Знак Зверя. Книга 4

Пролог

Знак Зверя. Книга четвёртая.

Пролог.

Триста пятьдесят семь лет назад.

Создание аватара всегда сопровождалось ярким светом. Просторный зал храма великого Арги внезапно заполнила световая волна с красивыми радужными переливами. Люди ахнули, вскочили, прикрыли глаза. Короткая вспышка посреди волн божественной энергии, и великий козёл Арга встал с гордо поднятыми рогами, прямо возле алтаря своего святилища. По мраморным колоннам пробежали разноцветные блики, и волшебное пламя исчезло. Великий дух прибыл в свой храм.

Ничтожный миг понадобился Арге, чтобы синхронизироваться со всеми остальными аватарами и осознать, что теперь его личностей стало на единицу больше. На это краткое время он оказался в тысяче разных мест одновременно: великий дух видел глазами каждой из своих аватар, слышал ушами каждого из своих творений, говорил устами каждого из своих жрецов. Миллионы разумных существ, которые издавна находились под его покровительством, просили, надеялись, думали, работали, мечтали и созидали. И в самом центре стоял он, великий дух, покровитель знаний, творчества и ремёсел, одна из несущих колонн мироздания.

Ещё крохотный миг Арга потратил, чтобы осмотреться вокруг явным и тайным зрением. Затем Арга отключился от остальных аватар, отделил сознание и оставил связь в пассивном режиме.

Двое младших жрецов удивленно переглянулись при внезапном появлении своего повелителя, затем поспешно сложили руки перед грудью в заученном церемониальном жесте и склонили головы. Гости святилища, как только опомнились от неожиданности, вразнобой последовали их примеру. Лишь один парнишка потрясённо замер с открытым ртом и восхищённо разглядывал зверобога. И было на что посмотреть! Высокий и стройный, Арга возвышался над смертными. Драгоценные одеяния великого козла из белоснежной ткани спадали почти до пола, открывая только раздвоенные копыта. Его рога и уши оказались увешаны множеством зачарованных амулетов, которые тихо звенели при ходьбе.

Великий козёл сделал несколько шагов, постукивая копытами, остановился и ласково потрепал детеныша по голове. Лицо парнишки засветилось от счастья и стало совершенно ясно, что этот момент он запомнит на всю жизнь.

Арга тоже улыбнулся про себя. Ему нравилось, когда можно сделать и найти полезное в самых незначительных действиях. Усилий немного, но смертные запомнят, и число его последователей продолжит расти.

К сожалению, повод для его явления оказался совсем не радостный.

— Приветствую тебя, о великий мастер! — старший жрец Торан торопливо семенил от входа, почти бежал, подбирая полы мантии.

— Иди со мной в церемониальный зал. — сухо сказал Арга.

— Слушаюсь, мастер.

Мраморные плиты храма отзывались тихим цоканьем под раздвоенными копытами великого козла. Великий дух и его старший жрец вышли в длинный служебный портик, от белоснежных колонн которого открывался отличный вид на Таэр Дарран. Анфилады широких лестниц спускались к просторной площади с бьющими фонтанами. Вдали возвышалась гигантская Главная башня грифонов, над которой парили несколько крылатых. Немногочисленные жрецы и послушники храма, одетые в цвета своего великого духа, почтительно кланялись и уступали дорогу одному из правителей мира. Многие из них потом останавливались и внимательно смотрели вслед. Даже в Центральном храме священного города, бывшей столицы Северной империи, великие появлялись не часто.

Помимо прочего, об этом Арга знал доподлинно, у него среди смертных оставалась хорошая репутация. При виде Дзиры или Хагна посторонние люди мгновенно бы исчезли, чтобы не попасть случайно под лапу. И даже у Илайи в последнее столетие заметно испортился характер.

— Как Дэлион? — спросил великий козёл.

— Плох. — вздохнул Торан. — Жаль, его гений озарял нас столько лет! Может, если попросить…

— Вэл не станет нарушать природный ход вещей. — Арга еле заметно качнул рогами. — Я и так продлил его срок. Увы, когда человеку исполнилось сто двадцать лет, ему пора уходить.

Старший жрец молча кивнул, и его скорбь была искренней. Хотя Торан считался первым кандидатом на пост первосвященника после смерти Дэлиона, он никогда не стремился к власти, и этим нравился Арге.

— Всё ли хорошо в городе? — спокойно спросил козёл.

— Не уверен. — Торан заколебался. — Я сам хотел сообщить завтра, мастер. Меня беспокоят несколько вещей. Каждое из событий вроде бы незначительно само по себе, но если все их сложить… мне очень не нравится происходящее. Словно тёмная тень нависла над Таэр Дарраном, и никто не обращает внимания. Это не наша сфера, а великого волка, но я тоже подготовил записи, и могу…

— Не сейчас. — Арга сделал отрицательный жест. — Нет времени. Мне достаточно твоих слов. После собрания передай записи грифонам и попроси у них независимую проверку.

— Что-то произошло, мастер? — осторожно спросил Торан.

— Вторжение на юго-запад. Мораи и хоронхои. Их орды уничтожают всё на своём пути. Люди в панике, они просят меня о помощи. Я направил две аватары на юг.

— Ох. Такого не было… — Торан задумался. — Очень давно. Но ведь они должны быть под контролем великого тигра?

— Должны. — сухо сказал Арга. — Дзира мне не отвечает.

— Ох.

— Это не всё. Две линии назад, Дэки прислала мне сообщение, что воины Вэл и Корна атаковали её поселения на побережье Внутреннего моря. Выдра в ярости.

— Воины волка и кобылицы? Атаковали? Это невозможно! — почти жалобно ответил старший жрец. — Я ничего не понимаю!

— Я тоже. — хмуро произнёс великий козёл. — Я тоже.

Когда Арга полторы тысячи лет назад проектировал Центральный Храм и руководил его возведением, он выстроил в Храме главный церемониальный зал именно для таких событий. Спокойное и нейтральное место для божественной встречи великих духов. Величественный зал изумительной красоты с куполом высотой в семьдесят шагов. Десять дверей. Десять алтарей. Десять тронов. Один круг.

К его удивлению, огромный зал оказался почти пустым. Арга специально задержался, чтобы воплотиться в собственном святилище и побеседовать по дороге с Тораном, и собирался прийти последним. Он ожидал на синклите десять великих духов или хотя бы девять — великий медведь в последнее время редко посещал их собрания. Но в зале, помимо козла, нашлось только трое великих. Возле остальных алтарей стояли лишь группы жрецов и несколько первосвященников, сознание которых заполняли плохо скрываемые растерянность и испуг.

— Они не отвечают даже своим служителям! — возмущению Дэки не было предела. Маленькая выдра гневно стукнула хвостом по полу. — Словно сговорились!

Дэки заметно волновалась, и это был плохой признак. Помимо выдры, в зал собраний явились только аватары Ирри и Шао. Кролик вежливо приветствовал Аргу поднятым ухом, бык равнодушно промолчал. Козёл ответил собратьям и сосредоточенно посмотрел по сторонам. Происходящее не нравилось ему всё сильнее. Один из великих духов может не отзываться своим жрецам, если занят каким-то чрезвычайно важным делом, которое требует полной концентрации. Такое иногда бывало, хотя и очень редко. Но сразу шестеро? Великий козёл поколебался, затем решительно активировал все защитные артефакты одновременно. Выглядело крайне невежливым жестом, но Арга решил, что у него достаточно для этого оснований.

Небольшая площадка за кругом тронов отводилась для грифонов. Сейчас там расположился Янтарный Хранитель, глава грифоньего совета, и его правое крыло, Белое Перо. Арга подошёл к грифонам поближе, пока Торан отправился совещаться с коллегами.

— Что происходит, друзья?

— Пока не знаю. — сказал Янтарный Хранитель. — Мы ждём сообщений из башен, но на это понадобится время. Наши сородичи летают быстро, но не мгновенно.

— Такого никогда не случалось. — заметила Белое Перо. Грифоница нервно подергивала хвостом — Я предложила Бурану объявить тревожную готовность.

— Требую призвать всех великих духов, который отсутствуют на синклите. — громко сказала Дэки на весь зал, усилив голос божественной силой. — Немедленно!

— Да, госпожа. — поклонилась верховная жрица Илайи, почтенная пожилая женщина. — Мы выполним ваше требование, но…

Что хотела сказать жрица, навсегда осталось неизвестным. Потому, что Центральный Храм приподнялся и задрожал, словно умирающий в предсмертной агонии, и мраморный пол зала перечеркнули длинные извилистые трещины.

— Спасайтесь! — Белое Перо сообразила прежде остальных. Люди ещё изумленно оглядывались, когда грифоница с места рванулась в воздух, расправляя в прыжке огромные крылья.

Мгновение спустя гигантский белоснежный дворец сложился в себя, ломая стройные колонны. На шее Арги включился амулет Абсолютной Защиты. Вокруг Дэки засияла синяя сфера, и великий козёл отметил, что выдра тоже пришла готовой к неожиданностям. У всех остальных под падающими каменными сводами шансов не осталось. Кто-то из первосвященников успел призвать божественную защиту, но она рассчитывалась на стрелы и мечи, а не тысячетонные камни.

Великий козёл вскинул руку с жезлом и попытался силой воли остановить падающий свод дворца. Тщетно. Всей его силы оказалось недостаточно. Даже у Шао ничего не вышло, или он не успел ничего сделать.

Из находившихся в зале, только Белое Перо успела вырваться в последний момент наружу меж падающих колонн. Янтарный Хранитель задержался со взлётом на удар сердца, и это опоздание стало роковым: огромная каменная глыба врезалась в летящего грифона и вбила его раздробленное тело в пол. Затем своды рухнули, проламывая тяжестью перекрытия и складывающиеся нижние ярусы храма, и Арга в защитной сфере не видел больше ничего.

Только бесформенные обломки в темноте.

Даже великому духу потребовалось некоторое время и заметные усилия, чтобы выбраться из-под развалин на поверхность. Арга успел, прежде, чем амулет Защиты исчерпал вложенные в него силы и рассыпался в песок.

Гигантское пылевое облако медленно оседало на общую могилу тысяч смертных, имевших несчастье находиться сегодня в Центральном храме. Великий козёл Арга, покровитель знаний и ремёсел, один из столпов мироздания, стоял посреди истекающих смертью развалин и потрясенно смотрел на то, что осталось от главного Святилища мира.

Замешательство длилось недолго. Сожалеть о погибших можно потом, но в священном городе остались и иные храмы, помимо центрального. Остальные его личности уже начали действовать, а в столице Арга решил немедленно добраться до ближайшего храма драконицы и потребовать от жрецов призвать великую Илайю, лидера синклита духов.

Но не успел.

Позади него из пыли внезапно возникла Мау. Великая обезьяна всегда умела скрываться, поэтому Арга заметил Мау только тогда, когда её божественный кинжал пробил защиту, вошёл в затылок козла ниже рогов и дальше прямо в мозг. Амулет Абсолютной Защиты смог бы отразить даже эту божественную атаку, но Арга только что истратил его.

Великий козёл осознал происходящее лишь на ничтожный миг, а затем сознание просто исчезло в яркой обжигающей вспышке. Смерть наступила почти мгновенно. В этот момент Арга потерял своего аватара и примерно десятую часть своей силы.

Так начался Разлом.

Глава 1. Бегство

Вы когда-либо видели, как жеребца в полтонны весом поднимают за шкирку, словно нашкодившего котёнка? Причем аккуратно, не причиняя вреда? Серый точно не видел. При этом Арга даже не прикоснулся к нему, только сделал движение посохом. Странная, должно быть, картина. Но коню, который завис в воздухе, стало совсем не смешно.

По логике, на шум боя, крики и вспышки должна прибежать толпа народа, и Серый невольно ждал появления помощи, хотя кто сможет его защитить от настоящего бога? Но нет, никто не появился, ни одного человека. Медленно падали тяжёлые секунды. Во дворе, среди разбросанных по земле неподвижных тел и холодной чёрной тишины, кроме него оставался только великий дух. Восставший из мёртвых, о котором триста пятьдесят лет никто ничего не слышал.

— На тебе артефакт высшего уровня, созданный Дэки. — неторопливо, словно на лекции, начал объяснять Арга.

Серый скосил глаза на хрустальную каплю, висящую на его лошадиной шее. До встречи с великим козлом, никто не смог даже заметить этот загадочный амулет выдры.

— Артефакт скрывает твою истинную сущность, поэтому ничего удивительного, что люди приняли тебя за жреца Вэл. Я распознал его сразу, ведь я дух знаний и созидания, это моя специальность. Мне стало интересно, что выдре нужно в Гургандже, поэтому я решил рискнуть своим проектом и просто следил за тобой до времени.

— Но эти превращения, они показали, что я неправ. — продолжил великий дух. — Никто из смертных не способен на такое. И даже большинство из нас не интересуется и не владеет подобным умением. Ты принял облик коня и волка за полминуты, но Вэл и Корн не способны превращаться в противоположную ипостась, только в свою собственную. Ты на мгновение стал архайном, приняв облик Когтя Дзиры. Я знаю, что на полиморф способны Мау и Ирри, но возможно, за прошедшие столетия что-то изменилось. Поэтому хватит притворяться!

Конь потрясенно молчал.

— КТО ТЫ?

Мощный удар воли врезался в Серого и завяз. Тихо заржала кобылица в его сознании, недовольно заворчал волк, раздраженно фыркнула выдра и последним злобно рыкнул тигр. Белый конь замотал головой, но устоял.

— Моё имя Серый. — выдавил конь. — Я не враг. Я жрец великой Вэл.

— Действительно? Жрецы Вэл не превращаются в волков! Даже сама Вэл!

Сейчас Раган оказался прямо перед ним и Серый мог рассмотреть подробнее оружейника, или правильнее сказать, того, чем он стал. Высокое стройное тело, стоящее на задних ногах. Шикарные изогнутые рога, вытянутая морда козла, раздвоенные копыта, серая длинная шерсть. И множество разнообразных артефактов — посох, жезл, диадема, браслеты, кольца в ушах…

Возможно, это мнительность, но звериная морда выглядела весьма раздражённой. И в голосе духа тоже не звучало ни малейшего дружелюбия. Серый ощутил, как холодная дрожь пробежала по его белоснежной шкуре. Оружейник Раган казался неплохим человеком, но сейчас эта маска сброшена. Перед Серым стоял великий козёл Арга, и у него было плохое настроение.

Плохое настроение у бога может запросто оказаться фатальным для окружающих.

— Я не враг вам, великий Арга. — дрожащим голосом, но вежливо повторил Серый. Он лихорадочно соображал, что лучше ответить. Затем, поколебавшись, добавил — Если я сниму амулет, это подтвердит мои слова?

— Снимай.

— А… как… — Серый замялся, сообразив, что не знает, как снимать амулет, да и делать это коню банально нечем. Не зубами же? Превращаться в человека под холодным взглядом козла и его воздействием он не рисковал.

— Просто пожелай его снять. — снисходительно произнес Арга.

— Сейчас! Желаю!

Великая выдра строго наказала никогда не снимать амулет, но Дэки далеко, а Арга прямо здесь. Серый ничуть не сомневался, что великий козёл сможет стереть его в пыль, если пожелает.

Цепочка с амулетом слетела с шеи коня и тихо звякнула под его ногами. Арга аккуратно опустил посох, который остался стоять на земле вертикально, сам по себе. Затем поднял светящийся жезл и стал рисовать им в воздухе какие-то сложные эмблемы, методично и последовательно. Несколько раз козёл останавливался, потом шаманил повторно.

— Итак. Знак Кобылицы. Знак Волка. Знак Выдры. И… Знак Тигра. Четыре Знака одновременно. Невероятно. Кто-то иной сказал бы, что это невозможно. — медленно произнес дух знаний. — Но если я лично наблюдаю невозможное, следовательно, мои предыдущие знания ошибочны или неполны, и необходимо внести в них поправки.

Великий козёл прикрыл глаза в задумчивости, пожевал губами.

— На одного из великих ты действительно не похож, даже для простой аватары твоя сила слишком незначительна. Но четыре Знака Зверя одновременно… Кто же ты, Миран? Один из малых духов, природных элементалов?

— Я смертный. — настойчиво повторил конь. — Моё имя Серый, я человек. Просто у меня оказалась такая особенность, что я могу нести несколько Знаков.

— Допустим. — строго сказал Арга. — Как ты смог их получить? Четверо великих сговорились? Такого не случалось со времён Разлома.

— Нет. — Серый бросил попытки подбирать слова и просто говорил, что думал. — Все четыре Знака я получил по отдельности, независимо от остальных.

— Кто твой господин? Кому ты служишь? Дэки?

— Никому. Я действительно выполняю поручение великой выдры, но она даровала мне полную свободу воли. Я…

— Молчи.

Великий козёл громко выдохнул. Из его ноздрей вырвались облачки пара, и Серый заметил, что во дворе стало довольно холодно.

— Пожалуй, правильнее всего тебя уничтожить. — жёстко констатировал Арга. — Ты слишком опасен. Опаснее, чем я считал изначально.

Серый попытался что-то пискнуть, но его морду словно сжала невидимая рука.

— Я действительно сожалею. Но не могу рисковать тем, что ты доберёшься до одного из четырёх алтарей, и раскроешь мои секреты моим врагам и своим хозяевам, кем бы они не были. В ином положении я бы с огромным интересом тебя исследовал, как уникальный феномен. Но ты появился очень некстати, сейчас для этого нет ни подходящего места, ни подходящего времени. А оставлять такое существо без контроля слишком опасно.

Создавалось впечатление, что великий дух извиняется, но Серому легче от этого не становилось. Конь попытался что-то произнести, потом жалобно заржать, но его горло словно онемело. Само тело тоже заледенело и Серый отчетливо понял, что все его способности заблокированы.

Мысли лихорадочно метались в голове, словно стая испуганных птиц. Тело коня заполнила адреналиновая паника, при которой обычная лошадь понесла бы наугад галопом. Но ему мчаться некуда. Сейчас Серый не мог даже пошевелиться и лишь чувствовал, как бешено забилось его сердце.

Возможно, даже к лучшему, что коня связали волшебством. Только в сказках герой превозмогает и повергает всех подряд, но в реальности его шансы против настоящего божества равны нолю. Даже Ширран здесь не поможет, и скорее всего, попытка сопротивления только разозлит козла ещё сильнее. Единственный шанс — это речь. Убедить великого духа изменить решение.

— Хорошо. — кивнул Арга, наблюдая за трепыханиями связанного волшебством коня. — Можешь сказать последнее слово. Умолять о пощаде не стоит, не трать время напрасно.

— Позвольте рассказать о поручении, которое мне дала великая выдра Дэки. — быстро произнёс Серый, возбуждённо дыша. Великий козёл снисходительно кивнул.

— Дэки дала мне задание — найти все десять Знаков Зверя, получить благословение всех десяти великих духов. Не для того, чтобы причинить вред вам или кому-либо ещё. Но для того, чтобы… чтобы… собрать всех вместе.

— Собрать? — Арга дёрнул ухом.

— Да. Призвать всех великих и заключить всеобщий мир.

— Думаю, ты лжёшь. Твоя выдумка нелепа. Ты притворяешься смертным, но пытаешься разговаривать со мною, как равный с равным. Этим ты выдал себя. Есть ещё что-то сказать?

Конь еле сдержал стон. Не получилось, а он так надеялся…

— Да.

Закрыв глаза, Серый сконцентрировался так, как не собирался на самом сложном экзамене в университете. Цена главного в его жизни экзамена — жизнь. По сравнению с этим математический анализ или квантовая физика — детские игрушки. Чем ещё он может заинтересовать великого козла? Что он слышал? Так, ну конечно же! Про него вспоминала Дэки, когда он рассказывал выдре про мотоцикл! «Арга был бы в восторге», примерно так.

— Вы ведь великий дух знаний, господин. — торопливо продолжил Серый в страхе, что терпение Арги на исходе и отведенное для него время сейчас закончится. — Меня переместило сюда из совсем другого мира.

Конь косил глазами на великого духа, но козёл не прерывал его.

— Там по стальным дорогам бегают колесницы без лошадей, движимые горящим внутри огнём. Стальные птицы с наездниками-людьми пересекают океаны. Поля пашут на механических конях, и один крестьянин способен прокормить пятьдесят человек. В городах горит негасимый свет, созданный силой электричества.

— Однако. — великий козёл снова дёрнул ухом — Давно не встречал столь богатого воображения.

— Это правда! Я могу рассказать, как сделать механическую колесницу, которая движется сама, без помощи лошадей!

— Действительно? Ну попробуй.

Серый лихорадочно рылся в воспоминаниях. Двигатель внутреннего сгорания имеет довольно сложную конструкцию, и он сомневался, что сможет быстро воспроизвести её по памяти. Но паровой двигатель для студента объяснить вполне по силам, и его возможно теоретически даже построить на местных технологиях, если это потребуется. Конструкция не столь сложна, кажется, первый паровой двигатель вообще построили ещё в Древней Греции.

— Нужно выковать сплошной стальной отсек, разделенный на два замкнутых отделения. — медленно начал Серый. — Верхнее отделение заполняется водой, допустим, до половины, в нижнее помещается горящее топливо, например, дрова. Из верхнего отделения отходит только стальная труба, которую можно открывать заслонкой. Когда топливо горит в нижнем отсеке, оно нагревает воду в верхнем. Вода нагревается, потом кипит, образует водяной пар, который заполняет верхний отсек и ищет выхода. Если позволить ему вырываться внутрь отводящей трубы, пар может силой давления двигать взад-вперёд поршень внутри стального цилиндра. Если соединить этот двигающийся поршень передаточным механизмом с колёсами, то они…

— Стоп. — Арга поднял руку.

Серый послушно замолчал. Он с запозданием вспомнил «Девять принцев Амбера», где в магическом мире не взрывался порох и портились автомобили. Возможно ли здесь что-то подобное? Если и так, то паровой котёл должен заработать в любом случае, ведь вода способна кипеть даже в мире волшебства.

— Вот теперь ты действительно смог меня удивить. — неспешно произнёс великий козёл. — Мне известна сила кипящей воды. Воистину, это не игра воображения, а реальный механизм, который возможно создать. Но этот механизм во всем мире создавал только я, Арга! Очень интересно… Для стальной птицы сила давления должна передаваться на машущие крылья?

