Золотов и Шарапов. Детективы в деле.

Глава 1

Перезвон стекла на кухне заставил Колина проснуться раньше звонка на целых 5 часов! Поднявшись с теплого места, он потер уголки глаз и встал с кровати. Одноместная кровать никогда ему не нравилась: тесно. Да и правая нога постоянно сваливалась с кровати во время сна, но иного выбора не было: параллельно его постели стояла ещё одна, на которой спал его сын. Краем глаза взглянув на небо, заметил, что солнце ещё не взошло. Значит встал чертовски рано - подметил Шарапов. Сын все ещё спал, как сурок, развалившись на кровати звездой, на сколько она позволяла. Удивительное это время - детство: проснулся как-то раз Данилка спал головой на пол, тело на кровати, а пятки так и просили их пощекотать. В другой раз спал на полу. Думал стелить ему на полу или сделать барикаду какую. Но передумал.

Скоро наступит лето, а значит восход будет в 5-6 часов утра. Неминуемая жара, снова будет приветствовать, изнуряющим солнцем, вплоть до самого вечера. Но всë изменится с приходом темноты. Летние ночи приятны тем, что можно открыть окно на распашку и запустить свежий воздух, впрочем есть опасность запустить кровососущего паразита, хоть и маленькая; бывало, что маскитная сетка не спасала ни от мошек, жужащих над ухом, ни от комаров, от которых особенно чесались ноги по утрам: в коридорах подъезда нет сеток на окнах. Они были не нужны - окон-то не было, только двери. Поэтому в коридоре летали комары, которые, если дверь не закрыть достаточно быстро, залетают в квартиру. А там уже достают хозяина укусами и жужжанием.

Подойдя к источнику звука, запнулся о собственную ногу. По-видимому даёт о себе знать спиртное, выпитое на вчерашнем дне рождении друга. Посидели хорошо, душевно. К 8-ми часам как раз бы отошёл. Если бы не один прогульщик. Сконцентрировав взгляд, он окликнул ранних пташек, если ни ночных сов.

— Митяй, — один раз Колин оговорился и назвал Дмитрия Митяем, с тех пор так и зовëт, но при родителях он, конечно, Дима. — чего шумите? Ещё даже шести нет. Если собрался прогуливать, то дай остальным поспать. Данилку разбудите - тише будьте.

— Мы постараемся тише. — пообещал Митяй, оторвав взгляд от телефона, но так и не положив его на стол.

— Лучше бы вообще не пили - утро уже. Я не против, что вы вдвоëм здесь сидите. Да хоть втроëм! Главное, условия соблюдай. А то позвоню. — Родители Димы поставили ему условия, мол, тот ходит и не прогуливает, а они его селят рядом с колледжом. Или, другой вариант, вставать за два с половиной часа, чтобы добраться до колледжа. Парень, естественно, выбрал первое. И друзей приводи когда хочешь, и девушку, когда найдëт. Однако условием было: не мешать друг другу, ванну вечером не занимать более чем на час, а утром 10 минут. Готовит себе сам. Друзей приводит, но не шумят, а спать как хотите - кровать одна. Хоть крестиком, хоть квадратиком ложитесь.

Сам парень был шатеном, ростом около 170 сантиметров, ниже Колина, что его радовало. Было бы сложно ругать парня, что выше тебя ростом, за проступки. Диме было 16 лет, учился он на инженера конструктора. Хоть ничего в этом и не смыслил. Сам по себе он был чуть полноват.

Говорят, кандидата в женихи можно оценить за выпивкой. Это было точно не про Диму. Едва он напивался, как тут же начинал засыпать. Хорошо одно, что не было такого, чтобы Колина пришлось тащить его домой. В детстве ему нравился стишок "Телефон", но побывать в шкуре того мученика он ни разу не хотел. Особенно тащить "бегемота" к себе домой.

Друг Димы, Валера, был полнее своего друга, намного. Отличало их лишь то, что когда Валера выпивал, то начинал спорить, если его мнение не совпадало с чужим. Или наоборот.

Квартира Шарапова была двухкомнатной в одной жил, собственно, сам Колин с Даней, а в другой Митяй, ну и временами его друганы.

Удостоверившись в словах Митяя, лег спать. Да вот только теперь сона ни в одном глазу. Мужчина вышел в коридор и в своей маленькой чёрной сумке поискал леденцы. Ранее он имел привычку курить, но, как только узнал о беременности жены, решил бросить. Курение он победил, но в ходе "переключения" подсел на сладкое. Ел конфеты он не всегда, порой конфет под рукой не было и он заменял их печеньем-трубочкой, покрытый шоколадом.

Несколькими часами позже в 5:10, в местном отеле полиции, под управлением Маршакова Ильи Олеговича.

— Снова украли? Это вообще возможно? Как может пропасть бесследно кейс, а потом возвратиться с содержимым, целых 3 раза?

— На самом деле, не совсем целым. — Донеслось из динамика, неуверенным голосом. — В этот раз пропал один из коллекционных ножей.

— Скварцов, вы чем там все занимаетесь? Я передаю это дело другому отделу, раз ваше отделение не может справиться с ним. — Положив телефон, Маршаков, удручающе, провёл ладонью по лицу вниз. — Пожалуй, в «Рассвет» тоже отправлю. Это дело слишком мудрëное. Как говорится, один отряд хорошо, а два отряда – ещё лучше. Надеюсь моя интуиция подведëт.

— Это подполковник Маршаков...

С самого утра день не задался: не выспался, пока брился - порезался, пролил чай на брюки, забыл телефон дома - пришлось возвращаться. Всё этим днëм шло наперекосяк.

В народе говорят, - чёрная кошка дорогу перебежала. Что ж, чëрной кошки Колин с утра ещë не видел, только пацанов, что сидели на кухне. Да и не верил он в приметы. Мужчина не удивился бы и тому, что его брюки порвутся, как только он переступит порог отделения. К счастью, этого не произошло и, сонный, он уставился на сообщение в телефоне. Его вызывали в кабинет начальства. Ни его одного, как можно было догадаться, а с напарником, Виктором Золотовым. Впрочем задания были всегда, то последить за кем-то, то проверить на верность в браке, в общем что дадут, то и выполняй. Каким-то легендарным сыщиком, вроде знаменитого Шерлока Холмса - он не был, так что не жаловался. Перед кабинетом Золотов и Шарапов остановились. Переглянулись: кто постучит в дверь?

Недолго думая, Шарапов прервал переглядки и протянул руку, сжатую в кулак, к двери. И только хотел постучать, как с первым стуком открылась дверь. Из-за того, что дверь открылась после первого стука ощущалась некая незавершённость и легкая боль указательного пальца правой руки.

Дверь, медленно, открывала вид в кабинет начальства. Не дожидаясь ответа, напарники, поочерёдно, вошли в комнату и предстали перед Юдерченко. Главным в «Рассвете». Он-то и обосновал эту фирму 12 лет назад.

— Сегодня нам поступил заказ на расследование дела о краже ножей из музея "номер 1". Это необычные ножи, каждый уникален и стоит от 1 миллиона до 400 миллионов. Всю информацию о них вы можете найти в деле. Ранее расследовавший отдел, уже нашëл информацию. Однако, — Насторожил Юдерченко. — Вор не был замечен ни камерами, ни охранниками. Это дело странное и, возможно, мы не найдëм преступника...

