Змеиный царь
Глава 1
Он приближался.
Медленно скользило по камням облитое чешуей тело. Все острее становился тот самый, змеиный запах…
Мужчина выдохнул.
Сегодня, именно сегодня. И благодаря ему прекратится тысячелетняя тирания!
Василиск…
Он никогда не видел Царя, но ненавидел его всей душой. И мысленно представлял…
Алая чешуя, цвета пролитой Им крови, громадные желтые глаза, омерзительная змеиная морда…
Сегодня все будет кончено! Наконец-то…
Его люди тоже были готовы.
Вот Тами, лучшая лучница Шарессии, вот Карт, он замечательный пращник, вот два их мага – Арен и Делер, два воина, Тарек и Шалаэт, все готово, ловушки насторожены, осталось дождаться Его.
Василиск замедлился.
Почуял?
Но как он мог? Люди напряглись. Вроде бы все было предусмотрено, амулеты для сокрытия ауры, специальные костюмы, маскирующие их, жидкость, отбивающая запах… что не так?
Что тебя не устраивает, гадина?!
Мужчина переглянулся с Делером, они хотели начать, когда василиск подползет еще поближе, к настороженной ловушке, но видимо, не получится. Что ж, пусть сначала все идет не по плану, это бывает. Хуже, когда в конце…
Змей остановился.
Поздно, отменить уже ничего не удастся, слишком многое сегодня сошлось в одной точке…
- Людишшшшшки…
Ледяной голос проносится над горной долиной, замораживает внутренности, заставляет кровь медленнее течь по жилам… уничтожает. Еще немного, и эта тварь одним разговором их уничтожит. Слишком он громаден, стар и силен. Слишком…
Слишком далеко, но выбора нет…
И человек решился.
Если эта тварь отползет подальше, или атакует… он не удержит ни людей ни заклинание. Не успеет.
Василиск… это Василиск.
Змеиный царь, что тут еще скажешь?
Больше тридцати метров бронированных мышц, ядовитые клыки, шипы, гребни, окаменяющий взгляд…
Самое страшное не это. Самое страшное – управляющий телом чудовища человеческий разум.
- Бой!!!
Ночь расцветилась огнями взрывов, загрохотала гулом обвалов…
Теперь не сбежит, они специально выбрали эту горную долину…
Мужчина, подавая пример, первым выскочил из укрытия, и атаковал.
- Огонь!!!
Сколько не говори про невербалку, но когда вот так, выплескиваешь из себя силу, что-то меняется. И больше отдается, и сильнее бьет…
По василиску хлестнула волна огня. Одна, вторая… Это работа Делера, он огневик. Арен, скорее, по воде. Но утопить василиска?
Невозможно, поэтому водник просто устроил обвал, отрезая гадине путь назад.
Гад повыше приподнял голову. Осмотрелся, и сосредоточил усилия на мужчине.
На миг…
Только на миг у него закололи пальцы.
- Что, мразь! Не действует?! Бей его!!! БЕЙ!!!
Василиск решил что-то для себя, и пополз вперед. Медленно, оглядываясь…
Удар хвоста – отлетает в сторону Тами…
Разворот в другую сторону, и Карт бьется в громадной пасти, истошно крича.
Недолго…
А хвост тем временем ищет новую жертву… падает, обливаясь кровью Арен. Шипы распороли его десятками страшных ран.
Глупые людишшшшки, на кого вы подняли руку?
Всссссе здесссссь осссстанетесссссь!
Мужчина понял это так отчетливо…
Но – нет!
Они живы, они еще поборются…
Он опустил руку на грудь. Туда, где в ладанке пульсировало… нечто. Живое, теплое…
Василиск впервые остановился.
Заколебался?
Испугался?
Нет…
Еще один удар хвостом.
Камни разлетаются в стороны, кричат от боли люди…
На короткий, очень короткий миг василиск оказывается рядом с человеком. И тот понимает, что все. Конец…
Нет уж!
Я умру, но и ты, гад, здесь подохнешь!
И мужчина крепко сжимает руку на ладанке.
- Сдохни, тварь!
Он хотел обойтись без этого, но…
На короткий миг ярко-алая нить соединяет человека и чудовище. И находит свою цель, какую-то точку под несокрушимой броней…
Алая чешуя впервые чернеет от крови василиска. Ядовитой, горячей, тот на кого попала хоть капля, умрет до конца дня…
Делер не успевает увернуться, скорчивается… может, у мага есть шансы? Шалаэт даже дернуться не успевает, его кровь валит с ног мгновенно, разъедает кожу, мясо под ней, оставляет страшные язвы… неизлечимые, добить – милосерднее.
Василиск истошно кричит от боли…
Кто сказал, что змеи немы и умеют лишь шипеть? Кричать они тоже умеют…
Только василиск – не обычная змея. Он все понимает. Он понимает, что его сейчас убьют, и последним усилием…
Нет, не сбрасывает заклинание. Но змеи… такие змеи. Где нельзя пройти, всегда проползти получится. И громадное тело скользит куда-то в темноту, понимая, что это – почти конец…
Глава 1.
- … да пошел ты, козел!
- Я… да кому ты нужна-то, корова жирная?
- Кому бы не нужна, а тебе не достанется. Извини, Марин.
Аня отбросила назад косу и встала из-за стола. Решительно и бесповоротно, как айсберг на пути «Титаника».
Марина, худенькая брюнетка в стильных очках, чем-то похожая на больную ворону, закивала, и рваная челка заметалась из стороны в сторону.
- Ань… да…
- Все в порядке, - Анна презрительно глянула на сидящего рядом мужчину, повела литым плечиком… - Пойду я, а то завтра вставать рано.
- Да, конечно…
Именинница явно испытала облегчение, понимая, что дальше конфликт не разовьется, и помчалась провожать подругу. Мужичка уже успокаивал ее супруг, нашептывая на ухо что-то утешительное и подливая водки.
Аня улыбнулась подруге уже у калитки.
- Марин, когда ты перестанешь мне всякую шушеру подсовывать?
- На тебя не угодишь! Между прочим, очень выгодный кадр, на фабрике работает, у него такое случилось! Жуть!
Как ни обиженна была Анна, но любопытство…
- Он себя в зеркало увидел?
- Нет, у него жена нашла себе любовника, привела прямо в родной дом, никого не спросясь… а они с детьми живут, с родителями… ее родителями, правда…
Твою змею!
- Мексика, ах эта Мексика…
- Он дверью хлопнул и ушел. А ведь двадцать пять лет жили…
Анна фыркнула.
- Ну… в жизни всякое бывает.
- Но?
- Мариш, меня это не касается. Поехала я, ладно? До дома еще пилить и пилить…
- Да у нас тут каких-то сорок километров до города, скоро дома будешь…
- Куда я денусь…
- А то, может, Сеню с собой прихватишь?
- Кого?
- Ну… семёна. Это вот этот…
- Козел? Перебьется! Откуда он вообще у вас взялся?
- У меня Димка, сама знаешь…
Аня знала. Дима был электриком – золотые руки. Из тех, которые могут продолжить проводку на века и ввернуть обычную лампочку так, что она прослужит втрое дольше. Любые работы с электрикой, любое дело было ему по плечу. Аня и сама воспользовалась пару раз…
- Вот. У нас же фабрику строят по производству удобрений, Димка там им половину линий монтировал, вот и подружились с Сеней…
- Ну-ну…
- Они недавно переехали, живут в соседнем селе, Сеня теперь вообще в городе…
- Меня это не касается, - приговорила Аня. – Все, бывай…
И уехала.
***
Одной на трассе не страшно.
Днем.
А вот поздним вечером, когда фары выхватывают из темноты кусты и деревья самых злодейских очертаний, когда слепят встречные машины, когда просто жутковато…
Машина у Ани была не то, чтобы сильно героическая – купила себе по случаю старушку «короллу», которую прозвала «Коровкой». Тойота красного цвета кряхтела, стонала, но тянула исправно, главное, не забывать баловать ее хорошим маслом и почесывать брюшко на регулярных ТО. Зато девушка умещалась на водительском сиденье, вытягивала ноги и даже не до конца отодвигала кресло.
А это было важно…
Метр семьдесят пять роста, четвертый размер груди, объемные бедра…
Пятьдесят второй размер одежды. Если бы не тонкая талия, которая отлично вмещалась и в сорок шестой…
Аня по этому поводу не комплексовала.
Если так сложилось, что похудеть не удается, грудь и попа видны в любой одежде и «вешалкой» ты не была никогда, даже в детстве… ну и наплюй!
