Злодей Номер Один

Злодей на задней парте

Порой злодей — это не бугай с бластером,

а твой сосед по парте.

Когда пару часов назад его выдернули из собственного же геройского бюро, он не представлял, что всё будет настолько плохо.

Чизоме Акагуре, он же профессиональный герой, носящий прозвище Стейн, хмурым взглядом скользил по раскинувшейся перед ним инсталляцией, предаваясь не самым позитивным мыслям.

Неестественно тихий парк развлечений, посвященный про-героям. Эдакий Диснейленд на новый лад, где вместо Микки Маусов и принцесс были обладатели причуд, именитые герои, входящие в топы. Кажется, он даже видел несколько аттракционов, названных в его честь. Забавно.

Громады американских горок были пусты, не мчались на бешеной скорости вагонетки, утопая в испуганных криках. Их величавый сосед, вечно крутящееся колесо обозрения замерло в непривычной неподвижности. Ветер нещадно трепал цветастые флаги и раздувал брезентовые палатки как паруса. А огромнейшая надувная фигура Символа мира потешно качалась из стороны в сторону, словно китайский болванчик, отвешивающий поклоны. Всевозможные аттракционы, ларьки и чудесатые механизмы опустели.

Сегодня парк закрыт, заботливо укутанный жёлтой полицейской лентой и поделённый на такие ровные квадраты, что им бы позавидовал любой уважающий себя преподаватель геометрии. Причуды подарили людям не только героев, но и злодеев бонусом. Мир изменился и изменился кардинально. Пошел ли он вверх или по наклонной каждый решал сам.

Сияющий как тысяча солнц младенец, родившийся в китайском городе Цинцин, ознаменовал новую эру. Эру героев. Такую же яркую и светоносную, как и первый известный обладатель причуды. Но, как известно, за светом всегда неотступно и неспешно идёт тьма.

Привычный мир дал сбой или это был скачок человеческой эволюции? Новое слово в генетике или какой-то вирус, изменивший реальность? Вопросы сменялись теориями, а теории вновь покрывались вопросами. Круговерть догадок и немыслимых гипотез посещала ум каждого, кто хоть как-то считался учёным.

Но это уже неважно. Времена, когда сверхспособности были лишь уделом комиксов и кино, стали лишь страницами в школьном учебнике по истории или биологии, стали лишь одним из этапов развития homo sapiens. Человек не оказался тупиковой ветвью эволюции, причуда внесла свои коррективы.

У людей появились сверхспособности, необычные, потрясающие, завораживающие и… пугающие. В то же время силы, дарованные миру, привнесли и хаос.

Причуда во зло — настоящий бич этой эпохи. Явление, гиблой волной захлестнувшее весь мир. Катастрофа, равная тому, если бы младенцу дали ядерный чемоданчик, которым он не преминул воспользоваться. Ожидаемо, что мир бы полетел к чертям под канонаду ядерных взрывов.

Но когда общество было на грани, чуть ли не падая в пропасть, среди тьмы засияла надежда. Освещённая светом тысяч софитов надежда, носящая маски и костюмы. Надежда, обещавшая искоренить зло, вершить правосудие и защищать. Надежда, которая укроет от невзгод и опасностей.

То были они, герои. С их помощью был создан новый мир, полностью адаптированный под причуды. Мир, где сверхспособности стали всем, а беспричудным там попросту нет места. Центральный парк развлечений города Мусутафу открыл свои двери ровно в восемь часов утра, ни секундой раньше, ни секундой позже. Аттракционы ожили, тихо гудя и поскрипывая, а разноцветные огни и весёлая музыка были сродни фонарю, который влечёт к себе мотыльков в безлунную ночь. Утренний час не был помехой для детей, которые твёрдо вознамерились начать свой день с аттракционов.

Толпы посетителей хлынули в широко открытые ворота, словно паломники в святыню. Так парк начал свой обычный рабочий день, потонув смехе и суматохе горожан.

К радости детей в секции восковых фигур топ-героев добавились новые экспонаты. Радостно улюлюкая и вставая в геройские позы, юные посетители чествовали появление новинок. А заботливые родители тут же устроили целые фотосессии для своих любимых чад на фоне героев, хоть и до ужаса детализированных, но среднепопулярных, входящих лишь в топ-30.

Но детский интерес — предательская штука, будто жвачка. Минута райского наслаждения для вкусовых рецепторов, но через мгновение этот момент улетучивается, оставляя тебя наедине с безвкусной массой. Интерес детей быстро увял. Что же взять с неподвижных восковых фигур, если есть куда более интересные аттракционы?

Гурьба маленьких посетителей рванула прочь, оставив восковые фигуры в их вечном молчаниии.

Однако к часам одиннадцати непоседливый ребёнок решил залезть на один из новых экспонатов. Кто знает, что им двигало? То ли богатое воображение подталкивало его, то ли пренебрежение к герою, что он решил буквально залезть ему на шею? А порой детским поступкам нет объяснения.

Ползок за ползком — благо за что можно было зацепиться — сначала ноги, туловище, а вот плечи. Взгромоздившись на них, ребёнок весело захохотал, увидев мир с такой высоты. Но радость была недолгой, восковая фигура предательски качнулась, не выдержав покорителя высот, и стремительно понеслась вниз под детские вопли.

Раздался грохот. На болезненные крики прибежали все и вся — охранники, менеджера, смотрители и бесконечные толпы посетителей.

Несчастное дитя тут же уложили на носилки, и пара бравых смотрителей скоро унесли его в медпункт, к целителю. Казалось, всё уложено. Но вдруг раздался пронзительный крик менеджера.

Упавшая фигура была разбита на куски, обнажая белёсые кости и иссушенные волокна мышц, то, что не должно быть внутри статуй. И тогда началась паника.

Чизоме нахмурился, смотря как вспышки фотокамер резко освещают раздробленное тело некогда героя. А чуть поодаль от него группа криминалистов в белых одеждах, словно в похоронных саванах, укладывало другие забальзамированные трупы на носилки, чтобы далее отвезти их на вскрытие. Издалека замерзшие навсегда тела казались живыми, но это было не так.

Пять тел про-героев, спрятанных среди восковых фигур. Сколько детей, не зная этого, веселились среди трупов? Сколько фото и видео было сделано и выложено?

— Добрый день, Стейн.

Чизоме обернулся на приглушённый голос, попутно выскальзывая из опутавших его беспокойных мыслей. Перед ним стоял высокий и статный мужчина в тёмном деловом костюме с аккуратно повязанным галстуком. Его лицо было скрыто под почти чёрной, обсидианового оттенка маской, из которой выходило множество металлических трубок.

— Приветствую, Все за одного.

Акагуре слегка наклонил голову в знак приветствия под ахи и охи всех присутствовавших. Общеизвестный герой, Все за одного, Символ мира, породил своим прибытием целую волну восхищённых перешептываний среди судмедэкспертов, криминалистов и прочих служащих. Несомненно, он был солнцем этой эпохи, которое своим ярким светом бдело покой мирных граждан и изгоняло тени зла в самые далекие закоулки и отшибы.

— Ты выглядишь уставшим, — Герой Номер Один беспокойно скользнул взглядом по немного мятой боевой экипировке коллеги, усеянного броней и ножами. Чизоме оставалось только устало потереть лицо. Его тёмные круги под глазами надёжно скрывала маска, да и три чашки кофе сделали своё дело. Но, если дальше так пойдёт, то бессонные ночи когда-нибудь его придушат, сделав тем самым лучший подарок злодеям на Рождество.

— Я её и не снимал. В агентстве был полный завал. Поступило много вызовов и заявок, что не продохнуть и не присесть. А потом всю ночь сидели и вынюхивали зацепки по пропавшим героям. Не будет преувеличением сказать, что их искал почти весь Мусутафу, любой свободный про. Однако, все пропавшие здесь. Мёртвые.

Геройское общество города в последние недели было в панике, словно волк залез в овчарню. Герои пропадали бесследно, ни свидетелей, ни улик. Кто будет следующим? Этот вопрос терзал каждого жителя.

Всё началось с исчезновения одного весьма непримечательного героя из топ-30. Вышел из пивной и исчез. Этот случай бы затерялся в кипах бумаг и папок с глухарями, среди дел, которые считались безнадёжными, если бы похищения не продолжились. И никто не знал, когда именно исчезнет очередной обладатель геройского костюма.

— Это формальдегид? Или какой-то особый состав для бальзамирования? — предположил Все за одного, рассматривая тело и беря отчёт у полицейского.

— Спецы сказали, что это возможно какая-то смесь формальдегида с неизвестным веществом. Возможно и причуда. А может и всё вместе. Не удивлюсь, если есть способность, которая доводит тело до такого состояния.

— Да. Возможно. Хотя традиционные методы всё ещё в ходу. Могли и механическим способом это сделать, без причуды.

Нависшую тишину можно было резать ножом. Мусутафу никак нельзя было считать тихим городом, даже с Героем Номер Один и топовыми геройскими академиями. Порой город был безмолвен и покладист, а порой выдавал такое, что волосы ставали дыбом, не только у самих жителей, но и у тех, кто жил в Токио и Осаке, которые, стоит заметить, находились в вершине топа самых криминальных городов Японии.

Уровень преступности в Мусутафу в этом году стоял примерно в том же диапазоне, что и обычно. Но сами преступления раскрыть становилось всё труднее. Тонкие папки с глухарями выстроились аккуратными, но пугающими стопками на столах начальников полиции. Незакрытых дел незаметно прибавилось. Всего лишь пару процентов, но это было ощутимым ударом по доблестной полиции и геройским агентствам.

Как назло, преступники и злодеи стали умнее, что является крайне тревожным явлением. Всё чаще появлялись дела, где всё было подчищено, словно в операционной. А свидетели будто в омут канули, прихватив с собой записи видеонаблюдения и любые днк преступника. И это нынешнее дело грозило стать таким же висяком.

Из всех более-менее ясных улик, найденных здесь, было само название выставки.

«Не сотвори себе кумира».

Скрытый подтекст?

Менеджер клялся, что только вчера название павильона было «Великие среди нас», но у кого-то было своё мнение на этот счёт.

Некий детектив даже ставил свой аванс на то, что это сделал их неуловимый преступник, который явно что-тот хотел этим сказать.

Возможно, что общество слишком превознесло героев на пьедестал, сотворив из них кумиров. А все мы знаем, чем это кончается.

Золотой телец был уничтожен.

***

СИНДЗЮКУ, СРЕДНЯЯ ШКОЛА МУСУТАФУ

— На сегодняшнем классном часу, перед профориентационной беседой, мы поговорим об актуальнейшей проблеме современности, — серьёзным тоном сообщил Нарикава Тоширо, попутно слушая удрученные вздохи школьников, волной пронесшиеся по классу.

Он был популярным учителем в школе. Возможно своей популярности он обязан возрастом? Ему было лишь двадцать шесть с хвостиком, что стирало некоторые стены в общении с учениками.

Возможно в этом сыграло большую роль и то, что этот учитель вёл занятия интересно и в то же время познавательно, не как среднестатистические преподаватели со своими нудными лекциями и задачами, которые по пути припоминали былое, приговаривая, что тогда было лучше, трава зеленее, а молодёжь была вежливее и старательнее.

И среди этого учительского коллектива, пропахшего старческим ароматом и ратующего за старую школу, появился Нарикава Тоширо. Молодой и амбициозный обладатель довольно непримечательной причуды, которая проявлялась в виде мягких пёрышек вместо волос и стопроцентном зрении в темноте. Это порой сильно выручало его, когда он ронял ключи за диван или монетка закатывалась под холодильник. Не нужно было включать фонарик. А также это экономило электроэнергию по вечерам, просто не было нужды включать свет.

Хоть незначительная причуда, но какие бонусы. Да, этой причудой не повоюешь, не подерёшься со злодеями, но провести хорошую мирную жизнь с небольшими плюшками более чем достаточно.

Учитель Тоширо понимал их праведное возмущение. Детям как воздух была нужна профориентация. Особенно сейчас, когда они почти покинули стены средней школы и метили поступить в геройские академии, полные амбиций и ожиданий от юности. Но кто он такой, чтобы не выполнить приказ сверху.

Повернувшись, Нарикава-сенсей глухо застучал по доске куском мела, мастерски игнорируя шепотки недовольств и отчаянных вздохов. Быстрым, но аккуратным почерком он выводил линии. Мгновение спустя на чисто вымытой доске появилось одно слово:

«VILLIANS».

— Злодеи, — разом, как по команде, выдохнул класс и погрузился в тишину, в столь редкое явление.

Настороженными и даже боязливыми глазами дети уставились на написанное. Словно эта надпись могла их цапнуть, хоть и была всего лишь тонкими полосами мела на школьной доске. Всего лишь взмах мокрой тряпки, и написанное исчезнет с доски, словно его и не было.

Когда-то это слово встречалось только на страницах сказок или мелькало в фэнтези и комиксах. Когда-то дети не боялись этого слова, даже в их играх часто появлялся злодей, какой-нибудь мальчик-изгой, который брал на себя эту роль, чтобы «противостоять» герою.

Те времена давно ушли в прошлое. Теперь злодеи — это не персонажи очередного комикса или фильма. Теперь это реальная угроза. Такая же реальная, как террористы, серийные убийцы и грабители.

Теперь каждый мэр или президент в своих речах имеет особый пункт повестки, называемый «Борьба со злодеями». Новая тенденция этой эпохи, когда на борьбу с злодейством выделяется отдельный бюджет.

Злодеи рядом, ближе, чем кажется, опасные и по сути всегда имеющие в руках смертельное оружие — причуду. Нарикава всегда улавливал атмосферу. Теперь ухватившись за их смятение, он умело подвёл их к лекции.

— Я вижу ваши взгляды. Не удивляйтесь сегодняшней беседе. Такая же беседа проводится во всех школах в связи учащением случаев нападения злодеев. Так что это ради вашего же блага. Мидория Изуку, паренёк с лохматой зелёной шевелюрой и глазами под стать волосам, с скучающим видом смотрел на выданные классу брошюры. Надпись на ней гласила: «Техника безопасности при встрече со злодеем». А внизу услужливо разместили стереотипную карикатуру, на которой был изображён во всем своём убожестве потрёпанный злодей в нелепой маске, спешно убегающий от могучего героя с развевающимся плащом. Изуку оставалось лишь тихо презирать создателя этого дизайна, видимо обладающего минимальным запасом воображения.

Он незаметно бросил взгляд через плечо. Его сосед, Бакуго Кацуки, блондин с колючими волосами и алыми глазами, просто смял брошюру и выбросил на пол к вящему виду учителя. Нарикава смотрел на это так, словно Кацуки только что свернул цыплёнку шею, а упавшая бумажка было его бездыханным тельцем, брошенным наземь.

— Начнем с термина, — продолжал учитель, выбрасывая из головы нахальную выходку. — Что такое «злодей»? Что вы о них думаете? Что это за понятие, всё время мелькающее в эфире новостей?

— Злодеи — это опасные преступники!

— Злодеи — это враги общества!

— Мои родители говорят, что злодеи — это раковая опухоль общества.

— Злодеи — это неудачники!

Мидория слегка нахмурился. Термин «злодей» являлся родным братом термина «герой». Два понятия, родившиеся вместе с понятием «причуда». Значение любого слова зависит от точки зрения. Для одного человека — это злодей, для другого — это герой. Злодеи правы по-своему, а герои по-своему. Это просто конфликт интересов. Но есть и исключения.

Исключения, когда общество без зазрений совести выбросило тебя на обочину жизни как ненужного пса или коробку котят. У одних слабая или откровенно злодейская причуда, кому-то не дали попросту выбора, другие же мстят героям, а кто-то пытается изменить общество. А есть те, кто просто беспричудный. Это статистика, которую не упоминают в новостях. Но зато каждый говорит, что злодеи — это те, кто не хочет честно трудиться как все, или это больные на голову люди, которые хотят только разрушать. Да, есть такие злодеи, но есть и те, кто просто не вписался в этот мир, где причуда определяет кто ты есть.

— Да, вы высказали разные определения этого слова. Но всё сказанное вами объединяет один смысл. То, что злодеи несут в себе угрозу всему обществу и его благосостоянию. Эта новая тенденция нашего времени пагубно влияет на безопасность и экономику. Так вот. Официальное понятие гласит, что злодеи — это обладатели причуд, которые используют способности во зло, а не на благо, как герои…

Мидория поднял руку.

— Нарикава-сенсей, а как насчёт злодеев, у которых нет причуд?

По классу прошла волна смеха.

— Беспричудные вообще никуда не годятся! Даже в злодеи! До такой степени они бесполезные!

Это был Акамацу Сёго. Вздорный школьник с самомнением как у короля, хотя и является лишь среднестатистическим хулиганом, коих как блох на бродячей собаке.

— И вообще зачем ты задаёшь этот тупой вопрос? У тебя же есть причуда? Или ты сочувствуешь этим отбросам общества?

Да, верно. У него есть причуда. Но только благодаря ЕМУ.

День проверки на причуду отпечатался в его памяти. По идее это должно было быть знаменательное событие, обязанное остаться в воспоминаниях навсегда, слегка поддёрнутое пеленой счастья и радости. Наряду с такими воспоминаниями, как первая самостоятельная езда на велосипеде, первый день в школе после детского сада, первая победа в драке.

Но этот день остался в его памяти гниющим чувством, словно самое позорное событие в жизни, которое никогда не забудется и будет приходить в голову перед сном, а мозг будет посекундно его разбирать.

Он помнил донельзя чистый кабинет, пропахший антисептиком, усатого старичка в очках, безжалостно произносящего вердикт.

На рентгеновском снимке чётко виднелись его кости, грёбанные суставы, означающие его беспричудность.

Его мать, Мидория Инко, могла притягивать небольшие предметы. А отец даже умел использовать огонь, но он дебил по её словам. И то Изуку в глаза его не видел, лишь редкие совместные фотографии матери с каким-то мужчиной с вырезанным лицом.

С этих фото на Мидорию смотрела пустота, как пустующий третий стул за столом, на котором должен кто-то сидеть, но этого никогда не будет.

Важно то, что у обоих родителей есть причуды, но он родился без неё. Это какая должна быть вероятность, что гены обоих обладателей причуд так смешались, что в конце концов они передали ничто? Может, он сам был какой-то не такой? Аномалия, которой самое место в музее странностей, наряду с русалками и йети? А может в музее естествознания, к неандертальцам, которых вытеснил Homo sapiens, как более развитый вид?

Вселенная явно решила вылить на него тонну дерьма. Изуку прямо почувствовал, что на него опрокинули целое ведро невезения.

Чёрт.

Однако его мать, тогда ещё красивая и стройная женщина с тёмно-зелеными волосами и такими же глазами, не стала сожалеть, огорчаться, презирать.

Она его… поддержала. Сказала то, что он жаждал услышать, не извинения, не сожаления, а простые слова поддержки.

— Плевать на всех! Раньше люди жили и без причуд. И ничего, мир не рухнул, небо не разверзлось. Это всё их глупые стандарты, на подобие 90-60-90!

Инко крепко обняла сына, тихо шепча ему на ухо:

— Изуку, наплюй на них, пусть думают, что хотят. Я вижу ты сильный, у тебя всё впереди. Ты запихнёшь их оскорбления им в глотки, если захочешь. Ты возьмёшь у этого мира, что захочешь. А не мир у тебя.

Она заботливо смахнула набухающие в его глазах слёзы.

— С этого дня я отказываюсь применять свою причуду! Хотя и раньше-то не особо её использовала. И если люди отвергнут тебя, то я буду с тобой. Но я верю, что ты найдёшь тех, кто не такой как другие, не такой как всё это прогнившее общество. И вы будете просто прекрасными друзьями.

Инко любила сына. Возможно, это была удушающая любовь, но все же любовь.

Для неё Изуку был идеален во всех смыслах.

Пусть они идут к дьяволу со своими идиотскими мнениями и жалостливыми взглядами. А если кто-то заикнётся о его беспричудности как неполноценности, начнёт его оскорблять или смотреть уж больно жалостливо, как на калеку, то они пожалеют об этом.

И что, что она женщина? Она будет драться сколько пожелает. А женщины дерутся отчаянно, от души рвя волосы оппонентке и царапаясь наращёнными ногтями до алых полос на коже, при этом посыпая друг друга пятиэтажными ругательствами.

По сути это драка, но обычно полиция закрывает глаза на такие склоки. Грузные полицейские лишь ухмыляются друг другу, смотря на выдранные с корнем космы и лица с размазанной косметикой, приговаривая: «Ох уж эти женщины, идите ужин готовить».

Стоит заметить, что Инко могла и мужику, что зло говорил о её сыне, дать на орехи. Хорошо поставленный удар между ног, смачная пощечина, такая звонкая, что её точно услышал весь квартал, а то и кулак в кадык и перцовый баллончик в глаза как вишенка на торте.

А потом Мидория умело отмазывалась от полиции или соседей, что мол он ко мне приставал и лапал. Она хитро улыбалась про себя, видя, как ему выписывают штраф и как на него косо смотрят прохожие, фу, мол насильник и извращенец, сажать таких надо.

Что говорить, дьявол, а не женщина.

Инко ходила за Изуку по пятам, всегда была готова выслушать и помочь. Она часто заходила к директору, чтобы просматривать камеры видеонаблюдения. И если что могла написать кипу заявлений в полицию или в родительский комитет за издевательства над сыном, угрожая административкой или даже уголовщиной. И это работало, количество нападок на Изуку уменьшалось в геометрической прогрессии.

А потом в их жизни появился Всемогущий. Тот, кто дал её сыну причуду. Тогда она даже не узнала его. Ну кто скажет, что этот тощий мужчина с жёлтыми патлами — Злодей Номер Один? Верно, никто.

Но главное, чтобы сын был счастлив, а то, что он водится с преступниками — дело второе.

Изуку промолчал, мысленно поставив галочку избить этого раздражителя. Сейчас, во время учёбы, он был простым школьником, которого волновали домашние задания и грядущие контрольные по химии и физике. Хоть будь ты трижды причудным, это не отменяло школьные предметы, которые в жизни тебе фиг понадобятся, если, конечно, ты не планируешь быть физиком-ядерщиком.

Но также стоить заметить, что появление причуд внесло изменения и в школьное образование. Количество обязательных предметов было увеличено. Не менее шести часов в неделю учащиеся занимались изучением и развитием сверхспособностей.

Учитель скрестил руки на груди. Зеленоволосый паренёк был на хорошем счету у него. Спокойный, умный, с отличной посещаемостью и отметками, а также с хорошей причудой усиливающего типа. Вот бы больше таких прилежных учеников, но это будет только в какой-нибудь параллельной вселенной, где каждый школьник — это олимпиадник с призовыми местами, отличник, спортсмен, активист и воспитанник художественной школы.

— Акамацу, веди себя прилично. У каждого человека есть собственное мнение, которое нельзя осуждать.

— И побереги наши уши, твой голос слишком писклявый, — злобно шикнул Бакуго, побуждая весь класс вновь рассмеяться. Но теперь над Акамацу.

Благосклонность толпы переменчива. Сегодня ты — всё и вся для них, а завтра — шут гороховый.

— Ладно, ребята, посмеялись и хватит. Вернёмся к нашей теме.

Другие ученики и не заметили, но Изуку уловил. Нарикава-сенсей так и не ответил на его вопрос.

В то время учитель как не бывало спросил у класса, видел ли кто-нибудь из них злодея своими глазами, не по телевизору или в газетах, а вблизи, лицом к лицу. Ни одна рука не поднялась.

Это было успокаивающе. Опыт встречи со злодеем не сулит ничего хорошего. Но в тоже время это было самое пугающее. Порой злодеи выглядят как самые обычные рядовые люди. И ты узнаешь, что стоящий рядом в метро человек — злодей, лишь тогда, когда он этот вагон на куски разорвёт. Но будет уже поздно.

— Возможно, вы их уже встречали.

Нарикава-сенсей специально выдержал драматическую паузу, смотря на шокированные лица учеников.

— Возможно, вы их встретили в универмаге, на пешеходном переходе или в музее.

Только вы не заметили этого.

Среди тишины раздался сдавленный смех.

— Представьте, злодей в автобусе! — хихикая, выдавил чёрноволосый парень с крайне длинной шеей. Главный шутник и заводила класса быстро затих. Сейчас никто не смеялся над его шуткой. В злодеях нет ничего смешного. Они опасны, и это точно не те люди, над которыми можно посмеяться. Если поднимать злодея на смех, то это лишь один вариант развития событий. На небо прямым рейсом.

— Я задам вам вопрос, — продолжил Нарикава, таинственно осматривая класс, — Как вы узнаете, что это злодей? Если он не в злодейском костюме, не взрывает здания, не калечит прохожих и не дерётся с героем? Как вы узнаете, что проходящий мимо вас человек, не злодей? Ваши ответы.

Их будто осенило. Класс сидел притихший и задумчивый. Это был факт, над которым они не задумывались. Учитель про себя довольно ухмыльнулся. Он дал их юным умам хорошую пищу для размышлений.

Одна рука взвилась вверх.

— Может внешность? У злодеев всегда злодейское лицо! Ни на кого не намекаю, — ехидно закончил Шигео Уме, при этом в упор смотря на Кацуки.

Никто не знал, но Шигео тайно завидовал популярности Бакуго. И то, что он водится с каким-то середнячком по имени Изуку.

— Шигео, ты чё мультиков пересмотрел? Или это вызов? — Кацуки презрительно смерил его взглядом, попутно скалясь своей фирменной ухмылкой, которая не предвещала ничего хорошего.

— Ответ неверный. Ещё догадки? Ну же! Строить теории так весело! — Нарикава поспешил предотвратить нарастающий конфликт. Не хватало ещё, чтобы ученики выпускного класса подрались.

Было множество предложений, теорий, но учитель самодовольно продолжал покачивать головой, словно он знал вселенскую тайну. И через долгих семь минут мучений, Нарикава ответил на свой же вопрос.

— Верный ответ — никак!

По классу волной пронеслись возмущенные возгласы.

— Да, всё верно! Вы узнаете, что это злодей только тогда, когда он совершит, простите за тавтологию, злодеяние. И при встрече со злодеем вы не должны бросаться на него с причудой, тем более, что без лицензии нельзя применять способности. Да и уровень сил, откровенно говоря, не тот.

Он серьёзно осмотрел класс, заглядывая каждому в глаза.

— Вы не должны взывать к его совести, снимать это на телефон, постить и так далее. Первое, что вы должны знать, злодей опасен всегда. Будь он ранен или убегает от героя. Зверь, загнанный в угол, опасен вдвойне. Вы должны уйти от него как можно дальше, ближе ко взрослым. И ждать, когда прибудет герой, полиция, если вас захватили в заложники.

Нарикава взял в руки методичку, которую ему вручил директор на утреннем собрании учителей. Эта методичка толщиной в двадцать пять страниц, разработанная светлыми умами Комитета по применению и контролю причуд, Службы безопасности и Министерства образования, должна была дать знания, призванные защитить детей и подростков во время нападения злодеев.

Довольно нудным голосом учитель посвятил детей в такое понятие как «ранги злодеев». То есть S, А, В, С и D. Эти ранги давались злодеям в зависимости от их опасности. Обычно данную информацию можно узнать в правом нижнем углу под фотографией злодея, которое транслируют по новостям или печатают в газетах. Далее Нарикава-сенсей пояснил, что ранг D — самый низкий, но это не значит, что злодей слаб и безобиден.

Этот ранг подобен сильному ветру, способному сбить вас ног или сорвать рекламный щит с креплений. И который может вас раздавить. Шутка, учитель этого не сказал, но Изуку мысленно его дополнил.

D-ранговые довольно многочисленны и часто сбиваются в банды, в результате чего их группировка может получить ранг повыше, то есть C, но это всё зависит от их усилий.

В свою очередь, C-ранговые — это те, кто ещё не годится для В-ранга, но намного сильнее D. Злодеи этого ранга имеют весомый опыт в сражениях и злодеяниях, при этом обладают весьма неплохими причудами.

Далее идёт ранг B — средний ранг, который присваивается более опытным и сильным злодеям. Они могут сражаться с несколькими средненькими про-героями. Их опасность в отличной причуде, опытности и навыках, что вместе представляет большую угрозу обществу.

Ранг А намного опаснее всех предыдущих. Это злодеи с огромным потенциалом. Так сказать, «вундеркинды злодейского общества» вкупе с убойной причудой. Это уже не говоря о опыте и так далее.

S, самый высокий ранг, был подобен мощнейшему торнадо, настоящей стихии, которая может запросто уничтожить среднего размера городок. Ранг S — это смертный приговор. Неумолимая гильотина, несущаяся к твоей шее.

А если эти ранги, особенно высокие, объединяться в более-менее крупную пати, то упаси боже нашу грешную землю. Но к ужасу жителей Мусутафу, да и Японии в целом, подобное пати S-ранговых злодеев существовало прямо у них под боком.

Всемогущий и Старатель.

Чудовищно сильные и опасные по одиночке. Но вместе… Вы сами понимаете. Похоронное бюро выезжает.

Следующие полчаса были посвящены тому, как правильно вести себя при встрече со злодеем. Это были довольно простые и общеизвестные истины, которые часто висели в виде плакатов в коридорах школ, больниц и других учреждениях подобного типа. Но высшие умы решили всё это снова разжевать и упаковать под новым названием.

Всю эту довольно плотную методичку можно было выразить всего одним предложением.

«Если ты встретил злодея, то беги от него, словно за тобой гонится весь ад».

Просто и ясно. Главное, чтобы у тебя были быстрые ноги.

Но если выразиться по-научному, то план действия примерно таков.

При столкновении про-героев с высокоранговыми злодеями, то весь район потенциальной зоны поражения в срочном порядке эвакуируется. Об этом тревожном событии оповещает дико воющая сирена и смс с местом эвакуации. Ну а если вы не успели, то скорее нужно бежать в убежища, на подобие укрепленных подвальных помещений в домах. И молиться, что полуметровый слой бетона не пробьют.

Сейчас жители Японии и всего мира, в частности молодое поколение, не знавали таких катастроф. Но раньше такое случалось.

То были дикие разборки между злодеями, либо яростные сражения героев с ними же. Дома рушились как карточные домики, улицы превращались в вспаханные земли, а едкий дым поднимался до самых небес. Ужасное зрелище, где гибли сотни, а то и тысячи. А небольшие городки просто исчезали. Тёмные времена, которые канули в лету.

Но что-то осталось прежним. Остались прежними нападения злодеев среднего и ниже рангов.

В один момент вы пьёте кофе, спокойно сидите, кушаете. И бам! В здание врезается ком из дергающихся конечностей. Это дерущиеся герой и злодей. Стеклянная витрина, конечно же, разлетается на куски. Вас сносит со стула, осыпая битым стеклом. Кому-то не повезло, это стекло вонзилось прямо в шею. Кровь хлыщет. Вы бежите под стол. Но и стол сносят. Вы отлетаете как мячик для пинг-понга. Смачно врезаетесь в стену. Другим также не везёт, они попадают под горячую руку злодея. Кости хрустят как свежий багет. Кровь растекается как вишнёвый сироп. И вот злодей идет в ва-банк. Готовится к финальной атаке. Герой же пытается его остановить. Вы еле очухались, ползёте со сломанными ребрами за стойку. Но нет. Снова бум! Итог, вы умерли. Похоронное бюро снова выезжает, потирая руки.

