Зодиак: Дети Хаоса

Глава 1 - Те кто был, есть, и планируют быть

Последняя сессия подошла к концу. Теплые лучи лениво царапали асфальт, истоптанные парковые дорожки, ни одна из которых не вела на укромную полянку, что давно уже облюбовали Хранители. Которые сейчас, собственно, на той самой полянке и гоняли чаи из самовара, заботливо притащенного Эльзой. Она откопала его где-то в закромах на острове у Овна, но не собиралась признаваться в том, что там был еще и пакет пряников. Потому что пряники она уже преступно схомячила. Не без помощи лисичек, разумеется.

Те самые лисички сейчас валялись на траве, подставляя животики всем желающим погладить мягкое лисье брюшко. А желающих было предостаточно, ведь на полянке собрались почти все Хранители. У них не было какого-то особого повода для подобного сборища, нет. Просто за последние несколько лет Хранители стали как-то ближе. Сблизила их и пробудившаяся энергия Хаоса, которая плескалась совсем неподалеку. Сблизил и недавний конфликт. Оказалось, что не много было нужно для того, чтобы выстроить хрупкую иллюзию мира среди тех, кто столетиями жил бок о бок, просто не находя сил, времени и желания на то, чтобы банально познакомиться поближе с соседями.

— Нет, ну как ты жаришь?! — Макс, причитая, нарезал круги вокруг костра, около которого с каменной маской вместо лица сидел Алекс. — Да я Помпеи лучше зажарил, чем ты этот шашлык!

Дракон на самом деле шашлыки никогда не жарил, но считал себя в этом деле настоящим экспертом, ведь магия огня кому попало не достанется, верно же? Макс не так давно закончил обучение в университете, но работать по специальности, конечно же, не пошел. Устроился барменом в ночной клуб неподалеку от дома, чтобы не тратить время на дорогу домой. Так что теперь в городе появился первый дипломированный бармен-психолог. К его советам прислушивались многие. Но не Алекс.

Лев показательно Макса не слушал, делая вид, что вокруг него носилось не то пустое место, не то просто злобная грозовая тучка с наклонностями пироманта. Лев свою учебу забросил еще перед вторым курсом, а затем, пораскинув мозгами, устроился работать тренером в небольшом спортзале. Благо, его физическая форма это позволяла. Уже спустя год у него появился десяток постоянных клиентов, а очередь на занятия Льва выстраивалась на несколько месяцев вперед. Так что парень утверждал, что он пришел к успеху.

— Ага! — подбежав к Дракону сзади, ему на спину внезапно запрыгнула Эльза. — Так вот, кто спалил город! А нам говорили, что это был вулкан!

Пошатнувшись от неожиданности, Макс беззлобно улыбнулся, встряхивая девушку и тут же роняя ее на траву. Та, правда, успела в полете превратиться в воду и вылиться на траву дождем.

Удивительно, но эти двое тоже нашли общий язык. А именно их сблизил один вечер, когда Эльза, долго думая о чем-то возвышенном, под конец просто подошла к Максу с просьбой покатать ее на спине. Он не понял, и Козерог от этого только больше смутилась. Она пояснила, что всю жизнь мечтала покататься на дракончике. Макса не пришлось тогда просить дважды, и уже через минуту Эльза с визгом рассекала небесное пространство Зодиака, обхватывая руками шею Дракона. Все еще удивительно, но обычный полет на драконе так сближает людей! Всем советую брать на заметку.

— Ага, а Макс просто где-то под этим вулканом семечки щелкал, — фыркнул Кас, греющийся у костра. — И такой: «упс, как неловко получилось».

Кастиэль улыбнулся широко и белозубо, как умел только он. Парень убрал за спину хвост светлых волос, заворожено глядя на пламя.

У Стрельца в жизни все шло более чем гладко. Он весьма неплохо сдружился со Змееносцем, и тот даже помог ему получше освоиться в университете. Так что Кастиэль оставался чуть ли не единственным из Хранителей, кто не забросил учебу. Он снимал квартиру где-то в районе университета, а потому периодически единственный являлся выспавшимся и довольным жизнью. Чем прилично так бесил если не весь поток, то всю свою группу уж точно.

— Будешь много сидеть у костра — к утру будешь пахнуть как копченая колбаска, и Уру тебя съест! — подсказала Эльза, вылезая из травы и косясь на Макса, который был бы не против ее еще раз уронить.

— И мы не станем ей мешать, — флегматично отозвалась Нина.

Девушка давно стала частью мира Хранителей, хоть никогда и не была одной из них. Но сдружиться с ребятами ей удалось. Тем более девушка состояла в отношениях с Лессой, который сейчас увлеченно разглядывал облака, лежа на траве и опустив голову Нине на колени. Эти двое продолжили снимать квартиру вместе, учились в меде. А еще к ним на постоянное место жительства переехали лисички, которые на удивление быстро полюбили Нину, словно с самого момента знакомства признав в ней свою. Еще тогда, когда несколько лет назад они воровали сосиски в ночи на базе отдыха.

Кас недовольно поморщился и, почесав Фюр за ухом, от костра все-таки предусмотрительно отполз, ведь мимо него опять смерчем пронесся Макс, с криками о мясе и Помпеях.

Чуть поодаль, напряженно глядя в карты, в «дурака» резались Лисса со Змееносцем и Хорой. И бедная юная Хранительница мысленно всячески ругалась на Хору, которую невозможно было обмануть, да на Акая, который иногда как-то недобро сверкал фиолетовыми глазами из-под очков.

Девушка практически не выбиралась из мира Зодиака, все свое свободное время проводя за книгами. Изредка только наведывалась в гости к брату или Саше. Чаще она сперва посещала Лессу, пересекалась там с Ниной, а затем шла к Саше и жаловалась на то, что ее брат связался с плохой компанией. Саша спокойно кивала, подливая Лиссе чаю и параллельно успевая порхать по кухне, готовя очередной кулинарный недо-шедевр.

Змееносец своих занятий с Сашей не прекратил, помогая ей углубляться в пучины биологии. Благодаря этим дополнительным занятиям Саша даже планировала отправиться в магистратуру после лета. Акай часто задерживал девушку после занятий, приглашал ее к себе домой, вкусно кормил и они засиживались допоздна, ведь помимо биологии со Змееносцем можно было обсуждать все, чего только душа пожелает. Макс, кстати, поначалу ужасно ревновал Сашу к ее преподавателю, а затем эти двое как-то пересеклись в коридоре университета после занятий, и, судя по всему, там завязался какой-то сугубо мужской разговор, после чего Дракон больше не метал взглядом молнии в сторону Змееносца.

Хора же почему-то сдружилась с Сашей, пережив все случившееся несколькими годами ранее. Они довольно часто виделись в мире Зодиака. Девушки сидели за чашечкой чая, обсуждая все подряд. Как выяснилось, пафосная Хора на самом деле была очень интересным собеседником. Ровно до того момента, как ее переклинивало, и она начинала говорить о пророчествах, звездах и грядущем роке.

Около дерева, доедая очередной кусок шашлыка, спокойно что-то обсуждали Мару, Кира и Стелла. Внезапно несколькими месяцами ранее к компании Скорпиона и Рака изъявила желание присоединиться и Дева. Она оказалась весьма приятной в общении, чего никак уж не могла предположить Кира. Мару же ко всему относилась с присущим ей холодным флегматичным пофигизмом. Но общение со Стеллой определенной шло девушкам на пользу. По ее мнению уж точно. Только за последнюю неделю они трижды выбирались в торговый центр. Сперва чтобы купить купальники, ведь летний сезон, потом срочно потребовались к купальничкам порео и красивые босоножки, а буквально с утра девушки сорвались по магазинам в поиске шляпок, очков от солнца и всяких кремов для загара, или от него. Тут уже каждая выбирала по вкусу.

И только самой виновницы сбора в парке, которая и придумала собраться всем в этот чудный июньский вечер, видно почему-то не было. Она не так давно отошла от друзей, пообещав вскоре вернуться, и аргументировав это тем, что ушла она за дровами для костра. Только вот дров и без того было слишком много.

Саша, все-таки переехавшая к Максу, сдружившаяся со всеми Хранителями, даже с отсутствующими сегодня Ясоном и Иннокентием Анатольевичем, в последнее время чувствовала себя максимально одиноко. Странная тревога поселилась внутри у девушки. Она пыталась поделиться своими странными переживаниями с Максом, но тот лишь пожимал плечами, считая, что всему виной окончание университета. Кастиэль с Хорой наперебой заявляли Саше о том, что ей просто нужно отвлечься, развеяться как-то. Предлагали всем вместе поехать в кругосветное путешествие за счет Каса, который научился откуда-то доставать деньги еще перед первым курсом. И девушка не против была бы, если бы не гложущее ее переживание.

Саша сидела вдалеке от поляны, пропахшей ранним летом и шашлыками, у небольшого озерца в глубине парка. Девушка задумчиво разглядывала толстых уток, рассекавших водную гладь. Она крошила им батон, периодически отщипывая от него большие куски и отправляя их себе в рот.

— С Хорой совершенно невыносимо играть в карты, — констатировал Акай, опускаясь на траву около Саши.

Она улыбнулась, протягивая Змееносцу кусок батона, который тот довольно умял, даже ничего не сказав. Так они и сидели еще несколько минут. Акай жевал батон, утки ловили крошки, а Саша кормила обоих. Но батон, как и все на свете, не вечен, а потому после того, как горбушка булькнула об воду, возникла потребность чем-то разбавить витавшую в воздухе тишину. Потому что пока ее разбавляли только назойливые комары.

— Кастиэль говорил, что тебя что-то волнует.

Змееносца не стоило просить. Он сам знал, когда стоило бы заговорить с Сашей. В конце концов, эти двое были связаны узами более близкими, чем братские. Иначе Акаю потребовалось бы больше времени, чтобы найти Сашу в этом парке, плавно переходящем в лесополосу.

— Не думаю, что это он тебя ко мне отправил, — Саша фыркнула, скидывая кеды и опуская пальцы ног в теплую воду.

Акай кивнул. Да уж, Кастиэль, конечно же, ему ни о чем не говорил. Сам пришел. Почему бы и нет?

— Сам себя послал. То, что тебя гложет, как-то связано с Астралом? — он склонил голову набок, наблюдая за тем, как ветер причудливо ласкал белые пряди его волос.

— Не уверена, — Саша покачала головой. — Волнуюсь. Линделл с Лакусом так и не вернулись, не выходили на контакт уже несколько лет.

— Эти двое пропадали и на десятки лет, — Акай пожал плечами, глядя на виднеющуюся из-за деревьев полосу заката. — Саш, если что-то случится — мы все равно решим эту проблему вместе. В конце концов, тебе удалось практически одной сплотить всех Хранителей более, чем они были сплочены тысячи лет назад.

— Сама я бы этого никогда не сделала, — и Саша впервые за несколько недель искренне и широко улыбнулась. — У меня был хороший учитель. И друзья.

— Не записывай меня в прошедшее время! Я не «был», я все еще вполне себе есть.

— И будешь?..

— Куда я денусь.

Глава 2 - Ночные бдения

Макс часто возвращался домой поздней ночью или вообще к утру. Работа в баре обязывала задерживаться до последнего клиента. А некоторых последних клиентов приходилось выгонять. И иногда Дракон жалел, что ему нельзя было применять свое адское пламя.

В тот вечер он поднялся по ступеням, потому как испытывал неприязнь к лифтам, имеющим свойство застревать между этажами. Саша как обычно забыла закрыть дверь. Хотя, вполне возможно, она и сама вернулась не так давно, в очередной раз засиделась у Акая или в мире Зодиака. Это было не важно. Макс легко надавил на ручку, практически бесшумно проникая в квартиру, освещенную лишь легким светом ночника, мерцавшего в спальне. Парень на ходу скинул кеды, стянул узкую футболку-поло и прокрался в спальню. И…

— Саша! — он тряхнул головой, не поверив своим глазам. — Какого… кхм, лешего ты делаешь?!

Тут же щелкнул выключатель, заставляя обоих зажмуриться. Макс протер глаза и еще несколько секунд ошалело смотрел на свою девушку. Она на цыпочках стояла на кровати, тянулась к потолку, что-то сжимая в руках.

— О, ты сегодня рано, — тихо буркнула Водолей, спрыгивая на пол. — Вот, звездочку на потолок прикрепить хотела, а то она отпала и прилетела мне на лоб.

— То есть подождать меня — больше не вариант? — Дракон мягко улыбнулся, притягивая Сашу к себе и легко целуя ее в лоб. — Раз уж ты не спишь, то и от ночного дожора не откажешься. Я прав?

Девушка улыбнулась, довольно кивнув. Макс фыркнул, взъерошив ее волосы пятерней, а затем направился за перегородку, отделявшую основную часть квартиры от небольшой кухоньки. Там тут же зажегся свет, щелкнул газ, бухнула на плите сковородка. Макс достал из холодильника несколько яиц, полпалки докторской колбасы и помидор.

— Тебе помочь? — Саша высунулась из-за небольшой барной стойки.

— Шутишь? — Дракон фыркнул. — Кто здесь в доме мастер-шеф?!

— Тот, кто три часа не мог совладать с духовкой и потом, плюнув на все, вышел на балкон и поджарил курицу силой собственной ненависти ко всему живому? — невинно улыбнулась девушка, тут же прячась обратно за стойку.

Дракон молча выругался. Он вспомнил, что для задуманного омлета еще нужны были мука с молоком, поэтому и полез в тумбочку в поисках оных.

— А что ты готовишь? — Саша легко коснулась плеча парня, заставив того дернуться прямо в тумбочке и впечататься в нее головой. — Оу, жаренные мозги?..

