в тенях так же внезапно, как и появилась. Квинт поймал себя на том, что стоит и не дышит.

— Эй, лейтенант! Ты чего тут столбом замер? — нетрезвый, но веселый голос Вала прервал его мысли.

— Просто дышу, — отозвался Квинт.

— Идем внутрь, там самое веселье! — Вал бесцеремонно хлопнул его по плечу. — Слушай, а что это за особа была? Не хочешь — не говори, я не лезу.

— Её зовут Тиая.

Вал вдруг резко протрезвел и присвистнул.

— Ого... Ну ты даешь, парень. К ней вообще никто подступиться не может. Она приемная дочь сестры князя, характер — кремень. Слушай, лейтенант, любви с первого взгляда в нашем деле не бывает. Да и тут полно красавиц попроще...

Квинт тряхнул головой, сбрасывая оцепенение.

— Ты прав. Идем выпьем.

Праздник удался. Под конец захмелевший князь торжественно пригласил префекта и весь гарнизон на большую охоту, которая должна была состояться через неделю. Юст с радостью принял приглашение.

На обратном пути Зигма, хитро улыбаясь, придвинулась к Квинту в транспортёре.

— Она тебе понравилась, да?

Квинт ответил ей долгим, отсутствующим взглядом.

— Ой, вижу, вижу! Кто-то «погиб» с первого взгляда! — рассмеялась она.

— Она... она необыкновенная. Я даже слов подобрать не могу, — Квинт смотрел в окно на проплывающие мимо тени скал. — Прости, Зигма. Я, наверное, веду себя как дурак по отношению к тебе.

— Глупый, — она прижалась щекой к его плечу. — Я же рада за тебя. Тиая никого к себе не подпускает, а на тебя смотрела так... Похоже, чудеса в этом кратере всё-таки случаются. Она потрясающе умная, Квинт. Тебе повезло.

Квинт обнял её.

— Спасибо. И откуда ты такая глазастая взялась?

Зигма еще что-то рассказывала о празднике, но Квинт её уже не слышал. Лицо Тиаи, запах ночных трав и странное видение Башни сплелись в его голове в один сложный, тревожный узел.

Глава 10. Охота на тирака

— Так, ребятки, завтра — охота! — Ордо ворвался в каюту, его лицо так и светилось азартом. — Живо в арсенал.

— Да вроде всё при нас, — отозвался Маркай, лениво кивнув на стойку с винтовками. — У меня оружия полная каюта, хоть вторую войну начинай.

— Не-е-ет, парень, — Ордо коротко рассмеялся, — это совсем другая охота… первобытная. Никакого огнестрела. Только холодная сталь и твои собственные жилы.

Маркай заметно приуныл.

— Да ладно… Это Квинт у нас по железкам специалист, а я больше по свинцу и пороху.

— Будешь загонщиком, — Тит по-дружески хлопнул его по плечу так, что тот едва не ткнулся носом в стол.

— Очень оно мне надо… — обиженно пробурчал Маркай под нос.

— Отставить, лейтенант, — в помещение вошёл префект, и разговоры мгновенно стихли. — Участвуют все. Даже я.

Маркай замялся, поправляя воротник.

— Вы хоть расскажите, ваше превосходительство, что это за зверь такой — «первобытный»?

Тит уселся за стол и, дождавшись тишины, начал рассказ. Его голос стал вкрадчивым:

— Охотиться мы будем на здоровенного ящера. Зовется эта тварь — тирак. Представьте себе гибкую, как змея, и мощную, как десять граков, ящерицу. Весит килограммов сто пятьдесят, вся в костяной чешуе и носится по вертикальным скалам быстрее, чем ты бегаешь по ровной палубе.

— Ну, хоть не ядовитая? — с надеждой спросил Квинт.

— А я разве не сказал? — Тит оскалился в улыбке. — Страшно ядовитая. Один укус — и твои внутренности превратятся в кашу за пять минут.

— Просто сказка, — Маркай саркастично закатил глаза.

— Это еще не всё, — вмешался Вал, подходя к ним. — Обитает она на самых высоких уступах каньонов. Охота начнется за час до рассвета. У нас будет всего два часа, пока яростное солнце не выжгло поверхность планеты в пепел.

— Этим туземцам что, адреналина не хватает? — Квинт нахмурился. — Им граков мало?

— Нет, лейтенант, — Юст был предельно серьезен. — Для них это не просто забава. Охотник, добывший хотя бы одну пластину чешуи, имеет право просить руки любой женщины княжества — и она не вправе отказать. Это инициация, посвящение в воины. А убить тирака можно только вспоров ему мягкое брюхо или попав болтом в глаз. Остальное его чешуе — что горох.

— Ваше превосходительство, — Маркай не унимался, — а на этой сказочной планете есть хоть что-то, что не пытается тебя убить, отравить или сожрать?

Префект смерил его холодным взглядом:

— Есть, лейтенант. Но ты с этим пока не встречался. Для нас это подтверждение статуса и дань уважения местным обычаям. Так что — веселей, воины!

В арсенале пахло оружейным маслом и старой кожей. Вал достал восемь тяжелых ящиков.

— Вот это вам, молодым, подойдет, — он откинул крышки. Внутри лежали доспехи, на вид сделанные из толстой, грубо выделанной шкуры.

Квинт коснулся материала — кожа была мертвенно-холодной, словно её только что достали из морозилки.

— Одевайте на подстежку, иначе замерзнете заживо, — предупредил Вал.

— Это что за диво? — Маркай подозрительно оглядывал латы.

— Кожа рептилии с планеты Ракан, столицы Касты Ра — сказал Вал

— Верно, — подтвердил Тит, гордо выпятив грудь. — И угадай, кто добыл эту роскошь? Эта шкура накапливает холод ночью и отдает его днем, не давая хозяину свариться на солнце. Против яда не поможет, но перегрев снимет.

К латам добавились перчатки с короткими шипами на ладонях — работа Зигмы, чтобы лучше цепляться за крошащийся камень.

— Все помнят? Огнестрел — табу, — напомнил Вал. — Берите арбалеты и пики.

Квинт вооружился многозарядным арбалетом и короткой пикой с граненым наконечником. Подумав, он всё же повесил на пояс и короткий меч.

— А это для кого? — префект указал на маленький девятый ящик.

— Для меня! — в помещение, гремя тяжелыми сапогами, впорхнула Зигма.

— Нет, нет и еще раз нет, — Юст нахмурился. — Не хватало еще... Девочка, ты в своем уме?

— Я не девочка, ваше превосходительство, или мне напомнить мой послужной список? — Зигма упрямо вздернула подбородок.

— Не надо, — отрезал Юст. — Будешь на глайдере, рядом со мной и князем. Я не позволю тебе прыгать по скалам. Это приказ, центурион Зигма Амон Морнэ!

Девушка вытянулась в струнку, её глаза потемнели от обиды.

— Так точно, ваше превосходительство.

Зигма подхватила свой ящик и, не глядя ни на кого, быстро вышла.

Мир еще спал, окутанный ледяным, прозрачным безмолвием. До рассвета оставалось полтора часа. Охотники заняли позиции на выжженной поверхности куда их доставил глайдер. Разреженный воздух был сухим, каждый шаг поднимал облака серого пепла, который лип к лицам.

Квинт чувствовал, как бешено колотится сердце. Рядом Маркай, бледный в свете звезд, опасливо заглядывал в бездонную черную пропасть каньона.

— Приготовиться! — скомандовал Тит. — Держимся рядом.

Где-то в глубине каньона протрубил охотничий рог — утробный, дрожащий звук.

— Засекли! — Тит ахнул. — Двое! Сразу двое, какая удача!

Он первым метнул трос в бездну. Квинт шагнул следом. Стремительное падение, свист ветра в ушах и резкий рывок, едва не вывихнувший плечо. Они повисли над пропастью на страховочных фалах.

— Вон они! — Ордо указал на уступ метрах в тридцати ниже. В слабом свете факелов, которые держали воины князя, Квинт увидел две тени. Одна пошевелилась, подняв голову с костяным гребнем.

Тирак был огромен — его морда была больше человеческой головы. Зверь издал пронзительный высокочастотный крик, от которого заложило уши.

— Вниз! Перехватим их! — крикнул Ордо.

Твари двигались по отвесной стене с пугающей грацией, буквально ввинчиваясь в пустоту. Тит выстрелил из арбалета, но болты со звоном отскочили от чешуи. Один из тираков, издав яростный визг, совершил невозможный прыжок — на пятьдесят метров вниз, на тончайший карниз.

Квинт увидел, как один из воинов князя, решив рискнуть, оттолкнулся от стены и с копьем полетел на зверя. Но тирак был быстрее. Громадный хвост, усеянный шипами, мелькнул молнией, буквально перерубая человека пополам. Тело бесшумно кануло в темноту.

Над краем каньона забрезжил первый луч. Солнце начало свой беспощадный восход.

Квинт, перебирая ногами по стене, добрался до небольшого выступа. Звери были совсем рядом. Он всадил болт с тросом в расщелину, закрепляя позицию. Тираки, зажатые загонщиками, метнулись прямо к нему.

Времени на раздумья не было. Квинт интуитивно выпустил бесполезный арбалет из рук и перехватил короткую пику. Прыжок первого зверя был страшен. Квинт ударил наотмашь, и острие намертво засело между пластинами чешуи монстра.

Второй тирак пролетел над его головой, обдав запахом мускуса и гнили, и ринулся вниз, на загонщиков. Раздались крики, тела воинов посыпались в бездну.

Квинт почувствовал чудовищный рывок — тирак не пошел вниз, он потащил человека вверх, на поверхность! Квинт вцепился в древко мертвой хваткой. Скалы проносились мимо, крошась под когтями твари. Зверь выскочил на ровную площадку, поднимая тучи пепла.

Тирак яростно крутился, стараясь вырвать пику. Квинт, задыхаясь от едкой пыли, нырнул за массивный валун на самом краю каньона. Копье с хрустом сломалось, оставив наконечник в спине зверя.

Идея пришла мгновенно — на грани безумия и чистого адреналина. Квинт вонзил обломок древка сломанной острой частью вверх в податливую почву, плотно придавив его ногой.

— Эй, я здесь! — он выскочил из-за камня, размахивая руками.

Зверь развернулся. Его гребень в лучах восходящего солнца налился кроваво-красным. Тирак припал к земле и, взрывая пепел, понесся на человека.

В последний миг Квинт прыгнул в сторону.

Чудовище на полной скорости напоролось на пику. Острый обломок вошел в брюхо, вспарывая его, как тонкую бумагу. Тирак замер, глядя на шлейф собственных внутренностей, и в этот момент Квинт, выхватив меч, по самую рукоять вогнал его в глаз зверя.

Всё было кончено.

Квинт попытался вытащить меч, но тот застрял в черепе. Солнце уже начало жарить, над тушей поднялся едкий дымок. Крича от напряжения, Квинт уперся ногами в землю и столкнул тушу в пропасть.

— Пора валить... — прохрипел он, надевая перчатки.

Спуск дался тяжело, силы уходили. Вскоре он услышал голоса. Мимо пролетел спасательный крюк — Тит обхватил его за пояс.

— Ну ты и напугал нас, пацан! Живой?

— Всё... отлично... — выдохнул Квинт. — Слушай, а то, что мимо нас пролетело в бездну — это то, о чем я думаю?

Квинт лишь слабо кивнул.

Внизу, у туши гиганта, уже собрался весь гарнизон. Подлетел глайдер. Из него вышли Юст, князь Гау Тах и бледная Зигма.

Князь молча подошел к трофею, коснулся рукояти меча, торчащего из глаза ящера. Его взгляд, брошенный на собственных поникших воинов, был полон презрения. Не сказав ни слова, князь развернулся и пошел обратно к глайдеру.

Глава 11. Загадка Башни

Квинт сидел, прислонившись к скале. Силы покинули его окончательно, оставив лишь звон в ушах и тяжесть во всём теле. Над ним склонилась Зигма.

— А ну-ка, глотни, — её пальцы уверенно приподняли его подбородок, и губ коснулось прохладное горлышко фляги.

Напиток ледяным потоком прокатился по горлу, а в нос ударил резкий, бодрящий аромат горных трав и чего-то острого, металлического. Квинт вцепился во флягу обеими руками. Жизнь крупными, жадными глотками возвращалась в уставшее тело, разгоняя оцепенение по венам.

— Ну хватит! — засмеялась Зигма, мягко отбирая сосуд. — Это сильная штука, моё новое изобретение, так и сердце посадить можно.

Квинт оторвался от фляги и медленно, пошатываясь, поднялся. Зигма легко, почти невесомо поцеловала его в щёку и убежала к офицерам, которые бурно обсуждали детали охоты.

К нему осторожно приблизились несколько молодых воинов. Один из них, опасливо поглядывая на Квинта, что-то спросил на своём наречии. Квинт лишь замотал головой:

— Не понимаю.

— Он спрашивает, можно ли разделать тушу, — перевёл подошедший Вал.

Квинт махнул рукой:

— Конечно, чего добру пропадать.

— Сегодня будет настоящий охотничий обед, — добавил Вал, подмигнув парням.

Воины бросились к тираку, и уже через полчаса на большом костре, весело трещавшем сушёным кустарником, жарилась добыча. По каньону поползли густые, одурманивающие ароматы свежего мяса. Шкура была аккуратно снята, засыпана едкими пахучими травами и упакована для отправки в город.

Молодой воин с глубоким поклоном положил к ногам Квинта огромные, загнутые когти зверя и несколько пластин чешуи.

— По обычаю — это твои трофеи вместе с тушей, а шкура всегда отходит князю, — пояснил Ордо, подходя к костру.

Ядовитые зубы были брошены в огонь под одобрительные крики — дым от них окрасился в странный сиреневый цвет.

— С такими трофеями ты можешь выбрать себе неплохой гарем, герой! — хохотнул Скард.

Квинт отмахнулся:

— Это по твоей части, а я пожалуй...

— Ох, я знаю, — почти шёпотом сказал капитан. — А теперь послушай внимательно. Отдай одну пластину вон тому мальчишке, — Скард указал на одного из воинов. — У него отец — мастер по резьбе, он изготовит две аталлы.

— Что такое аталла?

— Это, друг мой, твой пропуск в любое женское сердце. Два медальона: один оставишь себе, а второй можешь подарить девушке, и она будет считаться твоей невестой. Князь даст вам полгода испытательного срока, и если вы подойдёте друг другу, то... сам понимаешь.

Идея капитана пришлась Квинту по душе. Он подозвал воина и протянул ему самую крупную, отливающую синевой пластину.

— Аталла! — сказал он.

Воин просиял и закивал, широко улыбаясь.

День охоты был омрачён гибелью нескольких молодых воинов. Их тела, с почтением завернутые в форменные плащи, погрузили на глайдер.

— Жаль, совсем мальчишки, — хмуро бросил Маркай.

— Они воины и погибли при инициации, а значит — в бою. Такая смерть здесь почётна, — отрезал Тит, хотя по его лицу было видно, что этот почёт не слишком его утешает.

Зажаренная добыча оказалась на удивление вкусной, и пир затянулся до позднего вечера. Когда костры догорели, воины потянулись караваном в город, а гарнизон был доставлен на заставу лично префектом.

— Господа, всем отдыхать! — Юст пытался чеканить слова, но довольная улыбка то и дело проскальзывала на его лице. — Помните о службе!

На следующий день Квинт проснулся от того, что Рах стаскивал с него одеяло.

— Отойди, изверг, дай поспать! — Квинт тщетно пытался завернуться обратно, но дикость зверя победила.

Сонный Квинт поплёлся за завтраком. В столовой уже сидели Ордо и Вал.

— Привет героям!

— Ну не надо, господа, — проворчал Квинт, вгрызаясь в галеты.

— Сегодня, лейтенант, у нас задание, и ты летишь с нами.

Квинт моментально проснулся.

— Лететь? Куда?

— Ну как куда. Забыл, зачем здесь застава?

Сердце Квинта пропустило удар.

— Башня?!

— Именно, — кивнул Ордо. — Сегодня наша очередь, и Юст назначил тебя в патруль.

Наскоро покормив вечно голодного Раха, Квинт забежал к Зигме. Она что-то напевала, возясь с микросхемами, и выглядела на редкость счастливой.

— Привет, Квинт! Слышала, ты в патруль?

— Да. Помоги, пожалуйста. Можешь сделать из этого когтя рукоять для ножа?

Зигма взяла коготь тирака, повертела в руках.

— Страшная штука. Могу, конечно. А для кого, если не секрет?

— Для князя. Хочу подарить ему нож, а Тиае — аталлу.

— Сделаю в лучшем виде, — Зигма улыбнулась. — Ты просто бриллиант нашей заставы, Квинт.

Челнок уже прогревал двигатели, когда Квинт выскочил на взлетку.

— Ну где тебя носит? Полетели! — Вал уже устроился в кресле пилота.

Корабль плавно поднялся. Внизу осталась застава и крошечная фигурка Раха, обходящего периметр.

Когда челнок вышел на орбиту, Башня превратилась в нечто колоссальное. Неровная структура её поверхности была изъедена кратерами, в которых легко поместился бы десяток таких челноков. Но за этим видимым хаосом проглядывала строгая, пугающая геометрия. Башня плыла в пустоте, изредка вспыхивая лазурным полем, когда в него впивался космический мусор.

— Расскажите мне о ней, — попросил Квинт, прильнув к иллюминатору.

— Ох, лейтенант... — Ордо почесал затылок. — Мы здесь уже…годы, а кроме этого «Зова» ничего не происходит.

— Привыкли уже, — добавил Вал. — Только Зигма страдает, она слишком восприимчивая. Хотя, — Ордо призадумался, — я как не слишком большой знаток веселящих снадобий, могу точно сказать: в последние годы видения стали слабее и реже.

— Раньше и сознание теряли, — вставил Вал. — Тит вон чуть на глайдере не разбился. Потом Зигма придумала стимулятор, и стало легче.

— Тогда я не пойму, что мы здесь охраняем?

— Стоп, лейтенант. Не забывай, что эта штука уничтожила семь застав. Люди сходили с ума. Только Пятая в строю кроме нас, и мы даже смогли взять образец с поверхности. Тот парень, что это сделал, погиб, но успел отправить капсулу. Попроси у старика отчёты, поизучай на досуге.

Челнок приблизился к монолиту. Вал включил сканеры, и Квинт уставился в экран. Внезапно что-то внутри, словно интуитивный толчок, заставило его вскрикнуть:

— Стоп! Назад!

— Что такое, лейтенант? — Вал вздрогнул.

— Там, несколько секунд раньше! У кратера!

Челнок замер. Помехи от поля делали картинку смазанной.

— Нужно смотреть вживую, уберите защиту! — потребовал Квинт.

Бронеставни ушли вниз. Теперь их отделяло от Башни только толстое стекло. Вал вернулся из рубки с огромным полевым биноклем.

— Как знал, что пригодится!

Квинт прильнул к окулярам. На краю кратера, наполовину вросший в структуру Башни, четко виднелся фюзеляж небольшого корабля.

— А ну дай сюда! — Ордо выхватил бинокль. — Ну ничего себе, лейтенант! Как мы раньше этого не увидели?

Рядом с неизвестным судном обнаружились засыпанные конструкции. Подключив бинокль к компьютеру, они сделали детальные снимки.

— Теперь озадачим нашу гениальную девочку, — удовлетворенно сказал Вал. — Полетели докладывать.

Префект воспринял новость нервно. Он вызвал Зигму, и на следующий день челнок, оснащенный её новой аппаратурой, снова висел у Башни. Картинка была поразительной: шлюз, засыпанный обломками, фрагменты еще одного корабля, разбросанные на мили вокруг. Всё это было погребено под слоями космической пыли.

— Сколько же они там лежат? — удивлялся Вал.

— Вопрос в другом: каков возраст самой Башни? — Квинт указал на экран.

Новое оборудование выявило повторяющиеся элементы.

— Если это космическая станция, то всё сходится. Вот эти выступы — огневые гнёзда. Это возвышение — ствол орудия. А тот холм — рубка наблюдения.

— Но посмотрите, — Квинт вывел данные на дисплей. — Всё, что мы видим — это следы внешних ударов. Метеориты или снаряды сбили часть внешней «мусорной» оболочки, когда поле было деактивировано.

В кабине повисла тяжелая тишина.

— Да-а-а, — протянул Ордо. — Вопрос о возрасте этого объекта заиграл новыми красками.

— Вопрос в другом, — тихо произнёс Квинт. — Кто или что после такой древней катастрофы снова включило защитное поле?

Интерлюдия. Главный Координатор

[СИСТЕМА: СТАТУС КРИТИЧЕСКИЙ]

[ОБЪЕКТ: ГЛАВНЫЙ КООРДИНАТОР]

Эхо разнеслось по всем уровням станции. Это был не звук, а сухая вибрация умирающих цепей, отдающаяся в костях.

[Опасность]

[Воскрешение Главного Координатора]

Существо пришло в сознание. Чистый разум в первые секунды был подобен пустой белой комнате — он был ни на что не способен. Затем началось восстановление. Память вливалась в него тяжелым, вязким потоком: обрывки звездных карт, коды доступа, лица тех, чьи имена давно стерлись из летописей Вселенной.

[ВЫБОР ПРИЕМЛЕМОЙ ФОРМЫ]

Перед глазами существа, еще не имеющего век, пронеслись сотни биологических чертежей. Он отдал мысленную команду, выбрав одну из древних, универсальных моделей. То, что было его телом — аморфная масса — начало меняться. Это было болезненно. Ужасно болезненно. Молекулярные связи разрывались и сшивались заново, кости вытягивались со скрежетом, кожа натягивалась на каркас.

— От-чет… — это было первое его слово. Голос прозвучал хрипло, надломленно, словно треснул сухой лист.

Перед глазами поплыли миллионы строк данных. Текст дрожал, некоторые символы безнадежно осыпались «цифровым мусором».

— Резюме, — коротко приказал Координатор, привыкая к весу собственной руки.

Безликий голос системы, лишенный всякой интонации, ответил сразу:

— Коллапс энергосистемы. Станция не функциональна.

— Действия? — он попытался сглотнуть, но пересохшее горло отозвалось резкой болью.

— Необходимо пополнение минеральных резервов. Уровень энергии критический.

Координатор медленно протянул руку. Его пальцы, еще липкие от регенерационного состава, коснулись сенсора открытия капсулы. Ничего не произошло. Панель была мертва, покрытая толстым слоем белесого налета.

— Система… экстренный режим! — прохрипел он.

Глухой удар. Пиропатроны, встроенные в пазы капсулы миллионы лет назад, сработали с неохотой. Крышку отбросило в сторону, и в лицо Координатору ударил запах, которого он не ожидал: сырость, плесень и тяжелый дух застоявшейся воды.

Он встал неуверенно, пошатываясь, заново учась управлять суставами. Большой зал, где покоилась его капсула, лежал в руинах. Это не было запустение — это было торжество дикой природы внутри триумфа технологий. С потолка, пробивая титановые перекрытия, свисали массивные сталактиты. С них методично капала вода, выбивая ритм в тишине. Именно слой извести, нараставший веками, замуровал капсулу, превратив её в часть скалы. Воздух был спертый, тяжелый от испарений. Стены, когда-то зеркально гладкие, густо покрылись лишайником и скользкими потеками влаги.

Неуверенно переступая через обломки оборудования, Координатор двинулся к выходу. В коридорах станции он видел не просто хаос — он видел энтропию в чистом виде. Тьма здесь была плотной, осязаемой, нарушаемой лишь редкими искрами умирающей проводки.

В центральной рубке его ждала та же картина: пульты управления превратились в бесформенные каменные глыбы. С трудом отодрав от главного экрана окаменевшую известковую корку, он запустил диагностику. Пальцы скользили по мертвым клавишам. На каждый запрос о запуске систем приходил один и тот же бездушный ответ:

[КОЛЛАПС ЭНЕРГОСИСТЕМЫ]

Оставив тщетные попытки, он вышел из рубки и направился к отсеку аварийных мощностей. Станция превратилась в заросший, чужеродный склеп. Путь преградила массивная дверь, покрытая толстой броней из ржавчины и солевых наростов. Напрягая все силы нового тела, Координатор принялся сдирать этот слой. Ногти скрежетали по камню, пока под ними не показалась сенсорная панель.

Дверь поддалась с мерзким, пронзительным скрипом, от которого со стен посыпалась труха. Внутри, под слоем многовековой пыли и истлевших защитных чехлов, стояли два энергетических накопителя. Один был пуст. Во втором тускло мерцал индикатор — ровно половина заряда.

«Сколько же прошло времени?» — подумал Координатор и сам себе усмехнулся. Время для его вида всегда было величиной переменной, но сейчас оно ощущалось как океан, разделивший его с прошлым.

— Система… запустить режим восстановления.

— Режим восстановления запущен. Ресурса хватит на десять процентов потребностей первой очереди.

Вернувшись в рубку, он вывел на экран обзор пространства. Станция просыпалась мучительно, словно выходя из комы. Экраны оживали медленно, через помехи и полосы. Наконец, прыгающее изображение обрело четкость.

Перед глазами Главного Координатора предстала Красная планета, изрезанная глубокими каньонами. Она была так близко, что казалось, можно коснуться её поверхности.

— Система, перечень материалов для реанимации.

На экране замелькал список: феррум, силициум, органика…

— Пути достижения?

— Планета с ресурсами находится в зоне захвата, — ответила система. — Снарядить экспедицию?

— Приступай.

Глава 12. Вот так новости!

Выслушав доклад патруля, префект Юст долго молчал, глядя на мерцающую голограмму Башни над тактическим столом. В кабинете царила напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим гулом вентиляции и далеким скрипом скал снаружи.

— Очень странная ситуация, господа офицеры, — произнес префект наконец, тяжело роняя слова. Он обвел взглядом собравшихся. — Почему эти данные не были получены ранее? Столько лет патрулирования, и вдруг — такое.

По растерянным взглядам подчиненных он понял, что ответа не дождется. Офицеры переминались с ноги на ногу, стараясь не смотреть командиру в глаза. Префект вздохнул и потянулся к пульту коммуникатора на столе.

— Зигма, зайди ко мне, — бросил он в динамик. Отпустив клавишу, он снова повернулся к тактической карте. — Будем разбираться и анализировать. Потому что это меняет ситуацию. В корне меняет.

— И что именно это меняет? — хмуро спросил Ордо, скрестив руки на груди. Его шрам на щеке дернулся.

— А то, капитан, что кто-то успешно атаковал Башню, пробив защиту, — отрезал префект. Голос его стал жестким. — Значит, способы кто-то нашёл. А мы — нет. Мы просто стоим рядом.

Дверь кабинета с шипением отъехала в сторону, пропускаю Зигму. Девушка выглядела собранной, в руке она сжимала дата-пад.

— Возьми данные патруля и срочно проанализируй, — приказал префект, не тратя времени на приветствия. — Мне нужно всё, что можно выяснить. Абсолютно всё. Тип корабля, время, характер повреждений. И отправь копию данных на Пятую заставу, пусть их аналитики тоже почешутся.

— Будет сделано, — Зигма забрала инфо-кристалл со стола и быстро исчезла за дверью.

— Квинт, — префект посмотрел на лейтенанта. — Ты отправляешься вместе с ней. Просмотрите данные патрулей за последние лет десять. Весь архив. Может, есть что-то, что мы упустили. Какая-то мелочь, на которую никто не обратил внимания.

— Да, командир. Будет сделано.

В мастерской Зигмы пахло озоном, паяльным флюсом и крепким кофе. Повсюду висели провода, лежали разобранные блоки непонятных приборов и перемигивались огоньки диагностических стендов.

— Старик явно сегодня не в духе, — заметила Зигма, ловко устанавливая кристалл в считыватель центрального компьютера. — Ладно, Квинт, давай-ка посмотрим, кто этот герой, атаковавший Башню.

— В смысле? Не понял, — Квинт уселся на свободный ящик, разглядывая хаос вокруг.

— Установим тип корабля. Это первое, с чего нужно начать, — Зигма запустила программу глубокого анализа. Мерцающий свет монитора отразился в её глазах. — А это тебе, — она повернула к нему соседний экран. — Данные всех патрулей за десять лет. Наслаждайся.

— Вот работки привалило… — Квинт почесал затылок, глядя на бесконечный список файлов.

— А ты думал, служба — это только по скалам прыгать и красавиц очаровывать? — Зигма весело засмеялась, ее пальцы так и летали над сенсорной панелью.

— Ну, вообще-то, так задумывалось сначала, — пробормотал Квинт, усаживаясь за экран. — Но что-то явно пошло не по плану.

Бесконечные, однообразные съемки потянулись перед глазами. Записи были сухими и скучными. Каждый раз патрульный челнок в одно и то же время вылетал к Башне, следуя по одному и тому же, заученному до тошноты маршруту. Судя по записям разговоров экипажа, это была страшно нудная обязанность. Камеры автоматически фиксировали контрольные точки, а экипаж не особо утруждал себя наблюдением, обсуждая бытовые проблемы или предстоящие увольнительные. Квинт чувствовал, как у него начинают слезиться глаза.

— Ну вот и ответ, — голос Зигмы заставил его вздрогнуть. Она выпрямилась в кресле и торжественно провозгласила: — Такой тип корабля в базе данных нашей галактики не обнаружен.

— А разве такое возможно? — Квинт удивился, отрываясь от своего экрана. — Может, ошибка в программе?

— Ну, конечно, «возможно», — Зигма насмешливо фыркнула и легонько щёлкнула его по носу. — У меня здесь базы всех известных цивилизаций с момента первого выхода человечества в космос. Даже базы некоторых ксеносов есть. Такого корабля никогда не было… Ну, по крайней мере, в нашей галактике.

— Очень вдохновляет, — задумчиво произнес Квинт.

Он долго ещё сидел, просто глядя в экран, где проигрывались однообразные записи патрулей. В голове роились мысли, но никак не складывались в четкую картину. Пришельцы из другой галактики, пробитое поле…

— Так, пора покормить Раха, — Квинт встал, потягиваясь, и направился в столовую.

Пищевой принтер привычно загудел и выдал здоровенный, дымящийся кусок синтезированного мяса для караха. Смачно чавкая, Рах принялся за дело, блаженно зажмурив глаза. Квинт уселся рядом на скамью и даже задремал, давая глазам отдых после многочасового созерцания мониторов.

Карах требовательно ткнул носом задремавшего Квинта в плечо.

— Ты чего? — Квинт открыл глаза.

Рах посмотрел на свою миску, потом снова на друга. Квинт подошёл к принтеру и проверил настройки. Настройка в памяти на вес обеда для караха сбилась и кусок получился заметно меньше обычного.

— Ты смотри, почувствовал! — Квинт покачал головой. — Напечатав «премиальный» кусок, он положил его в миску Раху. — Недокармливают зверюгу, — сказал он, ласково гладя Раха за ухом.

И тут Квинт замер. Мысль уже была где-то совсем рядом, она дразнила его, но никак не могла до конца сформироваться. Он посмотрел на принтер, на сбившуюся настройку, на Раха… Почти бегом он бросился обратно в мастерскую Зигмы.

Девушка полулежала в кресле, прикрыв глаза, и наслаждалась красивой, тягучей музыкой, лившейся из динамиков.

— Зигма! Дай мне данные патрулей за тридцать лет. Весь архив.

— Тридцать? Ты что-то придумал? — она мгновенно подобралась, музыка стихла.

— Ещё не понимаю, но, похоже, да. Давай данные.

Просмотр не занял много времени. Квинт искал что-то конкретное, прокручивая записи с огромной скоростью. Наконец он остановил воспроизведение и удовлетворённо откинулся в кресле.