Прокачай талию так, чтобы осы завидовали, нацепи десятисантиметровые каблуки, и плюй на всех. С такой высоты – отлично получится прицелиться.
Аня пошла еще дальше. Обладая от природы русыми волосами и большими голубыми глазами, она отрастила косу, и одевалась исключительно в джинсы и разных видов свитера. Юбки были заброшены в дальний угол, девушку они превращали просто в свиноматку. Мини-юбки и юбки в обтяжку – тем более.
И то сказать…
Есть – полные люди, у которых складка на складку наползает.
Есть – ширококостные, которым нельзя худеть ниже определенного порога. Если под одеждой у тебя перекатываются мышцы, а не бублики с салом, ты не толстая. Что бы там не говорили журналы и каналы.
Человек индивидуален. Ты личность, вот и не подгоняй себя под стандарты. Это как маску на лицо наложить, а потом откромсать все, что из-под нее выбивается. Глупо?
Так что ж вы этим занимаетесь-то?
Так Аня и размышляла, катя на скорости восемьдесят километров по трассе, когда свет фар выхватил из темноты лежащую на обочине фигуру.
Кажется, старик, с седыми волосами… бомж?
Да, наверное…
Аня, ты дура!
Нет, ты клиническая кретинка. Которой прилетело по башке клятвой Гиппократа…
Тьфу!
Внутренний голос заткнулся, когда Аня свернула на обочину.
Потом достала из-под сиденья газовый ключ и баллончик с перцем, и вышла из машины.
Подошла к человеку, наклонилась, настороженно оглядываясь по сторонам…
Опа?
Бомжи, говорите?
А почему не воняет? В свое время, на практике, Аня этого букета нанюхалась. Подвал, помойка, немытое тело, перекисший пот, спиртное и кошачья моча на закуску.
Здесь от человека пахло чем-то… сухие листья?
Непонятно. Не противно, просто непривычно. А, впрочем, сейчас столько одеколонов – озвереешь перебирать. Но не бомж, точно…
И волосы… они чистые, просто пылью сверху припорошило…
Аня с усилием перевернула мужчину на спину. Пальцы ощутили мягкость тонкой ткани… бархат?
Да, наверное. Или замша, но очень тонко выделанная…
В любом случае – дорогая вещь.
Мужчине оказалось на вид лет тридцать. Гладкое, почти без морщин, лицо, закрытые глаза, тонкие черные брови… и рана в груди.
Кровавая, грязная…
Твою змею!
Аня окончила фельдшерский факультет с отличием, и диплом у нее не был красным по причине скандала с директором. Ну…
Пусть она хоть какая красивая, это не повод хватать ее за грудь!
В итоге, тройка за последнее тестирование, и пролет с дипломом. Ну и черт с ним…
Аня вздохнула.
Ладно, мужчина еще дышит. Надо грузить – и рвать когти в больницу, другого выхода тут нет. Хорошо, что он пока без сознания… бутылку, что ли, с водой взять?
Промыть рану, уколоть ему обезболивающее и хоть что-то от столбняка? Ведь в рану и земля набилась, и листья…
- О, смотри-ка, кто тут у нас!
Твою змею!
Рядом с Аней остановился мотоцикл, с которого десантировались два сопляка. Самая опасная порода, кстати говоря. Лет восемнадцать-девятнадцать.
Силушку организм уже набрал, но управляется пока еще из нижнего отдела позвоночника, связь с головным мозгом там образуется намного позже, годам к тридцати, если доживут.
- Какая телка! – протянул второй.
Аня покрепче сжала ключ. Тут главное – ударить как следует. Если повезет – она справится с обоими сопляками, только бы одновременно не бросились…
- Твои телки тебя в коровнике ждут! Понял, убогий?
Ответ был вполне предсказуем.
- Ах ты…
Аня попробовала бы отбиться, но мимо нее вдруг метнулось нечто…
Быстрое, хищное, опасное… у женщины даже корни волос похолодели.
Минута – и на асфальте лежат два тела. И из разорванных шей выплескивается алая кровь.
А мужчина который это натворил, падает навзничь. Нет, ну твою змею!!!
***
Темнота.
Боль, холод, опасность….
Я понимаю, что если останусь здесь, то умру, и очень быстро. Только двигаться я пока не могу. Совсем.
Руки не слушаются, голова тоже чумная…
Слышится какой-то странный звук. Скрежет, хлопок…
Шаги, радом со мной останавливается кто-то… враг?
Я собираю силы для последнего броска. Даже если я умру, ты рядом со мной сегодня ляжешь! Я не уйду – один!
Но вместо того, чтобы ударить, меня осторожно переворачивают на спину, что-то говорят…
Надо мной парит женское лицо. Кто это?
Не знаю, ничего не знаю…
Кажется, она хочет мне помочь. От нее веет раздражением и злостью, но это не та злость, с которой убивают. Это злость, с которой что-то делают, что-то неприятное…
Снова шум…
Еще два грубых мужских голоса, в них звучит похоть и злоба. Женщина отвечает, резко и четко…
Она не боится, но опасается…
Зря.
Бояться здесь надо только меня, но не этих двух… от них даже магией не тянет…
Поделом.
На один бросок моих сил хватит, и я его делаю. И падаю рядом с убитыми глупцами, надеясь только, что в следующий раз мне повезет вылупиться в хорошем гнезде.
Кажется, с моим телом что-то делают…
Не знаю…
Темнота опять смыкается над моей головой и затягивает в омут беспамятства. Хорошо бы так и умереть – хоть не больно будет.
***
Как Аня затаскивала тяжелое мужское тело в свою машину, как заметала на дороге следы – в буквальном смысле, выехала на асфальт, вернулась с лопатой и щеткой от снега, которую ленилась выкладывать из машины, и постаралась смести все следы, хоть свои, хоть протектора, как оглядывалась по сторонам, молясь, чтобы никто не появился…
Повезло.
Просто повезло.
Ночная трасса не самое оживленное место, особенно, если она не федерального значения, а ведет в десяток-другой поселков, загибающихся от бескормицы. Так что просто повезло…
Аня не жалела подонков, которые хотели ее не карамельками угостить. Ни минуты. Да и крови она не боялась. А вот отвечать ни за что не хотела.
Да, право- и кривозащитники сейчас заскулят о жестокости, о том, что «несчастные малыши» не хотели ничего плохого, просто побеседовать…
Анна иногда от души желала таким умникам, чтобы им на пути почаще встречались их подзащитные. И выражали свою «благодарность» от всей души. И побольше, побольше…
Может, ее бы и не убили. Но поприставали – наверняка. Поиздевались, постарались бы полапать, могли угнать машину, бросить Аню на ночной трассе, потребовать выкуп «натурой»…
В некоторые моменты фантазия у разных тварей становится воистину безграничной.
Кто хочет все это испытать на своей шкуре? Нет желающих?
То-то же….
Человек имеет право остановиться,, чтобы оказать помощь. Вот, стало мужчине плохо, Аня ему помогла. И помогает…
И не надо говорить о провокациях. Вот, вам так понадобится остановить кого-то, а он проедет мимо. Потому что твари, вроде этих «мотоциклетов» испугали людей до последней грани. Все дрожат за свою шкуру…
А ведь доставалось бы им вот так по заслугам, сот раз бы подумали гады, останавливаться или нет на шоссе рядом с одинокой девушкой, открывать свои поганые рты – или быстренько ехать мимо, в кроватки…
И – нет. Родителей этих гадов Аня тоже не жалела.
Это ведь задача отца и матери, объяснить ребенку, что такое хорошо, и что такое плохо. А если твое чадушко считает изнасилование хорошим делом…
Чего тут удивляться печальному концу?
Аня медленно, не дай Бог нарушить правила и остаться хоть на каких приборах, проехала по улицам города туда, где горел свет.
Приемный покой четвертой больницы.
Так, теперь набрать номер…
- Петька, ты сегодня не на дежурстве?
- Пулеметчица?
- Ага, я…
- Есть такое… заруливай.
- Я с работой.
- Твою змею…
- Петенька, милый… очень надо!
- Ладно, сейчас выйду.
Аня улыбнулась, отключая телефон.
Медколледж – место своеобразное. Для кого-то это возможность выйти замуж (чаще всего за военного), для кого-то получить самую простую специальность медсестрички, которая не даст помереть с голоду, а для кого-то и трамплин.