— Еду для сов, ежей, и прочих ночных животных, — рыкнул Дракон, высовываясь на свет Божий и потирая ушибленную макушку. — Сгинь!

— Это как? — девушка заглянула на рабочее место парня.

— На время смотрела?!

Макс выгнал Сашу с кухни, ибо предпочитал работать в одиночестве. Девушка это прекрасно знала, однако бесить его ей нравилось определенно больше чем соблюдать драконьи правила. Сам же Макс флегматично разбил три яйца об край миски, выливая туда их содержимое. На третьем яйце рука предательски дрогнула. Что-то кольнуло в самом сердце. Парень пошатнулся, выронив яйцо прямо в миску. Выругавшись, он тряхнул головой и, проклиная курицу, которая снесла кривые яйца, стал вылавливать осколки скорлупы из будущего омлета. Потом по стандарту. Молоко, мука, соль и перец по вкусу. Все это счастье было отправлено на сковороду, туда же полетели четыре кружочка докторской и разрезанный напополам помидор.

— Поздний ужин, ранний завтрак — как хочешь обзови, — спустя пару минут Макс водрузил на стол две тарелки. — Приятного аппетита.

Саша благодарно улыбнулась, принимаясь за еду. Ей, правда, омлет пришлось досаливать, ибо соль девушка поглощала в просто неимоверных количествах. Зато Макс никогда не крал еду с ее тарелки. Он просто не мог ее есть из-за количества там соли.

— Ну и? — поинтересовался парень где-то в середине трапезы, желая хоть как-то отвлечь Сашу от ее мрачных мыслей. — Как тебе омлет?

— Неплохо, — она улыбнулась, пожевав губами, — только кальций на зубах хрустит.

— А… это рецепт такой древний, японский, — выкрутился Макс. — Кальций кости укрепляет!

— Ты говоришь это человеку, который может защитить докторскую степень по биологии? — девушка беззлобно ухмыльнулась. — Да, я в курсе.

— Ладно, пойдем по пути наименьшего сопротивления. Чего ты такая мрачная, Саш? — Дракон заботливо потянулся к ней, однако она только всхлипнула.

— Нет! Ну, ты видел?! Я такая бесполезная, — Саша понуро уронила голову на стол. Благо, Макс успел вовремя выдернуть оттуда тарелку с остатками омлета. — Я хочу дотянуться до небес, увидеть весь мир, а не могу достать даже до потолка, — пробубнела девушка, не спеша подниматься.

— Но…

— Стоя на кровати! — Саша всплеснула руками.

— Да уж, — Макс прыснул в кулак, — начать ты решила с малого.

Девушка улыбнулась, да так и просидела остаток странного ужина. Затем отправилась мыть посуду, каждую помытую тарелку передавая Максу, который стоял рядом, с полотенцем в руках.

— Загадывай, — Саша хмыкнула.

— Астана, — буркнул Макс.

— Архангельск.

— Курск.

— Кривой…

Саша на мгновение прикрыла глаза. Перед глазами заплясали черные точки, заставив девушку тряхнуть головой. Та тут же услужливо закружилась, заставив девушку опереться о кухонную тумбу и выронить из рук тарелку. Благо реакция не подвела Макса, который эту тарелку тут же и подхватил.

— Ты в порядке?! — Дракон обеспокоено коснулся Сашиного лба губами.

— Да, — девушка отмахнулась, — спать просто побольше надо. Завтра меня не будить до послезавтра.

Девушка сжала на запястье браслет, подаренный когда-то Змееносцем. Это был посеребренный уроборос с глазами-аметистами. Она не знала, что сейчас в совершенно другом районе города, стоя на балконе многоэтажки, Акай сжимал в руке плетеный браслет-шамбалу, подаренный Сашей. А минутой ранее Змееносец проснулся от того, что ему приснился кошмар.

Все бы ничего, только вот сны Акаю не снились уже несколько лет. Вообще.

Глава 3 - Судорожное начало

Кастиэль в последнее время полюбил гулять в одиночестве. То ли повзрослел не шестой тысяче лет жизни. То ли ему просто требовалось иногда оставаться наедине с самим собой. Надо же было хоть иногда общаться с умными людьми.

Так и в тот вечер, в то время, как Саша с Максом развлекались на кухне, Стрелец прогуливался по освещенным одинокими фонарями парковым аллеям. Он доедал купленный в ближайшем киоске рожок мороженого, предчувствуя вкус его кончика, покрытого шоколадом. Настроение у парня было не критическим. Он бы назвал его равным нулю. Не хорошее и не плохое. Такое себе состояние вареного на пару овоща, когда хочется лечь на диван, растечься мыслею по древу, и лежа-ать…

Раздумья Кастиэля прервал пиликнувший телефон. Он нехотя вытащил его из кармана, открывая полученное от Алекса сообщение.

«Что ты делаешь в этом парке посреди ночи?»

Чертыхнувшись, Кастиэль покрутил головой. А потом заметил горящий свет в окне на втором этаже в ближайшем доме. И именно из этого окна ему палкой колбасы подавал сигналы Лев, видимо, приглашая присоединиться на ужин.

Не видя поводов отказываться, Кас поднялся в гости к Алексу. Лев поселился в доме старого образца застройки, тут еще были высокие потолки и очень толстые стены. Квартиру Алекс себе подыскал просторную, ведь он любил частенько приглашать в гости как других Хранителей, так и своих новых знакомых с работы.

Часть гостиной была переоборудована под домашний мини-спортзал. С кухни доносился запах рыбы. В остальном — обычная квартира советского образца. Даже ковры узорчатые были как на полу, так и на стене над гостевым диваном.

— Чего это ты вдруг по парку во втором часу ночи шатаешься? — с порога удивился Алекс, пропуская Каса в свое скромное жилище. — Будь как дома! Есть будешь?

— Да так, пройтись захотелось, — уклончиво отозвался Кастиэль. — Не откажусь!

Ему не слишком хотелось распространяться на тему того, что волнение его подопечной все-таки передавалось парню. Все-таки, Саша редко ошибалась. Особенно, когда дело касалось чего-то, связанного с миром Зодиака. Так и сейчас, когда девушка уже больше недели ходила задумчивой и отказывалась признавать причину своего волнения, у Каса, да и не только у него, возникали некие подозрения относительно того, чем же было вызвано подобное состояние девушки.

Как выяснилось, сегодня Алексу выплатили какую-то премию, по случаю чего Лев решил купить в ближайшем супермаркете два килограмма рыбы и зажарить ее в кляре. И слегка перестарался. А потому проходивший мимо Кастиэль пришелся очень кстати. Он-то и должен был помочь справиться с этим почившим представителем подводной фауны.

— Присаживайся, накладывай себе рыбку, пюрешка еще есть, — Алекс выставил на стол еще и салат из огурцов и зелени, да бухнул чайником об плиту.

— Да ты, я смотрю, хозяюшка, — Кастиэль одобрительно присвистнул. — Уважаю.

Сам он готовить не умел и не любил. Поэтому все питание Стрельца крутилось вокруг фаст-фуда, заказанной на дом пиццы, полуфабрикатов и праздников живота, которые устраивала Саша каждый раз, когда она заходила в гости. Из-за дружбы со Змееносцем, который обожал европейскую, американскую и практически любую другую кухню, Саша за последние несколько лет научилась готовить так, что ее могли бы уже взять в какой-то ресторан если не шеф-поваром, то его помощником.

— Не сильно люблю готовить, — признался Лев, — но обожаю есть. А одно из другого вытекает, сам понимаешь.

— И как работа?

Кас уселся, благодарно принимая из рук друга стакан компота, и все-таки принимаясь за гастрономическое разнообразие этого дома со всей серьезностью.

— Ой, все хуже, — Алекс отмахнулся, доставая с верхних полок сахар и чай. — Никто за собой не следит, постоянные клиентки накачают себе все, что нужно, и перестают ходить. Аж тоскливо от такого! Хочу заставить наших начать качаться. А то нагрянут опять какие-нибудь жители Хаоса, разбросают наших, как кегли!

— Просто признайся, что хочешь посмотреть на Сашу в шортах и обтягивающей майке, — флегматично буркнул Кас, за что тут же схлопотал полотенцем по голове. — Ай! За правду не бьют!

— Даже не начинай!

По поводу того, как Алекс никак не мог подойти к Саше, в мире Зодиака уже ходили легенды. Вечно возле нее оказывались всякие пресмыкающиеся. То Дракон, с его желанием испепелить Льва за каждый неровный взгляд. То, еще хуже, Акай, по милости которого Алекс уже однажды бегал по всей улице, заливисто кукарекая.

— Да и не думаю, что твоя физкультура сильно поможет против кого-то вроде того же Акая, — жуя, констатировал Кастиэль. — Насколько я помню, карате — это карате, а его садовый инвентарь — это садовый инвентарь.

И не важно, что в оригинале этой шутки говорилось про молоток! Коса Акая внушала больше уважения, чем любой молоток. Да, что там молоток, с этой косой не потягался бы даже самый позолоченный топор! Ну, разве что тот, который в каше. Тот да. Отвлечь кого-нибудь кашей из топора было легче, чем привлечь их на игру «догони меня кирпич». Ну, то есть, коса.

— Ой, я тебя прошу. Мы просто не были готовы к сражению! Вот если бы каждый встал в боевую стойку, так этот Акай к нам бы даже не сунулся, — Алекс горделиво поднял подбородок. — Да, я бы ему…

Лев показательно взмахнул рукой с полотенцем, демонстрируя жующему Касу то, как бы он красиво уложил на лопатки Акая и всех остальных «темных». Кастиэль отстраненно наблюдал за тем, как полотенце Алекс из руки успешно выпустил при очередном замахе. Стрелец автоматически отодвинулся в сторону, пропуская снаряд перед собой. И полотенце успешно вылетело в открытое кухонное окне, застревая в ветках дерева, которое практически упиралось в стену дома.

— Блин, опять, — вздохнул Лев, вылезая на подоконник и пытаясь вернуть себе полотенце заранее взятой на вооружение шваброй.

— В смысле опять?! — Кастиэль поперхнулся компотом. — Хочешь сказать, у тебя тут часто из окон летают полотенца и прочая кухонная утварь? — он скептично изогнул бровь, представляя себе, какие танцы с бубном Алекс пляшет на этой кухне.

— Да бывало уже, ты себе не представляешь, какое оно…

И тут Лев, что называется, «завис». Просто замер, повиснув на руке, которой он держался за оконную раму. Алекс не понимал, что произошло. Но мышцы во всем теле словно вмиг одеревенели, а затем тут же, не прошло и секунды, мгновенно расслабились.

— Алекс!

Кастиэль уже через минуту выбежал из подъезда, сквозь заросли кустов пробираясь к бессознательному Льву. Тот выпал из окна, чудом не насадился на ветки местных деревьев и упал на землю, потеряв сознание.

— Черт, — Кас, боясь даже прикоснуться к парню, тут же выхватил телефон из кармана.

Любой адекватный человек позвонил бы в 103, но не Стрелец. Уже через несколько минут на месте происшествия объявился Лесса. Благо, в команде Хранителей, которые могли телепортировать, четыре года назад завелся без пяти минут дипломированный реаниматолог. Точнее было бы сказать без еще двух лет училища, хотя бы годика интернатуры… но это уже детали!

— Привет, — Лесса коротко кивнул Кассу. — Как это произошло?

Он опустился на корточки около Льва. Проверил у того наличие пульса. В какой-то степени даже хорошо было то, что Алекс потерял сознание. Он хотя бы не дергался.

— Не понимаю сам! — Кас отвел взгляд, стараясь не смотреть на эту дивную картину. — Он стоял на подоконнике, ровно стоял, как на полу! А потом дернулся, как эпилептик, шатнулся и выпал.

Лесса покачал головой. Но смолчал. Затем приподнял голову Алекса над травой, уложив ее у себя между колен. Благо, парень дышал, горло не повредил. А вот из разбитого затылка на серо-голубую пижаму, а Близнец явился именно в ней, сочилась кровь.

— Звони в скорую, — коротко бросил парень, даже не глядя на Кастиэля.

Лесса знал, что к пациенту в бессознательном состоянии следовало бы относиться как к пациенту с переломом позвоночника. И он сейчас очень надеялся на то, что позвоночник у Льва окажется цел.

— У него черепно-мозговая травма, наверняка сотрясение — констатировал Лесса. — Вывих правой руки, но это не критично. Небольшое кровотечение, не смертельное. Но вот…

— Что?! — Кас, уже вызвав скорую, убрал телефон в карман.

— Меня смущает его дыхание. Дышит слишком рвано, тяжело. Хрипит. Но я не имею права переворачивать его на живот. Могу повредить позвоночник, если он задет, — Близнец закусил губу. — Ты в курсе, да, что я еще не закончил обучение?!

— А я вообще не помню, где находится печень, у меня бы он уже умер! — вспылил Кас, с силой кусая губу. — Черт.

— Кас…

По тону Лессы как-то сразу стало понятно, что все было далеко не хорошо. Он скользнул пальцами по набухшим венам на шее у Льва.

— Посвети фонарем, быстро! Ему на лицо, — дрогнувшим голосом скомандовал Близнец.

Кастиэль повиновался мгновенно. И даже в слабом свете фонарика от телефона было видно, что обычно слегка смуглая кожа Льва постепенно приобретала синюшный оттенок.

— Что с ним, Лесса?! — Кас опустился рядом на колени.

По лицу старшего Близнеца было ясно одно — сам он тут ничего уже не поделает.