— Мы сделаем все возможное для его нахождения. — Пребил начальника Золотов, прервав неуместную речь. На что главному оставалось лишь кивнуть.

Коллеги вышли из кабинета, первым был Золотов. Левой рукой он открыл дверь и прошевствовал к заезженной машине, что была у «Рассвета» уже вот как 7 лет. Пора бы расстаться с JAC J5 и поменять еë на более современную.

Спокойным шагом, идя по пятам, за Виктором. Он дошёл до машины, где уже стоял Золотов, в ожидании Колина. У них был вечный спор: кто сядет за руль. Права имели оба, а машина всего одна. Решение было простым: су-е-фа (камень- ножницы-бумага).

Так как мужчины были заняты, да и не считали необходимым посейщать выставки, театры и прочее, связанное с культурой, то и ни для кого из них не стало удивлением того, что они не знали, где находится искомый ими музей.

Посмотрев в приложении, где находится музей, они пошли к нему. В машине не было надобности, так как музей находился в 30-ти минутах от отдела. И, как Шарапов узнал позже, музей находился на таком же расстоянии от его дома, что гораздо ближе, чем расстоянии от дома до работы. Которое, если идти по дороге, то занимало час пути пешком или 10 минут на машине. Но можно было срезать и пешеходный путь занимал 25 минут.

Личной машины у Колина не было, поэтому и приходилось искать короткие пути. Работа такая, что в основном приходилось бегать.

Прийдя на место происшествия.

Колин и Виктор встали у большого здания. Музей был мало чем отличным от других. С переди крышу держали шесть колонн, по три с каждой стороны. Каждую колонну когбудто бы оббегал табун лошадей. Вход, с верху, охраняли два ангела, держащих флаги. Над ними был орнамент из полоски клеток и перекрещающихся, в конце, дуг. На самом верху возвышался бог, которому кланялтсь два человека. С лева от колонн было изображено подобие ада с котлом, чертями и варящимися в котле людьми, грешниками. С права же находилась версия рая. Дерево, на котором сидели ангелы и ели фрукты, так же срывающие с дерева фрукты англелы, что давали людям фрукты и у тех вырастали крылья.

Как бы то ни было, обоим детективам было по барабану на всë это искуство. Они оба прошагали к двери музея, Колин даже запнулся об ступеньку, поднимаясь к ней. Золотов был справа, поэтому естественно что он открыл дверь. Джентльменом он не был, а если и был то лишь в тех случаях, когда рядом были женщины или пожилые. Потянув дверь на себя ощутил их тяжесть. Пришлось попридержать дверь для напарника. И так, пропустив вперëд Шарапова, он подумал, что двери очень массивные для музея и, что они больше годятся для сейфа, чтобы никто не украл деньги. Такую дверь, не то что придержать открытой, а просто открыть тяжело. Если он приложил усилия для того, чтобы открыть дверь, то как дети или девушки открывают еë? С помощью системы рычага? Или камень ставят? Нет, камень здесь не поможет. Золотову было интересно из чего же сделана эта дверь из слитков золота или из железа. Что из этого тяжелее?

Войдя в музей, они были удивлены. Обычно на месте преступления их встречал местный полицейский. Но сейчас они не увидели никого, кто мог бы провести к месту преступления. Впрочем, они могли бы и сами найти ножи, но больно утимительно выискивать то, что можно найтиине прилагая усилий. По крайней мере, Колин был в этом совершенно уверен. А потому не любил, когда его вещи передвигали с того места, куда он их положил. Если же всё таки так случилось, то он терпеливо (или не очень) ждал пока взявший вернëт вещь владельцу. Однако случалось и так, что Колин ложил вещи и не мог их найти. Обычно это были ключи или телефон. С ключами проблема разрешилась, когда он прибил около ключницу. Он долго думал куда еë повесить. Полагаясь на свои привычки он повесил ключницу с лева от двери равняясь на плечо: Данил был маловат, но он не всегда таким останется, поэтому Колин чуть завысил ключницу. Если сейчас Даня может повесить ключи, лишь только встав на носочки, то в скором времени подрастëт, и без проблем сможет их вешать, не задумываясь о росте.

Однако одни они были совсем недолго. Первым бежал мужчина. Он был значительно ниже Колина, рост которого был 174 см, ну а Виктора и подавно. Точный рост Золотова Шарапов не знал, но приблизительно его рост был на 4 см выше, чем у него. На лице мужчины виднелись морщины. Усы, уже приобретали седину, временами виднелись уже поседевшие, а где-то ещё чёрные. Также как и на голове. На руках виднелись вены, заметил, что кольцо отсутствует. Значит не женат или вдовец, что маловероятно, но шанс есть. На груди болталась цепочка, в ширину, примерно, 5-7 мм. Оценив внешний вид мужчины, Шарапов сделал вывод, что ему около 60 лет.

Спустя несколько секунд прибежали ещё два охранника. Они выглядели куда статнее и моложе, чем мужчина ранее. Индуктивно можно было предположить, что они услышали шаги детективов и поспешили их встретить. Непонятно было только, как человек в возрасте обогнал двух молодых охранников.

Посмотрев на бейджик мужчины Шарапов увидел надпись что он является смотрителем. Судя потому, что он вышел один, он является именно тем смотрителем, где произошла кража. на данный момент здание остались лишь те, кто непосредственно видел ножи или находился в зале на момент кражи, непосредственно отвечал за зал.

– Здравствуйте, — первым поприветствовал всех присутствующих Колин. Он показал документы удостоверяющие его личность, также как и Золотов. — Покажите нам эти нашумевшие ножи.

— Ваши коллеги уже изъяли ножи, для предотвращения пропажи ещё одного ножа из коллекции. — Ответил смотритель и без лишних вопросов провёл следователей к стенду. По середине зала явно чего-то недоставало. Очевидно чего.

— Как вас зовут? — спросил Виктор у мужчины

— Константин Юрьевич.

— Константин Юрьевич, скажите всё время были на месте происшествия? — спросил Золотов.

— Нет, не всё время. Я работаю только до 18:00 вечера. Впрочем, могу задержаться и осмотреть залы ещё раз, не учитывая время на сборы.

— У вас много вещей? — уточнил Виктор.

— Не так много. Но бывает, что что-то теряется. Очки, к примеру. Я без них вижу, но, для вождения и присмотром за экспонатами, они необходимы.

— Вопросов к вам больше нет, пока что. Нам бы не прочь осмотреться. — сообщил Золотов, думая о том, что отряд полицейских наверняка что-то да пропустил! — Вы далеко не уходите.

— Конечно, я к вашим услугам. — Развернувшись к нам спиной мужчина бодрым шагом прошёлся к стулу и сел на него, свесив нога на ногу, судя по всему, Константин Юрьевич оттуда наблюдал за залом.

— Кстати, а как давно посетители были в музее? — Уточнил Шарапов, вынимая леденец изо рта.