Не все поступают в ВУЗ с первого раза. Тем более, в медицину. И тут есть свои лазейки, к примеру «квоты».
Ты можешь заключить договор с какой-нибудь поликлиникой, они тебе образование, ты у них отработать пять лет. Ну, это грубо говоря.
Только вот хорош этот способ для тех, у кого есть папа-мама-квартира-содержание. Медвуз – каторга, впахивать там надо денно и нощно, а жить как? И на что?
Стипендия – это песня из советских времен, сейчас на нее даже комнату в общаге не снимешь. Так же, якобы бесплатную…
Поэтому ребята поступают хитрее.
Они заканчивают медколледж, потом идут, устраиваются на работу, а уж потом, чуть-чуть, примерно за полгода – год освоившись на рабочем месте, находят тех, с кем заключают договор. И идут не обязательно на первый курс. Они же большую часть экзаменов могут сдать, они все это недавно зубрили… Даже если на первый курс – им есть где работать, они уже что-то зарабатывают, с голоду не подохнут.
Петя был именно из таких.
Сам пробивался, работал, зарабатывал…
Сейчас он был одним из лучших хирургов четвертой больницы, счастливо женатым, с красавицей-женой и двумя лапочками-дочками. Что еще надо для счастья?
Побольше денег.
Дети – это не просто счастье.
Это еще пеленки, распашонки, подгузники, кроватки, коляски, да, и еще ребенка надо кормить три раза в день, и не сеном с лугов…
Порядок сумм примерно таков.
Коляску можно купить в ценовом диапазоне от двух тысяч. Верхний порог тут не ограничен.
А вот суммы, которые платит государство… таки, чтоб нашим чиновникам такую пенсию платили. Полтора года тебе платят процент от зарплаты.
Ребенка берут в ясли в два года, а то и позже. На неполный день, плюс кроха болеет, кашляет и прочее, требует собой заниматься…
С полутора лет и до трех государство платит любящей маме пятьдесят рублей в месяц.
И – нет. Не тысяч. Просто пятьдесят рублей. Потом «помогать» перестают вообще. Здорово, правда?
Поэтому Петя дневал и ночевал на работе, не стеснялся брать «калымы», и сбивался с ног в поисках приработка.
Вот и сейчас он ждал у пожарного входа, крутил в пальцах четки, о чем-то думал, дышал ночным воздухом…
- Привет, Пулеметчица.
- Привет, Петруха…
Да, вот такая дружба сложилась. Когда тебя зовут Анной, и ты этакая богатырша, когда кроме тебя в группе есть еще Вася – тоже бобер молодец, и когда есть Петя, хрупкий ботаник…
Удивительно будет, если вы не станете персонажами анекдотов.
Так и проходили все три года Анкой, Петькой и Чапаевым. Сдружились на этой основе, прикрывали друг друга, делились конспектами, и не теряли связи в дальнейшем.
- Анка, ты во что ввязалась, зараза? – ахнул друг, наблюдая, как из машины появляется на свет окровавленное тело.
- Хрен его знает, Петруха. Но это точно что-то неприятное, - честно ответила Аня. И потащила бессознательную тушку, кряхтя от тяжести.
Петя подхватил мужика за ноги, принимая на себя часть веса.
- Погоди, помогу. Пулеметчица, твою змею…
Привычка поминать змей у них осталась из медколледжа. С того же первого курса, где они поиздевались над преподавателем по патанатомии.
Преподаватель косил под графа Дракулу, предпочитал все черное, мазал гелем каштановые волосы до плеч, кажется, даже глаза подводил…
А вот издеваться над друзьями не стоило. Тогда бы и не увидел он в один прекрасный день в ящике стола симпатичного ужика.
Ребята специально ездили, в другом городе покупали, пятна гуталином замазывали, а он…
Препод так визжал, что бедная змейка чуть разрыв сердца не схлопотала!
Вот, с тех пор выражение и прижилось.
***
Спустя час Петя вышел из операционной.
- Ань, ну что я тебе могу сказать? Ранили его от души, грудь разворотили малым не до ребер, мясо, как стесали. Чем его так могло приложить, даже не подозреваю.
- Ты – и не подозреваешь?
- Есть такое. Если б хоть ожог был… нету. Очнется – спроси. Я всякие раны Дальше. Крови я ему влил, редкостный, кстати, чел попался.
- Почему?
- Группа четвертая, резус отрицательный. Если захочешь от него размножаться – даю добро.
- Иди ты…
У Анны тоже был отрицательный резус. Правда, при первой группе крови. Так что в партнерах она поневоле была разборчива и противозачаточные средства сама и покупала и надевала. От греха….
- Долго ему еще лежать?
- Недели две.
- У меня – вылежит?
- Вполне. Рана хоть и жуткая, но жизни не угрожает.
Аня кивнула.
- Петь, ты можешь не сообщать?
- Могу. С медсестрами поговорю, но ты точно уверена?
- Петь, я его нашла на обочине дороги. Лежал мордой вниз…
- И ты не прошла мимо. Самаритянка, твою змею…
- Мы клятву Гиппократа давали, - обиделась Аня.
- Мы дали, мы и взяли, - философски пожал плечами друг. – Помнишь, что гуру говорил про работу без оплаты?
- Решительно не одобрял. Петь, как ты можешь быть таким меркантильным?
- Легко. Да, я к тебе тут одного человечка направлю, зовут Толик…
- Что с ним?
- Дурак. В спортзале спину так сорвал, что песец с Чукотки любоваться прибежал.
Аня кивнула.
Дело было насквозь знакомым.
- Не в «Лепестке»?
- А то где ж еще?
- Козлы…
- Их кретинизм – твоя удача.
Тут Аня спорить не стала.
Да, классический недуг. Сорванная спина, изуродованный позвоночник и суставы…
И – нет. Это не война, это просто человек покупает абонемент в дорогой спортклуб. А заодно мегакостюм, понтовые кроссовки, и начинает атаковать тренажеры.
Ага…
Дамы, господа, товарищи и граждане, если вы думаете, что выложив бешеные тысячи за абонемент, вы автоматически станете бессмертными и неуязвимыми – зря. Может, в Москве-Питере это и работает. А вот в провинциальных городках, как правило – нет.
В провинции это место «людей посмотреть себя показать», а то и продать повыгоднее, пока не обвисла попка-орешек и не появился злобный целлюлит. И тренер там не обязательно профессионал, и не проходил он курс обучения, и не всегда знает, как удачнее стыковать человека с тренажером… да что там!
Иногда у человека и справку-то не требуют о его заболеваниях!
Грибок, дерматит, сифилис – спросят.
А сердце? Почки? Связки-травмы-позвоночник?
Вот еще!
Ты сюда пришел, ты и думай, как целым уйти.
А потом такие герои идут к Ане. И начинают ныть о порванных и потянутых мышцах, покалеченном позвоночнике, убитых суставах… кто во что горазд. И женщина помогала. Действительно помогала, в крайнем случае, давая телефон врача, который займется человеком всерьез. Невропатологи, хирурги… да, и до операций доходит после особо удачных тренировок. До порванных связок и межпозвоночных грыж.
Сама Аня хирургом не была. Да и высшее медицинское образование не получила. Ане медицина нравилась, но избирательно. Ей нравилось помогать людям и ставить их на ноги.
Ей не нравилось слушать нытье и жалобы.
Откуда у нас половина болезней? Оттуда, от жалости к себе, любимому, и лени. А ты жри меньше, бегай больше, вовремя проходи диспансеризацию, и не запускай зубы. И поверь, половина болячек останется в далеком прошлом. А если выкинуть из рациона особо вкусные «майонез-орешки-чипсы-колу-ролтон», вообще будет шикарно. И экономия, и оздоровление.
Нет же!
Скушал вермишельку из химикатов, зажевал таблеточкой, чтобы желудок не болел, заполировал еще одной, чтобы потом вермишелька комом в пузе не встала, и поскакал. А с чего это гастрит подкрался?
А, он просто враг. Бывает…
Аня все это понимала. Но если начнешь высказывать больным нечто подобное, вылетишь из профессии в три минуты. Хотя это и чистая правда.
А как быть?
Девушка нашла себя в массаже.
Руки у нее были сильные, массы хватало, навыки она получила на третьем курсе, и решила попробовать. Один клиент, второй…
Сначала Аня работала на имя.
Потом уже за большие деньги.
Пальцы у нее были чуткие, сильные, болезнь она почти осязала, позвонки на место ставила, а как медик, могла еще дать рекомендации, что делать, чего не делать…
Не прислушались?