Конь с удивлением и надеждой посмотрел на великого козла. Арга соображал потрясающе быстро для обитателя древнего мира, пределом сложности которого являлись арбалет и водяная мельница. Подождите… получается, что козёл реально изобрёл паровой двигатель? Ну… он всё-таки бог, причём бог знаний.

— Нет, не совсем, на вращающиеся… винты. Не могу подобрать нужное слово. Там немного другое устройство. Вы мне верите, господин?

— Теперь верю. — подтвердил дух знаний. — Тебе повезло, что встретился именно со мной. Дзира или Вэл ничего бы не поняли, но мне ясно, что такое невозможно выдумать. Как ты называешь этот механизм?

Земля увесисто ударила Серого в копыта и конь с облегчением отметил, что его наконец-то поставили на твердую поверхность. Подходящих терминов конь на вессане не нашёл, поэтому последние слова Серый вновь произнёс на русском языке.

— Он называется паровой двигатель.

****

В захваченном дворце Джигербента временно воцарилась суматоха. Начальники отдавали беспорядочные команды, бегали в разные стороны люди, словно укушенные, новые телохранители кабира свирепо осматривались, демонстративно хватаясь за рукояти сабель. Все, как один, заросшие, бородатые и со зверскими лицами — откуда их таких набрали? Со двора доносились крики: судя по возгласам, одни радостно начали грабить, а вторые пытались прекратить грабёж. Из укрытий азартно вытаскивали спрятавшихся мятежников, те сдавались и вопили о пощаде.

В общем, бардак. Дерево упало — макаки разбежались.

В этом хаосе про драгоценную целительницу немного подзабыли. Возле Таи остался только её собственный эскорт, приставленный верховным жрецом: трое храмовых стражей и какой-то младший служитель в жреческой мантии с вытянутой лисьей мордочкой. Девушка скромно пристроилась в сторонке и разглядывала симпатичный столик из красного дерева со сложной гравировкой. По местным меркам — неимоверная роскошь.

Надо принимать решение. Тая медленно набрала в грудь воздух, вдохнула и… выдохнула. Затем решительно сжала кулаки, крепко, до боли в пальцах. Или прямо сейчас, или никогда, лучше шанса точно не представится.

Ассасин, который только что выразил благодарность, продолжал подпирать стену поблизости. Раненую воительницу увели его приспешники, но предводитель остался. Как он представился при встрече, Крыса? Девушка с сомнением посмотрела на ловкого темноволосого парня в кожанке, увешанного кинжалами. Она не сомневалась в профессионализме убийцы, разбросанные по дороге тела вполне себе намекали. Вопрос в его моральных качествах. Не окажется она снова в рабстве, ещё худшем? Хотя Макс, вроде, с ними крутится. Возможно, не настолько они плохие, как местные жрецы? Но прямо сейчас это не выяснить.

Надо решаться.

— Мне нужно бежать. — Тая произнесла это шёпотом, скорее для собственной храбрости, чтобы потом подойти поближе и повторить вслух.

Но ассасин посмотрел на целительницу и еле заметно кивнул. Неожиданно. Он умеет читать по губам?

— Поможете мне? — всё так же шёпотом, почти беззвучно. — Я жрица великой Вэл, я в плену.

На этот раз Крыса ответил не сразу. Его внимательное хитрое лицо сосредоточилось. Тае показалось, что он прикидывает в уме, затем парень снова кивнул и сделал незаметный для посторонних знак рукой. Девушка поняла его, как «жди здесь». Хорошо, будем ждать. В любом случае, самостоятельно из дворца, забитого солдатами, ей не выбраться.

Прошедшие минуты показалось Тае вечностью. Убийца ушёл и не возвращался. Каждую секунду целительница ожидала, что появится Арслан или Агадир, и её с конвоем снова отправят под замок. Где же он? Неужто передумал? И Макс, как назло, тоже куда-то испарился…

— Благородная госпожа. Меня зовут Павлин, к вашим услугам. — мужчина в дорогой одежде с аккуратно подстриженной бородкой появился, словно из-под земли, и низко поклонился. — Мы нашли драгоценный сундучок, о котором вы спрашивали. Пройдёмте, я покажу.

Павлин подмигнул и Тая поспешила его поддержать.

— Да, конечно. Моя огромная благодарность. Где он?

— Идёмте, госпожа.

Охранники недоуменно переглянулись. Тая решительно направилась следом за мужчиной. За её спиной пристроился Мальчик, а вслед за хоронхоем обеспокоенная охрана.

Сложно сказать, какой приказ получил конвой, но силой останавливать её с Павлином они не решились, только последовали за ними. Жрец попытался преградить девушке дорогу, но Тая махнула рукой, и хоронхой с недовольным рыком небрежно отодвинул его в сторону. Жрец еле удержался на ногах, побледнел и отшатнулся за спины стражей, подальше от Мальчика.

— Сюда. — Павлин словно ничего не заметил. — Прошу, госпожа.

Они свернули в соседнюю комнату, посреди которой лежало несколько тел. Тая поморщилась.

— Смотрите, вот здесь. — Тая не заметила ровным счетом ничего особенного, зато Павлин наклонился к ней и тихо прошептал. — Закройте глаза и не дышите.

Девушка поспешила последовать совету и вовремя. Совсем рядом оглушительно бахнуло, затем хлопнуло, зашипело, и почти мгновенно комнату заполнил надрывный кашель на несколько глоток, сопровождающийся истошной руганью. Взвыл хоронхой. Кто-то тяжело грохнулся на пол.

— Не открывайте глаза. — целительницу бесцеремонно схватили за руку, резко потянули. Скрип, лязг, ступени под ногами, громкий скрежет.

— Теперь можно. Меня зовут Крыс, если помните.

— Моё имя Тая. — представилась целительница.

Они стояли в тёмном тесном коридоре. Настоящая каменная кишка, зажатая со всех сторон низким потолком и стенами из необработанного грубого кирпича. Лаз потайного хода захлопнулся за спиной целительницы. Крохотный огонек свечи давал достаточно света, чтобы Тая разглядела знакомого ассасина. А свечку в лапе держал… Макс! Девушка с невероятным облегчением посмотрела на обезьяну. Знакомое лицо… ну ладно, мордочка сильно успокаивала.

Больше никого рядом. Все спутники целительницы, включая Мальчика, остались за стеной, в кашляющей комнате. В коридоре стояла мощная вонь, и Тая задержала дыхание.

— Бде мы? — спросила Тая, старательно зажимая нос.

Макс фыркнул и оглушительно чихнул, за что получил подзатыльник от главаря.

— Это тайный проход, госпожа. — на ходу объяснял Крыс. — Ведёт к конюшням. Шакалы лезли через него, Тихий им вонючку кинул, потерпите. Поспешим. Быстрее.

Поспешили. Про шакалов с вонючками Тая ничего не поняла, но решила уточнить в более спокойное время.

Крики послышались с такой силой, что отдалось даже в недрах дворца. Крыс тихо выругался и почти потащил Таю. Пыльный коридор закончился. Со скрипом отворилась тяжелая дверь.

— Сюда. — незнакомый мужчина помахал рукой. — Пока тихо.

В тёмном закутке пахло лошадями, сыростью и навозом, под ногами валялся разнообразный мусор.

— Тихий, одежду взял? — быстро спросил Крыс. — В жреческой мантии мы её не проведем.

— Вот. — мужчина без лишних слов передал объемистый свёрток. На кожаной куртке с потёртыми железными бляшками отчетливо виднелась рваная дыра и тёмные пятна. Тая брезгливо вздохнула, но смирилась. Придётся снова потерпеть.

Крыс поморщился.

— Великовата, правда, но сойдет… Переодевайтесь, госпожа. Быстрее.

Тая начала снимать мантию, её пальцы от волнения и спешки путались в завязках. Девушка успела разобраться почти со всеми, когда со двора послышался топот десятков ног.

— Сюда! — надрывно орал грубый командный голос. — Ищите жрицу! Ищите девку! Никого не выпускать!

— Жопа. — констатировал Тихий. — Не успели.

— Попробуем. — Крыс оглядывался по сторонам, явно что-то прикидывая. — Может…

— А лошадь проведём? — внезапно спросила Тая.

— Наверное… — ассасины с недоумением посмотрели на жрицу. Только Макс понимающе хлопнул себя лапой по лбу.

— Тогда отвернитесь.

Воины небольшого отряда, оставленного на страже у ворот, недовольно ворчали. Все надеялись найти драгоценности и разбогатеть в ходе штурма и дальнейшего разграбления дворца. Когда всё завершится, попробуй найди, куда подевалась та золотая статуэтка или чаша!

Но вместо этого приходилось стоять и скучать на воротах. Трупы мятежников, перебитых в короткой схватке, уже обыскали, раздели и свалили в тенёк возле стены. Рабы потом уберут. А больше ничего ценного здесь не нашлось.

— Приказ… — посыльный ворвался к воротам, тяжело дыша.

Сотник Басим брезгливо посмотрел на него.

— Что такое?

— Жрица. — выдохнул посыльный. — Похитили. Не выпускать. Ни одной девки.

— Ясно. Не выпускать. — разочарованно повторил Басим.

Сотник не отказался бы подержаться за девку, да только кто с похищенной попрётся через главные ворота? Тем более, если это действительно жрица, которых трогать последнее дело.

— С дороги! — застучали копыта. — Срочное донесение!

К воротам через площадь мчался всадник на великолепной белой кобыле. Заметив, что воины не собираются его пропускать, всадник резко осадил горячую лошадь, которая гневно загарцевала под ним.

— Срочно! — рявкнул всадник.

На его лице проступил гнев. Басим недовольно нахмурился. Ишь, раскомандовался тут. Он нарочито медленно осматривал гонца, пока всадник нетерпеливо перебирал поводьями. Похоже, он и впрямь торопился: лошадь седлали в явной спешке. На рукаве гонца небрежно натянута белая повязка — свои. И заметная небритость при всем желании не позволяла причислить его к девкам. Не считать же таковой кобылу? Эх. Сотник вздохнул: ни одной причины задерживать гонца не было.

— Пропустить!

Воины расступились и опустили копья. Всадник на белой кобыле вылетел из ворот и быстрой рысью помчался прочь от дворца, вынуждая разбегаться редких прохожих. Только пыль полетела из-под копыт. Сотник посмотрел вслед удаляющимся клубам пыли и с сожалением махнул рукой. Он бы тоже не отказался от такой лошади.

Глава 2. Клятва

Прохладный ночной ветер играл шерстью коня. Серый дрожал, но совсем не от холода, а от понимания глубины проблемы, в которую он вляпался. Ну кто мог ожидать, что оружейник Раган — настоящий великий дух, божество, один из Десяти, один из некогда могущественных и бессмертных правителей этого мира? Ну кто?! Всё равно, что зайти в автомастерскую, и внезапно встретиться лично со Сталиным.

Великий козёл прикрыл глаза и погрузился в думы, которые Серый не смел прерывать. Белый конь печально косился на приоткрытые ворота, где в проёме застыла темень безлюдного переулка. Коню хватило бы считанных секунд, чтобы вырваться за ворота, затем броситься галопом по лабиринту улочек Гурганджа и дальше, в стремительном беге — за стены, в бескрайние степи. Кто догонит божественного коня со знаком кобылицы Вэл?

Увы, не позволят. Серый видел великого духа в бою (если это избиение младенцев можно называть боем), и понимал, что не добежит даже до ворот. Осталось только ждать объявления приговора — жить ему дальше или нет. Конь взволнованно дышал и переступал ногами. Показалось, что божественная сила великого козла немного ослабила хватку, и Серый мог даже попробовать превратиться обратно в человека. Но не стал. Стоять перед великим духом в чём мать родила, в такой ответственный момент некрасиво и довольно унизительно. Лучше он лошадью пока.

Наконец, Арга поднял голову и внимательно посмотрел на Серого. Похоже, он принял решение.

— Поклянись. — сурово и строго сказал великий козёл. — Поклянись, что не желаешь мне зла и будешь верно служить мне. Тогда я сохраню тебе жизнь.

— Хорошо. — сдавленно произнёс Серый. Он помнил о договоре с великой выдрой, но прямо сейчас, похоже, у него нет выбора. Придётся подчиниться и сделать вид, что он готов служить. Конь всхрапнул и уже более уверенно повторил — Клянусь.

— На колени.

Белый конь осторожно и аккуратно опустился передними ногами на колени. Словно в цирке, невпопад подумал Серый. На звериной морде непросто распознать эмоции, но показалось, что суровое выражение Арги немного разгладилось.

Выждав немного, великий козёл вытащил из воздуха сверкающий золотом браслет и толкнул его к Серому. Мгновение — и элегантная вещица застыла прямо перед конём.

— Если твои слова искренни и ты действительно готов мне служить — просто одень его на ногу.

— Хорошо.

Тем не менее, Серый промедлил. В испытании явно содержался подвох. Серый запомнил проклятую золотую уздечку, которая вынуждала его беспрекословно подчиняться приказам Агадира. Вполне возможно, что браслет Арги — такая же разновидность рабского ошейника. Увы, выбирать не приходится. Лучше оказаться в рабском ошейнике, чем в могиле.

С другой стороны, Арга явно не худший вариант, если сравнивать с тем же Агадиром. В облике оружейника Рагана, великий козёл выглядел вполне порядочным человеком даже по земным меркам, не говоря уже о местных. С которым можно сотрудничать. Собственно, они и сотрудничали до внезапного нападения убийц.

— Выполняй. — голос зверобога снова похолодел.

— Я просто не знаю, как его надеть. — честно ответил Серый. — Вы мне разрешите превратиться обратно в человека?

— Встань и подними левую переднюю ногу.

Конь аккуратно приподнял ногу, и золотой браслет обхватил её немного выше скакательного сустава. Тихо щелкнул невидимый замок.

— А теперь повтори слова клятвы.

Проще всего послушно произнести всё, что от него потребуется, но Серый помнил про возможный подвох. Он должен спасти Таю и Элли. Он должен попытаться выполнить план Дэки и Керрека. И в любом случае, Серый не станет добровольно исполнять приказы, которые противоречат его моральным убеждениям. Поэтому десять к одному, что волшебный браслет не примет клятву. И что делать? Времени на обдумывание нет, Арга ждать не станет.

— Клянусь… — осторожно начал Серый и осёкся. По его ноге словно пробежал холод, и золотой обруч неприятно сжался.

Великий козёл недовольно качнул рогами.

— Ложь.

— Господин. — в отчаянии сказал Серый. Он ощущал себя сапёром на минном поле — Как я могу дать клятву верно служить, если даже не знаю, в чём заключается моя служба?

— Ты отказываешься?

— Нет. Я действительно не желаю вам зла. Но я не марионетка, которая готова послушно исполнить любые приказы. У меня есть свои убеждения и цели.

— Назови эти цели. — сурово потребовал Арга.

— Прежде всего, мне дорога моя жизнь и жизнь моих близких, которых я надеюсь спасти. Это главное для меня. Но помимо этого, я желаю помочь людям и другим разумным обитателям этого мира. — решительно произнёс Серый. — Ради них я принял предложение великой выдры Дэки. Ради того, чтобы возродить ваш погибающий мир и сделать его лучше, как хотел того оружейник Раган. Более мирным, добрым и справедливым.

Серый гордо поднял голову и тряхнул гривой.

— Если великий дух знаний Арга не откажется от мечты оружейника Рагана, я помогу вам тем, что в моих скромных силах. В ином случае я принесу клятву, подчиняясь силе, но она точно не станет искренней.

Великий козёл снова дёрнул ухом.

— Неожиданно.

— Простите?

— Твои слова далеки от покорности, но честны. Не ожидал. Ну что же, клятва принята. Меня она устраивает.

Действительно? Конь с опаской покосился на заколдованный браслет, но волшебная вещица молчала.

— Другие молили бы меня о пощаде, или подобострастно пали лицом в пыль, а ты думаешь о будущем мира. — серьёзно продолжил Арга. — Добро. Такие последователи мне нужны. Без крайней необходимости не стану требовать от тебя деяния, которые противны твоей природе. Служи мне верно — и награда превзойдёт твои ожидания. Но если разочаруешь меня — уничтожу.

По загривку коня снова пробежала ледяная волна. Нет, в голосе великого козла не прозвучало злобы, но лишь спокойное холодное предупреждение. Серый вполне отчетливо понял — уничтожит. И без сожаления отправит на переплавку, как сломанную деталь механизма.

— Я всё понял. Постараюсь не разочаровать вас, повелитель.

— Мастер. — спокойно поправил великий дух. — Этого достаточно. Потом ты обязательно расскажешь всё о своей жизни и о своём мире. Но не сейчас. Ночь коротка, а у нас впереди много работы.

Серый невольно отметил выражение «у нас» и подумал, что у него нарисовалась блистательная перспектива стать верховным жрецом Арги. Или, как минимум, старшим… Если Серый доживёт до этого момента, конечно. Вот только, желает ли он сам такой карьеры?

— Пока отвечай кратко. — повелел великий дух. — Твои Знаки Зверей. Как получил? Какие клятвы приносил? Что умеешь?

Серый попытался пересказать свою историю. В сжатом повествовании она прозвучала весьма фантасмагорически. Сперва взять на себя проклятие великой кобылицы Вэл, чтобы превратиться в коня, и спасти этим Таю и Макса. Затем по незнанию влезть в город Корна, но заработать не казнь, а благословение великого волка. Потом случайно встретить выдру Дэки, и подрядиться выполнить её задание по созыву мирной конференции. И наконец, эта история с Когтями Дзиры, которые преследуют его от самых западных пустошей…

И всё это меньше, чем за полгода.

Я бы на месте великого козла точно себе не поверил, подумал Серый. Конь в любой момент ожидал, что Арга покрутит пальцем у рогов. Или применит какой-либо иной, местный интернациональный жест поехавшей кукушки.

Тем не менее, козёл слушал молча и даже с интересом.

— Значит, за тобой охотятся Дзира и Мау. — наконец, дух знаний выделил самое главное из рассказа.

— Похоже, что так, мастер. — согласился конь.

— Зачем?

— Я не знаю. Правда не знаю. — Серый тряхнул гривой.

— Это весьма интересно. Когда мы закончим, надень снова артефакт выдры. С ним тебе безопаснее.

— Могу ли я узнать, что этот артефакт делает, мастер? — Серый решился задать вопрос, который беспокоил коня последние месяцы. Его нервировало таскать на шее подарок Дэки, совершенно не представляя, для чего он нужен.

— Скрывает Знаки. — соблаговолил дух знаний — Причём не все. Хорошая, тонкая работа. Владеющий любым из Знаков Зверя сможет заметить у тебя лишь собственный Знак, но не заметит все остальные. Полагаю, ещё он мешает обнаружить тебя на расстоянии, хотя способных на это и раньше встречалось немного.

— Вот оно что…

Серый ошеломлённо замер. А он ещё думал, насколько им повезло, что Серый Страж при проверке обнаружил только Знак Волка и не заметил остальные! И ведь Агадир, скорее всего, тоже проверял пленного коня, и нашёл лишь Знак Кобылицы. Заклинания колдуна, насколько бы могущественным он ни являлся, не смогли преодолеть чары самой великой выдры.

— Похоже, выдра тебя высоко ценит. Этот амулет в иные времена мог стоить дороже, чем половина Гурганджа — Арга подумал и веско закончил. — Но теперь ты будешь служить мне, а не Дэки.

Серый молча склонил голову в знак согласия. Он побаивался, что сказанные вслух слова могут оказаться ложью.

— Теперь важный вопрос. — великий козёл резко поднял рога. — Ты считаешь, что победил двух Когтей Дзиры.

В голосе великого духа послышалось вполне оправданное сомнение.

— Тогда тебе известно, где могли остаться их амулеты? Оскаленная золотая морда тигра с рубиновыми глазами — ты не мог их не заметить.

— В шкатулке оба… — Серый решил по возможности говорить только правду. Пока он живёт лишь милостью великого духа, вряд ли получится сохранить тайну, зато испортить с трудом налаженные отношения можно запросто. — В моей комнате лежат, вон там.

Глаза великого козла заметно расширились, он посмотрел на Серого, потом назад в направлении дома, потом снова на Серого. У коня сложилось отчётливое впечатление, что козёл временно потерял дар речи.

— Да. — наконец произнёс Арга — Таких новостей я точно не ожидал.

Наступила неловкая пауза. Серый молча ждал продолжения, но Арга только качнул рогами. Взмах жезлом, и величественное существо исчезло. Мгновением позже исчез сам жезл. Посреди двора стоял мастер Раган в порванной безрукавке, морщился и держался за раненое плечо. Серый восхитился искусным преображением.

— Идём. Поможешь разбудить наших и убрать эту падаль. — голос оружейника тоже стал прежним, грубоватым и решительным — Жаль Маха. Он был хорошим человеком.

— Да, мастер, конечно. — согласился конь. — Только… одежды у вас новой не найдётся?

Совещание полуночников длилось недолго.

— До рассвета не так много времени. — заметил Арга, точнее, снова мастер Раган.

Серый сделал зарубку в памяти. Не называть великого духа истинным именем даже в мыслях, чтобы не проговориться ненароком при посторонних. Возможно, это не потянет на разочарование со смертельным исходом, но точно окажется провалом. Великий козёл прямо дал понять, что желает пока соблюдать инкогнито.

— Сам пойдёшь? Может быть опасно.

— Пойду сам. — подтвердил Серый. — На северной стороне сейчас полно воинов кабира. Обычный человек не пройдёт. А у меня есть… возможности.

— Хорошо. — Раган деловито кивнул. — Удачи.

Шамир мрачно зевал и выглядел сильно недовольным, но по иной причине. Джигит расстроился, что пропустил схватку с ассасинами. Его можно понять — он и все остальные рисковали вообще не проснуться.

Арга обмолвился о знании, которое он вытащил из нападавшего. Убийцы получили приказ вырезать всех в доме для устрашения, до последнего человека. Не только предводителя восстания вместе с охранниками, но и его помощников, и гостей, и слуг, и всю семью кузнеца. При последних словах глаза великого духа очень недобро потемнели и окутались злой аурой, настолько явственно, что Серый аж отшатнулся.