— А теперь скажи, милая моя…

— О, «милая» — мне нравится! — засмеялась Зигма.

— Есть отчёты по расходам топлива патрулей? — Квинт был серьезен.

Девушка изумлённо посмотрела на него.

— Есть… Но это-то тебе зачем? Это же интендантская часть.

— Нужно подтвердить догадку. Показывай отчеты.

Зигма вывела графики на центральный экран.

— Ну вот, смотри. Ты меня интригуешь, лейтенант.

— Вот это что? — Квинт указал на маленькую светящуюся точку на записи десятилетней давности.

— Это Луна, — удивилась Зигма такому простому вопросу. — Даже не Луна, а спутник небольшой. Астероид, захваченный притяжением.

— Отлично. Смотри дальше записи, — он прокрутил видео вперед, к записям этого года. — Смотри внимательно. Время полёта то же, но здесь спутника нет.

— Ну и что? — не поняла Зигма. — Его скрыла Башня. Маршрут патруля проходит так, что в этой точке Башня оказывается между челноком и спутником. Элементарная геометрия.

— Так! Теперь смотри расход топлива за последние тридцать лет.

Зигма открыла соответствующий график.

— Ну, он… — Зигма запнулась, вглядываясь в кривую. — Он увеличивается. Очень медленно, почти незаметно, но график идет вверх. Я не понимаю, хоть убей, — девушка скрестила руки на груди, недоуменно глядя на Квинта.

— Смотри и рассуждай логически, Зигма. Для того чтобы спутник скрылся за Башней при том же времени полета, патрульному челноку нужно подлететь ближе к самой Башне, правильно? Чтобы угол обзора изменился.

— Ну да, — кивнула она.

— А расход топлива говорит о том, что путь челнока становится длиннее, расстояние постепенно увеличивается. Маршрут пролегает всё дальше от центра. Правильно?

— Правильно… — озадаченно сказала Зигма, и вдруг её глаза начали округляться. — Постой…

— А это значит, — победно закончил Квинт, — что защитное поле Башни становится меньше со временем. Оно ужимается к самой Башне. И так как протокол патрулирования предписывает лететь вдоль кромки поля, пилоты с каждым годом летают по чуть большему радиусу, тратя больше топлива.

Зигма посмотрела на Квинта совершенно округлившимися глазами.

— Башня теряет поле… — прошептала она. — И поэтому мы раньше не видели этот разбитый корабль. Он лежал за пределами видимости камер, а теперь, когда поле ужалось, он оказался в зоне обзора. Слушай, Квинт, а ты часом не из Касты Амон? Ну, может, кто-то из предков, а? Такой анализ…

— Я сирота, — отрезал Квинт, вставая. — Касты тут ни при чем. Пошли к префекту. Это действительно всё меняет.

Выслушав Квинта и Зигму, префект Юст долго сидел неподвижно, сложив руки домиком. Затем он многозначительно пробормотал, словно обращаясь к самому себе:

— Это я, значит, тридцать лет не менял протокол патруля? Глаз замылился… Старею. Ну, Квинт, ты и молодец.

Он поднялся из-за стола, официально выпрямился.

— Лейтенант Квинт! От лица Императора объявляю вам благодарность за бдительность и аналитическую работу.

Он шагнул к Квинту и крепко пожал ему руку. Зигма, стоявшая рядом, вдруг прыснула от смеха, прикрыв рот ладошкой. Префект насупился.

— И что это я сказал такого смешного, центурион Амон Морнэ? — в голосе префекта зазвучали опасные нотки.

— Просто… Просто представила вас в короне Императора, — сквозь смех выдавила Зигма.

— Очень смешно, центурион. Отставить богохульство, — проворчал префект, но в глазах его блеснула искорка. Он снова повернулся к Квинту. — Если удастся пробить поле, Квинт, считай, звание капитана уже твоё.

— Давайте сначала попробуем, — скромно ответил лейтенант. Звание — это хорошо, но сейчас его больше занимала загадка Башни.

— А вот что за корабль там лежит, это, конечно, загадка из загадок, — задумчиво протянула Зигма. — Таких обводов я никогда не видела. Думаю, если нам удастся хотя бы забросить зонд на поверхность, миновав остатки поля, я смогу сказать, какой у него возраст. И, возможно, откуда он.

— Отдыхайте, офицеры, — официально выпрямившись и одёрнув старый, потертый мундир, сказал префект Юст. — Завтра приступаем к подготовке. День будет тяжелым.

Вечер уже накрыл заставу долгожданной прохладой. После удушливой дневной жары воздух казался особенно чистым и свежим. Небо над каньоном окрасилось в глубокие фиолетовые и багровые тона. Квинт решил прогуляться вместе с Рахом вдоль периметра заставы.

Чудный закат умиротворял, и мысли лейтенанта снова, как и в прошлые вечера, начали возвращаться к Тиае. Образ девушки с тонкими чертами лица и грустными глазами не выходил у него из головы.

— Как же ты мне запала в сердце… — тихо сказал он вслух, глядя на заходящее солнце.

Рах, трусивший рядом, вопросительно посмотрел на друга, тихонько рыкнул и вдруг ощетинился. Шерсть на загривке встала дыбом, хвост замер.

— Что такое? — Квинт мгновенно подобрался, рука сама потянулась к тяжелому пистолету на поясе. В сумерках каньона могло скрываться что угодно.

Рах сделал резкий прыжок вперед и остановился у самой кромки мерцающего защитного поля заставы. По ту сторону, в тени скал, стояла фигура. Приглядевшись, Квинт узнал молодого воина — того самого, которому он отдал костяную пластину тирака.

Воин, заметив, что его увидели, помахал рукой и показал небольшой свёрток, который держал в руках. Он явно чего-то ждал.

— Надо таки выучить их язык, — пробормотал Квинт. Он подошел ближе к кромке поля. — Контроль! — бросил он в коммуникатор. — Снимите поле в третьем секторе.

— Принято, лейтенант. Поле снято.

Мерцание воздуха исчезло. Дежурный дроид отключил сектор. Квинт вышел к воину. Тот, хоть и стоял неподвижно, опасливо поглядывал на массивную фигуру караха, замершего за спиной лейтенанта. Рах тихо, предупреждающе зарычал.

— Не бойся, он не тронет. Он со мной, — сказал Квинт, стараясь говорить спокойно и делая успокаивающий жест рукой. Зверь, словно поняв команду, сел на песок, но взгляда с чужака не сводил.

Воин осторожно приблизился и протянул свёрток. Квинт развернул грубую ткань и увидел три небольших медальона, подвешенных на тонких кожаных ремешках. Они были покрыты искусной, невероятно тонкой резьбой. Присмотревшись, Квинт понял, что на них запечатлена сцена охоты на тирака. На одном медальоне был узнаваемый рисунок меча, на втором — причудливые цветы и растения, а третий просто был покрыт сложной, красивой вязью неизвестных символов.

— Спасибо, — поблагодарил он воина, прижимая руку к сердцу в местном жесте вежливости.

Тот поклонился, бросил еще один опасливый взгляд на Раха и мгновенно исчез в сгущающейся темноте каньона, словно его там и не было.

Вернувшись в свою каюту, Квинт при свете лампы внимательно рассмотрел медальоны. Работа была поистине фантастическая. Казалось невероятным, что местный мастер, не имея высокотехнологичных инструментов, смог создать такую красоту. Тонкие узоры сплетались в сложный орнамент, передавая динамику охоты и величие зверя.

— Зачем три-то? — спросил он у Раха, который улегся на свой коврик в углу. Карах лишь зевнул во всю пасть, демонстрируя впечатляющие клыки, и закрыл глаза.

— Зачем третий? — спросил Квинт на следующий день у Зигмы, показывая ей аталлы.

Девушка внимательно осмотрела резьбу, восхищенно цокая языком, а потом лукаво посмотрела на лейтенанта и засмеялась:

— Квинт, ну ты даешь! Ты обычаев совсем не знаешь? У местных по традициям может быть две жены. Третий медальон — это как бы «резерв» или символ того, что ты готов к большой семье. Так что действуй, герой!

Квинт густо покраснел и поспешно спрятал аталлы в карман мундира под насмешливым взглядом подруги.

— И какие тут обычаи? — спросил он серьезно, стараясь сменить тему. — Как мне правильно подарить аталлу? Я не хочу все испортить.

Зигма задумалась, вертя в руках отвертку. Музыка в мастерской сегодня играла тихая и спокойная.

— Хм… Я видела такой обряд всего один раз. Было это в базарный день в городе. Это у них особое событие. Тогда всё население города слоняется по рынкам, покупает что-то, продаёт, общается… В общем, народное гуляние. И сам князь обязательно выходит в люди в этот день. Это традиция. Он покупает на рынке какие-то простые вещи, сам, показывая, что он такой же, как все его подданные. Обычно он выходит с семьей. Вот, думаю, это и будет самый удачный момент. Они любят такие публичные события. Это считается почетным.

В ближайший базарный день Квинт, тщательно выбритый и в отглаженном мундире, попросил увольнительную у префекта.

— Хочу приобщиться, так сказать, к местной культуре, командир. Посмотреть город в праздник.

— Ну, приобщайся, — улыбнулся префект, хитро прищурившись. — Дело хорошее. Полезное для налаживания контакта с населением.

— Только… Только не говорите никому, — замялся Квинт, отводя взгляд. — Не хочу лишних насмешек в свой адрес от ребят.

— О чём речь, лейтенант! — префект хлопнул его по плечу. — Могила. Иди.

Квинт решил идти в город пешком. Путь лежал под гору, и немного подумав, он взял с собой Раха. Зверь был только рад прогулке, особенно когда Квинт, на глазах у него, положил в рюкзак его любимый, здоровенный кусок мяса. Обед Рах пропускать не любил ни при каких обстоятельствах.

Путь занял почти час, но пролетел незаметно. Квинт топал по каменистой тропе, наслаждаясь видами огромного кратера, в центре которого раскинулся город. В лучах солнца городские стены казались золотистыми.

В этот день народу в городе было просто тьма. Улицы гудели, как растревоженный улей. Небольшими группами, скорее всего семьями, жители ходили по рынкам и площадям, толкаясь, разговаривая, эмоционально махая руками. В воздухе стоял запах пряностей, жареного мяса и вина.

Завидев неторопливо шагающего офицера в форме гарнизона с устрашающим карахом рядом, некоторые жители в испуге шарахались в стороны. Дети с любопытством и страхом наблюдали за зверем из-за укрытий. Не часто в городе появлялся такой хищник, да ещё и на свободе, без клетки. Но Рах шел спокойно, не обращая внимания на суету, лишь изредка поводя носом.

Квинт прошёл в центральную часть города, с любопытством рассматривая яркие, украшенные к празднику улицы. Недалеко от дворца князя находился главный рынок, и надо же было так случиться, что князь со свитой и семьёй появился там именно в этот момент. Тиая в своём скромном, но чистом платье шла чуть позади, рядом с мачехой.

Завидев лейтенанта с карахом, князь удивлённо остановился. Свита замерла. Князь с немым вопросом посмотрел на Квинта, в его глазах читалось недоумение.

«Эх, как бы сейчас язык пригодился…» — с тоской подумал Квинт, чувствуя, как начинают потеть ладони. «Ну ладно, будем действовать по плану, как Зигма учила».

Квинт остановился и вежливо, по всем правилам придворного этикета, поклонился князю. Потом он достал аталлу — ту, что была с резьбой цветов и растений — и, стараясь, чтобы рука не дрожала, положил её на открытую ладонь. Затем он протянул руку караху.

Зверь осторожно, одними губами, взял в зубы медальон и медленно, торжественной походкой пошёл в направлении князя. Тот изменился в лице, побледнел и даже сделал невольный шаг назад, но потом, гордо подняв голову, замер, глядя на приближающегося хищника. Толпа вокруг ахнула и затихла. Слышно было только, как Рах мягко ступает лапами по камням.

Рах подошел к Тиае, которая, казалось, совсем его не боялась. Она смотрела на зверя спокойным, ясным взглядом. Карах остановился у её ног и аккуратно положил аталлу на землю.

— Раахх! — негромко рыкнул зверь, словно ставя точку, и в несколько прыжков, под испуганные возгласы толпы, оказался обратно рядом с Квинтом.

Свита князя с улыбками и перешептываниями смотрела на лежащий на земле медальон. В городе все знали, что сердце Тиаи неприступно, и многие знатные юноши уходили ни с чем. Девушка улыбнулась — впервые Квинт видел её улыбку — наклонилась, подняла аталлу и, бережно сжав её в руке, спрятала у себя на груди.

Лица мачехи и многих окружающих вытянулись от удивления. Это было публичное согласие.

Князь, покачав головой, отошёл в сторону, давая дорогу. Тиая медленно подошла к Квинту.

— Я ждала… — тихо сказала она на имперском, опустив глаза.

— Я тоже очень ждал, — ответил Квинт, чувствуя, как бешено колотится сердце.

В этот момент в тишине площади послышались медленные, мерные аплодисменты. Квинт и Тиая удивлённо оглянулись. Весь гарнизон заставы, в полных парадных мундирах, с начищенными бляхами и оружием, во главе с префектом Юстом и капитаном Ордо, стоял позади свиты князя и аплодировал. Князь, улыбнувшись, тоже присоединился к аплодисментам.

— Я никому не говорил, если что! — крикнул префект Юст сквозь шум, весело подмигивая Квинту. — Они сами! Разведка донесла!

Толпа горожан, поняв, что произошло, разразилась радостными криками и приветствиями, поздравляя молодую пару. Квинт стоял, держа Тиаю за руку, и чувствовал, что это, возможно, самый счастливый день в его жизни.

Глава 13. Первый бой

Подготовка к атаке на Башню велась практически круглосуточно. Патрульный челнок постоянно находился на орбите, тщательно фиксируя каждый метр поверхности монолита. Прослушивались все возможные частоты, даже дистанционные датчики сейсмоактивности были пущены в дело, чтобы уловить малейшие колебания внутри гигантского сооружения.

Принтеры в заводских помещениях без перерыва печатали приборы, созданные Зигмой. Мастерская превратилась в филиал ада: частенько после испытаний очередное оборудование летело в мусорные утилизаторы на перепечатку. В такие моменты девушка смешно топала ногами и с яростью громила об пол получившийся аппарат. Её совершенно не смущало, если рядом оказывался префект Юст. Старый воин, повидавший немало сражений, искренне побаивался гнева своей подчинённой и поспешно ретировался под предлогом срочных дел.

Зигма же, выплеснув ярость на железках, быстро приходила в норму и под грохочущую музыку принималась мастерить заново.

— Откуда у неё столько идей? — качал головой Скард, наблюдая за ней издалека.

— Вообще, быть слишком умным — это страшно, — вторил ему Маркай. Оба старались вовремя увернуться от летящих кусков плат, прежде чем сбежать из мастерской.

Несмотря на напряжение, по молчаливому согласию гарнизона Квинт каждый вечер выбирался в город. Иногда это были пешие прогулки, и тогда на полпути его встречала Тиая. Они просто бродили по засыпающим улицам, слушая эхо своих шагов. Рах, как преданный телохранитель, сопровождал Квинта до встречи с любимой и исчезал в ночи лишь после того, как Тиая, глядя в его янтарные глаза, едва заметно кивала. Появлялся карах только под утро и, позавтракав вместе с гарнизоном, заваливался спать.

Квинт пребывал в эйфории, что, впрочем, не сказывалось на службе. Однажды Зигма, пребывая в редком добром расположении духа, положила перед ним шкатулку.

— Вот то, что ты просил. Я постаралась сделать клинок очень прочным, сталь отменная.

Квинт открыл крышку и замер с открытым ртом. Трофейный коготь тирака превратился в удобную рукоять длинного изогнутого ножа. Тонкая вязь замысловатых узоров переходила с кости на блестящий клинок, отливающий странным красноватым оттенком.

— О боги! — воскликнул Квинт. — Это шедевр! Ты сама это сделала?

— Ну а кто ещё? — гордо фыркнула девушка.

Квинт в приступе благодарности крепко обнял хрупкую фигурку. Зигма громко засмеялась:

— Отпусти, а то уронишь целого центуриона!

— Прости, — спохватился Квинт. — Спасибо огромное.

— Это не всё, — она достала из кармана складной нож, инкрустированный осколками когтя и покрытый вязью. — А это лично тебе, думаю, пригодится.

Квинт снова потянулся обнять её, но Зигма остановила его ладонью в грудь.

— Хватит, лейтенант. А то, смотри, аталлы-то было три, могу одну и попросить, я гордыней не страдаю.

Она развернулась и, махнув рукой, ушла в мастерскую.

— Ох и попал ты, парень, — усмехнулся Ордо, ставший невольным свидетелем сцены. — Знаешь, я бы отдал левую руку, чтобы эта маленькая чертовка стала моей, но не судьба.

Наконец, измученная, но счастливая Зигма доложила о готовности оборудования. Челнок оборудовали дополнительными подвесами, на которых крепились зонды, похожие на длинные тонкие копья.

— Это специальный сплав, — объясняла она. — Чертовски тяжело его получить, но он пробьет любой известный материал. Зонд должен пройти сквозь ослабленное поле и уйти глубоко под поверхность.

— Отлично, — префект хлопнул в ладоши. — Полетят Квинт и Ордо. Вал сопровождает на «Кобре».

— Здесь есть истребитель? — удивился Маркай.

— Здесь и не такое припрятано, лейтенант, — улыбнулся Юст.

— Позвольте мне! — взмолился Маркай. — Я был одним из лучших в академии по летной подготовке.

Префект задумался, глядя на горящие глаза парня.

— Ладно, истребитель ваш. Посмотрим на ваши таланты. Старт утром.

Накануне вылета Квинт встретился с Тиаей. Она тревожно ловила его взгляд.

— Ты завтра будешь рисковать? — спросила она. — Я не знаю, как называются ваши машины, но чувствую опасность.

— Не волнуйся, милая, это просто разведка, — он обнял её, стараясь придать голосу уверенности.

Тиая прижалась к его груди.

— Береги себя. Я буду ждать тебя завтра возле дворца. Очень ждать.

Палящее солнце залило поверхность планеты испепеляющим жаром, когда из подземного ангара поднялись корабли. Следом за челноком в небо сорвалась стремительная «Кобра» Маркая. Оставшийся гарнизон замер у пультов управления на заставе.

Башня безмолвно висела в пустоте. Челнок сделал круг над монолитом и завис точно над местом крушения неизвестного корабля. Маркай занял позицию сзади, контролируя радар.

— Навожу, — голос Зигмы в коммуникаторе был напряженным. — Приготовились… Выстрел!

Копьё зонда на безумной скорости рванулось к цели. Защитное поле монолита при контакте озарилось ярко-красным светом. Оно просело, вытягиваясь к поверхности, сопротивляясь изо всех сил. Зонд почти достиг цели, но в последний момент поле, ставшее ослепительно-багровым, буквально вытолкнуло копьё в космос. Зонд пронесся мимо челнока и ушел в атмосферу, сгорая яркой искрой.

— Вот же сволочь! — выругалась Зигма. — Спокойно… Сейчас исправлю.

— Не волнуйся, есть ещё выстрел, — успокаивал её префект.

— Не мешайте, ваше превосходительство, а то я за себя не ручаюсь! — рыкнула она. — Квинт, меняю локацию, передаю координаты. В лоб не вышло, попробуем с фланга.

В этот момент поверхность Башни словно взорвалась изнутри. В пространство выплеснулись два огненно-красных шара.

— Автоматическая защита! — закричал Юст. — Уходите оттуда!

Маркай на истребителе бросился на перехват. Очереди плазмы разрезали пустоту, врезаясь в щиты шаров. Те ответили прицельными лучами.

— Маркай, осторожно! Маневрируй! — кричал Тит.

В щиты челнока ударил луч, корпус содрогнулся. Квинт вывел машину на новую точку.

— На месте! Зигма, стреляй!

Второй зонд рванул к цели. Один из красных шаров бросился на перехват, но не успел. Копьё, борясь с вязким полем, приближалось к поверхности.

— Ну давай же… давай! — Зигма сжала кулачки.

И… зонд прорвал пелену как натянутую до предела материю! Он с глухим ударом вошел в поверхность Башни и скрылся внутри. Поле монолита мгновенно восстановилось, но было поздно — данные пошли.

— Есть контакт! Принимаю пакет данных! — радостно закричала Зигма и начала прыгать по рубке.

— Центурион, держите себя в руках! — строго сказал префект, едва пряча улыбку.

— Простите, эмоции! — крикнула девушка, не прекращая скакать.

Тем временем в космосе стало жарко. Энергетические лучи шаров били по челноку.

— Щиты на пределе! — крикнул Ордо. Воздух в кабине наполнился запахом горелой изоляции.

— Уходи в атмосферу! — скомандовал Тит.

Квинт направил израненный челнок вниз. Шары следовали по пятам, заливая их огнем. Маркай, тщательно прицелившись, выдал длинную очередь. Щиты одного из преследователей не выдержали, и он исчез в облаке взрыва. Второй шар продолжал атаку.

В рубке челнока летели искры, начался пожар. Квинт вцепился в штурвал, чувствуя, как в плотных слоях атмосферы корпус начинает вибрировать. От перегрузок срывало листы брони. Три огненных болида неслись к земле.

Маркай выстрелил снова. Сгусток плазмы на безумной скорости настиг врага. Заряд ударил в шар вскользь, пробивая щит и сбивая его с курса. Объятый пламенем преследователь рухнул в каньон, подняв фонтан пара и обломков из озера на дне.

— Фиксирую место падения! — доложил Тит.

Истребитель Маркая с трудом вышел из пике и потянул к заставе. Челнок же на сумасшедшей скорости влетел в узкий каньон. Квинт пытался выровнять машину, но корпус зацепил скалу, оставляя за собой огненный след и облака скальной шрапнели. Один двигатель сдох, второй захлебывался, панель управления выбросив сноп искр погасла. Челнок нёсся практически вслепую.

Скрежеща зубами, Квинт дотянул до площадки. В десяти метрах от земли последний мотор заглох, и корабль рухнул на камни, превратившись в груду раскаленного железа.

Весь гарнизон бросился к обломкам. Дверь шлюза вывалилась, и наружу, пошатываясь, выбрались закопченные Квинт и Ордо.

— Всё нормально… — выдохнул Ордо, падая на песок.

— Дотянули…

— Слава богам, — прошептал Квинт.

В это время, страшно тарахтя разбитым фюзеляжем, приземлилась «Кобра». Квинт с трудом поднялся на ноги, и тут его едва не сбил с ног Рах. Зверь прыгал вокруг, поскуливая от радости.

— Разрешите доложить… — Квинт попытался вытянуться перед командиром. — Задание выполнено. Правда, кораблю хана.

Префект Юст встал перед шатающимся лейтенантом, его лицо было серьезным как никогда.

— Доклад принял. Можете отдыхать, капитан Квинт.

— Ваше превосходительство… вы ошиблись званием… — пробормотал Квинт.

— Нет, не ошибся. Звание ваше, капитан. Заслужил.

Интерлюдия. Время крови

— Боги, какая скука!

Император сидел на Совете Крови, подперев голову рукой. Испокон веков этот Совет решал важнейшие дела государства, и раньше владыка даже любил слушать бравурные речи высоких лордов, втайне посмеиваясь над их глупостью. Его Серая Претория поставляла разведданные на каждого, кто сидел за этим столом.

Потому император точно знал: Лорд де Каин, чеканя слова о расходах казны на новый флот, беззастенчиво лжёт. Владыка знал до последней медной монеты, сколько украл этот «достойный» муж и где припрятал наворованное при помощи своего недоумка-сына. Глядя на каждого из двенадцати участников совета, он испытывал искреннее отвращение. Но за лояльность приходилось платить этим напыщенным графам, баронам и князьям — платить правом воровать, убивать и покровительствовать пиратству. О прочих мерзостях, творящихся в их поместьях, император старался не думать.

— Ваше Величество? — Лорд де Каин вопросительно посмотрел на правителя. — Вы согласны?

— А? Да, друг милейший... — рассеянно проговорил император. — Я целиком доверяю вашему опыту.

Он встал, по обыкновению брезгливо перебирая пальцами в воздухе, словно стряхивая невидимую пыль.

— Высокие Лорды, продолжайте без меня. Нездоровится, знаете ли, — он прикоснулся тыльной стороной ладони к щеке.

Лорды встали в глубоком поклоне.

—Я ваши головы ещё вывешу на городской стене, — подумал император, с вежливой улыбкой раскланиваясь в ответ.

Придя в свои покои, он устало опустился в любимое кресло и включил тихую музыку. Внезапно его накрыла волна тошноты. Она поднималась из самого желудка, липкая и горячая.

—Отравили! Проклятье! — вспыхнула мысль. Его вырвало прямо на дорогой ковёр. Отплёвываясь, он рухнул обратно в кресло, но спазм в животе не отпускал. Через мгновение пришёл голод. Страшный, сводящий с ума голод, против которого любая воля была бессильна.

С трудом поднявшись, он подошёл к зеркалу.

— Неужели...

Глаза помутнели, зрачки превратились в угольно-черные точки. Стремительно бледнеющая кожа отливала мертвенно-серым цветом. Он поднял руку — кончики пальцев наливались багровым.

— Верховного Стратега ко мне! — хрипло прорычал он в коммуникатор.

В воздухе поплыл тягучий туман. Полупрозрачная сущность возникла из ниоткуда. Тихий смех, похожий на скрежет когтей по металлу, впился в мозг императора.

— Мы пришли проведать тебя и напомнить, что ты — часть нас, — голос был вкрадчивым, почти успокаивающим.

Император упал на колени, его скрюченные пальцы рвали дорогую ткань на груди.

— Мы бы хотели убедиться, что ты нас не обманешь. Дай нам малую долю обещанного.

— Зайдите в другой раз... сегодня нет объедков на кухне... — прохрипел император, пытаясь шутить сквозь боль.

— Ты смел, нам это нравится, — засмеялась сущность, обходя человека кругом.

Без стука в покои вошёл Верховный Стратег. Увидев императора, он замер. Скрюченное, внезапно похудевшее тело, выгнутое в неестественной судороге, белые глаза и сломанные о паркет ногти... Стратег всё понял мгновенно.

Он вышел в коридор, где застыли два гвардейца Серой Претории. Стратег подозвал одного из них и тихо произнёс два слова:

— Время крови.

Гвардеец побледнел. В его глазах на мгновение промелькнула обречённость, но долг взял верх. Он аккуратно прислонил алебарду к стене, снял шлем, кирасу и вошёл в покои. Второй преторианец вытянулся, застыв как восковая фигура. Стратег закрыл глаза, прислонившись спиной к двери.

— О, вот и наш шедевр! — пророкотал голос в мозгу императора. — Дай нам! Сейчас же!

Гвардеец подошёл к корчащемуся на полу господину. Император встал, его трясло. Преторианец достал короткий меч и, поклонившись, протянул его владыке рукоятью вперёд. Короткий взмах — и фонтан крови из перерезанного горла залил императора с ног до головы. Несколько секунд солдат стоял, глядя на правителя умирающими глазами.

— О да! Наконец-то!

Сущность протянула руку. Слабо мерцающее белое облако отделилось от тела падающего гвардейца и исчезло в призрачной ладони.

— Чистая энергия... Божественно!

Тень коснулась плеча императора:

— Твоя доля. Мы довольны. Мы придём позже, чтобы обсудить твои действия.

Туман рассеялся вместе со смехом. Император рухнул на тело убитого преторианца. В его мыслях метались ужас и дикий, первобытный восторг от наполнившей его силы.

В покои вошёл Стратег. Он помог владыке подняться и усадил в кресло. Лицо императора, залитое кровью, было искажено гримасой отвращения.

— Он поверил, Ваше Величество? — тихо спросил Стратег.

Император кивнул. Говорить он не мог.

— Значит, пришло время... И Юстиниан был всё-таки прав.

— Да, — прохрипел император.

Стратег налил вина в бокал.

— Выпейте.

Жадно глотая напиток, владыка постепенно приходил в себя. Он тяжело посмотрел на тело гвардейца.

— Его семья ни в чём не должна нуждаться. Никогда.

— Конечно, Ваше Величество.

— Похороните с воинскими почестями.

Император поднял глаза на старого друга — в них была лишь выжженная пустота.

— Оставь меня.

Он поднялся и вышел в гардеробную, на ходу сбрасывая с себя липкие, пропитанные кровью одежды.

Глава 14. Невозможное рядом

Героическая троица была в приказном порядке помещена в медотсек под надзор доктора Синтакса. Он провёл тщательный осмотр, после которого Маркай радостно отправился в столовую пить пиво. Ордо и Квинт же были помещены в диагностические капсулы. Особых повреждений выявлено не было, но док настоял на госпитализации.

— Отдохнёте, успокоитесь, — констатировал Синтакс, изучая показатели. — Такие нагрузки на тело и психику без следа не проходят.

С сожалением оба согласились и после дозы снотворного провалились в глубокий сон. Квинту снился Зов. Он вибрировал в его голове, будто пытался достучаться через толстую стену. Открыв глаза после двенадцатичасового сна, он почувствовал себя отдохнувшим. Тело всё ещё ломило, но добраться до столовой он смог вполне спокойно.

Тут же появился Рах, внимательно обнюхав друга и лизнув пару раз раздвоенным языком. Квинт напечатал здоровенный кусок мяса, и карах с благодарностью приступил к поглощению.

— Как дела? — весело спросила прибежавшая Зигма. — Очухались оба?

— Более-менее нормально, но док считает, что надо денёк отдохнуть.

— И правильно, — кивнула Зигма. — Пока мы достанем сбитый шар из озера и привезём сюда, как раз будет время.

— А он что, уцелел? — удивлённо спросил Квинт.

— На удивление, да. Я просканировала дно озера, и он там, миленький, лежит.

— А данные с зонда нам что-нибудь скажут?

— Ой, там столько всего, что для анализа я создала отдельную программу, — Зигма запнулась. — Очень много элементов, которые нам неизвестны.

— Это получается, что Башня не из нашей галактики? — спросил Квинт.

Девушка странно посмотрела на него:

— Может и так.

Похоже, загадок было больше, чем ответов. Квинт с трудом поднялся:

— Пойду на воздух, — и побрёл в сопровождении Раха к выходу.

На взлётной площадке дроиды вовсю занимались разборкой двух кораблей. Прямо на бетоне сидел Ордо, наблюдая за процессом.

— И как это мы дотянули... — пробормотал Квинт.

— Благодаря тебе и воле богов, — усмехнулся Ордо. — Я бы не справился, вот честно. Ты отличный пилот, лейтенант.

— Попрошу! Уже капитан, — гордо поднял голову Квинт.

— Точно, простите, господин капитан, ошибочка.

К Квинту подошёл дроид:

— К вам посетитель, господин капитан. Возле главных ворот. Вам помочь?

— Сам справлюсь.

Квинт заковылял к воротам, опираясь на загривок Раха.

— А я, кажется, знаю, кто наш посетитель, — проговорил, улыбаясь, Ордо.

У главных ворот его ждала Тиая. Увидев медленно идущего Квинта, она изменилась в лице, а кисточки на её ушах тревожно дрожали.

— Привет! — беззаботно махнул рукой Квинт. — Чем обязан такому визиту? Ты что же, пешком шла от города?

— Да, шла. Все вчера видели в небе огненный шар и ваши корабли. — Она спрятала лицо в ладони. — Я думала, ты погиб.

— Откройте проход, — дал он команду дроидам. Подойдя, он обнял девушку. — Не бойся, я не ранен и никто не погиб. Помялся немного, но завтра уже буду как новенький.