— Все симптомы напряженного пневмоторакса, — сквозь зубы процедил он. — Остается молиться, чтобы скорая приехала быстро. Без инструментов я ему тут ничем не помогу.

— А что это вообще такое, этот вот… тракс?

Лесса пожевал губами, пытаясь успокоиться и формулируя в голове максимально понятное объяснение.

— Если по-простому: легкое окружено оболочкой. Внутри этой оболочки давление ниже атмосферного. Если оболочка повреждена, давление внутри нее равняется с атмосферным. И легкое просто не может функционировать, — пояснил Лесса, сокращая в четыре предложения тему двухчасовой пары.

— И это очень опасно? — похолодев, тихо спросил Кастиэль, глядя в глаза Близнецу.

— Если своевременно не помочь — может быть смертельно, — сухо, как и полагается доктору, отозвался Лесса.

Мысленно он сейчас молился на прибытие скорой помощи.

***

В четвертом часу ночи Акая разбудил звонок Саши. Он чертыхнулся, вытаскивая себя из кровати и беря в руки телефон.

— Что случилось? — без приветствия бросил в трубку Змееносец, предчувствуя что-то нехорошее.

— Мы в больнице! Акай, мне срочно нужно с тобой поговорить один на один, — раздался из динамика возбужденный голос Саши.

— Что случилось, я спросил, кажется, — нервно потерев переносицу пальцами, Акай взял с прикроватной тумбочки очки, спешно водружая их на нос.

— Алекс в реанимации, — всхлипнула в трубку девушка, силясь сдержать слезы.

Когда через несколько минут Акай появился на лестничной клетке в больнице, там уже нервно курил Макс. Коротко кивнув Змееносцу, он мотнул головой куда-то влево, четко задавая Акаю вектор направления. На этаже уже было слишком людно. Здесь уже были Кастиэль, Лесса, Саша, за каким-то чертом еще и Лисса! Она так волновалась за брата, что явилась сюда. И, конечно же, Нина! Без нее ведь Алекса не реанимируют.

— Всем привет, — Акай коротко кивнул присутствующим, — украду у вас Водолея, вернуть не обещаю.

И, не дожидаясь ничьей реакции на свое появление, он утащил Сашу на все ту же лестничную клетку. Прежде, чем заговорить, Акай, конечно же, предусмотрительно отправил оттуда восвояси Дракона, аргументируя это тем, что курить вообще-то вредно.

— Говори, — он встретился взглядом с Сашей. — Ты явно не позвала меня, чтобы я посмотрел на раненого Льва. Что-то серьезнее, я прав?

— Да, — девушка кивнула, опасливо озираясь, словно их могли подслушать. — Я спрашивала у Кастиэля, как это произошло. Он рассказал о том, что Алекс стоял на подоконнике, а затем словно судорога все тело пронзила.

— Продолжай, — Змееносец заинтересованно скрестил руки на груди.

— Вечером, когда я мыла посуду, какая-то странная судорога схватила тоже. Я тарелки выронила. А за пол часа до меня нечто похожее было у Макса, кажется. Он уронил яйца в омлет, — констатировала Саша. — Ты можешь считать меня параноиком, но…

— Нет, — коротко оборвал Акай. — Пару часов назад мне приснился кошмар. Я проснулся от судороги, пронзившей все тело.

— Тебе же не снятся сны, — девушка нервно теребила рукав домашней спортивной кофты. — И… что это может быть?

— Честно? — Змееносец подавил тяжелый вздох. — Без понятия. Но нужно срочно выяснить, всех ли Хранителей накрыло этой судорожной болезнью.

Акаю не хотелось говорить, что он имел парочку весьма нескромных предположений на счет того, чем могла быть вызвана такая пандемия. И от подобных мыслей ему становилось не по себе…

Глава 4 - Черная пятница

Точно не было известно, что дало осложнения на состояние Алекса. Но, несмотря на попытки врачей растормошить парня, да на снующих вокруг Хранителей, Лев решительно не хотел восставать. Вскоре лечащий врач диагностировал парню кому, чем поверг всех собравшихся в неслабый шок.

Всех, кроме Акая. Змееносец успешно скрылся с места несанкционированного сбора Хранителей. Он отправился к себе домой, зачем-то забрав с собой Сашу, аргументируя это тем, что давно уже планировал с ней поговорить, да все как-то времени не находилось.

Потрясенная новостью, которую ей по телефону непременно сообщил Кастиэль, Саша наотрез отказалась добираться до дома Змееносца с помощью магии, настояв на том, чтобы они спустились в метро. Акай отнекиваться не стал, спокойно подождав пол часа до открытия того самого метрополитена. Сейчас эти двое молча тряслись в грохочущем вагоне, слушая окружавший шум. Людей в столь ранний утренний час практически не было.

— Куда мы на самом деле едем? — вяло осведомилась Саша, опуская голову на плечо Акая. Она хотела спать, но виду старательно не подавала. — Я же знаю, что твой дом находится вообще-то на другой ветке. И станцию, где можно было бы пересесть, мы уже проехали.

Змееносец коротко фыркнул, покачав головой и поправляя очки на переносице. Он задумчиво прикрыл глаза, молчаливо давая Саше понять, что ответа она не дождется. Но девушка только мысленно отмахнулась от него, силясь не уснуть. И пусть. Какая, собственно, разница, куда ее тащил Змееносец? В конце концов, он явно не планировал причинять девушке вред.

Выйдя на одной из последних станций на ветке, Акай целенаправленно потащил Сашу в тот самый парк. Не-е-ет, не в тот, в котором полюбили собираться Хранители. Змееносец хотел побыть с ней наедине, а для этого требовалось место, о котором не знали все жители Зодиака. А потому привел он ее на их общую площадку для тренировок, которую эти двое облюбовали еще в начале первого курса. Правда, стоило признать, что они уже давненько тут не появлялись. Саша с какой-то грустью осматривала знакомую поляну, окруженную пнями. О, последствия тренировок.

Стволы деревьев тут были усеяны царапинами от катан и косы, некоторые пострадали больше. Какое-то странное подобие ностальгии накрывало. Здесь Саша впервые взяла в руки свое оружие, принимая его из рук тогда еще считавшегося всеми злым Змееносца. Здесь же он научил ее призывать гончих. Много чего, в общем, произошло на обычной поляне в парке, давно скрытой от обычных людей магической ловушкой, натянутой Акаем после того, как их тренировку случайно прервала группа детей, загулявших не туда… Ни один ребенок не пострадал!

— Ты ведь догадываешься, что происходит, — Саша, наконец, заговорила, остановившись за спиной у спутника.

Акай грустно улыбнулся, сжимая руку в кулак. Да, он догадывался, и был практически уверен в своей теории. Оставалось всего лишь собрать Хранителей в кучу и уточнить у них некоторые детали. Но с этим он никуда не спешил, в конце концов, собрание не представляло из себя большой проблемы. А вот поговорить с Сашей требовалось незамедлительно.

— Я знаю, — вздохнул Змееносец, оборачиваясь к девушке. — И знаю, что ты захочешь поскорее спасти все живое, чему может грозить опасность. Поэтому и притащил тебя сюда.

— Не понимаю тебя.

— Я должен тебе кое-что показать. Надеялся, что не придется этого делать, но…

— Хватит говорить клишированными фразами, ладно? — Саша ободряюще улыбнулась, опуская руку на плечо мужчины. — Должен? Так показывай.

Она спокойно присела на один из пней, закидывая ногу на ногу и выжидающе глядя на Акая. Саша для себя давно запомнила, что ему всегда необходимо было максимально сосредотачиваться на происходящем.

— Тебе будет страшно, — начал Змееносец, — но я не пытаюсь тебя напугать.

— Я смелая девочка, — отмахнулась Саша.

Мягко улыбнувшись, Акай прикрыл глаза. Легкий порыв ветра разметал белые волосы, когда в руках Хранителя появилась коса о двух концах. Короткий замах, пара фраз, брошенных в пустоту беззвучным шепотом, и перед ним уже выросли из земли несколько гончих. А Саша ведь даже и не заметила, в какой миг Акай сделал порез на своей ладони, чтобы призвать этих существ. Да уж, в боевой магии мало кто мог с ним сравниться.

— Главное, — он на миг задержал дыхание, а затем рвано выдохнул через плотно сжатые губы, — ничего не бойся. И смотри. Слушай. И думать, прошу, не забывай.

Саша уже открыла рот затем, чтобы вякнуть в ответ что-то в духе, погодите, подключу мозги к блоку питания, но Акай ей не дал на это времени. Резкий взмах косы в буквальном смысле сдул гончих, заставляя их рассыпаться на темную энергию и кровь, и тут же взмыть в воздух, причудливым облаком окутывая лезвие. Не успела девушка даже удивиться новому для нее зрелищу, как второе лезвие косы тут же просвистело прямо перед ней, заставляя Сашу взвизгнуть и отпрянуть, когда вторая часть оружия как раз находилась у нее за спиной. На это Акай и надеялся.

Он заставил косу исчезнуть, наблюдая за тем, как Саша провалилась в открытый черной магией портал у нее за спиной. И сейчас Змееносец свято надеялся на то, что она все поймет без его подсказок. Не зря же они так долго общались уже!

— Удачи, — тихо прошептал он, поправляя очки.

И вот она Саше сейчас бы не помешала.

***

Девушка не в полной мере осознала, что произошло в тот краткий миг, когда она зажмурила глаза, падая с пня. Через долю секунды она планировала повстречаться головой с травушкой-муравушкой да матушкой землицей. Но у вселенной, а конкретно у Акая, на этот счет были другие планы. Поэтому, открыв глаза, Саша с ужасом обнаружила себя в месте, которое ни разу не напоминало ей реальный мир.

Хотя, если присмотреться, а именно этим девушка и занялась, поднявшись на ноги, то очертания окружавшего ее пространства были похожи на здания. Только изуродованные. Словно их кто-то додумался обмакнуть в растопленную смолу. Она текла по стенам местами правильно, следуя законам физики, а местами словно бы ползла снизу вверх. А весь окружающий мир как будто бы засунули в старый фильм, сняв все на черно-белую пленку.

Внезапно сознание Саши с ужасом пронзило осознание того, что она узнавала место, в котором находилась. Это ведь был ее родной двор. В котором она выросла, играя с соседскими детьми. Только уже не было качелей, деревьев. Только дома, пугающие зияющей пустотой подъездных проемов и окон, в которых не осталось стекол.

Сделав шаг вперед на ватных, почти негнущихся от накатившего ужаса ногах, девушка взвизгнула, отпрыгивая назад. Она наступила в обычную, казалось, лужу. Но та внезапно ожила, выпуская черные мерзкие щупальца, которые обхватили ногу Саши и потянули ее вглубь, словно черная смолянистая жижа хотела поглотить девушку. Но той удалось спешно материализовать серебристый клинок и отсечь навязчивые щупальца, спешно отходя на безопасное расстояние. Да, что за чертовщина тут творилась?!

Саша со страхом оглядывалась, осознавая, что весь двор был прямо-таки заполнен этими лужами. А капавший с неба черный мерзкий дождь, по консистенции напоминавший мазут, мало того, что пачкал одежду, так еще и добавлял этим лужам сил сдвигаться с места и ползти к единственной живой душе, оказавшейся в предельной близости. К Саше. Плюнув на все, перепрыгивая через потенциальные препятствия, девушка выбежала со двора на улицу, желая увидеть там хоть кого-то. Спросить, что за чертовщина творилась кругом.

Но тут же сознание Саши пронзила яркая белая вспышка. Девушка споткнулась, падая на асфальт и в кровь сдирая колени. Воздух наполнился каким-то мерзким звоном, визгом сирен, человеческими криками и… стонами. И хотя девушка была свято уверена в том, что звуковая атака происходила только у нее в сознании, крышу от этого сносило знатно. Девушка пыталась зажать уши руками, опускаясь на землю и сжимаясь, силясь стать меньше, спрятаться от этого звука.

Пытка закончилась также быстро, как и началась. Вмиг все стихло. Но девушка еще несколько минут не находила в себе сил подняться или хотя бы открыть глаза. Но, стоило ей это сделать, как Саша тут же взвизгнула. Не сколько от страха, сколько от неожиданности она подскочила на месте, пытаясь отодвинуться в сторону и при этом не угодить в очередную ловушку.

Прямо перед девушкой стояли три детских силуэта. Объемные, облепленные этой странной черной субстанцией с ног до головы. Они почему-то казались Саше невероятно знакомыми. Двое девочек с хвостиками, одна с косичками. И в руках одна из них держала какое-то жалкое подобие плюшевого медведя. Саша похолодела, отступая назад, словно странное видение могло напасть. Это ведь были соседские дети, жившие на одной лестничной клетке с самой Сашей и Максом.

Девушка с ужасом оглядывалась, видя, как на улице появлялось все больше и больше этих самых призраков. Саша готова была расплакаться. Она не понимала, куда ее закинула магия. В тот момент она даже толком не осознавала того, что это была именно магия Акая. Что от нее требовалось?! Саша вскрикнула, когда рука одного из призраков коснулась ее плеча, потянув девушку к себе. Тут уже сработали отточенные рефлексы и Саша ударила призрака локтем в живот. И вот когда ее локоть прошел сквозь неплотную субстанцию так, словно это было желе, и призрак тут же растаял, растекаясь у ног девушки ненавистной лужей, тогда уже к горлу подступили первые рвотные позывы.