Как ни удивительно, но выходило, что Арге по-настоящему дорога его человеческая семья. Серый мысленно поставил бессмертному духу за это плюс. И похоже, что обезьяне и её адептам, лучше теперь на дороге великому козлу не попадаться.

Интересно, а знают ли жены Рагана, что их муж — козёл? В хорошем смысле слова, конечно. Хотя, как сказать…

— Возвращайся поскорее. — добавил Шамир. — Ты запомнил, кому из них можно доверять?

Серый молча кивнул. Спорить джигит не стал: похоже, он крепко верил в таланты «своего» жреца Вэл. Правда, Серый собирался использовать совсем другие таланты, хотя и не собирался в этом признаваться.

— Дзира? — тихо спросил Раган, когда они остались вдвоём.

Пробраться по ночным крышам в облике черного тигра заманчиво, но он так пока не умеет. Серый сделал отрицательный жест.

— Нет. Корн.

Связанный клятвой, Серый честно дал обещание не говорить ничего другим великим духам или их служителям, не раскрывать тайн нового хозяина. И его отпустили на вылазку. Неожиданно. Серый думал, что Раган первое время постарается держать нового приспешника при себе.

Золотой браслет вроде бы не контролировал коня напрямую, в отличие от золотой уздечки. Но что произойдет, если он попытается нарушить обещание, Серый не знал, и не собирался проверять.

Короткая прогулка по улицам завершилась возле канала, который разделял восточную и северную стороны города. В паре сотен шагов возвышался мост через канал, обильно политый кровью в дневном сражении. Слишком далеко для безлунной ночи: Серый скорее угадывал силуэт моста на фоне звёздного неба, чем видел. Шамир спешился, лично расседлал белого коня, положил рядом свёрток с одеждой и удалился в сопровождении охраны на запасной лошади. Серый остался один посреди ночного Гурганджа.

Стояла непривычная для города тишина. Всего в паре шагов — чёрная гладь реки, одетой в каменные берега набережных. Невидимая и почти бесшумная, только еле слышно плещет волна. Очень темно. Прохладно. Стоило превратиться в человека, как по обнажённой коже побежали мурашки. Серый зябко обхватил себя руками. Вспомнил, что совсем недавно его шокировало каждое такое преображение и усмехнулся.

Мятежники специально выбрали уединённое место для переправы. В крохотный проулок выходили только глухие стены. По уму, подумал Серый, здесь стоило поставить караульных на страже, но… времена скрытного форсирования рек пока не настали. Никто не полезет переплывать канал с оружием и доспехами, да ещё в темноте. Как неожиданно выяснилось при вчерашнем планировании битвы (всего лишь прошлой ночью, а кажется — вечность минула), подавляющее большинство местных жителей даже не умеет плавать.

Здесь Серый некстати вспомнил, что в Гургандже среди самоубийц принято топиться в каналах, и мрачно посмотрел на черную маслянистую воду.

Ладно. Деваться некуда, сам вызвался.

Шаман на ощупь проверил свёрток и покрепче стянул прочным ремнём. Попробовал поднять — вроде держится. Призвал Знак Волка. Принюхался. Поморщился. Букет запахов от канала Серый оценил, и теперь забираться в воду не хотелось ещё сильнее. Волк совсем по-человечески вздохнул, аккуратно взял свёрток с одеждой в пасть и почти бесшумно нырнул в холодную темноту реки.

Переправа вышла на удивление простой. Серый бесхитростно поплыл по собачьи, загребая лапами, спокойно добрался до противоположного берега, нашел мостки и вылез. Всего полсотни метров, делов-то. Выбравшись из воды, Серый завертелся и начал брезгливо отряхиваться так, что вода с его шерсти полетела в разные стороны.

— Ты слышал?

Волк мгновенно припал к земле. Приближались шаги и треск горящего факела.

— Кто здесь?

Серый подавил в себе дурацкое желание ответить «это мы, крысы». Никого здесь нет, ясно? Запахов приближалось не меньше трёх. Заметят они затаившегося в ночи волка или нет? Нырять обратно в Аракс, а потом искать вплавь дорогу в обход, страшно не хотелось. А если заметят? При небольшом везении волк сможет загрызть и троих врагов, но без шума и тревоги точно не обойдётся.

Серый сосредоточился. И ничего не вышло. Шаги приближались. Как не хочется просить помощи, но…

— Ширран.

— Что, опять? Снова убивают? — тигр иронично скалился во всю пасть.

— Нет. Просто мешают. Поможешь?

Первый воин вышел на мостки, держа факел высоко над головой.

— Опять начальству лазутчики мерещатся. — ворчание — Да кто здесь бу…

Большая черная тень возле стены зашевелилась, ожила и рванулась вперед стремительным прыжком, прямо в лицо. Крик застрял в горле, так и не вырвавшись наружу. Второй воин отшатнулся при виде чёрной смерти. Удар. Хруст ломающихся костей. Третий успел открыть рот, и Серый вбил длинные когти ему в горло.

— Спасибо, что помог. — мысленно сказал Серый. Затем его передёрнуло. Шеи людей ломались под его мощными кошачьими лапами, словно сухие палочки. Раз — и готово. Никто из бедняг даже закричать не успел. И ведь они, в общем, ничего плохого ему не сделали. Просто оказались в неправильном месте в неправильное время…

Как и те стражники в храмовом подземелье, напомнил ему внутренний голос. Помнишь? Серый вздохнул. Он помнил. Он уже становится злодеем, или ещё нет?

Самым мерзким здесь оказалось чувство удовольствия, которое Серый испытывал при каждом убийстве. Он понимал, что это отклик не столько его разума, сколько тела, но сильно легче не становилось.

— Понрравилось. — довольно констатировал Ширран в его сознании. — Нет ничего приятнее, чем убивать, верно? Хмм… разве что спариваться.

— Изыди.

Связь с Когтем Дзиры прервалась, но Серый отметил, что в этот раз она держалась немного дольше. Наверное, подумал Серый, пока он испытывает отвращение от убийства, он ещё не стал злодеем.

Вокруг — ни души. Волк с отвращением спихнул мертвецов в канал, снова схватил мокрый свёрток зубами и затрусил в глубину тёмных переулков.

Город словно вымер. Жители тихо сидели по домам, что заметно облегчало задачу. Из неплотно закрытых оконных ставен тянуло страхом. Редкие человеческие следы принадлежали воинам кабира. И лишь однажды путь Серого пересёк свежий звериный след. От него веяло крепким, матёрым волком, который целенаправленно куда-то двигался. Серый оскалился и пожелал эмиссару Корна удачной охоты.

Воинов в северном квартале расположилось немало, но их заставы кучковались в свете фонарей и факелов. Волк легко их обнаруживал по свету и запаху, и столь же легко обходил стороной.

Неплохо, что на юге не заводят собак, хотя Серый не знал, считать ли это однозначным плюсом. С одной стороны, при случайной встрече никто не примет серого хищника за дворнягу и начнётся паника. С другой стороны, местные шавки точно не пропустили бы шатающегося по городу волка. А так — тишина, никакого концерта.

Возле знакомого особняка Серый перекинулся обратно в укромном месте и переоделся. Одежда вся промокшая, но здесь ничего не поделать. Посмотрел по сторонам — ни души. Ворота и двери, естественно, на замке. Серый пожал плечами и решительно постучал.

Послышался громкий скрип открывающейся двери. Серый открыл рот, но не успел ничего сказать, как шамана бесцеремонно втянули за порог. Дверь захлопнулась за спиной, и Серый внезапно оказался в круге серьёзных людей, вооруженных до зубов. Некоторые даже обнажили клинки. От неожиданности Серый едва снова не призвал Когтя, но вовремя заметил, что местные не собираются нападать. Их счастье.

— Кто такой? — сурово спросил один из воинов.

— Серый. — скупо ответил шаман. — Хозяин этого дома меня знает.

Короткий обмен репликами, и его провели в глубину дома. Тихий внешне, внутри он оказался полон людей. Воины разместились в комнатах, в коридорах, везде, даже клумбы маленького дворика оказались безжалостно вытоптаны привязанными конями. Серого провели мимо, в небольшую комнату дальнего крыла.

— Прошу вас. — старый слуга склонился перед Серым. За ним стояли две служанки. — Что вам угодно? Вы желаете переодеться? Горячий рафф?

— Нет, спасибо, ничего не надо. Но от сухой одежды не откажусь.

— Амри вам поможет. Хозяин примет вас, господин, как только вы будете готовы.

Вопреки ожиданию Серого, вместо одного хозяина его встречала целая компания.

— Я имею честь приветствовать жреца Вэл? — спросил старик с белой бородой и пронзительным взглядом темных глаз. — Прошу вас, Серый, будьте нашим гостем. Моё имя Каран, глава семьи Кархани.

— Как хозяин этого дома, я с почтением присоединяюсь к просьбе. — добавил пожилой мужчина в тюрбане, расшитом золотом. Судя по имени, отец Ирмана и глава его маленького клана.

Кроме этих почтенных джентльменов и приятеля Шамира, с которым Серый общался в прошлый визит, вокруг стола в мягких креслах расположились еще несколько незнакомых людей в богатых одеждах. Серый с облегчением уселся на свободное место.

— Да. — просто сказал Серый. — Я облечен Знаком великой Вэл.

Серый поднял ладонь, и над ней затрепетал язык белого пламени. В отличие от иного колдовства, этот простенький фокус действительно происходил от Знака Кобылицы. Спасибо Арге за информацию.

— И вы явились лично? — крепкий воин в стальном нагруднике скептически посмотрел на жреца.

— Меня знают лично. — Серый пожал плечами. — И благодаря помощи великой Вэл я могу пройти там, где остальных заметят. Вокруг множество воинов кабира.

Люди возле стола одобрительно закивали. Благословение великой кобылицы здесь уважали.

— Хорошо. — предводитель оппозиции еле заметно поклонился. — Мы вас слушаем. Что желает нам передать принц Карим?

Уже принц. Одной краткой репликой старик умело обозначил свою позицию.

— Он просит поддержать нас атакой с вашей стороны. Завтра, на рассвете. Мы собираемся разгромить войска кабира и занять дворец.

В помещении замерла напряженная тишина. Предводители молча переглянулись. У Серого сложилось впечатление, что все решения в этом зале уже обсудили и приняли заранее. Главное, чтобы положительные. Не хочется выбираться отсюда по трупам, уклоняясь от клинков.

— Мы выступим. — подтвердил Кархани от имени остальных. — Да славится Вэл!

— Хорошо — с облегчением улыбнулся Серый — По сигналу. На рассвете, как только в небе загорится огненный цветок.

Глава 3. Кузница Гефеста

На входе расположилось несколько вооруженных мятежников. Серого пропустили без разговоров, и он быстро направился в зал, поправляя кожаный пояс. Минутой назад белый конь поставил сам себя в конюшню и принял родной облик, когда обнаружил в свободном деннике чистую одежду. Кого-то (скорее всего, козла) стоило похвалить за предусмотрительность.

В дверях Серый столкнулся с выходящим тысячником, который почтительно уступил жрецу дорогу и даже поклонился. Рамил, если память не изменяет. Кажется, парень до восстания работал начальником охраны каравана, и хорошо работал.

В зале стояла благословенная тишина. Шамир с Раганом негромко беседовали в креслах возле очага. Охранники маялись за дверью в ожидании ассасинов.

— Значит, вы старший жрец великого Арги. — констатировал Шамир и посмотрел на вошедшего. — Кстати, Серый, мог бы мне рассказать.

— Это не моя тайна. — возразил шаман.

— Надеюсь, это не вызовет вражды? — спокойно спросил Раган.

— Нет. — проворчал Шамир. — Мы договорились помогать друг другу. Я мало знаю про великого козла, но он не враг моей повелительнице. Если Арга окажет нам помощь, то обещаю, что не стану препятствовать в восстановлении его храмов и почитании.

— Рад это слышать.

Серый приземлился рядом, пребывая в сложных чувствах. Если бы Шамир догадывался, с кем он сейчас разговаривает! Одна неверная реплика может иметь тяжкие последствия. Но подсказывать побратиму даже намёком, Серый не имеет возможности. Не сегодня.

— Серый. — сменил тему Шамир. — Тебе удалась твоя вылазка?

— Вполне. — шаман кивнул. — Я говорил с Караном из семьи Кархани. Они атакуют по сигналу. Там ещё было много народа, перечислить? Я запомнил не все имена.

— Не стоит. Если Каран и Ирман нас поддержали, то дело верное.

— Хорошо. — согласился Раган. — Помощь нам совсем не помешает.

— Мне известно, что некогда в городах стояли святилища всех десяти великих духов. — повернулся к нему Шамир. — Конечно, тигропоклонников я бы хотел видеть в Гургандже только на колу, да и любителям волка здесь не рады, но… храм Арги? Я не против. Если на ремесленной стороне его уважают люди, то пусть будет.

По местным меркам, удивительная широта взглядов. Возможно, решил Серый, это следствие долгого странствия джигита. В конце концов, Шамир выживал в землях Корна, среди последователей великого волка, и остался цел.

— Договорились. Я тоже держу слово. — кивнул Раган.

— То есть?

— Завтра. — веско сказал оружейник. — Завтра вы возьмёте дворец.

— Я? — ошеломленно спросил Серый.

— Ты. Вы вместе. — Раган указал на Шамира.

— Великий Арга нам поможет? — быстро произнёс Шамир.

— Только косвенно. — глаза Рагана полыхнули сталью и золотом. Серый вздрогнул, но джигит, похоже, ничего не заметил. — Нет, принц. Этот великий город издревле поклоняется кобылице Вэл, и Арга не собирается присваивать его себе и объявлять своим владением. Арга может сломить их сопротивление силой, превратить дворец и храм в руины, но не желает. Будет много крови и ненависти, и мало пользы. К ним пойдёшь ты, божественный конь Вэл! И ты на спине белого коня, наездник его милостью, принц Карим!

— Да будет так. — согласился Шамир.

— Вы хотите, чтобы мы уговорили всех сдаться? — уточнил Серый.

— Да. Или уничтожили тех, кто откажется.

Шаман вздохнул. Придётся идти в первых рядах. Риск немаленький. Белый конь слишком большая и уязвимая мишень. Одна надежда — на крепость веры защитников, но кого они послушают: коня со знаком Кобылицы или своего верховного жреца? Вопрос.

— Но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вы вернулись из боя целыми. — спокойно продолжил Раган. — Смотрите.

Следуя за мастером Раганом, двое заговорщиков прошли в соседнюю комнату, ограниченную сплошными стенами без окон. Серый уже видел её раньше — когда мастер показал ему скромный алтарь великого козла. Шамир с любопытством посмотрел на алтарь Арги, не решаясь приблизиться, но Раган прошёл дальше. Возле стены расположился длинный стол, с которого Раган сдёрнул покрывало. Серый не удержался от удивлённого восклицания, когда увидел, что именно лежит на столе. Шамир тоже.

— Это доспех из закалённого лунного серебра. — с гордостью произнёс мастер Раган, и Серый догадался, что Арга ковал его лично. — Лучший доспех в Гургандже. Панцирь, юбка до колен, наручи, поножи. Шлем открытый, но зачарованный. Не стоит слишком полагаться на чары, но шальную стрелу они отразят.

— Спасибо, мастер. — после краткой паузы произнёс Шамир, с восхищением разглядывая доспех, сверкающий серебром и украшенный сложным узором. Джигит церемонно поклонился — Я очень благодарен за столь щедрый дар. Но…

— Пустое. — Раган поднял ладонь. — Я знаю, что твоё сердце принадлежит кобылице, и не собираюсь его забирать. Прими этот дар в знак моих дружеских намерений.

— Спасибо! — сейчас Шамир говорил совершенно искренне. — Моя глубочайшая благодарность.

Принц снова поклонился, низко, с уважением.

— Твой дар будет иным, Серый — уверенно сказал мастер Раган. — Прошу меня простить, но для этого нам придётся остаться наедине.

Стоило Шамиру покинуть святилище, как Раган повернул рычаг возле стены, и тяжелая каменная дверь со скрипом отрезала их от остального мира.

— Начнём. — Раган посмотрел на Серого. — Обратись.

Серый с некоторым смущением отвернулся и разделся. Когда он поднялся на четыре ноги, то великий козёл стоял рядом с ним в своём истинной облике. Арга неспешно обошёл кругом великолепного коня, с интересом рассматривая, удовлетворенно кивая. Серый невольно приосанился, тряхнул гривой и фыркнул.

— Хорош. — констатировал Арга. Его глаза снова загорелись нечеловеческим огнём — Божественному коню — божественный доспех.

С этими словами, великий дух взял со стола массивное украшение, золотое или позолоченное. Серый не понял его предназначение, но покорно стоял и не шевелился, пока Арга собственноручно крепил драгоценность на мощной шее коня. От прикосновений божества бросало в дрожь.

— Теперь призови свой доспех любым словом, которое выберешь. Желательно, не таким, которое ты можешь назвать случайно.

Похоже на пароль? Серый на мгновение задумался.

— Эгида!

В его положении, имя доспеха Афины Паллады прозвучало вполне уместно.

Стоило только произнести слово, как с легким шелестом заколдованная броня начала разворачиваться. Серый тихо заржал от неожиданности и ощущений, когда его белую шкуру охватил легкий прохладный металл: закрыл голову и грудь, распространился на бока, прикрыл живот.

Арга внимательно рассматривал результат, время от времени касаясь металла осторожным прикосновением жезла. Серый видел краем глаза довольную усмешку на его строгой морде.

— Встань и прими от Гефеста доспех велелепный… — шёпотом произнёс Серый, потрясённый величием момента, в котором он временно оказался на месте самого Ахилла. Он помнил эту сцену из «Илиады», когда бог-кузнец вручал изготовленный им доспех величайшему герою Греции.

— Некогда я ковал лошадиную броню для самой великой Вэл. — произнёс Арга. На морде козла появилась настоящая улыбка. — Давно это было.

Серый переступил ногами. Ему подарили настоящий божественный доспех? Выходит, он с «эгидой» попал в десятку? Зеркало! Полцарства за зеркало!

— Получается, это броня самой великой кобылицы, мастер? — благоговейно спросил Серый.

— Не совсем. Броню великой кобылицы ты не смог бы нести, да и нет её у меня. Это один из опытных образцов, которые я изготовил в ходе создания доспеха Вэл. Он чудом у меня сохранился, но как видно, не напрасно.

— Благодарю за великий дар. — Серый низко склонил голову, касаясь гривой земли. Затем, поколебавшись, добавил. — А здесь нет зеркала?

— Нет, но в моих силах его создать — великий козёл достал жезл. — Смотри.

Серый посмотрел и выпал в осадок от восхищения. Изящный золотистый доспех прикрывал тело коня от головы до ног, от красивого шлема с прорезями для ушей до металлических поножей на пясти. Возможно, и не совсем функционально, далеко не полностью, но с эстетической точки зрения доспехи выглядели потрясающе. Стоило признать — великий дух ремесла и творчества оказался действительно гениальным мастером.

— Доспех почти неуязвим для обычного оружия. — довольно произнёс Арга. Великий козёл явно наслаждался произведённым эффектом. — Также он притягивает к себе стрелы и иное оружие.

— Вы хотели сказать, отталкивает, мастер? — неуверенно поправил Серый.

— Именно притягивает. Конь слишком большой, чтобы покрыть его доспехами полностью, но разящий металл будет по возможности избегать открытых участков, и стремиться к броне.

— Я понял, мастер. Огромное спасибо!

— Это не всё. — заметил Арга. Козёл погладил короткую бороду и показал на соседней предмет, похожий на широкий стальной наконечник от копья. Серый пригляделся и заметил на его блестящей поверхности изображение звериной головы — Помимо защиты, тебе потребуется и оружие. Его ты оденешь на правую ногу.

— Я… — Серый остановился, чтобы не прерывать духа.

Предмет словно расплылся, и перед Серым в воздухе появилось тяжелое копье со сверкающим стальным наконечником. Метка на копье стала более отчётливой — оскаленная волчья пасть. Очень красиво.

— Это… это мне?

Арга кивнул.

— Мне и для него придумать слово?

— Да.

— Фенрир. — торжественно сказал Серый. — Я нарекаю тебя Фенрир.

Повинуясь знаку великого духа, копьё снова исчезло. Серый с сожалением посмотрел ему вслед. Шикарное оружие. И в отличие от мечей, он хотя бы сможет им воспользоваться, для копья не обязательно быть фехтовальщиком.

— Но пока управлять доспехом и разящим копьём ты не можешь. Для этого нам потребуется кое-что ещё. Идём.

Конь послушно двинулся следом, склоняя голову под притолокой. Серый начал догадываться, отчего Шамир остался позади за каменной дверью. Не только из-за экзотической внешности его нового хозяина.

— Да, мой юный служитель. Ты получишь мой Знак. Знак Арги.

Вторая стена почти бесшумно раздвинулась перед ними, повинуясь жесту великого козла, а затем сомкнулась заново за их спинами. Конь остановился, осматриваясь.

Это место тоже выглядело простым, хотя и намного более просторным. С обычным каменным полом и голыми стенами, без драгоценных камней, роскошных ковров и прочей мишуры. Только возле стены стоял алтарь, увенчанный высокой серебряной или стальной статуей козла в человеческий рост. В дальней стороне Серый заметил множество различных инструментов, включая верстак и горн, а также массивные шкафы с книгами, закованными в тяжелые оклады.

Похоже, они оказались в настоящем святилище Арги.

— Ритуал у великих духов разный. — неторопливо начал козёл. — Обычно я предоставляю смертным выбирать дар самостоятельно по своему желанию. Насколько мне известно, Дэки придерживается такого же мнения. Но сейчас тебе важно не просто выбрать силу, но такую, которая позволит управлять моим доспехом и копьём. А это далеко не просто. Обычному смертному, скорее всего, на это не хватит силы.

— Простите за любопытство, мастер…

— Не за что извиняться. Я великий дух знаний. — козёл снисходительно кивнул, мол, продолжай. — Мне приятно, когда люди хотят знать.

— Разве вы не можете своему избраннику дать столько силы, сколько пожелаете?

— Нет. — Арга покачал головой. — Точнее, передать я могу. Но избранник не выдержит. Духи много раз пробовали передать смертным слишком много божественной силы за один приём, и всегда это плохо заканчивалось. Обычно нарастающим и неизбежным безумием. Нет.