Тиая тихо плакала у него на плече.

— Ну перестань, милая, всё ведь хорошо.

— Да, очень хорошо, когда ты падаешь с неба в горящей железяке!

— Всё закончилось хорошо, и не будем об этом.

— Что за посторонние на территории заставы? — сзади раздался наигранно строгий голос префекта. Тиая вздрогнула.

— Добрый день, Тиая, — префект Юст склонил голову в приветствии.

— Здравствуйте, Ваше превосходительство. Я вот пришла...

— Да, всё понимаю. Не волнуйтесь, со всей командой всё в порядке. Хотя, наверное, смотрелось вам со стороны угрожающе.

Тиая закивала головой.

— Такая у нас служба, — сказал префект, — но хорошо, что все целы. Кстати, поздравьте молодого человека с присвоением звания капитан.

Тиая улыбнулась:

— Это отличная новость, господин префект.

— Ладно, оставлю вас. Капитан, присоединяйтесь к нам в мастерской Зигмы.

Префект раскланялся и, улыбаясь, удалился.

— Вот возьми, — Тиая протянула мешочек, — это лечебные травы, быстро встанешь на ноги.

— Спасибо, милая, я обязательно выберусь к тебе в ближайшее время.

Тиая поцеловала его и направилась в город. Квинт потрепал по голове Раха:

— Проводи, будь другом.

Рах прошелестел шипами на загривке и неслышно направился за девушкой.

Вся застава собралась в мастерской Зигмы. На огромных экранах пробегали строки данных.

— Анализ почти готов, — сказала Зигма. — Сейчас расскажу.

— Только, пожалуйста, на простом языке, как для дилетантов, — попросил префект.

Девушка важно поднялась с кресла. Было забавно наблюдать, как маленькая фигурка расхаживает перед экранами широкими шагами с чувством своей значимости.

— Коллеги, прошу внимания! — У всех поползла улыбка. — Зонд пробил внешние наслоения и добрался до основной структуры.

На экране появилось объёмное изображение.

— Можно с уверенностью сказать, что Башня — это рукотворное творение, а не природный астероид. Я обнаружила около ста новых химических элементов и соединений, неизвестных до сих пор. Вот такой вид может иметь эта станция без наслоений.

На экране появилась четкая геометрическая структура огромной станции.

— Наши предположения, что место катастрофы неизвестного корабля может быть шлюзом, скорее всего, верны. Это — гигантские двери входа в лётные ангары. Структура защитного поля нам тоже неизвестна, но самое главное... — она запнулась. — В общем, я не понимаю, какой вид энергии питает Башню.

— Это как же так? — удивился Тит.

— А вот так. Такое впечатление, что это не поле в полной степени, а как... живая материя, состоящая из независимых кластеров и концентрирующаяся за очень короткое время в точке прорыва.

— Живая материя в вакууме? — префект вопросительно посмотрел на девушку.

— Мне кажется, что эта материя как бы застыла в одной миллисекунде времени. В момент опасности кластеры ускоряются и перехватывают снаряд или энергию как бы в будущем. То есть выстрел для них происходит с замедлением.

— Теперь вопрос: как бороться с защитой, которая предвидит твои действия? — спросил Квинт.

— Правильный вопрос, — подняла пальчик Зигма. — Единственный способ — это уничтожить или истощить источник питания. И этот процесс сейчас происходит. Поле сузилось на 80% с момента первой фиксации. Значит, источник питания иссякает.

— Как он может пополняться? — спросил префект.

— Органика. Я думаю, это органическая энергия. А значит, источник нуждается в органической подпитке.

— А это значит, господа, что получить органику можно только на планете, — закончил префект.

— По данным зонда, на станции отмечена активность одного живого существа, — добавила Зигма.

— Так что же ты молчишь! — вскочил префект.

— Я докладываю. Присядьте, Ваше превосходительство, в вашем возрасте нужно экономить силы.

— Ну, никакого уважения к старшему по званию! — воскликнул, садясь, префект.

— Самое интересное — это возраст структуры. Анализ сошёл с ума после цифры «сто миллиардов стандартных лет».

— Старенькая машинка, — попробовал пошутить Маркай.

— Внутри есть какая-то активность. Движение. Зонд ещё работает, и напоминаю, что нужно исследовать шар из озера.

— Шар доставят? — спросил префект.

— Так точно, — козырнул Вал. — Местные помогли, он в дно озера ушёл. Его дроиды готовят к транспортировке.

— Чтобы ни одна гайка не потерялась, если она там есть конечно! — погрозил пальцем префект. — Всем разойтись. Вал, Скард, Маркай — готовьте истребители на всякий случай. Тит — займись радарами и системами перехвата. Похоже, нападение будет на сей раз сверху.

Гарнизон разошёлся. Квинт задержался:

— Слушай, Зигма, у тебя нет случайно ненужной...

— Есть! — прервала его девушка, сунув в руки небольшой коробок. — Это система связи. Крепится на руку как коммуникатор, можно разговаривать и передавать голограмму. Батареи года на два хватит.

— Ты как узнала?

— А я видела вас, влюблённую парочку, — улыбнулась Зигма. — То, что она пришла сама из города, о многом говорит. Тебе повезло, капитан.

— Спасибо! Ты золото!

— Бриллиант! — подняла пальчик Зигма.

Глава 15. Сделать следующий шаг

Вот так задача... Девять офицеров гарнизона стояли возле шара в человеческий рост, который неподвижно завис на магнитной подушке. Вокруг валялись сломанные инструменты, разряженные в ноль аккумуляторы, плазменные резаки и даже пушка Зигмы с пустым магазином.

Покрасневший и страшно злой Тит швырнул на бетонный пол отбойный молоток.

— Нет, ну это перебор! — просто проорал он, вытирая пот со лба. — Из чего эта штука сделана, а?!

— Пойди пивка глотни, здоровяк, — Зигма сочувственно потрепала Тита по плечу.

— Да я не понимаю! — не унимался тот. — Я за всю жизнь первый раз вижу что-то, что не могу разрушить!

Он тяжело выдохнул и, опустив голову, побрел в сторону столовой.

— Эй, ты там не напивайся! — крикнул ему вдогонку префект. Тит только обречённо махнул рукой.

Гладкая, похожая на стекло структура шара казалась полупрозрачной. Глубокий красный цвет становился более насыщенным в самой глубине, явно скрывая что-то в сердцевине. Иногда объект мелко вибрировал, распространяя вокруг едва уловимый низкочастотный гул.

— Ну, гений наш, что скажешь? — префект требовательно посмотрел на Зигму.

Девушка втянула голову в плечи и, глупо улыбнувшись, развела руками.

— Орудия экзорцизма на сегодня у меня кончились.

— Орудия у неё кончились... — сокрушался Юст. — Делать-то что будем?

Квинт, хромая, обошел шар.

— Какая гладкая структура, — он провёл рукой по поверхности. — Как лёд.

— Ты хотел сказать «как стекло»? — поправил его Вал.

— Нет, именно лёд. Скользкая, будто покрытая тонким слоем воды, но при этом сухая.

Маркай стоял, скрестив руки на груди:

— Как нам бороться с противником, если мы не знаем, как его сбить? Но я же его сбил!

— Вот и непонятно, как ты это сделал, — буркнул префект. — На шаре ни единого повреждения.

В глубине объекта клубился тёмно-красный туман с белыми прожилками.

— Как будто он наблюдает за нами... — прошептала Зигма.

И тут их накрыл Зов.

Все как один схватились за головы. Образы Башни и ледяного открытого космоса заполнили сознание гарнизона. Зигма мгновенно упала в обморок; док едва успел её подхватить. Образы менялись стремительно. Квинт сосредоточился, несмотря на разрывающую головную боль. Хаотичные картинки сложились в структуру.

Он отдалялся от Башни и Красной скалы. Его захлестнула горечь утраты. Эмоция того, что он летит в бездну, навсегда теряя Тиаю, была настолько реальной, что хотелось кричать. Полёт через пространство: мимо проносятся целые системы, галактики, затем — абсолютно пустое, беззвёздное пространство. И в самом конце, из этой немой пустоты, возник он — шар с клубящимся внутри красным туманом.

«Ты можешь присоединиться... Прими дар...» — голос был ядовитым, он разъедал мозг, словно кислота. Квинт потерял сознание.

— Эй, капитан, хватит валяться! — доктор тряс его за плечи.

— Всё нормально, док... я вернулся, — Квинт сел на земле, растирая виски.

Рядом приходили в себя остальные. Зигма уже достала из кармана ампулы со стимулятором и раздала всем. Стало легче.

— Кто что видел, офицеры? — спросил префект.

— Полёт в космосе...

— Да, звёзды... галактики мимо пролетали...

— Понятно, все видели одно и то же, — Юст был мрачнее ночи.

Из ворот заставы вышел Тит.

— А мне понравилось! — крикнул он, отхлёбывая из большой кружки.

— Понравилось ему... — бурчал префект, отряхивая мундир. — Вечно тебе всякая гадость нравится.

— Я всё слышу! — отозвался Тит.

— И слава богам! Значит, не оглох ещё! — Юст глубоко вздохнул. — На сегодня отбой. Можете даже выпить.

— Я уже начал! — Тит победно поднял кружку.

— О боги... — префект хлопнул себя по лбу. — За что мне это?

— Может, за грехи молодости? — язвительно скалясь, сказал Скард и громко засмеялся.

— И этот туда же... — обречённо прошептал Юст. — Квинт, зайди ко мне. Пошли.

В кабинете префект поставил на стол тяжелый ящик. Там были информационные кристаллы, какие-то чертежи и даже...

— Ух ты! Настоящие книги? — удивлённо воскликнул Квинт.

— Ты читать-то хоть умеешь, капитан? —пошутил префект.

— Вы удивитесь, я и писать умею. Как в древности — на бумаге.

— Опять удивил, — проговорил Юст. — Редкое сейчас умение. Значит, я не ошибся. Здесь, — он похлопал по ящику, — история застав с момента их создания. Изучи внимательно... или, наоборот, невнимательно. Я хочу, чтобы ты нашёл что-нибудь необычное. Я перечитал это сотни раз и ничего не нашёл. Но тут точно должно быть что-то, что поможет понять, что делать с Башнями.

— Сделаю, Ваше превосходительство.

— Иди уже, — префект устало махнул рукой.

— Ваше превосходительство, можно я возьму транспортёр и отлучусь?

— Делайте всё что хотите, устал я от вас... — Юст снова махнул рукой и, когда Квинт вышел, грустно улыбнулся себе: — Постарел ты, Юст. Пора на покой.

Квинт завёл транспортёр. На переднее сиденье тут же взобрался Рах.

— Останься на заставе, — сказал ему Квинт, но карах даже не пошевелился. — Ну вот почему на этой планете все такие упрямые?

Рах только рыкнул и положил тяжелую лапу на приборную панель.

— Ты чего раскомандовался, дружище? Еду я, еду, не рычи.

До города он добрался быстро. Был поздний вечер, на небе ярко светили звёзды, а воздух был наполнен ароматом ночных трав. Квинт очень скучал по Тиае. Приехав к дворцу, он подошёл к дежурившему стражнику.

— Я войду?

Стражник только покачал головой.

— Неудачно я приехал, — пробормотал Квинт.

Но тут из транспортёра вальяжно выбрался Рах. Потянувшись, он спокойно проследовал во дворец мимо опешившего стражника. Квинт только развёл руками:

— Такие вот дела. Он сам, я ни при чём.

Через несколько минут послышались торопливые шаги, и Тиая утонула в его объятиях.

— Пойдём, — она потянула его за руку.

— Куда это мы?

— Сейчас увидишь. Сюрприз, как у вас говорят.

Они прошли по тихой улице и остановились возле маленького домика за оградой из густых деревьев. Тиая открыла дверь:

— Проходи.

Внутри девушка зажгла масляную лампу. Это было аккуратное жилище с очагом посередине. На полу были рассыпаны пахучие травы, создавая атмосферу уюта и покоя. Большая лежанка, устланная шкурами, низкий стол с подушками и глиняный кувшин с водой в углу.

— Уютно, — сказал Квинт.

Тиая разожгла огонь, и комнату наполнил мягкий оранжевый свет.

— Чей это дом?

— Теперь — наш, — Тиая обняла его.

— Наш? — удивился Квинт. — Но мы же ещё даже не женаты.

— Дядя так решил. Он говорит, что ты честный человек, хоть и не из нашего племени. Ты произвёл на него впечатление, особенно на охоте.

Квинт был искренне удивлён.

— Я, собственно, ненадолго приехал... так соскучился.

Тиая подошла к стоящему у двери Раху и, склонившись, что-то прошептала ему на ухо. Карах молча развернулся и исчез в темноте.

— Милая, дай я тебя обниму, мне скоро обратно возвращаться...

— Нет, — спокойно сказала девушка, подбрасывая дрова в очаг.

— Что «нет»?

— Сегодня ты останешься здесь, со мной. Я так решила. Пришло время сделать следующий шаг.

Она обняла его, и у Квинта закружилась от эмоций голова.

— Сегодня мы вместе. Только мы, — прошептала девушка. — Карах позаботится, чтобы нас не беспокоили.

Ночь пролетела как один вздох. Квинт был настолько счастлив, что уже не представлял себя без неё.

— Спасибо тебе, милая, что сделала следующий шаг. Я бы не решился ещё долго.

— Я знаю. Вы, пришельцы, вообще поначалу нерешительные. Вам бы только летать на ваших железных машинах и много пить.

— Я не такой. Мне нужно совсем другое.

— Знаю, — улыбнулась она. — Ты единственный мужчина, в котором я увидела своё будущее.

Тиая вдруг стала очень серьёзной и прижалась к его груди.

— Ты должен мне пообещать, что будешь беречь себя и не рисковать зря. Ты теперь не один. Знай... у меня, кроме тебя, больше никого нет.

Эти слова больно и одновременно сладко отозвались в сердце Квинта. Он понял, что эта хрупкая девушка отдала ему всю себя, весь свой мир.

— Милая, не думай о плохом. Сейчас ведь всё прекрасно. Я даже обещаю выучить ваш язык.

Тиая засмеялась:

— Конечно, милый, это будет полезно.

В очаге догорал огонь. Город был объят глубоким сном. Квинт притянул к себе Тиаю. Все тайны Империи, Зов Башни и вся прошлая жизнь остались где-то очень далеко. Весь мир, вся вселенная находились сейчас здесь, в этой маленькой комнате, согретой теплом очага и любовью.

Глава 16. Прозрение Зигмы

Утро сегодня наступило вызывающе не вовремя. Квинту отчаянно не хотелось покидать уютный дом, пропитанный запахом сухих трав и тепла, но Тиая, будто заправская супруга с многолетним опытом, строго сказала:

— Иди на службу. Я буду тебя ждать, да и у самой дел невпроворот.

Квинт нехотя поднялся. Перед уходом он протянул ей коммуникатор, терпеливо объяснив, как пользоваться устройством.

— Теперь ты сможешь вызвать меня в любое время, — сказал он, закрепляя браслет на её запястье.

Тиая с опаской коснулась холодного металла.

— И я смогу просто разговаривать с тобой, даже когда ты далеко за горизонтом? — в её голосе всё ещё слышалось недоверие к «магии» пришельцев.

— Вот смотри: когда почувствуешь, что он дрожит на руке — нажми сюда.

Квинт вышел за порог и тут же нажал вызов. Вернувшись через мгновение, он не смог сдержать смеха: Тиая, закрыв лицо ладонями, испуганно подглядывала сквозь пальцы на полуметровую голограмму Квинта, зависшую в воздухе посреди комнаты.

— Это так страшно... — прошептала девушка, но тут же решительно добавила: — Но я привыкну, обещаю.

— Совсем не страшно, милая. Зато мы всегда будем рядом, когда это нужно.

На полпути к заставе коммуникатор просигналил. На панели управления транспортёра возникла крошечная сияющая фигурка Тиаи.

— Просто проверяю, как работает твоя магия, — сказала она и звонко рассмеялась. — Совсем-совсем не страшно!

— Люблю тебя, — ответил Квинт, улыбаясь во весь рот. — Скоро увидимся.

Возле ворот заставы его поджидал Ордо. Улыбка следопыта растянулась чуть ли не до ушей.

— Привет, Квинт! Тебя, я так понимаю, можно поздравить?

Квинт смутился, чувствуя, как краснеют уши, но быстро взял себя в руки.

— Можно поздравить.

— Да ладно тебе, не тушуйся! Я за тебя искренне рад. Если честно, редко кто из местных девушек решается на такие отношения с нашим братом.

— А как же Скард со своими бесконечными поклонницами?

— Ну, дружище, — Ордо наставительно поднял палец, — одно дело развлечения, и совсем другое — семья. Местные к этому относятся очень серьёзно. Если впустили в дом — значит, ты свой. Ладно, я на охоту.

Ордо поправил на плече тяжёлый арбалет и зашагал к лесу.

— А я — в бумажках ковыряться, — грустно отозвался Квинт.

— Каждому своё, капитан! — захохотал Ордо, не оборачиваясь. — Не скучай!

Придя к себе, Квинт с усилием отогнал мысли о Тиае и погрузился в изучение документов из ящика префекта. Здесь были материалы, давно исчезнувшие из официальных имперских библиотек.

История оживала на пожелтевших страницах и мерцающих кристаллах. Девять кораблей с командами по сто человек отправились к заданным точкам и заложили первые заставы. Сами Башни просто возникли из ниоткуда в неисследованных секторах космоса. Они всегда появлялись на орбитах миров, богатых ресурсами и жизнью. В документах не говорилось, откуда пришла информация, что Башен будет именно девять, но капитанам дали чёткие координаты.

Приказы отдавал лично будущий император Юстиниан I. На гравюрах старых книг он выглядел могучим человеком с густой чёрной бородой и глубоким шрамом на левой скуле. Крейсер под названием «Бадирион» должен был основать Первую заставу. Корабли были загружены всем необходимым для автономного существования в течение сотен лет.

Квинт знал из уроков истории, что позже первый император пал от руки собственного сына, Юстиниана II, но корни величия Астары уходили именно в те суровые времена. В отчётах капитанов упоминался некий «Договор с расой Адохай». Суть сделки не раскрывалась, но именно после неё Империя получила технологии, опередившие время на тысячи лет.

В ходе бесконечных междоусобных войн с мятежными лордами появились Касты. Остатки разгромленных врагов уходили в глубокий космос, основывая свои государства. Одной из первых стала Каста Амон — сообщество учёных, проповедовавших науки, которые в Империи считались ересью. Удивительно, но Амон был основан самим первым императором для развития альтернативных технологий, отличных от тех, что передали Адохай.

О самой расе Адохай информации не было — все упоминания тщательно вычистили.

«Странно, — подумал Квинт, — ни описания договора, ни внешнего вида этих существ. Похоже, эту тайну первый император унёс с собой в огне взорвавшегося флагмана».

Зов Башен тоже упоминался не раз. Гарнизон Второй заставы в полном составе сошёл с ума, и станция исчезла в пламени взорвавшегося реактора, утянув за собой всю планету. Со временем люди приспособились: глушили Зов стимуляторами или беспробудным пьянством. Императоры, погрязшие в праздности золотого века, мало заботились о гибнущих форпостах. На сегодняшний день функционировали только две заставы — Первая и Пятая.

Просидев над архивами несколько часов, Квинт решил размяться. В столовой было пусто, лишь верный Рах сторожил свой мясной принтер.

— Привет, дружище, — Квинт потрепал зверя по голове. Карах нетерпеливо перебирал лапами.

— Сейчас всё будет.

Через минуту солидный кусок мяса лёг в миску. Рах внимательно посмотрел на Квинта и приступил к трапезе.

Вдруг в коридоре послышались странные звуки. В столовую буквально впорхнула Зигма. Её одежды развевались, она застыла в причудливой танцевальной позе, а затем начала кружиться по залу.

— Я поняла! Поняла! — в восторге выкрикивала девушка, выделывая очередное па.

Рах замер, подхватил зубами миску и отполз в дальний угол, настороженно следя за этим стихийным бедствием.

Зигма остановилась напротив изумлённого Квинта, встала на цыпочки, схватила его за уши и, притянув к себе, звонко чмокнула в лоб.

— Я по-ня-ла! — по слогам пропела она.

— Ты поняла, что танцы — это твоё? — опешил Квинт.

— И это тоже! Ну хорошо же получается, правда?

Она сделала ещё пару оборотов и без сил рухнула на стул.

— Воды мне! Срочно!

Квинт принёс стакан. Зигма выпила его залпом.

— Так что ты поняла, загадочное создание?

— Я поняла, как пробить поле Башни!

Квинт мгновенно посерьёзнел.

— И как же?

— Я долго ломала голову, — затараторила она. — Энергетический барьер кажется нерушимым, потому что он распределён по всей поверхности. Но время! Время подсказало мне ответ...

— Ну не томи, красотуля. Что там со временем?

— За «красотулю» спасибо. Слушай: кластеры этой органической энергии «видят» нападение и мигрируют в точку удара. Они стягиваются туда, истончая защиту в других местах! Это как на фронте: если ударить в одну точку, туда перебросят все резервы.

— Ну, допустим, — подтвердил Квинт. — А если резервов больше нет? Что тогда?

— Тогда придётся снимать части с других участков фронта и...

— Оголяя их! — закончил Квинт. — И если нанести туда второй удар — будет прорыв!

— Вот именно! С обычными полями это не работает, они статичны. А с этой энергией сработает, если ударить одновременно в нескольких местах. Кластеры просто не успеют закрыть все дыры.

Зигма торжественно откинулась на спинку стула.

— Ещё воды... или лучше пива.

Выпив принесённый стакан, она удовлетворённо крякнула и с грохотом поставила его на стол.

— Надо пробовать на шаре.

— Ты маленький гений, — засмеялся Квинт. — Почему никто раньше до этого не додумался?

— Да потому, дорогой мой капитан, что такой тип энергии никто никогда не встречал! А благодаря вашей безумной карусели у нас есть образец. Враг уверен, что мы бессильны, потому что у нас нет подобных технологий.

— Действительно, трудно строить оружие, не зная, с кем воюешь, — подтвердил Квинт. — Надо докладывать префекту.

Зигма, расслабленная и довольная, хитро прищурилась:

— А нет его. Улетел в патруль с Титом и Валом. Захотел лично поближе на Башню глянуть.

— Тогда тебе пора отдыхать. Ты когда спала в последний раз?

— Да это не важно на самом деле, — Зигма махнула рукой. — В моём возрасте о таком не думают.

— Ну какой там возраст, — улыбнулся Квинт. — Идём, провожу.

Зигма сощурилась:

— Завлекаешь?

— Нет, что ты... я ведь теперь как бы не один.

— А, ну да, — девушка отмахнулась. — Забыла, что ты теперь ярый поклонник местного колорита.

Икнув, она поднялась и побрела к выходу.

— Не провожать! Сама. Как и всегда.

Её шаги затихли в коридоре. Квинту стало её безумно жаль. Одинокая девчонка среди железяк и суровых мужиков. Он вздохнул и, кивнув Раху, вышел проветриться.

Медленно прохаживаясь вдоль периметра заставы, Квинт пытался привести мысли в порядок. Слишком много информации. Что это за Адохай? Какой договор?

Вдруг коммуникатор на руке бешено завибрировал. Квинт улыбнулся, ожидая увидеть Тиаю, и нажал кнопку. Но вместо неё в воздухе возникла голограмма окровавленного Ордо.

— Квинт... я увидел активность связи... попал на тебя, слава богам...

— Ордо! Что с тобой?!

— Граки... засада. Я ранен... в маленьком гроте. Их немного, но патроны и стрелы на исходе... — он поднял изуродованную руку. — В рукопашную я не боец.

— Не выключай связь! Я тебя запеленгую! Рах, за мной!

Квинт бросился к арсеналу. Через десять минут его транспортёр уже ревел мотором, уносясь в сумерки на помощь другу.

Глава 17. Кровавая охота

Квинт гнал транспортёр по дну каньона, на пределе возможностей обходя массивные валуны. На заднем сиденье, прижав уши и вцепившись когтями в обшивку, сидел Рах, запрыгнувший в кабину в самый последний момент.

«Он шёл пешком и не мог уйти далеко», — лихорадочно думал Квинт, настраивая коммуникатор на поиск сигнала.

— Ох ты... — вырвалось у него, когда прибор выдал результат. — Двадцать километров отмахал!

Экран коммуникатора мигнул, отображая два пропущенных вызова. Первый — от Скарда. Тот, весь измазанный в машинном масле, удивлённо смотрел в камеру:

— Ты куда это летишь, герой?

— Ордо попал в засаду граков, — бросил Квинт, не отрывая взгляда от дороги. — Догоняй!

— Да чтоб ему никогда не просохнуть! — выругался Скард. — Давай координаты, выезжаю с аванпоста.

Второй вызов пришёл от Зигмы.

— Квинт, что стряслось? Я задремала...

— Ордо в засаде, ранен.

Зигма мгновенно подобралась, сонливость как рукой сняло.

— Что от меня нужно?

— Скажи доку, пусть готовит свои железки. И сообщи префекту.

Связь начала прерываться, помехи исказили изображение, но Зигма успела кивнуть и отключилась.

Точка на карте стремительно приближалась. Квинт сбросил скорость. Рах перепрыгнул на переднее сиденье и утробно зарычал, обнажая клыки.

— Что, чувствуешь этих гадов? — Квинт крепко схватил караха за загривок, удерживая на месте. — Не спеши, друг. Надо действовать осторожно.

Но карах не собирался ждать. Он выпрыгнул из транспортёра прямо на ходу и, прижимаясь к сухой земле, мгновенно растворился в тенях глубокой расщелины.

«Ну, ты-то не пропадёшь», — подумал Квинт. Он заглушил мотор и выбрался из машины. Цель была совсем рядом.

Осторожно выглянув из-за скалы, Квинт услышал одиночный выстрел, эхом прокатившийся по каньону. Картина впереди не внушала оптимизма. С десяток граков кружили в воздухе над темнеющим входом в небольшую пещеру. Нападавшие то камнем падали вниз, то снова взмывали в небо, изредка метая вглубь грота ядовитые шипы. На камнях уже неподвижно лежали тела пяти граков, а окрестные скалы были густо забрызганы их тёмной кровью.

Квинт припал к прицелу винтовки. Оптика была превосходной: поле боя виделось как на ладони. Переключившись в снайперский режим, он выбрал цель — грака, парящего на самой дальней дистанции. Точка в прицеле мигнула, подтверждая захват. Квинт плавно выдохнул и нажал на спуск.

Послышался глухой хлопок. Через секунду голова грака разлетелась костяными брызгами, и его тело бесформенной тряпкой рухнуло вниз.

— Минус один.

Остальные даже не заметили потери — жажда крови и желание добраться до зажатого в углу офицера ослепили их. Точка снова мигнула. Второй грак, так же на периферии, лишился головы.

Вдруг краем глаза Квинт уловил движение. К нему, скрываясь в складках камня, ползли двое противников.

«А вы не такие уж и идиоты, — мелькнула мысль. — Заслон в секрете оставили».

Квинт резко развернул ствол и выстрелил почти не целясь. Один из граков с дырой в груди повалился на камни, но второй успел прыгнуть. В полёте он метнул смертоносный шип. Снаряд с противным свистом ударился в валун в нескольких сантиметрах от головы капитана. Шип вошёл в породу и задымился, с шипением разъедая прочный камень.

«Попадёт в меня — хана», — пронеслось в голове. Квинт разжал пальцы, выпуская бесполезную в ближнем бою винтовку. Прежде чем она коснулась земли, в его руке уже тускло мерцал меч. Грак всей массой обрушился сверху. Квинт успел увидеть огромные фасеточные глаза и перекошенную пасть, прежде чем тело противника напоролось на лезвие. Удар был такой силы, что оглушённого капитана отбросило к стене, а сверху навалилась тяжёлая туша, заливая его липкой вонючей кровью.

Ком тошноты подкатил к горлу — от убитого исходил ужасающий смрад. С трудом спихнув с себя умирающего врага, Квинт выдернул меч и одним коротким движением отсёк граку голову.

Тем временем от основной группы отделились ещё двое. Тяжело махая крыльями, они начали заходить на капитана. Винтовка валялась в стороне, времени на перезарядку не оставалось. Квинт выставил меч перед собой, лихорадочно выхватывая из кобуры пистолет.

В этот миг длинная тень распласталась в воздухе. Рах мощным прыжком врезался в одного нападавшего, попутно оглушая хвостом второго. Все трое кубарем покатились по земле. Пистолет наконец оказался в руке Квинта. Едва коснувшись земли, Рах резким движением перервал горло первому граку — струя крови блеснула на солнце. Второй вскинул руку для броска, но первый выстрел Квинта оторвал ему кисть, а второй — превратил голову в месиво.

Карах коротко глянул на хозяина и метнулся ко входу в пещеру. Квинт подхватил винтовку. Прицеливаться уже не требовалось: граки плотным строем пытались прорваться внутрь. Два выстрела — и два тела покатились по склону. Оставшаяся четвёрка упорно лезла в зев пещеры.

Квинт прицелился, нажал на спуск... Глухой щелчок.

«Осечка!» — винтовку заклинило гильзой.

Отбросив оружие, он бросился вперёд. Снова едва различимой молнией пронеслось тело Раха, вонзающего клыки в очередную тушу. До входа оставалось десять шагов. Квинт преодолел их в мгновение ока. Взмах меча — и лезвие с антиматерией, не встречая сопротивления, рассекло спину и кости ближайшего врага. Последний из граков обернулся, и меч вошёл ему прямо в раскрытую пасть. Существо захрипело и, заваливаясь, перекрыло своим телом проход.

Переступив через мертвецов, Квинт оказался внутри. В слабом свете, пробивающемся снаружи, он увидел Ордо. Тот сидел, прислонившись к стене. Одна его рука висела плетью, обезображенная огромной раной, второй он из последних сил вцепился в горло хрипящего грака, навалившегося сверху.

Квинт подскочил и снёс голову последнему врагу. Фонтан крови залил Ордо. Туша начала оседать, но зажатый в когтистой лапе чёрный шип всё же вонзился в ногу раненного

Ордо дико вскрикнул. Шип пробил голень насквозь и буквально пригвоздил её к земле. От раны тут же повалил едкий дым, кожа вокруг начала стремительно чернеть. Квинт отшвырнул меч и оттащил тушу в сторону.

— Секунду не успел! — заорал он, глядя, как мутнеет взгляд товарища.

Квинт знал: яд грака убивает за две-три минуты. Он бессильно смотрел на умирающего друга.

Из-за его спины показалась окровавленная морда Раха. Произошедшее дальше Квинт помнил как в тумане. Карах подошёл вплотную к раненому, втянул носом воздух и зубами вырвал торчащий в ноге шип. На длинных клыках зверя блеснули янтарные капли. Рах медленно погрузил свои зубы в ногу Ордо.

Страшный крик разорвал тишину пещеры, тело раненого выгнулось дугой. На мгновение в глазах Ордо мелькнул запредельный ужас, и он потерял сознание.

Снаружи раздался рёв мотора и свист турбин — это прибыл челнок. Ещё через минуту в пещеру протиснулся Скард. Он замер, осматривая побоище. Над окровавленным Ордо склонился Квинт, зажимая огромную рану на ноге товарища. В метре от них сидел Рах, повернувшись ко всем спиной и громко чавкая над телом грака.

— Меня сейчас вырвет... — прошептал Скард, зажимая рот ладонью.

— Потом о желудке подумаешь! Бери его! — рявкнул Квинт.

Они с трудом вытащили скользкое от крови тело Ордо наружу. Навстречу уже бежали префект и Вал.