И так происходило часто. Нападение злодея как игра в рулетку. Кто полностью уверен, что из-за угла не выскочит злодей? Или то, что тебе не прилетит во время столкновения героев и злодеев? Что кусок бетона не пробьёт тебе голову? Что в твой дом посреди ночи не прилетит автомобиль, брошенный злодеем? Что тебя случайно не разрежет пополам атака героя?

Никто не мог гарантировать безопасность, даже Герой Номер Один.

— А можно вопрос!

— Да, конечно, Суюки, — преподаватель оторвался от чтения последних страниц и посмотрел на ученицу.

— А мафия — это злодеи?

Нарикава слегка нахмурился.

— Мой отец — полицейский. Он говорит, что они — злодеи, это правда? — продолжила девушка, краса и гордость женской половины класса. Красивая девчушка с хорошими отметками и длинными вьющимися волосами, однако та ещё говорунья и сплетница.

— Увы, это не вопрос нашего обсуждения. Это довольно скользкая тема, особенно для вас, школьников.

Нарикава умел различать опасные темы, которые не стоит обсуждать школьникам, особенно не закончившим среднюю школу. Если со злодеями более-менее понятно, граждан здесь спасут герои и полиция. А вот с мафией всё намного сложнее и запутаннее.

Мафия, якудза — криминальная структура, издавна существующая в Японии и сросшаяся с правительством и экономикой. Особенность в том, что они не боятся в открытую иметь базы и штаб-квартиры, при этом часто ведут легальный бизнес. И в Мусутафу, в этом многострадальном городе, будто ему не хватало Злодея Номер Один, находится один из крупнейших японских синдикатов мафии.

Клан Тодороки, созданный самим Старателем, Злодеем Номер Два. Воистину жителям не повезло.

Обычно якудза и злодеи разграничивались, считаясь разными видами преступников. Но то, что злодей основал собственный клан якудза был прецедентом. И конечно же, этот прецедент пришёлся на Мусутафу.

— Почему? — снова задала вопрос Суюки.

Громко звенящий звонок, знаменовавший долгожданный перерыв на обед, помог учителю уйти от ответа. Поднялась суматоха. Дети зашумели, запихивая тетради и учебники в рюкзаки и громко скрежеща стульями по полу.

— Не забудьте, сегодня у нас гости, ученики из средней школы Аоба. Покажите себя достойными людьми! — успел прокричать Нарикава редеющему кабинету.

Но вместо воодушевленных возгласов и позитивного настроя от учеников несло неприкрытым недовольством, послышались ворчания и шепотки.

— На кой чёрт эти богатые индюки припёрлись.

— Хотят понаблюдать за плебеями в естественной среде обитания.

Схватив свой жёлтый рюкзак, Изуку поплелся на выход, следуя за Кацуки, чтобы быстрее пройти сквозь столпотворение. Одноклассники обходили блондина, словно вокруг него был невидимый щит. А если кто-то и наступит на его обувь или толкнёт, то он с удовольствием разъяснит, почему так делать не следует.

Класс быстро опустел. И никто из них не знал, что Мидория и Бакуго тоже злодеи.

***

Коридор стал настоящей мешаниной из школьников, цветастых рюкзаков, книг и сумок. И вся эта толпа разом вывалилась на школьный двор. Прекрасная погода так и манила школьников покинуть душные кабинеты. Залитый солнцем двор был крайне привлекателен для обеденного перерыва, нежели школьная столовая. Здесь и десятки всевозможных скамеек, и раскидистые деревья, и аккуратно стриженный газон. Прекрасное место для спокойного отдыха, но не сегодня.

Их форма разительно отличалась от простой униформы Синдзюку, которая представляла собой черные штаны и пиджак со стоячим воротником, по-монастырски застегнутый на все пуговицы, который надевался поверх белой рубашки.

Там были ученики из Аобы. Белые пиджаки и брюки, черные рубашки и бордовые галстуки. Всё это прямо кричало: «Свалите с дороги, мы — элита. И эта форма стоит как двухмесячная зарплата ваших родителей».

Хоть Синдзюку и не могла похвастаться вхождением в топовые национальные рейтинги, но стабильно занимала средние позиции в топах школ префектуры, что тоже неплохо. Однако Аоба была элитной частной школой, что по умолчанию делало её на порядок выше, а учеников богаче и спесивее.

И судя по голосам, в той толпе был и Киришима. Киришима Эйджиро с параллельного класса. Весёлый парень с акульими зубами, который покрасил волосы в кричащий красный цвет, с высокой колокольни наплевав на школьные правила. Друг и соперник Кацуки. Обладатель причуды «Отвердевание», что позволяет ему усиливать прочность наружного покрова тела в несколько раз. Поэтому он был и щитом, и мечом, а также снарядом для броска.

Что-что, а они были хорошими спарринг-партнёрами, двумя баранами, которые никогда не хотели уступать друг другу. К тому же Эйджиро — человек широких взглядов, поэтому ему не особо сложно дался переход на «тёмную» сторону.

— Можно хорошо подраться?

— Да.

— Можно творить, что хочется?

— Да.

— Можно разжиться деньгами?

— Да.

— Тогда записывайте.

Киришима мог бы стать и героем, и причём популярным. Однако герой по любому имеет ограничения, он не свободен. А ему ой как не нравились рамки и строгие правила. И к тому же его кумир, Алый бунтарь, был из злодеев, из тех, кто бросается в бой, не страшась своей смерти. Поэтому Эйджиро с лёгкого предложения Кацуки подался в злодеи. А если не понравится, он мог уйти. Но Киришима чувствовал, что в компании блондина и зеленоволосого не будет скучно. Это уж точно.

Бессовестно растолкав собравшуюся толпу и несколько раз рыкнув на уж больно обидчивых, Бакуго, а затем и Мидория, увидели в чём дело.

— Ты не свалил с нашего пути. Когда мы идём, ты, нищий, должен обходить нас за три метра. Ясно? Киришима стоял напротив спесивого на вид парня с самой моднявой прической и золотым ролликсом на руке, бликами которого он явно хотел всех ослепить. Он почти тыкал пальцем в лицо Эйджиро.

Терпение школьника было на пределе. Он был уже готов стереть эту мерзкую ухмылку с этого надутого индюка, показав, что он не пуп мира. Назревала ссора, явно не то, что ждут организаторы этой встречи. Аоба приехала сюда для «укрепления духа товарищества между школами», однако дружбой и радугой не пахло и поныне. Зато явный конфликт, который может обернуться массовой дракой, налицо.

— Ичицу, не наглей, не твоя школа, мы здесь гости.

Разноцветные глаза впились в лицо Ичицу, от чего он тут же поутих. Рука крепко сжала его плечо. Что-что, а хватка Тодороки Шото при проверке силы кисти выдавала просто высочайшие результаты.

— А Тодороки… Хоть мы из одной школы… Попрошу не лезть в чужое дело… — просипел парень, увидев своего одноклассника.

Тодороки был довольно высоким и хорошо сложенным школьником с красно-белыми волосами и разноцветными глазами — серого и бирюзового. Несмотря, что у него с левой стороны был ожоговый шрам, это не умаляло внимания к его персоне со стороны одноклассниц.

— Хм…

Глаза Шото опасно блеснули, и плечо Ичицу, зажатое в его руке, начало покрываться еле заметной на белом пиджаке изморозью. Никто не скажет, что ученик школы применяет причуду во вред, особенно, если нет прямых доказательств и свидетелей. За этим даже не следят толком. Сколько было случаев того, что кто-то запугивает других причудой и даже не стесняется её применять в стенах школы? Учителя будто бы слепнут и глохнут на это время. Это же дети! Просто балуются, никто не умер и не покалечился! Они лишь осознают границы дозволенного! А крайний случай есть целитель! Миг, и школьник здоров, как бык, и даже красивее, чем прежде.

Тодороки это прекрасно осознавал. Никто из этих якобы «дружков» Ичицу не пойдут против него. А остальные его одноклассники, толпа, ждущая крови, явно не те, кто будет геройствовать, спасая шкуру этого индюка. За кем сила и влияние, за тем они и встанут. А ученики Синдзюку только и рады увидеть притихшего парня, который уж больно сильно задрал нос.

Парень болезненно поморщился, чувствуя, как леденящий холод сводит мышцы и проникает в самые кости.

— Всё-всё, я понял, извиняюсь, не горячись, — потупив взгляд, пробормотал школьник, пытаясь стряхнуть с плеча чужую руку.

— Вот и молодец.

Шото хлопнул по плечу Ичицу, будто бы по-дружески. Однако это был удар, от которого он вздрогнул. Окружающая толпа школьников лишь разочарованно вздохнула, увидев угасание конфликта. А это значит, что драка сегодня отменяется.

Ученики Синдзюку были уверены, что «гости дорогие» не сильны в драке, лишь горазды языком чесать. Что взять с богатеев в драке, если за них всё время заступаются бугаи-телохранители? Так что вероятность победы была велика, как и тяга запачкать эти сияющие белизной пиджаки. Но облом явился, откуда его не ждали.

Киришима победно заулыбался, смотря вслед ретировавшемуся ученику из Аобы, а потом тихо шикнул.

— Блин, я мог и сам справиться.

— Нельзя устраивать потасовки в школе, особенно в выпускном классе.

— С каких пор ты пацифист? А Шото?

— Я же сказал в школе.

Киришима широко ухмыльнулся, обнажая острые зубы.

— Ну ты и ублюдок, — хохотнул он.

— Есть какое-нибудь тихое место? — Тодороки приветственно кивнул Бакуго и Мидории.

— Ага, есть.

***

Крыша школы была примечательной. Предприимчивый ум японцев просто не мог оставить ненужным столь хорошее место

Окружённая высоким сетчатым забором, ухоженная территория была отличным местом для отдыха учеников. И судя по многочисленным цветам и кустарникам в аккуратных горшках и клумбах, здесь плотно обосновался садоводческий клуб.

Скамейки и столики с шахматами и шашками, несколько навесов от знойного солнца или проливного дождя, цветастые тюфяки и одинокая видеокамера, следящая за порядком.

Всё это создавало прекрасную зону отдыха для всех школьников. Однако если туда приходил Бакуго, то крыша автоматически становилась вип-зоной для избранных. Хотя и попахивало здесь перегноем от бесчисленных горшков с растениями.

Подъём на крышу не занял много времени. Металлическая дверь громко лязгнула, широко распахнувшись от пинка Кацуки.

Поток воздуха тут же встретил подростков. Освежающий ветер трепал волосы, приятно обдувая лицо. С крыши открывался хороший вид на город, где вдали виднелись горы.

— Ну как твоя школа? Вижу там количество спесивых уродов на квадратный метр превышает все нормативы, — сказал Бакуго, без страха облокотившись об сетчатый забор.

Если бы как-нибудь этот забор сейчас сломался, то у него не было причин бояться высоты. С его взрывной причудой можно и взлететь, так и спрыгнуть с небоскреба без какого-либо вреда. Сверху виднелся весь школьный двор. Гости выделялись среди толпы, словно белые вороны среди чёрных сородичей. Ученики из Аобы медленно двинулись внутрь школы, на экскурсию.

— Учат просто отлично, но одноклассники — это просто нечто. Словно это не школа, а какая-то делёжка территории с бандами. Но если им хорошенько показать их место, то они довольно покладистые.

— Да ты всех там в кулаке держишь. А так я мог и начистить рыло каждому из них. Всегда хотелось узнать каково лицо богача на удар.

— Вот получишь аттестат и в бой, — ответил Мидория, развалившись в гамаке.

Киришима устало выдохнул.

— Блин, моя мама настаивает, чтобы я поступил в колледж.

— Диплом всегда пригодится.

— Ты как старик, Тодороки. На кой чёрт злодею образование экономиста или стоматолога? Злодею нужно в первую очередь умение драться, да и шевелить мозгами, когда придётся. — Ты прав, умения драться и думать важны в первую очередь. Но я встречал злодеев с двумя высшими образованиями или с дипломом юриста. Не каждый злодей может быть успешным. А так хотя бы профессия будет. И если твоё лицо нигде не засветилось, то можно работать в компании, на хорошо оплачиваемой должности. Или вести двойную жизнь. — Только матери моей это не говори. Стопроцентно потом заставит учиться на юриста.

Дверь снова хлопнула. На крышу спешно вошёл Нарикава, держа в руках несколько листов. Он быстро нашёл своих учеников поодаль, в компании незнакомца. И Тоширо он не понравился.

По школьной форме это был один из сегодняшних гостей. Каким-то внутренним чувством Нарикава всегда определял проблемных учеников, нет, не хулиганов или прогульщиков, а именно опасных, тех, у кого на уме может быть что угодно, даже план убийства.

А у этого школьника был ещё шрам на лице. Однако притягивал внимание не он, а глаза, слишком внимательно наблюдающие и будто бы с бесинкой.

Конечно, Бакуго был не сахар. Он является натурой, про которую говорят пороховая бочка. Бочка, которая в любой момент может взорваться, угробив половину квартала. Лёгкий толчок или поворот не туда, и блондин окажется на скользкой дорожке. Школа бы лишилась перспективного ученика с блестящим будущим героя.

Хорошо, что у весьма агрессивного Кацуки есть благополучная и полная семья с хорошим достатком и статусом. Родители на вес золота, которые не пропустили ни одного собрания. Всё что нужно для развития целостной личности. Но порой Тоширо ловил себя на мысли, что было бы, если Кацуки родился в неблагополучной семье? Неполной? Без матери? C отцом-тираном? Стал бы он ещё агрессивнее и опаснее?

Что ж, это только беспокойные мысли.

Но тут появлялся ещё один повод для волнения. И это Мидория Изуку.

Изуку был слишком идеальным. Прилежный, умный, вежливый, спокойный. Слишком идеально. Иногда учителю казалось, что это всё — идеально построенный фасад, который скрывает что-то ужасное. Хотя может он просто это надумывает?

Зеленоволосый школьник жил с матерью, единственный ребёнок в семье. А отец вроде бы уехал на заработки или вообще бросил их. Нарикава часто видел мать Изуку, она всегда посещала собрания и часто звонила ему, чтобы узнать, не обижают ли её сына другие дети. Об Мидории Инко у него сложилось впечатление заботливой и образованной матери, особенно хорошо подкованной в юриспруденции. Возможно, Мидория-сан перегибает палку с опекой, но она хорошая мать, любящая и заботливая.

И как столь разные типы людей смогли подружиться? Стать компанией, в которую пробиться крайне сложно. Хотя был Киришима, вот он сидит совсем рядом и давится от смеха, из параллельного класса, который умудрился подружился с ними, особенно с Бакуго. Нарикава понял бы, если друзьями были Эйджиро и Кацуки. Шалопай и плюс ещё один шалопай. Но как в это уравнение вписался Мидория? Загадка. По своему опыту он знал, что такие люди, как Бакуго, не водились с «умниками и тихушниками», таких наоборот задирали или брали в шестёрки.

Немного откашлявшись, он протянул листы.

— Мидория-кун, Бакуго-кун, вы не сдали профориентационные бланки. Нужно сейчас же их заполнить, директор требует.

Ученики неохотно взяли листы.

— Заполните до конца перемены и занесите в учительскую, — Нарикава для вида нахмурил брови и придал строгости своему лицу. А затем, будто что-то поняв, он смерил подозрительным взглядом чужого школьника.

— Почему ты не на экскурсии?

— Прошу прощения, я хотел поговорить со знакомыми, раз мы пришли к ним в школу. Скоро вернусь к своим.

— Ладно.

Теперь в непростое уравнение учителя добавился этот тип, который сделал задачку лишь запутаннее. Нарикава Тоширо для виду осмотрел площадку, вдруг дети что-то здесь натворили. Однако крыша была такой же, как и прежде, немного захламленная и пахнущая перегноем из цветочных горшков. Надо бы сказать цветочному клубу подкармливать растения нормальными покупными удобрениями, которые не пахнут, а не жуткой смесью прелых листьев и животных экскрементов, от которых воняет как в хлеву.

— Не забудьте принести заполненные бланки! — кинул напоследок учитель, покидая крышу. На миг установилось лишь тишина, разбавленная шелестом бумаги и вздохом Мидории.

— Что напишите? Лично я написал Шикецу, не плохо и не слишком выделяется, — сказал Киришима. Хотя его родители настаивают, чтобы он получил хоть какое-то образование, кроме школьного. — Я вообще не хотел писать, что буду делать дальше. Вдруг как-то отследят. Ведь не скажешь, что никуда поступать не будешь. Ни в геройские академии, ни в другие учебные заведения. И вообще ты хочешь быть злодеем. А если ничего не писать, то заподозрят чего. Лучше, как и ты, написать геройскую академию. Будем как одни из тысяч таких же школьников. Думаю, я выберу какую-нибудь средненькую академию для героев. Желательно на другом конце Японии, чтобы никто ничего не пронюхал.

— Только не наш плодильник героев, — зло фыркнул Кацуки, уже мня краешки листа.

— Ага, ЮЭЙ — не вариант. Слишком палевно. Да и гордость не позволит.

— Нам троим надо сходить сегодня к нему, — негромко сказал Тодороки, но все его услышали и замерли, переваривая информацию.

— Вам троим, это то есть без меня? — осторожно спросил Эйджиро.

— Да, прости конечно.

— Понимаю, нос не дорос.

— Что-то срочное? — Мидория давно не видел Всемогущего, где-то с месяц с тех пор как он лёг в больницу для очередной операции. Рана, полученная им в битве с Символом мира давала о себе знать. Но Тошинори-сан всегда зло улыбался, когда вспоминал, что Все за одного тоже от него хорошенько получил. Та битва всегда будет звучать в его ушах.

— Без понятия. Ты же знаешь его, он не любитель общаться через телефоны.

— Внезапно. Целый месяц ничего не было, вдруг что-то намечается. Я в предвкушении, — Кацуки кровожадно ухмыльнулся.

— Это верно. После школы сразу рванём, — сказал Изуку, спешно заполняя бланк. Сегодня он наконец-то увидит Всемогущего.

***

Солнце сегодня расщедрилось, обильно одаривая теплом куцые деревья и закатанные в асфальт улочки. На это точно сказавалось скорое наступление весны. Не выше пяти этажей многоквартирные дома, припаркованные велосипеды и скутеры, обклеенные всевозможной рекламой столбы, растянувшие причудливые паутины проводов — обычная улочка, фото которой не добавляют в путеводители, где обычно размещают только красивое и достойное печати. Не центр и не окраины. Здесь разгула преступности не отмечается, но и не безопасно. Если иметь два замка в дверях и занавески на окнах, да и по ночам не шастать, то получится весьма благополучное место для жительства.

Чёрный автомобиль, сияя начищенными до зеркального блеска боками, медленно скользил по улочкам. Даже несведущий в машинах человек мог определить, что это не просто средство для передвижения, это наглядный пример, показывающий, где находится обычный житель Мусутафу, а где находится тот, кто сидит сейчас на заднем сиденье, злобно попрекая водителя. И просто так такой автомобиль по захудалым улочкам не ездит.

— Эй, почему ты едешь не по главной дороге?

— Прошу прощения, Ичицу-сама. На шоссе к главной дороге произошло возгорание грузовика. Всё перекрыто. Взрослый мужчина с солидными мускулами усиленно извинялся перед избалованным мальчишкой, который имел чересчур предвзятое мнение о себе, считая менее обеспеченных людей букашками, копошащимися где-то там внизу, под его дорогими туфлями.

Говорят, что сила — главное, но что управляет силой? Правильно, деньги. Миром правят деньги, даже старик будет кланяться в ноги ребёнку, если его родители видные и крайне богатые шишки. А если кто-то говорит, что деньги — это не главное, то он не видел реальности. Без денег даже не поживёшь, никуда не поедешь, ничего не купишь и даже не поешь.

Беглый взор на дорогу заставил водителя прекратить извиняться и нажать до упора на тормоз. Колёса громко взвизгнули, прочертив чёрные полосы на асфальте, а автомобиль резко дёрнуло от внезапной остановки, заставив пассажира впечататься лицом в противоположное сидение. Злости не было предела. Идиот, сидящий за рулём, сегодня будет уволен. Но его сейчас больше взбесили трое подростков, мешающих проезду.

— А ну сваливайте с дороги! Пошли вон! — опустив стекло, Ичицу излил свой гнев на второй тип идиотов, который он не переносил. То бишь это те, кто не жмётся по углам, когда он идёт. Как тот красноволосый, который не свалил с его пути в школе.

— А ты борзый стал, Ичицу.

Злость как рукой сняло. Он разглядел, кто это был. Это был Шото, мать его, Тодороки. И ещё двое из той школы для нищебродов. Он вспомнил их бедняцкую чёрную форму.

— Тодороки?

— Выйди-ка, надо кое-что обсудить, — разноволосый парень подошел вплотную к машине.

Но у Ичицу не возникло никакого желания покидать более-менее безопасный автомобиль. Парень немедленно поднял стёкло. А может пошёл он? Ичицу уже долго обдумывал идею сменить школу. Да, переведётся в другую, где не будет этого хмыря. Да, да пошёл он!

— Эй, чего замер! Тебе платят не за это! Жми на газ. Сами будут виноваты, если придавит.

— Да, Ичицу-сама.

Автомобиль взревел, стремясь сорваться с места. Но не двинулся ни на сантиметр. Толстая наледь надежно сковала колёса машины.

Ичицу и водитель вздрогнули, когда в салоне авто стало темнее и холоднее, а плотный слой инея покрыл все стёкла.

Зазвенел телефон. Он глянул на экран.

Это был Тодороки.

Выдохнув облако пара, как в самую студёную зиму, он обречённо ответил на звонок.

— Выйди по-хорошему, а то потом тебе придётся идти в травмпункт, а твоему отцу придётся искать нового водителя. И даже не думай натравить его на меня. А то на тебе будет висеть его смерть.

— Эй, не переходи границы. Нельзя так применять причуду. Ты целую тачку заморозил! Это запрещено!

— Смотрите, кто заговорил о правильности применения причуды. Сам-то не прочь других током кошмарить. И кто меня остановит? Твой водитель, который вжался в сиденье от страха. Прохожие? Их нет. Скажи спасибо, что тебя пока не поджарили.

— Я вызову копов! Героев!

— Будь уверен, что приехавшие сюда полицейские и герои сегодня знатно обогатятся. Не дури и вылезай, пока тачка не горит.

Парень судорожно обдумывал, что делать. Драться с ним не вариант. Причуда у него бьёт током, не смертельным, так тряхнёт пару раз. Он уже вовсю ненавидел свою причуду. Да и куда он против троих? А водитель будто вот-вот душу богу отдаст. Что за слабака наняли? Выхода не было.

Ичицу медленно вышел, попав под презренные взгляды блондина.

— Когда твой отец будет оплачивать долг? Только благодаря Тодороки он стал крупным начальником компании. Или он решил нас кинуть?

— Я… Я не знаю…

Миг, и Шото резко вывернул запястье Ичицу и с силой впечатал его в начищенную воском машину. Капот стремительно замёрз, болезненно обжигая прижатую щеку. Металл при низкой температуре жжёт не хуже раскаленного.

— Как ты не знаешь? Это твой грёбанный отец. Срок вышел неделю назад. Скажи своему дорогому папаше, что долг увеличен на десять процентов. Если он продолжит игнорировать, то пусть начнёт подыскивать хорошую охрану для своей семьи. Понятно?

— Д…Да… Понятно… Тодороки-сама, — просипел парень. Он увидел, как его водитель пулей вылетел из салона и вовсю прыть помчался по дороге. Ему жизнь дороже, найдет какую-нибудь другую работу без визгливого пацана и буйных подростков.

— Твой телохранитель умный, смекнул, что горит.

Никто не спешил вызывать полицию или героев. Было тихо. Возможно потому, что сейчас середина недели. В это время все на работе, а дети в школе и садиках. В таких тихих районах и взрыв среди бела дня не заметят. А вызовут пожарных часа через два, когда дым будет видно с другого конца города. Или жители опасались за свою безопасность? Ведь не факт, кто приедет на их вызов. Может подставной полицейский или купленный с потрохами герой? А они сразу доложат кое-кому, кто из горожан такой болтливый.

Или причина более обыденна? Просто людям было не до чужих проблем. А то, что творится не в пределах их жилья, не повод для беспокойства. То, что скрыто за чужими дверями и занавесками, там и должно оставаться. Пусть в соседнем доме кто-то медленно сходит с ума, заклеив все окна газетами. Пусть кого-то убивают этажом ниже, главное, чтобы не шумели, ведь с утра на работу. Пусть на улице кого-то избивают местные гопники. Пускай, ведь это не их проблема.

Ичицу в полной мере это прочувствовал, получив увесистый удар под дых.

— Вижу, что тачка дорогая и новая. Только из салона. Вместо выплаты долга покупаем машину?

Тодороки повернулся к Кацуки.

— Будь добр, расхерачь эту тачку.

Блондин кровожадно ухмыльнулся, ударяя первым взрывом до блеска начищенный бампер.

Мидория уловил что-то. Краем глаза он заметил движение за углом. Там кто-то спрятался.

С резким порывом ветра Изуку рванул с места. За мгновение пролетев несколько десятков метров, он завернул за угол и успел ухватить за шиворот уже убегающего школьника в до боли знакомой форме.

— О! Какие люди! Акамацу!

— Я… Я… Я ничего не видел! Просто мимо проходил! Честное слово!

Мидория с улыбкой откинул его на землю. Проскользив по асфальту метра два, Акамацу тут же начал в страхе отползать. Он с испуганными глазами увидел, как Бакуго с диким и восторженным хохотом терзал автомобиль. Взрывы корёжили металл, словно фольгу. А тонированные окна взорвались тысячью осколков.

— Хм… Мне кажется, что ты всё прекрасно видел. Особенно, как Каччан разносит к чертям тачку. Я бы отпустил тебя, но знаешь, Шото довольно злой человек. Хотя нет, я тоже довольно злой и злопамятный. А это плохо для тебя. Как ты там сказал? Беспричудные бесполезны?

И с этими словами кулак Изуку влетел ему прямо в лицо.

Некогда сияющий на солнце автомобиль был раскурочен. Казалось, будто машину прожевал какой-то огромный монстр. Измятый капот напоминал лунный ландшафт, а почти оторванные дверцы и испещрённые шины желали лучшего. Простым визитом к механику это явно не решится. Здесь лучше сразу новую купить.

— Что там было? — спросил Тодороки, отпихивая сжавшегося Ичицу, который обоими руками прикрывал своё распухшее лицо.

— Да, так, одноклассник наш, — небрежно ответил Мидория.

— Ничего не скажет надеюсь? А то можно заняться им.

— Да не, обещал держать язык за зубами.

— Если они у него остались, — зло хмыкнул Кацуки, разминая руки.

Шото вновь пихнул ногой Ичицу.

— Нам пора, а то на встречу опаздываем. Пусть твой отец выплатит долг в течение трёх дней. А если нет, то сам понимаешь. Ничего хорошего вам не будет. Из-под земли достанем.

***

Опустевшая койка в больнице означает лишь две вещи. Либо пациент выздоровел, либо умер. И Мидории не особо нравилась вторая часть этой концепции.

Всемогущий должен жить.

Среди облицованных стеклом и металлом офисных многоэтажек стояло оно, аскетично белое, порой становящиеся серым во время дождя, здание больницы. Оно высилось перед троицей пятнадцатиэтажным символом надежды для всех горожан. По праву это здание считается лучшей многопрофильной больницей Мусутафу.

Длинные вереницы пешеходов не часто смотрели на неё, да и вообще никто особо не смотрел на пейзажи из однотипных домов, следуя своему привычному маршруту. Они просто знали, что она стоит там и всегда готова помочь при любом заболевании. А пока их медицинская страховка будет, упаси боже, ожидать этого случая.

Размышляя об этом, Изуку кое-что заметил.

Их часто забывают. Но после всех происшествий и сражений героев именно к ним везут пострадавших. В надёжные руки медиков.

Врачи — вот кто настоящие герои, им не нужны яркие плащи и геройские прозвища, чтобы это доказать.

Конечно, они не ведут эпичные сражения со злодеями, которые видят тысячи, а то и миллионы людей по новостям. Они ведут незаметную для многих битву с самой Смертью, с той, которой не сможет бороться даже Герой Номер Один.

Мало кто задумывается, но среднестатистический хирург спасает больше жизней, чем именитый герой. И его враг — это не злодей, не грабитель, а смерть, неумолимая и безжалостная, которая не прощает ошибок и поражений. В их битве нет реваншей и подкреплений. Есть лишь операционный стол и жизнь, которую нужно спасти. Да и нависшая за плечом смерть, ждущая малейшего промаха. Однако случилось то, что заставило её отойти подальше, к самым дверям, на самую дальнюю скамью.

Появление причуд воплотило в реальность давнюю мечту человечества. В мире появились те, кто может лишь прикосновением руки исцелить абсолютно всё. Это был эпохальный прорыв в медицине.

Избранные целители могли даже излечить рак. Конечно, процедура должна повторяться раз в несколько лет, но это величайший дар человечеству. Как и исцеление сложнейшего перелома позвоночника, или болезней, считавшихся ранее не поддающимися лечению.

Так закончилась эпоха неизлечимых диагнозов. Теперь нет понятия невозможного. Стало возможно всё.

Все обладатели исцеляющих способностей имели стопроцентную гарантию получить высокооплачиваемое место с солидными привилегиями. Даже целитель, который залечивает только кожные покровы или только переломы, всегда найдёт хорошую работу.

Люди, способные исцелять, стали на вес золота, всегда нужны и оберегаемы правительством.

Разумеется, дар исцеления не применялся направо и налево, на каждом встречном — поперечном. Простые болезни, операции и раны лечились традиционно, неделя отдыха и пациент здоров. Ну или по смешанной методике, традиционная хирургия и исцеление применялись вместе. По законам, в любой крупной больнице обязательно должна быть хоть пара целителей среднего уровня, прошедших к тому же медицинское обучение. Это не раз-раз помахал ручкой и человек выздоровел. Никак нет, это полноценная учёба в медицинском, хотя и со своими привилегиями.

А в свою очередь, высокоранговые целители были наравне с героями такого же высокого уровня. Странные времена пошли, когда обладатели причуд стали эдаким стратегическим резервом любого государства. Они встали в один ряд с армией, флотом и иными силами сдерживания.

Но конечно, целители были не только в больницах. Успешные академии и организации могли себе позволить такого обладателя причуды. Например, та же именитая ЮЭЙ, самая знаменитая геройская академия Японии, имела в своих рядах сотрудников Исцеляющую девочку, Чиё Шузенджи. Отличное вложение денег для такого травмоопасного учреждения, как ЮЭЙ, где что ни урок, то травма. То ученик переборщил причудой, то факультет поддержки опять что-то взорвал на занятии, то тренировочный бой вышел за рамки, то очередной Спортивный фестиваль, где ученики уж больно рьяно боролись за призовое место. С такими сорванцами Исцеляющая девочка никогда не оставалась без работы.

Мидория, Бакуго и Тодороки вошли в здание, окунувшись ни с чем не спутываемую атмосферу больниц. Автоматизированный голос поприветствовал их, резюмируя их, что они пришли в одну из самых лучших больниц Мусутафу и Японии в целом.