— Вчера, если не ошибаюсь. Руководство сами знаете какое. Деньги-то нужно откуда-то брать. — Ничуть не удивившись произошедшему, Колин продолжил осмотр.

Он посмотрел камеры, и пусть их было всего две, но их вполне хватало для обхвата зала. Подоконники так и всеркали. И не столько чистотой, как сами по себе. Напоминало фонарик, что светит в глаза в темноте.

— Стëкла пуленепробиваемые? — Спросил Колин.

— Вполне возможно. — Ответил смотритель. — Я не строил это здание, так что точно не скажу.

Осмотрев внешний контур зала, Шарапов встал по середине зала. Огляделся. Прикинув, как можно украсть нож, но так и не нашёл лазейки. Едва он повернулся к Золотову, как услышал хлопок двери, а в след за ним шаги.

В зал, быстрым шагом, вошëл мужчина. Он был примерно одного роста с Шараповым. Едва завидев которого Колин непроизвольно выпрямился, вытянул голову и выставил грудь вперед. С высока глядя на старого соперника, оценивая как тот изменился.

Впервые они встретились в магазине, покупая алкоголь, тогда Колину был 21 год . Как по клише, они зашли за бутылкой вина и она оказалась последней. Шарапов тут же отказался от идеи делить бутылку алкоголя, как женщины единственную кофточку. Он вспомнил другую марку, которую брал не так часто, но и другой покупатель выбрал не плохую.

На этом они и разошлись. Если бы...

Практически одновременно выйдя из магазина, мужчины направились в лево, по улице Луговóй. Шарапов изначально подумал, что это странно. Но, может, им в одну сторону? Дошли до пересечения Штриховой и Луговóй. Штриховая - право-лево, Луговая - прямо. Колину было по прямой. На тот момент он жил на луговой 28. Рядом с его домом располагались ещё 9, с 26 по 35. Слева находились дома, с права квадрат из домов с 36 по 39 номер и в центре детская площадка, чуть далее военное училище, а за ним военная часть. Если продолжить движение на левом по Луговой, то можно было увидеть книжный магазин, где можно было потискать котиков, почту, где забирая посылку ты выслушивал 1-2 историй работниц или прихожих. И, на тот момент парикмахерскую. Где сейчас находится агенство «Рассвет». Через дорогу находилась кантора по застройке этого района.

Колин хорошо знал этот район и потому ему показалось подозрительным, что незнакомец идëт в том же направлении. Но он решил подождать ещё немного. Виднелся его дом.

Однако и на этом незнакомец не оставил его, а зашëл в подъезд и поднялся по ступенькам, так как лифта не было, на 4 этаж. А Колин В то время жил на 3. Каким же облегчением было услышать щелчок открывающегося замка этого преследователя.

Первое впечатление было ошибочным. Теперь же они соперники. Если не в любви, так в работе точно. Мужчина напротив Колина, по виду, тоже был не очень-то и рад его видеть.

— По видимому вы уже здесь закончили, а если нет, то вы просто не умеете работать.

— Это ещё с какой стороны посмотреть, Эдуард, мы же не такие умные как ты. — Саркастично намекнул Шарапов.

— Перестаньте. — Даже если вы и наши отделы в целом не дружны сейчас мы должны расследовать дело, а не..

— Этим мы и займëмся, а вам счастливо смотреть на искусство. — Он развернулся и быстрым шагом промаршировал к выходу. Послышался звук заведëнного двигателя.

— Мы не должны отстать. Вперёд. Я знаю куда он поехал.

— Это не соревнование. И мы ещё не до конца закончили осмотр! — Напомнил Золотов.

— Если это не оно, тогда ты будешь говорить с начальником, когда они раньше раскроют дело.

— Я тут подумал, что ты прав.

— Чëрт, надо было на машине!

Глава 2

— Уймитесь все! — Гаркнул Юдерченко. — Как дети маленькие, ей богу! И ладно, я бы понял, Золотова, впрочем... — Он взглянул на Шарапова и Лайма. — Неудивительно. Значится так, — Отдал приказ Павел Юдерченко. — Наш отдел первым взял улики, а значит и исследования проводить будем у нас. Если вам нужно что-то из улик, то будьте добры сделать это здесь: недопустимо, чтобы важные вещи скакали туда-сюда из-за соперничества наших отделов, в частности вас двоих. Но сейчас важно раскрыть дело. Так что, временно, заройте топор войны. — Без лишних слов Эдуард и Колин поняли о чëм речь. Но идти на уступки никто не хотел.

— Не думаю, что соперничество как-либо повлияет на результат. — Впервые за долгое время промолвил слово напарник Лайма, Влад Черемисов. От природы он взял только лучшее, не считая расчëтливости. Если что-то было бесполезно для него лично, то он и ухом не вёл.— Учитывая, что мы можем работать по раздельности, а позже складывать то, что узнали. — Предложение и правда было неплохое, так и дело быстрее раскроют, и Колин с Эдуардом не будут собачиться.

— Так и поступим. — Согласился Юдерченко.

— В таком случае вам никчему коллекция, мы еë заберëм, ещё раз изучим, в случае, если один из ножей подменили, и посмотрим камеры. А вы...

— Мы закончим осмотр здания. — Перебил его Колин. Не хватало ему ещё указов от Лайма. Раскомандовался!

Сверкнув глазами, словно молнией Колин вышел из "Рассвета", мчась к машине, чтобы вновь не случилось той ситуации. Они ведь еле отбили коллекцию, если бы не напарник Лайма, то остался бы в отделении. Колин очень надеялся, что эту коллекцию украдут начальствапо дороге и Эдуарду достанется от начальства.

в «Су-е-фа» победил, как на зло, Золотов. Нервно постукивая ногтями по дверце машины, будто бы это заставило Золотова вести машину быстрее, следил за временем. Едва машина остановилась, Шарапов выскочил из неë, будто та взорвëтся и чуть ли не побежал в зал. И несомненно бы побежал, если бы не массивная дверь. В прошлый раз её открыл напарник, в этот раз он открывал сам и ощутил, что вход и выход из музея заметно отличаются: выходить из музея было легче, дверь казалась менее тяжëлой. Впрочем, возможно из-за врения угнаться на Эдуардом не заметил на сколько она тяжëлая.

На встречу вышел тот же старичок и два охранника. Шарапов отметил, что один из охранников, тот что с права от смотрителя, ниже коллеги, не на много, но ниже. За всю свою жизнь Шарапов понял одно: в мире преобладают шатены и кареглазые. И сейчас в этом убедился. Два парня с идентичным цветом волос и глаз. Скорее совпадение, чем то, что их специально наняли. Если, конечно, владелец, не фанат фильмов про роботов. Шарапов подумал, что не удивился бы встреть он похожего старика, как Константин Юрьевич, смотритель. Но это он лишь так подумал.

Пройдя в зал и лишь подтвердив версии, что украсть ножи не было возможности, посмотрел на вентиляцию.

— Знаешь, что я думаю? — Спросил у Виктора, что только зашëл в зал. Правда, вопрос был реторический. — Если бы в вентиляцию, можно было бы залезть, как в фильмах, то многие дела решались бы куда труднее.

— К нашему счатью, туда разве что комар залетит или муха. А они не способны украсть.

— Если только ими не управляет вор.

— Как только ты изобретëшь такую муху, так позови. Деньги на полу не валяются, а я за компанию.

— В тюрьме тоже за компанию сидеть будешь?

— Ага, только как надзиратель. — Улыбнулся Золотов. — Шутки шутками, а дело пусто. Не мог же он провалиться сквозь землю?

— Не мог. — Эхом откликнулся Шарапов и, что-то вспомнив, сказал. — А что если он провалился, не под землю?

— Тогда на небеса взлетел? — Скептически посмотрел на него коллега.

— Не-е. Ты что! — Отмахнулся Колин. — Раньше, когда фокусы только начинали набирать популяиность...

— Я понял. — Перебил Виктор. — Заяц, шляпа, стол.

— Нам нужен стол и шляпа. Зайца уже нашли.

— И фокусник тоже бы не помешал. — Напомнил Золотов.

— Куда без него? — И обратился к смотрителю. — Вы кстати ничего странного не видели, может слышали?

— Я - нет, а вот охранники... — Он посмотрел на ребят. — Говорят, слышали смех смерти.

— Смерти? — Уточнил Золотов.

— Ну, это кличка.

— У смеха. Кличка. — Уточнил Шарапов.

— Так с него помереть можно. — Вдруг высказался охранник. — Как начинает...

— И как же он... слышится? — Шарапов запнулся, так как хотел сказать видется, но как смех может быть виден? Охранники переглянулись, оба молчали. — Ну? — Поторопил он.

— Будто старая ведьма смеëтся. — Нашелся второй охранник, не желая воспроизводить звук.

— Ну, ведьмы уже давно впрошлом. Да и были ли они... — Протянул Колин. — Найдëм источник звука. Я более чем уверен, что его издовал не человек.

— Призрак? — Хмыкнул Золотов.

— А почему нет? — И охранникам. — Как здесь со звукоизоляцией?

— Обычная.

— Как в картонном домике?

— Нет, если закрыть двери, то не слышно.

— А если не с боку, а с верху?

— Мы не проверяли. Там только оборудование, да и посетителей нет. Что там делать?

— А вдруг там крыса? — На секунду на лицах парней промелькнул страх: крыса и цапнуть может. — Пойдëм проверим. — Неохотно, но все двинулись на верх. Первую часть пути Константин прошёл на равне со всеми, но в конце было видно, что чуть устал. Шел по-видимому только из любопытства.

Зашли в комнату, как и говорили охранники, это место было чем-то на подобии склада. Где-то в коробках лежали лампочки, где-то люстры, ковры, моющие средства и прочее. Окон не было, так что свет исходил лишь от лампы на верху.

— Что вы собираетесь здесь искать? — Уточнил смотритель.

— Улики или то, что поможет нам разгадать эту загадку. Чего стоишь? Присоединяйся. — Последние были адресованы Золотову. Натянув перчатки принялся за коробки.

3 часа спустя.

— У меня уже спина отваливается. — Прокряхтел Золотов. — Если мы ничего здесь не найдëм то...

— Найдëм. — Осталось не так много. Это было правдой. 10 ящиков из 50. 2 больших и 8 средних. Отодвинул большой и заметил провод. — Вить, иди сюда.

— Провод. Зарядное устройство.

— И плеер. — Он включил плеер. Зазвучал «смех ведьмы». Колин его выключил, так как почувствовал, что сам щас начнëт смеяться.

— Опять он! — В один голос выкрикнули охранники, услышав, знакомый звук. И сунули головы в комнату, стукнувшись в процессе, как бараны.

— Знакомьтесь, это и есть ваш «голос смерти»

— Смех смерти. — Поправил тот, что ниже. Колин не стал отвечать. Ответ на вопрос он получил, а больше здесь делать было нечего. — Пойдëм порадуем Эдуарда.

Пропустив вперёд детективов, работники следом шли за ними до самых дверей, где и попрощались. Но перед эти Шарапов спросил:

— Вы случайно ранее не состояли в спортивной секте?

— Нет, но я занимался в зале под руководством тренера. Девушкам ведь нравятся подтянутые парни.

— Помогло?

— Да. Но развелись. — На его лице не было сочувствия из-за развода. Шарапов же жалел о разводе, возможно он мог бы найти другой выход, а не разводиться из-за отказа жены принять ребëнка из детдома. На минуту-другую это испортило настроение Колина, но не настолько, чтобы он не вспомнил о Лайме. Вернув прежний настрой, почувствовал такой прилив сил и уверенности, что уступил руль Золотову. Они ехали обратно в «Рассвет». Юдерченко настоял на своëм и отвоевал ножи, Колин уже давно забыл про своë пожелание, но тут вспомнил. То что не забрали это хорошо, то что не досталось Лайму - не очень.

Захлопнув дверцу, подумал, что слишком уж сильно ею хлопнул. И надо было аккуратней, но то дело прошедшее. С прекрасным настроем вошёл в здание искренне надеясь, что команда чере-айма ничего не нашла, что плохо для следствия, но "мазь" на сердце Шарапову.

Они подошли к коллегам, которые уже что-то начиркали на доске. Смерив противников, соперников взглядом оба - Шарапов и Лайм - задумались кому выступать первым. Оба хотели сразить "коллег" на повал.

Черемисов и Золотов переглянулись и оба друг друг поняли, Черемисов кивнул в подтверждение. Инициативу взял Золотов.

— Мы осмотрели зал, но не нашли ничего подозрительного. Осматривать остальные залы было бы пустой тратой времени: преступник никак не мог проникнуть в зал с кинжалами через них, особенно с лева времени занимает больше. — Он прикрепил к доске план первого этажа здания, где было видно, что слева располагается три зала, вместе похожих на перевëрнутую вниз «г»,от входа и до конца: зал традиций народов, выставка книг новых и старых книг и зал технологий 18-20 века. по середине располагалась фотовыставка. Если пойти прямо от главного входа то можно было увидеть два туалета с буковками «м» и «ж» с соответсующими знаками девочка-мальчик. С права же, зеркальной буквой «г» были: оружейный, где и были ножи, выходили к востоку, где вставало солнце и была парковка. Зал изобретений и представлены в виде фотографий рекорды Гинеса. Всего 8 залов.

— Но мы нашли интересную вещь, — Шарапов показательно повертел перед глазами соперников дисплей. — Как думате, что на нëм? — Лайм и Черемисов упорно продолжали на него смотреть. — Это смех смерти. — Посомневавшись в правильности уточнил у Золотова. — На это раз правильно?

— Абсолютно. — Черемисов и Лайм не поняли сути. — Это смех гиены от такого кто угодно засмеëтся. — Объяснил Золотов. — Хотите испытать?

— Не стоит. — Отказался Владимир.

— Так вот почему все охранники катаются по полу как обезумевшие. — Неожиданно выдал Эдуард.

— Да, но это не всë. Мы подумали, что наш вор любит цирки. — Гордо сказал Золотов. Хотя мысль была не его. — А в старых трюках нужен был стол и кролик.

— Шляпу вы уже нашли. — Предположил Шарапов.

— Первую часть. — Подтвердил Черемисов.

— А вы видимо нашли вторую.

— Мне непонятно одно: когда мы туда зашли там была одна люстра и одна розетка. В которую был вставлен плеер с зарядкой. И непохоже, что о ней знали работники. Вопрос только в том: когда она была сделана?

— А ведь и вправду. — Согласился Эдуард. — Если за долго до этого, то как похититель о ней узнал и проник туда, А если недавно, то как это сделали - шум-то явно бы был.

— И коробки тяжëлые, поверь. — Заверил Золотов, вспоминая как перетаскавал коробки и копашился в них. Даже спина, казалось, начала болеть. — На этом вроде всë.

Настал черёд Владимира и Эдуарда.

Оба подошла к доске.

— Этот человек был здесь месяц назад. — На фото был человек в ветровке и кепи или берете, кто их разберëт. Он был ниже чем 170 см точно. — Мы предполагаем, что он он следил за процессом выгрузки, хотя никто из работников не опознал его. Они думали, что это простой человек, решивший присесть на лавочку. Но сели приглядеться, то видно, что он слишком уж часто смотрит на разгрузку. Он мог бы в это время смотреть что-то в телефоне. И ему не подходит оправдание типа: он старый вот и не сидит в сети. У меня дед, так он смотрит видео про грузовики. Так что эта версия не ахти.

— Обратите внимание ещё вот на что. — Обратился Черемисов к коллегам. — Первое преступление было на прошлой неделе в пятницу в 5:13 и появилась на следующий день в 5:20. Через неделю ножи снова похищают, но! Это происходит намного позже в 5:56, однако ножи всë также похищают и возвращают на следующий день - все так же незаметно. — Уточнил Владимир. — А вот последнее огрбление почему-то произошло не на следующей неделе в понедельник, а в среду в 5:10 и возвратили в четверг, как и в прошлые разы. И это странно. Однако, как мы все заметили пропал один нож. Возможно это было сделано специально, но смотрите, что мы обнаружили в мусорке. — Черемисов внял с доски буклет с надписью: «Неделя краж». Он был красивым чëрным и привлекал внимание. Однако, кроме рассказе о музее и ножах, которые были обведены кружком, там не было ничего необычного, что цепляло взгляд.

— Ножи проверил приглашëнный эксперт и подтвердил их подлинность. Все оригиналы.

— Предлагаю проверить сундук сокровищ. — Намекнул Колин на пьедистал для ножей. — Он ведь в нашем отделе?

— Думаю, пылиться на складе. — Предположил Золотов и оказался не прав: искомого не было. Естественно все пошли к главному:

— А он вам нужен? — Уточнил Юдерченко. — Скорее всего на складе в музее.

— Нет его там. — Встрял Шарапов.

— Тогда звоните владельцу и узнаваете.

Ничего другого не оставалось - позвонили. Оказалось, что "столик" перенесли в другой зал. Чтобы не пылился на складе.

Через час стол был привезен в отдел. Шарапов первым бросился к нему: стучи - не стучи, не хотел показывать пустоту.

— Когда должно было произойти следующее ограбление? — Спросил Шарапов.

—В четверг. — Ответил Лайм, перебив Черемисова.

— Будем ждать четверга. До этого момента нам делать нечего. Разве что узнать про эту загадочную разетку и кто еë спрятал. Не думаю, что она сама по себе там появилась. Придется навестить директора.

— Мы проверим строителей. — Понял мысль Шарапова Лайм. На том и разошлись

Когда следователи закончили рассуждение на улице уже начинало темнеть. Если бы Колин и Виктор поехали бы сейчас к директору, то скорее всего приехали бы ближе к 8-9 часам ночи. И хотя это время входило в рабочий день, но вот директор компании поспорил бы с этим. Да и время на расследование всё ещё было, с излишком, так как последнее ограбление произошло вчера, следовательно, на раскрытие секретов улик осталось 6 дней. После же, за оставшиеся несколько часов, нужно будет проверить работу камер и стоять на страже, охраняя стол.

Глава 3

С момента женитьбы Витя понял одно: тот кто говорит, что кровать двухместная, не спал на ней с кем-либо, иначе понял бы, что это кровать на одного человека. В этом Виктор убедился ещё тогда, когда в первый раз грохнулся с кровати, после того, как его жена заняла его место на кровати. Занимать место рядом с ней с другого края Витя пробовал - да что там! Перебралась туда и снова его вытолкнула. Таким образом, после первых двух дней совместной жизни, в их доме появился диван. И если обычно туда прогоняли мужей после того, как они провинились, то Виктор сам уходил на диван едва жена засыпала. В первый раз он подумал, что соврëт и скажет про лунатизм. После недолгих размышлений, подумал, что стоит сказать правду. Вот и спят: ложаться вместе - просыпаются порознь.

Неделю назад Надя сказала, что беременна, в связи с чем у Золотова весь день было хорошее настроение. И оставалось оно хорошим ровно до того момента, пока его напарник, Шарапов, не повстречал на пути Лайма. Золотов и Лайм знакомы не так давно, как Шарапов с ним. С чего они начали собачиться Виктор не знал, да и случая спросить не выпадало, а если и был, то забывал спросить.

Жена работала кассиром в магазине, но на 6-7 месяце собиралась подавать в декрет. Пока было рано, да и деньги нужны. Сам он может обеспечить только их двоих, что говорить о ребëнке. Пока есть возможность накопят. Витя знал, что у Шарапова есть дочь, поэтому спросил остались ли у них детские вещи. На удивление остались, те что уцелели. Так сэкономят и не придется много тратиться. Посчитав, мужчина уже понял, что они только на одних подгузниках разорятся.

В отличие от Шарапова, который жил далеко от работы, зато приходил всегда вовремя, срезая длинный путь как придëтся, Виктору не нравилось бродить по закаулкам и траве с калючками для сокращентя пути. Он лучше проедет на машине, в крайнем случае на велосипеде, которого у него не было, или самокате, таже ситуация. В любом случае он предпочитал что угодно, но не закаулки.

Вот и в этот раз, он встал пораньше, чтобы неторопясь собраться на работу, а заодно не ругаться с женой из-за телевизора. Едва только услышав шум телевизора та летела как фурия и просила его выключить. Но когда спала, еë и танком было не разбудить, с чем справлялся будильник. Золотов был уже собран: черная футболка, легкие брюки и кросы. Близился конец мая, а днëм уже было словно в печке. Казалось, что солнце хочет превратить тебя в сушëную рыбу. В начале лета и конеце весны мужчине нравилось утро. Оно было тëплое, даже чуть прохладное идеальное время для прогулок. Вот только в это время как раз все собирались на работу или были на ней, как сам Виктор. А выходные на то и выходные, чтобы отдыхать, а не гулять по парку. Хотя его мама говорила, что в выходные нужно сделать дела по дому и пойти подышать воздухом, а то глаза от телефона станут стеклянными. Глаза стеклянными не стали, зато жир отложился, впрочем за годы беготни он ушëл.

Вспоминая былые времена, порадывался, что живëт раздельно от родителей. К тому же скоро у самого будут дети.

Так, выехав на улицу Луговую и повернув на право, Виктор подъехал к перекрëстку. В общем-то до работы было не так далеко. Но на машине удобнее. Свернув с Луговой, он проехал мимо улиц Треума и Большóй и выехал на улицу Шевелëва, где, между Большой, Крепкой и Угловой, располагался отдел «Рассвет».

Его жена Надя работала рядом с домом, всего около 10 минут пешком. Машина ей не требовалась, а на сборы приходилось около 40-50 минут: пока оденется, пока поест, пока накрасится. Было бы ещë для кого. Бывало, конечно, что на сборы уходило меньше. Тогда Надя, никуда не торопясь, включала сериал и смотрела, ожидая пока придëт время. Правда случалось так, что она засматривалась и забывала о времени. Один раз даже опоздала из-за этого.

Вставая на 20-15 минут раньше жены, Витя завтракал, потом неторопясь одевался, причëсывался и проверял всë ли на месте: ключи, телефон, деньги, карточки, ключи от машины, права... Убедившись, выходил из дома и выезжал на работу. В целом, на сборы у них уходило одинаково времени.

Утро Шарапова началось неожиданнее чем прошлое, вместо пахнувших алкоголем ребят, он проснулся от стука дверь. Посмотрел в глазок - соседка. Что она забыла здесь с утра пораньше?

Поля не была "охотницей" на мужчин и уж тончто он ей не нравился, даже если и тем типом мужчин, что ей нравятся. Русые волосы девушки были завязаны в хвост, что едва ли достигал середины лопаток. Одетая в домашнюю пижаму-банан (Шарапов так решил из-за того, что она была жëлиая и на ней повсюду были надписи banana) девушка держала в руках выпечку.

— Здравствуйте, — Поприветствовала она мужчину.

— Доброе утро. — Ещё раз оценив внешний вид девушки и подметив на обратной стороне руки сахар - либо девушка не ложилась спать и пекла ночью торт или не принимала ванну, к своему разочарованию Колин не мог сказать что из этого точная версия. Наконец, ответил он.

— У моей подруги день рождения и я эксперементировала в тортами. Этот корж лишний... — Девушка вдруг засмущалась и долго не могла подобрать слова.

— Вы дарите его нам? — Уточнил Колин.

— Не то чтобы дарю, это на пробу... — Девушка вновь засмущалась, видимо хотела сказатт другое. — Занесите потом тарелку. — Завершила разговор девушка, окончательно растеряв боевой настрой и сбежав в свою квартиру. Вообще-то Колин думал просто переложить в другую тарелку, а эту отдать соседке. Но пусть так. Отдаст вечером, если повезет или застра. Соседка никуда не денется, а вот на время расследование ещё как.

Продолжив собираться на автомате, столкнулся с Даней, что обувался на пороге. Как же Колин ненавидел обуваться, да и вообще делать что-либо в прихожей. Вот бывает придëшь с кем-то и приходиться выбирать между тем чтобы тесниться в прихожей и разуваться на ковре вместе, при этом можно ещё и врезаться носом в зад прихожего, или чтобы один разувался-раздевался, а другой ждал в коридоре пока тот закончит. Оба варианта не устраивали мужчину. От одной только мысли об этом хотелось биться головой в стенку.

Захлопнув за собой дверь, так как Митяй был дома и всë ещё ел в одних трусах за столом. Вызвал лифт: не смотря на то, что спускаться легче, чем подниматься Колин не хотел идти пешком по ступеням. Жил он на 6 этаже, но даже живи он на 3 всë равно пользовался бы лифтом. С чем поспорил, жил бы на 2.

Краем глаза взглянув на дверь, вспомнились былые времена, когда на каждой двери была цифра с номером квартиры. Сейчас квартиры с указанием номера встречались крайне редко, если вовсе не вымерли, как динозавры. Все двери были одинаковы, разве, что отличались замками. Возможно было и такое, что хозяин решал заменять и дверь, но такое случалось редко: никто не хотел совершать ненужные траты - зачем покупать новую, если и эта сгодится?

Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе - старая поговорка, использовавшаяся веками пришла в голову как раз кстати. Шарапов решил, что гора - преступник, а Магомет - это, собственно, он сам. Правда есть небольшие преграды... Но:

~неприятность эту мы переживем. Так и хотелось пропеть эти слова вслух, но Колин ведь давно не ребëнок. А значит нужно вести себя как взрослый и приступить к делу. Порой так хотелось сорвать с себя маску и позволить себе делать, что душе угодно. Да куда там! Стоит только расслабиться, как найдëтся "советчик", который лучше тебя знает, как ты должен прожить свою жизнь! Нет, лучше так: спокойно плывя по течению.

Полтора часа спустя.

Пока Колин пытался что-то вытянуть из уст директора, что удавалось с трудом: тот был чист, как банный лист. Говорят, что начальство - да и чиновники в общем - жулики. И вот те на! Придраться не к чему. Устав то ли морально, то ли физически от бессмысленного распроса директора, понял,что копать нечего. И пока тому кто-то позвонил, угрюмый Шарапов присоединился к Золотову. Оказалось, что директору очень скучно на рабочем месте и по-видимому совсем, вот, совсем не с кем поговорит, в связи с чем, тот вытрепал всю душу детективу, тот не знал, как спастись от этой пытки, ведь обычно допрашивал он, а не его. С возмущением Шарапов буркнул Золотову:

— Этот жук чище чем попка младенца, удивительно, что не пахнет также! И главное болтает больше, чем попугай. Ты хоть что-то нарыл? — С надеждой спросил тот.

— Не то чтобы...

— Это конец. Теперь этот Лайм до конца жизни будет мне припоминать, что главную зацепку нашëл он. — Будто рухнул весь мир сказал детектив.

— Не то чтобы это важно, но смотри. — Виктор указал на план проводки. — Здесь не должно быть никакой розетки, а значит кто-то посторонний еë провëл. Скорее всего когда здание строилось. Подозреваю, что то помещение изначально использовалось для хранения строй материалов, поэтому розетку не заметили, а потом решили, что так и должно быть. Но для чего строителю делать лишнюю розетку? Сомневаюсь, что для зарядки телефона или ремонтных инструментов.

— Так! Это уже лучше. — Радостно улыбнулся напарник. — Пошли встретился с Лаймом. Пора сложить пазл.

Спустя примерно 50 минут.

Две команды детективов встретились в офисе, предвкушая вкус победы от добычи полезной информации. На этот раз первым начали Лайм и Черемисов.

— Мы опросили всех кто работает в строительной компании: естественно все непричастны к происшествию.

— Где уж им быть-то причастными? — Саркастично подметил Шарапов.

— Стены целы, потолок не рухнул, не говоря уже о проводке электичества.— Отметил в дополнение Золотов.

Кивнув в знак согласия, Черемисов продолжил. — Главный вообще был слишком занят и мотался туда-сюда из-за каких-то мелких проблем. Правда были ещё гастарбайтеры, их мы не опросили по той лишь причине, что они улетели обратно к себе. А звонить им дорого.

— По Интернету не судьба? — Поинтересовался Шарапов.

— По Интернету не отвечают. — Передразнил Лайм. — Если бы мне позвонили с неизвестного номера я бы тоже не ответил. — В наше время многие рекламирую себя с помощью звонков. мне только вчера звонили 6 раз. Только сбрасывать и остаëться, а бывает мошенники звонят, что в разы хуже. Мне они не попадались, на их счастье.