Тогда уже нервы Саши не выдержали. Зажмурив глаза, она взмахнула клинком, пополам рассекая ближайшие тени. Те беззвучно таяли. А Саша закрывалась руками, словно пытаясь скрыться от окружавшего ее кошмара. Девушка даже не замечала, что с каждой пропавшей тенью мир вокруг слегка вздрагивал, как будто действительно был фильмом, записанным на старую пленку, которая начинала перегреваться. Он становился чернее, и с каждой секундой словно бы сжимался, нависая над Сашей.

— Хватит! — взмолилась девушка, открывая полные слез глаза.

В ушах вновь поднялся шум. Саша, не зная себя от ужаса, осознала, что теряет равновесие. Словно ее неумолимо тянуло в очередную черную лужу. А призраки окружали, тянули к ней руки, словно пытаясь похоронить девушку под своими телами из вязкой мерзкой субстанции.

— Нет!

Она еще продолжала барахтаться в куче тел, больше похожей на скользкую липкую жижу, которая мертвой хваткой вцеплялась во все, до чего дотрагивалась. Девушка захлебывалась в ней, пытаясь вырваться. Но тщетно.

И когда она совсем уже сдалась, прекратив попытки сопротивления, все прекратилось также резко, как и началось.

Стоило Саше вновь появиться на поляне, как поджидавший этого возвращения Акай тут же подхватил ее под руки, не давая девушке ни единой возможности осесть на траву. Она разрыдалась, стоило знакомому аромату мужского одеколона ударить в нос. Тонкие пальцы цеплялись за белую рубашку, с силой сжимая ее. Саша плакала, не сильно заботясь о том, что вообще-то она некрасиво при этом краснела, и плакать в присутствии Акая раньше себе не позволяла. Почти. Ну, разве что, пару раз. Это не в счет!

— Тише, успокойся, все закончилось, — мягко шептал мужчина, прижимая к себе плачущую Сашу. — Тише… тише, все в порядке.

— Что это было? — проскулила она, только сильнее прижимаясь к Акаю, осознавая, что ноги не держат.

Он это почувствовал, а потому Змееносец вместе с девушкой опустился на траву, ни на миг не отпуская ее. Он сжимал хрупкое тело Саши в своих руках, осознавая, что все-таки сейчас по большей мере он сам был виновен в ее слезах. Но Акай знал, что сделанное им было единственным возможным вариантом для девушки. И для всего мира.

— Это был Хаос, — сквозь зубы прошептал он на ухо Саше. — Точнее то, что Хаос сделает с целым миром в общем, и нашим городом в частности, если хоть одна его капля проберется сюда.

— Но зачем, — Саша с силой стиснула зубы, пытаясь подавить так и норовившие подступить к горлу всхлипы, — зачем ты показал мне это?!

— Это нужно, правда. Потому что только тебе я доверяю настолько, чтобы показать это, — Акай продолжал шептать, словно боясь, что кто-то мог подслушать их. — Если мои предположения верны, то это знание тебе очень пригодится в дальнейшем. Верь мне.

И Саше ничего не оставалось, кроме как верить. Она всей душой доверяла Акаю, который за время их общения стал для нее самым близким человеком. Даже не Макс или Кастиэль. Змееносец заменял девушке отца и брата, был ей ближайшим другом и наставником. И, совмещая в себе все эти должности, он ни разу не показывал Саше то, насколько он на самом деле дорожил ею, как переживал за ее шкуру, ведь девушка так любила влипать в неприятности. Ведь, чего греха таить, Акай тоже привязался к девушке более чем к кому-либо в своей жизни. Ему сейчас казалось, что именно ради встречи с ней, с нелепым Водолеем, он когда-то выбрался из Астрала. Что все это было одним большим планом, где все ходы были расписаны на столетие-другое вперед.

Девушка продолжала доверчиво льнуть к Акаю, в этот миг видя только в нем так нужную ей поддержку. Не важно, что поддержка, собственно, и потребовалась с легкой руки мужчины. Он все равно оказывался рядом тогда, когда Саше не к кому было пойти. Обнял в больнице. Подошел в парке. В конце концов, именно он научил ее сражаться, призывать гончих и пользоваться микроскопом. Последнее пока, правда, пригодилось больше всего, что не могло не радовать. Все-таки, последние несколько лет были, на удивление, мирными. Но этот хрупкий мир, кажется, мог быть бесцеремонным образом нарушен.

Саша провела в видении не более нескольких минут, но показались они ей настоящей вечностью. Да и Акай не ожидал, что видение могло оказаться настолько жестоким по отношению к девушке. Ведь, как ни крути, ее волосы все еще пахли мерзкой жижей, а содранные в кровь колени неприятно саднили.

— Я всю жизнь любила пятницы, — всхлипнула Саша, постепенно приходя в себя. — Но эта явно не задалась.

— Понадейся, чтобы остальные не стали такими же, — позитивно буркнул Акай, взъерошивая светлые волосы девушки. — Тебе пора помыть голову. Пойдем ко мне, заодно накормлю тебя.

И он, не спрашивая разрешения девушки, перенес их к себе в квартиру.

***

По полудню все Хранители, за исключением Льва и Единорога с Пегасом, в спешном порядке были собраны Акаем на главной площади Зодиака. Большинство искренне недоумевали, чем было вызвано волнение самого Змееносца. Он ведь все-таки славился тем, что обладал самой железобетонной выдержкой из всех.

— Я понимаю, что это прозвучит странно, — без предисловия начал Змееносец. — Но могло случиться кое-что очень плохое. И чтобы удостовериться в том, что оно таки случилось, мне нужно у вас кое-что уточнить. Я догадываюсь, что каждый из вас почувствовал себя странно накануне вечером.

Повисла тишина. Акай делал театральную паузу, наблюдая за перешептывающимися Хранитлями. Они все поголовно переглядывались, сетуя на то, что мозгом Змееносец таки поехал, кажись.

— Я серьезно! — продолжал Акай. — Что угодно! Головокружение, кошмарный сон, головная боль, судорога, обморок… не знаю, дергающийся глаз, колики в животе, это могло быть что угодно! Но без видимой на то причины, кратковременно и неприятно. Признавайтесь!

Он обвел собравшихся испытующим взглядом. Никто даже не пикнул. Конечно! Они ведь не подозревали даже о том, насколько все могло быть серьезно. Большинство могло на подобную симптоматику даже внимания не обратить.

— Саш, — Змееносец бросил на девушку выжидающий взгляд.

Он словно просил ее подыграть. Да уж, словно бы это все действительно было только игрой. Ах, если бы! Акай бы тут с радостью посмеялся.

— Сегодня ночью судорога все тело схватила, я словно отключилась на секунду. Тарелку чуть не разбила, — буркнула девушка.

Она смотрела на окружающих примерно с теми же эмоциями, что и Акай. Потому как сознание сделало неутешительный вывод относительно того, что Змееносец не стал бы просто так засовывать девушку в то пекло, которое ей пришлось пережить. Могло ли это означать, что нечто подобное предрекал Акай для окружавшего мира? И можно ли было это остановить?!

— У меня то же самое, — первым подал голос Макс.

Опять тишина. На этот раз прямо-таки гробовая. Хранители как будто реально боялись признаться, что они облажались и сами не заметили подобное!

— Послушайте, — сквозь зубы процедил Акай, — из-за этой штуки Алекс в больнице, он, Зодиак вас побери, в коме! У меня было то же самое, меня разбудили судороги и…

— Алекс в коме не из-за этого, — тихо подал голос Лесса. — А из-за меня. Когда я реанимировал его, в какой-то момент я мог ему помочь. У него были проблемы с дыханием, я мог с этим помочь. Но… перед глазами все внезапно поплыло, и я побоялся что-либо делать с трясущимися руками.

— Это обычная чертова магия! — влез Кастиэль. — Ты ни в чем не виноват, Лесса. Я вчера из-за этого чуть под поезд в метро не свалился. Слабость резкая накатила, я шатался как алкоголик. Думал, что недосып. А если тут такое у каждого…

— Тогда это не фатальный недосып по фазе, — справедливо подвела итог Эльза. — У меня ночью припадок какой-то случился. Чувствовала себя эпилептиком.

— А я с брусьев упал, когда все мышцы одеревенели резко, — подал голос Ясон, все это время мирно читавший книжку. — Раньше никогда такого не было.

И так, спустя несколько минут, каждый из Хранителей нашел у себя за последние двадцать четыре часа что-то, что подходило бы под описание Змееносца. И с каждым словом, произнесенным ими, Акай все больше напрягался. Он, правда, заметил, что во время обсуждения только одна фигура молча держалась в стороне. Кивнув Саше, мол, послушай их дальше вместо меня, Акай отошел к одиноко тусующейся около ближайшего дерева фигуре.

— И что ты здесь делаешь? — спокойно осведомился он, встречаясь взглядом с Кирой.

— Яблоки ем, — она флегматично кивнула на россыпь фруктов под ногами, — очень вкусные, всем советую. Приходи, ешь, и детей приводи.

— Кира, — Акай выдохнул. — Скажи мне, что у тебя было что-то подобное.

— Неа, — без раздумий отозвалась Скорпион. — Я после вчерашней вечеринки спала настолько без задних ног, что никакие судороги меня бы не подняли. Да и вообще, — она недовольно фыркнула, — это все полный бред. Притягивают за уши свои болячки, а потом говорят, ой-ой, апокалипсис рядом! Алексу от этого лучше не станет.

— А ты хоть в палате у него была? — прошипел Змееносец. Его глаза недобро сверкнули, заставив девушку отойти на пару шагов от греха подальше. — Демагог. Признайся, что не хочешь даже задуматься потому, что это я спрашиваю.

Кира буркнула что-то себе под нос. Она бы в жизни не призналась, что все еще ненавидела Змееносца до глубины души. Из всех ее не сложившихся отношений он был единственным, кто позволял себе втаптывать ее в грязь, когда она этого заслуживала. И, что самое главное, Кира чувствовала себя богиней каждый раз, когда разрывала очередные наскучившие отношения. Но не с Акаем! Он сам бросил ее, заставив самолюбие Скорпиона знатно пострадать.

— Хоть понимаешь, что может случиться действительно тотальный апокалипсис из-за того, что ты не можешь удержать свои эмоции в узде у мозга? — продолжал шипеть Акай. В эти моменты становилось понятно, что змеи, кажется, произошли от него.

— Я действительно не чувствовала ничего подобного, и считаю, что твоя теория — полная туфта! Хора бы увидела в картах, если бы близился тотальный ап…

Она закашлялась, выронив из вмиг одеревеневших пальцев остатки яблока. Змееносец не сразу сообразил, что пошло не так, как Кира тут же ударилась спиной о ствол дерева, пытаясь выплюнуть громоздкий кусок яблока. К ней тут же поспешил Лесса, который готов был оказать любую первую помощь.

А Акай только отошел в тень дерева. Он поймал на себе вопросительный взгляд Саши и, как бы ему не хотелось этого делать, горько ей кивнул. Его опасения подтвердились.

Глава 5 - Семейные проблемы

— Бей с локтя! Давай, да!

Саша чуть не подпрыгнула на месте от распиравшего ее адреналина.

— Вот мое вам здрасьте, — Нина фыркнула, завалившись на спину. — И ешьте его себе без соли и перцу.

Она вдавила до упора кнопку в джойстике и на экране алыми буквами высветилась надпись, уведомляющая всех присутствующих о безоговорочной победе девушки. Рядом, недовольно глядя в экран, на котором персонаж Нины довольно танцевал не то сальсу, не то макарену над телом поверженного противника, сидела владелица того самого тела.

— По-моему, это не честно, — коротко буркнула Ната, косо поглядывая на валявшуюся на диване Нину. — У тебя персонаж — маг!

— И шо? — раздалось с дивана. — Никто тебе не виноват, что ты смотришь скорее на внешность персонажа, чем на его набор навыков.

— Я бы посмотрела на тебя, если бы магией льда кидалась я, а у тебя бы только и была парочка ударов руками, — продолжала нудеть Ната.

— Нужно уметь прожимать комбо-атаки! — Нина назидательно вознесла палец к потолку, с которого на нее смотрел одинокий комар.

— Либо вы заканчиваете спорить, либо я сыграю против вас обеих! — донеслось с кухни.

И тут же обе девушки замолкли. Да уж, соревноваться в играх с Лессой — тот еще вызов для психики. Парень, казалось, вообще никогда не проигрывал. Сложнейшие шутеры он умудрялся проходить с первой попытки, а на самые объемные стелс-игры вообще тратил по паре часов, играя, если не с закрытыми глазами, то уж точно левой рукой.

Когда девушки продолжили ссориться, Саша только молча покинула комнату, делая вид что ее там вообще не было. Она проскользнула по коридору, чуть не споткнувшись о растянувшуюся на прохладном линолеуме Уру. Да уж, жара сморила лисичек по полной программе. Кажется, Фюр отдыхала вообще в ванной (не ванной комнате, а именно в самой ванне). Покачав головой, Саша вышла на кухню, окидывая ту взглядом.

На подоконнике, что-то увлеченно тыкая в телефоне, сидел, вытянув ноги, Лесса. Он периодически бросал короткие взгляды то на плиту, на которой бурчал в кастрюльке супчик, то на часы. Парень сегодня готовил ужин для Нины и ее гостей. И вчера. И позавчера. И завтра будет готовить. В этом доме вообще почему-то чаще готовил Лесса. Получалось у него классно, за годы совместной жизни Нина надрессировала себе самого настоящего домашнего шеф-повара.

— Мне нужно будет отлучиться. Присмотришь за этими двумя? — Саша мягко улыбнулась, дождавшись того великого момента, когда Лесса поднял голову от телефона и встретился с ней взглядом.