Что бы не показывали в фильмах, в больницах никогда не бывает тихо. Ну по крайней мере в крупных. Гомон людей. Тревожные перешёптывания ожидающих родственников возле операционной. Визг колесиков несущейся на всех парах каталки. Всевозможные стоны и охи. Крик врача, требующий принести вторую отрицательную и дефибриллятор. Гудение и жужжание аппаратов. Ворчание уборщиц и санитарок. Громкий голос из приёмника, вызывающий некого доктора в операционную.

Даже ночью здесь не спокойно. Какой-нибудь пациент обязательно решит отдать богу душу именно ночью. Кого-то привезли на скорой после аварии или ограбления с огнестрелом. Сотни причин никогда не знать отдыха. Отравления, нападения злодеев, несчастные случаи, драки — бесконечная вереница причин отсутствия тишины в больницах.

И сейчас была как раз такая ситуация. Снаружи протяжно визжала сирена кареты скорой помощи. Распахнув двери, в больницу влетела каталка в окружении медиков.

Привезли раненого, у него из груди обильно текла кровь, а значительный кусок арматуры доходчиво объяснял в чем дело.

Люди тут же расступились, как бушующее море перед Моисеем, освобождая место. Кто-то ахнул. Кто-то поспешил отвернуться. А дама в широкополой шляпе шлепнулась наземь, не переваривая вида крови. И возле неё тут же замельтешили медсестры. Каччан вразрез со всеми моральными устоями общества, пробормотал что-то в подобии дохляка и слабака, который от штыря не мог увернуться. Шото вообще не вызвал у себя никакой реакции, будто это не стоит его внимания. А самому Изуку было позарез интересно, как спасут его? Лечить ведь куда сложнее, чем калечить. Кровотечение было как напор воды из сломанного крана, да и сам человек был бледнее листа бумаги. Наверное, сейчас прибудет целитель.

Но его услуги влетят в копеечку, и лишь часть медицинской страховки покроет то чудовище в виде кучи нулей, смотрящее на вас с больничного чека.

Через две минуты прибыл он, в белоснежном халате, будто ангел с небес, обладатель исцеляющей причуды. Белокурый парень, автоматически поправив свои очки, профессионально разрезал окровавленную рубашку. Он быстро осмотрел человека, внимательно вглядываясь в угол вхождения арматуры и нащупывая пульс.

И к ужасу всех посетителей, целитель внезапно выдернул штырь. Кровавый фонтанчик тут же явил себя. Арматура с звонким стуком приземлилась на стремительно краснеющий пол.

Но у врача не было никакой паники. Он тут же приложил ладони к кровоточащей ране, и они засияли ярче прожекторов. Раньше бы это назвали Божьим чудом, но сейчас это стало нормой, обычным делом, которое, конечно, обойдется в кругленькую сумму. Но несмотря на это, люди смотрели на исцеление, замерев, как на настоящее явление силы Бога.

Через мгновение человек уже был не так бледен, грудь мерно поднималась без ужасных хрипов, у него уже не шла ртом кровь. А рана стремительно затягивалась, пока не исчезла совсем. Сразу видно целитель высшего класса. Такой и смертельную рану в раз вылечит, да и то шрамов не останется.

Приёмная тут же разразилась аплодисментами и радостными возгласами. Радовались все, словно этот раненый был родным сыном всех присутствовавших. Напряжённая атмосфера, царившая здесь всего несколько минут назад, улетучилась вмиг.

— Вы просто чудо, доктор!

Целитель безукоризненно улыбнулся, одаривая теплотой всю толпу.

— Отправьте его для проверки на МРТ брюшной полости и головного мозга, у него также было сотрясение, которое я тоже излечил.

— Вы потрясающи!

Вновь он улыбнулся, вытирая окровавленные руки об не менее запачканный халат. На его лице мелькнуло узнавание. А белоснежная улыбка стала ещё шире.

— Шото! Какие люди! Привет!

— Привет, Сугавара.

— Ты как всегда скуп на приветствия.

— Это мои друзья. Кацуки и Изуку, — сказал Тодороки, указывая на своих спутников.

— Всем привет, я Сугавара Тайки. Рад с вами познакомиться, — целитель приветственно поклонился и протянул руку, но тут же убрал, вспомнив, что он весь в крови, словно сумасшедший доктор из фильмов ужасов.

— У вас крайне занимательная причуда, — сказал Мидория, также приветствуя Сугавару.

— Отлично шоу, хотя я дал бы ему сдохнуть, — добавил Кацуки.

— Спасибо за лестные слова. Публике нравятся такие представления. А это поднимает имидж… По какому делу? Что-то болит?

— Мы к Тошинори-сану. В вип-палаты на пятнадцатом.

— Тогда давайте через служебный лифт, там меньше народу. Провожу как раз. Сейчас в обычных лифтах не протолкнуться.

Целитель с словно приклеенной улыбкой повел троицу по широкому коридору, к упомянутому служебному лифту. Табличка указывала, что это только для персонала больницы.

С джентельменским взмахом он пригласил гостей зайти в кабину. Он быстро прошёлся по кнопкам, словно выбирая пластинку для прослушивания, от самой минус первой с надписью «Морг» до пятнадцатой, где находились вип-палаты. Тихо гудя, лифт поднялся вверх.

— Вы давно знакомы? — спросил Изуку.

— О да! С семьей Тодороки я давно знаком. Они мои лучшие работодатели. Всегда готовы щедро оплатить мои услуги. Здесь, в больнице, у меня подработка. А основной доход — это мои дорогие мафиози.

— Не сочтите за грубость, но есть ли минус в вашей причуде? Есть ли определённые условия применения?

Сугавара настороженно посмотрел на Изуку, а затем на Шото, словно спрашивая разрешения.

— Ему можно сказать. Он свой. Изуку интересуется всеми причудами, особенно занятными с его точки зрения.

— О! Тогда хорошо! Я не могу лечить себя. Не могу излечить старые раны или шрамы. То есть рана должна быть свеженькая. Например, у человека рука оторвалась. Раз-раз и она будто и не отрывалась никогда! Но вот руку недельной давности, уже подгнивающую, не могу присобачить, это уже по сути мёртвая ткань, инородное тело. Рак не могу вылечить, так как новообразования моя причуда распознает как часть организма. По этой проблеме надо обращаться к другим целителям, а такие есть в мире.

Сугаваре бы работать в театре, до такой степени он комично изображал оторванную руку. От выражений агонии и страха на лице до поднятого вверх большого пальца как оценки его лечения.

— Чтобы вылечить одного, вернее полностью вылечить, от кариеса до порванной аорты, а это смертельно в 90% случаев, ну или как сейчас тот человек с арматурой, мне нужно постоять на солнце полчаса. То есть я как чертово растение с фотосинтезом или солнечная батарея. Чтобы я сегодня вылечил восьмерых смертельно раненых я должен быть на солнце час, но зато ни шрамов, ни повторного лечения. Я почти весь день торчу на крыше, если нет срочных вызовов. И при этом мне нужен настоящий солнечный свет. Не ультрафиолетовая лампа, не причуда, не фонарик. А в пасмурные дни, если истрачу запас света, я бесполезен.

Тодороки фыркнул.

— Не заливай. У тебя эти восемь часов, считай, что спа-процедуры. С шезлонгом и коктейлями, да и с массажистками и официантками всё время заигрываешь. Бедный целитель весь день торчит на крыше. Нет, ты торчишь у бассейна, греясь в солнечных лучах. Да и тучи плевое дело разогнать.

— Эй, не ломай образ, я тут серьёзного врача пытаюсь строить! Лечить очень сложно. Тебе не понять.

— Да знаю, у меня больше калечить получается.

Врач махнул рукой на Тодороки, возвращаясь к теме разговора.

— На мелкие болячки, например, хрусть, палец сломался, уходит солнечного света минут на десять. Но обычно я мелочью не занимаюсь. Ещё минус в том, что я белый как лунь.

Сугавара обречённо показал на своё лицо. У него была просто неестественно белая кожа с такого же цвета волосами. Немного разнообразия его внешности придавали сероватые глаза. Но белый халат всё портил. Особенно сейчас, когда целитель напоминал неприкаянного призрака в окровавленных одеждах.

— Я никак не загорел. Видите? Способность, скорей всего, впитывает всё солнечные лучи. Да и мне нужно пить больше витамина Д чем другим. Прям пачками затариваюсь.

Белокурый парень замолк на несколько секунд, раздумывая, что ещё можно рассказать.

— Вот было дело! Оно подтвердило мои силы целительства! Его батя перестарался. Хэхэ… Поняли да? Старатель перестарался… Короче, он поджарил одного типа до такой корочки, что он больше на уголёк походил. Это была не четвертая степень ожогов, а выше! Хотя такой и нет. А главное, что этот человек был жив, еле-еле правда. Но информацию добыть-то надо! Вот его и привезли ко мне на всех парах. Я на него два часа света потратил, представьте два! И всё, как новенький ни ожогов, ни шрамов, хотя зажарился он до костей. Только ужас был в глазах, что жив остался или от пережитого.

Сразу видно, что этот доктор вип-персона. За «батю» могут и рыло начистить. Старателя так никто не называет. А за идиотские шуточки, по типу «перестарался», могут и на костёр отправить. Сугавара внезапно что-то понял.

— А что с ним стало-то? Он мне как родной стал, два часа как-никак потрачено.

Шото на мгновение задумался.

— Помер потом насильственной смертью.

Целитель был в шоке.

— Я старался, лечил, тратил на него время, а вы так! Совсем не уважаете мой труд. А буквально вырвал его из лап смерти! А хотя пофиг, забыл его почти.

Лифт остановился, возвещая о прибытии на пятнадцатый этаж.

— Ещё увидимся! Мне на четырнадцатый, нужно сменить одежду, хожу как мясник.

— Спасибо, что рассказали о своей причуде!

Казалось, что это вип-этаж не больницы, а дорогого отеля в эмиратах. Начищенный паркет, дорогие люстры в холле этажа. Несколько бежевых кресел и диванов, гармонично сочетающихся со светлыми стенами и потолками. Здесь же их встретила охрана больницы, чутко следящая за всеми приходящими посетителями. На данный момент вип-палаты пустовали, кроме одной. Это было сделано специально, чтобы не было лишних глаз и ушей. А возле этой самой одной палаты стояло два высоких и мускулистых телохранителя в аккуратных чёрных деловых костюмах. Ещё пара-тройка охранников также патрулировала весь этаж на всякий случай. Это были проверенные люди, которым Старатель мог доверить охрану данной палаты, к тому же у них были хорошие причуды на случай внезапного нападения или покушения. Хотя им не сказали, кем является пациент, которого они охраняют. Просто важный гость Старателя.

— Приветствуем, молодой глава. Приветствуем гостей. Просим кодовое слово, — с низким поклоном разом сказали два рослых охранника, но готовые в любой момент атаковать.

— Окинава.

У любого посетителя палаты Тошинори спрашивалось определённое слово, которое менялось каждый день самим Старателем. В эту эпоху причуд нельзя верить даже собственным глазам. Существование способностей, позволяющих подделать внешность и голос, добавили нервотрёпки работникам безопасности. Поэтому даже если к ним подойдет сам Старатель, не знающий кодового слова, то это было веской причиной поднять всю охрану на уши. Здесь тайна личности Всемогущего осталась под надёжной защитой.

Шесть этажей больницы идут по государственной квоте, то есть медики, находящиеся там, работают на государство. Всё остальные этажи — это частный сектор, который обслуживает людей за деньги. А сама она принадлежит многоуважаемому Сузуки Икимото, который являлся подставным лицом на бумагах, он даже выступает по телевизору, участвует в различных конференциях и пишет научные статьи. Но де-факто он работает на сами знаете кого. Он просто лицо, которое можно показать общественности. А на самом деле Икимото — это клан Тодороки. Больница по сути принадлежит якудза. Но обязанности учреждения, как ни странно, выполняются на сто баллов. Да и качество медобслуживания выше всяких похвал.Больницы были лакомыми кусочками для банд и злодеев, как и порты, игорные дома и торговые районы. Если герои и полиция не могут отстоять их, то управление над ними легальными и нелегальными путями охотно брали крупные преступники.

Там среди подушек и одеял на кровати лежал с капельницей тощий мужчина с жёлтыми волосами. Казалось, что он спал, но это было не так. Он был злодеем как никак. И его инстинкты не позволяли ему потерять из виду приходящих в его палату посетителей.

— Добрый день!

— Здравствуйте!

— Тошинори-сан!

Зеленоволосый размытым силуэтом метнулся прямо к Всемогущему.

— И тебе добрый день, Изуку-кун! И вам добрый день, Шото-кун, Кацуки-кун. Лечение прошло успешно, нужно полежать здесь ещё день-два для наблюдения. Тошинори Яги откашлялся, словно придавая своему голосу силы.

— Я хотел поговорить с вами. Вы знаете, что сейчас тяжёлые времена для злодеев, нас не много, но хотя бы и не мало. Да и сами злодеи — народ драчливый и территориальный. Мы горазды проредить ряды и героев, и таких же злодеев. Грызёмся как бродячие псы за голую кость, пока в стороне, совсем рядом лежит кусок парного мяса.

— В Японии много злодеев, которые облизываются, смотря на Мусутафу. И как ни странно, именно слова Злодеи Номер Один и Номер Два их останавливают. Удерживают этот городишко от бандитских и злодейских разборок, даже войн. Все думают, что Символ мира — гарант их безопасности, но нет. Злодеям не страшен Герой Номер Один, что он им сделает? В тюрьму посадит? Ну и что, отсидят и на волю, опять злодействовать, а то и побег. Нет, они боятся нас, Номера Один и Два. А потому что страх внушается непоколебимой силой и жестокостью, а не угрозой тюрьмы и общественных работ, и даже не Тартаром. Если сунутся, то от меня их ждёт только смерть, возможно долгая и мучительная. А вот Номер Два хорошенько пройдется по всей семье, близким, знакомым злодея, который решит задрать ногу не на тот город. Чтобы не повадно было. Да-да, Шото, ты прекрасно это знаешь. Это тактика просто прекрасно работает. Злодеи много раз подумают, надо ли захватывать этот город? Если потом твоя дорогая сестра и матушка сгорят живьём, а твои друзья-коллеги отправятся за тобой в могилу.

Всемогущий, говоря это, смотрел в окно, на город. Маленький мирок, подчинённый собственным законам и порядкам, но такой хрупкий, даже если забарахлит хоть один светофор. Мусутафу живёт своей жизнью, горожане спешат по делам, не зная, что на них смотрит Злодей Номер Один.

— Но как бы мы не были сильны. Нам нужны «братья по оружию». Иногда количество перевешивает качество. Есть предпосылки того, что крупные злодеи из Токио и Осаки могут что-то предпринять. Поэтому нам необходимо укрепить и пополнить свои ряды талантами. И важнейшее событие этого года — Злодейский спортивный фестиваль. Помните об этом. Там мы должны показать, что у нас есть сильный надел на будущее. Молодое поколение злодеев, которое станет новыми сильными игроками. Будущими топовыми злодеями, которые и будут перекраивать карту территорий.

— Вы должны в скором времени набрать талантливые молодые кадры, пока их не сорвал кто-то другой. Но сделайте так, чтобы они не укусили кормящую руку. Это понятно?

Глаза Всемогущего потемнели.

— Да, — сразу последовал ответ. Все трое имели глубокое уважение к Тошинори Яги, и как к злодею, и как к личности. Даже если сейчас он лежит в кровати после операции, даже если его огонь медленно, но неизбежно угасает. Сила и авторитет — это не единственные вещи, за которые чтят Всемогущего. Его опыт и знания — это то, что бесценно для молодых злодеев, и то, что он стремится им передать. Да, ошибки лучше совершать, чтобы стать в будущем ещё сильнее. Но кто их научит быть настоящими злодеями, а не второсортными D-ранговыми? Чтобы огонь, бушующий в них, не погасил какой-нибудь про-герой? Чтобы они не померли в первый же год или не сели за решётку? Кто заменит нынешних столпов преступного мира? Теперь это было задачей Тошинори — подготовить следующее поколение злодеев.

— Нельзя допустить, чтобы подращённые злодеи загрызли своих благодетелей. Но и не надо давить на них верностью и долгом перед нами. Странно это говорить, но эта Лига будет вашей личной ЮЭЙ наоборот. Вы будете учиться, их будут учить. А учить вас будут лучшие в своей «профессии». Сотриголова, Гран Торино, Старатель, я и ещё несколько видных злодеев в той или иной области. Сплотитесь. Я не говорю, чтобы там у вас была любовь и дружба до гроба. Пусть это будут дружественные отношения, в которых не нужно будет опасаться, что твой «коллега» вонзит нож в спину или сдаст тебя с потрохами героям.

Всемогущий выдохнул. Сейчас это был не Злодей Номер Один, а уставший и изнурённый болезнью человек. С блёклыми волосами цвета соломы, с чрезвычайно тощим телом, но сильным взглядом. Глаза Тошинори оставались прежними. В них ещё горел огонь и сила.

— И я бы не хотел видеть вас по разные стороны, в наши дни злодей-одиночка не выживет, каким бы он сильным не был. Сейчас всё стало сложнее. Я и Энджи были командой ещё со школы. А потом мы повстречали твою мать, Кацуки. И нас стало больше. Мы решили, что каждый из нас может пойти по своему пути, стать тем, кем пожелает. Да хоть героем.

Все знали, все злодеи и герои, простой люд и даже бабульки на скамейке, что Всемогущий и Старатель были такими закоренелыми друзьями, что их история товарищества уходила вглубь их школьной юности. В далёкие года, когда, как и сейчас, многие хотели стать героями, жили-были два юнца, которые планировали нагнуть всю Японию и даже мир. Ещё тогда им не прочили стать добропорядочными гражданами, несмотря на то, что у них были просто все качества для первоклассных про-героев.

Однако судьба решила зло пошутить над всем миром. И в будущем Тошинори Яги и Тодороки Энджи станут известны людям как одни из сильнейших злодеев мира. Два школьника так любили драки, что за один учебный день они умудрялись обеспечить поход к целителю половине учащихся и ещё десяткам других учеников из соседских школ. Слава их гремела, подобно грому, про их схватки с другими школьными бандами слагали легенды.

Стоит заметить, что в те года они то и познакомились с оторвой по имени и фамилии Мицуки Бакуго. Девушка с колючими блондинистыми волосами, алыми как кровь глазами, злой ухмылкой и чёрным байком не уступала в кровожадности и драчливости им обоим. С её присоединением к компании Яги и Энджи их слава только увеличилась, а легенды о битвах стали лишь ещё эпичнее и кровавее. Эта дружба стала лишь прологом к их безбашенному будущему. Но эта история будет рассказана чуть позже.

— Затем я решил покорить мир, покинул Японию на время, рванул в США, где наделал шороху. Но наша дружба осталась, как бы это не звучало. У злодеев есть друзья-товарищи. Герои бы посмеялись, — Тошинори усмехнулся. — Энджи основал собственную мафию, это стало поддержкой и тем, что расширило влияние наших злодеев на город и страну в целом. Нам бы пришлось нелегко без пущенных корней в экономику и политику. Сейчас в Мусутафу даже есть адвокатская контора, которая эффективно и законно отмазывает и вызволяет из тюрем наших злодеев, да и перспективные кадры. А Мицуки, пусть и остаётся в тени и не сияет на экранах, продолжает нам помогать. Тошинори ясно понимал, что у него осталось мало времени как Злодея Номер Один. Его взгляд был серьёзен и твёрд. Он посмотрел в глаза каждому.

— Я верю, что из вас выйдут еще более великие злодеи, чем мы были и есть. Вам предстоит многое совершить. Будут ошибки, будут разногласия и падения. Но вы не должны конфликтовать между собой. Называться Злодеем Номер Один — это не та цена, чтобы вы грызли друг другу глотки. Вы буквально выросли у меня на глазах, и я не хочу, чтобы некие Изуку, Кацуки и Шото поубивали друг друга в будущем, сделав радостный сюрприз для героев. Запомните это. Если вы хоть когда-нибудь меня крепко уважали, то выполните моё желание.

Лицо Всемогущего стало ясным, казалось, что исчезла вся усталость, засевшая в нём. Он вспоминал, как пришёл с Энджи к Мицуки в роддом. Там в палате, с довольной лыбой на всё лицо, сидела она с кульком в руках. Даже тогда Кацуки был пылким на характер, он бойко размахивал руками и так по-злодейски смотрел, когда гости взяли его на руки. По пути они поставили серьёзное условие её мужу, что если Мицуки будет несчастлива в браке, то им лично займутся Злодеи Номер Один и Номер Два. Хотя, зная её характер и силу, плохо жилось бы именно мужу.

А ранее, в этом же году, в январе, родился Шото. Тошинори также ясно помнил тот день, когда Энджи познакомил его с сыном, как всегда делал со всеми своими детьми. Разноглазый ребёнок был такой серьёзный, прямо маленький взрослый. Он никак не мог его рассмешить. Шото лишь осуждающе смотрел на Всемогущего.

Тошинори довольно ухмыльнулся.

— Старатель — это удивительный человек и злодей. Я хотел бы, чтобы он был Злодеем Номер Один, он этого достоин как никто другой. Но как сам говорит Энджи, ему сполна хватает нервотрепки Номера Два и главы якудза. К тому же совсем скоро синдикат Тодороки станет крупнейшим в Японии. Он создал настоящую империю, которую ты унаследуешь, Шото-кун.

Тошинори посмотрел на Изуку.

— А я так и не решился заводить детей. Но потом появился ты, юный Мидория. Тот день был судьбоносен. Мальчик мой, я дал тебе Один за всех, величайший дар. Силу, способную перевернуть мир с ног на голову. Я сделал тебя преемником этой силы. Ранее я хотел дать эту способность Шото или Кацуки, но Мицуки послала меня на… Кхм… Такое неэтично говорить… Кацуки-кун, она сказала, что моя причуда будет мешать тебе, что у тебя должна быть собственная сила, а не сила «какого-то тощего патлатого дядьки». Так у тебя будет больше простора для развития, ты будешь волен выбирать свой путь. Короче, она высказала мне долгую речь. А Энджи сказал, что три причуды — это тяжело для организма, да и для потенциала развития. Хотя идея ему и нравилась, но он вежливо сказал искать кого-то другого.

— Сейчас, вспоминая это, я уверен, что тогда был сделан правильный выбор. Вы становитесь прекрасными злодеями. Ваше развитие причуд на высоком уровне. Лучше быть сильным в своих способностях, уверенно их использовать, а не уметь всё по чуть-чуть, уделяя меньше внимания основам.

— Каждый из вас достоин титула «Злодей Номер Один». У вас всех есть перспективы и силы, чтобы им стать. Это будет конкурентная гонка, особенно, если будут другие сильные соперники со стороны. Любой из вас сам сможет стать великим злодеем, но вместе вы станете величайшими злодеями. Даже на мировой сцене. Помните это. Возможно, мне скоро предстоит уйти со сцены, я это чувствую. И тогда Старатель будет значится на этом месте… До тех пор, пока кто-то из вас не завоюет этот титул.

Эти слова повисли в тишине.

В этой палате с вероятностью в девяносто пять процентов находился следующий Злодей под Номером Один, будущий Бич Японии и новый Символ Зла.

Редактировать часть

Не буди во мне злодея

Порой нас просто заставляют

стать злодеями.

Беспорядочный топот бегущих глухо отдавался от стен. Ужасный рев безумного зверя, почти разрывающий ушные перепонки, сильнее подгонял убегающих. Опыт, вбитый в самую подкорку, кричал троим гангстерам бежать и бежать без оглядки. Они уже не раз проклинали это чёртово задание, этот чёртов приказ от чёртова Чисаки.

За ними, источая чистую ярость, на бешеной скорости неслось нечто, похожее на огромную тёмную тень с очертаниями птицы. Чудовищные когти монстра вспахивали асфальт и крошили бетон в щебень. А его светящиеся злобой глаза и нечеловеческий рев будут им снится в кошмарах, если они, конечно, сумеют спасти свои шкуры.

Если бы трое якудза хоть раз подумали на холодную голову, то они бы заметили странную тишину на улицах окраины Мусутафу. Да, это странное обстоятельство можно объяснить глубокой ночью, когда никто не шастает по этому району, ища приключений и дразня старуху с косой. Или всё одновременно решили стать слепоглухими, и поэтому не замечают жуткий рёв и душераздирающие крики за окном ночью. А хотя кто будет спокойно думать, если уже двоих твоих товарищей разорвали на куски и теперь их внутренности покоятся где-то на забытой парковке?

Запыхавшаяся троица внезапно бросилась в сторону, резко уворачиваясь от когтей тени. Один из них остатками сил послал в чудовище заряды копий, но те, громко лязгнув, не причинили никого вреда тени, а лишь взбесили ещё больше.

— Кончай уже силы тратить, ты лишь его больше злишь! Сюда в переулок! Он не пролезет!

Трое якудза, почти исчерпавшие свои причуды, метнулись в спасительный переулок, надеясь, что это остановит нечто. Двое их соклановцев, которые уже почили в мир иной, обладали более боевыми причудами. И разве они знали, что простенькая миссия по возврату сбежавшей девчонки босса станет такой опасной? Смертельно опасной? Что сложного? Прибить одного школьника, схватить ревущую белобрысую девку и вернуть её Чисаки. Раз плюнуть. Но нет, всё пошло по причинному месту. И как назло они взяли с собой обычные пушки, которыми этого монстра и не пощекочешь. Где чёртова базука с тротилом и пулеметы, когда они позарез нужны?

— Ха! Получил, выродок! Уж больно ты жирный! — запыхавшийся гангстер победно показал средний палец пустующему переулку с исчезнувшим теневым чудовищем. — Сейчас отдышимся и по… Бандит не закончил свою мысль, взлетев резко вверх и исчезнув в ночной мгле, где раздались его крики и звуки разрывающейся плоти. Двое его товарищей застыли, до тех пор, пока на них дождём не посыпались потроха и части тела уже не кричавшего якудзы.

— Срань господня!!! Оно летает!!!

Двое выживших сорвались с места, как матёрые спринтеры. Мрачное осознание со скоростью света перемкнуло все нейроны мозга, смотивировав их бежать ещё быстрее. Страх и паника открыли у них второе дыхание. Один из них даже сумел создать зеленоватый щит, в который врезалась пикирующая тень, словно вылезшая из кошмаров.

Ожидаемо, что щит не продержался и секунды. Громко треснув, он осыпался осколками на окровавленный асфальт. Но эта попытка дала небольшую, но всё же фору убегающим якудза. Чудовищная тень взревела нечеловеческим голосом.

— ГДЕ ОНА?! ГДЕ ЭРИ?!

Монстр заговорил. Оно ещё и разговаривает? Якудза моментально покрылись вторым дополнительным слоем мурашек от этого бешеного вопля.

— Что, сука, ты такое?!

— Беги, твою мать!

Прыжок через ограду, бросок в переулок, ещё один переулок, ещё чуть-чуть. Там, на заброшенной строительной площадке, их ждало подкрепление. Подкрепление с автоматами, которое прибьет грёбанного монстра.

«О подожди, сучёныш, сейчас тебя накормят свинцом!»

Это мысль лелеяла их получше, чем любая путана, которую они когда-либо снимали в своей неправедной жизни. Ещё несколько поворотов, и они пулей вылетели на стройплощадку. Но их радость и надежда треснули как скорлупа под ботинком.

Пусто. Стройплощадка была пуста. Пуста как кладбище ночью. Не было обещанного подкрепления. Это конец. Больше нет сил. Осознание безнадёжности и бессилия накрыло их леденящей волной.

Тень мощно метнулась на строительную площадку, вздымая кучи песка и щебенки. Оно со скоростью атакующей гадюки вцепилось в ногу одного из оставшихся и с легкостью переломило её, словно тростинку. Крича от боли, раненый, но пока живой гангстер, решил умолять о пощаде. Краем глаза он увидел, что его пособник старательно драпает во все лопатки. Бежать по песку крайне тяжело, но тот справлялся на все пять с плюсом. Ведь если на кону твоя жизнь, то это не помеха.

— Что тебе надо? Деньги? Бабы? Девственницы? Я всё достану! Но прошу, не убивай!

— ЭРИ, ДЕВОЧКА, ГДЕ ОНА?

В глазах теневого монстра мелькнуло сознание. Это было что-то, что может думать, как человек.— А, девка, она, она у него, — немного обнадеженная жертва показала пальцем на убегающего «товарища». — У него в кармане есть банка, там девка, просто разбей её. Она станет прежнего разме…

Его слова утонули в хлюпающих звуках вспоротой грудины. Тень бросила на быстро краснеющий песок умирающее тело и, резко оттолкнувшись, стрелой нагнало пытающегося спастись гангстера. Быстро обвив шею последнего выжившего, монстр поднял задыхающегося бандита над землей.

— ОТДАЙ ЭРИ, И ТЫ СДОХНЕШЬ БЕЗ МУЧЕНИЙ.

Выбор был очевиден. Смерть без мучений выглядит более привлекательно, чем смерть долгая и мучительная. Якудза невольно скосил глаза вбок, заметив раскуроченную грудь своего брошенного товарища. Он нервно сглотнул и дрожащими пальцами открыл кармашек, выудив оттуда небольшую стеклянную банку с маленьким человечком внутри.

К его шоку, монстр бережно, чрезвычайно аккуратно взял баночку и спрятал в её глубинах своей тени. Затем резко взмахнув острыми как бритва когтями, он вспорол брюхо гангстера. Дымящиеся внутренности со звуком мокрой тряпки шлепнулись на песок, сопровождаемые мучительными криками бандита.

— Ты обещал убить без мучений! — рыча сквозь окровавленные зубы, просипел умирающий, тщетно пытаясь зажать зияющую рану и остановить кровавый поток.

Тень, не обращая внимания на крики и отойдя на несколько метров, осторожно разбила стеклянную ловушку, выпуская пленницу на волю.

— Токоями!!! Тень-кун!!!

Маленькая девочка с белоснежными волосами и крошечным рогом на лбу бросилась в объятья чудовища, повергнув умирающего в ещё большее непонимание.

— ЭРИ!

Она рыдала и пыталась как можно больше обнять массивную фигуру тёмной тени и скрывающегося там друга.

— Ыаааа… Я думала тебя убили! Я так испугалась!

Теневое чудовище мужественно не обращало внимания на размазываемые сопли и слёзы.

— ВСЁ В ПОРЯДКЕ, ТЕ УБЛЮДКИ УЖЕ УМЕРЛИ, НИКТО ТЕБЯ НЕ ТРОНЕТ, — ужасающий голос монстра стал тише и напоминал сейчас урчащий двигатель дорогого авто.

— Дурачок, я за тебя беспокоилась!

Маленький кулачок Эри мягко ударил клюв монстра, вызвав лишь умиление у Токоями и Тени. Надо бы поработать над её хуком справа. Они мысленно сделали пометку этим заняться в ближайшее время.

— Эй, я ещё жив, ты не сдержал обещание, — захлебываясь, прошипел истекающий кровью бандит, спуская курок. И всё же он смог выстрелить последними патронами, целясь в девочку и в монстра. Но тёмная сущность упредила и так маловероятное попадание, накрыв Эри на всякий случай массивной лапой.

Теневой монстр резко повернул голову в сторону умирающего, его глаза злобно блеснули в ночной темноте.

— ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО Я БУДУ ДЕРЖАТЬ СЛОВО, ДАННОЕ ТАКОМУ ПОДОНКУ КАК ТЫ?! ПОДОНКУ, КОТОРЫЙ РАБОТАЕТ НА УБЛЮДКА ЧИСАКИ?