Так кто ж вам враг?
Сейчас она брала не больше двух человек в день, курс обходился в бешеную сумму, но люди шли и платили. Знали, что это не конвейер, что их действительно вытаскивают, поздравляли с днем рождения, с восьмым марта, заваливали подарками…
А вот личная жизнь у Ани не складывалась.
Не из-за внешности. И даже не из-за жилплощади. Бабушка ей оставила небольшую двушку, которую девушка переделала в трешку, и жила спокойно. Правда, аж с двумя котами и кошкой.
По сумме запросов.
Человек, который мог понравиться девушке, должен был обладать мозгами, характером, более-менее приличной внешностью, следить за собой, обязательно за зубами, нормально зарабатывать…
Это найти можно.
Но чтобы еще любил животных? И не был подлецом? А… еще отрицательный резус-фактор забыли.
Увы, запросов было многовато, а на меньшее Аня и не думала соглашаться. К чему?
Самой себе искать проблемы? А расхлебывать их кому?
Ну уж – нет.
Воистину, прославлено в веках имя Омара Хайяма, мудрейшего и достойнейшего. Уж лучше быть одной, чем вместе с кем попало. И лучше тут не скажешь.
Правда, Аня задумывалась о ребенке, но можно же и ЭКО сделать? Через пару лет?
Петька и Чапаев знали о ее проблеме, но в душу не лезли. Пожалуется подруга – решим вопрос. Нет?
Сама разберется.
А вот подруги не успокаивались, сватая то одного, то второго «героя». Не ругалась Аня только из-за теории вероятности.
Говорят, если перецеловать тысячу жаб, то одна точно окажется принцем.
Не уточняют, сколько ты проползаешь по болотам и сколько заработаешь бородавок в процессе.
- Петь, так я его забираю?
- Сейчас я с ребятами поговорю. А то на твоей таратайке никого перевозить нельзя, тем более, после операции. Довезут в лучшем виде…
- Спасибо.
***
- Петь, ты офигел?
- Ань, а что такого?
- Это – труповозка!
- Зато они едут почти к твоему дому. Тебе какая разница?
- Мне – никакой.
- А мужику я столько всего влил, что он от трупа сейчас не отличается.
- Тогда везем.
Еще через полчаса Аня поудобнее устроила мужчину на диване в маленькой комнате, и вздохнула.
Да, она дура, что в это ввязалась. Но…
- Мурчик, Лапка, Димон – приглядывать.
Кошаки почему-то не торопились подходить к мужчине. Наоборот, смотрели настороженно, косились, нервничали…
Аня махнула рукой, и отправилась в душ. Спать хотелось – зверски.
***
Уже стоя под обжигающе горячими струями, она размышляла о сегодняшнем дне.
Кретинский какой-то день получился, иначе и не скажешь. Зачем ей понадобилось останавливаться? Мало ли что там и кто?
Ладно, дура. Бывает.
А с этими парнями?
Стоило ли забирать с собой человека, который за несколько секунд убил… да-да, себе-то можно и не врать, он просто жестоко убил двоих людей. А ее это даже не особо и тронуло.
Стоило?
Может, надо было оставить его, где лежал, прыгнуть в машину и дать по газам?
А может, малолетним негодяям стоило проехать мимо. И не было бы этого случая.
Хм-м… а это тело точно для нее безопасно? Петька сказал, что в нем сейчас литр лекарств плещется, но…
Аня подумала пару минут. И после выхода из душа сделала то, что с лихвой подтвердило ее неадекватность. Она установила поперек двери спальни «ловушку».
Анина квартира была спланирована советским архитектором, и не отличалась габаритностью.
Входная дверь, за ней – коридор, в нем тоже две двери. Одна ведет в совмещенный санузел, вторая в комнату. Большая гостиная, из нее выход в кухоньку, и в две комнаты. Маленькие такие… вот, в одной улеглась сама Аня. В другой лежал сейчас спасенный тип. Недолго думая, Аня прикрыла к нему дверь так, чтобы оставалась еще щель. Не закрыто, кот протиснется, человек уже – нет.
Она подвинула к двери стул и поставила на него ведро, так, чтобы при попытке открыть дверь, оно грохнуло.
И с чувством выполненного долга улеглась спать.
***
Он медленно выплывал из беспамятства.
Состояние было отвратительным.
Тошнило, болела, казалось, каждая косточка в теле, кружилась голова, на грудь давило что-то тяжелое и теплое…
Разлепить глаза было сложно, но он все же это сделал.
На него смотрели большие желтые глаза с вертикальными зрачками.
- Муррр…
Кошка, а это была именно она, подняла голову, вгляделась в лицо мужчины, потом опять опустила морду и устроилась у него на шее. Прямо под подбородком.
Еще и мурчать начала, зараза! А нос мокрый и холодный, и усы щекочутся, и руку поднять нет сил…
Мужчина застонал. Чуть слышно…
Интересно, где он находится?
Комната, в которой он лежал, была крохотной, камеры – и то крупнее делались. Зато в ней было большое окно, и в окно был виден совершенно мирный пейзаж. Дома, хотя и странного вида, люди в непонятной одежде, какие-то странные штуки, опознать которые мужчина не взялся бы…
Да и сама комната тюрьму не напоминала.
Ни решеток, ни замков, хлипкая дверь приоткрыта, намекая, что выход есть, кровать, на которой он лежит, вполне удобная… ладно, не царское ложе, но телу удобно, одеяло пахнет свежестью, развеваются легкие занавески, под потолком светильник из странного материала, в углу явно шкаф…
Прошло несколько минут, прежде, чем открылась дверь. И внутрь заглянула женщина.
Высокая, статная, с роскошными светлыми волосами. Вгляделась.
- Мурчик! Ах ты, паразит! Нашел место!
Мужчина дернул ресницами, потому что сил стонать не было, но женщина явно поняла. Сделала шаг вперед, другой…
- Вы очнулись?
Стон получился только потому, что кот выпустил когти. Сволочь меховая!
Убил бы, да рука не поднимается…
Женщина присела рядом на край кровати, аккуратно сняла кота.
- Сейчас я вам дам попить, сделаю пару уколов и поменяю повязку. Вам надо лежать еще долго, с вашей раной…
Ресницы мужчины опять дрогнули.
Надо…
Слабость адская… и есть хочется.
Женщина словно угадала его мысли.
- Вы немного поспите, а я как раз приготовлю покушать.
Мужчина крепко прикрыл глаза.
Где он?
Что с ним?
Что он помнит последнее?
Огонь…
Огонь, выжигающий сердце. И усилие, которым он раздвинул пласты реальности. Куда он хотел попасть?
Он и сам этого не знал. Но здесь он, видимо, в безопасности. Его чутье не улавливает ничего враждебного в словах женщины, она не представляет для него опасности. Язык ему, правда, незнаком, да и змей с ним, с языком! Потом разберемся…
А руки тем временем поднесли к его губам нечто, похожее на соломинку. Он послушно сжал ее губами, и потянул в себя воду…
Нет, не воду.
Нечто густое, кисло-сладкое… в самый раз. Прохладное, оживляющее измученные горло и язык…
Напившись, мужчина опять закрыл глаза покрепче, и отключился.
Укола антибиотиков он уже не почувствовал.
***
Разбудила Аню Лапка.
Кошка пришла, уселась рядом и тронула девушку за лицо. Была у нее такая привычка, за что она и получила свое имя.
Лапка и есть…
Аня насторожилась.
Стены в хрущевке были из разряда «фанера утолщенная», поэтому легкий, на пределе слышимости, шум в соседней комнате она уловила.
- Проснулся?
Кошка посмотрела загадочными зелеными глазами, как бы говоря: «встань и проверь». Аня потянулась и послушалась.
Действительно, мужчина пришел в себя. Приближалась к нему Аня с заметной опаской, но…
Как можно бояться человека, на котором нагло дрыхнет кот? Разложился, раскинул лапы, и доволен по уши… паразит!
С другой стороны, кошки в людях разбираются. Собака будет лизать человеку руки, даже если этот человек поведет ее на живодерню. Кошка же, если ей однажды досталось, никогда больше нее подойдет к опасному человеку. А Анины коты все были с улицы, всем им досталось в свое время…
Аня кое-как напоила мужчину клюквенным морсом, сделала укол и принялась за перевязку.
Размотала повязку, которую наложил Петька, и остолбенела.
- Ну не твою змею?