— Я похож на кого-то, кто может одновременно сидеть с детьми и варить супец? — он с подозрением изогнул бровь. — Иди уж, раз собралась. Все равно в ближайшие пятнадцать минут я планирую отобрать у них приставку и пересадить обеих за компьютер. И пусть развлекаются, как хотят.

— Ты не хочешь поберечь зрение моей лучшей подруги? Она, вообще-то, еще и твоя девушка. По совместительству, — Саша оперлась спиной о дверной косяк. — Я, конечно, не офтальмолог…

— Посмотри на меня, — Лесса улыбнулся, возвращая все свое внимание телефону, — я задрот со стажем. Играю во все подряд с того момента, как изобрели тетрис. И не жалуюсь на проблемы со зрением.

— Ты, на минуточку, бессмертный Хранитель.

— А она тоже не далека от этого, — загадочно улыбнулся Лесса. Затем, осознав, что сказал это вслух, спохватился. — В смысле… мне кажется. Так.

Саша многозначительно отмахнулась, зная, что больше ничего от старшего Близнеца не добьется. Была у Лессы такая дивная особенность. Если он внезапно запинался в диалоге — быть беде. В такие моменты он мог перестать говорить с тобой, резко переключая все свое царственное внимание на любую вещь, которая попадала ему в руки. И, о боги, в этот раз в руки парня угодил телефон. Можно было считать Лессу недееспособным еще на пол часа. Минимум.

Бросив короткий взгляд на суп, и оценивая, не начинала ли из него испаряться картошка, да не устроила ли курица побег, Саша вернулась в комнату и завалилась на диван, тут же затыкая уши наушниками. Девушка решила все-таки досмотреть уже начатую очередную серию очередного бесконечного сериала. Она вообще смотрела сериалы крайне редко. Но если смотрела, то залпом три сезона за неделю. А потом еще два. И так по накатанной, пока не заканчивался сериал. Правда, обычно где-то после седьмого сезона таки начинались проблемы… У Саши. Макс уставал по сто раз за вечер слышать одни и те же имена, раздающиеся из динамиков, а потому постоянно дарил девушке наушники за 50 рублей, которые она благополучно теряла.

Так и на этот раз девушка с головой погрузилась в мир разборок в гареме очередного султана какого-то там Сулеймана. Сидя в наушниках, она даже не заметила, когда в комнате успел появиться Кастиэль. Окинув собравшуюся братию задротов, он подавил полный спокойствия вздох и направился прямиком к Саше. Наклонившись, заглянул к ней в экран и вытащил один наушник из уха девушки.

— Что на этот раз? — он склонил голову набок, приветливо улыбаясь.

— Ой, ты не представляешь, — Саша прикрыла крышку ноута, — эта Махидевран в который раз ставит палки в колеса этой, как ее… Хюррем, вот! А она…

— О, Зодиак, — Кастиэль без сил завалился на диван рядом с девушкой, ладонями закрывая лицо, — Саш, сколько можно?! Черт, да настоящая Османская империя закончилась быстрее, чем твой «Великолепный век»! Собирайся, нас ждут вообще-то.

***

Спустя полтора часа, Саша вместе с Кастиэлем объявились на студии у Эльзы. Если кто-то вдруг не знал — Козерог уже несколько лет давала приватные курсы танцев. Когда она заявила своим друзьям-Хранителям, что она вообще-то круто танцует, никто не поверил. А теперь в коллекции девушки уже даже было несколько кубков по спортивным бальным танцам. Оставалось только гадать, где она им научилась.

В студии также присутствовали Иннокентий Анатольевич, Саша никак уж не могла отвыкнуть обзывать его по имени-отчеству, Ясон, в шутку прозванный девушкой Ясенем, Мару и Кира. Вся эта честная компания согласилась собраться, чтобы поздравить Эльзу с победой в каких-то местных конкурсах. Девушке пророчили, что ее даже могут выдвинуть выступать на каких-то всероссийских соревнованиях.

По случаю такого достижения были куплены пять бутылок вина и тортик. Ну, и девушка предварительно заказала суши и пиццу. В компании, правда, кроме нее суши никто не ел, находя это чем-то из ряда вон выходящим. Но Козерог это чудо японской кухни уплетала за обе щеки, сетуя на то, что Макс явиться не смог, иначе бы разделил ее любовь к его родной кухне. Парень действительно сейчас находился на работе, но и не слишком расстроился от осознания того факта, что на праздник жизни он явиться не сможет. Правда, Дракон все-таки слегка нервничал. Зная аппетиты Эльзы, которая практически никогда не пьянела, касательно алкоголя, Макс всерьез задумывался над тем, не придется ли ему забирать пьяную Сашу домой в три часа ночи.

Маленький праздник проходил как-то по-семейному тепло и душевно. Все обсуждали какой-то насущный бред, уплетая за обе щеки пиццу. Мару притащила несколько коробок ароматических свеч с ванилью, которые были тут же расставлены по всему периметру студии. Все-таки Рак за последние несколько лет умудрилась построить целый небольшой бизнес на продаже ароматических свеч, масел и разных видов мыла. Это приносило отличный доход и радовало девушку, которая все меньше времени стала уделять своей непосредственной обязанности. Наблюдению за границами, разделяющими мир вполне себе материальный, и Астрал.

В конце концов, устав от вездесущего аромата любимой Мару ванили, Саша вышла на крыльцо студии, шаря по карманам в поисках сигарет. Ей хотелось отдышаться, но еще больше хотелось расслабиться, не выслушивая в свой адрес упреков Макса или Акая относительно того, что курение вообще-то вредит здоровью. Но стоило на кончике сигареты загореться крохотному огоньку, как на крыльце объявился Телец. Он окинул Сашу осуждающим взглядом, заставив девушку поежиться. Вообще, с Ясоном у нее были неплохие отношения, хоть эти двое и виделись достаточно редко.

Как оказалось, горообразный Хранитель, который подошел бы на роль любого героя из мифов древних Греции и Рима, занимался не только тренировками и поддержанием своей физической формы. Ясон, просивший друзей называть его Яном, ну, или хотя бы не Ясенем, обожал научную фантастику и зачитывался ею постоянно с того момента, как этот жанр был изобретен. И порой эта маниакальная, фанатичная любовь к литературе переходила все границы. Ясон мог практически дословно цитировать творения как Брэдбери, так и Беляева. Ну, зато он был интересным и отличным собеседником. Куда более понимающим, чем казался на первый взгляд.

— Я собираюсь ехать в больницу к Алексу, — коротко бросил он, глядя на девушку. — Отвезу ему кусок пиццы. Он ее обожает.

Внутри у Саши что-то защемило со страшной силой. Она кивнула, молча следуя за Тельцом до спуска к станции метро. Он практически всегда так общался, если не говорил о литературе. Речь состояла из односложных простых предложений, словно бы Ясон не хотел себя ими обременять. Да и вообще, по правде говоря, не был он самым общительным из Хранителей. Потому до больницы, да и до палаты Льва эти двое, уйдя не попрощавшись с праздника Эльзы, добрались абсолютно молча.

В таком же гробовом молчании зашли в палату к другу. Теперь еще и старались не шуметь, ведь в кресле у больничной койки спала, укрывшись белым халатом, Лисса. Саша аккуратно присела на край той самой койки, практически невесомо касаясь прохладной ладони Алекса. Она никогда не находила в себе силы приходить сюда в одиночестве, а потому с момента попадания Льва в больницу девушка была тут лишь в третий раз. Она смотрела на своего друга, впервые на ее памяти такого тихого и неподвижного. Черт, а Лев ведь всегда был настоящей батарейкой. От него энергией так и разило во все стороны. Казалось, что, прикоснувшись к нему, можно зарядиться той самой энергией и позитивом на весь день. Он всегда был таким шумным… а теперь затих.

Атмосфера палаты окутывала каким-то прохладным, наверное, полиэтиленовым покрывалом. Заставляла чувствовать себя практически клиентом морга. Воздух мелкими иголочками впивался в кожу, вместе с тишиной и ленивым пиканьем медицинского оборудования больно тыча этими иглами в сердце и легкие. Саша зажмурилась, наконец, аккуратно сжимая в руке пальцы Алекса. Она смотрела на то, как Ясон оставил в пластиковом контейнере на тумбочке кусок пиццы. О, это же была любимая пицца Алекса. Та самая, которая…

— С двойным сыром, охотничьими колбасками и зеленым луком? — подала голос едва проснувшаяся Лисса. — Привет.

Она встала со своего места, приближаясь к Саше и приветственно обнимая ее. И тут же обеих девушек в свои сильные объятия заключил и Телец. Внезапное горе, такое редкое в стане бессмертных Хранителей, удивительным образом сплотило и сблизило их. Они внезапно с какой-то холодной, почти страшной ясностью ощутили необходимость заботы о ближних, нужду в том, чтобы срочно защитить всех остальных Хранителей, кроме себя самого. Ведь откуда-то вылезла уверенность в том, что тебя прикроют остальные. Круг замкнется, все будут защищать друг-друга, и все будет прекрасно.

— Какая идиллия, — в дверях стоял, накинув на плечи белый халат, Акай. — Вы говорили с его лечащим врачом, или только предавались обнимашкам?

— Мы только пришли, — коротко бросил Ясон, выпуская девушек из объятий.

— Мы?.. Саша? — брови Змееносца удивленно поползли вверх. — Не ожидал увидеть тебя здесь. Сейчас. Разве вы не должны праздновать какой-то там дебют Эльзы?..

— Вообще-то она и тебя приглашала, — хмуро буркнула Лисса, подавив зевок. — И меня.

— У меня были причины не приходить. Я одним своим присутствием порчу настроение Кире, а она обладает способностью в таком состоянии портить настроение всем окружающим, — пожал плечами Акай, входя в палату и опираясь о стену.

— Ты одним своим существованием ей покоя не даешь, знаешь же, — коротко улыбнулась Саша, приветственно кивая Змееносцу. — Вообще, хорошо же Кире там икается. Мы просто решили зайти. Вдруг…

— Каждый из вас заходит с мысленным «вдруг», — сухо оборвал Акай. — А вдруг он очнется. Вдруг что-то станет лучше. Вдруг…

— А вдруг умрет? — внезапно подал голос Ясон.

— Что?! — в один голос воскликнули Лисса и Саша, все свое внимание вмиг переключая на Тельца. — Ты вообще в своем уме, говорить такое?

— А ведь он прав.

Акай всегда был таким. Холодным, если требовалось констатировать какой-то ужасный факт, признать чью-то вину, отчитать за содеянное. Саша привыкла видеть его таким в университете. Когда он стоял у учительского стола, точно также накинув на плечи белый халат, и объяснял какие-то очередные химические реакции. Рассказывал о влиянии тех или иных соединений на человеческий организм. Именно в такие моменты в голосе преподавателя слышался металл, привкус которого ощущается на языке, если неаккуратно прокусить губу. Но Саша в последнюю очередь ожидала услышать подобный тон сейчас.

Здесь. В адрес Алекса.

— Тебе есть, что сказать? — нахмурившись, девушка впилась взглядом в Акая. — И не смей увиливать от ответа. Знаешь же… я почувствую!

Акай отошел от девушки, покачав головой. Она давно знала этот жест. Змееносец готов был ответить на ее вопрос, но только не при свидетелях. Саша махнула рукой, пулей вылетая из палаты и выбираясь на лестничную клетку. Достала пачку сигарет.

— Брось, — раздалось за спиной.

Девушка обернулась, чуть не стукнувшись лбом о подбородок тихо подошедшего Акая.

— Отвечай, — прошептала она, опасаясь даже взгляд на него поднять.

— Я говорил с Лакусом, — ровно отозвался Акай. — Они скоро вернутся. Но, будучи в Лондоне, ребята видели то, чего не должны были видеть.

— Что?..

— Осколок Хаоса.

— И как это связано с Алексом? Акай, — Саша подняла глаза, упираясь руками в грудь Змееносца, — прошу, прекрати говорить кусками текста, заставляя меня вытаскивать из тебя слова клещами! Это опасно?

— Ты даже не представляешь, насколько, — выдохнув, Змееносец накрыл ладонь девушки своей, — осколки Хаоса пожирают все, что их окружает. И появление такого осколка может быть связано только с каким-то конкретным Хранителем, который может его уничтожить. Если этого не сделать… осколок Хаоса разрастется до масштабов города. Затем страны. Континента.

— Ты хочешь сказать, что-то, что ты мне показывал…

— Да, Саш. Я показал тебе то, что способен сотворить один осколочек Хаоса, просочившийся в наш мир, — Акай сгреб Сашу в охапку, прижимая к себе, чтобы не позволить девушке осесть на пол из-за внезапно подкосившихся ног. — И если такой осколок будет принадлежать Алексу… Лев может умереть.

— Умереть?.. — она не верила своему голосу.

— Появление одного осколка свидетельствует только о том, что моя теория оправдалась. Те наши судороги, боли. Это Хаос раскалывался на части, и каждая такая судорога символизировала осколок, связанный с кем-то из нас, который проникал в этот мир.

— Хочешь сказать, в нашем мире сейчас тринадцать осколков Хаоса, способных уничтожить все живое?!

— Шестнадцать. Ты забыла посчитать меня и этих двоих.

— Но как?..

— По одному осколку на каждого, кто когда-то покинул Астрал. И, я не хочу тебя разочаровывать, но все Хранители изначально были рождены Хаосом.

Внутри у Саши что-то взорвалось со страшной силой. Её новой семье грозила опасность. И её родному миру тоже.

Глава 6 - Вавилонская башня

Двумя днями ранее:

— Нет, я решительно не понимаю одного: куда в тебя столько влезает?! — восклицал Лакус, сидя на парапете и наблюдая за тем, с каким аппетитом Линделл уплетал за обе щеки уже пятый пончик.