Чудовищный облик медленно спал и перед ним предстал тот самый пацан, которого они якобы и пристрелили. Пацан с птичьей головой, который сейчас держал на руках Эри. Видя недоразумевающее лицо якудзы, парень продолжил:

— Идиоты, пули и подобная хрень не действует на меня, нужно было использовать свет.

Последнее, что гангстер видел и слышал в своей жизни: это пасть тёмного монстра и мерзкий хруст собственных позвонков.

***

Адреналин, вызванный погоней и битвой, покинул Фумикаге, оставив его наедине с навалившейся за день усталостью. Леденящий ветер унёс собой вонь крови и внутренностей. Но тела и краснеющий песок просто так не исчезнут, как бы он этого не хотел. Сил, да и желания что-либо закапывать у него не возникало после пройденного дня. Промозглая погода с ветром этому явно поспособствовали, вызывая лишь стремление поскорее отсюда убраться в какое-нибудь тёплое место, оставив всю эту грязь на догадки детективов и героев.

Тщательно осмотрев опостылевшую ему стройплощадку, Токоями облегченно выдохнул. Видеокамер нет, а значит связать его и теневого монстра, который возможно попался на несколько камер, никто не сможет. Хотя он и старался не светится лишний раз. Но догнать этих ублюдков было куда важнее.

Эри сидела на груде шлакоблоков, куда Фумикаге её усадил, чтобы она была подальше от места бойни. Однако девочка и так многое уже увидела, и явно не то, что полагается видеть ребёнку её возраста. Хотя он догадывался, что Эри видела куда худшие вещи, находясь в грязных лапах Чисаки. На эти мысли его наводило то, что она крайне апатично отреагировала на растерзанные тела и похищение в целом. После всего случившегося Эри была спокойной, хотя и немного тихой, чем обычно. В её случае нормальный ребёнок бы до сих пор плакал, ревел навзрыд, пугался или вообще был бы в ступоре. Тревожный звоночек для Токоями.

Но всё же парень надеялся, что её детское воображение рисует совсем иную картину. Не кровоточащие трупы, а бутафорию, истекающую кетчупом или джемом. Что всё это игра. И эти измазанные дяди скоро встанут и уйдут по своим делам.

Фумикаге хотелось бы этим себя успокоить. Но Эри знала, что происходит, если человеку раскурочить грудину, что люди умирают, что это не кетчуп, а кровь. Знание не её возраста.

Концепция смерти и собственного осознания не должна волновать её в такие юные годы. Сейчас бы ей играть в куклы и восхищаться про-героинями. Но Чисаки решил иначе.

Как можно собрать заново человека, повторять это из раза в раз? Токоями в который раз проклял гада, желая, чтобы его кто-нибудь убил медленно и мучительно. Он надеялся, что у него появится шанс отомстить за Эри. Хотя смерть будет слишком лёгким исходом для этого ублюдка. Поэтому придумывание наказаний для Чисаки было их любимой темой для разговоров. Порой смешные, как выкидывание его в открытый космос или в жерло вулкана, а порой довольно дельные.

— Я запачкалась.

На комбинезоне Эри, который явно видал лучшие дни, потемневшей россыпью крупных пятен виднелась уже засыхающая кровь.

— Так, что-нибудь придумаем. Вроде соль помогала оттереть это, но, возможно, скоро у нас будет шоппинг. Скоро весна. И нам нужно затариться самыми модными шмотками. Тебе какое-нибудь красивое платьице и гольфы, а может крутую кепку с толстовкой и рваными штанами. Будем вдвоём начитывать рэп и рисовать граффити.

Эри радостно улыбнулась, ей нравился «шоппинг». Это было забавно, будто они шпионы, которые отправились на задание. Токоями выпускал Тень-куна, и он гибкой змеей дотягивался до развешанного белья во дворах. Порой они весело перепрыгивали через заборы, сбегая с украденной одеждой от проснувшихся хозяев. Лишь они и звёзды над головой. Фумикаге подхватывал Эри, несясь по крышам на всей скорости Тень-куна с развевающимися джинсами и шарфами.

Тогда Эри чувствовала себя по-настоящему живой.

— Ну пойдем, поищем что-нибудь перекусить, — Фумикаге ловко усадил девочку на плечи и бодрым шагом направился прочь с этой стройплощадки.

— Чух-чух!

Сейчас в её воображении он был, скорей всего, весёлым поездом, мчащимся в страну с кисельными берегами. Ради Эри он готов быть и поездом, и самолётом, и пони, и драконом, который растерзает любого, кто захочет причинить ей вред.

Радостный смех ребёнка был бальзамом на душу Токоями после сверхнапряжённого дня, за который он успел словить несколько пуль, устроить погоню за похитителями, успешно их раскромсать и спасти девочку. Больной псих Чисаки никак не хотел оставить её в покое.

Якудза находил их постоянно, посылая за ними своих бандитов. Скорее всего, после всех неудач приспешников, Чисаке самолично займётся ими. И это пугало его, поэтому Фумикаге серьёзно подумывал покинуть Мусутафу, однако что-то ему подсказывало, что этот тип найдёт их и в другом месте.

Изначально прибыв в этот город, Токоями даже не думал, что всё так усложнится. Простые планы подработать или укорениться здесь, если получится, превратились в догонялки Тома и Джерри. Он и Эри в роли мышонка, а Чисаки взял на себя амплуа крайне опасного и смертоносного кота. Вернее, это были смертельные «беги и прячься» с чудовищным якудза, где любой промах может стоить парню жизни, а девочке это обойдётся возвращением в распростёртые руки гангстера, которые не сулят ничего хорошего.

Как так вышло?

Тот день Токоями помнил в мельчайших подробностях.

Она появилась внезапно. Тихо выскользнула из переулка.

Маленькая и крайне напуганная девчушка среди людей, которые не видят её. Как будто она ничто.

Но он видел её. Ребёнок напоминал ему призрака среди живых, внезапно просочившегося сюда из мира небытия. Она была бледная, с вездесущими бинтами, в потрёпанном белом платье, без обуви. И с такими испуганными и молящими о помощи глазами. Да, точно призрак с белыми как снег волосами, который молит о спасении. Токоями был в двух метрах от неё и видел, даже чувствовал её ужас, когда она повернулась к переулку, словно там был настоящий монстр, страшное чудовище, которому самое место в сказках.

Девочка увидела кого-то там, в темноте. И она боялась этого до такой степени, что стала ещё белее и дрожала так, будто на улице середина зимы. Тёмная тень тихо заурчала, почуяв исходивший от неё страх.

Это был не просто страх. Это был дикий ужас. Так боятся только монстров.

Он не думал.

Фумикаге резко рванул вперёд, не раздумывая о последствиях, — главное спасти её. Он пулей пронёсся мимо переулка, где таилось чудовище, хватая девочку в свои объятья, и несясь дальше на безумной скорости, ныряя в толпу.

Краем глаза Токоями успел увидеть в том переулке высокого парня в странной маске, напоминающей клюв. И его выражение лица, где боролись две эмоции. Удивление, граничащее с шоком, и чистый гнев.

Позже он узнал, что этого парня зовут Чисаки, Чисаки Кай, босс группировки якудза под названием «Восемь заветов Смерти», известный под прозвищем Восстановитель. Жуткий тип с такой же жуткой причудой, способной разбирать и вновь собирать всю материю, к которой он прикоснётся.

То есть Чисаки мог расщепить и вновь воссоздать человека. Но был ли этот человек тем же что и раньше? Как понять, что ты — это ты?

Да, он влип. Однако прокручивая тот день, те события, он бы сделал это снова. Снова бы спас её от Чисаки. Да хоть от десятка Чисаки. Даже если всю жизнь ему придётся скрываться.

Птицеголовый мчался на всех парах, петляя в переулках и перепрыгивая через ограды. Он чувствовал тепло прижатого к нему тела, которое вцепилось в него недетской хваткой. Парень не думал останавливаться, хотя лёгкие кричали об отдыхе, но чутьё подсказывало, что тот тип в маске просто так не отпускает своё.

Когда ноги стали уж совсем ватными, он быстро огляделся и сел на почти пустой автобус, прикрыв ребёнка своей курткой. Дребезжание автобуса успокаивало, позволив ему собраться с мыслями и хорошенько осмотреться в поисках преследователей. К его облегчению, их не было. Вернее, никто не мчался за автобусом на чёрной машине с тонированными стёклами или на ревущих мотоциклах, поливая их градом пуль из автоматов. Его мысли плавно перетекли к вопросу «Что делать дальше?». Варианты дальнейших действий заполнили его голову.

Пойти в полицию, к героям? Точно нет. Продажные копы и герои не давали ему уверенности, да и его неприязнь к правоохранительным органам и геройской системе была весомым аргументом. Он толком даже не знает, какому герою вообще здесь можно доверять. Детский дом, соцслужбы были не лучшим вариантом. Какая семья ей попадётся, если кто-то решит её удочерить? Вдруг её опекуны будут ещё большими монстрами? Да и детский дом — жестокое место, порой дети бывают похуже взрослых бандюганов. И кто помешает этому человеку напасть на геройское агентство, полицейский участок, новую семью девочки? «Что делать, что делать, что делать?»

Он ясно понимал, что и сам здесь на птичьих правах. Ни дома, ни постоянной работы. Никудышный вариант для заботы за ребёнком. Да и он сам буквально ребёнок. Ну подросток.

Токоями отвлёкся от своих размышлений, услышав сигнал об остановке.

Конечная.

Он мог выдохнуть. Они были на другом конце города. Заплатив, парень осторожно вышел, опасливо озираясь по сторонам.

— Спасибо, спасибо, спасибо…

Она продолжала шептать это слово, крепко держась за Токоями.

«Он насильник? Может ему нравятся маленькие девочки? Что за мерзкий тип?»

Приехав в Мусутафу, он знал, что здесь его не ждёт мир, дружба, жвачка. Но Токоями никак не думал, что наткнётся на извращенца-лоликонщика, который походу обеспечил маленькой девочке ПТСР на всю жизнь. Мусутафу явно не жалеет приезжих, да и своих горожан тоже.

В это время тёмная тень появилась и начала корчила рожицы девочке пытаясь её развеселить.

— Как тебя зовут? — тихо спросил Фумикаге, отпихивая от неё Тень. Не хватало ещё, чтобы оно напугало её своей мордой.

— Э…Эри…

Лёгкий тычок заставил его выскользнуть из воспоминаний.

— Ой, Токоями, смотри! Птичка! — Эри усердно махала ворону, который скакал совсем рядом с конвертом в клюве.

Птица с любопытством посмотрела на Эри, а потом на Фумикаге, что-то себе отметив в своём птичьем мозгу, она положила конверт на землю и требовательно по нему постучала.

Немного посомневавшись, с помощью тёмной тени подросток всё же аккуратно вскрыл конверт. Если там бомба или ещё что? По идее взрывчатка не влезет сюда, но всё же у Чисаки ведь больная фантазия. От него даже боязно бумагу брать. Вдруг ты порежешься об неё или просто потрогаешь, а потом подхватишь сибирскую язву, бубонную чуму, оспу, холеру и прочую хрень вместе взятые? В любой другой ситуации он бы выбросил этот конверт к чертям собачьим. Но он питал какую-то слабость к этим отчужденным птицам, которых пугаются и гонят из-за предрассудков. Они напоминали ему его самого.

Там была записка с долбанным смайликом и грёбанным единорогом.

«Дорогой мистер Фумикаге!

Не беспокойтесь, мы не связаны с этим дебилоидом Чисаки и его позорной шайкой. Мы формирующаяся Лига Злодеев, которая находится под прямым покровительством Всемогущего и Старателя. Хотелось бы обговорить с вами ваше вступление в нашу организацию. Мы обеспечим наиблагоприятнейшую и наикомфортнейшую жизнь вам и вашим близким. Далее внизу есть адрес, где нас найти.

P.S. На собеседовании вас ждут бесплатные печеньки)»

И корявый единорог, нарисованный сбоку письма. Кто так пишет? Звучит как долбанное приглашение на собеседование в компанию.

— Печеньки!

Эри предвкушающе взмахнула руками. Она была безвозвратно потеряна. Её сердце полностью пленила фраза про халявные вкусности.

А тем временем Токоями размышлял. Это точно не Чисаки. Не тот он человек, который будет обливать себя грязью и рисовать единорогов. А абы кто не использует имя Всемогущего и Старателя, даже школьники. Хоть Фумикаге только недавно появился в городе, он точно знал, что это плохо кончается. Очень-очень плохо кончается.

Допустим, что это письмо правдиво. И если это ловушка, то он сумеет защитить Эри и себя. Возможно, если условия будут выгодными, то покровительство самых топовых злодеев будут на руку в защите от Чисаки. А ещё хоть кой-то веки Эри покушает сладостей. Ну была-не была.

***

Добравшись до места назначения, Токоями трижды проверил адрес. Он представлял логово злодеев как заброшенный склад на отшибе или старый бар, но никак не роскошный загородный дом. Злодейское логово должно же внушать страх и трепет? А не лютую зависть.

Его стереотипы о злодейских убежищах медленно пошли трещинами.

Да, злодеи — это не всегда полуразвалившиеся здания, пропахшие плесенью и крысиным дерьмом. Это не канализационные стоки, смердящие похлеще трупа, мариновавшегося две недели на июльской жаре. Нет, это комфортные дома, с просторной кухней и гостиной, с игровой приставкой и стабильным интернетом. Это загородная усадьба, с озером, с огромной тренировочной площадкой и с идеально подстриженным газоном. Злодеи — это ещё роскошь и удобство. Но как говорилось выше, не всегда. Большинство злодеев, не входящих под покровительство Всемогущего и Старателя, ютились в гнилых и продуваемых всеми ветрами заброшенных заводах и складах, по пути подхватывая коклюш и какое-нибудь другое стрёмное заболевание.

Фумикаге по привычке изучил всю видимую территорию, подмечая пути для побега на всякий случай. Указанное в адресе место было двухэтажным домом с каменной оградой из цельного камня и аккуратно стриженным газоном. Он не был знатоком архитектуры, но здание выглядело минималистично, но в то же время дорого. Да и район здесь довольно презентабельный, однако домов было штук десять, большая часть из которых пустовала.

Несмотря, что на глухую ночь, в доме перед которым они стояли горел свет.

Парень с осторожностью постучался, готовый в любой момент отразить нападение. Кто знает, что скрывается за закрытыми дверями? Уютный дом на первый взгляд никогда не покажется пристанищем серийного убийцы.

Миг ожидания, и за дверью топот спешно приближающегося человека. Слишком лёгкий шаг для взрослого. Щелчок отпирающегося замка показался ему звуком спускаемого курка.

Дверь распахнулась настежь. Токоями готовился к любому, к бритоголовым бандитам, к молчаливому злодею с одним глазом, авторитетному старику с катаной, к любому. Но не к этому. Его встретила невысокая девушка с болотного цвета волосами и с заметными лягушачьими чертами. Он бы назвал её милой и даже красивой, но его остановили глаза.

Два бездонных блюдца цепко изучали его. У девушки были до такой степени тёмные зрачки, что они казались омутами, в которых можно увидеть собственное отражение. В них не было и намёка на живость, будто на него смотрела кукла с невообразимо большими глазами, смотрящими прямо в душу. В детстве Фумикаге бы побоялся встретить её ночью в переулке, особенно после просмотра какого-нибудь ужастика. Хотя может она не такая неживая, когда улыбнётся?

— Ты пришёл по адресу, здесь Лига Злодеев. Я Цую Асуи. Извини, это глупо, но есть правило. Считай, что это проверка. Последний принятый в Лигу должен опробовать свои силы на новичке. Но зато ты сможешь потом отыграться на следующем новеньком. Не беспокойся, девочка будет в безопасности.

Токоями хотел было уточниться, но в следующий момент за спиной девушки раздалось низкое рычание. На него из полумрака уставилось три пары светящихся глаз.

С холла дома на Фумикаге смотрели три собаки, если можно так назвать огромных тварей с небольшого пони. Чертами они напоминали псов, то есть четыре лапы, морда, хвост. Однако на этом сходства заканчивались. Одна из них и вовсе напоминала гиену своей мощной шеей и загривком. Почти лысое, но жилистое тело, напряглось, готовясь к атаке.

Другая тварь, скорей всего, была главной нападающей. Напоминающая собой ротвейлера, псина была значительно мускулистее других, а голова и пасть шире и мощнее. Если такая вцепится, то простым укусом не отделаешься. Эта тварь своей челюстью мигом расколет кость, а то и череп. Третья собака выглядела как сухопарая, но прыткая гончая с облезлой шерстью. Длинные и сильные лапы этого создания предназначались для долгого преследования и бега. Но и этой попасться в зубы было бы неприятно. И все эти три твари смотрели на него уж больно злобными глазами, ощериваясь в ужасных подобиях улыбок. А их поведение недвусмысленно говорило о желании напасть. Что они и сделали.

Всё внимание Токоями было обращено на несущихся на него псов. Он лишь краем глаза заметил, как Эри подхватил длинный язык, выпущенный из-за рта девушки.

Фумикаге инстинктивно увеличил дистанцию, давая причуде место размахнуться.

Когтистые лапы противно заскрежетали об паркет дома, но уже в следующий миг они вспахивали землю, выдирая кусками газон. Если он думал, что самая крупная из них будет неповоротливой, то он глубоко ошибся. Чёртов «ротвейлер» мчался на него со скоростью бешеного вепря, совсем не отставая от других.

«Ну что ж, псины, Тень тоже умеет рычать». Токоями моментально вызвал Тень, решая бить с козырей. В таких сражениях лучше сразу подавить противника, не размениваясь на средние приёмы. Тёмное создание окутало его, покрывая броней, которую, как он надеялся, эти твари не прокусят. Теневой монстр яростно взревел, заставляя собак немного опешить.

«Что это? Ловушка? Она сказала, что это проверка. Если это западня, то они об этом пожалеют».

Эри была аккуратно укутана языком зеленоволосой девушки, которая без затруднений, как чёртов паук, ползла вверх по стене. Парочка быстро оказалась на террасе, расположенной на втором этаже, где они и остановились. Длинный язык вновь вернулся в рот девушки. Она с легкостью подхватила брыкающуюся девочку и усадила её к себе на колени, словно устраиваясь смотреть выступление. Пусть лучше они сидят и никуда не уходят с его поля зрения.

«Нужно уходить отсюда, но сначала разобраться с тварями».

Быстро оглядевшись, он заметил, как из тускло освещенных окон на него смотрели.

«Чёрт, там ещё кто-то есть».

Он мог размышлять и оценивать ситуацию, оставляя псин на Тень. Однако, чтобы победить в серьёзной битве они должны работать вместе. Как сейчас. Да и без контроля Тень любит пошалить, круша всё вокруг. Однако это ничто по сравнению с режимом берсерка, когда причуда полностью выходила из-под контроля. Теневой монстр становился ещё крупнее и безбашеннее, уничтожая всё вокруг, и живое и неживое. Фумикаге боялся вновь впасть в это состояние, он мог ранить и Эри в своем приступе буйства, а то и убить. Однако такого состояния давно не было, что его безмерно радовало.

Твари метнулись на него, раззявив пасти. Тень взмахнула огромной лапой, сбив в полете одну из них. Она шлепнулась наземь, разрезая газон своими когтями, но тут же ринулась в бой. Проблематично, если твари такие остервенелые в бою. То есть остановить их — это как пытаться остановить дикого кабана в атаке, то есть никак, разве что пулей в лоб, да и то не факт, что она пробьёт череп.

В открывшийся момент самая крупная врезалась в него с такой силой, что Токоями отшатнулся назад. Теперь парень пытался отдалиться от «ротвейлера» или полоснуть когтями, но размаха не хватало для значительного удара, да и шкура у той была как дубовая. В этот момент «гиена» вцепилась зубами в шею Тени, царапая её при этом своими немаленькими когтями. Тень взревела, то ли от боли, что маловероятно, то ли от негодования. Его проявлению причуды явно не по нраву то, что какая-то шавка его слюнявит и грызёт.

Длинные и острые, немного потемневшие зубы, сверкали всякий раз, когда псина норовила цапнуть его. Сложно бороться с несколькими противниками, но это в разы сложнее, если они дерутся слажено. А псы явно умели драться в стае. Как отделаешься от одной, то появится другая, и так по кругу.

Токоями сдёрнул с шеи тварь, с размаху кидая её как можно дальше. Та взвизгнула, раздробив собой одну из каменных статуй во дворе. Он не любил причинять боль животным, но сейчас был критический момент, если вообще язык повернётся назвать этих созданий собаками, верными друзьями человека, от души радующихся твоему приходу домой и которых всё равно любишь, несмотря на кучу шерсти и обязанностей.

Однако его сожаление длилось не долго. Собака вновь вскочила на ноги, бросаясь в бой с большим остервенением. Что это? Мутация? Проявление причуды или безумный эксперимент? Он так не хотел их калечить, особенно когтями, псы явно не давали своего добровольного согласия превращаться в это или чтобы их создали такими.

Размышления Токоями прервало гудение, словно над его головой повисло с десяток ульев. Темнота, слегка рассеянная фонарями, мешала нормальному обзору. Но он отчетливо заметил низко гудящее «облако». К нему стремительно приближалась целая туча насекомых. Через мгновение рой было видно во всей красе.

Фумикаге узнал их, только благодаря документалкам про животных, которые они с Эри смотрели по вечерам. Она очень любила смотреть про всяких зверюшек, вплоть до мерзко выглядящих насекомых и до глухо закрытых моллюсков.

Это были не просто насекомые, от которых отмахнулся и забыл. Нет, это были настоящие росомахи из мира насекомых. Гигантские шершни. Здоровенные твари с большой палец, обитающие в Японии. Имеют немаленькое жало с высокотоксичным ядом, который может вызвать анафилактический шок вплоть до смертельного исхода. Их укусы очень болезненны, и к тому же они прекрасно летают ночью. Шершни этого подвида убивают в среднем тридцать человек в год — больше, чем какое-либо другое дикое животное в Японии. А также это настоящие серийные убийцы медоносных пчёл.

Идиотские факты один за другим всплывали в его голове. Чёрт, его мозг нашёл время похвастаться своими знаниями в энтомологии. И каждое это знание не добавляло ему уверенности. Особенно то, что эти насекомые массово не нападают, если не разрушать их гнёзда. Но туча шершней говорила, что он как-то умудрился разрушить с десяток их ульев.

У Токоями возникло чувство, что против него ополчилась природа. Что за день такой? Он уже опасался, что на него из леса нападут уже настоящие кабаны и медведи.

Гудящий рой обдал его волной. Тень плотно защищала его, но любое открытое пространство может сыграть с ним злую шутку. Фумикаге никогда не был аллергиком, но укусы целой тучи ядовитых шершней любого свалят с ног.

В их атаке он кое-что заметил. Насекомые не кусали собак, а аккуратно их облетали. «Значит это действие причуды? Скорей всего, пользователь где-то рядом. Обычно такие причуды ограничены в пространстве», — парень надеялся, что это правда.

Токоями решил действовать более решительно, и если придётся раскрошить дом в щебень. Надо увести отсюда Эри, чтобы не случилось более ужасных вещей. Острые когти снесли три фонаря, оставляя столько же целыми. Это ровно столько, чтобы Тень не стала подобием настоящего монстра. Его причуда пошла волнами, увеличиваясь в размере.

— Тайм-аут!

Из дома, в хлопая в ладоши, вышел зеленоволосый подросток. Он восторженно смотрел на увеличивающуюся Тень.

— Коджи! Отзови собак и рой, достаточно!

Через мгновение из-за двери появился крупный и мускулистый парень с головой похожей на скалу. Он быстро выглянул, свистнул и также быстро исчез. А псы и насекомые вмиг потеряли к Токоями всякий интерес. Рой стремительно пропал, как и появился. Твари, виляя облезлыми хвостами, неспешным шагом двинулись к дому. Зеленоволосый даже погладил одну и них, и та, раззявив пасть, довольно пыхтела.

— Кожди у нас молчун, но в бою он на высшем уровне. Чувство, что против человека восстала вся природа, вплоть до тараканов.

Фумикаге не стремился успокаиваться, у него ответ на странные выходки только один. Бить в морду. И хорошенько, чтобы неповадно было.

— Вижу, ты не намерен останавливаться. Но к твоему несчастью, здесь есть те, кто свету может поддать.

Прямо на огромную Тень, которая была почти с дом, с окна второго этажа с диким хохотом выпрыгнул светловолосый парень, прооравший:

— Светошумовая граната!

Раздался взрыв. Это было оглушающе громко. Казалось, что мир на мгновение стал ослепительно белым.

Спустя пару секунд Токоями лежал на земле без сознания, а Тень исчезла, такое она явно не ожидала. Рядом стоял и довольно скалился блондин. Прыжок ничуть ему не повредил. Но в следующий момент удар в спину сбил его с ног, заставив отлететь на пару метров.

— Сука! Каччан! Я же ослепну так!

***

Мозг пока не воспринимал реальность. Голова гудела, но то, на чём он лежал, было по-райски удобным и мягким. Было только желание продолжать лежать с закрытыми глазами. Мысли тягуче, как патока, перетекали из одной в другую, пока воспоминания не нагнали их. Сонливость как рукой сняло.

Токоями вскочил, будто это не диван премиум класса, а раскаленная лава. Его глаза резало от яркого света, словно кто-то ранним тёмным утром врубил лампу. Щурясь, он мигом осмотрел окружение. Уже выпущенная Тень также настороженно искала опасность.

Напротив него за столом сидела Эри, которая вовсю наворачивала… печенье?

— Эри! Плюнь! Вдруг оно отравлено! Напичкано хренью! Плюнь! Плюнь!

Девочка лишь похлопала глазами и вновь запихала в себе рот ещё одно печенье.

— Они хорошие!

— Печенье? Ты не можешь этого знать! Плохие дяди засовывают туда плохие вещества. Они сразу не действуют, а потом это либо отравление, либо зависимость!

— Хорошие дети! Не печенье. Хотя и оно хорошее. Тот парень, большо-о-о-й такой! — она долго вытягивала слово, пытаясь объяснить высокий рост, — Его Рикидо Сато зовут, сам их пёк! Представляешь! Он даже сказал, что поделится рецептом. И если что научит готовить!

Токоями удручённо вздохнул.

«О боже. У неё ещё оставались такие чистые мысли об этом грязном мире. Она ещё могла доверять, несмотря на то, что прошла».

— Они сказали, что помогут нагнут Чисаки.

«Хотя нет, я ошибся, её мир больше не будет чистым и радужным».

Фумикаге хотелось лез на стену.

«Сколько прошло времени? Что, мать его, произошло?»

Комната не была похожа на камеру пыток или местом, в котором запирают заложников. Они находились в большой комнате, два огромных окна были сразу отмечены как пути побега. Хотя он не проверял заперта ли дверь.

Это была явно комната для отдыха. Большой плазменный телевизор, однотонные кресла серого цвета и такой же диван, камин, вделанный в стену, светлый пушистый ковёр на полу. Обычно такой интерьер печатают в глянцевых журналах, которые пишут о современном дизайне дома. Но ему не нравились эти журналы, они плохо горят и воняют при этом. Лучше старые добрые газеты. Кто-то постучал. Токоями мгновенно приготовился схватить Эри и броситься в окно. Или атаковать. Из-за двери показался тот самый парень. Лет четырнадцати-пятнадцати с копной непослушных зелёных волос. Он примирительно поднял руки вверх.

— Привет! Спокойно! Я не намерен причинять вам двоим вред. Начнем с представления. Я Мидория Изуку. Я из Лиги Злодеев. Ты прости за ту мини-потасовочку. И того дебила, который выпрыгнул на тебя со второго этажа. Это было испытание. Ну как в тайных сообществах колледжей. Как обряд посвящения!

— И с какого чёрта мне тебе верить?

С секунду Изуку обдумывал.

— Эри я понравился! Все понравились! Особенно белки и кролики Коджи!

— Да, очень, очень! — девчушка радостно замахала руками. Зверинец Коджи всех заставит растаять.

— Сколько я был в отключке?

— Час — полтора?

Токоями в душе ругался трёхэтажными ругательствами. Хотя за это время его могли грохнуть столько раз, что представить сложно. Они могли уже причинить вред Эри и ему. Но этого не случилось, зато Эри решительно все понравились. И что за белки и кролики?

— И есть ещё одна причина остаться и спокойно нас выслушать. И даже присоединиться к нам. Дам загадку. На «Ч» начинается, на «И» кончается, садизмом занимается, якудзой называется. Угадай кто это!

— Чисаки, — устало выдохнул Фумикаге. Это была значительная причина. Если они защитят их от него, то это веский повод присоединиться к ним.

— Долго придумывал загадку?

— Ага! Всей Лигой думали! И угарнули с рифм, конечно. Особенно Каччан, прыгун со второго этажа, был настоящим рифмоплётом. Но рифмы были не для детских ушей. Сошлись на более нейтральном варианте.

Изуку не был похож на злодея. Уж больно улыбчивый. Хотя много ли он повидал злодеев? А может есть и такие. Улыбчивые, весёлые, прямо душа компании. А потом бац! И твоей башки нет. А она на полу, смотрит на собственное тело, вылупившись, как кровь из шеи хлыщет на того самого улыбчевого, о которой и не подумаешь, что злодей. А он взял и голову тебе отчекрыжил.

— Ладно, расскажи сначала, что Лига Злодеев представляет собой? Всемогущий и Старатель правда крышуют вас?

— Да, наша крыша — это два столпа злодейского общества. Всемогущий — мой наставник. Наше с ним знакомство было по истине случайным! Оказывается, мать Каччана, Мицуки Бакуго, боже храни эту женщину, с давних пор знает Тошинори-сана, он же Всемогущий. И он частенько заходит к ним в гости. Да, Каччан — мой друг детства. Вместе мы творили такие дела, что соседи рвали себе волосы на головах и в истерике бились об стену.

Веснушчатое лицо Мидории расплылось в улыбке.

— Это были просто потрясные деньки! И вот в один из таких дней, когда я под стол пешком ходил, произошла наша с ним встреча.

Мидория не упомянул, что тогда Всемогущий был в своей истинной форме, был простым на вид человеком, тощим и красивым как скелет, в котором никто не мог заподозрить Злодея Номер Один.

— Тогда нас повязал местный соседский дозор. Ох и крики тогда были. Но мы смогли от них сбежать! Я цапнул за руку державшего нас мужика, а Каччан зарядил ему прямо между ног. А потом началась жуткая погоня! Хотя на самом деле, она и не была такой уж и жуткой. Просто для мелких нас эта была чуть ли не сцена из боевиков с полицейскими сиренами, бешеным лаем собак и сумасшедшей пальбой.

— Мы, конечно, смогли оторваться от преследующих нас соседей и незаметно скрыться в доме Бакуго. И от нашего резкого появления Всемогущий чуть не помер, поперхнувшись чаем. Чуть скорую не вызвали! И представляешь, никто не узнал, что мы совершили, можно сказать, самое успешное «почти покушение» на жизнь Злодея Номер Один… Потом пошло-поехало, он увидел во мне потенциал и решил меня обучить злодейству. А Каччан просто обожает всякие месилова, драки, кровь, мясо, кишки и тому подобное. Поэтому тоже решил вступить в Лигу. Вот такая вот история. Для Изуку это была просто судьбоносная встреча. Кто бы мог подумать, что уличный шалопай и заноза для всех соседей, станет наследником Всемогущего, самого Злодея Номер Один? Порой крутые виражи Госпожи Судьбы просто поражают.