— Он жив? — префект подхватил Ордо под плечи.

— Пока да. Нужно к доку! Живо!

— Быстрее! — заорал префект. — Тащите его к челноку!

Корабль взмыл в небо и на форсаже ушёл в сторону заставы. Скард обвёл взглядом усеянное телами поле боя.

— Это ты их всех положил?

— Не всех... — устало ответил Квинт. — Да и какая разница.

— Знаешь, капитан... я бы с тобой один на один выйти вряд ли рискнул.

Квинт вложил меч в ножны и подобрал заклинившую винтовку. Дёрнув затвор несколько раз и не добившись результата, он со злостью запустил оружие в стену каньона. Из пещеры, облизываясь, вышел Рах и спокойно потрусил к транспортёру.

— Поехали, — Квинт старался унять дрожь в руках.

— Садись рядом, — Скард кивнул на пассажирское место. — Твой аппарат я потом заберу. Не надо тебе сегодня рулить.

Квинт кивнул и тяжело опустился в кресло. Сзади тут же устроился Рах. Скард, с опаской поглядывая то на зверя, то на капитана, взялся за штурвал.

— Сколько живу, а такой парочки ещё не встречал.

— Всё бывает в первый раз, — слабо улыбнулся Квинт.

Сзади раздался хриплый, почти человеческий смешок Раха.

— О боги... — вздрогнул Скард, заводя мотор. — Я сегодня точно спать не буду.

Они быстро добрались до заставы. Едва выскочив из машины, Квинт и Скард направились к медотсеку. У дверей в молчании стояли все офицеры. Префект глянул на Квинта:

— Переоденься и умойся. Выглядишь так, будто из самого ада вылез.

Дверь открылась, вышел доктор Синтакс.

— Ну что, док? — голос префекта дрогнул.

— Жить будет, — ответил Синтакс, шевеля своими тонкими пальцами-щупальцами. — Я ввёл его в медицинскую кому. Но пару недель он не боец, а то и дольше. Если бы не яд караха...

Все обернулись к Квинту.

— Капитан, как ты заставил Раха отдать яд?

— Он не давал яд, — Квинт почесал затылок. — Просто подошёл и прокусил Ордо ногу. Я даже среагировать не успел.

— Поразительно! — воскликнул доктор. — Яд караха нейтрализовал токсин грака. Похоже, наш «домашний монстр» спас ему жизнь.

— Значит, жить будет... — проговорил префект. А затем, внезапно побагровев, закричал, сотрясая воздух кулаками: — Ну я вам устрою! Распустились! Не застава, а бордель какой-то! Одни пьют и женщин водят, другие зоопарк экстремальный устроили! Третий на охоту ходит, а потом горы трупов после такой охоты! У меня сердце скоро станет от ваших выходок!

— Не станет, Ваше превосходительство, — тихо вставила Зигма.

— А ты, женщина! — префект переключился на неё. — Вечно какие-то стимуляторы придумываешь! Вот подам в отставку, уйду на пенсию!

— Не уйдёте, — не поднимая головы, сказал Вал. — Не оставите вы нас, убогих.

— И вы все этим пользуетесь! — не унимался префект. — Значит так... чтобы завтра... нет, сегодня... ай, да идите вы все!

Старик развернулся и, держась за сердце, ушёл к себе.

— Проняло деда, однако, — озадаченно хмыкнул Тит.

— Ладно, расходимся, — Квинт направился к себе.

— Ещё один командир выискался, — засмеялся Тит. — Далеко парень пойдёт.

— Парень — молодец, — отрезала Зигма. — Он ещё нами командовать будет, вот увидите.

Гарнизон разошёлся по каютам. Вечером возле ворот заставы стояли двое. Квинт погладил Раха за ухом.

— Ну что, друг, пошли домой. Нас ждут.

Две тени — человек и хищник — неторопливо двинулись по горной дороге в сторону города.

Глава 18. То, что было скрыто

Квинт остановился возле нового жилища. Сквозь плотные циновки на окнах пробивался мягкий, едва уловимый свет. Вокруг дома уже начали проступать очертания будущего сада: появились аккуратные грядки и клумбы. В сумеречном воздухе витал густой, дразнящий аромат домашней еды.

— Смотри-ка, Рах, наша хозяйка взялась за дело основательно, — вполголоса сказал он, погладив зверя по загривку.

Зверь, казалось, понял его. Осторожно ступая мощными лапами, он принюхался к свежим побегам, стараясь ничего не повредить.

Квинт толкнул дверь. Медленное пламя очага плясало на стенах, освещая преобразившееся жилище. На серых камнях теперь висели яркие циновки с замысловатыми узорами; на столе поблескивала чистая глиняная посуда. В углу, на пышной охапке сухой травы, была расстелена большая грубая шкура — личное место для Раха.

Тиая стояла спиной к входу, обворожительно пахнущее варево в большом котелке медленно побулькивало под её рукой. Квинт бесшумно подошёл сзади, намереваясь обнять девушку, но она заговорила первой:

— Как тебе наш домик? — спросила она, не оборачиваясь.

— Ну вот, я хотел тебя нежно напугать, а ты всё испортила, — Квинт всё же притянул её к себе.

— Я услышала вас ещё на соседней улице, — она развернулась в его объятиях, лукаво прищурившись. — Ты топаешь как стадо диких животных, а Рах сопит так, будто за ним гонятся граки.

Карах, уже успевший обжить своё место в углу, довольно заурчал. Ему здесь явно нравилось.

— Садись, будем ужинать, всё готово, — распорядилась Тиая.

Квинт опустился на мягкие подушки, и в его ладонях оказалась тяжёлая миска с горячей похлёбкой. Желудок отозвался требовательным урчанием — день выдался по-настоящему паршивым, и он не маковой росинки во рту не держал.

— Я немного украсила комнаты, — Тиая обвела рукой пространство.

— Да, мы заметили. Очень уютно, — ответил Квинт, жадно зачерпывая густое варево. — Завтра я принесу продовольствие. Скажи, что нужно. Кстати, где ты взяла продукты для этого чуда?

Тиая одобрительно кивнула:

— Принеси, конечно. Это я заняла у мамы, нужно будет отдать. Ты в доме добытчик, так что твоя доля — охота. Травы я выращу сама, а остальное на тебе.

— Зачем на охоту? — удивился Квинт. — Я могу напечатать любую еду в пищевом синтезаторе. К тому же я на службе, времени на охоту совсем нет.

Девушка недоверчиво прищурилась:

— Ты должен уметь охотиться и добывать пропитание сам. Ты же мужчина.

Квинт поставил миску на стол и вздохнул:

— Как быстро у нас назрел конфликт культур.

— Не понимаю. Это как?

— Видишь ли, милая, в моём мире каждый получает блага — ну, то есть добычу — за то, что он делает свою работу. Понимаешь? Я служу на заставе. Я пятнадцать лет учился это делать.

— Пятнадцать лет? — Тиая изумлённо округлила глаза. — Это долго. Ты, должно быть, великий мастер.

— Кое-что умею. Но большинство этих вещей ты пока не поймёшь.

— Так расскажи мне.

— Конечно. И расскажу, и покажу. Присядь рядом, — он обнял её за плечи. — Моя работа — это и есть моя охота. За неё я буду приносить домой всё, что нам нужно. И ты сможешь сама выбирать, какую «добычу» мне заказать. У меня есть возможности сделать наш быт намного проще.

— Хорошо, господин охотник, — согласилась она. — Ты запомнишь, что нужно добыть?

— А это не обязательно, — Квинт поднёс к её лицу коммуникатор. — Скажи, как сильно ты меня любишь?

Тиая растерялась, но послушно прошептала:

— Я очень тебя люблю.

Квинт нажал кнопку, и устройство в его руке в точности повторило её голос. Девушка вздрогнула и отпрянула.

— Оно украдёт мои слова и душу?

— Нет, оно просто запомнит, а я потом всё исполню.

— Это точно не колдовство? — она была предельно серьёзна. — Я не люблю магию.

— Нет, это технология.

— Сложное слово, — вздохнула Тиая. — Будем считать, что ты охотишься по пути туда и обратно. Мне так легче. Я не понимаю, зачем вы всё усложняете, если мир вокруг даёт всё необходимое. Главное — брать столько, сколько нужно, и не больше.

Квинт улыбнулся:

— Ты разумная девушка. А пока я хочу добавить в наше жильё ещё кое-что от себя... с твоего позволения.

— Только чур без шумящих и непонятных штук, — предупредила она.

— Обещаю.

— Ешь давай, пока горячее, — она вывернулась из его рук и поставила перед Рахом огромную миску. Карах с удовольствием зачавкал в своём углу. — У тебя сегодня всё было спокойно?

— Да, — махнул рукой Квинт, — скукота смертная.

Тиая молча отошла к стене и вернулась, держа в руках разбитую винтовку — ту самую, что Квинт бросил в ущелье.

— Наши воины охотились рядом с тем местом, где нашли это, — она протянула ему искорёженный металл. — Они видели, как прошёл твой «скучный» день. И всё мне рассказали.

Квинт открыл было рот, но она пресекла любые оправдания жестом:

— Убить десяток граков и чуть не погибнуть — это, конечно, очень скучно. Я понимаю. Но никогда больше меня не обманывай.

— Я просто не хотел, чтобы ты волновалась...

— Никогда, — жёстко и безапелляционно повторила она.

Квинт опустил глаза и кивнул:

— Обещаю.

— Вот и хорошо, — Тиая снова улыбнулась. — И этот твой конвли...

— Конфликт культур, — подсказал он.

— Да. Давай забудем о нём сегодня.

Утром, когда Квинт уже застёгивал снаряжение, на соседней улице взревел двигатель. Поднимая тучу пыли, возле самого крыльца резко затормозил транспортёр.

Из кабинки вывалился Скард. Судя по его виду, ночь у него выдалась бурная — терпкий запах вина чувствовался за несколько метров.

— Привет счастливой паре! — отсалютовал он, пошатываясь. — Подбросить... вас? — он с опаской покосился на караха.

— Давай-ка лучше я поведу, а то ты слишком шумный, — Квинт мягко отстранил друга.

— Резонно, — согласился Скард, перебираясь на пассажирское сиденье.

Из дома вышла Тиая с большой глиняной кружкой. Она подошла к машине и протянула её Скарду.

— Выпейте это, пожалуйста. От вашего аромата мои травы расти перестанут.

Скард, смущённо кашлянув, отхлебнул. Его лицо мгновенно просветлело.

— Какая благодать! — он осушил кружку залпом. — Словно заново родился.

— Пока доберётесь, настой подействует окончательно, — Тиая слегка поклонилась, поцеловала Квинта в щёку и сунула ему в руку кожаный мешочек. — Это для Ордо.

Она ушла в дом, не оглядываясь.

— Кремень девка... ой, прости, девушка, — пробормотал Скард.

— Ты даже не представляешь насколько, — вздохнул Квинт, демонстрируя ему разбитую винтовку.

— Я тебя понял. Конфликт культур?

— Именно он, зараза, — Квинт уселся за штурвал и рванул с места.

Возле ворот заставы их ждал префект Юст.

— Явились, офицеры! Ну, с тобой-то всё понятно, — бросил он Квинту, а затем в упор посмотрел на Скарда. — А ну-ка, ты...

Скард набрал полную грудь воздуха и выдохнул прямо в лицо начальнику.

— Странно, — озадаченно произнёс префект. — Перегара нет. Ты что, не пил ночью?

— Никак нет, ваше превосходительство! — браво козырнул Скард.

— Невероятно. Ты — и не пил?

— Видите ли, господин префект, тут сложился определённый конфликт культур, и я...

— Конфликт чего? — расхохотался Юст. — Ты и культура — понятия несовместимые! Квинт, зайди ко мне, — бросил он уже серьёзно, направляясь в здание. — Скард и конфликт культур, ха-ха!

Квинт вошёл в кабинет. Префект дождался, пока закроется дверь, и положил ладони на стол.

— Садись и рассказывай.

— Что вы хотите знать конкретно?

— Ты ведь прочитал архивные материалы?

— Прочитал, — Квинт скрестил руки на груди.

— И что тебя смутило, капитан? — вопрос был с подвохом.

— Информации было много. Я жду, молодой человек.

— Это экзамен?

Юст тонко улыбнулся:

— Экзамен — это когда вельможа из столицы бросает в толпу четыре золотых дублона, а пятый подбирает грязный беспризорник. Единственная мысль этого мальчишки — как получить тарелку каши. Он не смотрит на вельможу с уважением, он смотрит на него как на кормушку.

Тон префекта становился всё жёстче, взгляд — холоднее.

— Откуда вы знаете про дублоны? — Квинт похолодел.

— Отвечай на вопрос, капитан! — прервал его Юст.

Квинт собрался с духом:

— Почему император Юстиниан Первый основал Касту Амон? Почему они начали изучать технологии, отличные от тех, что Империя получила от расы Адохай? Кто такие эти Адохай и что на самом деле было в Договоре?

Префект поднял руку:

— Достаточно. Не могу сказать, что удивлён... Я приятно удивлён, Квинт.

— Я правильно ответил?

— Именно. За многие десятилетия ты первый, кто задал верные вопросы.

Юст достал из стола тяжёлую, неприметную коробку. Внутри лежала табличка из странного материала, похожего на чёрный камень, исписанная мелкими буквами древнего языка.

— Это копия первой части Договора. Читай.

Древний язык Квинт знал по Академии — на нём возносились литургии во славу Трона. Надпись гласила: в обмен на технологии Император обязуется начать экспансию и расширить власть на всю галактику. Также Император обязан по первому требованию предоставить ресурсы расе Адохай для их нужд. Ресурсы включали колоссальные объёмы энергии и редких минералов.

Квинт поднял глаза на префекта.

— Читай дальше, — кивнул Юст.

«Раса Адохай оставляет в галактике своих Стражей — Башни. Император обязан создать военные заставы для их охраны. Взамен даруются технологии гиперпереходов и мощные источники энергии. Династия оберегается от вырождения. Избранным предоставляется Дар Дохай».

— Что такое Дар Дохай? — спросил Квинт.

— Потом. Это сейчас не так важно, — отмахнулся Юст.

«В назначенное время Адохай явятся и потребуют выполнения своей части договора». На этом текст обрывался.

— А вторая часть?

— Тебе пока рано.

— Откуда такое доверие ко мне?

— Эх, капитан... — Юст встал, расправляя плечи. — Тяжело нести такую ношу в одиночку. Нужна смена. Теперь ты посвящён в тайну силы Империи. Но есть нюанс: после заключения договора Адохай исчезли. Их корабли нашли пустыми, дрейфующими в пустоте.

— Странно.

— Более чем. Но Башня оживает. Зов усиливается. Наши «продавцы чудес» могут объявиться в любой момент. Именно поэтому Юстиниан приказал развивать альтернативные науки — чтобы нам было что им противопоставить, если они потребуют слишком многого.

— Значит, Император не собирался выполнять договор до конца?

— Мы этого не узнаем. Но он предусмотрел возможность сопротивления. Ладно, пойдём проведаем Ордо и заглянем к Зигме. Она хотела доложить что-то важное.

Префект поправил старый китель.

— У неё есть теория, как пробить защиту Башни, — вспомнил Квинт.

— И вы молчали?! — воскликнул Юст. — Ну как дети, честное слово! Пошли быстрее. Очень надеюсь, что наш маленький гений права и в этот раз.

Глава 19. Тени былого величия

— Ваше превосходительство, я с вашего разрешения воспользуюсь принтерами заставы в своих целях? — смущаясь, спросил Квинт, пока они с Юстом шагали по гулкому коридору в сторону медотсека.

Префект добродушно засмеялся, и этот звук эхом отразился от стальных панелей:

— Да пользуйся, я знаю, что у вас с Тиаей теперь новый дом. Обустраиваться будешь?

Квинт скромно кивнул. Префект внезапно остановился и внимательно посмотрел на капитана:

— Ты, капитан, обустраивайся, но с умом — поменьше лишнего. Но обязательно у тебя дома должен лежать комплект брони и амуниции. Ну и оружие, конечно. Чтобы в любой момент — в полную боевую.

— Да, Ваше превосходительство, я об этом тоже думал.

— Вот и молодец. И ещё: езди на транспортёре, чтобы ты в любой момент мог прибыть на заставу.

— Да, господин префект.

— А вообще, распустил я вас, — префект коротко хлопнул в ладоши. — Перевести бы вас всех на казарменное положение и навести порядок!

Увидев тревожный взгляд Квинта, он снова рассмеялся, положив руку ему на плечо:

— Расслабься, капитан, я не изверг. — И тихо, будто по секрету, добавил: — Нам же не нужен конфликт культур, правда?

— Нет, конечно, — радостно ответил Квинт. — Хотя «Скард и культура» — это отличная шутка. Пошли быстрее, плетёшься, как с похмелья.

Они тихо зашли в медотсек, где густо пахло озоном и медикаментами. Ордо лежал, подключенный к каскаду аппаратов, а доктор Синтакс склонился над его раненой ногой. Увидев вошедших, он махнул рукой:

— Подходите, он спит и ничего не слышит.

Рана на ноге Ордо выглядела ужасающей.

— Док, а может, эксперимент Зигмы повторить? Ну, как мне пересадили ткани караха? — вполголоса спросил Квинт.

— Нет, не пойдёт, я уже пробовал. Отторжение, — коротко ответил Синтакс. Его механические пальцы, едва касаясь тканей, наносили тонкий слой какой-то прозрачной мази. — Ты принёс?

— Что принёс?

— Ну как что, капитан! Травы от Тиаи.

— Да, конечно. — Квинт вытащил мешочек и передал его доктору.

— Ну наконец-то! Слава богам и твоей невесте, кстати, тоже.

— Так а откуда вы узнали, что она передала травы? — удивился Квинт.

— Вот чудак! — усмехнулся доктор. — Это же я попросил. Ты же сам ей коммуникатор дал, вот я и связался.

Префект вопросительно посмотрел на капитана, приподняв бровь.

— Ну... освоила быстро, значит, — развёл руками Квинт.

— А кто тебе разрешал давать ей коммуникатор? — строго спросил Юст.

— Ну, я подумав...

— Слушайте, Юст, — прервал его Синтакс, — парень ничего предосудительного не сделал, а травы доставил вовремя. Вы, кстати, знаете, что местные травы имеют поразительный эффект? Вот, смотрите.

Он насыпал щепотку в пробирку с ярко-зелёным раствором и набрал его в шприц. Маленькая капля упала на разорванные мышцы Ордо, и в том месте ткани сразу начали розоветь.

— Вот видите? — торжественно сказал доктор. — Теперь больной быстрее на поправку пойдёт. Передай Тиае поклон от меня.

— Обязательно передам. А я и не знал, что она так в травах разбирается, — озадаченно пробормотал Квинт.

Теперь пришла очередь удивляться префекту:

— Сынок, да она самая известная травница в городе! К ней все местные ходят лечиться. Ну ты и балбес, капитан!

— Да уж точно... полный балбес, — подтвердил Квинт. — Одно только на уме, — префект махнул рукой. — Девочка молодец, а ты о ней ничего не знаешь.

— Ну ничего, будет повод поговорить, — улыбнулся Квинт.

— Ты, парень, цени то сокровище, которое к тебе попало, — поучительно сказал доктор. — К ней свататься самые видные женихи ходили, а она вон тебя выбрала.

— Ну, на это я как раз обратил внимание, — ответил Квинт.

— Ладно, господа офицеры, проведали товарища и идите, а я сейчас начну процедуры.

— Идём, герой-любовник, — префект подтолкнул Квинта к двери.

— Глупо как-то получилось, — пробормотал капитан.

— Феноменально глупо, — подтвердил Юст.

Зигма возилась с вычислениями. На нескольких экранах бежали бесконечные строки данных.

— Как наш гений? — спросил префект. — Знаю, есть что доложить.

— Гений зол и голоден, — ответила девушка, не отрываясь от работы. — Но расчёты почти закончены.

— Давай только на понятном языке, ладно?

— Ладно, будет на понятном. Вообще, нужно создать критическую нагрузку на кластеры материи поля. Для этого вот такую пушечку я спроектировала.

На экране появилась объёмная модель орудия.

— Стреляем кинетическим снарядом, вызываем критическое состояние и в брешь можно успеть запустить... ну, что-нибудь.

— Например, истребитель, — подсказал Квинт.

— Можно и истребитель, можно и что побольше, — подтвердила Зигма. — А можно попробовать взорвать Башню.

— Нет, взрывать нельзя, — отрезал префект. — Нам нужна информация об Адохай.

Зигма многозначительно посмотрела на Юста.

— Он уже в курсе, — сказал префект.

— И табличку читал? — спросила девушка.

— И её в том числе. Первую часть, — подтвердил Юст.

— Поздравляю, капитан, — почти официально сказала Зигма. Выставив ногу вперёд и уперев руки в бока, она пафосно произнесла: — На нас империя держится!

— А ты, девочка, не ехидничай, — погрозил ей префект.

— Ха! Нашли девочку! — засмеялась Зигма. — Предлагаю завтра провести испытания, я как раз орудия закончу.

— Ты не спеши, подготовь всё тщательно, — префект почесал подбородок. — Помощь нужна?

— Не мешайте — и всё, — махнула рукой Зигма. — И поесть пусть кто-нибудь принесёт.

— Это сделаем, — префект подтолкнул Квинта к выходу. — Ну, мы пошли.

Но Зигма их уже не слышала, погрузившись в работу. Отдав команду дроидам на кухню, Юст задумчиво проговорил:

— Всё-таки она гений.

— И человек хороший, — кивнул Квинт.

— Да, и человек хороший, — подтвердил Юст. — Ну, пойдём, покажу тебе кое-что... необычное.

Грузовой лифт спустил их на уровень фабрики принтеров. Префект приложил руку к сенсорной панели и негромко произнёс: «Пятый уровень». Лифт тронулся, унося их ещё глубже вниз. Через несколько секунд двери открылись.

Квинт с изумлением увидел гигантский ангар, границы которого терялись в темноте. Вспыхнуло дежурное освещение, выхватывая из сумрака ровные ряды кораблей самых разных моделей. Несколько челноков, истребители «Кобра», тяжёлые штурмовики «Ворон», корабли дальней разведки «Пилигрим»... Некоторые машины Квинт не видел даже в имперских архивах.

— Это что за музей? — изумлённо спросил он.

— Обижаешь, капитан, всё в рабочем состоянии.

— А это что? — Квинт указал на два аппарата с огромными соплами и подвесным вооружением.

— О, юноша, это истребители доимперской эпохи. Могут летать только в атмосфере. Но эти экземпляры действительно музейные.

— Почему? — Квинт провёл рукой по холодной обшивке.

— Потому что тогда ещё не было гасителей инерции. Современный пилот не выдержит перегрузок. Хотя они на ходу.

Дальше, под защитными чехлами, стояли три корабля, от которых у Квинта замерло дыхание. Изящные линии и зеркальная серебристая обшивка проглядывали из-под ткани.

— Да, это корабли Кадеш, — сказал префект, заметив его восторг. — Смотри, если хочешь.

Два штурмовика и разведчик предстали во всей красе.

— Это произведение искусства, — заворожённо проговорил Квинт.

— Именно так. Жаль, что империя не спасла Кадеш — не успели совсем немного. Каста Сет стёрла их планету в пыль.

— Неужели при таких технологиях они не смогли защититься?

— Дело в менталитете, капитан. Слишком они были миролюбивые, не имели естественных врагов. Все боялись их технического превосходства, а вот Каста Сет не испугалась — и напала.

— Печально, — проговорил Квинт. — Очень печально. Для нас лучших союзников против Адохай не придумать. Но не будем о грустном.

— Откуда всё это богатство? Этим флотом можно хорошо повоевать.

— Можно. Поэтому всё и собиралось, и восстанавливалось, — префект провёл рукой по хищному корпусу рейдера среднеимперской эпохи. — Но есть один нюанс, капитан. Все эти модели созданы по альтернативным технологиям. Здесь нет технологий Адохай.

Квинт с пониманием кивнул.

— Теперь всё встало на свои места.

— Что именно, капитан? — прищурился префект.

— Я помню некоторые из этих моделей. Их выпускали по технологиям Касты Амон и формировали из них отдельные подразделения.

— Именно. И дислоцировались они отдельно от всего флота, в основном на диких фронтирах.

— Разумный ход, — согласился Квинт.

— Да, первый император оставил подробные инструкции. Жаль, без привязки ко времени, — префект задумался. — Ну что, насмотрелся? Идём, пока с тебя хватит.

— А что, есть ещё что-то? — воскликнул Квинт.

— Есть, — серьёзно ответил Юст, — но пока тебе знать рано.

Они поднялись в кабинет.

— Если завтра испытания пройдут успешно, мы с тобой слетаем на Пятую заставу, проведаем моего старого друга — полковника Гирада Сет Акара.

— Вас понял. Разрешите идти?

— Иди, капитан. И возьми транспортёр со всем необходимым.

Квинт загрузил транспортёр продуктами, оружием и оборудованием. Рах не захотел ехать в город и исчез в расщелинах скал.

— Ну давай, поохоться, — сказал Квинт, глядя ему вслед.

Тиаи дома не было. На заднем дворике ремонтные дроиды быстро собрали небольшое модульное помещение, углубив его в каменистую почву, чтобы не трогать грядки с травами. Там Квинт разместил амуницию, генератор и небольшой холодильник. Сам смонтировал накопители энергии — теперь в доме был свет. Привёз бак для воды, который дроиды также закопали под землю. Всё оборудование он тщательно замаскировал, а склад закрыл защитным полем.

Через несколько часов всё было готово, и Квинт принялся за ужин. Когда солнце спряталось за гребень кратера, пришла уставшая Тиая.

— Я так измоталась, — сказала она, обнимая Квинта. — Ходила далеко в горы за травами.

— Ничего, милая, я ужин приготовил.

— Ты умеешь готовить? — изумилась девушка. — Наши мужчины никогда этим не занимаются.

— Попробуешь — скажешь результат. Смотри! — Квинт включил приглушённый свет.

— Это огонь такой? Мы не сгорим? — Тиая удивлённо смотрела на светильники.

— Не сгорим, — засмеялся он, показывая свой склад и холодильник. — Кстати, вот продукты, отдай маме долги и бери отсюда, что нужно.

— Я сама не буду сюда ходить, мне это непривычно, — покачала головой Тиая. — Привыкнешь со временем.

Но больше всего её поразил бак с водой:

— Наконец-то не придётся её таскать! Я так завидовала тем, кто живёт у озера.

— Ну, хоть что-то тебе понравилось, — улыбнулся Квинт.

— А почему ты не сказал мне, что ты травница? Даже на заставе все знают.

— Так это все знают, — удивилась она. — Я часто передаю травы вашему целителю Синтаксу.

— Ну, для меня это было сюрпризом.

— Очень вкусно, — сказала девушка, пробуя приготовленную Квинтом еду. — Оказывается, ты не только с неба падать умеешь.

— Стараюсь для тебя.

— Спасибо, — кокетливо проговорила Тиая. — Мне ваша культура...

— Культура, — поправил Квинт.

— Да... она начинает мне нравиться, — улыбнулась Тиая.

Глава 20. Такой удачный день

Утро выдалось прохладным, с тем особенным горным воздухом, который бывает только перед жарким днем. Тиая, провожая Квинта, протянула ему три небольших мешочка, сшитых из плотной ткани. Внутри шуршали сухие стебли и листья — спасение для Ордо.

— Вот этот красный — для хорошей крови, — наставляла она, внимательно глядя Квинту в глаза. — Синий — чтобы раны затягивались быстрее, а зеленый... зеленый для того, чтобы он долго и глубоко спал, набираясь сил. Ты всё запомнил?

Квинт аккуратно спрятал мешочки во внутренний карман кителя и кивнул:

— Запомнил, милая. Передам доктору в точности. У нас сегодня на заставе испытания нового оружия, так что могу задержаться. Ты только не волнуйся.

— Ты предупредил, и я не буду волноваться, — улыбнулась Тиая, мягко коснувшись его губ прощальным поцелуем.

Уже усевшись в транспортёр, Квинт почувствовал ощутимый толчок — на заднее сиденье, обдав салон запахом хвои и ночной свежести, запрыгнул Рах.

— О, зверюшка, нагулялся? — усмехнулся Квинт.

Рах в ответ лишь издал короткий гортанный звук, тут же развалился на сиденье и мгновенно уснул.

«Чем же ты занимался всю ночную смену?» — подумал Квинт, стараясь вести машину как можно плавнее, объезжая выбоины, чтобы не будить мохнатого друга.

К его приезду Застава 01 напоминала потревоженный муравейник. Дроиды-ремонтники монтировали платформу с мощным защитным полем, внутри которой, тускло поблёскивая, парил таинственный «шар». Тяжёлые дроиды-погрузчики с лязгом подтягивали от главного реактора толстенные силовые кабели, похожие на сплетённых змей.

Всем этим хаосом дирижировала маленькая, но невероятно энергичная фигурка Зигмы. Её голос разносился над площадкой, перекрывая гул моторов:

— Ты! Куда ты снаряды припёр, а?! Вытащи их за периметр поля, взорвёмся же все к чертям! Скард, давай лебедки, орудия получились тяжелее, чем я рассчитывала. Вал, начинай выгрузку!

Квинт подошёл к ней, стараясь не попасть под горячую руку:

— Привет, госпожа центурион. Я сейчас в медотсек, отдам травы и сразу вернусь.

— Давай, быстрым граком туда и обратно! — не оборачиваясь, бросила Зигма. — Вон видишь мониторы наведения? Откалибруй баллистику, когда вернёшься.

— Конечно, госпожа центурион.

— Можно просто «Богиня», — буркнула Зигма, сверяя что-то в планшете. — Иди уже!

В медотсеке царила стерильная тишина, нарушаемая лишь писком мониторов жизнеобеспечения. Рядом с кроватью Ордо на жёстком стуле дремал Синтакс. Его лицо осунулось от бессонницы.

— Привет, док. Как дела? — тихо спросил Квинт.

— А, капитан... — Синтакс с трудом разлепил веки. — Хреново дела. Еле откачали его ночью. Организм не справляется, сильное отравление, токсины буквально сжигают его изнутри.

— Вот, Тиая передала. Вспоминаю в точности: красный — для крови, синий — для ран, зеленый — для глубокого сна.

— О, милая моя девочка... хвала богам, — Синтакс заметно оживился. — Она вчера говорила, что пойдёт за ними далеко в горы.

Доктор дрожащими от усталости руками выхватил мешочки и принялся засыпать пахучую пыльцу в пробирки с разноцветными реагентами.

— Иди, капитан. Надеюсь, это именно тот компонент, которого нам не хватало.

Квинт бросил короткий взгляд на мертвенно-бледное лицо друга и вышел, стараясь не шуметь тяжёлыми ботинками.

На полигоне шар уже установили на магнитную подушку. Он лениво покачивался в воздухе, словно живой. Новые пушки Зигмы, грозные и угловатые, замерли на позициях. Квинт настроил удалённый доступ, проверив отклик систем.

— Госпожа Богиня, всё в порядке, системы в резонансе, — доложил он.

— Да вроде... можешь начинать молиться, капитан, — ответила Зигма, кусая губы.

К ним подошёл Префект, с интересом потирая ладони:

— Ну как, всё готово к нашему маленькому эксперименту?

— Не мешайте, господин как-вас-там... — бросила Зигма, не отрывая взгляда от данных телеметрии.

— Господин Префект, — шепотом подсказал Квинт.

— Кто? Префект? Да хоть сам Император! — пробормотала девушка, быстро вводя коды активации.

Префект удивлённо вскинул брови, глядя на подчинённую.

