ЗМиМ. Славянский Замок. Дивный Новый Мир

Пролог

- Первое заседание совета города Драгоценный Камень и близлежащих земель в полном составе объявляется открытым, - прогнусавил мой секретарь, один из тех, кто даётся при покупке платинного аккаунта, - прошу всех сесть, господа.

Достаточно длинный добротный стол, по обе стороны которого плотно уставлены стулья. Я сижу у изголовья, позади, за отдельным столиком – щупленький Боря, держащий в руках недавно подаренное перо с нанесенными рунами гномов. Не знаю, на что там было оно зачаровано, но этот парнишка остался доволен.

- Итак, - хрипло донеслось из моей глотки. Видимо, от волнения, - двадцатый первый день моего пребывания в этом мире подходит к концу. Завтра в десять утра… Боря?

- Через пятнадцать часов, господин, - услужливо отозвался клерк.

- Через пятнадцать часов падут границы, отделяющие земли нашего города от внешнего мира, господа. А потому сводка того, чего мы добились. Господин Ростислав, будьте добры, расскажите обо всём, что у нас готово из построек.

- Кхм, - дородный, седоватый мужик привстал со своего места, поклонившись, - господин князь, к завтрашнему утру закончится строительство ещё нескольких объектов, вы не против, если я возьму их в расчёт?

Я кивнул.

- Что же, - кивнул он, беря в руки кожаную папку для бумаг, до того лежащую перед ним, - за всё это время мы построили через магический источник не мало зданий. Девятнадцать зданий – застройка призыва, два этажа гильдии магов, Гильдия Воров, Колодец а так же к завтрашнему утру достроится модификация источника – Форт.

Я снова кивнул. В игре «Земли Меча и Магии» игрокам представлены на выбор так называемые «Замки», определяющие их дальнейший стиль игры. И их было действительно много – к каждому замку ещё предлагались от одной до трёх родных рас и возможность набрать ещё или взять не родную. Мерилом и ограничителем на старте были книги знаний – количеством одиннадцать. Первая родная раса стоила один пункт, вторая две. А вот не родные дороже. Да и был у них существенный минус, у не родных рас – самый сильный солдат их замка оказывался заблокирован. У Славянского Замка, за который я начал свою вторую жизнь, родных рас было аж две – так называемые жители городские, Росичи, и Порубежники – раса тех, кто заселяется на пограничье.

Но я отвлёкся.

- Кроме того, с помощью наших строителей мы смогли отстроить все здания, что вообще реально выстроить руками. Водопровод и канализацию, всю линейку таверн, амбары и так далее. Оба форта, отданных под порубежников, восстановлены. А третий форт, что мы строим сами уже готов, но не обладает магической функцией призыва воинов.

И снова киваю. Вообще, я выбрал разумно, хоть и пришлось жертвовать драгоценными книгами – две расы славян, без излишеств. Две достаточно сильных расы с высокими показателями мощи, а самое главное – дополняющих друг друга. Из них получается отменная пехота, лучше не придумать, сильная, хоть и малочисленная конница. И отстраиваются они быстро – семнадцать дней на всех. А у фортов была следующая механика, схожая с третьими героями – ровно половина видов войск доступна под найм.

- Руками подданых мы смогли модернизовать стены замка, окружить город крепостной стеной. В каждом поселении построены рукотворные кузницы, в которых будут работать ученики наших действующих кузнецов, таверны и постоялые дворы, каждое поселение окружено стеной, пока что деревянной. У каждого форта образовывается поселение из мирных жителей, кои там призываются.

- Перевалы?

Да, выбор замка и расы очень сильно влияет на ландшафт старта. Играй я в замке Кочевника с расами негров и степняков – саванна или степь, иногда пустыня мне обеспечены. У славян же, в итоге замок стоит на одиноком холме, на плато, метрах в двадцати от земли. У подножия его – судоходная река, ведущая то ли к морю, то ли к огромному озеру. Впадает она уже за пределами моей земли и скрывается за горизонтом, так что не ясно – что это конкретно. В итоге больше половины земель окружены горами, а оставшиеся выходы – лес и равнина, с огромной рекой в сто-сто двадцать метров шириной, проходящей почти по центру владений и деля на неровные части. Не меньше трети моей земли было за ней. Плодородной земли, равнинной. Один форт в двадцати километрах от границы тех земель, аккурат по центру этого угла «обзора». Один – почти что равноудален от всех горных перевалов, в количестве семи штук – рукотворный. А последний расположен так, чтобы брать замок в треугольник, по ту сторону реки, заодно прикрывая деревню хоббитов.

- Заблокированы, княже, - кивнул мужчина, - везде построено по стене с воротами, благо они достаточно узкие.

- Река?

- У замка выстроена верфь и готовы два стандартных корабля - ладьи. Форт по ту сторону надёжно прикрывает направление и контролирует восточный проток. Мы готовы к падению границ.

- Спасибо, мастер, - кивнул я, - воевода Болеслав, вам слово.

Теперь встал он. Плечистый витязь по классу, мой самый первый герой. В сверкающем доспехе. На столе лежал шлем с кольчужной полумаской и бармице.

- Итак, - споро начал он отчёт, предназначавшийся не для меня - интерфейс есть, а для представителя торговой гильдии, да старост деревень, - завтра в нашем распоряжении будут недельные приросты замка, двух фортов и пяти деревень. А это – три десятка селян, двенадцать ратников, шесть стрельцов, три кудесника, три станичника, пять дружинников, два витязя, один богатырь, один вещун, двадцать походников, десять ватажников, пять ворожей, четыре симурана, два кудеяра, два велета, один дух места и один горыныч городе…

В деревне хоббитов – аж шестьдесят штук этих мелких землепашцев, в двух людских – по сорок бондов и обычных крестьян, двадцать семь наг в ещё одной горной деревушке, а также около тридцати сатиров в следующей. Особенно радовали наги – третьего ранга, сильные, и военнообязанные в принципе. Такую деревеньку штурмовать себе дороже.

- Учитывая завтрашний прирост и не считая мирных жителей, в нашем распоряжении окажется – тридцать семь ратников, двадцать один стрелец, семь станичников, семь кудесников, десять дружинников, три витязя, три богатыря, два вещуна, тридцать девять ватажников, семнадцать ворожей, пятнадцать симуранов, три кудеяра, четыре велета, два духа места и два горыныча, а так же восемь наемников, служба которых кончится только к четвергу следующей неделе.

Я киваю, осматривая всех присутствующих. Представитель отделения торговой гильдии, бургомистр, старосты всех деревень, генерал с замом, главный инженер, казначей и заведующий складом. Не малая такая толпа.

- Итак, чтобы обеспечить должный уровень защиты на территории, необходимо содержать в фортах гарнизоны по двадцать воинов, а в городе все сорок. Построенные в инженерной мастерской пять тяжёлых осадных орудий для стен замка требуют в случае осады пяти инженеров и десять человек обслуги – я бы поставил к нашим инженерам десяток ратников. Все-таки именно ратники – пешие воины, более всего годятся на охрану города. Еще трех кудесников, старых, да двадцать стрельцов, да еще семь ратников к ним. Вот и получится сорок человек, не много для наших стен, но замок отстоять хватит. В фортах предлагаю оставить по двадцать человек – десять конных ватажников, для патруля территорий, а в горном – все девятнадцать, дабы за перевалами присматривать и сменяться. Так же по две ворожеи в каждый форт, да по кудеснику, чтобы в миру людям помогали, да на путь наставляли. Да по кудеяру, чтобы было кому надзор за фортом вести. А остальное – людьми ратными комплектовать, чтоб в каждом форте, акромя горного, было по двадцать человек. Там мобильность нужна, коль отовсюду попрут, чтобы успеть по окрестностям весть разнести, да засады подготовить, а в остальных нужны и те, кто в строй станет, да ворота держать будет.

- И сколько воинов у меня останется? – кивнул я, принимая логичность слов и мыслей мужчины.

- Восемь ратников, стрелец, семь станичников, кудесник, десяток дружинников, три витязя, три богатыря, два вещуна, одиннадцать ворожей, пятнадцать симуранов, четыре велета, два духа местности, да два Горыныча. Этим войском мы можем располагать в ближайшие семь дней «в поле» без потери обороноспособности. И то, я бы посоветовал нашего Лешего тут оставить – леса везде много, а он и присмотрит, и люд мирный случись чего выведет. Тащить его куда-то, значит сильно ослаблять.

Совсем не густо, если не считать наемников – шестьдесят девять воинов, при сотне в гарнизоне. Конечно, книжка Творца мне поможет – но всё-таки, первоуровневых неоперившихся солдат вести в бой уже как-то непривычно, а в этом наборе их будет не меньше половины.

- Спасибо за доклад, Болеслав.

- Господин Влад, будьте добры, дайте сводку по экономической ситуации, - кивнул я, принимая ответ.

Щупленький для военной службы, немного сутулый мужчина, встал, морщась от света из окна.

- Плохо всё, господин князь, - ответил он, - я всё понимаю, и вас, - кивнул он, - и слова воеводы Болеслава. Территории большие, защита нужна, вам дружина ещё, но затраты…а ежели вы ещё кого наймете, я буду волосы, уж простите, на заднице рвать. Мы в жесточайшем кризисе.

Казначей скривился.

- Допустим, мы переместились к завтрашнему дню, - начал он, нервно теребя край рубашки. Вы всем заплатили - за найм во всех деревнях и городе, оплатили текущее содержание. Сколько, напомните, мы насчитали, что у вас останется? Учитывая текущую ветку строительства, где замок сразу же улучшается до Цитадели, потом до Замка, а затем идут все экономические и социальные постройки, кои невозможно выстроить вне магического источников, в том числе гильдии?

Я задумался.

- Около трёх сотен тысяч в золоте.

- Двести восемьдесят семь тысяч, тринадцать золотых, господин, - гневно фыркнул он, - а теперь давайте считать наши доходы…

Старосты с интересом подобрались, а старый сатир даже поставил локти на стол, выражая заинтересованность.

- Сразу вычтем семь десятков семей наших добытчиков, разрабатывающих шахты, и кучу вдов – вдовы от налогов освобождены, а добытчики не облагаются налогом. Как и строители, в кои вы записали на следующую еще почти четыре десятка, тем самым заняв не просто все семьи порубежников, но еще и распланировав их с учетом прироста. Ростислав?

- Возведение внутренней стены у горы, чтобы обезопасить постройки и ввести дополнительный уровень защиты ко входу в замок, - услужливо отозвался главный инженер.

- Итак, в городе налоги платят сто сорок шесть крестьянских семей, а это по двенадцать монет в день с каждого, плюс бонус от ваших умений – четырнадцать тысяч, сто три монеты. Замок даёт ещё восемь тысяч пятьдесят монет за неделю. Деревни бондов и крестьян с суммарной численностью налогоплательщиков в сто пятьдесят четыре семьи еще четырнадцать тысяч, восемьсот семьдесят четыре монет. Наги – пять тысяч, восемьсот девяносто четыре монеты. Сатиры платят нам вином – эквивалентно двенадцати монетам в день. С шестидесяти восьми семей получается достаточно, чтобы выдавать воинам два раза в неделю в качестве пайка, и откладывать в наши амбары. Хоббиты платят смешано со следующей недели – полсотни семей из двуста четырнадцати поставляют продукцию, зерновые, фрукты, и очень немного мяса, а остальные сто шестьдесят четыре - пятнадцать тысяч восемьсот сорок две монеты. До этого все ваши подданные три недели платили натуральным продуктом – яйцами, пшеницей, крупами, мясом и прочим, за счет чего мы смогли наполнить амбары. На мне будет контроль перераспределения подати от хоббитов, дабы нам хватало на прокорм, а еще потихоньку заполнялся новый амбар. Плюс со следующей недели будет проводиться ярмарка, где представитель каждой деревни сможет вместе с податью привести любое количество любого товара и попробовать продать их – на рынке, членам других деревень. Это будет способствовать росту благосостояния ваших подданых.

- Итак - мы имеем в неделю доход, равный семидесяти четырем тысячам, шестисот пяти монет с налогов. Так же надо рассчитать доход с двух таверн, налог в одну монету с семьи за использование канализации, сцена… Не буду очень уж нагружать всех, выходит две тысячи со всего. Плюс – минус. Итого, семьдесят шесть тысяч монет, господин. Один ратник, учитывая ваши умения Нанимателя и Творца, нам обходится в двести тридцать семь монет. У нас их тридцать семь штук – а это почти девять тысяч. Уже! Стрельцы – чуть больше шести тысяч, две с половиной тысячи – кудесники, плюс еще три – станичники. Еще семь на дружинников княжеских, да три на витязей, да семь с половиной на богатырей и вещунов. Вот и выходит у нас только на россичей – почти сорок тысяч золотом в неделю, что невообразимо дорого! - мужчина поднял со стола листок, исписанный сухими цифрами, почти без пояснений, - Еще одиннадцать на ватажников, семь с половиной – на ворожей, столько же на симуранов, два две с половой кудеяры, велеты пять, три за духов места, да горынычи пять с половой. И это без учета умений Мастера Сотворения и нанимателя нашего князя, а если с ними, то все вместе наша армия стоит семьдесят семь тысяч в золоте. Уже на три больше, да? Да сюда же строительство, что на несколько недель вперед, да то, что княже руками порубежников сам возводит – стены, после них – дороги. Да сюда же отнесем перевооружение постоянное, что князь затеял на армию, вот и выходят у нас цифры расходов очень сильно превышают доходы. В два с мелочью раза.

Нахмурились все.

- Само собой, этот прогноз актуален только если вы никого не потеряете, и каждый воин вашего войска останется цел. Но говорю я это к тому, чтобы всё присутствующие поняли – трат очень много, постоянное строительство и облагораживание наших земель во славу и ради обогащения нас самих занимает огромные статьи расходов. А еще есть лошади – которых наш князь скупает с какой-то маниакальной любовью, скот для селян, что мы покупаем на рынке. Мы можем покрыть их, траты, конечно же, но армию… пока что не в силах. Заявленный гарнизон, который, при условии опасности станет костяком вооружённого ополчения всего нашего Военнообязанного населения, учитывая все строительство и закупки – нам по карману. То есть достаточно хорошую защиту владений мы можем себе позволить, а вам личную дружину, князь, уже нет. Но… Выход есть, господин, - склонил он голову, - После текущих построек полностью отстройте экономическую ветку, что раньше мы позволить себе не могли. Постройте всё гильдии – нанимаемые там мастера оплачиваются единоразово, но навсегда, и будут разрабатывать шахты, строить и решать другие проблемы, освободив налогоплательщиков – это лучший вариант, пока у вас в запасе есть деньги. Пусть и в неделю их ограниченное количество, но курочка по зернышку. На сколько я знаю со слов нашего заведующего городским хозяйством, всё комплекты брони и оружия готовы и на будущий прирост, чтобы снарядить нашу армию по самому высшему разряду.

Мужчина с дальнего конца стола кивнул.

- Далее – не нанимайте никого, кроме Вещунов, Богатырей, Витязей, Горынычей и Духов Места, вместе с мирными обитателями деревень, что приносят нам доход. Самые сильные воины, и мирные жители. Далее, ресурсы. На постройки они требуются, и не всегда у нас есть в нужном количестве. Тут, увы, всё по-старому, обмен не нужных в ближайшей перспективе, плюс закуп. Использование ваших умений при найме мирных жителей, кхм, вы уверены, что оно…, - увидев, как я отрезал рукой, тот сразу замолчал, - Но ещё одна статья доходов… мэтр, когда прибудет ближайший торговый караван?

- В четверг, мэтр, - отозвался представитель торговой гильдии, - прибудет один из наших караванов.

- Тогда мы с господином Белогором после совета обсудим ещё такой момент, который, конечно, заставит наших кузнецов со всех окрестностей работать сутками в поте лица – броня и оружие, с которым мы наймем завтра людей, окажутся на складе. Я предлагаю всё это переплавить, разобрать на составляющие и создать заново - наши мастера стали более умелыми за эти три недели, да и то, с чем они призываются, по сравнению с тем, что мы можем сотворить - шлак. И два варианта, либо потихоньку одевать в эти комплекты наших воинов, либо не меньше половины сбыть господину

- Так же нам надо обзавестись союзниками, которым мы сможем что-то продавать, - подал голос Болеслав, - орки, например, могут выменять кучу трофеев на еду, нашу медовуху, вино сатиров и самогон, степняки волком будут выть за предметы обихода, которые можно брать с собой, особенно неумирающие.

- Верно. И не заводить врагов, господин князь. У нас есть не малая кубышка в виде ваших личных средств, но расходы на армию – это не всё. Ближайший месяц предлагаю именно такую программу, сосредоточиться на экономическом развитии и подальше задвинуть мысль об армии. Так же я предлагаю концепцию расселения жителей деревни, для лучшего освоения пространства – еженедельный прирост расселять на диких и незаселенных территориях. Так, например, у нас всего одна деревня хоббитов, но в ней живет две сотни семей. Они возделывают огромные территории равнины, всю ее центральную область. Но не целесообразно и дальше половинчиков селить на те же места, земель на всех просто не хватит, оттого прирост можно поселить на Западе равнины, у притока реки, рядом с деревней господина Свена. Двадцать семь наг прекрасно смогут освоить пространство в горах над одним из перевалов, основав там новую деревню и прикрыв проход, да получив потенциально новые охотничьи угодья. Комплектование людей в одних центрах, урбанизация территорий неизбежно ведет к надрыву – экономическому, продовольственному и социальному. Со временем все небольшие поселения расплодятся и молодежь оттуда захочет лучшей жизни. И пока что мы можем эту лучшую жизнь обеспечить, как таковую. На этом у меня всё.

- Спасибо, мэтр. Пока экономического кризиса нет, хоть денег мы тратим больше, чем нам поступает, гарантирую стабильность налоговых сборов. Но вот если деньги кончатся, для поддержания уровня безопасности…

- Мы поняли, ярл, - подал голос Свен, староста бондской деревни, - поднимешь налоги, если прижмет, и мужиков заберешь.

Я кивнул. Вот этот персонаж из всех моих старост был самым опасным и не приятным. Ещё пару недель назад прислуживающий местному Чернокнижнику, этот старый хускарл поднял часть своих мужиков на бой против меня. Славянские крестьяне ничуть не хуже – умеют держать строй, за счёт народной забавы кулачных боёв, владеют рогатиной. Но варяги… кровожадные. И сильные. Накатывающая лавина вопящих, а самое неприятное – владеющих оружием, взрослых мужиков - не то, с чем хочется мириться.

- Надеюсь всё смогли проникнуться нашим текущим положением, господа? Числа, приводимые моими советниками, могут ложно обнадежить вас – мол, положение у нас хорошее. Это не так.

Отодвинув стул, медленно встаю, поправляя чёрный кашемировый камзол.

- Три каменных форта, укреплённый замок на возвышенности – здорово! Не обманывайте самих себя. Мы живём в таком мире, что полностью обеспечить безопасность не может абсолютно никто. Вот, только подумайте…

Отодвинув стул, я подошёл к окну, достав из внутреннего кармана маленькую трубочку с уже забитым табаком. Вместе с ней шел тонкий стальной цилиндр с руной огня на конце. Закурив, я открыл окно и всмотрелся. С пусть и не большой высоты третьего этажа, да возвышенности, было видно многое, даже очень. И широкую реку, и залитый уходящим красным солнцем луг за ней.

- Соседом окажется Неумирающий Кочевник или Варвар. Неконтролируемые и недоговороспособные, их армии не рассчитаны на штурмы замков – они разоряют деревни, убивают, грабят, насилуют и берут в рабство всё, что движется. Или, что ещё хуже – в соседях будет тот, кто в этом мире дольше нас. Хотя бы месяца полтора, а не три недели.

Вдох и уже привычно впустив дым в лёгкие, наблюдал, как игра впервые за вечер проявила себя, сообщив о полученном дебаффе на скорость восстановления выносливости.

- Следующие три недели воспринимать иначе, как испытание для всех нас и нашей стойкости не стоит. Если мы протянем, то сумеем накопить и денег, и армию, появится надежда, что, если не появится рыба крупнее, мы устоим. От вас всех я попрошу лишь понимания – никто вас щадить не будет. Я сам Неумирающий, и понимаю, о чем говорю. Мы… большинство из нас могут сбежать отсюда, если что-то случится. Может забыться в том, другом мире. Я же здесь навсегда. Они придут сюда, рано или поздно, так или иначе – завтра, послезавтра, через месяц. И единственное их желание будет, это убивать. Вас, всех и каждого, уничтожить навсегда. Захватить замок, из ваших семей сделать рабов. И их, кровожадных Неумирающих, от вас отделяю только я – знаю, как они думают, чего хотят и как рассуждают. Веду я себя нормально, налоги не задираю, девок не порчу, народ не убиваю. Вспоминайте это всякий раз, когда в голове возникнет мысль о том, что ваш Неумирающий на престоле Драгоценного Камня не достоин править. На этом всё, собрание считаю оконченным. Боря, пусти бумагу по всём присутствующим, пусть подпишутся, что ознакомились с текущим положением дел, всё согласны с озвученными предложениями и не будут чинить препятствий их осуществлению ни словом, ни делом. На сим прошу всех отбыть в гостевые комнаты или же на замковую кухню и хорошо отдохнуть перед завтрашним днём. Всего доброго.

Как и ожидалось, остались на местах торгаш и герой. Не знаю, нашли ли отклик мои слова в головах моих подданых, но я на это очень надеюсь. Обратной дороги нет, как и шанса на внешние денежные вливания и попытку начать с нуля. Кнопка выхода из игры больше недели как пропала вовсе. Так что мне ничего не остается, как пытаться вызвать у своих подданных хотя бы чувство если не уважения, то отсутствие ненависти. Мельком вызвал интерфейс и скосил взгляд на собственные успехи.

Имя: Велеяр, сын Велеслава

Раса: Росич

Класс: Князь

Классовое умение: Дружина

Уровень: 41

Характеристики:

Сила – 50 (+11)

Ловкость - 35

Выносливость - 30

Устойчивость к Магии – 20

Здоровье:

Умения: Мастер Сотворения II, Создатель I, Вселяющий Разум I, Обучающий I, Мастерство I, Стратег II, Тактика I, Наниматель I, Эконом I, Земледелие I, Растениеводство I, Мастерство Бронного Дела I, Знахарство II, Травник III, Личная Присяга II, Известность II, Примиритель I, Мирное Сожительство I, Боевое Братство I, Тренировка Силы III, Лидерство III, Дипломатия II, Логистика II, Нахождение Пути I, Атака III, Защита II, Владение Копьем I, Владение Топорами I, Тяжелая Броня I

Книги Знаний: Раса Росичи I, Раса Порубежники II, Военачальник II, Толерантность II, Физическая Подготовка I, Творец I, Казначей I, Известный I,Невозможность Колдовать III, Бронник I, Агроном I, Зельеварение I

Книги знаний Толерантности и Известного уже на старте позволили мне максимально интернациональное общество, а умения Личная Присяга, Примиритель, Мирное Сожительство, Создатель и Лидерство ещё сильнее расширили спектр возможных «интеграций» в мой город славянского народа и ещё всяких там хоббитов, сатиров и наг.

Тренировка Силы и умения владения оружием – это уже усиление лично меня. Как и книга Физической подготовки. К сожалению, все на старте могут взять лишь одиннадцать книг знаний. Если не хватает – есть возможность взять до трёх отрицательных. Собственно, именно это ограничение и огорчило – к Невозможности Колдовать я бы с удовольствием взял бы Бюрократию и Одноглазого, докинув себе еще две какие-нибудь полезные книги Знаний.

Творец и Казначей…две книги, которые должен иметь каждый. Творец позволяет даже без умений варьировать цену солдат в пределах десяти процентов, либо накидывая им характеристики, либо наоборот. По мере набора умений из книги, тут тебе и более тонкая настройка, и дополнительные бонусы при найме, и просто увеличение верности. Казначей же на старте даёт увеличение всех доходов из всех источников на пять процентов. У меня ещё взято умение наниматель, снижающее цену за найм солдата на десять процентов, а так Эконом, увеличивающий доход с налогов и магического источника на те же цифры. Собственно, умения из книг Казначей и Толерантность имеют для меня первостепенное значение.

Книги Рас – ни единого умения с них я открыть к своему сороковому уровню так и не смог.

А вот Военначальник радовал гораздо лучше. Мало того, что повышал верность и неподкупность солдат, давал доступ аж к восьмёрке умений, многие из которых я уже открыл. Особенно радовала Тактика и Стратег. Эти два умения, вместе с положительным эффектом от Создателя из книги Творца, умением Лидерства и Личной Присяги делают из моего отряда действительно дисциплинированное войско. Впрочем, такой набор есть только у меня, и нечто куда хуже у Болеслава. В руках всех остальных «младших командиров», в виде тех же кудеяров или витязей, те же ватажники и станичники превращаются в сброд почище орков.

Огромные денежные вливания помогли на невозможном уровне сложности вытянуть. Набор книг – брать в наёмники вообще всех, кто под руку подворачивался. Ну и себя не забывал прокачивать – не мало характеристик я поднял физическими упражнениями. Благо, книга Подготовки уменьшает необходимое на это время.

И вот, конец третьей недели, завтра – начало четвёртой. Огромный квадрат, по сотне километров каждая сторона – и все моё. Учитывая солдат – тысяча жителей наберётся – с еженедельным приростом в деревнях и фортах. И владыка всей этой земли, князь Алд Вахрама, Драгоценного Камня – я.

- Вам удалось произвести достаточно не плохое впечатление, князь, - склонил голову торгаш, теперь осталось, чтобы выгорела вторая часть нашей задумки, - сам жест, что вы позвали представителей от народа на, пусть и не обсуждение, но рассказ того, что есть, и что будет, не свойственно для рода Неумирающих всех рас и типов.

- Яр, думаю, что он прав, - вторил ему воевода, кивая, - в любом случае вышло не плохо – если они и не прониклись, то как минимум хотя бы предупреждены и оценили.

- Мэтр Гильермо, - обратился я к представителю местных торгашей, принимая похвалу - вы уже составили план совместных поставок в мои земли?

- Да, князь, - склонил голову тот, - я уже все подготовил, как только рухнут границы вашего феода, в течении пяти дней сюда прибудут караваны ото всюду, а со следующей недели моя семья начнет активно торговать с ваших родом.

- Первоочередно…

- Я помню, информация о близлежащих землях, что для вас так важна, а также попытаемся наладить постоянные торговые отношения – это будет полезно и для моего рода, и для вас. Я вижу в вас отличного поставщика медовухи и вина, сельскохозяйственных культур, а также доспехов – у вас они получаются очень хорошо, лучше создали бы только гномы или гремлины.

- Доспехи…

- Не близлежащим, я помню, - склонил он голову, - господин князь, все по сто раз оговорено, так что можете не переживать.

- Тогда не смею задерживать, - кивнул я, наблюдая, как торговец размеренно вышел с третьего этажа замка.

- Говорено, переговорено, - процокал языком Бореслав, - ох не верю я ему, этому Гильермо, как не верю Свену. Убил бы ты обоих, да дело с концом.

- И получить репутационный штраф – от торговой гильдии и от всех старост.

Воин махнул рукой, наблюдая, как я пыхаю трубкой.

- Ты сам-то готов к завтрашнему дню? – потер я переносицу. За плечами столько всего – и тёмные эльфы, и крысолюды, даже войска замков чернокнижника и тёмного друида. Наша встреча на пепелище… Создание хотя бы подобия администрации, составление планов, скурпулезные подсчёты и ожиданиие. За спиной огромная проделанная работа.

- Готов, - устало кивнул мужчина, - два форта и замок дадут много воинов, пока нас не будет, тут сотня целая останется – а кто бы что ни говорил, сила это не малая. Кстати, что будешь делать с наёмниками?

- Хороший вопрос, - вздыхаю, с чувством удовлетворения стягивая камзол. Чёртова тряпка, - Сначала пусть попробуют дожить до среды. Очень маловероятно, что у них это получится.

Блондин фыркнул.

- Как будешь делить отряды?

Вздохнув, ловким движением руки достаю из дверцы шкафа графин с медовухой. Славяне много ее пили, в лихие годы рассвета нации. И в игре отразили этот момент – пять градусов алкоголя, с добавлением травок, по кружке тут пили все мужчины почти каждый день.

Герой с удовольствием приложился, после чего передал мне графин.

- Роговолд с трудом справится со всеми наемниками, и ты сам это знаешь, - сказал я, отмечая, как кивает мужчина, - слишком он еще молод, да мало имеет опыта военного. Так что вот, я думаю – симуранов всех отправить цепью широкой в сторону гор, дабы там территории открыть, станичников, как самую мобильную часть армии в принципе – за реку пустить тоже цепью, пусть себе идут, да территории открывают, смотрят. Тебе отдать почти всех, да вместе с Роговолдом отправить…

- А твой отряд? А кто ж в городе? – возмутился мужчина!

- А Витязя, того же Святогора. Он у меня ветеран, командовать людьми научен, с гарнизоном справится на раз, да и вы под Всесветом в свое время вместе ходили. А я возьму обоих Горынычей – у одного уже есть умение перевозки грузов, второй получит его при найме. Загружу одного Вещуна, да двух богатырей – Ратибора и новенького, а вам оставлю Ярополка, как самого опытного. Ну и вы в одну сторону, я в другую, верхом на ящере…

- Княже, думаешь, быстрее будет?

- Ваш отряд сильно дробить не выйдет, слишком он малый выходит. Но вот по-местности, если вдруг ты поймешь, что надобно две задачи решить – окружить врага, аль сам пойдешь на штурм одной шахты, а на горизонте будет важный объект – Роговолда с дружиной пошлешь. Сам понимаешь – нам может свезти, и рядом будет один-два неумирающих, а может и нет – и вокруг их будет четыре. В любом случае, успехом будет, если с каждой из сторон мы прибавим к княжеству по полутора дней пешим ходом, а в идеале – четыре. За счет того, что все у тебя будут на конях, у меня – на летунах, разведчики вообще – либо конные, либо крылатые, нам остается только максимально быстро сделать идеальный круг, около моей земли, по фронтиру поставив два новых форта, беря под контроль деревни… ну ты понял.

- Велетов на коней не посадишь, княже, а еще лошадки боятся Ворожей – все-таки связь к Яге, кровь от крови дочери Вия, смотрящей в смерть и Навь, - покачал головой мужчина, - так что тут твой просчет.

Мда.

- Роговолд тут и пригодится. Ты с дружиной конной вперед пойдешь, дорогу разметишь. Идти будете в одну сторону, но ты ему оставишь ориентиры и гонцов слать будешь. А он с дружиной пешей – частью наемников, велетами да ворожеями пойдет сзади. Малый отряд, да убойный, коли сильный враг будет – соединитесь, тут ведьмочки поддержат, да великаны все разнесут, а так тебе и конных хватит. А ежель наемники расшалятся, так против четырех велетов впятером, столько вроде езде верховой не обучены? Даже не смешно.

- Ладно, княже, - кивнул он, - хоть с уходом станичников, да симуранов дружина совсем малая выходит, но воины у нас опытные, в целом – сладим. Главное на войска неумирающих не нарваться – ох снесут нас, князь, он снесут…

Тут уж я покачал головой.

- Так потому и нужно быть мобильными, Болеслав, чтобы не снесли. Я потерь не приемлю пустых, мне надобно территорию расширить – а закрепимся прочно уже со следующей недели. Коли повстречается неумирающий, подашь мне сигнал бедствия, я поговорю с ним через воинов.

Светловолосый, голубоглазый. Нос видно, что сломанный, бровь была рассечена, а в ухе серьга. Борода по грудь, ее не бреют, символ мужчины. Тоже, по большому счету, еще молодой воевода – не старше тридцати пяти. Но уже мой военный зам.

Пространство замерцало всеми красками, а в ушах зазвенел набат. Снова мир показал мне, что всё вокруг игра, а я лишь набор пикселей…

- Опять тебя вызывают из мира неумирающих, - усмехнулся Болеслав, вставая.

- Как понял?

- А у тебя лицо, будто с Ратибором закусился и тот предложил выйти на кулаках, - хохотнул тот, - ладно, разговаривай, потом спустишься к нам.

Когда дверь захлопнулась, я развернул иконку скайпа.

- Коляяяяяяяяяяян!

Радостная морда друга заполнила собой всё окно связи. На секунду прильнув к камере, тот отпрянул. Приглушённый свет, зашторенные окна – у них, видимо, тоже ночь.

- Как я рад видеть твою морду живой, братец! – улыбнулся тот, осматривая меня. Его зрачки на долю секунды метнулись выше камеры, затем вернулись обратно. А улыбка медленно стала сходить с лица.

- Привет, Дим, - неожиданно хрипло отозвался я. Ком встал поперёк горла. Я догадываюсь, кого он там увидел, - как у вас там дела?

- Тебя позавчера похоронили, мой любимый младший брат, - холодный женский голос донёсся до меня, а затем на экране показалась сестра-близнец. Старше всего на пять минут, единоутробная сестричка. И сейчас я понимаю, она сделает вообще все, чтобы меня расстроить. Этот тон, будто нож в спину, - мама места себе не находила.

- А что ты мне предлагаешь, Оль, - ком жёстче застрял прямо поперёк горла, взгляд сам опустился в стол, — вот что ты мне предлагаешь? Умирать от рака, но зато рядом с тобой и с мамой, чтобы вы увидели весь спектр моих страданий? У меня не было шансов на выздор…

- Не курить с двенадцати лет, идиот - огрызнулась она, - твою мать, Коля, ты же воспитанный, начитанный парень, знаешь о вреде табака…

Я махнул рукой, отводя взгляд. Эту шарманку уже проходили. Та секунду побуравила взглядом монитор и плюхнулась рядом с Димой. Да, моя смерть в реальности сильно её подкосила. Кто же знал, что лучший друг сможет утешить?

- Ты-то как? У тебя последний день периода новичка, вроде? – попытался перевести тему парень. Чернявый, загорелый, всём видом вызывающий обманчивое ощущение оболтуса или дурачка, хоть таковым не является – слишком часто улыбается, для жизни в нашей стране, и редко ходит понурый.

- Да вот, собрал старост деревень, бургомистра, торговца и двух глав отрядов, обсуждали только что дела наши интересные…

- Какой интересный наборчик, - хмыкнула Оля, доставая сигарету. Я по привычке потянулся в карман, но наткнулся на кисет с табаком вместо привычной пачки, - ты что, действительно там лорд?

- Оль, чтобы стать не просто лордом, а лордом с огромными плюшками, хорошим населением и сильной армией после снятия «завесы», я влил сюда огромное количество бабок, просто невообразимое. И при всем при этом, положение у меня шаткое…

— Это положение вроде определяется выбор Замка и Класса? Ты выбрал Славянского Князя?

- Да, замок – Славянский, но иметь сильную армию здесь очень проблематично. Лояльное население – тоже. Здесь вообще все очень и очень проблематично, Оль.

Девушка картинно изогнула бровь, а я отмахнулся, залазя в инвентарь.

- Жители славянского князя могут решить, что им нужен новый князь, если ты будешь косячить?

- Они и сделать могут, тут дети обращению с оружием учатся.

Девушка вновь хмыкнула.

- Никита тоже начал играть, уже третий день как, - поделилась та, - из-за тебя, хочет лично встретиться. Всего восемь клеток от тебя, если верить координатам, что ты дал.

Внутри всё болезненно сжалось в комок. Земли – не самая популярная игра, и не в самом своём расцвете, хоть обновление и реклама немного её оживили. Игра делится на кластера по национальному признаку – немцы с немцами, французы с французами и так далее. А каждая раса определяла рельеф. Вот и выходило – что одно только место регистрации аккаунта закидывало приблизительно в одни пенаты, а если выбрать схожую расу подданых, то и выходит, что можно приблизительно оказаться рядом с твоим другом. А Никита, один из самых дорогих мне людей.

- Надеюсь, через компьютер, без капсулы? - выдавил я.

- В капсуле, - фыркнула девушка, - угадай, кто надоумил одного из твоих друзей залезть в эту штуку, а?

Твою мать, всего месяц пешего пути. Верхом на Горыныче, да под ускорениями Вещуна Перуна…

Взгляд сам упал на Вместительную сумку героя. С полным комплектом тяжелой брони – ватником, кольчугой и ламмеляром, шлемом с полумаской и бармицей, кавалерийским копьем, чеканом, боевым топором и каплевидным щитом. Кроме полного комплекта оружия и брони на все виды боя, тут так же был и набор артефактов, что я снял перед советом.

- Я обниму засранца, могу гарантировать это клятвой Перуну.

***

Даже часа не прошло, как мы разошлись, оставшись друг другом более чем довольны. Сестра со временем оттаяла, Димка признался, что они скачали на комп клиент Земель, и уже даже развивают персонажа, вместе играя по три-четыре часа в день. Я порадовался для вида, но поиграв, пусть и на невозможном уровне сложности, понимаю одно – их Замок Рыцаря снесут так быстро, как это только вообще возможно. Нельзя так мало уделять этой игре, она это не предусматривает, а требует огромного количества микроконтроля. Если ты забиваешь – уже проиграл, потому что тебя либо убьют свои же, свергнут, либо после снятия завесы первый попавшийся адекватный игрок, убивший кучу сил, времени, а может и реальных денег на комплектование и грамотное перевооружение своей армии.

Никита взял отпуск и во всю играет за замок волшебника. Но не за эльфа. За гнома, и без эльфов, оставив себе полуросликов для кормовой базы. Его координаты мне тоже прислали – тридцать два дня пешком, если посчитать, почти тысяча километров пути. Минимум один, а то и два игрока находятся между нами.

Обсудили всё – я рассказал о своем положении, когда с виду все более чем здорово, феод развивается, армия снаряжена, броня на всех лучшего качества готова, должную защиту своей земле оказать могу. Но в то же время это факторы не справляющейся экономики, игрока постарше и незнания, кто он и с какой из сторон примерно – территории для игроков генерируются на краю мира. И обычно, более старые зубастые дядечки и расширяются за счёт совсем уж новичков, которые не могут дать должного отпора, просто направляя армии условно «вверх», к генерирующимся территориям. Мне повезёт, если этот «игрок постарше» играет всего месяц. А может и не повезти, и он играет два, а то и три, у него много мирных жителей, развитая торговля и большое количество элитных солдат.

Ну коллапс в экономике хоть и жёсткий – учитывая строительство, которое и не думает заканчиваться, армию, я трачу вдвое больше, чем получаю. Благодаря кубышке в почти три сотни тысяч свободных монет, можно не волноваться о деньгах хотя бы некоторое время.

Вместительная сумка героя на поясе давала мне большое количество ячеек «инвентаря», была не снимаемой, позволяла хранить деньги… и стоила, как две полные средние зарплаты в столице. Без неё инвентарь в игре не предусмотрен. Я даже десять мер пищи тут храню, кормить свой отряд на всякий случай. И, само собой, деньги. Золотые монеты. Сто пятьдесят тысяч, мои личные монеты. Остальное в казне.

По меркам этого мира, я был очень опасен. Каждая единица силы давала вполне чёткое, осязаемое и понятное значение – увеличивала возможность поднять пять килограмм. Мои шестьдесят один давали возможность поднять три сотни, и это без артефактов. По факту, могу за ноги тащить огра или, с трудом, того же велета. Могу в полной броне бежать, особо не ощущая веса – за счёт силы, причём долго – Выносливость в три десятка, это уровень какого-нибудь воина четвертого-пятого ранга, а тридцать пять ловкости позволяют делать это относительно быстро. В строю из ратников на первой линии стою тверже остальных. Но и тут хохма, как и во всем – колдовать я не мог, мне это попросту не светило априори. Вместе с тем, назревала проблема защищенности от магии – чем меньше у тебя колдовских характеристик, тем меньше у тебя к ней сопротивляемость. То есть любителям кидать у себя и всех солдат-магов своей армии все характеристики в Силу Магии я уже проиграл, заочно. Сразу и бесповоротно.

Выйдя из кабинета, быстро поднялся на этаж повыше. Рядом со мной охраны не было, на была вокруг – не гоже бояться в собственном доме. Зато была охрана у источника – два бойца. А вообще в замке всегда присутствовало тридцать солдат, и пятнадцати запрещено было покидать его. Защита источника была для меня приоритетна в условиях начинающейся «социализации». Воры были пятого ранга, умели стрелять из лука, метать ножи… да много, чего умели. И эти ребята могли наделать ну очень серьезных проблем.

На последнем этаже были мои покои. Холодный воздух, ударил в ноздри из-за открытого окна. Платиновый аккаунт, кроме шикарного внутреннего убранства, даровал еще то, за чем я пришел сюда – безотказных служанок.

***

Удар, еще один, и еще. Безостановочно, словно поршень, я отрабатывал все выученные удары. Напротив, стоял богатырь аж двадцать третьего уровня, Ярополк - Воля Даждьбога, почти что ветеран. Он ловко для своей комплекции уклонялся и парировал удары боевого топора.

Ловко крутанувшись, что змей, сильным ударом деревяшки в мою кисть тот выбил «оружие», и немедля обрушил клинок в голову. Смотря на небо, красное от закатного зарева, с открытым ртом и пытаясь слышать, я лежал и не двигался.

- Смотри, князь, шею не свернул – значит хорошо шлем сидит на голове!

Все богатыри были…странными. Во-первых, в город приходил случайный Богатырь, то есть не посвященный Триглаву Замка, а случайным, и стоял выбор – нанимать ли, аль нет. И если «окрас» божества этого богатыря был противоположен направленности триады, то лучше прикурить, потому что либо остаешься без топового и сильного солдата, либо сильно теряешь в морали и боевом духе остальной армии. Хотя конкретно на эти случаи у меня взяты две книжки толерантности.

Характером они были…в своих божеств. Гипертрофированные качества покровителей проявлялись в негативном аспекте. И если светлый Даждьбог дает свет успокоения и олицетворяет начало созидательное, то стоящий передо мной его боец – чертов нарцисс.

Абсолютно хреновые командиры, но прекрасные одиночки, один на один влегкую побеждающие что витязей, что дружинников, что паладинов рыцарского замка – мне довелось проверить это, но не умеющие даже немного организовать людей вокруг себя хотя бы на уровне дружинников – по три-четыре бойца.

В голове до сих пор звенели колокола.

- Будешь зубоскалить, я отдам тебя Малышу.

Услышав собственное имя, трехглавый огромный дракон с интересом поднял крайнюю левую голову, выдохнув столп пара. Хоть в былинах народа богатыри и могли побеждать Змей-Горынычей, то в игре это крайне маловероятно.

- Княже, вы уж меня простите…, - театрально замялся мужчина, бросая на песок тренировочной площадки свое оружие, - может мы с вами того, сходим в город, к театру? Там, говорят, труппа приехала, артистов! Узкоглазыыыые, что щель в моих доспехах! А горланят, говорят…

Я махнул рукой, убирая доспехи в инвентарь. Скакать по темам диалога тоже было в духе богатырей Даждьбога. И я не хочу вспоминать своего второго – Ратибора, покровителем у него Макошь, Мать Сыра Земля. Этот… любитель благодатных всходов наставил рога в моем городе не меньше десяти мужикам. За неделю! Побывав тут четыре раза, в основном часов на десять, восемь из которых – сон!

А самое страшное то, что в игровом пантеоне есть еще Ярило, божество весенней Яри, ярости… не боевой, скажем так. И если воин, ходящий под началом Макоши так себя ведет, то что будет, если я получу этого кадра… Даже от мыслей впадаю в дикий ужас.

- Доложи только старшему по гарнизону замка, собери народ из самых отличившихся, но так, чтобы минимальная охрана была. Через пятнадцать минут жду своего славного воина и остальных желающих у ворот.

Достав из инвентаря книгу, и поправив неудобный чёрный камзол, быстро заменивший боевой гамбезон, я медленно зашагал в сторону выхода из крепости.

«Ночь. Запах трав, тлеющих на углях в печи. Лёгкий свет от лампадки в избе вовсе не смущал и не отвлекал – скорее даже вводил в нужное состояние.

Вино, щедро налитое в братину, шло по кругу – и я, и шаман, и дружинники – охранники прикладывались к чаше. Мы пили, пили, как в последний раз, разговаривая обо всём, и ни о чем одновременно.

Я захмелел. Мир вокруг не стоял – он был неестественно подвижен и текуч, будто жидкость. С каждым вдохом грудь заполнял обжигающий запах трав. Я уже понимал, что нормально не смогу добраться до терема сам.

Слишком мало сена набил этот шаман. Но я очень быстро перестал обращать на это внимание. Вытянуться и расслабиться не трудно, организм настроился на это. Варган запел во рту мужчины, и с каждым ударом я чувствовал, как всё глубже и глубже погружаюсь в бездну Безвременья.

Когда варган закончил песнь и комнату заполнил ритмичный гортанный речитатив, я уже плыл вперёд. Сквозь тьму, едва ощущая воззвания к Ней.

Словно едва видимый огонь свечи, я различил во Тьме то, что затем предстанет маленьким аккуратным теремом.

Странный дом, без сеней, со скатной крышей почти до земли.

Войдя в него, я увидел женщину, сидевшую у окна. Одна ее сторона скрыта, но глаз живой мазнул взором по мне.

Я упал на колени, ударяя головой об пол и прося милости Великой Матери. Он добро улыбнулась, махнула головой в сторону стула, но не повернулась ко мне.

Когда же я изложил проблему, то та улыбнулась. Лишь улыбнулась, подвинув уголком рта в сторону. И я всё осознал. Я понял и свою глупость, и глупость своих врагов. Та великая мудрость, что она дала мне в дар, до сих пор откликается тянущим чувством в позвоночнике.

Я так и сидел, смотрел на неё, пытаясь впитать Божественное. Она не издала ни звука, ни единого писка или вздоха, но я ощущал, как тысячи голосов заполняют тело… Пока не провалился в Безвременье, где пробыл вечность, осознавая.

На утро следующего дня я проснулся в Яви. Тело ломило. Дружинники рассказали, что я долго не приходил в себя, и шаман часами пытался вырвать мой Дух обратно, поместив в тело. И в тот момент я родился вновь.

Путешествие к Чёрной Матери, Великой Матери, расставило всё на свои места. Я предложил шаману переехать в мои земли, но он отказался. Уговаривать человека такой силы, и уж тем паче давить – не стал.

Завтра мы выступаем. Часть поплывёт на ладьях, а часть поскачет верхом. Ард Вахрам, эти древние руины гномов на одиноком холме, будут моими».

Выполнено задание:

«История Князя Всесвета и дружины его!» часть 5/5

«Получено 10000 опыта!»

«Получен уровень!»

«Получено задание: Поиск шамана»

Именно последствия встречи с неизвестным шаманом заставили князя Всесвета взять почти всю свою дружину и отправиться в поисках лучшей жизни на Юг, через горы и по реке. Найдите этого шамана, и решите, как поступить с человеком, который обрёк стольких людей на гибель в суровых землях, где и так слишком много хозяев.

Награда: неизвестна.

Штраф за отказ: отношение со всеми поддаными, раньше служившими Всесвету – 15

Штраф за провал: нет

Сроков нет, штрафа за провал нет. А откажусь, и как минимум мой главный воевода, Болеслав будет разочарован. Принимаю! А что у меня вообще из заданий?

«Всем князьям князь»

«Сохранить крылья»

«Поиск шамана»

Так, ну давай, посмотрим. Обо всём и по порядку.

«Всем князьям князь»

Болеслав, сын Добромира, рассказал, что князь увёл в поход почти всё войско, оставив очень малую охрану своим землям к Северу отсюда, а также свой народ и родную дочь. Многое изменилось с тех пор, и незнамо, выживут ли люди в таких условиях, но! Пользуясь уважением Болеслава в тех землях, попробуйте присоединить их к своим – оружием или языком, не столь важно.

Награда: Форт Перемышль, укрепление границ владений, вариативно

Штраф за отказ: Титул: «Трус», отношение подданных к вам – 5

Штраф за провал: Титул «Слабак», отношение подданых к вам – 10»

«Сохранить крылья»

Княжество славян… как много в этих словах боли и крови. Очень и очень долго славянский народ был разобщен. Одних князей подпирали кочевники, других – норманны, а третьих паладины и святые отцы Единого. Но не так страшны враги внешние, как внутренние – постоянные войны, свары, драки. За месяц из десяти княжеств могло образоваться два, а потом их становилось бы пять. Вы не должны этого допустить.

Условия выполнения: на протяжении десяти недель после падения границ не сдавайте замок, не платите дань, не давайте присягу ни единому лорду, леди, или кому бы-то ни было. Не допустите мятежа регионов, создания отдельных государственных образований на территориях вашей земли.

Штраф за провал: Вариативно. Бунт.

Ну да, учитывая, что все юниты Замка обучены воевать – майдан подданых я просто не переживу. Слишком у нас… терпеливый народ. Если полыхнет, то во всех сферах жизни, сразу и очень жестоко.

Сколько за плечами всего… И появление в этом мире, и боли, рак давал о себе знать. И игра, первые шаги здесь. Встреча с тем же Болеславом, на пепелище после сражения с Тёмными Эльфами дружины его прошлого князя. Десятки квестов, сюжетных в рамках локации, и не очень – вроде простеньких от лепрекона или старосты деревни хоббитов, кучи артефактов – идущие на продажу на игровом аукционе, если не подходят никому из моих ребят, на меня и на войско – сначала ветеранам, затем уже всем остальным. Да и по традиции, которую я заложил с первого дня пребывания, и из-за которой моя популярность в войске выросла до небес – половина всех трофеев остается в войске. Четверть сумм откладывается на покупку артефактов или оплату нового снаряжения – так я легетимно не плачу за перевооружение войск, это делается из трофейных и отложенных на армию денег. На эти же деньги солдатам чинится оружие и броня, изготавливаются новые – по надобности, да по возможности, книга бронника и соответствующие умения пока не ставят меня вровень с гномами, но все впереди. Еще четверть расходится сразу же по солдатам – в виде премии. И эта мера позволила заработать лояльность войск – это важно везде, абсолютно в любом Замке. Армия видит, что денег я на нее не жалею, и после каждой битвы они получают «сверхурочные». Просто за то, что они в моей армии есть – они получают жалование. И любят своего правителя, а также любят воевать.

С народом сначала не ладилось. Особенно с викингами, которые даже ни разу не майданили, они просто открыто ранее выступали против меня в составе другой армии. Хоббиты побоялись, сатиры тоже – завалился я к ним мощной толпой. Наги вообще вошли в состав самые первые и настолько аморфны – насколько это вообще возможно, предпочитая особо с горной местности носа не совать.

Хотя пришлось им, конечно, выдать десяток – форт, что располагается там сейчас, как раз таки Чернокнижнику и принадлежал. Сколько бегали по лесам мои ватажники, порубежники и наги, в поисках чертовых скрытных гноллов и обрезая все ниточки снабжения форта перед штурмом – поголодали, зверолюди, ничего страшного.

Прекрасно помню и своего первого богатыря – Ярополка. У нас с ним сразу же не заладилось – хотелось выбросить мудака из окна, да поскорее. Конечно, эти воины богов были сильны – затыкали за пояс любую вариацию линейки рыцарского замка – что инквизиторов, что паладинов, что прелатов. Но их характер вообще более всего относился к ведьмакам аранья.