— По сути Лига Злодеев создана для талантливых молодых злодеев для развития их способностей, чтобы в будущем они стали новым поколением топовых злодеев. В принципе, это похоже на цели геройских академий, чтобы воспитать следующее поколение героев. Однажды Всемогущий задался вопросом: «Почему у героев есть академии, где они массово взращивают новых героев, а у злодеев этого нет?»

Это была очень несправедливая схема. Герои имели каждый год стабильное пополнение в свои ряды, а злодеям везло, если вообще за год их численность не уменьшалась. Да и сами злодеи хороши. Большинство из них наоборот молодую поросль косит, чтобы конкуренции не было, или забирают к себе, где не дают проявить себя и губят все перспективы развития. К тому же многие молодые злодеи по неопытности за решетку попадают.

— Потом Всемогущий предложил решение этого вопроса Старателю, а идея тому понравилась. Так ими было решено создать Лигу Злодеев. А ещё организация нужна, чтобы Символу мира и другим героям жизнь мёдом не казалась. В начале у нас была фигова туча идей, как назвать это детище. Лига несправедливости, Отряд самоубийц, Злодейская Ассоциация, но подобная организация есть, только на международном уровне…

— Стоп. Международная злодейская организация? Не шутишь?

У Токоями расширились глаза от удивления. Это был просто невероятно.

— Да, реально! Они называют себя Ассоциация злодеев. Кстати говоря, туда входят ещё Всемогущий и Старатель. Короче, чтобы туда войти нужно получить приглашение. Там сидят самые видные злодеи и самые перспективные представители нашей… кхм… профессии.

— Это неожиданно.

Кто бы что бы не говорил, но у злодеев тоже должно быть своё сообщество. У героев оно есть, чем злодеи хуже? Обычные люди, даже герои порой и не догадываются, что мир злодеев больше, чем им кажется. У них есть свои правила, которым они следуют, точки сбора, где можно поискать себе напарников или команду, секретные форумы и сайты для новичков, где более бывалые злодеи делятся знаниями и опытом, если захотят, и ещё многое-многое другое.

— Сотриголова вообще поиздевался и дал совет назвать нас «Юные злодеи». Что за хрень? Словно название для клуба «Юные рукоделки» или «Юные морячки». Все на него тогда серьёзно обиделись.

— C Сотриголовой? — у Токоями появилось небольшое сомнение и даже неверие. Сотриголова, тот самый Сотриголова, находился где-то рядом, а не был очередной темой сплетен и слухов. — Он же неуловимая легенда подпольного мира. Он просто топовый злодей! Герои даже его внешности и настоящего имени не знают!

— Да, ещё как знакомы! Он, как ты и сказал, отличный злодей, — кивнул Мидория. Это истинная правда, такого злодея еще поискать надо. Но ничто не идеально.

Этот самый неуловимый злодей, про которого слагают пугающие истории, сейчас дармоедствует в доме Старателя. Чей жёлтый спальный мешок мозолит глаза всему семейству Тодороки который месяц. Чьё заспанное лицо заражало других сонливостью и бездельем как какая-то проказа. Минусы бывают даже у легенд.

Сотриголова, он же Айзава Шота, один из самых главных пугалок матерей и бабушек Мусутафу. Мол, веди себя хорошо, сынок, а то придет Сотриголова. Его неизвестность и неуловимость, а также странное прозвище, сыграли с ним весьма плохую шутку. Пугающие истории приписывали ему всякие «прибабахи». Не будешь слушаться, зловеще шептали они на ухо своим детям, Сотриголова залезет к тебе через окно и заберёт твою голову. Знаешь почему? Потому что он ненавидит, когда у других есть голова, ведь у него самого её нет. А тем, кто не хочет рано ложиться в кровать, говорили, что Сотриголова ходит поздно ночью и стучит в двери, ища свою оторванную голову. А если он услышит, что ты не спишь, то что он сделает? Правильно! Он оторвёт твою голову.

Айзава Шота плавно перешёл в ряд таких японских страшил, как Туалетная Ханако или Женщина с разорванным ртом. Он стал тем, про кого рассказывают ночью у костра, тем, чей дух вызывают перед зеркалом в школьных туалетах и тем, кого бояться увидеть в пугающей темноте платяного шкафа.

Был только вопрос, существует ли он? Этот Сотриголова? Монстр, который неуловим и прячется в тёмных углах, выискивая момент для атаки? Что ж, на этот вопрос знали ответ лишь полицейские и герои, пытающиеся который год вычислить и изловить «Убийцу героев».

«Убийца героев» — это его второй псевдоним, данный ему прессой. Некий преступник, который убивает про-героев тихо и незаметно, но наводя шороху в обществе. Однако только полиция и герои знают, что Сотриголова и «Убийца героев» — это один и тот же злодей.

Мидория невольно поморщился, вспоминая убийственную ауру и крайне пугающие до дрожи глаза Айзавы. А ещё его смертоносные тренировки под девизом: «Тяжело в учении, не сдохните в бою». Ух, такое и в кошмарах не приснится и ещё долго будет отдаваться болью в почках.

— И так, о чем это я? А вот, — Изуку поспешил вынырнуть из плохих воспоминаний, стряхивая неприятное чувство, — После долгих раздумий было решено назвать нас Лигой злодеев. Пафосно и со вкусом.

Он задумчиво постучал пальцем по подбородку, словно вспоминая что бы ещё сказать.

— У нас впереди несколько крупных дел, которые сейчас на стадии разработки. В повседневности члены Лиги набираются опыта, помогая в реальных преступных делах. Если хорошо себя покажешь, то тебя может взять под личное наставничество видный злодей. А это, поверь мне, просто шанс на миллион и лучший способ развиваться! И, конечно же, никто не отменял тренировки и обязательное участие в жизни Лиги! Лицо Мидории сияло как бриллиант в лучах солнца. И не просто так. Лига Злодеев, которая была лишь простой идеей, становилась полноценной организацией. Появились люди, которые приведут её в действие.

— Ну что решил?

— Я присоединюсь, но только с Эри. И если вы гарантируете защиту от Чисаки.

— Конечно! Я попрошу Шото организовать встречу со Старателем. Он всегда рад талантам. Ну чтобы ты стопроцентно был уверен, что Чисаки не будет проблемой, да и всё здесь происходящее не розыгрыш. Пойдём к другим, там со всеми и познакомишься.

***

В гостиной, не менее шикарной, чем та комната, сидели ещё шесть подростков. А на кухне, в которую плавно перетекала гостиная, здоровяк в поварском колпаке и фартуке что-то увлеченно готовил. Фумикаге чувствовал себя новичком в классе, а не новичком в организации матёрых злодеев. Здесь все несовершеннолетние, как и он?

Но тут он увидел тех самых собак, которые как ни в чём не бывало дремали у потрескивающего камина. Зачем в доме два камина — дело третье, но твари, недавно пытавшиеся загрызть его, мирно спали кучей, будто самые обычные домашние собаки.

Изуку, увидев насторожившееся лицо гостя, сразу поспешил его успокоить.

— Не волнуйся, без команды Коджи они не кидаются на людей. Это просто милые слюнявые увальни с облезлой шерстью.

«И с размером с пони. Что в этом опасного?»

— Здесь присутствующие — это нынешние члены Лиги. Некоторые появились недавно, некоторые здесь довольно давно. Есть ещё одна, так сказать коллега, её зовут Очако Урарака, но она отлучилась по делам. Настоящая стерва на молекулярном уровне, но в основном она весьма позитивный и дружелюбный человек. Есть ещё Каминари Денки. Он пошёл в магазин, его очередь. Никого из присутствовавших Токоями не узнавал, кроме той девушки-лягушки. А Эри пулей промчалась на кухню, будто это был её родной дом.

— Давай я расскажу о каждом, по пути и познакомишься! Это Момо Яйорозу, — сказал Мидория, показывая на красивую девушку с чёрными волосами, убранными в пышный конский хвост, она сидела в «читальной зоне», если так можно назвать укромное место с высокими книжными стеллажами. Момо оторвалась от чтения довольно пухлой книги и помахала ему в знак приветствия. — Официально её семья владеет крупнейшим банком Мусутафу и солидными пакетами акций. А неофициально они занимаются теневыми финансовыми потоками в городе и далёко за его пределами. В злодейском сообществе семья Момо крепко стоит на ногах, выполняя обязанности так называемого «злодейского банка».

Её родители решили дать своей дочери повидать настоящий мир и научить постоять за себя. Хотя она и до этого умела дать на орехи любому, но настоящий бой ничто заменить не сможет. Так Яойорозу прибыла в пока небольшую компанию и показала себя эрудированной и боевой девушкой, которая могла и постоять за себя, и план атаки продумать, если потребуется. А в общении Момо отнюдь не гордая аристократка, нет, совсем нет. Она всегда умеет находить общий язык и сразу подружилась со всеми. Яойрозу может и дать дельный совет, и обсудить кулинарный рецепт и последние тенденции моды, и посплетничать с другими девушками.

— В общем приятный в общении человек, но убивать не любит, и прямо об этом заявила в первый день нашей встречи. Сейчас Момо учится, чтобы получить образование экономиста, положение обязывает. Так что её часто увидишь там, в нашей мини-библиотеке, которую она оккупировала. Нормального чтива ты там не найдешь, всё книги про экономику.

Далее Мидория указал на блондина, рубящегося в приставку с красноволосым. Фумикаге хорошо не разглядел парня, который отправил его в нокаут. Но это был он. Теперь его рассмотреть не составило проблем. Пепельно-блондинистые волосы, которые острыми клиньями торчали в разные стороны. Нахмуренные брови, красные глаза и злая ухмылка, которая стала еще шире, когда он увидел Токоями.

— Эй, птичья башка, потом смахнёмся. По-серьёзному.

— Это Каччан, он же Кацуки Бакуго, один из тройки лидеров Лиги. Так он обычно людей приветствует, с которыми можно хорошо подраться. А клички Кацуки даёт всем. Я рассказывал о нём, так что пропущу его.

— Если ты говорил про меня гадости, я тебе вмажу, усёк?

— Да понял я, отвали.

Взгляд Изуку пал на разноволосого парня, который что-то сосредоточенно печатал в ноутбуке. Красно-белые волосы сразу выделялись.

— Это Тодороки Шото, он также лидер Лиги.

Когда парень повернулся, Токоями увидел, что у того ещё и глаза разного цвета. Серый и ярко-голубой. Прямо как у Старателя. Хотя намного ярче, чем по фото и видео, которые показывают новостные каналы. Скорей всего, камеры не могли передать всю насыщенность этого цвета глаз.

— Шото по совместительству и злодей, и якудза. Ты только не напрягайся, знаю Чисаки знатно испортил вам представления о мафии. Но клан Тодороки не такой. Честное скаутское! Ты, наверное, не знаешь, недавно в городе. Но босс этого клана сам Старатель, носящий титул Злодея Номер Два! И Шото его сын и наследник. Я и Бакуго подружились с ним, когда нам всем было по шесть лет? Токоями значительно напрягся при упоминании якудза. Уж больно плохой осадочек остался от другой мафиозной группировки. Он слышал, что Старатель — это Злодей Номер Два, но якудза? Он знал, что есть такой топовый злодей по прозвищу Старатель, но как-то пропустил информацию о том, что он ещё и клан мафии имеет. Фумикаге давно не смотрел новостей вдумчиво, фильтруя сказанное. Шото, заметив это, решил успокоить заметно занервничавшего парня.

— Чисаки позорит якудза. Наш клан ему не друг, и не враг пока. Но уж больно он стал борзый. Вот так вторгнуться на чужую территорию. Это может привести и к войне. И его маленькая организация, бум и исчезнет. Если ты член Лиги, то Чисаки к тебе и к Эри не сунется. Он вообще больше на эти земли не ступит. Ни он, ни его люди. И при этом у вас будут лучшие условия для хорошей жизни.

— Надеюсь, что он нас не достанет.

— Клан не поглотил его территорию лишь из-за уважения к прошлому главе. Он был хорошим соседом и боссом. Не то что этот мизофоб. Пока его не трогали, потому что тихо сидел у себя. Но сейчас он подозрительно активизировался. Кстати, мы так и не поняли, почему Чисаки так вас преследовал. Чем вы так взбесили его, что он пошёл в наглую нарушать границы? Ему не хватает его захолустного куска города?

— Всё из-за Эри. Она — внучка прошлого главы тех якудза, — Фумикаге решил не скрывать причину. Они показались ему стоящими доверия, чем больше те знают, тем легче будет её защитить. Его чутьё никогда его не подводило.

— Так она внучка прошлого главы? — Шото с большим интересом оглядел беловолосую девочку, которая вовсю разговорилась с Сато, словно пытаясь вспомнить её. — Я не видел её раньше.

— Ага, а ты думаешь, что старик побежит показывать свою дорогую внучку другой семейке мафиози? — с сарказмом поддел Изуку.

— Твоя правда. Значит она преемница Восьми заветов Смерти?

— По идее да. Чисаки должен был быть регентом, пока Эри не вырастет. Но он решил использовать её для своих грязных делишек.

— И что за грязные делишки у него?

Фумикаге немного помолчал, собираясь с мыслями.

— Чисаки пытается создать препарат, который навсегда стирает причуды, используя Эри, — разом скороговоркой выпалил Токоями. Тщательно скрываемая боссом Восьми заветов Смерти тайна вылезла наружу. Все присутствовавшие навострили уши, слушая их разговор.

— Ух ты. Амбициозно, -Мидория даже присвистнул. — У Мистера Долбоклюя, оказывается, прям наполеоновские планы. Но я не думаю, что он это делает для научного открытия.

— Ублюдок, — Шото и раньше презирал группировку Чисаки, но сейчас его презрение выросло в разы, — Спасибо. Это полезная информация. Я доложу отцу. Пора с ним разобраться. Всемогущему и Старателю вдоволь хватало существующего вора причуд, который и так сильно им действовал на нервы. И это был Все за одного. А теперь какой-то второсортный якудза возомнил себя богом и решил стирать причуды. Неслыханная наглость, которую нужно уничтожить на корню, стереть в порошок, потом дополнительно испепелить и развеять по ветру.

Это была угроза, которую нужно задавить в зародыше.

— Вернёмся к знакомству. Это Цую Асуи, она тебя встретила, — Мидория показал рукой на невысокую, с лягушачьими чертами девушку с тёмно-зелёными волосами, убранными в замысловатую прическу. Сейчас при нормальном освещении она ему не казалась жуткой.

— Если ты хочешь объективную и честную критику, то смело обращайся к ней. Она выразит своё критическое мнение о вас не в бровь, а в глаз. Она попала в Лигу путем связей. Её родители, почтенные Ганма Асуи и Беру Асуи, долгое время заведуют бухгалтерией клана Старателя. И не только серой, но и белой. Тодороки имели целый ряд легальных корпораций и иных организаций, приносящих законный доход.

Цую предложили место в Лиге, на которое она согласилась. Родители не были против, даже наоборот, они полностью поддерживали начинания своей дочери. Они видели, что Асуи невесело возиться с бумажками, поэтому полевая работа ей придётся лучше. А если не понравится, то она всегда может попробовать себя в чём-то другом. Но Цую, кажется, не планировала уходить из Лиги.

Ей нравилась непринуждённая атмосфера, царящая здесь. Здесь за случайный толчок можно было получить в глаз, драки между парнями устраивались постоянно и порой по пустякам, каждый говорил прямо, не пряча настоящие мысли за ложными. Всё открыто и прямо. Цую это нравилось отсутствие фальши, которая была в других местах.

Далее с кем познакомился Фумикаге был Рикидо Сато, крупный темноволосый парень с полными губами и солидными мускулами, являлся кондитером от бога. Хоть он и выглядел как типичный вышибала с соответствующим угрожающим видом, Сато просто обожал готовить. И остальные члены Лиги это полностью поддержали. Он был кулинаром, про которого говорят «золотые руки». И он был из тех, кого в магазин только за смертью посылать. Рикидо часами дотошно изучал составы любых продуктов, а потом также дотошно проверял чек на кассе.

Сато планировал учиться на кондитера и потом открыть свой магазинчик, но денег не хватило. А дальше было как обычно случается. Взял кредит не у тех людей, прогорел, пошли угрозы и бешеные проценты. Долги утягивали его, хоть вешайся.

Однако случилось чудо. Кредиторов размазал к чертям клан Тодороки, потому что те не согласовали свою деятельность с мафией, да и подчиняться не хотели. Так кредиты перешли под ведомство финансистов Старателя, а те предложили бедолагам более мягкие условия выплат. А некоторым были даже предложены хорошие места в самом синдикате. И в это число счастливчиков вошёл и Сато, а затем его пригласили в Лигу.

Однако хобби он не оставил. Смог поступить в кулинарную школу, где он смог своими силами получить стипендию. А если Рикидо не захочет быть бойцом, то хорошие повара всегда нужны. Красноволосый парень с зубастой ухмылкой вскочил с ковра и протянул руку птицеголовому.

— Приятно познакомиться, я Киришима Эйджиро! Добро пожаловать в Мусутафу! На первый взгляд этот город ужасен, но на самом деле он намного хуже. Ну ты и без этого, наверное, это понял. — Приятно познакомиться, я Фумикаге Токоями, — он осторожно пожал руку Киришимы. Впечатление о городе явно подпортилось жутким извращенцем-лоликонщиком.

— У тебя суперская причуда! Ты был как Кинг Конг! Не знал, что его якудза так орут и спринтерски бегают. Чисаки прям спортсменов растит. Мы через камеры видеонаблюдения смотрели. У тебя крутая сила! Обязательно смахнёмся!

— Я сильно разозлился, поэтому… Стоп… То есть вы все видели и не помогли мне спасти Эри? Фумикаге опасно начал покрываться тенью. — Эй, погодь… Ты и сам отлично справился. Допустим, мы бы вмешались и что было бы? Йоу, привет, мы тебе помочь хотим. Вряд ли ты нас послушал. В лучшем случае ты бы проигноривал нас, а в худшем прибил. И вообще -то мы помогли тебе. Да ещё как. Ты хоть одного прохожего увидел, который бы орал: «Помогите! Звоните в агентства! Здесь взбесившийся монстр людей мочит!». Токоями нахмурился. Тень, недовольно урча, исчезла. В словах красноволосого парня был смысл. Он бы не в жизнь в такой момент, когда похитили Эри, не поверил каким-нибудь школьникам. Фумикаге бы сначала им вдарим, а потом бы бросился в погоню.

— И кстати говоря, те же якудза всё время кричали про подкрепление, которое, как раз, не прибыло. Мало ли что они могли принести с собой. Пулеметы, базуку, прожектора? — осторожно начал Изуку. — Неудобно вышло бы. И к тому же весь тот бардачок и все почки-кишочки, который ты оставил после себя, придется убирать людям Шото. Так что мы тебе помогли, чем смогли.

Мидория указал на самое дальнее кресло. Там сидел крупного телосложения парень. Его голова отдалённо напоминала скалу. Был ли это тот амбал, который выглянул на мгновение из-за двери и свистнул?

— Это Коджи Кода, уже не новенький. Он спарринговал с тобой. Это его пёсики. Он наткнулся на них год назад примерно. Чей-то безумный эксперимент. Но они подружились.

«Да. Это тот самый управляющий собаками и роем».

Коджи увлечённо возился с коконами насекомых? Вокруг его кресла было рассыпано что-то круглое. Приглядевшись, Токоями с дрожью понял, что это были пауки. Он никогда не боялся пауков, но полсотни этих тварей вызовут у подавляющего большинства мурашки по коже.

— Он управляет животными, птицами и насекомыми, твари земные и небесные. Всё хочу увидеть, как Кода атакует кого-то стаей воронов под две-три сотни. Это было бы эпично! Прикинь, вышли мы такие крутые на поле битвы, а за нами тьма воронов! Это было так круто! Коджи может натравить на кого-то огромный рой супер-ядовитых шершней и прочую ползучую хрень. Например, как эти малыши. Большинство из этих пауков ядовито, так что аккуратно. Не у каждого героя есть иммунитет к ядам. Один конкретный паучок в виде чёрной вдовы может преспокойно пробраться в квартиру к герою и цапнуть его несколько раз во сне. А лучше если незаметно проползет десяток таких. И парочка гадюк за компанию. Это тихое и смертельное оружие. Увы, ему придётся держатся поближе, может управлять ими в зоне действия своего голоса. Кода — крайне перспективный злодей. Голуби могут доставлять взрывчатку и средства слежения, крысы и воробьи могут передавать записки. Да можно попортить жизнь героям москитами и комарами. Это полёт фантазии. Конечно, в природе Японии немного смертельно ядовитых тварей. Но есть чёрный рынок. Там всё есть. Спецзаказом можно заполучить от всевозможных змей, скорпионов, пауков до ядовитых лягушек. Даже целитель не сможет спасти, так как смерть почти мгновенная. Попросту не успеет доехать до укушенного.

— О причудах других узнаешь позже, про Коджи я рассказал, так как ты бился с ним. Должен знать против кого дрался. Сейчас ему пришла долгожданная посылка с какими-то редкими коконами и яйцами насекомых. Ты не подумай, что у нас пауки по дому ползают. Сейчас они помогают ему сортировать коконы, как маленькие роботы. Что им скажешь, то и сделают.

— И все вы прошли «обряд посвящения»? — скептически спросил Токоями.

— Так назвал Изуку правило «избей новичка»? — уточнилась Момо.

— Не пали контору. Все члены Лиги прошли через это, — возмущенно проворчал зеленоволосый. — Да, славная традиция идёт с самого начала. Тогда мы втроем, то бишь я, Шото и Каччан, дрались. Но вышла ничья, хотя мордобой был знатный. Потом появилась Момо. По жеребьёвке с ней бился Каччан. А он у нас никому поблажек не делает. Женщина не всегда слабая, бывают такие, что мама не горюй. Так вот. Кацуки знатно её потрепал, но и она в долгу не осталась. Прикинь, сделала ему два пулевых навылет! Всех потом целители подлатали.

«Обряд посвящения» был небольшим условием для вступления, чтобы увидеть силы кандидата, да и держать всех в форме. Но также существовали и тренировки со старшим поколением злодеев. Просто небольшой, конечно, несмертельный спарринг мог дать членам Лиги детальное представление о причуде новичка.

Яйорозу, как последняя вступившая в Лигу, пробовала силы против Цую, но не было ничего опасного. Условились биться в рукопашную, так как причуды были слишком разного действия. А так хотя бы были проверены физические силы и боевые умения.

Однако схема потом дала сбой… Из-за «мужского принципа». Киришима наотрез отказался драться с девушкой-лягушкой. Он сказал, что бить женщин нельзя, это не по-мужски. За что и словил по лицу от Каччана, который вызвался помахаться вместо Асуи.

А далее появился Рикидо Сато. Это был достойный спарринг, длившийся около часа. Сможет ли голая сила сломать камень? Но многим поплохело, когда они увидели, сколько сахара он сможет съесть.

Где-то через недели две Каминари Денки пополнил ряды Лиги. Хотя из-за его сражения с Рикидо вся трава во дворе пожухла, поэтому первым заданием, которое ему было доверено как официальному члену Лиги злодеев, стала смена газона.

Следующим новичком была Урарака Очако. Назвать её бой с Денки спаррингом было бы сильной натяжкой. Это было избиение младенцев. Она его чуть не прошила насквозь своими летающими ножами. Однако даже у неё были слабости.

Появился Коджи Кода. Он тогда смекнул, что Очако, девушка, с которой ему предстоит сражаться, любит всё миленькое. Её атаковали еноты. Маленькие пушистые комочки, пытающиеся вцепиться в глотку или в глаза. Это был удар ниже пояса.

Входная дверь хлопнула. С светловолосый парень с молнией в прядях с двумя полными пакетами в руках плюхнулся в кресло.

— О новичок! Привет! Добро пожаловать в ад!

— Кстати, вот и Каминари Денки, дебил, который не смог по нормальному избавиться от трупа. Вот так я его и встретил. Он тащил грёбанный труп, из которого лилось как из ведра через всю улицу. Настоящий анекдот!

Упомянутый парень мгновенно вспыхнул алым.

— Обязательно это упоминать?

— Обязательно! Токоями-кун поинтересовался кто и как сюда попал, так что… Я выложу всю твою подноготную.

— Падла! Не надо рассказывать эту историю всем подряд!

— Твоя история навсегда вошла в летописи Лиги. И в этом нет ничего постыдного, все мы с чего-то начинали. Но то, что ты сделал, было похоже на настоящий анекдот, который рассказывают дальнобойщики за пивом в баре. Ты хотя бы в интернете поискал как прятать тело, там такой информации навалом. Ну или бы фильм, сериал посмотрел на соответствующую тему, это настоящий туториал для начинающих, приправленный актёрской игрой и сюжетом.

Каминари хмыкнул.

— Я запаниковал, всё из головы вылетело. Как будто у тебя первый раз был идеален. Наверное, тоже анекдот, который ты скрываешь.

В голову Денки прокрались некоторые подозрения. Никто не может был таким дальновидным и просчитывать все шаги.

Мидория немного призадумался, будто выуживая что-то из памяти.

— Вообще-то у меня первый раз был просто идеально распланирован. С несколькими линиями развития событий. Я даже завёл отдельную тетрадь с планами, но сжёг потом, улика как-никак. А Шото у нас опытный, наверняка с пяти лет знает каждую канаву, где можно спрятать тело. Насчёт Каччана не уверен, скорей всего он труп-то и прятать не будет…

Через мгновение Изуку замолчал, внезапно что-то поняв.

— А ты специально меня уводишь от темы! Лисья морда!

— Почти получилось, — Денки победно улыбнулся и плюхнулся обратно в кресло. Если Мидория что-то задумал, он просто так это не оставит. Лучше закончить это дело, оторвать быстро как пластырь. — Достал, рассказывай уже.

— Вот и молодец! Дело было так…

***

Четыре месяца назад

Он много раз представлял, как убивает людей. Но какого чёрта может быть столько крови? Это целое море.

Зловещая лужа крови становилась всё больше. Сколько уже можно растекаться?

Даже сдохнув, этот напыщенный ублюдок продолжал доставлять ему проблемы. Кровь была везде, залила весь пол кладовки, куда он заманил этого индюка. Он всем мозги знатно выел, сколько из-за него людей из школы ушло. Высокомерный урод, тычащий всем в лицо свои богатством и утверждающийся за счёт слабых.

Денки был рад его прикончить, но кровь покрыла собой почти весь дощатый пол и забрызгала все стены. Идиот так выпучил глаза, когда нож по рукоятку вошёл ему в шею. Мог бы хотя бы сделать ему одолжение, упал бы и не шевелился. Но нет, он как безголовая курица испачкал всё своей кровью, безумно размахивая руками и хватая его за рубашку. Тёмная густеющая лужа напоминала зеркало, отражая в себе мигающую лампочку на потолке.

Он со злостью пнул труп, желая, чтобы он ожил. Нет, не из чувства раскаянья. А чтобы потом заново его убить. Менее кроваво конечно.

Выхода не было. Каминари трижды чертыхнулся, беря за ноги охладевшее тело. И без этого испачканная кровью одежда стала ещё алее. Его белая школьная рубашка покрылась уродливыми трудно отстирываемыми пятнами, когда его жертва попыталась схватить его в предсмертных судорогах. От запаха ему хотелось свалить отсюда, но труп просто так не оставишь.

Благо, что уже стемнело, а школа опустела. Надо вытащить его из кладовки и выбросить в ближайший мусорный контейнер, чтобы утром он отправился в небольшое путешествие, туда, где ему самое место. На свалку. Мусор должен лежать среди мусора.

Этот ублюдок ещё тяжёлый. Вот зараза. Еле протащив его с десяток метров, он с грустью посмотрел на далёкие мусорные контейнеры, жалея, что их разместили именно там.

В своих негодованиях Каминари даже не заметил, что кто-то к нему подошёл.

— Йоу!

Сердце парня чуть из груди не выпрыгнуло. Мгновенно обернувшись, он увидел позади себя паренька с зелёными волосами, одетого во всё чёрное. Он с любопытством осматривал труп. Бог явно решил его наказать. Но почему именно его и именно сейчас? Ведь есть другие убийцы, похуже него?

— Вообще-то лучше расчленить тело и вынести в пакетах, так незаметнее. Но пакеты нужны крепкие, качественные, чтобы не протекли или не порвались в ненужный момент, ведь всегда так бывает. Советую пакеты фирмы «Кавами», и цена, и качество. Они продаются везде, плотные, чёрного цвета с зелёной этикеткой. Не перепутаешь.

— Ты мне реально сейчас советуешь фирму пакетов? Для расчленения?

— Да, — зеленоглазый парень закивал как китайский болванчик. — И лучше использовать топор или мясницкий нож, так удобнее.

— Ты кто?

— Я просто прохожий, который мимо проходил и решил дать дельный совет новичку.

— Простые прохожие вызывают полицию и героев, если видят такое, — светловолосый парень неопределённо махнул рукой на труп.

— А я не только прохожий, я и злодей, — зеленоволосый заговорщически подмигнул ему.

Каминари как-то слабо верилось в это. Не похож он на злодея. Может психопат какой?

— Тебе помочь или нет?

Его голос изменился, он не был уже таким беззаботным. Да и лицо, и взгляд стали какими-то пугающими. Денки нервно поежился.

— Да, прошу помочь! — он отвесил идеальный поклон в девяносто градусов.

— Так бы и сразу, — вмиг всё стало как прежде. Словно этот пацан, его погодка, не был таким пугающим всего несколько мгновений назад.

Каминари с настороженностью и с готовностью напасть наблюдал, как парень достал из кармана телефон и кому-то позвонил.

— Алло. Шото? Привет! Извини, что дёргаю. Но не мог бы ты прислать человека к школе. Называется средняя Даики. Задний двор… Да не мне! Здесь одному парнише нужна помощь… Сам ты мать Тереза. Помочь-то надо… Камеры? Камер нет… Да хорошо я посмотрел… Точно нет! Ты за кого меня принимаешь!.. Да, конечно, бензин оплачу… Да, жду. Спасибо. Выручил.

— Это кто был?

— Друг. Кстати говоря, меня зовут Изуку. Мидория Изуку.

— Меня Каминари Денки.

Его новый знакомый, Мидория, был странным. Он спрашивал Каминари обо всём. Об оценках и контрольных, об его хобби и планах на будущее. Однако порой бытовые вопросы сменялись очень даже не бытовыми. Например, что для него есть зло? Убивал ли он раньше? Хотел бы он стать злодеем?

— Мне кажется, что зло — слишком сложная штука, чтобы давать ей определение. Этой хренью пусть занимаются философы. Я не отношу себя к людям, которые говорят, что зло — это плохо. Просто они однобоко смотрят на этот вопрос. Насчёт убийства… Это мой первый раз, так что не суди строго. У меня до сих пор дрожь в руках… Просто я сильно испугался, что меня поймают. А злодеем бы я стал. Всё равно с учёбой у меня не ладится. Не думаю, что я стану врачом или госслужащим. А геройство — это мутная тема. Клоуны в цветастых костюмах, да и только.

Так в разговорах прошло примерно двадцать минут, во двор с погашенными фарами въехала машина, вернее минивэн, обычный гражданский минивэн, коих в Мусутафу десятки, а то и сотни тысяч.