— У неё сегодня новое звание, — шепнул ему Квинт.

— И какое же, позвольте спросить?

— Богиня, — с благоговейным придыханием ответил капитан.

— Понятненько... — Префект хмыкнул. — Значит, у нашей девочки сегодня экспедиция внутрь «своего мозга». Пойду-ка я подальше от греха.

После часа споров, настройки частот и последних проверок всё замерло.

— Госпожа Богиня, мы начинаем? — почти шёпотом спросил Префект из безопасной зоны.

— Да, господин Император, начинаем, — в тон ему ответила Зигма. Префект тихо рассмеялся: «Быстро повысили!».

— Квинт, Вал — приготовились! Включаю поле! — скомандовала она. — Имитируем атаку в вакууме на разных скоростях. Огонь по команде!

Над шаром коконом сомкнулось мерцающее силовое поле.

— Огонь одиночными!

Орудия разорвали тишину оглушительными хлопками. Тяжёлые снаряды врезались в шар, но тот лишь равнодушно поглощал кинетическую энергию. Только мелкая рябь, как на воде от камня, проходила по его поверхности.

— Вместе!

Грохот сдвоенного выстрела ударил по ушам. Опять лишь рябь.

— Так, неплохо... Теперь очереди!

Пушки забились в бешеном ритме, выбрасывая каскад дымящихся гильз. Воздух мгновенно пропитался едким запахом пороховых газов. Рябь на поверхности шара стала крупнее, поле начало пульсировать в точках попадания, но структура держалась.

— Что же я упускаю... — бормотала Зигма, лихорадочно листая графики.

Квинт осторожно положил руку ей на плечо:

— Успокойся. Сопоставь данные ещё раз.

— Я сопоставила! Кластеры защиты действуют именно так, как я и предвидела: они слабеют от ударов, но успевают перераспределять энергию и компенсировать потери. Я не понимаю, как это обойти!

Пока дроиды перезаряжали пушки, Зигма сидела, обхватив голову руками. В её глазах, когда она посмотрела на Префекта, блеснули слёзы:

— Я потеряла какой-то элемент... этого просто не может быть.

— Без паники, офицер! — строго прикрикнул Префект. — Если нужно — отложим.

— Можно я... спрошу? — робко подал голос Маркай.

— Ну давай, скажи что-нибудь «умное», — съязвил Скард, вытирая лицо от гари.

— Давайте возьмём за основу не мощь, а тактику, — предложил Маркай. — В учебниках сказано: лучшая атака — это выход из гиперпространства и залп главных орудий. Но за ним всегда идёт рой истребителей.

— И что тут нового, лейтенант? — спросил Префект.

— Но эта тактика не менялась веками. Может, враг просто адаптировался к «эффекту внезапности» и ждёт от нас именно этого?

— А ведь он прав, — медленно проговорил Квинт. — Стратегия больших армий слишком неповоротлива. Я, кажется, понял... Тащите пулемёты!

Через полчаса четыре пулемёта на треногах были установлены внутри периметра.

— Мысль такая, — пояснил Квинт возбуждённой Зигме. — Шар принимает наши правила игры. Удар главного калибра для него — не угроза, а подпитка. А мы ударим хаотично. Сначала пулемёты, потом — пушки.

— Врубай поле! — скомандовала Зигма, в которой снова загорелся азарт.

— Представьте, что вы за штурвалом истребителя и вам сорвало крышу! Огонь!

Пулемёты застрочили одновременно, заливая шар свинцовым ливнем. Поле шара покрылось мелкой, лихорадочной дрожью. Оно начало буквально «заикаться», не успевая фокусировать защиту.

— Оно проседает! — закричала Зигма. — Орудия, огонь!

Снаряды врезались в уже дестабилизированную поверхность, и вдруг от шара с воем отлетел первый кусок обшивки.

— Пробили! — заорал Маркай.

Пушки буквально выгрызали куски древней брони. Через минуту на платформе вместо идеальной сферы лежал обгоревший, искорёженный каркас.

— Стоп... — сорвавшимся голосом прошептала Зигма. — Поля больше нет.

Когда дым рассеялся, Зигма подошла к обломкам. Внутри толстой оболочки скрывался десятигранный блок размером с голову человека. Она осторожно извлекла его, провела сканером и озадаченно замерла:

— Внутри... живая материя.

— В защитный контейнер! Быстро! — скомандовал Префект. — Вдруг там какая-то зараза.

Объект запечатали и под охраной отправили в мастерскую. Гарнизон, закопчённый и усталый, смотрел на Зигму.

— Ну что, твой гений снова победил? — улыбнулся Вал.

Девушка внезапно шагнула к Маркаю, схватила его за ворот кителя и, притянув к себе, крепко поцеловала в губы.

— Спасибо, — просто сказала она ошеломлённому лейтенанту.

— Эй, а мы?! — подал голос Скард.

— Все заслужили, но я приличная девушка, — рассмеялась Зигма.

— Госпожа центурион, может мы... — начал было Маркай, приходя в себя.

— Даже не думай, лейтенант. Считай этот поцелуй самой большой удачей в жизни.

— Ну вот, так всегда... — проворчал тот под общий хохот.

Префект был в прекрасном расположении духа:

— Завтра всем увольнительная! Тем более, завтра базарный день в городе. Зигма, это касается и тебя.

— Так точно, господин Префект!

— А чего это опять Префект? — вставил Юст. — Был же Император!

У ворот Заставы их встретил сияющий Синтакс:

— Не знаю, что вы тут взрывали, но уровень токсинов у Ордо упал сразу после ваших трав, капитан. Он вне опасности.

— Отличный день! — воскликнул Префект. — Поистине удачный.

Вечером дома Квинт застал уютную картину: Тиая хлопотала над ужином, а Рах мирно посапывал в своём углу.

— У вас сегодня было очень громко, — сказала девушка. — Весь город слышал.

— Мы разрушили одну очень неприятную штуку, — Квинт обнял её.

— Получилось?

— Вдребезги! — засмеялся он. — И тебе привет от дока. Твои травы спасли Ордо. И завтра я в твоём распоряжении.

— Док? — Тиая улыбнулась. — Интересный у вас язык. У нас каждое слово — для одной вещи, а у вас одна вещь имеет много имён. Значит, завтра ты свободен?

— Завтра идём на базар. Научишь меня вашим правилам?

— Ой, как хорошо! — обрадовалась она. — Тебе нужна хорошая одежда, а не этот... — она сморщила носик, указывая на военный китель.

— А что с ним не так? Удобно же.

— У нас не принято ходить в одном и том же. Это некрасиво. А я хочу, чтобы ты был красивым... ведь ты теперь часть нашего народа.

Они ещё долго сидели, обсуждая планы на завтрашний день. А Рах, стараясь их не потревожить, тихо выскользнул за дверь и в несколько мощных прыжков растворился в ночных горах.

Глава 21. Базарный день

— Вставай, — Тиая осторожно трясла Квинта за плечи, её голос в полумраке звучал мягко, но настойчиво. — Пора идти.

Квинт с трудом открыл глаза, чувствуя приятную тяжесть сна. На улице только-только начинало светать, окрашивая стены дома в нежно-сиреневые тона.

— Боги, куда в такую рань? — пробормотал он, натягивая китель.

— Вставай, а то опоздаем к улову.

«Вот тебе и увольнительная», — пробубнил Квинт под нос. Прихватив свой армейский рюкзак, он, зевая, пошёл вслед за Тиаей по пробуждающимся улочкам. Воздух постепенно наполнялся густыми запахами озона и свежей рыбы.

— Рыбаки ночью ставят ловушки, — рассказывала Тиая, ловко перепрыгивая через пороги домов. — Чтобы рано утром привезти улов. Немного позже будут ещё рыбаки с дальних озёр, мы как раз их дождёмся.

Рыбный рынок поражал воображение даже искушённого имперца. Плавающие, ползающие, прыгающие представители фауны местных озёр были представлены в огромном ассортименте. Кожа некоторых рыб фосфоресцировала в предрассветных сумерках.

— Я вот что захватил, — Квинт вытащил из кармана несколько стальных наконечников для стрел и пару складных ножей. Тиая с горящими глазами выхватила у него вещи:

— Не показывай пока! Сейчас будем торговаться.

Они обошли весь рынок. Возле каждого прилавка девушка перебрасывалась с продавцами парой слов, делала недовольное лицо, картинно вздыхала и шла дальше. Квинт едва поспевал за ней.

— А чего мы не покупаем ничего? — наконец не выдержал он.

— Покупаем? — переспросила Тиая, хитро прищурившись. — Ну да. Мы им что-то даём, а они нам — рыбу. Денег же у вас нет?

— Денег? А что это?

— Не важно, — махнул рукой Квинт. — Сложно объяснить.

— Сложно вы живёте, — заметила Тиая. — Можно намного проще.

— Действительно, — улыбнулся Квинт.

Во второй заход за два стальных наконечника Тиая выторговала здоровенную чешуйчатую рыбину.

— Попроси её разрубить, — предложил Квинт.

— Зачем? Неудобно же нести будет.

— Попроси, — настоял он.

Продавец удивился просьбе, но ловко разделил тушу на четыре части. Квинт достал из рюкзака герметичные пакеты и разложил в них покупку, с щелчком закрыв замки-слайдеры. И продавец, и Тиая с нескрываемым любопытством наблюдали за магией технологий. Пакеты отправились в рюкзак.

— Ну что, пошли дальше?

Меняя наконечники и целебные травы Тиаи на провизию, они вскоре наполнили рюкзак до половины. Тиая обошла Квинта кругом, пробуя пальцами плотную ткань снаряжения.

— Какая удобная сумка!

— Это называется «рюкзак».

— Рюзак... — повторила Тиая. — Почти правильно. Сложное слово. Рюзак удобный, — резюмировала девушка.

В отдалённом углу рынка старый рыбак продавал огромную, ужасного вида рыбину с костяными наростами. К нему никто не подходил; старик сидел на корточках, скучая и рисуя палочкой узоры на песке. Тиая внезапно схватила Квинта за руку.

— Это очень дорогая рыба. Очень редкая и... очень ядовитая.

— Так зачем она нам ядовитая?

— Я могу сделать настойку из её яда для господина Ордо, он быстро поправится.

Она подошла к старику и что-то спросила. Обернувшись к Квинту, она с отчаянием проговорила:

— У меня нет столько трав, чтобы её купить. Я за десять походов в горы столько не насобираю.

— Дай-ка я попробую, а ты переводи.

Квинт подошёл к старику. Тот поднял глаза — в них читалось опасение, видимо, он редко видел людей с Заставы. Квинт достал из кармана большой складной нож в стальном корпусе.

— Я бы хотел эту рыбу, — сказал Квинт.

Старик с опаской посмотрел на вещь. Квинт с чётким щелчком открыл длинное лезвие. Тот осторожно взял нож в руки; солнце, взошедшее над кратером, ярко блеснуло на идеальной заточке. В глазах старика отразился восторг, но он тут же поник и вернул нож, сказав несколько слов.

— Ему нравится нож, но рыба стоит дороже, — с досадой перевела девушка.

Квинт скинул рюкзак и, подмигнув Тиае, достал из бокового кармана небольшую коробочку. Когда он открыл её, глаза старика буквально засияли. Рыболовные крючки — от крошечных, почти невидимых, до огромных, величиной с ладонь — были для него пределом мечтаний.

— И вот это дам сверху, — Квинт выложил бобину прочной синтетической лески. Старик прижал дары к груди и активно закивал головой.

— Он согласен! — обрадовалась Тиая.

Рыба отправилась в пакет, а затем в рюкзак. Квинт на секунду задумался и протянул старику тот самый складной нож.

— Бери, — сказал он.

— Зачем?! — воскликнула девушка. — Ты и так отдал такое богатство!

— Пусть берёт. И спроси, на каком озере его найти, если понадобится ещё такая рыба.

Тиая перевела. Старик, благодарно кивая, что-то объяснил, приветливо помахал Квинту и мгновенно растворился в толпе.

— Ну что, здесь вроде закончили?

— Да. Теперь домой — быстро! Я замочу рыбу в настойке, чтобы яд вышел, а потом пойдём тебя одевать.

Дома расфасованная рыба отправилась в портативный холодильник под одобрительным взглядом Тиаи.

— Я начинаю понимать, зачем ты принёс этот «холодный ящик». Теперь еды надолго хватит. Откуда у тебя такие вещи? Для моего народа это настоящее богатство.

— Я могу сделать много таких вещей, — спокойно ответил Квинт.

— Значит, ты ещё и ремеслом владеешь? — с восторгом спросила Тиая. — Ты не перестаёшь меня удивлять! Пойдём скорее, у нас ещё много дел. И возьми свой «рюзак».

— Обязательно, милая.

Город наполнялся людьми. Жители выходили на улицы целыми семьями, делились новостями, пили густое местное вино, смеялись. Атмосфера праздника буквально витала в воздухе. Квинт с удивлением обнаружил, что местные мастера создают потрясающие вещи. В рюкзак отправились сандалии на толстой подошве и цветастая туника. Тиае приглянулась яркая накидка.

— В горах она хорошо защитит от солнца, — объяснила она.

Внимание Квинта привлекли искусно выделанные кожаные ножны. Он подошёл к торговцу и попросил изготовить такие же, но по его меркам. На куске кожи Квинт углём тщательно набросал эскиз. Торговец улыбнулся, кивнул и заговорщицки подмигнул Тиае.

— Это что было сейчас? — удивился Квинт.

— Мы в детстве играли вместе, — махнула рукой девушка. — Ты что, мне не веришь?

— Верю, милая, — улыбнулся Квинт. — Ревность нам не нужна.

— Опять сложное слово. Даже не хочу запоминать.

«Думаю, и не понадобится», — про себя отметил Квинт.

— О, капитан! — раздался знакомый голос. Скард и Маркай находились в своей привычной среде — в окружении местных поклонниц.

— Подходите, выпьем вина! — позвал Маркай, явно пребывая в отличном настроении.

— Расслабляетесь? Только не переусердствуйте, — засмеялся Квинт.

— Да всё отлично, дружище! — Маркай обнимал за талии сразу двух смеющихся девушек.

— Не смею вам мешать, друзья. Мы тут по делам.

— А, дела семейные — это святое, — подмигнул Скард.

— Какие странные у вас обычаи, — заметила Тиая, когда они отошли. — Наши мужчины так себя не ведут.

— А это потому, милая, что ваши женщины им не позволяют. А нашим — позволяют.

Тиая призадумалась.

— Наверное, ты прав. Но меня это не интересует. Пойдём присядем, я устала.

Они расположились на циновках под раскидистым деревом. Квинт указал на вход в пещеру, вырубленный прямо в скале.

— А что вон там?

— Это наш храм, — с уважением произнесла девушка. — С вашим появлением люди стали реже туда ходить, но мы всё равно верим в своих богов. Хочешь, покажу?

— А разве мне можно?

— Раньше было нельзя. Но теперь ты почти из нашего народа, значит — можно.

Вход в храм вёл в огромную естественную пещеру. Пол был выстлан мелким ровным песком, а свет пробивался сквозь узкие расщелины, освещая стены, испещрённые рисунками.

— Здесь история нашего народа, — почти шёпотом сказала Тиая. — Сними обувь.

Квинт разулся и с интересом начал рассматривать стены. Здесь были сцены охоты, изображения Башни, висящей в небе, диковинные звери. Становилось ясно, что до того, как поселиться здесь, племена проделали долгий путь по каньонам планеты.

— Когда разные племена оказались в этом месте, — тихо рассказывала Тиая, — им пришлось договориться. Они объединились в один народ. Старые вожди выбрали первого среди равных. Мы долго жили в мире, пока боги Оха не прислали нам испытание.

Она указала на рисунок: звёздное небо, Башня и множество крылатых существ, похожих на граков.

— Мой народ долго воевал с ними, и мы начали проигрывать. Граки слишком сильны. Но потом боги послали вас.

Квинт внимательно изучал рисунки, незаметно активировав камеру коммуникатора.

— А вот и вы, — улыбнулась Тиая. На стене был изображён имперский корабль рядом с Башней. — Когда появились твои соплеменники, всё изменилось. Они убили много граков, научили нас делать железо.

— Значит, в нашем прибытии есть и хорошая сторона, — улыбнулся Квинт.

— Конечно. Теперь мы понимаем, что вы не боги, а просто друзья из далёкого мира. И тебя бы я не встретила... — она посмотрела Квинту прямо в глаза.

Квинт смотрел на рисунки, и какая-то крошечная, едва уловимая мысль отчаянно билась в его голове, но никак не оформлялась.

— Пойдём домой, — сказала девушка. — Сегодня хороший день, будем вдвоём.

Она взяла маленький веник из прутьев у входа и тщательно разровняла песок, стирая их следы.

Дома Квинт вывалил из рюкзака обновы. Тиая с девичьим восторгом начала их примерять.

— Смотри, какую накидку я тебе взяла! Правда, красиво?

Квинт оценил шерстяную накидку с узорами и рубаху из тонкой ткани.

— Заботливая ты моя.

— Ну ведь мы же скоро поженимся, правда? — в её глазах блеснул лукавый огонёк.

— Конечно, милая. Обязательно.

— Я хотела тебя попросить... — смутилась Тиая. — Твой «рюзак»... можно мне такой же? Очень удобная вещь.

— Конечно. Я тебе «напечатаю» такой, только поменьше.

— Напечатаю? Что это значит?

— Ну... поймаю на охоте, в общем. Так проще объяснить.

— Ну ладно, раз поймаешь — тогда хорошо! — рассмеялась Тиая.

В вечернем прохладном воздухе город тихо гудел. Люди устало возвращались в дома, и только издалека доносились явно не местные песни в исполнении Скарда и Маркая.

Интерлюдия. Тени Империи

Император очень любил музыку. С самого детства он с нетерпением ждал концертов виртуозов империи. Его отец, видя увлечение сына, как мог потакал ему. О музыкальной коллекции правителя ходили легенды. К счастью для империи, музыка не отвечала ему взаимностью.

Император очень любил искусство. С самого детства он был завсегдатаем музеев и выставок, водил дружбу с великими творцами своего времени. Его отец всячески потакал увлечениям сына. О его коллекции шедевров ходили легенды. Искусство, впрочем, оказалось столь же равнодушным к его талантам.

С самого детства император был свидетелем дворцовых интриг, бесконечных заговоров, всей мерзости и подлости политической жизни. Он ненавидел политику всеми фибрами души, до крика, до боли в сердце. Но это было именно то, что у него получалось блестяще и виртуозно. Казалось, он мог прочитать и вывернуть наизнанку душу любого человека, обойти любые капканы и выйти из любой ситуации с неизменно брезгливым выражением лица. Его ненавидели, но он всегда был на шаг впереди; его боялись и хотели убить, но за его спиной всегда тенью стояла Серая Претория.

И вот сейчас, наслаждаясь волшебным пейзажем своего парка, он чувствовал тревогу. Что-то неуловимое приближалось. Резкий укол в затылке заставил его пошатнуться. На мгновение, как вспышка, перед глазами возникла Башня.

— Проклятые боги! — Император схватился за голову.

Рядом, как из воздуха, возник преторианец, вопросительно глядя на владыку. Император чуть пошевелил пальцами, и гвардеец растворился, казалось, в самом воздухе. Он опустился в кресло на обширной террасе.

— К вам Верховный Стратег, Ваше Величество, — слуга склонился в поклоне.

Император рассеянно глянул на него:

— Друг мой, повторите, пожалуйста.

— К вам Верховный Стратег, Ваше Величество.

— Ах да... Просите, конечно, — пальцы владыки перебирали изумрудные чётки.

Верховный Стратег появился, как всегда, тихо и молча поклонился.

— Садитесь, друг мой, садитесь. Желаете чего-нибудь?

— Воды, если можно, — устало попросил Стратег.

Император движением головы подозвал слугу:

— Друг мой, принесите господину Стратегу бокал воды, той, моей любимой, с ледников Аварии... и захватите мне, пожалуй, тоже.

Слуга исчез.

— Говорите, друг мой, только очень осторожно, пожалуйста. — Он многозначительно посмотрел на Стратега.

— Пришли новости от префекта...

— Ах, не надо имён, не надо. Просто скажите: эта новость важна?

— Да, Ваше Величество, крайне важна.

— Ну тогда погодите минуту.

Появился слуга с бокалами на золотом подносе.

— Отведайте и оцените этот вкус. Попробуйте, попробуйте, только не спешите, насладитесь каждым глотком.

Стратег сделал несколько глотков.

— Феноменально, не правда ли?

— О да, — кивнул Стратег.

— Знаете, эти ледники были обнаружены ещё во времена самого Юстиниана Первого, — император многозначительно посмотрел на Стратега. — Даже до момента основания первых застав, знаете ли. Так что там говорит некий префект?

— Ваше Величество, его имя затерялось в донесении, видимо, нерадивый служащий...

— Накажите непременно, я настаиваю.

— Конечно накажу, владыка.

— И что же говорит этот достойный старый служака?

— Он передаёт, что способ найден.

Император замер с бокалом в руке.

— Неужели найден? Так прямо и говорит?

— Да, Ваше Величество.

— Какая волнующая новость, — император поставил бокал, по обыкновению встряхивая с пальцев несуществующую пылинку. — А как наши молодые дарования? Один, кажется, маркиз, а второй — безродный.

— Они были ключом, владыка.

— Ох, как замечательно, мой друг, значит, мы не ошиблись. Вы пейте, пейте, воистину нектар, не правда ли?

Верховный Стратег улыбнулся, отпивая из бокала.

— Я вас услышал и поистине вы принесли благую весть. А теперь идите, идите, мой добрый друг, мне нужно подумать.

Стратег поклонился и исчез. Император потёр виски. Неприятные ощущения нарастали. Перед закрытыми глазами вспыхивали картины Башен и пустого космоса — настолько пустого и мертвого, что трудно было представить. Посреди пустоты клубился молочный туман, меняя формы от сферы до многогранника. Туман был жив, это император чувствовал. Тихие голоса неразборчиво обращались к нему. Образы мелькали ярко и быстро.

Он знал, кто или что внутри тумана, и это наполняло его душу ужасом. Бесконечно долго сущности ждали. Император тяжело вздохнул. Внутри, где-то в глубине сознания, он почувствовал шевеление. Мерзкое, липкое чувство, как будто в твоё тело поселился иной разум, который наблюдает за каждым словом и ждёт.

Император резко открыл глаза и встал. По губам пробежала искажающая его лицо чужая, скалящаяся улыбка. Он схватил дорогой бокал и запустил его в стоявшего недалеко слугу.

— Вина! Быстро!

Слуга испуганно убежал выполнять повеление господина. Оскал исчез так же внезапно, как и появился. Император резко развернулся и направился в свои покои.

— Способ найден... — тихо бормотал он и чуть заметно улыбнулся.

Глава 22. Странное открытие

Транспортёр медленно полз по горной дороге, иногда подпрыгивая на кочках. Квинт за штурвалом старался вести машину осторожно, так как ценный груз на заднем сидении похрюкивал и постанывал от каждого резкого движения. Извлечь бесчувственные тела Маркая и Скарда из объятий прекрасных поклонниц оказалось непростой задачей, но Квинт справился сам.

Тиая бросила на спящих сослуживцев Квинта озадаченный взгляд. Ну, перебрали ребята, бывает, отвезу на заставу — док приведёт их в чувство. Тиая покачала головой и скрылась в доме. Через минуту она появилась с двумя флягами, сделанными из прочной кожи.

— Вот эта побольше — это моя настойка от... — она сморщила нос, — не знаю такого слова, ну вот от этого. — Она указала на друзей Квинта. — А вот эта маленькая — это яд, смотри осторожно. Попадет на руку — можешь сильно заболеть. Я скажу господину Синтаксу, что с ним делать. И не перепутай, смотри... хотя им, похоже, всё равно.

Тиая поцеловала Квинта.

— И не забудь рюкзак.

— Хорошо, милая, до вечера.

— Пить! — донеслось с заднего сидения.

Квинт, не глядя, протянул большую флягу.

— Это на двоих, герои, настойка Тиаи.

Сзади послышалось бульканье и довольные вздохи.

— Ох и повезло тебе, капитан, — послышался голос Скарда. — Эта штука от любого похмелья избавляет.

— Да, дружище, как будто воскресаю, — добавил Маркай.

— Ну вы свиньи оба, — засмеялся Квинт, — ну так нажраться — это талант нужен.

— У нас их два! — заржал Маркай.

Мелькнула тень, и на переднее сидение заскочил Рах.

— О, привет! — Квинт погладил караха по загривку, получив в ответ довольное урчание.

— Я вот сейчас чуть не обделался, — сказал Скард. — Я до сих пор не могу к твоему зверюге привыкнуть.

Рах обернулся и громко клацнул мощными челюстями.

— О боги! Не жри нас, тварюка! Квинт, прогони его!

Маркай быстро приходил в себя.

— Ты его по имени называй, и всё будет нормально, он умный. А лучше помолчите, а то я вас пол ночи слушал. Кстати, поёте вы неважно.

Из-за поворота появилась застава и сидящий возле ворот Тит.

— О, привёз их, капитан, молодец. Дебоширы чёртовы, от префекта вам влетит, и увольнительных не будет месяц.

— Месяц — это сурово, — пробормотал Скард.

— Вы ещё легко отделались, два идиота. Кто про князя песни пел вчера? Явно не Квинт с Тиаей.

— А что, его превосходительство изволят злиться? — спросил Маркай.

— Его превосходительство изволят быть в бешенстве, так как ночевали в доме князя и слушали вашу оперу. Ладно, месяц так месяц, — смиренно сказал Скард, выпрыгивая из транспортёра.

— Здравствуй, дорогой мой друг.

Префект откинулся в кресле, глядя на голограмму, появившуюся на его столе. Говоривший — широкоплечий, абсолютно лысый человек в кителе с нашивками полковника, с седой бородой, заплетённой в косичку.

— Очень рад вас видеть.

Полковник Гирад Сет Акар был командиром пятой заставы и давним другом префекта Юста.

— Как обстановка, Гирад?

— В принципе, как обычно, но Зов участился, люди часто видят видения. Если бы не стимуляторы госпожи Зигмы, было бы тяжело.

Понимаю, сказал префект, ты же понимаешь, к чему все эти видения. Полковник вздрогнул.

— Неужели…

— Да, друг мой, похоже, приближается время. Но есть и хорошие новости.

— Надеюсь, хорошие новости перевесят то, что вы сказали, господин Юст.

Префект наклонился к голограмме:

— Мы нашли способ пробить щит Башни.

Гирад замер.

— Не может быть, столько тысячелетий никто не мог этого сделать. Это меняет дело!

— Это всё меняет, дорогой друг, и я собираюсь посетить вас в ближайшее время.

— Буду очень рад, — склонил голову полковник, — давно не виделись лично.

— Я сообщу дополнительно о нашем визите. Всего хорошего, дорогой друг.

Голограмма погасла.

— Как он? — спросил Квинт у доктора Синтакса.

— Стабильно плохо, но лучше.

Доктор выглядел измождённым, а на столе среди лекарств Квинт увидел несколько использованных ампул со стимулятором.

— Вот возьмите, это яд какой-то здоровенной рыбины, Тиая сказала — может помочь.

Доктор осторожно взял флягу и принюхался к содержимому.

— Откуда это?

Квинт рассказал про старика на рыбном рынке.

— Да, это очень ценное вещество. Чем же оно ценное, яд же?

— Рыба суок живёт на большой глубине и редко охотится, — начал док. — Но из-за своих габаритов и медлительности вынуждена запасаться пищей. Этот яд парализует жертву, вводит в кому и усиливает жизненные функции, чтобы добыча долго жила. И вот если я выделю только экстракт поддержания сил, то Ордо это поможет.

— Ну тогда не смею отвлекать вас, док, говорите, если что надо, я помогу.

— Спасибо, капитан, ты и так много сделал, а твоя девушка... — док вздохнул, — да благословят её Боги.

Квинт направился к Зигме. У неё по обыкновению орала музыка, светилось куча экранов с данными. Сама хозяйка мастерской, взлохмаченная и уставшая, сидела за микроскопом.

— Привет, госпожа центурион!

Зигма махнула в сторону кресла, не отрываясь от микроскопа.

— Угощайся, если хочешь.

Квинт налил себе рюмочку взрывной настойки и, вытирая слёзы, спросил:

— Ты что, не была в городе вчера?

— Нет, не была, работала.

— Ну ты не права, я тебя, наверное, в гости приглашу, чтобы ты хоть расслабилась.

Зигма отрвалась от микроскопа.

— А Тиая не будет ревновать?

— Это для неё слишком сложное слово, — засмеялся Квинт.

— Ладно, но только когда закончу исследование этой штуки. — Она указала на контейнер с многогранником. — Ты поняла, что там внутри?

Девушка вздохнула.

— Там точно живая материя, я уверена. Сама сфера сделана из неизвестного сплава, довольно прочная, но я её осилю.

— Так чего ждём?

Зигма серьёзно сказала:

— Мне страшно, вот просто по-человечески. Мы столько времени ждём здесь чего-то, что подскажет природу **Башни**, а ответ может быть здесь. А я боюсь, перегорела, наверное.

— Ну я здесь, Вал и префект в патруле. Давай откроем эту банку, чего тянуть?

— Уверен? — в глазах Зигмы блеснул огонёк.

— Ну конечно, говори что делать.

— Ладно, уговорил. Так, плазменный резак не подойдёт, нам не нужна температура, — рассуждала девушка, — а вот это как раз.

Она извлекла из-под стола большие ножницы странного вида.

— Это я мускульные усилители придумывала и испытывала. Но они не прижились к живой материи, так что пришлось использовать как очень мощные ножницы. Надень маску на всякий случай. — Она протянула мягкий мешок с прозрачным щитком и фильтрами для дыхания.

Многогранник был осторожно извлечён из контейнера и помещён в слабое поле.

— Включаю изоляцию мастерской на всякий случай. — Зигма пробежала по сенсорному экрану.

Двери закрылись, послышался слабый шум фильтров.

— Ну, начнём пожалуй.

Зигма осторожно просверлила отверстие в оболочке сферы. Потом в отверстие вставила ножницы.

— Ну давай режь, только осторожно, — сказала она Квинту.

Материал сферы, несмотря на усилители, поддавался с трудом. Но промучившись полчаса, Квинт смог разрезать сферу. Теперь она висела в поле с разделенной пополам оболочкой.

— Я волнуюсь, — сжимая кулачки, сказала Зигма. — Давай, последний шаг остался.

Девушка кивнула и навела манипуляторы, крепко захватив части сферы. Манипуляторы убрали внешнюю оболочку.

— О боги, какая мерзость! — невольно воскликнула Зигма.

— Вот это неожиданно, — прошептал Квинт.

Перед их глазами предстал прозрачный шар, казалось из тонкого стекла, внутри которого находился живой мозг, обвитый тончайшими проводами.

— Это у кого же такая извращённая фантазия? — Зигма осторожно убрала остатки сферы. — Это кибернетическая технология, древняя и варварская.

— Я такого не встречал даже в учебниках, — сказал Квинт.

— Неудивительно, империя запретила такие опыты тысячи лет назад. Адохай, похоже, плевать на эти запреты, — проговорил Квинт.

— А можно определить какому существу принадлежит этот мозг, ну может можно внешний облик реконструировать?

— В принципе можно, но это займёт время, — задумалась Зигма. Проведя сканером, она сказала: — Клетки живы, но активности нет. Он мертв и похоже давно. Его использовали как накопитель данных, как биологический компьютер если угодно.

— То есть маску можно снять?

— Снимай, я не вижу биологической опасности, и укусит он вряд ли.