Последние боевые действия, символически, были сегодня. Отложенные в подвалах замка на этот счет, по рукам и ногам связанные, несколько суток без еды и воды, пленники – я просто пустил их на опыт. Преспокойно взял свой хваленый кавалерийский чекан, который успел полюбить, и раскроил черепа нескольким десяткам существ, кои раньше враждовали со мной.

Ну и наемники. Ох, наемники. Не основа моей армии, но сугубо мой отряд – за счет раскачки в интернационал – тут тебе и зверолюды были, и воины магов были, и наг из деревни я вербовал в свое время, как раз таки для лесных войн. Кого только не было. Сейчас остался один кентавр, два мечника, один скальд, один рубака, эльф и двое негров. Такая солянка… когда они отходили далеко от меня или моих героев, назревала нешуточная драка – аранья припоминали эльфам лихое прошлое, а мой ухорез, умерший в начале недели, хвастливо вертел связкой острых ушек. Негры скалились в сторону бондов, люди со зверолюдами ладили – готовясь просто месить всех вокруг без разбора. Но, именно обилие наемников, коих я собирал вообще везде – даровало победу. А также очень хорошо проредило ряды возможных армий деревень. Трудно майданить воинами первого ранга.

Да, ранги. У каждого существа был четкий ранг, который характеризует его силу и возможности. У селян – первый, как почти у всех крестьян, хоббитов – мирных существ, развивающих экономику. Изредка это второй – как у порубежников, или третий, как у наг или гномов, на случай очень сильной и дорогой «расы».

Ратники, Стрельцы и Ватажники в моей армии, основная боевая масса, имела третий ранг, что стандартно. Дружинники, личная охрана – пятый, а Богатыри – седьмой. Магическая поддержка не пестрила, что волхвы-кудеяры четвертый, что более многочисленные ведьмочки. Зато был Вещун, очень мощный жрец седьмого ранга, имеющий власть призывать существо своего покровителя – как прелаты вызывали Архангелов, самых сильных в игре существ, а аранья - гворнов.

Великаны-велеты, и духи места, к слову – тоже седьмой. Каждый ранг позволял существу иметь на старте определенный набор характеристик и конституировал его минимальную и максимальную стоимость. Самый мой сильный воин был Малыш – трехглавый дракон, Змей Горыныч девятого ранга. С иссиня-зеленой чешуей, мощными челюстями и огромным размером. Сильная, умная, живучая и бронированная тварь была летающим танком. Когда-нибудь я перестану с помощью настроек книги Творца добавлять им умения перевозки грузов, добавлю ношение средних доспехов, прибавлю силы и выносливости, а мои кузнецы скуют ламмеляр. И посмотрим, чей дракон лучше, ваш Красный, господа Чернокнижники, или мой трехглавый.

Пришло немного, человек семь, из которых почти все были ратниками - то есть низшая и самая многочисленная прослойка в армии. Что же, они это заслужили, учитывая, что скоро придется все время безвылазно проводить здесь.

- Княже, - склонили головы все, кроме богатыря.

- В колонну по двое, братцы, и мирно пойдем в сторону сцены. Кто, Ярый, говоришь, выступает сегодня?

- То ль номадка, то ль кэнсэйка… Не знамо, владыка, восточная девка, но верещит хорошо. Там наш герой-любовник к ней и так, и этак… А она нет и нет! А поет, что наш соловей!

Я ухмыльнулся. На воинах, кроме поблескивающей чешую, был еще и мой герб. На черном поле была рука и игральные кости – как символ того, что нас ведет исключительно азарт и судьба. Как мне кажется, очень многозначительно и символично.

С холма и замка вела искусственно расширенная брусчатчатая дорога, по которой ровным маршем, колонной маршировали солдаты. Я шел впереди колонны, чуть в отдалении не в ногу, насвистывая, шел богатырь.

Сцена находилась недалеко у намеченной второй, внутренней стены, которая должна скрыть и защитить все интерфейсные постройки. В городе, поближе к кварталу селян – некоторые воины начали потихоньку заводить себе семьи, и селиться поближе к замку.

Широкие улочки, и не малые дома. Не походил мой город ни на средневековый, ни на Древний Вавилон или Карфаген. Внешняя стена построена с очень большим «охватом», вплоть до того, что сейчас здесь вместится небольшое внутреннее поле, дома просторные – не древненовгородские клетушки по девять метров, а нормальные каменные и кирпичные, с местом под собственный маленький огородик или садик. Улицы широкие, есть даже городская площадь. Вот такое вот, город у горы, неправильный, но комфортный. Конечно, никаких стен не хватит очень скоро, с разрастающимся поселением, но об этом будет думать, когда люди начнут селиться за периметром, и город разделится на две части – старую, защищенную, и новую, когда у меня уже не будет волшебной банковской карточки, выгодно переводящей деньги из реального мира на игровое золото. Тогда все, кто находится за этим кругом стен, сразу же станут аристократами, или просто крайне зажиточными – потому что денег на широкий второй круг у меня будет крайне не много, или же крайне нескоро, и не факт, что я добровольно выделю для застройки камень – и получится, что здесь просторно и свежо, дома каменные и просторные, а там будут трущобы из деревянных хижин. Ну да ладно, хохма та еще, конечно, но еще на домов пятьдесят хватит, а если ограничивать строительство отсутствием внутреннего садика, да дома ужать, то все семьдесят, а то и больше. Но это будет какой-нибудь бедный квартал.

Быстро спустившись и аккуратно перейдя через намеченную полосу будущей стены, быстро свернул направо. Проходившие мимо люди здоровались, на что я отвечал коротким кивком головы. Отовсюду слышны крики, шум и гам – войска отдыхают в тавернах и постоялых дворах, наемники гудят в гостинице, кто-то прикладывается к бутылке с медовухой. Где-то бренчат на струнных, кто-то поет. Из маленьких улочек на главную вываливались пьяные воины, и когда их захмелевшие глаза идентифицировали меня, то сразу же старались вытянуться и поклониться. Сегодня гуляли в основном те, кто завтра останется в гарнизонах на всю неделю.

Сцену выстроили не маленькую – пусть это и первая ступенька для будущих бардов, откуда они будут начинать карьеру в этом городе. Как только среди толпы зевак кто-то заметил меня, и пошел четкий гул, люди начали расступаться в разные стороны. Певица на сцене чуть запнулась от такого, но быстро исправилась, перебирая струны дальше

- В нем голос совести сожрет любовь глухая…

- Все-таки номадка, - ухмыльнулся стоящий рядом богатырь. Воины быстро развернулись в шеренгу, заняв тем самым первые места. Ярополк остался стоять рядом, с интересом оглядывая девушку. Я же достал трубку, нарочито медленно забивая табак. Небольшая, с восточным разрезом глаз, девушка не сводила с меня взгляда.

- И в норе, где не достанут псы Тихий шепот раненой лисы Проклинает та свою любовь...

- Действительно хорошо завывает, - кивнул я, усмехаясь и выпуская едкий, немного вонючий дым. Привычка, из-за которой пришлось переезжать сюда, не оставила и по сей день.

В руках очень шустро оказался мешочек с полусотней золотых. Так система решила реагировать на интерфейсное желание взять именно столько денег. Аккуратно, чтобы не сбивать певицу, я подошел и положил кошелек к ее ногам.

- Ярый, проследи, - окликнул я мужика, - чтобы девушка взяла деньги, а потом обязательно попробуй уговорить ее остаться в городе на какое-то время.

На периферии мелькала пиктограмма эффекта бонуса к восстановлению сил и морали. Надо попробовать удержать этого соловья здесь подольше.

***

Мягкий, хоть и немного вонючий табак слегка жег глотку. Я же шел по рынку, с интересом наблюдая все товары. Тут были предметы роскоши – по каким-то заоблачным ценам, были и предметы обихода. Еда – куда без нее, а также мелкие ремесленные поделки и вещи. Пройдя мимо лотков, я остановился у небольшого, но вытянутого каменного мешка- походившего на барак. Молодой род вышедших на меня торговцев сам построил это здание, и негласно взял контроль над всей торговлей в моем регионе. И сегодня, в последний день перед снятием завесы, и пришла посылка. То, что я заказывал еще достаточно давно, и то, что мне необходимо по сей день.

- Господин князь, мы рады видеть столь уважаемо…

Я жестом заставил местного слугу замолчать. Что самое примечательное, то ли эти ребята действительно так тряслись за какие-то свои секреты, то ли просто были расистами – но все здесь имена сугубо европейские имена, вплоть до уборщиц.

- Принеси мне мою посылку, можешь не соблюдать этикет со мной, мне плевать.

На секунду тот замолчал, а после, кивнув, скрылся за поворотом. Солнце уже зашло, темень городских улиц разгоняли факелы и свет из окон домов. И мой «торговый партнер» уже спит, но посылку надо получить уже сейчас, слишком ценен груз.

Мужчина средних лет, тот же самый слуга, вышел уже с небольшой коробкой.

- Господин…

- Спасибо. Иди, отдыхай, больше, я думаю, в такой час это здание никто не побеспокоит.

А внутри лежали два камня возрождения, а также печать смерти. Последнюю сразу же привязал к себе, как и два первых – но не активировал место. Вот теперь можно врываться в мир.

Глава 1. Здравствуй Дикий Новый Мир

Вещун, или Вещий, в огромной волохатой шкуре поверх балахона, церемониально сделал шаг из храма. В одной его руке, обращенной к народу, он держал огромный деревянный посох, а вторая была сокрыта в дверях Святилища.

Вокруг столпились сотни человек – ротозеев, по большей части, а также вся армия перед походом. Люди хотели знать, что скажут Боги.

Волхв сделал еще шаг. И еще. Он зашагал, держа за узды Коня, огромного, белого. Вторая рука почти не касалась привязи, животина шла сама. У меня внутри все затрепетало от одного только вида. Впереди, на пути у нее, огромная оглобля – переступит, значит поход успешный и задуманное сотворим. А коли палка треснет, так и армия наша вся помрет, а потому надо будет резко менять планы. И от этого зависит многое, в том числе и мораль солдат.

Огромный белый конь деловито шел вслед за уже не молодым мужчиной, прямо на палку. Все затаили дыхание, особенно воины. Сейчас боги покажут судьбу княжества.

Конь поставил одну, затем вторую и две оставшиеся ноги. Палка не переломилась, но последним копытом он ее задел, слегка, по касательной, отчего она откатилась к храму.

- Успешно князь, но противников встретишь себе под стать, где-то придется уступить, - выдал верховный волхв в гробовом молчании. И потихоньку послышались выдохи. Люди успокаивались.

Гадание, как один из ритуалов, было бесплатным, и могло как поднять боевой дух, так и его опустить в пределах десяти. Мне капнуло две единички, люди были рады, что прогноз неплох.

Закричали командиры боевых пятерок и взводники, раздался зычный бас Роговолда и мощный окрик Болеслава. Люди подходили и обнимали воинов – в том числе и новонанятые крестьяне. Впереди была не простая неделя.

Махнув рукой Болеславу на прощание, я по широкой дуге обошел четверку гигантов, стоящих рядом с хихикающими ведьмочками, посылающими мне воздушные поцелуи – из-за отсутствия у меня магии, я сделал упор на зельеварение. И пока часть ведьмочек делала упор на артефакторику, как и кудесники – готовя на всю нашу армию простенькие обереги и банальные артефакты – вроде амулетов на единичку Силы, или зачарование крестовин мечей, на те же единички, я с отдельной группой ползал по полям и собирал травки, наваривая промышленные запасы зелий, готовя мази и настойки. В итоге, у всей армии запас самых банальных артефактов, у элиты – начиная от дружинников и кудеяров.

Запрыгивая на Малыша, с интересом наблюдал, как Водяной – идя на руках! Идет к реке, слегка подергивая рыбьим хвостом. Синяя, будто мертвецкая, кожа, слегка поблескивала на солнце. Лихо лесное, как его называли селяне, или Леший, по-системному, махнув рукой, похромал к выходу из городской черты, к своим любимым деревьям. На лицо наползла улыбка, любящая и нежная. Это мои подданые, и мои земли. И я счастлив, что они у меня есть.

С высоты птичьего полета город – словно на ладони. Маленький, чуть убогонький – вот нависает замок, словно коршун. А вон святилище Триглава, с Велесом, Макошью и Перуном, везде дома, от богатых, что могут позволить себе дружинники и выше, до обычных – городских.

Костяной шип на спине Горыныча слегка упирался в пластины нагрудника, а богатырь за спиной слегка матерился сквозь зубы, но я слышал. Рядом на змее поменьше верхом летели Вещун и мой новенький – воин Стрибога. Даже боюсь узнавать, что ждать от этого типа, которому покровительствует бог ветров.

Вдалеке исчезали точки летающих псов, Симуранов, а внизу, прямо под нами, строились в боевой порядок остальные войска. Совсем уж немногочисленные, если сказать по правде.

- Воздух вызывает Землю, - пророкотала центральная голова, - брат, держись, иду на ускорение.

Обхватив шипы на загривке плотнее, сжав ноги максимально плотно, я прокричал:

- Готов! Поехали!

Мощный рывок вперед чуть не выбросил назад. Конструкция низкого двойного седла еще подразумевала большую лебедку, только благодаря которой я и не вывалился. Но мотнуло нас знатно, сантиметров на пять точно оторвались от ящера – и это при весе в полном тяжелом доспехе.

Одна голова ящера по-змеиному изогнулась назад, посмотрев на нас и убедившись, что никого внизу ловить не нужно. Чуть в отдалении летел Платон, менее прокаченный и сдающий в скорости от двух седоков.

- Ты как? – попытался я перекричать ветер, создающий дичайший шум. Богатырь, немного бледный, показал большой палец, чему его научил я еще неделю назад. Хоть и лицо мужчины и не вызывало ощущение нормы – бледноватое, немного испуганное. Зато, обернувшись, увидел, что седоки второго Змея отлично себя чувствуют – оба в небе, стихии покровителя.

Внизу с огромной скоростью проносились километры леса и реки. Дикая, почти необузданная природа. Пройдут месяцы, года, прежде чем мои люди коллонизируют даже этот маленький квадратик. Поселения и небольшие земли рядом с ними, связанные дорогами, и огромные территории между ними.

Пролетая форт, мы все стали свидетелями переселения – как наймы деревень, а также молодые семьи перемещались – заполняя это дикое пространство смешанного леса. Сейчас они, молодые, обоснуются и создадут еще один кружок цивилизации на острове дикой природы. Вырубят леса, потихоньку проложат дороги. Если каждый прирост моих деревень — вот так расселять, а прирост фортов и города оставлять, то получится у меня столица и два районных центра, в окружении медленно разрастающихся деревенек.

Сфокусировав взгляд на Платоне, бегло прочел его характеристики.

Горыныч, ранг 9 (Платон), цена 2855

Уровень: 1

Интеллект 110 (Мудрец)

Сила 200

Выносливость 200

Ловкость 200

Сопротивление Магии 100

Умения: Драконьи когти 2, Драконьи клыки 2, Размер Огромный, Полет Огромный, Шкура дракона 3, Плотное телосложение, Регенерация средняя, Зоркость 2, Воздушный бой, Драконье пламя, атака по площади, Устойчивость к магии 2, Уязвимость, Слабость дракона, Дезориентация, Перевозка грузов 4

Хорош. Натуральная машина смерти, с искусственно повышенными характеристиками.

- Как провел вчерашний день? – прокричал я, чуть развернувшись. На высоте в сотню-другую метров, даже если понимаешь – что бессмертен, лебедка крепка, страшно до чертиков.

Бледный с непривычки богатырь попытался улыбнуться, но мотнул головой, съежившись – что-то из серии «поговорим потом». Потом, так потом, мой любвеобильный друг.

Малыш, размеренно дыша, бил крыльями по воздуху, преодолевая огромные расстояния. Совсем немного времени, и Алд Вахрам, наследник гномьего замка, стал уже далекой точкой, а горы приблизились, укрепились, острыми шпилями подпирая даже не небо – а словно кинжалы, готовясь принять наши падающие тела. И все ближе были Симураны – меньше размером, и не сильно быстрее, хоть и достаточно выносливые крылатые псы. Они будто застыли, уходя сильно левее.

Платон, с похрипыванием сократил дистанцию и полетел вровень, явно быстрее ударяя крыльями, и явно быстрее теряя силы, чем Малыш.

- Осади, брат, - прокричал я, и змей послушно замедлился, выравнивая двух Змей.

- Мы скоро подлетим к границам, князь, осталось совсем немного, - прокричал волхв, пытаясь перебороть шум ветра, - куда держим путь?!

Для меня не было выбора, как такового – нужно было закрывать задание до его автоматического закрытия, которое могло случится, если поселение славян завоюет другой игрок, например. За месяц, примерно, сил можно было накопить изрядно – даже если там не замок, а тот же форт, будет жарко с моими нынешними силами.

- Везде не поспеем, князь, - сдавленно выдавил Ратибор чуть ли не на ухо, - так что надо четко выбрать одну цель и продавливать ее.

Я кивнул, похлопав Малыша рукой по чешуйчатому боку. Болеслав сказал, что нужно просто плыть вдоль реки, и мы наткнёмся на поселение Перемышль, целое городище.

Три часа дороги пролетели, будто сутки. Я, как на иголках, осматривал все сначала армию, идущую достаточно быстро в походном порядке – причем оба отряда, вместе с арьергардом в лице Роговолда,который так же охранял обоз.

Осматривал новые, не интерфейсные деревеньки – как расселялись по землям в маленьких хуторках, как мои умные дозорные в трех фортах и городе, на конях, разъезжали по окрестностям. Как лениво резались в карты в сторожке замка два ратника, и как инженеры правили на стенах орудия.

Два вора с ленцой ползали по крышам и укромным местам замка, еще два, переодевшись, работали внизу, привыкая к роли контр-разведки. Люди обживались, передовых дозоры города и фортов истребляли монстров, появляющихся в начале каждой недели, и новички получали свои первые уровни и умения. Все были заняты своим делом, каждый активничал. Кроме меня.

До банального, пейзаж внизу превратился в монотонный и скучный, горы быстро, часа за полтора полета, сменились хвойным лесом, и ничего сверху не напоминало о жизни разумных здесь – лишь хмурый пейзаж, без дорог, просек или деревень. Наверняка в этом лесу есть что-то интересное – места силы, или нечто подобное

От безделья в голову полезла извечная мысль – поступил ли я правильно? Находясь здесь, оцифровавшись и умерев, я предал те идеи, коими раньше жил – прогресс, Эпоха Просвещения и Пост-Модерн потихоньку уничтожили сакральное в нашем мире. Систематически, веками, жернова прогресса перемалывали в себе Духовное, секуляризирую, опошляя и умерщвляя многие аспекты жизни. Для меня, язычника и скульптора - ремесленника в недалеком прошлом, оцифроваться – это равносильно смерти. Ибо дух не моет быть без тела.

И, с другой стороны, встает мое малодушие. Страх смерти, которого не должно быть, и единственный возможный вариант спасения – здесь. В лоне цифры, кода, бездушного и не сакрального, я обрел мир, где Мои боги – живы, и могут давать знаки, общаться и награждать. Обрел мир, где люди предпочитают жить как раньше. Да, разделение на касты, да, пережиток прошлого. Но пока общество было поделено на такие слои, пока не пришла эпоха модерна и пост-модерна, у каждого человека не было проблемы с самоидентификацией.

Сейчас, в середине двадцать первого каждый человек буквально волен стать, кем угодно. Такой калейдоскоп – завтра сантехник, а послезавтра проводчик кабеля. И хрен бы с ним. Во времена существования каст и групп, человек мог вырасти внутри или ограниченно переходить – даже очень ограниченно, из одной в другую. Но тем не менее, сын ремесленника, кой тоже станет человеком промысловым, в итоге, перенимает не только опыт, знания специальности – но и всю специфику ритуалов, подношений и связи с Иным, Божественным. Уникальные, реконструированные здесь системы обрядов, традиции и верования вводят меня в культурный шок, как человека, большую часть этого прочитавшего во всяких «житиях», из дневников путешественников и прочее.

Ну и просто… Мир, где тебя, как человека религиозного, но отходящего от затухающих авраамических религий демонизируют. Мир урбанизации, отхода от духовного, общество потребления – в прошлом. Я попал туда, куда мечтал кучу лет к ряду, в место, в котором хотел родиться. Да еще и как правитель, владыка и князь, а не простой землепашец, или воин. Я не герой, но, сорвавшись с половиной включенного болевого порога, воспринимаю этот мир в принципе, как настоящий. И органично, будто древний ролевой, или доктор истфака, вписавшись сюда, я хочу, чтобы он процветал. Мир, и мой народ.

Эти мысли иногда разъедали меня почище яда – хотелось удушливо кашлять. Такая радикальная смена парадигмы, полностью противоречивая мастодонтам Тридиционализма выбивала из колеи, выбрасывала на землю и больно об нее ударяла.

Плохо знакомиться с людьми в паршивом настроении. Еще хуже, если у вас обоих есть оружие, а люди не привыкли терпеть откровенный гон. А у меня, на фоне подобных размышлений, резко увеличилось желание поиграть мускулами.

Сначала в бесконечной гряде деревьев показались тропинки – маленькие, не особо протоптанные, но достаточно заметные для зорких глаз драконов, отчего мы сразу же снизились, дабы не быть заметными вообще всем вокруг. Затем потихоньку эти тропинки расширялись, пока не начали вести к полноценным грунтовым дорогам – широким, по ним явно ходят телеги, значит возможно от какой-либо шахты или деревни. И здесь уже я отдал приказ резко забрать в сторону и идти не прямо, а аккурат вдоль дороги. Деревья потихоньку редели, а на горизонте показывались пахотные поля. И тогда нас заметили.

Внизу забегали люди – когда видишь двух трехглавых драконов становится действительно страшно, даже если эти драконы твои, тут знаю по опыту. Кто-то бежал в лес, кто-то искал спасения в домах. Но наша цель лежала дальше.

О появлении знали загодя – тут тебе и сигнальные костры, и даже трубящий рог. Но все, как и говорил Болеслав – каменный «замок», действительно бывший фортом, на небольшом пригорке и очень похоже построенный. На стены выкатили баллисту – единственную, что была, а также выбежали, похоже, вообще все. И крестьяне, что успели стечься с окрестных земель во время полета, и воины. А вот последних было меньшинство.

- Не стреляйте, мы опускаемся для переговоров, - прокричал я, похлопывая Малыша по пузу. Горыныч аккуратно замедлял взмахи крыльями, опускаясь все ниже и ниже, наклоняясь от горизонтального положения до вертикального. Не видел под броней, но уверен, что сейчас пальцы Ратибора, вцепившегося в один из костяных шипов на спине, побелели, так он их сжал.

Платон остался кружить, вместе с Вещим и новым богатырем. Если что, колдун в легкую призовет летающего воина из Перуновой дружины аккурат на защитников, а Горыныч на бреющим, да огонь из трех пастей подряд…

Стоило лапам дракона коснутся земли, я услышал сдавленный выдох позади.

Каменный замок, с подъемными воротами и решеткой, на пригорке и окружен небольшим рвом. Вокруг – пахотные поля и понатыканные деревенские дома. К слову, не в раскоряку, а вполне прилично и упорядоченно, образуя подобие улиц и площадей. Сразу видно, раса именно росичей – селяне более продвинутые, они скорее жители тринадцатого века. Это не семьи порубежников, которые вообще предпочитают неприметные землянки, если уж совсем на фронтире.

Спрыгнув с Малыша, я с удовольствием чуть выгнул спину назад, немного ззатекшую во время полета, и пошел вперед. Ламмеляр, поверх гамбезона пблескивал на солнце. А вот шлем с полумаской и бармицей полностью скрывал лицо… Была, не была!

Аккуратно и медленно сняв защиту головы, улыбнулся солнышку – яркому в такой ранний час, хорошему. Сверху, на игрушечных по меркам этого мира, шестиметровых стенах, находились люди, целившие в меня из луков.

- Меня зовут князь Велеяр! – прокричал я, - владыка города Алд Вахрам, господин всех окрестных земель! Я хочу говорить с дочерью Всесвета, о которой мне поведал мой воевода, Болеслав! А также выпить и перекусить у вас!

Отношение с Вацлавом ухудшилось на 2

Отношение с Добромиром улучшилось на 1…

Сообщения об изменении репутации застрочили, будто из пулемета, успевай смахивать. Поморщившись, будто от солнышко, чуть мотнул головой, одним движениям убирая ненужные оповещения. Потом разберемся.

- Здравь буди, мил князь Велеяр! – прокричали мне в ответ. Свет мешал рассмотреть лицо, но силуэт можно было заметить отчетливо – дородный, но не шибко, в шапке, а не шлеме, да кафтан длинный, нараспашку – значит накинул поверх кольчуги или другой брони, - а пошто тебе княжна наша, мила Белава треба, княже? Да и чего хочешь ты от люда нашего, акромя хлеба да соли?

Платон, будто случайно, резко снизил высоту, буквально на мгновение, заставив всех людей вздрогнуть и отшатнуться. Ратибор встал рядом, держа в руке лук.

- Ты, добрый молодец, от князя отвернись, а то стрелу промеж глаз получишь споро! – крикнул он какому-то стрельцу, выглядывающему из-за зубцов стен. Не дав скандалу начаться, я быстро взял инициативу.

- Благо дарю, мил человек, - крикнул я, - незнамо только, как обращаться к тебе! Под защиту свою хочу взять всех вас, под крылышко! А с княжной обсудить надобно, как мы поступим.

- Не под защиту ты нас всех взять хочешь, - тихо донеслось со стены. Женский, холодный и пронзительный голос, в отличии от нас, она не кричала, просто говорила, но слышал я ее достаточно хорошо, - а земли отца моего забрать, как забрал руины гномьи, Болеслава да остальных. На прошлой неделе проезжали мимо торговцы от земель твоих, Велеяр, да много мне рассказали о тебе!

Чертова двойка известности! Мать твою ити!

- Не знают всего купцы треклятые, - крикнул я, - отец твой погиб в бою, как и подобает мужчине, лишь Болеслав с отрядом малым уцелел. Я честно захватил руины, выбив оттуда мерзкие отродья темных эльфов и отомстил за твоего отца, Белава! С ними он воевал, от их рук погиб, и мною отмщен! Я – князь всех окрестных земель, и не хочу вражды. Послушай, что я скажу.

Сделав три шага вперед, поднял руку богатырю – мол стой на месте.

- Я не хочу воевать, - спокойно, вкрадчиво и без криков, но достаточно громко сказал я, - а война неизбежна, княжна. Вокруг меня враги, неумирающие враги, они в этом мире также, как и я. И кольцо сужается с каждой секундой. Болеслав и основная моя армия ушли в другую сторону, но это не значит, что у меня не хватит сил взять этот форт. Он мне нужен, Белава, чтобы прикрыть это направление. И я готов на переговоры, готов помочь, если надо. И у тебя сейчас ещё есть выбор – ты либо отдашь эти земли мне, славянину, чтущему традиции и богов родных, или их у тебя отберут, а это неизбежно. Но коли ты, княжна, не хочешь по-доброму, то знай, что двух Змей-Горынычей, двух Богатырей и одного Вещуна мне хватит уже здесь и сейчас. И решай, у тебя минута.

Словно статуя, не шелохнувшись и боясь даже случайным движением спровоцировать невольных защитников форта. Позади был Ратибор, терявшийся на фоне огромного форта со своим луком, флегматичный Малыш, вяло осматривающий баллисту – с единственной стрелой здесь, что может его прикончить. И подмога сверху.

Шушукались они не долго, минута истечь не успела. Уже знакомый мужской голос свистнул, и ворота начали открываться.

- При одном условии, князь Велеяр, - вкрадчивым тоном чеканила девушка, - придётся выполнить одну услугу.

- Хорошо. Ратибор, сходи, да от баллисты людей отгони. Малыш, во внутренний двор.

Сам по себе форт в действительности напоминал замок – по-меньше, похуже, победнее, но но тем не менее, с тронным залом, всеми помещениями и нужной инфраструктурой.

За столом переговоров сидели княжна с мужчиной в шапке и кольчуге, с короткой, но пышной. Голубоглазый, с чуть пухлыми губами. Сам по себе он вызывал ощущение человека приятного, доброго, отзывчивого, и никак не грозного, хоть и мозолистые руки, да цепкий взгляд выдавал человека не боящегося нагрузок, так ещё и стойкого, цепкого.

Белава так звалась, видимо, не просто так. Волосы, чуть бледнее цвета пшеницы, собранные в толстую плетенную косу. Одета она была в самое обычное женское платье, без особых изысков. Но вот лицо, с резкими, грубыми чертами, вовсе не женскими, нахмуренный лоб и выжидающий взгляд не добавлял красоты.

- Князь Алд Вахрама Велеяр, сын Велеслава, богатыри Ратибор и Богдан, - представил я себя и спутников, садясь с одной стороны стола.

- Кузьма, Григорьев сын, княжна Белава Всесветовна, ратники Крив да Лих.

Ну, если верить закону жанра, имена у этих охранников говорящие.

- Мне нужен этот форт, - пожимаю плечами, с интересом осматривая деревянный стол. Пальцы чутко, следуя старой привычке, ощупывали не полированную поверхность. Судя по текстуре и цвету, дуб, с редкими сучками – хороший массив, сразу видно, не больной, без жучков и прочего.

- А что же вы, Княже, так возжелали-то? «Может вы своей дорогой пойдете, - спросил Кузьма, раздвигая руки в стороны, — мы своей, да дань будем вам приплачивать?» И вам любо, да нам ладно, а?

Шлем, не очень увесистый, но сделанный под меня, аккуратно опустился на стол с головы, оказавшись рядом с перчатками.

- Нет, Кузьма, не любо. Сюда придут неумирающие, они в любом случае будут здесь – и либо они увидят мой флаг, побоявшись, аль, наоборот, но получат от меня защиту, либо флаг Всесветовой дочки. Да, девочка, - улыбнулся я, наблюдая, как молодая ещё девчонка таращится от такого неуважения прямо в глаза, - я о тебе. Форт стоит недалеко от гор и реки, судя по двум ладьям, на которым прибыла пешая дружина твоего отца, и которые мне пришлось ремонтировать, - река на столько хороша контролируется вами, что построен порт. Этот пункт крайне важен, прикрывая это направление. Если здесь засядет мой враг, да силами большими, а я это до пущу, то больше тысячи подданных мне мирных жителей и несколько сотен воинов окажутся в опасности, и я допустить этого не могу. Поэтому либо мы поступаем мирно, по-хорошему, либо вы сейчас здесь все умираете. На улице два моих дракона и Вещун, который сможет призвать воина из дружины Перуна. Всем в замке и окрестностях не выжить, но я этого не хочу. Решайте.

- Услуга, - дрогнул голос у девушки, - услуга, и мы согласны миром разойтись…

- Кузьма, ты кто здесь для людей? – не слушая девочку, продолжал я.

- Староста, княже, - слегка склонил он голову, - да вот, наставничаю у княжны.

- Старостой и дальше останешься. Человек ты боевой… служил?

- Дружинник, двадцать лет отходил.

Кузьма, сын Григория (5 ранг)

Дружинник

Уровень: 45

Да, такой товарищ даже в простой кольчуге, да с мечом, на равных очень долго выстоит против четырнадцати-уровнего Ратибора и перво-уровнего Богдана. Тут даже божественные способности богатырей особо не спасут.

Белава Всесветовна

Герой

Уровень: 8

Умения: скрыто

Книги знаний: скрыто

- Уважаю, Кузьма, уважаю, - протянул ему руку, крепко сжав предплечье. Уже не молод, но крепок, чувствуется, как железные мышцы перекатываются под кожей, - люди, знамо, тебя верховодить выбрали?

- Да, князь.

- Ну, ясно почему – человек военный, да толковый. Тут и останешься, а на следующей неделе я начальника гарнизона пришлю. Если что, не стесняйся ему советы выдавать, староста.

Мужчина просто кивнул, с интересом за мной наблюдая.

- Что касается просьбы твоей, Белава, я очень внимательно слушаю.

Девушка насупилась.

- Сначала ответь, что будет со мной, наглец?

От Богдана донёсся нервный смешок.

- А ничего плохого, - пожал я плечами, - ты отправишься в мой замок, который больше, крепче и лучше охраняем. Там ты будешь жить без нужды, одеваться в лучшие ткани, что я смогу найти. И все.

Девушка грустно усмехнулась. Да, это участь наложницы - не самая лучшая из возможных, но она будет в безопасности.

- Хочешь, сыграем свадьбу, будешь моей первой женой, не хочешь, - не сыграем. Но учти, что женой не последней. Ребёнка ты мне так и так родишь, тут я тебе не даю выбора, прости.

Девушка уставилась глазами а стол.

- Услуга. Аранья, в пяти часах пешком вглубь леса. Как отец ушёл, так они перестали платить дань и…

- Убили десятерых, княже, селян, - продолжил Кузьма, улыбнувшись девушке, - а затем ещё не счесть наших воинов.

- Оба, присягу. И я разберусь с теми, кто повадился убивать подданых.

+++

Не малая территория, километров так десять на десять минимум контролировал прошлый князь. Три деревни, у реки, где в действительности и причал, и полноценный порт поставлен, у форта подобие города, да отдалённая. Подробная сводка в интерфейсе показывала всё, что связано с новоприобретённой землёй и героем. Рыбаки были самыми богатыми – платили они в любом случае как всё, но степень достатка населения на порядок выше многих других. Те, что жили на границе с лесом, были самые бедные, да ещё и потрёпанные – но судя по всему так было не всегда. На жизнь зарабатывают резьбой по дереву и стройкой. Надо, к слову, присмотреться – вот они, мастера, которых можно недорого натаскать в плане мастерства на других своих подданых, а потом относительно дешево украсить свой замок.

Двадцать ратников, восемь стрельцов и один станичник ждали своего часа и были куплены, вместе с двадцатью лошадьми! Как много здесь скопилось, за месяц, и как мало было куплено этой девочкой. Собственно, по старинке даровав гарнизону умение верховой езды – стоит не дорого, карман не тянет, увеличив интеллект до Умного, я так же на сдачу повысил и основные физические характеристики. И десяток быстрых лошадок отданы гарнизону на разведку – один витязь из дружины Болеслава уже был отозван и направлялся сюда, благо далеко уехать не успел – шестой ранг, конный, тяжелодоспешный и умный по знакомым местам доедет спокойно – а там его встретят по ходу – в любом случае будет он послезавтра. За это время территории разведать сумеем.

Карта, которую открыла мне присяга девчонки и всех ее воинов и деревень, поражала объемами. В действительности, лазутчиками было разведан рельеф чуть ли не трети клетки! Это действительно много для расы Россичей, у которой нет ни единого солдата для диверсий и скрытного боя, тем более в лесу. Поселение аранья было небольшим – они в принципе раса малочисленная, скрытая в деревьях, и мне показали на картах примерное место. Все скрыто кронами деревьев. Фортификации там нет как таковой – есть несколько лежанок для их ухорезов, есть забор из веток, который сносится играючи, и более ничего. Живут охотой, особой силы за собой не имели никогда, скрываются и никому не доверяют.

- Как только последний воин скрылся в перевале, княже, - сетовал Кузьма, - так они и почуяли свободу. Знали, что Всесвет забрал почти всех воинов и казну, и почти сразу отказались платить.

- Как учил отец, я копила неделю подати, наняла войско, оставив часть в замке, и отправила нашего воеводу с ними общаться.

- Ни один не вернулся, - посетовал мужчтина, качая головой, - совсем молодые были мужики, хоть и ратные…

Дело было относительно простым. Оставляя в форте только новых воинов, я полностью забирал старых, лояльных этому Кузьме и Белане, оставляя достаточное количество конных среднедосшных воинов и в принципе не плохую оборону – даже баллиста есть, если это направление запахнет жаренным, гарнизон можно будет докомплектовать до полусотни воинов и четырех орудий – от копья в пузо и черные драконы заплачут, а при грамотной магической поддержке...

Получив в распоряжение пять станичников, десяток стрельцов и столько же ратников, выдав всем ратникам коней уровней около двадцатого, я оставил здесь Вещуна, да Платона – ради пропаганды от духовного пастыря, да крайне мощной летающей арт-установке, загрузив богатырей на Малыша, сам же седлал коня. Если говорить об аутоентичности, только славянские ополчения не ездили верхом.

Без артиллерии Горыныча в воздухе просто не убить – и это факт. Славяне были более развиты технологически, чем аранья, но не шибко дальше. Это поселение, немногочисленное, но очень воинственное даже стен не имела, не говоря о полноценной мастерской осадных машин. Так что пусть он там покружится, три огромные головы покажет, двух броннированных богатырей, и посмотрим, ху из ху.

И объезжая свои владения на жеребце пришло понимание одной вещи – отсутствие порядка. Самого обычного, человеческого порядка – дома разбросаны везде и всюду, пахотные поля у каждого где захотел – огромные территории используются не то, что нерационально или непродуктивно. А опасно, ибо даже отступать под прикрытие стен здесь – затея однозначно бесперспективная, люди с окраин просто не успеют, что и было показано полутора часами ранее.

Аранья хоть и жили деревней, даже не городом, еду добывали исключительно охотой, но противником для пешего отряда в лесу были просто неодолимым, хуже эльфов. Почему? Эльфов мало. Какими бы шикарными стрелками эти эльфы не были, какими бы быстрыми и искусными рукопашниками – до позорного мало их. Да и пусть они были сильными сами по себе, но абсолютно не технологичными – а рядом мечник эльф на равных дрался с дружинником и уже проигрывал витязю.

Хотя в плане диверсий с ними справились бы только лешие, да Кудеяры. Но йомены, лесничие и вольные стрелки аранья – опаснее. Их больше, и они умеют стрелять из лука. Бронирование этого отряда стартовое – то есть не самое лучшее, что могло бы быть, и уже лесничие отлично смогут пробить стрелами места сочленения доспехов, а Ухорезы – так и вовсе нагрудник, у них и луки получше, и силы поболе. Лично я бы никогда не выбрал эту расу одну – слишком малочисленная, неполноценная. В дополнении к гномам или тем же Россичам были бы идеально. Хотя каждому свое, есть люди, умудряющиеся побеждать и одними вампирами или чудищами – кто-то умеет сколачивать капиталы за единственных хоббитов, активно пользуя наемников. Каждому свое.

Ну вот и получается, что едет наш не малый отряд не куда-то там, а в самые настоящие лапы самого авраамического Дьявола. Ни выбраться оттуда, ни нормально вести боевые действия этими силами просто не возможно. Скорее всего даже доехать без потерь не выйдет. В борьбе с аранья, как показала практика, идеально пригодится раса порубежников, самый сильный юнит которой сейчас летит рвать и убивать.

Подъезжая к окраине леса, я поднял руку вверх, показывая, что надо остановиться. Единственный тяжело бронированный всадник из всех, пристально вглядываюсь в темноту леса. Сейчас это еще рощица – достаточно реденькая, тихонькая и просматриваемая, но с каждым десятком метров лес все гуще, и уже через сотню это Темный, плохо проходимый лес, полный сотен опасностей.

- Галопом, князь? – угрюмо спросил один из станичников, опытный и явно сражавшийся в лесу.

- Подождем немного, - мотнул головой я, - останавливая конную лавину. Во сколько мне обойдется более полусотни новых воинов хотелось в принципе не думать, слезы наворачиваются с какой-то неописуемой болью.

Ждали мы десять минут, и очень напряженно. Лошади у здешних вояк в основе уже не молодые и места эти видавшие, крайне нервничали поблизости леса, взбрыкивая. Никто не опускал оружия из рук, судорожно вглядываясь в рощицу. Я же наблюдал за картой, как быстро сокращается расстояние на Горыныче до деревни. Расстояние не большое, пешком мы бы задолбались его преодолевать, а вот на конях, да быстрой рысью и получаса не пройдет, как будем на месте. Если пустить коней галопом, то и того быстрее. И это… дольше, чем лететь по воздуху на огромной трехглавой твари, хоть и не намного.

- Время вышло, все за мной, соблюдайте темп! Щиты, у кого есть, на изготовку! Мы идем на переговоры, так что оружие используем только в ответ на агрессию! Ату!

Мягко ударив пятками в бока лошади, повел быстрой рысью впереди всех, как самый бронированный, еще и со щитом. За десять минут богатыри точно не долетят, но вот сковать все внимание с окрестностей смогут, и заставить если не всех, то большую часть охотников и разведчиков ломануться к дому – просто чтобы забрать свои пожитки. Так что шансы растерять армию на подходе сильно ниже возможных.

Через пару минут мигнул сигнал оповещения, и иконка ратника потускнела. Резко повернувшись в пол оборота – на сколько позволяло седло, оглянулся. Со стрелой в шее, заваливался молодой парень.

- Никого не щадить! – прокричал я изо всех сил, дублируя приказ своим Воздушно-Десантным. Все, кто имели легких и быстрых лошадок юркнули в заросли, перейдя на медленную рысь. Луки в руках и умение ими пользоваться. Остальные, десяток воинов, нервно столпились в одном месте, придерживая коней за узды. Из леса послышались крики.

- Всех не поймаем, княже, - заискивающе произнес один из конников, - плохое предчувствие, развернуться нам надобно…

И все бы ничего, да вот только мне нужно было эту деревню захватить. То, что аранья мне в войске здесь не нужны от слова совсем понятно давно. Но вот кто бы пригодился – так это порубежники. Во-первых, они сами по себе достаточно крепкие, да и отлично решают такую проблему, как добыча ресурсов, не отвлекая при этом более приспособленных для земледелия селян.

Уехать я не могу. Один вряд ли доеду – пристрелят по пути, на драконе транспортировка еще глупее – такие тонкие логистические задачи, как десант в бурелом и отлов гуков-полукровок я решить не в силах.

- Надо прорываться, там скоро будут Богдан и Ратибор, им необходима помочь. Эту заразу, лесников, надо вытравить раз и навсегда, с концами.

Послышался шорох, и на дорогу потихоньку начали выезжать конные. В полном составе, но последний, стрелец, держался за живот. Из кольчуги торчала стрела, самая настоящая, ушедшая не меньше, чем сантиметров на пять в глубину.

Из инвентаря показалась склянка с красным настоем, повышающим регенерацию.

- Разъедьтесь, мне надо облить рану и дать парню отвар, - и люди послушно отвели коней в стороны.

- Двоих подстрелили, князь, там лежат, - вяло махнул рукой раненный вояка, - да вот только они меня ранили перед этим…

- Сцепи зубы покрепче и закрой глаза… Молодец. А теперь набери полную грудь воздуха, и выдыхай, как скажу.

Рука в перчатке с металлическими вставками аккуратно легла на древко стрелы. И стоило воителю набрать полную грудь воздуха, я рванул на себя.

- Выдыхай.

Утробный, но тихий рык, быстро перешедший в стон, раздался по округе. Обезболивающего у меня не было, хотя ведьмочки умеют варить и такие вещи, зато были лечащие настои, собственного производства. Умения из книги Зельеварения повышало силу зелий из моих рук, даже когда их принимает другой человек. Поэтому я аккуратно полил на рану, а затем, не переставая касаться бутылочки, подставил к губам воителя.

- Дайте тряпку! Заткни рану, и езжай в гарнизон, там мой советник и духовник поставит тебя на ноги. Доедешь же один?

Полоска жизни, до того висевшая едва заметной, резко набрела яркость и контрастность, стоило только сконцентрировать внимание на ней. Жизнь прекратила убывать из воина, но и не стала пополняться. Как и не прошел эффект легкого кровотечения. Зато появился таймер настойки – увеличенный за счет моих умений, но даже так, стоит вареву прекратить свое действо, как стрелец начнет умирать вновь.

- Дрянная рана, прямо в живот, сильно она кишки ранит, - покачал головой один из ратников, - хоронить Евстегнея будем опосля, князь?

Киваю, вызывая карту. Лежит на том же месте, уже бледный и истекший кровью.

- Галопом, там в деревне уже началось огненное представление, а мы этих полукровок еще по лесу не гоняяем!

--

В щит попала еще одна стрела, заставив его немного отшатнутся и слегка ударить по металлу шлема. Это был пат.

Как и говорил Кузьма, в лесу не было как таковых укреплений, но здесь были построены всяческие укрытия именно аранья. Полуокопы, лежки стрелков с боезапасом – они будто готовились к окопной войне, и получили ее же.

Оставив лошадей с тремя ратниками, которые быстро привязали животин и где-то спрятались, отряд рванул стометровку бегом. Пожар ощущался гораздо раньше – светом, копотью, жаром и треском валящихся деревьев. Горыныч не жалел пламени – идея на новые заходы, методично, из трех голов, поливал поселение и заставлял пожар разойтись. В одну из таких ходок он и скинул десант, который для аранья стал чуть ли не конечной и жирной точкой – два богатыря седьмого ранга.

Судя по логам и фреймам, большая часть «армии» были обычные йомены, перворанговые и откровенно дерьмовенькие стрелки, но был и костяк элиты – около полудюжины вольных стрелков, под предводительством слышащего ветер, ветерана-стрелка, и с полуторой дюжин лесничих. Откуда здесь такие войска я даже не представлял, но для лесной немногочисленной деревеньки это было даже очень дохрена. Буквально охренеть сколько.

Оба моих богатыря, веря карте и логам, быстро оказались в точке перекрестного огня из луков, но оба укрылись. В какой-то низине и с задором огрызались. Подойти к тяжеловооруженным, живучим воинам можно было, вот только дракон, которому вообще ничего сделать эти любители луков не могли, с каждым заходом «разграничивал» территорию, создавая просто полосы жидкого драконьего пламени по двадцать метров, пытаясь сжечь как можно больше прытких партизан.

Мы с отрядом задорно врубились в месиво, отбив под прикрытием стрельцов и станичников наших богатырей и заняв их низину и деревья, как укрытия. Горыныч отрезал им пути отступления, сделав клин из пламени, а пройти незамеченными через отряд в почти два с половиной десятка воинов будет трудно.

Драконье пламя иссякло, и наш бронированный танк нагло сел в центр деревни, зорко осматривая тремя головами окрестности в поиске выживших. А у нас началось позиционное бодание – обмен стрелами и попытка пристрелить друг друга.

- Они потрепаны, обескровлены, а ополчение, какое могло, убежало. Надо брать их горячими, князь! – горячо шептал Богдан, поправляя длинные, волнистые усищи, - да мы их сейчас за жопы возьмем и не заметим! Давай, князь!

В чем хороши аранья – так это в лесной обороне. Чем плохо наше положение – огонь имеет свойство затухать, и если сейчас не прибить костяк и самую опасную часть этих уродцев, то потом они соберут всех йоменов, многие из которых потеряли менее расторопных и не владеющих оружием женщин, и начнут террор всего региона, что мне было не нужно.

- Во имя Богов Родных, в атаку! – проревел я, потрясая чеканом над головой. Щит впереди меня, тяжелые доспехи на теле, оттолкнуться от земли и понестись вперед. Ратники и богатыри, с криком, рванули в вперед. Щит, и без этого уже сильно изношенный, начал дребезжать и вибрировать от попадающих в него стрел.

- Перууууууууун, - взревели воины, несясь на врага. Стрельцы и станичники, без какой-то организации, перебегали от дерева к дереву и посылали из своих луков стрелы в сторону аранья. Засевший там, пусть и потрепанный, но отряд, отчаянно огрызался.

- Клещи! – проорал незнакомый голос совсем близко, и кусты зашуршали. Плотный строй коротких копий вырвался вперед, а с боков, вооруженные короткими топориками, побежали остальные, видимо вольные стрелки вперемешку с йоменами.

Стрелы засвистели у уха, крики начали раздаваться повсюду. Ратибор, отбросив мешающий ему щит, поудобнее перехватил свою двуручную секиру, до того держащий ее в одной руке, набросившись на выпрыгивающих из кустов ухорезов. Богдан, достав меч, и взяв во вторую руку топор, начал увлеченно крошить йоменов, двигаясь для них так быстро, что просто размывался в глазах. Стрибожий воин активировал свою божественную способность, ускорившись еще сильнее, чем мог бы, а порыв ветра вокруг его тела отталкивали оружие в сторону..

Но вот я и ратники, оказавшиеся без особого стрелкового прикрытия – слишком тяжело было стрелять через головы своих, и велика цена промаха, без строя выбежали на подобие фаланги.

Щит, не выдержав, пробился аж в трех местах сразу, и три наконечника, по инерции, уперлись в нагрудник.

С рыком, отпускаю щит, и поудобнее перехватываю чекан, сразу же опуская его на голову, стоящего впереди противника. Пытаюсь, но тот умело подставляет щит. Вторая моя рука сразу же мечется в сумку Героя, за мечом.

Не все успели остановиться. По инерции, из-за высокой скорости, некоторые просто налетели на копья – и два ратника насадились на копья, им в этом очень помогли лесничие. С гулким «Ху» те сделали шаг вперед, отводя руки назад.

- Все в строй, назад! – закричал я, пятясь. Буквально через секунду копья выстрелили вперед, - щиты, копья, мечи и топоры – все в строй, стрельцы с бердышами на вторую линию, будете бить сверху! Бой!

Какофония звуков, от такой хоть и не особо многочисленной, но уже серьезной битвы, стояла дикая. Почти ничего, кроме зычных и гулких возгласов нельзя было разобрать – все вокруг орут, верещат, воют или стонут. Лязг, вонь и крик стали буквально осью всей битвы.

Перегруппироваться нам дали. Хотели помешать, судя по шуршанию кустов и постоянным сообщениям об получаемом опыте, но богатыри, с завышенными максимально параметрами, попросту не позволили приблизиться.

- Короб! – снова донеслось из кустов впереди, даже излишне громко. И все фреймы станичников, стоявших сзади со всеми остатками стрел, погасли одномоментно.

- Твою мать, Малыш, богатыри! – закричал я, с рыком наваливаясь на строй врага. Стрельцы развернулись и обернули бердыши назад – на толпу йоменов, их жен, с копьями и заостренными палками. А я, кое-как метнув чекан и заставив воина перед собой закрыть лицо щитом, легко избежал участи быть пришпиленным на копье и проскользнул за их длину, наваливаясь на щит. Мои физические возможности превосходили лесничих, а потому это удалось.

Укол одного копейщика в бок, затем разворот. Перехватить рукой кисть, с силой сжимая и заставляя выронить топор на землю, следующим движением, используя инерцию, довернуться и вогнать клинок под ребра.

Воспользовавшись Разрывом строя и большой дыркой в нем, ратники с рыком поднажали. Собственно, а я впал в боевой транс. Эта какофония, крики и ор, а также понимание своей собственной силы и отработанных за двадцать один день до автоматизма связок приемов настроили не просто на нужный лад, а погрузили в него со всей глубиной. Я полностью перестал руководить, и начал убивать.

Ранены были все, кроме Малыша, и почти весь запас зелий восстановления был исчерпан. Четыре ратника, пять стрельцов и пять станичников потерями. Солидное количество дармовых войск погибло, но если понимать, что бились с обученными и любящими это лесными стражами, на незнакомой территории, абсолютно не приспособленными для этого солдатами, то показатель отличный. Из деревни перебиты все – от мала, до велика, хотя кто-то мог и убежать. Пожар потихоньку потух сам собой – вызванный колдун на Платоне владел школами воды и воздуха, и смог потушить его дождем, а заодно оказать помощь в исцелении, приведя солдат в чувство.

До ночи мы собрали все трофеи и нагрузили ими свободных лошадей, набрали курган из наших погибших – не особо большой, но их похоронили при оружии и броне. Я подчинил полусожженное главное здание деревни и интерфейсно запустил перестройку – отныне тут будет деревня порубежников.

А затем мы отправились в форт – уровня я не получил, но не плохо увеличил полоску опыта, плюс не распределил уже имеющийся. Единичка в Ловкость, а также еще одно лидерство.

+++

Лошадей забирать не стал, оставив всех свободных для форта – пока он приграничный и такой важный, что контролирует и проток, и часть гряды, в нем будет три десятка воинов, и лошади им лишними не будут. Платон с Богданом повезли на себе девчонку прямо в замок, а я, загрузив конфликтного Ратибора и Вещего на Малыша, отправился к следующей наводке, на которую меня натолкнули рассказы девушки – каменоломня, которую здесь разрабатывают, перешла ко мне в руки сама, а вот недалеко от аранья была лесопилка, часть ресурсов от которой получали и «протекторы». Сейчас вояж туда, а затем далее в путь.

Собственно, за сутки, станичники и симураны сделали самое важное – на целую клетку продвинулись и исследовали территорию, набирая разворот. Симураны завернут в сторону Болеслава, юг, а вот станичники в мою, на север. При этом вся основная армия движется с юга на восток, и закончит свое путешествие форсированием реки и отдыхом здесь, спускаясь уже ниже по течению, а я, наоборот, затем сильно заберу на запад, и по разведанным крылатыми псами территориям пройдусь уже сам.

Лесопилку взяли прикосновением перстня к зданию, и помчали дальше. Сидельные сумки забиты провиантом, отряд все равно не малый и мы отправились на Север. Здесь еще должны быть серная, кристальная, самоцветная и ртутная шахты с месторождением руды как минимум. Подчинить и законсервировать сейчас будет лучшей идеей. Ну и места силы, я их много встречал в своей родной зоне – некоторые повышали характеристики, некоторые – умения, а несколько давали возможность нанять кого-то. И на любые я сейчас согласен.

И, конечно, самое неприятное и раздражающее в Землях, это был путь. Он выводил меня из себя всегда – население крошечное, армии маленькие, хоть и вроде как и примерно профессиональные, а территории просто несоизмеримо большие для этого! Как и всегда в пути, я ушел себя, в открывшиеся экономические панельки и карту. Роговолд и Болеслав захватили шахту самоцветов и ртути, присоединили поселение людей, разогнали банду гноллов и с захватов даже поимели какой-никакой лут. Юг лесостепной, хороший ландшафт и климат. Станичники разведали некоторые деревни, и шахты, и даже пару мест, открыв уже настоящую степь, откуда надо ждать кочевников, видимо. И только симураны показывали на очень хмурые и угрюмые горы, которые и не думали кончатся. Но была вещь еще неприятнее, противнее и нелюбимее пути. Неожиданные встречи.

Какова будет реакция, когда, выезжая из-за поворота в лесу ты натыкаешься на построенный боевой порядок, и он тебе совсем не нравится!

Малыш с Вещуном и Ратибором недалеко, но все же в стороне, минут десять пути, не меньше. Так что убежать не выйдет, но весточку в виде интерфейсной команды я послал моментально – а убегать было от чего.

Что если в средние века, эдак двенадцатые-тринадцатые, завезти немного эпохи ренессанса и добавить жесткое нефильтрованное фэнтези? Две пушки, метрах в ста, были закреплены на искусственных холмиках и смотрели прямиком на наш десяток конных. Находились они буквально в десяти метрах друг от друга, и игриво смотрели узкими провалами в нашу сторону. Проход к ним был с двух сторон, и у подножия, кое было всего метра три в высоту, встали два ровных квадрата по шесть существ в стороне. И особенности этого квадрата в том, что в одном строю стояли големы, автоматоны, закованные латники и гремлины. Оба квадрата ощетинились копьями, аркебузами, арбалетами и мечами в нашу сторону. Между пушками стоял отряд людских арбалетчиков, да не со стартовым снаряжением – а с отличными большими бронебойными орудиями. Буквально дюжина мужчин, а как болезненно может выйти попытка до них добраться.

- Может, переговоры? – крикнул я, - все равно перерожусь в замке и очень сильно разозлюсь, не будем испытывать судьбу? Пока еще не знаем друг друга и не наделали делов?

От стоящего в отдалении отряда всадников отделилось три конных, медленно направившие лошадей в нашу сторону. Два стрельца по моему кивку, положив руки на свои бердыши, подъехали ближе, и мы отправились чуть вперед, оставив восемь всадников стоять на месте. Тройка закованных в сплошные латы, с ног до головы, рыцарей без страха и упрека. Главный, с синим плюмажом, был игроком.

Скрыто

Уровень: 44

Раса: человек

Класс: Олигарх

Сила – скрыто

Ловкость – скрыто

Выносливость - скрыто

Сила Магии - скрыто

Ментальная Выносливость - скрыто

Устойчивость к Откату - скрыто

Здоровье: скрыто

Устойчивость к магии - скрыто

Умения: скрыто

Книги Знаний: Раса гремлины I, Раса Люди II, Военначальник II, Вольный Город: Гвардия Лорда I, Творец I, Казначей I, Мастер-Стрелок I, Мастер Осадных Машин I, Магия Материи I, Магия Жизни I, Ментальная подготовка I, Бюрократ I, Мясник I

Вольный Город. Крайне интересно… Брать людей – европейцев вне Рыцарского замка с их возможность перескакивать по веткам развития, я не видел смысла, но данный индивид взял. Как и книгу Мясника, которая так сильно режет мораль у окружающих захваченных людей…

- Валленштайн, Вольный Город - поздоровался всадник, снимая перчатку и демонстрируя перстень. Я повторил сей жест.

- Велеяр, Славянский Замок.

Тот резко дернулся, а потом встрепенулся.

- Ну положение ты свое по…

- Через пять минут сюда прилетит трехглавый дракон, везущий на себе двух ветеранов-топов расы, один из которых влегкую призывает что-то типа ангела. Убей ты меня и моих людей, они сольют тебе армию если не под ноль, то очень близко к этому.

- Да, мои егеря их уже увидели, - кивнул он, - поворот на восток!

Пушкари-гремлины, не сговариваясь, начали синхронно разворачивать орудия.

- Но ты прав, учитывая большую высоту, призываемого ангела и долгую перезарядку, крови попьете знатно.

- Слушай, а зачем нам вообще воевать? – спросил я, - вольные города на то и города, что живут себе спокойно и торгуют. Я вам ничего не сделал, вы, пока что, мне тоже – поделим клетку поровну, да дело с концом?

Тот молчал, словно онемев.

- В любом случае конфликт на пустом месте мне не нужен – у меня в соседях степи, а это сто процентов Варвар или Кочевник. Можем системно заключить договор и начать спокойную торговлю, я не хочу концентрировать тут серьезные силы, а твоим купцам явно есть что предложить моим, и наоборот.

Валленштайн молчал, размеренно дыша в закрытом шлеме, секунд десять длилось это напряженное молчание, и только затем тот заговорил.

- Я здесь уже тридцать третий день, и вчера наблюдал, как ты сжигаешь деревню аранья, что платила мне дань и где я разместил своих наемников, парень. И мне это зрелище не понравилось от слова совсем.

Плечи вздымаются вверх, а руки расходятся в сторону.

- Они нападали на форт славян, что был рядом, и убивали их солдат и людей – хотя захватить ты их мог только вчера рано утром, как и выслать наймитов – систематическое прореживание и оттягивание внимания на одну сторону, учитывая их силы, неприступную, и спокойное решение проблем на остальных направлениях. И сил взять форт нет, и возможности додавить, видимо, тоже, до сегодняшнего дня, иначе давно бы закрепился. Понимаю. Но тогда у меня к тебе встречный вопрос – вчера я ехал верхом в сторону этой деревни по дороге, не нападая и не обнажая оружия, чтобы переговорить. Но стрела твоих подданых оказалась в шее моего во время пути. И только после этого я отдал приказ всех убить. Как объяснишь?

Тот усмехнулся.

- Ладно, мы все немного погорячились, но не отрицай, что имеющимися сейчас силами я твой отряд положу, а затем возьму форт? Что ты можешь мне предложить?

- Честное разделение квадрата на три части, десять километров ровно по-центру, ничейная территория, - вернул ухмылку я, - примерно там, где мы стоим сейчас. Тут могут находится подданые нас обоих. Остальные равные стороны каждому. Торговля, крепкие отношения партнерства, дружба равенство и братство?

Мужчина засмеялся, ударив латной перчаткой по латным поножам, вызвав гулкий звон. Его доспех трясся от смеха хохочущего человека внутри.

- А если я к завтрашнему дню пригоню двух паровых големов десяти метров в высоту, да пару дирижаблей, в догонку, и попробую перейти рубикон? Что ты мне сделаешь, парень? И готов ли ты к конфликту?

- Я буду тебе отвечать, Валленштайн, - пожал плечами, - но в этой игре нельзя тотально воевать, кому это знать, как не тебе, игроку за Вольный Город? Нужно грамотно лавировать между союзами, соглашениями и войнами. И я предлагаю второе – воевать можно с агрессорами, и мы оба на них особо не тянем.

Тот помолчал.

- Делить нам и правда особого нечего, - вздохнул тот, - сидим каждый на своей стороне, со своими шахтами и особо не рыпаемся. Договор?

- Договор, - протягиваю руку.

Игрок Ваllенwтайн предлагает вам заключить акт о ненападении до обоюдного расторжение сторон.

Дополнительные условия: штраф за нарушение договора действует три дня после обоюдного расторжения.

Возможность расторжения договора в одностороннем порядке, при условии пермаментного половинного штрафа сроком на неделю, а также действие основного штрафа сроком на неделю – при нарушении границ и нападении в течении неделю на лорда вешается штраф.

Штраф за нарушение: Мораль всех подданых нарушителя – 20. Боевой дух всех подданых нарушителя – 20

Принять?

Да/Нет

Принять.

- Весомые штрафы, - кивнул я, - даже у фанатично преданных войск и подданых сильно подорвет любовь к владыке. Я тебе приглашение в друзья кину, сосед?

- Кидай. Торгаши к тебе уже завтра приедут, по реке – уж больно в Вольных Городах любят торговать. Не прощаюсь.

Кивнув мне, мужчина, слегка пришпорил коня, подняв руку в воздух и завертев кистью. Квадраты войск начали спокойно и дисциплинированно отходить.

И только когда мужчина отъехал на дальность. Когда ни он не слышит нас, ни мы его, мои воины вполголоса заматерились. С чувством, с толком и с расстановкой, в шоке от происходящего. Я же открыл карту – дракон все направлялся к замку, чтобы богатырь передал из рук в руки молодую девушку, а на обратно пути подобрал Витязя, который гнал коня в сторону нового форта.

Еще шесть часов мы убили, чтобы быстро и полностью разведать все закрепленные наши территории, конно и летно - кроме пары мелких стычек, а также шахты самоцветов я нашел несколько мест силы, повысив на единичку себе и воинам ловкость и выносливость, а также мне умение Нахождения Пути. И, само собой, все сделано так, чтобы после этого сразу завернуть к горам. Ландшафт, по сути, не менялся – я ехал в окружении, тихо переговариваясь, а сверху летел Малыш. Иногда духовник и богатырь пересаживались на своих лошадей, которых мои люди вели за нами, когда Малыш хотел есть и предпочитал охотиться - на медведей, кабанов и прочую крупную лесную живность, похрустывая косточками. Единственное, что говорило о переходе из одного квадрата в другой, это постепенная смена леса смешанного на хвойный, земля становилась каменистее. Горы как были незаметными в лесном массиве, таковыми и оставались, хотя карта услужливо подсказывала, как мы приближаемся к этим ребятам. И… тишина. Тишина, покой и отсутствие хоть чего-то! Невозможный уровень сложности предполагает генерация сильных НПС-противников со всех сторон, а я за сутки не увидел ни у себя, ни у Болеслава ничего особенного. Несссспроста!

Также я рассчитывал и на наемников. Две книжки толерантности и сопутствующие умения позволяли строить диалоги с представителями других рас максимально бескровно.

- Княже, может на привал сядем? С самого утра в седле, желудки пустые, токмо воду хлещем, - окликнул меня один из ратников позади.

- Найдем полянку, и можем присесть, нужно дать отдохнуть Малышу, да наших спутников с него спустить.

Потихоньку лес расступался. Мы аккуратно лавировали между деревьями, переходя из густого леса в рощицу или подлесок – не важно. Битый час пытались найти достаточную полянку – тщетно. Хоть деревья и редели частотой, но «прогалами» не изобиловали.

Привал решил сделать большой, на целый час, и по три воина каждые пятнадцать минут идут в дозор – кроме меня и Вещуна. Малыш улетел на поиск – он еще успеет отдохнуть сегодня, да и Платон с Богданом близко – уже высадили Витязя, начальника гарнизона, и теперь летят к нам, да груженные мясом для драконов на освободившийся вес. Даже если охота не принесет результатов, поест перед сном уж точно.

В доспехах было невообразимо неудобно двигаться. Обилие самых разных элементов, опоясывающих, словно шкурки луковиц, еще и делали в жару передвижение просто невыносимым. Хотелось метнуться в замковую баню, но максимум, что мне светило – это вонь ног в горной пещере или холод земли.

- Князь, - подал мне миску с простенькой похлебкой волхв в шкуре.

- Благодарю, мудрейший, - склонил голову, принимая еду, - посиди со мной, коли воля есть к тому.

Уже не молодой мужчина, поправив медвежью шкуру, мехом на выпуск, присел рядом со мной, прямо на землю. Совсем рядом тлел костер, и тихо переговаривались воины.

- Господин Князь, господин Волхв, - заискивающе окликнул нас один ратник. Не первый раз мужик выделяется из общей массы, - а поделитесь мудростью. Расскажите…

- А знаете ли вы, о причине раздора меж Волосом, да Перуном?

- Знаем, батя, - кивнул один, - папка рассказывал…

- А я не знаю, - вскрикнул кто-то из кустов.

- И я, - с легкой улыбкой сказал этот ратник.

- Ну, слушайте, - улыбнувшись в седеющие усы и снова поправив свою медвежью шкуру, мужчина немного поерзал, устраиваясь, а я, отложив миску с едой, прилег на один локоть, - в народе ходит миф, будто бы Волос, людям возможность волшбы и даровавший, с владыкой моим, богом – покровителем князей и воинов ратных, повздорил от кражи облаков. Так ли это?

Все тихо загудели, кивая.

- История эта не самая приятная для богов родных, - кивнул волхв, - но я поведаю Вам ее. Начинается эта история еще в ту пору, когда Велес жил с другими богами в Прави, при Ирии-дворце, в царстве Сварожьем. После того, как отгремела свадебка у Богов, да Перуне вышел за дочку Дыеву, внучку Чернобожью, начал Велесе тоскую черной изводится. Поразила сына Зёмун красота девы, да не мог он глаз свести с нее, думал с Перуном сразиться, да с сильнейшим из Богов мощью меряться нет смысла – лишь боль познаешь в попытке…

Забив трубку табачком, с удовольствием закурил, отмечая, как накрыла поляну тень трехглавого дракона, державшего в лапах чуть обугленного лося.

- И однажды Дива-Додола спустилась с царства Сварожьего в мир Явленный, погулять по лугам, да насладиться красотой тварного. Велес, совсем отчаявшийся от тоски, оборотился цветком лазурным, красивым, да на пути Громницы встал, в месте, где все внимание бы уделили токмо ему. И увидела она цветок лазурный, да сорвала она его, и поднесла к лицу. Когда вздымила грудь свою, да в себя приняла пыльцу божественную, так и разродилась сразу Ярило-Богом, сыном Громницы и Велеса.

И узнал об этом Перуне, на колеснице разъезжавший, молнии меча, да дожди пуская. Да разъярился он, Сильнейший из Богов. Простил он Додолу, но скотьего бога нет. Гнал он Волоса семь дней и семь ночей, гнал чрез леса, реки, моря и озера, гнал по небу и земле. И где проезжали они, там везде бушевали тучи. И люди в Яви боялись выходить из дома семь дней и семь ночей, да дождь шел не переставая, и реки разлились в стороны…

И более не мог бежать перевертыш, то птицею он в небо взмывал, то гадом в землю вползал, то зверем диким по лесу гнал – никак бог воинов не отстает. Что было дальше, вы все знаете из легенды – проиграл Вещий, ибо нет в мире такой силы, что одолеет Бога Воинов. И низвержен он был в Навь, царство Чернобога и детей Его, и взял в жены внучку Кощную, Бабу Ягу, да стал править частью Нави, как Дый правит звездами, Вий – пеклом, а Даждьбог и Хорс светом солнечным.

- А что стало с Ярило?

- А кто тогда крал стада из Прави?

- А что дальше было, господин Вещий?

Мужчина оборвал начинающий галдеж жестом руки.

- Чувствуете ярь похотную весной? Видите, как коты, псы, жеребцы да, весь мир живой, природа сама буйна? Это Ярило дает силы, бог буйный, похотный – он по весне выходит, дабы весь мир апосля царствия Мораны силы обрел пробудится. А затем у отца потчивает, в Нави.

Я, читавший эти истории еще задолго до попадания в виртуальность, лишь хмыкнул. Хорошо разработчики в новом обновлении подошли к вопросу, обстоятельно – к историям даже философию традиционализма подвязали, я проверил. Потихоньку оживили игру, подправили баланс, выпустили аж три новых замка – Славянский, Вольный Город и Китайский. Новые, недоступные для игры расы сделали мир более разнообразным и неоднородным, как и доступные.

Скосив глаза на мигающий от курения дебафф на восстановление выносливости, обшарил взглядом округу – смеркается, солнце скоро скроется за горизонтом. А значит надо искать место на ночевку.

Платон с богатырем еще полтора часа будут лететь, не меньше, и к тому моменту место уже должно быть найдено. Но поднимать солдат аккурат посреди перерыва, когда они набили пузо, и не только морально отдыхают, но и прохрустывают затекшей спиной, а также разминают отсиженную задницу чревато не бунтом, но недовольством – а это увы и ах, вещь крайне неприятная для правителя.

Нет, я был не в лучшем положении – но страх за самого себя, за свое будущее гораздо сильнее давил на психику. Меня не несло – гнало на скорости вперед, и если бы солнце светило двадцать четыре часа в сутки, то уверен, что не спал бы, а мчал вперед и вперед.

Вновь судорожно открываю карту, оглядывая происходящее. Сигналов не поступало, ни один мой подданый не находится в критической ситуации, ему не нужна помошь. Касаемо возглавляемых героями армий, то именно герой посылает сигналы игроку, и если ни Болеслав, ни более молодой Витязь – Роговолд не выслали, решили, что все идет хорошо, то значит так и есть.

Исследования симуранов… не радовали. Если мой верхний сектор занят горами процентов на пятнадцать, от силы, то соседний ему, а также мой левый сектор – заняты ими на все сто. Рельеф воистину потрясающий – тут тебе и крутые склоны, и непроходимые участки, и маленькие долинки, где с высоты виднеются крохотные домишки, и горные плато. Всего много, всего в достатке, но кто здесь живет, на почти безжизненном участке – немного не ясно. Сунуться сюда в любом случае придется, дабы отодвинуть крайние горные границы от моих закрытых укреплениями «дырок». Надо дождаться новой недели и выбрать Полоза, вместо лешего и Водяного. Вот он, дух гор, здесь будет очень даже к месту.

Станичники… напрягали. Весь соседний сектор по мере удаления становился полнокровной степью, а значит будут соответствующие соседи, и это было крайне дерьмово. Как в свое время кто-то писал, уже даже не помню кто конкретно – но армию надо «затачивать» под противника. И людские фракции – славяне, европейцы, китайцы, были максимально гибкими в плане изменений. Европейцам в принципе, во что оденешь, что в руки дашь, тем и дерутся потом. Славяне тоже достаточно гибки – для трудных ландшафтов и степей есть порубежники, малочисленные, но приспособленные воевать не строем, но партизански. Для линейных битв, а также масштабных сражений, есть Россичи – которые обучены именно воевать в строю. Но обе расы были так или иначе гибкими – я мог, и делал, менял творцом умения, перевооружал армию в более качественные и технологичные доспехи, затачивая прежде всего под борьбу с бронированными, более сильными противниками, где ставка идет на сохранение жизни и взаимодействие тактик. Две не самые малочисленные расы давали хороший прирост воинов, а вместе с тем исключал ставку на штучное действие отдельных солдат. Теперь действовали боевые группы с четкой иерархией, и для каждого противника тактика будет разной.

Вот против Кочевников нужна конница, причем комбинирование всех трех возможных видов, и больший упор сделать именно на среднюю, так как основной массив врага на легких стрелков, но крайне слабых, зато численных. А те же орки, обитающие в степной зоне и часто сотрудничающие кочевникам, например, являются отменной пехотой, и против них нужна абсолютно другая тактика – в чистом поле сходиться пешими я бы не рискнул, а вот жалить легкой кавалерией и играть на коммуникациях – можно. Налетая эскадроном Горыныче, усиленных Вещунами, которые призывают еще своих воинов.

Так было во всем. Но вылезающего с восточных границ тыгдыга мне было совсем не надо, а поселения там с его появлением почти сразу станут горящими обломками. Противодействовать можно только одним способом – напасть первым, со следующей недели, сконцентрировав производство сейчас на средней и прочной броне, скупке всех лошадей в конюшнях, на рынке, у купцов, и полное переоборудование армии к войне с кочевыми народами. Но вот проблема – вопрос гор, еще неизвестно, кто выползет отсюда, и с какими намерениями. Еще пока что не встретили серьезного сопротивления Роговолд и Болеслав со своей стороны. Решенным оказался только вопрос Севера, и то, потому что здесь постарался другой игрок и заведомо, систематически ослабил моего теоретического врага.

Сидеть на месте не было сил. Конечно, кто понял жизнь, тот не торопится, но волнение не давало спокойно усидеть на месте. Не выпуская трубку из зубов, я кивнул, собравшимся, вставая. Надо было прогуляться до одного места.

Пока в одной из деревенек порубежников бабы собирались на обряд отпугивания коровьей смерти, собираясь на узкой улочке с серпами – после падежа пары коров, видимо. Пока мои воины отдыхали, Платон летел, Богдан и Роговолд уютно разместились в одной из присоединенных деревенек. Пока стоящие на крепостных стенах у аркбаллист города ратники ежились от наступающего морозца, я же отошел на расстояние шагов двадцати от полянки, в лесу, и достал из инвентаря лопату. Привычно перетащив с игровой куклы в инвентарь тяжелую броню, начал копать. Минут за десять, быстро, удалось выкопать достаточно большую яму – туда уместилась портативная точка возрождения, даровав возможность воскреснуть в этих лесах, затем полный комплект не артефактного снаряжения тяжелодоспешного воина, вместе с топором. Все это я тщательно обернул в ткань, и только после этого аккуратно укладывал в ямку.

Хотите ли вы создать тайник?

Да/Нет

Да.

А вот теперь можно натягивать свою настоящую броню. Шлем-шишак с личиной.

Шлем князя Всесвета

Ранг: редкий

Именной, с надписью внутри: «Шелом сей куется во славию Всесвета, сына великого князя Добрыни и да прослужит он ему при жизни и апосля ее»

Ловкость +2

Выносливость +1

Далее выложил стеганку, но тоже артефактную, вместе с кольчужной рубашкой по колено, уже простой, а также пластинчатый панцирь. Наручи литые, металлические, и простая кольчужная накладка для шеи и груди. цельные плечевые щитки, уже производства моего кузнеца, самые обычные, легли рядом. Шаровары переместил сразу сам, как и сапоги. Щит, копье, топор и сабля остались в инвентаре.

Костюм стеганный

Ранг: обычный

Принадлежащий неизвестно кому, давно отдавшему жизнь и почившему в земле. Пользуйся же, воин, коли полезен будет

Выносливость +1

Не ясно, по каким технологиям создавался элемент доспеха, но в нем потеешь гораздо меньше, чем в любых других таких же.

Панцирь витязя

Ранг: редкий

Все ближники княжеские, да воины тяжеловооруженные носили и носят сей доспех, как показатель своего богатства не малого, да ратной удали пригожей

Ловкость +1

Выносливость +4

Отношение со служивыми людьми людских рас +3

Отношение с крестьянами людских рас +5

Далее шли цацки.

Браслеты инквизитора

Ранг: эпический

Демоны, бич мира, могут скрываться во всем и во всех. И ежели удалось найти неприятеля отыскать, то злу отмсти немедля.

Сила +4

Сила Магии +2

Части комплекта: 2/8

Бонус за комплект: можете один раз в сутки наложить заклятие Истинного Зрения на себя или союзника без отката.

Кольца, аж шесть штук и только одно стоящее, остальные добавляли единички – не удалось мне при разделении добычи забирать некоторые артефакты, отдавал героям, как старшим командирам. А потому руку перед походом забивал самодельными побрякушками ведьм.

Фамильное кольцо доблестного Рыцаря сыра Грэгора фон Аушвица

Ранг: редкое

Кольцо это принадлежало и будет принадлежать благородному дому фон Аушвиц на протяжении веков.

Сила +3

Уменьшение урона магией огня на 5%

И последняя и полезная вещь.

Амулет осознанности

Ранг: эпическое

Найденный в древнем храме Смерти, амулет принадлежал монаху и некроманту, служившему Древнейшей верой и правдой. Сей благочестивый муж, хоть и постиг запрещенное почти во всех культурах искусство поднятия и подчинения мертвым, но никогда не впадал в безумие и не убивал невиновных – и причина сему это ожерелье.

Повышает вашу ментальную защиту

Защищает вас от непрямого влияния высших сил на ваше сознание

Повышает шанс игнорирования всех заклинаний школы Разума на 7%

Внимание, амулет истончает энергию Смерти! Все существа, обладающие истинным зрением, увидят это! Вызывает уменьшение репутации у некоторых рас!

При смерти есть 3% шанс на перерождение в дикую нежить

У славян не вызывал – у нас была своя богиня смерти, Морана, а еще за некромантию отвечал Чернобог, которого многие исследователи соотносят с тем же самым Велесом, отчасти Вий, если уходить в эпоху двоеверия и немного Баба Яга оттуда же, напрямую отсылающая к Моране. У них у всех была своя специфика, но тем не менее. Надо было уравновесить энергию смерти, в том числе и для заглушения фона, да и уменьшения шанса перерождения, и решение оказалось недалеко – в ухе. Правда, пришлось зарезать десятерых пленных и пожертвовать такое обилие оружия, что просто жуть, не говоря о стоимости.

Серьга «Перунов Сын»

Ранг: эпическое

Создано Вещуном Перуна для Князя Велеяра, посвященное Богу Князей, освящено у его алтаря. Перун доволен выбранным путем и ценит своего подданного, являясь одним из основных богов Триады княжества.

Сила +4

Аура Князя – все окружающие вас пешие и конные воины, служащие в вашей рати, чувствуют в вас ставленника Перуна и охотнее идут за вами. Поднимает боевой дух, мораль и настроение вашего отряда

Истинный Воин – в Навь магию! Пока вы не используете никаких заклинаний, кроме Школы Воздуха из магии Материи вы получаете бонус +10кг к переносимому весу, ускоряет получение умений владения оружием и ношение доспехов, восстановление выносливости. Увеличивает скорость роста отношений с противоположным полом вдвое. Для активации – не использовать магию в течении 48 часов.

Активируемая способность: Удар Грома – накладывает на оружие баф на десять минут. Дополнительный урон Молнией. Раз в сутки.

И вот решение, стоимость более двадцати тысяч золотом, эпическая освященная плюшка. Инвентарь, одеть все!

Затем присыпать землей тайник, с кульками брони, глубже которых закопан камушек, накидать веток. Лопату положить в трех шагах, меж корней сосны, и тоже накидать веток. Вот теперь можно выходить.

Собственно, воины если и удивились, то виду особо не подали. А спонтанное место стоянки потихоньку сворачивали, заканчивая отдых.

- Ратибор, как сядешь на Малыша, у тебя главное задание – вовсю смотреть по сторонам и искать любое достойное для стоянки место. Если горы недалеко, поищи пещеру, но, чтобы коней можно разместить.

Тот молча кивнул, поправив двуручную секиру на поясе. Настроение у воина было такое, явно ниже среднего – потому что «посеять зерно благодатное в лоно женское» не вышло. Кобелина, переживешь.

Место так и не нашли. Заночевать пришлось на границе леса и гор, в крайне неудобном положении. Отсюда, конечно, было не видно ни горных тропок, ничего другого, но найдись вражеские лесные эльфы поблизости, или же заведись в горах какие-нибудь дикари, то такой малочисленный отряд, как у нас, может сократиться до двух драконов чуть ли не мгновенно. Расставив дозоры и разбив время обозревания по два часа между всеми, оставив собаку – так называют дозор перед самым пробуждением, богатырю.

Но за ночь ничего не произошло, от слова совсем. Поднявшись на Малыше вверх, я вздохнул. На сколько хватало горизонта, везде простирались горы. Тот путь для нас был закрыт – для конных уж точно. Летящие симураны показывали, что, если верхний сектор только частично, но соседний ему, наискось, да весь левый полностью в них. Там моей пехоте не светило ничего, да и мне тупить здесь тоже так, явно ниже среднего.

- Мужики, - обратился я к богатырям, - самого смышлёного из этих вояк усмотрите, да мне скажите. Завтракаем, грузимся и мы полетим по горам, посмотрим, что тут есть, а остальные пусть едут на сближение с Болеславом.

- Провизии им слишком много давать не надо, княже, - покачал головой Богдан, - может их того, до форта короткой дорогой, там нагрузятся. Параллельно с Драгоценного камня те же бонды Свена пригонят ладью? И время сэкономим, и силы?

- Добро, - кивнул я, - есть кто на примете?

- Родомир?

- Пожалуй, - кивнул второй.

- До них доведите информацию, в таком случае, - кивнул я, - и выступаем.

Не изменяя себе, я оседлал Малыша, пригласив Ратибора, предварительно еще раз осмотрел карту. Ничего дельного или странного. Смертная скука.

А вот горы удивили, а приятно или нет, уже другой вопрос. С одной стороны, сразу понимание, что они живы и населены. Между были многочисленные полянки, на которых даже что-то росло. Жизнь буквально кипела там, как и должна – стада горных козлов то тут, то там скакали маленькими точками внизу. Где-то пробегали крупные кошачьи, пролетали птицы. Но самое важное – шахты и проходы. За час полёта я насчитал четыре такие вот дыры, из которых был заметен жёлтый цвет, характерный для огня факела или костра в подземной тьме!

А водится здесь может так вообще кто-угодно. Если говорить о нововведениях – то это безусловно люди-варвары. Из старого репертуара, это будут горные зверолюды, сатиры и кентавры, вполне спокойно смогут жить в горах, особенно учитывая мифы, где они зародились, достаточно гористую Грецию. В те же степи можно отнести дроу, живущие под землёй и в теории здесь, теоретически у выходов на поверхность. Гномов, само собой. Ну и горную ветку эльфов.

Но даже спускаться и что-то захватывать я не стал. Глупо. Нет никакого смысла захватить что-то без такой вещи, как снабжение. А оно важно. Вообще, комичная ситуация, если подумать – за счет того, что это игра, а не реальный мир, всего за год можно отстроить хорошее средневековое королевство. Пара – тройка замков на магических источниках, с семерку приносящих юниты фортов – и этого хватит даже для нормального феодализма. Население, призываемое из замков и фортов, а также немалого количества деревень будет расти взрывообразно раз в неделю. Но раз в месяц, при достатке пищи и не особо больших налоговых сборов закончится цикл оплодотворения, родов и взросления моих налогоплательщиков.

Всего за год, если не жечь деревни и города, а также активно смешивать крестьян с воинами, можно будет свести население к «среднему» значению и сооружать уже какие-никакие, а большие ополченческие армии. Всего год спокойного роста…

Но сейчас моя армии даже не переваливает за отметку в две сотни воинов. Это профессиональная, не плохая армия – где каждый солдат из двух рас знает и свою цену, и свою роль. Но вот людей не хватает критически – ни на что. Захватить тут даже захудалую шахту, это непременное решение логистического вопроса. Нужно будет найти и доставить сюда людей, их обеспечить едой, освободить от налогов. Присылать солдат на охрану новых территорий и для дальнейшей экспансии, посылать караваны с добытыми ресурсами в центр… В общем, геморроя полные штаны, а сил, на сию радость, просто тупо нет.

И в итоге, надо определяться, решать проблемку по мере ее возникновения. И сейчас, осматривая эти действенные просторы я понимаю, что возьмусь за них очень и очень нескоро. Если вообще возьмусь.

Но совсем предаться размышлениям мне не дали. Сигнал тревоги, незамысловатый вой, казалось, услышал весь мой отряд. Или отреагировал на мое вздрагивание. С ужасом оглядывая карту, я обомлел.

Болеслав, что и подал сигнал, со свистом и крутя рукой приказывал воинам выстраиваться. Кавалерийский клин, наверное, одно из самых страшных, что вообще может произойти с пехотой.

Судя по карте, Роговолд не шибко далеко, но его отряд особой роли в битве может вообще не сыграть – заклинания сильно ограничены дальностью, а убойная сила у него крайне сомнительна, скорее действительно, отряд поддержки в лице ведьмочек с их магией жизни и Разума, с охраной.

А противник – неумолимо сближался. Равнина, ещё не перешедшая в сухую степь, несла по своей земле орков – отсюда не сосчитать сколько, но гром, хохот, улюлюканье сопровождали их отряд. Над головами зеленожопых возвышались могучие огры, несущиеся вперёд. Троллей не было, но они сейчас даже особо и не нужны.

И эта была большая проблема, потому что кавалерийский клин для огров не помеха, он просто на них и закончится. Вместе с моей армией.

- Болеслав, иди на сближение с Роговолдом устройте засаду, заманите их, используйте хоть какие-то преимущества! – сорвался я на крик. Всадники на Платоне с удивлением дернулись, переводя вгляд на меня. Задрожал и повернул одну из голов Малыш. Началось. Первая настоящая битва.

На равнине нет особых преимуществ ни у кого. До леса далековато, укрыться негде. А отпускать отряд орков вглубь своих земель – это лишится новых поселений и шахт, не меньше. Нужно было биться, но не так!

Болеслав кивнул, и кавалерийский клин, отсалютовав оружием, резко свернул и на полной скорости помчался от орков. Те, словно бешенные, заулюлюкали и рванули следом как есть, бегом.

Роговолд тем временем начал подготовку к битве. Мои силы были если и не в меньшинстве, то ограниченнее вражеских в любом случае. Но магов было поболе.

Минут через двадцать орки добежали. Вот только встретили их большой толпой – велеты немного подвинули землю, и появился небольшой холмик с неглубоким и не широким…Да не рвом. Канавой перед ним. Все воины получили свое усиление – школа магии жизни ими не сказать, чтобы прямо блистала, но были. Некоторые ведьмы даровали оружию воинов «Ментальную Заточку». Абсолютно всё получили и выпили зелья усиления, ускорения или нечто другое, что повысит физические параметры или урон. У подножия холма орков готовились встречать не только четыре велета и восемь пеших наёмников крайне относительной сработанности – но ещё и трое медведей. Перед канавкой по фен-шую расположились кусты острой колючки, а на холме рядом с ведьмами, готовыми кидать заклинания усиления в своих и небогатый арсенал вредоносностей в чужих расположились всё дружинники, богатырь, витязь и управляющий всем этим цирком Вещун Велеса, готовый уже как артиллерийская установка, накидывать на врага по откату огромное количество смертоносных заклятий.

То небольшое количество оставшихся, было третьего ранга и могло нанести существенный вред только за счёт лошадей – но и стоящие на холме, кроме ведьм, могли в любой момент седлать своих, находящихся с другой стороны холмика.

Все приготовились. Орков было много, штук сорок, не меньше, при поддержке в десятке огров и с непонятным количеством гоблинов. Это не малая, крайне серьезная и сносящая пехоту сила – только четкий и оформленный строй мог как-то принять и остановить эту варварскую толпу. А именно строевых мне и не хватало.

Гиганты-велеты довольно осклабились, с искренней нежностью, даже любовью обхватив свои монструозные дубины. Они были одного с ограми роста, но шире в плечах, с сероватыми бликами, цвета кожей. И полным ртом, усеянным двумя рядами тонких, острых акульих зубов. В кольчужной рубашке по пояс – длиннее делать слишком дорого и много по металлу выходит, в хороших шлемах, они сами заулюлюкали в ответ, будто бы подзывая врагов поближе. И те приближались.

Композитные луки. Их было немного в отряде, но все натянули тетиву – и выпустили по стреле. Затем еще дважды, чтобы потом отбросить лук и побежать к коню, на обратную сторону маленького холмика. Мало лучников не смогли забрать много врагов – с десяток гоблинов и полудюжины орков упали на землю, остальные были либо ранены, либо успешно приняли стрелы на щит. Хоть не у всех он был.

Огры… Как много противного в этом слове. Десять огромных, могучих рыл, с воплями перепрыгивали через канавку, замахиваясь. Велеты, массивнее и сильнее, принимали врага на себя. Но великанов было меньше.

Залетали в воздухе заклятия – вещун и ведьмы начали работать по откату, нанося максимально возможный вред. Медведи рванули в самую гущу, принимая удары на себя и развоплощаясь. Несколько наемников упало на землю с коротенькими копьями в груди или животе.

Роговолд, как более молодой и менее ценный, по отмашке стоявшего позади всех Болеслава пришпорил своего коня – и небольшой отряд конницы помчался вперед. Все обнажили оружие, на острие атаки встали витязи и дружинники, как тяжелобронированные войска.

Тот жиденький, смешной заслон из наемников был смят погодя, даже без серьезной рукопашной схватки. Огры просто рванули вперед. Шестеро сковали боем великанов, получая помощь от маленьких гоблинов, метающих дротики и носящих тесаки, а четверка просто разметала заслон, пуская за собой не лавину – но более несколько дюжин орков.

Пчелиный рой, корни, лианы и кусты, призванные новые звери, а также заклятия сна, апатии, ббезумия и страха – все повалилось на эту толпу с безумным энтузиазмом. Массовые каменные шипы от Вещуна сразу же и решительно остановили толпу многочисленными ранениями. Кто-то метнул топор, и ведьмочка упала замертво, сводя глаза к переносице.

Вообще, тактические методы, применяемые варваром, были очень и очень хороши – он буквально отлично комбинировал свои небогатые войска, показывая готовность жертвовать кем-то и агрессивно наступать.

И пока основная сила врага оказалась чуть выше подножия, забуксовала там, зеленокожие полностью сконцентрировали свое внимание на велетах и наемниках. А из их толпы этих ребят на открытое пространство начали выбираться мелкие гоблины. Выбежал, кинул дротик, побежал вперед, доставая новый. Магическими щитами ведьмы уже не владели – тут только кудеярам могло изначально повезти. А потому начала падать магическая поддержка, продолжая по откату делать все, что только возможно.

Кавалерийский удар тяжелой конницы – это страшно. Просто, огромная просека тел, убитых появилась за пару мгновений, пока богатырь, выпрыгивая из седла, не сошелся с огром один на один, гораздо быстрее и проворнее двигаясь, показывая просто мастерство владения оружием. Но кавалерия завязла, а лошади начали падать одна за одной, всадников стаскивали с седел прямо в оруще-визжащую толпу.

Обзор я закрывал, считая потери. Три велета, шесть ведьм, наемники, четыре дружинника, а также десяток коней. Все, кто сражался в ближнем бою – ранены. Причем некоторые критично, и только потому что шесть четырехранговых колдунов и один семиранговый есть рядом еще живы. Закрывал я окошко с крайне плохим настроением.

Такой размен – он очень хорош. И количественно, в целом даже качественно – ну кони, фигня, раны – тоже. Мана у всех колдунов, кроме вещуна истощена, и их надо транспортировать до источника – восстанавливаться будет слишком долго, а до этой поры они слишком уязвимы. Четыре дружинника, немного ведьм, наемники, которые только мораль портили. Велетов сильно жаль, но тоже не критично. Расплодятся еще, на следующей неделе двоих найму.

Но в масштабах моей маленькой армии, каково это? И без того смешной отряд потерял всю магическую поддержку в один бой, а также самую главную ударную пехотную силу.

- Болеслав, - слегка охрипшим голосом сказал я, - Вещуна, кудеяра и девчонок Роговолд пускай берет и аккуратно транспортирует домой, в замок. Пока что, они свое отвоевали. Выдай ему хоть каких-то воинов, чтобы в случае чего отмахались. Если прямо совсем задница, то жрец вызовет Змея. Направляю к тебе симуранов, будут сегодня, а также скоро приедет десяток из ратников и стрельцов – но скорее завтра. Найди этих ублюдков, где их логово. Завтра-послезавтра я прилечу, помогу с поисками, надо как можно быстрее найти и разбить варвара. Слишком опасный сосед. До связи.

Пехота может победить конницу только от обороны, и на подготовленных позициях. Пусть и более малочисленный, но качественно лучший отряд перемолол кучу более слабых трехранговых орков, гоблинов и только огры были действительно серьезной проблемой. Вот только проблема – если верить гайдам, недельный прирост орков исчисляется восьмью десятками, сюда же сто сорок гоблинов. Огромное воинство, по сути, и оно приходит каждую неделю, вдвое больше моего прироста. И такое количество, без топов, с переносным пропитанием в виде гоблинов, не может быть чем-то, кроме разведки.

Еще и непонятные горы со степью. Дерьмо!

Интерлюдия один. Союз

Валентин Григорьевич встал со своего небольшого трона. Он, дряхлый старик, уже давно привык к отсутствию боли в коленях, спине и теле. Привык к ощущению лихой молодости и… к магии. Другой мир, другие правила, ничего более.

Жизнь он прожил более чем хорошую и полную – девяносто лет, именно в таком возрасте мужчина вошел в капсулу виртуальной реальности, чтобы потом не выйти. Хохма, будучи полевым командиром одного из ЧВК, сформированных в начале двадцать первого века, он объездил весь шарик – в Африке пострелять, в пустыне, в степях. А увольнение в запас из-за ранения и старость встретила не на родине, нет. На балканах, откуда было крайне трудно подключиться именно к соотечественникам – русским.

Валентина в этом мире все знали как молодого и энергичного командора Валленштайна. Начавший играть за Вольный Город, старый хитрец ликвидировал всех своих оппонентов еще в начале восхождения, и попросту никому особо не давал набрать у себя достаточное количество политического веса. За основную расу взял гремлинов, чтобы иметь доступ к дирижаблям и паровым големам, а как саттелита – людей.

История именно его восхождения интересна по-своему, особенно его излюбленной тактикой войны, но рассказывать об этом проходимцам он ни в жизнь бы не стал. А перед ним, в просторной полукруглой зале украшенной колоннадой и сводчатым потолком с мозаикой, стояли именно они. «Союзники», на деле, тройка малолетних, ничего не понимающих в жизни юнцов. Единственное, что в их подходе не раздражало Валентина Григорьевича, пожалуй, была ответственность. Чувствовалось, что они крайне серьезно настроены, играя здесь и сейчас, но и их глупость буквально сквозила вокруг. Если бы не системно организованный клан, он бы всех их давно захватил.

У стола стояли три силуэта, будто бы с пантомимы. Гном в тяжелой броне, уверенно тягающий из стакана какую-то бормотуху, что гремлины гонят у себя – то ли машинный спирт, то ли настойку на порохе. Вождь, или как-то так, взявший себе обычный билд – гномы, да и все. Эльфийка, скуластая, грудастая, длинноногая – при взгляде на эту особу можно подумать, что она как минимум обделена умом – но нет. Внешность скурпулезно подобрана под умение Очарование, класса Волшебницы, а сама обладательница была достаточно хитра, чтобы специально косить под недалекую. Эльфы, хоббиты и гномы, стандарт.

Третий человек в этой компании был, по меньшей мере странен. Маг, почти что классический – маги, гремлины, с упором на самого себя, а не подданых. И вся эта троица вяло переговаривалась, стоя в замке старика – они все признали его главенство над собой, его знание и умение грамотно распределять армии, координировать отряды и воевать с любым противником. Экстренное совещание тет-а-тет решили провести еще и в виду корректировки совместных действий, а также перетасовке отрядов. На столе, у которого все собрались, стояла вызванная и поддерживаемая Волшебницей интерактивная иллюзия карты всех присутствующих. Огромная, с кучей активных и странно движущихся точек.

Мужчина подошел, постукивая пальцами по резному столу. Дела были… были. Маг вздохнул.

- И что дальше? – спокойно произнес он, опираясь на край.

Карта была…красочной. Рельефы поражали воображение – даже скептиков. Если верить торговцам, то это огромный остров, просто огромнейший, не далеко от материка – в неделе морем на север, где они и находятся. Сам же остров был… разным. Справа все побережье, а учитывая замок и окрестности, это почти четыре клетки, контролирует юная Волшебница. Редкий лесочек на севере ее владений переходил в самую настоящую степь на юге. На этой части карты все было, наверное, самым привычным глазу – все затыкано, деревеньками, почти все территории обрабатываются. В степи на холмах раскинулись форты – пара магических, приносящих приплод войск, пара – самых обыкновенных. Тут и там понатыканы деревянные башенки, наездники на пони курсируют по степи, а суровые гномы пьют самогон по каменным будкам. Здесь, в степи, гарнизон был малый – так как напасти не было совсем – с момента, как девушка вышла из песочницы и почти две недели в двух квадратах от ее родного начиналась завеса другого игрока. И она не пала до сей поры.

А вот в лесу его было поболе, в прибрежной зоне и замке особенно. Дом Ясеня выбран в начале игры как нельзя кстати – и большое обилие стрелков уютно расположилось в скрытых лежанках по всему периметру. В фортах и замке, как и всегда – пили бородачи. Тут и там летали орлы или пегасы с фениксами. Земли эти были достаточно спокойны, хоббитов и гномов с феями давно никто не жег и не убивал, а все атаки отражались дружиной Волшебницы.

Если взять западнее, то рельеф поменяется. Солидный, но узкий, если смотреть все владения Олигарха, кусок побережья с широкой судоходной рекой по центру. В основном пара хилых деревушек и много леса, уходящего вниз. Река пронзала владения много и часто – широкой стрелой разрывая сначала надвое, ставя рядом с собой замок, разделяя земли – в основном, лесостепь. Затем ее рукава, идущие от озера, находящейся не на его территориях, пронзали крайние западные земли узкими линиями аж три раза, и единожды – восточные. В поймах, где было относительно безопасно, все деревья вырублены, крестьяне трудились не покладая рук и ног. И тоже все земли Валленштайна были затыканы деревеньками, которые предпочитали земледелие - скотоводству. Еда, так необходимая его войску, на рынке превращалась в нечто еще более ценное. В деньги.

Почти пять клеток занимали земли мужчины – узкий выход к морю и огромные земли лесостепи – междуречье, как он его называл. Сидя, можно сказать, в этом логистическом центре, он имел выходы к замкам или их окрестностям любого из здесь присутствующих. И даже больше.

Дальше шли земли мага и гнома. Уже в горном массиве, вовсе неоднородном. Гном занимал условный юг «их» части острова, маг – север. Каждый контролировал часть своего побережья, а также стратегические точки – перевалы, ручьи и реки, шахты. Были и долины, даже плодородные, где трудились хоббиты бородача. Хотя, большая их часть обрабатывала земли по другую сторону, у моря, возделывая пашни отгородившись от мира каменными громадинами и сообщающаяся с миром только по им известным путям. Наги охотились на дичь, где было возможно. Но все пространство, а это, с Севером и Югом – десять клеток, было заставлено даже не деревнями, это само собой. Укреп-точками. Вот тут отставной вояка разгулялся активнее всего, именно здесь он, с хеканьем, и играл в понятную ему войнушку – с занятием высот, постройкой укрепрайонов. А проблемы были – и их было в этих горах много.

- Первое, что хочется сказать, - начала Волшебница, - так это целесообразность в задумке водной войны. Корабли, которые строят гномы, и которые оснащают пушками гремлины, наверное, лучшее, что придумали за все время. Но всё равно не то.

Валерий Григорьевич скривился. А все потому, что на севере был такой суровый и мощный игрок-противник, варяг. Который, судя по всему, сделал очень серьезный упор на прокачку своей морской армии и ее бонусах. Конечно, за это ему можно и нужно сказать спасибо, в том числе поэтому удалось сплотить вокруг себя народ. Но они бодаются уже несколько недель, и единственное, к чему удалось прийти – так это к битвам на море, а не тушению пожаров в пустых деревнях. И даже так, юниты с особыми умениями именно там, да книгой мореходства, даже против более высокотехнологичных кораблей…

У этого союза было все, буквально. В совокупности даже авиация, не говоря о всех видах сухопутных войск. Они были быком, мастандонтом, серьезной централизованной на опытном офицере силой, а их все время крыла какая-то маленькая, но очень злобная овечка, с упорством барана.

- Сколько кораблей в море не спускай, все равно проигрываем, - вздохнул маг, - толку никакого, а на каждый корабль по три пушки с расчетами – дорого, не говоря о постройке самих кораблей. Этот тип, мне кажется, в набегах регулярно сливает о нас всю армию, остатками лутает все, что не поглощает море, и довольный уплывает обратно. На трофеи покупает себе новые приросты, и все по-новой. К началу следующей неделе платить, читай, некому.

Гном усмехнулся. Конечно, с его стороны все выглядело вообще странно. Два серьезных замка, дающие контингенты для кораблей – Вольный Город и Волшебница, не могут ни то, что победить, а даже найти замок одного несчастного Викинга. Но ещё смешнее было Валентину. А потому, что он пустил это дело на самотёк, отдал Волшебнице, как самой уязвимой, во всём соглашался и просто разрешал абсолютно все, сам же, аккуратно, в ручном режиме управляя войной на другом фланге. И результат на лицо – она, самая экономически развитая из всех, поставлена в компании окончательно на место подчинённого. И если ещё пару недель назад, при создании клана, у кого-то были сомнения в «главе» - все-таки они дети, пусть и совершеннолетние, а она красотка с длинными ногами, то сейчас всё слушали с придыханием. И даже то, что это не произнесено вслух, лично для девушки играет никакой роли. Теперь она ведомая, и только так.

- Если мы хотя бы раз в неделю не будем отправлять три больших корабля с артиллерией на север, то снова запылают прибрежные деревни, оно нам надо? – вздохнула Волшебница. Если Маг не жил аграрным сектором, предпочитая именно торговлю хай-тек приблудами гремлинов, а Валл совмещал, то для нее сожжённые деревни были сродни экономическому кризису.

Старый военный с интересом приблизил горы, а затем потянул изображение снизу-вверх, выставляя на уровень глаз карту подземелий. Замка гнома не было на карте поверхности потому, что он был под землей. В хитросплетении тысяч ходов и переходов, пещер и плато, притаились гномьи поселения. Малочисленные, суровые и серьезные. Здесь велась война, страшная и неприятная для всего союза -Темные Эльфы в принципе противник так себе, явно ниже среднего, а из всего альянса адекватно противостоять им здесь, в подземелье, могли только малочисленные гномы.

Приблизив одну из многих мигающих точек, все могли наблюдать прямо в режиме реального времени обычную для гнома в последнее время картину.

Звука, к сожалению, не было, но он был и не нужен. Бутылка с зажигательной смесью разбилась за спинами гномов, липким пламенем окутывая часть пещеры. Из мрака прохода два коротких росчерка арбалетных болтов, и гном, не успевший прикрыться щитом, падает – с двумя болтами в шее, которые пробили горжет.