Страшная рана выглядела так, словно ей, как минимум, неделя. Образовались островки грануляции, явно началось заживление….
Аня настороженно принюхалась.
Нет, запах тоже нормальный, гангрены или воспаления здесь нет. И – не смешно. Кому-то легче определить на вид, кому-то по анализам, Аня же, принюхавшись, могла определить, боле человек или здоров.
Запах тела больного человека необратимо меняется, становится… своеобразным, неприятным, затхлым таким…
У каждого человека это по-своему, но почувствовать можно.
Этот человек пах так же, как и на дороге. Чем-то вроде сухой травы…
Но – блин!
Регенерация! Аня коснулась лба мужчины, но высокой температуры не было. Может, тридцать восемь, больше-то вряд ли.
И что с этим делать?
А что тут сделаешь? Аккуратно поговорить с Петькой, с Чапаем, и попробовать сде5лать товарищу анализ крови?
А хватит ли?
Тут нужны углубленные исследования, очень серьезные, гистологические, может, и генетические… они все втроем не справятся.
Поговорить с самим мужчиной? Он-то обязан знать, откуда что взялось?
А если знает и делиться не захочет? Затащить его в лабораторию, пока он сопротивляться не может?
Ну, знаете… вот последнее уже точно – подлость.
А любопытство-то хуже чесотки…
Ладно. Надо перевязать его, да пойти на рынок, что ли?
Курицу купить, бульон сварить с клецками, лучше для выздоровления ничего не придумаешь.
Так Аня и поступила.
***
В каждом мире есть мировое зло. И иногда оно живет рядом с вами, в соседней квартире, на той же площадке, и носит гордое имя Революция Ивановна.
Аня и шага на площадку сделать не успела, как из соседской двери высунулся острый носик. Сухонькая старушка последние двадцать лет по праву была ужасом всего района. Правда, она себя считала его совестью, честью и правдой…
- Ой, Анечка! Добрый день!
- Добрый, - согласилась Аня, размышляя, не стоит ли вытащить раненного на лестницу. Вчера ночью он хорошо с проблемой разобрался…
- Я смотрю, ты поздновато вчера?
Ага, смотрю.
В окно, в дверь… окна у этой заразы выходили на обе стороны дома, поэтому неохваченным не оставался ни один шум.
- Да, так получилось…
- А труп к тебе зачем понесли?
Твою змею!
Ведь и труповозку разглядела, и ребят… интересно, номера – тоже? А, нет… Номера были грязью заляпаны, Аня вчера еще удивлялась, где ее нашли-то столько!
И что тут скажешь?
Аня недолго размышляла.
- Так кризис же, - с самым заговорщическим видом поведала она соседке.
- Кризис, а то как же…
- А мне кошек кормить надо. А трупу уже все равно…
Бабка выпучила глаза.
- Кошек? Человечиной?
- Пусть привыкают. Потом буду их на хулиганов натаскивать, чтобы сами себе пищу добывали, - поведала Аня. И удрала.
Сколько она от старой заразы натерпелась…
Из-за нее приходилось ездить к клиентам на дом, чтобы не вязаться с налоговой, из-за нее по дому прошел слух, что Аня проститутка, из-за нее по три-четыре раза в неделю при ходил участковый…
А уж что Аня установила на площадке камеру…. Кстати, надо сейчас зайти в память и поменять записи. Наверняка ведь участкового опять вызовет…
Ну и пусть.
Внесем разнообразие в скучные полицейские будни. Пусть доказывает, что Аня кошаков человечинкой кормит…
Интересно, никто не заинтересуется подобной возможностью спрятать труп самой Революции?
***
Второй раз мужчина пришел в себя, когда стемнело.
Приоткрыл глаза, огляделся, опять застонал…. В этот раз Аню известил Димон, с мяуканьем примчавшийся на кухню. Девушка послушно отправилась в комнату.
Мужчина лежал, как и лежал, не двигаясь.
Да, спасибо производителю памперсов! Некрасиво звучит?
А вы когда-нибудь пробовали вытряхивать из дерьма тяжелое неподвижное тело? Переворачивать, перестилать постель, пролежни лечить, в которые грязь попала…
У Ани и такие клиенты были…
А тут куда как проще, пару раз в день поменял подгузник для взрослых, благо, ей в отделении с собой штук пять дали, Петька расщедрился, и дыши ровнее.
Неэстетично?
А люди – они вообще такие. Едят, пьют и в туалет ходят. Даже принцы, не то, что неизвестно какие найденыши с трассы.
Первым делом Аня опять напоила мужчину морсом Желания уснуть сразу же он в этот раз не проявлял, а потому женщина приступила к расспросам.
- Как вы? Говорить можете?
Мужчина вслушался в ее слова.
- Арешшшш лаассашша?
- Твою змею!
Вот этого варианта Аня точно не предусмотрела. Иностранец? А ведь скорее всего…
И что теперь с ним делать?
- Ду ю спик инглишь? Нет? Шпрехен зи дойч? Парле франсе?
- Верет каарлей? Инишшь аланес?
Устав перебирать варианты, Аня плюнула на это дело. И тупо ткнула в себя пальцем.
- Аня.
Потом показала на мужчину.
Тот напрягся и выдал целое предложение из шипяще-свистящих, которое Аня и под страхом смерти не повторила бы.
Блин!
- Снегирева Анна Викторовна – развести руки в стороны. – Аня, - свести руки почти в ноль, потом показать на себя. – Аня.
И опять указать на мужчину.
- Эреш.
В этот раз получилось лучше.
- Эреш?
- Эсссс…
Видимо, это значило – да. Ладно, разберемся. Пусть чуть-чуть придет в себя, а уж потом яндекс-переводчик не подведет.
Аня изобразила, как кушает ложкой, потом показала на мужчину, мол, кормить буду. Мужчина согласно прикрыл глаза.
Первую ложку бульона он съел с сомнением, вторую – уже веселее, и умял половину кастрюли, вместе со здоровущим куском курицы.
А кастрюля-то шестилитровая!
Как бы заворота кишок не было!
Наевшись, мужчина опять закрыл глаза и отключился. А Ане позвонил Петя.
***
- Привет, Пулеметчица!
- Привет, Петька!
- Как у тебя дела?
- Жива.
- А твой найденыш?
- Тоже жив.
- Тебе что нужно? Медикаменты какие?
- Да я куплю…
- Обращайся, если что. Мой протеже не звонил?
- Пока нет.
- Ты к нам на выходные не хочешь приехать?
- Только если вы меня сватать не будете…
- Ань, Тамарка такого никогда себе не позволит. Давай, если сможешь найденыша оставить, приезжай… Чапаев прорезался, намекает, что надо бы сообразить на троих…
- Ну, раз Чапай… Подумаю, ладно?
- Ты ориентируйся на субботу, на следующую, а там поглядим. Если что – я тебе девчушку подгоню, практикантку, присмотрит она за твоим трупом.
- Это не мой труп…
- Как скажешь. За чужим трупом она тоже присмотрит.
Аня фыркнула и дружески попрощалась с приятелем.
Да, самая крепкая дружба тянется или со школ, или с институтов. Чаще всего. Бывают и исключения, но вот у них – так. Она – крестная у старшей из Петиных девочек, у Васькиного мальчика… сама пока не обзавелась, но с друзьями она не напрягается.
И Петька, и Васька, когда женились, представили ее женам, как троюродную сестру. Дальняя родственница, все.
Со временем правда выяснилась, но ревности уже ни у кого не возникло. Какой там…
Аня и представить себе не могла, что Петьку можно поцеловать, как мужчину. Это же Петька! Это почти инцест!
Или Васька…
Ребята у нее симпатичные, ничего не скажешь, но целоваться? Или что-то большее?
Бррррр…
Телефон затрезвонил опять.
- Да?
На этот раз на другом конце провода оказалась Маринка.
- Ань, привет.
- Привет, привет…
- Ань, - Маринка не любила тянуть кота за хвост, - у меня тут Сеня твой телефон спрашивал.
- Ты дала?
- Я сказала, что у тебя спрошу.
- Вот и правильно. И не фиг.
Сеня ей не понравился и своего мнения Аня менять не собиралась. Хотя привлекателен был, гад…
Высокий, светлые волосы, хорошо вылепленное лицо, мускулы… Да и одет неплохо. Симпатичный, ничего не скажешь. Но…
Душа не лежала. Не падала и не ползла. И этим все сказано.
- Он тебе не понравился?