Они сняли маски, свободно вздохнув.

— Боги, какое скотство, — не унималась девушка. — У этих Адохай, видимо, нет никаких моральных ограничений.

— Что вы мне ещё не договариваете? — вдруг спросил Квинт.

Зигму вопрос нисколько не смутил.

— Ты много знаешь и ещё узнаешь, поверь. — Она подошла и, смешно скребя ногтем его китель на груди, произнесла: — Некоторые тайны должны спать до последнего момента в надежде, что их не придется разбудить никогда. Поверь, красавчик, иногда так лучше. И не спорь.

Префект и Вал вернулись из патруля через несколько часов. Первым делом Префект направился в мастерскую Зигмы. Увидев висящий шар с мозгом, он скривился.

— Кибернетическая технология?

— Да, — ответила Зигма, — в самом жутком проявлении.

— Я чего-то такого ожидал, если честно.

— Я взяла образец ткани, — она кивнула на реставрационный принтер, — скоро узнаем, как выглядел владелец этого мозга.

— Мы завтра с Квинтом улетаем на пятую заставу, ты за главную.

— А чего это я опять? — возмутилась девушка.

— Потому что ты самая умная, — серьёзно сказал префект. Подойдя к Зигме, он взял её за плечи. — Ты ведь понимаешь, что процесс прибытия Адохай запущен?

Девушка вздрогнула, отведя взгляд.

— Вот и хорошо, что понимаешь.

— А это точно? — рассеянно спросила она.

— Есть информация из столицы, совершенно точно.

— Когда вы всё расскажете Квинту?

Префект задумался.

— Думаю, после возвращения. Пора начинать активно действовать, но сначала — пятая застава.

— Начинать расконсервацию ресурсов? — Зигма теперь выглядела собранной и серьёзной.

— Начинай, и начни с кораблей, привлекай весь гарнизон. И Маркая введи в курс дела, но только по технической части, ему пока больше знать не надо.

— Все поняла, будет исполнено.

Префект обнял девушку.

— Мы очень долго этого ждали.

Коммуникатор ожил.

— Квинт, завтра летим на пятую заставу, — послышался голос префекта, — будь готов, это займёт несколько дней.

— Вас понял, господин префект.

— И Тиае скажи, чтобы не нервничала, это недолго.

«Н-да, та ещё задача», — подумал Квинт. Вечером, вручив Тиае новый рюкзак, он беззаботным голосом сказал:

— Меня не будет несколько дней, служба. Но ты не волнуйся.

Тиая вопросительно посмотрела на него, в глазах появилась тревога.

— Ты будешь занят на заставе? Только не обманывай.

Квинт вздохнул.

— Нет, милая, мы летим на другую планету.

Тиая присела на подушку возле стола, в глазах блеснули слёзы.

— Ты ведь вернёшься?

— Ну конечно, милая, это просто полет, воевать ни с кем не будем.

— Я надеюсь, и буду ждать. Я даже не могу себе представить, как это там... — она указала рукой вверх.

— Когда-нибудь я тебе обязательно покажу, — сказал Квинт, крепко обнимая её.

Интерлюдия. Восстановление систем

[ Система: коллапс энергосистемы преодолён ]

Главный координатор стоял возле панели управления, чьи сенсоры тускло поблескивали в полумраке. Рубка была очищена от многолетних каменных наслоений, приборы приведены в нормальное состояние, хотя в воздухе всё еще пахло пылью веков и озоном. Системы жизнедеятельности работали в штатном режиме, наполняя станцию едва слышным гулом, имитирующим дыхание огромного металлического зверя.

Все минеральные отложения и сухая биологическая масса, собранные из коридоров, непрерывно отправлялись в реактор станции, формируя ресурс для восстановления. Но этого было мало, критически мало.

— Система, отчёт о ресурсах, — голос координатора прозвучал сухо.

[ 15% от необходимого количества ]

— Система, покажи биологический рекрутинг.

[ Биологический рекрутинг отсутствует ]

Координатор вздрогнул. «Этого не может быть», — подумал он, и по металлической панели пробежало отражение его бледного лица. Наверное, датчики вышли из строя. Он вышел из рубки и направился к ближайшему маршрутизатору.

— Система, перенос в сектор рекрутинга.

Тело координатора распалось на белый туман и мгновенно материализовалось в другом конце станции. Здесь царил холод. Тяжёлые створки бронедверей всё ещё были покрыты известью, а с потолка, словно зубы хищника, свисали острые сталактиты. Отскребая корку налета с панели доступа, координатор заметил, что начинает нервничать: его движения становились резкими, дергаными. «Нужно успокоиться, слишком много работы», — прошептал он себе.

Панель тихо издала звук активации, и бронедвери с тяжелым скрежетом сдвинулись с места, открывая проход в гигантский зал. Здесь, в молчании, находились десятки тысяч капсул стазиса. Координатор со странным чувством разочарования, смешанного с паникой, проходил мимо бесконечных рядов... пустых капсул. Некоторые из них были раздавлены, и внутри виднелись иссохшие останки когда-то живых существ.

— Система, журнал сектора.

[ Последние действия — срабатывание системы эвакуации ресурса ввиду невозможности поддержания жизнедеятельности. Реактор трансплантации не активен, реактор регенерации не активен, реактор воспроизведения не активен. Биологическая масса клеточного материала отсутствует. Неприкосновенный резерв активен ]

Координатор немного воспрял духом. В отдельном помещении, освещённом мягким, почти ядовитым зелёным светом, находились ряды прозрачных шаров с так необходимым биологическим ресурсом — теми самыми мозгами в оболочках. «Ну хоть что-то», — подумал он.

— Система, статус подготовки экспедиции.

[ Статус 25%, продолжается накопление энергии ]

— Используй неприкосновенный запас биологического ресурса.

[ Принято, главный координатор ]

Надо поторопиться. Он вышел из сектора, переместившись обратно в рубку, где мониторы уже чертили траектории будущих полетов.

— Система, частичная смена приоритета экспедиции: забор биологической массы приоритетен.

[ Принято, главный координатор ]

Он тщательно проверил расчёты и запустил медленный, мучительный процесс восстановления реактора воспроизведения.

— На это уйдёт слишком много времени, — пробормотал он тихо, с удивлением прислушиваясь к звучанию своего голоса, отражавшегося от пустых стен. — Надо постараться, иначе властители могут наказать.

Его передёрнуло. Властители не разбирались в причинах — они карали мгновенно и безжалостно. Координатор задумался. В его памяти вдруг всплыли блеклые, словно выцветшие фотографии, образы какого-то красивого мира: яркого, воздушного, полного света. «Что же это?» — подумал он, оглядывая мрачные, покрытые техническим инеем стены станции. Образы не уходили, не становились более понятными, но внутри росло жуткое, ноющее чувство потери.

— Так, отставить! — сказал он себе громче. — Слишком много работы.

На экране вдруг появилась иконка с давно забытым, острым символом. Сообщение от властителей. Координатор вздрогнул от ужаса. Так бывало всегда… наверное, он уже плохо помнил. «Этап 1 и 2, стадия реализации», — гласило короткое сообщение.

«Ну хоть не накажут», — подумал он с облегчением. Как удачно — именно эти задания он сейчас выполнял. Настроение пошло вверх, он снова стал частью великого механизма. Бесконечные строки данных с огромной скоростью бежали по экранам, но координатор смотрел на них мельком.

Тот воздушный мир... что же это было? Почему от этого красивого воспоминания так больно внутри?

Глава 23. Застава 05. Часть 1

Тиая проснулась очень рано, когда солнце только-только взошло над выжженной поверхностью планеты и осветило кратер холодным, резким светом. Квинта рядом уже не было. Его подушка еще хранила едва уловимое тепло, но сама постель была пуста.

На столе лежал маленький свёрток. Тиая открыла его — внутри оказался яркий платок с явно не местными, причудливыми узорами. Тонкая, почти невесомая ткань приятно холодила кожу. Девушка улыбнулась, кончиками пальцев рассматривая необычную для неё вещь, пахнущую далеким домом и металлом.

Снаружи послышался нарастающий гул. Она вышла из дома: челнок медленно взлетал с заставы, оставляя за собой дрожащее марево раскаленного воздуха. Рядом появился Рах, он тревожно глядел в небо, словно чувствуя, что его друг сейчас там, внутри этой стальной птицы. Тиае было грустно; она понимала, что Квинт должен делать много вещей, о которых она не имела ни малейшего понятия, но от этого осознания не становилось легче.

Она ласково погладила караха по жёсткой шерсти.

— В конце концов, его не будет всего несколько дней, — обратилась она к Раху, скорее успокаивая саму себя. — Пойдём, покормлю тебя.

Челнок вышел на орбиту. Сделав прощальный круг вокруг безмолвной громады Башни, префект направил корабль к точке гиперперехода.

— Да не кисни ты так, капитан, никуда не денется твоя красавица.

— Да не кисну я, просто скучаю, — глухо отозвался Квинт, не отрывая взгляда от удаляющейся планеты.

— Вижу, какое у тебя настроение, — Юст усмехнулся. — Дело молодое, так чувства ещё крепче будут. Я попросил Тита присмотреть за твоей ненаглядной.

— Как он будет за ней смотреть? Да и лишнее это, — возразил Квинт.

— Как-как... по локации коммуникатора будет.

— Я и не подумал, — улыбнулся Квинт, чувствуя, как напряжение немного отпускает.

— Вот! — префект назидательно поднял палец. — Зачем ещё нужны старшие товарищи. Привезёшь ей с «Зелёной Королевы» подарок, я подскажу какой. — Он заговорщицки подмигнул капитану.

Челнок совершил рывок и прыгнул в бездну гиперпространства.

— А почему «Зелёная Королева»? — спросил Квинт через некоторое время.

— Эта планета была покрыта огромными лесами, — мечтательно произнес префект, и в его глазах отразились огни приборной панели. — Природа была волшебная. Так её назвали торговцы с фронтиров, а то официальное название К35В18 как-то не вязалось с внешним видом.

— А почему «была»?

— А вот была себе и была... а потом прилетела комета и задела своим хвостом. Сам увидишь. Когда заставу закладывали, до кометы ещё далеко было, хорошо хватило ума заложить её глубоко в горах.

— А гарнизон большой?

— Двадцать человек, несладко им там.

— Вы думаете, мы сможем справиться с Башнями такими силами?

— Такими — нет, конечно, — спокойно ответил префект. — Но есть план, и он Адохай не понравится, я тебя уверяю.

— А вы не хотите меня посвятить в подробности?

— Очень хочу, капитан, даже себе не представляешь, но боюсь, пока ты не сможешь адекватно воспринять реальность событий.

Квинт с недоверием посмотрел на командира:

— Вы серьёзно? После всех этих гонок и «живых мозгов» я чего-то не восприму?

— Дело в том, что ты просто не поверишь, — Юст оставался невозмутимым. — И будешь прав, потому что поверить в это сложно. Хотя посмотрим по возвращении. Ох, какая заварушка грядёт, капитан, вся галактика вздрогнет.

— Прямо так и галактика? — скептически переспросил Квинт.

— Да, ты прав. — Префект на секунду задумался. — Одной галактикой, пожалуй, мы не отделаемся.

Он громко расхохотался, глядя на изумлённого капитана.

Путешествие, к удивлению Квинта, оказалось недолгим. Вскоре челнок вышел из гиперперехода в системе К35В18. Башня висела в пространстве на орбите, мертвая и чужая, почти не отличаясь от той, что была на Заставе-01. Но сама «Зелёная Королева» выглядела иначе: тысячи вулканов активно выбрасывали лаву, превращая некогда райский уголок в пылающий ад.

— Дышать тут особо нечем, так что бери скафандр и пойдём знакомиться, — скомандовал префект.

Челнок плавно опустился на посадочную площадку среди скал. Пройдя через двойной шлюз и закопченную дверь, Квинт оказался в знакомой обстановке — планировка застав была типовой.

Их встречал полковник Гирад Сет Акар.

— Здравствуй, старый друг! — улыбка расплылась по лицу префекта, и они крепко обнялись. — Разреши представить: капитан Квинт.

— Просто Квинт? Такой молодой и уже капитан? — удивился полковник.

— Звание я ему присвоил за высший пилотаж, — со значимостью в голосе сказал Юст, — а родового имени нет, он не из дворян.

— Закон Золотого Дублона, господин полковник, — напомнил Квинт.

— О, это меняет дело, — Гирад протянул руку. — Достойно, очень достойно, молодой человек.

В кабинете полковника было скромно, но уютно.

— Капитан, налей-ка нам вон из той тёмной бутылки, — попросил префект.

Квинт наполнил стаканы почти чёрной жидкостью, пахнущей орехами и дымом.

— Только осторожно, крепкая штука, — предупредил Гирад. — Ореховый концентрат из пайков, перегоняем прямо на лаве — есть у меня умелец один.

— Давайте к делу, — серьёзно произнес Юст. — У нас есть возможность атаковать Башню, но мне нужны люди.

— Видишь ли, — замялся полковник, — часть кораблей и персонала пришлось перебросить на вторую заставу. Лава подступает, скоро эта гряда превратится в печь.

— Я дам средства, мне нужны пилоты. Хотя бы пятеро для тяжёлых штурмовиков.

— Это мы устроим, — кивнул Гирад.

Юст протянул кристалл данных:

— Здесь всё по нашим открытиям. Биологические ресурсы... система обороны строится на них.

Префект подробно рассказал о найденном мозге в сфере.

— Поразительно... — Гирад сложил руки на груди. — Значит, не зря мы столько лет здесь сидим.

В этот момент Квинт почувствовал знакомую тяжесть в затылке. Судя по лицам командиров, Зов накрыл и их. Тяжелый стакан выпал из слабеющих пальцев Квинта и с глухим стуком подпрыгнул на полу.

«Мы идём… Присоединись к вечности… Из хаоса возродится жизнь…»

Эти фразы молотком вбивались в виски. Квинт судорожно разломал ампулу со стимулятором Зигмы. Видение стало гаснуть. Рядом приходил в себя префект, а полковник медленно сползал с кресла с пеной на губах. Квинт быстро поднес вторую ампулу к лицу Гирада. Тот конвульсивно дёрнулся и открыл глаза.

— Жестко накрыло, — констатировал префект. — Срочно раздай персоналу стимулятор.

— Что такое «контур»? — спросил Квинт, когда все немного пришли в себя.

— Это технология мёртвого времени, — ответил полковник. — Оборудование создаёт поле вокруг ядра планеты, помещая его в одну-единственную миллисекунду. Для ядра проходит мгновение, а для нас — столетия. Если убрать поле, планета просто взорвётся.

— Так чего ждать? — Квинт выпрямился. — Пусть рвёт, и Башня отправится вместе с ней в преисподнюю!

— А мне нравится этот капитан! — воскликнул Гирад.

— Суть в том, чтобы разрушить одну Башню и захватить вторую синхронно, — подытожил префект.

— И посмотреть, что будет — закончил Квинт.

— Именно! — хором сказали командиры.

— Отличный план. А если неудача?

— А вот чтобы не было неудачи нужно сначала разрушить защитное поле этой Башни чтобы она гарантированно погибла.

— Ну господа пошли смотреть ресурсы — радостно хлопнув по столу сказал Гирад.

Они спустились в ангары. Было видно что в ангаре часть кораблей уже знакомых моделей отсутствует.

— Эти мы перегнали на вторую заставу — сказал полковник. — Но то что нужно здесь. Вот они.

Перед Квинтом предстали восемь тяжёлых штурмовиков класса «Людоед». Эти грозные машины среднеимперской эпохи не использовались даже в войнах Каст из-за своей разрушительной мощи.

— Полный боекомплект, ракеты класса «Облако»... — пробормотал Квинт.

Он знал, что «Облако» оставляет после себя лишь белую, пахнущую смертью дымку.

Но настоящий сюрприз ждал его впереди — перехватчик «Трезубец». Плавные линии, серебряный блеск строенного корпуса. Поистине редчайший экземпляр эпохи Кадеш.

— Откуда он у вас? — выдохнул Квинт.

— Это, капитан, мой личный секрет, — засмеялся полковник.

— Итак, господа, завтра утром жду ваши мысли по поводу кампании, — подвел черту префект. — А вечером, Квинт, мы прогуляемся. Я покажу вам огненный коралл — поистине королевское зрелище.

— Есть, господин префект! — Квинт по привычке вытянулся, отдавая честь.

— Да прекрати ты козырять, ну не люблю я этого, — махнул рукой Юст, направляясь к лифту.

Глава 23. Застава 05. Часть 2

Когда солнце уже коснулось пылающего от многочисленных вулканов горизонта, Квинт и префект вышли на прогулку. Хотя сложно назвать «прогулкой» выход на поверхность в скафандрах под завывание ураганного ветра и сквозь стены из пепла, бьющие в визоры.

Сквозь серую мглу бури просматривался угловатый контур большого корабля.

— Идём, — махнул рукой Юст и, наклонившись против ветра, тяжело двинулся к цели.

— «Людоед»... — изумленно пробормотал Квинт, узнавая хищный силуэт.

— Да, это он, — послышался в наушниках спокойный голос префекта. — Хочу, чтобы ты попробовал его в действии.

Они поднялись на борт грозного штурмовика. Тяжелый люк с лязгом отсек вой бури.

— Вообще-то команда здесь — три человека, — заметил префект, стряхивая пепел с плеч скафандра. — Но таких героев, как мы, это ведь не остановит, правда?

— Да, Ваше...

— Замолчи! — по слогам произнес префект, и в его голосе прорезалось острое раздражение. — Вы вот странные люди вокруг меня... Ну раздражают эти обращения, раздражают! Понимаешь?

— Хорошо, господин префект, я запомню, — смутился Квинт.

— Садись на первого пилота.

Квинт с трепетом опустился в слегка потёртое кожаное кресло. Пультом управления явно пользовались долго и активно: потёртые края экранов, кнопки с тонкими сетками трещин, штурвал, затёртый добела в месте, где ложится большой палец на кнопку гашетки. Всё говорило о том, что этот железный ветеран успел повоевать по-настоящему.

— Как ощущения? — с легкой улыбкой спросил Юст, устраиваясь в кресле штурмана.

— Просто колоссально! Мощь чувствуется в каждом рычаге.

— Да, отличный аппарат. Кстати, творение Касты Амон.

— Здесь нет технологий Адохай? — Квинт обернулся к командиру.

— Ни одного винтика. Всё разработано с нуля, чистая механика и логика.

— Кому нужны эти чуждые технологии, когда такое есть! — восхитился Квинт, пробегая пальцами по тумблерам.

— Э-э, нет, капитан, не скажи, — Юст поднял палец. — На хорошем станке можно сделать отличный молоток по своему эскизу, понимаешь?

— Да, понимаю... Но не терпится взлететь.

— Ну так давай, запускай монстра. Я штурманом поработаю.

Глубоким, утробным гулом заработали мощные двигатели. Старые панели ожили, замелькали строки режима диагностики — древний корабль был здоров и всё еще силён. Мягко оторвавшись от земли, он начал уверенно набирать высоту, почти не замечая шквальных порывов ветра.

— Мы полетим на материк неподалеку, точнее, на большой остров, — скомандовал Юст. — Там растет огненный коралл.

Корабль шел довольно низко. Квинт внимательно изучал повадки машины, а Юст, косясь на него, довольно наблюдал за его действиями. Внизу, в разрывах пепельных облаков, мелькнули остовы мертвого города.

— Много здесь жило людей? — спросил Квинт.

— Не людей, капитан. Цивилизация Ску-Кара, их предки были ящерами. Жутковатые на вид, но очень милые в общении... Они не достигли уровня выхода в космос, хотя были довольно развиты. — Префект на мгновение замолчал. — Хорошие ребята были.

— А когда комета уничтожила этот мир?

— Ой, давно, капитан... Пару тысяч лет назад.

— Вы так рассказываете об этой цивилизации, как будто сами знали их лично.

Юст коротко засмеялся:

— Я неплохо сохранился для такого почтенного возраста, не правда ли?

Море огня внизу стало прерываться островами чудом сохранившейся почвы. На горизонте показались древние разрушенные горы.

— Нам туда, — указал префект на небольшое плато.

«Людоед» плавно опустился на землю, подняв тучи рыжей пыли. Они вышли из шлюза. Пока шли к небольшой пещере, Квинт рассматривал небо, покрытое всполохами красных молний.

— Расскажите мне ещё что-нибудь из того, что можно, — попросил он.

— Эх, Квинт... Можно, конечно, но ты же понимаешь цену этой информации?

— А какая цена, господин префект?

— Твоя жизнь, Квинт. Всё просто, — ответил префект совершенно будничным голосом.

Квинта пробила нервная дрожь.

— А по-другому как-то нельзя?

— Нет, капитан. — Юст остановился у входа. — Из этой тайны нет выхода. Может, оно и к лучшему.

Они вошли внутрь. Узкая тропа вела глубоко вниз, пока впереди не забрезжил багровый свет. Они вышли на уступ. Внизу ревела река лавы, освещая гигантский зал. На берегу этого огненного потока что-то ярко блестело.

Спустившись на импровизированный «пляж», Квинт увидел их — полупрозрачные кристаллы красного цвета, формой напоминающие морские кораллы.

— Это алмазы, — сказал префект. — Редчайший вид. Они принимают такую форму из-за состава почвы и аномальных температур. Бери, не стесняйся.

Квинт зачерпнул горсть. Кристаллы мерцали глубоким, притягивающим светом. Он высыпал их на плоский камень и присел на корточки, выбирая. Юст, сделав несколько шагов назад, наблюдал за ним немигающим взглядом.

— Вот, то что нужно, — Квинт поднял кристалл, похожий на маленький цветок. — Отличный кулон получится. А эта капля — на серьгу... Вторая такая же. И вот этот, побольше, для Зигмы. Отличные подарки, правда? Квинт смахнул с камня оставшиеся алмазы на землю.

Префект кивнул, внимательно рассматривая выбор капитана.

— У тебя хороший вкус, капитан. Возьми еще, посмотри, какое богатство.

— Да мне-то они зачем? — Квинт аккуратно спрятал находки в карман скафандра.

— Ну, смотри... такой шанс выпадает не часто.

— Я доволен, — улыбнулся Квинт. — Вы были правы, это волшебная красота.

Они начали подъем. Остановившись на скальном уступе, чтобы в последний раз взглянуть на мерцающие россыпи, префект вдруг тихо произнес:

— Капитан... открою тебе тайну. В нашем Императоре живет часть Адохай.

Квинт замер. В горле мгновенно пересохло, кровь ударом молота ударила в виски. Префект стоял вплотную и смотрел ему прямо в глаза сквозь щиток шлема. Инстинктивно Квинт сделал шаг назад и почувствовал пяткой пустоту. Оглянувшись, он похолодел: позади был обрыв, и лишь полшага отделяло его от реки лавы.

Юст стоял так близко, что их шлемы почти соприкасались.

— Ты услышал, что я сказал?

— Услышал, — холодно ответил Квинт. — И какую вы хотите реакцию? Чтобы я закричал, что вы богохульник, и полез в драку? Так у меня с мозгами всё в порядке.

— Я вижу, — коротко бросил префект и резким рывком оттащил его от пропасти. — Идём, нам пора.

Когда они вышли из пещеры, Квинт остановился:

— Вы могли меня просто толкнуть, если бы я ответил что-то другое. Так ведь?

— Да, — лаконично ответил префект, не оборачиваясь.

«Людоед» поднялся в воздух и взял курс на заставу. Тягостное молчание в кабине можно было резать ножом.

— Спрашивай, — бросил префект.

— Про Императора... это правда?

— Да, к сожалению. Одно из условий договора. Адохай оставили «спящую сущность» в теле первого правителя. После его смерти она переходит к следующему. — Юст горько усмехнулся. — Так они контролируют свои «активы». В роду императора это называют Белой Тенью. Она не читает мысли, но всё слышит и может ненадолго захватить тело.

— И вся династия живет с этим?

— Да. Послушай, капитан... Ты можешь злиться на меня или ненавидеть, но для нашего дела не нужны фанатики. Ты должен ясно отдавать отчет в своих действиях.

Внутри Квинта кипела обида, но в глубине души он понимал — префект прав.

— Я хочу всё знать, — жестко сказал он.

— Обещаю ответить на любой вопрос.

— А зачем этот цирк с алмазами?

— Всё просто. Продажных и алчных хватает. Мне нужно видеть рядом прагматика с холодной головой.

— Логично, — согласился Квинт. Обида немного отступила. — Еще будут проверки? Только честно.

Префект шутливо отдал честь:

— Нет, клянусь.

— И я должен вам верить?

— Да.

— Как у вас всё просто... — возмутился Квинт.

— А зачем усложнять? Или доверяешь, или нет. Полутонов быть не может.

Квинт вынужден был согласиться с этой логикой.

— Когда вернемся, мне нужна увольнительная. И Скарда с Маркаем наказывать не будете.

— Не наглей, капитан. Они влетели по полной.

— Не забирайте увольнительные. Они не святые, но очень огорчились, что подвели вас.

— Что, правда огорчились?

— Да.

— Врёшь, капитан... Ох, врёшь, выгораживаешь их. Ладно, на месяц не накажу, но одну увольнительную заберу. Еще пожелания?

— Да. Зигму выгоните в увольнительную, а я приглашу её в гости. Ей надо развеяться.

— Согласен. А меня чего не приглашаешь?

— Приходите вдвоем, — улыбнулся Квинт. — Тиая будет рада.

— Договорились. Теперь всё?

— Всё.

— Тогда прибавь ходу, пора домой. Много я на тебя времени потратил, — проворчал префект.

— Да не очень-то и много... — пробормотал Квинт.

— Молчи, шантажист. Следи за приборами.

Глава 24. Интересные события

Следующий день прошёл напряжённо и стремительно, в лихорадочном ритме подготовки к большим переменам. Составляя описи ресурсов пятой заставы, Квинт и префект тщательно фиксировали каждый недостающий элемент для кораблей, включая вооружение, которое требовало полной замены.

С судов было решено безжалостно снять энергетическое оружие, как неэффективное против Башен, и заменить его на тяжёлое кинетическое. Принтеры без перерыва выплёвывали раскалённые детали, печатая скорострельные пушки, ракеты и боеприпасы по чертежам Зигмы. Ремонтные дроиды, неустанно сверкая манипуляторами, заменяли оборудование, тщательно пакуя ненужное оружие и узлы для отправки на вторую заставу.

— Мы так будем долго возиться, — сказал Квинт префекту, вытирая пот со лба.

— Согласен, но выхода нет, увеличив количество дроидов, — ответил тот, не отрываясь от экрана.

Все приборы, оружие и другое оборудование, содержащее технологии Адохай, было решено демонтировать и заменить надёжными наработками Касты Амон. Полковник Гирад с затаённым ужасом смотрел, как стремительно меняется его вотчина, но предпочитал помалкивать.

— Ты полетишь назад на «Людоеде», а я на челноке, — сказал префект и засмеялся, увидев, как мгновенно просияла физиономия капитана. — Владей, так сказать, — он по-отечески хлопнул по потёртому борту штурмовика. — Если после нашей войнушки этот древний дьявол выживет — считай его моим тебе подарком.

— Это вы меня так стимулируете? — сощурился Квинт.

— Покупаю и укрепляю лояльность, — совершенно серьёзно сказал Юст. — Хорошо, когда патриотизм подкреплён личной заинтересованностью в результате.

— Странная у вас логика, — вздохнул Квинт, — и вообще я частенько вас не понимаю.

Префект сделал строгое лицо:

— Это опыт, сынок, огромный опыт и нацеленность на результат.

— Но это же имущество империи, — полушутя заметил капитан.

— Нет у империи этого имущества очень давно, — махнул рукой префект.

— Тогда предлагаю для Маркая тоже подобрать корабль.

— Подберём, обязательно подберём, — согласился Юст.

К ним подошёл полковник Гирад:

— Я просматривал материалы вашего боя с шаром, и это феноменально, капитан.

— Спасибо, господин полковник, — немного смутившись, сказал Квинт, — повезло просто.

— О нет, капитан. У тебя были такие траектории движения, что просто удачей это не объяснишь. Да и напарник твой показал себя отлично.

— Маркай лучший на курсе по летной подготовке был, — с гордостью добавил Квинт.

— Я тебе рекомендую, капитан, полетать на «Людоеде» в атмосфере.

— Зачем? — удивился Квинт. — Вроде как в атмосфере воевать не собираемся.

— Почувствуй этот корабль, он ещё тебя удивит. Научишься маневрировать в атмосфере — в космосе тебе никакой истребитель не страшен будет.

— Прислушаюсь к вам, господин полковник.

Подошёл Юст:

— Мы сегодня улетаем, а позже пришлём Вала и Маркая перегнать ещё один «Людоед».

— Хорошо, господин префект, — кивнул полковник.

— А ты готовь контур к ликвидации, — голос префекта стал стальным, — всё должно пройти по часам.

— Будет исполнено.

— Готовься, Квинт, скоро отбываем.

Два корабля стартовали с объятой пеплом планеты. За штурвалом «Людоеда» Квинт чувствовал себя разве что не богом — угрюмая мощь корабля, казалось, передавалась самому пилоту.

— Ну, как ощущение? — послышался в коммуникаторе голос префекта.

— Тот, кто придумал систему управления, был гением, — улыбаясь, ответил Квинт.

— Да, это точно, Каста Амон — очень способные ребята. Сейчас входим в гиперпространство, связи не будет, — предупредил Юст. — Используй это время с пользой, исследуй возможности корабля.

— Так точно! — радостно отрапортовал Квинт.

Корабли синхронно ушли в гиперпространство.

Тиая возвращалась домой. Она очень скучала по Квинту и всё время поглядывала на небо, надеясь увидеть блеск корпуса железной машины в вышине. На плече был рюкзак, полный редких растений — она нашла небольшое плато с целой поляной удивительных цветов. Растения были осторожно выкопаны и помещены в контейнеры.

«Какие же всё-таки удобные вещи», — радовалась девушка, используя складной нож, рюкзак и маленький фонарик в коммуникаторе.

Придя домой, она прикоснулась к маленькому диску на стене, как показывал Квинт, и комнату залило приятным приглушённым светом.

«Надо покормить Раха», — мелькнула мысль, но питомца нигде не было, хотя Тиая звала его. Странно — чтобы карах не пришёл на ужин, такого ещё не случалось.

Вдруг снаружи послышались какие-то странные звуки: как будто кто-то поскуливал и тяжело дышал.

Она открыла дверь. Перед ней предстал Рах, сидящий перед дверями и преданно смотрящий ей в глаза.

— Ты где был? — Тиая протянула руку погладить его, но карах осторожно схватил её зубами за руку и потянул из дома.

— Ты пугаешь меня! — вскрикнула девушка, но зверь настойчиво тянул её за собой.

Они оказались сзади дома. Рах отпустил руку девушки и тихо заскулил. Тиая включила фонарик и увидела рядом с одной из грядок самку караха. Вдвое меньше, с абсолютно белой шерстью, она лежала на земле, испуганно глядя на Тиаю. А рядом, сбившись в живую кучу, дрожали шесть щенков.

— Тебе помощь нужна? — Она приблизилась к мамке, протягивая руку.

Та оскалилась, на зубах блеснул яд. Сзади коротко рыкнул Рах, и самка затихла.

Тиая увидела, что одна лапа у неё неестественно вывернута.

— Понятно, — прошептала девушка.

Осторожно водрузив раненую подругу Раху на спину, они двинулись в дом. Щенки, скуля и сбиваясь в кучу, шли следом.

— Вот куда ты пропадал, — сказала Тиая, — семья у тебя, правильно, что пришёл.