— Так вот почему выдра наградила меня всего двумя умениями. — прошептал Серый. — А я всё думал, что ей стоило подарить мне три или пять, это же совсем немного для великого духа?

— Именно так, мой юный помощник. Если бы Дэки вложила в тебя больше силы, ты мог просто не выдержать и сломаться. Выдра это отлично понимает, поэтому если ты втайне гневался на неё, то напрасно. И от меня не стоит ожидать слишком много. Даже под покровительством великого духа, смертные идут к могуществу не мгновенно, а годами, порою десятками лет.

— Я не жажду могущества, мастер. — возразил Серый.

— В этом нет ничего плохого. Главное — тщательно соизмерять свои силы. Но сейчас ты в лучшем положении, чем простой смертный. Ты уже несколько месяцев владеешь Знаком, причём не одним, а несколькими, и вполне в здравом рассудке, поэтому я рискну дать больше.

— Что я должен сделать, мастер?

— Просто коснись моего алтаря. Да, можно и носом. Вот так.

Стоило коню коснуться прохладного металла, как свет в глазах Серого померк. Не надолго, Серый даже не успел испугаться, как зрение восстановилось.

И оказалось, что святилище Арги исчезло.

Изменилось абсолютно всё. Пропало святилище, дом мастера Рагана, временно ставший штабом мятежников, и даже сам Гургандж. Вокруг потрясённого человека на целые километры, сколько глаза глядят, простиралась титанических размеров кузница. Серый ошеломленно замер, осматриваясь. Во многих местах горел огонь, пылало жаром, который ощущался от тёплого пола даже через кроссовки, по стенам плясали черные тени, гигантские молоты размером с небольшой дом били по наковальням, а вдали из чаши вытекал расплавленный металл. Настоящий металлургический комбинат.

На каменных стенах висели многочисленные свитки, выкованные из мерцающей тёмной стали и покрытые начертанными золотыми рунами на неизвестном языке. И всё вокруг работало автоматически — поблизости ни одной живой души. Серый растерянно одернул джинсы.

— Значит, таков твой истинный облик. — фыркнул великий козёл. — Ты действительно человек.

— Я этого не скрывал.

— Знаю. Иди направо и смотри внимательно, но ничего не трогай.

Ближайший молот с грохотом опустился на наковальню. Серый едва не подпрыгнул, тихо помянул чёрта и послушно зашагал в указанном направлении. Вскоре он остановился. Дорогу преградила длинная линия массивных каменных столов, вырезанных из неизвестного полудрагоценного узорного камня.

На столах лежали множество самых разнообразных предметов, словно выкованных в кузне. Не только мечи и щиты, хотя они первыми бросались в глаза. Серый заметил молотки, подковы, сапоги, какие-то клещи, шлемы, луки… господи, чего там только не было! Рядом с оружием расположились неизвестные ему инструменты, книги в дорогих окладах, а одна из вещиц походила на сложные очки с тремя стёклами, только в оправе из серебра. Большинство выставленных предметов украшены красивой гравировкой, драгоценными металлами или камнями. Серый даже растерялся при виде такого изобилия.

— Ничего из этого тебе не надо.

— Мы в астральном мире, верно, мастер? — спросил Серый. — А это… ваши дары?

— Верно. Иди дальше.

Серый послушно прошёл около сотни метров вдоль линии каменных столов, с любопытством посматривая на выставку, и вздрагивая от налетающих порывов горячего воздуха. Вскоре драгоценные предметы начали попадаться реже, потом совсем редко, да и столы закончились. На самой последней столешнице сиротливо лежал единственный стальной амулет на цепочке. На вид самый простой, без украшений. Арга молчал.

— Мне кажется. — наконец, решился сказать Серый — Это самый ценный предмет в этом месте. Верно?

— Верно. — послышался довольный смешок. — Ты умеешь думать.

— И многие до него добираются?

— Почти никто. Возьми его.

Серый аккуратно поднял предмет за цепочку. Стоило его коснуться, как по коже пробежал легкий электрический удар. Серый пожал плечами, и поднял амулет поближе к глазам, внимательно рассматривая. На нём полукругом располагались выемки, утопленные в металл. Словно гнёзда… для чего-то. Девять гнёзд. Шаман задумчиво потрогал выемку.

— Это для чего-то нужно, мастер?

— Да.

На столешнице в углублении лежала горсть прозрачных камешков. В ином месте Серый предположил бы, что это алмазы. По размерам они вполне подходили для гнёзд.

— Возьми их.

— Сколько мне нужно взять? — Серый не спешил хватать камни.

— Правильный вопрос. Обычному смертному я бы разрешил взять только один. Возможно, два. Но думаю, ты выдержишь и четыре. С меньшим количеством не сможешь использовать мои артефакты. Бери.

Алмазы казались очень холодными. Серый по очереди вставлял их в гнёзда и они сливались с амулетом, словно всегда там были. Пять гнёзд остались свободными.

— Теперь надень его на шею.

— Хорошо.

В яркой вспышке астральная кузница исчезла, и Серый провалился в беспамятство.

Глава 4. Натиск

Алый рассвет поднимался над крышами, прогоняя серый сумрак с главной торговой площади Восточной стороны. Сегодня здесь не появилось ни одного торговца. Зато многие тысячи людей, мужчин и женщин, вооруженных и безоружных, сливались в огромную толпу.

За прошедшие день и ночь армия мятежников заметно выросла. Нерешительные отбрасывали сомнения и присоединялись к восстанию. Иные с оружием и в простых доспехах, но большинство — вооруженные гневом и надеждой. Сейчас в распоряжении Шамира и Ваджефа находилось, наверное, вдвое больше ополченцев, чем сутки назад. Ветеран оценил силы мятежников примерно в десять тысяч.

Проблема оставалась, как и раньше, в подготовке, дисциплине и снаряжении. Профессиональных воинов среди ополченцев немного. А прилично экипированных (в основном, ветеранов вчерашней битвы) набралось едва ли четверть. Впрочем, эти тысячи уже являлись вполне себе грозной силой. Многие из них были вооружены трофеями. Мастера работали сутки, не разгибаясь. Стрелки получили ещё несколько десятков арбалетов и большое количество стальных стрел.

Ополченцев, вооруженных копьям и грубыми деревянными щитами, отправили в оборону вдоль каналов. Зато большинство ветеранов стягивали в одно место, возле моста на северную сторону. Сегодня на рассвете — наступление.

Пока Шамир спешился и ходил разговаривать с людьми, Серый меланхолично жевал вкусную лепёшку, которой коня угостил паренёк-коновод. Кажется, младший сын мастера Ахмада. Мальчишка прямо сиял от гордости, что его назначили на такую ответственную должность.

Конь волновался и прядал ушами. В предстоящей битве ему предстояло идти в первых рядах. Дары великого козла были прекрасны, но и отрабатывать за них предстояло по полной. Серый с удовольствием бы отказался от этой почётной должности, но его мнения никто не спрашивал. Козёл не говорил прямо, но по намёкам Серый предположил, что настолько продвинутых адептов у Арги просто нет.

Обе передних ноги коня обхватывали браслеты Арги, почти не мешающие движению и, видимо, почти незаметные. По крайней мере, никто из людей не обратил на них внимания.

Вокруг шли разговоры, которые Серый ловил чутким лошадиным слухом.

— А нам вчера Арга помогал, вот!

— Кто?! Великий козёл? Сам? Да иди ты!

— Представь, мастер Раган к нему воззвал, и у всех наконечники как засветятся…

— Зато у нас принц Карим воевал. Махал саблей — любо поглядеть. И его волшебный конь помогал. Джамух сказал, что когда принц отлучился, вместо него конь командовал.

— Да иди ты!

Серый фыркнул. Разговор смешался, затерялся в толпе. Но подходили новые люди.

— Да пустяки, слава Вэл, слегка задело…

— …А потом мы их гнали три квартала!

Серый довольно всхрапнул. Он не специалист, но не обязательно быть психологом, чтобы заметить — люди изменились, и изменились в лучшую сторону. Да, вчера некоторые погибли, но остальные приобрели уверенность в себе. На лицах появилась гордость. Теперь ополченцы шли не в отчаянный и почти безнадежный бой с воинами кабира. Они готовы были сражаться на равных, и побеждать.

— Хэй. — это Шамир издали махал рукой. Серый снялся с места и двинулся вперёд, раздвигая широкой грудью толпу вооруженных ополченцев. Коновод не столько вёл коня, сколько влачился за ним. На небольшой площади собралось множество людей — яблоку негде упасть. Но перед Серым все расступались, вольно или невольно. Удобно быть лошадью.

Шамир начал вещать с помоста, но его слова терялись в гуле толпы. Впрочем, людям хватало и того, что принц с ними, а в серебристом доспехе Арги он выглядел очень эффектно. Народ отвечал громогласным и неразборчивым «а-а», которое прокатывалось по площади, словно волна. В конце кто-то заорал «Карим!» и клич подхватили.

Вторым выступил мастер Раган. Серый решил, что Арга немного подшаманил, уж очень сильно прозвучал его голос, словно через усилитель. Раган пообещал всем поддержку великого козла, и в доказательство воздел над головой посох, из которого вырвался огненный факел. Многие озадачились (Арга? Откуда?), но ремесленники дружно поддержали, и в целом народ приободрился. Одно дело воевать просто так, и совсем другое — с божественной помощью.

Последним на помост горделиво зашёл Серый и встал рядом с предводителями восстания.

— Доблестные жители Гурганджа! — решительно произнес конь и его слова громом разнеслись по площади. Серый покосился и увидел улыбку Рагана. Площадь в изумлении затихла, все без исключения смотрели на говорящего коня.

— Великая кобылица Вэл благоволит вам! — возгласил Серый.

Затем белый конь сделал паузу и тихо прошептал «Эгида», призывая Знак Козла и активируя с его помощью артефакт Арги. Прямо на глазах восхищенной толпы белый конь облачился в красивые золотистые доспехи, возникшие из ниоткуда. Шлем с прорезями для ушей прикрыл его голову, изящный нагрудник с узором из золотых листьев защищал широкую грудь коня и отчасти шею. Золотые пластины спадали на бока и живот.

— Вэл! — восторженно заорал кто-то. Площадь подхватила. — Вэл! Вэл!

Белый конь громко заржал, возвращая себе внимание.

— Я поведу вас! — голос Серого легко перекрыл шум толпы. — Мы поведём вас! Народ станет свободным!

— Вэл!

Серый подался вперёд и легко спрыгнул с помоста. Шамир взлетел на спину волшебного коня, чем мгновенно поднял свой рейтинг ещё выше.

— Веди нас! — послышались выкрики из толпы. — В бой!

Белый конь замер, возбуждённо раздувая ноздри. Моральный дух воинов они подняли на отлично. Теперь дело за военачальниками.

Краешек солнца показался над безмолвно бегущими волнами Аракса. Сотни выстраивались на улице. Набережная на вражеской стороне канала словно вымерла, дураков оказаться под прицелом арбалетчиков больше не было. Которые были, все закончились.

Тела павших людей и коней ночью увезли, чтобы достойно похоронить, невзирая на их сторону. На этом настоял мастер Раган и пожилой седобородый жрец Вэл, который помогал лечить раненых вместе со своими учениками. Серый не решился поговорить с ним при всех, но видел, как старик с почтением поклонился белому коню, прежде, чем вернуться к работе. Некоторые мятежники начали спорить, но предводитель восстания веско сказал "Мы не душегубы", и остальные с ним согласились.

Теперь мосты и набережные встречали рассвет в одиночестве, и лишь тёмные пятна на брусчатке напоминали о вчерашнем смертоубийстве. Увы, не последнем. Серый мысленно благодарил великого козла за подарок: с волшебной бронёй оказалось намного спокойнее готовиться к новой битве. Конь с холодом вспоминал мёртвые глаза павших лошадей, виновных лишь в том, что последовали в бой за своими хозяевами.

Раган переглянулся с командирами, махнул рукой. Пожилой ремесленник с двумя подмастерьями притащили и направили в небо металлическую трубу. Поднесли горящий факел. Шипение. Свист. Под изумленные возгласы ополченцев вверх взлетела огненная черта. Мгновение спустя она взорвалась над крышами огромным алым цветком, который красиво распустился на фоне рассветного неба.

— Вперёд!

Первая сотня рванулась через мост, прикрываясь высокими щитами. За ними устремились остальные. Серый гарцевал в первых рядах. Внизу под мостом бежал Аракс, подмигивая белыми гривами водяных лошадей.

— Вэл и Карим! — заорал кто-то. — За Вэл!

Кто-то из профессионалов кричал держать строй. Сотни шли вперёд быстрым шагом. Серый ждал. Сейчас… Вот… Улица перегорожена самодельной баррикадой. Они тоже учатся. Догадаются ли поставить лучников на крышах?

Над баррикадой поднялся строй врагов, на первых лучах солнца заблестели шлемы.

— Стоять!

— Именем великой Вэл! — воскликнул конь, обращаясь к войску кабира.

Продолжить он не успел. Шелест летящих стрел разрезал прохладный утренний воздух. Стреляли с земли, навесом.

— Щиты!

Серый медленно попятился назад. Вызвал ледяной щит, прикрывая Шамира и себя. Одна из падающих стрел ударила в сверкающий щит и отскочила. Серый тихо заржал. Но остальные мятежники не имели колдовской защиты. С глухим стуком стрелы вбивались в подставленные деревянные щиты. Иногда — в тела. Застонали раненые.

Мастер Раган вышел вперёд, перед войском. Воздел посох. Не потрясающее хайтековское изделие Арги, которое Серый видел ночью, а вполне простой, деревянный со стальным навершием. Но, как выяснилось, вполне действующий.

— Во имя великого Арги! — возгласил мастер. Две стрелы отскочили от него, словно от невидимой преграды. За баррикадой раздались громкие испуганные крики, слышимые даже на расстоянии, и стрельба мгновенно прекратилась. В рядах восставших толком ничего не поняли, но одобрительно загомонили.

— Вперёд!

Ряды щитоносцев снова сдвинулись с места и мерно зашагали по направлению к баррикаде. За ними следовали арбалетчики. Сотни дешёвых башмаков гулко топали по каменной брусчатке. Серый двигался с армией, придерживая перед собой сверкающий щит выдры. Конь решил держать его по возможности, сколько хватит сил, уж очень сильно он возвышался над рядами пехотинцев вместе со своим всадником. Зато эффект налицо. Конь косился по сторонам и видел, с каким воодушевлением смотрят люди на божественного жеребца с принцем на спине в своих рядах. Да они сейчас голыми руками меджидовцев порвут…

Рядом с правым боком коня, словно телохранитель, пристроился Хорис. На куна посматривали с удивлением, но достаточно спокойно. В рядах восставших были и другие тринни, хоть и немного, а лишний лучник в бою не помешает.

За баррикадой, довольно хлипкой на вид, но всё же опасной, толпой выстроились защитники. Кто-то истошно орал команды, пытаясь навести порядок. Блестели наконечники копий.

— Стоять! — заорал Рамил. За ним повторили сотники. — Вниз!

На глазах Серого мятежники совершили манёвр, который должен оказаться для воинов кабира сюрпризом. Не доходя совсем немного до преграды, первые ряды один за другим становились на колени, припадая к земле и укрываясь за щитами. Замешкавшихся подгоняли руганью и подзатыльниками. Серый заметил, как на лицах защитников появилась растерянность. Кто же так делает?

В бою, конечно, такое странное действие могло запросто привести к поражению. Но даже Серый понимал, что из-за баррикады мгновенно контратаковать не смогут. Даже если пожелают, что вряд ли. Зато…

— Целься! — заорал Фел, командир арбалетчиков. Эти тренировались ещё задолго до начала восстания.

Конь поспешно переместил волшебный щит назад. Если Шамир сидит в шлеме и кирасе Арги, то конь с тыльной стороны защищен совсем плохо. Не хотелось бы получить дружественную стрелу в круп.

— Стреляй!

Стальные тетивы арбалетов с глухими щелчками бросили вперёд стрелы. Впереди громко закричали. При выстреле в упор арбалеты пробивали практически любую защиту. Стрела Хориса присоединилась к остальным и тоже нашла себе цель.

Команды повторились. Ширина улицы не позволяла стрелять всем одновременно, но арбалетчики спокойно менялись местами, делали залп и уступали место товарищам. После третьего залпа противники дрогнули, а после четвёртого — бросились бежать.

— Вперёд!

Мятежники решительно добежали до баррикады и растащили её почти мгновенно. Но там уже почти никого не осталось. Видны только убегающие спины вдали. Самых тупых или самых упрямых воинов прирезали в короткой безжалостной стычке, затем добили раненых. Серый прошёл в открывшийся проход. Под копыта неприятно попало мягкое.

Коня и принца встретила торжествующая усмешка Рамила. В отличие от кабирского войска, привыкшего сражаться беспорядочной массой конницы, начальник охраны каравана знал, как воевать в пешем строю.

— Вперёд!

Войско миновало перекресток. Ваджеф и Рамил умело дирижировали сотнями, надрывая голос. Отряды восставших перегородили боковые улицы. За цепочкой копейщиков выстроились арбалетчики.

Вдали на правой улице кучковался солидный отряд всадников. Вероятно, резерв кабира. Серый задержался на перекрестке. Если они решатся напасть… Не успели. Всадники только выстраивались для атаки, когда стрелки изготовились и командир арбалетчиков отдал приказ. Залп, и ливень стальных стрел обрушился на врага. Несколько людей и лошадей повалились с криками и жалобным ржанием. Остальные мгновенно обратились в бегство, не оказав ни малейшего сопротивления.

— Вперёд!

Большая площадь. Некогда и здесь торговали, но теперь от торговых рядов остались только обломки. На дальнем конце собрались противники, и в немалом количестве. Похоже, кто-то лихорадочно пытался организовать оборону. Не самое подходящее место, по мнению Серого. Если они позволят нам выстроиться на широкой площади, им трындец. У нас здесь больше тысячи людей, из них полторы сотни арбалетчиков, а их всего сотен пять, и конных не больше сотни.

— Ваше время. — сказал Раган. Серый снова мысленно поставил плюс великому козлу. Возможно, проще было бы перебить всех до последнего, но…

— С дороги. — крикнул Шамир.

Белый конь решительно вырвался на простор между вооруженными отрядами. Его подкованные копыта выбивали искры из камня мостовой. Серый привстал на дыбы и громко заржал, собрав на себе все взгляды. Серый видел, как воины ошеломленно смотрели на белого жеребца, одетого в прекрасные золотые доспехи.

— Воины! — воскликнул Серый. — Ваш кабир неугоден великой Вэл! Приказываю во имя Вэл — бросайте оружие!

— Сдавайтесь и останетесь живы. — поддержал его Шамир.

Короткое замешательство при виде говорящего коня, и первые мечи с копьями полетели на мостовую. Лишь небольшая кучка всадников поскакала прочь. Ополченцы окружили сдавшихся и начали вязать их собственными поясами, энергично, но без заметной злобы.

— Во имя Вэл! — мужчина в доспехе с нашитыми металлическими бляшками крикнул издали Серому. — Верните нам оружие! Мы будем сражаться за вас. К Хагну этого Меджида!

Шамир переглянулся со своим конём. Серый, поколебавшись, кивнул.

— Кто желает сражаться за нас, поднимайте оружие и в строй. — приказал джигит.

— Вперёд!

Серый летел вперёд словно на крыльях, поглощенный азартом наступления.

— До дворца осталось всего ничего. — Ваджеф появился рядом. — Если ещё битва будет, то здесь…

Авангард снова остановился. Широкая улица оказалась перегорожена пополам баррикадой из перевернутых повозок. Серый сделал бы лучше, но местные либо не особенно старались, либо возводили преграду в спешке.

По команде, восставшие быстро выбегали из узости и заново выстраивались напротив баррикад. Серый ожидал нового обстрела со стороны врага, благо момент для этого самый подходящий, и лучники могли собрать немалый урожай, но стрельбы всё не было. Зато за баррикадой послышались крики, боевые кличи, звон стали, заметались люди. Там явно происходило что-то интересное. Наружу начали выскакивать воины в паническом бегстве. Увидев перед собой целое войско мятежников, бегущие замерли и сгрудились растерянной кучей. Некоторые упали на колени.

— Этих связать. — приказал Ваджеф. — Вперёд!

Повозки изнутри растянули руками и навстречу восставшем выдвинулся небольшой отряд конницы. Всадники махали руками.

— Свои!

Предводитель отряда подскочил верхом. Остановил горячего солового коня.

— Мы их порвали! — Ирман радостно скалил зубы. Шамир подал Серого вперёд и стукнулся с Ирманом ладонями. — Дорога свободна, мой принц!

Могущественная крепость возвышалась на невысоком, но вполне заметном холме. Большая, массивная, крепость господствовала над городом и подавляла своим величием. Кольцо серых стен из тяжелых каменных глыб в тонны весом. Крепкие приземистые башни через каждые сто шагов. Замкнутые ворота глубоко врезаны в стену и тоже прикрыты двумя надвратными башнями. Пространство перед крепостью полностью очищено от домов или иных строений. Ничего до самых стен, только пустое кольцо, покрытое холодной каменной брусчаткой.

От крепости веяло несокрушимой древностью. Серому она напомнила подземелья главного храма в Джигербенте. Конь беспокойно дёрнул хвостом. Он ожидал чего-то менее… капитального.

Передовой отряд, тем временем, остановился в конце улицы, не собираясь выходить на простор раньше времени. На лицах людей проступило сомнение.

— Это — дворец? — тихо спросил Серый, повернув голову к седоку. — Больше похоже на цитадель.

— Да. — ответил коню Шамир. — Его выстроили очень давно. Некогда здесь правил кабиркаан всего юга.

Ваджеф справа молча кивнул. Зато Ирман слева не сдержался от удивления и дёрнул повод. Не привык ещё, что под принцем ходит говорящий конь. Серый довольно усмехнулся. Шелест. Серый инстинктивно выставил ледяной щит выдры, прикрывая отряд. Попытался растянуть побольше, на всю ширину улицы, и вроде получилось. Но большинство стрел бессильно упало на землю перед конями, недолётом. Одна или две стукнули в щит.

— Отходим. — приказал Шамир. — Просто так дворец не взять.

— Разве мы не победили? — разочарованно спросил один из воинов.