— Я... на самом деле не хотел и четвертый, — честно признался Единорог, смущенно отводя взгляд и рукавом свитера размазывая по губам сладкий сироп. — Ну, просто, понимаешь, он был розовый и с этими сладкими звездочками! Я не удержался.

— Ага, — Пегас фыркнул, ловким щелчком отправляя в ближайшую урну окурок. — Дай угадаю: а пятый соблазнил тебя шоколадным сиропом с какими-то блесточками?

Линделл только повел плечами, слизывая с пальцев остатки тех самых съедобных блесток. Его слабость к сладкому ни для кого не была секретом, особенно для Лакуса, с которым они были знакомы уже более пяти тысяч лет. Эти двое через многое прошли, всегда рядом, рука об руку. Стеснительный Единорог идеально дополнял дерзкого и шумного Пегаса. Словно бы судьба с самого начала задумывала сделать их самыми близкими друг для друга людьми.

Сейчас они сидели на одной из улочек Багдада, взглядами провожая местных жителей. Прибыв в Ирак, друзья искали свою родину, великий город Вавилон. Однако же на его месте нашли лишь руины, напоминавшие им о прошлой жизни. О той, где они не были Хранителями, где не было тысячелетий, проведенных в Хаосе.

В мире Зодиака редко об этом говорили, но у каждого из Хранителей была и другая жизнь. У некоторых их было несчетное множество. Они жили и были обычными людьми до того, как их призвал Астрал, сотворивший в свое время мир Зодиака. Затем многие возвращались в мир людей, проживая одну жизнь за другой, оставляя свои следы в истории. Не даром же во многих мифологиях были повторяющиеся мотивы. Все-таки Хранители прошлого не умели быть оригинальными, вот и рассказывали людям разных эпох похожие истории. Они представали перед людьми всесильными существами, помогавшими на жизненном пути. Их почитали во всех культурах мира как божеств, духов и высшие силы.

— Ты не скучаешь? — внезапно подал голос Лакус, закуривая очередную сигарету. — По прошлому.

— Смысл? — Линделл грустно улыбнулся. — Нам не вернуть то время, когда мы были детьми. И никуда не деться от нашего бессмертия. И... — он вздохнул, — от всепоглощающей тоски, что приходит иногда.

— Эвра тоже так говорит. Тц, Макс, никак не могу привыкнуть к его новому имени. Сколько он их уже сменил? Не важно! — Пегас отмахнулся от собственных мыслей. — Он звонил недавно, просил вернуться поскорее. Соскучился, бедняга.

— Ты не слишком с ним жесток? — Линделл прикрыл глаза, внезапно ощутив какой-то легкий укол в районе сердца.

— А что ему станет? — Лакус рассмеялся. — Пять лет, нас не было всего пять лет! Что это на карте вечности? Я тебя умоляю, он там как белка под кофеином носится вокруг Водолея. И вообще, не понимаю я этого вашего «забыть прошлое». Как можно забыть то, что является частью нас самих? Мы состоим только из воспоминаний, которые делают меня мною, а тебя... — он перевел взгляд на друга, сжавшего в тонких пальцах ткань свитера. — Эй, Лин, с тобой все в порядке?!

— Хаос, — сквозь сжатые зубы процедил Единорог, вставая и опираясь о плечо друга. — Рано или поздно это должно было случиться.

Щелкнув пальцами, он принял свой второй облик. В нем боль практически не ощущалась, но все равно что-то внутри подсказывало Линделлу, что даже его магия не способна была в полной мере избавить его от того, что готовил Хаос.

— Ты уверен? — Лакус отстранился от друга, смерив того хмурым взглядом.

— Я ощутил это. Акай рассказывал историю о том, что видел когда-то. Он ведь был первым из Хранителей. Тогда Астрал создал его, чтобы противостоять самому себе. Хаос иногда выплескивается в мир людей, желая поглотить тот. Хранители были созданы... как печати, не дающие темной силе завладеть этим миром. Но мы, со всеми этими перемещениями между мирами, истончили ту грань, которая их разделяла. Акай говорил, что рано или поздно, мы ответим за это Хаосу. И мне кажется, что... время пришло, — Линделл сжал руку в кулак настолько сильно, что меж пальцев потекло несколько тонких струек крови. — Пойдем.

— Что? Куда?! — Лакус подскочил, следуя за другом.

— Думаю, я чувствую Хаос. Он где-то рядом, — сквозь зубы процедил Единорог.

Отойдя за угол и удостоверившись в том, что их никто не видел, Линделл сжал руку друга в своей. Закрыв глаза, он мысленно направил всю свою магию перемещения на то, чтобы оказаться в той точке, из которой он чувствовал бьющие по мозгам волны Хаоса.

Оказавшись на берегу реки Евфрат, вдали от цивилизации, Единорог осмотрелся. Не заметив ничего странного, просто позволил неведомому ощущению вести себя. Он шел, не обращая внимания на едва поспевавшего за ним Лакуса. Тот что-то твердил о том, что если бы Хаос выплеснулся в мир людей, то остальные Хранители непременно уже забили бы тревогу и сообщили об этом. Но Линделл не слушал. Приблизившись к берегу, он взглянул на воду. В ней отражался мальчик, худощавый, на вид ему было лет 12. Он носил пыльную тунику, что когда-то была белой, а кудрявые светлые волосы его были растрепаны.

— Лакус, — Линделл замер, опустившись на корточки и протягивая руку к отражению. — Это же...

— О Зодиак... — Пегас, заметив то, на что смотрел друг, упал на колени, глядя на воду. — Это же ты! Только... давно, очень давно. Еще когда...

— Когда я служил твоему отцу, — сквозь зубы процедил Линделл, опуская руку в воду. — Вот как, — он улыбнулся, но сколько же горечи было в той вымученной улыбке.

В руке Единорог сжал измочаленную плеть, видавшую и лучшие времена. Лакус смотрел на него с непониманием, пытаясь осознать, откуда в кристально чистой воде взялся этот предмет. Ведь сам Пегас его не видел. До того момента, как Линделл поднял тот на поверхность. С плети не стекали капли воды, она не отбрасывала тени.

— Осколок Хаоса, — с ужасом в глазах выдохнул Пегас, глядя на лицо друга. — Лин, ты как?.. Лин? Линделл?!

***

Линделл знал это место.

Он все еще стоял на берегу Евфрата. Правда, река была куда более полноводной, чем в наше время. Кругом цвели кусты, где-то у воды резвились ребятишки, одетые в свободные туники. Они плескались в воде, строго не отходя далеко от берега. Наверняка боялись, что их на дно утащит Энки, бог-повелитель воды. Кажется, именно так родители пугали своих сыновей, чтобы те не купались в реке.

В груди у Единорога с силой защемило, когда он увидел у воды двоих мальчиков. Они плескались отдельно от остальных детей. Те же словно опасались приближаться к ним. В рыжеволосом озорном мальчугане, одетом в дорогое платье, можно было узнать юного Лакуса. Правда, Линделл еще помнил, что в те незапамятные времена, он носил имя Ияр. Рядом же с ним, опасливо озираясь, топтался кудрявый мальчуган, с ног до головы вымазанный в дорожной пыли. С ужасом глядя на себя со стороны, Единорог лишь подметил то, что за пять тысяч лет он не слишком-то изменился. Разве что стал повыше, да перестал также озираться по сторонам да дрожать от каждого шороха. Только фильмы ужасов все еще не мог смотреть без содрогания, и плевать, что пережил ни одну кровопролитную битву.

— Нет... — одними губами прошептал Единорог, вспоминая тот день так, будто бы это было вчера. — Уходите, прошу... Уйдите отсюда немедленно!

Он бросился к детям, но не смог их коснуться. Они не видели его, не слышали, словно бы Линделл и не стоял в шаге от них. Единорог с силой сжал в руке плеть. Он знал, что сейчас произойдет.

— Осколки Хаоса — вещь поистине жуткая, — говорил когда-то Акай, сидя в Астрале и глядя на мир Зодиака сквозь тонкую грань. — Они контролируют тебя, стоит тебе их коснуться... погружают в мир воспоминаний, воссоздают каждую мелочь. Хаос измывается над тобой, пытается сломать вновь и вновь. Он показывает то самое страшное, что было в твоей жизни. Тот момент, который стал для тебя переломным, поступок или событие, которое ты никак не можешь себе простить. То самое воспоминание, что годами жрало тебя изнутри, он выпускает наружу.

— И как же бороться с осколками Хаоса? — рядом с Акаем сидел черноволосый юноша. Линделл уже и не помнил его имени, но знал, что парень в прошлом был Хранителем знака Ворона.

— Никак, — Змееносец только пожимал плечами. — Им можно только сдаться, позволив вытянуть из тебя всю ту боль, что ты пережил когда-то. В прошлом мы ничего не можем изменить, а если бы и могли, то Хаос не позволил бы нам такой вольности.

— Как же ты избавился от осколка Хаоса? — Дракон рядом скептично изогнул бровь.

— Я признал, что был не прав, — Акай грустно улыбнулся. — Хаосу это признание и ломаного гроша не стоило. А мне... знаешь, мне оно было нужно. Чтобы отпустить прошлое, и лишить себя той боли, что терзала. Хаос вырывает из нас воспоминания, питается ими. Нужно отпускать, но ни в коем случае не забывать. Иначе мы лишимся самих себя.

Линделл не знал, как отпустить то прошлое, что мучило его все эти годы. Он прикрыл глаза, слушая веселые речи детей.

— Эй, Юнан, давай искупаемся? — Ияр, тогда еще не знавший о том, что им суждено быть Хранителями, беспечно бегал по колено в воде.

— Господин Ияр, не стоит. Матушка ведь говорила вам, что Энки может разгневаться, это навлечет беду на весь ваш род...

— Чего ты боишься? Матушки тут нет, а с Энки я, так и быть, договорюсь по старой дружбе, — он расхохотался, и смех тот Линделл готов был слушать бесконечно долго. Таким он был родным. — Я тебе рассказывал, что мне как-то раз удалось найти меч самого Шамаша*?

— Господин Ияр, вы не шутите?! — глаза юного Единорога, тогда еще звавшегося Юнаном, полезли на лоб от удивления.

— А ты мне не веришь?! Вот так и знай, тут и нашел! — Ияр топнул ногой по воде, поднимая брызги и заставляя друга отскочить от кромки.

Линделл не сдержал улыбки. Такими свободными и веселыми казались ему дети. Если бы он не знал горькой правды о том дне, которую Хаос словно бы специально оттягивал.

В свое время, пять тысяч лет назад, еще до того, как Пегаса и Единорога призвал Зодиак, они были обычными детьми. Ияр был сыном главного зодчего Вавилона, его огненный и задорный характер был известен, наверное, каждому в городе. Юнан же был выходцем из семьи слуг. Мальчик мечтал обучаться клинописи в доме писца, и родители с трудом наскребли денег на его обучение. Правда, выяснилось, что Юнан был далеко не самым понятливым учеником. Клинопись ему давалась с большим трудом, и многие его таблички приходилось исправлять Ияру. Юнан и его семья служили в доме главного зодчего, и будушему Единорогу иногда выпадала честь подметать полы в комнате его сына. Мальчики, познакомившись, быстро сдружились. Но дружба эта была не по душе как родителям Юнана, так и отцу Ияра. Первые считали это чем-то излишним, второй же считал слуг не более чем пылью у своих ног. Как же мог его сын общаться с такими людьми? Юнана неоднократно избивали палками и плетью за то, что он, ослушавшись приказов, все-таки отправлялся в покои Ияра, чтобы провести с ним хоть минуту-другую.

В тот злополучный вечер Ияр уговорил друга сбежать из дому и отправиться к реке. Никто не знал, что слуги донесли отцу мальчика о том, куда он направился. И в чьей компании, конечно же.

— Сын, я не ожидал от тебя подобной низости! Сколько раз я говорил тебе о том, что этот отброс не достоин даже твоего взгляда? А ты якшаешься с ним, будто бы вы друзья! — восклицал отец Ияра, явившийся на реку и заставший там сына вместе с Юнаном.

— Но отец, он и вправду мой друг! Лучший друг! — всхлипывал Ияр, глядя на лежавшего в пыли Юнана, отброшенного туда ударом одного из отцовских стражников.

— Не смей даже думать о таком, не то, чтобы говорить вслух! Ишь ты, чего удумал. Дружить с этой падалью, — отец Ияра сплюнул. — Что обо мне люди подумают? На смех поднимут! Мой сын носится со слугой!

— Ты хоть иногда думаешь обо мне, а не о людях?! — внезапно воскликнул мальчик, утирая со щек горькие слезы.

— Молчать! За такие речи ты будешь наказан. На колени!

Линделл дернулся, словно бы его ударили, когда мужчина приблизился к нему, выхватывая из рук ту самую плеть, что и оказалась осколком Хаоса.

— Нет! — только и воскликнул Единорог, глядя на то, что произошло в следующую секунду.

Плеть легко разорвала тунику на спине юного Пегаса. Следующий удар ужалил обнаженную кожу, окрашивая спину мальчика в красный. За пятым ударом песок у ног мальчика почернел от веера алых брызг.

— Это и есть твой осколок Хаоса? — Единорог вздрогнул, когда на его плечо легла рука друга.

— К-как ты здесь оказался? — хрипло простонал Линделл, не в силах оторвать взгляда от картины, филигранно воссозданной Хаосом.

— Звездная связь, все дела, — Лакус пожал плечами. — Я найду тебя в любом измерении.