Лапа у самки была сломана и причиняла ей сильные страдания. Осмотрев зверя, Тиая приготовила шину и полоски ткани.

— Ну, помогай своей подруге, будет больно.

Рах, казалось, понял её — он улёгся рядом с самкой и положил свою тяжелую голову ей сверху на шею, придавив к полу. Тиая быстрым и уверенным движением ощупала перелом и наложила шину. Самка рычала, но Рах крепко держал её.

— Ну вот, справились, — улыбнулась Тиая, едва касаясь больного зверя.

Та вздрогнула, но позволила провести рукой по голове.

После отвара из трав и нарезанного мяса всё семейство наконец затихло. Самка уснула на месте Раха, а вот шесть серых мячиков быстро освоились и уже скоро скакали по всему дому.

Тиая от души смеялась, наблюдая за будущими страшными хищниками. Рах с достоинством наблюдал за этой картиной.

— Ну всё, малыши, пора спать, — сказала Тиая, оставляя гореть только маленькую масляную лампу.

Рах тихо рыкнул, и шесть шариков моментально устроились рядом со спящей мамой. Тиая накрыла всё семейство большим покрывалом и почувствовала, как Рах в благодарность лизнул ей руку.

«Квинт наверняка обрадуется... или нет? Посмотрим».

Корабли вышли из гиперпространства. Их встретила неизменная Башня, висящая на орбите планеты.

— Следуй за мной, — послышался голос префекта.

Они вошли в атмосферу и направились к внешней стороне кратера. В почти отвесной скале открылись хорошо замаскированные ворота, и корабли по длинному туннелю попали в посадочный ангар заставы. Почётный караул в составе Скарда, Маркая и Вала уже встречал их.

После приветствий они направились сразу в медотсек.

— Как наш пациент? — спросил префект.

— Иду на поправку, — послышался слабый голос Ордо.

— Яд рыбы сотворил чудо, — улыбаясь, сказал Синтакс, — он вне опасности и через неделю будет в строю.

— Ну, молодец, солдат, скажи спасибо Квинту и Тиае.

— Мне рассказали, какое ты побоище устроил, капитан, спасая меня, — слабо улыбнулся Ордо.

— Да было весело, — засмеялся Квинт, — а спасибо Тиае сам скажешь, это она специалист по ядам.

— Я до конца жизни ваш должник.

— Не надо, ты бы сделал так же.

В мастерской Зигмы традиционно грохотала музыка, а сама хозяйка мирно посапывала в кресле в обнимку с микроскопом.

— Подъём, центурион! — бодро крикнул префект.

Зигма открыла один глаз:

— А вот если бы я сейчас вскочила и разбила ценный прибор, кто был бы виноват?

— Ну, ты же не вскочила, я же тебя тысячу лет знаю.

— Ладно, докладывай, что выяснила? — Префект присел в кресло, наливая себе огненную настойку.

— Выяснила я кое-что неожиданное. Это владелец мозга, — Зигма включила экран. — Я сама в шоке, если честно.

На мониторе появился грак, что вызвало у всех изумлённый возглас.

— Ты не ошиблась, девочка? — серьёзно спросил префект.

— Нет, не ошиблась, и эта новость не укладывается у меня в голове.

— Зато у меня теперь всё укладывается, — сказал Квинт и вывел на экран видео из храма. — Посмотрите на этот рисунок: от Башни к планете летят существа, похожие на граков.

— Действительно похоже, — подтвердил Скард.

— А ещё Тиая рассказала мне легенду о злых богах Оха. Некоторые слова ей трудно выговаривать, они слишком сложные для неё.

Квинт вывел на листе бумаги одно слово: адОХАй.

— Теперь понятно?

— Ну ты и голова, капитан! — хлопнул в ладоши Скард.

— Это значит, что граки — это как минимум часть персонала Башни, а как максимум — её боевой ресурс.

— И этого ресурса сейчас у Башни нет, — закончил префект.

Неловкую паузу прервал вой сирены. Механический голос дроида пронзил воздух:

— Гарнизон, боевая тревога! Активность Башни!

Интерлюдия. Экспедиция

[Система: Статус экспедиции]

Готовность: 60% Ресурс биологический: исчерпан на 90% Ресурс минеральный: исчерпан на 96%

Координатор вздрогнул. Холодные цифры на экране казались приговором — он и представить не мог, что закрома станции превратились в пустые склепы.

— Ничего страшного, — прошептал он, и его голос, непривычно живой, впитался в тишину зала управления. — Этого хватит. Экспедиция восполнит потери. Один рейд, всего один удачный захват — и биомасса потечет по венам станции.

Он успокаивал себя, глядя на датчики внешней оболочки. Минеральных отложений на броне хватало, чтобы отстроить палубы заново, но без «сока» — без живой органики — все эти механизмы останутся мертвым нагромождением металла.

Технологии властителей Адохай были великолепны: живые корабли, пульсирующие кабели, разумные принтеры. Но эта красота требовала жертв. Станция эвакуировала весь ресурс, когда энергетический коллапс был хоть и далёк, но неизбежен, словно избавляясь от балласта, слепо доверившись планете, на орбите которой теперь зависла.

— Ну что ж... начнём, пожалуй, — сказал Координатор громче.

Гулкое эхо заметалось между сводами.

— Система, готовность к старту.

— Есть готовность к старту. Доложить о состоянии защиты? — голос Системы был сухим, как шелест старой пергаментной кожи.

— Докладывай.

— Состояние защиты: 8% от требуемого.

— Как?! — Координатор едва не сорвался на крик. — Система, отчёт!

Экран захлебнулся каскадом данных. Бесконечные строки логов, ошибок и сбоев полились вниз. Стазис был слишком долгим. Межвселенские переходы, эти прыжки сквозь пустоту, выпили запасы до капли.

Но в его разуме теплилась надежда: он восстановит всё. И тогда Властители даруют ему новый цикл — вечность в обмен на верность.

И снова, вопреки логике, в сознании вспыхнули образы: лазурное небо, шелест листвы, тепло настоящего солнца.

«Мой дом», — мелькнула шальная мысль.

— Нет, не может быть! — Координатор резко мотнул головой, отгоняя наваждение. — Мой дом — здесь. Я был здесь всегда.

Но память бунтовала. Образы становились ярче, болезненнее, прорываясь сквозь нейронные блокираторы.

«Мы идём, возьми то, что твоё по праву», — безликий голос хлестнул по нервам.

— Излишняя мозговая активность. Необходима коррекция, — безжизненно констатировала Система.

— Нет необходимости, — быстро ответил Координатор, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Отчёт будет отправлен Властителям.

Он вздрогнул. Страх перед гневом Адохай был сильнее боли в голове.

— Хорошо. Иду.

Он медленно вошёл в капсулу коррекции. Прозрачный пластик сомкнулся, вспыхнули волны ослепительно белого света, и холодный туман окутал тело. Процедура заняла секунды.

«Странно... раньше это длилось дольше», — подумал он, выходя наружу.

Наваждение не исчезло, оно лишь притупилось, превратившись в фоновый шум. Это был сбой. Серьёзный сбой в протоколах лояльности.

Рука Координатора зависла в сантиметре от сенсорной панели. Он хотел ввести команду проверки системы, заглянуть в самый корень ошибки... но замер.

— А может, не стоит, — пронеслась мысль.

— Жду команду, Верховный Координатор.

Пальцы дрогнули. Неизвестность манила, и он убрал руку.

— Экспедиция... старт! — выдохнул он.

Снаружи, под слоями космических наслоений и минеральных наростов, начали проворачиваться титанические механизмы. Огромные ворота стартового ангара пришли в движение, скрежеща и разрывая наслоения «кожи» станции.

Сверкающий шар, похожий на каплю ртути, медленно выскользнул в черноту космоса.

Секундная задержка — и он хищной искрой понесся к планете. Туда, где сенсоры уже зафиксировали плотные скопления живых форм.

Потенциальный ресурс ждал своего жнеца.

Глава 25. Бой

Сирена орала как сумасшедшая, ввинчиваясь в мозг.

— Да вырубите вы ее! — закричал в коммуникатор префект, перекрывая несмолкаемый вой.

— Всем в ангар кораблей! — Юст первым бросился к лифту.

Через минуту в ангаре тусклое аварийное освещение выхватывало из вязкой темноты стальные силуэты, готовые к бою.

— Квинт, бери «Людоед». Маркай, за тобой «Кобра».

— Есть «Кобра»! — Маркай сорвался с места, подошвы сапог звонко застучали по металлическому настилу.

— Скард, челнок с новым вооружением твой.

— Есть! — глухо донеслось в ответ из-под шлема.

— Вал, мы с тобой на «Кобрах».

— Господин префект, но в строю только еще одна «Кобра» с новым вооружением...

— Проклятье! — выругался Юст, глядя на пустые крепления.

— Можно мне на этом... а вы берите «Кобру»? — послышался неуверенный голос Маркая.

Он стоял возле древнего атмосферного истребителя, чья обшивка давно потеряла былой блеск.

— Ты с ума сошел, лейтенант?! Ты не выдержишь перегрузки!

— А кто сказал, что понадобится вся мощь двигателя? — Маркай упрямо прищурился.

Префект на секунду задумался, глядя на ветерана атмосферных боев.

— Ладно, бери. На нем как раз архаичное вооружение, будет в тему.

— Есть, господин префект! — радостно отозвался Маркай, запрыгивая в кабину.

Корабли стартовали и с ревом выскочили из тоннеля над раскаленной, дрожащей поверхностью планеты.

Шар, сверкая зеркальным серебром обшивки, неумолимо приближался к заставе.

— Господи, какой он огромный... — прошелестел в коммуникаторе голос Зигмы.

— Вижу цель отчетливо, — донесся спокойный, но напряженный голос Тита с аванпоста. — Могу стрельнуть.

— Я тебе стрельну! — прервал его Юст. — Снайпер чертов. Не стрелять! Ждем, наблюдаем. Зигма, доложи.

— Диаметр около километра. Фиксирую активность кластеров брони — она такая же, как и на прошлом маленьком шаре.

— Неплохо. Значит, с полем у него тоже не всё в порядке, — подал голос Квинт.

— Это радует, — проговорил префект.

Шар медленно завис над кратером, словно черное веко, закрыв собой солнце.

В городе началась паника; жители, бросая всё, прятались кто где мог.

Шар беззвучно висел, вращаясь вокруг своей оси, и по его поверхности, как живые волны, пробегали радужные блики.

— Он сканирует, — доложила Зигма.

— Ждем! — крикнул префект.

— Да чего ждем?! — надрываясь, кричал Тит. — Он же уничтожит город!

— Я сказал — ждем! — жестко прервал его Юст. — Есть у меня одно подозрение.

Шар продолжал висеть, пульсируя в лучах солнца.

Вдруг он резко поднялся на несколько десятков метров и плавно двинулся прочь от города.

— Я так и знал! — Префект с силой хлопнул кулаком по панели управления.

— И куда это он? — озадаченно спросил Маркай.

— А вы не догадались? Он ищет граков, персонал Башни.

Шар скользил над поверхностью в сторону стойбища граков, стремительно набирая скорость.

— За ним! Соблюдаем дистанцию. Боевое этажное построение! — скомандовал префект.

Корабли выстроились стальной лестницей и, выдерживая интервал, полетели вслед за серебристым гигантом.

— До граков около ста километров, — сказала Зигма. — Судя по вектору движения, господин префект прав.

— Конечно, прав! — воскликнул Юст. — Квинт, обойди его по дуге и подлети к стойбищу с обратной стороны. Маркай, обходи справа и следуй параллельно. Вал — слева. Скард — со мной. Возьмем его в «коробку».

Корабли вели шар, держа его на прицеле.

Вскоре впереди показался широкий каньон, изрытый множеством пещер — стойбище граков.

Шар резко замер и начал опускаться.

Коснувшись земли, он выпустил вокруг себя густой белый туман.

Скалы под ним начали плавиться и гореть, превращаясь в мелкую пыль, которая тут же втягивалась внутрь шара.

— Что он делает? — спросил Вал.

— Пополняет ресурсы, — медленно произнес префект. — Проклятье... он не воевать прилетел. Он прилетел за сырьем. Если мы его не остановим, Башня переработает здесь всё в энергию.

Шар плавил поверхность, уходя в скалы уже на две трети.

Растительность и случайные живые существа, попавшие в зону тумана, растворялись без следа.

Большой отряд граков взлетел над каньоном, пытаясь защитить свой дом.

Шар выпустил тонкие лучи: касаясь летящего грака, луч окутывал его пеленой и затягивал внутрь.

— Фиксирую рост поля! — крикнула Зигма.

— Он перерабатывает минералы и накапливает энергию, — добавил Квинт. — Надо атаковать, или скоро не пробьем поле.

Шар двигался вдоль каньона, оставляя за собой идеально ровный, полукруглый след на теле планеты.

— Готовимся к атаке! — скомандовал префект. — Начинаем я и Вал. Квинт и Маркай — заходите со своих сторон. Огонь по команде!

Корабли хищно выстроились.

— Огонь!

Заработали пулеметы, к шару потянулись раскаленные нити пуль.

Защитное поле вспыхивало, плавя снаряды в ярких сполохах.

Шар покрылся фейерверками взрывов.

С бешенным ревом вокруг врага носился истребитель Маркая, поливая поверхность короткими очередями.

Шар начал огрызаться: сгустки плазмы летели в корабли, заставляя щиты пилотов стонать от перегрузки.

— Что-то слабоват сегодня! — смеялся Вал, не отпуская гашетку.

— Не накопил энергию, всё уходит на щиты! — крикнул Скард.

— Фиксирую проседание поля! — доложила Зигма.

— Ракеты! — скомандовал префект.

Ракеты, оставляя дымные следы, врезались в поле, которое окрасилось в тревожный кроваво-красный цвет.

— Есть пробитие! — Ракета Маркая вонзилась в корпус, вышвыривая рой обломков.

— У меня тоже! — крикнул Вал.

Его скорострельные пушки буквально выгрызали куски брони.

— Поле упало! — закричала Зигма. — Теперь только броня!

— Всем подняться на два километра! — скомандовал префект. — Квинт, «Облако»!

Корабли рванули вверх.

«Людоед» выпустил ракеты.

— Одну! — закричал префект, дергая штурвал. — Всем вверх!

Две ракеты плавно спикировали и ударили в незащищенный корпус.

Шар мгновенно исчез в ослепительно белом облаке взрыва.

Огромные куски брони взметнулись в небо, обгоняя уходящие корабли.

Белая стена пыли высотой в пару сотен метров понеслась цунами по планете.

Взрывной волной пилотов раскидало в стороны.

Борясь с управлением, они прекратили огонь.

— Квинт, ты нас убить хочешь?! — ревел Скард.

Дым рассеивался.

Две громадные воронки обнажили внутренности врага: искореженные механизмы пылали, а в самой глубине показалась знакомая граненая сфера.

Квинт, с трудом выровняв «Людоеда», ринулся вниз, заливая сферу потоком стали.

Но вдруг затворы сухо клацнули — боекомплект закончился.

— Вижу восстановление поля! — крикнула Зигма. — Видимо, взрыв дал ему приток энергии!

— Проклятье! Мы пустые! — Префект выпустил последнюю очередь.

Поле медленной красной волной снова начало закрывать шар.

И в этот момент раздался оглушительный рев.

Сверху, почти вертикально, несся Маркай.

От его древнего истребителя отделился длинный объект, выбросил крылья и хищно пошел к цели.

В секунду, когда поле должно было сомкнуться, крылатый снаряд влетел в пролом и ударил точно в сферу.

Поле закрылось.

Внутри расцвел ад.

Снаружи было видно лишь, как корпус шара вздувается.

Рухнувшее поле выпустило на свободу гигантский гриб взрыва, поднявшийся на километры.

— Эх, отличная штука эта планирующая бомба! И я молодец! — весело кричал Маркай.

— Ну ты и везунчик, лейтенант, — устало улыбнулся префект.

— С меня ведро пива! — хохотал Скард.

— А с меня поцелуй, — присоединилась Зигма.

— А можно два и свидание? — Маркай был в ударе.

— Не наглей, лейтенант... но я подумаю.

Сделав круг над дымящимся кратером, корабли ушли на заставу.

После посадки Скард буквально вытащил Маркая из кабины:

— Ну, герой!

Маркай радостно улыбался, пряча за спиной дрожащие от адреналина руки.

В столовой царило веселье.

Префект выставил на стол несколько бутылок редких напитков из своих запасов.

— Мы все молодцы, — поднял тост Юст. — За храбрость и смекалку. — Он взглянул на Маркая, а затем строго на Квинта: — И за излишнее усердие.

— Ну, я не знал, что так бахнет, — оправдывался Квинт.

— Могло всех из атмосферы выбросить, — отрезал префект. — «Облако» — вещь страшная. А теперь серьезно. То, чего мы ждали столько тысяч лет, свершилось. Нашествие Адохай началось.

Квинт медленно поставил стакан.

— Вы сказали... столько тысяч лет? Я не ослышался?

Неловкая улыбка скользнула по губам префекта:

— Я, видимо, оговорился, капитан.

— А вот мне так не кажется, — серьезно сказал Квинт.

Скард и Вал вдруг начали с интересом изучать стены.

— Ну, хватит тайн! — Маркай был серьёзен. — Мы жизнью рисковали. Это непорядочно.

— Ты со словами поосторожнее, — мрачно бросил Скард.

— А то что? Ударишь? — закипал Маркай.

— Так, господа офицеры, прекратите! — прикрикнул префект. — Всему свое время.

— А может, этого времени у нас и нет? — Квинт в упор смотрел на Юста.

— Ну всё, хватит! — Зигма с такой силой хлопнула по столу, что бутылки подпрыгнули. — Они правы.

Она повернулась к префекту:

— Ваше Величество, ваш выход.

— Величество?.. — хором выдохнули Квинт и Маркай.

Юст встал, его лицо стало каменным, он привычным движением одернул мундир.

— Разрешите представиться, — Зигма с изящным поклоном указала на префекта. — Его Императорское Величество Юстиниан Первый. Император и основатель империи Астара.

Глава 26. Всё на своих местах

Тяжёлое, почти осязаемое молчание повисло в воздухе столовой. Квинт и Маркай переглянулись. Маркай первым нарушил тишину, беспомощно разведя руками:

— Что тут скажешь, господа… я, видимо, пьян, и всё это — какой-то горячечный бред.

Квинт был более сдержан, хотя в его глазах читалось смятение:

— Это, конечно, неожиданно. Признаться, я ожидал чего-то, во что трудно поверить… но такой масштаб просто не укладывается в голове.

— Это правда, — просто сказал префект, а теперь уже, по-видимому, император.

— Простите за недоверие… а можно какие-нибудь доказательства? — глупо засмеялся Маркай, нервно теребя пуговицу мундира.

Юстиниан едва заметно кивнул:

— Зигма, принеси вторую табличку, пожалуйста.

— Да, Ваше Величество.

— Вот давай только без этого пафоса, ладно? — полураздражённо, полушутя бросил Юстиниан. — Называйте меня «префект». У нас в метрополии всё-таки есть действующий император.

Зигма вернулась с уже знакомой Квинту металлической коробкой. Префект извлёк из неё две таблички. Квинт вслух прочитал первую для Маркая, а затем взял в руки вторую. Скард тем временем подошёл к Маркаю и почти насильно усадил его на стул:

— Ты присядь, дружище, присядь.

— А что, будет ещё что-то неожиданное? — глупо моргая глазами, спросил лейтенант.

— Ну, сейчас узнаешь, — заржал Скард, наливая Маркаю полный стакан крепкого спиртного. — Если будет тошнить — выпей залпом.

Вторая табличка гласила:

«В избранное время Адохай придут в эту вселенную и начнут экспансию в другие галактики, опираясь на мощь созданной Империи под предводительством потомков первого Императора. Империя переходит под прямой протекторат Адохай и является основой военной и энергетической мощи объединённых сил. Цель Адохай — подчинение биологических и минеральных ресурсов вселенной для дальнейших экспансий. Империя является главным и единственным союзником расы Адохай и получит все преференции. Также подписанты со стороны Империи получают Дар Дохай. Подписано: Священный круг Адохай в составе семи столпов с одной стороны и...»

Тут Квинт запнулся. Улыбающийся Вал услужливо поднёс ему стакан воды:

— Водички?

— Да, спасибо, — машинально проговорил Квинт, не веря своим глазам.

«...и со стороны Империи: Император Юстиниан, Командор Скард, Командор Синтакс, Командор Зигма, Командор Тит, Командор Ордо, Командор Вал».

Квинт закончил читать. Маркай влил в себя стакан, который тут же наполнил снова заботливый Скард.

— «Дар Дохай»... я так понимаю, это бессмертие? — тихо спросил Квинт.

— Ну, что-то типа того, — улыбнулся Юстиниан. — Убить нас можно, но благодаря контуру времени наши жизненные процессы замерли в миллисекунде. Это не защищает от ножа или пули, но от старости мы точно не умрём. Ты как? — спросил он у Маркая.

Маркай выпил залпом второй стакан, поднялся и старательно разгладил мундир, застегнув верхнюю пуговицу. Потом вытянулся по стойке смирно:

— Я в полном шоке. Пойду я, пожалуй, прогуляюсь.

И он нетвердой походкой направился к двери.

— Эй, друг, с тобой точно всё нормально? — крикнул вслед Скард.

— За собой следи, старикашка! — последовал ответ.

— Значит, всё нормально, — заржал Скард, наполняя стакан на этот раз уже себе.

— Ты пойми, капитан, — примирительно сказал Юстиниан, — ты бы раньше всё равно не поверил. А сейчас события так закрутятся, что вам будет не до удивлений.

— С одной стороны, вы правы, и я, наверное, поступил бы так же… но всё равно это слишком масштабно. Мне надо обдумать.

— Красавчик, — Зигма подошла к нему и коснулась плеча, — не волнуйся так. Мы ведь не призраки. И то, что сделано — сделано для всех живых существ галактики.

— Да, она права, — добавил Вал. — Если бы не мы, Адохай предложили бы это другой цивилизации, и тогда ход истории был бы непредсказуем. Кстати, Кадеш отказались. Погибли они, конечно, не поэтому, но в случае согласия были бы живы. Что ни говори, а свои обязательства Адохай выполнили.

— Значит, все хроники... — начал Квинт.

— Фальшивка, — отрезал Юстиниан.

— Но ваша смерть?..

— А что моя смерть? Когда я понял, что придётся принять в себя сущность Адохай, я убедил сына имитировать мятеж.

— Да, — грустно вставил Вал, — парень был очень сильной личностью. Он принял в себя сущность и жил с мыслью, что отец жив, но нельзя проговориться.

— К концу жизни он сошёл с ума, — глухо произнёс Юстиниан, и в его глазах застыла вековая скорбь. — Мой мальчик всё сделал правильно, но в его судьбе я буду корить себя вечно.

— И после того, как вы исчезли, вы начали готовить плацдарм для сопротивления Адохай?

— Да, — кивнула Зигма. — Многое пошло не так. Касты изначально должны были стать мощными и независимыми, как и Кадеш. Но некоторые императоры наделали глупостей, и мы имеем то, что имеем. Я рада, что в ответственный момент ты и Маркай появились здесь.

— А есть ещё какие-нибудь тайны? — улыбнулся Квинт.

— Есть, — отозвался Тит, — но их не знаем даже мы. Только он. — Тит кивнул на Юстиниана.

— Это слишком опасные знания, — согласился префект. — Если вы случайно разгласите их — этой галактике точно хана. Но очень скоро вы всё узнаете.

— Не очень-то и хочется, — пробурчал Тит.

— А ну не брюзжать, командор! — прикрикнул Юст. — Всем отдыхать, мы молодцы. Вал, на тебе наблюдение за Башней, автоматику в режим тревоги.

— Да, Ваше Величество, — улыбнулся Вал, подмигнув Квинту.

— Ну как же вы мне надоели этой уставщиной! — всплеснул руками Юстиниан. — Неисправимые. Разойтись!

Квинт зашёл в мастерскую к Зигме перед уходом.

— Даже не знаю, как к тебе… к вам, командор, обращаться теперь.

Зигма скривилась:

— Не будь нудным, капитан. Я ничуть не изменилась. Кстати, префект поберёг твои нервишки и не сделал ещё кое-что.

— О Боги! Что же ещё?

— Он не предложил тебе Дар Дохай. Он может передавать его.

Квинт замер. Бессмертие — это было уж слишком.

— Вот и хорошо, что не предложил, — выдохнул он.

— Ты подумай, капитан. Это только первые пару тысяч лет забавно. Потом ты овладеваешь такими знаниями, что можешь сам создать королевство и быть там богом.

— Не хочу быть богом, — засмеялся Квинт. — Лучше уж прожить свою жизнь.

— Как знать, капитан, как знать… — прищурилась Зигма. — Но имей в виду: вы оба имеете право на Дар.

— Я, в общем-то, чего зашёл... — Квинт достал из кармана алмаз в виде капли. — Это тебе.

Алмаз переливался кроваво-красными оттенками, отбрасывая блики на верстаки.

— Какая красота... — Зигма прикрыла лицо ладонями. — Мне никто никогда не дарил такую красоту. Максимум — старый истребитель для опытов.

— Возьми. Можно сделать кулон. Префект сказал, он дико дорогой.

— Дело не в деньгах, — Зигма осторожно взяла камень. — Спасибо тебе, Квинт. Ох, упустила я свой шанс, красавчик...

Квинт покраснел:

— Ты восхитительная девушка, но ты же знаешь...

— Да-да, знаю и рада за тебя. Вы с Тиаей прекрасная пара.

— Ну, я пойду, пожалуй.

— Иди, она ждёт. Особенно после того светопреставления, что мы устроили.

Квинт вышел, а Зигма тихо прошептала вслед:

— Если бы ты знал, мальчик, как много ты для меня только что сделал...

Квинт ехал на транспортёре по горной дороге. Редкие жители смотрели на него с тревогой — застава сегодня знатно напугала аборигенов. Он остановился у дома. Двери были распахнуты. Из дома в два прыжка выскочил Рах, едва не свалив Квинта и радостно облизывая ему лицо.

— Ну всё, всё, дружище, я дома! Где Тиая?

Рах бросился на задний двор. Девушка сидела прямо на земле возле своих грядок, глядя в одну точку.

— Милая, я вернулся, — позвал Квинт.

Тиая медленно повернулась:

— Это точно ты? Или твой дух?

— Я это! — засмеялся Квинт, обнимая её.

Слёзы хлынули из её глаз:

— Я думала, вы все погибли... такой гром был, земля тряслась... так страшно...

— Нет, все живы. Опасности больше нет.

— А этот страшный шар?

— Его нет. Мы его немного взорвали. Ну, разбили, вроде как.

— Я так счастлива... — она вытирала слёзы. — А у нас пополнение в семье. Пойдём!

Она потянула его в дом. Подруга Раха чувствовала себя лучше, но, увидев Квинта, предостерегающе зарычала.

— Это что за... — удивился он.

— А это семья Раха! — рассмеялась Тиая. Шесть меховых шариков шустро выкатились навстречу.

— Ого, семейство! — воскликнул Квинт.

— И как зовут нашу маму?

— Давай придумаем. Пускай будет Ораха. Раньше в нашем языке «О» значило «жена».

— Отличное имя. Ораха, — Квинт осторожно погладил самку. — Теперь позволь мне...

Он встал на одно колено и достал алмазы. Камни засверкали живым светом.

— Я прошу тебя стать моей женой.

Тиая замерла:

— Это так в твоём мире просят замуж? Это колдовство... но очень красивое. Я подумаю над твоим предложением, — она гордо вскинула подбородок.

Квинт открыл рот, лишившись дара речи.

— Видел бы ты своё лицо! — рассмеялась Тиая. — Конечно, я согласна.

— Ну и шутки у тебя... — выдохнул он.

— Но с одним условием: наш дом будет здесь. В моём мире. Посмотреть твой мир мне интересно, но жить будем тут.

— Я с удовольствием принимаю твою... пропозицию, — улыбнулся Квинт, целуя её.

[Система: Статус экспедиции]

— Коллапс Экспедиции, — ответил холодный голос.

Координатор вздрогнул.

— Повтори.

— Коллапс экспедиции. Корабль дезактивирован. Ресурсы уничтожены.

Этого не могло быть. Координатор пошатнулся, вцепившись в край панели управления. Станция была абсолютно беззащитна.

Глава 27. Подготовка к штурму

Квинт проснулся от того, что маленькие мягкие мячики беспардонно прыгали по его голове. Он открыл один глаз. Перед ним, буквально в сантиметре от лица, оказалась смешная мордашка щенка караха. Квинт закрыл глаз и тут же открыл оба — мордашек стало три. Они смотрели на него в упор весёлыми бусинками глаз, попискивая от нетерпения.

Тиая хохотала, лёжа рядом; ей тоже досталось внимание неугомонных малышей. За всем этим хаосом из угла комнаты спокойно наблюдал Рах со своей подругой.

— Эй, дружище, убери свою штурмовую группу! — обратился к нему Квинт, уворачиваясь от щенков, которые настырно пытались лизнуть его в нос.

Ораха тихонько зарычала, и малыши, забавно перебирая лапами, устремились послушно к ней.

— Такие милые, правда? — улыбалась Тиая.

— Ну да… а как вырастут, как этот вот зверюга, и что с ними делать?

— Ну, Квинт, не нужно так. Найдем место, к тому же они отличные охотники.

Рах многозначительно посмотрел на пустую миску.

— Так, милая, я в холодильник за мясом. Теперь придется возить его чаще и больше.

Квинт принёс увесистый кусок мяса и разделил на порции, которые были мгновенно уничтожены с довольным урчанием. Щенки после еды сразу завалились досыпать под бок мамы. Рах уселся возле двери, ожидая Квинта.

— Надо подумать о расширении дома, — заметил Квинт, глядя на растущее семейство.

— Так нам же хватает места, — беззаботно отозвалась Тиая.

— А когда у нас дети появятся, что делать будем? — спросил Квинт.

Тиая застыла с мисками в руках. Её лицо вмиг стало серьёзным.

— Ты действительно думаешь, что у нас могут быть дети? — тихо спросила она.

— А что тут думать? — удивился Квинт. — Мне Зигма сказала, что наши расы совместимы, так что это дело времени. Но можем ускорить... — он попытался обнять девушку.

Тиая ловко вывернулась из объятий:

— Сначала свадьба, господин капитан!

— Ох, как официально! — засмеялся Квинт. — Решено: при первой возможности прошу у князя разрешения на свадьбу.

— Нет, так нельзя, — покачала головой Тиая. — Разрешения должен просить господин префект.

— Ну, попросит, в чем проблема? У меня и подарок есть для князя. — Квинт достал нож с рукоятью из когтя тирака.

— Это очень хороший подарок, — одобрила Тиая. — Ты отдаёшь богатый трофей, это заслуживает уважения. Ещё князь спросит моего согласия и будет смотреть, как я отвечу.

— Как у вас всё серьёзно...

— Конечно, милый. Мы же будем вместе до конца жизни. И даже если ты возьмёшь вторую жену, — её глаза опасно блеснули, — я останусь главной женой.

— Зачем мне вторая жена? — искренне удивился Квинт. — В нашей культуре такое не делается. Жена одна.

— Это хорошая традиция, — улыбнулась Тиая, — но иногда нужна вторая жена, чтобы продолжить род.

— Ну, думаю, нам это не понадобится, — махнул рукой Квинт.

— Посмотрим, господин капитан, как вам удастся справиться...

В этот момент зазвонил коммуникатор. Голограмма Зигмы осторожно осмотрелась:

— Я никого не разбудила?