- Марин…
- Ань, ну правда? Ничего ж мужик…
- А мне нужно, чтобы был мужик, а не «ничего». С чего ты его взялась пристраивать? Что за фигня?
Марина посопела, а потом принялась сплетничать.
- Тут такое дело…
Война…
Будь прокляты те, кто ее развязал. Трижды и четырежды прокляты и они, и все потомки их до седьмого колена. А впрочем, это и без проклятия сбудется. Когда на какой-то род ложится столько боли и горя…
Вот и сейчас…
Война с Украиной (как ни называй это красивыми словами) согнала с места сотни и тысячи людей, которые двинулись в Россию, в поисках лучшей доли. И их принимали. Понимали, что от сумы, от тюрьмы, от войны – не зарекайся.
Сеня оказался из этой волны переселенцев. Они приехали с женой, с детьми, и жили первое время нормально. Только вот супруга устроилась на работу, а Сеня – никак. Потом и он нашел себе место, но жена озверела.
Нашла себе любовника, бросила бедного Сеню, и теперь он срочно искал себе жену.
- Зачем? – искренне не поняла Аня.
- Чтобы ему детей оставили.
- В смысле?
Аня удивилась еще больше.
- Ну… детей же надо кормить, водить в школу, то-се…
- Не проще няньку нанять?
- Столько он не зарабатывает.
- Да ладно! У нас по городу полно активных пенсионерок. За десятку в месяц найти кого-нибудь можно… там детям сколько?
- Третий класс и восьмой.
- Так им и нянька не нужна. У нас тут не бандитский Петербург, все спокойно. И в школу дойдут, и из школы…
- Ну, мало ли…
- И с чего ему детей отдадут?
- Он будет за них бороться!
Прозвучало откровенно пафосно. Аня фыркнула.
- А что, в суде детей не спросят? Младшего – вопрос, а старшего-то точно… могут и младшего точно спросить.
- Дети мечтают остаться с отцом, но Сеня не сможет им уделять времени и внимания…
- Знаешь, я все понимаю. Но становиться гибридом из подстилки и гувернантки? Да, еще кухарки и уборщицы… Умный мальчик, лихо сэкономить решил. Но мне настолько замуж еще не хочется.
Марина фыркнула.
- В общем, ты решительно против.
- Марин, а что я получаю? Мужика? Вот уж не бог весть какое счастье… А что взамен? Жить этот кадр где будет?
- Ну… у тебя же квартира…
- Ага. Он. Плюс отвоеванные дети. Плюс разборки с женой. Плюс все хозяйство на мне… Марин, купи козу?
Подруга поняла, и откровенно заржала.
- Ладно! Извини, что некондицию подсунуть пыталась.
- То-то же…
Подруги пошутили еще минут десять, и распрощались.
Аня отправилась в комнату к найденышу.
Эреш…
Интересное имя.
Мирское имя «Эреш» происходит от чувашского слова «эреш», то есть – украшение.
Это – чуваш?
Аня помотала головой и набрала в поисковике чувашей.
Тюркский народ, мирные, безобидные…
Фотографии, правда, совершенно не напоминали незнакомца. Мужчина совершенно был не тюркской внешности. Светлые волосы, ниже плеч, причем именно пепельные, редкостный такой цвет, без краски для волос фиг добьешься. Черты лица…
Своеобразные.
Высокий лоб, длинный прямой нос, тяжелый квадратный подбородок, и при этом резко выраженные скулы.
А, черт его знает! Аня в жизни ни одного чуваша не видела, может, они так и выглядят? Тогда – красивый народ…
Но так часто бывает. А этнограф и антрополог из Ани все равно паршивый…Ее учили уколы ставить и капельницы, а не определять семнадцать типов подбородка по методу Ломброзо.
Может, это чувашский язык? Тот, на котором он говорил?
Аня попробовала найти его в гугле или яндексе, нашла переводчик онлайн, и махнула рукой.
Пусть они не поймут друг друга при устном общении. Но письменно-то? Разберутся…
Вот придет человек в себя, и она попробует. Интересно же…
***
Мужчина открыл глаза.
Та же комната.
Кот, правда, другой. Тот был рыжий, а этот черный, с подпалинами. И смотрит надменно…
Мохнатые твари.
Кошек мужчина не слишком любил. Увидев, что гость проснулся, кот потянулся всем телом, спрыгнул, и задрав хвост, направился из комнаты. Еще и мяукал при этом.
Через пару минут в комнату зашла хозяйка кота.
- Проснулся? Отлично…
Мужчина не понял, на каком языке она говорит. И кажется...
Он потянулся внутрь, к источнику, туда, где постоянно пульсировала магическая искра. И зашипел со злости.
Источник не пересох. Нет. Но если сравнивать… Представьте себе океан – и рядом с ним деревенскую запруду. Смешно даже сравнивать.
С таким количеством силы он не сможет… да практически ничего не сможет!
Превратиться – не сможет.
Защититься – не сможет.
Леи… какие здесь леи?
И вновь разочарование. Перейдя на истинное зрение, мужчина видел леи… слабенькие, хлипкие, за такие и цепляться-то стыдно. В его мире они были реками сил, а здесь…*
* леи сил – см. трактовку А. Уоткинса, силовые линии, которые связывают священные места (храмы, мегалиты, могилы и проч.). Своеобразный силовой каркас Земли. прим. авт.
Куда же его забросило?
Впрочем, это можно выяснить. У местных.
Он посмотрел на женщину, приводя взгляд в норму, но та смотрела на него пораженными глазами. Круглыми то ли от восторга, то ли от ужаса….
- Твою змею!
***
Аня ожидала многого. Но такое?
Что может быть с человеком, который отлеживается после ранения?
Да все!
Воспаление, гангрена, тошнота, понос, золотуха…
Чего точно от него не ждут, так это…
Когда Аня вошла в комнату, он лежал на кровати и смотрел в потолок. И глаза у него медленно менялись.
Были обычные, темно-карие, такие, что зрачка не видно, а потом вдруг полыхнули. Золотом, лазурью, зрачок вытянулся и резко сузился, став почти кошачьим, радужка заняла всю роговицу…
И как-то сразу стало ясно, что это – не человек. Ну вот ни разу не человек!
Инопланетяне? Пришельцы? Иная форма жизни?
Черт его знает!
Аня даже попятилась, но потом взяла себя в руки.
Ну, лежит человек, ну, смотрит. Но ведь не кидается! Значит, и поговорить с ним можно будет! А если он правда откуда-то оттуда… сколько ж всего можно будет узнать! Потрясающе!
Мужчина моргнул. Глаза его постепенно становились нормальными, темными, появились зрачок, белок и радужка…
- Твою змею!
Больше ей ничего на ум не пришло.
Мужчина прищурился.
- Кайшше. Ассахесс…
- Ни фига не понимаю, - честно ответила женщина. И пошла за ноутом.
***
Такого он еще не видел.
Да, похоже, он в другом мире. Магии здесь нет, но что тогда перед ним?
Когда женщина поставила перед ним нечто вроде раскрытой книги, он недоуменно поднял брови. Но потом она поводила рукой с какой-то черной штуковиной, и принялась показывать на ней картинки и сценки.
Им определенно, стало легче понять друг друга.
Он по-прежнему не мог определиться с языком, она не понимала ничего из сказанного, но показать на картинку, где человек ел, пил, или мылся, или справлял нужду…
На таком уровне они вполне могли общаться. А потом он разберется и с остальным.
Интересно, куда его забросило? И кто его спасительница?
С одной стороны, она живет в такой конуре, что у него слуги лучше жили. С другой… здесь вполне удобно. И живет она одна…
Нет, лучше не судить сгоряча. Эреш положил себе сначала разобраться, а уж потом…
***
Спасибо интернету. И куче людей, которые выкладывают все! Вплоть до секса. Ну, так много нам не требовалось, но найти картинку, где человек кушает, Аня могла. Или где он моется под душем, к примеру…
Душ принять мужчина пожелал.
Но сначала – поужинать.
Кастрюля с бульоном совместными усилиями была добита, и Аня кое-как потащила бедолагу в туалет.
Гованна*, что тут скажешь?
*- не опечатка, народное название совмещенного санузла, прим. авт.
Унитаз, раковина, тут же ванна, тут же стиралка, места хватит как раз одному человеку повернуться, поэтому раздевать мужчину пришлось в коридоре. Повезло – на ютубе нашлись ролики с мытьем в ваннах. Правда, там это выглядело роскошнее.
Мужчина с интересом разглядывал памперс, Аня стянула его, сняла повязку и кивнула на ванну.