Двери хлопнули. Из машины появился высокий наголо бритый «шкаф», этот тип был реально огромным и мускулистым. А вторым вышел парень с красно-белыми волосами. Он быстро оглядел Каминари.

— Снова привет! Не думал, что ты ездишь на таком, — Изуку выразительно посмотрел на машину. — Где чёрный мерседес? Хотя понимаю, так меньше внимания. Какой-то сантехник ночью поехал на вызов или мамаша с тремя детьми решала кинуть мужа.

— И тебе привет. Да верно, меньше привлекает внимания. Для официальных визитов и показухи есть другие тачки. Это рабочая, для таких случаев как этот.

Длинная вереница из тонированных чёрных мерседесов с-класса, медленно едущая по дороге и без мигалок — зрелище, внушающее трепет и уважение. Это заставляет местных горожан нервно поежиться, а то и учтиво кивнуть головой. А если десяток таких машин на скоростях выезжает из окованных железом ворот, то это значит, что сегодня кому-то не повезёт. Так якудза собираются на разборки.

Разноглазый парень повернулся к водителю.

— Прошу прощения, Мицуи. Это будет оплачено как переработка.

— Спасибо, Тодороки-сама. Мне не в тягость.

Мужик, названный как Мицуи, одев перчатки, вытащил из багажника рулон белоснежного целлофана. Быстрыми и уверенными движениями он укутал плёнкой тело убитого парня. Это напомнило Каминари паука, умело заматывающего свою добычу в плотный кокон. Мицуи с легкостью поднял упакованный труп и запихнул его в багажник. Да, минивэн с большим багажником — практичная штука, друг всех маньяков и злодеев. И труп влезет, и рулон целлофана, и ещё один труп, да и лопата тоже.

— Эй, твоих рук дело? — Тодороки посмотрел на Денки.

— Ага.

— Тогда не стой. Видишь кровь на земле?

Из кладовки тянулась кровавая полоса, словно кто-то прошёлся по земле огромной кисточкой с краской. Благо она была недлинной, всего пара-тройка метров.

— Ага.

— Из багажника возьми совок, метлу, шпатель, что тебе нравится, и начинай соскребать окровавленную землю.

— А нельзя просто присыпать?

— Нельзя. Рано или поздно кровь покажется, а это проблемы. Так что в бой. И не забудь потом разровнять, а то видно будет, что кто-то землю соскребал.

Тодороки, устало выдохнув, пошёл осматривать место преступления, одинокую сбитую из досок кладовку для всякого хлама, на который рука завхоза не поднялась выбросить.

— Грязно, — он критично осмотрел кладовку, словно залитую соусом, а не кровью. — Напольное покрытие придётся отдирать. Сколько часов-то прошло? Три как минимум. Кровь знатно въелась уже. Заляпанные коробки придётся выбросить. Проще сжечь всё.

Каминари в который раз пожалел, что убил слишком грязно. Надо было придушить что ли? А теперь убирай за ним. Кто ж знал, что в мерзком ублюдке столько крови. Поджарить током надо было. Но ему хотелось всё прочувствовать собственными руками.

Взгляд Шото скользнул на потолок и стены, на истрёпанные временем провода.

— Хорошо, что проводка здесь старая. Кто-то не выключил свет, электричество закоротило и всё. Здравствуй, пепелище. Если начать поджёг где надо, то стопроцентно поверят в эту версию.

— Вау, я всё продолжаю удивляться тебе, — восхищенно сказал Изуку. — Тоже думал об поджоге, это нежилой район, только офисы. Никто не заметит пожара. Хотя было бы круто оставить тело на разгадку полицейским, убрав все улики в виде отпечатков и так далее. Залитая кровью кладовка, безжизненное тело и кричащая во всю глотку школьница. Прямо завязка детектива.

Каминари тем временем закончил разравнивать землю. Комья пропитанной кровью земли были уложены в пакет, который также занял свое место в багажнике. Не зная, чей это минивэн, он бы подумал, что это машина уборщика. Здесь были метлы всех видов, швабры, вёдра, мусорные пакеты, целый набор моющих средств и пухлый пакет с тряпками и разнообразными перчатками. Но полезность этих вещей он оценил. Особенно перчатки, ему бы не хотелось забивать свои ногти смесью земли и крови. Да и совок с метлой ему помогли.

Огненный выстрел попал прямо в цель, в спутанный клубок проводов, которые и без этого имели все шансы начать возгорание. Пламя с удовольствием накинулось на иссохшее временем дерево и завалы коробок. Кладовка вспыхнула как факел.

— Не добавляй проблем. И так хватает. Всё, валим. Сгорит за полчаса до пепелища.

Безликий минивэн отправился в путь, увозя пассажиров всё дальше от горящей в темноте постройки.

— Куда едем? К морю? В горы покормить диких кабанов? На свалку? Или мы едем на стройку, залить труп бетоном? Это так захватывает! — Каминари не находил себе места. Это же прямо как в кино. Может тело выбросят с пирса прямо к голодным рыбам? Или его разрубят на куски и разбросают по всему городу? Как поступают настоящие убийцы и злодеи?

Однако ответ был намного проще и обыденнее.

— В крематорий.

Спрятать тело не так-то просто. Какое-нибудь невинное действие природы может обнажить миру нелицеприглядный раздувшийся труп или отбеленные временем кости. Но всё становится намного проще, если в твоём распоряжении есть несколько крематориев. Никто из плачущих родственников не заметит, что во врученной им урне праха больше на несколько десятков грамм. Или же можно развеять его по ветру, смыть в унитаз, по-тихому добавить в детскую песочницу, смешать с глиной и слепить что-нибудь. Простор для фантазии. Но главное, тело никогда не найдут. Будет лишь объявление о пропавшим без вести. А сколько таких? Около восьмидесяти тысяч в год, и это только в Японии.

***

Древесный Камуи неспешно возвращался с вечеринки Горной Леди. Всё-таки она вошла в топ-10, а это очень-очень веская причина отпраздновать у героев. Вечеринка удалась на славу, литры ароматного алкоголя, дружеские потасовки и просто лавина поздравлений. Но, к его весьма даже не упавшему настроению, он свернул куда-то не туда.

То ли бесстрашию поспособствовал выпитый алкоголь или геройское эго, но его никак не смущала мертвецкая тишина, промозглый воздух и безлюдье бедных кварталов.

Фонари тускло, с перебоями освещали пустынные улицы. Окна даже жилых домов были чернее ночи. А немногочисленные магазинчики были надёжно защищены панцирем решёток и металлических пластин. Всё выдавало, что эти улицы ой как небезопасны. Но всё же безлюдье и тишина успокаивали Камуи. Он даже был рад, что отказался поехать вместе с остальными на машине.

Подвыпившие герои, заказывающие такси, — это настоящий подарок для местных газет, который можно разжевывать месяцами и при этом тщательно всё смаковать. Поэтому про, немного и неглубоко помыслив, сели в машину более-менее «трезвого» коллеги, полностью отдавая себя в руки выпившего семь рюмок саке и несколько пинт пива. И при этом они даже не подумали, что подвыпившие герои за рулём — это более изысканный деликатес для прессы.

Среди этой замогильной глуши герой услышал детский плач. Как минимум, это должно насторожить, а, как максимум, это должно по идее напугать до чёртиков. Какой ребёнок будет реветь в почти час ночи на богом забытой улице? Кто-нибудь вообще смотрит ужасы? Но нет, мы же герои, мы те, кто бежит к плачу, а не убегает от него. И поэтому Камуи пошёл искать ревущее дитя. Герой, немного покачиваясь, дошёл до небольшого ответвления улицы, до переулка, смердящего помоями.

Там в непроглядной тьме сидел кто-то маленький и плакал. Нормальный человек повернулся бы в самую противоположную сторону и быстро бы дал стрекоча. Но нет! Обладатель древесной причуды продолжил приближаться к источнику плача. Почему? Правильно! Мы же герои!

— Помогите, помогите, — тоненький голосок прорезал ночную тишину, — Я застрял…

— Эй, малыш, где твои родители? Почему ты здесь сидишь? Сейчас, погоди…

Темнота была хоть глаз выколи и то светлее будет. Чтобы не пугать ребенка, он присел на корточки. Да и навернуться с собственного роста тоже не хотелось.

Камуи почувствовал, что он прилип и прилип серьёзно. В попытках освободить прилипшие ноги, он застрял ещё больше. По его нечётким ощущениям это было что-то круглое, мягкое и невероятно клейкое. И это липкое нечто никак не отклеивалось, хотя Камуи не считал себя физически слабым.

От попыток освободиться его отвлёк характерный шипящий звук зажигаемой спички. Крохотный язычок пламени мягко осветил переулок, выделяя из тьмы «ребёнка». Маленький, с метр ростом, малыш со странной фиолетовой прической как-то подозрительно, даже пугающе, улыбался.

— Мальчик, помоги мне освободиться, — хвала богам, ребёнок больше не плакал, детский плач — не самый приятный звук для ушей, — У тебя есть спички! Это просто замечательно! А то вообще ничего не видно. Какой криворукий здесь бензин вылил… Эй, малыш, подойди…

Фиолетововолосый не спешил на помощь. Он продолжал улыбаться, а его глаза превратились в щелочки. Спичка, единственный источник света, тихо полетела к ногам Камуи.

Вспыхнувшее пламя озарило довольное лицо Минору Минеты. А крики горящего живьем героя подняли его самооценку. Ему все говорили, что он неудачник, который не станет героем, даже злодей из него получится смешной. Со смешной причудой. Теперь он им всем показал. Вернее, только себе. Ну это пока. Пробное злодеяние вышло на десять из десяти.

Давайте не будем нарушать его идиллию. Минору повезло. Великая сила этого мира позволила ему сегодня свершить задуманное, сила, называемая везением. Однако стоит дать должное. Он неустанно следил за Камуи битые месяцы, выискивая удачный момент для нападения. Каждый божий день он таскал в рюкзаке небольшую канистру с горючим. И вот месяцы слежки, непоколебимая сила воли и огромная горсть везения сделали своё дело. Нелепый план, сырой, как недоваренная лапша, как ни странно сработал.

«Я должен был ему высказать злодейский монолог? Или злодеи так не делают? В фильмах злодеи всегда говорят монолог! Блин, кажется я должен был это сделать! Или нет? Хотя я так боялся глупо выглядеть, что молчал и не мог ничего сказать! У меня язык к нёбу прилип! Лишь как дурак улыбался. Наверное, надо было сказать хоть что-нибудь крутое и пафосное! По типу… Сгори в пламени, грешник! Или… Ты умер ради высшей цели… А хотя какая тут цель? Чёрт! Злодеем быть так сложно!»

Как говорится, хорошая мысля приходит опосля. Тяжкие думы зудящей занозой засели в его без пяти минут злодейской голове. Да, он мог гордо назвать себя злодеем. Хоть и с небольшой натяжкой.

Следующий день обещал быть суматошным. Как для героев, так и для некоторых якудза.

Завтра Чисаки обнаружит у своих дверей посылку. Деревянный ящик, забитый головами его подчиненных, которых Шото с отрядом отлавливал по всей территории Старателя.

Требуется злодей. Соцпакет гарантируем

Вчитайтесь в историю любого героя:

герой не станет героем, пока не появится монстр.

Ай Вэйвэй

Огромный город с таким же непомерным аппетитом, коим и являлся Мусутафу, был чудаковатой смесью старой и новой Японии.

Он пестрел словно пазл из разных кусочков, которые, как ни странно, идеально подходили друг другу.

Старинные храмы и дворцы, где казалось, что вот-вот из-за угла выйдет сёгун в дорогих одеждах, гармонично сочетаются с высокими небоскрёбами с донельзя начищенными стеклами, в которых отражается почти весь город. Изысканные творения архитектуры насмешливо соседствовали с безликими бетонными коробками для менее зажиточных слоёв населения. Запутанные, как клубок пряжи, улочки источают головокружительный запах местной кухни. А многочисленные магазинчики, плотно прижатые друг другу, словно боясь, что им не хватит места, предлагали товар на любой цвет и вкус.

Мусутафу был таким и остаётся таким же. Огромный и многоликий. И его разнообразие дополнилось ещё множеством деталей с момента появления в мире сверхспособностей.

Появление причуд мелкими шагами изменяло облик городов, постепенно вливаясь в привычные пейзажи и становясь их неотъемлемой частью.

Рекламные щиты пестрели не только брендовой помадой и автомобилями. Теперь с ярких билбордов на горожан взирают идеальные лица профессиональных героев и героинь. Огромные экраны заполнили свою ленту всевозможной рекламой, хоть как-то касающейся сверхспособностей: от супер растягивающейся одежды до спа-процедур для шерстистых и каменистых.

Не будет преувеличением сказать, что герои стали целой индустрией, продуктом, на который есть спрос. А следовательно, есть и предложение. Фильмы, сериалы, комиксы, реклама, мерч и так вплоть до производителей киндеров и готовых завтраков. Всё и вся претерпело перемены. Даже фирмы, создающие геройскую форму для профессионалов и академий, стали новыми мировыми брендами одежды, а дома моды могли устроить показ геройских костюмов высшего эшалона.

Среди города раскинулись словно бисер геройские агентства. Успешные и не очень, это всё равно не умоляло их количества. К слову говоря, для создания агентства нужно мало. Геройская лицензия, помещение, соответствующее нормам безопасности, хоть одноэтажка в тридцать квадратных метров, с одним окном и дверью и, конечно же, работники, один герой-подчинённый как минимум, будь это твой брат, сын или внучатый племянник.

Одна неделя беготни по инстанциям и всё, ты гордый владелец геройского агентства. Но мечты мечтами, сразу ты не взлетишь.

Топовые герои — вот у кого успешные агентства. А «маленьким героям» оставалась роль «магазина у дома», где выполняли мелкие заказы, по типу поиска пропавших котов, снятия этих самых котов с деревьев и крыш, переноса шкафов и комодов. Но мелькали и «крупные» дела. Например, поимка карманника в метро или поиск угнанных автомобилей. Вот так и живут «мелкие герои», в тени и скромности, завлекая клиентов скидками и льготами. Но как бы старательно они не работали, их никогда не вызовут на настоящее место преступления, разве что охранять периметр от любопытствующих.

Шелестящая полицейская лента ровной линией очерчивала место преступления. И в тоже время своей яркостью притягивала случайных прохожих и вездесущих журналистов. Здесь уже собралась приличная толпа, жаждущая утолить своё любопытство и развеять скуку серой повседневности. Пара полицейских, словно средневековые рыцари, рьяно защищали неприкосновенность оцепленной территории от снующих как крысы зевак.

Перед подошедшим героем в элегантном костюме с галстуком сразу же подняли ленту, будто бы специально зазывали внутрь, к хаосу, к смерти, к очередной бездыханной жертве.

Когда поступил звонок, Курогири наслаждался спокойствием пока пустого агентства и запахом свежесваренного кофе, заботливо приготовленного его секретаршей. Порой герой ловил себя на мысли, что хочет завести бар, пусть маленький, но уютный. Где можно пропустить пару стаканчиков виски или бурбона, посидеть в безмятежной обстановке и подумать о всяком житейском, но не это всё. Убийства, грабежи, смерти, травмы. Каждый день. Замкнутый круг порока.

В нос сразу же ударил ни с чем не спутаемый запах горелой плоти. К нему, словно нарочно, примешивалась липкая вонь чего-то гниющего и кислого. Белоснежный полиэтилен, бережно накрывавший тело, крайне неестественно и чужеродно выглядел среди грязи и сырости богом забытого переулка. Рядом шипели облезлые коты, защищая свои драгоценные мусорные баки. Совсем скоро их прогонят и распотрошат весь мусор на атомы, дабы выискать там возможные улики. Битое стекло бутылок противно похрустывало и скрипело под ногами. Повсюду валялись шприцы, окурки и ещё не весть что. Воистину богом забытое место. И таких мест в городе было уж слишком много.

Курогири, вызванный сюда как Герой Номер Два из-за чрезвычайной важности дела, задумчиво посмотрел вверх, на небо. Два старых здания, чьи потемневшие монолитные стены создали этот переулок, угрюмо нависли над людьми. А голубое, почти чистое небо было слишком далеко, перекрытое паутиной проводов. Из-за этого ракурса это место казалось свежевырытой могилой, чьи края вот-вот захлопнутся, навсегда отделив мертвеца от неба и солнца, от мира живых. Герой Номер Два задумчиво вздохнул и, поправив и без того идеально сидевший галстук, двинулся к жертве и приехавшим сюда агентам. Вокруг тела словно вороны кружили судмедэксперты и криминалисты. А как только к ним подошел герой, они синхронно упорхнули в стороны, открывая обугленное до черноты тело. Это был известный герой, Древесный Камуи, входивший в топ-10. Его опознали по геройской лицензии. Она, изготовленная из неплавящегося пластика, смогла уцелеть от огня. Курогири поймал себя на мысли, что в смерти героя было что-то неправильное.

Те, кто призван быть щитом и мечом мирного населения, могут запросто быть убиты вот в такой гнилой дыре. Судьба, видно, та еще шутница.

— Приветствуем, Курогири-сан, для нас честь работать с вами, — прибывшие на место преступления люди были сливками правоохранительных органов с успешнейшей карьерой.

— Меня зовут Гинко Исая, старший детектив и начальник следственного отдела, — немного грузный человек с усиками восторженно пожал руку героя. — А это специальные агенты Сайто-сан и Судзуки-сан. Двое агентов в аккуратнейших чёрных костюмах поклонились. Без вежливости и учтивости в японской системе никуда.

— Приветствую вас, я рад нашему сотрудничеству, — Курогири вежливо улыбнулся, хотя заметить это на его лице было невозможно. И всё из-за причуды, сделавшей голову и тело героя больше похожим на извивающийся тёмный туман. И это также было причиной, что маленькие дети его до дрожи боялись. Однако это не уменьшало его фанатскую аудиторию. Подростки и молодые люди считали такую внешность крутой и запоминающейся.

Курогири, досконально изучив отчёт по начальному осмотру тела, присел, чтобы рассмотреть умершего самостоятельно.

Как и говорилось в бумагах, Камуи был ещё жив, когда его охватило пламя. На этот факт указывают расположение трупа и остатки его полуобугленных древесных лиан.

Они были повсюду. Скрюченные почерневшие плети змеились по земле. А оставленные ими чёрные от сажи следы извилистыми полосами покрывали стены, как будто он пытался ухватится за что-то. Но не мог сдвинутся с места. А значит была причина, по которой герой не мог уйти от поджигателя и спастись от пожирающего огня.

— На теле и возле него были найдены следы горючего, — начальник следственного отдела усиленно пролистывал блокнот с записями, — К тому же, свидетели убийства пока не обнаружены. Во время обхода ближайшей территории Курогири не увидел ни одной исправной камеры. Большая часть фонарей выполняла роль столбов для объявлений, чем роль осветительных приборов. Ближайшие дома пустовали, или их владельцы ничего не видели и не слышали. Что поделать, неблагополучный район. Казалось, что даже солнце не способно развеять гнетущую атмосферу бедных кварталов. Мусутафу не был таким радужным, каким его описывают риелторы в телевизорах.

Низенький криминалист с поклоном решил принять участие обсуждении.

— Видите здесь линию? Это след возгорания. С этой точки, назовём её точка А, началось возгорание, и далее огонь последовал по разлитому горючему к точке Б, где стояла жертва. То есть эта точка Б и была местом ловушки. Это мы написали в отчёте. Теперь нужно узнать причину того, почему герой, боже храни его душу, не сошёл с места. Возможно, это воздействие причуды, которая заставила его замереть. Если это воздействие снотворного газа или тому подобного, то в крови найдутся следы. Но я не думаю, что он был без сознания или оглушён. Он бы так не сопротивлялся.

— Значит, в первую очередь необходимо пробить тех преступников, имеющих причуду обездвиживания и тех, у кого был зуб на Камуи. А таких было много. Если найдутся следы применения определённой способности, то это сузит круг поиска.

— Дело грозит уйти в ящик для глухарей, — тяжело пробормотал один из спецагентов, — А мой сынишка прямо фанател от него. За что его так, такой хороший герой был… Но и причина того, как он здесь оказался — нехорошая, не для общественности.

В теле Камуи обнаружили высокий процент алкоголя. Он шёл с вечеринки, всех участников той гулянки уже опрашивают. Однако это была веская причина кое-что утаить от прессы.

— Скорее всего, если рассматривать все аспекты дела, то это дело рук мафии Старателя, — предположил его напарник.

— Мне чутье подсказывает, что это что-то другое, — задумчиво ответил начальник отдела, — Что-то явно другое. Называйте как хотите, но это чутьё.

— Но ведь это же их территория? И стиль убийства, сжигание живьём, же фирменная метка клана Тодороки? Да и кто ещё мог убить топового героя, кроме Старателя или его банды? Как я знаю, это не стиль Всемогущего. Он бы его просто в лепешку… А Старатель бензином не пользуется, у него точно хватит огня даже для испепеления тела.

— Позвольте вмешаться, — Курогири выпрямился, закончив осматривать тело. — Да, всё напрямую указывает на них. Но здесь есть некоторые несостыковки. Место преступления слишком нелюдимое. И самое главное, голова на месте.

— Что простите? — вся команда явно опешила от последних слов героя.

— Голова, — задумчиво продолжил Курогири. — Её не тронули. А он ведь был из топ-10. То, что сейчас я сообщу вам, является малоизвестной, но достоверной информацией. Чтобы доказать силу или войти в состав командиров, нужно принести боссам голову топовых героев. Обычно это десятка, двадцатка, тридцатка и так до пятидесятого места. При этом бой должен быть, как бы это сказать, честным? Один на один и при зрителях. Чтобы были свидетели. Это любое людное место. Не только Мусутафу, сражение может быть и в другом городе.

Курогири раздражённо вздохнул. Если так судить, то герои для них добыча. И чем ценнее она, тем выше твоя награда.

— Для них голова именитого профи — это ценный трофей, доказывающий силу. Как бы цинично это не звучало. Они бы никогда не оставили голову. А также после долгих наблюдений, я заметил, что есть определенная «квота» на убиваемых топовых героев за год. Вы же знаете, что за год в Японии погибает около ста-ста двадцати про-героев. Это мои лишь догадки, но есть кое-что. Пять-шесть из них обязательно находят безголовыми. Есть, конечно, вероятность, что Камуи как-то помешал данной мафии, тогда бы мы и тела не нашли. Его убрали бы по-тихому или в назидание другим. Однако, стиль не тот. Значит, это не Старатель, не его клан, не Всемогущий, не кандидаты. Это преступник со стороны.

Оставался только вопрос, зачем ему это делать? Есть много причин, вплоть до заказного убийства. Бывалый ли это злодей или новичок? Всё это покажут результаты экспертизы. Нынче наука творит чудеса. Даже малейшая улика приведет их к убийце.

***

Новости уже во всю мусолили смерть Древесного Камуи. То и дело мелькали статьи и репортажи с кричащими заголовками, тщательно заправленные различными подробностями. С одним большим «НО». Камуи погиб героически. Ушёл в иной мир при выполнении служебных обязанностей. Да, по идее так и оно было, но с весьма нехилым градусом в крови. Так сказать, зажёг напоследок.

Горожане вовсю воображали себе животрепещущие сцены храброй гибели героя. Как он один выступил против злодея-бугая с мощной причудой, экипированного по последнему слову техники, а некоторые добавляли в их неравную битву ещё парочку злодеев-приспешников, которые, как стервятники, напали на героя со спины. Но им никак не представлялся в виде злодея милый коротыш с метр ростом, со смешной прической, одутловатыми щечками и круглыми как мандарины глазами. Эх, общество, ты мыслишь стереотипами. И это тебя погубит.

Виновник «сия торжества» спокойно сидел за столиком в залитом солнцем парке, потягивая виноградный смузи и вдыхая запах прелой травы.

Его так и подмывало пойти на место преступления. Оно звало его, манило и тянуло магнитом. Но Минета Минору не собирался поддаваться этому соблазнительному, но губительному зову. Как он вычитал в одной книжке, многих преступников повязали именно тогда, когда они возвратились на место преступления. Это как-то связано с психологией, ну или по крайней мере так думают сами учёные. Но они же учёные, им виднее, что нам знать, холопам… Проще говоря, наукой принято считать, что преступник всегда возвращается на место преступления. Факт и точка. Однако никто точно не сказал почему.

Поэтому Минору продолжал безмятежно наслаждаться погодой вдали от того переулка, где произошел неприметный для других, но важный для него лично триумф.

В город, наконец, придёт весна. Прекрасная пора, которая заставит деревья покрыться облаками нежно-розовых цветов, которые будут радовать глаза. А воздух наполнится ощутимым веяньем счастливых перемен.

Она ознаменует начало учебного года в геройских академиях, да и во всех школах Японии. Новый учебный год — новое начало жизни, когда ты планируешь прийти в школу или в академию полностью обновлённым человеком, постройневшим или более мускулистым.

Минета то и дело видел подростков, спешащих на подготовительные курсы. Их стремление стать героями поражало. Даже несмотря на то, что большая часть из них получит полный отворот-поворот от сурового отбора академий, особенно сейчас, когда в мире насчитывается около восьмидесяти процентов обладателей причуд.

Не каждому удается попасть под «священные» своды геройских академий, особенно таких именитых как ЮЭЙ или Шикецу. Если ты, конечно же, не сын директора или у тебя мегабогатый папа, ну или мама, ну или дед с бабкой.

Разочарование и глубокое чувство собственной бесхозности постигнет любого, кто провалится на вступительных испытаниях. Оно то и верно. Мечта, столько лет гулко стучавшая в мыслях, рассыпается в прах прямо перед тобой. Это не так больно, если у тебя есть достойная причуда, которую можно без стеснения записать в анкете. Но если у тебя бестолковая причуда, то это фиаско по жизни. Будущее офисного планктона или разносчика пиццы тебе обеспечено.

Но это всяко лучше, чем отсутствие сверхспособностей.

Беспричудность. Страшный диагноз этого времени, ставивший крест на полноценной жизни. Аномалия, на которую брезгливо тычут пальцем.

Вселенская несправедливость, от которой хочется выть волком, лезть на крышу и проклинать оттуда весь мир.

Минору благодарил всех богов и небогов, что у него есть хоть какая-то причуда.

Его родители — простые офисные служащие с маленькими мечтами, с маленькими целями, которые радовались маленьким успехам своего единственного сына. Обычная семья, обычный сын, у которого будет обычная жизнь. Страшно. Минете было страшно от одной мысли об этом.

После скорого окончания средней школы у него на руках будет аттестат. Пара листочков бумаги, которые решат его судьбу. Ну и конечно же, как без характеристики и довольно плотного отчета о твоей причуде, которые тоже добавят свои пять копеек в его дальнейшую карьеру? Перед ним будет лежать серьёзный выбор. Как он хочет построить свою жизнь?

Каждый день, напоминающий День сурка, каменная коробка, называемая офисом, бесконечные кипы бумаг и кричащий свинорыл, именуемый боссом? Минета не хотел себе такой судьбы. И пусть злодеи долго не живут, конечно же, он подчерпнул эту информацию из фильмов и мультиков. Он твёрдо решил, что ворвётся в этот суровый мир взрослых с разбегу и проживёт хоть и короткую, но супернасыщенную и безбашенную жизнь. Он не затеряется среди многих, он оставит свой след. И как без горячих цыпочек?

Во время размышлений его взгляд рассеянно блуждал по окружению. Деревья с аккуратно покрашенными стволами. Орущий ребёнок, который уронил обслюнявленное мороженое. Влюбленная парочка, чуть ли не облизывающая друг друга. Молодая мамочка, сюсюкающая младенца. Зелёные, как изумруды, глаза. И они на него пристально смотрели.

Какой-то веснушчатый парень с неаккуратной копной тёмно-зеленых волос в несоразмерной толстовке, чёрных джинсах и ярко-красных ботинках уставился на него. Этот незнакомый ему мальчишка изучал его. Минору сразу не понравился этот взгляд, который напоминал ему хищника, наблюдающего за своим будущим ужином. Это сравнение он взял из канала Дискавери, который он смотрит каждое воскресенье.

Его лоб покрылся липкой испариной. Вдруг за ним ещё кто-то следит? Он медленно отвёл глаза. Не надо показывать страха, по крайней мере, так было написано в форуме «Дельные советы. Как дать отпор школьным врагам». Минета как бы невзначай скользил взглядом по посетителям парка, но теперь более внимательно. Этому он научился, смотря шпионский сериал по вторникам.

Его подозрения оправдались. Как минимум, ещё два человека пристально смотрели на него, будто бы специально хотели, чтобы он заметил это. Второго парня, с выбивающимися блондинистыми волосами из-под надетой задом наперёд кепки, Минета причислил к типичным хулиганам. Хоть таких бандюганов в его школе было много, но откровенно такого кровожадного он встретил только сейчас. Агрессивного вида подросток с алыми глазами устрашающе ухмыльнулся, увидев, что Минору смотрит на него. Вот про кого бы он сказал, что это настоящий злодей. Маленькая толика зависти тихо проскользнула в его мысли.

Хотя третий тоже был не лучше. Человек со шрамом на лице всегда выглядит опасным. Хоть он и накинул на голову капюшон, двухцветные волосы сразу бросались в глаза. И кстати о глазах. Они тоже были разного цвета. Минору не мог уловить каких-либо эмоций на пустом лице наблюдателя, но смотрел он так, словно прикидывал как тебя лучше убить и где потом спрятать твоё бездыханное тело.

«Чёрт, они знаю, что случилось в переулке? Надо бежать? Или это воры-карманники? Красть-то у меня нечего, только пара йен в кармане, да и телефон у меня ненавороченный, кирпич одним словом. Или это похитители? Почему тогда они не похищают какого-нибудь богатого сынка миллиардера? Почему нацелились на меня, чьи родители тщательно планируют расходы на месяц, а живем мы у чёрта на куличиках? Или они хотят меня пустить на органы? Могли бы выбрать кого-то помясистее и повыше! Или я мелкий? Поэтому меня можно буквально запихать в чемодан! Или если меня разрежут на куски, то и в рюкзак влезу! Стоп! Я же злодей! Я должен держать себя в руках, всё-таки я прибил самого Камуи… Это они должны меня бояться!»

Но мозг Минору упрямо продолжал выдавать сценарии развития действия хлеще прежних. И в этих тяжёлых переживаниях он и не заметил, как наблюдатели плавно пересели за его столик.

— Ты умыкнул не какую-то пташку, а целого жирного фазана. Ты вроде местный, но хоть имеешь представления о городе, о его территориях и соглашениях?

Минета громко икнул от неожиданности.

— Что простите? — его голос прозвучал, словно шелест бумаги. Тихий и покорный тон, дурацкая привычка, которую он получил в школе.

— Ты прибил Камуи на чужой территории. Это было нагло и невежливо, — оскал блондина заставил душу Минору уйти в пятки.

— Он был такой манящей спичкой, которая так мельтешила перед глазами, — как-то задумчиво произнёс парень в капюшоне. Фиолетововолосый что-то увидел в этих разноцветных глазах. Он понял, что этот тип давно планировал свою расправу над Камуи. И Минета украл его долгожданную жертву. Шумно сглотнув, он вспомнил, что делает крупный хищник с более мелким, если последний пытается украсть его добычу. Он убивает.