— С того самого вечера не было и дня, когда бы я не винил себя в случившемся. Я мог, должен был отговорить тебя тогда, не пойти с тобой на эту несчастную реку. Из-за меня отец избил тебя, я помню, как тебе было тяжело вставать следующие несколько дней. Помню, как ты прятал спину каждый раз, когда я входил. И даже сейчас... эти ужасные шрамы, ты оставил их, как напоминание о прошлом. Но тебе словно бы плевать на них! А я... каждый раз, как я их вижу, я жалею, что не умер тогда, — всхлипнул Линделл, сжимая руку Пегаса в своей.

— Я не виню тебя в случившемся, — он широко улыбнулся. — Это, — он похлопал друга по спине, — просто напоминалка о том, что от взрослых надо лучше прятаться. Да, мне было больно, но, поверь, я ни на секунду не пожалел о том, что пошел гулять с тобой.

— Ты сейчас серьезно?.. — в голубых, как воды Евфрата, глазах Единорога стояли слезы. Он смотрел на Лакуса с такой надеждой, словно бы от его слов сейчас зависела как минимум судьба мироздания.

— А когда это я был не серьезен?

— Например, когда врал мне о том, что нашел меч Шамаша, — фыркнул Линделл, обнимая друга. — Знаешь, взглянув на это со стороны, я вдруг понял, почему мне так дорога наша дружба.

— Потому что у нас звездная связь? — предположил Лакус. — Или потому, что я покупаю тебе сладости?.. О, я понял, потому, что я вечно таскаю в карманах твои пластыри и антисептик!

— Потому, идиот, что ты единственный, кто ценил меня таким, какой я есть на самом деле. Не Хранителя, не Единорога. Ты ценил оборванца, который видел в тебе центр своей крохотной вселенной.

— И сразу идиот, — Пегас рассмеялся, показав язык. — Если это все, что может предложить Хаос, то у меня для него плохие новости. Звездная связь рушит все его барьеры, и нам двоим совершенно плевать на эти призраки прошлого!

— Постой...

Линделл вдруг вздрогнул, сжав виски руками. Словно бы голову вмиг сдавили раскаленным обручем. Ни о чем подобном Акай не предупреждал. В следующий миг магия Линделла выплеснулась наружу, заставляя того принять свой темный облик. В голове его вдруг прозвучал голос, не похожий ни на один из существующих в мире. То был перезвон крыльев сотен стеклянных бабочек, гул ветра в бесконечном ущелье, стон бездонного океана, надрывный плач не рожденного ребенка, смех мертвеца.

— Покорись, Единорог. Твоя сила — невероятное величие, ты — венец всех моих творений. Неужели ты действительно хочешь оставаться слабым, ничтожным человеком? Ты болен, твое тело хрупкое и беспомощное, но твоя сила... она дарует тебе все то, чего ты лишен. Подумай, Единорог! Зачем тебе противиться мне? Твой облик, сотканный из моей магии, неужели он не прекрасен?

— В облике, так щедро дарованном тобою, — Линделл поморщился, — я монстр. Прекрасный, но монстр. Думаешь, мне по душе та жестокость, на которую я способен?

— Это не особенность облика, милый Единорог. Твоя истинная сущность обнажает твои мысли, что ты так тщательно скрываешь. Неужели тебе нравится быть ущербным и больным? Ребенком, что потешает всех вокруг. Посмешищем, слабаком. Не легче ли принять мою силу и то, что я даю, в полной мере?..

— Проще, — Линделл коротко улыбнулся, перебирая меж пальцев струившийся отовсюду Хаос. — Самый простой путь — не всегда верный. Пусть надо мною хочется смеяться, но я вызываю улыбки и теплоту, это ли не счастье? У меня есть тот, кто ради меня готов жертвовать всем. Он принимает меня любым, в моем ли истинном облике, или же в том его искаженном видении, что даровано тобой, — он с силой сжал руку в кулак. — Если бы я мог отказаться от этой магии полностью, поверь, я был бы счастлив. Но это невозможно. И, возможно, сейчас это сыграет мне на руку, — он ухмыльнулся, — я смогу загнать тебя туда, где тебе и место. Возвращайся в свой Астрал, и сиди там, пока все живущие не забудут о твоем существовании.

— Наивный Единорог, — в Хаосе раздался звенящий смех, — меня нельзя уничтожить, обо мне невозможно забыть. И я никогда не забуду тебя, и всех твоих «друзей». Я заберу каждого из вас, и начну с тебя.

— Поспорим?

Линделл напрягся всем телом, чувствуя, как по тому проносились одна за другой волны нестерпимой боли. Одной из особенностей его второго облика было то, что он способен был впитывать любую темную магию. Даже уничтожать гончих! Но у этого процесса был один минус — невыносимая боль. Не физическая, той Единорог практически не ощущал, будучи в своем темном воплощении. Нет, эта боль рвала изнутри, проносилась по телу жгучими волнами, заставляя рыдать от безысходности. Чувствовать каждую свою злую эмоцию, прожитую за тысячи лет жизни. Вспоминать каждый косой взгляд, брошенный в его сторону, каждое оскорбление, нанесенное ему еще в детстве.

— Посмешище, он даже с метлой управиться не может! — кричали соседские дети, потешаясь над юным Юнаном.

— Всыпать ему десять палок! Он разбил свою табличку! — восклицал учитель клинописи в доме писца.

— Ты хочешь дружить с моим сыном, я не ослышался?! Ты просто пыль под его ногами, тебе и смотреть-то на него запрещено! — негодовал отец Лакуса.

— И это-то новый Хранитель? Он и дня не протянет. — Скептично молвил Акай.

Но даже среди этих возгласов, норовивших разорвать голову Линделла и заставить того кричать от боли, пробился луч света.

— Эй, Юнан, пойдем на речку? И что, что отец против? Давай, побежали, мы ему не скажем! Я сделаю тебе твои таблички, не бойся. А еще, если хочешь, научу тебя прыгать в реку с тех камней. Я буду рядом! — Единорог прослезился, когда перед глазами встало радостное лицо юного Лакуса. Тогда его еще звали иначе.

— Ияр, — только и прошептал Линделл, потянувшись рукой к возникшему перед глазами образу. — Не оставляй меня.

— Вода принимает форму сосуда, а человек набирается от своих друзей. Скорее уж небеса развернутся и обрушатся на мир людской, чем Лакус оставит своего Линделла, — улыбался Дракон, глядя на двоих друзей.

— Воспитание важнее происхождения, юный Линделл, — мягко улыбалась Мару. — Помни о том, что ты Хранитель. Ты достоин этого не менее чем каждый из нас. Гордись собою.

— Эй, Линделл, привет! Пришлешь открытки из Вавилона? Я недавно нашла на барахолке крутой свитер с единорожками, думаю, тебе стоит его примерить! Возвращайтесь поскорее! — искренне улыбалась Саша, звоня друзьям по видеосвязи.

Поднявшись с колен, Линделл сжал руки в кулаки. Прикрыл глаза, принимая свой настоящий облик, тут же заслонил лицо ладонью, сетуя на яркое солнце. Все закончилось. Теплые воспоминания, добро и свет, жившие в его душе, все это помогло ему впитать силу осколка Хаоса. Единорог умел как отпускать прошлое, так и ценить его. Нельзя вытолкать из души воспоминания, даже самыми мощными пинками под зад. Но можно извлечь из плохих урок, а хорошие обернуть для себя частичками тепла. Хранить их, не смотря ни на что. И искренне верить в то, что хорошее не заканчивается на прошлом, но и распространяется на будущее. Иначе и будущего не будет, как ни крути.

Упав в объятия перепуганного исчезновением друга Лакуса, Единорог из последних сил улыбнулся.

— Ияр, — только и прошептал он, — я победил. Это был осколок Хаоса... Змееносец был прав. Нужно оповестить остальных, в мир людей пришла беда.

— П-почему ты назвал меня этим именем? — только и пробормотал Лакус, помогая другу присесть на ближайший камень.

— Я вспомнил, как мы были мальчишками. Дурачились. А ты меня перед отцом своим прикрывал, — Линделл глупо улыбнулся. — Мы все избрали новые имена, став Хранителями. Так гласил тогдашний закон, видите ли, мы должны были со старым именем оставить в прошлом и мирскую жизнь. Чушь это все собачья, — он тихо рассмеялся. — Наши воспоминания — это то, что делает нас нами. Я не забыл. Помню, что меня звали Юнан. А тебя Ияр.

— Ох, — Лакус прижал к себе друга, позволяя тому лбом уткнуться ему в плечо. — Раз так, надеюсь, остальные не позабыли свое прошлое.

— Иначе нам всем конец.

_____________________________________________________________________________________________

* Шамаш — в мифологии ассирийцев и вавилонян — бог солнца. (прим. автора)

Глава 7 - Ситуация "стейк"

— Хьюстон, у тебя проблемы, — раздался над ухом голос Макса.

Саша не особо прицельно запустила в Дракона подушкой. Не помогло. От снаряда он мало того, что увернулся, так еще и отправил его обратно, окончательно согнав с девушки остатки сна.

— Может, все-таки у нас? — лениво поинтересовалась Саша, приоткрывая глаза.

— Нет, Хьюстон, у тебя, — фыркнул Макс, оставляя на прикроватной тумбочке тарелку с бутербродами. — Помнится, ты обещала, что к возвращению Пегаса с Единорогом приготовишь какой-то крутой ужин. Так вот, они будут у нас в гостях через... — он бросил короткий взгляд на часы, — ...через два часа.

— Что?! — Саша подскочила, чуть было не свалившись с кровати. — Они вернулись так быстро?

— Акай рассказал мне о том, что этим двоим повстречался осколок Хаоса. Так что они обещали заскочить к нам и потом рвануть в Зодиак, собирать всех в кучу и доносить до них самые неприятные известия, — Макс вздохнул. — Слушай, как думаешь, может мне волосы отрастить?

— Мозги себе отрасти! Какие бутерброды?! У меня голова не мытая, в холодильнике мышь повесилась, в доме срач, а у нас гости будут! — Саша подскочила, чуть было не завалившись на парня. — Ты бы еще за пять минут до звонка в двери мне сообщил!

— Допустим, я сходил за продуктами, — Макс увернулся от полетевшего в него плюшевого медведя. Саша успевала одеваться и метать в него снаряды. — ...и даже прибрался на кухне.

— После твоей уборки там фиг что найдешь! — Дракон ловко перехватил полетевшую ему прямехонько в голову акулу.

— А голову вымоешь своей чудо магией! И вообще, не надо было вчера до пяти утра зависать с Лессой и Ниной в очередной онлайн-бродилке, — Саша замахнулась вновь. — Так. Ты переходишь все границы. А ну поставила Петю на место!

Переведя взгляд на снаряд в руке, девушка ойкнула. Им оказался пузатый фиолетовый дракон с глазами-пуговицами, гордо прозванный Петей. Его Максу на какой-то из его дней рождения презентовала Лисса. Он в этом доме считался неприкосновенным и в качестве снаряда не использовался. Скользнув взглядом по Максу, Саша кивнула и выпорхнула из спальни, взяв курс на душевую. А за ее спиной раздалась ругань Дракона, на которого успешно выплеснулась едва ли не треть аквариума, подаренного Овном.

— Ты сам обещал его почистить! — крикнула Саша, спешно скрываясь в ванной.

***

Спустя полтора часа плясок по кухне и уборки в доме, Саша выдохлась. Она нарезала миску салата, сделала несколько десятков бутербродов с сыром и ветчиной, а сейчас агрессивно разыскивала на кухне что-то, что могло бы стать основным блюдом на столе.

— Нет, я не выдерживаю! Что эти двое любят? Помоги хоть чем-то! — Саша всплеснула руками, падая на жалобно скрипнувший диван.

— Хоть чем-то?! — кажется, на другом конце комнаты что-то не полыхнуло только чудом. — Я всю комнату вылизал, вообще-то. И, да, я сейчас пойду за ними. Обещал встретить их в аэропорту. Не знаю, зачем, имея способности к телепортации, часами мучиться в этом кошмаре, но это не мое дело. А по поводу ужина... не знаю, в морозилке есть мясо и пакет картошки фри. Просто пожарь их и дело с концом!

Проводив Макса грустным взглядом, Саша вновь поплелась на кухню. Азарта в ней поубавилось, когда она поняла, что мясо надо было бы заранее разморозить. Хотя бы подумать об этом полтора часа назад. Сейчас же без магии Дракона и наличия в доме горячей воды, которую очень вовремя отключили, мясу потребовалось бы все время мира чтобы отправиться на сковороду. Грустно хлопнув дверью морозильной камеры, Саша без особого энтузиазма заглянула в холодильник. И, о чудо, на одной из полок, завернутые в целлофан, покоились три размороженных стейка! Мысленно вознеся хвалы Зодиаку и предусмотрительному Максу, девушка тут же принялась за работу. Она планировала зажарить мясо с грибами и картофелем. Пальчики оближешь, Акай иногда учил ее готовить. Пришло время блеснуть своими навыками!

Когда спустя пол часа в квартиру вернулся Макс с гостями, мясо уже было готово и поджидало всех на столе. Правда, Саша была немного удивлена тому, что вместе с Пегасом и Единорогом заявились еще и Нина с Лессой. На руках у них, конечно же, сидели лисицы, которые, только почуяв запах еды, рванулись в сторону кухни.

— Привет, Сашок! — Нина помахала рукой. — А мы гуляли как раз, и тут эти трое плетутся, довольные аки коты майские. Вот мы и решили с ними пойти, узнать, где чего бесплатно раздают.