— Нет. — хмуро ответил джигит. — Пока ещё нет.

Глава 5. Троянский конь

Цоканье подков по каменной мостовой отдавалось метрономом. Дома по бокам создавали хотя бы иллюзию защищенности, но они закончились вместе с улицей, и в полном одиночестве перед дворцом Серый ощущал себя голым. Хотя, формально, он и являлся голым, если не считать зачарованного лошадиного доспеха.

Небо застыло над его головой, светлое, выцветшее от накатившей дневной жары. Серый нервно обмахивался хвостом. Конь понимал, что идёт рисковать своей белой шкурой, и это его совершенно не радовало. Он совсем не мифический герой древности, которого хлебом не покорми, но дай совершить пару подвигов. Серого на подвиги совсем не тянуло. Но придётся…

Мрачные стены цитадели, сложенные из тёмно-серого камня, неспешно надвигались, угрожающе нависали над конём. Из бойниц на стене выглядывали и затем скрывались лица защитников. Серый не сомневался, что лучники только ожидают приказа. Где-то за этими стенами скрывается кабир Меджид, его наследник принц Ильхан, который едва не убил их с Шамиром на скачках, и примерно полтысячи воинов.

Будет очень обидно, подумал Серый, если его здесь прикончат.

Шамир, как побратим, по товарищески предложил пойти на переговоры вместе с конём, то есть, верхом на коне, но Серый настоятельно посоветовал ему не дурить. Время для принца ещё придет позже, а прямо сейчас наверняка найдутся желающие решить проблему раз и навсегда.

Цок. Цок. Серый белой шкурой чувствовал множество взглядов, которые собрались на стройной фигуре коня. Защитники дворца с удивлением смотрели на великолепного белого жеребца без всадника, зато в невероятно красивой золотистой броне, который неспешно шёл по направлению к воротам, гордо выставляя ноги. Цок. Цок.

Не доходя двадцати шагов, Серый остановился.

— Ваш ход, синьоры… — фыркнул конь.

Серый начал мысленный отсчёт. Один, два, три… Конь решил досчитать до ста, и если никакой реакции осаждённых не появится, то форсировать события. Успел добраться до сорока восьми.

Послышался душераздирающий скрежет. Тяжелые ворота крепости вздрогнули и начали медленно открываться. Серый оценивающе смотрел на их створки. Ворота на первый взгляд обычные, не зачарованные, но сделанные добротно, из массивных деревянных брусьев и стянутые стальными скрепами. Не настолько древние, как тысячелетние стены крепости. Тем не менее, вполне серьёзное препятствие для армии без осадных орудий. И ещё неизвестно, что расположено за ними дальше. Конечно, и осадные башни можно сделать, и тараны, и всё такое, но время, время… И неизбежные потери, конечно.

Серый не сомневался в добросовестности Рисаха и его степняков, нанятых Шамиром для перехватывания гонцов, поскольку победа восставших в их финансовых интересах. Но рано или поздно информация о мятеже до южной армии всё-таки дойдёт. И что тогда?

Ворота продолжили открываться. Конь облегчённо всхрапнул. Серый представлял себя на месте гарнизона крепости. Прямо возле ворот остановился бесценный жеребец. Без всадника. В потрясающем и тоже бесценном доспехе. Да разве можно удержаться? Даже если конь вражеский, чего он сможет сделать один?

Серый почти не сомневался, что воины кабира не устоят перед такой шикарной добычей, которая сама приходит в руки. Тем более, мятежники специально отступили подальше, не показывались на глаза, чтобы не спугнуть. Но мало ли. Вдруг осторожность победит?

Хорошо, что ожидания оправдались. Операция «Троянский конь» начинается!

Створки разошлись не сильно — в самый раз, чтобы завести внутрь жеребца. Из ворот выглянуло несколько человек. Серый спокойно ожидал на месте, пока один из людей не потянулся к нему, но растерянно остановился, заметив, что конь стоит без седла и уздечки.

— С дороги, во имя великой Вэл! — звучно произнес Серый. Воины кабира шарахнулись в стороны. И добавил повелительным голосом — Следуйте за мной!

Конь направился прямо в ворота. Ошеломленные воины потянулись следом.

От широкой каменной арки веяло прохладой. Конь неспешно прошёл под ней, цокая копытами. Над головой и по бокам нависали тяжелые каменные своды. По дороге Серый покосился наверх. Он опасался увидеть опускную решётку, которой защитники могли бы мгновенно перегородить выход, но решётки не заметил. Вероятно, ещё не изобрели.

На выходе из арки конь слегка прищурился от яркого солнца, демонстративно приосанился и гордо поднял сильную шею. Пошёл вперёд, печатая шаги подкованными копытами, словно на параде. Его длинная белая грива красиво спадала на плечи. Ну как? Нравится? Конь по глазам встречающих видел, что нравится. Сейчас, синьоры, вы будете удивлены ещё сильнее, уж не сомневайтесь!

Лошадь может свободно смотреть по сторонам, не крутя головой, из-за почти кругового зрения. Серый не замедлил этим воспользоваться. Перед глазами коня оказался довольно скромный двор, окруженный невысокими строениями. Дворец возвышался на отдалении. Справа и слева привратные башни. Впереди и по сторонам расположилось довольно прилично народа. Копейщики, стрелки, целый отряд воинов в блестящих бронзовых нагрудниках и шлемах, вероятно, гвардия кабира… Всадников почти не заметно, зато на стенах видны лучники. Какой-то солидный господин в дорогих доспехах, алом плаще и шлеме с роскошным конским гребнем, повелительно взмахнул рукой.

— Возьмите коня!

— Воины! — Серый остановился и впечатал копыта в землю. — Великая кобылица Вэл вами недовольна!

По привратной площади пробежал шум. Кто-то даже выронил щит, и он грохнулся на землю.

— Великая кобылица недовольна кабиром Меджидом! — возгласил Серый, пользуясь всеобщим замешательством. — Она приказывает вам открыть ворота и сложить оружие!

Явление говорящего коня, одетого в драгоценные золотые доспехи, произвело убийственное впечатление. Взгляд Серого метался по ошеломленным лицам защитников. Конь понимал, что весы замерли в неустойчивом равновесии, и мысленно сжал отсутствующие кулаки. Если его затея провалится и вся толпа рванётся в атаку, одному коню против всех точно не выстоять. Повисло напряженное молчание. Серый повернул уши. Скрипа петель пока не слышно, дорога обратно ещё свободна.

Зато можно услышать испуганную, пока ещё тихую ругань воинов из башни, которые давят на рычаги и тщетно пытаются сдвинуть тяжелый заклинивший механизм ворот. Не получается, да? Не работает? Какая жалость… Немногие знают, что силы великого духа ремёсел позволяют не только создавать механизмы, но и ломать.

— Держите его. — отмер тысячник — И закройте ворота!

Голос военачальника прозвучал очень неуверенно. Это заметно контрастировало со звучным, сильным, почти поющим баритоном белого коня. По этой или иной причине, но воины даже не шелохнулись, когда Серый решительно зашагал вперёд. Двое гвардейцев расступились перед волшебным конём, не смея препятствовать, и тысячник внезапно обнаружил себя прямо перед жеребцом.

— Стой… — проблеял господин, неуверенно хватаясь за рукоять сабли, усыпанную драгоценными камнями.

Без лишних разговоров, Серый толкнул его широкой грудью. Тысячник закономерно полетел на землю от толчка здоровенного жеребца, смачно грохнулся спиной о камень и испуганно задрыгал ногами, словно перевернутый жук. Конь прижал его передним копытом к земле. Серый внимательно следил за руками падшего военачальника, контролируя обстановку вокруг больше ушами. Он помнил, как в похожей ситуации охромел на несколько дней.

— Пощады. — жалобно проблеял тысячник.

Серый сошёл с него и приподнял правую переднюю ногу, которую обхватывал браслет со стальным наконечником.

— Фенрир! — произнёс Серый второй пароль. Наконечник с волшебного браслета исчез, зато рядом с белым конём появилось и зависло, медленно вращаясь в воздухе, тяжелое копьё с длинным острым сверкающим жалом. Серый не видел, но знал, что на лезвии выкована оскаленная волчья морда. По цепочке воинов пробежала волна, многие отшатнулись.

— Вэл приказала вам сложить оружие. — жёстко повторил Серый. — Исполняйте! Все, кто сделает это, получат прощение.

Сначала один, потом другой, и всё больше защитников стали бросать оружие и щиты на землю. Вроде бы получилось…

— Что здесь происходит?! — послышался яростный вопль.

Отряд вооруженных людей стремительно, почти бегом, приближался к воротам.

— Вы там, хватайте скорее жеребца, чего встали? Зияд, ты где, шакал трусливый?

Военачальник, распростёртый на земле, жалобно застонал. Серый раздражённо всхрапнул. В сопровождении отряда гвардейцев, на предвратную площадь ворвался лично принц Ильхан. Не повезло.

— Вэл приказывает всем сложить оружие! — громко повторил Серый.

Стоило признать, у принца оказалась хорошая реакция. Удивлялся он совсем недолго.

— Убить коня! — заорал Ильхан.

Заблестело обнаженное оружие. Воины из свиты принца направились вперёд с мечами и копьями наперевес. Не все, но многие. Слишком многие. Их решительные лица выражали готовность убивать по приказу, окажись перед ними хоть сама великая Вэл. Следуя примеру, некоторые из местных тоже потянулись за оружием. Серый громко и гневно заржал. Часть нападавших остановилась. Двое гвардейцев попытались заслонить принца собой. Ильхан гневно оттолкнул их, вскидывая руку. Перед ним начало формироваться в воздухе нечто странное.

Вероятно, герою полагалось при такой встрече вызывать злодея на честный бой, или совершить ещё какую-то глупость. Серый ничего подобного делать не стал, зато без колебаний отдал Фенриру приказ. Волшебное копьё Арги молнией сорвалось с места, пролетело прямо посередине между поднятых щитов гвардейцев, попутно раскололо на тающие осколки странное нечто перед принцем. И наконец, пробило насквозь стальной, кованый, дорогой, украшенный золотыми узорами нагрудник Ильхана, словно тот сделан из бумаги.

Принц удивлённо схватился за торчащее древко, упал на колени и завалился набок.

Дальше смотреть Серому стало некогда. Прилетевшая стрела звонко ударила коня в бок, и отскочила от доспеха. Ещё одна врезалась в шлем так, что загудело в голове. Конь отшатнулся, смело встретил первых набегающих, встал на дыбы, и обрушился копытами от души. Один из смертников попытался уколоть коня в грудь, но лезвие даже не поцарапало нагрудник. Затем Серый лягнул кого-то сзади… завертелся с прижатыми ушами в поисках атакующих врагов, щедро отвешивая удары копытами, и…

Всё закончилось.

— Ильхан убит! — истошный вопль сам собой прекратил драку.

Гвардейцы растерянно остановились. На стене двое лучников вязали третьего.

Из приоткрытых ворот послышался гул, и на площадь стали выбегать ветераны передового отряда мятежников, вооруженные до зубов. Это окончательно решило дело. Серый поспешно остановил своих.

— Сдающихся не убивать! Они под моей защитой!

— Слава Вэл! — послышались возгласы, причём с обеих сторон.

Серый подождал, пока восставшие начнут оттеснять и вязать сдающихся воинов кабира, и только после этого позволил себе облегченно всхрапнуть.

Кажется, выжил.

В воротах появился Ваджеф, который с ходу начал распоряжаться, отправляя отряды направо и налево для зачистки дворов и блокирования главного здания дворца. Учитывая, что возле ворот белому коню сдались сотни полторы защитников, не считая тех двоих, которым Серый лично проломил головы, сил у кабира должно остаться не много. И подмоги им прямо сейчас ждать неоткуда. Священный храм Гурганджа блокирован крупным отрядом во главе с Раганом (Серый заранее пожалел бедолаг, которые попробуют сразиться колдовством с самим великим духом), а на западные казармы направили две тысячи ополченцев. Разве что лояльная знать вмешается, но Шамир считал это маловероятным. Встревать за проигрывающих дураков нет, а внуку Абд-Рахмана поклониться не стыдно. Хотя Ваджеф и это предусмотрел, когда отправил конницу Ирмана прикрывать фланги.

Неужели победа?

Ворота со страшным скрипом открыли пошире, и в них появился небольшой отряд всадников. Впереди Шамир на запасном коне. Джигит мгновенно соскочил на землю и подбежал к Серому, обнял белого коня за шею.

— Цел?

— Ага. — ответил Серый. — Только устал.

Ноги коня слегка подкашивались. Призыв и использование заколдованного копья выпили из него прилично сил. Серый сомневался, что смог бы повторить такое второй раз. И ещё он, наверное, просто переволновался, оказавшись в роли троянского коня.

— Смотрите, принц, смотрите. — настойчиво звал кто-то.

Шамир вместе с Серым подошли, и джигит недовольно выругался, помянув разом Ильхана, его родителей и пустынного шакала в весьма непристойной конфигурации.

— Я сам хотел его убить!

— Ну извини. — фыркнул конь.

— Это ты его? Чем? С помощью Вэл, да?

Призванное копьё уже рассеялось, поэтому Серый просто кивнул.

— Обыщите его. — Шамир склонился над телом, рассматривая пробитый нагрудник и повелительно махнул рукой.

В этот момент всё и произошло. Серый теоретически мог бы вмешаться, но от неожиданности затупил. Поэтому Шамира спасла только его собственная реакция. Джигит резко отпрянул, и лезвие меча пролетело в двух пальцах от его шеи. Все остальные только испуганно шарахнулись в стороны, когда убитый принц Ильхан вскочил на ноги.

С яростным воплем Ильхан бросился прямо на Шамира, замахиваясь мечом. Люди в страхе расступились перед восставшим из мёртвых. Замешательство длилось не долго, но несколько секунд свободы он получил. Джигит парировал удар Ильхана саблей с клеймом танцующего единорога. Громко зазвенела сталь. Ильхан бешено атаковал, держа меч обеими руками. Серый развернулся среди мешающих людей, поднялся на дыбы за его спиной, замахнулся копытом, не собираясь проводить честный поединок между двумя принцами, но запоздал. Оружие бойцов успело столкнуться лишь трижды, затем Шамир сделал шаг в сторону, резкий выпад, и голова Ильхана внезапно слетела с плеч. Обезглавленное тело выронило меч, медленно рухнуло назад и Серый ощутил, как его передние ноги окатила горячая волна. Конь с отвращением захрапел и попятился.

— Вот тварь. — Шамир зло взмахнул клинком, но в голосе джигита звучало удовлетворение. — Серый, это как?

— Не понимаю. — честно признался конь. — Он выглядел вполне мёртвым.

Конечно, теоретически и с пробитой грудью можно какое-то время жить, но точно не размахивать мечом, словно бешеный.

— Ну и ладно. — Шамир злорадно ухмыльнулся. — Рад, что лично отрубил башку гадине. И мечник из него никакой, гаремный воин. Обыщите труп, может, какое колдовство найдётся.

— А тело потом сожгите. — предложил Серый. — На всякий случай.

Совещание наскоро проводили в одном из залов дворца, где несмотря на все безобразия, продолжал журчать фонтан. От воды веяло приятной прохладой. В зал заглянул мастер Ахмад, которого Раган назначил «комендантом» дворца и ответственным за перепись имущества, бросил несколько слов и снова убежал. Серый ему искренне сочувствовал и надеялся, что хотя бы часть сокровищ останется не разграбленной.

— Дворец взят. — Раган благосклонно кивнул шаману. — Отличная работа, Серый.

Шаман кивнул в ответ, принимая похвалу великого духа. После боя он снова принял человеческий облик и теперь наслаждался заслуженным отдыхом. Скрытый смысл пантомимы остался для остальных не замеченным.

— Взят, но Меджид сбежал! — Шамир грохнул кулаком по столу. — Или спрятался. Нигде его нет!

— Что говорят пленные? — спросил Серый. От участия в допросе он предпочёл уклониться.

— В основном то, что и так нам известно. — нехотя ответил Шамир. — Вчерашнее поражение здорово подорвало их дух. И ещё ночью какая-то тварь разорвала командующего войском, который пытался построить оборону. Они там тряслись до утра. Серый, не знаешь, что это могло быть? Ещё один демон Дзиры?

— Думаю, что нет. — ответил шаман.

Шамир с подозрением посмотрел на соратника, но комментировать не стал.

— Поэтому сопротивления толком не было. — подвёл итоги Ваджеф. — Самые преданные заперлись во дворце вместе с кабиром, остальные сдались или разбежались.

— Меджид… — прорычал джигит. — Мне нужен Меджид! Мы всё перерыли, допросили слуг. Куда он мог подеваться? Никто не знает!

— Я знаю. — негромко сказал Раган.

Все посмотрели на него.

— Между дворцом и древним храмом Вэл проложен тайный подземный ход.

— Сомневаюсь. — недоверчиво сказал Шамир. — Никогда о таком не слышал. От дворца до храма почти четверть парасанга, разве бывают такие длинные ходы?

Около километра, мысленно перевёл Серый в привычные единицы измерения.

— О проходе немногим известно. — пожал могучими плечами кузнец. — Его построили давно, ещё до Разлома, глубоко под землёй. Тогда мастера знали и умели больше. Говорят, им иногда пользовалась сама кобылица Вэл, когда желала побыть в одиночестве.

— А ты откуда обо всём этом знаешь? — спросил Ваджеф.

— Слышал. — расплывчато ответил Раган. — Попробуем найти его. Серый, ты мне нужен.

За дверями встали на страже воины. Серый слышал, как они беседуют, разгоряченные недавним сражением. Но стоило только остаться с великим духом наедине, как Арга сделал знак рукой и вокруг стало тихо.

— Я готов искать, мастер. — Серый склонил голову. — Если удалить людей, то я могу призвать Знак Корна, превратиться в волка и пойти по следу.

— В этом нет нужды. — Арга еле заметно улыбнулся. — Я знаю, где находится подземный ход. Я хотел поговорить наедине, чтобы нам не мешали. Пусть думают, что мы готовим некий ритуал.

— Я слушаю, мастер.

— Прежде всего, ты хорошо проявил себя сегодня. — сказал Арга. — Хвалю. Я следил за тобой.

— А. — Серый запнулся — Понятно.

— Ты не только понял мой замысел, но и добросовестно выполнил его. Теперь для всего юга, дворец и город захвачены не великим козлом Аргой, но верными слугами кобылицы Вэл. Хорошо. Можешь задать вопрос.

— Мастер. — спросил Серый. — Мне и сейчас не ясно, зачем такая скрытность. Я понимаю, что вы не желаете показывать явно свою власть, но ощущаю, что это только часть замысла. Как надводная часть айсберга,то есть, я хотел сказать, ледяной горы.

— Любопытное сравнение. О чём ты говоришь?

— Айсберг — это огромная ледяная гора, свободно плавающая в океане. Корабль, который проходит мимо, видит только вершину ледяной горы, которая находится над водой. Но никто не видит огромное тело горы на глубине, хотя оно в десятки раз больше вершины, потому что гора лёгкая, почти как вода. Так и здесь — мне видна только видимая вершина вашего замысла.

— Интересно. — искренне сказал Арга. — Это напоминает мне истории Хагна. Кажется, медведь однажды мне рассказывал что-то подобное, но сам я никогда ледяных гор не видел.

— Возможно, мне следует знать больше, чтобы лучше исполнить ваш замысел.

— Возможно. — кивнул Арга. — Ты правильно понимаешь. И со временем узнаешь больше. И расскажешь мне больше. Но не сейчас. Сейчас наша задача — решить вопрос с местными жрецами. Ты должен привести их под свою руку.

— Как прикажете, мастер. — сказал Серый, стараясь не высказывать сомнения — Но это будет сложно.

— Конечно, сложно. — согласился великий козёл. — Верховный жрец Хомра — опасный противник. Он уже восемьдесят лет правит святилищем Гурганджа.

Серый поморщился. Он вспомнил поединок Элли и Агадира, в котором единорожка проиграла и… нет, нет, не погибла, пока он точно этого не знает. При этом, Серый понимал, что он слабее Элли. Даже, наверное, с щедрыми дарами Арги. Соглашаться опасно, но и отказываться от задания — явно плохая идея.

— Сделаю всё, что в моих силах.

— Хорошо сказано. — Арга оценил аккуратную формулировку Серого — Скорее всего, ты один не справишься. Поэтому мы пойдём вместе и подземным ходом. Там, где нас никто не ожидает.

И никто посторонний не увидит, мысленно добавил Серый. Видимо, на лице Серого появилось настолько заметное облегчение, что Арга усмехнулся.

— Невыполнимых заданий я не даю. Если ты окажешься в смертельной опасности — я приду на помощь. Но помни — для всех остальных они должны склониться не передо мной. А перед тобой и новым кабиром Гурганджа.

Арга сделал жест рукой.

— Говори.

— Не все жрецы плохие, мастер. — заметил Серый. — Кейнор нам на скачках хорошо помог, помните?

— Не спорю. — согласился великий дух. — Я и не собирался с ними расправляться, если им ты это опасаешься. Но им придётся подчиниться нашей воле. И ты в этом поможешь.

Прохладные каменные своды смыкались над головой, словно не было одуряющей жары на улице. Хорошее местечко, если бы не темнота и не спёртый воздух. Рядом лежали груды мешков, которые повторно проверили охранники Шамира. Подвалы дворца обширны. Многие подозревали, что беглый кабир просто прячется в укромном месте.

— Это здесь. — спокойно произнёс Раган.

Шамир и его охранники с сомнением смотрели на потрёпанную каменную кладку. Хорис, стоявший рядом, принюхался и громко чихнул.

— Я вижу только стену. — вежливо сказал Шамир. Двое воинов светили ему чадящими факелами.

— Отойдите все. — сухо сказал оружейник сопровождающим. — Подальше.

Наконечник посоха Рагана загорелся серо-стальным светом, и внезапно Серый заметил небольшое тёмное отверстие в стене на высоте колена. Замочная скважина?

Серый приготовился, что великий козёл вытащит из рукава ключ, но Раган поступил проще: коснулся посохом отверстия, и почти мгновенно послышался громкий стук. Со стены посыпалась пыль, и все увидели на ней тонкий контур приоткрытой двери.

— Мы пойдём вдвоем с Серым. — сухо сказал Раган.