— Значит позвоним местной полиции, а те уже соединят нас с гастербайтерами. — Предложил Золотов. На том и порешили, отложив дело до конца «соревнования кто круче нашëл зацепку».

— Мы выяснили, что в плане изначально не было розетки на втором этаже: следовательно, кто-то специально еë там сделал. Вопрос в том - кто? Похоже нам нужно будет еще раз съездить к бригадиру и узнать кто же там хозяйничал. — Завершил свой доклад Золотов.

— У меня есть смутные сомнения на счëт этой розетки. Думается мне, что наш преступник уже очень давно планировал своë преступление.

— Постой, — Предупреждающе вытянул указательный палец Лайм, бцдто к чему-то призывая. — Почему ты так уверен, что это были именно строители? Может, это был директор? То что в планах не указано, не значит, что директор не причастен к этому. Возможно он сам вызвал мастера и попросил сделать дополнительную розетку.

— Для чего? — Выразил сомнение Шарапов.

— А мне-то откуда знать? Или ты гадалкой подрабатываешь и знаешь всë на свете?

— К твоему сожалению, нет. Хотя... Кто его знает. Если только во снах или когда сплю лунатиком. Чего я пока что не замечал.

— Тайм-аут. — Остановил коллег Золотов, чей разговор ушёл от цели. — В этот раз мы поедем к бригадиру, а вы к директору. Созвонимся, если что. — В душе Шарапов ликовал, что не придëтся слушать изливание души директора, а ведь Эуад ещё не знает, в какой ад болтушки он идëт ради информации, но то уже не его дело.

Глава 4

Признаться, Шарапов не знал, что было лучше: ждать пока найдут кто работал на 2-ой и 1-ом этажах, а потом ещё 2,5 часа опрашивать подозреваемых ради того, чтобы узнать, что нужны гастарбайтеры, которые сейчас за границей, и ещё час искать их номера телефонов, так как в то время было много строек и, по чистой случайности, номера перемешались и ещё час с лишним ушёл на то, чтобы найти нужные 7 номеров. Наконец закончив с рутиной, Золотов и Шарапов поехали в свой офис, где такие же измученные сидели Лайм и Черемисов.

Золотов в душе истязался слаести: не для того он изучал законы, чтобы в бумажках копаться. А не пойти ли на кого-нибудь другого? Мало ли профессий в этом мире? Но идею тут же отбросил. Если даже и много, то не факт, что возьмут, да и работа ничем отличаться не будет. Везде эта чертова бумага, цифарки да буковки.

— Как успехи? — Спросил, словно мертвец Эдуард.

— Все непричастны, говорят, что в той комнате работали не наши, то есть гастарбайтеры. Осталось им позвонить. — Сообщил Золотов.

— Могли бы позвонить. — Подметил Лайм.

— И лишить вас лишней работы? — С издëвкой спросил Шарапов. — Нет, 1 час работы с этой бухгалтерией, а потом ещё 3 часа всех опрашивать, это даже для меня слишком. У вас работы было меньше, так что вам 5 человек для опроса, а нам два.

— Так не пойдëт! — Ощетинился Лайм. — Мы тоже работали, а не на Бали отдыхали. И бухгалтерии там куда больше! К тому же всë вперемешку: счета за музей, счета за дом, чек на посещение музея, чеки об оплате ремонта 3 раза и то не там, где надо. Более того, договора лежали в этой куче, Их-то можно было отдельно положить. — Возмущался Лайм не аккуратности директора. — Кроме того, зачем вы искали номера, если завтра нам их дадут?

— Ты уверен в том, что это будет завтра? — Усомнился Шарапов.

— Возможно после завтра. — Поправился Лайм.

— А возможно, через неделю. — Более, чем уверенно сказал Золотов. Пока они найдут, преступник уже либо будет схвачен, — В чëм Золотов сомневался. — либо мы упустим его, и тогда всем нам не поздоровится.

В конечном счёте, поделили 50/50, последнему - чтобы было по-честному и никто не ругался (в особенности Лайм с Шараповым) - звонили все четверо. Это смотрелось как юмористическая картинка: 4 мужчин сидят-стоят над одним компьютером, пытаясь задавать вопросы, причëм двое из них переодически собачатся между собой, а другие двое разнимают тех, как если бы боксëры на ринге перед спарингом не поделили девушку.

В итоге расклад был таковым:

пять из мужчин были невиновны - разговаривали, конечно, на ломанном, зато переводчик не нужен. Один из них по словам остальной бригады был в комнате, но тот утверждал, что только выполнял свою работу: повесить лампу. Однако работал он не один. Заходил к нему собрат и вот он-то и делал эту розетку. А когда тот спрашивал, сказал, что директор доплатил и попросил поставить ещё одну здесь, на всякий случай. Его ничуть это не смутило: что в наше время не придëт в голову заказчикам, а им дела нет. Сделал работу - получи монетку.

Оставшиеся двое мужчин это отдельный случай: первый умер от рака, так что теперь хочешь-не-хочешь правды не узнаешь. А второй, после трамбоза правой ноги, попал в аварию в следствие чего за него и ответили дети, только в первом случае нам сказали, что этот телефон диактивирован, но у владельца есть другой. То есть телефонный номер был зарегистрирован на одного из детей.

В общем, человек с трамбозом попал в аварию в следствии чего стал инвалидом: из-за того что хорошо приложился. Утратил первые навыки и теперь заново учится: ходить, писать и говорить. Так что в итоге следователи пришли к тупику. Понятно только то, что кто-то из тех двоих сделал злосчастную розетку. А вот кто? Не могут же они месяц-два ждать пока инвалид заново научиться, хотя бы, говорить. Преступника уже и след простынет.

Закончив обзванивать подозреваемых, все дружно вздохнули. Шарапов вспомнил отрывок - «Дело было вечером - делать был нечего» - правда не знал откуда: слышал постоянно вот и запомнилось. И нынешнюю ситуацию он описывал как нельзя кстати. Сидят вчетвером и на знают с чего начать.

Втроëм: Шарапов, Золотов и Лайм - встали с мест и подошли к доске. И если он решил устаканить образовавшийся на доске хаос, то что задумали напарник и Лайм - он не знал. Поэтому, чтобы не мешать обоим, взял чистый лист со стола и карандаш. Коллеги сделали тоже самое ито было верно: к примеру, если бы кто-то один стоял или перемещал улики, показания и прочее, то он бы непременно помешал остальным. А так и обзор чист и не нужно искать кем-то перемещëнную зацепку.

1) Всë началось в пятницу в 5:13 утра 5.05.2015, когда впервые была похищена коллекция. На следующий день еë вернули в 5:20.

2) На следующей неделе её похитили в субботу в 5:56 и вернули в воскресенье.

3) Похищение через 1,5 недели, т. е. в среду в 5:10 - возвращение в четверг, когда нам и передали дело ( и Чере-Лайму заодно). Следующее должно произойти в четверг на следующей недели с 5 утра и до неопред. времени.