Пот покрыл всю его спину, заставляя одежду неприятно липнуть.

— Только побеги или закричи, я оторву твои маленькие ножки, и ты станешь ещё ниже.

Минета автоматически кивнул. Он и без этих слов понял свои низкие шансы на побег. Простое знание, возникшее в его голове. Любой из этих троих с легкостью его догонит.

Позвать на помощь? Мысль быстро мелькнула и погасла. Минору был почему-то уверен, что троица в худшем случае просто растерзает всех присутствовавших в парке. Или же в лучшем случае, посетители просто не обратят внимания на его призывы о помощи. Просто странно посмотрят на него, может посмеются и вернутся к своим делам. Гражданская апатия — страшная вещь, жуткое явление современности, раковой опухолью поразившее общество.

Поэтому Минета приготовился к худшему.

Вдруг зеленоволосый, который до этого молчал, рассмеялся. Казалось, что напротив Минору сидит солнце. Настолько это был чистый, радостный смех.

— Никто тебя убивать или калечить не будет, — отсмеявшись, сказал паренёк, который толстокожестью самого слона игнорировал взгляды окружающих. Он будет смеяться, когда захочет, плевать на чьё-то мнение. А если у кого-то претензии к этому, он будет рад познакомить их со своими кулаками.

— Реально, чувак, у тебя было такое лицо, будто ты готовился к смерти.

Блондин на этот раз улыбался не так кровожадно, что Минору он показался не таким уж пугающим. Хотя нет, ошибся. Красноглазый всё ещё выглядел чистым злодеем.

— Не бойся. Мы просто решили пошутить, — более-менее дружелюбно произнёс гетерохром.

Зеленоволосый парень продолжал улыбаться. Вернее, он сиял, рассматривая его, словно это был не Минета Минору, а неогранённый алмаз.

— Я Мидория Изуку, это Бакуго Кацуки и Тодороки Шото. Рады знакомству. Скажи, кто научил тебя планировать и убивать?

— Я самоучка, — после небольшой паузы тихо ответил Минета. Они будут осуждать или издеваться?

Бакуго громко засмеялся. Вернее будет сказать, что он ржал. И ему уж точно было наплевать на чьё-то мнение или косые взгляды.

— Самоучка сумел убить героя из топ-10! Герои, вы пали ниже некуда, — просипел блондин, стараясь унять смех.

Да, фиолетоволосый, этот новоиспечённый злодей, был самоучкой. И начал он не с того угла, как говорится. Он черпал знания из весьма сомнительных источников, то бишь комиксы, фильмы, подозрительные форумы и выпуски новостей. Не то что бы его можно было назвать «тепличным мальчиком», но Минору не видел полной картины, которая представляла собой Мусутафу, город, где живут Герой и Злодей Номер Один.

— Ты просто потрясающ!

Минору замер. Никто ему такого никогда не говорил. Конечно, родители его хвалили, обычно на уровне «молодец, сынок, отлично справился». Но никогда так откровенно не восхищаясь, радуясь, как этот зеленоволосый пацан. Минета Минору, коротышка со смешным лицом и идиотской причудой, был потрясающ?

— Пусть это убийство даже случайность, помощь сил свыше или грёбанное везение, ты крут Минета! Вступай к нам, ты будешь настоящим злодеем!

«Злодеи? Не банда, а злодеи? Это же преступники! Он готов к этому? И почему он сразу поверил, что они злодеи? Но как ни странно, ему это показалось правдой. Что-то в них явно было не так». Мидория по-совиному наклонил голову.

— Я прямо вижу, что ты сейчас думаешь. «Вот чёрт, они злодеи, чё за хрень? Они преступники и так далее». Угадал?

— Ммм… Да?

— Всё просто. Мы настоящие злодеи. Ты злодей-новичок. Мы ищем новобранцев. Ты стремишься набраться опыта и стать настоящим злодеем. Верно?

— Верно.

— Тогда тебе к нам. В Лигу Злодеев. Видишь, всё просто, — он объяснял всё так, будто это вступление в какую-то спортивную секцию или драмкружок. Хочешь подкачаться? Тогда тебе к нам, в секцию бодибилдинга. Хочешь стать уверенным? Тогда тебе к нам, в кружок драматического театра.

Изуку был странным, не надо иметь пять пядей во лбу, чтобы понять это.

— Вы ничего обо мне не знаете, как я могу…

— О, ещё как знаем. По гороскопу ты Весы, твоё увлечение — девушки, твой рост — сто восемь сантиметров, ты родом из префектуры Канагава, но потом твои родители переехали в Мусутафу. Твой боевой стиль – поддержка средней дистанции. Каждое утро ты делаешь упражнения, чтобы немного вырасти. Мне продолжать? — с интересом закончил Мидория.

— Ты сталкер?! О боже, за мной следил сталкер! — Минета запаниковал, наверное, они видели, как он прятал свои похабные журнальчики или пытался подглядеть в школьной душевой за девушками.

Но краем сознания фиолетововолосый уже представлял себя полноценным злодеем, как его прозвище подвергает всех в страх и трепет. Но мысли плавно и неизбежно вернулись к его причуде.

— Но у меня причуда хуже некуда, да и какой из меня злодей. Или герой. Вы же видите? — в его голосе зазвучало отчаяние.

Мидория слегка нахмурился. Те же ощущения о своей неполноценности были и у него когда-то. В этих словах он уловил те же чувства, которые испытывал сам. Убитая самооценка, осознание своей беспомощности и слабости, стереотипы, ставившие клеймо «Изгой». Но у Изуку всё было намного хуже. Он был беспричудным, до того, как Всемогущий, Злодей Номер Один, даровал ему причуду.

— У тебя хотя бы есть причуда, — что-то скользнуло в словах Изуку. Минору даже не уловил что именно, так как парень уже сменил настрой на более весёлый. Он быстро менял эмоции, словно нажимал на переключатель. Это было странно, если бы Минета интересовался психологией, то он бы рассудил это как тревожный звоночек.

— Как всегда говорит Тошинори-сан, потенциал вашей причуды ограничивается только вашим воображением.

— Но что я смогу сделать для вашей организации?

— Причуды поддержки всегда нужны. Порой боевые силы не всегда важны в сражении, порой главный вклад вносят именно такие причуды, как у тебя. Ты и сам, наверное, заметил, что любое более-менее успешное геройское бюро не состоит сплошь из штурмовиков с боевыми причудами. Около пятидесяти процентов работников агентств — это обладатели причуд поддержки.

— Ну да в этом есть смысл, — Минета задумался, припоминая все популярные агентства героев.

— И кроме того, из тебя бы вышел отличный шпион, разведчик, наблюдатель, связной и так далее! Если добавить актерского мастерства, то это вообще будет высший класс!

— А почему другие из вас не могут ими стать?

— У Бакуго злодейская физиономия.

— Что сказал? — злобный взгляд блондина впился в зелёные глаза Изуку.

— Каччан, ты себя в зеркало видел? Твоей рожей запор можно лечить.

— Кто так подумает, урою нахрен.

— Ну вот видишь? Безнадежный случай. А Шото порой почти смахивает на обычного подростка, но у него эмоциональный диапазон как у зубочистки. А хотя нет, он вообще ни в коем разе не нормальный парень. Что с вами не так, ребята? Псих психом погоняет и психом закусывает.

Блондин злобно фыркнул, оскалив зубы.

— Чья бы корова мычала. А сам-то не хочешь шпионом стать?

— Мне нельзя. Я босс.

— Не завирайся, мы втроем лидеры Лиги и равны в полномочиях. Так что засунь своё «Я босс» куда подальше.

— Ладно-ладно. Ну что, Минору, дать времени на раздумья? Другие подробности сообщим позже, когда ты примешь решение. Хорошенько подумай, лады? Обратного пути не будет.

— Лады.

— Если согласен, то приходи завтра по этому адресу.

Зеленоволосый парень с ухмылкой от уха до уха вытащил идеальный прямоугольник бумаги с напечатанным адресом и вручил его Минете с таким видом, словно это Святой Грааль, а не просто визитка.

***

Посреди оживленной улицы, как заведённый попрыгунчик, скакал человек, раздавая листовки и выскакивая перед каждым прохожим как мракобесина. Поодаль от него можно было заметить натянутый между двух деревьев плакат, который ветер силился разорвать на куски и унести с собой в небо.

Фигуры, изображенные на надувавшемся как парус плакате, они узнали сразу. Однако некоторые детали заставили их ухмыльнуться. С лёгкой руки Всемогущий и Старатель обзавелись рогами, гнутыми и острыми как сабли, а в их глазах неистово плясал дьявольский огонь. Это было похоже на обложку комикса, где злодей тёмной горой стоит перед горящим как само пекло городом. Однако надпись была как из Библии: «Не убоимся мы зла».

— Граждане, соседи! — агитатор от всей души взывал к проходящим мимо людям, — Только развитое гражданское общество и сильное самосознание поможет побороть злодеев и преступность! Вступайте в гражданский дозор города Мусутафу! Только выступив единым фронтом, мы поможем героям и одолеем зло!

Он бурно потрясал листовками, словно это было Священное Писание, а не просто раздаточный материал. И сам Бог возложил на него великую миссию по спасению мира.

— Всё зависит от нас, товарищи! Вступайте в дозор! Возьмите эту листовку, это билет в будущее, где нет преступников и злодеев, билет в лучший мир! Позвольте будущим поколениям не знать слова «злодей», позабыть его как чуму или холеру! Приходите! Сегодня вечером состоится собрание! Вступайте в гражданский дозор! Проявите инициативу и храбрость, да не убоимся мы зла, коего сейчас много!

Агитатор продолжал изливать на прохожих свою «проповедь». И весьма действенно. Многие брали листовки, поддавшись романтике борьбы со злом. А кто не хочет быть героем?

Но потом большинство всё же украдкой выкидывало полученную бумажку в мусорный бак и продолжало бежать по своим делам. Зачем они взяли этот бесполезный кусок бумаги? Поддались моменту? Возможно. Делать им нечего, тратить своё время на опасные вылазки. Есть полиция, есть герои. Пусть этим и занимаются. Как говорится, нам за вредность не платят.

— Не знаю как вам, но лично мне он напоминает религиозного фанатика, только факела и горящей ведьмы не хватает, — хмыкнул Кацуки, и у всех троих в головах возник весьма яркий образ. Полыхающие костры и запах сжигаемого живьём человека. И рядом танцующие «поборники справедливости», люди с вилами, на которых торчат оторванные головы злодеев. Да, картина маслом.

— Этих дозорных как кегли в боулинге раскидают, если не пришьют в первую же вылазку. Где хвалебная полиция? Этот тип буквально призывает людей на самоубийство, — сказал Мидория и благо не очень громко.

К ним внезапно, со скоростью чёрта из табакерки, подскочил этот самый «фанатик». Он тут же начал усердно пихать им в руки листовки, как будто от этого зависела его жизнь. И не только его, но и его внуков, правнуков, бабки, тетки, деда по какой-то линии и не пойми ещё кого.

— Молодые люди, вы любите героев? Вступайте в гражданский дозор! Помогите миру стать чище!

Троицу одарила такая сияющая улыбка, что хоть солнечные очки надевай.

— Ох, — Мидория мгновенно сменил язвительность на набожность. — Мы просто обожаем героев, но, увы, мы несовершеннолетние, — бормоча извинения и неловко кланяясь, продолжил зеленоволосый, — Но мы возьмём листовки, будет хорошей мотивацией для нас, чтобы стать героями.

Радости агитатора не было предела.

— Молодцы, ребята, так держать! Вы станете отличными героями! ЮЭЙ, геройские академии, вот фундамент геройского общества! Будьте добры, передайте эти листовки своим родителям, пусть приходят! — и он всучил им по три, целых три, бумажки каждому. Невиданная щедрость. Хотя если внимательно посмотреть, то можно было увидеть неподалеку целую коробку этих самых бумажек. Сказать, что их напечатали вагон и маленькую тележку, — это ничего не сказать. Или у него заело принтер, и всю ночь техника исторгала из себя листовки? Кто знает.

Изуку искренне пожалел деревья, которые напрасно сгинули ради самой нелепой цели. Ради никому ненужных листов бумаги, пачками выкидываемых в мусорные урны. Гори в аду, злой бумагомаратель.

— Да, моему отцу будет интересно об этом узнать, — Тодороки бесхитростно улыбнулся. Старателю будет очень интересно услышать об этом дозоре.

— Я думал, меня сейчас блеванет, — выдохнул Бакуго, смотря вслед «активисту», который уже мчался к другой жертве, к рослому парню в кепке.

— Может навестим их? — спросил Шото, изучая полученные листовки. Бумага была дешёвой, как тетрадный лист. Немного липковатой на ощупь. Рисунок тоже желал лучшего. Творил явно тот, у кого руки из филейной части растут. Но место сбора нарочито было напечатано жирнющим шрифтом красными буквами. На ум невольно приходила мысль, что на листовках значительно сэкономили. Главной задачей было только сообщить адрес и всё. Ни цели, ни руководящих личностей не было. Просто рисунок, адрес и незамысловатый лозунг. Это явно попахивало обманом.

— Ага, хорошая взбучка им не помешает. Выясним, чем они являются.

Мидория всегда считал, что порой такие маленькие камешки вызывают чудовищные лавины. И лучше сразу предотвратить это, чем попасть под неё.

***

Смеркалось. Тени становились всё длиннее, а солнечные блики, отражающиеся от окон, алее. Солнце из последних сил освещало не такой уж мирный Мусутафу. Словно оно знало, что с приходом темноты, придут и злодеи.

— Злодейское прозвище?

— Ага, Айзава сказал придумать, ну или хотя бы наметить. И он доходчиво разъяснил, чтобы никто дебильные прозвища не брал.

— Король Взрывокиллер!

— Дебильно звучит.

— Уройся. Оно грозно звучит. У самого что?

— Наверное оставлю «Деку», привык как-то, — пожал плечами Изуку, вспоминая как Сотриголова сказал, что у кого будут идиотские прозвища, те будут бежать десятикилометровый марафон через лесистую местность. На время.

— Тоже дебильно, — цыкнул блондин.

— Если у тебя плохая фантазия, это не значит, что у всех она такая же. Как это вообще пишется? Оно ужасно длинное. Когда блин старушка будет звонить героям, то уже забудет, что она говорила. До такой степени оно длинное и заковыристое.

Если взглядом можно было убить, то Изуку помер бы здесь и сейчас. Однако Кацуки не стрелял лазерами из глаз, поэтому ему пришлось довольствоваться лишь витиеватыми ругательствами.

— Шото, не молчи, есть прозвище?

— По мне лучше, чтобы сама общественность дала тебе имя. Журналисты очень талантливы в этом деле, — увидев недопонимание в глазах этих двоих, Тодороки неохотно продолжил.

— Ну ладно, допустим, ты придумал прозвище. Что дальше? Не будешь же ты подходить к каждому встречному и говорить типа: «Эй мужик, сегодня я тебя не убил, но ты всем передай, что меня зовут Король Взрывокиллер». Или ты не залезешь же на высотку и не будешь орать: «Эй, народ мое прозвище Король Взрывокиллер, запомните или я вас уебу к чертям». И ты точно не запустишь рекламу со своим именем по ТВ. Хотя и общественность может дать тебе идиотское прозвище. Так всю карьеру и жизнь испортить можно, а репутацию вообще не поднимешь. Злодеям с прозвищами тяжелее, а вот героям намного легче.

В повисшей тишине они дошли до очередного перекрёстка.

— Знаешь, ты мудень, Шото, — проворчал Бакуго, — Хотя признаться никогда не думал о прозвище в таком ключе. И что теперь нахрен делать?

— Задачка… Можно делать надписи возле своих жертв. Это сделал кто-то и так далее.

Тодороки кивнул идее Мидории. Сама идея не нова, она стара как мир. Но что проверено годами, то безотказно работает. Хотя надо всё-таки позже спросить у старших насчёт этого вопроса.

— Это мыторно, краску возьми, маркер возьми, мел возьми, написать ещё надо. А если ты забыл? Всё дело коту под хвост.

— Не, пиши кровью.

— Пошёл ты, двумордый.

Впереди идущий Мидория внезапно сморщил нос. Откуда-то несло гнильем и застоялой водой, которая покрылась десятисантиметровым слоем тины и где сдохла пара рыбёшек.

Эти улицы были всегда чисты, нонсенс было найти здесь хоть фантик или окурок. Однако этот мерзкий запах упрямо забивал его нос. Краем глаза он заметил, что в темноте закоулков что-то двинулось. Что-то крупное.

Из тёмного переулка медленно выползло нечто, похожее на гигантский текучий ком грязи или ила. Оно быстро пробежало своими алыми глазами по подросткам, словно оценивая их. Полный рот острых зубов мерзко ощерился в подобии улыбки.

— Эй, детишки, не бойтесь! Мне нужно только одно тело. Будьте паиньками и, возможно, двое останутся живы, — тело болотника перетекало словно слайм. Это создание было реально большим. Тут и там на его теле возникали то ли руки, то ли щупальца, которые извивались похлеще конечностей осьминога.

— Чудо-юдо, ты чьих будешь?

Изуку с любопытством рассматривал явившегося перед ними злодея. Интересная причуда всегда пробуждала в нём исследовательский интерес.

Реакция этой компании, вернее полное безразличие у двоих и какой-то нездоровый интерес у третьего, заставили болотника остановиться и оглядеться по сторонам. Вдруг ловушка?

Однако, кроме этих троих, на улице никого не было. Тогда где же испуганные крики и мольбы о помощи, ну или хотя бы яростные атаки на него? Как будто перед ними выскочил не злодей, а пятиклашка в костюме бабайки.

— Эй, утырок, — злобно прошипел блондин, скалясь во весь рот, — Ты оглох? Тебе задали вопрос, отвечай.

— Сопляки, у вас крыша поехала от страха, — грязевик мерзко заулыбался, «поняв» в чем дело.

«Да. Верно, эти дети до того испугались, что совсем сошли с ума».

Болотник ещё раз огляделся. Вокруг никого. Лучший момент для захвата тела.

— Он чужак, — задумчиво произнёс Тодороки, пытаясь что-то вспомнить. Бакуго с большим презрением посмотрел на злодея и поцокал языком.

— Он ведь точно не из наших? — Мидория сузил глаза, припоминая всех новеньких этого месяца, поступивших на службу к Всемогущему и Старателю.

— Ага. Не припомню такого, я бы запомнил это… Как это назвать? Жижа, болотная тина? Хрень? — блондин кровожадно ощерился, предвкушая скорую расправу.

— Ублюдки! — болотник взревел от ярости. Что он вообще их слушает? Едва сбежав от долбаного Героя Номер Один и грёбанного Мускула, он стоит и слушает трёп малолеток.

— Я вас всех порешу! Я ваши трупы так изуродую, что мать родная не узнает!

— Эй, не горячись, чувак! Давай всё обсудим, и мы объясним тебе правила этого города… Жижка, — Изуку с лёгкостью придумал ему прозвище.

— Заткнись, коротышка!

Мидория никогда не отличался высоким ростом. Он не питал особых надежд догнать по росту Бакуго, а тем более Тодороки. Порой ему казалось, что он всегда будет невысоким, если не будет какого-нибудь волшебного скачка гормонов роста или тайных плюшек от переданной ему причуды. Хотя рост для злодея — не главное. Например, тот же Гран Торино, в молодости не отличавшийся особо высоким ростом. Но в старости ставший ещё ниже, с метр двадцать. Несмотря на это, он тёртый множеством сражений злодей, одна из легенд преступного мира, обучавшая самого Злодея Номер Один. Будучи молодым, Гран Торино был великолепен в бою, но и в старости мог дать жару. Получить от разогнавшегося до ста миль в час старика — сладким не покажется. Однако не скажешь, что маленький сухонький старичок с седой бородой является видной фигурой среди злодеев. Он тот, с кем советуются при необходимости сам Всемогущий и сам Старатель.

Однако Изуку не успел высказать свои возражения по поводу роста.

Болотник вспыхнул почти мгновенно.

Доли секунды естественная влажность болотника противилась неожиданной атаке. Но пламя с остервенелой жадностью поглотило тело злодея. Он не кричал, рот и всё полагающееся к нему огонь уже поглотил. Было только невнятное шипение, словно на разогретую сковороду налили студёной воды.

Воздух тут же наполнился неприятным запахом сожженных водорослей и прелой травы. Дымило от него знатно, будто кто-то поджёг покрышки. Густой чадящий дым столбом поднялся в небо.

— Шото, твою ж дивизию, я хотел с ним поговорить!

Зеленоволосый был в шоке. Не потому что это был человек, а потому что это был ПРИКОЛЬНЫЙ человек. Несмотря, что от него несло как от болота и канализации.

Расстройство Изуку было сравнимо с ошеломлением ребёнка, лицезревшего гибель любимой игрушки. Дико прискорбно, но не смертельно. Мидория уже начал составлять варианты по применению этой причуды и прикидывал её плюсы и минусы. Мог ли болотник регенерировать с крошечного кусочка? Какую форму он мог принять? Он родился таким ли это проявилось со временем? Это его боевая форма или он такой всегда?

Столько интересных вопросов хотел задать Изуку и даже провести несколько экспериментов, конечно же с согласия. Этот индивидуум мог стать отличным дополнением к его коллекции анализов причуд. Но грязевой злодей сгорел как спичка. И все его планы сгорели вместе с ним.

Хотя постойте. Сжигание тоже по своей сути было экспериментом для выявления слабых сторон причуды болотника? Верно? Мидория кивнул себе. Хоть что-то. Скорее всего, взрывы Каччана или способности его самого мало что бы сделали. Грязевик собрался бы снова. Если его «сдуть», а потом изолировать части друг от друга? Возможно, что это сработало бы.

Однако факт остаётся фактом: жидкое состояние соперника крайне проблематично в бою. Какой толк мутузить врага, если он как жидкость? Тоже самое, что бить воду. Тогда как с ним сражаться? Тут-то Тодороки вежливо предоставил ответ. Моментальное сжигание было одним из эффективнейших способов уничтожения. Но возможно, что замораживание остановило грязевика, превращая состояние жидкости в твёрдую структуру. Это была теория. Но если под рукой нет огнемёта, или три ведра азота, или Тодороки Шото, что тогда?

Так много вопросов и все без ответов. Раздражающе.

— На кой чёрт ты его сжёг? — теперь пришла очередь Кацуки негодовать. Изуку был рад услышать, что блондин кой-то веки разделяет его мысли. — Я хотел его расхерачить!

А нет, Мидория ошибся.

— Я вспомнил его. На этого грязевика поступила ориентировка. Сегодня утром он разгромил офис, игнорировал предупреждения, возомнил о себе не весть что. Типичный злодей со стороны. А потом его повязали наш горячо любимый Символ мира и Мускул. И если он помер здесь, то грязевой сумел сбежать от них. Неплохо.

— Как это можно забыть?

— Понимаешь, у меня другим голова забита.

— Да хрен с ним. Пошли, а то уже опаздываем на дебильный шабаш.

— Эх…

Изуку бросил сожалеющий взгляд на дымящиеся останки некогда злодея. Такой интересный экземпляр пропал.

***

Спустя некоторое время на той же улице появились двое про-героев. Высокий, мускулистый и хорошо сложенный человек, одетый в красноватую майку, которая обтягивала его мощную грудь, и тёмные штаны, концы которых были заправлены в чёрные сапоги до колен. Его пепельно-блондинистая голова знатно возвышалась над его коллегой, статным мужчиной в чёрном деловом костюме и в такой же тёмной маске, с выходящими из неё всевозможными металлическими трубками.

— Походу наш грязевик спёкся, — белозубо ухмыльнулся напоминающий больше бодибилдера, чем героя, человек, не выделив ни секунды на сожаление или хотя бы на притворство, что ему не всё равно. Они искали этого мерзкого злодея битые часы. И если бы не столб дыма, то поиски продолжились до самой ночи.

— Не смешно, Мускул.

Все за одного с момента побега грязевого злодея корил себя. Как они упустили его? А если этот болотник напал на гражданских? Когда уже эти двое отчаялись его найти и были уже готовы поднять всю полицию и ближайшие агентства, на горизонте появился тёмный дым. Все за одного и Мускул не думали, что это как-то связано с их беглецом, однако, как герои они, разумеется, отправились к источнику дыма. В воздухе витал характерный запах болотной сырости и гари, что сразу насторожило их. Они нашли чьи-то запекшиеся останки. Герои точно не знали, что это тот самый сбежавший от них злодей. Но чутье, а оно их никогда не подводило, тревожно подсказывало, что это точно он.

Кто-то убил злодея. Или он перешёл кому-то дорогу? Линчеватели или какой-то герой?

— А по-моему смешно.

Гото Имасуджи по прозвищу Мускул был весьма задиристым и драчливым героем, на которого подавалась большая часть жалоб других про, да и обычных граждан тоже. Но, к успокоению Все за одного, жалобы были несерьезные. Но он ходил по острию ножа.

Случайность. Любая случайность и на счету героя может оказаться ни в чем неповинная жертва. Мать-одиночка с двумя сыновьями, которые станут сиротами. Молодой отец или старушка, которую будут оплакивать внуки. Задержание преступника или бой со злодеем — это всегда непредсказуемо. Кусок бетона, непредвиденный взрыв или обрушение здания и кто-то не дождётся родных дома. Ведь люди — хрупкие существа, порой небольшой осколок стекла или арматура не под тем углом может запросто лишить жизни.

К непониманию и даже гневу Символа мира такие случаи заминались. Это стало рутиной. Жестокой и циничной повседневностью.

Бюрократическая система государства вытащила из своих недр своё очередное создание с витиеватым названием «Геройское бюро по коммуникации с населением», которое и занималось решением подобных инцидентов и их сопутствующими. Судебные тяжбы, выплата компенсаций, заглаживание скандалов и пиар-реклама опрофанившегося героя для поднятия его упавших рейтингов — всё это стало хлебом насущным для десятков сотрудников бюро.

И этой поблажкой без зазрений совести пользовались многие герои. Подумаешь, написать отчёт, дать показания и выступить на пресс-конференции с извинениями. Или вообще скинуть всё на злодея, мол это всё он! Ведь злодеи они такие! Снесут парочку домов, расхерачат к чертям три магазина и автобус, прибьют с десяток гражданских. А то, что в этом деле ему помогал герой — это дело десятое. Если нет, конечно, свидетелей или улик. И всё, гуляй, Вася. Это печальный, но сопутствующий ущерб. Но ведь главное, что мы защищали вас, верно?

Не проходило и дня, как Гото начинал задирать и выбешивать героев или полицейских. И без разницы были те на патруле или на обеде. И порой это заканчивалось разбитыми носами, синяками, царапинами, а бывало ещё и выбитыми зубами. Но какими бы минусами он не обладал, его фанбаза не уменьшалась, а, наоборот, даже увеличивалась. И стоит заметить, что большая часть фанатов Мускула была женской. Женщинам всегда нравились плохие парни.

Но на этот раз улыбка сползла с лица Мускула. Мышцы тугими волнами заходили под кожей Гото, а его кулак опасно сжался.

— Долбанутые линчеватели, эти вездесущие крысы отбирают наш хлеб.

Ведь герою, захватившему или одолевшему злодея, полагалась хорошая премия, размер которой варьировался от ранга злодея. А агентству с хорошими результатами выделялись всяческие льготы, денежная поддержка от правительства и, конечно же, повышение рейтинга, а соответственно, и популярности. А «вездесущие крысы» всё портили.

В этом неспокойном мире, кроме героев и злодеев, существовали так называемые линчеватели.

Часть из них была доморощенными поборниками справедливости, самоучками, начитавшимися комиксов. Погрязнув в идеалах, они выходили на ночные улицы в костюмах собственного производства, будь то самодельный плащ из простыни или продырявленная шапка вместо маски. Но за ними, как тень, следовала печальная статистика. Около семидесяти процентов таких «линчевателей» гибло в первые же вылазки, а остальная часть оказывалась на больничной койке или вовсе становилась инвалидами. И только последние десять процентов вели более-менее успешную деятельность.

Происходящее в комиксе или фильме разительно отличалось от реальности. То, что главный герой на раз-два улаживает всяких злодеев в подворотне, пафосно спасая знойную красотку, или как он защищает банк от целой банды грабителей с автоматами, это всё ни на йоту не приближено к реальности.

Правда куда суровее. Те самые злодеи из подворотни с удовольствием пройдутся по твоим почкам, чтобы не повадно было раскидываться речами о справедливости. И плевать они хотели на твои удары по шее, которые якобы должны их вырубить. А во время противостояния с грабителями такой гражданин имеет высочайшие шансы самому получить пулю, по пути захватив всех заложников с собой в могилу.

С такими вот линчевателями герои и боролись. Человек без должной подготовки добавляет лишь работы агентствам и портит статистику. Так что сидите дома. Герои сами всё решат, вы не зря платите налоги.

Среди другой части линчевателей более успешными являются «мстители», люди, потерявшие своих родных из-за злодеев и поэтому объявившие им тотальную войну. Порой ими становились герои в отставке по пенсии, инвалидности или те, кто добровольно решил покинуть геройскую карьеру, чтобы вершить незаконный, но эффективный самосуд. Или же это были бывшие семьянины, рядовые рабочие, простые граждане, отчаявшиеся в героях и справедливости. Но их глаза повязаны местью. И такие люди часто заканчивают крайне плохо.

Третья же часть линчевателей была профессиональными охотниками за головами. Рисковый бизнес с кровавыми деньгами. Щедрые награды за головы некоторых злодеев или террористов, которые выплачивало само правительство, были крайне привлекательны. Но обычно вознаграждения давались за высокоранговых преступников, поэтому успешность «охоты» была раз на раз. В это деле можно было срубить целый куш или рано двинуть кони.

— Не сразу линчеватели. Это могли быть и злодеи, — задумчиво произнёс Символ мира, рассматривая останки. Жар был большим, грязевик сгорел почти мгновенно. Да и дорожное покрытие оплавилось. Странно, до территории Старателя далеко. Возможно, что мелкие группировки или злодеи-одиночки здесь постарались.

— Территориальные разборки? — предположил Мускул. Грязевику вероятно не повезло, оказался не в том месте, не в то время. Или же его изначально заказали? Но он был мелкой рыбёшкой, так что вероятность заказного убийства крайне низка. Однако следствие будет рассматривать все варианты. — Я вызываю криминалистов и полицию.

— Да, я осмотрю окрестности. Не отходи от места преступления.

— Ясно-ясно, — ворча, Гото Имасуджи сел прямо на землю. Беготня по городу в поисках злодея сидела у него в печёнках и изрядно измотала его. Морально конечно, не физически. Кому-кому, а Мускулу в физической силе и выносливости не занимать.

***

Инаса Йоараши был и является человеком обостренного чувства справедливости. И гражданский дозор казался ему хорошим способом поддержать про-героев. И пусть Инаса пока школьник, но внешне он выглядел намного старше своего возраста.

Для своих школьных лет Йоараши был очень высоким и мускулистым. К тому же он не особо парился о своей прическе, постригая свои тёмные волосы под короткий ёжик. Парень даже не задумывался, что это создавало облик дородного бандита или вышибалы, к которому не то что одноклассники, но и обычные прохожие боятся подойти слишком близко. Но Инаса не расстраивался.