— Кроме жрецов, там немало храмовых стражей — возразил Шамир. — И у Меджида могут быть телохранители. Надо взять хотя бы сотню воинов.

— Нет. Мы пойдём вдвоем. Воины нам только помешают.

— Тогда я пойду с вами. — решительно сказал Шамир.

— Это неправильно. — холодно заметил Раган. — Ты новый правитель Гурганджа. Ты нужен здесь.

— К Хагну. — джигит резко махнул рукой. — Я дал клятву убить Меджида и отомстить за моих родных. Для меня это важнее, чем трон. Я пойду с вами.

— Ну что ж. — оружейник пожал плечами. — Не стоит вмешиваться в дела храма, но если ты желаешь…

— Я пойду.

— Иди, но с одним условием — звуки вокруг Рагана стихли. — Всё, увиденное там, должно сохраниться в тайне. Это дела жрецов.

— Обещаю. — Шамир нетерпеливо кивнул.

— Тогда сперва поднимись, предупреди остальных и оставь им указания.

Воины дружно надавили на дверь, отворили внутрь и остановились на пороге, настороженно вглядываясь в темноту. Серый подошёл к приоткрытой двери и посмотрел внутрь. Воины боязливо жались на пороге, не решаясь сделать шаг внутрь. И Серый их понимал. Из тёмного прохода пахло мёртвым холодом.

*****

От автора: если вам нравится эта история, подпишитесь и поставьте лайк. Вам не сложно, а мне приятно :)

Глава 6. Сделка

По лабиринту тесных улиц Джигербента пробирался всадник верхом на прекрасной белоснежной кобыле. Прохожие и обитатели местных кварталов замирали при виде такой удивительной картины, затем оборачивались и долго смотрели вслед. Изящная белая лошадь, чистая и красивая, словно танцевала в быстром шаге, светилась солнечным лучом посреди унылых бедняцких кварталов и этим невольно привлекала всеобщее внимание.

За красивой лошадью следило множество взглядов: одни смотрели с искренним восхищением и восторгом, особенно дети, иные с любопытством или удивлением, некоторые с алчностью. Последние, впрочем, мгновенно отворачивались, стоило им опознать всадника.

Тая давно потерялась в этом переплетении трущобных переулков, и лишь терпеливо следовала грубоватым командам повода. Больше всего она старалась никого не задавить по дороге. Ходить под седлом оказалось странно, совсем не так, как скакать голышом по мягкой степи. Неподкованные копыта чувствительно ступают по камням. Уздечка неприятно дёргает за рот. Спина ноет от непривычного груза — и как только Серый таскал её на себе сотни парасангов?

Направо. Налево. Прямо и снова направо. Женщина с тележкой поспешно отступила к стене, освобождая путь. Стайка мальчишек задорно засвистела вслед.

Очередная улочка выгнулась тетивой лука. Пешеходы как-то незаметно исчезли, и стало подозрительно безлюдно. Подчиняясь указаниям повода, Тая неуверенно развернулась почти на месте, переступая ногами. Затем нырнула в крохотный проход между маленькими покосившимся домами, из которого неприятно пахло мусором. Проход заканчивался потрёпанными деревянными воротами. Ну и местечко. Куда её завели?

Ворота отворились с натужным скрипом. Тая шагнула вперёд и внезапно оказалась на чистой выметенной площадке. Привратник поспешно закрывал створки за её спиной. Вместо маленьких домиков перед Таей поднимались добротные каменные здания в два или даже три этажа. Арки по сторонам вели в неизвестном направлении, намекая, что одним двориком этот особняк не ограничивается.

Похоже, посреди трущоб нашлось целое поместье. Кто бы мог подумать?

— Сюда, госпожа. — тихо произнёс всадник.

Тая пошла в указанном направлении и оказалась… логично, в конюшне. Здесь было чисто, довольно просторно и почти не пахло. Конюшня скромная, но и коней всего ничего — большинство стойл пусты.

— О! — восхищённо воскликнул бородатый дядька — Вот это краса-авица! Три сотни дадут, не глядя. Где взял?

— Где взял, там уже нет. — отрезал Крыс.

Конюх едва не облизывался, пока Тая проходила мимо него. Жрица невольно прижала теснее хвост, хотя и понимала, что у бородача интерес профессиональный, а не мужской. Тае показалось, что конюх собрался похлопать её по заднице, и приготовилась лягнуть, но Крыс успел предупредить первым.

— Даже не думай.

— Понял, босс.

Всадник ловко спешился и вежливо направил Таю в чистое стойло.

— Сейчас всё сделаем в лучшем виде, босс. — сказал дядька. Заметно прихрамывая, он подошёл поближе.

— Не надо. — убийца понизил голос. — Ты ничего не видел.

— Само собой.

— Нет. Ты вообще ничего не видел. Ни для кого.

— Всё, понял, не дурак. Меня здесь нет.

Конюх захромал прочь. Тая дернула ухом, отслеживая удаляющиеся шаги. Недовольно заржала.

— Прошу вас, госпожа жрица, подождите пока здесь. — тихо сказал Крыс. — Я мог бы послать за одеждой слугу, но чем меньше людей знает о вашем секрете, тем лучше. Схожу сам.

Тая фыркнула, но потом кивнула.

— Подождите, я быстро.

Убийца удалился почти бегом. Тая вздохнула. Мог бы и расседлать.

Впрочем, Крыс не соврал. Вернулся он действительно быстро. Затем аккуратно расседлал Таю и наконец вытащил удила из рта.

— Тьфу.

С превращением Тая не промедлила и секунды, тем более, и доступное время истекало. Поспешно завернулась в плащ, который вежливо преподнёс Крыс. Ну… пока не так плохо, как могло быть. Про ассасинов во дворце говорили разное и обычно нехорошее, но этот тип явно лучше, чем те грязные бандиты с большой дороги. На первый взгляд выглядит приличным человеком. Насколько это можно сказать про человека его профессии.

— Неприятная вещь. — Тая пнула ногой уздечку.

— Простите, уважаемая госпожа жрица. — снова извинился Крыс. — Мне очень неловко, что я использовал вас, как лошадь. Я не настолько хорош верхом, и мог править грубовато. Выучился уже взрослым.

— Ничего, я сама это предложила. — Тая кивнула. — А в детстве у вас лошадей не было?

Крыс как-то странно усмехнулся.

— Не было. В детстве у меня мало что было.

— Простите. — искренне извинилась Тая.

— Ничего.

Девушке показалось, что она задела Крыса своими словами, хотя не собиралась этого делать. Вероятно, наёмный убийца вырос в нищете, где-то среди этих трущобных кварталов. Имеет ли она право осуждать его за род занятий? Хорошо говорить тем, у кого есть дом, еда, семья и бесплатное школьное образование…, а здесь люди озабочены тем, чтобы просто выжить.

Переодевшись, Тая последовала за новым знакомым. Крыс отвечал краткими репликами, пока они шли через лабиринт разнообразных помещений, двориков и проходов. Поразительно, что в центре города, в трущобах, стоит такой большой комплекс зданий. Сопровождающий явно не желал говорить лишнего, но в голосе Крыса слышалось заметное уважение по отношению к гостье. Это поддерживало Таю, которая побаивалась, не попала ли она, выскочив из огня, да прямо в колодец. Если местные бандиты её уважают, то, вероятно, не сделают что-то уж совсем плохое. Некоторые рожи по дороге выглядели совершенно уголовными, но рядом с Крысом никто себе ничего не позволял.

Тая с улыбкой вспомнила превращение в лошадь прямо на глазах ассасинов. Какие у них были лица! Интересно, каким случаем к ним прибился Макс? Видимо, скоро она сама всё узнает.

— Вы желаете отдохнуть? — спросил Крыс — Я провожу.

В голосе прозвучал намёк.

— Я не слишком устала.

— Тогда глава нашего дома ожидает вас.

— Глава дома… В смысле, того Дома?

— Да.

Стало немного зябко. Получается, она оказалась в том самом таинственном Доме, о котором даже во дворце предпочитали говорить шёпотом?

— Прошу.

Большая комната. Стол. Мягкие кресла. Столбики золотых монет. Два светящихся шара на золотых подставках. Тая от волнения почти не обращала внимание на обстановку. Она неуверенно присела на краешек кресла, с любопытством рассматривая собеседницу. При слове «глава» Тая ожидала увидеть что-то вроде главаря разбойников, увешанного ножами и пистолетами. Или солидного господина с глазами ядовитой змеи, как в фильмах про мафию. Но за столом внезапно оказалась женщина средних лет с интеллигентным лицом. Красивая.

Крыс скромно расположился где-то сбоку.

— Моё имя Дита. — представилась женщина. — Я глава Дома. Можете считать меня слугой великой обезьяны Мау в Гургандже.

— Меня зовут Тая. — представилась девушка. — Я старшая жрица Вэл. А вы… тоже жрица?

— Да, я старшая жрица Мау. — женщина еле заметно, на волосок, поклонилась. Её голос был спокоен и холоден. — Это имеет значение для вашей повелительницы?

— Нет. Мне просто интересно.

Старшая жрица. Выходит, эта красивая темноволосая женщина — тоже колдунья?

— Ясно. Значит, вы просили убежища, как мне сообщил мой помощник?

— Вы правы. — Тая сцепила пальцы. — Меня и моих друзей, они тоже… жрецы, нас взяли в плен местные жрецы Вэл. Я хотела бежать.

— Одни жрецы взяли в плен других? — в голосе Диты прозвучала ирония. — Зачем?

— Не знаю. — честно сказала Тая. — Они меня держали взаперти и использовали, как целительницу. Но это потом. Сначала, мне кажется, им не понравилось, что мы хотели увидеть настоящий алтарь великой кобылицы.

— А я говорил. — со значением произнёс за спиной Крыс.

Дита не ответила, лишь нахмурилась и в сомнениях постучала пальцами по столу.

— Вы предоставите мне убежище? — решилась спросить Тая.

— Разногласия между жрецами кобылицы нас не касаются. — наконец, сообщила Дита. — И ссориться с Агадиром мне не интересно.

Тая напряглась в ожидании, что её сейчас попросят на выход. И это в лучшем случае. Но расстроиться окончательно не успела.

— Тем не менее, возможно, мы сможем помочь друг другу.

— Чем?

— Вы действительно целительница? Мне сообщили, что вы способны обращаться в лошадь именем Вэл. Это редчайший дар, но нам от него мало пользы.

— Да, и хорошая. — Тая вспомнила слова Агадира. Если даже этот страшный колдун считает её хорошим врачом, наверное, так оно и есть.

— Превосходная. — подтвердил Крыс. — Она вытащила Сойку прямо из лап Хагна. Никогда не видел ничего подобного.

Тая посмотрела на убийцу с благодарностью.

— Что же. Хороший целитель нам нужен. — кивнула Дита. — Предлагаю сделку.

— Сделку?

— Да. — глава внимательно посмотрела на девушку. — Мы укрываем вас от гнева жрецов Вэл или кабира. Вы помогаете нам. После дела получите двойную долю добычи. Всё честно. Далее вы можете остаться в Доме и пользоваться нашим гостеприимством, или покинуть его, как пожелаете.

— Я не собираюсь убивать или грабить. — возмутилась Тая.

— Не беспокойтесь. Мне известно, какие разговоры ходят о нашем Доме, но поверьте, я не стала бы предлагать подобное жрице Вэл. Уверена, эта просьба не затронет идеалы вашей повелительницы. Но дело опасное, иначе нам бы не потребовалась помощь целителя, хотя вполне выполнимое. Мои люди будут вас охранять. Итак?

— Тогда… — девушка немного подумала. — Ладно. Я согласна. Я пойду с вашими людьми, но буду только лечить.

— Сделка?

— Сделка. — Тая повторила жест Диты и коснулась её ладони. Необычное ощущение, словно маленькая молния проскочила. Женщина даже поморщилась и потерла руку.

— Принято.

— А как быть с моими друзьями? Вы сможете помочь?

— Вряд ли. — Дита покачала головой. — Храм слишком хорошо зачарован. Но я попробую узнать о них. Вам что-то известно?

— Мало. Элайну я больше не видела, после того, как нас схватили, она должна быть в храме. Серый… я слышала, что он бежал.

— Нам он не встречался. Появись в городе неизвестный жрец Вэл, мы бы узнали. Но я прикажу расспросить людей, возможно, кто-то что-то слышал.

— Ясно… — разочарованно сказала Тая.

— А теперь отдыхайте. Мы вам можем еще чем-то помочь?

Девушка задумалась.

— Возможно, да.

В дверь вежливо постучали.

— Войдите! — строго сказала Тая. — Она ожидала увидеть Крыса, или ещё кого-то из бандитов, но в приоткрытую дверь просочилась мелкая чёрная обезьяна. Оглянувшись, обезьяна захлопнула дверь за хвостом.

— Макс! — радостно воскликнула девушка.

— Тсс!

Прыжок, и обезьян махом оказался у Таи на коленях. Тая радостно обняла его.

— Макс! — девушка погладила приятеля по шерстке. — Живой! И говорить научился! Я за тебя так боялась… Нас с Серым схватили жрецы, представляешь? И взяли в плен! И Хориса тоже! А ты остался невесть где.

Обрадованная девушка тискала обезьяну, которая явно не возражала.

— А я гадал, что с вами случилось. Вы уехали в храм и пропали. — Макс довольно заурчал — Классно, что ты здесь и с тобой всё пучком. А где остальные?

— Не знаю. — Тая вздохнула. — Серый вроде бежал. Я слышала, как при мне из-за него ругались кабир с верховным жрецом.

— Ты с ними обоими успела познакомиться?!

— Ага. Хорис тоже сбежал, когда на храм напал Коготь Дзиры. Потом про Когтя расскажу, он чуть окно мне не выломал. Но я не знаю, нашёл ли Хорис Серого и где они сейчас. Элли… она в храме. Наверное… Я… боюсь, что она погибла, Макс. Я её не видела и больше не чувствую с того дня, совсем.

Лапка Макса обняла Таю за шею и обезьян молча прижался к ней мордочкой.

— Спасибо. — девушка вздохнула. — Если с Элли что-то случилось, я… клянусь, что найду этого Агадира и прикончу. Не знаю, как. Как-нибудь.

Помолчали. Но вскоре Тая заметила, что утешающая лапка сдвинулась ниже и почти легла на грудь.

— Эй… эй, а вот этого не надо!

Увесистый шлепок, и обезьян отстранился.

— Ну попробовать то можно.

— Только ещё раз попробуй. — грозно сказала девушка. — Начнешь лапать, где не следует, или ляпать, что не следует, возьму и оторву всё, что не приклеено!

Макс только ухмыльнулся.

— Не выйдет. — довольно сообщил сокурсник, лыбясь во всю морду. — У меня теперь Знак Обезьяны, прикинь? Настоящий! Мне его сама великая Мау подарила!

Макс поднял лапу, и внезапно в ней появился блестящий стальной кинжал. Макс ловко крутанул его в ладони, и кинжал снова исчез.

— Ого! — Тая ошеломленно посмотрела на приятеля.

— Я и не так ещё могу! — похвастался Макс. — Меня сам Крыс тренирует!

Обезьяна сделала резкое движение лапой, и в деревянной двери задрожал воткнувшийся со стуком метательный нож. Тая ахнула. Макс довольно выгнул хвост.

— Слушай… может ты знаешь тогда, что за дело они затеяли? Сказали — нужен целитель.

— Лучше бы не знал… Великая обезьяна так на всех ругалась… хотя вообще-то, наверное, я не должен тебе про это рассказывать.

— Великая… в смысле сама Мау? — теперь настал черёд Таи удивляться.

— Ага. Я же говорил, с ней познакомился. Она охрененная.

— Ну ты даёшь! Так что за дело?

— А ты вписалась? — обеспокоенно спросил Макс. — Не глядя?

— Ну да. А что? Я сразу сказала — никакой уголовщины!

Обезьяна сделала себе лапой фейспалм.

Великий кабир Гурганджа Арслан с сомнением рассматривал аккуратный листик пергамента, на котором начертана изящная вязь слов.

— Сын шакала… — вежливо произнёс кабир — Как на моём столе оказалась это письмо?

— Не знаю, господин! — выдохнул новый начальник охраны.

— А если бы это оказался яд? — гневно топнул ногой Арслан — Пшёл вон!

Проследил взглядом непрерывно кланяющегося воина, который задом открыл дверь и вывалился из царских покоев. Затем развернул лист пергамента и снова перечитал изящные строки.

— Благодарю Вас за гостеприимство. Простите за поспешное исчезновение, но свобода мне важнее. Если Вам или дорогим Вам людям потребуется лечение, зайдите в таверну, которая стоит на углу рынка Нищих. Всегда Ваша Тая.

Арслан хмыкнул в бороду, представляя грандиозный переполох в случае, если кабир решит лично посетить рынок Нищих. Затем аккуратно разорвал листок на мелкие клочки и бросил в огонь.

— Что же. Вольной кобылице не место под седлом… — усмехнулся Арслан и печально посмотрел в окно, за которым простиралось поле крыш его огромной столицы.

Глава 7. Тайны старые и новые

Из пасти потайного хода веяло холодом. Не приятной прохладой после знойного дня, и даже не студёным морозом зимы, но холодом скользящим, забирающимся по одежду, словно змея, пробирающим до костей.

— Стоило одеться потеплее. — проворчал Шамир. Джигит обеспокоенно всматривался в темноту и поглаживал рукоять Единорога. Длинный изогнутый меч с клеймом танцующего единорога, выкованный оружейником Раганом, стал непременным спутником принца. В левой руке Шамир держал прочный щит с красивым рисунком и стальным умбоном.

— Нет. — сухо сказал Раган. — Это не настоящий мороз. Терпите.

— Что это, мастер? — спросил Серый.

— Ничего хорошего. Морок. Но бояться его не надо.

Отряд стражников по мановению руки Шамира поспешил отойти подальше. Как показалось, с явным облегчением.

Хорис взъерошил шерсть и фыркнул. Посмотрев по сторонам, тринни решительно вытащил стрелу из колчана за спиной и наложил её на тетиву.

— Ты тоже остаёшься здесь. — равнодушно бросил Раган.

— Нет. — куница гордо поднял голову и распушил хвост. С его маленьким ростом, по грудь человека, это могло бы выглядеть комично. Но не выглядело. — Я поклялся защищать господина.

Серый не стал поправлять. Кун решил сыграть в «господин-слуга», и шаман решил не мешать.

— Пусть идёт. — заступился Шамир. — Мы сражались вместе, он хороший лучник и я доверю ему свою спину. И…

Джигит замолчал. Кажется, он хотел добавить, что Хорис владеет знаком Выдры, но вовремя спохватился, что оружейник может такой новости не оценить. Серый мысленно похвалил предусмотрительность, хотя Рагану и так известно, что Серый является шаманом великой выдры, а Хорис — его телохранителем.

— Возьмём Хориса. — поддержал Серый, заполняя паузу. — Он отличный разведчик.

— Лишние там не нужны. — Раган нахмурился.

— Я там не лишний. — с достоинством возразил Хорис. — Я прошёл под руинами Сибельмейна до самого его Сердца и выбрался назад живым!

Серому это не говорило абсолютно ничего конкретного. Шамиру, видимо, тоже. Зато Раган внимательно посмотрел на Хориса, словно первый раз его увидел.

— Хороший у тебя слуга, Серый.

Затем великий козёл задумался или начал что-то проверять. Шаман уже замечал у Арги такой отсутствующий взгляд. Шамир начал говорить, но Серый остановил его жестом. Наконец, оружейник принял решение.

— Хорошо, пусть идёт. На тех же условиях, слушаться и хранить тайну.

Не дожидаясь ответа, Раган нажал на рычаг возле стены. Каменная дверь почти бесшумно встала на место и отрезала троих исследователей от остального мира, бросила в кромешной темноте. Обеспокоенные лица воинов остались за сомкнувшейся стеной. Не выдержав и секунды во тьме, Серый поспешно поднял ладонь, на которой затрепетало маленькое белое пламя. В его слабом свете проявилось бледное лицо Шамира.

— Не трать силы напрасно. — заметил Раган. — Лучше оружие возьми, тебе надо тренироваться им пользоваться.

Великий дух приподнял посох, и над ним загорелась маленькая луна.

— Нет у него оружия. — проворчал Шамир. — Я предлагал меч. Не взял. Ну куда это годится — без оружия?

— Толку мне от меча? — хмыкнул Серый. — Если я его в жизни никогда не держал?

Шаман потрогал запястья. Стальной браслет на правой и золотой на левой руке. Два волшебных браслета Арги обхватывали его родные человеческие руки, столь же хорошо, как ранее пясти на передних ногах коня. И при этом оставались невидимы для посторонних. По крайней мере, пока никто не обратил на браслеты внимания. Серый подозревал, что эти божественные артефакты подстроятся и под волчьи лапы, и даже под кошачьи лапы архайна. Шаман негромко произнес «Фенрир», призывая волшебное копьё. С правого браслета исчезло украшение в виде наконечника, зато в ладонь легло тяжелое тёплое древко. Сразу стало спокойнее.

— Вот оно что… Хорошее копьё. — Шамир одобрительно цокнул языком. Джигит явно решил ничему не удивляться.

— Идём.

Раган неспешно направился вперёд, подсвечивая посохом. Шамир шёл вторым. Серый третьим, а кун замыкал небольшой отряд. С боевым копьём в руках Серый чувствовал себя увереннее в этом подземелье. Но вскоре появился и минус — руки начали ощутимо ныть от его тяжести.

— Если начнётся. — профессионально сказал Шамир. — Держись за моей спиной и бей копьём через плечо. Третьим Хорис с луком. А Раган пусть отходит и прикрывает сзади.

— Понял. — подтвердил Серый.

Великий дух промолчал, но Серому послышалась ироничная усмешка. Шамир не догадывается, что рядом с ними идёт армия из одного человека, то есть, козла, который теоретически может раскатать весь храм до основания. Но полагаться на помощь Арги сильно не стоит. Великий козёл прямо дал понять, что не собирается раскрывать инкогнито до последнего, поэтому Серый должен постараться и справиться своими силами.

Воин из меня никакой, самокритично подумал Серый. Копье тяжелело прямо на глазах. Привык не поднимать ничего тяжелее авторучки… Если дойдет до ближнего боя, то надо сразу применять Знак Зверя и превращаться. Но тоннель для коня явно тесен.