Дальше пара всполохов, и из тьмы выступил драук – классическая тварь у Ллос-поклонников. Огромный мужчина-паук, с двумя саблями, на полном ходу разметал тройку оставшихся в живых «пограничников, пытаясь достать коротышек. Еще два болта прилетели из мрака, попав в уже лежачего гнома и ранив, застревая в сочленении ноги и туловища, калеча плоть.

Мужчина с грустью вернул изображение на поверхность, отмечая, как мрачнеет гном. То, как регулярно происходят таких вот, наскоки было вопросом вообще болезненным.

- На повестке дня следующие вопросы, - кивнула девушка, - пора менять тактику и решать вопрос со всеми нашими врагами, желательно скопом.

Она подошла, показав на точки, которые при приближении стали небольшими корабликами. Такие, маленькие, быстроходные и ничем не вооруженные мини-галеры. Их было раскидано вокруг побережья много, достаточно много. На север их не пускали драккары, сразу же идя на абордаж, а потом захватывая, а вот вокруг их острова они достаточно исследовали побережье.

- На северо-западе завеса новичка у нашего мага, рукой подать, - кивнула она, - и это может стать серьезной проблемой. Десять условных клеток поверхности гор, почти всю территорию, мы держим очень жестко. Если еще неделю назад эльфы гуляли по наших горам, то сейчас мы выбили их из наших земель и локализовали. Плюс еще огромный кусок неизведанных территорий, клетки две точно, на крайнем западе, ближе к гному.

На севере зреет викинг, и даже небольшое промедление обернется для нас ничем иным, как поражением. На юго-востоке, неизвестная завеса, игрок на юге. Самые серьезные, конечно, это темные эльфы и викинг. Одни уничтожат гегемонию в горах и шахтах – особенно рудных, коих там в нейтральных землях с избытком. А также наших ремесленников, вооружающих всю армию. А у викинга самая близкая цель – это я. Паду я, и уже через неделю все начнут голодать. Командир?

Все с нетерпением уставились на мужчину и ждали его веских слов. А Валентин Григорьевич нахмурился. В его распоряжении были большие силы, действительно не малые. Но оба врага были сильны, чертовски сильны и опасны. Зато и у Валентина был несомненный плюс. Он не умел воевать, да и не хотел уметь, как это делали раньше – мол, три сотни воинов построились и пошли в чисто поле. Он воевал реалиями начала двадцать первого века. У него была артиллерия с бомбами, дирижабли, были и быстрые разведчики на воздушном пространстве – пегасы. Беспилотники – призываемые магами существа и воздушные элементали. Была артиллерия – перестроенные в машинном цехе лёгкие, средние и тяжёлые роботы, с вмонтированными поллиболами, сифонами и прочим. Ещё в начале своего пути поигравшись с конструкторством, из смеси двух тяжёлых и одного легко робота удалось сделать спаять какое-то подобие тяжелой бронемашины, монтируя друг в друга, или из отдельных запчастей, средних, получалось делать самоходные орудия. Даже прототип миномёта у него был, стрелял дирижабельными бомбами и гремлинскими гранатами метров на сто.

У него была авиация, была артиллерия и медленные броневики – аж целых два. Были паровые големы – одиннадцатиметровые дуры в металлическом корпусе. В горах они показали себя плохо, «собирателями заклинаний, бомб, алхимии и всего дистанционного». А книга Гвардии Лорда и Творца помогала из абсолютно дешёвых людей клепать тренированных и умелых мощных бойцов. Да и везение подмигнуло, с большим донатом вместе. И два уровня умения покровителя Егерей увеличило недельный найм аж на десятку – для третьего ранговых следопытов не так и много. Но больше, чем сухой ноль.

А дальше дело техники. Попилить земли – солидный кусок горного хребта, на котором в обилии полезных шахт, и воевать. Союз с гномом позволил хорошо снарядить армию. А дальше только микс. Мелкими кинжальными ударами сжигаете обозы, травите колодцы, режете людей по ночам? А мы разобьём армию на ударные пятёрки из двух рас. И будем работать.

Сначала артиллерия и бомбёжки по всём возможным укрытиям тёмных на поверхности. Затем пятёрки пехоты прорыва – ракшасы магов с гномами, танк с латниками, гномы и наги. А затем идут пятёрки подавления. В основном, эльфы волшебницы, да с егерями или теми же ракшасами. Эльфы работают диверсиями и малыми группами? А мы числом возьмём. Подозрительная активность на холме, окопались там? Пара-тройка бомб и несколько гранат в образовавшиеся дыры, а затем тяжёлой пехотой зачищать полуголых фемок.

За десять дней, под ручным руководством Валентина поле деятельности любительниц кожаных портупей упало с пяти секторов-клеток, до полутора. Их просто выжали. Но хуже всего пришлось именно гному. Там, в подземелье, война была без артподготовки. Спонсировали его всем кланом, волшебница посылала всё свои гномьи приросты ему на помощь. Но всё равно эльфов выдавили. Где-то сложили стену, где-то обвалили проходы. Оставив эльфам семь выходов, и поставив на каждый серьёзный кордон – не там, где они нападают, нет. Дальше по коридорам чуть ли не крепостные ворота установили. Вот только цена в воинах, которую он заплатил – она неизмерима. И даже не в многих тысячах монет на найм и содержание дело.

- У тебя дирижаблей…, - скорее для проформы спросил он у Мага.

- Два.

- Угу.

И снова задумался. А затем уже выдал, обхватив стол увенчанной перстнями рукой.

- Мы были вынуждены сильно распыляться на темных эльфов, кроя их из всего, что только можно, чтобы выдавить из наших земель. Поступим следующим образом…

Варяг долбит нас на море, но теперь мы можем освободить летунов. Пять дирижаблей, два у Рогира, три моих. На дирижабли по кулеврине, да на каждый по магу сильному – два мага, три друида. И элитная тяжелая пехота, десантом, что сможет один на один зарубить любого викинга. Я выделю для этого четырех легированных големов, и пять обсидиановых, да еще двух паладинов с семеркой рыцарей, плюс полностью спонсирую пушками и расчётами к ним. С Рогира легированные или обсидиановые големы, сколько есть.

- А ес…

- А если не нанимал, то надо нанимать, - хмыкнул бородач, подливая себе бормотуху. Мужчина продолжил.

- Пять дирижаблей, в каждый вместится по семь десантников и достаточно бомб, учитывая команду и орудийный расчёт с пушкой. Ни Рух, ни Фениксов мы с собой взять попросту не сможем, перелёт может длиться несколько дней, а мы не знаем, есть ли в море островки для отдыха живности. Поручаю операцию Рогиру, отправишься с ними. Далее, остроухие. Два феникса, орлы, лучницы на пегасах, Рух – все груженные прежде всего магами, обычными и эльфийскими. Основной упор на седьмой ранг, товарищи. Вот эту толпу разбить на группы, прикрепить к пятеркам подавления. Гномы воины двух замков в подземке должны держать все входы и выходы и не позволить эльфам уйти. Хоть метровые стены выложить. Двал, на тебе – ни одна гадина не должна проскочить, даже гусеничка. Запри их в этом котле, что хочешь делай, но запри.

- Деньги…

- Скинемся, на общее дело работаем, - отмахнулся военный.

- И люди… не хватит, больно много наших с Нат гномов лежит в тех ходах. Не хватит у меня народа.

- Пошлю к тебе два десятка аколитов… не смотри так на меня, они творцом изменённые. Это хреновенькие маги поддержки с характеристиками и умениями четырех-рангового рукопашника, в латной броне. Ты им её и делал по заказу, кстати. Разбей на боевые тройки, они друг друга очень легко разгонят бафами до пятого ранга, будут стоять вровень с обычными эльфами. Пойдёт подмога?

- А у тебя нормальные маги есть вообще?, - задумчиво спросил Рогир.

- Угу, - кивнул он, - с десяток. Я творцом полностью очистил умения и характеристики оруженосцам до нуля, затем уже дал умение маг, все раскидал и кастомизировал. Пятый ранг, примерно, как эльфийские чародеи рода березы у нашей Нат.

- Реально думаешь, что нам хватит тридцати пяти воинов на пятерке дирижаблей? – подал голос маг, до сих пор не успокоившись.

- Ну на каждом дирижабле еще есть экипаж гремлинов, - ухмыльнулся Валентин Григорьевич, - а еще пушка и расчет к ней. Кончатся бомбы и ядра, в ход пойдут мушкеты. Но, как мне кажется, до этого не дойдёт. Огневой мощи пяти дирижаблей, даже если единожды скинуть все бомбы разом, хватит – чтобы хлипенький замок Викинга стереть в порошок. Потом там отработают маги, и только после этого снижение и работа на местности.

- Если мы посылаем элиту тяжелой пехоты к Викингу, то что у нас остается? Пять элитных магов, пять пушек, вместе с ними куча гремлинов Вала, сильнейшие големы и рыцари… Хватит ли у нас ударной мощи, чтобы на поверхности дожать эльфов?

Валентин Григорьевич нахмурился. Если учесть то, что надо охранять собственные территории, содержать гарнизоны с патрулями земель, сил остается и вправду немного.

- С меня две бронемашины с десятком гремлинов-солдат внутри, при поддержке смешанного взвода средней пехоты из латников, мечников и пехотинцев. Даже егерей выделить не могу. Так же один тяжелый робот, четыре средних и пять легких, но учитывая, что на дирижабли уйдут гремлины-солдаты в расчеты, то управлять ими некем… Рогир?

- Выделю, – кивнул он, - вместе с боевым крылом своих роботов, не переделанных, двумя джинами, тройкой ракшасов.

Ната подумала, словно пообкатывала во рту леденец, а затем выдала.

- Все воинствующие гномы, которые только у меня есть, уйдут в подземелье, друиды кто где, пегасы и фениксы с экипажем из магов из рода Березы на войне. Учитывая, что мне надо оставить хоть кого-то на патруль и защиту своих земель… Три эльфа-лучника, десять фей. Все.

- Совсем не густо, ребяты, - покачал головой Двалс, - что-то как-то очень всего маловато.

- Распределить роботов и бронемашины, докомпоновать их кого джином, кого ракшасов или эльфом. В каждый отряд по два человека, один третьего ранга, один второго. Распределить авиацию, пустить вперед, а затем уже по накатанной схеме, с артиллерией и захватом пехоты. Других вариантов у нас нет… Что по посольствам?

- Всадники на пони у границы, ждут падения завесы, чтобы отправиться с посольством. Двал?

- Жду, - пожал он плечами, - но в любом случае, если там какой-нибудь Рыцарь или Китаец, надо агитировать в клан…

- Или разобраться по-одному, - вставил Маг, - Вал, как у тебя с соседом. Границы упали?

Мужчина кивнул, показав пальцем на коридоры в тумане войны, а также активные горящие точки – город этого самого соседа. Тоже у реки, но замок находится на холме.

- Славянский Замок. Вчера виделся с владельцем, нагловатый лунтик…

- Кто такой лунтик? – сразу вставила Нат, но военный отмахнулся.

- В общем, вот, - движением руки открыл и показал присутствующим скриншоты молодого парня. Еще нет тридцати, если верить чертам лица, да и поведению… Одет как с картинки – «одеяние знатного боярина двенадцатого века московского княжества». На груди очень странный и даже не понятный герб – на черном поле белый кулак с двумя костями. Следующий скриншот было развернутое поле характристик. Здесь все было скрыто, кроме некоторых умений и книг.

- Посмотри на книги игрока, и ты поймешь, как он планирует играть, - ухмыльнулся гном, - Велеяр, уровень за сорок… Упор на снижение штрафа от нахождения других рас, Казначей, агроном… Ну, на мой взгляд билд хороший. В чем проблема?

Магнат Вольного Города вздохнул.

- Нет проблемы. И даже больше – ты прав, книги говорят о стиле игры. Он и экономически крайне неплохие задатки показывает двумя книжками, и упор делает на дипломатию. Сегодня с самого утра мои купцы в его городе – нормальный мужик, толковый, если верить слухам на рынке. Скорее всего донатер, так как налоги не задирает, а армия большая.

- Пригласим его к нам, помощь не помешает? – спросил маг.

- Увы, - развел руками Валенштайн, - пока рано. Сделав это сейчас, мы буквально подпишемся под факт, что у нас не хватает своих людей и поставим себя в зависимое от него положение.

- Главное, чтобы не было поздно, как противник он нам тоже вот вообще не нужен, - подала голос эльфийка.

- Время терпит. Пока что нам выгодно с ним торговать, причем всем. Мои купцы поузнавали цены, я навел справки. В общем, слушайте основу – две расы – русичи и порубежники. Одни – городские жители, другие больше обитатели диких мест. Костяк войска составляют росичи – и кроме селян, там есть два типа третье ранговых солдат, ратники и стрельцы. Первые классическая строевая пехота со щитами, вторые уже предназначены для залповой стрельбы из мощных луков. Еще два вида четвертого ранга – кудесники и станичники. Первые – слабенькие маги, типо аколитов. По одному на идол каждого из языческих богов. Исходя из сплетен на рынке, у этого Велеяра поставлены Велес, Макошь и Перун. Каждый владеет профильной школой магии и ведет богослужения. Вторые – достаточно сильные конные лучники. Нанимаются почти голыми, но при этом князе щеголяют очень даже…

- Книга бронник видимо для этого, - подал голос гном, но военный отмахнулся, предавшись воспоминаниям об военных отчетах.

- Дальше идут самые сильные и опасные. В порядке возрастания – дружинники, витязи и богатыри. Нанимаются в количестве пяти, двух и одного в неделю. Конники все, пятый, шестой и седьмой ранг. Первые среднебронированы, вторые и третьи тяжело, но исходя из полученной информации, он их всех одел в тяжелую броню. Причем витязи имеют умение капитан, потому они «воеводничают» по фортам и заставам. Последний юнит из линейки – Вещий, аналог прелата. Тоже может призывать существо покровителя, правда пожиже архангелов. Владеют профильными школами покровителя – их обычно несколько. Это многочисленная и особо не опасная раса росичей, не критичная. Те же люди, вид сбоку. А дальше идет то, что делает славянский замок опаснее. Более дорогая, менее многочисленная, почти что не умеющая себя кормить раса. Вместо экономических юнитов у них второранговые походники, не обрабатывающие землю, но умеющие добывать ресурсы и плохо владеющие оружием. Затем ватажники – уже лучше, сильнее и быстрее, зачастую владеют скрытностью и освоили либо метание дротиков, либо стрельбу из лука. Оба вида одеты кое как, не умеют сражаться в строю, но в лесах, горах или в море хороши. Дальше идет выбор между огромными котами или летающими собаками, затем пятый ранг, кудеяры – капитаны. Сильные ватажники со скромными способностями к магии. Ворожеи – ведьмы, зачастую магия поддержки, но также слабая артефакторика или зельеварение. Велеты седьмого ранга, великаны с возможность управления землей. Один дух места в неделю, ничего примечательно – получает усиление в родной местности и штраф в чужеродной, ну и трехглавый дракон. Горыныч. Немногим слабее Феникса, но учитывая книгу Творца… Не думаю, в общем, что сильно. Что думаете, господа?

Задумались все. Нат под шумок заштриховала на иллюзии территории этого славянского князя, а в условном центре – точке городе, установила пиктограмму его герба.

- Заточка под возможное перевооружение, самостоятельность в плане питания, казначей экономии ради, две расы. Широкие тактические возможности, но…

- Но нам всем весте ему противопоставить нечего, - пожал плечами гном. Крылатые собаки и трехглавый дракон? Орлы хоббитов, пегасы и фениксы, дирижабли и Рух, пожалуйста! Строевая пехота? Големы и роботы, люди и гномы. Диверсанты эти, ватажники? Егеря, ракшасы, эльфы, - не нужен нам конфликт, ребята, - сказал он, махнув рукой на карту, - только мирная торговля с ним, а потом в клан. Тем более Вал вон говорит, что парень в дипломатию упор сделал.

А Валентин понимал, собственно, причину слов гнома. Он попросту боялся, страшился. И не безосновательно, конечно – ведь какая-то клетка по диагонали, и вот она, граница уже вместе с ним. А второй фронт, когда воины пачками на первом мрут ему точно не нужен.

- Ну и из плюсов, - продолжил военный, - дешевенькие артефакты от его кудеяров и ведьм, дешевенькие зелья, и технологичность брони на шестерку. То есть вполне себе. Я из гильдии зельеваров у него уже выкупил вообще все, что только мог, на нужды армии…

- Так у меня есть алхимическая лаборатория в замке, - возмутился Рогир.

- Дорогая, - пожал плечами Валленштайн, - а тут тебе дешево и сердито.

Рогир махнул рукой, вздыхая. Он вообще переодически достаточно странно вел себя. Не удивительно, когда называешься в честь художника Эпохи Просвящения, но все же.

Все замолчали. Волшебница с интересом провела своей тоненькой ручкой линию, примерно отмечая точки соприкосновения с юным князем.

- Совсем близко, - с грустной улыбкой покачала она головой, - какого рода договоренности между тобой и этим мужчиной?

- Личные. Те же самые должны быть и у нашего Двалса с ним. Пока рано открывать такой козырь, как наши отношения между собой.

- А планы на него? – задал вопрос гном.

- Воры уже в его столице, под видом торговцев. Мои верные люди узнают всю подноготную. Часть будет сплетнями, часть – слухами. Но я не верю, что не найдутся в его государстве не довольные владыкой. Так что пока я буду подкупать, шпионить и готовить диверсии. Если он только рыпнется в нашу сторону, устрою ему восстание в глубоких тылах…

Глава 2. Орда

Стройные, марширующие ряды закованных в латный доспех от макушки до пят гномов дисгармонировали с нами. Я, одетый, мягко говоря, не в сплошные доспехи, как и богатырь с Вещуном. Драконов благоразумнейшим образом я отпустил на облет земель за этими горами, дабы они не маячили у подгорного народа перед глазами и лишний раз их не раздражали.

Колонна по-двое начала дисциплинированно расходится в разные стороны, выстраиваясь в мощный ряд из одиннадцати одинаково закованных мужчин. И только после этого из зияющей мраком дыры в земле начал церемониально выезжать правитель – с открытым шлемом, длинной рыжей бородой и верхом на огромной помеси ящера и барана. Рогатое, чешуйчатое и копытное приземистое нечто, с полным ртом заостренных зубов и тупой мордой. Наверное, степень моего удивления отразилась и на лице.

- Непись? – грубо буркнул гном. Я молча показал перстень на пальце. Лицо расплылось в улыбке, - ну тогда будем знакомы. Кирилл, владыка подгорного царства и прочая прочая прочая.

- Коля, князь славянский, - кивнул я, - будем знакомы.

Дождавшись, пока тот спустится с седла, мы ударили по рукам.

- Ну смотри, Коля, мне с тобой воевать смысла никакого нет – раса малочисленная, и эффективная именно под землей и в горах. Мне к тебе нет смысла соваться – даже имеющиеся территории заселять и заселять. Да и у тебя должно быть куда расширяться, плюс славяне – народ не горный, им земля пахотная нужна. Согласен?

Я молча кивнул.

- Предлагаю договор о ненападении, а также договоренность о четких границах. Забирай себе клетки, что граничат с твоей, да только километров пять от краев оставь – зона для прохода наших с тобой войск будет совместная. Я со своих клеток так же сделаю, пять километров. И все довольны, и перемещаться могут, и земля – земелька есть. Добро?

Гном поиграл желваками, но снова протянул мне руку. Уведомление пришло очень быстро, со всеми пунктами, как было при Валленштайне. Я согласился.

- Как вообще за славян играется? – с интересом спросил гном, а над головой вспыхнуло имя - Двалсин.

- Не хуже, чем за другие расы, - пожал я плечами, - вообще рад, что у нас с тобой так просто все разрешилось. Торговать будем?

- Будем, - кивнул гном, - у нас тут, в горах, извечная проблема с древесиной, если будут излишки, то присылай. Еда, опять же…

Мужчина задумался.

- Вообще, мы все можем делать сами, раса ремесленников, вот только у нас просто не всегда оказывается материал. Я к тебе в город отправлю торговый караван с толковым мужиком, он всем и закупится в твоем княжестве у людей, а чего не найдет у них, то в замок твой пойдет и с твоим казначеем обсудит. Добро?

Я улыбнулся.

- Добро.

Глазастый богатырь Стрибога, Богдан, пролетая над границей клетки-соседа с моими яслями, которая полностью была «в горах», причем хреново проходимых, заметил колонну из четырех десятков коротышек, сразу же юркнувших в ближайшую пещеру при нашем приближении. Зная о приросте гномов и их малочисленности, я подумал, что это какой-нибудь правитель местной шайки или форта. И не прогадал! Правда, иметь в соседах НИПа было бы гораздо предпочтительнее, но даже так, торговля с гномом и продажа излишков пищи ему, хоть бы и на монету-две больше за меру, чем на рынке, сулили мне большой выгодой, не говоря уже об продаже алкоголя. Жрут бородачи в два горла и три желудка, всегда им мало, а я могу просто не переводить сельхоз продукцию, получаемую налогом, в деньги, а ее же и использовать. Это успех!

Связавшись с казначеем, я приказал ему сразу же выкупать все излишки пищи, что будут свозить на рынок, дабы ее просто не оказалось к приезду каравана. Даже две монеты разницы за неделю составят кругленькую сумму. Ведь еду производить коротышки не умеют, как и колдовать.

И на этом хорошие новости за день просто кончались. Утро, даже не полдень, есть еще время, и я, пользуясь несомненным плюсом воздушной логистики смог спокойно направить своего ездового «коня» в сторону Болеслава, сам погрузившись в карту с головой.

И то, что эта карта сейчас меня настораживала, говорило о паранойе, как минимум. Все, мать его ити, слишком хорошо и спокойно идет. Я просто не верю, не могу поверить, что так бывает. Что это нормально. Интуиция говорит – если ты решил проблемы на части своих направлений, другая должна доставить тебе серьезный головняк. И я готовился.

Станичники, следуя приказу, на опережение попытались пройти в соседний моему сектор – и наткнулись на стену завесы новичка – неведомую стену посреди степи. Сейчас там готовился варвар или кочевник, что самое вероятное, и скоро должен выйти на свет, вылупиться. Несколько куцых деревенек они нашли, но, чтобы присоединить нужен герой, в идеале, с большим профессиональным отрядом.

Оставив парочку курсировать вдоль завесы, послал остальных дальше по плану. Крылатые псы только к полудню дойдут до границы моей области на юге. И тут они должны поделиться на группы, отправляясь кто на Юго-Запад, а кто чисто на Юг. Болеслав же ждет, когда по реке сплавят десяток парней, а прибудут к нему они, даже если погонят во весь опор, вообще только к вечеру. Ну а учитывая уехавших восстанавливать ману колдунов и Роговолда и когда они вернутся… Недельный прирост Варвара был таким, что мог в чистом поле перемолоть вообще почти кого угодно. Учитывая, что неделя только пара дней, как началась, завоевательной войны с моей стороны точно не будет. Даже если там сраный форт орков-неписей, это все равно обеспечение очень жесткого головняка лично для меня.

- Болеслав, варианты, - спокойно ответил я, не выдержав и позвонив ему. Невозможность Колдовать не закрывала возможности платинового аккаунта, безлимитного двухстороннего диалога с подчиненными.

- Тридцать человек много для того форта, владыка. А службой в северном вообще тогда становится бесполезной, если не учитывать дозор за перевалами, - ответил он мне чуть ли не сразу, - враг слишком многочисленнее, и, если у нас есть определенная возможность и уверенность в безопасности неких своих земель, может имеет смысл стянуть оттуда силы?

- Варианты, Болеслав, варианты – поконкретнее и с описанием, будь добр.

- Оставить на границе с Вольным городом пятнадцать человек гарнизона, если вместе с воеводой считать. И столько же в Северном форте. Восточное направление опасно ослаблять, а вот Запад – вот он, враг. Забрать еще десяток оттуда. И два десятка с города. Все должны быть конными, то есть брать и с конями, и закупаться поверх того на рынке. Отправить лешего, князь, в конце концов, сюда поближе. Стяжаем все силы, какие можем – вот и получится, владыка, сильное войско – такое и в бой может пойти. Если делать все быстро, то через три дня соберем не малую дружину, да ежель и вы прибудете к нам, то шансы не так и малы.

Но и это было ложью. Шансы были ничтожно, до боли малы. Потому что, если отбросить таких уникумов, как два дракона и лешего с велетом, на которых тоже найдутся свои враги, конкретно обычных войск у меня было до позорного мало. И до следующей недели с этим особо ничего нельзя было сделать.

- Выбери место, любое удобное для обороны, в случае чего. Все, что ты сказал, да с двумя ворами из Гильдии. Пока отдыхай и жди, скорее всего приготовления и стяжание сил мы закончим только к завтрашнему вечеру, и то не факт. Жди, в случае чего на тебе нейтрализация врага. Я скоро.

Перенабор. Каждый староста из новоприсоединенных деревень того сектора получил ценные указания – переселяться. На неделю я освободил их от налогов, указал места нового заселения, не сильно дальше их прошлых мест обитания. Почему? На следующей недели я смогу нанять новых крестьян. И лучше пусть эти побросают свои дома для «потомков», забирая вещи, какие смогут, и отправятся на десятки километров севернее. Лишая врага возможности получения трофеев в виде еды, халявного опыта, рабов и каких-никаких, но пусть и ценностей.

А вот у шахт появились новые работники из обычных деревень. Порубежники, вся сотня мужчин, без семей, получили приказ выдвигаться в город. Каждый кузнец получил приказ о ковке – кто наконечники для дротиков, кто шлемы. Стеганые куртки, кольчуги – старая броня найма, та, что успеют создать в виде новой, все пойдет на вооружение. Сотня двухранговых слабых солдат. Вернуть их обратно, на шахты, я успею вообще всегда.

Казначей получил еще один, новый указ – о закупке лошадей. Нужно было семьдесят пять голов выезженных животин. И это, к слову, учитывая расценки рынка – около восьми тысяч при закупе, и еще ежемесячные траты на содержание, но уже поменьше. Сотня порубежников в армии также обойдутся мне в десять тысяч ежемесячно – как легкая, недисциплинированная и не умеющая, но и не годная для клина и лобовых атак, конница, с умением кто что – метать дротики или стрелять из лука. Быстрые, дешевые, скорее для массовки и ставки на плотность вражеской толпы – то, что надо.

И в итоге, что мы имеем. Ни много, ни мало, но чуть больше сотни крестьянских семей мигрируют на север, заселяя юг моих владений еще сильнее, забивая его полями и окончательно перевешивая степень концентрации населения к югу и востоку.

Далее, полная перетасовка армейских сил. Появление врага на одном направлении и определённое спокойствие, нарушение которого будет дорого стоить для нарушителя – Север и Запад. Здесь я могу выдохнуть, хотя бы немного.

Значит, в городе остается пятнадцать ратников, витязь за старшего, два кудесника и ведьма, а также одиннадцать стрельцов. На границе с Вольным городом остается витязь, восемь ратников, две ведьмы и четыре стрельца, в северном ниже – кудеяр и четырнадцать ватажников, как универсальная среднебронированная пехота. Восток, как местность только относительно исследованная, остается с полным гарнизоном в два десятка человек – с двумя ворожеями, витязем, и семнадцатью ратниками на конях. А западный форт, как раз-таки, оставляет кудеяра и девятку ватажников. Водяной по реке контролирует передвижение ладьи, а потом будет курсировать на севере – от Озера, в которое впадает река, дальше на север, откуда будут плыть купцы из Вольного Города.

С закупкой коней, у меня на них пересаживается не только вся армия, но и полностью, целиком, все походники, которых потом придется расселять, когда вот такой вот, массивный враг будет уничтожен.

Семь станичников еще на востоке – двое у границы будущего соседа, еще пятеро пошли на север, разведывать окружающие земли. Полтора десятка летающих псов с остановками на охоту и перекус отправляются веером в сторону возможного варвара, на юг и юго-запад. Двадцать три ратника, девятнадцать стрельцов, станичник, пять кудесников, шесть дружинников, три богатыря, два вещуна, сто пятнадцать походников, шесть ворожей, кудеяр, велет, дух местности, два горыныча и два героя. Осталось дожить до послезавтра.

+_+ _ +_ +

Все люди испытывали это ощущение. Мерзкое, тягучее ощущение собственной ущербности. Муки совести ли – но ком в глотке, паршивое настроение, чуть тянущее сердце и грудь. А почему?

Я не использовал крестьян и начальных «юнитов в бою», я их расселял и заставлял приносить мне налоги. Да, присоединение почти двух с половиной сотен это здорово. Все новые шахты спокойно будут обрабатываться, и я даже вроде как не потерял в налогоплательщиках, а все что можно в городе не-интерфейсно построить, уже построено, сейчас только через источник магии. И чего я переживаю, спрашивается?

Возможность продажи доспехов улетела далеко и надолго. Затраты на войско, и так высокие, с присоединением форта, мобилизацией походников и закупкой лошадей выросли, если учесть потерю высокоранговых существ, тысяч на сорок, приблизительно, а доходы, если разрабатывать все шахты, не сказать, чтобы сильно. Повышать налоги сейчас – опасно, даже глупо. Нет у меня пока лишних войск для увеличения стражи, как и прямой жизненной необходимости в огромных суммах здесь и сейчас. Вылезла еще и проблема – отсутствия запасного вооружения для «ополчения».

Расположились мы в деревеньке, неподалеку, стягивая силы со всего моего удела. За прошедшие скучные два дня ничего особо не поменялось. Половину псов я потерял сбитыми с луков, зато понял направление, где находится замок. Две следующие тычки с примерно такими же отрядами прошли более бескровно, когда у тебя есть два горыныча. Плюс я полностью обследовал территории, получив прибавки к своим характеристикам – шестерку к устойчивости магии, по две в каждую из физических и еще единичка выносливости. И потихоньку Платон и новички-солдаты начали набирать свои законные левел-апы. Новых деревень, целых, не удалось обнаружить. Голые земли, которые так и говорят – посели на нас людей, посели!

С рассветом в рейд отправился один из кудеяров, еще новичок. Он, с лихим свистом созвал единственного моего станичника в этой армии и сорок восемь конных походников. Дай боги какой шлем есть. Броня, даже простая кольчуга, не говоря о качественной чешуе – в лучшем случае у трети. У кого-то обычный лук с парой колчанов, у кого-то по три-четыре дротика. Отряд на быстрых лошадях, созданный только для того, чтобы паразитировать на коммуникациях противника, нападать на обоз – поедет с сильным крюком, на всякий случай. Два вора появились тут только вчера ближе к вечеру, и сегодня с рассветом отправились на разведку, но уже напрямки, максимально быстро.

Молодой Роговолд, с мрачной решимостью седлал своего коня. Ему, витязю, еще и герою, даровали не хорошую армию, а сброд – шестьдесят семь рыл, с концентрацией имеющих броню чуть выше, но все равно еще не половина, пойдет перед основным войском с теми же целями. Кавалерии адекватной у Варваров не было отродясь, было подобие в виде крайне малочисленных гоблинов на волках и орков на кабанах, а малое количество этих зверей в месяц является очень серьезным ограничителем. За людские расы в этом плане играть многократно проще – так как лошади продаются даже на рынке.

Ты мне ворон, Ты мне воздух, Величиною с кулак Смотрят звезды Верхнего мира, и Горы стальные, Рогатые шлемы, Веера боевые.

Люди вокруг сидели и смотрели чуть ли не с придыханием слушали певицу. Ту самую, которой я предложил остаться в замке, она прибыла в наш лагерь воодушевлять воинов. Я же ощущал, как липкая горечь, вперемешку со злостью облепляла со всех сторон. Глубокий голос девушки вводил в некое подобие транса. Я всё глубже погружался в пучину самоистязания…

Ведь что такое правитель? Он не должен быть мягок и очень уж милосерден, в моем понимании, но отношение «свой-чужой» четко разделяет, кого можно кошмарить, а кого нет. И вот сейчас сто пятнадцать мужиков отправляются на смерть, не готовых к такому, вдвое слабее обычного среднестатистического орка. Просто, потому что я не могу обеспечить им достойной жизни и защиты. Это давило, угнетало и втаптывало самолюбие даже ниже, чем в грязь.

- Незапамятные времена были, скажу я вам, други, - произнес тихий мужской голос рядом со мной, заставив чуть поежившись от прохладного воздуха и меда, - Сварог, Отец Неба, да с Мокошью, матерью Сырой-Землей смотрели на сие с болью.

- Отчель, мудрый? – донесся другой.

- Жили мы тогда далеко от современных мест, в лесах да полях. Князья водили походы, да не было средь нас единства, как и сейчас.

- И орда с Востока пришла. Кочевники, брали с собой всех, кого только могли взять. Был у них Верховный вождь, Атилла – пригрозил народу нашему смертью. И пошли мы с ним к его величию.

- И когда ж мы стали знамениты?

- К вождю Атилле отправили посла от одного из королевств цивилизованных, да от Империи – не помню имени его. Но встретили его и людей с ним наш народ, что он описал мы летописях – сплавили на лодках, выдолбленных из одного бревна, угощали мёдом, просом да квасом.

- И что же было дальше?

- Проиграл Атилла. Империя Грифона, Королевства оному схожие, собрались воедино, да разбили мужа сего. А семьи и рода наши, привезённые Великим Ханом степей, осели поблизости. И всё чаще стали люди так называемых цивилизаций упоминать нас. Стали бояться наш род.

- И что же наш народ?

- А что народ? Захватил земли, да поселился там. Их назвали федератами – прекратили войну, разрешили создать свое королевство. Так и живёт часть из нас, в составе Империи Грифона.

- А почему мы не в Империи?

- Люди не только хотели грабить и убивать. Часть наших соплеменников пошла на север, в непроходимые леса и болота. Там и осталась. А мы потомки си, до Империи месяцы пешего пути, да до всех крупных государств далече, не дойти одному путешественнику по Землям диким.

- А знаешь ты откуда столько, жрец?

- Родился я в том крае, что сейчас окраиной Империи зовется, да хозяйничают там князья славянские, там и выучился всему и узнал многое. Много уроков жизнь в тех краях преподала мне, рад уйти сюда, подальше от Империи.

Я усмехнулся, радуясь, что смог перенаправить свое внимание с самокопания на диалог. И в этот момент чья-то рука легла мне на плечо.

В шкуре медведя мехом наружу, позади, как и любой Вещун, стоял он – с рогами на голове, средних лет, и очень пронзительным взглядом голубых глаз. Мой второй, нанятый совсем недавно, Велесов проповедник.

- Пошли, княже, - окликнул он, кивая на небольшой домик, бывший прибежищем местного старосты. Мой первый жрец, рассказывающий в рамках игры историю расселения южных славян, коротко кивнул, повернувшись к сидевшим у небольшого костра ратникам и ватажникам, скоро нам выдвигаться, - поведаю тебе всякое.

Войдя первый в дом, он быстро прошел горницу и вышел на кухню, где уселся на стул, предлагая мне скамью у печи. Послушно выполнил указание.

- Сейчас я тебе историю одну поведаю, князь? - спокойно сказал мужчина мужчина, доставая из внутреннего кармана своей шкуры длинную трубку трубку, - знаешь ли ты, как разделился мир? Вещий всё знает, и он даровал мне знание сие ещё давно, просветив. Готов ли ты слушать, дабы обрести понимание?

- Внимательно, мудрый.

- Так слушай, Ярь Влесова, да внимательно. Все народы не сразу стали… Такими. Не сразу появились у нас города, да даже деревни не сразу произошли. От начала времён люди сначала собирали всё, что даровали им боги, и много народов, ныне разных, жили в единстве веры. Дивий, переродившийся Бог, Перкунас и сомн других божеств, что властвовали над всеми людьми – сменили имена и личины, отступили и сохранились лишь у нашего народа . Но если ты думаешь, что, прекратив собирать дары богов в лесах и полях, люди сразу же стали возделывать землю, ты ошибаешься, Гневный. Люди… пошли. Наш народ стал ходить за тучными стадами коров. Он стал кочевым-пастушеским. Причём, княже, - потрясая трубкой, и явно распаляясь, воскликнул жрец, - чтобы быть пастухом, нужны лидерские навыки. Огромное стадо диких животных надо было направлять по пути, следить за отставшими, и чтобы оно не разбредалось. Вождь племени должен был быть лидером, и лидером умным – следить, чтобы от твоего стада никого не украли, а тебя не убили, а в идеале забрать коров своих соседей, или тех, кто занял твой сочный луг. Вопрос с голодом решался… просто. Обычно убивали корову, да на большую толпу тут же и съедали. Так появился Велес – покровитель мудрых вождей-лидеров, пастухов, а также их тучных стад. Владыка изобилия, утоляющий голод.

Я кивнул, отдаленно припоминая эту легенду.

- Но со временем люди начали пробовать возделывать землю. Они подумали – если кто-то гонит стада с одного пастбища на другое, то можно просто сесть между, и ждать, пока кто-то прогонит мимо стадо. И отобрать его. И в этот момент, когда наш народ начал оседать на Матери - Земле, обрабатывать её, взывать к ней. И разделился. Разделение на старых и мудрых вождей-пастухов, направляющих огромную толпу, подгоняющую ее. И молодых, движущихся, желающих показать своё лидерство – отнять этих коров, организовать работу земледельцев, воинственных мужей. Так проявился Перун в нашем мире.

- И их вражда…

- С зари времён. Долгое время Мудрый не привлекал его себе внимание, но он стар, родившийся не сильно после зари времен. Он, как бы сказали в Империи Грифона, архаичен. А Перун был молод, он силен и вступал в свои законные права, покровительствуя воинам, которые осели на земле и за нее же воюют. Молодых, резких и мощных воинов.

- Но…

- Они оба есть одно начало. Оба были завоевателями – один воевал за пастбища для коров, второй воевал за то же самое, но ещё и за тучные стада. Они оба мужчины, и оба лидеры – но Велес Мудр, но только потому, что очень стар и все видел, он управляет и направляет диким скотом с завидным успехом. Перун управляет людьми, он ведёт их в бой, владыка Гроз и Ливней. Он помогает им и напитывает Землю влагой, дабы она пропиталась житом и смогли жены не переживать о всходах, а мужья воевать. Тогда как Волохатый не даёт скоту умереть. Они оба завоеватели – но один смотрит вокруг, в поиске целей, а второй осваивает внутреннюю бездну, остановив внешнее завоевание и начав внутреннее. Чернобог, Белобог, кто прав, а кто нет – так ли это важно? Есть только победитель и проигравший, а у каждого из них есть власть. Колдун и старый мудрец проиграл воину в Великой Битве, был низвергнут и стал Кощным, изменил свою суть в нижнем мире за Смородиной, но имеет ли это смысл для нас, если проявление обоих можно найти вокруг?

Я молчал, приложившись губами к бурдюку с медовухой.

- Раньше люди жили хуже, князь. В плане условий, конечно. Не было городов, не было торговли. Но они жили духовно, по правде. Сейчас они, несомненно, живут лучше, но долго ли это продлится? Волохатый и Громовержец сходятся в битве раз за разом, но никто не побеждает внутри тебя, и это главное. Смотри внутрь себя, князь, смотри же. Есть там Правда, не дающая ни Кощному, ни Громовнику взять над тобой верх. И когда ты перейдешь грань, когда сторона Кощного, Левая Сторона твоей Сути, станет больше, чем Громовая, Правая, аль наоборот – я первый, кто тебе об этом скажет. Князь должен быть храбр и силён, как и мудр. Но он не должен ни зацикливаться в себе или же убивать всех без разбору. Блюди баланс и чутко смотри за знаками – боги не оставят своего кровника, всегда подскажут. Так что выброси из головы все свои терзания. Походники знали, на что идут, и только потому никто не стал бунтовать или высказывать недовольство, княже. Все мы созданы для битвы, и готовы воевать.

Мужчина встал, довольно потянувшись и тепло улыбнувшись мне.

- Вставай князь, выйди к людям и седлай своего коня, раз не решаешься полететь с нами на драконе. Пробуди в себе Перуна, кровник Богов. Пойдем же, нас ждут враги!

Поднимался на сцену я все же с легким сметением на душе. Вокруг, куда ни глянь – степь. Великое Поле ли, или просто небольшой участок, но ни я, никто вокруг не видел ни конца, ни края. Когда молодая девушка с раскосыми глазами, боязливо на меня поглядывая, семеня сбежала со сцены, растворяясь в толпе воителей, я расправил плечи. Диалог немного помог навести фокус, если можно так сказать. И я смотрел на них. На толпу. Несколько сотен воинов.

- Здравствуйте, други,- крикнул я, оглядывая собравшихся, - все вы знаете меня, как вашего князя, владыку Алд Вахрама и просто вашего товарища. Велеяр, имя мое.

Оглядев собравшихся вновь, и отметив, как с интересом смотрят на меня командиры удельных отрядов, кивнул сам себе, сделав шаг вперед, поближе к краю сценки.

- Сегодня мы идем туда, - рука взметнулась вперед, показав на горизонт, - несем туда войну. Никаких ладных намерений, пощады или любви, лести или же добра там не будет. Нет. Мы идем истреблять врага. Многие из вас подумают – княже, да ты с дуба рухнул! Но я хочу донести до всех, до каждого – орки есть ничто иное, как зараза, паразиты. Это ничтожные по сути своей твари, над которыми обладают только низменные желания, которые не думают о Жизни и ее красоте. У них есть только смерть.

Нервно сглотнув, я продолжил.

- Нам несказанно повезло, ведь мы сумели остановить эту заразу до того, как она расползлась по землям нашего народа, сея хаос и разрушение. Да, я знаю, что война в наших землях идет непрерывно – мы все, единое братство выгрызаем себе зубами место под солнцем. Мы удобряем Землю-Мать собственной кровью, и чествуем богов, лишь бы повезло, хоть немного повезло. И тут уже когда как – иногда везет, иногда не очень. Но…Я люблю всех Вас, люблю каждого своего подданого, всей глубиной своего чувства. Для меня важно чтобы вы все жили в процветании – дабы земля колосилась, дети рождались целой гурьбой, да все в ладу жили. Но посмотрите туда, в степь. Вы же сами только вчера надевали головы орков на колья! Вы видели эти оскаленные пасти, этих зеленокожих варваров и убийц! Они пришли, чтобы убивать – всех и каждого из вас, ваших семей, что нынешних, что уготованных богами, будущих. Они пришли похитить наших женщин, убить и растлить наших детей. Они пришли в этот край не с миром, но держа в руках оружие! Так, други, давайте покажем Варвару, что такое – сила русского духа?!

=-=-=-=

Шел пятидесятый день Валеры. Валера, сам по себе, как молодой двадцатилетний студент, пришел в Земли Меча и Магии, чтобы сбрасывать свой пар – и никто не мог осудить его за это. Обычный, добрый и спокойный парень в Землях стал диким, полубезумным Варваром, с криками и воем накатывающий свои безумные армии на врага.

Нельзя назвать этого молодого парня плохим. Отнюдь, вовсе нет – и даже выбор Замка в какой-то мере об этом и говорит. Хороший, психологически здоровый парень не мог смириться, и не хотел, с безумными экспериментами Чернокнижника, копошением в трупах Некромантов. Он просто… веселился. И все его знали, как доброго, спокойного, веселого студента.

Вот и сегодня он быстро вбежал в свою комнату после очередного дня и лекций в ВУЗе. Юноша, будущий маркетолог, девушки не имел – зато имел пару подруг, которые нравились ему. И, конечно, Леночку.Леночка из группы же любила смотреть видео молодого Варвара. У него было две тактики, и сейчас придется использовать не любимую – когда надо не просто сказать «фас».

Добро пожаловать в мир Земель Меча И Магии.

Хотите начать игру за персонажа «Лылузыоизыч»

Да/Нет?

Да.

Лылузыоизыч

Раса: орк

Уровень героя: 49

Класс героя: Варвар

Классовое Умение: «У нас тут приличное общество»

Сила – 55 (+16) (+5) (+12)

Выносливость – 35 (+4) (+14)

Ловкость – 35 (+19)

Сила магии - 3

Ментальная выносливость - 3

Устойчивость к откату- 3

Умения: Тактика III, Стратег II, Обучающий I, Уклонение I, Лидерство III, Логистика II, Нахождение Пути II, Конная Лава I, Мастерство Владения II, Механика III, Тренировка Силы V, Железный Кулак II, Мародер III, Бич Божий IV, Геноцид III, Вселяющий Разум III, Создатель I, Преданность I, Мастер Сотворения I, Вдохновение Битвы I, Мощь Зеленых I, Живучесть Орка I, Кровь Вождей I

Знания: Раса Орки, Раса Гоблины, Военначальник, Расовая Мудрость III, Кавалерист, Мясник, Тиран, Оружейник, Бронник, Физическая Подготовка, Мастер Осадных Машин, Нетерпимость, Творец

Здоровье: 1970, запас маны: 30, устойчивость к магии: 9

Начать игру?

Кукла лысого, словно колено, орка – зеленого, перекаченного мышцами, и покрытого шрамами с ног до головы, крутилась на триста шестьдесят градусов. Можно было спокойно открыть все кладки и посмотреть набор артефактов, дающий огромные бонусы – самые последние цифры в скобах характеристик.

Появившийся в лагере, мужчина аккуратно встал со своей, застеленной шкурами, кровати. Внутри шатра было пусто – но лагерь кипел снаружи. Валера включил съемку и запустил стрим, надеясь, что Она будет смотреть.

У юноши был достаточно странный билд – с помощью книги творца и классового умения он сделал из своих подчиненных… Не умников, нет – у орков было игровое ограничение на интеллект, но относительно адекватных сущей. С обычным интеллектом, что может сделать послушным. Умения военначальника сделали из них достаточно дисциплинированное и сильное войско, которые в том числе опираются и на разум. Вековые Варварские традиции жизни удовлетворены отрицательными книгами Мясника и Тирана, а выбранные оттуда умения дают только бонусы к такому несамостоятельному замку.

Мастер Осадных Машин, Оружейник, Бронник и Кавалерист же усилили и его артиллерию, и урон с защитой, но! Книги позволили вооружить армию хорошо. Да, за последние сутки юноша потерял суммарно сотню воинов – в первой стычке почти шесть десятков, и еще несколько разведывательных некрупных групп. Но это было не страшно – не вооруженные нормально, новобранцы – они не стоили особо ничего. Зато сейчас в его лагере были ветераны и бывалые. Опытные воины, вооруженные хорошим для орков оружием, в кольчужных рубашках и бригантинах, с ростовыми щитами. Слишком мало, конечно, тех, кто был с ним с самого начала - высокоуровневых. Но были и такие.

Встав, тот вышел из шатра наружу. Солнце слегка слепило, но это временно – враг находится так, что бой будут принимать сбоку от света. То, что славяне не пойдут на штурм лагеря тот был уверен на все сто, особенно учитывая торчащие наконечники дротиков из небольших баллист.

- Великий владыка господин, - подбежал один из орков, падая на колени, - великий владыка господин, наши воры поймали одного из гильдейских воров славян, уже отправили в котел! Прибыл хан! Воины готовы, смиренно ждут войны, но очень хотят поскорее отправиться убивать людей!

Валера промолчал, картинно поигрывая желваками. Огромный орк десятого уровня, без одного глаза, заискивающе лепетал, стоя на коленях перед своим вождем. Секунда, и ятаган, до того висевший на поясе, застрял аккурат между глаз гонца.

- В котел его, - крикнул Варварский Вождь, - и еще того, кто кинул в котел Вора, и не подождал моего прихода из мира неумирающих. Ну и, если у кого-то из вас, сучьи потроха, есть недовольство ожиданием… я жду. Подходите.

Подданые застыли, словно недвижимые статуи, боясь даже пошевелиться. Валера осклабился. Ему нравилась эта игра, и нравилось выпускать здесь пар.

Его боевой вепрь, большой и ни разу не приземистый, с удовольствием хрюкнул, когда орк подошел и потрепал того по колючему подшерстку. Не аккуратное седло из грубой кожи в очередной раз приняло задницу в усиленных кожанными накладками штанах.

Хан, из числа неписей, принял его спокойно, ожидая на краю лагеря с некоторыми своими войсками. Как известно, невозможно воевать с кочевниками, не имея большое количество конницы – это самые настоящие и очень быстрые паразиты, которых трудно ловить по степи. И войска Валеры не имели большое количество. Да и зачем воевать с единственным союзным Замком, пусть и неписем.

- Приветствую, Хан, - поклоном головы высказал уважение орк, - хорошо ли Вас встретили в мое отсутствие? Достаточно ли почестей оказали Вам, уважаемый друг? Или мне проучить встречающих, чтобы в дальнейшем они думали, как не высказать достаточно уважения такому благородному мужу?

Кстати, на него, Хана, и его кусок степи в почти три клетки на Юге, прямиком на границе с морем, юный орк имел очень и очень большие, долгоиграющие планы. И надеялся очень серьезно подставить его, кочевника, под силы славян. Особенно учитывая, судя по докладам их собственных воров и уничтожаемых почти сразу отрядов, у них тоже было крайне много конницы. А так, пусть оба друг друга измотают, а Валера разобьет обоих. Армию Кочевника уничтожит, в его форт поставит свой гарнизон, и будет скупать чабанов – которые обеспечат его оркам и гоблинам звериное мясо и сытные обеды из конины и овчины.

- Здравствуй, Вождь, - кивнул Хан, - все хорошо… Ты собрал большое войско, чтобы уничтожить славянскую угрозу, как я поглядел?

Валера кивнул, выпятив грудь и осклабившись.

- Две сотни гоблинов, но они больше, как провизия для остальных. Двадцать огров, семь троллей, и полторы сотни орков. Ну и три десятка гоблинов-шаманов, я их учитываю отдельно. А скольких привел ты, мой друг?

- Сотню конных, из них десяток кешиктенов, и десять шаманов, друг, - благосклонно ответил узкоглазый, поглаживая клиновидную бородку, - Мне кажется, что у славян просто нет шансов на победу.

Открыв карту, и показав ее зрителям стрима, парень выбрал своих воров и красные точки, выделяемые им, посмотрел логи продвижения.

- Три отряда – один около полусотни конных едет отдельно от всех, а два отряда почти друг за другом, Хан. Они думают либо ударить нам в тыл одним отрядом, либо в правый фланг…

— Значит надо спутать им планы, так ведь?

С виду могло показаться, что идет орда, но это было не так. Идущая толпа на самом деле шла, плюс-минус следуя боевым порядком, и за минуту, под окрики командиров достаточно быстро собиралась в ровные боевые порядки. Две большие армии соединились в одну огромную, пусть и не самую качественную.

На горизонте показались точки отрядов славянина. В личку скайпа посыпались возгласы друзей, подбадривающих перед боем. Но за спиной Валеры, за эти пятьдесят дней такое количество битв…

Он не взял все свои силы – оставив гарнизоны замка, многих своих фортов, а также небольшой, но убойный отряд из всех своих бегемотов, огров с троллями и варварской конницы для уничтожения оставшихся боевых всадников Кочевника на его землях, с небольшим числом орков и гоблинов. Поэтому сейчас, рядом с ним не было ни одного из своей гвардии – элитных войск или просто высокоуровневых. Но был уверен, что и этого хватит на молодого, совсем недавно «вылупившегося славянина. Ох, как же этот игрок зря начал агрессию.