— Нет, госпожа центурион... или командор?

— Ну не надо этих шуток, капитан. О, привет, Тиая!

— Здравствуй, Зигма! А мы вот детей обсуждали, — простодушно сказала девушка.

Зигма заметно смутилась:

— Я надеюсь, не прервала, так сказать, процесс обсуждения?

— О, нет... — Тиая опустила глаза. — Скажи, это правда, что у нас с Квинтом могут быть дети?

— Конечно, подруга! Наши расы совместимы, — весело ответила Зигма.

— Это прекрасная новость, — просияла Тиая.

— Мне ты, значит, не поверила? — прищурился Квинт.

— Поверила, просто уточнила у подруги.

— Слушай, капитан, — тон Зигмы стал деловым, — префект собирает всех срочно. Обстоятельства немного изменились. — Она многозначительно посмотрела на Тиаю. — В общем, выдвигайся, а я пошла Скарда и Маркая искать.

Голограмма исчезла.

— Ты довольна, моя избранница?

— Довольна, — ответила девушка. — Езжай на заставу, буду ждать тебя вечером. И не забудь припасы — нас теперь много. — Она ласково посмотрела на семейство Раха.

Вся застава собралась в кабинете префекта. Даже Рах устроился в углу возле дверей, чутко прижав уши.

— Господа, — начал префект, — есть важная информация. Зигма, оглашай.

— У Башни вчера пропало поле. Совсем пропало.

— Так пора врезать! — воскликнул Тит. — На сколько оно пропало? Надо пользоваться моментом!

— Тебе бы только сломать что-нибудь, — осадил его Ордо.

— Ну а что, сколько ещё ждать?! — возмутился Тит.

— Наша задача — захватить Башню, а не уничтожить, — отрезал префект. — План такой: пятая застава отключит контур времени и взорвёт планету вместе со свей Башней, а мы тем временем захватим нашу. Нам нужна информация о возможностях этого монстра. И ещё, господа... учитывая усилившийся Зов и новые данные — экспансия Адохай в нашей галактике уже началась.

Тихий ропот в кабинете был прерван Зигмой:

— Сейчас корабли снаряжаются всем необходимым. Я модернизировала кинетическое оружие, в первую очередь ракеты «Облако», как показавшие особую эффективность. Теперь новым составом взрывчатки будут формироваться и снаряды скорострельных пушек. Повеселитесь, мальчики! — она хищно засмеялась.

Префект встал, поправив старый мундир:

— Перевожу заставу на казарменное положение до завершения операции. Начинаем сегодня ночью. Все свободны.

Когда подчиненные разошлись, Юстиниан связался с пятой заставой.

— Здравствуй, старый друг. У тебя всё готово?

— Господин префект, да, всё готово, — ответил полковник с экрана.

— Сегодня ночью высылаю к тебе корабли на помощь. По прибытии начинаем атаку. Задача: пробить поле и взорвать Зелёную Королеву вместе с Башней.

— Вас понял. Наконец-то! — В глазах полковника читалась неподдельная радость.

— Вторая застава готова?

— Да, всё приведено в рабочее состояние. Мы замаскировали строения и накрыли их полями, чтобы не выдать энергетическую активность.

— Молодцы! Вот за что я вас ценю, полковник: вам не нужно всё разжевывать, сами додумываете, — засмеялся префект. — Сверяем часы.

— Так точно, господин префект!

Квинт вышел в коридор и набрал Тиаю.

— Милая, сегодня я не смогу быть дома.

— Что-то случилось? — в её голосе прорезалась тревога.

— Служба, такое бывает.

— Ты мне что-то недоговариваешь, Квинт.

— Я не хочу тебя обманывать, но сказать всего не могу.

— Прошу, береги себя. Я буду волноваться.

— Не стоит, милая. Мы хорошо подготовились, всё будет хорошо, — попытался успокоить её Квинт, хотя сам чувствовал тяжесть в груди.

— Нельзя не волноваться, когда твой мужчина — воин, — отрезала Тиая. Было видно, что она очень расстроилась.

— Я пришлю дроида на транспортёре с провизией. Думаю, мы быстро управимся. Я свяжусь с тобой при первой возможности.

— Хорошо. Я буду ждать.

— Волнуется? — спросил Маркай, наблюдавший за разговором со стороны.

— Волнуется, — вздохнул Квинт. — Особенно после того взрыва шара. А ты чего уши развесил?

— Я не развесил, я радуюсь за друга. А мне вот не везёт... — грустно закончил он.

— Чего тебе жаловаться? — воскликнул Квинт. — У тебя в городе сплошные поклонницы!

— Да это всё несерьёзно, — печально махнул рукой Маркай.

— Ты что, на Зигму запал? — прищурился Квинт, с трудом сдерживая улыбку.

Маркай молча кивнул.

— А что, заметно?

— Ну, теперь точно заметно! Губа не дура, дружище, — заржал Квинт. — А потянешь целого командора с тысячелетним опытом?

— Тебе бы только ржать, — обиделся Маркай.

— Да перестань. Она очаровашка, и скажу тебе по секрету: всё в твоих руках. Она не неприступная крепость, просто найди подход.

— Думаешь? — с надеждой спросил Маркай.

— Уверен. Действуй, но аккуратно.

— Так, чего расселись, салаги?! — прикрикнул вошедший Скард. — Боеприпасы я за вас грузить буду?

— Идем-идем, господин командор! — вскочил Маркай. — Поможем, конечно. Вы, видимо, по возрасту уже не справляетесь? Спинка болит?

— Ах ты, помёт тирака! — взревел Скард. — Ну сейчас я тебе рёбра пересчитаю!

— Вы осторожнее, пожалуйста! — кричал Маркай, выскакивая из комнаты. — Не ушибитесь, ради богов!

Корабли были загружены тройным боекомплектом. Квинт и Маркай заняли места в кабине «Людоеда», Вал и Скард — на челноке.

— Вы помогаете штурму Башни «Зелёной Королевы», — наставлял префект по связи. — После летите сюда. Мы начнем здесь, истощим защиту, а когда вы прибудете — нанесете главный удар. Локации передаст Зигма.

— Вы сами-то хоть справитесь? — спросил Квинт.

— Справимся, — отозвался Ордо. — Наша задача — изматывать.

— В челнок загружено сто штурмовых дроидов, — добавил префект. — Нужно будет пробить ворота ангара и высадить десант. И имейте в виду: перезаряжаться придется в полете. Это тяжело. Зигма усилила гипердвигатели блоками по технологии Адохай — нужно успеть вовремя.

— А не опасно их технологии использовать? — переглянулись пилоты.

— В гиперпространстве вам ничего не грозит, а по прибытии просто отстрелите эти блоки в космос. Всё понятно?

— Так точно, господин префект!

— Ну, хоть не «Ваше Величество», слава богам, — улыбнулся Юстиниан.

Корабли стартовали, как только солнце скрылось за горизонтом. Выйдя на орбиту, Квинт включил разгон. Корабль рванул вперёд с такой силой, что пилотов буквально вдавило в кресла.

— Во как Зигма постаралась! Домчим быстро, — восторженно сказал Маркай.

Вдруг сзади послышался странный скрежет. Пилоты синхронно схватились за оружие. В рубку спокойно вошел Рах и, по-хозяйски устроившись между креслами, принялся рассматривать звёзды на экранах.

— Ты какого демона здесь делаешь, чудовище?! — прикрикнул Квинт.

Рах лишь слегка скосил желтый глаз в его сторону и продолжил созерцать космос.

— Помощничек выискался... — буркнул Маркай, за что удостоился презрительного взгляда зверя. — Ладно, будет ящики со снарядами таскать.

— Думаю, стоит его покормить, — заметил Маркай, опасливо косясь на караха, — а то ещё нас сожрёт.

— Р-рах! — коротко рыкнул зверь и, развернувшись, направился в сторону камбуза.

— Да, пожалуй, пора, — согласился Квинт. — Меня-то он не тронет, а тебя жалко, дружище.

Корабли прыгнули в гиперпространство. Скрупулёзно спланированная операция началась.

Глава 28. Атака Часть 1 Смерть Зелёной Королевы

— Пять минут до выхода из гиперпространства, — доложил Маркай. Голос его звучал натянуто, как струна.

— Отлично.

Квинт затягивал ремень вокруг мощной туши Раха, привязывая его к свободному креслу штурмана. Карах, чувствуя тревожность, повисшую в рубке, не сопротивлялся — только низко, утробно урчал. Квинт прыгнул в кресло первого пилота, привычно ощущая, как системы корабля откликаются на его касание.

— Прицелы откалиброваны? Метки на карте расставил? Системы проверил?

— Так точно, капитан! — серьёзно отрапортовал Маркай.

— Ну, тогда да помогут нам Боги, — выдохнул Квинт.

— И демоны, — добавил Маркай, не отрывая взгляда от мониторов.

— И демоны тоже!

Башня безмолвным, мертвенно-серым монолитом висела на орбите пылающей Зелёной Королевы. Десяток кораблей под маскировочными полями заняли позиции согласно локациям, переданным Зигмой. Полковник Гирад Сет Акар сидел за штурвалом «Трезубца Кадеш». На секунду он снял руку со штурвала, несколько раз сжав её в кулак — от напряжения пальцы затекли.

Тихий, почти нежный звук, напоминающий камерную музыку, наполнил рубку корабля. У «Кадеш» были свои взгляды на сирену тревоги, что всегда вызывало у полковника умиление. Сигнал значил, что до выхода кораблей первой заставы осталось всего пять минут. Полковник надвинул на глаза зеркальный щиток шлема управления. Все сенсоры светились мягким синим цветом, системы шептали о готовности.

— Начали, — почти шёпотом произнёс полковник.

Три группы кораблей, сбросив маскировку, рванули к Башне. Открывая на ходу огонь, «Кобры» и «Людоеды» старались создать хаос, избегая любой системности поражения. Защитное поле Башни вспыхивало, поглощая ливень огня, сыпавшийся на него. Истребители пролетали так близко, что в фонарях кабин отражалось мерцающее марево щитов станции. Полковник внимательно следил за приборами: в некоторых местах поле восстанавливалось с задержкой, обнажая уязвимые воронки.

За первой волной подключились штурмовики, запустив лавину ракет сразу с трёх направлений. Яркие вспышки взрывов охватили весь периметр Башни.

ТРЕВОГА. СИСТЕМНЫЙ ЗАПРОС НА ЭКСТРЕННОЕ ВОСКРЕШЕНИЕ КООРДИНАТОРА.

Внутри Башни приходили в движение древние механизмы, не знавшие сна тысячелетия. Капсула с Координатором экстренно подключилась к Системе.

— Вижу движение на поверхности! — доложил один из пилотов.

Башня выпустила шары-перехватчики. Рой плазменных зарядов понёсся в пространство вместе с ослепительно блестящими серебристыми сферами. Одна из «Кобр» лишь краем крыла задела плазменный луч и мгновенно исчезла в облаке обломков. Полковник сжал зубы: он знал, что без потерь не обойдётся, но каждый пилот был ему как собственный ребёнок.

— Манёвры уклонения! — скомандовал он. — Уводите их под «Облако».

«Кобры» ринулись в сторону планеты, шары следовали за ними по пятам. Над самой атмосферой «Людоед» сбросил маскировку, и две ракеты понеслись навстречу погоне. Пилоты истребителей, как по команде, разошлись в стороны, пропуская преследователей. Два ярких взрыва создали в космосе адское облако, и в это сжигающее марево на полной скорости влетели сверкающие шары. На планету посыпались обломки, сгорая в раскалённых слоях атмосферы.

В этот момент из открывшегося окна гиперперехода выскочили два тяжёлых корабля. Трассы от скорострельных пушек потянулись к Башне. Два сектора, заранее обозначенные Зигмой, скрылись в белых вспышках. Поле начало стремительно проседать.

— Да! — не сдержавшись, крикнул полковник.

ТРЕВОГА. СИСТЕМА ВЫБОРА ФОРМЫ КООРДИНАТОРА. ПОЛЕ ПРОБИТО. КОЛЛАПС ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ.

Холодный бездушный голос разносился по всем уголкам станции. С потолка огромного зала сыпались искры и куски конструкций. Нападавшие перестроились, концентрируя удары в одну точку. В космос полетели обломки внешней брони. Небольшая группа шаров, вылетевшая из ангара, была мгновенно сметена очередями пушек.

Квинт заложил головокружительный вираж, заходя к воротам.

— «Облако», выстрел! — скомандовал он.

Две ракеты понеслись вперёд. Пройдя в нескольких метрах от изуродованной поверхности, «Людоед» принял курс параллельный броне, засыпая Башню планирующими бомбами. Из ангара вырвалось белое облако, и огромный кусок брони, вывернутый взрывом изнутри, отлетел в пространство. Дыра диаметром в несколько километров обнажила пылающие внутренности Башни. Защитное поле ярко вспыхнуло кроваво-красным и исчезло, растворяясь в поверхности, как вода в песке.

Скард не убирал пальцев с гашетки, выливая в одну точку ливень снарядов, пока на месте брони не появился кратер с кипящим металлом.

— Полковник, убирайте контур! — заорал Квинт, пытаясь перекричать вой орудий.

Гирад прикоснулся к ярко-синей панели. Через несколько секунд на поверхности планеты расцвёл изумительной красоты огненный цветок. Он рос и становился ярче, пока не достиг верхних слоёв атмосферы.

— Всем кораблям, — голос полковника был холоден и спокоен, — уходим в прыжок.

Корабли прекратили стрельбу и синхронно стали отдаляться от кипящей планеты. Ещё мгновение — и они стали исчезать в окнах гиперперехода. Последним прыгнул «Людоед». Квинт ещё успел увидеть, как огненная волна умирающей планеты ударила в монолит Башни, раскалывая его на мелкие осколки.

Координатор наконец открыл глаза. Первое и последнее, что он увидел, была ослепительная белая волна, поглотившая его.

Глава 28. Атака Часть 2 Падение Башни

Корабли выпрыгивали из гиперперехода вдали от обитаемых систем, в глубокой тишине космоса.

— Все в сборе? — спросил полковник.

— Пилоты все, кроме одного, — последовал рапорт.

Последним выскочил «Людоед» Квинта.

— Полковник, мы на месте, начинаем перезарядку!

Отстегнув Раха, Квинт и Маркай бегом бросились в грузовой трюм. Двери шлюза были уже открыты, от мертвого вакуума их отделяло только тонкое мерцающее поле.

— Семь минут, время пошло! — крикнул Маркай.

Контейнеры с закреплёнными на них дроидами потянулись к шлюзу. Квинт и Маркай выкатывали их по рельсам и выталкивали в открытый космос, где уже ждали истребители с пустыми арсеналами. Пять минут на перезарядку, минута на проверку систем, минута — добежать до рубки. Отряд исчез в прыжке ровно через семь минут.

— Теперь наша очередь, — устало сказал Маркай. — Бегом в трюм и перезарядка боекомплекта.

Последний контейнер с ракетами «Облако» никак не поддавался. До пусковой установки оставалось всего три метра, но силы были на исходе. Маркай упал на четвереньки и уткнулся лбом в холодный пол.

— Проклятье, Квинт! Где наши демоны? Боги уже своё, похоже, отыграли.

Мощный глухой удар сдвинул неподъёмный контейнер. Рах, упёршись головой и истошно рыча, втолкнул его в пусковые пазы. Щелчок — и ракеты встали на место. Оба пилота без сил упали на пол ангара.

— С меня ужин, всё, что захочешь, — выдохнул Квинт, глядя на караха.

— А с меня завтрак, — добавил Маркай. — Так, поползли в рубку, скоро в бой.

— Ага, — кивнул Маркай, — давно не развлекались.

Тиая смотрела, как в утреннее небо поднимаются корабли. Её сердце стучало так сильно, что казалось — ещё удар, и оно выпрыгнет. Она буквально чувствовала сумасшедшую усталость, навалившуюся на неё. Девушка сжала в руке аталлу, подаренную Квинтом. Сзади послышался шорох: Ораха, припадая на больную ногу, подошла и села рядом, глядя на небо и тихо скуля.

Корабли заставы расположились в трёх точках под маскировкой. Префект за штурвалом «Кобры» отсчитывал последние секунды.

— Начинаем по команде. Цель — ангар. Нужно проникнуть внутрь.

— Ох, повеселимся! — Тит был в своём репертуаре. Его штурмовик на начальном этапе был самой сильной машиной.

— Зигма, ты как?

— Вспомню древние времена, — весело ответила девушка. — Вы, Ваше Величество, не забыли, что я была лучшим пилотом вашей гвардии?

— Не забыл, — тихо проговорил префект. — Начали.

Корабли ринулись в атаку. Пушки Тита лупили прямо в огромные двери ангара, превращая их в кипящую лаву. Из брешей стали вылетать шары. Зигма, закладывая умопомрачительные виражи, точным огнём срезала по несколько перехватчиков за раз.

В какой-то момент префект почувствовал Зов — сильный толчок с видениями, который тут же сошёл на нет.

— Всё, — улыбнулся он, — кончилась энергия.

Из гиперпространства стали появляться корабли со второй заставы, сразу вступая в бой. Ракета «Облако» ударила в ворота ангара, и стена обломков вырвалась в космос. Вход был открыт.

— Прекратить огонь! Добивайте перехватчики! Зигма, давай!

От истребителя девушки оторвались две ракеты с генераторами поля. Они ударились в створ расплавленных дверей, устанавливая защитный занавес. Тит направил корабль в ангар, за ним ринулся и Квинт.

Внутри станции их встретили стройные ряды древних механизмов, засыпавших нападавших плазмой. Тит выпустил штурмовых дроидов. Квинт и Маркай выскочили из шлюза. Атмосфера внутри пахла сыростью и расплавленным металлом. Впереди бежал Рах, ловко снося остатки защитников лапами и хвостом.

— Эй, Квинт! Я ни разу не стрельнул, обидно же! — прокричал Маркай. — Этот твой зверюга нам уже дорогу расчистил!

— Ну и радуйся, ты не в тире, — бросил Квинт.

Оборона станции медленно проваливалась. Древние защитные турели, лишённые энергии, выходили из строя, штурмовые дроиды рассыпались по близлежащим уровням, расчищая путь вперёд. И хотя огромная площадь станции предполагала длительную зачистку, уже стало понятно, что атака удалась.

Квинт с удивлением рассматривал гигантские каменные наслоения на стенах и потолке станции.

— Это же сколько лет всему этому? — тихо проговорил он.

— Ты хотел сказать — миллионов лет, — поправил его Маркай.

Они прорвались на внутренние уровни и остановились.

— Зигма, что дальше? — спросил Тит.

— Пять уровней над вами — живое существо.

— Одно? — удивлённо спросил Тит.

— Одно, — подтвердила Зигма.

— Брать живым и осторожно, — голос префекта был похож на скрежет металла. — Он нам нужен живым.

Верховный Координатор стоял возле экранов управления.

«СТАНЦИЯ ЗАХВАЧЕНА. ВКЛЮЧИТЕ ПРОТОКОЛ САМОУНИЧТОЖЕНИЯ», — повторял холодный голос системы.

Координатор держал в руке небольшой серебристый шар. Он знал: стоит сомкнуть пальцы — и станция исчезнет в гигантском взрыве, поглотив всю солнечную систему. Но рука не повиновалась. В голове проносились образы тёплого, ласкового мира, который был когда-то его домом.

Он поднял взгляд своих белых глаз на подошедших существ. Эти тщедушные смертные бросили вызов его повелителям — расе, которая создавала и уничтожала вселенные, тем, кто уничтожил его ласковый и тёплый мир, расе, которая когда-то сожрала его самого.

Он медленно протянул руку, и серебристый шар упал с его ладони прямо в руку Квинта.

В утреннем небе шёл дождь. Жители города выходили из домов, глядя на этот необычный огненный дождь из осколков Башни, сгорающих в атмосфере. А потом появились корабли — много кораблей. Они медленно спускались с неба и исчезали за стеной кратера.

На запястье Тиаи звякнул коммуникатор.

— Мы победили. Я скоро буду дома, — донёсся до неё голос Квинта.

Интерлюдия. Почти смерть

В покоях императора Талхулара пахло застоявшимся вином, дорогими благовониями и чем-то еще — едва уловимым, сладковатым запахом разложения. Это пахла Сущность.

Императору было плохо.

Древнее нечто, именуемое Адохай, карабкалось наружу из ледяных глубин его подсознания, разрывая рассудок когтями кошмара. С каждым ударом сердца страх сменялся ледяным, липким желанием — желанием убивать, крушить, ломать чужие жизни. Несколько раз за ночь император призывал к себе гвардейца Серой Претории. Зов Крови пульсировал в висках багровым заревом. Но каждый раз, когда покорная жертва застывала перед ним, обнажив шею в ожидании неизбежного, Талхулар находил в себе остатки человеческого. В ярости, захлебываясь собственным бессилием, он выгонял воина прочь.

Молить Богов было бессмысленно. Император, получивший Сущность в наследство от отца вместе с короной, не верил в спасение. Разум подернулся белым туманом, жизненные силы уходили, словно вода в раскаленный песок.

— Зайди! — прохрипел император, сжимая подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев.

Тяжелые двери неохотно разошлись. В покои вошел гвардеец. Металлический стук алебарды, прислоненной к стене, показался Талхулару громом небесным. Воин склонил голову и подошел к помосту. Император поднял на него глаза — два красных провала, в которых плескалась чистая, дистиллированная ненависть.

— Не ты, дурак… Веди палача, — выплюнул правитель.

Гвардеец на секунду замешкался. Тишина в комнате стала невыносимо густой.

— Быстрее, идиот! — закричал император сорванным, нечеловеческим голосом.

Солдат сорвался с места, бросив свою алебарду у стены. Как же было больно… Боль была не физической — она была экзистенциальной, будто само пространство пыталось вытеснить Талхулара из реальности. Его скрутило судорогой, и император, потеряв равновесие, повалился на холодные плиты пола.

Двери снова хлопнули. Гвардеец вернулся, ведя под руку старого воина в потертом, выцветшем мундире. Лицо вошедшего представляло собой карту ужаса: сеть шрамов стягивала кожу, а вместо глаз были пустые впадины. Палач был абсолютно слеп.

— Пошел вон! — бросил император гвардейцу. Тот не заставил себя ждать, почти выбежав из проклятой комнаты.

Напрягая последние искры воли, Талхулар поднялся на колени. Его пальцы, дрожа, вцепились в расшитый золотом камзол. Ткань треснула. Драгоценные пуговицы из цельных рубинов, каждая из которых стоила состояния, со стуком покатились по полу, сверкая в тусклом свете свечей, словно капли пролитой крови.

— Иди сюда, — позвал он воина. Старик уверенно пошел на голос, безошибочно ориентируясь в пространстве.

Император задыхался, каждое слово давалось с трудом: — Дар… милости…

В руке слепого мгновенно блеснул длинный четырехгранный стилет. Холодная сталь, созданная для того, чтобы бесшумно прошивать тело насквозь. Палач подошел вплотную и положил тяжелую, мозолистую ладонь на затылок императора, крепко захватив его волосы.

— Слово, — тихо сказал воин. Голос его был сух, как шелест старой бумаги.

Император рыдал. Слезы бессилия катились по щекам, смешиваясь с потом. Сущность почти допила его сознание, и единственной отчетливой мыслью было желание прекратить эти страдания любым способом.

— Слово, — повторил воин, упирая острие стилета в центр лба императора.

— Исполни… — прохрипел Талхулар, закрывая глаза. Сознание начало гаснуть.

Воин замахнулся для короткого, смертоносного удара.

— Стой!.. — Крик императора едва не сорвался на визг.

Острие замерло в миллиметре от кожи. Сущность внезапно… отступила. Талхулар почувствовал это физически: черная слизь в его мозгу испуганно сжалась, отползая в самые глубокие закоулки, отдавая назад украденную энергию. Он кожей ощутил её ледяной, потусторонний трепет.

Она боялась.

— Стой… — уже тише повторил император, сползая на пол и цепляясь за грубое сукно старого мундира.

Лицо правителя больше не было изуродовано гримасой боли. На нем застыла бесконечная, вековая усталость человека, только что заглянувшего в бездну.

— Помоги встать.

Воин рывком, неожиданно легко, поднял императора на ноги. Талхулар несколько секунд стоял, пошатываясь, затем слабо похлопал слепого по плечу.

— Ты молодец… — прошептал повелитель империи. В ладонь палача легли тяжелые, холодные платиновые дублоны. — Иди, солдат. И будь наготове.

Воин кивнул, спрятал стилет в рукав и, развернувшись, направился к выходу. — Эй! Уведите его! — крикнул император в сторону двери.

Гвардеец подхватил слепого воина под локоть и вывел его прочь. Талхулар тяжело опустился в любимое кресло и, не чувствуя вкуса, длинными глотками осушил бутылку вина прямо из горлышка.

— Чего же ты испугалась, гадина? — задумчиво проговорил он в пустоту темных покоев. — Явно не моей смерти. Неужели этот старый пройдоха Юстиниан нашел способ противостоять Адохай?..

Эпилог. Выиграв битву — не проиграть войну

Существо, взятое в плен на станции, было доставлено к доктору Синтаксу и помещено в капсулу стазиса.

В стерильном боксе пахло озоном и горьковатыми антисептиками. Белая, почти прозрачная кожа, белые волосы и даже глаза с крошечными точками зрачков — всё это вызывало больше жалости, чем отторжения. Свет ламп безжалостно подчеркивал рельеф имплантов, которыми изобиловало тело существа, похожего на человека. Казалось, кто-то вгонял эти механизмы в живую плоть грубой силой, а сверху приложился молотком — так жутко выглядело изуродованное тело под тонкой кожей.

Существо покорно выполняло все требования, но вопрос об имени явно привёл его в смятение — зрачки-точки на мгновение расширились, а по бледным губам пробежала судорога. Он сам отвёл Зигму к вросшей в камень стазисной капсуле и, установив отброшенную крышку, коротким, механическим жестом показал, как включить оборудование. За всё время он не проронил ни слова, лишь пристально смотрел в глаза тому, кто с ним говорил.

— А это жутко, — вполголоса сказал Квинт, поежившись. — Жутко смотреть ему в глаза. Будто там колодец без дна.

— Да, приятного мало, — согласилась Зигма, рассматривая показатели на мониторе. — А ты его шрамы видел? Его явно пытали очень давно, но делали это с пугающей тщательностью.

— Нужно, чтобы он заговорил, — жёстко обратился Юстиниан к Зигме и Синтаксу. Префект стоял, скрестив руки на груди, его тень на стене казалась огромной и мрачной.

— Сделаем всё возможное... — начал доктор, поправляя очки.

— Этого мало! — прервал его префект. — Он должен говорить и отвечать на вопросы любым возможным способом.

Юстиниан глухо стукнул перчаткой по крышке капсулы, в которой спал пленник. Звук эхом разнесся по лаборатории.

— Мы будем разбираться с этой станцией долго.

Зигма с сомнением покачала головой:

— Нужно, чтобы он сам захотел дать информацию. Пытками мы ничего не добьемся. Да и вряд ли у меня хватит духу хотя бы повторить то, что с ним уже делали.

Префект тяжело вздохнул, глядя на безжизненное лицо в капсуле.

— Нужно найти выход.

— Ваше... господин префект, мы постараемся, — заверил Синтакс, поспешно склонившись над инструментами.

Все участники штурма собрались в столовой заставы. В воздухе стоял густой аромат свежего кофе и жареного мяса, но за звоном посуды чувствовалось напряжение.

Слово взял полковник Гирад.

— Друзья! Мы совершили невозможное. Две Башни нейтрализованы, но осталось ещё семь. Поэтому после непродолжительного отдыха мы начинаем готовиться к новым атакам.

Префект положил руку на плечо полковника.

— Позволь, старый друг. Мы знаем слабые места их технологий, — начал Юстиниан, обводя взглядом уставших пилотов, — но и они об этом знают. Поэтому в ближайшее время корабли-шпионы отправятся скрытно нести вахты возле остальных Башен. Зигма уже отправила по всем семи локациям зонды-разведчики, и мы получаем данные. В двух Башнях замечена определённая активность, остальные пока спят.

— Разве мы можем справиться с ними? — спросил один из пилотов, нервно крутя в руках пустую кружку. — По большому счету, нам просто повезло.

— Не скажи, — улыбнулся префект, и в его глазах блеснул холодный расчет. — То, что вы видели, — результат не только везения, но и скрупулёзной работы. Ваша задача — хорошо укрепиться на второй заставе и создать там же, в системе, вторую базу.

— У нас будет пополнение? — с удивлением спросил Тит, оторвавшись от тарелки.

— Всему своё время, — загадочно ответил Юстиниан.

— Вот ваши эти тайны немного... тревожат, — подобрал слово Тит.

— Не волнуйтесь, друзья, — префект хоть и улыбался, но голос его оставался серьёзным. — Подмога будет, а мы пока готовимся. Ну и надеемся разговорить нашего пленника. А сейчас — отдыхайте.

Юстиниан поднял бокал, в котором заиграло вино.

За весёлым гомоном и обсуждениями боёв нельзя было скрыть подспудную тревогу: война, которой ещё не видела Империя Астара, уже стояла на пороге, холодная и неизбежная.

На следующий день гарнизон полковника отбыл на новое место дислокации. Корабли медленно, величаво выходили на орбиту. Устроив прощальный круг почёта вокруг обгоревшего остова поверженной Башни, они один за другим исчезли во вспышках гиперпрыжков.

— Наконец-то тишина, — блаженно потянувшись, сказал префект.

Тишина на базе после отлета пилотов пятой заставы казалась почти физически ощутимой.

— Ваше Величество, а нам-то что делать? — спросил Маркай, прислонившись к косяку двери.

— Маркиз, у вас будет много работы, а пока — отдыхать.

— Не называйте меня маркиз, — пробубнил Маркай, разглядывая свои побитые ботинки.

— А ты меня — Ваше Величество, — парировал Юстиниан.

— Забыл. Больше не буду, — пообещал Маркай.

Префект зашёл в мастерскую Зигмы. Сегодня здесь не кричала музыка, было непривычно тихо, лишь тихо гудели системы охлаждения серверов.

— Готовь оборудование, — тихо проговорил префект. — Пора навестить «Золотой Горизонт».

Зигма понимающе кивнула, вытирая испачканные маслом руки ветошью.

— Полетим вместе? — спросила она.

— Нет, — покачал головой Юстиниан. — Со мной полетит Квинт и, пожалуй, Маркай. Но я ещё не решил.

Префект вздохнул, глядя в окно на далёкие звёзды.

— События сейчас будут развиваться стремительно.

— Вы чувствуете их?

— Да. Они уже почти здесь, — подтвердил префект. — Можно сказать, остались считанные дни. Мы выиграли битву, теперь нужно не проиграть войну.

— Я вас поняла, господин префект. Всё подготовлю.

Квинт и Рах осторожно подошли к дому. Ветер доносил запах пыли и сухой травы. Квинт тихо приоткрыл дверь — петли едва слышно скрипнули.

Тиая заснула прямо за столом, сжимая в руке коммуникатор, на экране которого светилось последнее сообщение. Ораха тихо вздохнула, когда Рах подошёл и грузно улегся рядом, стараясь не разбудить сопящих щенков.

— Ты дома... — шепотом сказала Тиая, не открывая глаз, почувствовав теплое прикосновение поцелуя.

— Дома, — так же шепотом ответил Квинт. — Мы опять вместе.

На ночном небе всё еще были видны далекие беззвучные вспышки и тонкие прочерки падающих огней — это сгорали в атмосфере последние обломки великой Башни, превращаясь в звездную пыль.