Проход сжался ещё сильнее, и приобрёл заметный уклон вниз. Древние стены из серого камня, покрытые зеленоватым мхом, плыли по обе стороны. Серый крепко сжимал древко руками. За его спиной почти бесшумно шёл Хорис, замыкающий отряд.

Неожиданно Раган остановился. Свет его посоха слегка усилился, и позволил рассмотреть небольшое помещение. Здесь тесные стены расходились на несколько метров. По обеим сторонам в стенах виднелись чёрные провалы, из которых тянуло неприятным холодом.

Но не это привлекло внимание Серого. Возле одного из провалов стояли настороже два вооруженных гвардейца с оружием наголо. Видимо, из свиты кабира. Шамир мгновенно обнажил свой меч и приготовился к схватке. Серый тоже напрягся. Но гвардейцы стояли абсолютно неподвижно, словно не замечали непрошеных гостей, и смотрели в боковой провал.

— Они мёртвы. — пояснил оружейник. Лицо Рагана помрачнело, и Серому это не понравилось.

— Мертвы? — недоверчиво спросил Шамир. — Они же стоят, а не лежат.

Серый и Шамир подошли ближе.

— Что это? — удивленно воскликнул джигит.

Теперь и Серый заметил. Всё тело застывших воинов, от ног до головы, поверх доспеха, одежды, оружия и даже лица, покрывало нечто вроде серой скорлупы. Странная штука.

Шамир осторожно коснулся мечом стоящей фигуры. Тихо хрустнуло, и гвардеец просто… рассыпался, словно глиняный кувшин, который превратился в горсть разбитых черепков. От человека осталось лишь множество мелких осколков. Они разлетелись под их ногами и осыпались бесформенной грудой на полу.

Серый отпрыгнул от неожиданности. Шамир тоже. Хорис взвизгнул.

— Яйца Дзиры! — грубо выругался Шамир. — Что это за мерзость?

— Развели погань. — угрюмо и непонятно сказал Раган. — Идём. Не стоит здесь останавливаться.

Все дружно согласились и поспешили прочь.

Ход постепенно начал подниматься, а чувство леденящего холода спадать, оставаясь за спиной. Это радовало, но хотелось прибавить шаг, чтобы оставить омерзительное место, как можно дальше. Видимо, не только Серому. Шаман замечал, как Хорис, замыкающий маленький отряд, постоянно оглядывался назад.

Древние каменные стены поменяли цвет, и за считанные шаги сменились переплетением древесных корней. Шамир оценивающе постучал по них лезвием меча.

— Не стоит. — сухо сказал Раган.

Джигит (или правильнее его называть уже принцем?) послушно отдёрнул клинок.

Ход поднимался всё заметнее. Новый коридор из корней страшно напоминал Серому подземный ход, по которому они спасались из святилища Белой Гривы. Почти до ощущения дежавю. Несколько помогало, что тогда он шёл конём, а не человеком.

Серый еще дважды замечал уходившие вбок ответвления, но Раган проходил мимо, и желания соваться в темноту не было ни у кого. Но наконец, странное путешествие завершилось. Могло показаться, что ход привёл их в тупик, который обрывается выложенной из камня стенкой, если бы не торчащий из стены рычаг.

— Осторожно. — сказал Шамир. — Здесь может быть засада.

Каменная дверь со скрипом отворилась, и перед исследователями подземелий оказались изумлённые лица храмовых воинов. Охранники хотя и стояли на страже, но явно не ожидали непрошеных гостей. Похоже, гости их застали во время обеда — в дальнем конце небольшой комнаты стоял стол, а на столе множество кувшинов, чашек и прочей посуды. Тем не менее, воины успели повскакивать с мест и схватиться за оружие. Противников немало, не меньше десятка.

— Именем Вэл, сдавайтесь! — крикнул Серый.

К сожалению, в человеческом облике прозвучало не настолько эффектно и поэтому не сработало. Храмовые стражи сдаваться не стали, но вместо этого дружно бросились в бой.

Выстрел! Мимо Серого с шелестом пролетела стрела. Ближайший из стражей завалился назад, судорожно схватившись за шею. Раган прижался к стене, уступая дорогу Шамиру. Джигит принял удар на щит, нанёс быстро два ответных, и красивым выпадом достал первого из нападавших. Храмовый воин вывалился из боя, держась за распоротый бок. Его кольчуга смягчила удар, который иначе оказался бы смертельным. На его место мгновенно заступил новый противник.

Теснота помещения мешала храмовым стражам навалиться всем разом и нивелировала их численное превосходство. Воины закономерно попытались обойти Шамира с обеих сторон. Раган сделал шаг влево. Серый сделал шаг вправо и призвал ледяной щит. Стражи с его стороны отпрянули при виде сверкающего волшебного щита. Серый резко толкнул щит выдры вперёд, и один из нападавших улетел через стол, где и приземлился кверху ногами. Его соседа, который нацелился на Шамира, просто сбило с ног.

— Именем Вэл, сдавайтесь. — снова потребовал Серый.

Слева громко звякнул металл. Похоже, Раган встретил удар нападавшего своим посохом. Послышался испуганный вопль. Смотреть, что там творится, у Серого не было времени. Второй его противник благоразумно отступил, зато третий ринулся в атаку, умело прикрываясь щитом. Шаман бесхитростно сделал выпад Фенриром, держа его обеими руками. Наконечник копья вспыхнул на мгновение, легко развалил щит и вошёл в живот нападавшего. Человек с истошным криком согнулся пополам. Серый вздрогнул, сделал шаг назад и выдернул копье.

— Мы сдаёмся! — раздался громкий голос. — Назад! Бросайте оружие!

Поддержка вышла неожиданной, но очень своевременной. Кто это? Похоже, тот самый второй, который оказался поумнее прочих. Без шлема воин ничем не отличался от остальных, но видимо, считался командиром этого отряда. После его крика бой остановился. Только один из храмовых стражей вдруг рванулся к двери, резко распахнул её… чтобы свалиться на пороге со стрелой Хориса в затылке.

— Мы сдаёмся! — повторил десятник.

Храмовые воины, которые ещё оставались на ногах, положили оружие на пол. Серый ошеломленно смотрел на комнату, в которой стремительно началась и закончилась резня. Шамир успел ранить двоих нападавших, в бок и руку, но вроде не смертельно. Оба пока живы, как и двое, сбитые ударом ледяного щита. Раган, похоже, только сломал меч своего противника. Серый… воин, раненый его копьём в живот, корчился в агонии на полу. С окровавленного наконечника Фенрира капало тёмным на пол и шаман ощутил, как омерзительная тошнота толкнулась в горло. Задышал, стараясь успокоиться. Только не хватало ещё опозориться при всех — хорош будет старший жрец в таком состоянии… Они же первые напали, пытался убедить себя Серый, сами виноваты.

Кстати, дозволено в принципе жрецу богини жизни убивать? Агадир и Махран не колебались.

Самым смертоносным в этой короткой схватке, как ни странно, оказался Хорис. Кун выстрелил дважды, и оба его противника уже отходили.

— Кто вы, чтобы приказывать нам именем великой Вэл? — мрачно спросил командир отряда. Суровое лицо, немолодое — ветеран. Воин заметно косился на волшебный щит. Да, не дурак.

— Я старший жрец Вэл. — Серый решительно сделал шаг вперёд. — Великая кобылица недовольна вами.

Командир недоверчиво покачал головой, скрестив руки на груди, но промолчал. Из десяти его людей трое были мертвы или умирали, еще трое ранены. Он не собирался спорить с такими опасными врагами, хотя их всего четверо, но лишь гадал — не совершил ли ошибку.

В комнате стояло напряженное молчание. К удивлению Серого, все остальные предоставили право говорить ему, даже Шамир и Раган. Ответственность тяжело легла на плечи.

— Смотрите.

Серый подумал, отозвал щит и копьё, и начал раздеваться. Спокойно, догола, а что руки слегка подрагивают, это неважно. Стягивая штаны под внимательными взглядами, шаман думал, правильно ли он поступает? Наверное, да. Его задача — не потешить гордыню и не перебить всех врагов, а перевести на свою сторону.

Призыв Знака Кобылицы, и посреди комнаты вместо молодого человека встал великолепный белый конь.

— Эгида. — произнес Серый.

Коня обхватил золотистый доспех, покрытый красивым узором из листьев.

— Именем Вэл, я, старший жрец Миран, приказываю вам подчиниться. — повторил Серый уже в новом облике звучным голосом коня. — Великая кобылица недовольна храмом. Жрец Хомра будет низложен.

Потрясённые лица воинов были Серому наградой. Видимо, всё-таки, поступил он правильно.

— Да будет так. — командир первым встал на колено. — Я, полусотник храмовой стражи Фарра, готов следовать за вами. Во имя великой Вэл, да не померкнет никогда её грива. Ведите нас.

Вслед за своим старшим, остальные воины тоже встали на колено. Некоторые мгновенно, иные после крохотной паузы. Даже легко раненые. Похоже, фыркнул Серый, на этот важный пост жрецы поставили искренне верующего командира, и это стало их ошибкой.

— Раненые остаются здесь — приказал Фарра. — Остальные за мной.

— А вы не хотели меня брать. — тихо заметил Шамир коню в ухо.

Серый только махнул хвостом. Может, он и справился бы сам — даже без помощи Арги. Или нет. Видимо, он допустил ошибку — надо было заходить в облике коня. И эта ошибка стоила жизни трём или четырём людям. Возможно, даже не плохим.

— Показывайте дорогу, полусотник.

Проходя мимо стола, Хорис подхватил кусок жареного мяса и с удовольствием запихнул в пасть.

— Как проще всего добраться до покоев верховного жреца, чтобы не было излишних жертв? — спросил Серый. — Наша повелительница не приветствует смерть. Мне жаль, что ваши люди сегодня погибли.

Суровое лицо полусотника смягчилось, и он кивнул.

— Рад видеть, что уважаемый старший жрец ценит древние традиции.

Было немного странно слышать «уважаемый» и «старший» от мужчины, который ему в отцы годится. Но откуда Фарре знать его настоящий возраст? Элли тоже казалась юной, а ведь единорожке почти шестьсот лет.

— Сейчас наверх, а потом направо. Я покажу дорогу. Но… во внутреннем дворе уже не мои люди. Осторожно, уважаемый, лестница.

Подниматься в облике коня по крутым каменным ступеням то ещё удовольствие, но Серый неплохо справился. Обратно он решил не превращаться, чтобы не повторить ошибку.

Пост на верхнем этаже ощетинился короткими копьями. Храмовые стражи слышали снизу стук копыт, которым неоткуда взяться в подземелье, и теперь ошеломленно смотрели на поднимающегося белого коня в золотистой броне.

— Выполняем приказы старшего жреца Мирана. — зычно сказал Фарра. — Он прислан великой Вэл, чтобы сменить нашего Хомру. На колено.

— Следуйте за мной. — подтвердил Серый.

— Слушаюсь. — сказал десятник в шлеме с гребнем. Он встал на колено, не отрывая взгляда от говорящего белого коня. Трое воинов последовали его примеру.

— Где остальные, Ариф? — спросил Фарра.

— Третий десяток наверху. — сообщил десятник. — Четвертый и пятый на стенах. А где Малик, старший?

— Убит. — сухо ответил Фарра. — А твои люди где?

— Приходил жрец. — неохотно сообщил Ариф. — Они кого-то притащили в то крыло, ну… знаешь. С мешком на голове. Приказал поставить четверых у входа и никого не впускать.

Фарра вопросительно посмотрел на Серого. Серый на Рагана. Великий козёл упорно молчал. И даже Шамир не спорил, видимо, понимая, что со жрецами надо разобраться в первую очередь, а Мехмед далеко не убежит. Ну ладно.

— Где это крыло? — возможно, Серый и прошёл бы мимо. Но не после пребывания в застенках Агадира.

— Вы двое остаётесь здесь. — приказал Фарра. — Никого не пропускать. Остальные — за мной.

Ещё несколько каменных коридоров, скупо освещенных факелами, и новый пост стражников послушно склонил колени, перешёл под командование Серого. Вместе с Фаррой и Арифом — уже больше десятка храмовых стражей.

— За мной. — приказал Фарра.

— Стоять. — незнакомый воин в шлеме с гребнем поднял руку, преграждая дорогу. За его спиной виднелась запертая дверь — Только по приказу верховного жреца.

— Приказываю сложить оружие. — ответил Серый. — Верховный жрец низложен.

— Фарра? — изумленно спросил воин, переводя взгляд с людей на коня. — Это что? Измена?

— Тебе же сказали, Тарим, что верховный жрец низложен по решению великой Вэл. На колено!

Тарим медленно отступил, но затем с яростью взмахнул рукой. В следующее мгновение в глазнице Тарима появилось древко стрелы и воин рухнул ничком. Дротик, который упрямец не успел докинуть, упал под ноги Серого. Второй охранник мгновенно сдался.

— Твой тринни стреляет без промаха. — вздохнул Фарра. — Но он в праве. Нападение на жреца великой Вэл карается смертью.

— Он тоже получил Знак от повелительницы — сказал Серый.

— О! — Фарра посмотрел на Хориса с уважением. — Первый раз слышу о тринни, получившим благословение великой Вэл. Разрешите ломать?

— Нет. Я пойду первым. — Серый отстранил полусотника.

Запертую дверь Серый вынес грудью с разбега. Да, вероятно, это было неосторожно, но вполне удалось. Простенькая деревянная дверь явно не рассчитывалась на то, что в неё вломится жеребец в полтонны весом, одетый в божественный доспех.

Двое охранников испуганно отскочили, когда белый конь влетел в комнату вслед за выломанной дверью. За ним ворвались толпой остальные стражи. Серый остановился на середине комнаты и разом охватил обстановку. Охранников всего двое, и оба в растерянности. Слуга отползает в угол. К дальней стене прикован узник. Рядом стоит мужчина в жреческих одеждах и видимо, он здесь главный.

— Именем Вэл… — начал Серый.

— Назад! — истошно завопил жрец.

Мужчина в мантии вскинул руки, и Серый споткнулся на полуслове, ощутив исходящую от него опасность. Два зеленоватых сгустка вылетели из ладоней жреца. Хорис, не успев выстрелить, проявил завидную реакцию и мгновенно припал к земле, поэтому сгусток пролетел над хвостом куна и врезался в кого-то дальше. Послышался страшный хрип. Второй сгусток прилетел прямо в коня. Серый инстинктивно привстал на дыбы, и сгусток разбился о его нагрудник. От металла пошла ощутимая волна холода.

Отбросив колебания, Серый рванулся вперёд и ударил жреца копытом. Затем растоптал упавшее тело ещё раз. И ещё. Конь специально целился прямо в голову. Отчего он не колебался? По той причине, что комната пропиталась запахами крови, боли и смерти, настолько сильно, что Серому стало нехорошо.

— Освободите его. — конь тряхнул гривой.

Серый оглянулся. Один из храмовых стражей лежал на полу со страшно искажённым лицом. Шамир сделал отрицательный жест, мёртв. Видимо, в него врезалась смертельное заклинание жреца. Остальные стражи вязали охранников.

Пленник пребывал в беспамятстве. Грива спутанных тёмных волос спадала на лицо, струйки засохшей крови сбегали по обнаженной груди. Его руки и ноги приковали к стене стальными браслетами. В запястья на браслетах вбиты странные стержни, горящие багровыми искрами. Но он был ещё жив.

Фарра быстро подошёл к пленнику и лично выдернул кляп из его рта. Мужчина поднял голову, разразился проклятиями и замотал головой, стряхивая с глаз волосы. Его лицо было испачкано потёками крови.

— Освободите меня! — приказал пленник — Немедленно! У него должен быть ключ.

— Слушаюсь. — Фарра поклонился узнику и поспешно склонился над телом жреца, начиная обыск. Серый ошеломленно посмотрел на полусотника. Простите, что?

— Кто ты? — спросил Серый.

Вместо ответа, пленник посмотрел на белого коня. Его глаза расширились.

— Миран? — удивлённо спросил мужчина — Это ты?

— Старший жрец Миран. — поправил его Серый. Затем попытался сообразить, кто из посторонних людей может знать его в этом облике и под этим именем. Список получился очень короткий.

— Кейнор? — недоверчиво спросил Серый.

— Старший жрец Кейнор. — пленник ухмыльнулся, и тут же поторопил — Скорее, ключ! Ради Вэл, скорее! Стержень в паз и поворачиваешь. Ну же!

Фарра довольно ловко отсоединил первый браслет и принялся за второй.

— Незнаю, каким степным ветром тебя занесло сюда, Миран. - Кейнор хищно усмехнулся. - Но вы появились очень вовремя.

Серый не успел ответить. Лицо жреца Вэл исказилось, и Кейнор с гневом разразился проклятиями в адрес верховного жреца.

— Я не могу ничего сделать, пока скован! Скорее!

Последняя из четырёх оков не успела упасть на пол, как старший жрец кошкой прыгнул на середину комнаты.

— В стороны! — приказал Кейнор.

— Подожди! Что происходит? — Серый отшатнулся.

— Нет времени! — жёстко ответил Кейнор — Помоги или не мешай!

Его тело исказилось, переливаясь в новую форму, и посреди комнаты появился роскошный буланый жеребец. Сокол. Лучший конь Гурганджа. Буланый немедленно вылетел из комнаты, едва не стоптав поспешно разбежавшихся воинов, и стук его копыт эхом понёсся по подземным коридорам. Серый проводил его взглядом и в растерянности заржал. И что теперь делать? Кроме него, никто за Соколом не поспеет. Ну ладно.

— Я за ним. — решился Серый. — Фарра, собирай верных людей. Пока меня нет, Карим главный.

Серый коснулся носом Шамира. Затем белый конь рванулся по коридору следом за буланым.

— Главный? — полусотник посмотрел вслед удаляющемуся топоту копыт, затем с достоинством поклонился. — Мы пока не знакомы.

— Возможно, ты меня видел на Скачках. — усмехнулся джигит. — Карим, сын Мехмеда, сына Абд-Рахмана. Я твой новый кабир.

Глава 8. Два коня

От автора: советую посмотреть седьмую главу. В неё добавлены пропущенные иллюстрации, и хорошие!

Двое храмовых стражей у дверей мирно беседовали. Но им пришлось поспешно отпрыгнуть в стороны, когда из здания галопом вылетел великолепный буланый конь с развевающейся чёрной гривой. Который, вообще говоря, непонятно откуда там взялся. Воины ещё провожали бегущего жеребца удивлёнными взглядами, гадая, что это, как это понимать, и надо ли бить тревогу… когда мимо них в том же направлении, таким же галопом промчался второй конь. Уже белый.

Серый покосился на раскрытые рты стражей, пробегая мимо, и невольно взоржал. Решили, что в подземельях произошёл прорыв инферно, и теперь бегущие лошади повалят косяком?

Удобный наклонный пандус, словно специально предназначенный для лошадей, вывел белого коня на аллею под открытым небом. Серый замотал головой и постарался прикрыть глаза. Контраст после подвалов разительный. Палящее солнце, горячий воздух овевает шкуру, ослепительно белый песок на дорожках…

Сокол после выхода повернул налево. Серый на полном ходу рванул следом так, что его занесло на повороте. Песок вихрем полетел из-под копыт. Белый конь еле удержался на ногах, затем порадовался, что скачет без всадника — тот мог запросто вылететь из седла.

Убегающий конь мчался прилично впереди. Серый напрягся, сосредоточился на чёрном хвосте буланого жеребца, стараясь его догнать. Отстанешь — ищи потом ветра в поле. И у него не получалось! Буланый бежал очень резво, насколько позволял это делать рельеф местности, резко входил в повороты. Божественный конь не мог догнать настоящего жреца в конском облике. Сокол постепенно отрывался, уходил вперёд, доказывая, что не напрасно называл себя лучшим конём Гурганджа.

Показалось, или его копыта охватило светлое призрачное пламя?

Белый конь получал настоящее удовольствие от краткой скачки, разминающей его сильное тело, которое омрачало только это невольное соревнование. Мимо пролетали какие-то строения, затем внезапно начался настоящий сквер, на деревьях которого встревоженно застрекотали птицы. Целый небольшой город внутри города. Редкие люди разбегались подальше, уступая дорогу двум скачущим коням.

Неожиданно буланый Сокол резко остановился, словно ударил по тормозам.

Серый замедлился постепенно, неспешно подбегая к стоящему коню. Не показалось — копыта Сокола действительно овевали лепестки белого пламени. Великолепный конь настороженно смотрел вперёд, упрямо выгибая мощную шею. Там, посреди аллеи, в одиночестве стоял старик в зелёной жреческой мантии с драгоценным золотым подбоем, сжимая длинный посох в костлявых руках.

— Выбрался таки. — со злобой выдохнул старик. — Так и знал, что ты побежишь сюда, к своим любимым лошадкам.

— Бежать надо было тебе. — уши Кейнора прижались. — Я прикончу тебя, как и твоего прислужника.

В голосе Кейнора послышалась неприкрытая ненависть. Вокруг него появился и начал разрастаться небольшой вихрь, окружая жеребца. Серый вздрогнул. Неизвестный старик, наконец, обратил внимание на Серого, перевёл взгляд на роскошный доспех коня, и удивлённо поджал губы.

— Это что за Хагново отродье? Твой новый ублюдок?

— Именем Вэл, приказываю сдаться. — громко произнёс Серый. Его проигнорировали.

— Мы лучше поговорим. — усмехнулся старик. Издали послышался крик и лошадиное ржание, на которые оба коня мгновенно повернули уши. — Пока твоих любимчиков режут…

— Стоять. — резко произнес Кейнор, хотя Серый сделал лишь шаг вперёд. — Это ловушка.

Первые секунды белый конь только косил глазами в поисках засады. Затем аллея меж ними и противником словно взорвалась, когда из-под мостовой, в клочьях песка и разлетающейся чёрной земли, выскочило больше десятка заостренных корней. Их острые наконечники, устремлённые вверх, хищно подрагивали. Серый представил, как такая штука пронзает снизу его мягкий живот, и вздрогнул. Кажется, что-то подобное он уже видел…

Вихрь перед Кейнором, вовлекший в свой танец множество веток и сучьев, сгустился, почти мгновенно формируя массивный древесный щит.