- Воздух, - коротко вскрикнул Вождь, - строимся!

Собственно, построилась армия достаточно вытянуто – на левом фланге встала Варварская кавалерия, на правом – сотня всадников Кочевника, а по центру – прямой и ровный строй бронированных орков, в хороших шлемах, кольчугах и бригах, с большими щитами. Огры, тоже в броне, стояли и скалились среди строя орков, держа ростовые для себя щиты, сложенные из досок огромного размера и толщины. Позади всех стояли Тролли с арбалетами баллист в руках, которые для них были как раз. Стрелять из них не хватало ума, а вот таскать – самое оно. Те быстро поставили все запчасти, которые несли на себе – а в армии Валеры Тролли и Огры были одновременно и главной ударной силой, и обозом – извозчиками.

План славянина, видимо, был в том, чтобы продавить левый фланг врага, отчего и отдельный отряд кавалерии. Но точно также поступил и Валера, расположив на своем правом фланге сильный отряд конницы, а на правом достаточный, чтобы поймать славянина. Хана Косатику.

Семь арбалетов и расчеты в виде орков и гоблинов встали рядом, в арьергарде. Первый ряд в тридцать самых защищенных орков, в самых тяжелых доспехах, с щитами и короткими копьями, и следующие два ряда с длинными пиками, причем у каждого ряда такая длина, что все три выставлены вровень. Тактика, отработанная многократно. Такой строй орков штурмовать… глупо.

Вслед за ними уже стояли огры и гоблины непонятной толпой, а с флангов стояли остатки, разбитые на две части. Когда «кавалерия» уйдет, они не должны позволить зайти в тыл.

Наверх поднялись глаза почти всех. Два огромных силуэта, вокруг которых кружились силуэты поменьше, летели на такой высоте, абсолютно недосягаемой для осадной машинерии, тем более варварской – не самой лучшей. А впереди и на западе медленно, видимо, чтобы не загнать лошадей раньше времени, приближались толпы всадников.

- Пока рано, - остановил Валера взмахом руки порывающегося Кочевника, наблюдая. Он бегло прочитал про новое обновления месяцы назад, которое частично оживило игру и привлекло новых игроков. Но чтобы здесь, на их большом острове увидеть этот новый замок во плоти… интересно и не обычно, как минимум.

Драконы и мелкие существа не особо опасны, на сколько он помнил. Это не черные драконы чернокнижника, и даже не красные. Так, серединка на половинку. Но вот возможности кастомизации вражеского войска, то есть как он ловко всех пересадил на коней значит только одно – книга творца и построенный рынок.

Мужчина, вместе с заливистым свистом, махнул рукой. И все резко задвигалось! Его собственная кавалерия, почти четыре десятка гоблинов и орков на животинах помчались вперед, с криками и улюлюканьем. Хан-непись, увидев один из самых ненавистных для него Замков, погнал по дуге своих кочевников, готовясь к излюбленной тактике, кружить вокруг врага и застреливать его издали.

Орки, с довольным ревом, легким бегом помчались вперед. Заорали сержанты, и ряды, стараясь не разрывать своего строя, зарычали, в едином порыве помчались на врага. Огры, шумно выдохнув, подхватили свои огромные щиты, аккуратно побежали вслед, а тролли потянули веревки, прикрепленные к лафетам небогатого артиллерийского парка. Варвар и кочевник плохо оборонялись, но умели нападать.

Но рано, слишком рано! Славянские войска подождали, разделились, и к отряду на левый фланг поскакали более серьезные конники, а большая часть сконцентрировалась на правом, откровенно убегая от орков, воюя с Ханом его же методами – луком, стрелами и дротиками.

Два дракона с роем мелких летунов, в то же время, пролетели вне зоны досягаемости удара скудной машинерии, в полете разворачиваясь. Семерка троллей была не только отличной тягловой силой, но еще и шикарной охраной. Валера, все равно испугавшись, силой своего приказа заставил всех, откровенно побаивающихся подобной встречи гигантов, встать рядом с расчетами, стремительно пытающимися развернуться. Орк на кабане не знал, куда направиться – к пехоте, остаться с артиллерией или попытать счастья у конницы.

И рядом с двумя летающими тварями сформировались еще две, на этот раз даже сильнее, но всего на три минуты выдернутые в этот мир. Огромный, пятиметровый летающий воин в ламмелярном доспехе из личной дружины Перуна, и бескрылый дракон, Змий. И оба метнулись вниз, к врагам – один метал молнии, второй же, раскрыв пасть, изверг из недр своей глотки столп пламени, поливая им стоящего ближе к нему тролля. Миг, всего один. И с гулким грохом они впечатались в своих врагов.

Оттуда же полетели стрелы, да боевые заклинания, в самый низ, атакуя корявые боевые машины и их обслуживающий персонал. Уже тогда, что в голове Валеры, что в глазах той несчастной семерки троллей, нехотя, отразился страх драконьего пламени из шести голов разом. Но это было только начало, когда цепная молния одного из Вещунов убила расчет двух машин разом, а Трясина второго утопила сразу три.

Плотный строй тяжелых всадников, сразу после легких и быстрых застрельщиков и лучников - отработавших по орде Кочевника, врезался в построение, неся смерть и разрушение. Доспехи были явно лучшего качества, по сравнению даже с катафрактами, и степное воинство, забирая жизни славян, теряло своих людей многократно больше. Они, буквально, стачивались об тяжелый кавалерийский клин. Но это была ошибка, фатальная ошибка того, кто стоял во главе этого клина. Прекратив обстрел и кружение вокруг… Армия славянина завязла.

На другом фланге с отрядом легких застрельщиков соединились два десятка ватажников. В сторону орочьей кавалерии полетели дротики и стрелы гораздо активнее, а некоторые не боялись сойтись в рукопашной, принимая удары ятагана на свои сабли..

Расчеты, понимая, что развернуться в сторону драконов не успевают – да что там, им бы выжить, когда два исполина, с помощью заклинаний и стрел разносят куцую «ставку», выпустили по снаряду в толпу всадников, убив из двух оставшихся орудий аж восемь воинов разом, и побежали – не назад, их Вождь потом обязательно найдет. В схватку, в надежде умереть в бою, как подобает. Умирать в неравной схватке никто не хотел.

Пехота, ведомая приказу бегущего Валеры, разделилась на две части, где большая рванула к завязнувшей основной массе конников, а меньшая – на левый фланг. Пусть и изрядно потрепанные после залпа, а оттого и прекратившие кучковаться, но славяне не сходились лоб-в-лоб именно с Варварами, лавируя на быстрых лошадях и расстреливая издали врага. Их тяжелая конница завязла в небольшой армии кочевника, и если удастся добраться до нее через отряд легких застрельщиков, то удастся ее попросту уничтожить.

Драконье пламя, свист стрел и заклинаний, неравная битва. Две силы сошлись в едином порыве, стремясь уничтожить друг друга. Тяжелые капли дождя начали падать на землю, все быстрее и быстрее, освежая борящихся друг с другом, размывая почву под ногами. Секунда, другая, и разразился жуткий, плотный ливень, с порывистым ветром. Это кудесники, оставшиеся глубоко в тылу, вместе с ведьмами нагнали грозовые тучи.

Один тролль, обмотанный длинным бескрылым змеем и удушаемый им, валялся у обугленных баллист, медленно умирая – два других тролля мешали змею впиться в шею и окончательно убить свирепую тварь Варвара. Дружинник Перуна сошелся еще с двумя, ловко парируя удары грубых лап мечом, и отпугивая остальных молниями. И, наконец, Горынычи – жестокий залп пламени из шести головой разом, стремительно скатил жизни четверых тварей до красного сектора. Целая куча летающих псов, мешающих, отвлекающих, сбивающих выживших, обрушилась на здоровяков, в порыве сбить с толку, выцарапать глаза, и дать призываемым существам возможность добить арьергард.

Шаманы кочевника и Варвара закончили камлание, понимая главную цель. Четыре десятка духов рванули к приближающимся драконам. Вещун Перуна обратился орлом, быстро вылетев с седла, а Велеса – Змеем, падая, подхватываемый коллегой. И примерно в тот момент обоих мифических драконов накрыло волной духов. Дружинники умерли почти сразу, не в силах сопротивляться. Оба змея, словно отмахиваясь от сомна насекомых, мотнули головой и трепыхнулись, стремительно пойдя на сближение с землей. Конечно, магическому существу убить дракона, со всем набором умений и силой – не реально. Зато дезориентировать – вполне.

Смешались в кучу кони, люди… В таком ливне, сгустившемся кругом сугубо над столкновением основных армий, никто не понимал, кто где, просто выбрасывая оружие вперед в надежде убить врага. В едином порыве орки прорвались к временным союзникам, пустив вперед тех, кого было не жалко, гоблинов. Две сотни, прирост замка и одного форта, рванули, метая дротики, стреляя из духовых трубок, потрясая мачете. Их маленькими телами усеяна дорога, по которой прошла колонна орков, в порыве убить всадников. Кони целыми пачками умирали в той толкучке, в каше из грязи, орков и людей, ложились трупами от стрел, дротиков и копий с клинками, давили наездников или врагов. И не спасали размеры – удар мечом от витязя или богатыря гарантировал смерть даже огру. Давка, полная ярости и смерти, скрытая в ливне даже от двух сражающихся неумирающих. Хотя, нет, от одного – второй находился в самом эпицентре, с рыком сражаясь рядом со своими воинами.

Три минуты прошло, оба призванных существ развоплощены, арьергард врага сломлен. Два Горыныча, с помощью шести голов, магическим драконьим пламенем выжгли назойливых духов на земле, а теперь отбивались от нескольких десятков огров. Те подбежали за время этой недолгой заминки, и били огромных полугидр-полудраконов своими корявыми, но окованными железом дубинами. Те не оставались в долгу, отвечая ударом когтей и клыков, а также залпами пламени – шесть голов, все таки, это немало.

Ливень лишил малейшей кооперации большую часть армии обоих сторон, с ее небольшими отрядами. Валера видел все это, сидя на троне своего замка, укрывшись шкурой. Он с нетерпением исследовал карту, отдалял и приближал изображения, показывая то тени, мелькающие в сплошной стене из воды, то сцепившихся варваров и славян, то отбивающихся от огров Горынычей. К последним на помощь пришли маги, те самые, что сбежали от атаки духов, обратившись зверьми. Буквально в тридцати метрах от группы, эта парочка принялась поливать заклинаниями. Вещун Перуна метнул цепную молнию, а Велеса – свою излюбленную Трясину.

Валера снова, приближая и отдаляя камеру, пытался хоть как-то показать зрителям главное сражение, в завесе из воды. И основная толпа там, в месиве из грязи, на горе трупов, даже без намека на какую-то слаженность, просто убивала друг друга. Стоило студенту умереть от огня, вместе со своим боевым вепрем, как его ауры прекратили действие, и орки из слаженного и послушного механизма вновь стали сбродом. Вызванный магией дождь заглушал даже звуки.

И если драконы, с помощью сильнейших магов славянского замка, отбивались достаточно относительно, можно сказать, что между ними образовалась некая ничья. Если битву с основным воинством нельзя было даже примерно охарактеризовать – красные точки на миникарте всплывали и гасли, как и его – зеленые. Если все шаманы сейчас камлали, лишь бы убрать эту наведенную стихию, то вот левый фланг грозился быть разбитым. Из-за того, что «кавалерии» было слишком мало, изматывающая тактика сыграла на руку – и «легкая» кавалерия славян дальнобойным оружием просто расстреляла, пусть и с потерями, всадников и животных. И с минуты на минуту грозилась обрушиться либо на огров, либо умчаться в ливень, и попытаться пробить тыл.

Но Валера не отчаивался. Он лишь усмехнулся, уводя камеру на многие километры от битвы, к своим войскам. Не резерву или охране замка, а настоящим воинам. Стройные ряды орочьих наездников на вепрях, гоблинских на волках, еще четыре древних багамута, огры и тролли, шаманы всех видов и мастей. Ударный отряд, самые опытные из опытных – сливки, одним словом. Они, следуя приказу, рванули вперед. Перед ними стояла другая задача, забрать земли ранее союзного, а теперь мертвого Хана Кочевников. Почти несколько сотен километров территорий, и все останется бесхозным – ведь именно Хан, умирая, связал конницу врага боем, заставил их завязнуть и помог настигнуть пехоте. А то, что умерли собственные бойцы… Так бывает. Враг обескровлен, обезжирен и почти полностью лишен армии. Он точно не полезет ближайшие пару недель на юг, а Валера за это время, с помощью колдовских фортов, сможет выставить армию многократно сильнее и больше, чем сегодня. Да с парой Древних не сравнятся эти жалкие драконы!

С чувством собственного превосходства, юноша выключил запись. К этому моменту остатки летучего отряда разметали гоблинов, а затем повернули на помощь драконам. Валера выделил свое воинство и указал им сблизиться, соединиться – ограм и остаткам орков и гоблинов, аккурат в том месте, где и был летучий отряд. Драконы изранены, с порванными крыльями и жизнью почти что в красном секторе, у магов не должно оставаться много маны, больно активно они колдовали. А что до неумирающего… Как минимум, Валера очень сильно потрепал его армию.

_+_+_+_

Я с ужасом оглядывал карту, облачившись в запасной комплект брони в замке и седлая одного из коней. Сорок воинов. Всего сорок, сколько осталось, пока оркоиды не побежали, то ли в страхе, то ли по мановению своего владыки. Сразу же подъехала телега, набитая ведьмами в которую был запряжен Велет, подъехали кудесники на конях. Пока Вещуны делали все возможное, пытаясь откачать Малыша, а десяток магов ходил по полю и по моей указке вытаскивал с того света самых тяжелых, расходуя ману, выжившие собирали коней в табун, кто сам остался в седле. Не раненным оказался один только походник из ватаги кудеяра, расстрелявший четыре дротика и лично в бою изрубивший одного орка и его боевого вепря. Герой, мать его, в рубашке родившийся.

Сорок воинов и Болеслав в коматозе. Тринадцать магиков, в битве не учавствовавших, велет также, два горыныча, три ратника, Ратибор - единственный выживший богатырь, одиннадцать ватажников и девять походников. Уже выводя коня из замка, я выматерился и жестом подозвал конюха. Дурак, незачем мне идти, да и не поспею, случись что. Сутки будут нужны, чтобы регенерация затянула остатки ран змеев, и то, поедут они без наездников. А в полночь, уже достаточно скоро, через десять часов, оба вещуна получат возможность призыва. Отобьются, если побежавшие решат взять реванш. Да и не так их много убежало.

Все маги слили остатки маны в исцеление выживших, затем часть людей будут собирать лошадей в единый табун, а часть – собирать трофеи и грузить их в седельные сумки лошадей. Все, абсолютно, пусть рваное, дырявое или дрянного качества – плевать. На лошадей, а оттуда все разъедется по фортам. Соразмерно – сначала в замок, подобрать и систематизировать броню по типам и призываемым существам, потом в форты. Все лишнее ровным слоем по фортам, чтобы их кузницы потихоньку запасались новыми комплектами брони и оружия, занимаясь перековкой, а заодно прокачивали умение. После десятого уровня «кузнечного дела» там такие шедевры начнут получаться…

Коней тоже распределить поровну. Даже на взгляд, там хватит, чтобы посадить весь прирост. Не смотря на огромную смертность среди животных, орда кочевника еще подарила быстрых лошадок. Весь гарнизон моих владений, все эти воины, и часть со следующего прироста, уж точно. Солдаты, ошеломленные резким и суматошным поведением, мрачно взирали на мои метания. Догадываются. А с балкона с не меньшим охреневанием на меня смотрела молодая Белава.

Вздохнув, вбежал обратно в замок, бегом метнувшись по этажам вверх. Я ничего не сделаю сегодня, и ничем не смогу помочь. Сегодня и завтра драконам надо отдохнуть – второй уровень устойчивости к магии, не сто процентен, но сильно режет и исцеляющие заклятия, нужно время на естественное восстановление. Это первый случай, когда мою армию вот так наголову разбивали. Нет, в процентном соотношении, бывало и хуже, но там и масштабы другие, и враги пожиже. Сейчас просто тихий ужас.

От досады ударив кулаком в стену, зарычал, проверяя остальные вкладки. Караваны Валленштайна здесь будто бы прописались, и корабли шли потоком от реки, через озеро и к замку. Водяной осматривал корабли на границе моих земель, а затем они допускались сюда. Здесь они закупались всем, чем только можно – едой, оружием, предметами быта. И распродавали свои товары моему населению. Тонкая струйка денег с налога на торговлю наполняла мою казну.

Несколько деревенских, за половину «выручки» в один рейс, начали возить излишки еды и алкоголь гному, привозя деньги. Половина сверхналоговых денег шла им. И, кажется, я своими руками начинаю создавать купцов.

В плане морали населения все потихоньку идет в рост. Немного недовольные своей судьбой крестьяне тоже почти вышли к среднему значению морали, а варяжская, как и всегда застыли около нуля. Налоговые сборы выросли за первые дни недели, а содержание армии упало на порядок.

Два уровня за бой, как это чертовски мало – ведь должно быть гораздо больше, даже не смотря на системное «Ничья». Обе характеристики полетели в Силу. И выбор у меня встал между Преданность и Обучающий, а второй вариант – Эконом и Земледелие. Мой выбор пал на Преданность и Эконом. Первое умение давало мне возможность неделю не платить воинам и не получить бунт, а второе – повышало бонус книги «Казначей» от налогов и дохода замка. Так что с завтрашнего дня замок и ежедневная прибыль уде даст чуть больше денег.

Затем открыл вкладку земли и ее истощенности. У гор плодородие было явно хуже, и это при условии, что у каменных великанов никто особо и не селился, только наги. Остальные поля вполне себе плодородны, причем на юге и востоке, по дуге, основные и сменные поля составили почти всю территорию.

Вместо снятия всех элементов брони, спокойно перетащил в инвентарь всю амуницию. Поймав служку, смерившую меня похотливым взглядом голубых глаз, улыбнулся ей. Рука девушки легла на мое бедро.

- Не желает ли господин…

- Желает, да еще как, - захохотал я, - принеси со склада мой классический набор трав, котел и остальные вещи для зельеварения в мою комнату.

- Но там эта заперлась…

- Твоя будущая госпожа и моя невеста, - улыбнулся я еще шире, - так что будь с ней вежлива.

Молоденькая девушка скривилась, отпрянув от меня и вежливо убирая руку с бедра.

- Тащи, -кивнул я, направляясь к источнику магии. Там как раз стояли два стрельца с бердышами в руках, о чем-то тихо переговариваясь.

Увидев меня, мужчины замолкли, вытянувшись по-струнке и вперив взгляды в каменные стены замка.

- Вольно, бойцы- махнул я рукой, подходя к двери. Лиц мужчин не увидел, но надеюсь, что они действительно обрадуются, что не надо сидеть без дела на одном месте. Когда в проеме показалась узкая каменная комнатушка с бьющим в небо синим потоком магической энергии. Убедившись, что все хорошо, я кивнул – больше сам себе, чем кому-то.

Затем я взбежал по лестнице на еще один этаж, дойдя до своих покоев, охраняемых двумя стрельцами. Те тоже вытянулись по струнке, замерев, словно высеченные из камня. Я молча им кивнул, доставая портсигар и закуривая. Дверь мне открыл охранник.

- Привет, - махнул рукой девушке, выпуская едкий дым из легких, - как живется тебе здесь? Что было в мое отсутствие?

Та улыбнулась уголками губ.

- Скучно здесь, а эти два чурбана у двери не пускают из замка погулять.

- Их задание, - пожал я плечами, вставая в центр комнаты и краем сапога поддевая ковер, чтобы его немного отбросить, - денно и нощно бдеть, дабы ты в безопасности была. Ну еще вдруг сбежишь.

Девушка помрачнела.

- Извини, тяжелый день…

- Что случилось? – буркнула девушка.

- Мы почти проиграли, Бела. Из всей армии, из тех двух сотен, что я повел на сечу, выжило четыре десятка. Все ранены, устали и едва могут собрать трофеи. Я умер там…

Перед глазами пронесся огр, замахивающийся дубиной. Как я поднырнул под его рукой, вонзая топор в его уязвимую ногу. Движение дальше, из инвентаря в руках образовалась рогатина – короткое и толстое копье, сразу же оставленное в первом мелькнувшем орке. Живот тянуло кинжалом, вонзенным юрким гоблином очень метко – чуть выше, и грудная клетка, аккурат между пластин брони. Я умирал, причем быстро, истекал кровью. И тот огр, что не успел повернуться, но припал на колено – эта махина пяти метров, нависающая тенью в ливне и упавшая, словно башня, была символом для всех в округе. На меня, сильнее любого только нанятого орка или гоблина порознь, задавили массой. Топоры, мечи, копья и пики, все смешалось в единой буре мечей, обрушившейся со стороны врага.

- То, что происходило там, было ужасно на столько, на сколько это вообще возможно, - выдохнул я, прислушиваясь. Дверь распахнулась, и три служанки несли все нехитрое оборудование.

- Начинайте готовить перекус, - приказал я, принявшись раскладывать в удобном порядке на каменном полу котелок, травы, колбы и реторты. Все-таки, зельеварение – не алхимия. Можно буквально на коленке клепать всякое. А как только мой штат ведьм вернется, мы заготовим зелья на весь будущий поход. А артефакты с армии орков, или же моей, что не пойдут в долю сорока выживших, будут починены, улучшены и также пойдут на экипировку.

Вспомнив, я открыл карту и приказал лешему, кроме патрулирования, собирать все полезные травы. Пусть и в перспективе, но даже слишком полезно для меня и моей задумки.

- Бела, убери все, что может вызвать пламя вокруг меня, - приказал уже я ей, рукой обрисовав небольшой круг, - придется развести небольшой костер, но удобнее покоев у меня места попросту нет. А я в процессе любой работы отдаю предпочтение комфорту.

Та, постояв секунду, начала выполнять мой приказ. А я аккуратно облил небольшие деревяшки маслом и пытался высечь искру с помощью кремния. Конечно, я мог попросить у служки принести мне свечу, воска в славянском замке всегда было в достатке. Но это, методичное и систематическое высекание вводило в особое состояние, было как частью ритуала приготовления.

- Расскажешь про бой, Неумирающий? – грубо, но неуверенно спросила девушка. Ещё бы, она то ожидала всякого, но не такого вот спокойного отношения к её персоне, когда вроде бы мне и плевать, но и без виду не оставляю. Есть и есть, а у меня своих дел охренеть и больше.

- Конечно, жёнушка, - ухмыльнулся я, похлопывая рядом с собой- садись, дворяночка, заодно будешь травки с того края подавать.

Искра наконец взялась, и небольшой костер вспыхнул, облизывая нехитрый шалашик из сухих веток. На них я поставил котелок на высокой треноге, литров на пять. Он был заполнен водой примерно на три.

- Пусть кипит… Подай пожалуйста вон тот кулек с синими цветочками.

Не зная, понимает ли названия растений девушка, решил не выставлять ее глупой, и даже больше – дать возможность поумничать. Мне-то система все подсвечивает, даже услужливо названия подсказывает. А внутриигровой электронный блокнот еще и служит чудесным хранилищем списка рецептов.

Взяв в руки ступку и пестик и сверившись – ага, две щепоти на литр, засыпал в ступку и начал усиленно их давить. В этом зелье важна именно кашица.

- Ну так что? – спросила девушка, немного поерзав от нетерпения.

- И вон тот кулечек, с крапивой, тоже подай, - приказал я, вывалив кашицу из ступки в закипающий котел и помешав, - а потом быстренько промой в ведре инструменты.

К чести Белавы, та не спорила. Молча, послушно, делала все. И лишь после того, как передо мной стоял чистый инвентарь и кулек сушеных крапивных листьев, продолжил.

- Возьми вон те цветочки, желтые в красные пятна, да в руках перетирай. Они не ядовиты, и сильно засушены. Как перетрешь в порошок, три листочка, засыпай…

Я же взял засушенные листья крапивы, девять штук, листок беладонны и три щепоти полыни, начав смешивать это в ступке.

- Замысел был в том, что мы превосходим врага, как ни странно, мобильностью. И лично я рассчитывал врага просто расстрелять из дротиков и луков, попутно поливая огнем, заклинаниями и всяким таким.

- Серьезно? – нахмурилась девушка, представляя мою безалаберность.

- Конечно, нет. Кантабарийского круга без долгих тренировок не вышло бы, но вот метнуть дротик и отступить, уступив место другому, показалось мне хорошей идеей. А потом использовали бы тактику… В моем мире были такие всадники, гаккапелиты. Они дважды стреляли во врага, а потом сминали строй на свое сильной и выносливой лошади…

Девушка коснулась моего плеча рукой, словно слегка погладила. Я улыбнулся.

- Ты так грустно говоришь о своем мире, Велеяр. Почему?

- Потому что я там почти умер, окончательно, - горько усмехнулся я, засыпая порошок после того, как Белава закончила со своим и начав мешать котел. Три литра, хватит буквально на пятнадцать порций напитка, - и был выбор, либо тяжело умирать, либо перебраться в твой мир навсегда, Бела. И я здесь, а моя мама, моя сестра и многие друзья там.

Та промолчала. Мы так и просидели минуты три, молча, пока вода окончательно не окрасилась в грязно-бордовый и не закипела.

- В общем, планы спутали степняки. Их там оказалась хренова туча, да и Варвар не отстал, пригнал целую толпу зеленокожих. Спасло то, что у них просто не было сильных войск. Семь троллей, двадцать огров, и немного сильных всадников. Остальное примерно соответствует нашим ратникам и стрельцам с ватажниками, а то и хуже. Одеты так, будто собрались на конкурс «Лучший убогий бомж года»…

- Кон-сурс?

- Ээээ, ну, это когда много людей соревнуются в чем-то, - выдал я, и лицо девушки разгладилось, - забава такая…

- Бомж? А это как? – изогнула бровь девушка.

- У нас, в мире Неумирающих, так называют бездомных.

- А чего всем миром не собраться, да терем не сладить? – взметнулись брови девчонки, - аль не приютит кто?

Я хохотнул.

- У нас там другие правила, подруга. Как многие говорят – человек человеку волк, и не иначе. Но я тут, а не там, и веду себя соответствующе, да? Продолжу?

- Конечно, - кивнула девчонка, следуя моему жесту рукой, подала вязанку с мятой. Три листика полетели в котел.

- Степняки спутали планы, пришлось корректировать. Но положили мы их не счесть, больше, чем сами потеряли. Сейчас выжившие собирают трофеи.

- Переживаешь, - догадалась девушка, - почему?

- Болеслав, что еще твоему отцу служил, тяжело ранен, бредит. Там все наши свободные колдуны, авось и выживет. Народу мало там, мана скоро кончится у наших, драконы ранены. Как ты видишь, - окинул я свободной рукой пол, - я решил заняться хоть чем-нибудь, лишь бы не переживать, как там мои воины. Потому что следить за местностью мне откровенно страшно, Белава.

Та снова промолчала, вдыхая ароматный настой. И он аккурат подошел.

- Подай пожалуйста бурдюк, - кивнул я на огромный кожаный мешок. Конечно, он вообще у всех вызывает неудомение, но, надо понимать – что сила моих зелий почти одну пятую сильнее именно в моих руках, а готовить я люблю не часто, но основательно. И еще обладаю уникальным, неповторимым с точки зрения местных жителей, инвентарем – куда могу очень много всякого запихнуть. На одном форуме читал, как гном-реконструктор, какой-то «Воплощенный в Камне» запихнул туда другого гнома. А я всего лишь трехлитровый бурдюк. Очень удобно, кстати – бойцы выстраиваются в шеренгу и по-очереди подходят ко мне, испить усиляющего напитка.

Отвар «Силен, как Минотавр»

Эффекты: Сила +9, восстановление выносливости ускорено на 15% на час

Побочные эффекты (вариативно, шанс срабатывания 33 процента): эрекция, гнев»

А в моих руках шанс побочки пониже, так что вообще шикарное зелье. Взгляд соскользнул на Белаву, а затем на карту. Вызвав заклинанием слуг, я кивнул девушке подержать бурдюк, а сам аккуратно взял котелок за край и начал потихоньку наклонять. Примерно в этот же момент вошли две девушки, не дожидаясь устного приказа, начавшие тихо и аккуратно собирать мой набор для зельеварения.

- Что ты знаешь о шамане, Бел? – спросил я, как только мы закончили. Не хотелось бы, чтобы, если вдруг она дернулась, горячее варево пролилось на руки. И я не прогадал, та встрепенулась.

- Это который еще и жрец, и колдун? – тихо пискнула она. А вот это не хорошо.

- Что вызывает в тебе такой страх? Отчего такая реакция?

Та неопределенно покрутила пальцами в воздухе, а затем выдохнула.

- О нем вообще все судачили, Велеяр, - тихо сказала она, - как только осел, так сразу и начались пересуды и вопросы. Есть у нас на деревни отцовские ведьма. Но пару мужчин сходили к нему и началось – отбоя не было. Воины ходили за благословением, бабы – чтобы отвести беду и так во всем. Он стал очень популярен и имел большой авторитет в наших землях. После того, как отец сходил к нему, тот стал жить при дворе, сладили ему избушку недалеко от детинца.

- И?

- Через три дня, как отец ушел, собрал котомку и ушел за реку, на восток.

Задание…

Смахнуть. Вот это интересно.

- И вы его так легко отпустили? – удивился я.

Девушка неопределенно пожала плечами.

- А проблем никто не хотел. Он человек вольный, коли захотел, так что – будем мы его неволить, чтоль?

Достав портсигар, я быстро достал самокрутку и закурил, убирая обратно в инвентарь волшебную вещицу. Действие ради действия я вовсе не поощрял, и даже наоборот, но сидеть на одном месте было невыносимо. «Там, за рекой» — это там, где у меня есть аж семь подвластных воинов. Немного, но учитывая, что это умелые и сильные конники, владеющие луком, то некий тактический простор мне это открывает. Дальше, несколько деревень, что они там уже нашли, итак, должны мне присягнуть. Если на юге проблем не было из-за большого отряда, то сейчас я бы не отказался от увеличения их числа. Хоть какого-то.

Остатки моей армии пойдут обратно, с нагруженными добычей лошадьми, только с завтрашнего дня. Значит ватажники тут будут вообще только послезавтра, а то и позже. Столько сидеть на одном месте я попросту не могу, а значит пора в путь.

Выкурив самокрутку и бросив бычок в окно, я кивнул девушке, и вышел, не прощаясь. Интерфейс привычно «трещал» от натуги – я раздавал поручения всем, до кого мог дотянуться. Так, например, на выходе я получил в инвентарь весь свой походный набор с запасом трав, копье к своему чекану и мечу, запасной круглый щит. Также сопровождать меня будут пять ратников, примерно до Восточного форта, оттуда, через земли хоббитов и равнину меня возьмет пятерка их воинов, а там перехватят уже шестеро станичников. Решил у завесы соседа оставить всего одного, на всякий случай.

Ни в одной таверне, ни единого поселения, не было даже маленького наемного солдата. Казалось, будто попросту исчерпан наемный резерв. И никак пополнить свою армию здесь и сейчас я не могу.

Богатырский конь, новенький. Влетал я в седло уже в полной тяжелой броне, с оружием в ножнах. Копье прикрепил к седлу. Единственное, что меня напрягало, так это то, что до сей поры я не освоил такую чудесную вещь, как лук. Ну не шло у меня, как ни старайся. Чеканом вон, хорошо орудую – система оценила. Мечом похуже, но ратника один на один уделываю.

Коня пришпорил. Итак дни сбора войск на юге прошли почти бесцельно, а уровни надо набирать.

Интерлюдия два. Через море

Жизнь штука не предсказуемая, ни в целом, ни в частности. Сир Габриэль стоял в окружении своего боевого отряда, наблюдая, как вдалеке показываются точки врагов. Варяги, высадившиеся на берегу континента с двух своих драккаров, не представляли особой угрозы суровой военной машине молодого государства.

Сам по себе Габриэль служил рыцарем уже без малого год у неумирающего, что это самое государство и создал. Три десятка замков всех возможных рас и народов, дюжина неумирающих и коренных подданых – все они служили единому делу. И сейчас, владыке Анатолигону Одноглазому нужно было еще сильнее сплотить своих подданых – ведь он готовился к чему-то совершенно беспрецедентному.

Варяги были сильным, но сбродом. А рыцарь был опытным воином и командиром, с огромным боевым опытом. Ухмыльнувшись, он взмахнул рукой. И началось.

При более меньшем количестве карательного отряда, всего четыре десятка против почти сотни налетчиков, Габриэль имел половину солдат конными – оруженосцы, в основе своей, при пятерке молодых рыцарей, но все же. И они рванули, пользуясь своим преимуществом и возможность быстрых маневров, заходя сильно в бок. А на самих северян обрушился град стрел. Два десятка егерей, прошедших огонь и воду — это крайне большая сила, не шутка.

Опытные воители победили без потерь. Так и не выстроившиеся в излюбленную стену щитов варвары сначала были разметаны по пляжу, а затем точечно убиты меткой стрелой, копьем или клинком. Никто не получил уровни – больно трудно их набирать, когда самый «младший» участник отряда имеет гордые пол сотни. Подождав с десяток минут и встретив крестьян с телегами для добычи, Габ оставил всех егерей, распределив их по округе, а сам, в окружении подчиненных всадников, направил коня в сторону.

Жили воины в месте живописном, на границе моря и леса. Одинокий утес с красиво стоящим на нем замком, где базировались значительные силы империи, не только Великого Анатолигона Одноглазого, но и из других замков. Зачем? Почему? Это было неведомо достоверно, лишь слуги вокруг двора молодого императора.

Мужчина, отведя коня, не раздеваясь отправился к своему лорду. Честь для него была вовсе не пустым звуком, а скорее даже наоборот. И найти духовное величие, достоинство в соблюдении клятвы своему милосердному лорду было единственным выходом для миропонимания вояки. Он вошел и встал по левую руку господина как раз, когда он вовсю разговаривал со своими поддаными. Своими подданными… Все-таки владыка был великим человеком, чернокнижником, который выгрыз у других право на власть.

- Да, мне пришли новые книги Знаний в дар, - удовлетворенно кивнул господин, легким жестом руки до сего поприветствовавший Габриэля, - и я доволен проделанной работой. Но как дела на границе?

Тронный зал был полон магических проекций, которых так не любил рыцарь – хоть и владел магией, достаточно посредственно, на уровне опытного аколита, но всегда предпочитал меч колдовству. А такой вид общения считал неуважением к своему господину.

- Эскалация конфликта, - сплюнул один из эльфов, - Их диверсионные группы постоянно переходят границу и что-то вынюхивают, как и наши. Границу держим, осматриваем, но вор из гильдии, который нанят в Замке Кочевника, да при книге Повелителя Воров…

Их… Габриэль прекрасно понимал, о ком говорят власть имущие молодой Империи. На востоке и Юге расположилось небольшое королевство. Старое королевство, но с очень молодым и амбициозным правителем из числа коренных жителей. Молодого правителя зовут Карл Смелый, и он крайне хорош в одном – войне. Его развитые экономически земли приняли многих неумирающих, он набрал большое количество наемников и впервые перешел границу молодой империи с три месяца назад. Вся граница горела в те времена.

Собственно, была загвоздка в этом Карле Смелом, и загвоздка не малая. Во-первых, его сестра в свое время ушла к одному из степных ханов, который очень некстати выслал своих воинов и ударил по южным границам Империи Одноглазого. И был у него брат, отказавшийся в свое время от престола королевства, и уехавший в Империю Грифона, мужем к дочери одного маркграфа. Вот и выходило, что окончательно замочить это королевство было невозможно – и если хана и его степных варваров можно было бы физически выпилить, а города, а их у этого Карла было очень и очень много, хоть магический источник и имела дюжина, пожечь. Но лоббизм Имперских феодалов мог обернуться вообще чем угодно. А очень тесные торговые связи этого королевства посреди Диких Земель и Империи Грифона лишь подтверждали догадку – даже если удастся чисто физически сжечь столицу, скорее всего война окончится на стадии, «пограбили – ушли». Полностью как государственный субъект уничтожить королевство не дадут имперцы. А степняков еще только предстоит ловить.

И, что самое смешное. Если бы у них, молодой Империи среди Диких Земель, хотя бы предположительно была такая возможность! Карл был гением военной мысли, и этого Габриэль, как воевода, не мог не отметить. Во-первых, первое, что он сделал – если верить информации из Гильдии Воров, так это пригласил Неумирающих, и начал, ни много, ни мало, раздаривать им в подчинение форты. Магические форты, несущие в себе малый источник, и землю вокруг. Некоторым он даровал целый Замок, но то были немногие.

Далее он пригласил наемников, и лучших тренеров, и собрал такое войско, о каком не снилось многим, очень многим. Но, началось все с Неумирающих. Сотни их летучих, небольших отрядов пересекли границу, жгли деревни и убивали жителей, собираясь вместе лишь для резких и внезапных штурмов укреплений. Причем в ход, в основном, шла магия и техника, где вместе, а где врознь. Пограничный город, пожженные останки которого до сих пор не восстановлены, начали штурмовать ночью, запустив с гарпий гремлинские бомбы аккурат тогда, когда заклятие невидимости спало с отряда, несшего таран.

Кончилось все только через несколько месяцев. Начал войну именно Карл, он же ее и закончил, оставив молодую Империю очень долго сидеть и размышлять, а что это вообще сейчас произошло. И закончил он, пусть и официально выйдя в ничью, на крайне странной ноте. Империя не принесла ему и одной пятой тех убытков, что принес он ей. Ближе к концу противостояния, когда набег кочевников на юге закончился, и получилось перебросить армию и ополчения оттуда на Восток, когда со всех возможных мест ставиились в строй даже простые крестьяне с пиками, и первые черные драконы начали пересекать границы и закономерно отступать от приграничных укрепленных городов, тогда он предложил мир. Выросшие из-за ополчения затраты на армию, огромные потери в людских и денежных ресурсах, две чуть ли не до тла сожженые границы государства, а также самая большая проблема, огромную армию из ополчения надо кормить, а большое количество летучих отрядов Неумирающих, или их партизанов пряталось по лесам и паразитировало на снабжении. В войсках начался голод. Все-таки, молодая империя была не готова к хорошо продуманному вызову. И чернокнижник согласился на перерыв.

В государстве Одноглазого вскрылись старые гнойники – расовые бунты. Люди и нелюди из пожженых деревень стали сбиваться в банды разбойников и оседать на дорогах, а варвары по окраинам, прознав о напасти, увидев, как с мест стоянок снимаются войска, начали дербанить границы. Месяц ушел у Неумирающего, управляющего огромной Империей, имеющему с помощью технологической магии доступ во все ее места, на то, чтобы успокоить народ, разбить варваров, учредить новых охранников на границах. В том числе и отряд Габриэля теперь базировался именно здесь, у побережья.

Карл распустил часть войска, поселив людей по окрестным городам, чтобы созвать в любой момент. Еще часть ушла в другую сторону, к Диким Землям. Он их покорял, усмирял. Захватывал. Приводил под свою длань и неумолимо приближал границы своего государства к Империи Грифона.

Одноглазый, Чернокнижник – Владыка и повелитель местных территорий, имел много книг знаний. За этот год он много раздобыл, еще больше – украл, часть получил как дар или дань. Но вот он, сидел здесь – Великий Колдун, антагонист, который может использовать все школы магии, что только существуют, создатель многих заклятий. Он, богатейший на всю округу, сидел и взирал на магограммы собравшихся.

- Понятно, их разведка за нашими линиями, а у нас как с этим? – озабоченно потер переносицу чернокнижник.

- Наши у них, но сути дела не меняет, - отозвался орк, - перемирие хлипко, и хватит ли нам сил тягаться с ними? Они не глупы, и могут нас сильно удивить. Да, у них нет такого обилия авиации, как у тебя, зато в защите этим ребятам нет равных. А сжечь все наши деревни, лишить провизии и запереть в городах у них может получится, если этот Карл вывалит крупненькую Эльфискому Принцу.

Эльфийский Принц – это наемник, Габриэль знал парня. Причем наемник от Неумирающих, уникальный остроухий полукровка. Он был давно в мире, и имел целую армию из эльфов и их полукровок. Горные, болотистые, лесные эльфы, аранья и полуэльфы. Все они присягали Принцу, многие служили ему бесплатно. Габриэль всей истории не знал, но слышал, что его повелитель, при его обсуждении, упоминал какой-то «Божественный Квест», «Благословение», «Книги Знаний».

- Он же за нас! – отозвал сидящий в дальнем углу человек, взмахнув руками.

- Он за деньги, - проворчал чернокнижник, махнув рукой, мол, сворачивайте, - что с Миррором? – вздохнул мужчина, переводя взгляд на целый угол из трех вассалов, на фоне которых виднелся странный пейзаж.

- Осваиваем, - кивнул ушастый, после чего кивнули еще два персонажа, - кинули все силы основных замков, сидим на дотациях клана, и захватываем объект за объектом. Пара-тройка недель, и очень неплохой и развитый плацдарм у нас будет, чуть что – можно всегда переехать.

- А что с захватом новичков? – подал голос еще один из собеседников, похожий на большого прямоходящего ящера.

- А тебе, дорогой мой Витя, - вздохнул чернокнижник, - надо об это думать в последнюю очередь. Ты же держишь половину нашей границы, со своим болотом! Как у тебя дела, дорогой ты мой?

Ящер склабился.

- В болотах тоже видели воров, даже не церемонились – просто сожрали, я горгонам выделил на прокорм. Нормально, если будут наступать, то я сообщу, не переживайте. Чего с экономикой клана?

Вот тут уже потер нос другой неумирающий.

- Копим средства, - развел он руками, - у нас вариантов-то не особо много, потому что из-за постоянной войны развивать экономику особо не удается. Враги наши менее многочисленны как воители, но гораздо старше и опытнее, с развитой инфраструктурой. У них есть население, причем огромное, дающее налоги. Есть шахты, которые они разрабатывают и излишки продают. Они сильны своими деньгами, и нас – огромную империю, если уж так посудить, покрывают как маленькая злобная овечка быка. Еще и наемников умудряются нанимать в каких-то астраномическо-опасных количествах!

- А излюбленный финт с наемниками, когда в тыл тебе прилетает отряд из ветеранов-демонов или некромантов, а? – сплюнул ящер, - вообще ни разу не весело получить на территории мор или прорыв Инферно.

- Потихоньку мы вводим воров и диверсантов на их территории, а из прошлого военных конфликтов имеем определенные…представления об их территориях.

- А они делают тоже самое с нами? – усмехнулся господин.

- Само собой. Наши воры и диверсанты занимают места у складов снабжения и логистических путей.

- Ну и единственное решение проблемы без надрыва экономики – экспансия, - подал голос экономист, - захватывать новичков, вводить их в наш состав и отправлять их армии на передовую.

- Чистки? – подал голос один из людей в угле «Миррора».

- После. Сначала мы захватим их замки, тогда уже можно перераспределить земли внутри нас. Но в любом случае, когда мы выжмем новичков досуха, то…

- Заберем их земли, перестроим замки. Все просто, господа, - ухмыльнулся чернокнижник, - ну да ладно. Что по экспансии?

Экономист скривился.

- Строим корабли. Континент кончился, и теперь новички появляются не на нем! Готовим экспедицию, поедет один из новеньких Рыцарей, очень толковый парень. Судя по донесениям из Гильдии Торговцев и Гильдии воров в десяти днях под парусом огромный остров – как Австралия в реальности, даже побольше. И неумирающих там все больше и больше…

- Какой новенький Рыцарь, - почесал подбородок чернокнижник, - аааа, черт, амбициозный парень. Дадим ему шанс, если хорошо себя покажет, оставим с нами. А Габриэль, - махнул он рукой в сторону рыцаря, - поедет и проверит нашего товарища - эльфа. Марк, на тебе переговоры с Ханом кочевников, если его не уговоришь хотя бы не нападать, то хоть земли посмотришь и количество людей при нем посчитаешь.

- Ну а дальше-то что? – тихо спросил ящер, территории которого занимали большую часть границы, - я-то ладно, ко мне в топи пытались соваться, но вы сами знаете, у меня там ни инфраструктуры, ничего, а в чистой партизанщине на болотах я кого угодно сделаю. Но вас всех нагнули, ребята, нагнули жестко, беспринципно, поставили раком и... Дальше-то что?

- А дальше мы ждем месяц, Витя, - еще раз вздохнул чернокнижник, - копим деньги, продаем излишки, и налаживаем торговлю. Вон, Рыцаря отправляем на остров. Стягиваем всех летунов к границе. А потом, Витя, сажаем прелатов, друидов и вообще всех призывателей и сильных магов на многочисленных драконов, дирижабли, фениксов и пегасов, на птиц рух в конце концов. Собираем все, что только возможно, что вообще летает. И посылаем эту армаду в путь, Витя, прибавим к ней огромное количество обычной пехоты и конницы всех мастей. И если в прошлый раз нас смогли застать врасплох, настигнуть - то теперь все будет наоборот.

Глава 3. Дела Восточные

Система разделения земли на сектора и защиты каждого сектора себя оправдала. Сто воинов – это просто дохрена, и разделив одну единственную клетки на четыре части, в виде города и трех фортов, я также поделил и земли. Доехали мы на столько без труда, что я стал думать, мол, блин, а нужна ли охрана вообще. Вот если так подумать, действительно, зачем она мне, если монстров просто не водится в округе, их выпиливают в первые дни?

Полдень ознаменовался тем, что пришло очередное уведомление. С начала новой недели мой замок успел отстроиться, и даже больше. Закончили отстройку также театр, добавился целый уровень гильдии магов, увеличив башенку еще на этаж, до третьего. Мне был доступен четвертый, но прежде, чем до максимума ее улучшить, я впихнул «Гильдию Наемников». За сутки построиться, кушать просить не будет, наемный отряд в гостином дворе расположится. А с новой неделей еще один появится.

Только к полудню я смог добраться до станичников. На приземистых, но быстрых лошадках, в хорошей чешуйчатой броне, с луками и несколькими колчанами. Их я встретил с улыбкой, преломив хлеб – нагруженные еще с утра у хоббитов припасы, как мистер Толсторук сказал «легкий завтрак». Десять яиц, крынка творога, круг сыра, корзинка помидоров, с десяток яблок, кусок жареного мяса, морковь, картошка… Собирали всей деревней, несли корзинками. И не взять нельзя, обидятся, и с собой нести задолбаешься. Так что откормились всей толпой.

Короткий, ничего не значащий доклад. Миникарта и информационные логи сказали почти тоже самое, и показали. Отправляться к деревням решили чуть с крюком, с Юга на Север, захватив пару шахт и посетив несколько интересных мест. И если колодец маны я просто отметил на будущее и забыл, то вот «неизвестную стелу», «непонятное здание», «странную рощицу» - все это звало меня. Сейчас вообще, как в старые добрые времена, когда армия исчислялась десятками.

Шесть мобильных и умелых лучников – это хорошая подмога. Учитывая, что нам предстояло за ограниченное количество времени осмотреть огромные территории, хотя бы отчасти, терять время мы не имели права. Степь – она только с виду однородная, как полотно. На деле здесь очень много оврагов ухабов, воронок и холмов. Есть рощицы и ручьи. Степь неоднородна, она бурлит, как кипящий котел – и только глупец считает, что она может быть безжизненной.

Рядом с моей клеткой, в ряд, стояли три соседние, огражденные завесой новичка и по праву считающиеся моими, если смогу завоевать. На самой нижней, так называемой Юго-Восточной, было одно поселение и как раз – граница с новым новичком. На восточной было несколько поселений, но часть клетки не исследована, о том, какая куцая информация о северо-восточной клетке у меня есть, так вообще смех, да и только. Невозможный уровень сложности, если верить форуму, должен подкинуть по врагу на каждое направление. Не такой серьезный враг, на самом-то деле, но достаточные, чтобы замедлить экспансию или вовсе заглохнуть, дав соседним неумирающим возможность настучать мне по лицу.

Юг и юго-запад заняты орком, и его силы так или иначе обезжирят находящихся там врагов, просто по ходу дела. Запад – неизвестная величина, горы, и только со следующей недели я начну осваивать их полностью. Кто будет там, без понятия. На Севере должны быть славяне, согласно квесту, но этот вопрос отчасти решил Валленштайн. И восток, с неизвестным врагом.

Перекусив, мы быстро понеслись вперед. Благодаря тому, что часть территории исследована, можно было сразу рвануть по делам. И первая на очереди в Юго-Восточной клетке, самая ближайшая для нас, была странная рощица. Вообще, сюр – только сектора игроков обладали всем набором шахт, а дикие земли и соседние территории уже нет. На клетке могло быть четыре шахты руды и одна – серы, да и все, а могло не быть вообще ничего. Потому для меня рощица значила либо место с квестом, либо лесопилку.

Но было ни то, ни другое. Так как рощица была достаточно редкая, хоть и большая, решили не спешиваться, и медленно въезжали туда. Каждый взял оружие в руки – так станичники сжимали свой композитный лук, а я держал руку на копье у седла, чтобы быть готовым его достать. Мы медленно продвигались вперед, петляя между деревьев. И все чаще на нашем пути начали попадаться пни от срубленных деревьев. Скорость передвижения упала еще сильнее, в угоду скрытности. Хотя о какой скрытности может идти речь, когда в центре едет тяжелый всадник.

Через пару минут послышались звуки, приглушенные. Какие-то крики, лай и рыки, натужное жужжание пилы и надрывные вздохи. Следуя моему приказу, мы ускорились, громко ведя лошадей. Я крикнул:

- Кто бы там ни был, мы идем, и с миром!

Ударив лошадь пятками в круп, я чуть ли не вылетел на небольшую полянку. Станичники, без единого строя, начали выскакивать за мной, держа в руках лук и стрелу, готовясь к битве.

Гноллы, штук пятнадцать. Белые, рыжие, русые и черные псоглавцы, кто с чем в руках, смотрели на нас, вдвое меньший отряд.

- Поздорову, мужики, - кивнул я, - лес рубите?

И они рубили, на большей части поляны аккуратно были сложены квадратные домики из рубленных поленьев. Выделялся из этой толпы «лесорубов» большой псоглавец, черный – как смола. Система услужливо подсказала, что это самый обычный гнолл второго ранга, но двадцать девятого уровня. Ветеран, «гамма». Был один щупленький ученик шамана семнадцатого уровня, бывалый. Остальные варьировались между обычными гноллами почти что порогового – десятого уровня, от седьмого до девятого, и у троих был ранг бывалого. Одиннадцатый, тринадцатый и четырнадцатый. Эпсилоны. И экипировка соответствующая. Учитывая, что в одном из вариантов застройки зверолюдей, именно гноллы занимали нишу и Гьюков и Сатиров, нанималось их много, были они дешевыми, и умели как заниматься земледелием, так и воевать, хоть и плохонько. И если вожак имел ветеранский ранг, значит либо вся стая навоевалась – первоуровневых вообще не было, либо еще не прочь посражаться.

- Р-р-рубим, - осклабился вожак, - а ты тут чего забыл, чужак?

Я осмотрел эту группу еще раз, а затем их нехитрый скарб. Потом нас – хорошая броня, годная. На мне еще и кучка дешевых артефактных колец и ожерелье на пяток силы. Основные артефакты прибудут вместе с Болеславом, в замок и не сегодня. И они – бомжеватого вида. Но, вот загвоздка – у меня было всего шесть воинов. А их тут полтора десятка, неприкаянных.