— Мартовские, — уточнила Саша, улыбаясь подруге и кивая остальным. — Что ж, проходите, простите за скромный обед, времени было...

— Вороненко! — раздался с кухни крик только сунувшегося туда Макса. — Живо дуй сюда!

Хоть вызывали только Сашу, но и остальные молча и с удовольствием последовали за ней. Все-таки всем было интересно, что заставило Дракона повысить голос на свою девушку. Все-таки в отношениях он был спокойным и обходительным. До этого момента.

— Ты чего орешь? — Саша скрестила на груди руки, останавливаясь перед Максом.

— Ты чего наделала?! — парень смотрел на нее как инквизитор на ведьму, решившую пригласить его на свидание на какой-нибудь шабаш.

— Обед! Сам же просил!

— Ла-адно, — Макс метнулся к холодильнику, открыл тот. Вздохнул и захлопнул. — Ладно, сам дурак, надо было уточнять точнее.

— Тавтологичнее, ты хотел сказать? — хихикнула Нина. — Уру, стоять! — и девушка попыталась в полете перехватить лисицу, наметившую курс прямо на вазу с печеньями, стоявшую на кофейном столике в гостиной.

Успехом эта попытка не увенчалась, Нина с трудом не завалилась прямиком на Пегаса. Благо, ситуацию спасла, уже в который раз, реакция Лессы. Подхватив одной рукой свою девушку, другой он перехватил Уру поперек. Рыжая тушка пару раз брыкнулась, но вскоре сдалась.

— Да что с тобой такое?! — не выдержала Саша, недовольно хмурясь. — Сказал же: пожарь мясо. Я и пожарила! Чего ты забыл уточнить? Замороженное я бы задолбалась размораживать, и оно бы получилось не таким вкусным. А тут уже готовое, такие классные кусочки.

— В том-то и дело, что классные, — Макс рассмеялся. — Это был стейк Рибай. Специально купил, хотел сегодня на ужин сделать. Романтика, все дела.

— И что с того? — Саша непонимающе хлопала ресницами. Макс же молча выудил из кармана джинс чек из магазина, и вручил его девушке. Стоило ей найти в списке покупок цену мяса, как глаза Саши полезли на лоб. — Это... бред какой-то! И вообще, я не разбираюсь. Стейк Рибай, стейк минтай... тьфу ты. Это мясо единорогов или что?

Фюр и Уру с интересом покосились на Линделла. Тот, смутившись от такого внимания, спешно отступил за спину к Лакусу.

— Лисицы, стоять! Я не это имела ввиду! — Саша всплеснула руками. — Откуда цена такая конская?!

— Это мраморное мясо, — аккуратно уточнил Макс.

— Что?.. — глаза у девушки расширились. — Кажется, это деликатес?

— Ну, был им пол часа назад, да.

— А... может, я не сильно его испортила? — Саша чистой вилкой подцепила кусочек мяса, прожевала его. Второй протянула Максу.

— Как тебе сказать, — Дракон улыбнулся, проглотив угощение. — Рагу получилось отличное. Но романтический ужин с вином, свечами и стейком придется устроить в другой раз.

— Я, конечно, дико-о-о извиняюсь, — все-таки подал голос Лакус. — Но мы есть-то сегодня будем? Мне плевать на название мяса, лишь бы оно было у меня на тарелке. Вы не представляете какими «деликатесами» кормили в самолете!

***

С момента последней битвы Хранителей, состоявшейся еще на заре учебы Саши в университете, они ни разу еще не собирались. Вот так вот. Все вместе, на одной поляне, что на центральном острове Зодиака. Здесь всегда было тихо и спокойно. Где-то вдали журчала вода, хотя Водолей могла поклясться, что не было тут ни единого ее источника. Раздавался щебет птиц, шелест листвы. Здесь всегда была идеальная погода, и этот остров всегда подстраивался под то количество гостей, что его посещало. В этот раз он даже принял во внимание то, что вместе с Лессой явилась Нина. Для девушки нашелся диванчик в тени деревьев, аккурат рядом с диваном, на котором привыкли тесниться Близнецы. В общем и целом, мир Зодиака был готов ко всему. Наверное. По крайней мере, места тут уж точно всем хватало.

На этот раз Хранители собрались, чтобы выслушать рассказ Линделла о том, что ему пришлось пережить. О встрече с осколком Хаоса. Кто-то реагировал спокойно, кто-то слегка паниковал. Кто-то не слегка.

— Да уж, — задумчиво пробормотала Саша, стоило Линделлу закончить свой спич. — Полный стейк...

— Вообще-то говорят «полный фарш», — аккуратно поправил сидевший рядом Акай.

— Нет уж, стейк, — хмыкнул Дракон. — Они теперь ей в кошмарах мерещиться будут.

— Вот как, — Змееносец позволил себе короткую, но мудрую улыбку. — В общем! — поднявшись с места, он хлопнул в ладоши, привлекая внимание Хранителей. — Из всех нас только я имел дело с осколками Хаоса в прошлом. Поэтому слушайте. Не надо сейчас паниковать и бросаться на их поиски. Пусть ваши осколки уже в мире, они еще как бы не пробудились. Поверьте, вы почувствуете, когда Хаос позовет вас, это чувство ни с чем не спутать. Тогда и поспешите его уничтожать. Сейчас же... делайте вид, что ничего не случилось. Отдыхайте, гуляйте, занимайтесь своей привычной рутиной. Только не паникуйте. Хаос питается нашими эмоциями.

— И... что нам делать, когда время придет? Ну, когда Хаос позовет, как ты выразился, — подала голос Эльза, нервно комкавшая в пальцах свой платок. На нее речь Линделла произвела слишком уж сильное впечатление.

— Отправляйтесь к нему и уничтожьте, — Акай пожал плечами. — Но ни в коем случае, запомните, не суйтесь к осколку в одиночку. Возьмите с собой кого-то из Хранителей, кто вам близок. Кто хорошо вас знает, — он бросил короткий взгляд на Киру, отчего та поспешила втянуть Стеллу в какой-то бесполезный разговор. — Если кому-то не удастся совладать с осколком, Хаос захватит его. Пропитает душу. В общем...

— Нам придется его убить? — внезапно влезла Мару, глядя на Змееносца буквально остекленевшими глазами.

С того самого момента, как стало известно о появлении осколков Хаоса, Рак места себе не находила. Она винила себя в том, что этим явлениям удалось вырваться из Астрала. Ведь именно Мару охраняла ту грань, что разделяла миры. И сколько бы ей ни доказывали, что грань миров истончилась и стала похожей на марлю, через которую вода в любой момент неумолимо протечет, Рак словно бы и не слышала.

— Да, — Акай коротко кивнул, поджал губы. — Я понимаю, что это нелегко принять. Но, думаю, не найдется среди нас тех, кто не справится со своим осколком.

— Думаешь, или хочешь в это верить? — саркастично фыркнула Кира.

— Хочу верить, — честно признался Змееносец.

— Нелегко принять то, что мы должны сидеть, сложа руки! — вклинилась Лисса. — Хранители ведь созданы для того, чтобы защищать мир людей от Хаоса, а мы, зная, что там эти штуки... просто сидим у себя в полной безопасности. Абсурд!

— Погоди, а разве сами Хранители не созданы Хаосом? — осторожно потянув Кастиэля за рукав, поинтересовалась Саша.

— Так и есть, — вместо Стрельца отозвалась Дева. — Ты не знаешь легенду о том, как нас создавали? — Саша отрицательно качнула головой. — Отойдем?

***

Дева легким щелчком пальцев перенесла себя и Сашу на свой остров. Водолею и раньше приходилось здесь бывать, но каждый раз она поражалась этой красоте. Остров Девы напоминал картинку из книги сказок. В его центре возвышался дворец, по красоте не уступавший Версалю и Лувру. Весь остров был устлан цветочным полем, по большей части состоявшим из тюльпанов. В воздухе носились бабочки и стрекозы, на идеально выстриженных кипарисах вили гнезда птицы.

Подойдя к увитой плющом мраморной беседке у пруда, в котором плавали белые лебеди, Дева жестом пригласила Сашу присесть. Сама она опустилась на скамью с присущей ей грацией, легким движением руки придержав подол кремового коктейльного платья. Она всегда одевалась так. Вечное лето на острове позволяло носить платья до колен, босоножки и так любимые Стеллой шляпки.

В углу беседки, прислоненная к скамье, пряталась акустическая гитара. Саша сразу обратила внимание на инструмент.

— Ты играешь? — она удивленно подняла взгляд на Деву. Та только кивнула, опустив ресницы. — О, сыграешь мне?

— Вообще, мало кто из Хранителей знает о моем увлечении, — Стелла коротко улыбнулась. — Понимаешь, я слегка отстаю от современной моды. Это удручает.

— В каком смысле?..

— Ну, — она взяла гитару в руки, — ты же знаешь, что сейчас играют на гитаре молодые люди?

— Эм, — Саша задумалась, — всякую поп-музыку? Песни для посиделок с пивом у костра, что-то из рока.

— Вот именно, — Стелла вздохнула, — а моя душа лежит к романсам. В них столько красоты, боли и трагизма...

Саша решила не озвучивать мысль о том, что романсы в ее понимании идеально подходили Деве. Вся она словно была соткана из красоты и того самого трагизма.

Стелла пробежалась пальцами по струнам, наигрывая какую-то легкую мелодию. А затем она запела.

— А у меня слеза — жидкая бирюза. Просыхает под утро... Пролитую слезу из будущего принесу, вставлю ее в колечко, — Дева мягко улыбнулась.

Ее голос... Саша удивленно хлопала ресницами. Когда Стелла говорила, она всегда делала это тихо. Но сейчас она словно бы совсем сникла. Но голос изменился. Словно бы стал выше, он звенел колокольчиком, трепетал с нежностью, которой позавидовали бы и нежнейшие крылья бабочки.

— Я словно бабочка к огню, стремилась так неодолимо. В любовь, волшебную страну, где назовут меня... любимой. Где бесподобен день любой... где не страшилась я б ненастья, — по щеке Стеллы пробежала блеснувшая в солнечных лучах слеза. Дева тут же смахнула ее, отставляя гитару в сторону. — Прости, я редко пою на людях.

— У тебя просто волшебный голос! — воскликнула Саша, ни разу не кривя душой.

— Благодарю, — Стелла кротко улыбнулась. — В моей человеческой жизни я наслушалась вальсов, поэтому в новой решила найти для себя что-то новое. Знаешь... как-то раз, лет сорок назад, мы с Мару были в кинотеатре. Я не помню, что это был за фильм, но в нем звучал один вальс. Там были какие-то такие щемящие ноты... словно бы я с кем-то прощалась, очень мне дорогим. С тех пор для меня нет других вальсов, есть только романсы, — она поправила белокурые локоны. — Прости, я отвлеклась. Позвала тебя, чтобы рассказать легенду, а сама отвлекаюсь.

— Ничего, мне интересно тебя слушать, — примирительно улыбнулась Саша, беря руки Стеллы в свои. Она знала, что Деву это успокаивало.

— В общем... ты же знаешь, что Зодиаки существуют чуть более пяти тысяч лет? — Водолей кивнула. — Люди, соответственно, появились тогда же. Не верь археологам и прочим ученым, все эти раскопки, окаменелости — для отвода глаз. В то время Хаос был не так силен, как сейчас. Ему ведь надо питаться человеческими эмоциями. Астрал, решив уравновесить силы, из магии Хаоса создал первых Хранителей. Затем новых и новых, пока не остановился на цифре 24. Первые Хранители были созданы в качестве барьера между мирами, они буквально охраняли мир людей от Хаоса, что копил свои силы. Все вокруг, наша магия, мир людей, гончие и тот самый дух, которого мы не видели уже столетия, — порождения Хаоса. Астрал — его вместилище, и он долгие годы охраняет мир людей от своего сильнейшего творения, пусть и делает это нашими руками.

— Постой, ты хочешь сказать, что поэтому нам так тяжело противостоять Хаосу? Потому что мы буквально созданы из его магии? — Саша непонимающе хлопала ресницами.

— Немного не так, — рядом с девушками присела только что появившаяся Мару. А вместе с ней и Кира. — Мы — и есть частицы Хаоса. Думаешь, Хранителем может стать каждый? В мире людей изначально ходят те, в ком Хаоса больше, чем в остальных. Это — возможные Хранители.

— Рожденные из крови Хаоса, мы единственные можем ему противостоять, — хмуро дополнила Кира. — Вроде, как только ученик может превзойти своего учителя. Хаос чувствует нас, мы чувствуем его. И именно мы — единственный оплот, не дающий ему поглотить этот мир. Защищаемый нами так долго, мир людей — прекрасная закуска для Хаоса. Он поглощает все без разбору, но и для него есть лакомые кусочки.

— Вроде нас, — Мару прикрыла глаза, — или людей. Безжизненные пустыни Хаосу не интересны, а вот густонаселенные города...

— Мир Зодиака — буквально граница между Астралом, где бал правит темная энергия Хаоса, и миром людей, для которого эта энергия губительна. А мы — что-то вроде стражей этой границы, — Кира уперлась локтями в колени, хмурясь.

— А что будет, если мы проиграем Хаосу? — Саша смотрела на Хранительниц буквально с ужасом. У нее перед глазами стояла картина того кошмара, что показал ей Змееносец.

— Он поглотит мир людей. А нам останется только вечность прозябать в мире Зодиака. Не имея источника сил в виде тех самых людей, из которых мы черпаем энергию, рано или поздно мы все просто скончаемся. Нас некому будет заменить, и мир Зодиака погибнет. Тогда Хаос поглотит и его.

— Да уж... полный стейк.