— Фенрир. — Серый призвал копьё.

— Назад, мне за хвост. — бросил ему Кейнор.

— Хха! — старик вытянул вперёд руки и острые корни рванулись в направлении обеих коней. Серый, который изготовился метнуть копьё, поспешно вызвал ледяной щит и широко развернул его напротив себя, при этом выронив оружие. С громким треском корни противника врезались в щиты, словно выпущенные из баллисты метательные копья. В древесном щите Кейнора они застряли, а от ледяного щита отскочили. Каждый удар в ледяной щит сопровождался краткой вспышкой. Отраженные им корни рассыпались в щепки, даже не долетев до земли, но белый конь с тревогой заметил, что его волшебный щит покрыла сетка трещин. Второй такой удар он может не выдержать.

На лице старика появился испуг. Не ожидал увидеть сразу двух старших жрецов? Буланый с яростным ржанием рванулся с места. Серый отозвал щит и подхватил с земли копьё. Нна! Брошенный волей белого коня, Фенрир жадно рванулся к цели и Серый почти уверился, что битва закончена. Ан нет. Старик сделал резкий жест посохом, и перед ним с земли поднялся широкий круг, по которому бежали зеленые искры. Фенрир врезался в заколдованный щит, пробил насквозь, расколол его на части, но колдун остался невредим. И самое неприятное, после этого Серый потерял над копьём контроль и оно развеялось.

— Хха… — старик попытался произнести новое заклинание… и не успел. Серый только оттолкнулся задними ногами с места, понимая, что у него остались только его копыта и понимая, что опаздывает. Но Кейнор уже бросился вперёд со скоростью, почти немыслимой для коня. Серый видел, как призрачное пламя охватило его копыта. Разогнавшись за считанные метры, словно гепард, Кейнор вломился в противника со всей массой разъяренного матёрого жеребца и снёс его. Крик ужаса оборвался мгновенно. Потом буланый старательно топтал окровавленными копытами уже неподвижное тело.

— Хватит. — попросил Серый. Он бы с огромным удовольствием отвернулся, но для коня с его круговым зрением отвернуться почти невозможно.

Кейнор гневно раздувал ноздри. Затем тряхнул гривой.

— Ты полон сюрпризов, Миран. Вперёд!

Несколько десятков метров, и они вылетели к обширному, но приземистому строению. Судя по запахам, здесь находилась конюшня. И здесь недавно произошла схватка. Три неподвижных тела лежали у входа. Ещё несколько храмовых стражей сидели, прислонившись к стене, со связанными за спиной руками, пока двое с копьями их охраняли. При виде набегающего Сокола конвоиры бросились наутёк, из чего Серый предположил, что это плохие парни. Отчётливо пахло кровью.

Кейнор яростно заржал. Ему ответило ржанием множество лошадиных голосов. Жрец ворвался в конюшню. Серый бежал следом, отставая на корпус. Направо, затем налево… На полу ничком лежал мёртвый слуга. Несколько человек в проходе заметались — одни кинулись в бегство, другие попробовали сопротивляться. Двое выстрелили из луков в набегающего коня, но буланый на бегу сместился вбок и стрелы пролетели мимо. Один из промахов едва не попал в Серого. Затем началась бойня. Если Серый просто сбил попавшихся под копыто противников с ног, не церемонясь, но и не добивая сознательно, то Сокол не щадил никого. Жрец догонял бегущих и убивал их одного за другим. Убегать от коня — только умрёшь уставшим…

Серый не стал следовать за ним, и задержался, остановился возле поверженного в жреческой одежде, который отделался сломанной ногой. Может, допросить его?

— Пощады… — прохрипел мужчина, с ужасом глядя на коня.

Серый покосился вбок. Причина бешенства Кейнора понятна. Двери ближайшего денника открыты настежь. На полу вытянулась красивая лошадь с гривой, завитой зелеными ленточками, и перерезанным горлом. Её кровь ещё растекалась на полу. Серый подумал и наступил мужчине копытом на живот, со всей силы.

Конюшня храма представляла собой настоящий лошадиный дворец. Большой денник для каждой лошади, настолько просторный, что можно спокойно полежать и поспать на мягкой подстилке. Каждый денник отделён от остальных, но имеет свои выходы в коридор и на общий выгон в центре конюшни. Многие стойла соединены дверцами в боковых стенах, чтобы соседи могли навещать своих друзей или подруг. Всё вокруг чистое, аккуратное, прибранное, пахнет сеном. Без слов понятно, что коней здесь любили и хорошо за ними ухаживали.

Сейчас в этом дворце гостила смерть.

Павшие стражники и конюхи смешались с убитыми и затоптанными нападавшими, а в некоторых денниках лежали мёртвые лошади. В немногих, к счастью. Серый понимал, что они успели очень вовремя.

— Дани! — крикнул Кейнор. Никто не ответил.

— Хас, Вали, Раф. — громко позвал Кейнор. — Кто живой, покажитесь!

— Я здесь, господин. — из дальнего денника появилась голова слуги. Он с опаской оглядывался по сторонам. — Здесь был Джавлан, господин!

— Знаю. Найди наших, кого сможешь! Если увидишь Дани, пусть дует галопом сюда. Открыть все стойла!

— Бегу!

— Тивия… — Кейнор коснулся мордой гривы мёртвой кобылы, затем резко отвернулся. — Миран, пробеги конюшню кругом, проверь ещё раз, никого из этих шакалов не осталось?

Серый после некоторого колебания подчинился и пробежался по конюшне. Денники располагались вдоль длинного коридора, окружающего обширный внутренний двор, так что белый конь, фактически, сделал круг. Но живых врагов больше не нашёл. Если и были, то вовремя разбежались. Только лошади в стойлах встречали его взволнованным дружеским ржанием.

Серый убедился, что пока всё спокойно, и возвратился назад. Сокола не заметил. Белый конь вскоре нашёл обнаженного Кейнора в человеческом облике, который гладил по гриве лежащего жеребца. Рядом лежало мёртвое тело какого-то воина.

— Анрио. — тихо говорил Кейнор. — Ты молодец, Анрио. Ты их задержал. Молодец. Давай. Дыши.

Серый молча смотрел на грудь и шею прекрасного коня, в которые вонзились несколько стрел. Кровь пропитала его шерсть. Анрио тяжело хрипел. Затем его бок поднялся последний раз и замер, когда сердце коня остановилось.

— Будьте вы прокляты. — Кейнор поднялся, глядя в небо пустыми глазами. Затем снова вернул самообладание усилием воли. Жесткое лицо, хищный взгляд. Мгновение, и человек снова превратился в жеребца.

— За мной. — Кейнор мотнул головой.

— Господин. — кто-то из слуг или младщих жрецов поспешно подбежал, и остановился поодаль, не решаясь подступиться вплотную. — Господин.

— Говори.

— Они убили Рафа. И ещё…

— Что?

— Дани. Там…

Буланый конь с места рванулся в указанном направлении, едва не сбив слугу с ног.

Это лицо Серый помнил. Пустыня и задорный мальчишка-наездник верхом на великолепном буланом коне. «Мы вдвоем можем домчаться до Гурганджа за шесть дней!» Сейчас парнишка лежал на спине, глядя в потолок неподвижными глазами. Его грудь и живот пробили в двух местах, обильно окрасив спереди багровым.

Серый не удержался и злобно всхрапнул. Они спешили и почти успели. Но всё же опоздали.

Кейнор остановился рядом с телом, бешено раздувая ноздри. Серый резко отшатнулся. Ему показалось, что взгляд буланого жеребца совершенно безумный, и он может броситься даже на него, но потом в глаза коня вернулся разум. Кейнор посмотрел на Серого, словно впервые его заметил.

— Он не дышит, господин…

— Вижу. — бросил Кейнор.

Буланый молчал. Серый тоже. Ему не хотелось встречаться взглядом со старшим жрецом, который потерял так много за считанные минуты. Полчаса, подумал Серый. Совсем немного… и бездна времени одновременно. Приди они с Раганом на полчаса раньше — и все остались бы живы. Приди на полчаса позже — и Кейнор бы погиб вместе с остальными. Судьба. Иншалла.

Послышался удивлённый вскрик. Серый скосил глаза. Парнишка приподнялся, приложил ладонь к груди. Кейнор резко повернул голову… и Серый никогда не думал, что конь может развернуться настолько быстро.

— Дани!

— Учитель! — парнишка зарылся в гриву буланого коня, обхватив его шею руками. — У меня получилось!

— Живой… — Кейнор выдохнул. — Живой.

— Мне показалось… мне ответила сама Вэл!

— Ты молодец.

— Ой. — Дани покосился на Серого. — А это кто? Не тот…

— Да, я Миран. — вслух ответил Серый. Один из конюхов шарахнулся от белого коня, но Дани лишь ухмыльнулся. Затем снова потёр грудь.

И неплохо, подумал Серый, если бы мне объяснили, наконец, что здесь происходит.

Кейнор выскочил на середину просторного загона, на котором начали собираться выжившие люди и лошади. Громко призывно заржал. Серый последовал за ним.

— Кейнор. — решившись, обратился белый конь, пока рядом никого. — Что, чёрт возьми, здесь творится?

— Какой ещё чёрт?

— Забудь. Кто этот колдун с корнями, верховный жрец?

— Нет, конечно. Джавлан, его правая рука. — буланый гневно фыркнул. — Та ещё тварь. Ты хорош, Миран, и неплохо его отвлёк, но с Хомрой мы так просто бы не справились.

— Так что происходит? — настойчиво спросил Серый.

— Уши. — буланый конь как-то заковыристо повёл мордой. Серый недоуменно посмотрел на него.

— Кейнор, объясни! — недовольно заржал Серый.

— Ладно, ладно! — Кейнор тряхнул гривой. — Ты меня выручил, поэтому имеешь право знать. Этим восстанием ваши голодранцы во главе с принцем Каримом, перепугали Хомру до кровавых тигров в глазах. Старик отчего-то решил, что собираются прийти по его душу.

На этих словах Кейнор замолчал и оценивающе посмотрел на божественную броню Серого.

— Может, он и не ошибся?

— Ты скажи сначала.

— Эта тварь решила стать ещё сильнее. — буланый гневно ударил копытом. — Поскольку лишней силы нет, он приказал прикончить меня, а потом обратиться к алтарю, и присвоить освобожденную силу себе. Зачем приказали убивать моих любимых коней — не знаю. Может, побоялись, что не смогут их подчинить. Или просто из подлости.

— А так разве можно, присвоить чужую силу?

— Я не пробовал. Но алтарь отвечает на его призывы.

— Вот мерзавец! — от души сказал Серый. — Вы ведь оба жрецы великой кобылицы…

— Я никогда не был в почёте, а после недавних Скачек, когда кабирский сыночек проиграл, Хомра окончательно на меня разгневался. Кстати, ты отлично тогда бежал. Но теперь скажи — зачем ты явился к нам, в Гургандж, да ещё вместе с Каримом? — внезапно спросил Кейнор, строго разглядывая Серого — Ты действительно старший жрец? Говори!

— Да, я старший жрец. Я послан свыше низложить Хомру.

И ведь почти не соврал. Действительно послан. И даже действительно одним из великих. Только не кобылицей.

Буланый жеребец недовольно фыркнул.

— Твой доспех впечатляет. Но прости, старший жрец Миран, это не твоё дело. Если наша повелительница действительно желает сменить Хомру, она могла бы обратиться к нам лично. Не вмешивайся! С верховным жрецом я разберусь сам.

— Видели уже, как ты разобрался. — не удержался Серый.

Кейнор прижал уши. Серый поспешил заткнуться и успокоиться. Не хватало только поссориться на ровном месте. Вдох-выдох. Тело жеребца подначивало Серого встать на дыбы и укусить Сокола в схватке за доминирование, но он не поддался инстинктам.

— Хорошо, разбирайся. — спокойно сказал Серый. — Я помогу тебе, чем смогу.

— И только? — недоверчиво переспросил Кейнор.

— И только. Не собираюсь и не желаю становиться верховным жрецом. С радостью оставлю это тебе. Но гадюшник надо зачистить.

На Серого посмотрели искоса, затем Сокол внезапно заливисто заржал.

— Гадюшник. — буланый конь усмехнулся, показав крепкие зубы. — Хорошо сказано. Тогда поспешим. Мы и так потратили много времени на разговоры.

Серый только сейчас сообразил, что весь диалог проходил… непонятно, на каком языке. На лошадином, наверное, если они общались фырканьем и прочими лошадиными звуками. Видимо, это одна из способностей жреца.

Времени терять не стоило. Пока они разговаривали, вокруг собралось не только множество коней, но и немало людей. Слуги, конюхи, стражники, и даже несколько младших жрецов в зелёных одеяниях. Со стороны главных ворот прибежало два десятка коней, облачённых в бронзовые нагрудники, а за ними и отряд стражей. Вся эта разношерстная толпа на двух или четырёх ногах, смотрела на разгромленные конюшни и на пару конфликтующих жеребцов с разнообразной палитрой эмоций, от «что вообще здесь происходит» до «вот и не подерётесь». И все ждали ответов. Серый не сомневался, что до верховного жреца информация о происходящем дойдёт очень быстро.

Из глубины конюшни примчался Дани, спешно переодевшийся в зеленую жреческую мантию, сшитую под подростка. Мальчишка притащил массивную цепь, на вид выкованную из серебра, и начал закреплять её на шее Кейнора. Следом двое слуг несли стальной нагрудник. Старший жрец, похоже, окончательно решил сражаться в облике жеребца. Серый вполне его понимал.

— Как ты выжил? — не удержался белый конь. Вопрос получился бесцеремонным, но уж очень интересно. Серый мог поклясться, что пацан лежал полностью мертвый и даже Кейнор счёл его погибшим. Как? И ведь он уже видел подобное внезапное оживление. Совсем недавно.

Дани покосился на учителя.

— Дар возрождения. — ответил старший жрец. — Редкий дар. Дани взял его, и смог применить. Похоже, великая кобылица присматривает за ним.

Мальчишка заулыбался до ушей. Слуги закончили затягивать ремни, закрепляющие доспех. Серый мысленно поблагодарил Аргу очередной раз за его шедевр — ему намного проще.

— Готово, господин.

Кейнор красиво встал на дыбы и решительно заржал. Ему ответила ржанием добрая сотня лошадиных голосов так, что уши заложило. Ну вот… вздохнул Серый. Можно считать, что информация уже дошла. Конспирация? Не, не слышали.

— Я старший жрец Кейнор. — гордо произнёс буланый конь. — Великая кобылица Вэл, да не померкнет никогда её грива, приказала нам покарать предателей и низложить верховного жреца Хомру. Предатели во главе с Хомрой хотели убить меня. Они хотели убить наших лошадей! Они понесут наказание.

— Во имя великой Вэл! — заорал кто-то. Его немедленно поддержали бурными возгласами с неожиданным для Серого единством и воодушевлением, хотя многие явно удивились внешности старшего жреца. Серый ожидал, что придётся людей уговаривать, как раньше, но похоже, Кейнор пользовался в храме популярностью. Облик прекрасного коня только прибавил ему авторитета.

— Нам поможет старший жрец Миран, присланный на помощь великой Вэл! — Кейнор тряхнул гривой и Серый сделал шаг вперёд.

Последние минуты Серый переживал необычное ощущение. Он уже привык странствовать в облике коня, но впервые оказался в табуне. Хоть и незнакомого, его мгновенно признали и впустили, как помощника вожака. Внезапно Серый ощутил себя одним из табуна, одним из большой единой общности. Действительно странно, но в некоторой степени даже приятно. Его лошадиная природа воспринимала такое с явным удовольствием. Буланый Сокол, он же Кейнор, ржанием отдавал коням приказы, как вожак, и, к немалому удивлению Серого, кони его отлично понимали! Да что говорить, и сам Серый его отлично понимал!

— Хомра должен быть низложен! — громко повторил Серый, гордо поднимая шею.

Оставаться по денникам оказалось слишком опасно, поэтому большинство коней разместились в каком-то большом крытом помещении, двери которого выходили на общий выгон. Беременные кобылы и жеребята в центре. Возле каждого из двух входов — стража из жеребцов и сильнейших кобыл. Молодые кони-подростки отправлены в разные стороны часовыми.

Кейнор выделил из табуна ударный отряд из нескольких десятков коней и встал в его главе. Затем переключился на людей, часть из которых присоединилась к отряду, а часть осталась охранять табун и конюшню. При табуне остался и Дени, несмотря на робкие попытки протеста. Пока старший жрец распоряжался, Серый разглядывал его шлем и изящный стальной нагрудник, выкованные специально под коня. Не столь эффектные, как божественный доспех у Серого, но тоже вполне красивые, с выгравированными узорами и изображением лошадиной головы. По местным меркам — очень дорогая и статусная вещь.

— Миран. — спросил Кейнор. — Ты со мной?

— Конечно. — сказал Серый, тряхнув гривой. Кони и люди почтительно следили за разговором двух вожаков — У нас общая цель. Но у меня там тоже остался отряд. Надо бы объединиться.

Издали послышалось тревожное ржание. Кейнор мгновенно развернулся и побежал к выходу из конюшен. Серый следовал рядом.

— Свои! — крикнул Шамир.

Большой отряд храмовых стражей строился возле входа. Фарра вышел вперёд вместе с Шамиром. Раган и Хорис скромно расположились поодаль.

— Слушаю. — громко сказал Кейнор.

— Старший жрец Кейнор. Старший жрец Миран. — полусотник с почтением поклонился обоим жеребцам — Третья сотня ожидает приказа!

По рядам стражей поползли шёпотки. Серый запрядал ушами. «Кейнор… ты смотри, это же Кейнор! Я так и знал, что Сокол — это он! Ври больше, знал он… А рядом кто? Ты погляди, что на нём!»

— Где ваш сотник, Фарра? — спросил Кейнор.

— Он не хотел помогать, и мы его убедили отдохнуть. — сухо ответил страж.

Захват контроля над территорией храма произошёл на удивление легко. Серый ожидал и побаивался серьёзного сопротивления, но единственный намёк на таковое случился возле казарм. Храмовые стражи сформировали впечатляющую стену щитов, при виде которой Серый обрадовался, что им не пришлось столкнуться с таким противником на городских улицах. При появлении Кейнора, из строя самоуверенно вылез начальник стражи и категорически заявил, что подчиняется только верховному жрецу Хомре, после чего приказал остальным атаковать. Остальные явно охренели и не стали спешить с выполнением приказа, зато в начальника мгновенно прилетели две стрелы. И если первая отскочила, словно от невидимого доспеха, вызвав самодовольную улыбку «генерала», то вторая, светящаяся, пробила его навылет.

Серому даже копьё доставать не пришлось.

Потом Кейнор ударил копытом, и напротив строя стражей встали тридцать жеребцов, вышедшие в первый ряд, готовые к атаке. Одеть на всех бронзовые нагрудники не успели, но и так зрелище вышло очень внушительное. Собственно, сопротивление на этом и закончилось.

Фарру и ещё пару командиров, не запятнанных в сомнительных делах, поставили разбираться с личным составом. Серый иронически подумал при виде собравшийся армии, что тайный захват Храма, запланированный Раганом, пошёл к коню под хвост. Возможно, и к лучшему. К сожалению, времени и места для разговора с великим козлом не нашлось, так что, соображения Арги оставались загадкой. Но пока великий дух не вмешивался.

Между делом Фарра напомнил, что они формально в осаде и треть храмовых стражей стоит на стенах в ожидании возможного нападения, о чём Серый успел слегка подзабыть.

— За стенами наши люди — заметил Серый. — В принципе, мы можем открыть ворота.

— Нет. — по выражению лошадиной морды сказать сложно, но показалось, что Кейнор удивлён и почти шокирован. — Посторонним нечего делать в Храме за пределами общего святилища. Разве в твоём храме не так?

— Хорошо, как считаешь нужным. — Серый не стал спорить.

— Твой младший жрец или ученик? — Кейнор тряхнул роскошной чёрной гривой, указывая на хвостатого лучника. — Хорош! Я не владею талантом пробивающей стрелы, но знаю, что такой есть среди даров Вэл. Первый раз вижу тринни с даром великой кобылицы.

— Мой. — расплывчато ответил Серый — Тринни вообще хорошие лучники.

— В святилище он нам пригодится. Сейчас Фарра закончит и пойдём выбивать Хомру из его укрытия.

— С нами ещё Раган. — предупредил Серый — Он не жрец великой Вэл, но союзник. Он нам поможет.

— Поясни. — Кейнор внимательно посмотрел на белого коня.

— Он жрец великого Арги.

Глаза жеребца на мгновение полыхнули гневом.

— Ему не место в святилище великой Вэл! Тем более… Арга. Великий козёл давно мёртв. Чем нам поможет этот фальшивый жрец?!

— Арга дал ему благословение и отвечает на его призыв. Я видел это сегодня.

Кейнор не выглядел довольным, но всё-таки смирился, пренебрежительно махнул хвостом.

— Ладно, не до него сейчас.

Серый постарался сменить тему.

— Кейнор, мне даже не известно, сколько всего старших жрецов в вашем Храме? И сколько сильных младших? Чего нам ещё ожидать?

— Старших жрецов пятеро… — начал перечислять Кейнор — Меня и Джавлана ты видел. Орис бестолков, только и умеет, что поддакивать Хомре. Шедах отправился на юг, его нет в городе. Низар болен и давно не покидает Хазараспа, он настоятель местного храма.

— Ясно…

— В прежние времена старших жрецов было намного больше. — добавил Кейнор, словно извиняясь.

— А младшие?

— Благословение Вэл даровано немногим. — после краткой паузы сообщил Кейнор. — За редким исключением, только ученики старших жрецов способны на что-то серьёзное. Ученика Джавлана ты лично прибил, кстати. Ещё Знаком Кобылицы традиционно владеют кабиры и их наследники. Учеником Хомры считается Ильхан, но его в Храме я сегодня не видел.

— И больше не увидишь.

Кейнор дёрнул ушами.

— Не стану жалеть.

— Получается. — сказал Серый. — Из опасных врагов остался один Хомра?

— Надеюсь. Его и одного много. — напряженно сказал Кейнор. — Он очень силён. Будь осторожен, Серый. Не позволяй Хомре подойти ближе, чем на десять шагов. Или умрёшь.