Хоть природа наделила его «откровенно бандитской рожей», это по словам старушек, но он был крайне энергичным парнем, заводилой, душой компании, который с детства хотел стать героем, настоящим героем с «горячей кровью», который будет защищать невинных и вдохновлять на подвиги других. И в момент появления его причуды, позволяющей управлять ветром, ему стало ясно как день, что он станет героем.

Мечта стала целью.

Хоть Инаса был ещё юн, но его контроль и мощь причуды были на достойном уровне. Сильные потоки ветра он контролировал с хирургической точностью, он даже мог нестись по воздуху.

Ветер, в любую секунду способный превратиться в бурю и ураган, был под стать энергичной и бурной личности Йоараши. И он точно знал, куда ему следует стремиться попасть. Геройская академия. Одна из ступенек для достижения его цели, уже не мечты. Прошли времена, когда он играл в героя в детском садике, воображая эпичные битвы со злодеями. Теперь он будет настоящим про-героем с настоящими сражениями за справедливость.

Однако в какую именно академию поступить, он пока не решил: ЮЭЙ или Шикецу?

У той и другой были высокие баллы в рейтинге лучших академий мира для подготовки про-героев. Хотя ЮЭЙ была именитей и известней, но у Шикецу была просто потрясная школьная форма! Только посмотрите на этот стиль, а эти головные уборы! Он давал сто пятьдесят процентов гарантии, что эта форма ему реально подойдёт.

В своих размышлениях, он быстро дошёл до нужного адреса.

И когда Инаса увидел место сбора, он разочаровался. Парень представлял это место как какую-нибудь контору или специальное для этого здание. Однако место, указанное в адресе, было непримечательным складским помещением, на голой стене которого висел одинокий плакат, возвещающий о сборе гражданского дозора.

Если бы он не знал о гражданском дозоре, то подумал бы, что там собираются заговорщики или преступники, замышляющие ограбление века.

Когда Инаса вошёл в здание, он разочаровался ещё больше. Убогое помещение, походящее разве что на складирование хлама. Пластмассовые стулья, на которых сидели люди, были словно с мусорной свалки. Лампочки то и дело мигали, а в воздухе висел стойкий запах гнилого дерева. Вдали от небольших окон, в неосвещенной части здания, виднелись пустые и поломанные стеллажи с какими-то банками и коробками.

Когда Инаса слушал «воодушевляющую» речь, он разочарование постигло его окончательно.

Где они, люди с «горячей кровью»?

Почему здесь так веет апатией и безволием?

Почему «лидер» дозора только и говорит о членских взносах?

Почему так?

Редкие хлопки гулко отдались от стен. От силы два десятка горожан, пришедших сюда.

Ему стало тошно от этого витающего в воздухе обмана. Инаса сжал кулаки и хотел уже уйти подальше от этого места и этих людей. Он неохотно поёжился, стало явно холоднее.

Сзади раздался тихий треск, словно скрежет льда. Парень мгновенно обернулся на звук, мгновенно насторожившись и взведя боевую готовность на максимум.

Толстый слой льда сковал всю противоположную стену, заключив дверь и окна, кроме одного, в мощный панцирь. Люди мгновенно подскочили с мест, жутко скрежеща стульями, а организаторы неловко попятились назад.

Из темноты вышел парень с накинутым капюшоном, который ввел рукой по замороженной стене, будто гладил огромного ледяного зверя. Вслед за ним развязно появился блондин, между пальцев которого струились ручейки дыма и раздавались маленькие взрывы. Последним из тени показался зеленоволосый парень с взлохмаченными волосами, который сделал короткий кивок.

В следующий момент из руки парня в капюшоне выскользнул яростный поток огня, прямо на места, где когда-то сидели люди. Миг и началась паника. Крики ужаса наполнили помещение. Все побежали к единственному незамурованному льдом окну. К окну, позволяющему вылезти только по одному.

Пламя полыхало, с жадностью пожирая деревянное покрытие пола. Использовать ветер в замкнутом пространстве было не самой лучшей идеей. Йоараши без раздумий применил причуду, чтобы потоками ветра пробить обледенелую дверь, при этом готовясь отразить любую атаку.

— Есть еще выход?!

— Он там, позади злодеев! — прокричал «лидер», яростно расталкивая горожан.

Йоараши невольно замер, обернувшись.

Хоть у них и были повязаны лица, он увидел до боли знакомое выражение глаз.

Это были такие же глаза как у того монстра, именуемого Старателем. Тот же холодный взгляд.

Инаса вживую видел Старателя, этого чудовищного злодея. И навсегда запомнил эту ужасающую ауру и его глаза. Бирюзово-голубые, яркие, но холодные, пронзающие насквозь.

Тогда парень был семиклассником, пытающимся тщетно справиться с задачей по физике. Как вдруг оконные окна лопнули, и его снесло взрывной волной. Мелкие осколки с жалящей болью впились в его спину. Благо, он не сидел лицом к окну. Но если бы сидел… По его спине пробежал холодок от одной мысли.

Осторожно выглянув на улицу, он замер.

Геройское агентство полыхало, будто ад вырвался наружу.

Агентство, которое было прямо через дорогу от его дома.

Агентство, которое было его мотивацией по пути в школу.

Агентство, чьих работников он знал наизусть.

И среди того ада он увидел громадную фигуру, полыхающую также яростно.

Инаса узнал его сразу.

Старатель. Злодей Номер Два.

Он выглядел как чёртово чудовище из геенны, с этими языками пламени на лице. Монстр, которого язык не поворачивается назвать человеком.

Инаса сколько себя помнил никогда не боялся огня. Когда-то он даже бросился в горящий дом и успешно спас оттуда человека. Но этот огонь его напугал. Казалось, что языки пламени лизали само небо. Его жар был словно из кузнечного горнила. А он помнил эту адскую температуру, когда приезжал на лето к дедушке-кузнецу. Как плавился казавшийся нерушимым металл.

Страх и гнев смешались в Йоараши. Одна часть хотела убежать и спрятаться от чудовища. Другая же хотела атаковать его, отомстить и наказать.

Ему казалось, что прошла целая вечность, но пролетело лишь мгновение. Праведный гнев одержал вверх.

Семиклассник выбежал наружу с яростным криком и в порывах ветра.

Чудовище повернуло голову на шум. И тогда он увидел эти глаза вживую, они заставили его внутренности нервно сжаться.

Инаса застыл.

Если Злодей Номер Два так пугающ, то каков Номер Один? Какой он монстр?

Фотографии и видео никак не передают то ужасающее давление ауры и силы. Теперь он понял, почему некоторые про-герои просто бегут от них, как звери от пожара. Старатель посмотрел на него, вернее скользнул по нему бездушным взглядом, словно Инаса был никем, просто травой у обочины, камнем у дороги, тем, что не стоит его внимания.

Осознание ударило обухом. Злодей не видел в нем угрозы, он даже не достоин его пинка или удара, чего-то, что потратит время. Старатель просто ушёл.

И теперь после стольких лет он вновь увидел этот бездушный взгляд. И такой же огонь.

Йоараши больше не испугается. Его мысли завертелись. Не время для страха и воспоминаний. Здесь люди, которых нужно спасать.

Тогда у кого лёд? Он не видел, кто заморозил стену. Если у светловолосого взрывы, а у того пламя, то у парня с зелёными волосами — лёд.

Ледяной панцирь пошёл трещинами. Ещё несколько ударов и дверь откроется.

— Люди, дверь почти открыта, продолжайте бить лёд…

Инаса с ужасом увидел, что они не слышат его. Ему было неприятно признавать, но он в омерзении поморщился при виде истинной натуры этих людей. Они как животные толкали друг друга, пинались и дрались. Несколько человек уже протиснулось наружу, а оставшиеся продолжали месить друг друга в давке. Он понимал, что паника — опасная вещь, которая никак не сочетается с человечностью и разумом. Чувство страха, подавляющее логическое мышление. Остаётся лишь желание выжить, которое не замечает, что под ногами живые люди.

«Чёрт!»

Будто в замедленной съемке он видел, как расцветает букет взрыва. Яркая вспышка, чадящая дымом, чуть не задела его. Блондин дико смеясь, взорвал пустоту.

Однако ударная волна доходит до Йоараши, отбрасывая его на метр назад.

Только отточенные рефлексы уберегли его от ожогов и куда более опасных травм. Взрыв прошелся по касательной, лишь слегка подпалив одежду. Дым затмил обзор лишь на миг. Резкий порыв ветра развеял завесу, явив ему хищную улыбку нападающего.

— Не отвлекайся на этих свиней.

Блондин злобно оскалился, резко ускоряясь с помощью взрывов, добавляя атаке дополнительный импульс.

Инаса еле успел укрыть себя плотным ветряным потоком, когда ослепительная вспышка врезалась в него, словно метеор. Отголосок атаки больно прошёлся по нему. На миг ему показалось, что атака злодея пробьет его «щит», он даже почувствовал жар взрыва на своем лице. Страшно подумать, что сделает такой удар с обычным гражданским. Это определенно опасная причуда, словно у злодея неисчерпаемый и незаметный запас мощной взрывчатки.

Блондин отскочил назад, словно заново оценивая противника. Инаса было подумал, что он испугался или что-то ещё, но нет. Тот заулыбался ещё кровожадней.

Йоараши, взлетев вверх в потоках ветра, отправил с десяток ветряных кос в блондина. В качестве предосторожности он окружил себя потоками ветра, его страховка на момент неожиданной атаки. Почти не замедляясь, светловолосый пробил взрывами летящие к нему косы, стремительно приближаясь к нему. Он внезапно подпрыгнул вверх в жёлтых вспышках, почти вплотную оказавшись перед ним.

Вновь ветер и взрывы сошлись в поединке. Несколько столкновений, и они отпрыгнули в стороны. Противники не особо отрывались друг от друга в скорости и в силе атак. Даже не было первой крови. Схватка могла затянутся. И те двое почему-то стоят в стороне и не вмешиваются. Они могли что-то задумать, да и блондин серьёзно даже не дерётся, будто разминается. И тогда Инаса решил.

Подцепив щебенку, он направил поток в сторону злодеев, разгоняя пойманные ветром предметы до приличной скорости, до достаточной силы удара, серьёзного, даже смертельного. Уже не такая безобидная щебенка летела прямо на злодеев. Они приготовились к защите. Ледяная стена стремительно поднималась, закрывая всех троих. Однако в последний миг поток увернулся в сторону, с силой ударившись в заледенелую дверь.

Оглушающий треск и ледяной панцирь осыпался, открывая выход из полыхающего здания. Люди рванули наружу. Яркий свет заходящего солнца проник в тёмное здание, освещённое лишь пламенем. Инаса на миг даже улыбнулся. Будто этот свет — надежда, луч солнца среди туч, долгожданный поток свежего воздуха в затхлом помещении.

Он отвлекся на этот ход, пропуская стремительную атаку внезапно появившегося блондина. Обжигающая вспышка и резкая боль пронзила его голову. В глазах то темнело, то до ужаса становилось так ярко. Через мгновение он уже падал.

— Ты, как вижу, хочешь стать героем.

Перед ним кто-то сидел на корточках и заглядывал ему прямо в лицо. Ярко-зелёные глаза будто смотрели ему в душу. Инаса пытался сфокусироваться, но кровь продолжала заливать ему глаза.

— Ты мог с нами продолжать драться, наплевав на этих выродков. Но ты как герой решил спасти их. Похвально. Даже сделал вид, что собираешься атаковать нас, но потом резко сменил направление. Умно, а так мы бы помешали твоей попытке открыть дверь. Однако ты её замаскировал под атаку.

Он похлопал его по плечу.

— Ты старался, спасал их, а они тебя бросили нам на растерзание. Те, кого ты так старался спасти, кинули тебя. Здание-то горит знатно уже, а ты здесь один. Но не бойся. Мы не монстры. Пока что. Потом увидимся, герой.

В тот момент Инаса потерял сознание.

***

Он резко вскочил, изрядно напугав склонившегося над ним медика, который видимо перевязывал ему голову. Испуганный врач отскочил в сторону все также держа длинную полосу бинта с антисептиком.

— Эй! Парень! Не пугай так! И не вскакивай так резко. У тебя сотрясение мозга вообще-то, да и надышался дыма.

— Как остальные? — видя до сих пор напуганные глаза, он решил, что выглядит довольно безумно. Со своим двухметровым ростом и окровавленным лицом.

— Ничего серьёзного. Просто ссадины и ушибы, денёк подышат кислородом и всё будет нормально. А тебе точно полторы недели положено лежать в больнице. Многие говорят, что сотрясение — пустяк. Но нет! Всякое может быть.

Инаса качнулся, держась за голову, чувствуя там что-то влажное. Он поморщился, засохшая кровь неприятно стягивала кожу лица.

— Не бойся… Ожогов не останется, у тебя лицо немного подпалено. Но целители поколдуют и ещё большим красавчиком станешь.

Парень вообще не слушал, что говорил медик после слов «Не бойся». Он вспомнил, что тот зеленоглазый злодей говорил.

«Не бойся…»

Его оставили? Все сбежали? Он мог сгореть или быть убитым. Но его вынесли оттуда.

«Ха, смешно. Злодеи спасли будущего героя. Смешно».

Однозначно, что его кто-то вынес наружу. Вокруг мельтешили медики, полицейские и герои. Мощный поток воды тушил яростно полыхающее здание, поднимая клубы пара в уже потемневшее небо.

Сейчас раздумывая на холодную голову, он кое-что заметил. Никто серьёзно не пострадал, кроме него. Да и то это несколько ожогов и сотрясение. А если бы они хотели по-настоящему навредить? Тот парень в капюшоне мог всё к чёрту спалить. Никто бы не выбрался, даже он сам.

Значит, это были хулиганы? Почему он принял их за злодеев? По росту и телосложению те трое точно подростки, как и он. Это чья-то жестокая шутка? Спор на слабо? Можешь ли ты поджечь здание, полное людей? И из которого нельзя выбраться?

Парень встряхнул головой.

Нет, это точно были злодеи. Скорее всего, молодые злодеи, поросль. Хулиганы так не действуют и не дерутся. Он обязательно просмотрит все объявления и сайты про злодеев, может быть узнает их. Инаса запомнил их причуды. Но из-за дыма он не успел увидеть кто именно создал ледяную стену. Но даже так можно что-то нарыть.

«Чёрт, я такой слабак».

Это его первый настоящий бой, не мелкая потасовка в школьном дворе. Однако ему наверняка сделают выговор за несанкционированное применение причуды. Ну и хрен с ними. Он спас сегодня людей, какими бы они не были. Спас… Как самый настоящий про-герой.

Это было как осознание.

Сегодня Инаса стал героем. И несмотря на то, что его чуть не поджарили, он лишь сильнее укрепился в своём желании поступить в геройскую академию.

«Да, ещё увидимся, злодеи».

Будущие герои. Будущие враги

Тот, кто поступает правильно в 51 случае из 100,

в конце концов становится героем.

Альфред Слоун

Время до вступительных испытаний в геройские академии пронеслось, словно кассета на перемотке, которую останавливали лишь для самых значимых событий. Экзамены, изрядно истрепавшие нервы всех и вся, торжественное вручение аттестатов под всхлипы родителей и яростное щелканье фотоаппаратов, выпускной под радостные крики уже не школьников, а после перерыв, чтобы отдышаться. Время до дня X, за которое нужно успеть подготовиться к вступительным тестам и подать документы для поступления.

В это время у работников приёмных комиссий геройских академий настоящий аврал, по-другому это не назвать. А про ЮЭЙ даже боязно думать, что же там творится у бедных сотрудников, которые пашут двумя сменами? Желающих поступить в известную на весь мир академию, много, а значит много и работы.

Тихий ужас в виде коряво заполненных бланков, отсутствующие документы и кривые фотографии. Множество писем и посетителей, уточняющих всё и вся, хотя это информация доступна и на сайте. Толпы, желающих записаться на платные подготовительные курсы, которые, вероятно, помогут пройти тестирование. Случаи предложения взятки в два чемодана. Традиция, происходящая каждый год и мучающая приёмную комиссию в течение пары месяцев.

***

— Имя?

— Шигараки Томура.

Пожилой человек за стойкой регистрации на практические испытания пронзительно посмотрел на поступающего.

Бледноватый парень с синевато-серыми волосами и красными глазами неуверенно переступил с ноги на ногу.

Что-то отметив в компьютере, старик протянул ему регистрационный номер и лист бумаги.

Выданный бланк был классической формой, чтобы ЮЭЙ могла откреститься от всех покалеченных на практическом испытании. Проще говоря, абитуриент будет сам виноват, если покалечится или, не дай бог, помрёт. Мол, вы сами виноваты, никто вас сюда силком не тащил. Однако пострадавшим в обязательном порядке оказываются услуги целителя высочайшего класса, так что проблем быть не должно, разве что ты не помер до прибытия врача или тебя не раздавило насмерть упавшее здание.

А такое часто случается на практических испытаниях в геройских академиях. Раз в два-три года в новостной ленте проскальзывает сообщение о гибели поступающего на вступительных экзаменах в результате несчастного случая. Всё-таки практические испытания — это не возня в песочнице, это довольно сложное задание с активными применением причуд. Да никто не отменял случайности.

Навернулся с высоты, сердце не выдержало, попал под удар чужой причуды… Причуда — всё же оружие, а в неумелых руках это… Вы сами понимаете. Никто не даст заряженное ружьё или взрывчатку необученному ребёнку. То же самое и с причудами.

К радости общественности, количество смертельных инцидентов постепенно снижается. По крайней мере так пытается заверить Комитета по применению и контролю причуд.

— Йоу, Томура!

Черноволосый парень с ярко голубыми глазами увесисто хлопнул Шигараки по спин

— Не сутулься.

— Как всегда тактичен, Даби. Что-то ты долго был на письменном тесте. Думал, ты там заснул.

Парень ухмыльнулся. Обожженная кожа натянулась от этого движения. Томура уже давно не замечал эти жуткие шрамы, скреплённые скобами. Но люди постоянно бросали взгляды, то жалостливые, то испуганные.

— Полегче. Не все такие мозгастые как ты. И вообще я вышел из той душной комнаты пятым. Тоже неплохо.

Все за одного, он же Учитель, хотел дать им рекомендации для поступления в ЮЭЙ. Одна бумажка от Символа мира решила бы всё. Даже специальные испытания для рекомендованных не надо было бы проходить. Но они вежливо отказались. Учитель полностью принял их стремление поступить собственными силами.

— Не нервничай.

У Томуры была привычка чесать шею, когда он был взвинчен.

— Если не сможем пройти этот экзамен, то попробуем в другой геройской академии или пойдем в полицию, — спокойно предложил Даби, заполняя на услужливо предоставленном столе бланк.

— Ты будешь применять огонь?

Черноволосый замер на мгновение, но через секунду продолжил заполнять лист.

— Я знаю, у тебя в начале был блок в применении причуды… Ты отказывался её использовать… Конечно это не моё дело, — Шигараки опять нервно потер шею, — С моей-то причудой, я…

— Всё в порядке. При необходимости я буду её применять. Надо постараться поступить в ЮЭЙ, кто будет прикрывать там твою жалкую задницу. Думаю, с этими роботами не справиться только физической силой, так что придётся подпалить несколько штук. Я хочу стать героем, и пусть его причуда мне в этом поможет. И ради бога прекращай чесать свою чертову шею.

Он многозначительно посмотрел на огромные ворота испытательного полигона.

— Давай сменим тему. Важнее то, откуда ЮЭЙ берёт деньги на это.

— Да. Над этим надо задуматься.

Перед входом на стадионом собиралось всё больше подростков.

Им уже сказали, в чем заключается вторая часть вступительных. Выпустить необученную толпу вчерашних учеников средней школы против гигантских роботов было отличной идеей. Шигараки не особо нравился этот формат. Как же те, у кого поддерживающие причуды. Не боевые? В этом вопросе ЮЭЙ дала промах. Или это было сделано намеренно? Чтобы в класс А-1 геройского факультета попали лишь боевые причуды? Штурмовики, которых можно бросить сразу в бой?

Что же творилось в голове директора этой академии? У Незу, животного, получившего причуду?

Сущий Мик торжественно дал отсчёт. Полигон был огромен, с таким же успехом ЮЭЙ бы забрала под свои нужды целые кварталы Мусутафу.

— Три.

Поступающих было множество, такие разные, но с одной чертой. У всех в глазах горел огонь. Стремление победить.

— Два.

Огромные ворота отворились, зазывая их на решающее испытание.

— Один.

Наблюдатели вовсю всматривались в экраны и проверяя технику.

— Старт!

Экзамен начался.

Громадные роботы, будто вылезшие прямиком из фильмов про инопланетян, были главной преградой перед заветной целью собравшихся. Линзы машин опасно поблёскивали в лучах яркого солнца. Хоть они и казались неповоротливыми, но к удивлению, эти махины были очень подвижны, что не ожидаешь от огромного куска металла. Кто-то явно решил подгадить жизнь нынешним абитуриентам.

Преграда казалась бы непреодолимой для обычных граждан, но не для будущих героев.

Резко рванув, волна поступающих смела боевых роботов, как цунами, оставляя после себя лишь разрушения. Скрежет металла, взрывы, крики наполнили воздух до отказа. Если ты смел, силён и расторопен, то ты достоин носить престижную форму ЮЭЙ.

В тёмном комнате, освещенной только яркими экранами, наблюдатели цепким взглядом следили за каждым потенциальным студентом. В этом году было много талантов, не включая тех, кто поступит к ним по рекомендациям. На мониторах мелькали разные причуды, и удлиняющиеся зубы, и множество клонов, и яркое голубое пламя, и терновые лозы, и даже грибы. Незу довольно ухмыльнулся.

Бои стихали, роботов становилось всё меньше, как внезапно все почувствовали дрожь, прошедшую по всей земле. Раздался грохот, из-за стены появилась рука, смявшая угол здания как гипсокартон.

А затем показался он, огромный робот с нулевой стоимостью. Его тень накрыла весь переулок. Машины, с которыми они сражались до этого, были лишь насмешкой его размеру, они были лишь мелкими цыплятками по сравнению с ним.

Здесь не надо думать. Здесь надо бежать.

Им говорили, что этот робот будет многим не по силам, это «ловушка», которая будет лишь мешать набирать очки. Даже если бы их не предупредили, то все и так бы рванули этой махины подальше.

Огромный робот двинулся на них, кроша здания своими клешнями. Жуткая сцена из фильма про инопланетное вторжение, где люди могут только бежать от чудовища.

Лишь его один удар пробил глубокий кратер в бетоне, поднимая клубы пыли, от которой першило в горле и резало глаза. Не перебор для экзамена? С этим даже среднему про-герою будет тяжко. Но у экзаменаторов явно было другое мнение.

Все мчались прочь от гиганта. Но Томура остановился. Среди обломков и раскуроченного асфальта кто-то застрял. Это была девушка со светлыми волосами, собранными в два неаккуратных пучка.

Шигараки посмотрел на Даби. Тот лишь кивнул, понимая всё без слов. Слово «спасти» высветилось в их головах ярким неоном.

— Уводи девушку! Я разберусь с ним!

Даби рванул вперёд, к девушке, попавшей под завал. Он быстро разгрёб навалившиеся обломки и с легкостью её взял на руки. Унося девушку, парень повернулся в сторону Шигараки и вновь увидел силу его причуды. В клубах пыли лишь различался силуэт Томуры, который приложил ладонь к холодному металлу, пока машина пыталась вычислить траекторию нападения.

Не было сияния, пафосного взрыва или возгласа, огромная махина просто замерла, будто потеряла всю свою живость. Ярко-зелёная покраска посерела, словно в монохроме. Спустя мгновение робот осыпался пеплом, который тут же унёс сильный порыв ветра.

Тишина, никого скрежета, криков, спешки. Лишь опустевший переулок, где совсем недавно бушевал робот. Это поразило всех и каждого.

Сила, способная это сделать, просто немыслима.

— Эм… Мне, конечно приятно, когда меня носят на руках, но мог бы ты меня опустить.

— Да, разумеется.

Шигараки молча вернулся, покашливая от пыли. Он не был спортивным парнем, поэтому всякая долгая беготня отдавалась болью под боком. За время экзамена Томура успел уничтожить тройку роботов, конечно, он мог и больше. Но роботы не сидели смирно, ожидая его. Они были разбросаны по всему полигону, а это означало, что нужно было пошевелить ногами, чтобы добраться до них.

Учитель всегда говорил ему, что это нужно исправлять, да и Даби ему постоянно это напоминал, силой вытаскивая его на пробежки или спортзал. Но Томура был тем ещё ленивым упрямцем, который либо выдыхался на пятой минуте бега, с отдышкой плюхаясь на траву, либо вновь падал на пол на десятом отжимании, говоря, что спорт — это не его.

Однако его черноволосый друг не думал сдаваться. Так что пробежки и походы в спортзал повторялись чуть ли не каждый день.

Девушка будто и не была на волосок от смерти, казалось, что её оптимизм не испугает даже старуха с косой. Она тут же поклонилась.

— Я Тога Химико. Спасибо за спасение!

***

В то время как в Мусутафу сияло солнце, в одной префектуре вовсю лил дождь.

Темнота сгустилась, словно концентрат нефти и мазута, плотной пеленой накрывая улицы.

Дождь гулко бил по асфальту, наигрывая непонятную мелодию, известную только ему самому или сумасшедшему. Лужи создавали причудливый узор, до краёв наполняя колдобины и щели, густо покрывавшие дорогу и тротуар. А не справившийся со своей работой водосток, булькая фонтанчиком, исторгал из себя мутноватые воды вперемешку с обрывками газет и обертками от конфет и жвачек.

Высокие здания, жилые и нежилые, угрюмо устремились ввысь, словно приготовленные к старту ракеты. Всё будто вымерло, на улицах ни души, не считая быстро проезжавших машин, которые на несколько мгновений озаряли темноту габаритными огнями и столпами света из фар. Неоновые вывески и тускло светившие фонари более-менее проредили глухой вечер. Только два или три не побоявшихся промокнуть до нитки горожанина быстро перебегали улицу, чтобы тут же юркнуть под спасительный навес кофейни или в тепло пиццерии.

— Эй, красавица!

Толстый мужчина в залинялой куртке грубо схватил девушку за руку. Его лысая голова, к тому же обильно омытая дождем, блестела словно начищенная жемчужина в свете фонаря.

— Куда бежишь, милочка? В такой дождь гулять одной…

Толстяк неосознанно замер, увидев опасно сверкнувшие глаза девушки из-под капюшона. Темные волосы всколыхнулись, показывая странные длинные серёжки, как он подумал, напоминающие разъёмы от наушников. Надо бы их прихватить как трофей.

— Эй, почему мы такие злые, — мужчина заулыбался, складывая кожу на лице в безобразные складки.

Внезапно «жертва» извернула руку под немыслемым углом, освобождаясь от хватки толстяка. На мгновение сквозь запотевшие очки он заметил блеск стали. Нож плавно, словно по маслу, вошел по самую рукоятку в его шею, мигом пронзив сонную артерию.

Секундное осознание мелькнуло в тускнеющих глазах, пока трясущаяся рука зажимала фонтан крови, возникший на месте вынутой стали. Пинок под колени и грузное тело рухнуло, словно глиняный колосс, поднимая кучу брызг.

Девушка тихо выругалась, осматривая замаранную одежду и безлюдные улицы.

— Кьёко-чан!

Из переулка вынырнула другая женская фигура. Её непослушные розовые волосы и рожки скрывал объемный капюшон. Она без боязни прошествовала по всем лужам, поднимая снопы дождевой воды. И среди всей серости улиц и погоды она гордо носила розовую толстовку, хотя она без перебоя повторяла, что это не просто розовый цвет, а цвет бедра испуганной нимфы.

— Мина, ты бы ещё на себя гирлянду нацепила. Тебя видно за версту. Помоги его оттащить, пока свидетели не появились, — девушка, названная Кьёко, пыхтя потащила уже не двигающееся тело в переулок, под ржавый навес, когда-то бывший забегаловкой суши, о чём гласила повидавшая многое вывеска.

Будто само небо было соучастником этого тихого убийства. Ливень бесстрастно омыл асфальт, унося с собой кровавые разводы. Через несколько минут тротуар был чист, словно ничего и не было.

— Блин, кто ж думал, что этот насильник будет таким жирным, — розовокожая девушка, с облегчением села на плесневелый ящик, когда они дотащили толстяка до скрытого от лишних глаз места.

— Ой, не бухти. Зато бабла у него, мама не горюй.

Кьёко без зазрений совести прошерстила все карманы убитого. Её ловкие пальцы уже выудили плотный кошелёк, весьма недурные часы, несколько мятых купюр и мелочь.

— Ты закончила?

Мина уже сняла намокший капюшон, показав взлохмаченные розовые волосы, под цвет жвачки, из которой она сейчас надувала пузыри. У неё была очень яркая и примечательная внешность. Розовая кожа и чёрные склеры с желтым зрачком, а весь образ яркой личности дополняла весёлая улыбка, будто бы перед ней не лежал труп.

Напротив, была её полная противоположность по внешности и характеру, Кьёка Джуро. весьма пессимистичная особа, одевающаяся в исключительно тёмные тона, если не считать несколько светлых футболок, изредка мелькающие в её гардеробе.

Да, это был дуэт, который обычно называют «милашка в розовом и её мрачная подруга в чёрном».

— Денег этого типа хватит на билеты до Мусутафу и вагон жвачки. И ещё раз! Я не Мина! Не Мина Ашидо! Я Капитан Ридли: Королева чужих! Это моё злодейское прозвище!

— Ты до сих пор не бросила эту идею? Ми-на, — специально выделила Кьёко.

— Ты невыносима! Моя душа требует битв и кровопролития! В свете славы! — розововолосая девушка мигом вскочила на трухлявый ящик, будто он был пьедесталом. — Где, как не в Мусутафу реализовываться как злодейка! Мне судьбой предначертано стать супер-пупер эпатажной злодейкой! Там же сам Злодей Номер Один и Номер Два! Там жизнь кипит! Не то что в этом сером захолустье!

— Ага, и там Символ мира и пачки других именитых про-героев. И ещё ЮЭЙ, которая и штампует этих самых про. Просто рай для злодеев, стремящихся попасть за решётку.

— Ну же! Давай! Гёрл-банда покорит этот город! Розовый в массы!

— Что за идиотское название и слоган, — проворчала девушка.

— Тогда розовый и чёрный! Неплохо сочетаются! Наши злодейские костюмы будут в этих цветах! Можем назваться Злодейский матриархат! Будем сильными и независимыми! Прошу! Пли-и-и-з! Кьёка Джиро! Клянусь, ты не пожалеешь!

— Ладно-ладно, поедем мы в твой Мусутафу. Но если что, то мы мигом оттуда сваливаем.

— Аааа! Ты супер! Кьёко-чан!

Розововолосая девушка в охапку обняла свою подругу. Та, наконец, сдалась после стольких месяцев мольб и увещаний.

— Труп до сих пор лежит.

— Ой! Совсем вылетело из головы!

Мина активировала свою причуду. Вязкая кислота медленно покрыла всё тело мертвеца, с жадностью растворяя его.

— И мою куртку, я вся заляпалась.

Запачканная одежда тут же была брошена в шипящий сгусток. Её кислота была достаточно едкая, чтобы мгновенно разъесть металл и бетон, что говорить о мягком человеческом теле. Просто отличный способ избавиться от улик.

Через десяток минут от трупа осталось ничего, а оставшаяся жижа спокойно утекла в канализацию вместе с дождевой водой.