- Неумирающий я, и владыка в том числе и этих земель, - ответил я, слезая с коня и подходя к гноллу-вожаку. Разные они были, псоглавцы. Нанимались мелкими, метра полтора ростом, похожие на прямоходящих гиен. И по мере набора уровней – потихоньку вытягивались и в длину, и вширь. Вот, ветеран с высоким уровнем, был метр восемьдесят ростом, почти как я, с волчьей головой и густой красивой шерстью, тогда как тот, у кого самый слабый уровень, был на голову ниже и «суше», - а ты у этой стаи вожак, так?

Псоглавец кивнул, с интересом наблюдая за моими действиями. Станичники продолжали держать в одной руке лук, а в другой стрелы, и за секунду могли сократить поголовье его стаи, еще и уйти безнаказанно. А из-за низкого ранга, с получением уровней и характеристики у гноллов растут не быстро – оттого он, на своем ветеранском ранге, был слабее меня, даже без артефактов, и в отношении второстепенных для меня ловкости и выносливости. Конечно, Тренировка Силы накидывала двадцать два процента от текущего значения характеристики, но все равно.

- Так зачем рубите лес, стая?

- Пр-родадим, дерево всем нужно, - почти без рычания сказал шаман, до того молчавший, - а там подумаем.

Многие гноллы напряженно переглядывались друг на друга, словно ожидая чего-то.

- А сколько мер продаете, и сколько стоит?

- Мы тут десять мер-р-р нар-р-рубили, - кивнул вожак на бревна, - все вместе за шесть тысяч пр-р-р-родадим.

Сначала послышался возглас, потом треск, и на поляну начали пятиться гноллы. Они держали в лапах срубленное дерево, выходя из-за кустов. Восемь приземистых существ тащили на себе единственное бревно, кто пятясь, а кто просто идя.

- Большая у тебя стая, вожак, - кивнул я, - а подработать не хотите? Я беру все ваше дерево, и поясняю. Сейчас, конечно, еще есть возможность жить свободно, но с каждым днем моя власть в этой земле крепнет. И перед вами скоро встанет выбор – платить мне налог или уйти с моей земли вон. А для такой стаи предложение уникальное.

- Говор-р-ри, чужак, - кивнул один из новых, рыжих гноллов восемнадцатого уровня, - что за пр-р-редложение.

- Не сыскать здесь боевой славы, в этой роще. А потому предлагаю вам вступить в мою армию, всей стаей. Прекратить сидеть в этом клочке земли, и попробовать заработать деньги, славу и трофеи, м?

- И сколько предложишь? – спросил вожак.

- Двадцать три члена стаи… По сотне каждому члену, вожаку двести, шаману сто пятьдесят, в неделю. Плюс четверть всех трофеев после битвы делиться между всеми выжившими, еще четверть идет в общак, и на них, в порядке очереди, я покупаю новую броню или оружие. Как на мне или моих ребятах.

Вожак задумался, а я оглядел всю стаю. Не лучшие вояки, конечно, но запала и желания хватит, а остальное приложится. Все-таки, умения у меня есть, усилю, как смогу. Да и класс князя повышает боевой дух «дружины», а Перун в покровителях молодого государства тем паче.

- Стае надо посоветоваться, - осклабившись, рыкнул смоляной рослый псоглавец.

- Да без проблем, - кивнул, доставая из сумки сформированную в виде целого мешка золота, сумму, - за дерево, можете не считать.

Завышенная до шестидесяти с копейками сила позволила одной рукой держать огромный мешок, весом за сорок кило. И это было не просто, но необходимо было произвести впечатление на них, ведь в стае уважают сильного? Уверен, что их главарь так не сумеет... Черный гнолл кивнул, махнув головой, и четыре его подчиненных подбежали и подхватили мешок, начав оттаскивать в сторону. Я же подошел и просто протянул руку над деревом – как оно само всосалось в инвентарь, пополнив мой запас на десять мер. Не малое количество, кстати, совсем не малое. Хватит чтобы небольшой форт сладить деревянный, или на четыре башни, ворота и частокол вокруг небольшого поселения.

«Внимание! Умение «Дипломатия» оказало влияние на предложение о найме!»

А дальше оставалось ждать. Сначала я влез на коня, а затем уже закурил, сняв шлем и придерживая его второй рукой. И через пять минут вожак подошел и интерфейс подсветил предложение найма.

- Давно ели? – спросил я.

- Часа два назад, - неопределенно махнул рукой гнолл.

-Тогда собирайтесь и вон туда, - показал я рукой в направление, заодно выделив новый отряд и поставив точку на карте, - волчьим шагом, заодно выносливость и ловкость потренируете. Быстренько, мы заедем еще в пару мест, и затем соединимся с вашим отрядом.

Ударив пятками по крупу лошади, я направил ее на выход из рощицы. Шестеро всадников, даже без слов, рванули за мной.

То, что конь – не дракон, я понял еще вчера. Но все-таки, как же много времени мы плелись по степи. После рощицы, в центре которой оказался небольшой приземистый камешек серого цвета, дающий прикоснувшемуся ускоренное восстановление выносливости на сутки, мы поехали дальше по плану. Очень странно, не гармонично, посреди степи стояло большое, высокое и широкое здание, сложенное из кремового цвета камня. Судя по высоте, тут было не менее двух этажей, а венчала все милого вида черепичная крыша.

Вот там, отдав последний указ – и учредив Вещунам, да на Горынычах, с прикрытием из тяжело бронированного товарища – одетых в броню ватажников, вылетать и начать разведку, мы и влетели в забавную ситуацию.

Стоило мне слезть с коня, единственному, оставив воинов напряженно сжимать луки, как дверь распахнулась. К слову, о двери, огромная, метра четыре высотой, и столько же шириной, а когда отворялась – то была показана еще и толщина. У меня в замке они такие же, по толщине, и способны выдерживать таран.

Затем, кряхтя и пригибаясь, вышел он – огр. На удивление, относительно прилично одетый, под размер, вполне даже стильно. Черные штаны из какой-то дешевой ткани, башмаки, рубаха, да камзол, уже красивый, не дешевый. Следом вышло ЭТО…

Сначала я думал, что передо мной человек. Просто маленький. Потом пронеслась мысль, что гном. И лишь затем голова доторкала, что это простой халфлинг. Половинчик – одноглазый, с бородой по грудь, богато одетый. Сам он был бледный, словно смерть, осунувшийся и бегал глазами, казалось, во все стороны сразу.

- Фарту масти, фраер, - прохрипел он, утирая пот со лба.

- Здоровья, воины! – грудным басом пророкотал огр.

Оба уставились на меня, ожидая пояснений, а я переводил взгляд с одного, на другого.

- Мы мазанные, от Гильдии Воров, и если не хочешь, чтобы в твоем городе разбой и хаос был, а все по чести воровской, - хрипло продолжил одноглазый халфлинг, - то и нас не тронешь.

- Долю малую смотрящему твоих земель отстегнем, и по воровскому закону жить будем, - кивнул огр, - согласен?

Челюсть у меня отпала. А затем высветилось предложение.

«Внимание! Игровые персонажи Щуплый и Пыльца предлагают влиться в состав вашего королевства вместе со своим бизнесом.

Вы обязуетесь не мешать их бизнесу и делам, пока они подчиняются управляющему вашего отделения Гильдии Воров.

В случае отказа: понижение репутации с Гильдией Воров на 30 единиц

Принять?

Да/Нет»

Принимаю, осматривая разглаживающиеся лица хоббита и огра.

- Ну все, кум, - кивнул огр, - мы пошли.

- На, - прохрипел половинчик, подходя и протягивая маленький мешочек, - аргон после него такой, что охренеть, но по-началу вообще алмазно ощущается. На!

Буквально впихнув в раскрытую ладонь пакетик, тот ретировался, двери здания уже закрывались. А я стоял и рассматривал мешочек, а система услужливо рисовала мне описание «алхимический стимулятор порошковый».

По ходу еще заехали к небольшому овражку, с протекающим ручейком. Там, в лачуге, ютился лысый, словно колено, мужичок. На все мои слова он не обронил ни слова, лишь молча улыбался. А затем система услужливо доложила о росте Силы Магии аж на три единицы, причем у всех моих ребят, после чего тот отвернулся и перестал даже внимание обращать. У меня Сила Магии, как и любая другая магическая характеристика, сразу же стала устойчивостью, и от неё было ни горячо, ни холодно – дополнительные три единички урона, которые я могу проигнорировать. Даже не смешно, лучше бы физическую характеристику повысили.

Хотя, я даже немного рад. Из-за выбранной сложности и книги, которая запрещает мне вообще хоть какие-то магические действия, многие «коренные» моих земель подчинялись магическим классам – Магу, Чернокнижнику, Темному Друиду и Волшебнику. А зданий или специальных мест силы, чтобы эту характеристику повысить – можно посчитать по пальцам одной руки. И если бы не толерантность, причём аж две книги сразу, превратилось бы всё это в непрекращающийся трёхнедельный вархаммер, где всё против всех.

Этот сектор был не богат, ни на особые места, ни на шахты – скромная каменоломня, у одного из холмов, да лаборатория ртути, как докладывали мне ребята. Учитывая, то лаборатория находится ближе к Югу, а мне надо на Север, причем срочно и быстро – если удастся найти старца-шамана и закрыть квест с ним. Вдруг это даст какой-нибудь бонус, хоть небольшой, к боевому духу или морали моей армии? Я же буду просто счастлив.

Пока гноллы волчьим шагом – я не ленился, через карту подбадривал их и напоминал важность бега для физического развития, приближались к условленной точке. А мы же начали приближаться к шахте, которая была недалеко от этой самой точки – часа три пути пешими. Мои конники рванули вперед, используя свою скорость для разведки и в этот раз, я же напряженно положил руку на копье, придерживая второй узды. Карта, следуя моей воле, раскрылась, и под нужным углом повернулась.

К выходу в штольню ехали с большим разрывом, по-одному, натянув луки. И почти успели, фигуры темных эльфов мелькали в проходе внутри. Выпустив стрелу, разведчик начал возвращаться по дуге, а я приказал оставить это дело. Темных эльфов из каменоломни без пехоты не выкурить вообще. Помахав рукой, повернул лошадь к нашей условной точке, у овражка, поросшего кустами. Туда должны пойти мои новые воины, а в километре оттуда стоит поселение.

Средняя скорость быстрой рысью составляет примерно пятнадцать километров в час, тогда как пешком человек проходит около пяти. Ощутимая разница? Как по-мне, так очень. Немного загоняя лошадь, можно дойти до двадцати километров в час, и эта скорость уже будет очень и очень приличной. Добрались мы быстро, и пришли примерно в одно время со стаей гноллов.

Поприветствовав своих воинов, держащих относительно ровный строй, кивнул своим мыслям и первым спешился, давая пример станичникам. Слабоватая пехота, гноллы, чтобы выкуривать эльфов. На равных так вообще, никто из нашей компашки с ними встать рядом не сможет – я превосхожу ушастых только в силе, и то, не шибко. И на порядок уступаю в скорости, ловкости и умению оружного боя.

Ели чуть ли не в тишине. Станичники, привыкшие вести полуразбойный образ жизни, попритихли, так как впервые стали моей личной охраной. Гноллы – тихо переговаривались между собой, но не более, еще не доверяли нам. Причем они с удовольствием, хоть и поначалу не привыкши, приняли еду. Военначальник должен обеспечить своих подчиненных едой, если не наказал охотиться. А охотники из гноллов были, прямо скажем, неважные.

Короткий перекус, заодно и отдых. И мы приступили к осмотру – выйдя из овражка и немного обогнув холм. Я, вожак и самый опытный станичник, четырнадцатого уровня. Внизу расположился… почти что город. Если бы я не расселял приросты из деревень поблизости, а оставлял внутри, было бы нечто похожее. Три сотни домов даже с виду, несколько улочек, какая-никакая, а площадь. Большое поселение, и единственное на всю округу.

- Два стражника у ворот, в кольчугах, - показал рукой станичник, - уберем еще на подъезде, не проблема, князь.

- Стена, а не частокол – вот это плохо, - покачал головой черный гнолл, - посмотри, князь. Случись что, они даже защититься сумеют.

- Жалко, колдуна никакого нет, - цокнул я языком, сходя с вершины вниз, к коням, - сейчас бы птичку пустили… Значит, пока просто так не атакуем, ждем, медленно, но, чтобы нас заметили, идем к воротам. Понятно?

Воины без особого энтузиазма прокричали «да», «хорошо» и будет сделано.

Мы вскочили на лошадей, направив их вперед, гноллы же, под зычные приказы вожака, встали колонной и легкой трусцой побежали, сжимая в руках копья. Выходили как раз так, что солнце светит в глаза селянам. И, на полпути к этому молодому городу, они очухались.

Затрубил сигнал, и замельтешили внутри стен люди. Занервничали станичники, порываясь увести коня вперед, но я остановил. Мы церемониально медленно доехали до отметки, когда стрелы начинают доставать, и после остановились. На стену стали сбегаться люди, поглазеть, что к чему.

Мы без спешки подъехали на расстояние полета стрелы. Привстать из седла мне не получится – для тяжелобронированных всадников их делают глубокими, лишая маневренности седока, но увеличивая его устойчивость. Эквилибристика – это для моих ребят в кольчугах с луками рядом. Они, следуя указу, луки в руки не брали, лишь с интересом смотрели на происходящее. Зато гноллы, щерясь от яркого солнца, выстроились в две ровные шеренги прямо за нами.

- Меня зовут Велеяр, князь славянский! А вы кто будете?

- А мы народ честной, Велеяр, - донесся крик, - знакомств новых не ищем, чай. Ежжай куда направлялся!

Я напрягся. Дипломатия в помощь, конечно, но без трехглавого дракона как-то уже и не привычно переговоры вести.

- Да как же я уеду, люди добрые, если тут в трех часах каменоломенка стоит, а в ней эльфы темные! Аль вам по душе такое соседство?! А может вы служите темноэльфийским жрицам и почитаете их паучью богиню, а, народ честной?

Как минимум один испепеляющий взгляд я стал ощущать чуть ли не физически. Тихий, едва слышимый гул донесся со стен.

- Что же вы, люди добрые, не оглянетесь, не охолонитесь?! Степь огромна, земли здесь богатые на посев, но вы ютитесь на этом клочке, забились в город. Почему я не видел сел вокруг? Почему не засеяна вся земля? Потому что вам страшно! Вам страшно от того, что здесь, - махнул рукой, - да и не только здесь творится. Постоянно вылазят какие-то монстры, твари или нелюди, постоянно рыщут и хотят крови! Я понимаю, и пока не прошу вас подчинения и дани, нет. Но давайте, сначала, мы вместе уничтожим такого опасного соседа, уничтожим мерзких тварей вместе, плечом к плечу!

Молчание. Не сильный ветерок поднялся и слегка потрепал наши головы. И только сейчас я вконец осознал, что устал за день. Но не сделал всего запланированного, ведь, за сегодня, мне нужно как минимум, выйти в соседнюю клетку и посетить пару мест. И пока солнце еще высоко, мы будем скакать.

- Твоя правда, Неумирающий, незачем нам вражду сеять, давай общего врага сдюжим сначала, но боимся мы, что нападешь на нас! - донесся до меня все тот же крик.

- Вашим Богом я клястся не буду, не властен он надо мной! Но поклянусь своими – и ярким Даждьбогом-Хорсом, златоусым Перуном, мудрым Велесом и всевидящим Чернобогом, Матерью Сырой-Землей, наконец, что держит тело и дух мои! Клянусь я перед ликами Богов, что покуда не расправимся мы с общим врагом, и не вернетесь вы в город свой, не подниму я руки, клинка аль лука против! Но если кто-то из ваших поднимет на моих людей руку- не серчайте! Пусть Боги будут свидетелями!

«Даждьбог услышал вашу клятву»

«Перун услы…»

И далее по списку. Отлично. Теперь дипломатия и моя толерантность с известностью сыграют.

- Принимаем мы клятву твою, вой, подъедь!

Сделав знак рукой, я пришпорил коня, направившись вперед, под деревянные стены. И чем ближе подъезжал, тем громче и отчетливее становились голоса. Мужские, женские – даже детские и старческие.

- Выдели воев, голова! – раздался зычный бас, - с воями его мы сумеем каменоломенку вернуть!

- Давай, голова!

Прямо над широкими деревянными воротами в этот городишко, стоял он. Не высокого роста, и худ в плечах, но необычно прям спиной – для средних лет мужчины, трудящегося на земле. Сильный взгляд из под кустистых бровей, чуть подернутые сединой виски.

- Степан я, князь, - сказал он, изучая взглядом меня с ног до головы, - уж прости меня, но не могу я тебе обещать, что присягнем мы тебе апосля темных эльфов убийства, да каменоломню отдадим.

А я изучал его, в отместку. Простецкая, не статусная одежда, но зато чистые, в отличии от многих, не сальные волосы!

- Плохо, Степан, - ответил я, качая головой, - но помочь вам все равно обязан. Не сейчас, так позже присягнете. Сначала эльфов умертвим, затем уже будем это обмозговывать. Выделяй воинов, именами богов я клятву дал – и будь и ты, да и все вокруг, не нарушу своего слова, ибо честь моя от него напрямую зависит.

Замолчали все, затаив дыхание.

- Не в обиде, князь? – спросил Степан, еще раз оглядывая меня, уже с удивлением.

- Не в обиде. Пускай воины собираются и готовятся морально, бой будет тяжелый, эльфы хорошо рубятся.

Кивнув самому себе, быстро развернул лошадь и ударил пятками в бока, пригоняя к своим. Там уже тихо переговаривались гноллы и станичники.

- Пойдут воевать? – спросил конник.

- Пойдут, - кивнул я, - а в дороге вы дружелюбны будьте, не молчите, общайтесь. Подружитесь со всеми, с кем только сможете. После боя, как сблизимся, не унывайте и также держитесь полюбовно. Когда вернемся, попробую завербовать к нам в отряд мужиков.

Но никто не решился выйти сразу. Только через четверть часа нашего терпеливого ожидания открылись ворота. Стройной колонной по-двое начали выходить… пехотинцы. В основе своей. Выделялись два мечника, аколит и с пятерку егерей. Из трех десятков вышедших воинов.

- Здрав будь, князь, - кивнул один из мечников, когда подошел. Я слез с коня, протянув воину руку, - всех взять не можем в поход, баб, да детей сторожить тоже надо.

При, примерно, трех сотнях домов, вышло тридцать воинов средней паршивости. Причем судя по количеству, это была стандартная развитая деревня с каким-нибудь ветераном, такие в людских деревнях часто встречаются, которые обучают юношей. Какой-нибудь отставной егерь – ветеран или элита со специальным умением. Мне такого персонажа из поля зрения терять никак нельзя. А вот мечники и аколит явно заезжие, не тренированные прямо тут, иначе был бы полноценный форт.

- Добро, для штурма должно хватить. Отче, усилениями владеете?

Священник не стал отвечать, лишь кивнул, отведя глаза.

- Хорошо. То, что егеря есть, тоже хорошо. Пара мечей пехоте найдутся, храмовника охранять?

Мечник кивнул.

- Тогда нам хватит. Впереди всех в шахту пойду я и вы двое, пехотинцы и гноллы следом. До этого мои соколики и ваши стрелки обстреляют проход, чтобы они в стены повжимались. Добро?

- Добро, князь, добро, - кивнул уже какой-то егерь.

- Тогда так поступим, станичники, по-двое разбейтесь и вперед, прочесывать путь. Остроухие ублюдки обожают ставить ловушки и устраивать засады. А я поеду с вами, и кто-нибудь расскажет, что они вообще тут творят.

Два часа добирались излюбленным волчьим шагом. Сначала полчаса рассказывали об остроухих – о том, как они пришли и пленили всех работников шахты, как отстреливали егерей в степи, а несколько раз совершали налет на деревню – ночью, вырезая защитников и уводя народ в полон – не очень много, это был скорее акт устрашения, что они могут. Как оказалось три сотни домов, лишь иллюзия, потому что пять десятков стоит абсолютно пустыми. Расселяться за стены люди боятся априори, ведь эльфы не единая опасность. С севера, мол, еще и кочевники частенько приходят в набеги, но с осадами у них не шибко задается, так что обычно обмениваются с десятком трупов и уходят. Также по бесхозной степи часто топают то разбойники, то еще кто, поэтому люди обрабатывают поля вокруг их селения, но не расселяются поблизости. Когда молодых становится слишком много, и население начинает голодать от нехватки земли, то часть людей собирается и отправляется либо на юг, либо на Восток, в поисках лучшей жизни. Получается, или нет – никто не знает.

Единого мнения на тему количества темных эльфов просто нет. Кто-то видел пять, кто-то – десять, некоторые говорят про дюжину, а кто-то и то, что там их всего трое. Но ясно одно, все говорят о бабах, но никто о жрице. Так что там либо просто три сучки, либо три бестии. Минимум. И ни единый очевидец не упоминал мужиков, хотя у этих остроухих их еще попробуй отличи.

У самого входа в штольни, на расстоянии полета стрелы, все шесть моих всадников, кругом, остановились с луками на изготовку и готовы были выстрелить на любое мельтешение. Коня я оставил у одного из них, подъехав, спешившись и стреножив богатырскую лошадь. Остальные же начали выстраиваться согласно нашему плану. Сначала мы втроем – самые толстые в плане количества жизни, а также самые бронированные, потом три гнолла, затем три пехотинца, и еще три гнолла. Шаман с относительно высоким уровнем, не дожидаясь начала, начал камплание – если там есть у кого заговоренное оружие… Да даже если и есть. Он на секунду, с помощью разведывательного духа, даст мне картинку происходящего внутри. Священник начал молитву, и первый мечник засиял золотым ореолом благословления. Я же достал бурдюк, глотнув зелья силы – даже пожалел, что не наварил больше. И начал по-очереди звать всех. Священник же, видимо, из принципа, меня благословлением обошел, начав уже усилять гноллов.

Двенадцать единиц силы за пару глотков, двести миллилитров жидкости, стакан. Даже в голове у меня будто бы плечи стали шире, расправились, и дышать стало легче. Доспехи стали ощущаться еще легче, чем были, и перестали так клонить к земле. Классический шлем с двумя прорезями для глаз и бармицей, скрывающий рот, будто бы и не давил на шею.

Какой эффект такое увеличение силы оказывало на слабоватых гноллов и пехотинцев – даже словами не передать. Когда ты в один миг, пусть и ненадолго, становишься вдвое сильнее, чего-то это да стоит.

- Выскачет какая паскуда, стреляйте, - отдал я последний приказ своих конным стрелкам, занимая почетное место во главе колонны. Перед глазами в секунду померкшая картина темного коридора, без каких-либо точных данных. Собственно, разработана каменоломня не сильно, но там уже достаточные полости, чтобы можно было сформировать некое подобие жилых помещений. После пехоты пойдут стрелки с попом, вторым эшелоном.

Топор в замкнутых помещениях не очень, да и в строю особо не размахнешься, я предпочел любимому чекану короткий обоюдоострый клинок с длиной лезвия в семьдесят сантиметров, такие же были и у мечников. Самый обыкновенный каролинг. А вот остальная пехота была копейной, только ножики какие и оставались.

Самый опытный и сильный станичник громко и заливисто свистнул, и все шестеро, под разными углами, пустили свои стрелы внутрь. В след, через секунду, это сделали егеря. Слова сейчас были излишни, их никто не услышит – ни ожидающие боя ветераны, ни трясущиеся юнцы. Никому это было неинтересно, ведь их, как и меня, переполняли странные эмоции перед боем.

- АААААААААА, - и мы побежали, дотрагиваясь плечами плеч друг друга, подняв щиты так, чтобы из них выглядывали глаза, клинком вперед, готовые сделать выпад. Копья, в руках бегущих позади гноллов, касались наших тел разделяли нас, острыми концами готовые помочь сделать дырку во враге.

Широкий проход в глубины холмика кончился, он сомкнулся над нами, а мы все неслись вперед. Как и говорили жители деревни, достаточно большая «взлетка» здесь выдолблена, чтобы складировать вдоль стен вырубленные блоки. С большим количеством проходов, ведущих в небольшие комнаты-склады, где могли располагаться настилы с соломой, а подальше от поверхности, где холоднее и темнее – вода и припасы.

Стрела пролетела в миллиметрах от моего носа, прямо перед глазами, но оторвав кусочек плоти с лица мечника справа. Беззвучно, нас накрыла сфера тьмы, а затем я почувствовал толчок в спину. Сфера была не настолько совершенной, и дальше своего носа были видны некоторые вещи. В строй врубились эльфийки.

Пребывающие после нас легко обнаруживали врага, и группа в два-три копья на одной скорости шло штурмовать противника. Развернувшись, я чуть пригнулся, прикрывая голову и тело щитом, а затем резко выпрямился и рванул вперед, прямо к врагу, делая выпад.

Бестия, а это была именно она, отшатнулась, пропуская рядом клинок, но получила в бок наконечник от пехотинца, соседа того, то она изрубила мгновением ранее. Мы не могли взять качеством, но уж точно брали количеством.

Мечники распределились по противникам, им резко стало не до меня. Строй потерялся, лишился единости, и мы, живая бурлящая масса, подстегиваемые хилыми заклятиями усиления и скромными отварами, взревели и ринулись в бой. Эльфийка, получившая в голый бок ни много, ни мало, наконечник, и рискующая получить точно такой же сзади, не стала даже останавливаться. Резко взметнув свой массивный двуручник, гигантская эльфийка перерубила древко орудия, уводя оружие вверх и отступая, а затем резко попыталась уколоть в лицо.

Завышенная до предела физическая сила, и хорошо поставленная реакция спасли. Удар от юнита шестого ранга пробивает даже хорошие шлемы с маской, но щит устоял, а я лишь качнулся. И, резко, все закончилось. Бестия дернулась и захрипела, и многоголосый рев глоток разнесся по помещению. Шесть трупов, все женские эльфийки, при восьми убитых и десятке раненных. Бой я не снимал, да и даже поучаствовать толком не успел, хоть за командование и получил законную десятину опыта. Мы взяли числом – просто заполнили все помещение, окружили и задавили.

- Всех павших стащите к левой стене, туда же пусть сильнораненные отойдут. Те, кто могут сражаться, пусть будут на поле боя! Быстро!

Воины, немного ошарашенные, но воспрявшие от маленькой победы, начали выполнять приказ. Четверо раненных в живот, остальные по мелочи.

- Так, священник уже вошел? – услышав тихий голос в подтверждение, кивнул сам себе, - перевязывайте раненных, при вас всегда должен находится два пехотинца и егерь в качестве охраны. Остальные, пусть несколько человек следят за основным проходом, плюс разбейтесь на группки – егерь и пехотинец или гнолл и быстро обшарьте все выдолбленные комнатки по бокам! Если кто-то останется незадействован, то пусть перевяжет раненных!

Ох, как они забегали! Я даже отвык от этого ощущения, когда громким голосом организуешь людей, в последнее время с этим справлялись витязи и кудеяры, да герои. Снова почувствовать себя нужным не глобально, но здесь, в моменте… Приятно, в конце концов.

Пять группок осматривали складские помещения, еще несколько воинов перевязывали раны, а остальные попросту раздевали до трусов трупы, складируя барахло в отдельную кучку. Среди убитых оказалось и четыре гнолла, двое среди тяжело раненных. Но их было не жалко, легко пришли, легко ушли. Мечник, коих в отряде было всего два, оказался тяжело ранен в живот. Причем, от смерти спасла кольчуга. Второй же был до забавного ранен – ему оторвало болтом из миниатюрного арбалета кусочек носа. И вот вроде бы смешно, но очень больно, а еще кровь хлещет и затекает в рот.

Удар в бубен послышался среди всей этой какафонии звуков. Псоглавый рыжий шаман начал утробно рычать, пускаясь в пляс. Оба колдуна начали потихоньку лечить наших раненных.

А я с улыбкой взирал на все это. Ни много, ни мало, а целый серьезный отряд. Конечно, если на нашем пути встретится длинный коридор и хотя бы десять эльфов-арбалетчиков, то получится очень грустно, но в широких зонах, где можно взять числом, завалить мясом остроухих получится вполне спокойно.

Минуты через три все складские помещения проверены, с трупов сняты вещи, а способные сражаться раненные перебинтованы. Наши хилы продолжали – один тянул певучую молитву, второй – рычал и скалился, вызывая духов. Оба бились над жизнями тяжелых раненных, сберегая силы. Неизвестно, сколько «раундов» их еще ожидает.

В складских помещениях обнаружились три меры камня, которые я споро прикарманил, небольшой запас воды и еды, но не более. Скорее всего, так близко с поверхностью для темных эльфов сохранять что-то является кощунством или просто не разумным.

- Так, - начал молодой пехотинец, — значит, впереди будет небольшой коридор, но там и спрятаться негде, а затем широкая лестница вниз, вытесанная прямо в камне. Ниш никаких мы там не сделали, никто не сможет зайти в тыл. А вот спустимся на глубину метров семь, и все – там кромешная тьма, князь, и целые пещеры.

- Хорошо, - кивнул я, - много пещер?

- Штуки три, но большие, не ровные. Если веревка будет у эльфов, смогут и привязаться к стене.

- Итак, тут остаются наши лекари, двое пехотинцев и один егерь к ним. Если что, выход охраняют шестеро станичников, которые являются резервом. Да минус раненные, да с убитыми.

- Стая готова, - ощерился вожак, - поррррвем!

Мечник, с замотанным лицом, кивнул.

- Не будем терять время. Возжигайте факела, пойдем плотным строем, но впереди пустим егерей. Помните, что по-отдельности они заборят каждого из нас, но единый строй сомнуть уже не удастся, так что никакого героизма, только командная работа.

Только у бестий удастся продавить строй. Или жрицам. Но рассказывать об этом не очень хочется.

- А кто тут за остроухих работает, этот же камень добыл? – задал логичный вопрос один из пехотинцев. Стоящим рядом егерь усмехнулся, накинув капюшон плаща и метнувшись в темный зев прохода.

- Те, кто раньше работал в шахте, и кого они увели в полон. Кстати, будьте осторожны, паучихопоклонницы умеют убеждать рабов воевать на их стороне!

Все люди напряглись, осматривая псоглавцев. Конечно, ведь там, на пресловутой «их стороне», могут быть близкие. Гноллы же церемонится не планируют. Сразу же убьют.

Вышли к лестнице спокойно. В темноте, лишь немного разгоняемой факелами, виднелись силуэты егерей, активировавших свое Истинное Зрение, и медленно и тихо спускающихся вниз. Колонна по-трое, ощетинившись оружием во все возможные стороны, мы ожидали чего угодно. В глубине души теплилась надежда, что эта шестерка была единственной, больше эльфов нет. Но тогда почему не слышно рабов – даже звуков работы нет.

Спустившись, первый из нас ступил на почти ровный пол пещеры, где добывали камень. Я уже знакомо прикрывался своим щитом, осматривая округу. Тихий хлопок, доля секунды, и стоящий чуть сбоку, в темноте, егерь, водящий луком с наложенной, но не натянутой стрелой в сторону сводов, начал оседать.

- В бой!

Наши рванули вперед, с криком. Осел бегущий сбоку пехотинец, чуть дернувшись от арбалетного болта между глаз. Как-то вяло бежал мечник, но бежал, с мечом наготове.

Выпад вперед и уход в бок, на место, еще не занятое пребывающими сзади вояками. Меч уколол воздух, а остроухий, уклонившись и выбив оружие из рук безносого, быстрым и легким, почти незаметным уколом, пробил череп. Как раз через нос.

- Сдохните, свиньи! – рыкнул он, отскакивая назад и параллельно доставая из кармана нож, метнув в плохо защищенного пехотинца. В плечо, но не глубоко.

Рывком сократив дистанцию, попытался бортануть щитом, но безуспешно. Противник постоянно уходил с линии атаки, отпрыгивая и скалясь. Понимал его, видимо, только я, благодаря аккаунту и встроенному языковому переводу. А остальные, не разбирая сбивчивых матов, не приближались, угрожая копьями.

Скауты – парни опасные. Мобильные войска разведки и диверсий, не годные для битвы против толпы в три десятка рыл. С каждой секундой отряд выстраивался, и лес копий сужался, прижимая его к стене.

- Где пленники, - крикнул я. На секунду ушастый запнулся, повернув голову в мою сторону, от удивления. Черноголовый псоглавец, с рыком, сделал выпад вперед, а стоящие рядом с ним воители последовали примеру. И бедро с животом темного эльфа оказались пришпилены короткими копьями, прямо к стенам пещеры.

- Где, мать твою, пленники?

Тот лишь тихо забулькал, то ли смеясь, то ли сотрясаясь от боли. Я приставил клинок к его шее и с силой рванул, разрезая мягкую плоть.

Дальше шли в таком же порядке, впереди пустив егерей с истинным зрением. В битве они учувствовать особо не могут – в темноте особо не постреляешь, да и противник верткий. А когда он локализован, назовем это так, там уже много наших же воинов. Но истинное зрение видит ловушки. И может увидеть творимую магию.

Следы работы оказались только в последней, третьей пещере. Небольшой, как и две прошлые, в виде вытянутого, не идеального прямоугольника. Я видел побросанные тут и там инструменты и куски веревки, куртки. В отличии от прошлых двух пещер, здесь до сих пор в воздухе витала каменная пыль, забивающаяся в глотку и глаза. А также, здесь были факелы, которые толи не успели погасить, то ли и не должны были – работяги же должны видеть, чтобы работать.

Шли мы достаточно уверенно, из-за наличия освещения даже быстро, внимательно всматриваясь в стены. Метрах в трехста даже заметны были пленники – сидящие у костра, и молча смотрящие на нас.

- Кто бы здесь не находился, выходи на свет! Смерть быструю получишь, отродье эльфийское! – проорал идущий впереди егерь. Интуиция, до того молчавшая, очень некстати напомнила о себе – и буквально начала вопить и трезвонить в колокола. Не выдержав, я сорвался на бег, разорвав строй и подбежав к пленникам.

- Сколько всего эльфов было! Быстро отвечайте!

- Девять, - тихо выдохнул сидящий в тени мужчина. Вглядевшись в старое, испещренное морщинами лицо, в уставшие руки, я перевел взгляд на ошарашенные лица добежавшего до меня отряда. Карта дурниной взвыла свое коронное «SOS».

Немедля ни секунды открыл, увидя, как оседает егерь с болтом в груди. Как из темного зева прохода выбежал скаут, доставая свой клинок, а вслед за ним она – огромная, перекаченная бестия, нырнувшая вперед с огромным полуторником наперевес. Голова священника беззвучно покатилась по полу. Оба молодых пехотинца в ватниках, сотрясаясь от страха, рванули к выходу, но в их сторону метнулся скаут. И не успел догнать их, выбегая на поверхность. И сразу же падая, от шестерки стрел в груди. Бестия, с рывком вынимая застрявший в животе шамана, с удивлением осматривала на упавшего в проходе скаута и повернулась назад.

- Егеря, к лестнице, быстро! – рыкнул я, - вместе с пехотой! Стая – освободить пленников, осмотреть, оказать помощь! К бою!

Рванули мы со всей возможной скоростью. Впереди меня рискнули побежать только стрелки, а молодые пехотинцы не решились лезть поперек батьки. Да и не безопасно это, а я тут самый защищенный. Удар полуторника, конечно, не выдержу, но хоть какую-то конкуренцию смогу бестии составить.

Но у входа к лестнице вниз вражины не оказалось. Посматривающие снаружи пехотинцы девушку не заметили.

- Сдайся, - крикнул я, кидая один из поднесенных факелов наверх. Высокая сила позволили докинуть до верхних ступенек, где он и остался лежать, освещая тьму. Проблема была в том, что сама лестница была дерьмово освещена.

Снова выстроившись в колонну по-трое, мы пошли вперед, освещая путь факелами и выставив впереди оружие. Раненные, пусть и не сильно, но рвались в первые ряды особенно рьяно. За нами в этот раз шли егеря, чтобы не умирать понапрасну.

Но ни на лестнице, ни наверху не было врага. Я выглянул в темный проход, подобрав лежащий на лестнице факел и кинув его в коридор, ведущий к «взлетке». Но и там не было никого.

- Я первый, остальные за мной цепью в два шага, - коротко бросил я, перехватывая поудобнее щит и клинок. Достаточно узкий коридор вполне мог вместить одного меня за щитом, но не больше. И когда до выхода в предбанник каменоломни оставались считанные шаги, я почувствовал, как заколебался воздух, услышал едва уловимый шелест. И резко отвел корпус назад, прижимая щит ближе к телу, прикрывая голову.

Удар был ощутим. Руку не отсушило, но на секунду пронзило болью, заставив меня сжать зубы и проскрежетать ими. Бестии, шестой ранг, созданы как раз для уничтожения отдельных единиц тяжелой пехоты. То есть, идеальный ликвидатор для меня.

Клинок пошел под щитом в жесткий выпад, а вместе с этим я рванул вперед, целясь щитом примерно в корпус. Сильный удар по лезвию отвел руку чуть в сторону, а затем в щит уперлась нога противницы, с огромной силой пытаясь отбросить меня назад. В это же время ее клинок слабовато, видимо перехватила его одной рукой, ударил в мой, и с шумным лязгом пошел наверх, пытаясь добраться кромкой до моей руки. Глупый финт, перчатки защитят от такого столкновения.

Пат. Я не мог продвинуться дальше, она – достать меня на таком расстоянии со своей длиннющей железкой. Позади вовсю галдели люди, шуршали и шумели, но я не слушал. И старался не думать, просто делать, не оглядываясь.

Резко два шага назад, чуть ли не падая на стоящего пехотинца. И сразу же рвануть вперед, опуская щит на уровень глаз, и оттолкнувшись от заваливающегося юнца, рванул вперед снова, выбрасывая чуть сбоку свой короткий клинок.

Девушка от неожиданности потеряла равновесие, и едва смогла его восстановить, потратив несколько мгновений. Так нужных ей, чтобы атаковать. Но теперь она защищалась. И была вынуждена сделать несколько шагов назад, для маневра. Несколько шагов назад, один вбок, и ударить.

Только хорошее качество шлема и не самое лучшее у меча спасли мою жизнь. Удар пришелся по касательной, сильно задевая шлем. Голова пошла кругом, а в глазах пол с потолком причудливо смешались в единую плоскость. Не выдержав, я грузно повалился наземь, из последних сил перевернувшись на спину и закрывшись щитом.

Десять секунд потребовалось, чтобы зрение пришло в норму. Долгие, мучительно долгие секунды ожидания в смеси со страхом смерти. Но все кончилось. Сначала стихли звуки борьбы, а затем я отодвинул щит и увидел все прибывающих пехотинцев. Один подошел и подал мне руку.

- Молодцы вы, ребята, - сказал я, вставая и снимая, наконец, шлем. Совсем недалеко лежало тело – иссиня-черное, словно облитое чернилами. С неестественно красной лужей под собой. Тонкая кожа и очень приятные формы, бугры мышц и ни капельки жира.

Потихоньку стали подниматься гноллы с работягами. У многих из отряда полоска жизнь оказалась в жёлтом секторе, а у некоторых почти в красном. Не понимая, в чем тут дело, залез в описание каждого. Отравление…

- Тут пленники хотели сказать, - прорычал вожак, показывая на всё того же старика.

- Часов пять назад все темнокожие нанесли на оружие чёрную тягучую жижу, - отозвался старик, щурясь от яркого света, попадающего через входную дверь.

- Ты знаешь противоядие, старец? – спросил я.

- Они не говорили об этом на нашем языке.

Нет лекарей, о противоядии не известно. Даже о яде неизвестно, может я и подобрал бы что-нибудь. Понятно лишь одно, что целая толпа воинов неумолимо умирают.

- Все, кто был ранен, кого задело оружие врага, встаньте с левой стороны, остальные направо. Бывшие заключённые, я попрошу вас выйти, подышать свежим воздухом пол присмотром моих людей.

А пленных оказалось почти полсотни. Зачуханные, грязные, худые. Они медленно, щурясь, выходили из помещения. И когда последний скрылся, я выждал десять секунд и начал.

- На каждом из раненных висит отравление, и это подтвердил пленник, который видел, как остроухие наносят яд. Так что егеря – вниз, обыщите вообще всё, что только сможете. Берите каждый себе по пехотинцу в помощь. Жду вас через десять минут максимум. Раненные – сядьте, ляжете, что угодно, но это может замедлить действие яда и облегчить ваше состояние. Остальные – обыщите ещё раз все здесь, вплоть до трупов. И сложите в центр комнаты. У вас десять минут. Как закончите тут, бегите вниз с факелами, помогать егерям. Если мы не найдём здесь то, что сможет обезвредить яд, то время прощаться с раненными.

Поманив рукой вожака, сам вышел на улицу, чуть сморщившись от хлынувшего света. Свежий воздух, без каменной пыли и нависающих стен. Светлое, чистое голубое небо, с травой по пояс. Огромное количество людей, буквально толпа. Всё они тихо, зашуганно перешептывались, оглядывая шесть всадников с луками.

- Внимание, - рявкнул я, - посмотрите на меня!

Подождав пару секунд, пока они сначала дернутся, а потом всё повернуться, продолжил.

- Первое. Я, князь, Владыка Города Алд Вахрам, что в переводе с гномьего означает Драгоценный Камень. Владыка многих деревень и сотен верст земли. И сейчас я, со всей властью, что имею, именую Вас всех свободными. Больше вы не пленники и вольны сами решать свою судьбу.

Молчаливые переглядывания, тихий шёпот, но не больше. Дрессировка работает.

- Далее, каждому из вас, кто бы вы ни был, чем бы не занимался, предлагаю присягнуть мне, и жить на моей земле. Если среди вас есть толковые каменщики, то я предлагаю вам класть камень. Если кто-то хочет открыть таверну, то мои деревни примут вас с радушием. Кто-то хочет воевать, и моя дружина будет вас ждать. Ну и конечно, если у вас есть желание уйти домой, в деревню, я не откажу вам в этом праве. Вы – вольный народ, отныне и впредь.

Тихие щепотки, сначала робко, аккуратно, а затем всё более громко и радостно.

- Стойте, стойте! – крикнул я уже не плохо поставленным голосом, что зашуганные пленники сразу же утихли, - вот мой верный подданый и один из полевых командиров, ветеран войн! Подойти все, кто желает связать свою жизнь с моей, и биться плечом к плечу, повергая темных эльфов и прочую нечисть, к нему!

Подмигнув ошарашенному гноллу и хлопнув по плечу, сам развернулся и быстро вошел обратно, во тьму. Смело шагнув в эту дыру в холме, осмотрелся. Наши тяжелые лежат мертвые, а раненные почти не изменились, только в лице. Сильно здоровье у них не просело, но и три часа до деревни они не пройдут. А если попросту посчитать, не пройдут и часа. Минут сорок пять, и это если сидеть и не позволять сердцу биться быстрее, чтобы оно не разносило яд по телу. Не реализуемо.

Уведомление тихо пиликнуло, и я перенесся все в ту же степь, но на несколько сотен километров юго-западнее. Там на бреющем летел горыныч, поливающий огнем дома. Негры беззвучно бежали из своих хибар, катались по траве, пытаясь сбить огонь и просто открывали рот. И у меня это вызывало лишь усмешку. Ничего, дорогой Орк, в ближайшие дни я буду систематически лишать тебя вообще всех, кто кормит твою орду или дает налоги, чтобы ты ее содержал. Я тебе устрою…кузькину мать.

Внутри все также метались, обыскивая каждый камень. С потерей всех раненных количество гноллов сокращалось непозволительно мало – до двенадцати штук. Проблема была в обоюдоостром умении «стая» - уникум для клана Клыка и Когтя у зверолюдов. Когда членов этого клана в одном отряде или месте оказывалось меньше пятнадцати, их боевой дух понижался. А если больше, то, соответственно увеличивался. И пусть нехватка трех копейщиков не сильно ударит, но даже единички могут сыграть не самую лучшую шутку. Тем более в этом «иностранном» легионе.

Но прошло получаса и мы выдвинулись обратно, в сторону деревни. Каменоломню я, конечно, захватил, но ни единого человека там не оставил. Ни единый пленник не пожелал больше никогда работать в шахте, ни за какие деньги не согласны, как оказалось. Зато аж двадцать человек изъявили желание влиться в лихие ряды моего воинства. Это были даже не пехотинцы – ополченцы, едва подкачанные крестьяне. Но за неимением альтернативы сейчас, я буду довольствоваться и этим. А умения помогут мирно сосуществовать верующим в Единого ополченцам, гноллам и славянам.

До уровня мне было – как до Китая раком. Поэтому у раненных и убитых забрали оружие и раздали освобожденным. Мои ополченцы получили по копью, а самые высокоуровневые гноллы по мечу, шлему и щиту. Кольчуги и броня были вообще не годны, с дырками на груди или животе, в самых ответственных местах.

Количество опыта для получения уровня исчислялось ценой найма и неким «а», зависящим от ранга и грейда, увеличиваясь в арифметической прогрессии. Количество опыта, получаемого юнитом, тоже исчислялось в этой цене, но уже у врага. Ну и после того, как лекарство не нашли – а мы его не нашли, я отвел вожака в сторону и объяснил диспозицию. Смерть у членов его стаи неизбежна. Вообще никак. И закончат они, скорее всего, в страданиях. В его власти, как вожака стаи, прервать эти страдания. Сделать так, чтобы его же подчиненные не страдали до смерти. Те из гноллов, кто не получил за этот бой уровень, а такие были, выходили из пещеры – каменоломни и вливались в общую колонну самыми последними. Замыкающими. Запугав, застращав страшной и мучительно-болезненной смертью, мне удалось склонить вожака к этому. Всех раненных добили. Перед тем, как выбрать улучшение для гноллов, спросил у егерей – и мне сказали, что в деревне смогут выделить луки, а потому трое псоглавцев получили модификацию лучника, а двое даже сразу получили свое основное оружие, от павших егерей. Еще один стал шаманом, «учеником».

Речь, что я толкнул – оценили, и три пехотинца с егерем захотели встать под мои знамена, пока бесплатно. Но с ними трофеи я делить не рассчитывать – не так и много они натаскали. Тысяча золотых монет, пара простых артефактов только для темных эльфов, и набор, который навык травника подсвечивает как разные виды ядов. По двадцать монет ушло каждому выжившему гноллу и по пять каждому станичнику. Еще немного я отложил. Самые обычные, дешевые луки среднего качества стоят не дорого, но именно на оставшуюся четверть от трофейных денег удастся вооружить моих импровизированных дальников – закупив еще и стрел с лихвой.

В пути удалось даже распланировать следующий план действий. Солнце зайдет аккурат через несколько часов, когда мы прибудем в деревню, а моим новоприобретенным солдатам нужно отдохнуть, больно истощенные. Да и гноллам надо показать, что за день службы могут быть не только укорачивание стаи почти в два раза, аж на одинадцать особей, но и плюсы. Нормальная кровать, например, и опыт. Пусть выспятся, наедятся до отвала и отправятся в путь. А вот я со станичниками поедем аккурат до темноты, чтобы завтра с рассветом успеть побольше мест объехать, а моя новая армия пойдет как раз к деревням в том округе и к «шахтам».

Большие потери понесли силы деревни. Хоть это явно не все их воины, на двести пятьдесят домов – в деревне не платят «местным силам». То есть наверняка там есть какой-то старый и великомудрый тренер, обучающий ограниченное количество воинов либо в егерей, либо в пехоту, который к тому же там что-то вроде воеводы. Но они сидят и сторожат родной дом, слушаясь старших, и спокойно, без лишней рефлексии сапая грядки или выходя на охоту в свободное время. Только мечники плохо вяжутся и вкладываются в эту картину, даже священник вполне хорошо встраивается, учитывая расу.

Но два егеря, два мечника, поп и одиннадцать пехотинцев. Еще один егерь и тройка копейщиков ушли в мои ряды. За не полный день вместо вышедшего из деревни хорошего отряда вернутся два егеря и десяток второранговых парней. Меньше половины.

- Слушай, можешь рассказать, откуда у вас в деревне готовые воевать люди? – спросил я, подъехав на своем коне до идущего впереди «моего» егеря, - есть у вас человек, воевать обученный?

- Да, господин князь, - кивнул егерь, продолжая идти все в том же темпе, - голова поселения у нас семерых сыновей имел. Всех семерых он на войну отправил, когда один неумирающий набирал добровольцев на войну. Вернулся только один, Демьян, егерь какого-то Вен Диала на континенте. Они тогда долго в избе кричали, Степан и сын евонный. Он вернулся, умелый, опытный, да людей может тренировать, в пехотинцев да егерей. Вернулся он, когда тот прекрасный сир пал, вместе с государством его. Десять зим прошло, князь, пока не было дома Демьяна. Деревня наша тогда разрослась, жили мы у моря. Собрал тогда Степан всех, кто желал, да отправились все на суднах через соленую гладь, боялись все тогда вестей, что принес с собой егерь молодой. Потом по реке – и пехом. Так тут и оказались, но я всего не знаю, княже, я здесь уже был рожден. Вот сын нашего головы – Демьян, вот он тут за тренера. Он и чудищ разных видал, и чего только не было…

Я аж крякнул, от удивления. Стандартная легенда у таких персонажей – это служба неписю, а не неумирающему. И стандартный уровень, позволяющий взять «тренера» - это от полусотого, элита. Интересно даже на егеря того посмотреть. Но такой егерь, с их классическими двадцатками на старте, в ветеранском грейде в одно рыло сможет и богатыря первого сделать. Да и магия у него явно сильнее и больше, чем обычный егерский светляк. Это даже интересно.

- А почему на задание не пошел с нами, его помощь бы пригодилась.

- Вы уж простите, господин князь, но навоевался наш Демьян, да и неумирающих на дух не переносит. Скорее всего даже переговариваться с вами не хочет.

- Ну поговорить, положим, нам надо… Ладно, спасибо. А мечников тоже он готовит?

Егерь аж дернулся от неожиданности.

- Нет, князь… с северного города пришла подмога.

Я сплюнул от досады.

- А сколько пешим ходом до северного города?

- Полтора дня, но кочевники большие колонны и обозы тормозят, так что малыми группами, на лошадях еще можно проскочить, если избегать их данников- селений. Вмиг весточку степнякам посылают.

- Благодарю, солдат.

И осадил коня, позволяя егерю снова уйти вперед. На востоке у меня форт с разъездом в двадцать умелых бойцов, основную боевую массу кочевников они в бою уничтожат. Но не мергенов и кешиктенов.

Еще и северный город. Не понятно, кто тут главный враг. Мои станичники на кочевника даже не наткнулись, а будь он сильным и могущественным, то и разъезды были бы. Хотя наткнулись на деревни, по словам егеря, выплачивающие дань. Или налоги.

То, что и «кочевника», и «северный город» я не перемолю с такой вот армией – это даже не то, что факт. Монолит. У меня тут за счет Известного, двух книг Толерантности и Военначальника будет собираться армия Ганибалла Барки, уже собирается, и позволяет взять больше, чем две инородные расы. И с другой стороны, Ганибалл побеждал благодаря легкой нумидийской коннице. Пятнадцать лет к ряду.

Встречали нас радостно, когда идущие впереди всех пехотинцы подбрасывали кожаные портупеи. Не просто победили, одолели на их земле, освободили пленников, перебили тварей! Гип – гип – ура! Первая радость сменилась недоумением многих – стариков, женщин, детей. Они искали своих братьев, сестер или суженных. Но вместо суженных, после бывших пленников, сначала споро вошли гноллы, многие окрепшие хотя бы на уровень, а затем семерка всадников. Слезая со своего богатырского коня и передав узды станичнику, я снял свой шлем с маской и бармицей, размяв шею.

- Как вы видите, моя дружина тоже укоротилась. Хоть некоторые из ваших воинов согласились служить мне.

Люди переводили неудомевающие взгляды то на меня, то друг на друга, пытаясь заглянуть за спину – не идут ли позади оставшиеся полтора десятка. Где же мечники. А я искал другую фигуру, живую. И нашел.

- Пошли, Степан, потолкуем с тобой, да позови главного мечника, если остались еще такие, да сына своего – Демьяна. Но прежде, дозволь бывшим пленным занять ничейные дома, а оставшиеся на ночь моими людьми – кто присягнул из шахты, и гноллами. Еду я готов выделить сам. Если у тебя нет, но могу и заплатить.

Пожилой мужик сверлил меня взглядом, буравил переносицу. Секунд десять, не отводя взгляда, потом молча, медленно кивнул, развернувшись и уходя вглубь поселения.

- Все слышали? Пехота, сегодня ночуете в избах! Станичники, накормите лошадей и поешьте сами, у нас впереди еще дорога!

Не засматриваясь на недовольных тем, что вместо крыши над головой и соломы на полу, будут спать на голой земле, повернулся и быстрым шагом прошел за старостой. Погодя он остановил какого-то мальчугана, что-то шепнул ему на ухо. И тот побежал куда-то в сторону от нас. Пугало ли меня такое? Нет, но очень напрягало. Злило, если угодно.

Шли в молчании, минуты три. Быстро преодолели импровизированную площадь, и ушли в переулок, заходя в какую-то не примечательную избу.

- Заходи, князь, - впервые обратился Степан, - Марька, ставь на стол!

Марькой оказалась не менее пожилая жена. Пройдя несколько помещений, мы оказались на небольшой кухоньке. Там эта женщина крутилась, раскладывая из горшочков по мискам разные явства. Судя по запаху, да и звукам – явно семья не бедствует. Имела женщина длинные седые волосы, собранные в хвосте, испещренное морщинами лицо и не знаю… Искреннюю улыбку. Есть такие люди, я их еще эльфами называю – их чуть ткни, а они посыпятся. Оптимисты до первого удара жизнью головой об стол. Тут же уже взрослый человек не растерял теплоты и любви. Пусть и светит она на закате дней не так ярко, зато это чистейшее золото.

Тут же крутились и несколько девчонок, поменьше и помоложе, при мне усиленно отводящих глаза и краснеющих. Одна уже оформившаяся, лет эдак шестнадцать. И была она… симпатичной. Вторая еще малявка, около двенадцати-тринадцати.

Стол был не огромным, но большим, занимал не малую долю кухонки. Степан сел во главу, и жестом наказал сесть рядом, по левую руку. Всего сюда поместилось бы человек десять, по четыре с каждой из сторон, да еще один с другого конца.

С улицы послышался шум, кто-то закашлялся. Несколько мужчин тихо переговариваясь, отворили дверь, заходя в дом. И спустя секунд десять я их увидел, вошли по-очереди. трое мечников. Один с длинными седыми усами, еще двое вроде совсем молодые. Но заговорил со мной, вопреки здравому смыслу, юнец.

- Много кто согласился служить и воевать за тебя, князь, - не обращая внимания ни на хозяина, ни на хозяйку с молодыми девчонками, бросил он, садясь напротив.

- Люди умеют делать правильные решения, - пожал я плечами, - но не удивительнее ли то, что на просьбу встретиться с главным мечником этого поселения, я вижу троих мужчин, в броне да при оружии?

Могу поклясться, что буквально на долю секунды уголки губ Степана дрогнули, а в глазах зажегся озорной огонек. Но он быстро подавил в себе эмоции и повернул голову к мечникам. А вот юнец взорвался.

- Ты обвиняешь меня в трусости, идолопоклонник?! Да я тебя….

Следующее мгновение прошло почти незаметно для всех, только старый мечник дернулся и потянулся за оружием. Миг, и нож, в мгновение материализованный из Вместительной Сумки Героя, лезвием уперся в кадык говоруна. Чтобы резко привстать из-за стола и подать корпус вперед у моего тела ушли доли секунды, нужные на материализацию.

- Только из большого уважения к хозяину этого дома я не буду проливать кровь, но! Если еще хоть раз ты повысишь на меня голос, или попытаешься оскорбить, я клянусь на своем оружии, что твои кости будут догрызать собаки во дворе.

Повисло напряженное молчание, Степан напряженно вглядывался то в мое лицо, то в лицо паренька, сзади затихли кухарки. И только седоусый начал тихо вставать со своего стула, поднимая руки.

- Не обижайся на него, князь, - сказал он, - совсем молод парень и горяч. Прости его и отпусти, говори со мной теперь, он молчать будет.

- Всегда слушайся старших, парень, - вторил я, глядя в лицо нервничавшему хаму, - они мудрее и жизнь поболе повидали. А теперь сделаем вид, что ничего не произошло, и начнем сначала.

Убрав нож обратно в сумку, я сел, улыбнувшись.

- Славянский князь города Алд Вахрам и всех окрестностей, владыка озер, рек, лесов, гор и степей. Скучно мне дома сидеть, вот отправился посмотреть, что на востоке от моих земель делается. А вы, господа мечники, каким боком тут очутились?

- От моего хорошего знакомого и друга, - донесся циничный голос от дверей. Крепкий, с белыми висками парень, с полностью испещренным шрамами лицом, без кусочка носа, с рваными ушами. Сто двадцать четвертый уровень… Супер-элита, как никак…

- Здравствуй, Демьян, - подал голос староста, наблюдая, как садится последний из его сыновей за общий стол. И стоило ему приземлиться, как женщины забегали. На столе начала появляться и соленая рыбка, и картошечка и плошки с супом…

Жена старосты села рядом с сыном, на стороне мечников. А обе малолетние девчонки уже на моей стороне, но оставив место, между нами.

- Ты звал моего сына, и звал главного мечника. Они на месте, князь, - пожал плечами Степан, - говори, зачем они тебе, иначе мы пообедаем, да разойдемся.

- Тоже верно, - кивнул уже я, - сначала хочу обратиться к сыну твоему, голова, - дождавшись кивка старшего, поворачиваюсь уже в сторону парня, - Демьян, сколько в неделю егерей ты можешь обучать?

- Четверых, - с интересом ответил он, плохо скрывая улыбку, - или восьмерых пехотинцев. Но это дорого, дешевле через Гильдию Воинов.

- В полтора раза дороже?

- Обычно да, но для тебя в два князь, уж прости – никто ты мне, и звать тебя никак. За каменоломенку спасибо, но и ты выгоду свою поимел, почти все освобожденные служить тебе поклялись, а многие в войско пойдут.

- И сколько ты за эту неделю еще можешь выучить егерей?

- Двоих, и одного пехотинца, - усмехнулся он, - тысяча двести золотом, да сотню за работу, и на рассвете будут у тебя они.

- Луки дашь?

- Продам, - пожал он плечами.

- По рукам. Вы, господа служивые люди, - проговорил я, поворачиваясь уже к мечникам, потихоньку уплетающим каши, - Будьте добры, расскажите, а что вы тут делаете?

Напряглись вообще все, кроме меня. Но это ладно. Взгляд молодого, говорливого мечника, обращенный к Демьяну во время нашего короткого диалога был даже красноречивее много другого. Видимо конкретно его не устраивало в обучении «моих войск» что-то.

- А какое дело князю, у которого почти все войско состоит из голытьбы, до того, что мы тут делаем?

- Как какое? – наигранно удивился я, - мои владения тут по соседству находятся. Вот представь, хоть на секунду, что произойдет следующее – рано или поздно сюда подходят мои бояре, да с войском большим и обученным. И вот этих мирных людей я ни в коем разе не трогают, а неизвестных, да при оружии…

- Да как ты смеешь…- начал возмущаться доселе молчавший мечник.

- А время нынче вообще не спокойное, людям с оружием доверять – последнее дело. Вот и что вы мне прикажете делать? Да и, по правде, не хочу я с вами сражаться, да и с господином вашим. Но чтобы союз заключить, мир, да торговлю наладить, надо хотя бы понимать, где ваш господин находится. Может с моей помощью он сможет некоторые свои старые проблемы решить, а?

- Ты часто упоминаешь войско, но я не видел при тебе хороших воинов, - безапеляционным тоном заявил старый мечник. Я всмотрелся, двадцатый четвертый. Почти что ветеран.

- Шестеро всадников со мной, это мое войско. Остальных я нанимаю по ходу путешествия. Каждый из этих всадников сможет один на один победить вас, мечников, своей саблей. А еще они прекрасные наездники и стрелки.

Помолчали все. Только Демьян, как я прекратил с ним говорить, стал шумно накладывать в тарелку еду.

- Видал я их, станичников, в деле, - кивнул он, - опасные ребята. Хуже степняков, потому что не такие босяки, да пограбить любят никак не меньше. Опасные они, это да.

- Барон замка и города Плеск находится здесь, - кивнул старый мечник, вздыхая, и на карте показалась отметка с выделенной область. Туман войны расступился, и пусть сама карта была неактивно, но ландшафт описан вполне сносно. Резко захотелось икать. Вид сверху, даже отдаленный, показывал ТАКОЙ город! Да моему замку, с жалким трехнедельным приплодом и кучей детей не просто далеко, а охренеть как далеко. Просто огромный город!

- Наш барон контролирует огромные земли, и многие деревни платят ему за защиту, - кивнул пожилой мечник.

- И у нас был договор, что, если он победит кочевников, сделает так, что они никогда боле не атакуют наше село – мы присягнем ему, - сказал Степан, - и вот он копит силы, что атаковать по Хану, прогнать его. Отправил нам мечников, на защиту, как жест доброй воли. Но пришел ты, и доказал делом, что готов заботиться и защищать своих подданых, так что говорю и тебе. Ежели от Хана нас избавишь раз и навсегда, тебе присягнем. Сами мы зажить хорошо еще не скоро сможем, но вот с защитой…

Внимание! Получено задание: «Миротворец»

Принесите мир на землю будущего городка, уничтожив главную угрозу, тормозящую развитию – набеги кочевников. Дополнительный шаг: договоритесь с бароном Плеска о союзе/вассалитете

Награда: селение перейдет под ваш контроль

Штраф за отказ/провал задания: подчинить селение возможно только силовым путем.

Миротворец, так миротворец…

- Принимаю, Степан, добро. А ежели мы вдвоем победим Кочевника?

- Дань одна, князь, - улыбнулся староста, - а вас на нее будет двое.

Демьян, не выдержав, рассмеялся, прямо с набитым ртом, роняя обратно на тарелку смоченную слюной картошку. Девушки брезгливо отвернулись.

- Добро, - кивнул я, - решим вопрос. Как верно заметили мечники, у одного меня может не хватить сил сломить степняка, половина армии – ополченцы, даже не пехотинцы. Но если там все контролирует кочевник, то как же вы, вои, смогли проехать мимо?

- Малыми группами, по пять человек, на конях и быстро, - ответил уже Демьян, - одиноких всадников и небольшие группы хан не трогает, хотя его разъезды точно все видят. А вот большие перемещения и уж тем более торговлю пресекает на корню.

- А поселения?

- Несколько густозаселенных, типа этого, но все почему-то верны, сразу же дают знать своему господину, - пожал плечами уже мечник, - ближе к северу россыпь небольших. А дальше уже ленники моего господина.

- На вопрос о количестве войск у вашего господина вы либо соврете, либо не ответите…

Кивнули, чуть ли не синхронно.

- Тогда скоро я свяжусь с вашим господином, чтобы мы быстрее закончили разбираться с кочевниками и обсуждали наше дальнейшее взаимодействие. На этом вы, воины, можете быть свободны.

Перестав обращать всякое внимание на мечников, я пододвинул к себе тарелку супа, улыбнувшись.

- Мне похожий бабушка в детстве варила… Спасибо, хозяйка, уважила.

Две девочки хихикнули, Демьян ухмыльнулся, Степан не отреагировал, а старуха затараторила.

- Ой, да что там, что там, самый обычный овощной супчик, я особо и не старалась…

Но я уже не слушал, я ел. Молча, быстро, словно оголодавший зверь, я с удовольствием ел.

Дождавшись, когда трое мечников уйдут из дома, успокоившись только когда возгласы послышались уже со двора, я только после этого позволил себе расслабиться, открыв сумку героя и перетащив с тела туда все доспехи, оставшись в многослойном ватнике и штанах с сапогами.

- Ой, - дернулась было младшая, но Демьян жестом остановил ее.

- Неумирающие по-всякому умеют.

- Кто такой Вен Диал и как долго ты служил? Давно вы тут…

- На эти и любые другие вопросы про своего прошлого господина я тебе не отвечу, князь. Скажу единое, чтобы любопытство твое потешить – паладин он был мудрый, сильный. Хоть и не сразу им стал. Грифонами владел, да нами – людьми. И власть его простиралась на многие земли. Но то было на континенте, и было давно. Сейчас все по-другому, и знания тебе о землях тех не к нужде.

С улыбкой отставив пустую плошку с супом, с удовольствием пододвинул тарелку, накидывая туда картошку с рыбкой.

- Ну и хрен с тобой, егерь. Служить тоже не пойдешь?

Тот снова покачал головой.

- Навоевался, князь. В деревне останусь.

- А если запрещу тебе тренировать молодежь? Мне может не выгодно, чтобы у деревни были собственные служилые люди.

- Тогда придется платить этой молодежи, чтобы она была твоей. Меня ты отсюда не вытуришь, и тренировать людей не помешаешь.

- Переезд?

- Сам переезжай, - фыркнул он.

- Какой же ты вредный и противный, Демьян, - вздохнул я, - на каком уровне начал становится таким?

Гробовое молчание. Все, буквально, замерли, боясь пошевелиться.

- У любого человека есть предел, Демьян. Даже мои богатыри, очень сильные ребята, если не сильнейшие люди из всех рас – они уже на старте поголовно за сорок, и в процессе, уровня с пятнадцатого, растут только жреческие, не физические способности. Сила их колдовства. Умения тоже, но не мускулы или жилы. У тебя был третий ранг, и уровень за сто двадцатый. Выглядишь ты на тридцать, от силы. И то, скорее всего состарился морально, а годков явно меньше – призвали тебя с твоими братьями совсем зелеными, скорее всего, сначала как ополченцев, а потом дальше по цепочке Рыцаря. В один момент, уровне эдак на восьмидесятом – сотом, у тебя должно было прекратиться физическое развитие, и начаться магическое. Егеря ведь тоже владеют магическими трюками?

- А затем трансформация, ты прав, - кивнул суперэлитный боец, - многие думают, что людей ограничивают ранги… Чушь. Сама суть расы. У нас, не мутантов, есть пределы. Мы не можем расти выше определенного порога. Как не прыгнуть выше головы.

- И чем ты стал?

- Не знаю, - пожал он плечами, - но меня очень трудно убить, князь. Я привязан к этой деревне, к ее жителям. И чувствую неописуемую нужду находится здесь и тренировать молодежь, учить их защищаться…

А вот такими легендами и привязывают постоянных неписей к местам. Хотя «постоянных», то есть условно бессмертных или трудно уничтожимых очень мало в этом мире.

- Я примерно догадываюсь, что ты такое. Хорошо. Ты не видел шамана или жреца, может чувствовал? Он из наших, работает с нашей богиней Смерти.

Тот отрицательно покачал головой.

- Жаль, придется отправляться на его поиски. Но, надеюсь, что не приношу дорогому хозяину жутких неудобств и он потерпит меня еще с полчаса, пока кони отдохнут, а люди перекусят, чтобы мы снова отправились в дорогу.

- Отдыхай сколько посчитаешь нужным, княже.

Я кивнул, углубившись в тарелку.

- А ты много путешествуешь, князь? – спросила девочка, лет двенадцати.

- К сожалению, и это не всегда хорошо, но и не плохо.

Девчушка чуть выдвинулась вперед и состроила удивленную моську.

- Я все время жизни в вашем мире завоевываю, - улыбнулся девочке, - наступаю, забираю землю и людей под свое крыло. И потому очень редко бываю у себя дома, в крепости на холме. А дом у меня красивый – приезжайте со Степаном и всей семьей, увидите славянское радушие.

Та улыбнулась, а девочка постарше зарделась, немного отвернув голову.

- И чем же это хорошо, князь? – спросила уже старуха.

- А никто до сих пор не знает, хорошо я своей землей правлю или плохо, матушка, - ответил я, поднимая на нее взгляд, - война постоянно, люди на взводе, готовятся к худшему. Налоги не задираю, вот они и живут, но каждый день, что последний. А ты представь, что я – такой вот воин, приезжаю домой. Сажусь на свой трон. И начинаю управлять…

Искренне, заливисто засмеялся Демьян, и вежливо хохотнул его отец.

- Не знаю, что народу моему больше понравится, если честно. Но это все лирика.

- А сейчас с кем воюешь, княже? – продолжала старая.

- В восьми днях пёхом отсюда орк Неумирающий, в степи на юге. Вот за степь с ним боремся. Кто кого заборет, тот и господин над огромными землями.

- А сил хватает, князь? – вежливо поинтересовался уже Степан.

- Да, сейчас все мои силы охраняют границы и ходят в набеги. Ждем. Я и решил, что сидеть на месте сил никаких нет, вот и направился сюда сам, вопрос восточный решать и земли расширять.

- Пока тут своих любителей расширения хватает, - ухмыльнулся егерь.

- Пока, - парировал я, - ну да ладно… матушка, налей еще супчика, больно вкусен. Да пойду я, не буду смущать народ честной.

Интерлюдия три. Плеск, несколько дней спустя

Рене спокойно шел по широкой, главной городской улице. Она пронизывала весь город, вытянутый вдоль реки, прямиком от форта и до самых городских ворот. Вела через шумный рынок, главную городскую площадь, главную улицу, домами на которой владеют местные богачи, видные ремесленники и торговцы. Сам Рене был ни много, ни мало – углежогом. Земли барона были не бедные – и деревни у него в подчинении имелись, и поступало зерно, и даже несколько шахт разрабатывал. Но месторождений каменного угля не нашлось.

Сам Рене, вместе с частью команды, приезжал в город раз в неделю – продать уголь, что они усердно жгли в лесу, заплатить налог, закупить провизию и вернуться обратно. Работка была не пыльная, скорее даже очень напряженная и неприятная, тяжелая. Но и получали углежоги солидно, да и в народе это было если и не почетно, то уважаемо уж точно. Никто не смел заикаться о глупости или не солидности этого труда.

Молодой юноша вышел в совершеннолетний возраст совсем недавно. Будучи четвертым сыном деревенского пастуха, углежогам он был просто «отдан», на воспитание. И это, сейчас, было первое впечатление мальчишки после нескольких недель работы в глубоком лесу. После небольшого хутора на отшибе, где он рос, этот город казался невероятно огромным. Здесь, в отличии от тихих домов посреди леса, или небольших деревень, жизнь бурлила и кипела. Люди здесь носились в бешеном темпе, будто бы не успевая к чему-то.

- Эх, городские, - сплюнул Рене. Его напарник, не менее молодой Генон, сейчас сторожил повозку, и у юноши появилась возможность погулять с часок. И, конечно, он хотел прикупить на рынке что-нибудь для молоденькой Генриэтты из деревеньки на юге, где одна из стоянок. Это сейчас Рене молод, но пройдет немного времени, и он накопит денег. А там уже и друзья из углежогов помогут – избу сладят, инструмент закупят, лес вырубят. Потихоньку обустроить с молодой пышногрудой Генриеттой свое будущее.

Храм, костел, возвышаясь над всеми постройками в городе, вдруг будто бы вздрогнул. Звуковая волна от трезвона колокола пошла на весь город. Люди, и до того гудящие, как осы в улье, резко забегали кто куда. Рене был не из глупых, но крайне любознательным парнем. Он рванул вперед, по отделанной брусчаткой главной дороге. Лавировал в людском потоке, юлой проскакивая меж дородных теток и городских мужиков. Колокольный звон в такой час и день мог означать только одно – все должны быть готовы по сигналу бежать в еще более укрепленный форт.

Сама городская стена была зрелищем…Странным. Фундамент и полтора метра над землей были выложены из камня, а на фундаменте – деревянная надстройка. Но дальше, у барона не хватило денег, и вот уже многие года стену даже местами не пытались обновить. Зато был полностью каменный, с широченными стенами замок, где был сам венценосный правитель и вся его армия.

Сами стены, в основе своей деревянные, были шести метров высотой. И молодой Рене в легкую вбежал на них, осматривая с их высоты происходящее. Ему тут же всучили в руки копье со старым , пошарпанным древком.

- Поможешь, если что, - кивнул один из мечников, уходя дальше.

Не приметить причину тревоги было невозможно. Уже достаточно близко к городу, буквально в паре сот метров, находилась целая толпа – людей и нелюдей. Все были вооружены, и все бежали. Грязные, чумазые, они кричали «впустите нас, скорее». Чуть подальше от них были всадники, с несколько дюжин сразу. Они в рукопашной сошлись с… кочевниками.

У молодого углежога в горле попросту пересохло. Узкоглазых конников не любил в этих землях никто. Сколько крови они попили, сколько людей в полон увели – трудно сосчитать. Их ненавидел отец Рене, ненавидел и отец его отца. И настоящая семья, из таких же углежогов, тоже их не любила. Как в народе говорят, видишь лучника – беги.

Через пару мгновений, увидел молодой парень, что упал еще один кочевник, и всадники рванули на бешеной скорости к городу. На тот момент много мужиков столпились на стенах – кто как зеваки, кто еще как, но все были при оружии. Некоторые из дома брали колун или топорик, но большинству выдавали старые копья, их было в избытке.

- Отворяйте! – раздался голос одного из всадников. Весь, словно рыцарь, закованный в сталь, - мы едва ноги унесли! Кочевники наступают нам на пятки!

- Вы кто будете? Откуда кочевники?! - сир Донахью. Главный рыцарь и военный комендант города. Правая рука барона. Он без него даже из города не выезжает. А значит за чужеземцев возьмутся всерьез.

- Наемники мы, из земель западных идем! В одной из деревень сказали, что тут есть господин, который людей военных берет на службу для войны с кем-то! Совсем недалеко столкнулись с разъездом степняков, перебили их разъезд. В набег шли на ваши земли, но у меня люди в основном не конные, -показал он на пехотинцев, - не могу я лихо с ними расправиться сам.

Дальше, чуть ли не синхронно, взвыли люди под воротами, из-за чего рыцаря более никто не слышал. Сам Рене едва разбирал «помогите» и «спасите». Но вздох у людей на стене вызвали черные точки, выезжающие из леса, и строящиеся у границы с городскими полями. Они все пребывали и пребывали, не заканчиваясь ни на секунду.

- Будьте людьми, отворите, мы быстро войдем и поможем отбиться! Сохраните жизни, люди добрые, век не забудем! – проорал рыцарь, уже проще, вой людей заметно поутих. Все спешенные начали разворачиваться и принимать какое-то подобие шеренги. Все в шлемах, кольчугах и со щитами, были одеты также, как мечники города.

- Право слово, Дон, впусти, не бери грех на душу, - покачал головой один из мужиков, местный скорняк, - а они помогут стены защитить, если степняки осаду вздумают начать!

- Да, сир Рыцарь, - начали доносится голоса со всех сторон. Молчал Рене, но не потому, что было нечего сказать. Он не мог – его взгляд, почти все внимание, было приковано к кромке леса. Он не мог сосчитать сколько всадников столпилось там, но с каждой секундой их было все больше. Их было явно больше, чем горстка людей у ворот, хотя и тех было не мало. И они грозились пуститься сюда.

- Аааа, демоны с вами, - махнул рукой сир Донахью, - Стэн, Карл, отворяйте ворота! Густав, будь готов быстро их затворить!

И как только внизу забегали воины, как только с деревянных ворот сняли доску, и только они приоткрылись, степняки погнали лошадей к городу. Их было много, очень много – целая туча, поднимающая под собой столбы пыли. Губящая посевы копытами своих лошадей. И кричащая боевые кличи.

Словно от наваждения, молодой углежог мотнул головой, повернувшись назад и, добела сжимая копье, рванув к лестнице. Ему стало страшно, действительно страшно. Так страшно, как не было никогда за недолгую жизнь.

И он увидел их. Перемазанных в грязи, вроде как уставших, минуту назад истошно моливших о пощаде. Ему, с бешено колотящимся сердцем, на секунду лица вбегающих показались демоническими. Красные, осклабленные, злобные лица. И когда начали въезжать всадники, послышался громкий зиливистый свист. И воины у ворот, которых столпилось не мало, не успевшие среагировать, начали умирать. Часть схлопотали стрелы, и воители «наемника» рванули вперед, подминая не ожидавших, убивая их. Ворота так и не были закрыты.

Уши Рене заложило от страха, он споткнулся, и попытался отползти назад, упираясь в деревянную стеночку и держа копье впереди себя. Будто бы сквозь воду кричал сир Донахью, потрясая мечом и рванув к лестнице, а вместе с ним рванул и оружный люд, с криком и воплем. Всадники врага, врубились в прореженную толпу, и просто разметали их – несколько дюжин, но сабли, мечи и длинные топоры свистали вокруг, обрушиваясь на головы противника. Не прошло и минуты, а проход от ворот был полностью свободен, и широкую улочку начали заполнять степняки, с луками и саблями в руках, они уносились вперед. Некоторые развернулись, и пустили стрелы в сторону стены. Кто-то не попал, некоторые угодили в щиты. Но парочка мужиков на стене попадали на пол, сжимая живот. Или ничего не сжимая, уже и никогда.

Это был первый бой молодого Рене, он не ожидал такой жестокости, такой подлости. Сознание поперву рисовало романтические картины из сказок, где армии выстраиваются друг напротив друга, Рене в первом ряду, убивает целую гору воинов и становится героем своей земли. Но реальность оказалась настолько ужасной, что он не выдержал. Встав, чуть пригибаясь, юный мужчина побежал вдоль стены, в сторону. У лестницы он увидел, как собакоголовые воины в кольчугах, со шлемами и копьями перегородили единственный выход. Видел, как лучники, в том числе и конные, стреляли по сгрудившимся у ворот воинам. И бежал, бежал, спешно и судорожно. Основная рать барона всегда находится в замке, лишь немногие стоят у ворот и патрулируют город. Замок… Куда надо пробраться через кочевников.

Ворота и сражение там уже скрылось из виду, как показалась еще одна лестница. На стенах никого, колокол обрывочно звенит, а повсюду такая какофония, что и не разобрать. Рене, чуть не упав, спустился на землю и нырнул в первый же переулочек. Узкая улочка, с нее прекрасно были слышно и вопли, и лязг оружия. Но все дома закрыты, ставни затворены. Судя по приглушенному скрежету половиц, двери еще и подпираемы не хитрой мебелью. Но Рене некогда было стоять, надо было скрыться, выжить. Сделать хоть что-то в этом чертовом аду. И не было времени искать убежище здесь.

Он рванул вперед, сильнее сжимая свое оружие. Резко дыхнуло жаром по правую руку, и он понял, что у ворот захватчики начали поджигать дома. Но и на это у молодца не было времени обратить внимание. Зато привлекло другое. Услышав шум впереди, малец рванул в первый попавший узкий переулочек между домами, перелезая через невысокий заборчик. Там он вышел на параллельную, схожую улочку, и увидел его.

Степной воин. Тот, о ком он так наслышан. Тот, кого так боятся люди. Вроде бы обычный мужчина, в кафтане и шапке, с раскосыми глазами. Но в его руках сабля, которую он умеет использовать. В одной из рук, во второй огненно-рыжие волосы, намотанные на кулак. И верещащая девчонка.

Сердце бешено билось, решаясь на героический поступок. Рене сам по себе героем не был, но очень хотел. Но судьба выбрала за него, и степняк,самый обычный конный лучник, заметил парнишку. Осклабившись, тот уверенно освободил руку и пнул рыжую девушку в спину, отталкивая от себя.

Глупо было идти с саблей на копье. Еще глупее это смотрелось на фоне того, что даже крыса, которую загнали в угол, иступлено бросается в бой. Не говоря о юноше, с копьем в руке. Все таки, оружие позволяет держать дистанцию. И не требует от своего владельца почти никаких навыков обращения, позволяя быстро им работать. И Рене, понимая, что на параллельной улочке сзади слышны звуки степняков и дышит жар от огня, а впереди лишь один степняк, всего один… сделал выбор.

- Пошли…- тянула его за руку пришедшая в себя девушка. Рене так и стоял, сжимая в руках древко ушедшего в грудь врага копья. Стоял, и пытался отдышаться, смотря на растекающуюся лужу крови под еще недавно жившим человеком. На его лицо, под влиянием смерти разгладившееся, до безмятежно-спокойного. На глаза, закатившиеся наверх.

Отпустив копье, но взяв саблю в руки, тот, чуть не споткнувшись, пошел вслед за девчонкой. Ту колотила крупная дрожь, но на негнущихся ногах девушка вела за собой Рене. К сточной канаве – полноценной канализации в городе не было, зато канава была глубокой. И дойдя туда, она, чуть не свалившись кубарем, спрыгнула вниз. За ней последовал и паренек. Им было страшно, но они были друг у друга, два человека, загнанные в угол. Слышащие крики, лязг оружия и треск нарастающего огня. Почти не чувствующие вонь окружения.

Глава 4. Новые приобретения

Огонь. Как много в этом слове для любого человека. И сейчас, особенно сейчас, осознавая всю подлость поступка, всю низость идеи, я особенно сильно всматривался в языки пламени.

Позавчера вечером я и шесть станичников рванули на север, и за рекордное время, загоняя лошадей, сумели посетить не мало мест. Хижина Ведьмы подарила еще одну единичку в Логистику, небольшое здание, похожее на Колизей, после получаса тренировок предложила выбор между двойкой Силы и Ловкости, причем я выбрал последнее, гораздо более важную для меня характеристику. По пути набрели на холмик, где росла неизвестна, но подсвечивающаяся для меня ярко-синим цветом, обозначающим редкость, трава, которую я почти час собирал на карачках. И только после этого мы добрались до поселения, которое в прошлый раз станичники объехали по широкой дуге. Если верить Степану и Демьяну, здесь уже начинала власть степного Хана. И въехали мы с фанфарами, быстро прогарцевав до центра поселения. Поселение негров, хижин в сорок, не меньше. Первое, что я сделал – попросил местного вождя послать за кочевником, сказал, что мне надо переговорить с держащим власть этих земель. Второе – предложил деньги, как бы это не было странно. За постой и ночевку. И, ведомый предчувствием, направил Малыша, с Вещуном Перуна в свою сторону. И не прогадал.

Посреди ночи нас разбудили, часа в три. Вроде и вежливо, но очень настойчиво. Поселили до того в небольшой хижине, и на выходе нас уже ждал эскорт, по меньшей мере из десятка всадников. Они вежливо «попросили» собраться и последовать за ними. А дальше были скачки. Нас вели, длинной цепью, вслед за одним из кочевников. Сами они взяли нас в круг и, как я понял, были готовы ликвидировать, случись что. Луна, ярко светившая в ночь, более – менее освещала округу. И скакали мы часов до семи утра, когда солнце уже встало и потихоньку набирало силу.

Вывели нас к стоянке местного владыки. Это было именно оно, с неуемным количеством юрт, какими-то легко разбираемыми загончиками для овец… До города в восточном стиле, во что в последствии развивался замок Кочевника тут было очень далеко, да и типичных зданий я тоже не увидел. Но все же, учитывая специфику Замка – передо мной находилось даже не сколько поселение, сколько военный лагерь. Каждый кочевник, до последнего зачуханного чабана, умел стрелять из лука. А кочевое скотоводство позволяло огромному количеству людей ходить в набеги, лишь немногих выделяя на слежку за стадами.

Хана звали Тохтамыш. Я, абсолютно не знакомый с глубинными традициями кочевников, спокойно отдал инициативу в руки средних лет мужчины в красивом халате. Он, видимо понимая положение, не упорствовал – взяв на себя и нашу беседу, сам начиная темы, и распоряжаясь слугами, и первый показывая, что надо делать. Так мы полчаса пили душистый чай, разговаривая обо всем и ни о чем. Погода, красота степи, вкус и аромат напитка – даже резвость наших коней! Мужчина, к слову, очень хорошо оценил крепкую и мощную лошадь, на которой я приехал, сказав, что такие есть не у каждого кешиктена. Но полчаса прошло, и мы перешли к обсуждению главного – цели визита.

О городах Тохтамыш знал, и о северном, и о южном. В набеги на деревни северного ходил, степь вокруг южного считал исконно своей. Людей резал и там, и там – ничего экстраординарного он не поведал и даже меня не удивил. Но это было и не нужно, достаточно и того, что у Хана личный интерес и к тем и другим - даже несмотря на то, что на следующий день мои войска пополнятся приростом, в том числе и из фортов с деревнями, сил и для войны с орком, и покорением исконно своих «клеток» у меня не было.

И мы договорились. Одним из решающих факторов в наше равноправное партнерство стал приземлившийся на окраине стоянки, где ждали мои всадники, Горыныч. Мы обсудили и утвердили план – я со своими людьми заставлю ворота открыться, а он со своими войдет в город, и мы вместе его разграбим. Причем согласовали аж два сценария. Поперву, конечно, он проведет меня и моих людей так, чтобы не увидел ни один дозор. А все, которые нас заметят, должны быть мертвы. Судя по карте города и окрестностей, что мне дали мечники, там был лесочек. Вот там-то мои люди и спрячутся. Спрячутся, отдохнут, измажутся грязью и побегут по команде.

Хан обещал под первую ступень плана выставить один из подчиненных ему родов, который очень сильно оспаривает его власть и мутят воду. Они там либо полягут, либо сбегут и покроют себя позором. Выбор не велик, и нас обоих устраивало наличие мальчиков для битья.

Дальше короткая битва, шум, крики и давление с моей стороны на жалость, попытка воззвать к человечности. С огромной долей вероятности откроют ворота либо сразу, либо чуть позже. Если сразу, то первый сценарий – сходу мои люди начинают атаковать, а все силы кочевника устремляются к воротам. От меня даже не требуется брать ворота, это было абсолютно невозможно, учитывая численность населения, а вместе с этим и армии с ополчением. Мне просто нужно было продержать ворота открытыми хотя бы с минуту.

Или, если нас не пустят сразу, под выстраивающиеся порядки конницы, подождать. Устроить диверсию ночью. Открыть ворота изнутри и позволить Тохтамышу с его армией въехать. И начать резню.

На самый крайний случай у меня был Горыныч и Вещун верхом. Казалось бы, один дракон и один жрец не в состоянии взять целые ворота, а если на них есть хотя бы парочка аркбаллист, то и подавно. И я с этим даже соглашусь, но тут уже специфика Вещунов и мой отдельный козырь, наложенный на медлительность перезарядки средневековой артиллерии. Вещун Перуна призывает десятирангового летающего, мечущего молнии воина! Эта дура может забрать либо залп на себя, либо обеспечить выведения из строя хотя бы части орудий. А Горыныч уже воспользовался бы переполохом и вывел остальное, огнем аж из трех голов – пока те перезаряжаются. Но этот козырь я хотел преберечь для главного укрепления.

Вдвоем мы грабим город, уводим большой полон невольников и обоз награбленного, а дальше мирно сосуществуем. Он живет у себя, я у себя, и все счастливы. Но, не знаю, как думал Тохтамыш, а я вот врал. Нагло. Потому что с Ханом я решил разобраться, не отходя от кассы.

Дальше настала время приказов. Распрощавшись со степняком, я выделил своих воинов в деревне и дал четкий приказ – выступать. Причем передвигаться волчьим шагом, для скорости. Им нужно было преодолеть достаточно большие территории за одни сутки, не просто почти что, пересекая целую клетку, но и даже больше. Верилось в это с большим трудом, но цель на четырнадцатичасовой марш у них стояла. Заодно прокачают физические характеристики, хотя бы по единичке – двойке каждую.

Из восточного форта десять ратников конных, да еще с пятеркой лошадок. Все груженные под завязку оружием и броней для моей «голытьбы» - ополченцев и вторых рангов. От подкрепления в десять воинов требовалось только довести груз и немного продовольствия, и ждать в условленном месте. Там уже не были земли Тохтамыша, но, по его словам, и разведчики барона появляются редко, слишком уж неудобные леса. Словно продолжение ландшафта большей части моей клетки, только от соседства с тюрками – не заселенные, глухие. Вот там мой «сводный отряд», из европейцев, славян и зверолюдей перевооружится. Конечно, запас это истощило, но трофеями я хочу взять еще больше.

Жрец смерил меня удовлетворенным взглядом, кивнув, и вежливо доложил об успехах операции – как он с коллегой по цеху, верхом на драконах, выжигали стоянки гоблинов, негров, людей и прочих, кто заселял степные владения Варвара, ослабляли его экономику. В ходе полетов наткнулись и на ожидаемого врага – полноценный форт… Зверолюдей. Они видели сатиров, гьюков, кентавров и медуз – полноценный половинный прирост кланов Рога и Копыта с Ядом и Чешуей. Стандарт любого замка Чернокнижника, хвалимый за широчайшие возможности для боя и высокую гибкость. Причем, жрец бога гроз и ливней отметил, что более всех было именно кентавров, максимально мобильно передвигающихся по степи. Шпионить за ними остался один из ватажников, со скрытностью.

Два дня, пока меня не было, прошли странно. На коне я не позволял себе так зарываться в интерфейс, хоть и седло у меня было «рыцарского типа», низкое, из такого после копейного удара не вылетишь. Но страшно, да и до игры не ездил я на лошадях никогда. А драконье обладало невероятным по функционалу и безопасности свойством – веревкой, которой обвязываешься. И вернувшись в седло своего дракона, я выдохнул, зарываясь в любимые логи.

Собственно, пара дней прошли, как и планировалось – коней и трофеи завезли по фортам и замку, а камера показывала, как не прекращается работа ни в одной из кузниц. Воины разъехались, под руководством уже Болеслава – ведьмы, в бою очень уж относительно полезные, разъехались кто куда. Собственно, я только за, мне они важнее как зельевары и простенькие артефакторы. Особенно последние, прямо в приоритете – на ветеране, с двадцать пятого уровня, при развитии артефактной ветки, была возможность выбрать «Бабу Ягу». Эта модификация углубляла ведьму в более жреческий лад, заставляя ее выбрать покровительницей богиню смерти Морану, закрывало Магию Жизни, заменяя на Смерть или Тьму. И давало возможность с помощью артефакторики построить летающую ступу с метлой. То есть затачивало под не слабого дебаффера, еще и летающего – не доступного для многих врагов. И в таком виде они были попросту необходимы.

Вариант зельеваров тоже – тут не только моя книжка сыграла, но еще и сама раса порубежников, для стройки мне доступна широкая ветка построек по зельеварению. И эта ветка ведьм была необходима, но тут скорее для гарнизонной службы. Варить целебные отвары на продажу, платя мне налог! Помогать селянам. Варить яды для дружины…

Собственно, бафферы из ведьм были даже лучше, чем из кудесников. Те, пусть и изначально были не сколько колдунами, сколько жрецами, ворожили специфически. Например, кудесник Матери Земли спокойно мог благословить поля на плодородие и вызвать обвивающие врагов корни, а кудесник Перуна – закрыть войска воздушным щитом и скастовать молнию. Но тащить столь незащищенного юнита на поле было очень опасно, хоть и необходимо. Пока пусть работают, и качаются. Опытнейших я оставлю на местах, со временем, вместе с охраной земель, и они подрастут. А молоденьких заберу, если выживут – бафферов и дебафферов понаделаю.

Воры добрались до города Варвара, исследовали не мало территорий вокруг. Хреново было то, что в степи особо негде прятаться, не говоря о том, чтобы проникнуть внутрь города. Но интереснее было другое. Эти самые воры утром сигнализировали, что криков в городе Варвара стало многократно больше я понял – прирост. Он у него всего на день, но раньше, чем у меня. Учитывая, сколько от его замка до моего, конечно, не критично – да и армия у меня вся либо конная, либо крылатая, быстрее скооперируемся.

Но самое удивительное в сегодняшнем дне было появление у реки, в пятичасовом конном переходе от замка, отряда в три-четыре дюжины кочевников. Они, что ожидаемо, быстро прошли мимо патрулей и каким-то неведомым мне способом проскочили, что их заметили только сейчас. Причем, будто специально подгадали время – я только сел на Малыша, немного зарылся в логи и еще не совсем устал от них, но уже был собран. Чтобы не приказать выйти из города на перехват. А направить своего дракона сам. Учитывая их скорость, да мою – встретимся за пару часов до столицы. И те, что самое странное, увидев дракона, встали на месте и замахали руками. Один из всадников поднял белый флаг…

И вот сейчас, сидя на троне, я мог лицезреть его. Мальчик, лет тринадцати, с раскосыми глазами. Я не стал обсуждать серьезные вопросы на ничейной земле – еще и с таким смешным эскортом. Вместо этого, я заставил кочевников приехать в мой город, сдать оружие, и встать передо мной. И вот он, виновник - бронзовая, от яркого солнца, кожа, чёрные волосы. Чёрный овечий тулуп, высокие, красивые сапоги, и несколько колец с драгоценными камнями на пальцах.

Рядом с мальчиком столпился с десяток его приспешников, если не больше. Все, абсолютно, были воинами кочевника –четвертый, изредка пятый ранг. Сильные, умелые и очень опасные всадники, и если у тебя нет своих конников, то непобедимые в поле. У некоторых умение верховой езды было за десятый уровень – это значило, что он верхом на лошади может такие финты вытворять… чуть ли не сексом заниматься. И кобылу под собой чувствует на уровне интуиции. Почти.

- Хан Хазыр-Ауп-Калим чествует тебя, князь, - начал один из узкоглазых всадников, но я прервал его движением руки.

- Подойди ко мне, хан, - сказал я, держа взгляд на мальчика, - не бойся.

Мальчик опасливо сделал один шаг. Затем второй, потом третий. Я поманил мальчика пальцем. Когда тот подошёл вплотную, я вытянул руку, потрепав того по голове. Тот удивился, но не рискнул отпрянуть.

- Я хочу, чтобы хан, - выделив последнее слово и с удивлением ощупывая уши ребёнка, чуть потягивая в разные стороны, - сам сказал мне, что произошло и почему он оказался так далеко от земель ханства?

Мальчик нахмурился, осматривая меня исподлобья. Это было нарушением всех возможных традиций, любого этикета, как я его трогал. Но он и его люди были безоружны. Он был окружен. В замкнутом помещении, в котором находится с десяток рукопашников. И снаружи их было не меньше.

- Давай, парень, - шепнул ему я, - твои соплеменники пару дней назад очень сильно меня обидели, и твоя жизнь, как и жизнь твоих людей под очень большим вопросом.

Взгляда мальчик не изменил.

- Отец уехал почти со всеми воинами к оркам, воевать с тобой, князь – спокойно проговорил он, - на следующий день орки напали. Убили брата и мать, я один остался в семье. Со мной последние воины нашего рода и уцелевшие чабаны. Мы хотим отмщения, и только если мы поможем тебе, у тебя будет шанс победить общего врага.

- Большая часть твоего отряда – обычные чабаны. Почему я не видел среди них ни единой женщины? Почему так мало профессиональных воинов?

Тут нахмурились уже сопровождающие, а парнишка остался невозмутим.

- Коней не хватило. Женщин увели в полон, здесь все, кто смог сбежать и моя личная маленькая охрана.

Я кивнул, закуривая самокрутку. Палец поманил парня, тот сделал ещё пару шагов, подойдя вплотную. После чего я обхватил его под руки, и посадил на коленку, оглядев небольшую горстку воинов.

- Ты хочешь, чтобы я убил зеленожопого гада, отомстил ему за подлость? Готов ли ты терпеть меня, ведь по моей указке и мои люди убили твоего отца?

Болеслав, без одного глаза, закрывая прогал чёрной повязкой, ощерился во всё свои тридцать два, положив руку на саблю. Герой был горд той сшибкой, в которой чуть не лишился жизни.

- Мой отец ошибся, пойдя войной на тебя, у тебя крепкие стены, и люди обрабатывают землю, - невозмутимо ответил черноволосый, - ты не стал бы убивать вольный народ, потому что у тебя есть земля и не нужна степь. Но вольный народ просит твоей помощи, князь, помоги мне отомстить и вернуть земли предков, и я признаю тебя своим верховным ханом, буду платить тебе дань.

- Никакой дани. Подчинение. Ты будешь не платить мне долю, ты будешь выполнять все мои приказы, и, если я скажу – отдашь все без остатка. Если я прикажу – умрешь за меня, мальчик. Согласен? - кивнул я.

- Да будет так, - склонил голову молодой парнишка.

«Боги услышали ваше соглашение»

«К вашей армии присоединяются: герой Хазыр-Ауп-Калим, три кешиктена, семь мергенов, семь степных налетчиков, двадцать чабанов»

«Отряд согласился примкнуть без платы. Первые семь дней содержания – бесплатно»

Миникарта, технологическим заклинанием развёрнутая так, чтобы присутствующие видели эти огромные земли, что разведаны моими воинами. Светлые пятна здесь – там, где мои подданые воочию. Но я не акцентировал на них внимание, переместившись к южным границам. Каждому игроку полагается девять клеток территорий, и если одну на севере я согласился разделить, чтобы не воевать, то южные земли отдавать не намерен.

- Каждый пусть отметит на моей карте всё, что знает.

После этого каждый размеренно, чуть ли не церемониально подходил и прикладывался к моей карте. И постепенно, от человека к человеку, на ней вырисовывались пять полновесных клеток.

- Ханство не имеет границ, но были территории, исконно наши, - сказал мальчик, — вот они.

Обведенная территория, почти три клетки. Много шахт, десятки кочевых стоянок-поселений, которые можно снести и перестроить, как я сделал с деревней аранья. Почти клондайк, где обоснуются мои селяне, возделывающие земли. Но самое главное – море.Там я нащупал выход к морю!

Получается, учитывая концепт земель и достраивание в кластерах территорий «снаружи», то мы на каком-то огромном полуострове. И где-то здесь, в горах, сидит в зоне новичка мой друг Никита. Или как раз через море!

Самая плохая новость, что центром Хана был Форт, стоящий у реки. Каких-то дохрена сильных существ он давать не может в любом случае, но даже скрытый туманом войны я видел архитектуру – город. Оседлые, хоть как-то, кочевники, севшие на логистическом узле региона. А плоха новость была тем, что сейчас форт будет перестроен. Там появится классическая орочья плодильня, всего одна. С двумя пристройками – шаманских домом и загоном кабанов. Остальное уже мелочи, так – кузница, какая-нибудь, может ещё что-то. И получу я, на флангах, по семьдесят рыл врага в неделю…

Так, стоп, не унываем.

- Когда было нападение?

- Два дня назад, - отозвался один из кешиктенов. Болеслав выматерился. Грязно, жёстко. Он прекрасно знал механику фортов, так как долго жил в одном из них.

- Князь, - обратился он ко мне, - надо отбивать форт. Замок, – мужчина подошел и показал на светлый кружочек с кривенькими стенами, - слишком мало чего решает… в степи вообще взять что-то в окружение не составляет труда. Если много людей угробим во время штурма крепости, то получим сильную угрозу с тыла, особенно учитывая, что нападать будем всеми силами. Нельзя ставить задачи только исходя из важности тех или иных мест.

- Что ты имеешь в виду, Болеслав? – спросил я, когда малец на коленках слегка дернулся.

- Логистика, князь, - вежливо уточнил он, - мы можем пойти и забрать город орка – окрестности с наших границ сожжены и нет там у него верных людей и прибежищ. Но вот мы даже не представляем, что есть в округе, а там может быть абсолютно все, что угодно. Мы захватим город, и нас отрежут более крупными силами, станут морить голодом. Подгонят к стенам такое количество стрелометов, что невозможно будет использовать Горынычей. И тогда мы, выиграв битву, проиграем войну – будучи заперты, и не способны выйти, откроем наши земли на грабеж, а людей – на поругание.

Я кивнул, сверяясь с картой степи. Огромные территории, три клетки, прямо под моими землями.

- Надо поэтапно очищать земли от власти Варвара и иметь остроги и места на ключевых точках, князь. И начать следует как раз с земель отца этого парнишки, ибо у них есть одно, но несомненное, необъяснимое преимущество – там орк не успел закрепиться, не успел сродниться с этой землей и узнать там каждый камушек. Не успел там отстроить свои чертоги и все исследовать. А мы, с картой, будем в более выигрышном положении.

- Только не бейтесь конными, - сказал один из мергенов, седой кочевник, - кому как не нам, только что воевавшим с ним, знать каково оно будет? У варвара обилие троллей и огров, а также древние страшные твари! У него много всадников на волках и кабанах, а также не мало метающих камни и дротики машин. Любую атаку конно он отобьет…

- Они правы, - кивнул я, шаря по карманам в поиске коробочки с гномьей руной, - в прошлый раз атаковать их в лоб было невозможно, а на любой маневр по заходу во фланг они могли ответить артиллерией и летучими отрядами из бесполезных слабых гоблинов, в которых мы бы завязли. Или их специфической кавалерии, на равных с которой, из-за свойств их варгов и кабанов могут сражатья только воины на обученный богатырских конях – которые не просто везут наездника, но и сами собой оружие. Нужно биться от обороны, и тогда у нас появится шанс.

- А что, если нам, - подал голос Болеслав, подойдя поближе и показав на карту, - воевать даже не то, что пешими… Но вообще не совсем твоей дружиной?

Говорил он под нос, и явно для самого себя, погружаясь в думы.

- Поясни, - махнул рукой, оглядывая воеводу, и ощущая, как встрепенулся мальчик на колене. Тот скосил глаза на сопровождение юного хана, и я, ссадив его с колена, показал головой в сторону двери.

- Иван, Мыкола, – окликнул я стрельцов, - проводите воев в казармы, пусть переоденутся в нашу броню и возьмут наше оружие. Ждите окончания совета, и жди ты, Калим. Завтра мы вместе пойдем в бой под моим стягом.

- У нас есть не мало осадных орудий – кушать они не просят, денег на содержание почти не требуют, а от всяких летающих тварей и скопления пехоты защищают, так ведь? – показал он на точки фортов и замок, дождавшись, пока последний кочевник не скроется за дверью, - вы сказали укомплектовать каждый форт четверкой орудий, а замок десятком, и все эти дни наши инженера трудились, денно и нощно, готовя нужные агрегаты… А что если нам взять их с собой? Степняк прав, в прошлый раз Варвар делал точно также – выставил мощный фронт пехоты с копьями от наших конных. И даже выстрелил из своих орудий, помните сколько жизней порубежников он забрал? А что, если мы соберем орудия… не все – оставим в фортах по два, в городе пять, все равно они не успели закончить работу! Получится как раз пять штук, княже. Это дротикометы. А сейчас вы прикажете собирать камнеметательные машины – штуки три успеют собрать до выхода войска, а?