4) Мы осмотрели место преступления и не нашли места, где можно было бы незаметно проникнуть. Команда Чере-Лайма посмотрела камеры и пригласила эксперта для осмотра ножей.

5) В первый день было 30 охранников, в последствие около половины убрала полиция (своих) , чтобы прорядить ряды "мешающихся" человек, в результате чего осталось 16 человек. Оставшиеся 16, всмысле двое из них рассказали о странном звуке: смехе гиены, от которого все начинали с непривычки смеяться и кататься по полу.

6) Мы нашли розетку и диктофон, но кто сделал розетку и заказчика - неизвестно.

7) Музей был построен летом 2013 года, все местные работники, включая главного бригадира, имеют алиби; у всех приезжих тоже алиби, кроме двух, но первый умер, а второй инвалид, кроме того не может не писать, не говорить.

Рассмотрел свою писанину, которая волнами то подпрыгивала в верх-низ или съезжала в право. В особенности было не разобрать буквы «н» и «х», они то и дело наровились, чтоб их спутали с «п» и «к», а буква «ц» теряла закорючку и превращалась в «у», бывало Шарапов сам путал «ц» с «у», потому старался подправлять буквы. Его почерк был понятен далеко не всем, хотя и не худшим. Но большинство упорно твердили, что он пишет непонятно, ему было безразлично их мнение - не для них же пишет. несказанно радовало его во время учëбы: мало кто просил дать переписать. Да и признаться честно, его, как и других студентов, по-большей части пацанов, тянуло погулять, прогулять пары и хоть разок посетить те клубы, где ограничение для детей.

Чего-то не хватает. Осмотрю все улики ещё раз. И начну, пожалуй, с камер. Если в наших я уверен, то в других - нет веры.

Посмотрим: охранники гуляют вокруг главной цели. И так продолжается вплоть до 5:13. Чëрт!

Один из охранников, корчась от смеха, загородил весь обзор и я не вижу, что случилось с целью. А в 5:20 был такой балаган, что на камере вновь нельзя было увидеть что-либо.

Следующая запись, 5:52. Охранников меньше, чем в первый раз, в комнате переодично находится 2-3 человека. Приближалось время кражи - Шарапов сосредоточил внимание на столик с ножами - солнечный луч светит в камеру - ничего не видно. Посмотрел запись с другой камеры с боку: тоже луч отсвечивает.

Должна быть ещё третья запись - но её нет. Наугад Колин предположил, что с ней могло случится: украли, еë нет из-за отключения света, взломали...

В конечном итоге он, конечно, спросил о записи у Лайма, тот, пожав плечами, ответил, что запись случайно удалили. Кто? - естественно неизвестно. Доступ был у немногих, но зайти мог каждый. А предугадать момент удаления невозможно.

Шарапов вновь зашел в тупик. Потер лицо, в попытке сосредоточиться - тщетно. Щелкал по лбу пальцами, думая что его осенит идея. Идея его не посетила. Поэтому он включил запись ещё раз, когда на часах 5:13, и остановил. Оглядел внимательно комнату вдоль и поперёк. Посмотрел на задний вид: ничего не привлекало внимание. Откинулся на стуле и потëр глаза. Подумал: если никто не воровал, то коллекция должна была остаться на месте: иначе она никак не смогла бы вернуться.

Что могло быть спусковым крючком для запуска?

Звук или время?

Смех гиены? - слишком очевидно.

Смех охранников? - не факт, что они засмеются, да и на камере видно сразу.

Свет из окна? - нет, на первой камере света ещё не было, так как солнце всходило позже.

Нет, это все не то. Если и правда дела во времени, то должен был стоять таймер, но тогда почему такая разница во времени, да и преступнику нужно было бы быть рядом. В-первом случае слишком много охранников, во-втором они сменяются, да и время рассвета с камерой не подгадаешь. Конечно, учитывается вариант, что он мог сидеть за камерами. С другой стороны, кто-то должен вкючить звук диктофон. Два человека слишком подозрительно. Скорее всего что-то другое.

Это может быть что-то что идет мимоходом, но учитывая, что в музее постоянно ходят люди, а после первого ограбления туда непременно приехала бы полиция, то это не человек.

И не собака: не видел ни одной. Впроцем они могли бы быть маленькими, как мопсы. Хотя я бы не пошëл до музея с собакой.

Тогда машина. Но не сам еë вид скорее звук. Машины всегда ездят в разное время: кому-то на работу раньше, кому-то позже, а кто-то только с неё возвращается. И не заподозришь ведь!

Допустим, что в первые два раза механизм сработал, а в третий он по какой-то причине не сработал. И работает этот механизм два раза в неделю: первый - день кражи, второй - на следующий день возвращает. Осталось только проверить версию.

Шарапов едва ли не вприпрыжку поскакал до столика, но тут же замер: сегодня же не четверг? Чем он себя займëт до четверга?

Занятий, кроме игр с сыном, не нашлось. Улику в виде презентабельного столика трогать категорически запрещалось: мало ли что сломают. Доказательствам тогда можно сказать: пока-пока - и помахать ладошкой.

Когда настал тот самый долгожданный четверг, все были в предвкушении. Установили камеры и зашли в тëмное помещение освещëнное лишь лампами. Ждали-ждали. Настало пять часов. Чтобы проверить догадку Шарапов включил звук мотора машины: ничего. Подождали 10 минут - мало ли что. Снова включили. Тихо-тихо, открылась панель, раздвигая деревянные створки и пряча деревянный квадратик, на котором должны быть ножи, сдвинулась обратно оставив такой же столик. Первая тайна разгадана! Осталось лишь найти злосчастный ножик, который теперь понятно где. И откопать режиссера с помощником. Помощника возможно, даже уже почти нашли, или хотя бы его след.

Очень хотелось сказать: господа, вот мы и нашли разгадку. Но это прозвучало бы в духе Шерлока, да и пафастно как-то. — Теперь надо разобрать этот стол.( Или же превратить его в щепки). — Нет. Всë же это улика. Разобрать это наилучшее решение. С вероятностью с 99% Шарапов был уверен в том, что нож находиться в «шляпе». 1% Оставался на то, что он ошибся. Шарапов забрал бы все 100, но гордость перед самим собой была велика. Не мог же он проиграть себе. Пусть даже об этом никто не узнает. Приехали коллеги Лайма, осторожно вскрыли стол для фокусов, чтобы можно было собрать обратно. Где внутри нашелся тот самый нож. Его вычисления оказались верны: в прошлый раз механизм сломался, вот и разгадка фокуса. Обычный человек спросил бы: нужно ли искать преступника? Воровство и воровством нельзя назвать: ведь искомое найдено. Нет, искать никого не нужно. Хищения ведь не было. Писатели наверняка бы расстроились, как и читатели, ведь так интересно узнать лицо преступника. Шарапову, как и Золотову хотелось узнать этого гения в лицо.

— На этом можно расходиться. — Раздался, как приговор, в глухой тиши голос Черемисова. — Всë что могли - мы сегодня сделали. И ничего более сделать не сможем. Если Золотов и Шарапов хотели возразить, то не нашли нужных слов. Улик, доказывающих какое-либо преступление - нет.

Так и закончилось первое опубликованное расследование коллег детективов.