- Душ.
Включить, показать, как настраивается вода, помочь мужчине забраться в ванну…
Интересный кадр, кстати. Либо инопланетянин, либо метросексуал. Сейчас мужчины не только бороды бреют, а вообще весь организм. Вот у этого мужчины волос на теле вообще не было. Гладкая кожа.
И – да.
Там было на что посмотреть. Во всех смыслах…
Не худой, но гибкий, весь похож на сыромятный ремень. Нет красивых кубиков и треугольников, которыми так гордятся культуристы, но под смуглой кожей перекатываются мышцы, похожие на змей. Упругие, сглаженные, красноречиво говорящие о том, что накачаны они не пошлым фитнесом, а чем-то серьезным. Так профессионал войны выигрывает у ярмарочного силача, даже если последний в три раза объемнее и внушительнее выглядит.
И там тоже было на что посмотреть.
Аня честно старалась не приглядываться, но самэц попался впечатляющий.
Кажется, мужчина поймал ее взгляд, потому что насмешливо улыбнулся. Аня перестала стесняться, смерила уже весь… организм насмешливым взглядом и чуть слышно хмыкнула. Видали мы виды и поприятнее…
Мужчина тоже скорчил рожицу вида «была бы честь предложена», и с Аниной помощью полез в ванну.
Полил на себя из душа, вздохнул от удовольствия, откинулся на специальную подушечку, прибавил горячей воды…
Аня под такой долго не продержалась бы, а у этого даже кожа не порозовела. Но удовольствия было…
Аня кое-как показала не лить воду на пол, и отправилась искать хоть какую-то одежду.
Нашелся халат бывшего парня. Сойдет…
***
Эреш блаженствовал под струями горячей воды.
Не его пещера с водопадом, и не дворец с купальней, но для мира без магии – замечательно. Горячая вода струилась по телу, расслабляла усталые мышцы…
Аня оставила рядом кусок мыла… все же люди похожи в разных мирах. Мыло пахло приятно, какими-то травами, Эреш растер его в руках, понюхал…
Хорошо…
Рана на груди уже почти зажила, к утру может и совсем затянуться. Отлично.
Но сила…
Леи здесь отвратительно бледные, ненасыщенные, к таким цепляться – себя не уважать. Это все равно, что поливать пустыню из кружки…
О превращении надо забыть. Пока…
И срочно вспоминать магию крови и жертвоприношений. Вполне возможно, что в этом мире другого пути не будет.
С магии мысли перешли на приютившую его женщину. Эреш потянулся в воде…
Нет, фривольных мыслей у него пока не возникало. Никаких. Симпатичная, конечно, женщина, в его вкусе, он всегда любил таких, чтобы не потерять в кровати…
Но к этому должен еще прилагаться характер и ум, а такую еще поди, найди. Да и жил он намного дольше человека, поверьте, надоедает каждые двадцать-тридцать лет искать новую партнершу. Уговаривать, задаривать, а потом все заново…
Хотя… неизвестно, сколько он тут пробудет. Почему бы и не отблагодарить гостеприимную хозяйку? Эреш отлично чувствовал людей… в ней не было корысти или злобы. Она просто помогла. Потому, что могла.
Если бы на его месте был любой другой человек, ничего не изменилось бы… Любой из его убийц…
Эреш вспомнил отряд, который ожидал его, и тихо зашипел.
Да, он обязан вернуться. И когда он вернется, даже камни будут плакать. Кровью…
***
Аня заглянула в ванную комнату примерно через час.
Мужчина сидел и балдел.
- Не пора вылезать?
Непонимающий взгляд.
- Вылезать…
Помог ролик с телефона, в котором человек вылезал из ванны и одевался. Эреш грустно вздохнул – и полез наружу. Аня привычно поддержала его, чтобы не поскользнулся. Протянула большое полотенце, потом халат.
Эреш послушно накинул одежду, пощупал махрушки, что-то сказал…
Аня развела руками и потащила его перевязываться.
Ага, как же.
Ее руку мягко отстранили и покачали головой. Не надо…
Аня попробовала настоять на своем. Но картинки с жуткими монстриками, которые сидят на руках, а потом лезут в раны, результата не дали.
Эреш просто провел ладонью над раной и покачал головой.
Аня вздохнула и развела руками.
Но фурацилином (водным раствором) рану все равно промыла.
Мужчина смотрел с интересом, опустил палец в раствор, лизнул, сморщился…
- Антибиотик.
Бесполезно.
***
Следующий день Аня решила посвятить изучению русского языка.
Она называла предмет по-русски, Эреш повторял. Потом он называл предмет на своем языке. Повторяла уже Аня.
Она попробовала забивать произносимые им слова в переводчик, но смысла в них не было. Что-то непонятное.
Точно, пришелец.
Впрочем, язык он осваивал с потрясающей скоростью. Пусть пока на уровне названий, но и так неплохо?
К вечеру Аня решила, что стоит вывести бедолагу на улицу. А для этого хорошо бы заказать ему одежду.
Но как?
На помощь пришел старый, еще советский портновский метр. Но какими глазами на нее глядел мужчина…
Кое-как Аня объяснила, что надо заказать одежду, а для этого нужен размер.
Мужчина пожал плечами, и тоже попробовал объяснить, что стоит пригласить портного.
Аня развела руками. Дорого…
Мужчина попробовал показать, что на нем была одежда….
Аня чертыхнулась, и полезла за пакетом, который вручил ей Петька. Как-то она совсем о нем забыла.
В пакете оказалась странная одежда.
Рубашка, хоть и странного кроя, сомнений не вызывала. Как и штаны.
А вот материал…
Нечто вроде змеиной кожи, красной, с отблесками золота, с мелкими чешуйками… Поп-певцы от такой одежды пришли бы в восторг.
Секс-меньшинства – тоже. А вот на улицу в таком точно было нельзя. Одежда облегала мужчину, как перчатка, стоит в таком выйти – и не отоврешься. Навек в эти самые запишут…
Пришлось показывать ролики и фильмы, и объяснять, кто в чем ходит.
Кроме этого в пакете нашлись сапоги из того же материала, и несколько побрякушек из разряда «цепь собачий». А как еще назвать самоварное золото толщиной в палец, с крупным медальоном, и такие же перстни, которые можно было вместо кастета нацеплять?
Будь оно натуральным, стоило бы дороже, чем вся их хрущевка. Такое миллиардеры покупают, а это, видимо, имитация. Но сделано качественно, спору нет.
Просто камни таких размеров по Эрмитажам и Алмазным фондам держат, а не на людей вешают. Потому никто и не позарился…
Мужчина протянул ей один из перстней, но Аня покачала головой.
И тут позвонили в дверь…
Аня выглянула в глазок и помянула Революцию добрым тихим словом.
Участковый!
Твою змею, тебя тут не хватало!
Звонок повторился. Аня вздохнула, и открыла дверь.
***
- Здрасьте, Петр Викторович.
Участкового Аня отлично знала. Кто б его не знал, с такой соседкой?
- Добрый день, Аня..
Петру Викторовичу было около тридцати. На этот участок попал он год назад, и конечно, сразу столкнулся с Революцией. Опыта и сил у мужчины просто не хватило, а потому зловредная старушенция принялась терроризировать его с удвоенной силой. Вот, старый участковый разгонял ее в три минуты вместе с жалобами, а этот…
Этот – не тянул.
- Проходите. Что случилось?
- Да я даже заходить не буду. Ты мне распишись, что беседа проведена…
- Беседа?
- Кошек – людьми кормишь?
Глаза у мужчины смеялись.
Аня фыркнула. Ну, раз так, что бы и не пококетничать чуток? Она на Петю никаких видов отродясь не имела, но посмеяться вместе – не преступление.
- Ага, постоянно.
- Труп им скормила?
- Даже два. В ванной разделывала, чтобы квартиру не угваздывать…
- А пленку подстилала?
- Пленку?
- Ай-яй-яй… Взрослая девушка, а о таких мелочах не знаешь. Есть реактив, который реагирует на кровь, так что если кого в ванной разделывать будешь – пленку подстилай.
- А потом ее куда?
- На свалку?
- Буду знать. Ой…
Ой получилось не просто так.
На плечи Ане легли тяжелые прохладные ладони, к спине прижалось такое же прохладное тело.
- Аня?
И вопрос был задан таким собственническим тоном…
Аня в шоке обернулась.
Ох, твою змею!