Я покосился на игровой кошель. За прошедшую неделю не прекращалась ни интерфейсная стройка, ни обычная, в деревнях строили таверны и кузницы. В городе возводили стену, защищающую вход на холм и постройки. Всего с начала недели мы успешно достроили гильдию магов до третьего, модернизировали Замковый Форт до классического Замка, возвели Театр, бани уже были, но добавился еще и лазарет. Одна казарма в замке уже была, построенная руками подданых – расположенные в ней воины до пятидесяти штук числом, были местным гарнизоном и требовали на тридцать процентов содержания меньше. Город украсила Пивоварня, тоже рукотворная. Гильдия наемников, конечно же. Деревни без прироста на севере связала паутинка грунтовок, как и на юге и востоком. Пусть плохонькие, но дороги. И это только начало.

А игровой кошель говорил, что скоро финансы запоют романсы. Буквально, вся свистопляска с конями, порубежниками, массированным перевооружением и стройкой очень дорого обошлась, в огромные цифры. С сильным сокращением армии, в общем-то, мне завтрашний день не страшен – содержание не выйдет заоблачным, и даже больше, из-за увеличения числа крестьян и снижения армии, даже найм не шибко ударит. Но, вынужденная перестройка форта барона, возможная перестройка форта кочевника – это еще и ресурсы, которые надо покупать, я их не скопил – все в развитие собственного замка, которое даже не подошло к концу, у меня еще огромная плеяда возможных построек впереди. Кажется, придется полностью приостанавливать не интерфейсную стройку. И денег останется очень мало. Хотя нет, все же… Страшен найм будет потому, что кроме многочисленных деревень, у меня три колдовских форта – требующих долю малую. Например, форт с россичами на найм требовал семь с половиной тысяч, да каждый форт ватажников по девять двести пятьдесят. Тридцать восемь на форты. Тридцать пять на замок. Деревни… Безумно много. Я понимаю, что это вклад в будущее, но пять деревенек моего сектора обойдутся в десятку, если с нагами, три деревеньки селян в северном секторе, с деревней порубежников – семь восемьсот. А еще был Юг, пусть пока и «временно эвакуированный», глухой Запад, и воюющий Восток. И все это ждало моих денежных вливаний. А золото, которым я швырялся всю игру во все стороны сразу, тает прямо на глазах.

- Господин князь, вот – обвел он рукой предгорья, - здесь еще кроется наша сила и возможная победа. Ваш сокрытый мобилизационный резерв. Сколько, говорите, тут наг?

Я покосился в интерфейс. Больше восьми десятков сидели у меня в горах, став отличными сторожами.

- Со следующей неделей их численность перешагнет за сотню, а это значит, что мы имеем прямо у замка крайне опасную, и не сказать, чтобы очень лояльную силу. Я предлагаю следующий вариант, князь – порубежников со следующей недели расселить с двух фортов, Замка и деревни – в горах. Три – по левую от замка сторону, и одну, от деревни порубежников в лесу, по правую. Отправить их осваивать новые территории, разбить новые деревни по перевалам, а ватажники из горного их сопроводят. Всех же наг мы соберем, и поведем в бой под стягом белого кулака и игровых костей на черном поле. Им не впервой воевать под вашими знаменами.

- Не согласятся, - покачал я головой, отметая идею, — это наги, и мы сейчас не в том качестве, чтобы требовать что-то от восьми десятков…

- Хотя бы половину, а еще лучше две трети. И, само собой, прирост, отныне, если и будет нанят, то служить станет токмо Вам, а не расселен и платить налоги. А в дальнейшем предлагаю перестроить их деревню под хутор порубежников, дабы быстрее заселить горные рубежи запада.

Да, воевода удивил, по факту, отказом использовать восемь десятков легких пехотинцев. И предложив вербовать лояльных мне наг.

- Ну и наши ватажники по силе и умениям примерно равны оркам, как и ратники. Вот только ратников двадцать четыре, а ватажников три десятка в наеме…

Жестом руки я остановил Болеслава. Может быть, начинаю понимать.

- Два десятка гарнизона останется у Юго-Западного Форта, а в те же леса отправятся все наги – в их огромном количестве, с луками и саблями, а основные силы поедут к форту кочевников… Сто, - остановил его вновь, уже открывшего рот, - не поедут. Я сейчас же начну строительство еще одной ладьи, ты же это имел в виду?

Воевода кивнул.

- В одну ладью вмещается примерно пол сотни человек, во вторую тридцать, но нам ведь не нужно больше. Ватажники, много ватажников, под предводительством кудеяров…

- А вдоль реки, по степи, все наши конные и вы, на трех драконах, с тремя Вещунами, да двумя богатырями, господин князь, - подхватил тот, - а Юго-Западная граница так вообще, случись что и соединиться успеет, и отпор дать, наг будет много. Не будем нанимать людей в тех деревнях или наймете и отправите поближе к горам, есть у нас тут места не обжитые – так ведь? И экономика исконно ваших земель развивается, и армия вполне. Возьмем ниже по реке форт, перестроим его под форт наш, и получим возможность сжимать Варвара аж с двух сторон, как клещи кузнечные.

Большой зияющий чернотой провал в предполагаемых землях Варвара напрягал. Огромные, просто огромные земли – девять клеток осваивать их устанешь. А ведь там куча деревень, шахт всех видов и мастей. Часть отмечена кочевниками, часть – не раскрыта. Но все впереди. В голове замелькали перестроенные под селян деревни, разрабатываемые шахты. Захваченный форт кочевников, как минимум, еще парочку построить – уже силами ратников.

- Загрузить на две ладьи все осадные орудия, а на третью…

- Я понял, Болеслав, - снова перебил я его. Мужчина нахмурился, засверлив единственным глазом в пол замка, - не напрягайся, просто не надо тратить время. Воинов у меня слишком мало осталось, и время дорого. Я могу попросить тебя сделать несколько вещей? Сходи в порт, пошли малую ладью к нашему пограничному форту уже сейчас? Чтобы завтра найм оттуда спокойно погрузился и мы сплавили его ниже по реке?

- Да, князь, - поклонился мужчина, - уже иду.

Смерть Роговолда и потеря глаза, та дикая конная сшибка сильно изменила витязя. Он почти умер, жизнь едва теплилась в мужчине. Он истекал кровью, лежа в куче тел. Сверху навалился убитый ударом копья конь. Боевое безумие в грохоте сплошного ливня, удобрившего почву, выбило его из колеи. Как минимум на время.

Я же встал, пройдясь из тронного зала в сторону небольшой двери позади богато украшенного трона. С апгрейдом собственного Замка, что многие, почему-то, делают в самую последнюю очередь, он… поменялся. У меня и до этого был отличный Замок, Кремль. Построенный на гномьих руинах, и на их фундаменте, не изменился он с модернизацией в Форт. Но вот сейчас…

Уменьшилось пространство, со всех сторон. Стены, и до того были не малыми, выросли до пятнадцати метров в высоту, а также расширились – на целый метр в толщину, обзаведшись, в итоге, четыремя метрами. Сам замок перестал иметь форму квадрата, став восьмигранником. Башни, ровно восемь штук, возвышались над стенами, идеально круглыми свечками возвышаясь ввысь. На каждую, да по баллисте…

Сам замок тоже приобрел странный вид. Красный кирпич получил множественные украшения в плане резки рельефа. Донжон, обиталище феодала, разрослось в полноценный славянский кремль, как Московский, хоть и поменьше! Хитрый рельеф и ступенчатая кладка показали переход от этажа к этажу. Сам «донжон» теперь находился у задней стены, обращенный к реке. Пирамидальная структура трех ступеней, где широкая, вытянутая первая ступенька в лице прямоугольника из кирпича, сверху крылась более узким и тонким квадратом, а венчалось это самым обычным крытым башенным рельефом. Резьба, большие окна с декоративными рамами, несколько балкончиков. Да, дворец получился на славу – не сказать, чтобы большой, но мне с головой хватит. По бокам от него притаились две пристойки – флигеля для прислуги. С противоположного края, у стены, расположилась казарма на пол сотни солдат. Вообще, очень интересная система казарм – можно было строить не больше одной на Замок, кроме Замка их нигде не возведешь, и имелись ограничения на возможные расположения войск. Не больше двадцати пятого ранга, и сколько угодно первого, второго, третьего и четвертого. Но не для религиозных юнитов. Сама постройка позволяла без понижения морали и ухудшения настроений и боевого духа платить расположенному гарнизону меньшую зарплату.

Дверь, отворенная без усилий, вывела в узкий коридорчик, пройдя по которому, я вышел к лестнице и забрался на самый- самый верх. На «соколиное гнездо», башню дворца. Отсюда было видно и за крепостные стены. Сам холм не изменился, а вот у мощеной дороги появилась защитная кирпичная галерея. Не полностью крытая, с большими «дырками», за счет символической «колоннады», больше напоминавшие бойницы, но все-таки. А на выходе, из полноценных стен с воротами, все вело к закрытому для обывателей внутреннему кругу стен. Здесь не было жилым помещений, некуда ставить, зато плотно стояла интерфейсная застройка, вместе со всеми возможными зданиями призыва и гильдиями. Тут стена шла полукругом, упираясь в холм.

И моя старая стенка, не чета той, что стоит теперь на холме. Построенная руками подданых, она почти опоясывает холм, прикрывая жилую застройку и от водного массива, и лесного, раскинувшись вокруг по широкой дуге почти на три четверти. И за неделю места здесь под эту самую застройку стало явно меньше.

Внизу, у ворот, расположился арсенал, у которого маленькие, с такой высоты, точки – кочевники получали новое вооружение и броню взамен своего старого. У чабанов забрали их маленьких тягловых лошадок, и по моему интерфейсному приказу повели на рынок, вдруг кому из моих селян завтра на ярмарке будет надо? Вместо них они получат степных кобылок.

За внешней стеной города вообще был не виден порт, но миникарта показала его. Пришлось руками подданых его немного расширять, потому что торговцы вольного города шли сплошняком – кто-то пустой, только чтобы закупиться, а кто-то именно для того, чтобы уже продавать. Тут тебе и доспехи гномов, и хай-тек гремлинов, и ассортимент зелий, артефактов на любой вкус. Сразу примерно вырисовался круг торговых отношений соседа. А мои подданые начали понимать, что есть у международной торговли свои прелести, особенно с другими расами.

Вор у орка дрых в каком-то овражке, накрывшись плащом, а двое моих городских воров сидели на рынке – пасли вора Валленштайна. Даже не знаю, сколько их тут всего, но вот одного они уже нашли, и сегодня ночью должны зарезать.

Спокойно спустившись на этаж вниз, в «покои княжеского роду», быстро вошел в главную залу. Плюс платинового аккаунта также заключался в обстановке помещений. Мой замок, донатный из-за платинового аккаунта, был обставлен предметами интерьера на любой вкус. Из голых суровых стен, он превращен в богатую конфетку – с росписями стен и прекрасными креслами. Конечно, это не античный дворец Чернокнижника, не феодальный замок англичан у Рыцаря. Что-то между, пестрое, в орнаменте – пусть и не совсем исторично – но это уже обусловлено системой. Пятерка в технологичности у славян позволяет такие постройки, а чтобы было как в двенадцатом веке – тут нужна тройка, ну с огромной натяжкой, четверка.

Зала, личные покои, была воистину огромной, даже условно не разделенной на сектора. Резной столик со стульями, ковры и шкуры, огромная кровать. На столько огромная, что позволяет Белаве укатываться на противоположный край так, что я не могу ее достать.

- Князь, - кивнула она, не отрываясь от занятия. Девушка читала книгу.

- Жена, - кивнул я в ответ, пройдя пару шагов и падая на кровать, не снимая сапог. Та кинула недовольный взгляд и отвернулась. На обложке книги значилось – «Важность изменённого состояния сознания в проведении магических ритуалов особой сложности» за авторством некого архимага Рената Шера. Собственно, бывал я в Гильдии Магов. Познакомился с каждым патриархом этажа, когда их было всего два, посмотрел на скупую библиотеку. Ничего примечательного, собственно, но как место, где мои Вещуны постигали и оттачивали магическое искусство в самый раз. Да и расположена гильдия так, чтобы простреливалась улица между крепостными воротами и перемычкой к холму. А что там забыла Бела?

- Зачем книжка по магии, подруга? – спросил я, зарываясь в интерфейс и введя в поисковик сохраненных песен нужную.

- Магистр сказал, что надо, - пожала она плечами, - кто-то же в семье должен уметь колдовать.

- Зачем? – удивился я, тихонько на фон включая старенький русский рок, - или неужто взбежать удумала? Или чтобы у детей дар был врожденный?

- А если и удумала, что сделаешь, а? – вскинувшись, грозно зыркнула прямо в глаза, вздернув носик.

- Ух какая… Да ничего.

Та аж подавилась воздухом, который набирала для тирады.

- Ты ж не пленница никакая, Бел, ну правда, - пожал я плечами, вытягиваясь на кровати, - я тебя даже к сексу не склоняю, хотя могу и никто слова мне не скажет против, сама знаешь. Ты вольный человек, и находишься тут по своей воле. Просто, я бы тебе посоветовал, прежде чем сбегать, подождать достройку четвертого этажа башни магов и выучить все заклинания, получить все умения, хорошенько потренироваться. Видишь, как ратники каждый день бегают и дерутся на тренировочном оружии?

Та безмолвно кивнула.

- Присоединяйся. Опасно одной бродить по Диким Землям, так что подготовься, пока у тебя есть все возможности. Я тебя ни к чему не принуждаю и не держу.

- Почему ты каждый раз это нарочито подчеркиваешь, Велеяр? – набравшись храбрости, спроси она безжизненным голосом, - ты играешь со мной?

- Ты должна понять, что я другой, Бела. Знаю про древний обычай мнимого удара кнутом, чтобы показать свою власть. Знаю про правила полного управления тобой. Но… я хочу дать тебе свободу. Я хочу позволить тебе решать, и, возможно, полюбить меня. Или хотя бы смириться с моим существованием.

Следующие полчаса мы провели в молчании. Девушка читать, видимо, уже не могла, потому молча сидела, надув губы. А я слушал русский рок, лежа и зарывшись в интерфейсы. Я тасовал войска, учитывая прирост – потому что каждую неделю на подконтрольных территориях появляются несильные монстры, позволяющие солдатам охраны получать уровни. Эдакая пассивная раскачка с очень низким риском потерять армию. За пару недель довести до десятого уровня совсем зеленых солдат – плевое дело. Медленно, но безопасно. Вместе с тем я тасовал и возможные улучшения, разложив все «древа развития» каждого юнита в отдельном маленьком окошечке. Вот, Богатыри – только два пути, на третьем грейде сливающимся в один. Князь мог на десятом уровне приплюсовать либо умения владения оружием, добавив туда полезных знаний местности, быструю стрельбу, умения установки ловушек. А можно усилить жреческие способности. Но вне зависимости от этого, к ветеранской «лычке» они сливаются в «ставленника», поднимая ранг магических способностей, а на элите становятся уже «аватарой». Игрок полностью теряет контроль над юнитом, но и ему перестает платиться официальная зарплата, хоть такого придется кормить и чинить снаряжение нахаляву, по просьбе. Юнит же патрулирует по своему разумению земли Игрока и помогает по мере сил своего покровителя, избегая войн и уж тем более разборок между игроками – только добровольная помощь населению и никакой политики. Перун будет бить разбойников, Даждьбог… - делать тоже самое, но с гораздо более меньшим энтузиазмом, активизируясь именно во время сражений с демонами. Морана прикажет убивать или подчинять дикую нежить, и так далее. Ратибор шел по ступеньке физических навыков, будучи самым сильным воином моего войска, если не брать в расчет Малыша. Он, будучи даже не ветераном, мог побороть троих, или даже четверых дружинников в честной бою. И это без использования магии.

Витязи развивались тоже по двум веткам. Первая – характеристики и умения владения оружием. Статы растут с уровнем сами по себе, а вот полезные умения, вроде «ободряющего клича» и увеличения владения оружием уже важно.

Многие, кстати, недооценивают «владение». Хотя у неписей от уровня именно этого умения зависит количество приемов и связок. А с мастерством из оружейника или «мастерством владения» военачальника, оно увеличивается еще сильнее.

Вторая возможная ветка развития называлась «посадник». Ауры, бонусы, внезапно, к выходу сельской продукции, умения, увеличивающие мораль. То есть из витязей, бояр, делались либо полевые командиры, либо начальники областей. Губернаторы, как я их условно обозвал.

Конечно, у всех людских рас – викинга, рыцаря, князя, кочевника был еще один прикол. Точнее, у всех рас кроме рыцаря. Если он мог взять самого зачуханного крестьянина в начале недели и возвести его в прелаты или паладины просто по желанию, то у остальных все было труднее. С каждым грейдом, низкоранговые солдаты получали уникальную возможность. Если характеристики и умения совпадают, то они могли «вырасти». Так обусловлена механика земель с наймом войнов от естественного прироста в поздние этапы игры. То есть, если у тебя есть славянский замок, десять ратников и много времени, то заставляя их тренироваться, подогнав их характеристики под минимум дружинников или станичников, ты можешь на десятом, двадцать пятом, пятидесятом или сто двадцать пятом их «проапгрейдить». У них, как и в случае рыцаря, останутся все умения и характеристики, но сбросится уровень. Сложность – только в том, что это муторно. Ратник с его двадцатками до дружинника выростет только к ветеранской лычке, двадцать пятому уровню, и это если он будет тренироваться и хотя бы по десятке в каждую характеристику получит путем отжиманий и бега, да пару уровней умений возьмет на многочисленных тренировочных площадках.

Минусы очевидны как день. Большинство попросту не доживает до своего грейда – это раз. А второе, чтобы получить такое повышение, хотя бы к ветерану, нужны тренировки. Просто набитие уровней и получение умений выйдет до нужной кондиции только к элите. Ну и третье, можно не повышать и не увеличивать ранг самого существа, просто добавляя ему лычку в рамках его родного «класса». Особенно, если нет денег на увеличенную оплату.

Дружинники имели два пути. Первый добавлял умения тяжелой брони, накидывал «легионера» и «верховой езды». Делал из них именно ударную кавалерию. А второй, внезапно, добавлял «Ярость битвы», увеличивал арсенал, поднимал умения владения луками. К ветеранской «лычке», первый получал легкую регенерацию, а второй, также неожиданно, утрачивал умения ношения брони, получал высокую регенерацию и еще плеяду странных навыков. На элите один представлял из себя машину по перемалыванию любых врагов – тяжело бронированную, сносно владеющую почти всеми видами оружия и очень хорошо – мечом, копьем, топором и щитами. Второй проходил трансформацию, возможную только если имеется отстроенным Святилище, и только с помощью Вещунов. И становился славянским аналогом берсерка – рыкарем. Если к ветерану его не перевели в разряд витязя или богатыря.

Станичники, кудесники и Вещуны развивались только по одной линии, не имея никакой возможности для кастомизации. Она была у стрельцов – дорогого солдата третьего ранга. Они развивались либо в универсальность, получая умения владения клинком и щитом, либо увеличивали навыки именно лучника, получая быструю стрельбу, меткость, владение луком. Ратники вариативно либо одевали тяжелую броню и овладевали новым оружием, совершенствуясь в своем – щитах и копьях, да еще и получали стража, либо на ветеране теряли получали верховую езду и конный бой – что я делаю творцом.

У порубежников все было не менее забавно. Ведьмы – три ветки. По одной у симуранов и горынычей, три имели кудеяры с ватажниками. Причем оба вида войск различались специализацией на сухопутный скрытный, сухопутный конный или морской бои. Велеты имели аж две – на магию земли или на физические способности. Армия у меня осталась смешная, основа, как и семь дней назад, будут не опытный юнцы, усиленные творцом.

И дальше в голове меня смущала только тактика орка. Я с интересом пересмотрел некоторые отрывки и скрины его армии – она была снаряжена. Она была дисциплинирована. Собственно, у рас варвара стоит ограничение на программном уровне, там умными и выше могут быть только шаманы, у остальных «нормальный» интеллект является потолком. Кроме троллей и огров, их даже системно не поменять, они уж дуболомы. Броня, оружие, осадные машины и дисциплина – Военначальник, Бронник, Оружейник, Мастер Осадных Машин и Творец. Раса Орков и Гоблинов. Девять книг из одиннадцати я уже угадал, просто на армию Варвара посмотрев. Но с таким и бороться надо именно так, как сказал Болеслав. Кавалерию он от обороны сомнет. А отступать не планирую уже я.

Дальше, вкладка имущества юнитов. Выжившие четыре десятка, не мудрствуя лукаво загнали поделенную на них четверть на рынке, поголовно. Вещуны и кудесники потратили выручку на улучшение облика Храма и Капи, украшение идолов. Ратибор, богатырь Макоши, оплатил постройку терема и купил на рынке с десяток рабынь. Каждый вложил деньги во что-то свое, потому что знали, что имущество погибших, при неимении семьи уходит мне. А я же стал обладателем личных сбережений многих воинов, получил даже дом Роговолда, который приберег – потом, недели через три, готовый терем в черте города, под защитой городской стены, будет стоить… что-то точно. На крайняк перестрою под свои нужды, не у крестьян же землю отжимать.

Еще четверть трофеев, в том числе тягловые лошади были проданы на рынке. На эти деньги все рваные доспехи начали перековывать и чинить, чтобы обрядить прирост. Вообще, стоило это побольше, но с имуществом покойных воинов вышло примерно в ноль.

Расселенные лошадки по фортам покрывали бы необходимость закупать их в дальнейшем. Поэтому у каждого форта, кроме пограничного с орком, пять кобылиц и жеребцов были переведены в «фонд развития». То есть проданы за пол цены местным старостам, для выпаса и разведения, и в случае чего за две трети от реальной стоимости выкупаемые. Так удастся избежать наценки почти в четверть цены на рынке, и обычной цены конюшен, при покупке. А также содержания – пусть одна лошадь в неделю и стоит семьдесят пять монет, а именно быстроногие были самые распространенные, но даже это – суммы немалые, и освободиться даже от трех тысяч золотых тратой в неделю, имея возможность получить в дальнейшем их, благодаря разведению… я решил рискнуть.

Брони было много, как и оружия. Тут тебе и средние доспехи, в какие обрядится почти вся моя пехота, и легкие. Наборы дротиков, мачете и ножей, кольчуг и шлемов. Большие прямоугольные, почти что ростовые щиты – ноу хау от Варвара, за что ему спасибо, все ратники у меня теперь только с ними и щеголяют.

Болеслав сказал очень дельные вещи, буквально. Наги, пусть и приносящие налог, из-за своей цены еще неизвестно когда окупающиеся. Так что не дрогнувшей рукой приказываю трем воинам сопровождать телегу в Северный Форт, груженную стегачами, шлемами и запасами стрел. После найма прироста там останется не так уж и много всего, а подкрепление наг будет минимум в двадцать семь рыл, который надо одеть во что-то адекватное, а не стартовую хрень, снарядить, в том числе выдать провианта, и отправлять в бой.

Уже сейчас надо разбирать и грузить на ладьи боевые машины. Основной груз понесет ладья на пол сотни мест, второстепенный – ее младшая сестра на три десятка, но на нее погрузка будет осуществлена уже завтра. Та, которую стали строить в ускоренном темпе прямо сейчас, будет на пять десятков мест, и нести десант. Если первые две – это сами машины и гребцы, что будут и обслугой, и охраной, то новая ладья должна была вмещать именно большой, десантный отряд, высадившийся прямиком в центре раскинувшегося по обе стороны реки города.

Дальше заново раскидать гарнизоны. Открыв окно приростов и заочно потратив деньги на скупку всех экономических юнитов и написав системно алгоритм их действий – куда идти и что делать, где селиться, посчитал. Огромное количество народа. Четыре деревни на Севере, три на Юге, пять здесь, в родной клетке. Плюс форты и замок. Замок останется на месте, походники, как мы с воеводой порешили, с севера, со славянских земель, с двух деревень поселятся у моих фортов, кроме Юго-Западного. Останутся только у портовой деревни, благо она быстро богатеет из-за того, что является звеном торгового пути от меня до Валленштайна.

С Юга всех ко мне, причем делить прирост на два и основывать хутора в семнадцать дворов. Тоже самое с сатирами и хоббитами. Варяги… с варягами мне еще надо переговорить.

Дальше, Боре, своему секретарю, я черканул текстовое сообщение. Так как от порубежников осталось почти сто женщин-вдов, теперь для воинов действовало правило, мол – если поженился, и бабу обрюхатил, то сидишь теперь в гарнизоне по месту. За месяца два-три, если активно будешь сражаться вместе со своими сослуживцами, станешь ветераном. Эта мера позволит части женщин найти свою вторую половинку и увеличит мне демографию – а главное, ребенок-полукровка от женщины-походника и третьерангового ратника, допустим, если его в возрасте условных пяти лет начать тренировать, то к взрослению получится сносный ратник. А если заморочиться, то станичник или дружинник. В перспективе.

А самих вдов со следующей недели я ровным слоем размажу по всем фортам. В городе населения хоть и немного, но часто экзотика попадается – женщины хоббитов, наги, аль козлоногие красотки с рожками, тут спросу не будет, публика избалованная.

В то же время Болеслав, с десятью выжившими ватажниками, десятком ратников из города, кудесником, ворожеей и витязем, которого он подхватит из Восточного, получил приказ брать всех чабанов и степных налетчиков в уже нормальной, моей броне и с моими гербами, и выступать – потихоньку, от центра моих владений, за пол дня, ему надо добраться до границы клетки со стороны Востока и хоббитов, чуть ниже середины. Хан собирал почти всех мужчин, потому такая толпа попросту разорит и подчинит стоянку Тохтамыша завтра, по моей отмашке. Во все времена, у всех держав – от Хеттской Империи, до Египта, Рима и Средневековых королевств, экономика держалась преимущественно на торговле. Но так как у меня она пока не набрала нужные обороты, герой отправится получать налогоплательщиков. И чтобы получить их, нужно устранить конкурентов. Этим и займется полностью конный отряд моего героя-воеводы, часть которого потом встанет гарнизоном в город, который, надеюсь, удастся захватить.

В текстовом сообщении и Болеславу, и молодому хану я коротко обрисовал, что, зачем и почему – учитывая коней и мою торопливость, завтра к вечеру Болеслав уже закончит с этим, а я мало того, что расширю землю и получу поток финансов, так еще и получу все шахты сектора, а также все уникальные их места.

Переоделись, немного отдохнули с дороги, пора и честь знать. Далее, перекомпоновка гарнизонов, учитывая прирост. Старые солдаты, что имеют уровни – поближе к зоне боевых, молодые подальше… Ну все как обычно. Собственно, обеспечивая должный уровень безопасности своим землям, я буквально пытался заработать себе лишние очки. Чем больше народа у меня в подчинении, который защищает крестьян, тем лучше. Славянский эпос пропитан нечистью, выходцами из других миров. А в моих землях эта нечисть должна получать заговоренное копье под ребра, да и дело с концом.

Каждому форту по витязю, с умением капитан. В случае тревоги и сбору всех мужиков с окрестностей в фортах, они как раз сумеют хотя бы отчасти грамотно организовать оборону каменного мешка. Дальше, по одному кудеснику и одной ведьме. Баба – заговаривать оружие и варить настои, жрец для богослужений, все юниты славян, да и расы людей в целом, богобоязненны и щепетильны в этом вопросе.

Далее, город. Стандартная в этом плане растасовка – пятнадцать стрельцов и шестнадцать ратников, к наращивающему свое количество парку осадной машинерии самый раз. Место в казарме еще было, и много – юниты, несущие жреческую функцию, жили в храмах, ведьмы – в излюбленной избушке. А «промежуточных» звеньев у славян не было в принципе, второй и четвертый ранг в плане строевой пехоты отсутствовал как данность. Походники экономический юнит, а станичники вообще малочисленная татарская конница, по сути. Те же мергены кочевника, только не экипированные на самом старте.

На границу с вольным городом пятнадцать человек. Собственно, в этом плане спасает соглашение с Олигархом, стоит ему перейти границу, как боевой дух и мораль всей его армии сильно просядут, что выиграет время. Так что Витязь, кудесник и ворожея, к ним пяток стрельцов и семь ратников. Северный, откуда будет контроль за тремя поселениями походников в западных горах – витязь, кудесник, ворожея и семь ратников. На восточный, с еще не выбравшимся из завесы игроком, витязь, кудесник и ворожея, а также семнадцать ратников – в случае чего оттуда можно стяжать подкрепление и к замку барона, и к южному городу. Но, думаю, что Болеслав наведет порядок и сможет обойтись и без этого. А на западный уже к стандартной тройке добавляются семь стрельцов, последних свободных, и еще десять ратников. Причем в приграничный с орком форт всех самых опытных, само собой. Ведьм и кудеяров по местам оставил умелых, чтобы не тратить драгоценные дни на раскачку зельеваров и жрецов.

Дальше, ослабив группировку сил кочевника и отправив Болеслава, теперь надо сделать упор на военные планы. И если Западный фронт, где мы впервые встретили чертового орка, являлся самым изведанным, до какой-то меры, и самым опасным, то сегодня все изменилось координально. Теперь есть карты. И есть понимание, что на юге, прямо вдоль реки, есть еще и город. Ну, даже если и был. Там стоит системное здание, позволяющее отстроить форт. И если в плане кочевника это убогонький город без стен, то я смогу отстроить целый бастион, пока остались деньги и есть ресурсы, конечно.

А потому, надо формировать два фронта. Силы сдерживания и неумолимой атаки. Значит, в оборону к Западному форту пойдут два леших – и тот, что активно качался всю неделю, и новонанятый дух, Вещун Велеса, для подстраховки, с тремя велетами, еще одним кудесником и тремя ведьмами. И все наги, кого я только смогу выделить. Думаю, этого хватит на отражение атаки, а там я уж, да верхом на трех драконах…

А дальше идут, конечно, воины группировки Юг. Три корабля, каждый со своей целью и командой, на которых людей у меня уже не хватит… Но для начала, конечно, группировка конных – десяток мальчишки и он сам, пятерка станичников, пятерка дружинников, да два богатыря. Маленький, мобильный, хорошо снаряженный и мощный отряд злобной тренированной и высокоранговой конницы. Поплывут пятьдесят три ватажника, три ворожеи, два кудесника, на каждый корабль по кудеяру, как главе небольшого отряда, да четыре ратника. И этого числа мне не хватает, чтобы вести три корабля. Шестьдесят семь воинов на три корабля... Часть места будет забита осадными орудиями и скарбом, но надо учесть и команду, которая высадится с артиллерией. Слишком большая загвоздка. И тут мне будут нужны варяги Свена, десятка три.

Дальше, посмотрел возможности повышения юнитов и… захотелось взгрустнуть. Земли Меча и Магии изначально делали большой упор на маленькие армии и столкновения малыми отрядами. Но когда ты воюешь, в Диком Поле, с огромными по численностями армиями…

В общем, хохма, почему у кочевника нет нормальных элитных воинов? Потому что они ему не нужны. Людские расы, какими бы ни были, они все равно остаются людьми, а игра приближена к реальности. То есть если степной налетчик второго ранга выпустит стрелу в висок человеку, эльфу или гному, а у них физиология похожа, то кончится это надписью «критический урон» и смертью человека, эльфа или гнома. Кочевнику не нужны топы, не нужны элита, просто потому что с одного прироста у него сорок четыре воинственных всадника, из которых умением стрелять из лука владеет сорок два. Мало? Нет, да еще и дешево! Недолго думая, эти ребята выпускают залп стрел. И стреляют они крайне хорошо.

Поэтому сейчас мне нужна была численность, причем максимальная. Так уж вышло, что орки гораздо опаснее кочевников, и я боюсь, если честно, до усрачки. Если тыгдыги – это скорость, то орки – универсальность. Они могут прижиться везде, и воевать везде. Им абсолютно все равно, болото, степь или лес. Они многочисленны, глупы, и каждый является оружием сам по себе.

Поэтому сейчас мне нужна была численность, причем максимальная. Так уж вышло, что орки гораздо опаснее кочевников, и я боюсь, если честно, до усрачки. Если тыгдыги – это скорость, то орки – универсальность. Они могут прижиться везде, и воевать везде. Им абсолютно все равно, болото, степь или лес. Они многочисленны, глупы, и каждый является оружием сам по себе.

Далее, со склада я быстро набрал наваренных зелий и заказал три свитка воскрешения на аукционе – стоят дорого, но не заоблачно, в разумных рамках. Мою армию Ганибалла завтра нужно будет хорошо так пробафать, да и подлечить в случае чего тоже надо. И, конечно, усилить моего дорогого Болеслава надо наймитами. Открыв в меню найма гильдии Наемников, я оценил «случайный отряд». Хохма, просто смех – три дознавателя, четыре охотника на ведьм, три егеря, пять мечников и два пехотинца. Четыре пятьсот монет предлагали мне за найм всего отряда – очень и очень недорого, для семи дней, которые они попросту не переживут. Мечники и пехотинцы возьмут лошадей и поедут с воеводой. Остальные же поплывут в качестве ударного отряда, в первых рядах. Бафферы из числа алхимиков и языческих жрецов есть, будет немного боевых колдунов рыцаря.

Так, осталось наведаться в деревню Свена и в павильон к Нагашлассарии. Махнув на прощание рукой, резво поднялся, выключая музыку. Дракон, почувствовав интерфейсный приказ, поднялся в воздух, а я мчался по ступенькам дворца. И только вбежав на башенку, с разбега прыгнул за бортик. И не успел пролететь вниз и пары метров, как спина Малыша встретилась мои ноги. Ловкости едва хватило, чтобы не соскользнуть, как и силы – схватившись сначала за костяные наросты, я подтянулся на руках, подползая к седлу. До деревни Свена около полутора часов лета на Юг.

Взгляд из-под кустистых, выцветших на солнце бровей чуть смягчился, а лицо немного разгладилось. Бонды ненавидели бездействие, как таковое, и им не особо нравилась спокойная жизнь. Суровая земля вскормила суровых, не преданных покою людей. И мужчины этой земли жаждали ни много, ни мало, но крови. Так что уговорить Свена, мягко говоря, очень недовольного тем, что его и жителей деревни сосчитали за местных извозчиков по реке, происходящим, было не трудно – он рвался в бой и жаждал действий. И действия пришли за ним, в моем лице.

На небольшую площадь крупной деревеньки выкатили пузатую дубовую бочку, достаточно крепкую. Один мужичок попробовал, забравшись, и удостоверившись, что крышка выдерживает вес, слез и махнул мне рукой.

За варягов я неиллюзорно цеплялся, как и вообще за любого представителя расы людей. Почему? А дело кроется в механике Земель – люди здесь, если они европеоиды, могли скакать по Замкам. То есть, какой-нибудь Темный Друид, со своими аранья, может спокойно ассимилировать обычных европейских крестьян – культурно. Это я прочел еще во времена знакомства с игрой, на форуме, от человека, продающего аккаунт Темного Друида. Купил бы, блин, но замок не для меня, и набор книг не подходит, но все же.

И в игре это осуществлено понятным механизмом, верой. Когда один крестьянин, какой-нибудь варяг Снорри, принимал веру в Единого, он автоматически менял культуру и замковую принадлежность, с Викинга на Рыцаря. И если он может и оставался варягом, то вот его ребенок уже идентифицировался именно как обычный крестьянин рыцарского замка. Тоже самое, если Карл или Жак начнут молиться духам леса, выйдет обычный йомен. В моем случае, европеоидные крестьяне рыцарского замка, которые были вообще самым распространенным видом крестьян, вполне спокойно, без аколитов и прелатов, но вместе с моими кудесниками и вещунами, ассимилировались и становились селянами. Культурно, а затем и меняя замковую принадлежность. По тому же принципу и варяги – но имеющие больший приоритет в моем понимании из-за их воинственности и опасной близости к Замку.

Потому им надо объяснять. Их надо мотивировать. Им надо разжевать и добиваться их лояльности – а потом ближайший к ним, замковый кудесник придет и начнет вещать, что за вера у нас такая, и культура.

- Любить, - тихо сказал я, вглядываясь в хмурые лица. Тут меня не любят, ведь совсем недавно я перебил не мало варягов, а ко всему прочему вместо положенных их быту и укладу, заставил работать на себя извозчиками. Мораль плотно застыла на нуле, но народные настроения были скорее отрицательными, чем положительными, - а с какой стати?! С какой стати мы обязаны кого-то любить? Существа вокруг закрылись за своим эгоизмом и желанием удовольствий, а доброта более не поет свою песню в сердцах многих из нас! Счастье стало для мужчин и женщин кучкой плодов, которые грызут, или поспешно, чтобы не досталось другим, вонзают зубы – с воплями, «МОЕ», чтобы потом беспорядочно разбросать. Вы, дети моря, порожденные Вотаном, богом мудрости и философии, богом войны и крови.

Я оглядел людей вокруг, положив руку на сердце.

- Посмотрите на себя, и посмотрите вокруг. Мир, жизнь везде, свелись к глупым и ничтожным доктринам потребления. Твари вокруг забыли, что такое истинный, животный страх. Они говорят нам – любовь! Любовь и мир должны связывать народы воедино, они должны обмениваться своими товарами и уважать друг друга… Но я презираю такие связи!Я не хочу брататься с вонючими орками или блохастыми гноллами! Я не хочу прислуживать жалким и отвратительным клаконам, или остроухим эльфам! Я воин, - ударяя себя в грудь, вскрикнул я, - не колдун. Как почти все из вас и вашего роду, я не овладел искусством ворожбы, но могу победить любого, кроме Свена, в ближнем бою! И я предлагаю вам истинную важность в это суровое время, истинную ценность и проявление добродетели! Дарение.

Спрыгнув с бочки и сделав несколько шагов к толпе мужчин и женщин, я с интересом осмотрел одну девушку. Белокурая, невысокая, но статная. Крепко сбитая, видно и по взгляду, и по осанке. Я бы даже сказал, что немного опасная. Едва удержался, чтобы взять ее за подбородок и посмотреть – не поймут, руку отрубят.

- Дарение, - прошептал я, глядя в ее глаза, - я хочу подарить вам всем то, что не предложит никто. Завтра мы выступаем бить орков, мерзких ублюдков и их вожака, мерзкого эрги! Каждый, кто пойдет в бой за мной и выживет, сможет взять столько трофеев, сколько унесет! Все женщины, которые останутся без мужчины – навсегда освободятся от налогов! Но самое главное, павшие смогут соединиться с божественным!

Убрав взгляд с девушки, я сделал с десяток шагов вглубь толпы, взглядом оценивая молодых юношей. На профессиональных воинов они не тянули, да и не нужны они в таком качестве. Зато вот создать необходимую массовку, особенно при десанте, помочь довести корабли, поработать как расчеты для артиллерии, вот тут они, пожалуй, были чуть ли не незаменимы.

- Павшие в этой великой войне воссоединятся с Вотаном в его чертоге, и сольются воедино до зари времен… И день начнется с битвы, а ночь – с терпкого эля. И павшие будут в достатке, а выжившим я дарю эту возможность. Так что, - повысил я голос, - есть желающие уйти в поход за богатством, воинской доблестью и бессмертием?!

В процессе речи и по ее окончанию, мораль в деревне выросла аж на десятку в целом, и лишь у некоторых личностей – в основном вдов убитых мною бондов и их детей, либо застыла на нуле, либо имелась в отрицательных величинах.

Много варягов не пошло за мной, причем действительно много. Из почти полутора сотен домов варягов в двух деревнях пошли от силы человек пятьдесят, и этого вот совсем не много, учитывая скорый новый прирост, который я тоже весь поверстаю, сразу же, не глядя – пока не опомнились.

Переговоры с главной змеей были гораздо более напряженными. Она изначально не была настроена ко мне негативно, агитационная деятельность смысла не имела, все существа мага подчеркнуто-атеистичны, так что разговор вместо трофеев, бессмертия и громких речей шел исключительно на уровне сохранности жизни наг всех видов и мастей. Я не знал, понимала ли эта женщина, в том числе почему выбор пал на нее, и отчего у меня вообще мысли ослабить ее власть. Но торговалась до последнего. Сорок три мужчины и женщины со всех павильонов, плюс весь новый прирост. Семь десятков суммарно – учитывая отсутствие изменений творцом, да скидку за счет умений, шестнадцать тысяч. И всем мне придется заплатить просто огромную цену за одну неделю службы змеек, но без них и вправду никак. Если все сложится хорошо, то уже начиная с утра среды они перейдут в наступление, вместе со всеми имеющимися там силами.

Следуя моим интерфейсным приказам на лошадях, начали развозить имеющиеся запасы оружия и брони. Подготовили снаряжение порубежникам, хоть им и не надо воевать с орками, да и потом я прикажу им платить налоги, но именно они начнут «ассимиляцию» горных хребтов.

На этом, к счастью, мои дела в родной вотчине были выполнены. Вещун Велеса остался в форте, а вот Платон полетел к замку, закончив неделю разорительных полетов и разведки по степи. Туда же отправился Леший. И… вся армия была поделена, заочно, на группировки войск. Зелья были забраны. Переговоры с неожиданным союзником проведены, с поддаными тоже. Солнце как раз клонилось к закату, и мой верный Горыныч, уже уставший от всей этой суматохи и дороги туда-назад, с хеканьем вез меня к условному месту встречи с группой захвата города. Но посреди пути затрезвонил не скайп, а внутриигровой мессенджер. Неизвестный мне усиленно пытался дозвониться. Сначала я проигнорировал, убрав звук и сместив на краешек обзора. Но интерес начал подтачивать нутро, отчего его немного сводило. А затем неизвестный позвонил еще раз. И еще. Осмотрев окрестности – все равно еще не меньше часа лететь прямо по курсу в замок, принял звонок. Все равно делать пока нечего.

Знакомые, очень знакомые черты лица – с салатовым оттенком кожи и острыми ушами. Они, как мешура, гирлянды, мешали мне воспринимать собеседника по-настоящему. А затем я всмотрелся в него, и увидел.

- Колян, - во все тридцать два улыбнулся стоящий напротив меня мужчина, - рад тебя видеть… У тебя что, подбородок более квадратный? А где щечки и откуда борода?

Вопросы посыпались, как из ведра. И не было им ни конца, ни края…

- Никита, мать твою, ты ж не гном! – не отойдя от шока, удалось выдавить мне. Малыш, чуть дернувшись от моего резкого высказывания в полной тишине, изогнул голову, чтобы увидеть огромное магическое окно связи.

- Ага, - удовлетворенно кивнул… аранья, крякнув, - более того, я мало того, что не гном, я еще и не Волшебник!

Парень засмеялся, сотрясаясь от хохота и даже придерживая свой живот. Было в этом что-то очень нездоровое, не нормальное.

- Первая мысль была именно за гнома поиграть, о чем я сказал, буквально за пару дней до старта. Но не срослось. Вошел, сравнил координаты, вышел и удалил аккаунт. Ты прикинь, двадцать три клетки расстояния! А там – навязчивая мысль. Нахрен эти стандарты, побеждают только уникальные сочетания! У тебя же рядом река! Лови карту.

Я с интересом нажал на «Ок» и наши с Никитой карты слились в единую, а обмен информацией произошел. Он действительно был совсем недалеко, всего восемь клеток. Двое суток на Горыныче, я думаю, не больше.

«Персонаж «Последний Баалзебуб» запрашивает разрешение на просмотр характеристик»

«В этом случае вы увидите профиль персонажа «Последний Баалзебуб»»

Принять?

Принять. Раскачка под мага, книги…

Книги: Раса Аранья I, Раса Нордов III, Мореход I, Толерантность I, Архимаг II, Творец I, Магическая Подготовка I, Магия Разума I, Магия Материи I, Белая Магия I, Бюрократия I

- Эээээ, твой уникальный билд, вот это?

Никита улыбнулся. Прилетело еще одно сообщение, предлагающее вступить в клан. «Слепой Лось», гордо говорила система, поставив рядом пиктограмму сохатого с черным зевом вместо глаз.

Парень улыбнулся еще шире.

- Думаешь, почему я себя так веду? – спокойно спросил парень, улыбаясь еще шире и рукой указывая позади себя. Он специально встал и повертелся – позволив осмотреть древний античный храм, в котором стоял молодой аранья. Пройдя сквозь коридор из колонн ионического ордера, минуя богато украшенный фонтан, он вышел к лоджии, показывая на водную гладь, уходящую в горизонт. Море, куда ни глянь.

- Я выбрал не стандартную смесь, взяв за основу замок Темного Друида, с морским подвидом и прибавив викингов. Игра у аранья за Младший Орден Акулы, дающий бонус к мореплаванию, а также доступ к уникальным морским юнитам, по четыре штучки в неделю – пятый ранг, сильные твари, акулоподобные. Плюс книга морехода. По итогу я появился, и только две трети клетки были сушей, и то – больше половины занимали горы. И начал я через пару дней, как ты того…

Что-то изменилось в голосе друга. Его черты лица, скорректированные при генерации персонажа в лучшую, красивую сторону, неуловимо поменялись все вместе, разом. Донельзя помрачнев, словно сгустив мглу вокруг. А голос, звонкий, как и всегда, начал тускнеть.

- У тебя почти пошла пятая неделя. Двадцать седьмой день, четвертая неделя к концу? У меня десятый. И вчера я узнал, что сорвался.

Ком подступил к горлу, и слова, которые могли бы быть произнесены, застряли глубоко в глотке.

- Родители помогли. Перевели, по-моему, указания аккаунт из обычного в платину, докупили мне лишнюю книжку через донат-шоп. Загрузили даже немного денег, им сильно пришлось влиться, моих средств на все это не хватало. Но зато посмотри…Гроза морей!

Я молча принял приглашение в клан, осматривая друга, уже аранья, совсем по-новому.

- Я просто хотел подготовить тебе интересный Замок, зная, что ты выберешь именно славян. Чтобы и появиться близко, и дополнить твою раскачку – морскими волками. Пусть под твоим командованием они были бы не так эффективны, зато усилили бы твои мореходные возможности. А получилось то, что получилось. Ни больше, ни меньше.

- Много врагов? - с хрипотцой выдавил я.

- Даже без доната уже почти все, я играю на средней сложности, и тут все условно безопасные – за неделю ты выбиваешь главного антагониста, остальной набор уровней идет из-за еженедельного появления новых мобов для раскачки гарнизона. Правда воюю всяким говном, но с донатом оно все сподручнее и быстрее, сам понимаешь.

Я перевел взгляд на него, с удивлением отмечая легкую усмешку. Вряд ли за сутки тот прошел стадию отрицания…

- В общем, друг, - продолжил он, - я прошу тебя за эти одиннадцать дней, до моего появления, разведать обстановку. Войска у меня выйдут неопытные, и пороху особо не нюхавшие, но многочисленные, а я выйду злой. И первое, чего захочу – это обнять своего брата, крепко-крепко.

Сморгнув, и встрепенувшись, словно сгоняя морок, я снова всмотрелся в огонь. Несколько сотен конников, пусть и с большим количеством чабанов, бесчинствуют в городе. Врываются в дома, убивают и грабят. Все войска барона, что не спрятались в его замке, уже мертвы. А я приступаю ко второй части плана.

Все это время мои люди не бездельничали. Вместе мы зачистили этот участок стены, закрыли ворота. И… мои пехотинцы начали таскать доски, телеги, бревна, к закрытым воротам, устанавливая барикады. Над воротами встали лучники, тоже организовывая небольшие ограждения. Трупы моя пехота споро накидала на и под, буквально затыкая мертвыми людьми все бреши. Очень скоро, всего час, и на месте мертвых тел останется одежда и снаряжение, не больше. Но нам и не нужно было больше. И, когда все было готово, а Горыныч был на подлете, я махнул рукой, и мой эскорт мерно направил коней вдоль улицы. Стая, ополченцы, пехотинцы и егеря сидели, заткнув собой один из двух выходов из города. Второй был через Замок, который еще надо штурмовать.

Тохтамыш, беснующийся где-то в центре этого огромного города, получил текстовое сообщение, а мы медленно ехали и наблюдали. Горели дома – пусть большинство было каменными, но окраина, выложенная в маленьких хибарках, пылала вся. Любимое дело кочевников, оставлять за собой пепелище.

Трупы, конечно. Куча трупов. Они валялись везде – вдоль дорог, посреди. Кто-то свисал из окна со стрелой в груди. Два монгола, ругаясь между собой, с энтузиазмом поднимали еще дергающего ногами мужчину. Веревкой, которую перекинули через балку скатной крыши. А затянули на шее.

Да, грабеж кипел вокруг. Немногим меньше половины ханских конников были обычные чабаны, и это хорошо. Плохо то, что не меньше четверти от двух сотен – это монолитно спаянные кешиктены и мергены. Хотя нам только в плюс.

Когда я подъезжал к замку, десяти метров в высоту, со стены на меня смотрела толпа. Из небольших башенок в нашу сторону смотрели жала дротиков, заряженных в аркбаллисты. Видимо, население, которое успело забежать в замок, стали ополченцами. Что у них было в руках, я с такого расстояния не видел.

Подняв руку и приказав своим всадникам остановиться, я повернул голову к кочевнику. Он завороженно, словно никогда ранее не видел подобного, смотрел на укрепления. На огромные стены с их зубцами, на пузатые башенки. Он смотрел, с горящими глазами, переводя взгляд от серого камня на трясущихся от страха людей. И улыбался.

- Вперед, Велеяр-Хан, - тихо сказал он, махнув рукой костяку своего войска, не предавшемуся грабежу, в отличии от степных налетчиков и чабанов.

И мы ударили коней в круп, медленно двигаясь посреди этого безумия. Некоторые на стенах, с луками или арбалетами, держали нас на мушке, но никто не стрелял. Стены молчали, мертвенно молчали, наблюдая с высоты на точки-степняки грабят и убивают тех, кто не успел спрятаться.

Остановившись у ворот, я махнул рукой.

- Мы хотим говорить с бароном, - надрывно крикнул я, задрав голову к небу. Солнце начало слепить глаза.

- Не будет разговора, - донесся до меня высоковатый голос, - пошли прочь отсюда, демонье! Вы ж скольких погубили, ироды?!

- Большой город, много домов, - довольно, хоть и тихо сказал Тохтамыш, только мне, - большой обоз соберем, Велеяр-Хан, много награбим.

- Прав ты, Тохтамыш-Хан, как никогда прав, - кивнул я, - вот только основная добыча она вот там, - махнул я рукой на тяжелые ворота, окованные сталью и окруженные каменной стеной, - и если мы получим ее, то богатство наше будет достойно славы, а деяния наши запишут в сказках наши народы, а враги же будут пугать нашими именами детей.

Кочевник довольно покачал головой, с таким же жаром в глазах осматривая стены.

- Как люди могут загонять себя в такие рамки, Велеяр-хан? Почему вы предпочитаете эти мешки свободе степи?

Но нас прервал. Рядом с конем вонзилась стрела, затем еще и еще. Показательно, н оне прицельно.

- Пошли прочь, переговорщики засратые, - рыкнул уже низким басом какой-то мужичок. Я с большим интересом посмотрел на него – в кольчуге, но с латным нагрудником и длинным луком, - последний раз вам велено, проваливайте!

Я дернул узды своего коня, заставляя того развернуться. И легонько стукнул в круп.

- Собирай своих лучших воинов, Тохтамыш-Хан, а я соберу своих. А после пойдут уже обычные всадники. Скоро здесь будет Великий Змей, как ты его назвал – и либо падут ворота, либо все в этом чертовом форте умрут.