Найденыш стоял позади нее, в одном халате, распахнутом на груди. Да, еще в медальоне, размером с суповую… ладно, десертную тарелку.
А учитывая ее домашний вид, и объятия…
Козе понятно, что подумает участковый.
- Э… я не вовремя?
Аня вздохнула.
- Может, завтра поговорим?
- Нет-нет, ты распишись только, - засуетился Петя, подсовывая лист. Аня пробежала его глазами и черканула закорючку. – Все, беседа проведена, до встречи…
И слинял, только каблуки прогрохотали по лестнице.
Аня зло поглядела на найденыша.
- Что? Это? Значит?
Мужчина с невинной улыбкой развел руками. Мол, не понимать. Совсем моя глупый, вот так. Но Аня почему-то была уверена, что все проделано нарочно.
Гад!
Оставалось только хлопнуть дверью.
***
Эреш с интересом поглядел на женщину. Она аж искрила от возмущения, но мужчина за собой никакой вины не чувствовал.
С чего бы?
Его нора, его… ладно, пока не его во всех смыслах самка, но раз уж приютила…
Теперь он просто обязан ее отблагодарить. Даже в этом смысле, если она пожелает. Тем более, что когда она сердито сопит, у нее так интригующе вздымается грудь под тонкой одеждой. И то, что ниже, тоже очень даже…
А если у мальчишки были какие-то планы… стоило бы научиться отстаивать свою женщину, а не уползать при первых же признаках опасности, поджав хвост.
Молнии в голубых глазах постепенно успокаивались. Женщина кивнула в сторону комнаты…
Как можно жить в таком кошмаре? Это же настоящий загон! У него лошади лучше жили на конюшне! А ведь живут люди… хотя это существа неприхотливые – везде выживут.
Эреш довольно улыбнулся и направился вслед за своей спасительницей. Ему надо было изучать местный язык. А еще – восстанавливаться. Ему удалось подключиться сразу к нескольким леям, и он очень медленно насыщался. Помогали кошки.
Как ни странно, эти твари оказались неплохими энергетическими донорами. Приходили, мурчали, терлись пушистыми боками… раньше ему это не нужно было, но сейчас каждая капля силы была в масть, каждая крошка…
Женщина старалась ему помочь, он это видел. Кое-как учила языку…
Странный это был язык. Резкий, чистый, звонкий, достаточно певучий и совершенно непривычный. Но понять по смыслу можно было многое.
К вечеру второго дня Эреш уже мог более-менее объясняться дома.
Не путал унитаз с холодильником, не боялся телевизора и даже пробовал осваивать компьютер. Конечно, напечатать что-то не выходило, буквы он пока не знал, но потыкать мышкой в картинки был вполне способен.
И посмотреть…
М-да!
На исходе третьего часа, Эреш признал, что в чем-то этот мир куда как более развит, чем его родной. Он, в своем почтенном возрасте, даже и не подозревал, что так можно. И вот так – тоже. Наверное, здесь инкубы с суккубами отметились.
Неясно только, когда при такой активности и разнообразии, они еще находят время работать. Или это и есть работа?
Хм-м…
***
- Здравствуйте?
- Анна Ивановна?
- Она самая.
- Мне ваш телефон дал Петя. И сказал, что вы мне можете помочь со спиной…
- Посмотреть – могу. Помочь – пока не знаю.
- Вы хоть посмотрите… боли такие, что сидеть подолгу не могу, а кому попало доверяться тоже не хочется… изуродуют ведь, как бог черепаху.
Аня фыркнула.
Есть и такое. Милые хомо сапиенс, доказывайте иногда, что вы именно «сапиенс», а не «глупиенс»! И не доверяйтесь слепо медработникам только потому, что они носят халат, шапочку и диплом наперевес! Не стесняйтесь спросить, поискать ответ в интернете, проконсультироваться с тремя-четырьмя специалистами, перепроверить данные анализов…
И уж точно не доверяйте огульно массажистам! Особенно если они только курсы закончили. Может, они вам и не навредят. Но помните, что хороший специалист с вас потребует кучу анализов и справок. Просто потому, что он – специалист.
Не экстрасенс, который руками проведет и скажет, почему у вас левое полупопие болит, а человек, желающий как можно лучше сделать свою работу.
Аня относилась к последним, а потому, не особо церемонясь, принялась расспрашивать, откуда боли.
Были ли травмы, падал ли человек в последнее время, ходил ли в бассейн, в клуб, чем питался, чем занимается, какой образ жизни ведет…
Мужчина на том конце сотовой сети явно был не слишком доволен, но отвечал. Наконец, Аня собрала предварительный анамнез* и успокоилась.
*- анамнез в медицине – опрос больного. Прим. авт.
Почти.
Оставалось еще сделать несколько анализов, немного, штук пять. И с ними уже являться лично к Ане.
Можно – в кабинет. Адрес дать?
Адрес мужчине не понадобился.
- А может, вы ко мне приедете? Вечером? Я даже бензин оплачу, просто времени у меня решительно нет…
Аня согласилась, не долго думая, но деньги накинула. Ехать-то предстояло не абы куда, а за город. В Ларионовку.
Милое местечко, с сосновым лесом, речкой, прудами – и прочно обжившимися там нуворишами. Хотя Аня их отлично понимала.
Место было очаровательное. Там до сих пор помещичий дом стоял, некоего Ларионова. Достопримечательность области. Его даже коммунисты сносить постеснялись. Красивый…
Аня там была на школьной экскурсии, но сейчас она вряд ли даже заглянет в поместье. Ехать к клиенту придется к восьми - девяти вечера. И уезжать от него часа через полтора-два. И не надо думать о всяких пошлостях. Нормальный сеанс массажа не полчаса занимает, а полтора. Иногда больше. Если работать не за страх, а за совесть.
Аня согласилась, и только потом подумала, что найденыша придется оставить одного.
А получится?
***
Кое-как они уже друг друга понимали.
Во всяком случае, когда Эреш услышал: «Надо уехать. Побудешь один?», спорить он не стал.
И когда его обмерили еще раз, а потом еще к ноге приложили лист бумаги и вырезали «след» - тоже. Ясно же, это делается для портных. Не для магии, той он вообще не замечал.
Какой-то ущербный мир.
Сила восстанавливалась, но чтобы нормально колдовать, придется очень постараться. А форму сменить…. Страшно даже подумать. Можно в ней навсегда и застрять, просто сил не хватит обратно вернуться.
Странно, что он сюда выпал не в виде змея…
Но может быть, просто потому, что та форма употребляла больше сил? А он и так умирал, организм старался свести затраты магии к минимуму?
Все, что ни делается, все к лучшему. Вряд ли Аня подобрала бы на дороге здоровущего змея. Эреш уже чуть-чуть ориентировался в этом мире, и понимал, что лучше никому не рассказывать про свою первую форму и не показывать ее.
Аня уехала.
Мужчина походил по комнате, вышел на балкон, посмотрел вниз…
Как же здесь… жалко. Задавленные и искореженные деревья, измученные цветы, чахлая зелень, пыльная и привядшая. Как в этом живут?
Как тут вообще жить можно?
Эреш поежился. Надо поговорить с Аней… он же тут долго жить не сможет, ему нужно пространство, природа, лес или скалы, лучше, скалы, но можно речку, поля, луга…
- День добрый?
Пронзительный голос прорезал пространство. На соседнем балконе стояла пожилая женщина и вглядывалась в Эреша.
Внимательно так, недобро, словно приглядывала ножи для разделки.
Эреш оскалился ей в ответ. И пожалел, что он не в змеиной форме – точно бы вниз рухнула от приятного зрелища. Интересно, чего эта тетка хочет?
- А вы с Анечкой теперь вместе жить будете?
Пронзительный голос ввинчивался в уши, заставлял поежиться и мечтать скинуть гадкую тетку вниз. Половину слов Эреш откровенно не понял, но интонации… о, эти нотки записной склочницы и сплетницы!
Что-то подсказывало мужчине, что послать гадину в дальнее путешествие на своем языке можно. Но неэффективно.
А… что он видел в… ком….пьютере?
Что видел, то и сделал! И сработало ведь! И слов не понадобилось!
Революция Ивановна ахнула, шарахнулась в комнату с визгом и помчалась к телефону.
Потому что мужчина на балконе (явно хахаль Аньки-проститутки!) вдруг развязал халат, и выразительным жестом показал ей то самое… что приличной женщине и в темноте-то под одеялом разглядывать не стоит!
ОХАЛЬНИКИ!!!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге